Ника Иванова

ЭРГАНЫ. ВОЗВРАЩЕНИЕ К ВЕЛИЧИЮ

Глава 1

В душе кипели возмущение и давно накопившаяся обида. Двадцать лет из прожитых мною сорока прошли по принципу «принеси-подай-пойди… погуляй» и оскоминой осели на зубах. Сколько можно ставить перед фактом, что необходимо сделать то или это, совершенно не спрашивая: «Арина, а нет ли у тебя планов на этот день?» Так и хотелось сказать: «Да!!! Есть у меня планы.» Но всё дело в том, что никто ничего не спросил. У них дела: сестра присматривает за новорожденным сынишкой, мама присматривает за ними обоими, любимый зять на работе, и кто остался? Конечно же, только я. Не замужем, детей нет, на работу не хожу. Не сказать, что я пролёживаю на диване бока, ведь вся готовка-уборка-стирка давно на мне. Просто в нашем маленьком городке с работой туго, впрочем, как и во многих других местах. Да и куда возьмут, кроме продавщицы или уборщицы, со школьным образованием да несколькими разнообразными курсами за плечами? У нас населения около тридцати тысяч народу и, в принципе, есть куда пойти работать. Но, как всегда обязательны минимум две вещи: хоть какое-то образование помимо школы и опыт работы. Тогда к твоим услугам, может быть, будут три банковских отделения, три супермаркета и куча мелких магазинов, несчётное количество строительных фирмочек, несколько заправок, четыре школы и одно профтехучилище. Опыт работы продавцом у нас имеет каждая третья женщина, так же как мужики имеют опыт работы грузчиками, охранниками и водителями. Время сейчас невесёлое и, даже имея на руках не один диплом, легко остаться без работы. Многих сократили из-за кризиса, а те, кто удержался, в своё место зубами вцепились. Оклад уборщицы я зарабатываю и сидя дома: вяжу вещи под заказ спицами и крючком.

Самое обидное было даже не в том, что меня не спросили. А в том, что сегодняшняя незапланированная поездка действительно мешала моим планам. Дело в том, что благодаря друзьям, подсказавшим, как и где неплохо заработать в сети, мне удалось найти стабильный заработок и построить планы на будущее. Не наполеоновские, конечно, но жизнь сразу заиграла новыми красками. Мне давно хотелось уехать, сменить обстановку и завести новых друзей и знакомых. Трудно жить, когда не можешь найти общего языка с собственной семьёй. Я всегда была папиной дочкой, а с мамой… С мамой всегда было нелегко. Она из тех, кто считает, что для ребёнка главное быть одетым и сытым, а что там у него на душе — не так уж и важно. Учится на «отлично», педагоги в школу не вызывают, правоохранители в калитку не ломятся, наличие плохих компаний и нехороших друзей отсутствует? Ну, и хорошо. Значит, с ребёнком всё в порядке.

Папу мы потеряли, когда мне исполнилось одиннадцать лет. Ишемическая болезнь сердца, короткий диагноз, забравший часть моей души. Папа любил меня не за то, что хорошо готовила, или стирала-убирала вовремя, а просто за то, что я была у него. Тоска по нему так и не прошла за почти тридцать лет. Именно он научил меня любить хорошие книги, рисовать и верить в сказки. Он никогда не бил меня, даже когда я была виновата. Однажды, ещё только начав учиться в школе, я кому-то нагрубила, подцепив словечки мальчишек в школе. Папа нахмурился, а на следующий день принёс красочную книгу о Госпоже Вежливости. Я не помню автора, но книга была красочной, поучительной и интересной. Маленький ребёнок может плакать по ночам, потому что боится темноты. Можно на него накричать, а можно принести светильник с рыбками и разогнать страшных призраков. Ребёнку может прийти в голову мысль, что он умрёт и это тоже может испугать его до слёз. Кто-то махнёт рукой и скажет, что всё это чушь, не стоит лить слёзы и тратить родительское время на глупости, а кто-то посадит на колени, погладит по голове и скажет, что все люди умирают, и в этом нет ничего страшного. Не стоит бояться того, что неотвратимо и придёт не скоро. Нужно просто жить и радоваться, что рядом есть те, кто тебя любит. Мне так не хватало всегда того, кто погладил бы по голове, поругал за нерешительность, или глупость, выслушал и дал хороший совет. Так делал папа, и никогда не делала мама.

Мама у меня хороший человек, вот только наши отношения с ней не сложились. Это сестре, с которой у нас двадцать лет разницы, всегда хватало внимания, ведь для неё главное заключалось в том, чтобы её прихоти исполнялись. Хочешь новую игрушку-шмотку-конфетку? Конечно, солнышко. Получила и счастлива. А мне необходимо было тепло и внимание. Я всегда была послушной домашней девочкой, и чем для меня это обернулось? Ушедшими коту под хвост годами. Сначала я выскочила замуж, без каких либо сильных чувств к своему избраннику, кроме разве что симпатии. Лишь бы уехать из дома и не слышать постоянных скандалов отчима с мамой. Естественно, что из этого ничего не вышло, и вскоре дело закончилось разводом и депрессией на пару лет. Негативный опыт в отношениях, тоже опыт. Думать надо было, прежде чем замуж выходить. Как пошутил однажды один из старых друзей: «Вы девушки, когда целуетесь, глаза-то открывайте. После замужества поздно будет». Вроде бы такой самостоятельный парень до свадьбы, после оказался маменькиным сыночком, а милейшая свекровь на самом деле была редкой стервой. У меня был тогда слишком мягкий характер, зубы и когти ещё не отрастила. Единственное на что меня хватило, это собрать вещи и уйти. Муж промолчал, так что и бороться было не за что.

Потом были кратковременные романы, пустые и холодные. Отчим умер, мама обещала помочь с учёбой, но… Сначала нужно было помочь вырастить сестрёнку, пока мама открывала своё дело. Обещания, обещания, обещания. У меня хватило глупости и мягкотелости верить в них, пока не поняла, что никому кроме меня мои мечты не нужны вовсе. Всех всё устраивало. Домохозяйка и нянька в доме есть, руки развязаны. А если начнёт настаивать, можно снова что-то пообещать. Только я верить перестала. Необходимо было стать финансово независимой, чтобы уехать и заняться собственной жизнью. Только не всегда всё получалось. Наша мама всегда считала, что мы должны быть у неё под крылом. Только так ей было спокойно. Сестра и не хотела никуда, ей было комфортно и дома: все прихоти исполнялись, все желания сбывались. Она выросла в эгоистичную и избалованную девушку, у которой на первом плане стояла только она сама. Из-за этого мы часто ссорились. Ей в жизни всегда везло, но она этого никогда не ценила. Два года назад она вышла замуж за хорошего парня и я, неожиданно для себя, получила младшего братца. Добрый и терпеливый, он стал буфером между нами. Говорят, что материнство часто меняет женщин. И это так. После рождения племянника, сестру словно подменили. Мы с ней стали намного ближе, начали много разговаривать. Это так замечательно, когда люди могут тебя удивить. Моё желание уехать она поддержала, оставалось только поговорить с мамой. Но сначала я нашла в соседнем городе квартиру, знакомая помогла подыскать подработку. Она, также как и я, нашла дополнительный заработок в интернете, кликая на каком-то английском сайте фотографии. Теперь она, смеясь, говорила, что не может точно сказать: где у неё заработок, а где подработка? Работая по восемь часов в магазине, она получала сейчас в два раза меньше, чем просиживая по два часа в сети. Не ахти сколько, но для простой жизни мне хватит. Сколько её осталось-то у меня? Хотя многие женщины находят своё счастье и в моём возрасте, и даже будучи старше.

Сегодня утром я как раз планировала затеять разговор с мамой, но не получилось. Мне было сказано, что скоро заедет сосед, и я должна поехать с ним к нашей родственнице в ближайший город. Необходимо что-то там забрать для малыша. Я попыталась убедить маму, что у меня нет на это времени. Это было правдой, ведь через три дня пора было уезжать, а с разговором я и так дотянула. Во-первых, не хотелось сглазить, а во-вторых, попросту не хотелось скандала. Хотя сосед мог заехать к родственнице и сам, мне всё же пришлось поехать. На дворе стоял тёплый сентябрь, а поток машин на трассе почти не уменьшился. Все куда-то спешат, спешат. Наш мир такой суетливый. Мы перестали замечать друг друга в этой суете. Я расслабленно посмотрела на дорогу и попыталась сбросить напряжение. Успею собрать вещи, и поговорить успею. Хватит трепать себе нервы. Впереди нашей машины двигалась красная иномарка. Она недавно обогнала нас. За рулём сидел совсем молоденький парень, и судя по выражению лица, весьма самодовольный и наглый. Вряд ли на такую машину он заработал в таком возрасте сам. Родители подарили, наверное. Не люблю находиться рядом с такими торопыгами, их манера езды действует на нервы.

Иногда случается такая ситуация, что даже ремень безопасности не спасает. Сосед был опытным водителем, но единственное, что он смог сделать, это вильнуть в сторону. Давешний юнец на красной иномарке пошёл на очередной обгон и не успел. Самонадеянность наказуема. Навстречу двигалась другая иномарка. Он дёрнулся было назад, но… Мой взгляд автоматически зафиксировал, когда перед нами взлетела машина. Страха не было, был затянувшийся на вечность миг. Я успела рассмотреть днище машины. Сосед нажал на тормоза, но водитель следовавшей за нами машины не успел свернуть, и невольно подтолкнул нас вперёд. Звон разбитого стекла, визг тормозов, и чей-то крик. Быть может мой? Я не знаю. Последнее, что врезалось в память, это задние колёса красной иномарки.

Мне было так легко, словно я пёрышко, носимое ветром. Всё, что случилось на трассе, казалось страшным сном. Вот я сброшу дрёму, открою глаза, и всё будет хорошо. Я открыла глаза и… Глаз не было, как не было и тела. Я была ярким огоньком, парящим в пространстве. В пространстве, сияющем мириадами слепящих огоньков, напоенном теплом и покоем, в нём не было страха и боли последних мгновений. Огоньки кружились вокруг, перемещались сумбурно и хаотично. Одни были такими же, как я, другие более яркими и золотистыми, а третьи тусклыми, едва пульсирующими. Они казались какими-то злыми, полными тоски и безнадёжности. Первая мысль, которая пришла: «Я умерла?»

— Да, Арина, — отозвался мне в этой звёздной пустоте навевающий покой голос, и передо мной возник полупрозрачный силуэт. Своими призрачными очертаниями он напоминал буддийского монаха, сидящего в позе Лотоса. Хотя если выражаться точнее, то сей монах не сидел, а попросту висел в пространстве.

— Ты кто?

— Зови меня Привратником.

— Я умерла, Привратник? — задала я тот же вопрос, и снова получила ответ.

— Да.

— И что теперь будет со мной?

— Пройдёт сорок дней по земным меркам, и ты переродишься, позабыв всё, что было с тобой в прошлой жизни. Это будет новый виток и новые знания, и только от тебя зависит, насколько хорошо ты усвоила прежние уроки.

— Как всё запутано, — по привычке попыталась я вздохнуть. — А почему я ничего не буду помнить?

— Таков закон мироздания. Вам, живым существам, дана возможность возвращаться вновь и вновь, чтобы исправлять свои ошибки и развиваться.

— Но как можно исправлять ошибки, о которых человек не помнит?

— Ваша интуиция, или чутьё, как говорят многие из вас, это память прошлых жизней. Кто-то прислушивается к ней, кто-то нет.

— А где мы сейчас? — я попыталась повернуться, и закружилась. Захотелось смеяться и летать, как все эти огоньки вокруг. Но любопытство моё второе «я». Я снова нашла Привратника, спокойно висящего на старом месте и ожидающего, по-видимому, когда я перестану резвиться.

— Можешь называть это место Межмирьем, можешь Чистилищем.

— Как-то я представляла его немного иначе. Более мрачным, наверное. Эти огоньки… Это души?

— Да, Арина.

— А почему они так по-разному воспринимаются?

— Потому, что все они разные. Те, что светятся золотистым светом, это души почти закончившие свой кармический путь в этих мирах и готовые к путешествию в другие, а тусклые, это души преступников и убийц.

— Они тоже переродятся?

— Эти уже нет. Их путь окончен. Они растворятся в Великом Ничто, из которого всё появляется и куда всё уходит.

— Но… Разве все убийцы одинаковы? Ведь кто-то убил, чтобы защитить близких. А солдаты? Они же…

— Среди этих тусклых и злых огней нет тех, о ком ты беспокоишься. Только закоренелые злодеи, упустившие свой шанс измениться, исчезают, не оставив след. Только те, кто из жизни в жизнь сеял смерть и разрушение.

— Это хорошо. Без них мир, любой мир, будет чище.

— В мирах существует равновесие. Уходят одни светлые души, приходят другие. Исчезают одни негодяи, появляются, к сожалению, другие.

— А зачем нам даётся это время в Чистилище?

— Чтобы вы смогли признать свои ошибки, понять близких и друзей, простить их и, возможно, простить себя. Горечь не даст возможность переродиться. В таком случае есть вероятность застрять в Межмирье дольше, чем положено.

— А почему ты выглядишь, как буддийский монах? — почему я задаю такие глупые вопросы?

— Для каждой души я выгляжу по-разному. Это твоё сознание видит меня таким, — улыбнулся Привратник.

— А почему я чувствую себя столь странно? Словно я не умерла, а нахожусь под кайфом. Чушь несу и веселюсь от этого. На меня это не похоже совсем. Нет ни горечи потери, ни тоски по семье, по утерянной жизни.

— Это скоро пройдёт. Это эйфория после перехода из твоего мира в Межмирье.

— Знаешь, Привратник, я так много не успела сказать и сделать… И, наверное, уже не смогу это исправить. Не смогу попрощаться.

— Попрощаться сможешь. Тебе стоит только представить тех, с кем хочешь попрощаться и ты окажешься там. Я здесь, чтобы помочь тебе. Связь со мной не даст тебе задержаться в своём мире, и поможет вернуться обратно.

— Я могу это сделать сейчас? — всё ещё веселясь, спросила я. Никогда не чувствовала себя так легко. Я словно воздушный шарик, без мозгов и надутый воздухом. Хм, кошма-а-ар, но весело!

— Чуть позже, Арина, — улыбнулся призрачно Привратник. — Дай своим близким немного времени. Их боль может ранить и зацепить тебя, и тогда даже я не смогу притянуть тебя обратно. До той поры, пока они сами не отпустят тебя.

— Я много раз слышала об этом, но не верила. Думала, что это пустые слова, просто чтобы успокоить.

— Не отпуская боль, люди сами создают призраков.

Привратник не солгал, эйфория вскоре прошла. Передо мной стали мелькать, словно кадры киноплёнки, сцены из прошлой жизни. Где-то были неправы мои близкие, где-то была неправа я сама. Сейчас всё выглядело иначе, чем при жизни. Серьёзные обиды стали мелочью, конфликты просто глупой ссорой. Теперь я понимала, что многое возможно было решить откровенно, без взаимных обид и обвинений, поговорив. Необходимо было лишь услышать друг друга. Было ведь больно не только мне, но и я ранила других. Но у каждого свой путь. Обдумывая слова Привратника о кармических уроках, я вспомнила, как когда-то мне попалась книга по нумерологии. Я прочла её из чистого любопытства. Даже сделала какие-то расчёты. Вышло, что мамино кармическое задание, это научиться понимать близких людей. А моё… Выходило, что я кого-то не долюбила в прошлой жизни. В этой, уже прожитой, я так и не нашла свою любовь, потому что не искала из глупой боязни потерпеть неудачу. Да и себя любить не научилась. Конечно, я сердилась, обижалась на маму и сестру, но и любила их больше всех на свете. Значит, речь шла о «той» любви. Том неуловимом чувстве, воспетом Шекспиром и Петраркой, и многими другими. Чувстве-призраке, чувстве-обмане, чувстве-мечте.

Путешествие домой было тягостным. Я увидела скорбь в глазах мамы, грусть в глазах сестры и её мужа. К счастью, мой сосед остался жив. Весь удар пришёлся на место пассажира, на моё место. А вот юный лихач погиб, так же как и водитель встречной машины. Страшно, когда за чужую глупость приходиться платить жизнью. Но в моей семье было маленькое солнышко, что согреет их и поможет забыть о потере. Мой племянник. Маленький румяный малыш. Когда я приблизилась к нему, он вдруг начал улыбаться. Я улыбнулась в ответ, посылая свои эмоции ему. Простить всех оказалось так легко, намного легче, чем копить глупые обиды. Надеюсь, что и меня они смогут простить. А быть может, уже простили, ибо на душе было хорошо, только немного тоскливо. Я вернулась в Межмирье удовлетворённой и спокойной.

Глава 2

В Межмирье не было ни дня, ни ночи. Минуты не бежали пугливыми белками. Не было ни усталости, ни сонливости, ни переизбытка энергии. Было ровно и спокойно. Сплошное умиротворение посетило бы меня после визита домой, если бы не любопытство. Да, конечно, я знаю, что всё забуду, но оно-то грызёт. Привратник удивительное и непостижимое существо. О том, кто же он такой так и не ответил. Мол, твоя душа слишком молода, чтобы постигнуть все тайны мироздания. Конечно, конечно, куда уж нам, огонькам. Но кое на какие ответы он всё же расщедрился. Оказалось, что миров бесконечное множество. Чтобы мне было понятнее, Привратник нарисовал мне образ огромного ветвистого дерева. Каждая ветвь — это семь миров схожих между собою. У нас ещё их называют параллельными. Миры, которые иногда касаются друг друга, как листья на сильном ветру. За каждую ветвь отвечает свой Привратник. Он знает всё и обо всех.

Тема схожих миров так заинтересовала меня, что я почти замучила Привратника вопросами. Миры одной ветви одновременно и схожи и различны. Каждый пошёл своим путём развития. Были миры очень похожие на Землю, то есть они пошли по пути технического прогресса, а другие, что более всего меня заинтересовало, остались магическими. Как рассказал Привратник, некоторые души всегда появляются в одном и том же мире, а другие могут перемещаться и путешествовать по всей ветви. Крошки воспоминаний о прошлой жизни, которым удаётся затеряться и спрятаться в глубинах души, находят выход в фантастических картинах, книгах и фильмах. Нам кажется, что это наши выдумки, но на самом деле это воспоминания. Самые сильные и самые яркие. Чаще всего география, природа, климат и время совпадает в параллельных мирах. В каждом возможно найти аналог большинства зверей и птиц, деревьев и растений. Они могут иметь другой окрас и форму, чуть другой запах или вкус, но они всё равно будут похожи. В магических мирах, к примеру, живут оборотни разных мастей и существа, которых мы зовём эльфами и гномами, вампирами, орками и прочее. Иногда они проникают в наш мир, но без магии им трудно на Земле выжить. Больше всего на нашей ветви, по словам Привратника, проживает людей. Это самая распространённая раса, потому, что способна приспособиться к любым условиям. Мне так хотелось переродиться в каком-нибудь из магических миров. Всегда мечтала попасть в сказку.

— Привратник, я всегда рождалась на Земле?

— Ты родилась на Земле один единственный раз.

— Значит, у меня есть шанс родиться где-нибудь эльфийкой, к примеру?

— Может быть, — улыбнулся Привратник.

— А почему я попала на Землю?

— Тебя притянула душа твоего отца. В тот раз он возродился тоже на Земле.

— А разве души связаны родственными узами. Мне казалось, что мы не выбираем родителей.

— Я не могу поведать тебе, как появляется большинство душ, но могу рассказать, как появилась твоя душа. Между некоторыми душами порой возникает настолько чистое сильное чувство, что мироздание откликается и дарует чудо. Рождается новая душа, навеки связанная со своими родителями. Это кармическая связь, вечная как жизнь.

— А где сейчас душа моего папы? — с надеждой спросила я.

— В одном из магических миров. В своём мире.

— А вторая душа — это мама?

— Нет. Ваша встреча была первой, Огонёк. Она всегда рождалась только на Земле.

— Значит, мой отец встретился со своей второй половиной?

— Да.

— Они теперь вместе?

— Они рядом, но пока не вместе.

— Я опять попаду в тот же мир, где сейчас души моих родителей?

— Это случается не всегда. Иногда случается, что такие, как вы проводите свои очередные жизни в разных мирах. Тогда вы тоскуете, вам как будто не хватает частички души и так будет, пока вы вновь не встретитесь.

— После его смерти мне часто было грустно. Казалось, что со временем всё прошло, но тоска обманчива. Она уходила куда-то на край сознания, но я всегда чувствовала её. Я никогда не впадала в истерики, всегда умела держать себя в руках. Не умела плакать на людях, ломая руки и громко причитая. На похоронах я как будто закрыла свои эмоции на замок. Лет через пять, когда я как раз окончила школу, произошёл случай. Я была дома совсем одна, занималась уборкой. Вдруг услышала громкий лай собаки и вышла посмотреть, кто пожаловал. Во дворе стоял симпатичный мужчина, а у его ног вилась, как маленькая юла, девочка в ярком платьице. Он казался знакомым, но вспомнить где я его видела, тогда я не смогла. Мужчина увидел меня и радостно улыбнулся. Мы поздоровались, и тут он спросил, а где мой папа. Это было так странно и неожиданно, что я автоматически ответила, что он умер пять лет назад. Его растерянное и поражённое лицо я потом долго не могла забыть. Он был в шоке. Мужчина кивнул мне, подхватил девочку на руки и медленно вышел с нашего двора. Я спокойно повернулась и вошла в дом, а потом… Мама успела меня выгнать из комнаты буквально за несколько минут до кончины папы и момента смерти я не видела. Умом я понимала, что потеряла его навсегда. Но именно в тот день, пять лет спустя, моё сердце разбилось вдребезги, разлетевшись на тысячи кусочков. В тот день меня догнало осознание потери. Как будто прорвало шлюзы и всё, что скопилось за пять лет, прорвалось наружу. Я орала как сумасшедшая на весь дом, не могла успокоиться. Слёзы лились ручьём, я просто захлёбывалась ими. Больше такой истерики у меня не было никогда. К вечеру, когда вернулась домой мама и отчим, я уже была вновь спокойна. Рассказала маме о незнакомце и описала его. Оказалось, это был близкий друг отца. Лет семь назад он уехал работать на Север и долгое время не приезжал к родителям. Вероятно, он там женился и, что называется, осел. Судя по всему, ему никто не смог сообщить о смерти моего отца. Он хотел увидеть близкого друга, а узнал, что его давно уже нет.

— У обоих твоих родителей очень светлые души. К ним тянутся другие в поисках тепла и понимания.

— Если мне всё-таки повезёт, Привратник, и я попаду туда же, где они находятся… Я смогу их узнать?

— Ты почувствуешь это, Огонёк. Это нельзя ни с чем спутать. Тебе будет тепло и хорошо рядом с ними. Ты не сможешь узнать знакомые черты, ибо не будешь помнить, но пустоты и тоски внутри не будет, — произнёс Привратник, и меня словно коснулась тёплая волна.

— А есть ли хоть маленький шанс сохранить воспоминания о прошлой жизни?

— Есть, — подмигнул призрачный монах. — В некоторых мирах существуют ритуалы, способные выдернуть душу из Межмирья до срока.

— И кто же такой сильный, что придумывает такие ритуалы?

— Хранители. Их ещё называют богами. Опережая твой вопрос, любознательный Огонёк, это души, прошедшие полный кармический путь и обретшие сверхвозможности. Они могут даровать жизнь и забирать её, изменять миры и сотворять новых существ.

— И создавать новые души? — видимо, любопытство родилось раньше меня.

— Нет. Им это не дано, Огонёк.

— А почему ты зовёшь меня теперь не по имени, а просто огоньком?

— Потому, что ты больше не Арина, а кем родишься вновь ещё неизвестно.

— А я могу родиться кем угодно? Девочкой, мальчиком или зверушкой? — рассмеялась я, представив себя хомячком. Ужас!

— Разумный всегда родится разумным, Огонёк. Животное родится животным, а рыба рыбой. А девочкой или мальчиком, это совершенно не важно. Душа не имеет пола.

— Хорошо было бы хоть что-то помнить, — грустно проворчала я. Надежд был полон мешок, но не с моим везением надеяться, что хоть что-нибудь сбудется. А так хотелось бы…

Меня вдруг пробрало беспокойство. Мне захотелось обернуться, как будто там, в такой же звёздной пустоте, я могла найти источник этого беспокойства. Там пульсировало пространство, разгораясь ярким радужным шаром. Вдруг из этого наполненного энергией сгустка выстрелил луч. Он захватил меня в свои объятия и потащил прямиком к… Я не знаю куда!!!

— Привратник! — мысленно завопила я, пытаясь вырваться из плена.

— Иногда мечты имеют свойство сбываться, Огонёк. — Привратник весело произнёс, даже не делая попытки вызволить меня. Ау! Сторож, у тебя, похоже, поднадзорную душу воруют! — Кто-то зацепил тебя ритуалом.

— Тем самым? — азарт и любопытство вмиг вытеснили панику, и так не свойственную моей натуре. Значит, так выглядит портал? — Я сейчас всё забуду?

— Нет, твои знания останутся при тебе. Используй их во благо.

— Как хоть называется мир, куда я так несусь? — свет портала так слепил, что я уже почти не различала Привратника. Стремительно несясь в новую жизнь, я с трудом уже слышала даже его всепроникающий голос.

— Валар. Мир твоих родителей, Огонёк. До следующей встречи.

Это были последние, и самые замечательные слова, что мне удалось расслышать, прежде чем портал поглотил меня в своём сиянии. Теперь я падала. Нет, скорее, я летела в бесплотном потоке золотистого света. Он был сладким и тягучим как мёд и тёплым как нагретый на солнце янтарь. Сквозь волшебное наваждение и эйфорию путешествия до меня донеслись тихие, едва слышные голоса, что шептали что-то ласковое, напевали бесконечную, зовущую и гипнотизирующую мелодию. Внезапно моё падение остановилось, и я застыла в пространстве, наполненном смутными призрачными тенями. Они не внушали страх, так как их отделяла от меня полупрозрачная серая пелена. Прямо перед моим взором возник силуэт маленького зверька, очень сильно похожего на львёнка, но с маленькими крылышками. Он не двигался, просто висел в пространстве. На том месте, где должно было бы находиться его сердце, тускло сиял маленький огонёк… От львёнка несло грустью и тоской. Он не хотел уходить, вдруг поняла я. Тот крошечный огонёк был живым, не призрачным. Он был таким же, как я. Почему-то чувствовался таким родным, как будто это маленький осколочек моей души. Голоса звали меня, манили, а я не могла оторваться от созерцания крылатого малыша. Меня тянуло к нему, как магнитом. Мне бы ещё немного подумать, решить, наконец, что делать. Стремиться на зов, или… Но львёнок уже исчезал, рассеивался, гас… Ещё мгновение — и он исчез бы совсем. Не думая, не колеблясь, я всеми фибрами устремилась к нему, обняла своим теплом. Он тут же вспыхнул ослепительной белой искрой, наполняя меня до краёв счастьем и благодарностью. Моё сознание радовалось и пело, словно получило долгожданный подарок. Я не знаю, правильно ли поступила или нет, но лишь надеюсь, что никогда об этом не пожалею. Я больше ни о чём не хочу жалеть: ни о пропущенных шансах, ни о потерянных возможностях. Сбылось моё давнишнее желание переиграть свою жизнь заново. И этот шанс упустить ни в коем случае нельзя. Интересно, я окажусь в теле новорожденного младенца? Вот это будет номер! Сорокалетняя тётка гукающая в пелёнках, или шкурах? Что-то моя разгулявшаяся фантазия начинает нагонять на меня страх и ужас. Пелёнки, шкуры… Бр-р-р!

Сумрачный мир закружился вокруг меня, и я позволила себе уплыть на зов всё ещё звучащих голосов. Моё тело обдало прохладой и сознание прояснилось. Судя по первым ощущениям, младенцем я не была. Я сделала инстинктивно глубокий вдох, почувствовала прикосновение и услышала оживлённые голоса. Слова были поначалу непонятными. Но через мгновение непонимание чужого языка как появилось, так и рассеялось. Пришло время распахнуть глаза и смело нырнуть в новую жизнь с головой. Главное, чтобы глубина оказалась мне по силам. Я инстинктивно напряглась и сделала испуганный глубокий вдох, почувствовав чьё-то прикосновение. Ничего страшного не произошло. Я, сделав над собой усилие, таки открыла глаза, готовая увидеть всё что угодно, даже монстров.

К счастью, монстров не было. Никогда не любила смотреть по ящику западные ужастики, ибо у их авторов явно нездоровая фантазия, а по некоторым так вообще психушка плачет. Я находилась в помещении с высокими каменными арочными потолками. Под почему-то обнажённой спиной чувствовалась каменная поверхность. Она была гладкой и совсем не холодной. Над моей головой виднелись три небольшие колонны со светящимися радужными камнями величиной с кулак взрослого мужчины. Кто-то взял меня за руку, и я перевела свой взгляд. Троица странных личностей, вполне человеческой наружности, если судить по виднеющейся из-под надвинутых на глаза капюшонов части лиц, столпились вокруг каменного постамента, на котором покоилось оккупированное мной тело. Хотя почему оккупированное? Меня сюда пригласили. Один из троицы и держал меня за руку, нежно поглаживая.

— У нас получилось, Эларил? — произнёс тот, кто приватизировал, или прихватизировал мою руку. Голос приятный, такой мягкий и тёплый.

— Сейчас проверим, — ответил ему бодрый такой баритон, полный любопытства и энтузиазма. Передо мной склонилось лицо, и из-под капюшона сверкнули жёлтые глаза. Я затаила дыхание. Кажется, версия с людьми отпадает. У людей таких глазищ не бывает. Или бывает? — Ты меня слышишь, мальчик?

— Кто? — ошарашенно переспросила я, вырвав руку и попытавшись сесть. Меня тут же уложили обратно.

— Я думаю, что получилось, — довольно усмехнулся любопытный господин. Я скосила глаза вдоль своего нового тела и потеряла дар речи. Без сомнения мальчик! И точно не младенец. Мама, роди меня обратно!

— Как скоро он полностью придёт в себя и будет готов к разговору, Эларил? У нас мало времени, ты ведь знаешь, — заботливые руки накрыли меня покрывалом, и я почувствовала себя немного лучше. Шок от метаморфозы начал потихоньку проходить. Ну, и что, что мальчик? Ноги есть, копыт нет, руки тоже на месте, а осторожно поёрзав попой, поняла, что и хвоста нет. Я провела кончиком языка по зубам и обнаружила маленькие клычки. Не страшно. А к телу можно привыкнуть. Мне же всегда нравились парни, буду теперь одним из них. Я изо всех сил бодренько пыталась себя убедить, что всё в полном порядке. Ага!

— Думаю, что скоро. Твой родственник обещался приехать на этой неделе. Если слияние прошло удачно, то наш гость будет знать многое из того, что знал Тари. Осколок присоединился к своей душе, и теперь всё должно быть хорошо. А мы подскажем, если что, Фрай. Не переживай так, пожалуйста.

— Я не гость, а гостья, — прошептала я хрипло. В горле было сухо, как в пустыне Сахара.

— Женщина? — раздался ещё один голос. Озорной и молодой. — Мастер Эларил, Вы умудрились притянуть женскую душу в тело нашего Тари?

— Я притянул ту душу, которую был должен, Ламирель. Какая разница, кем она была раньше, — проворчал тот, кого называли Эларилом. — Была девочкой, станет мальчиком.

— Попытайся встать, хорошо? — обратился ко мне тот, кто снова держал меня за руку. А на руке-то моей коготки, небольшие, но остренькие. И в кого же я превратилась теперь? Они все по-прежнему были в капюшонах, а мне так хотелось увидеть, так что этот вопрос остаётся пока открытым. Видимо, моё любопытство не истребить ничем. Фрай аккуратно потянул меня на себя, поддержал за спину и помог встать ногами на прохладный пол. Более-менее приняв устойчивое вертикальное положение, я стала озираться вокруг. Стоя это явно удобнее делать, чем лёжа пластом.

В помещении, которое лучше всего было назвать залом, полностью отсутствовали окна, что наводило мысль о подвале, или подземелье. Под самым потолком горели светильники, освещая пустоту зала. Чуть вдали, под небольшой аркой, подсвеченной светильниками виднелась небольшая статуя молодой прекрасной женщины. Воинственная мощь и хрупкая женственность, запечатлённые в камне. Статуя чем-то напоминала фэнтезийных воительниц, но одета дамочка была не в пресловутый бронелифчик и бронированные ажурные труселя, что лично у меня всегда вызывало приступы хохота. Ну как, скажите мне на милость, такой костюмчик может защитить свою владелицу? Это же курам на смех. На этой каменной дамочке были надеты курточка со шнуровками и облегающие стройные ноги штаны, заправленные в симпатичные высокие сапожки. А дальше всё, как у настоящих воинов: на плечах красовались сложные наплечники, грудь прикрывал витиеватый нагрудник, на руках широкие наручи, а на ногах поножи. На поясе красовался широкий пояс со всяким добром. Несколько ремней шли крест-накрест на бёдрах. Вся броня была украшена изысканным каменным узором. Но, несмотря на это, статуя не создавала эффекта монументальности. Фигура была тонкой и стройной, лицо дышало красотой и строгостью, длинные волосы словно развевал ветерок. Голову не украшала ни корона, ни шлем. Да ей это было и не нужно. Гордо поднятая голова и величественная осанка наводили на мысль, что эта дамочка очень непроста. За спиной были распахнуты два больших крыла, как у ангела. Только на ангела она была не похожа, скорее на Афину Палладу. Да и зажатые в руках каменные мечи говорили о том же. Каменный же продолговатый постамент, на котором я пришла в себя и три колонны со светящимися камнями дополняли обстановку. Хотя нет, на небольшой подставке в изголовье лежала толстая книга. Кожу на груди неприятно стянуло и захотелось почесаться. Я опустила взгляд и приметила там странный рисунок, выполненный чем-то успевшим подсохнуть. Неужели кровью? С опаской бросила осторожный взгляд, но убиенных тел не обнаружила. Смешливый Ламирель, а имя-то у него уж очень напоминает эльфийское, принёс чашу с приятно пахнущей жидкостью. Фрай тут же аккуратно, но настойчиво заставил меня испить её до дна, придерживая чашу. Сразу же потянуло в сон. Я попыталась твёрдо встать на ноги, но меня начало дико штормить и мир закружился в бешеном водовороте. Сил стоять, и даже о чём-то думать совершенно не осталось, но упасть мне не дали. Эларил, ворча себе что-то под нос, мгновенно закутал меня в покрывало по самые брови, подхватил на руки и куда-то поволок. Куда пролегал наш путь, мне сообщить не соизволили. Да и вряд ли дрыхнущему телу было столь уж интересно, куда его несут. Убивать меня не собирались, а это было на данный момент самое главное.

Глава 3

Когда сон покинул моё тело, и я открыла глаза, то обнаружила, что лежу на большой удобной кровати. Она стояла у распахнутого окна, прикрытого лёгкими воздушными шторами, с которыми играл приятный прохладный ветерок. Кажется, на дворе были то ли вечерние сумерки, то ли слишком раннее утро. Присмотревшись, заметила мерцающие в тёмном небе звёзды. На видневшемся из окна клочке знакомых созвездий не наблюдалось. Никогда особо астрономией не увлекалась, но Млечный Путь и Большую Медведицу заметила бы. Луны, или другого ночного светила из окна видно не было. Может, у них тут и нет никакой луны? Хотя, чтобы делать выводы надо сначала выбраться наружу.

Я прислушалась к своему новому телу: всё ещё чувствовала слабость, но самочувствие было вполне даже приличным. Голова больше не кружилась, жажда не мучила. Жить можно, вздохнув, подумала я. Интересно, почему мне так хорошо всё видно: чёткие контуры предметов, разные мелочи на резной тумбочке у кровати, даже черты лица сидящего в кресле у кровати мужчины. Стоп! Я аккуратно приподнялась на локтях и уставилась на гостя, или сторожа. Мне он показался достаточно крупным, хоть сидящую в кресле фигуру и невозможно было рассмотреть из-за пышных одежд. Ухоженные сильные руки расслаблено лежали на подлокотниках, обтянутых мехом. Длинные ноги в тёмных штанах и мягких сапогах покоились на низком пуфе. Я оторвала взгляд от созерцания одежд, и перевела на лицо незнакомца. Приятные черты лица не выдавали в мужчине инородного происхождения, напоминая вполне себе человеческие. Высокий лоб, прикрытый упавшей тёмной прядью. Маленькая вертикальная складочка между густых тёмных бровей говорила, что даже во сне мысли не покидают мужчину. Прямой нос, красивые скулы, уверенный подбородок. Словно созданные умелым скульптором, они создавали бы впечатление жёсткого, сильного характера, если бы не слегка полноватые, чётко очерченные губы, с забавно поднятыми уголками. Наверное, эти губы часто улыбаются. Тёмные, немного вьющиеся волосы украшены двумя светлыми прядями, идущими от середины по обе стороны лица. В полумраке трудно разглядеть цвет. Неужели это седина? На вид мужчина чуть больше тридцати, хотя и на Земле некоторые люди седеют рано. Мой охранник был привлекательным и единственно, что мне не нравилось, это его причёска. Какая-то дурацкая стрижка «под горшок», которая портила впечатление. Я инстинктивно провела рукой по своей голове, нащупывая такую же «прелесть». Ужас! Но волосы, кажется, густые. Интересно, как же я выгляжу теперь? Женское любопытство намекало, что неплохо бы отыскать хоть какое-нибудь зеркало, а природа намекала на другое. Я постаралась тихонько спустить ноги на пол. На мне всё также ничего не было надето. В поисках того, чем можно было бы прикрыться, я потянула тонкое покрывало. И тут же услышала со стороны кресла вопрос:

— Тебе помочь? — тихий спокойный голос чуть не заставил меня завопить. Видимо, у моего сторожа оказался чуткий слух. Я повернула голову, стыдливо заматываясь в покрывало.

— Зачем же так пугать, — тихонько проворчала, приходя в себя от неожиданности. — Не подскажете, где у вас здесь ванная комната?

— Конечно, подскажу и даже покажу, — мужчина легко поднялся с кресла и в два шага оказался около меня. Легко вытряхнул моё тельце из покрывала и тут же, не успела я даже возмущенно вякнуть, протянул длинный халат. С радостью закутываясь в предложенную одежду, я провела кончиками пальцев по ткани. Она была приятная на ощупь, прохладная и напоминающая атлас. Это радовало. Возможно, у них не отсталое Средневековье, так популярное в книгах фэнтези. Почему у нас так заведено, что если попаданец, так сразу вокруг недоразвитый мир? Подхватив моё тельце под локоток, меня препроводили в ванную, весьма даже приличную. Комната была разделена на две неравные части. В одной располагался лазурного цвета небольшой бассейн, а в другой, именно то место, куда звала меня природа. Благо мой провожатый, перед тем как выйти, наполнил бассейн водой, поставил несколько разноцветных склянок, объяснив их назначение, и, вогнав меня в краску, проинструктировал о правилах пользования этим чудом магических умельцев. Как управилась со своими потребностями, я буду вспоминать ещё долго, но это мелочи. А вот походка пьяной утки, это действительно проблема. Как мужчины вообще ходят? Это же кошмар и ужас. Это болтающееся хозяйство ужасно мешает ходить! Я хмыкнула, вспомнив похожие вопросы по поводу того, как можно ходить с третьим и более размером бюста. Он же так мешает! Да, природа и над мужчинами, и над женщинами изгаляется по-своему.

Как же хорошо вытянуться во весь рост в горячей, ароматно пахнущей воде и расслабиться. Век бы не вылезала из этого бассейна. Шампунь и пахнущее какими-то, наверное, травами жидкое мыло были ничуть не хуже земных аналогов, тем более что это точно было сделано из природных компонентов. Запах был слишком замечательным, совершенно без примеси так привычной химии. И так приятно стало, что я почти уснула, тем более, что водица и не думала остывать. Здесь, вероятно, без магии тоже не обошлось. В дверь деликатно постучали, намекая, что пора и честь знать. Я откликнулась и пообещала вскоре обязательно выйти. Тяжко вздохнув, всё же вылезла из водного рая, вытерлась пушистым огромным, как простыня полотенцем, завернулась в халат и осторожно ступая пошла обратно в спальню.

В комнате по-прежнему были только мы одни. По голосу я предположила, что меня сторожил Фрай. Тот, кто так опекал меня с самого начала. Он мне понравился. Фрай внушал доверие, в отличие от ворчащего Эларила и насмешливого Ламиреля. Сейчас мне необходим был тот, кто спокойно и обстоятельно объяснит, что же произошло и чего мне стоит ожидать. То, что был проведён один из тех обрядов призыва души, о котором говорил Привратник, я поняла и сама. Но зачем? Что случилось с этим парнем, в чьём теле я сейчас нахожусь? Вопросов было, как всегда у меня водится, много. Я до сих пор не знала, как выгляжу. В ванной не оказалось зеркала, а отражение в мыльной воде не увидишь. Я удобно устроилась на кровати, мой будущий собеседник на это возражений не выказал, лишь грустно улыбнулся и присел в кресло.

— Судя по блеску в глазах, ты готова узнать, почему оказалась здесь?

— Да. Вас зовут Фрай? И хочу предупредить заранее, я обожаю задавать вопросы.

— Я это учту. И для начала представлюсь. Меня зовут Эфрайн Кейр Драсс, герцог Гроссвенор. Мне тридцать пять лет и я теперь твой отец.

— Вы сказали герцог? — Фрай утвердительно кивнул. — Странно. Это вполне земной титул.

— Земной? Значит, ты с Земли?

— Вы знакомы с моим миром? — удивилась я.

— Нет, но я знаю, что такой мир существует. Мир, где мало магии и много механики. В старину наши титулы имели другие названия, длинные и неудобные. Но появился один маг, такой же призванный как ты, и благодаря ему наши титулы изменили свои названия. У нас есть короли, герцоги, графы и бароны.

— Что значит призванный?

— Чтобы объяснить тебе всё двух слов не хватит. Можно, я буду называть тебя Тари? Мне так будет легче, а тебе нужно привыкать к новому имени.

— Хорошо, — это было так дико и непривычно, но… Он был прав. Новая жизнь несёт с собой перемены. К новому телу прилагается и новое имя. — Это полное имя, или домашнее?

— Так называли его родные и друзья. Полное имя моего сына — Этариан. Все дворяне, имеющие отношение к высшей знати носят имена, начинающиеся с одинаковой буквы.

— Этариан, Эфрайн и Эларил. Вы все из высшей знати? И из одного рода?

— Эларил принадлежит к другому роду. Он наш семейный маг-артефактор. Я объясню более подробно немного позже, к тому же, по словам Эларила, память осколка души даст тебе доступ к памяти тела. Многое ты поймёшь сам. Вспомнить всё и синхронизировать навыки тела с призванной душой — процесс долгий. Мы поможем тебе, чем сможем. Для нас это тоже в новинку.

— Мне так много хочется узнать, — покачала я головой. — В голове сотни вопросов соревнуются друг с другом. Но я попробую сдержаться и выслушать вас до конца, но уж простите меня, если всё же не удержусь. Я слишком любознательная особа.

— Тари был таким же. Итак, приступим. Наш народ называется эрганы. Мы крылатые оборотни. Этот мир носит название Валар, — начал своё повествование Фрай, сразу же подтверждая услышанные в последний момент перед попаданием в портал слова Привратника. Значит, я услышала правильно. И… Так вдруг захотелось поверить в мечту. Меня снова притянула душа моего любимого папы, по которому я тосковала много лет? Может быть, это Фрай?

Привратник намекнул, что когда мои родители будут рядом, я почувствую, как во мне заполнится пустота и исчезнет тоска. Хотя, то грызущее чувство, что преследовало меня последние тридцать лет, нельзя назвать тоской в полной мере. Мне просто как будто чего-то не хватало, но чего, я не знала сама. Такое чувство испытывают многие люди, особенно одинокие. Заглянув поглубже в себя и проверив свои ощущения, я поняла, что рядом с Фраем мне спокойно, тепло и даже уютно. Решила не торопиться с выводами, а подождать и присмотреться. Если это папа, я уверена, что смогу узнать его. Пока пыталась остановить в голове круговорот мыслей, Фрай продолжал свой рассказ, а я, к собственному удивлению, заметила, что не пропустила ни слова.

— Мы пришлые в Валаре. Наш родной мир был красив: там были океаны и моря, леса и горы. В том мире, что носил название Рассгар, мы были самыми могущественными созданиями. Хранительницей мира была богиня Дайра. Она же создала и эрганов. Мы были её любимцами. Но однажды через блуждающий портал в Рассгар пришли ашрами. Они были похожи на людей внешне, но совершенно другими внутри. За приятной глазу внешностью крылись чёрные души. Мы поняли это слишком поздно, и потому подпустили врага слишком близко.

Эрганы делились на женщин и мужчин, на вынашивающих потомство и защищающих свой род. Женщины были более слабыми магически. Среди эрганов главенствовали Истинные пары. Иногда случалось так, что влюблялись друг в друга представители одного пола. Среди них также встречались Истинные пары. Потомства они сами по себе иметь не могли, и тогда в Храме Дайры проводился обряд Обмена Энергией. Это не всегда давало нужный результат. Иногда рождались эрганы с настолько маленьким магическим даром, что не могли оборачиваться в боевую форму и, соответственно, иметь крылья. А иногда рождались дети с осколком души, как мой Тари. Такие дети доживали в лучшем случае до шестнадцати лет и угасали. Эрганы скорбели и просили свою покровительницу о помощи. Богиня Дайра была как воинственна, так и добра. Она подарила эрганам Ритуал Единения Души. Благодаря ему достаточно сильный маг мог находить в Межмирье ту душу, чей осколок был в теле и воссоединять их. Единение творило чудеса. Дети, прошедшие через ритуал, становились сильными и необычными магами. Некоторые из них помнили свою прошлую жизнь, и приносили много новых знаний и умений.

Всё было бы прекрасно, если бы слабых эрганов не сжигала зависть к более сильным представителям своего народа. Ашрами не преминули воспользоваться этим. Они были гениальными артефакторами, но не магами. Среди них процветало шаманство. Без ритуалов и жертвоприношений они не могли воспользоваться энергией мира. Ашрами были хитры. Уговорами и посулами они породили предательство среди эрганов. Начали пропадать женщины. Сначала это было незаметно, но вскоре их количество стало катастрофически малым. Когда забили тревогу, было уже поздно. Дети, рождённые женщинами-эрганами от ашрами, были магически одарёнными. Слабыми, с тёмным даром, но магами, к тому же способными передавать свои способности своим детям.

— Как можно было быть такими слепыми и беспечными? Неужели у вас женщин было так много, что их пропажу можно было не заметить? — не выдержала и возмутилась я. Это было вполне по-мужски. Пока женщина исправно готовит на кухне и рожает детей, на неё внимание можно и не обращать. А когда есть нечего, сразу заметят пропажу.

— Я не знаю, Тари. Так написано в Хрониках Эрганов, и так рассказывал мне мой дед. После первых исчезновений прошел не один год, и даже не десять лет. Первые дети успели вырасти и войти в силу. Прискорбно было то, что во время родов их матери умирали. Их ничто не могло спасти. Последних женщин и девочек привезли в королевский дворец и держали под многочисленной охраной. Но никто и предположить не мог, что среди собственного народа есть предатели. Слабые и завистливые эрганы сами отвозили женщин к ашрами, получая за это артефакты и амулеты, увеличивающие их силу. Но обрести крылья они всё равно не смогли.

Разобравшись с преобретёнными способностями, ашрами предприняли попытку захватить власть в Рассгаре. Они вызвали из глубин потустороннего мира страшных сущностей. Эрганы и богиня Дайра вступили в бой. Равновесие в мире было нарушено. Эрганы-предатели, в то время, когда их сородичи сражались и гибли, захватили дворец и пленили последних женщин. Они хотели расплатиться ими с ашрами, но… Судьба оказалась немилосердна ко всем. Сил ашрами не хватило на контроль над вызванными помощниками, и они сами стали их жертвами, как и многие из эрганов. Предатели и женщины погибли. Все. Мир катился в пропасть. Богиня Дайра приняла решение и открыла портал в новый, недавно созданный мир. В Валар. Остатки эрганов, измученных и убитых горем, ушли. Напоследок богиня сделала подарок: мужчины с этих пор могли иметь детей, и всегда находили свою Истинную пару. И ещё. С тех пор эрганы могли иметь потомство только от эрганов.

— Рассгар был уничтожен? А богиня Дайра? — я успела выстрелить парой вопросов, прежде чем закрыла себе рот ладонью.

— Сам мир нельзя уничтожить, Тари. Можно уничтожить на нём всё живое, но пройдёт сотня, тысяча, много тысяч лет и жизнь возродится. А богиня осталась жива. Мы, эрганы, остались верны ей и в этом мире. Жрецы чувствуют тонкую связь с ней и верят, что когда-нибудь она придёт к нам и мы, либо наши потомки вернутся в Рассгар.

— Какая грустная история. Знаете, Фрай, у меня на родине говорят: «Хочешь мира — готовься к войне». Если бы эрганы не были беспечны и так самоуверенны, Рассгар до сих пор был бы цветущим миром.

— У вас живут мудрые люди.

— К сожалению, не только. Мы так же, как и эрганы, совершаем множество ошибок. И часто люди останавливаются лишь в шаге от того, чтобы не уничтожить мир, в котором живут. И не важно, Земля ли это в целом, или отдельно взятый клочок суши. Значит, Тари и я — это единая душа. То есть, мы жили в разных мирах, будучи на самом деле когда-то единым целым?

— Так говорится в старинной книге, в которой мы нашли Ритуал Единения Души.

— Значит, Тари не умер, а… Мы теперь как дополнение друг к другу?

— Мой Тари, которого я знал — умер. Ты — это он, и одновременно совершенно новая личность. Личность, которую мне предстоит узнать, — Фрай поднялся из кресла и медленно подошёл ко мне. — Мне так хочется обнять тебя. Позволишь?

— Да, — спустя долгое мгновение ответила я. От свалившейся на меня информации я была растеряна и тёплые объятия показались мне хорошей идеей. К тому же я почувствовала, что и Фраю это необходимо.

Вопросов осталось ещё очень много, но пусть они подождут. У меня теперь много времени. Фрай осторожно присел на постели и притянул меня к себе. Было так уютно в этих объятиях, как в детстве. Далёком и беззаботном, когда рядом было родное плечо и надёжная рука.

Глава 4

Обнявшись, не говоря ни слова, мы с Фраем просидели довольно долго. Согревающий кокон его рук действовал на меня умиротворяюще. Мысли в голове перекатывались медленно, как галька в воде тихого ручейка. Среди эрганов нет женских особей. И вот как к этому относиться? На женщин, как на сексуальный объект, я никогда не смотрела. И даже совсем не уверена, что смогла бы посмотреть в будущем. Всё же мне всегда нравились мужчины, вот только теперь я сама парень. Можно сказать, что мне повезло? Не знаю. Получается так, что мужские союзы среди эрганов единственно возможный брак. То есть природа, или их богиня, мне и выбора-то не оставила. В принципе это не страшно, главное, чтобы насильно не сосватали. А то устрою им проблемы вселенского масштаба. Обычно я белая и пушистая, если меня не начинают гладить против шерсти. Лучший способ со мной поладить — это мирно договориться.

— Тари, — подал голос Фрай, — может быть, ты голоден?

— Нет, — мотнула я головой. — Удивительно, но даже жажда не мучает.

— Это действие целебного настоя Ламиреля.

— А кто такой этот Ламирель? Эльф?

— Я не знаю, кто такой эльф, а наш друг из народа друллов. Они живут в лесах в основном. Занимаются травами, настойками и зельями. Очень хорошие целители, и главное, в отличие от магов нашего королевства берут недорого за свои услуги.

— А разве эрганы нуждаются в услугах других магов? Мне показалось, или Вы говорили, что они магически очень сильны? Я думала, что оборотни обладают великолепной регенерацией.

— Думал, Тари. Попытайся даже в мыслях относиться к себе, как к юноше. Так будет легче привыкнуть и не делать ошибок. Это здесь, в нашем замке, никто не предаст и не расскажет, что единственный наследник рода Гроссвенор прошёл забытый обряд.

— Это так опасно? — встревожилась я. Не хватало только, чтобы меня на какой-нибудь костёр сволокли.

— Закона против этого обряда нет, ведь он был дарован богиней Дайри. Но существуют обстоятельства, о которых подробнее тебе поведает Эларил. А регенерация… Когда-то она была превосходна. И эрганы действительно были очень могущественными созданиями. Больше двух тысяч лет после Великого Перехода, как позже деликатно назвали бегство из Рассгара, наш народ был самым сильным и развитым в этом мире. Новая жизнь была бы прекрасна, если бы ашрами не удалось просочиться в Валар. В суматохе Великого Перехода никто не заметил, как их большая группа, состоящая из шаманов с новорожденными детьми, а также молодых магов, прошла в закрывающийся портал вслед за эрганами. После короткого боя уцелевшим ашрами удалось скрыться. На преследование предкам уже не хватило сил, а может быть, какие-то другие обстоятельства помешали покончить с ними навсегда. Они поселились на далёком материке, на самом юге. Прошло много-много лет. Их численность разрослась, они смогли ассимилироваться в этом мире, людские женщины рожали им детей. Пришло время, и они снова напали. В новом мире вражда между ашрами и эрганами не закончилась, а расцвела с новой силой. Долгие годы победа была на нашей стороне, пока не случилась Великая Война. Ашрами собрали огромные силы, построили корабли и причалили к нашему берегу. Они огромной, сметающей всё на своём пути волной, двинулись к столице. Им необходим был портал в Рассгар. Их желанием было впустить в новый мир своих сородичей. Наши войска остановили их и хорошо потрепали. Должна была состояться решающая битва. Король стянул всех самых сильных воинов-эрганов, чтобы победить и уничтожить врага окончательно. Битва была величественна и чудовищна в своей кровавой красоте. Эрганы побеждали, но случилось непредвиденное. Защитные амулеты наших воинов вдруг вышли из строя. Ашрами почти переломили ход битвы. Тогда король сам повёл в бой своих соратников. Он был одним из самых сильных эрганов того времени. Он и многие другие погибли в той битве, но помогли эрганам одержать победу. Ашрами бежали. Но на этом наши потери не закончились. Если ты помнишь, я рассказывал про Истинные пары. Эрганы без своей половины в течение двух-трёх лет угасают и умирают. Так и случилось после Великой Войны. Супруг короля также был в числе тех, кто потерял свою половину. У него на руках остались двое маленьких детей. Он почти сошёл с ума от горя. Единственным сильным из оставшихся в живых магов королевства был Эварид Удгар Сларр. Он был магом-артефактором, имел степень магистра в бытовой магии и артефакторике. Он и его ученики создали Призрачный Барьер, опоясывающий королевство по линии границы, с помощью уникального артефакта. Эту вещь изобрёл лично Сларр. За создание этой преграды вдовствующий король пожаловал ему звание Архимага и Наставника будущего короля эрганов. Он доверил ему своих детей. Также этим магом был создан Амулет Защиты, что сейчас украшает твою и мою шею. С тех пор и до сего времени Архимаг лично надевает его каждому новорожденному ребёнку-эргану. Он защищает нас от сил ашрами и предупреждает об их приближении.

— А снимать его хоть иногда можно? Я не очень люблю постоянно таскать всякие украшения, — поморщилась я, проведя кончиками пальцев по массивной плетеной цепочке, что довольно плотно обнимала мою шею.

— Нельзя. Его никто не может снять, кроме самого Архимага.

— Ваш Архимаг просто-таки Спаситель Мира. Тогда почему у вас проблемы? Откуда-то ведь они взялись, несмотря на столь всемогущего мага.

— Никто не знает, откуда и почему на нас посыпались невзгоды. Архимаг многие годы пытается в этом разобраться, но безрезультатно. Эрганы почти утратили свою магическую силу и потеряли многие свои способности, в том числе великолепную регенерацию и способность обращаться в боевую форму, иметь крылья. Эти обстоятельства многое изменили. То, что мы сейчас имеем, это крохи от величия, коим эрганы когда-то обладали.

— А я подумала… подумал, — поправилась я, — что попал в сказку, где стану могущественным волшебником, но и тут не обошлось без ложки дёгтя.

— Эрганы всё так же обладают магией, но очень слабо. Больше на бытовом уровне. Лишь королевские гвардейцы могут поспорить с магами нашего господина Сларра. Их набирают из древних родов, в которых сохранились свои знания и древние накопители-артефакты. Они элита королевства. В распоряжение же Архимага древняя Академия с её огромными накопителями энергии. Бытовые маги сейчас приобрели слишком много власти. Они заправляют везде, где только могут: торговля, целительство, изготовление артефактов и амулетов, даже моду диктуют они.

— Хм, хорошо они устроились. Воспитав короля, Архимаг перетянул одеяло власти на себя. И так просто потом отдал?

— Дед нынешнего короля исполнял всё, о чём нашептывал ему Архимаг. Это было время расцвета его единовластия. Отец короля был другим. Он спорил с Архимагом и своими венценосными родителями, хотел многое изменить в королевстве. Слишком большая зависимость эрганов от магов ему не нравилась. Когда он взошёл на престол, то потеснил магов. Эрганы обрадовались переменам, которым не суждено было свершиться в полной мере. Отряд ашрами, каким-то чудом сумевший прорваться сквозь барьер, оказался как раз в том месте, через которое пролегал путь королевского кортежа. Король погиб, как погиб и весь отряд врагов. Архимаг снова стал Наставником.

— И нынешний ваш король его послушная марионетка?

— О нет, — рассмеялся вдруг Фрай. — Наш молодой король умён, осторожен и слишком похож на своего прадеда, чтобы быть чьей-нибудь послушной марионеткой. У него с Архимагом с детства ведутся завуалированные военные действия. Постоянное противостояние. Король стянул в своё окружение самых сильных, талантливых и магически одарённых молодых эрганов. Всё королевство пристально следит, кто же победит: молодой король или опытный старый интриган.

— И сколько же лет этому юному и шустрому?

— Он на двадцать лет старше меня, Тари. Ему пятьдесят два года. Мне почти тридцать и я не так стар, как может показаться.

— Я этого не говорила!

— Говорил, ‒ вновь поправил меня Фрай, ‒ Эрганы после тридцати стареют очень-очень медленно, до самой смерти оставаясь бодрыми и деятельными. Нашему Архимагу, к примеру, недавно исполнилось пятьсот пятьдесят лет. — Вероятно, у меня стали круглыми глаза, и Фрай снова рассмеялся. — Мы живём очень долго, а когда приходит наше время просто сгораем в один миг, оставив после себя Кристаллы Души, несущие все накопленные нами на протяжении жизни знания, а также мудрость и опыт наших предков. Ты мог их заметить в Хранилище, где мы проводили ритуал.

— Это те три светящихся камня? — Фрай кивнул. — А почему их так мало?

— Род Драсс очень древний. Как и все прочие эрганы они прихватили из умирающего мира все Кристаллы Душ своего рода. В старом замке, что был разрушен во время Великой Войны, они и остались. В Хранилище, как и в сокровищницу никто не смог пробраться. Всё до сих пор хранится там. Новый замок был построен дедом твоего отца. В нашем Хранилище только души последнего герцога Гроссвенора, его младшего брата и их родителя.

— А как же второй отец?

— Он погиб, защищая замок и погребён где-то среди каменных развалин.

— Значит, эрганы по неизвестной причине утратили большую часть своих магических сил. Именно главную часть своих способностей, отвечающую за боевую ипостась и регенерацию. До сих пор королевство подвергается нападениям со стороны ашрами, несмотря на супербарьер и… Всё? Или есть какая-то ещё неприятная новость?

— Есть, Тари. Мы утратили умение находить Истинную пару. После двадцати лет, когда наступало совершеннолетие, эрганы ощущали гормональный всплеск. Нам снились сны, где мы видели свою пару и могли определить направление, где её искать. Теперь сны нам больше не снятся. Только единицам, можно сказать чудом, удаётся найти свою Истинную пару. Большинство женится по обстоятельствам, или в лучшем случае по любви, или привязанности. У нас всё больше рождается детей с осколками души. Они умирают, не дожив до шестнадцати. Эрганов становится всё меньше, и с каждым годом мы всё слабее.

— Ваши Истинные пары были словно генная селекция, вложенная вашей богиней в кровь эрганов. Естественный отбор. Истинные пары обязаны были жениться, когда находили друг друга? А если они не нравились один другому? Неужели их женили силой?

— Никогда силой Истинные пары не соединялись. Они всегда влюблялись. Истинных пар без взаимности друг к другу не было никогда. Это связь кармическая, Тари. Умирая и возрождаясь вновь, эрганы всегда находили свою неизменную половину.

— У меня дома существует легенда об идеальном существе. Боги завидовали ему и однажды разделили. И с тех пор две половинки ищут друг друга, и, к сожалению, не всегда находят.

— У вас жестокие боги.

— У нас забытые, или вымышленные боги. Люди верят в кого хотят, или вообще ни во что.

— А ты?

— Я бы не сказала, — в этот раз Фрай не стал меня поправлять, — что была верующей, или атеисткой. Скорее, мне всегда казалось, что есть высшая сила, управляющая нашими судьбами. И совершенно неважно, какое имя она носит, лишь бы защищала. Когда-то я прочла, что высшая сила — это наши собственные желания. Она не чёрная и не белая. Она такая, какой мы сами её творим. Когда люди обозлены, случается много бед и катаклизмов, и в мире царствуют тёмные силы. Когда же люди осознают, что стоят на краю гибели, то вспоминают о любви и милосердии, и тогда приходят светлые силы. После войн наступают времена спокойствия и мира. Для кого-то бог — икона в церкви, для кого-то вера глубоко в душе. Вера понятие очень сложное. У нас любят о ней спорить, а мне всегда казалось, что нужно просто верить в лучшее и не делать зла.

— Как всё сложно. У каждого мира свои правила и своя жизнь. А тебе, наверное, вдвойне сложно. Ты сохранила память и собственное, устоявшееся с годами мировоззрение. Тебе ко многому придётся привыкнуть.

— Я постараюсь, Фрай. Вы только поправляйте меня чаще, — улыбнулась я. Хм, за окном всё так же было сумрачно. Мы же проговорили несколько часов, и уже должно было давно встать местное светило. — Фрай, разве утро уже не должно наступить? Я думала, что проспала большую часть ночи.

— Ты проснулся около полуночи, Тари. С чего ты подумал, что скоро утро? До него ещё несколько часов.

— Мне всё очень хорошо видно. Когда я проснула… проснулся, то чётко видел тебя и предметы вокруг, словно в предрассветных сумерках.

— Вот оно что, — снова улыбнулся Фрай. Я не ошиблась, он часто улыбался, разбрасывая искорки тепла и веселья. — Ты не человек, Тари. Забыл? Эрганы прекрасно видят в темноте.

— Упс, — улыбнулась в ответ, чувствуя, как мои щёки заливает краска смущения. И как я могла забыть столь избитый факт, сотню тысяч раз описанный писателями всех мастей. Оборотни имеют такую способность во всех фантастических историях. Хотя почему фантастических? Привратник упомянул ведь, что истории, выдуманные писателями, сценаристами и режиссёрами — это сохранившиеся воспоминания о прошлых жизнях. Они просто нашли выход в виде фантазий. Я в своё время перечитала столько книг о всяких вымышленных мирах, что не могу даже назвать точное число. Моя любознательность никогда не имела предела. Если книга была стоящей, я читала ночами и днями напролёт. Даже на уроках в школе, сидя за первой партой, и подсунув книгу о приключениях под крышку учительского стола, поглядывая с умным видом на педагога, я одним глазом всё равно была в другом мире. Мире, где царили храбрые рыцари, отважные ковбои или чертовски сильные маги. И при этом я умудрялась учиться на «отлично».

— Ты смотришь на себя, всё ещё как на человека. Это нормально, ведь ты только сегодня очнулась в новом теле, — я уловила нотку грусти в голосе Фрая.

— Не стоит грустить, — кончиками пальцев я дотронулась до шелковистых волос моего нового родителя. — Вы же сами сказали, что душа Тари и я одно целое. Я помню, как поймала маленькую искорку, перед тем, как очнуться. Значит, он со мной. Ваш сын не умер. Пройдёт немного времени, наше Единение покажет себя и Вы, Фрай, обязательно узнаете своего Тари. Нового, другого, но Тари. Не грустите, пожалуйста. Мне нужна поддержка, а не печаль.

— Я знаю, но это нелегко. Мне пришлось почти смириться с неизбежным, когда Эларил убедил меня рискнуть. Он долго и упорно пытался доказать мне, что Тари никуда не исчезнет, просто станет полноценным, единым. Что так будет лучше для всех. Что богиня Дайра знала, что преподносила в дар эрганам.

— Так будет лучше, — как эхо повторила я за ним, пытаясь убедить и его, и себя. Для него это новый сын, а для меня незнакомая новая жизнь.

— Через три дня к нам пожалует Эрунез Гайр Грисс. Нам необходимо будет подготовиться, Тари.

— Это ещё кто? — с недоумением посмотрела я на Фрая.

— Твой родственник по линии отца. Он спит и видит стать новым герцогом Гроссвенор. Мне показалось, что год назад он что-то заподозрил в поведении моего сына. Тари начал потихоньку угасать уже два года назад. Забросил любимые увлечения, почти перестал общаться с друзьями. Всё больше времени просиживал в библиотеке или своей комнате. Он понимал, что с ним происходит. Старался не выдавать своего состояния при посторонних. Но в тот день, когда сей родственник пожаловал, Тари было слишком плохо. Он старался изо всех сил, но… Видимо, Эрунез заметил, что что-то не так и с тех пор зачастил в гости.

— Он одна из причин, почему Вы решились на ритуал?

— Он жаден и алчен. Мне не хотелось бы, чтобы мои люди попали под его руку. Они заслуживают лучшего хозяина, чем Эрунез. Им необходим такой, как Тари.

— А как же Вы, Фрай?

— Если бы Этариан Кейр Драсс умер, мне пришлось бы выбрать любое из владений герцогов Гроссвенор в свою собственность, а остальное, в том числе и этот замок, являющийся фамильным гнездом рода Драсс, отдать Эрунезу. Именно он последний в роду герцогов, а я принятый в семью супруг. По законам эрганов я не был бы обижен финансово, но моим людям было бы несладко.

— Ну что же, значит, встретим любимого родственника так, чтобы ему больше никогда не захотелось приезжать к нам в гости, — лучезарно улыбнулась я, вызвав весёлый смех Фрая. Тари я, или кто? Если уж мне свалилось в руки герцогство, я разве должна его упускать? Пошли такие жадные родственники лесом, полем, а потом желательно болотом.

— Герой! Давай-ка, ложись ещё немного поспи, — мой новоявленный отец встал с кровати, уложил меня удобнее, и, совсем как маленького ребёнка, накрыл покрывалом. Небрежным, таким привычным, судя по всему, для него жестом взъерошил мои волосы. — Завтра, или точнее уже сегодня, будет насыщенный день. Могу поклясться, что Эларил начнёт грузить тебя знаниями с самого утра. Наберись сил, Тари.

Фрай тихонько затворил за собой дверь. Я ещё успела подумать, что вряд ли усну, но сон предательски подкрался и захватил меня в свой сладкий плен.

Глава 5

Дежа вю? Ха! Это сущая мелочь по сравнению с тем, что происходит со мной в последнее время. Если я предполагала, что память Тари будет проявляться в… Точнее, я перебрала в голове уйму предположений, как именно это будет происходить, но ни на одном так и не смогла остановиться. В первый раз это произошло так спонтанно и неожиданно, что я даже не заметила в первый момент.

Фрай зашёл за мной рано поутру. Провёл в гардеробную, дверь в которую я не заметила ночью. Провёл, помог выбрать одежду и оставил наедине с большим зеркалом. Наконец-то! Я медленно, и немного опасаясь, мелкими крадущимися шажками подошла к деревянной раме и, как испуганный зайчонок, мельком заглянула в сверкающую глубину. Оттуда на меня так же испуганно уставились огромные янтарные глазищи на исхудавшем лице. Я отпрянула, прислонилась к стеночке, затем сделала глубокий вдох, обозвала себя дурой и трусихой, и уже смело подошла к зеркалу. Янтарные кошачьи глаза с чёрным вертикальным зрачком оказались не единственным сюрпризом. Тонкое тело, когда-то бывшее весьма развитым и спортивным, немного похудело, но ещё не успело утратить своей привлекательности. Я сразу же прикинула, что в тех свободных балахонах, что носят эрганы, это будет не слишком заметно.

Когда-то я любила спортивные игры, даже ходила в секцию по борьбе. В зрелом возрасте, чтобы избавиться от лишнего жирка, пристрастилась к занятиям йогой. Если не буду лениться, то приведу новое тело в прежнюю замечательную форму. Этот юноша вызвал бы приступ зависти у меня прежней. Длинные стройные ноги и прекрасной формы руки были в меру подкачаны, подтянутая симпатичная задница и узкие бёдра переходили в плоский живот с уже виднеющимися кубиками пресса, развитые пластины грудных мышц с маленькими коричневыми горошинами сосков привлекали взгляд, как и довольно широкие плечи и сильная красивая колонна шеи.

От лица я просто пришла в восторг: чуть смуглая бархатистая кожа так и просила, чтобы её погладили, тонкие чёрные брови вразлёт оттеняли необычные глаза с длинными ресницами, точёный носик и немного пухлые пропорциональные губы, острые скулы и изящный подбородок. Тари должен был стать со временем весьма и весьма привлекательным молодым мужчиной. Картину дополняли густые чёрные волосы с широкой золотой прядью, ярким росчерком украшающую голову парня, то есть теперь и мою, с правой стороны головы. Но… У него была та же дурацкая причёска, что и у Фрая. У моего отца были слегка вьющиеся тёмно-каштановые волосы с серебряными прядями. Не седыми, как показалось в полумраке, а именно серебряными. Стричь такую красоту так, на мой женский взгляд, было настоящим вандализмом. Фрай, глядя на мою скривившуюся мордаху сказал, что так сейчас популярно в столице, и, чтобы не выглядеть провинциалом, приходится следовать моде. Чушь! Я этот «горшок» носить не буду. Такие шикарные волосы должны быть длинными. Мне плевать на столицу и её дурацкую моду. Я отращу эту красоту и пусть потом столица смотрит на меня и завистливо капает слюной. И наряды их мне тоже ужасно не понравились. Многослойные тяжёлые одежды совершенно скрывали фигуры, вместо того, чтобы подчёркивать мужественные линии.

Изготовлением одежды в основном занимаются бытовые маги. Большинство эрганов вынуждены покупать одежду именно у них. Бытовые маги делают свои «шедевры» с помощью заклинаний и накопителей энергии, только у них не являющиеся дефицитом. Вот мы, обычные люди, всю жизнь живём без какой-либо магии и, тем не менее, умеем делать множество удивительных изделий. У нас многие домохозяйки шьют и вяжут не хуже мастериц, работающих у модных кутюрье. А тут, видите ли, магии стало меньше и всё! Да здравствуют хитрые маги-бытовики, имеющие в заначках накопители. Они гребут деньги лопатой и производят откровенную безвкусицу. Нет, революций я здесь устраивать не собираюсь, но переворот в моде точно устрою. Таскать на себе такое количество тряпья — это ужас. Полюбовавшись на себя какое-то время, я, вздохнув тяжко, всё же оделась и отправилась с Фраем на завтрак. Нас ожидали в малой столовой, где обычно трапезничали все домочадцы.

Так вот о дежа вю. Только выйдя из комнаты, я встретила симпатичного паренька небольшого роста. Он куда-то тащил целую гору сложенного белья. Не задумываясь ни на секунду, я произнесла:

— Смотри под ноги, Скью, а то опять упадёшь, — весело подмигнула малышу, и тут же услышала грохот и еле сдержанные ругательства. Внезапно остановившись, я, в ступоре от собственных слов, уставилась на сидевшего на попе и улыбающегося парня.

— Хозяин Фрай, а он меня помнит! — радостно завопил баском «малыш».

— Конечно, Скью. Это же наш Тари, — снисходительно улыбнулся отец. — Быстро поднимай всё, а то если твоя мама узнает, что ты опять всё уронил, будет громко ругаться.

Фрай взял ошеломлённую меня за руку и повёл за собой дальше. Меня не так удивил говорящий баском маленький парень, как то, что я его знала. Точнее, его знал Тари. Он, судя по тёплой волне, заплескавшейся глубоко внутри, был его другом. Забавным, хитрым, шкодливым, но добрым другом. В голове, словно картинки в калейдоскопе, запестрели воспоминания общих детских выходок. Эти воспоминания не были чем-то инородным, они были именно моими. Кажется, этот Скью тоже человеком не был. Я напряглась и попыталась вспомнить, к какому народу он принадлежит, но у меня ничего не получилось. Не сработало. Он почему-то напомнил мне гнома из сказок. Хоть он и был невысокого роста, но его фигуру назвать квадратной или бочкообразной назвать язык не поворачивался. Здесь скорее подходило слово «крепыш». Скью был сложён очень даже пропорционально, но что-то общее со знаменитым сказочным народом всё же промелькнуло. По пути в столовую я заметила, что узнаю и дорогу, и обстановку. Мне сразу же вспомнился восторженный рассказ моей старой подруги. Когда-то в юности она со своим классом поехала на экскурсию в Москву. Идя за гидом, школьница вдруг начала узнавать места, в которых никогда не была. Причём отчего-то знала, что за тем углом будет такой-то дом, а там такая-то улочка. Было дикое чувство, что она там часто бывала, хотя в Москве была впервые. Вот и у меня сейчас было то же чувство, о котором говорила подруга.

Завтрак прошёл хорошо, хоть я сильно опасалась, что буду попадать впросак на каждом шагу. А ничего нового я и не узнала: салфетки, фарфоровые тарелки, нож, ложки и ложечки разных размеров. Единственное примечательное различие, это вилки с тремя зубьями, вместо четырёх. Многое я делала автоматически, видимо, опять срабатывали привычки Тари. Похоже, жить в состоянии дежавю мне придётся ещё довольно долгое время. За столом меня познакомили ещё с несколькими эрганами. Самыми примечательными из них оказались военный комендант герцогства Гроссвенор барон Иртон Скроу и его супруг Гвейн. Оба довольно крупные эрганы, очень общительные и приветливые. Несколько первых минут они пристально смотрели на меня, а потом облегчённо вздохнули и приступили к трапезе. Уж не знаю, что именно они хотели, или опасались увидеть. Может быть, рога и копыта?

А после завтрака пришло время Эларила. К нему поначалу я отнеслась весьма насторожённо. А что? Кто знает, что на уме у ученого, который сумел не только найти, но и правильно провести почти забытый ритуал. Может он думает, что теперь я стану для него подопытной крыской. Но мои опасения не оправдались. Весьма высокий, кряжистый и могучий, сей эрган совсем не походил на деятеля науки. Скорее на воина он был похож. Но когда он начал посвящать меня в детали жизни замка и его обитателей, я забыла и о его внешности, и о круговерти своих беспокойных мыслей. Это было настолько интересно и увлекательно, что я впитывала всё, как губка. Перед моими глазами всплывали люди и места, о которых говорил Эларил. Может быть, он докопался в своих изысканиях до того, как правильно будить знания и воспоминания у таких, как я, или сам оказался таким умным, но он здорово мне помог. Постепенно его односторонний монолог превратился в захватывающий диалог. Я многое вспоминала, и даже чем-то дополнила его рассказ, вызвав довольную улыбку Эларила.

— Ну, что же, Тари, — довольно потирая руки, высказался мой учитель, когда пришло время обеда, — всё довольно неплохо для первого дня. Работы ещё много, но Эрунезу хватит, чтобы ничего не заподозрил, а остальное мы наверстаем.

— Эларил, а можно вопрос? — я мило улыбнулась.

— Тари задавал меньше вопросов, но я даже рад, что ты так любопытен.

— Кхм, — естественно, Эларил не удержался и напомнил, что несколько раз во время нашего диалога я высказалась о себе в женском роде. Можно подумать, легко привыкнуть к тому, что теперь моё тело другого пола. Прошло только каких-то полтора дня с момента вселения, а в женском теле я прожила почти сорок лет. — Виновата, товарищ учитель. Постараюсь больше не ошибаться. Почему у всех эрганов есть пряди другого цвета в волосах? Это мода такая, или это что-то значит?

— Прядь волос говорит о том, к какому роду принадлежит эрган. Твой отец Эфрайн родился в клане Серебряных Эрганов. Я, — Эларил указал на ярко-синюю прядь в своих русых волосах, — в клане Синих Эрганов. Сейчас эрганы не делятся на кланы, но генетические признаки говорят о наследственной крови.

— А моя золотая прядь о чём говорит?

— Что Этариан Драсс принадлежит к королевскому роду. Золотые пряди имеют только те, в ком течёт хоть капля крови правящего рода.

— Ой!

— Не бойся! На трон тебя никто не потащит. Там место занято, — заговорщицки подмигнул мне Эларил. У меня даже на душе полегчало. Никогда не мечтала сесть своей попой на трон. Это такой геморрой, что пусть им болеет кто-нибудь другой. — Кстати, Эрунез принадлежит к другой ветви семьи герцогов Гроссвенор. У него болотного цвета прядь в русых волосах. И это его ужасно бесит. Теперь ты последний в роду Драсс, в ком есть королевская кровь. Если бы Тари умер, титул герцога перешёл бы к Эрунезу, как к сыну двоюродного брата твоего покойного отца.

— Что-то этот родственник мне всё меньше и меньше нравится.

— Если бы он дал мне повод, я бы убил его и прикопал где-нибудь в глубокой ямке. Он водит шашни с единственным племянником Архимага, и потому считает себя чуть ли не королём в нашей провинции. Правда, племянничек не торопится заключать брак с настырным женихом. Парень беден, но не глуп. И прекрасно понимает, что Эрунезу нужны только его связи.

— Вы с ним знакомы?

— Да. Он часто посещал библиотеку в Академии Бытовой Магии и Целительства. Это самое престижное учебное заведение нашего королевства, ректор там сам Архимаг. Я много лет проработал в библиотеке, пока не пришлось срочно уехать.

— А…

— Потом. Как-нибудь расскажу. Обещаю, — произнёс Эларил, глядя в мои светящие от любопытства глаза, и покачал головой. Дорогой учитель, я же с тебя теперь не слезу, фигурально выражаясь.

— Уважаемый Эларил, — я похлопала длинными ресницами, на что учитель забавно хрюкнул, а потом спросила в лоб. — Теория это, конечно, замечательно, но хотелось бы увидеть семейное гнездо и восполнить пробелы. Вдруг Эрунезу захочется прогуляться по замку, а я не в зуб ногой.

— Куда ногой?

— Это присказка такая. То же самое, что не знаю о чём речь.

— Ты прав, Тари. Пойдём сейчас на обед, а после устроим прогулку по окрестностям.

Да-а. Семейное гнездо Гроссвенор впечатлило. Больше всего это строение напомнило мне крепость в миниатюре. Это не сказочный замок Уолта Диснея и не изящные дворцы Англии. Гроссвенор — это мощные стены, высокие строгие башни с бойницами, шестигранные крыши, покрытые тёмно-зелёной черепицей, обшитые железом толстые двери и ворота. Да и место, где расположился замок было необычным и, даже на мой взгляд, стратегически выгодным. Дело в том, что где-то на самом юге королевства начинался горный хребет. Пролегая через половину страны, местами он приближался к побережью и заканчивался именно здесь, на территории герцогства Гроссвернор. Он, словно хвост огромного дракона, образовал здесь защищённую со всех сторон большую долину. При самом входе в неё, на возвышенности, и был построен замок-крепость. Вниз, от самых ворот, спускалась широкая, мощёная камнем дорога. С высоты стен виднелись густые леса с проплешинами деревень. В другом конце долины виднелась гавань, переливающаяся всеми оттенками лазури. Как сказал Эларил, где-то там, почти у самого берега находились руины старого замка рода Драсс. Руины, хранящие многие знания и сокровища. А ещё я заметила, неподалёку от замка, возле кромки леса, что-то похожее на вход в пещеру.

— Да, это пещера. Она небольшая, но её ценность в том, что там есть горячее озеро. Оттуда в замок подаётся горячая вода для всех хозяйственных нужд. Там же можно поплавать. В пещере много светящихся кристаллов. Там красиво. Если захочешь, Фрай выделит тебе охрану, и сможешь прогуливаться по окрестностям. Только потом, после визита Эрунеза. Таких пещер с горячими источниками в нашем королевстве много. Только на территории герцогства их три. Возле замка расположено самое маленькое озеро. По другую сторону горного хребта была ещё одна пещера. Рядом с ней пролегал торговый тракт, и находилась одна из самых больших деревень герцогства. Если проехать дальше в лес, где-то в двух днях пути находится самое красивое горячее озеро в королевстве. Оно необычно тем, что находится на поверхности, а не в толще гор, и через него протекает горная река, образуя водопад. Там можно искупаться как в горячей, так и в холодной воде. Ещё одно такое же удивительное место есть только неподалёку от столицы королевства, Рассгариона.

Дни до приезда нежеланного гостя пролетели, как один миг. Занятия с Эларилом, прогулки по всем закоулкам замка с Фраем и Иртаном. Я уже неплохо ориентировалась, узнавала многих слуг и охранников, поваров и камердинеров. Иногда даже голова начинала кружиться от обилия лиц и впечатлений. Вроде бы я была неплохо подготовлена, но всё равно нервничала. Как сказал Фрай, ранее Эрунез редко бывал здесь в гостях и с Тари почти не общался. Только заподозрив, что его мечты могут сбыться и титул герцога может стать для него реальностью, сей господин зачастил в Гроссвенор. Но с Тари он по-прежнему общался мало, скорее потому, что наследник его избегал.

В день приезда мы с отцом находились в парадной гостиной, и потому могли лицезреть приезд Эрунеза Грисса во всей красе. Когда я увидел, как небрежно он бросил поводья коня служке и отпихнул его, как собачонку, мне захотелось его ударить. Даже если разумное существо выполняет обязанности слуги, к нему следует относиться уважительно. Даже уборщица, по моему мнению, имеет право, чтобы её считали человеком, а не частью мебели. Эрунез по-хозяйски окинул взглядом замковый двор и вальяжной походкой отправился к входным дверям.

— Не удивлюсь, если этот му…, этот господин пересчитает по пути к нам все картины, статуэтки и ковры с гобеленами, — пробормотала я.

— Конечно, пересчитает, — хмыкнул презрительно отец. — Он жаден, и уже некоторое время считает здесь всё своим. И всех.

— Ты о чём?

— Да так. Был у меня в прошлый раз неприятный инцидент с Эрунезом, — поморщился Фрай, а у меня вдруг перед глазами мелькнула любопытная картинка. Я прищурила глаза, и прикусила губу. Эрунез ещё хуже, чем можно было предположить. — Приготовься, Тари. Считай это твоим первым испытанием.

— Боевым крещением, блин, — пробормотала я вновь и тут же широко улыбнулась, так как в этот момент в гостиную вплыл Эрунез собственной персоной. Все его меркантильные планы просто-таки были написаны на лице, он с самодовольной физиономией вошёл в комнату и споткнулся, узрев мой доброжелательный оскал. Не ожидал? Бывает!

— Дорогой Эрунез, нужно быть осторожнее, — посочувствовала я. Его чуть не перекосило бедного. — Добрый день и мы рады вас видеть в нашем доме.

— Добрый и вам, господа, — произнёс гость, цепляя на лицо выражение радушия. Верим, дорогуша, верим. — Я тоже рад снова оказаться в замке Гроссвенор. Как ваше здоровье?

— Прекрасно, — ответил отец, а я подумала: «Не дождёшься!» — Не хотите ли вина, Эрунез?

— С удовольствием. Дорога была так утомительна.

— Тогда прошу к столу, — отец сделал приглашающий жест, указав гостю на накрытый небольшой столик с вином и закусками. Эрунез не пошёл, а просто рванул к еде. Его не кормили в дороге? В этот момент в гостиную вошли Эларил и Иртон. Эрунез, уже было вальяжно развалившийся аки хозяин на софе, вынужден был встать и, скривив недовольную моську, поздороваться с вошедшими. Эларил и комендант вежливо склонили головы в приветствии, и присоединились к нам. Потекла светская беседа.

Через полчаса у меня возникло стойкое желание взять этого товарища за шкирку и как поганого щенка выкинуть за ворота замка. Он нагло пялился на Фрая, чуть ли облизываясь, презрительно посматривал на молчавшую меня, а Эларила и коменданта практически не замечал. Мой учитель скрипел зубами так, что мне казалось, что я это явственно слышала. А Итор просто скала, такое лицо я видела только у киношных игроков в покер. Обычно спокойный Фрай с трудом сдерживал себя, и это было видно по его глазам. А как ещё можно сказать, если его медового цвета глаза начали излучать такой холод, что у меня дрожь пошла по коже. Я глубоко вздохнула и ринулась в бой, пользуясь паузой, пока Эрунез замолчал.

— Дорогой Эрунез, мне кажется, или Вы зачастили к нам в гости? Раньше Вы изволили появляться не больше одного раза в год. Если я не ошибаюсь, Вы приезжали лишь на празднование в честь богини Дайры и начала нового года?

— Я… Я просто решил, что редко вижусь со столь любимыми мной родственниками. Мне так нравится ваше гостеприимство, и потому теперь я приезжаю чаще, — сладко пропел родственничек.

— Да? — почти искренне удивилась я. — А мне ваши визиты больше напоминали инспекционную проверку. Наблюдая за вами, мне всё время казалось, что Вы вытащите из широких карманов свиток и начнёте сверять имущество.

— Кхе-кхе, — укусивший в этот момент бутерброд Эрунез подавился. Иртон сочувственно постучал гостя по спине, правда, мне показалось, что он применил для этого чуток больше силы, чем требовалось. Бедолага прокашлялся и возмущённо посмотрел на меня, пытаясь скрыть смятение. — Этариан, как Вы могли такое подумать? Я честный…

— Честный и порядочный эрган не пытался бы лапать хозяина замка в укромном уголке, получая за это коленом под зад, — холодно произнесла я, краем глаза заметив, как дёрнулся к гостю Эларил. Интересненько! Фрай, натянуто улыбаясь, успел сжать ему руку под столом и с силой усадить на место. Но меня он останавливать не стал. — Вам, Эрунез, даже было наплевать, что я вас видел. Вы оттолкнули меня с пути, как досадное препятствие. А я ведь будущий герцог Гроссвенор. Или Вы по каким-то своим причинам уже успели похоронить меня?

— Да ты, щенок, гаснешь! Этого только глупец не заметил бы, а я не такой, — завопил, брызгая слюной гость. Шелуха слетела.

— С чего Вы сделали такие выводы, господин Грисс? Неужели Вы не знаете, что у каждого может быть плохое настроение. Не говоря уже о том, что ваше общество мне никогда не нравилось, как и ваши глупые вопросы, с которыми Вы пристали ко мне однажды. Я тогда поссорился с близким другом и был в печали. Мне просто было не до вас, — жестко ответила я, ибо воспоминания вновь всплыли. В тот день Тари было настолько плохо, что когда этот поганец нашёл его в саду, он не смог ответить ему ни на один вопрос. А Эрунез, почувствовав слабину, насел на него тогда основательно.

— Но ты… У тебя был пустой взгляд!

— Я просто не хотел разговаривать с неприятным мне господином. Честно говоря, я Вас даже не слышал. Так ушёл в медитацию, знаете ли, что и не заметил вас. Мне слуга рассказал, насколько Вы были непочтительны.

— Меди… что?

— Это такая дыхательная гимнастика, помогает найти душевное равновесие, — нашлась я с ответом. — И знаете что, Эрунез? Я, как законный наследник, запрещаю Вам впредь появляться на территории наших владений. Думаю, отец поддержит меня? — безмятежно улыбаясь, я посмотрела на Фрая. Его глаза излучали такое удовольствие, что почти сияли.

— Естественно поддержу, сын. И скажите спасибо, Эрунез, что ту выходку я спустил вам с рук. Я сделал это не из симпатии, как Вы могли убедиться сами, а из уважения к собственному покойному супругу. По каким-то причинам он благоволил вам.

— Да Вы…! Да я..!

— Тебе помочь найти дорогу? — угрожающе прогудел Эларил и привстал. Этого оказалось достаточно, чтобы гость испарился из гостиной практически мгновенно.

— Присмотрю-ка я за его отъездом, — произнёс Иртон, быстро выходя из гостиной. Ага! А то сопрёт гость любезный по пути какое-нибудь семейное достояние. На память.

— Это было сильно, малыш! Как стрелой в голову, — довольно произнёс Эларил. И тут же обиженно посмотрел на Фрая. — Почему не рассказал, что этот слизняк к тебе приставал? Я бы его…

— Вот потому и не рассказал, — невозмутимо ответил отец. Я всё чаще стала называть его отцом даже в собственных мыслях. Он как-то незаметно за столь короткое время сумел занять место в моём сердце. И это наводило на определённые мысли. — Он ещё до гибели мужа начал пускать на меня слюни, но в тот раз обнаглел. Пришлось осадить. Я не маленький мальчик, Эларил, ты прекрасно знаешь, что я могу постоять за себя.

— Знаете, это не Эрунез. Это — энурез, — высказала я то, что вертелось на языке с первого момента, как услышала это имя.

— А что это? — заинтересованно спросил Эларил. Я улыбнулась и ответила:

— Это такая неприятная болезнь, когда не могут удержаться и постоянно писаются.

В гостиной мгновение стояла тишина, а потом её нарушил дружный весёлый смех. Обстановка разрядилась, напряжение последних дней спало. Дело в том, что прямой наследник титула может себе позволить, тем более с разрешения старшего, изгнать с территории своих владений недостойного человека. Фрай просто не мог решиться на это ввиду возможной смерти Тари. Подставлять своих людей ему не хотелось, ведь Эрунез отомстил бы всем, кто увидел бы его унижение. Он сам виноват. Что посеял, то и съел!

Глава 6

Как же я устала за этот длинный день. Сначала ожидание приезда родственничка, затем удовольствие общаться с ним, затем ещё большее наслаждение дать ему под зад. Испытание я прошла на «отлично», как меня в один голос заверили отец и Эларил, а Иртон просто похвалил. Похоже, господина Энуреза Грисса, с этих пор так и никак иначе, в Гроссвеноре не любил никто. Надеюсь, он не посмеет больше сюда заявиться, а то Эларила мало кто сможет удержать. Похоже, у него чувства к Фраю. Только вот отец почему-то держит его на расстоянии. Герцог Гроссвенор погиб во время очередного налёта ашрами около двух лет назад, почти тогда же началось и угасание Тари. Не думаю, что чувства Эларила вспыхнули вдруг. Он достаточно сильный маг и артефактор, чтобы найти себе более престижное место в столице, но он вот уже много лет живёт в этом замке.

Мне показалось, что отцу известно о чувствах Эларила. То, как он схватил его за руку, и каким взглядом посмотрел, сказало о многом. Но романа между ними не возникло. Ранее гибель и траур по супругу, затем переживания за сына, хлопоты с беспокойным и жадным родственником не располагали к любовным приключениям. Как я поняла, Фрай и отец Тари не были Истинной парой. Фрай красив, ещё молод, уже свободен. Что же помешало такому бойкому Эларилу завоевать расположение вдовствующего герцога? Н-да. Столько тайн ещё вокруг, миллион не заданных вопросов, и ещё большее число не найденных ответов. До совершеннолетия Тари ещё четыре года, а это значит, что у меня море времени до того момента, когда гормоны начнут играть в крови эргана.

Я вошла в свою комнату и без сил упала на широкую кровать. Нервы шалили не по-детски. Видимо сказывалось напряжение последних дней. Что делать? А что делала всегда ‒ медитировать! Когда я только начала заниматься йогой, сей процесс вызывал у меня смех. Сиди, созерцай, представляй какие-то там энергетические линии, чакры и прочую лабудень. Чакры я не открыла, но… Постепенно я научилась правильно дышать, успокаивать сердцебиение, а заодно и свои время от времени бушующие нервы. И медитация стала моим способом умиротворения. Здесь, в моей комнате, было большое окно с широким подоконником. Оно открывалось вовнутрь комнаты, а с внешней стороны было небольшое кованое ограждение. Я стащила с кровати небольшую подушечку, и с комфортом устроилась на подоконнике. Подтянула ноги под себя, выпрямила спину и прислонилась к раме окна. Вот теперь вполне комфортно. И спина прямая, и сидеть удобно.

Внизу сновал люд, занимаясь своими делами, вверху птички летали. Итак, приступим. Медленно вдохнула свежий, наполненный запахами леса и гор, воздух и также медленно выдохнула. Я наполняла лёгкие кислородом, позволяя дыханию успокоить свои нервы и разум. Закрыв глаза, задышала медленно и спокойно. Через несколько минут я почувствовала, как стресс и напряжение стало покидать моё тело. Мышцы немного расслабились и по ним побежало приятное тепло. Мне начало казаться, что мир вокруг стал замирать и успокаиваться вместе со мной. Интересное чувство. Я решила попробовать визуализацию. Раньше у меня не получалось, чего-то не хватало для полноты постижения процесса медитации. Я представила себе, что вдыхаю некий белый свет. Он наполняет всё моё тело: голову, шею, плечи, руки, кисти, бёдра, ноги и, наконец, достигает кончиков пальцев. Когда всё моё тело наполнилось этим белым светом, мой мир просто взорвался красками. Я почувствовала огромную необходимость открыть глаза. Всё пространство вокруг было пронизано цветными пульсирующими нитями. Они тянулись хаотично, некоторые пересекались, другие шли строго параллельно. Что странно, я не выпала из медитации и меня наполняло непривычное чувство равновесия. Раньше любой шум мог нарушить этот процесс. Сейчас же я по-прежнему всё видела и слышала звуки, правда, слегка отдалённо, словно через тонкую перегородку. Мне нравилось это ощущение единения с миром. Я присмотрелась и заметила рядом с собой нежно-голубые линии. Их было много. Они сияли вокруг, как полупрозрачное таинственное плетение. Мне захотелось прикоснуться к ним, но я боялась спугнуть своё необычное состояние. Но любопытство моё всё. Решила рискнуть. Осторожно коснувшись кончиком пальца одной из линий, я почувствовала, словно лёгкий ветерок коснулся кожи. Несколько ярко-красных линий пронизывали мою комнату. Одна из них была совсем рядом. Коснувшись её, я почувствовала ярость огня. Но она не опаляла, а мурлыкала, как ласковый игривый котёнок. И что-то глубоко внутри меня подсказывало, что будь на то моё желание, этот котёнок превратится в грозного льва. Совсем рядом с окном, но не пересекаясь с ярко-красной линией, тянулась насыщенно-синяя. Мне пришлось потянуться вперёд, чтобы прикоснуться к ней. От этой линии повеяло такой прохладой и свежестью, словно она была наполнена струящимся водным потоком. Где-то внизу, пронизывая двор замка в разных направлениях, тянулись коричневые нити, а вокруг деревьев, кустов и цветов вились ярко-зелёные.

Если мне не изменила интуиция, значит то, что я видела, было потоками магических сил. Ярко-красные линии ‒ огонь, нежно-голубые ‒ воздух, насыщенно-синие ‒ вода, а коричневые ‒ земля. Что означали ярко-зелёные? Возможно, сила природы, или жизни. Ещё я заметила белые линии, тускло-серые, несколько золотистых. Моё окно было достаточно высоко над землёй, но острое зрение эрганов позволило мне рассмотреть интересную особенность. Все фигуры обитателей замка, что суетились внизу, были окутаны разноцветным сиянием. Стражники и воины в большинстве светились алым, синим и голубым цветом, кое-кто сиял ярко-зелёным. А ещё я заметила странность: сияние было ярким, но возле самих тел оно слабело. Тела тонкой линией очерчивала серая дымка. Чуть приглядевшись, заметила в груди у каждого светящийся бледным светом сгусток. Да и линии магических потоков, пересекая тела, теряли свою интенсивность, словно сталкиваясь с преградой.

Вот через двор пробежал молоденький гнорд. Такой же шустрый парнишка, как Скью. Он светился коричневым, почти однородным цветом с лёгким вкраплением ярко-красного. То, что Эларил поведал мне о гнордах, подтвердило догадку, промелькнувшую в моей голове, когда я впервые увидела Скью. Между этим народом, верой и правдой служившем эрганам ещё до Великого Перехода и пришедшим в Валар вместе с ними, действительно было много общего с известными нам по сказкам гномами. Немного другое, более напоминающее обычных, пусть и невысоких людей, телосложение в основном и отличало их от мифического подгорного народа. Да и их женщины были довольно пухленькими и симпатичными. А вот сварливый, но добрый характер, сила и трудолюбие, а также пристрастие к ремеслу и редкая хозяйственность подтверждало то, что рассказывал мне Привратник. В каждом мире возможно найти если не двойников, то очень похожих существ.

Я осторожно вернулась на свой насест на подоконнике и присмотрелась к себе. Моё изменившееся благодаря медитации восприятие позволило заметить радужную оболочку собственного тела. Она была достаточно яркой. Здесь присутствовал и красный цвет, и синий, и зелёный с коричневым. А преобладали голубой и почему-то золотой. Почему так? Решив проверить собственный источник, как я окрестила тот небольшой шар в груди, опустила глаза, но не смогла ничего рассмотреть. И что делать? Как там в книгах то писали? Надо попытаться заглянуть к себе в душу? Легко сказать, но трудно сделать. Инструкций по заглядыванию мне не дали, и ключик к таинственной дверце, за которой прячется душа и магический источник, тоже зажали. Попробую сделать так, как пел Бармолей в старом фильме «Айболит-66», то есть, как умные герои, пойти в обход.

Я сосредоточилась и попыталась увидеть себя со стороны. Ничего не получилось. Хорошо, отрицательный результат тоже результат. Попытаюсь ещё раз, ведь как говорится, упорство города берёт. Я вновь сосредоточилась и представила, как сквозь меня проходит белый свет. Минута прошла, другая и… Вдруг я почувствовала искрящееся, живое и пульсирующее тепло в груди. Магия, а ничем другим я не могла объяснить эти необычные ощущения, поманила к себе. Мой невидимый взгляд проник сквозь светящуюся оболочку и, словно по невидимой нитке Ариадны, прошёл внутрь тела, найдя источник. Он был довольно большим, но, как мне показалось, больше чем наполовину пустым. К моему телу шёл сильный поток магии, но в источник проникали лишь крохи. Это почему-то напомнило мне засорённый водопровод. Было чувство, как будто потоку что-то не даёт свободно проникать внутрь, наполнять источник до краёв. И, кажется, эта проблема была не только у меня. Ведь моё тело, как и тела виденных мною внизу эрганов, обволакивала тонкая серая пелена. Надо бы поговорить с Эларилом. Может быть, он объяснит эту аномалию. Я ни разу не специалист в магических вопросах. А если говорить откровенно, то полный профан, но интуиция мне подсказывала, что так как есть, быть не должно.

Не знаю, сколько времени я провела, созерцая магические потоки, но когда вынырнула из этого состояния, за окном были уже вечерние сумерки. Напряжение из моего разума и тела исчезло, оставив расслабленность и умиротворение. При виде магических линий в памяти Тари ничего не всплыло. Совсем. И о чём это мне говорит? Одно из двух: либо парня ещё не начали обучать магическим премудростям, либо я забрела в неизвестные эрганам дебри. Во всевозможных книгах о всякого рода попаданцах, земные авторы изощрялись в фантазиях как могли. Там маги были вездесущими и всемогущими. Одни, как Гарри Поттер размахивали волшебными палочками и выкрикивали вслух всякого рода заклинания, другие плели магические кружева руками, третьи использовали посохи или ещё что-нибудь. Мне как-то всегда были ближе те, кто магичил невербально, используя образы, астральные конструкты. А ещё я была согласна с теми авторами, кто настойчиво утверждал, что человеческая воля способна творить чудеса. А разве не чудо, когда простой человек излечивался от смертельной болезни лишь потому, что был искренне уверен, что сможет справиться. Победить недуг силой своего желания. Было такое, и не раз. Врачи не могут объяснить такие случаи. Хотя лично о себе могу сказать, что обладаю скорее ослиным упрямством, чем развитой силой воли. Но у меня буйная фантазия.

Всю ночь мне снилось, как я разбрасываю всевозможных врагов воздушными кулаками и жгу огромными файерболами. У меня такое иногда бывало в прошлой жизни. Начитаюсь какой-нибудь интересной книги, а потом всю ночь переживаю приключения героев. Видимо, больная фантазия даже ночью телу покоя не даёт. Спать надо, а не воевать по ночам. Хотя почему не надо? Воевать можно по-разному. Ага. Чтобы затевать «кроватные войны» надо сначала дорасти и созреть. А у эрганов гормоны начинают просыпаться потихоньку не раньше восемнадцати лет. Да к тому же неплохо было бы свою пару найти. Что-то мне не хочется, чтобы моего ребёнка постигла участь Тари. Все ещё не могу привыкнуть, что я и есть он. Причём в прямом смысле. Все в замке обращаются ко мне, как к парню и я часто ловлю себя на том, что, не задумываясь, безошибочно отвечаю. Но… Размышляя, мысленно думаю о себе всё-таки в женском роде. Знаю, что это глупо. У меня новая жизнь и надо привыкать, но подсознательно держусь за старое. Это упрямство основано на страхе. Страхе потерять свою личность. Небольшой подводный камешек, мешающий полноценно принять новую ипостась, это моя сохранившаяся память. Теперь я понимаю, почему перед тем, как отправить душу на перерождение ей стирают память. Привратник сказал, что душа не имеет пола и теперь мне кажется, что люди, которые вынуждены делать операции по смене пола, просто помнят отголоски своей прошлой жизни. И именно поэтому им неудобно в своём данном от природы теле. Вот и цепляюсь за прошлое, как за спасательный круг.

До завтрака решила попробовать снова помедитировать. В этот раз достичь равновесия получилось быстрее, и я сделала для себя вывод, что если почаще тренироваться, то можно научиться входить в это состояние если не мгновенно, то очень быстро. После завтрака прицепилась к Эларилу с вопросами. Меня очень интересовало, почему в памяти Тари нет никаких магических умений. Оказалось, что молодым эрганам начинают преподавать эти знания только после шестнадцати лет, ибо именно в этом возрасте заканчивает созревать энергетическое ядро, то есть то, что я назвала для себя магическим источником. Оказалась недалека от истины. Что меня обрадовало, это то, что магия эрганов основана на мысленных образах. Это, в принципе, для них наиболее удобно, ведь в боевой ипостаси эрганы магические оборотни. Волшебную палочку в лапах не удержишь и магическое плетение когтем не нарисуешь. Нужна более простая, но и более действенная форма. Они запоминают магические конструкты, мысленно их визуализируют и наполняют силой из источника. Он даже нарисовал мне знак «Воздушного вихря». Это один из самых простых, но действенных конструктов в арсенале эрганов. Его сила зависит напрямую от запаса магической энергии в ядре. Оказалось, что эрганы не берут силу извне, потому, что просто не видят её. Когда я спросила Эларила о магических потоках, пронизывающих всё окружающее нас пространство, он даже забыл, о чём в тот момент рассказывал и так странно взглянул на меня. Удивлённо и вопросительно. Затем в его взгляде появился голод учёного. Он смотрел на меня, как кот на жирненькую мышку. Или подопытную крыску. Я предпочла свернуть тему и смыться, но чувствует моя пятая точка, что сей учёный муж ещё вернётся к этой теме.

У Тари в саду было любимое место, вот туда я и сбежала от Эларила. Пустит на опыты и разрешения не спросит. Устроилась на травке и погрузилась в медитацию. Вскоре перед моими глазами вновь возникло разноцветье магических потоков. Здесь в саду было много голубых и зелёных линий. Я попробовала визуализировать тот конструкт, который мне показал Эларил. У меня получилось, хотя и не с первого раза. Забавная вещь память эрганов. Я даже избавилась от инфантильной амнезии, то есть помню почти всё, чуть ли не с момента рождения. Теперь те смешные истории, что рассказывали мне мама с папой, я могу вспомнить и сама со всеми подробностями. И при этом никакой мешанины. Воспоминания словно разложены по полочкам в коробки и подписаны цветными маркерами: ярко-желтыми счастливые и смешные, красными самые яркие, наполненные эмоциями, розовыми, насыщенные нежностью и любовью. Здесь были и воспоминания Арины, и воспоминания Тари. Так что воспроизвести рисунок не составило труда, а вот наполнить его из ядра энергией не получилось. Я расстроилась и загрустила. Конструкт крутился перед глазами, как на виртуальной панели, а рядом была одна из голубых линий. Я прикусила нижнюю губу и задумалась. Энергию из ядра я достать не могу. А что, если попытаться вытянуть её из потока и направить на конструкт? Попытка не пытка?

Пальцем не получилась. Он проходил сквозь линию. И что делать горемычной мне? Я сосредоточилась и попыталась мысленно притянуть воздушный поток себе. После часа неудачных попыток мне удалось отделить тонкий волосок от общего потока и направить его на конструкт. Я почти перестала дышать… Когда волосок коснулся конструкта, он мгновенно, как будто только этого и ждал, наполнил линии. Вместо маленького рисунка перед моими глазами закружился небольшой воздушный вихрь. И самое удивительное было в том, что я его чувствовала. Он направлялся туда, куда мне хотелось. Но он был маленьким и я попробовала сделать поток чуть больше и… Всё испортила! Но всё равно я была довольна. Первый мой магический опыт не вышел комом. Вихрь был маленьким, но он был. И сделала я его самостоятельно. Приятное чувство от маленькой победы.

Глава 7

Эларил своим присутствием на завтраке нас не почтил, чему лично я даже обрадовалась. Этот большой дяденька мне очень даже нравился, вот только его жажда знаний меня пугала. Мой длинный язык, похоже, всколыхнул в нём волну познания. Где-то в подземельях замка, как по секрету сказал мне Скью, у Эларила была лаборатория. Он туда никого не впускал, разве что мой отец удостаивался чести зайти в его логово. И вот именно там он и пропадал с вчерашнего вечера. Вкусно позавтракав свежими булочками с джемом и запив всё это граем, ароматным напитком, очень уж напоминавшим кофе, я отправилась в сад.

Пару лет назад Тари приказал притащить сюда большой плоский камень, на котором может вытянуться в полный рост взрослый человек. Даже место сам выбирал для него: чтобы с утра камень грело солнышко, а в полдень накрывала тень от роскошного плодового дерева, даря прохладу тому, кто решит понежиться на его гладкой поверхности. Вокруг роскошным ковром росла шелковистая травка, цвели раскидистые кусты каких-то совершенно неизвестных мне цветов, а в кронах деревьев выводили свои трели птицы. Почти маленький рай внутри одного отдельно взятого замка. А ещё здесь из стены, стекая по камням искусственного водопада, журчал весёлый ручеек. Он образовывал небольшой прудик с цветными рыбками. Уютное это место и я понимала, почему Тари любил здесь скрываться. Это был его маленький личный мирок, отделённый от замка толстыми стенами и крепкой дверью. Ключ от этого убежища был только у троих: Фрая, Эларила и садовника. Последний не входил сюда, пока здесь был молодой хозяин. Случай с Энурезом был исключением. Вероятно, в тот день Тари забыл запереть дверь в сад, и родственничек воспользовался этим.

Я удобно устроилась на тёплом камне и приготовилась к медитации. Внимательно контролируя своё дыхание, я начала погружаться в спокойствие и… И тут услышала скрежет ключа в замке. Так как садовник сюда сейчас точно не припёрся бы, он старичок вежливый, то я сделала только один вывод. Какой? Простой и очевидный. Меня решил навестить Эларил. Как только эта мысль пронеслась в моём мозгу, я тут же свалилась с нагретого камня и змейкой уползла в ближайшие кусты. Диверсант из меня, конечно аховый, но спрятаться и затаиться я постаралась. Дверь тихо отворилась, и мой наставник заглянул в сад. Я затаилась под пышным цветущим кустом, как мышь под веником и только краешком глаза наблюдала за своим наставником. Эларил зорко оглядел территорию сада, нахмурился. Я даже забыла, как дышать.

‒ Странно, ‒ пробормотал мужчина. ‒ Слуга видел, как он шёл сюда. И куда делся? Хм.

Он постоял ещё пару минут, ещё раз окинул задумчивым взглядом сад и, наконец-то, вышел и запер дверь. Я выдохнула, и перевернулась на спину. А потом тихонько засмеялась. Ужас! Я прожила на Земле до сорока лет, а теперь ныкаюсь под кустом от своего будущего учителя по самому интересному мне предмету. Честное слово, как ребёнок. И ведь дело не в том, что я до колик боюсь Эларила. Совершенно не боюсь, и он мне даже нравится. Он хороший человек, то есть эрган, и ещё более замечательный наставник. Просто иногда я бываю жутко упряма. Даже раньше, если хотела чему-то научиться, то сначала пыталась сделать это самостоятельно. Бывало, у меня всё сразу получалось, а бывало, что мучилась долго и упорно, а потом всё-таки шла за советом к нужному человеку. И вот сейчас я бегала от Эларила не из вредности. Мне отчего-то хотелось понять, способна ли я самостоятельно добиться успеха в таком новом и странном для меня понятии, как магия. Хотелось добиться первых серьёзных результатов и только потом идти на поклон к наставнику. А что я сейчас могу ему сказать? Что увидела нечто? И что думаю, что это магические потоки и догадываюсь, как их можно использовать? Быть может, я неправа. Потому мне хочется чуток поэкспериментировать в тишине и спокойствии.

Прятаться от Эларила в замке, который он знает, как свои пять пальцев дело трудное, но интересное. Вот как раз этим я и занималась уже целых три дня. Весьма успешно должна сказать. Правда, наблюдая за нашей беготнёй, мне неожиданно стали помогать скрываться слуги и охрана. Уж больно забавно им было наблюдать за рыскающим по замку сердитым господином артефактором. Ну, не люблю я показывать полработы, а Эларил не оставил свою затею меня допросить. И именно поэтому сразу после завтрака-обеда-ужина шустрым ужом я выскальзывала из столовой и удирала. Эларил ругался и искал, искал и ругался. Надо было видеть, как дружок Скью с самыми честными глазами втирал ему, что меня не видел в то самое время, когда я пряталась неподалёку. Скью вообще оказался такой лапочкой, с ним можно ходить в разведку и пакостить врагам не задумываясь. Фрай сразу же заметил наши с Эларилом прятки, но не вмешивался. В его глазах был интерес родителя, наблюдающего за шалостями детишек. Несмотря на свои немалые размеры, Эларил мог вести себя, как ребёнок.

Про место в саду пришлось забыть, там он проверял в первую очередь. И мы со Скью нашли другое место. Стащили у его мамы, которая занимала должность кастелянши в замке, ключ от одной из башен и устроили мне там, под самой крышей, уютное тайное местечко. Большое круглое окно давало много света и открывало замечательный вид на виднеющуюся вдалеке гавань. На медитацию у меня, после постоянных тренировок, уходило уже не больше пяти минут. А вот в «погружении» я могла находиться довольно долго. Пока в моём магическом арсенале был только один конструкт и вот с ним я упорно и возилась. И результаты были довольно таки положительными. Я приловчилась увеличивать поток энергии и теперь мой маленький вихрь превратился в торнадо размером со Скью. Правда, приходилось его всё время напряжённо контролировать. Несколько раз он срывался и успевал разнести содержимое чердака. На моё счастье, сюда мало кто поднимался.

Весь сегодняшний ужин Эларил не сводил с меня глаз, напряжённо ожидая, когда же я сорвусь в свою комнату. Врываться без спросу у эрганов не принято, а к себе я его не пускала. Он жаловался Фраю, а тот только посмеивался. Бедняга Эларил не знал, что сегодня я бегать не намерена. Мне мало уже одного воздушного конструкта. Я ещё хочу! Забавно было наблюдать за взрослым мужчиной, внимательно следящим за каждым моим жестом и всё время находящимся в состоянии низкого старта. Кажется, я его довела до ручки. Я усмехнулась и сказала:

‒ Уважаемый Эларил, а не могли бы Вы преподать мне несколько уроков? Тот конструкт, что Вы мне показали, я уже выучил.

В ответ мой наставник зарычал, вскочил из-за стола, выдернул из-за него меня и потащил за собой. Успела заметить, как уголок рта Фрая приподнялся в сдержанной улыбке. Эларил упорно тащил меня куда-то вниз, под ногами пролетали какие-то коридоры и лестницы. Блин, хоть бы дорогу из этого лабиринта запомнить. А то ещё заставит самостоятельно выбираться в отместку за испорченные нервы. Наконец мы добежали до двери. Большой такой, покрытой металлическими полосками. Эларил вытащил из кармана камешек, похожий на рубин, в хитрой оправе и ловко вставил его в выемку на двери.

‒ Входи, ‒ буркнул наставник, распахивая передо мной дверь в свою святая святых ‒ лабораторию. Не зря я всё же от него бегала.

Без лишних вопросов я рыбкой прошмыгнула в комнату. Хм. Хотя комнатой это назвать было нельзя. Это было просторное помещение, разделённое на несколько секций. У дальней стены виднелись полки со всякими колбами и скляночками, столы с разнообразными приборами, из которых мне знакомы были только весы. Справа под стеной стоял большой стол с множеством ящичков. Вдоль всей стены были полки, уставленные коробочками и всевозможной мелочью. На поверхности стола были разложены, очень аккуратно должна сказать, всякие жутко интересные инструменты. Я даже успела потянуться, чтобы цапнуть один особо интересный экземпляр, как тут же получила по руке. Хозяин этой пещеры Алладина грозно глянул на меня, я в ответ состроила невинную мордаху и шаркнула ножкой. Глядя на моё представление, Эларил хмыкнул и указал рукой на деревянное кресло с мягкой подушкой у противоположной стены. Там, в простенке между огромными шкафами, заставленными полностью книгами, стояло ещё одно кресло и небольшой столик. Довольно уютно. Я села и уставилась на мужчину. Он присел в кресло напротив, сложил руки на груди и произнёс:

‒ Я слушаю!

Выражение его лица прямо мне говорило, что первый шаг он сделал, теперь мой черёд. Пришлось колоться. Глубоко вздохнула, и сосредоточилась на дыхании. Через пару минут пришло «погружение». Я открыла глаза, и радость наполнила моё сердце. Линии были и здесь. Только наверху было больше потоков силы воздуха, то здесь преобладали потоки земли и огня. Я создала небольшой вихрь и закружила его на ладони.

‒ Неплохо. Значит, сам разобрался, как напитать конструкт силой из ядра?

‒ Э… Нет.

‒ Не сам разобрался?

‒ Нет. Сам. Но напитал не из ядра.

‒ Тогда откуда энергия?

‒ Из одного из магических потоков, наполненного стихией воздуха. Они везде и я их вижу, ‒ произнесла, насторожённо глядя на Эларила. Какое-то время он сидел очень задумчивый, видимо переваривая мои откровения.

‒ Когда-то в юности я слышал, что некоторые людские маги могут видеть потоки сил. Но чтобы это могли делать эрганы, слышу впервые.

‒ Люди тоже владеют магией?

‒ Только некоторые, они называют их одарёнными. В основном люди владеют знахарством и шаманством. Как тебе это удалось?

‒ После достопамятного визита господина Энуреза хотелось успокоить нервы и мозги прочистить. Йога неплохой способ.

‒ Что это?

‒ Для одних это дыхательная гимнастика вкупе со своеобразными физическими упражнениями, для других философия жизни, путь познания себя. Я так глубоко не забредал, но медитации научился.

‒ Это то, о чём ты говорил Гриссу?

‒ Да. Сначала нужно научиться контролировать своё дыхание. Затем научиться погружаться в себя, искать внутреннюю точку равновесия. Это помогает расслабиться, выбросить ненужное из головы. У меня не сразу начало получаться, на это ушло несколько месяцев. Да и до такого состояния как здесь, дома дойти не получилось.

‒ А здесь получилось? ‒ усмехнулся Эларил, но в глубине его глаза плескался живейший интерес.

‒ Да, получилось. Даже больше, чем мне хотелось и ожидалось. Я нашёл не только точку равновесия, но посмотрел на мир совершенно другими глазами. Оказалось, он весь пронизан силовыми линиями. Или потоками сил, не знаю, как правильно назвать. Я немного поэкспериментировал, и у меня получилось использовать эту энергию для наполнения конструкта. Использовать энергию внутреннего ядра, сами понимаете, я не умею пока. А попробовать хотелось. Вот и итог.

‒ Сколько энергии в этом твоём малыше? ‒ я поняла, что Эларил спросил о созданном мною вихре. Я его не убирала, и он до сих пор танцевал на моей раскрытой ладони. Контролировать такую малютку было не сложно.

‒ Совсем чуть-чуть. Просто он до сих пор соединён с основным потоком.

‒ А если оборвать соединение?

‒ Продержится пару секунд и исчезнет, ‒ пожала плечами. Чтобы подтвердить свои слова, я оборвала соединение, и вихрь тут же растаял.

‒ А мощнее его сделать не пробовал, Тари?

‒ Пробовал. Сейчас умею контролировать вихрь размером со взрослого человека.

‒ Что именно контролируешь?

‒ Количество вливаемой энергии, скорость вращения и направление, ‒ призналась я и прикусила губу.

‒ Хм. Молодец, Тари. Почему от меня прятался?

‒ Хотелось показать готовый результат. Не люблю показывать сырое. Вы меня простите, Эларил, но по-другому я не мог поступить. Такой уж у меня характер.

‒ Прощаю. Научишь меня медитировать?

‒ А Вы ещё конструкты покажете?

‒ Это мой долг. Я же твой наставник, Тари. Только не бегай от меня больше. Опыты с магией не игрушка.

‒ Понятно. И ещё… Я кое-что заметил во время своих опытов. Кое-что странное.

И последующий час я вывалила на наставника результаты всех своих наблюдений, а заодно и подозрений. Не давала мне покоя та тонкая серая пелена, что окутывала тела эрганов. В отличие от эрганов, обладающих способностью манипулировать всеми стихиями, гнорды владели в основном магией земли, и только некоторые из них в придачу к ней, владели и магией огня. Об этом говорила и магическая оболочка их тел. У большинства виденных мной гнордов она была однородно коричневой, и только у тех, кто владел и магией огня в оболочке были ярко-красные вкрапления. Когда я закончила свой околонаучный доклад, Эларил на долгое время вновь впал в задумчивость.

‒ Значит, говоришь, что серая пелена есть только у эрганов?

‒ Да. Я видела Ламиреля. У него оболочка ярко-зелёная с добавлением небольшого количества синего и голубого. Вероятно, он хорошо разбирается с магией природы, плюс может хорошо манипулировать водой и воздухом. Правильно?

‒ Правильно, да не совсем. Его основная специализация ‒ это магия жизни. И да, он неплохо владеет заклинаниями воды и воздуха. Огонь и земля ему, как и всем друллам неподвластны.

‒ У всех эрганов по-разному выделяются в оболочке стихии. Это говорит о том, что они все владеют магией стихий, но тяга или способности к какой-то одной преобладают?

‒ Да. Так и есть. У меня, к примеру, больше способностей к магии огня. У Фрая к магии воздуха. Какие цвета преобладают у тебя?

‒ С одним цветом всё понятно. Сила воздуха, а вот с идентификацией второго у меня возникли проблемы. Я даже не могу предположить к какой магии определить золотой цвет.

‒ Какой? ‒ вдруг хрипло переспросил Эларил, подавшись в кресле вперёд.

‒ Золотой, ‒ повторила я, внимательно следя за реакцией наставника. Он секунду посидел, замерев как статуя, а потом расслаблено откинулся в кресле, потёр ладонями лицо и вдруг засмеялся.

‒ А я ведь даже не надеялся на такое, ‒ счастливо улыбаясь произнёс он, и, глядя на моё заинтересованное лицо, пояснил. ‒ Кроме обычных магов среди эрганов иногда появляются те, кого называют творцами. Такими магами становятся только те, кто прошёл такой же обряд как ты, Тари. И то не всегда. Раньше это считалось удачей.

‒ А сейчас?

‒ Юное поколение считает творцов чуть ли не легендой, старшее жалеют, что творцов больше нет, а некоторые опасаются их появления.

‒ Почему?

‒ Творцы очень часто приносили изменения в нашу жизнь. Они создавали шедевры в архитектуре, ибо могли работать с самой сутью материалов. Без каких-либо конструктов, заклинаний и плетений. Их знания заставляли эрганов менять взгляд на многие вещи, заставляли расти и меняться.

‒ Разве это плохо? Без развития жизнь замирает и превращается в болото, Эларил. Это могу сказать по себе. У меня всегда присутствовал страх завязнуть в таком болоте, и потому мне всегда хотелось узнавать что-то новое и интересное. Всегда чему-то учиться.

‒ Прекрасно тебя понимаю и сам живу по тому же принципу. Но есть кое-кто, к примеру, Архимаг, которому такие перемены не по вкусу. У меня есть предположение, что книги с древним обрядом «потерялись» благодаря ему и его преданным людям.

‒ Предположение, или всё же уверенность? Эларил, мы в одной лодке. Если я действительно творец, мне необходимо знать, чего опасаться.

‒ Уверенность, основанная на фактах, скажем так. Но об этом поговорим позже, когда ты освоишь начальные знания.

‒ А с чего, кстати, Вы решили, что золотой цвет характеризует творцов?

‒ Я был мальчиком, когда судьба столкнула меня с последним из известных магов-творцов. Мне повезло увидеть его в работе. Когда он творил его руки светились золотым светом. Это было прекрасно.

‒ А он жив? С ним можно встретиться? ‒ у меня даже ладони зачесались от перспектив.

‒ Увы, Тари. Мне тогда было десять лет, я дружил с его младшим сыном. Замечательная была семья. Один отец ‒ легендарный творец, другой ‒ главнокомандующий королевскими войсками.

‒ И что же случилось с замечательной семьёй?

‒ Главнокомандующий погиб вместе с отцом нашего нынешнего правителя, а творец умер через год. Истинные уходят друг за другом, и это правило нашей жизни не изменить никак. Всё это случилось пятьдесят лет назад, но горько вспоминать до сих пор, Тари.

‒ А ваш друг?

‒ Мой друг стал главой королевской гвардии. Преданный друг короля и его верный воин. Его старший брат является военным министром и также верно служит королю, и он огромная кость в горле досточтимого Архимага.

‒ Эларил, позвольте задать нескромный вопрос? ‒ мужчина согласно кивнул. ‒ Сколько Вам лет?

‒ Мне скоро исполнится шестьдесят два.

‒ А сколько было тому творцу, которого Вы знали?

‒ Двести шестьдесят восемь лет, Тари. На момент решающего сражения Великой Войны ему было лишь восемнадцать. За прошедшие с тех пор триста лет не появилось больше ни одного творца. Никто не проводил ритуалов. Сильные и опытные маги погибли и вскоре пропали старинные книги.

‒ Это наводит на размышления, ‒ произнесла я, задумавшись. Люблю загадки.

Эларил налил мне лёгкого вина и мы просидели у него в лаборатории ещё с часик. Договорились о начале занятий. Эларил будет учить меня магии эрганов и помогать в экспериментах, а я постараюсь научить его медитации. Да, в прошлой жизни я была человеком, но здесь я эрган. И если «погружение» получилось у меня, должно получиться и у кого-то другого.

Глава 8

Следующий месяц пролетел незаметно. Наше совместное с Эларилом обучение это процесс достойный быть занесённым в семейные хроники рода Драсс. Мы ругались, спорили, мирились и опять ругались. Творческий процесс, так сказать, во всей красе. Единственный, кто рисковал выступать третейским судьёй между нами, был Фрай. Мы оба его слишком любили и обожали, чтобы он мог пострадать от наших споров и экспериментов. Да-да! Теперь, после долгих часов наблюдений, я точно могу сказать, что Эларил в него влюблён. Причём взаимно. Просто Фрай это хорошо скрывает, прикрываясь дружбой. Но я догадываюсь, почему он так поступает. Опасается, что Эларил не его пара. С отцом Тари он не сказать, что был несчастлив. Просто уважение и привязанность не заменят настоящих чувств. Союз с герцогом Гроссвенор для семьи Фрая был выгодным шагом по многим причинам, в том числе и из-за дальнего родства с королевским домом. Фрай был самым младшим из трёх детей. Ему мало что светило в плане наследства. А герцог хоть был и не слишком богат, но имел довольно обширные земли. Самый крупный в королевстве город-порт Гравен на северо-востоке королевства принадлежал также ему и приносил стабильный доход. Плюс доход с семи крупных деревень и налог с торгового тракта. Всё это отец Фрая учёл и уговорил сына дать согласие на брак. В какой-то степени я его понимаю. Он заботился о благе сына. И очень хорошо, что герцог оказался действительно хорошим мужем и отцом для Тари. А я вот точно могла бы сказать, что Эларил и Фрай именно истинная пара, и никак иначе. Даже можно было сказать, что я знала это точно.

За этот месяц я научилась входить в «погружение» почти мгновенно и считала это умение своим личным триумфом. И теперь я всё свободное от занятий время проводила наблюдая за живущими в замке. Теперь я знала всех, кто проживал здесь с момента рождения Тари. Лишь некоторые воины и слуги были мне незнакомы, и только потому, что они появились в замке в течение последних двух лет, когда Тари прятался в своём одиночестве. Я даже не знаю, что чувствовал молодой парнишка, зная ожидающую его судьбу. Наблюдая день за днём, как ухудшается его здоровье, как угасает интерес к жизни. Два года жить под прицелом многих пар глаз, в которых были жалость и сочувствие. Наверное, это очень тяжело. Я помнила всё, что знал и пережил он, но это были словно страницы фотоальбома. Его эмоции прошли мимо меня, оставив всего лишь лёгкий след. Зато я помнила маленького львёнка с крылышками, грустного, которому не хотелось исчезать. Тогда я не знала, что видела настоящую форму этих созданий. Эрганы. Красивые оборотни. В одной из старых книг Эларил показал мне, как они выглядели в боевой форме. Они были похожи на земных львов. Такие же хищные и гордые. Более вытянутая вперёд морда, миндалевидные глаза с приподнятыми наружными уголками, длинные заострённые к кончикам уши, шикарная спускающая волнами грива, длинный хвост, заканчивающийся не кисточкой, а красивым веером. Но самое прекрасное, что привлекало взгляд, это, конечно же, большие крылья, покрытые густыми перьями. На самих крыльях были необычные отметины в форме глаз. Эларил мне объяснил, что чем больше таких отметин, тем сильнее в магии эрган. Максимально их могло быть семь на каждом крыле. А масть эрганов говорила о приверженности к той или иной стихии. То есть если бы я могла обрести боевую форму, то мой цвет был бы в серебристо-голубой гамме с золотым вкраплением. Как-то так.

Изо дня в день я занималась тем, что кроме учёбы собирала по крупицам знания об эрганах. Проще всего, конечно же, было залезть в библиотеку и прочесть всё, что о них там имелось. Я сделала это давным-давно. Но… книги это книги, собственные наблюдения также не стоило сбрасывать со счетов. Я сделала свой вывод. Эрганы, в первую очередь, воины и защитники. Они сильные, волевые, имеют собственный кодекс чести. Для большинства из них неприемлемо обидеть того, кто слабее. Неудивительно, что они считались одной из самых сильных рас в Валаре. К тому же с ними сюда пришли гнорды и друллы. Одни были мастерами, другие по своей сути были целителями. Мне стало известно, что из Рассгара с эрганами пришли не только они. Были ещё одни существа. Их называли цедари. Они были чем-то вроде фамильяров для эрганов. Советчики и охранники, тенью следовавшие за своими хозяевами. Ашрами пытались убить их в первую очередь, и потому сейчас их почти не осталось. Эларил рассказал, что последний известный цедари принадлежит нынешнему королю. Жаль, мне хотелось бы иметь фамильяра.

Благодаря собственным наблюдениям я знаю, что среди эрганов преобладают маги огня. Чуть меньше тех, кто может управлять стихией воздуха, хотя это немного странно, ведь эрганы летающие оборотни. И совсем уж мало тех, кому подвластна стихия воды. Хоть эрганы и похожи на земных львов, но они не боятся замочить лапы. Как сказал мне Эларил, эрганы и в человеческом облике, и в боевой форме любят поплавать. Все эрганы в небольшой степени, достаточной чтобы излечить себя и простые раны у своих сородичей, владеют магией жизни. А для более серьёзных ранений существуют амулеты исцеления разной степени, да и друллы в боевых операциях всегда под рукой. Есть определённая иерархия, сохранившаяся ещё со времён Рассгара: эрганы ‒ воины-защитники-владетели, гнорды ‒ слуги-мастеровые, а друллы ‒ алхимики и целители. Эти народы всегда служили эрганам. По старым законам, они не имели собственности и жили с теми родами, с которыми пришли в новый мир. Мне показалось, что это не совсем правильно, но я сейчас не в том положении, чтобы диктовать, кому бы то ни было, свои правила. Наблюдая за жизнью эрганов, я заметила, что они следуют старым традициям, за века почти ничего не изменив. Как жили там, так живут и здесь. Быть может в начале, сразу после Великого Перехода, это и помогло им выжить. Только вот сейчас они получили огромные проблемы, и, мне кажется, что застой в развитии есть одна из их причин.

Те же ашрами не останавливали своё развитие, они менялись и становились сильнее. А эрганы, по странности судьбы или чьему-то злому умыслу потерявшие полноценный доступ к своей магии, на данный момент были уязвимы. Ещё несколько десятков лет и ашрами могут приходить и брать их голыми руками. Единственное, что сдерживает их орды ‒ это барьер. И то, они умудряются небольшими отрядами раз в несколько месяцев каким-то таинственным образом прорываться сквозь него и причинять вред. С самой высокой точки замка я могу видеть эту плотную магическую пелену, проходящую по водной глади. Она мерцает. Барьер пропускает живых существ и предметы, в которых нет следов тёмной магии. Торговцы из людских королевств свободно проходят сквозь него. Если в их товаре спрятаны запрещённые осквернённые предметы, то они сгорают, а отряды быстрого реагирования, с помощью специальных амулетов-порталов, появляются на месте происшествия. Точно тоже происходит с тёмными магами. В людских королевствах некроманты работают на правительства и весьма законопослушны, а если в королевстве эрганов появляется необходимость в их услугах, то такие маги путешествуют под охраной и со специальным амулетом-пропуском, который изымается сразу по окончании их миссии. Всё это я выспросила у Иртона. В молодости он проходил службу в одном из отрядов быстрого реагирования. У него было много солдатских баек в запасе и вечерами мне нравилось их слушать. Я вообще подружилась с этой неунывающей парой служак. Иногда Иртон с Гвейном выглядели великосветскими львами, но чаще были просто до умиления приятными товарищами.

И вот в один из дней, когда как обычно наблюдала за тренирующимися воинами гарнизона, я вдруг заметила странность. Некоторые из них были связаны между собой ярко-алой широкой лентой, идущей от сердца к сердцу. Я чуть не упустила это из виду, в первый момент предположив, что это просто поток силы огня попался мне на глаза, но присмотревшись, поняла, что это не так. Так как я знала многих, то путём нехитрых вычислений поняла, что такой лентой соединены пары. Причём это были не молодые эрганы, а зрелые воины, которым перевалило далеко за сотню лет. Из более молодых были только три пары, одной из которых были Иртон с Гвейном. Они сражались уже давно, почти час с того момента, как я заняла свой наблюдательный пост. Теперь уставшие, но довольные, они подошли к тому месту, где я устроилась. Один из слуг тут же притащил кувшин с прохладным напитком и пару чашек. Иртон, с явным удовольствием, жмурясь как кот, выпил полную чашку и удобно устроился на каменном ограждении тренировочной площадки. Гвейн, утолив собственную жажду, недолго думая улёгся головой мужу на колени и вытянулся на парапете, довольно покряхтев.

‒ Иртон, будь любезен и утоли моё любопытство, ‒ попросила я коменданта гарнизона. Он оторвал взгляд от своих подчинённых и приготовился внимать. Я указала на нужные мне пары эрганов и спросила. ‒ Скажи, вон те воины ведь не только женаты, но и истинные, как и вы с Гвейном?

‒ Да. Они намного старше нас, тогда легче было найти свою пару. Нам с Гвейном просто повезло.

‒ Как я понимаю не только вам, но ещё и твоему второму заместителю и командиру разведчиков.

‒ Это да. У них, как и у нас с Гвейном, даже дети есть, ‒ грустно покачал головой мужчина. ‒ У других пар детей нет. Те, кто женат потому и не торопятся заводить детей, что опасаются получить неполноценного наследника. Терять детей очень страшно, Тари. Если бы ты знал, с какой надеждой многие из нас ждали результата эксперимента Эларила. Они радуются за тебя, так же как и мы.

‒ Благодарю, Иртон, мне очень приятно это слышать. Скажи, а вон те двое ведь тоже женаты? ‒ я указала рукой на сражающихся рядом с нами двоих воинов.

‒ Ну да, ты разве не помнишь Эриза Врайга? Он иногда сопровождал тебя на конных прогулках, ‒ недоумённо глядя на меня, спросил Гвейн, чуть приподняв голову.

‒ К твоему сведению, Гвейн, я не всё помню, что случилось за последние два года. Тари мало обращал внимания на своё окружение, ему было немного не до того. Он ведь новенький?

‒ Прости, ‒ искренне улыбнулся Гвейн. ‒ Ты сейчас выглядишь как тот, прежний Тари. Ещё до обострения. Я просто забываю.

‒ Они с мужем пришли к нам устраиваться на службу чуть больше года назад, ‒ тихо произнёс Иртон. ‒ Они оба сироты, родом из обедневших семей. Соединили свои судьбы из-за тоски и одиночества, так же, как и многие другие эрганы. Но, лучше бы они этого не делали. Супруги из них получились не очень. Им намного лучше было бы остаться друзьями.

‒ А кто именно из этих двоих настоял, чтобы наняться именно в Гроссвенор? Мы ведь не самый богатый и перспективный род сейчас, ‒ мне был очень интересен ответ на этот вопрос. Мимо сражающего Эриза прошёл молоденький мальчик-эрган. Воин, не прекращая сражаться со своим супругом, умудрился проводить парнишку тёплым взглядом, в котором проскользнула нотка грусти.

‒ Насколько мне известно, Эриз стремился сюда, а его супруг предлагал попытать счастья в столице. Но Эриз сильнее по характеру и сумел настоять на своём, ‒ ответил мне Гвейн. ‒ А что? Почему тебя заинтересовали наши женатики?

‒ Не поверишь, Гвейн, но я, кажется знаю, почему Эриз сюда так стремился, ‒ хитро улыбнулась я.

‒ И почему же? ‒ ожидаемо задал мне вопрос Иртон и на меня уставились две пары заинтересованных глаз.

‒ Потому, что здесь живёт его истинная пара. Правда, ему сейчас всего лишь четырнадцать лет.

‒ Что? ‒ с Гвейна, разморившегося на солнышке, тут же слетела расслабленная сонливость. ‒ Откуда ты знаешь? Ведь даже если бы эрганам по-прежнему снились сны, в них нельзя было бы заглянуть постороннему.

‒ А вот это тайна. Вот закончу эксперименты над Эларилом, возможно, тогда и расскажу, ‒ довольно произнесла я, и сорвалась в гостиную. Мне нужно было посмотреть на Фрая.

Он как всегда в это время пил грай и просматривал деловую корреспонденцию. Я аккуратно заглянула в комнату и сразу же заметила очень бледную алую линию, что шла от его сердца и исчезала где-то в стенах замка. Проследить её путь было почти невозможно, слишком много препятствий. Я подхватила с диванчика брошенную мной книгу, которую читала накануне вечером, и тихонько, чтобы не мешать, устроилась тут же и сразу же погрузилась в чтение. Фрай бросил на меня взгляд, тепло улыбнулся и продолжил своё занятие. Книга увлекла меня настолько, что чуть не упустила момент, когда в гостиную влетел Эларил. Он о чём-то возбуждённо объяснялся с моим отцом, а я с довольным лицом смотрела, как между ними протянулась бледная алая линия. От одного сердца к другому. Такую же бледную линию я заметила между Эризом и молоденьким парнишкой. Ещё не активная, но, наверное, существующая с рождения связь между истинными парами.

Если у меня получится научить Эларила видеть магические потоки, то появится способ находить настоящие пары и без исчезнувших сновидений. Шанс на то, что больше не будут рождаться неполноценные дети. Это будет моей благодарностью эрганам, подарившим мне второй шанс на жизнь. Хоть что-то, чем я смогу помочь им. По такой пусть и бледной, но хорошо видимой линии можно, как по волшебной нити Ариадны, пройти к своему единственному спутнику, дарованному судьбой. Я смотрела на эту пару: сдержанный, с виду мягкий Фрай, со стальным стержнем внутри и кипящий энергией, неугомонный Эларил. Противоположности притягиваются? Скорее, дополняют друг друга. Я часто замечала, как Фраю всего лишь жестом, или парой слов, сказанных спокойным голосом, удавалось утихомирить Эларила. Мне оставалось только придумать способ, как уложить их в одну постель, а там, я думаю, природа и суть истинных возьмёт своё. Только вот как это сделать?

Глава 9

Погода стала прохладнее. Я попала в Валар в середине лета, которое здесь длится девять месяцев в году. Климат на юге нашего материка был похож на земной средиземноморский, что лично меня более чем устраивало. Никогда не любила холода и затяжную слякоть. Осень и весна здесь приходят почти незаметно, например как сейчас. Листья на деревьях потихоньку начали менять свой цвет, раскрашивая всё в разноцветье. С каждым днём всё менялось. Зима здесь длится месяц. Она приходит быстро и резко, засыпая всё снегом. И так же быстро уходит, уступая место столь же короткой весне. В последнее время я часто увязываюсь за Ламирелем в лес. Он по просьбе Фрая собирает для населения замка целебные ягоды и пряные растения для кухни. Этот друлл на редкость смешливый парень. И на эльфа он похож только внешне да именем. Невысокого роста, довольно хрупкий, со светлой кожей, огромными голубовато-зелёными глазами и роскошными длинными белыми волосами. Кажется, толкни его и он сломается. Но это обманчивое впечатление. Друллы сильны по-своему. Они владеют в совершенстве магией жизни. А этим можно как излечить, так и убить. Они изучили тела живых существ до мелочей. Я видела, как закрыв глаза, этот друлл сканировал руками тело раненого охотника. Ничуть не хуже рентгеновского аппарата.

В отличие от эрганов в своей магии они пользуются хитрыми, похожими на кружева плетениями. Мне сразу же захотелось научиться, и Ламиреля постигла участь стать моим наставником. Он плёл свои заклинания, наполняя их собственной энергией и это было видно обычным зрением. Я же смотрела в состоянии «погружения». Память эргана позволяла хорошо запоминать то, что делал Ламирель. Готовое плетение он опускал на повреждённое место и активировал, послав в магический узел, находящийся в центре плетения, толику силы жизни, если рана была лёгкой. При более сильном ранении на узлы плетения ложились заряженные амулеты-накопители. Для сохранения силы жизни использовались мелкие изумруды. Одного маленького камешка размером со спичечную головку хватало, чтобы залечить легкие раны, типа царапин и порезов, приблизительно трём живым существам. В Валаре драгоценные камни ценились больше как сосуды для накопления энергии, а не как детали украшений. И они были одноразовыми, так как после использования рассыпались в пыль. Поэтому их цена была достаточно высокой, варьируясь от десяти серебряных монет за самый маленький камешек и до тысячи золотых монет за крупный. А так как один золотой приравнивался к ста серебряным монетам, то сразу становится понятно, что крупные и более долговечные накопители были не каждому по карману. Разработки драгоценных камней в основном, что не трудно догадаться, давно были поделены между прихлебателями господина Архимага. Я вообще успела заметить, что этот дяденька весьма ушлый тип. Очень многое успел подгрести под себя, пока был полноправным регентом при наследниках.

Гнорды, кстати говоря, неплохо разбирались в добыче всяких полезных ископаемых. Вот только по старым законам им самим нельзя было заниматься такой работой. Только если владелец земли разрешит и наймёт на работу. А точно указать, где в горах месторождения, могли только маги с хитрыми артефактами. А они помогать богатеть ещё кому-то кроме себя любимых не хотели. А родовитые эрганы, которых эта братия порядком своей наглостью поддостала, на свои земли их впускать не хотели. Да и их услуги стоили слишком дорого. С каждого найденного магами месторождения в казну Гильдии магов требовалось ежегодно отстёгивать сорок процентов. И как господ магов жаба до сих пор не задушила? Жадные они очень.

Так вот, если не брать в расчёт дороговизну амулетов-накопителей, то лечебные плетения друллов очень интересная и полезная вещь. Особенно на фоне ослабленной ныне регенерации эрганов. Я же, как только освоила самые простые плетения, тут же попробовала прикрепить к магическим узлам нити потоков. Не сразу, но у меня получилось. Ламирель был удивлён, а Эларил доволен. У него по прошествии месяца, наконец-то, получилось найти свою точку равновесия и войти в «погружение». А то я уже было отчаялась, и подумала, что это я такая уникальная. Надо было видеть его огромные ошеломлённые глазищи, когда он впервые сам увидел магические потоки сил, о которых я столько ему рассказывала. Работать с ними он ещё не мог, так как «погружение» для него внове и контролировать это состояние нужно ещё научиться.

Я же под чутким руководством своего наставника свободно владею теперь и внутренним энергетическим ядром. Мои эксперименты это одно, а стандартные умения эрганов тоже необходимо усвоить. Теперь в моём арсенале есть несколько бытовых, из числа самых востребованных, умений. Несколько простых конструктов из стихии огня, воды и земли. И, естественно, конструкты из магии воздуха. Это оказалась моя стихия. Мои торнадо выросли и теперь были высотой в три метра и диаметром в два в самой высокой точке. Довольно внушительное было зрелище. И таких я могла контролировать сразу три. Но… только если пользовалась внешними источниками сил. А вот собственного потенциала хватало на один средненький, метра в полтора высотой, и лишь на десять минут существования. Намного лучше дела обстояли с воздушной волной. Ею я опрокидывала троих крепких воинов Иртона. Для всего-то месяца обучения результат были ого-го, но мне этого было мало.

При таком куцем наполнении внутреннего энергетического ядра эксперименты с внешним источником были более актуальны, но Эларил настаивал на том, чтобы мы занялись этим вместе. А когда это будет-то? Вот я и повадилась бегать в лес с Ламирелем. Помогу ему собрать необходимое, заодно вытрясу знания о целебных травах. А может, ещё чего интересного найду. Замок я изучила весь, а вот окрестности ещё для меня территория неизведанная. И самым моим излюбленным местом стала пещера с горячим источником. Это грот совсем рядом с замком и я бегаю туда через день, жаль только, что всё время с охраной. Ну, никакой свободы личности, блин! Иртон, нянька такая, приставил ко мне троих молодых парней, и они теперь ходят за мной тенью. Хорошо хоть в пещеру не заходят, а то какое это удовольствие, плескаться под пристальным взглядом трёх пар глаз. А так можно и голышом поплавать.

Мы с друллом уже пару часов бродили по ближайшему к замку лесочку. Мои няньки были загружены, как ослики. Ламирель, совершенно не стесняясь, нацепил на каждого по паре сумок. А что? Зачем здоровенным парням таскаться за нами просто так? От них тоже должна быть польза. Тем более, скажите на милость, кому здесь нападать на наследника? Разбойников, стараниями Иртона и воинов, здесь давно нет. Да и не в порядке для эрганов заниматься разбойничьим делом. Это залётные людишки из охраны караванов купцов, иногда остаются на территории королевства и пытаются дурить. Правда, недолго. Их ловят и объясняют правила жизни. Чаще всего с помощью виселицы. Но… комендант приказал за мной таскаться, вот они парни и таскаются.

Я брела за друллом и рассматривала местность. Да, бурелом здесь ещё тот. Интересно, а почему никто его не выпиливает? Им зимой разве дрова не нужны? Я понимаю, что зима здесь всего месяц, но ведь воспоминания говорят, довольно-таки холодная. Хотя, на кухне я тоже не видела, чтобы пользовались открытым огнём. Там в печах лежала какая-то конструкция с рубином в центре. Когда в камень добавлялась капелька силы, вся конструкция накалялась, и на ней готовили. Камни меняли раз в неделю. Рубины здесь служили накопителями для энергии огня. Использовать их в кухонных целях довольно расточительно. А вообще-то природа Валара похожа на земную. Некоторые деревья и растения так один в один. Те же ёлки, к примеру, росли на склонах горного хребта. Всего-то чуть длиннее иголочки и цвет больше отдаёт синевой. Красиво. Дубов много в лесах, орешника всякого. Местные кабанчики их обожают. Мясо у них на таком рационе нежное и сочное. Трава обычная, сочная и зелёная. Шагая хвостиком за Ламирелем, я видела, как он собирал мяту и зверобой, ещё какие-то знакомо пахнущие травы. Да и ягоды попадались похожие на голубику, землянику, малину, только немного крупнее и слаще. Вдруг на одной из полянок друлл присел и начал аккуратно срезать очередную травку, а я унюхала нечто знакомое. Где-то рядом пахло валерьяной. Я вновь принюхалась. Ну, точно! Внимательней осмотрелась и нашла.

‒ Ламирель, а вы это растение используете? ‒ и указала на свою находку. Друлл подошёл, посмотрел и отрицательно покачал головой. ‒ А почему? У меня на родине из неё делают настойки для успокоения нервов.

‒ А зачем нам нервы успокаивать? Мы и так весьма спокойны, ‒ пожал плечами друлл и собрался вернуться к прерванному занятию.

‒ Ламирель, а лично для меня можешь сделать настойку? ‒ мелькнула у меня одна шальная мыслишка. Эрганы очень похожи на львов, только с крыльями. А львы принадлежат к роду кошачьих. А как валерьянка действует на кошек? Пьяняще и возбуждающе!

‒ Если тебе так хочется, сделаю, Тари.

Мы как раз закончили свои дела на полянке, как вдруг раздался громкий треск, а за ним болезненный вой и скулёж. Я, не раздумывая, бросилась на звуки. Кто-то попал в беду. Моя охрана и Ламирель, ругаясь, бросились вдогонку. Минут через пять, ориентируясь на тоскливый и постепенно слабеющий и затихающий вой, мы всей толпой выскочили к месту происшествия. Перед нашими глазами предстала нерадостная картина. Огромное дерево раскололось напополам. Нижняя его живая часть распрощалась со своей мёртвой верхней половиной, когда-то повреждённой и высохшей. Не знаю, с какой радости этот кусок древесины решил грохнуться именно сегодня, но пробегавшему в тот момент под ним животному прилетело основательно. Большой толстый ствол рухнул прямо на него. Животное, очень уж похожее на волка, тихо скулило от боли. Из-под переплетения тёмных ветвей виднелась окровавленная пепельная шерсть, мощные лапы с приличными когтями скребли в бессилии листву и землю. В открытой пасти виднелись внушающие уважение белые острые клыки. Волк посмотрел на нас и в его взгляде было столько тоски и боли… Я подошла к нему и присела рядом. С замирающим сердцем протянула руку и погладила лобастую голову.

‒ Это ворк. Довольно молодой, судя по небольшому размеру, ‒ раздался позади голос одного из воинов. ‒ Он оборотень. Разумный.

‒ Необходимо убрать ствол, ‒ произнесла я.

‒ Мы вчетвером не справимся, Тари. Это дерево Жейр. Древесина очень крепкая и тяжёлая. Из него с помощью заклинаний, пока дерево только срублено, делают тренировочные мечи, особо прочные двери и ворота для замков. Когда оно высыхает, становится не хуже железа, но во много раз тяжелее, ‒ поделился со мной знаниями запыхавшийся Ламирель.

‒ Если оно такое крепкое, почему тогда рухнуло? И что прикажите делать? Дать ему умереть?

‒ Скорее всего, когда-то во время грозы в него попала молния. А может, кто заклинанием запустил когда-то. Видимо, не выдержало веса кроны и сломалось. Оно крепкое, но не вечное. А с ним… ‒ Ламирель, рассмотрев место излома, которое выглядело так, словно было обожжено огнём, причём довольно давно, пригляделся к лежащему оборотню. Судя по едва заметному мерцанию глаз, друлл его сканировал. ‒ Тари, я не знаю… Насколько я вижу, у него раздроблена нижняя часть тела, много внутренних кровотечений, а амулетов у меня с собой только два. Да и те слабые. Даже если пошлём в замок за помощью, они не успеют. Ворк умрёт от кровопотери раньше. Прости.

Я чуть зубами не заскрипела от досады. На меня всё понимающим, начинающим мутнеть взглядом смотрел молодой оборотень. Первый встреченный мной. Я встала и дала знак своим сопровождающим отойти подальше. Моего неполного резерва, скорее всего, не хватит, чтобы сбросить ствол. Но у меня в запасе был и другой вариант. Я огляделась и с радостью обнаружила совсем рядом поток силы воздуха. Создала конструкт «Воздушная стена», чуть приподняла его так, чтобы его действие не коснулось самого оборотня, а прошло поверху, снеся упавший древесный ствол. Зацепила и потянула к себе часть магического потока и прикрепила его к конструкту. В тот же миг ревущая волна воздуха рванула к поваленному дереву, подхватила и с лёгкостью отбросила его далеко от нас. Хоть я почти сразу же оборвала питание, бревно, тем не менее, проложило приличную просеку, повалив всё, что попалось на пути. Обернулась к своим сопровождающим, и усмехнулась: воины лежали на земле с перепуганными физиономиями, а Ламирель, всего лишь сидя на попе, покачивал головой, заодно почёсывая загривок. Ну да, про мои эксперименты они все были наслышаны от Эларила, а вот увидели впервые. Надо отдать им должное, после того как заклинание прекратило действие они тут же вскочили на ноги и принялись деловито отряхивать одежду. А сколько в их глазах плескалось любопытства. Я бы, конечно, могла бы подшутить над ними по поводу такой реакции, только сейчас было не место и не время.

‒ Ламирель, немедленно плети самое сильное из твоих восстанавливающих плетений, ‒ приказала я.

‒ Тари, у меня всё равно силы не хватит, ‒ проворчал друлл, опускаясь рядом и начиная плести свои чары. Его тонкие пальцы словно танцевали странный, завораживающий танец. Я положила голову оборотня к себе на колени, принялась гладить и шептать успокаивающие слова, одновременно в «погружении» глядя, как едва мерцающие зелёным нити опускаются на тело ворка. Он бедолага почти перестал дышать и застыл. Наверное, с чарами друллов столкнулся в первый раз. Ламирель закончил и поднял на меня взгляд. Я, не мешкая, зацепила необходимое количество нитей от окружающих нас потоков силы жизни и закрепила их в узлах плетения. Тело оборотня плотно окутала зелёная паутинка лечащего плетения. Теперь осталось только ждать. Но молча ждать скучно и я задала мучающий меня вопрос:

‒ А откуда здесь взялись эти ворки? Я что-то не припомню их в наших местах. Они ведь обитают где-то на южных островах?

‒ Лучше сказать обитали, ‒ проворчал тот же воин, видимо либо самый смелый, либо самый разговорчивый. ‒ По слухам, до них добрались ашрами и начали использовать в своих опытах. Вот оборотни и побежали с нажитых мест. Их много в людских королевствах, но там их встретили не очень приветливо. Любой оборотень сильнее человека, вот люди их и боятся.

‒ А к нам они как попали?

‒ Незаконно эмигрировали, ‒ усмехнулся друлл, внимательно следя, как останавливается кровотечение и начинают затягиваться внешние повреждения. Его дар помогал ему видеть то, что не видно обычному взгляду и контролировать процесс лечения. ‒ Скорее всего, в зверином обличье прошли барьер и заселились в лесах. Вредят потихоньку.

‒ Вредят? ‒ переспросила я, а ворк тихо и даже немного возмущённо прорычал.

‒ Не рычи. Как ещё прикажешь назвать ваши действия? Пришли в чужой дом, и давай грабить. Кто склады с зерном и запасами потрошит? Неужели нельзя нормально было договориться о торговле, или обмене? Молчишь? То-то же. ‒ Ламирель строго посмотрел на ворка, а тот отвернул голову. Неужели стыдно?

‒ Может у них плохой опыт по части торгово-обменных отношений. Вы же сами сказали, что люди к ним с опаской отнеслись, ‒ сказала я, поглаживая шелковистую густую шерсть.

‒ Да кто их знает. Окрестные крестьяне жалуются, что эти их не пускают на свою территорию. Ни ягод не могут там собрать, ни поохотиться. Ворки не убивают никого, но могут настучать по шее. Герцог уже подумывает, раз такое дело, послать туда отряд воинов и выкурить беспокойных нежданных соседей, ‒ промолвил кто-то из парней. Я задумалась. Прогонять их жалко, и так беженцы.

‒ Прогнать всегда успеем, а вот поладить с ними было бы неплохо. Слушай, ушастик, ‒ обратилась я к ворку. Он удивлённо на меня зыркнул жёлтым глазом. ‒ Ты своим соплеменникам скажи, чтоб не баловались. А то мой отец и вправду вас выгонит. Лучше пусть кто-то в замок придёт. Переговоры всегда лучше, чем драка. Быть может, у вас есть что-то пригодное для нас, а мы с вами расплатимся тем, что необходимо вам. Хорошо?

Ворк посмотрел на меня мгновение и… кивнул. Вполне по-человечески. Значит, прекрасно меня понял. Мы с моими сопровождающими болтали о всяких малозначимых пустяках, рассказывали друг другу смешные истории, ещё около часа. Ворк всё это время лежал тихо, но иногда едва слышно фыркал. Если находил забавное в наших историях, значит точно шёл на поправку. Что и подтвердил Ламирель, дав сигнал, что пора отключать источник энергии. Ворк был абсолютно здоров. Я оборвала нити, и оборотень осторожно потянулся, проверяя, видимо, как чувствует своё тело. Потом резво и пружинисто вскочил. Секунду постоял, подошёл ко мне поближе и… Влажный язык оставил на моей щеке мокрый горячий след и пепельный хвост мелькнул в ближайших кустах. Могу поклясться, что увидела в жёлтых глазах прохвоста озорной огонёк. Пока я вытирала лицо, Ламирель ехидно хихикал, а парни сдержанно улыбались. Смешно им, видите ли.

‒ Хватит лыбу тянуть, ‒ проворчала я, на самом деле очень довольная собой. Оборотень действительно был молоденький и мы с друллом спасли его шкурку. Хорошо на душе так было, светло. ‒ Пошли за грузом и домой.

Но домой я всё же не пошла. Неподалёку от замка мы разделились. Одного из парней я отправила с Ламирелем в Гроссвернор. Хрупкий друлл вряд ли дотащил бы всё, что мы собрали один. А мне захотелось побыть немного в одиночестве. Лучшего места для этого, кроме как в гроте с источником, было не найти. Парни погреются на солнышке, а я поплаваю и подумаю.

Глава 10

Я наплавалась в подземном озерце вволю и теперь, как довольная медуза, лежала на тёплых камнях. Как же хорошо вот так вот расслабиться, особенно после длительной прогулки по лесу да спасения наглых юных оборотней. Я шла сюда с намерением подумать, но после горячей воды мысли разбежались по углам. И собирать их в кучку совершенно не хотелось. Я повернулась на спину и подняла глаза к потолку пещеры. Там мерцали гирлянды хрусталя. Забавно вышло, мне до Мерлина как до Киева пеши, а свой Хрустальный Грот я уже нашла. По стенам разросся странный светящийся мох. Я о таком виде только в книгах про виртуальные игры читала, а он, оказывается, очень даже существует на самом деле. Если хорошо поискать во вселенной, наверное, можно найти даже синих летающих слонов. Раньше я немного боялась темноты, а сейчас это вообще не проблема. Да здравствует великолепное зрение эрганов.

Я решила немного вздремнуть. Где-то у входа в пещеру о чём-то болтали и тихо посмеивались мои няньки. Сразу как подошли к пещере, парни вытащили паёк, собранный нам в дорогу. Зная, что наша компания может бродить долго, пухленькая кухарка-гнордка положила в сумку уйму всяких вкусностей: пирожки с мясом, с рыбой, запечённые в духовке колбаски и свежий хлеб. Во флягах у нас была всегда прохладная родниковая вода. Мы дружно перекусили и каждый занялся своим делом: я барахтаться в горячей водичке, а парни сторожить мою тушку в тенёчке. Я почти уснула, как вдруг услышала странный шум и в сердце ворвалась тревога. Повинуясь инстинктам, я подхватила штаны и начала натягивать их на себя. Успела пожалеть, что не взяла несколько уроков у Иртона и пользоваться оружием не умею. Тари неплохо орудовал парными клинками, но то он. Мне необходимо было самой взять в руки оружие и потренироваться, чтобы тело вспомнило, на что оно способно. Но… невзирая на моё пристрастие к холодному оружию, красотой и смертоносностью которого я всегда восхищалась, взять его в свои руки я так и не решилась. А вот теперь просто кожей чувствовала, что зря этого не сделала. Краем глаза я успела заметить стремительное движение и обернулась. Моё сердце пропустило удар, и я поняла, что ко мне в гости пришёл пушной северный зверёк. Кажется, эта зараза и в Валаре живёт. С довольными похабными улыбками меня окружали пятеро здоровенных парней. А вот шестым и главным среди них был, и сомневаться в этом не приходилось, был Эрунез Грисс собственной персоной.

Я выругалась про себя, сразу же почувствовав, что страх и паника, испытанные в начале, начали сдавать свои позиции. В стрессовых ситуациях так происходило всегда. Словно все чувства отсекались, и оставалось спокойствие, сдобренное адреналином в крови. Потом приходил откат. Иногда это была полная апатия, иногда истерика в виде дикого ржача, но сейчас я была абсолютно спокойна. За пеленой спокойствия я поняла, что эти парни пришли сюда не чай пить. Двое вытирали платками кровь с мечей, и я мысленно попрощалась со своими няньками. От Эрунеза они подлости не ожидали и, вероятно, позволили подойти близко. В глазах этого подлеца я видела ненависть… и похоть вперемешку с желанием. А это значило только одно: запрет сексуального домогательства несовершеннолетних эрганов для него уже пустой звук. Для себя он всё решил. Эрунез хочет титул герцога получить любой ценой. Я ненавистная помеха и лакомый кусок в одном лице. Плохо. Если пришёл сюда, да ещё привёл верных дружков, значит решился на всё и всё продумал. Как бы подтверждая мои невесёлые размышления, он остановился напротив, поднял мою рубашку и поднёс к лицу. Демонстративно потянул носом и произнёс:

‒ Как вкусно пахнет наш малыш Тари. Правда, мой родственник красавчик?

‒ Симпатичная попка, ‒ загоготал один из его дружков. Он был чуть позади меня. Эта тварь хлопнула меня по заднице плашмя своим мечом. Я отскочила и зашипела.

‒ Эрунез, ты совсем страх потерял? Кажется, тебе запретили появляться на наших землях, ‒ процедила я сквозь зубы, пытаясь тем временем придумать, как вылезать из этой беды.

‒ Это мои земли, ‒ рявкнул мне в ответ Грисс. ‒ Я не знаю, почему ты вдруг пошёл на поправку, но я это исправлю. Только сначала получу сладкое, а потом убью тебя, наследничек.

‒ И как же ты объяснишь моё изнасилование и смерть? Думаешь, тебе кто-то поверит?

‒ А меня здесь нет, ‒ довольно произнёс Грисс. ‒ Это залётные бандиты. Мимо проходили и решили поживиться. А я болею у себя в поместье. Испортилось у меня здоровье от горя и несправедливости. Так меня обидели, так обидели. Мы опытные охотники, мальчишка. Если захотим, нас никто не сможет увидеть. Мы уже неделю за вами следили, а вы нас так и не заметили. Ты почти каждый день сюда приходишь, не так ли? Я даже однажды успел спрятаться здесь и насмотрелся на тебя, пока ты плескался, как рыбка. И решил, что негоже такому красавчику умереть девственником.

‒ Моя задница не для тебя, ущербный, ‒ страх потихоньку стал вновь поднимать свою мерзкую голову, а по обнажённой спине поползли мурашки. Как же я эту тварь не заметила? Совсем расслабилась, дура! Подумала ведь тогда, что он, наверняка, злобу затаил.

‒ Не дождётся тебя твой истинный, малыш Тари. Мы тебя раньше нашли, ‒ заржал стоящий рядом с Эрунезом рыжий парень. Самый молодой из всех, но такой же гнилой как и они. Грисс зыркнул на него, и у того смех застрял в горле. Опасен родственничек. Что же делать-то?

Глядя на них, я поняла две вещи. Первая ‒ моральные уроды встречаются везде. И среди людей их полно, и среди эрганов, как я теперь убедилась. Идеальный мир есть только в сказках. Вторая ‒ я должна убить их, или они убьют меня, перед этим ещё и поглумиться успеют. Что я, даже в теле парня, безоружная могу сделать шестерым крупным опытным бойцам? Ничего! Значит, надо думать. Я с разгона вогнала себя в «погружение». Пещера расцвела силовыми линиями. Много потоков стихии воды, что неудивительно, подземное озеро-то рядом. Огненных линий нет совсем. Это тоже понятно. На стенах целая паутина каких-то бледно-зелёных плетений. На потоки силы жизни не похоже. Разбираться времени нет. Парни начали сужать круг, подбираясь ближе. Что делать? Вихрь? Он их только с ног собьёт. Убежать далеко вряд ли сумею. Догонят. Нужно бить наверняка. Мой торнадо? Только запустить его нужно вокруг себя. Я буду центром! Не сомневаясь больше ни мгновения, создала сразу три конструкта, впустила в них немного собственной силы из энергетического ядра. Они закружились вокруг меня. Нападавшие остановились. Испугались? Скорее удивились. Вихри не причиняли им вреда, лишь раздували волосы да одежды.

‒ Даже так? ‒ ухмыльнулся Грисс. ‒ Малыш Тари начал баловаться магией. И насколько же тебя хватит? Силёнок маловато, чтобы вред нам причинить. Хотя спасибо, на улице жарко, а твой ветерок прохладный.

Я не стала ничего отвечать. К каждому вихрю подтянула тонкую нитку от потоков силы воздуха. Дальше я просто закрыла глаза и принялась ускорять вокруг себя воздушный хоровод. Судя по нарастающему гулу и удивлённым голосам, у меня начало получаться. Я потянула ещё больше сил. Потом ещё больше. Скорость кружения мгновенно взлетела и сквозь шум в ушах я услышала звуки ударов и первые стоны. Сердце дёрнулось, но я заставила себя продолжать. Ещё немного добавить сил, ещё чуть быстрее. Я приоткрыла глаза и увидела, как вокруг меня кружилась и пела свою песню воздушная стена. И только в центре, там, где стояла я, было спокойно. Даже ни один волосок на моей голове не шевелился. Центр урагана. Это было завораживающе… Смертельный танец для двоих. Я отпустила нити сил, и мои конструкты тут же опали. На землю вокруг меня посыпались камни и пыль. Пещера выглядела так, словно здесь пронёсся ураган. Да, впрочем, так и было. Даже в озерце валялись крупные камни. Я огляделась в поисках своих врагов и… Меня вывернуло. Тела валялись повсюду. Изломанные, как пластмассовые куклы. Повсюду кровь, мелкое крошево костей и обрывки одежды. Их невозможно опознать. Рвало меня знатно. С трудом поднявшись с колен, я подошла к воде и умылась. Шесть смертей для первого раза это перебор. Я ведь не боец. Я в прошлой жизни даже курицу самостоятельно на тот свет не отправила, а тут… Выбора не было, это я знаю. Но… как же паршиво на душе-то… Крадучись, как вор, и осторожно ступая босыми ступнями по грязному полу пещеры, я выбралась наружу. Оглянулась в поисках своих парней. Они были здесь, возле самого входа. Им перерезали горло, сзади. Как смело-то для опытных охотников. Трусливо убить со спины. Я упала на колени и закрыла глаза руками. Мне дико захотелось оказаться рядом с Фраем. Я так чётко представила себе его образ, что перед глазами он встал как живой. Мир вокруг засиял золотым светом, и у меня закружилась голова.

‒ Тари! ‒ Фрай. Его знакомые руки обняли меня. Его голос что-то шептал. Откуда он здесь? Я с трудом открыла глаза. Этого не может быть.

‒ Тари, ты нас слышишь? ‒ Эларил осторожно тряс меня за плечи. Я оглянулась, не веря своим глазам. Замок. Кабинет герцога. На меня с тревогой смотрят Фрай и Эларил. Рядом стоит встревоженный Иртон.

‒ В пещере, ‒ прошептала я, вдруг пересохшими губами. ‒ Там Эрунез и ещё пятеро его дружков… Они убили мою охрану… А я их…

‒ Как? ‒ это Эларил.

‒ Я размазала их вихрем по стенам, ‒ прошептала я, проваливаясь в пустоту. Единственное, что я чувствовала, это обнимающие меня руки отца.

Мне снился странный сон. Я смотрела на себя словно через толстое стекло. Я стучала и рвалась к себе, но не могла пробиться. Точнее это была не я, это был Тари. И я понимала, чего он хочет. Полного единения. Все эти месяцы я сознательно блокировала некоторые воспоминания, а также знания и умения. Всё из-за глупой боязни потерять себя, Арину, которой на самом деле давно уже нет. Тело похоронено где-то там, на Земле. Вся прошлая жизнь осталась там, а я из чистого упрямства держалась за неё. Научилась говорить вслух о себе как о парне, а в глубине души всё ещё считала себя женщиной. Это едва не кончилось для меня плачевно. Группа отморозков чуть не отправила меня вновь к Привратнику. И что бы эта призрачная сущность мне сказала? Ничего хорошего. Я чуть не профукала свой второй шанс. Молодец, что ещё сказать. Я смотрела на пытающегося достучаться до меня Тари и понимала краем мозга, что это всего лишь сон. Но сны наше подсознание. И я сделала то, что должна была сделать давно. Я подняла руки и изо всех сил ударила по стеклу. Один раз, второй… Наши совместные усилия дали результат. Стекло пошло трещинами и осыпалось. Я обняла Тари и… проснулась. За окном всё ещё был день. Новый для меня день. Больше не было отдельно Арины и мальчика Тари. Был Этарин Драсс, наследник рода Гроссвенор. Единый во всех смыслах. Со знанием прошлого, с надеждой на отличное будущее.

Потянувшись до хруста в косточках, я встал с постели и осмотрел себя. Видимо, меня перенесли из кабинета и положили на кровать. Судя по тому, что не раздели, наверное, боялись потревожить. Я прошёл в ванную комнату, снял с себя грязные штаны и ногой отшвырнул их подальше. От них несло пылью и кровью. Смертью. Я включил воду, чтобы наполнить ванну и прислушался к себе. Я был спокоен. Особых угрызений совести не чувствовал совсем. Первый шок от убийства прошёл, оставив после себя лишь горький осадок. Убивать всё-таки неприятно, но иногда необходимо. Особенно, когда встаёт вопрос: либо ты, либо тебя. Было ли мне жаль Грисса и компанию? Необходимо ответить себе честно. Нет. Не жаль. Я не могу считать эту шестёрку достойными гражданами королевства. Они пришли не с миром. Они пришли поизмываться и убить. Да и убили. Двоих хороших, ещё совсем молодых эрганов. Убили подло, подкравшись со спины. А подлость нельзя считать достоинством. Жизнь суровая штука. В ней иногда приходится принимать трудные решения. Я мог остаться жертвой и позволить этим мерзавцам сделать то, зачем они пришли. Но я выбрал сопротивление. Я хочу быть сильным.

Я искупался и оделся. К новомодной одежде так и не привык. Мне больше нравилась пусть и более простецкая, но намного более удобная одежда гнордов. Для меня сшили несколько комплектов одежды: ровные штаны из мягкой ткани и удобные рубахи. Эларил пошутил ещё тогда, что Архимаг ввёл моду на пышные несуразные одежды потому, что сам худ, как щепка. На нём раньше даже мантия болталась. А в таком ворохе тряпья даже его тощая фигура выглядела более величественно. Правда в голосе моего наставника так и сквозила ирония и неприязнь. Интересно, за что же он так не любит теневого правителя королевства? Мне лично больше пришлись по вкусу наряды эрганов, изображённых на рисунках в старинных книгах. Их стройные сильные тела одежда подчёркивала, а не скрывала. Сразу было видно, что это сильные воины, а не разряженные куклы. Эларил, служивший в столице сказал, заметив моё внимание к изображениям, что нынешний король, как и его отец, да и вся их гвардия предпочитают старую форму. А вот большая часть дворянства следует моде.

Следовало узнать, что произошло после того, как я вырубился. Я поинтересовался у пробегающего мимо слуги, где герцог Эфрайн. Он ответил, что отец на кухне. Я удивился, но пошёл туда. Интересно, что герцогу делать на кухне? В замке хозяйственными вопросами рулила маменька Скью. Бойкая дамочка. Я вошёл на кухню и так и замер у дверей. Зрелище было феерическое и такое знакомое. У меня перехватило дыхание. Я хотел найти доказательства, что Фрай и есть новое воплощение моего отца? Это доказательство было передо мной. Вокруг большого стола сидели малыши-поварята и с восторженными мордашками смотрели за Фраем. Рукава его рубашки были закатаны выше локтей, а руки измазаны в масле. На сильных запястьях висели кружева из теста. Он ловко растягивал их, ударял об стол и снова растягивал. Полосочки золотистого теста становились всё тоньше, напоминая спагетти. В своё время мне всегда нравилось, как и этим малышам, наблюдать за процессом. Мои ноздри уловили запах мясного соуса с овощами и специями. Я подошёл к казану и помешал густое варево. Попробовал и чуть добавил соли.

‒ Пора воду заливать, ‒ произнёс я, глядя с улыбкой на отца. Он уже закончил с растягиванием и теперь нарезал длинные тонкие полоски.

‒ Заливай. Нужно ровно…

‒ Я знаю, ‒ отец удивлённо посмотрел на меня и поднял бровь. Старый Тари не умел готовить, а я умею. И знаю, что делает Фрай.

‒ Поставьте в духовку, ‒ дал он распоряжение поварятам и те с готовностью похватали дощечки с разложенными полосками теста. Их надо было немного подсушить. ‒ Не знал, что ты в курсе, как готовить одно из моих фирменных блюд. Оно ведь новое. Я придумал его несколько месяцев назад.

‒ Не такое уж новое. Ты всегда его готовил.

‒ Я? ‒ Фрай в это время смывал с рук масло. Он отвлёкся и посмотрел на меня. Я невозмутимо подливал в соус воду, аккуратно помешивая.

‒ Ты. Это воспоминание из прошлой жизни. Нашей общей с тобой жизни. Мы родственные души, если ты понимаешь, о чём я говорю.

‒ Я слышал об этом. Откуда тебе это известно? Привратник?

‒ Да, мне поведал Привратник. Я, ты и твоя истинная пара. Мы одна семья.

‒ Осталось только отыскать эту истинную пару, ‒ вздохнул Фрай, притянул мою голову к себе и поцеловал в лоб. ‒ Кстати, как блюдо-то называется? А то я название так и не придумал. Когда настроение плохое, тянет иногда приготовить чего-нибудь эдакое. Эларил уплетает за обе щеки и без названия.

‒ Это блюдо называется лагман. Домашняя лапша с соусом из мяса и овощей. И первое, и второе блюдо в одной тарелке. Мне в детстве ужасно нравилось. Мы с друзьями всегда шалили, когда ели. Кто громче и быстрее макаронину втянет в рот. Как поросята, честное слово. А ты всегда смеялся.

‒ Поварята тоже так шалят, ‒ усмехнулся Фрай. ‒ Как ты, дорогой мой мальчик?

‒ Шок прошёл, состояние нормальное, ‒ пожал я плечами. ‒ Что было после того, как я упал в обморок?

‒ Мы перенесли тебя в комнату. Тебе необходимо было отдохнуть. Эларил, Гвейн и Иртон, прихватив нескольких воинов, понеслись к пещере. Я немного беспокоюсь. Их нет около трёх часов.

‒ Что будет с телами? Отдадите родственникам? К сведению, Грисс сказал, что для всех он болеет в своём поместье. А что это значит? Скорее всего, его семейка в курсе, куда зачем он поехал. Думаю, если он пропадёт с концами, они промолчат. Сокрытие, это тоже, что соучастие.

‒ Тела уничтожат. Это улики. А искать их никто не будет. Я уверен. Его компания давно достала всех в тех краях. Грисс был полноправным хозяином в своих землях, и творил, что забредало в голову. Через пару месяцев его родственники придумают байку о его смерти и поделят имущество. Волноваться особо нет причин. Это в любом случае была самооборона. К тому же ты несовершеннолетний. Единственно, почему выгодно скрыть гибель этой компании, это ненужный интерес Архимага. Вдруг его заинтересует странная гибель одного из своих прихвостней?

‒ Бережёного бог бережёт. Так на Земле говорят.

‒ Мудро.

Мы успели приготовить вкусный ужин, когда вернулись Эларил и компания. Они искупались и переоделись, прежде, чем почтить нас своим присутствием и утолить наше любопытство. Их лица были такими загадочными и ужасно довольными. Как будто не похоронная команда, а банда удачливых кладоискателей. Когда голод был удовлетворён, я уже от нетерпения готов был посуду грызть. Эларил сыто откинулся на спинку стула и ухмыльнулся.

‒ Знаешь, ученик мой, что ты не только очень талантливый маг, но и крайне удачливый?

‒ Знаю, ‒ рявкнул я, вызвав смех Фрая и тихое фырканье Иртона. ‒ Эларил, наставник мой, не тяни кота за хвост!

‒ Ладно, не сердись, ‒ от улыбки Эларила можно было ослепнуть, такой сияющей она была. ‒ Благодаря твоей вакханалии в пещере, мы разгадали одну из тайн нашего Архимага.

‒ А он причём здесь? ‒ удивился я.

‒ Полторы сотни лет назад этот хитрец нашёл где-то удивительный камень. Он назвал его атрин. Этот камешек замечательно использовался в качестве накопителя. И ценность его была в том, что он многоразовый. Почти вечный. Но… Наш Архимаг никому не открыл секрет, где нашёл такое сокровище. Много денег он на этом поимел тогда и имеет до сих пор.

‒ И каким боком мы к этому атрину? ‒ спросил я.

‒ Я к этому и веду, мой торопящийся ученик. Лет сто назад Архимаг начал скупать земли, где находились горячие источники. Зачем ему это, никто не знал.

‒ За несколько месяцев до гибели, к моему мужу обращался представитель Архимага с предложением продать наши земли. Муж отказал тогда, ‒ вдруг припомнил Фрай.

‒ А вскоре неожиданно погиб, ‒ задумчиво произнёс Иртон.

‒ Скорее всего, просто совпадение, но через полгода после его смерти с таким же предложением обратились и ко мне. Затем ещё раз. А потом всё прекратилось.

‒ Зато к нам зачастил покойный Энурез, ‒ бросил реплику Гвейн, потягивая вино.

‒ Насколько я знаю, ‒ продолжил Эларил, ‒ кроме трёх известных источников, где-то внутри гор около разрушенного замка был ещё один водоём. И, возможно, в этих горах их много. В нашей части королевства их самое большое количество. И многие земли с источниками принадлежат лично Архимагу.

‒ Интерес Архимага к горячим источникам как-то связан с атрином? ‒ высказал я свою догадку.

‒ Твой магический удар сбил в пещере верхний слой со стен, а под ними оказались жилы атрина. Вся пещера была покрыта ими.

‒ Атрин случайно не бледно-зелёного цвета? В погружении я заметил, что пещера вся просто светилась бледно-зелёным.

‒ Да. Атрин имеет бледно-зелёный окрас, ‒ подтвердил Эларил. ‒ Теперь мы знаем, зачем Архимаг скупает земли с горячими источниками. Только что теперь делать с этим знанием?

‒ На атрин разве есть законная монополия у Архимага? ‒ поинтересовался я.

‒ По закону нет. Его может добывать кто угодно. Как и торговать им самим и изделиями из него. Но это официально. А неофициально… Архимагу это очень не понравится, ‒ ответил на мой вопрос отец.

‒ А торгует он только в нашем королевстве?

‒ Он торгует со всеми. Но атрины есть только на нашем материке и потому за них готовы выкладывать целые состояния.

‒ Значит, всё просто. Скаро выберет грамотных умельцев, и они будут добывать атрин. Пока мы будем его запасать в подвалах нашего замка, и искать пути сбыта за пределы королевства.

Гнорд Скаро был не только мастером на все руки и отцом моего друга Скью, но и главой общины всех гнордов Гроссвенора. У меня в голове кружился целый вихрь из идей и планов, которые в будущем должны помочь герцогству вылезти из финансового болота. И гнордам, как умельцам во многих областях, отводилась в этих планах немалая роль. Необходимо вытрясти из Фрая с Эларилом всю необходимую мне информацию, и обдумать план на досуге. И только потом, когда сам разложу всё по полочкам, я посвящу в свои планы всех остальных. Мои размышления прервал стук в дверь. Вошёл слуга и сразу же обратился ко мне:

‒ Господин Этарин, там пришёл ворк и просит встречи с вами.

‒ Ворк? ‒ удивлённо воскликнул Эларил. ‒ Они же с нами говорить не хотят. Он что сам пришёл?

‒ Да, ‒ ответил сдержанно слуга. ‒ Пришёл к воротам и сказал, что хочет встретиться с Тари, с сыном герцога. Именно так и сказал.

‒ Хм, ‒ Иртон встал из-за стола и посмотрел заинтересованно на меня. ‒ Кажется, сегодня у нас ещё будут потрясения. Пойдём, Тари, посмотрим на твоего визитёра.

Глава 11

Мы кружили по поляне, как два хищника. В телах плескались адреналин, азарт и жажда победы. Каждый из нас желал получить эту самую победу, каждый из нас горел желанием уложить соперника на лопатки. Бросок, и в мою сторону летит крепкое сильное тело, но… я шустрее. Кувырок в сторону и вот я снова на ногах. Моя улыбка дразнит соперника. Мы снова кружим, примеряясь друг к другу. Снова атака, и еле успеваю упасть на колени и отклониться назад. Рука с острыми когтями пролетает в сантиметре от моей головы. Тихий разочарованный рык. Ворк сердится. Скоро он возьмёт себя снова в руки, и я получу на орехи, ведь он опытнее меня. Меня пока спасает моя гибкость и вёрткость. В силе я уступаю. Моя стихия это магия, но и о физическом аспекте забывать нельзя. Любой уважающий себя эрган просто обязан быть искусным воином. Я даже не подозревал, какой дикий первобытный восторг может приносить настоящий поединок. Особенно если соперник тебе под стать. Прошло то время, когда я был не готов к кровавой драке, когда у меня не было желания становиться воином. Все страхи остались там, в небольшой пещере с горячим источником. Он погребён где-то в неизвестном мне месте, там же, где нашли приют останки негодяев пришедших с Грассом по мою душу.

В желании стать сильнее, крепче, и даже жестче нет ничего предосудительного. Во-первых, это возможность защитить не только себя и свою жизнь, но и тех, кто рядом с нами, кто не безразличен нам. Во-вторых, это возможность заставить окружающих уважать себя. Мужчина должен быть сильным, смелым и решительным, коль его таким создали те, кого мы считаем богами, или высшими существами. И эта сила не в мускулах, а в самоуважении, в стойкости, в мужестве. Мне пришлось получить урок, и принять для себя решение, кем же я хочу быть в своей новой жизни: ни тем, ни сем среднего пола, или настоящим мужчиной и защитником. И сложным этот выбор не стал. Может быть, мне и не суждено стать великим воином и завоевателем, но ведь защищать можно и не стоя во главе огромного войска. Разум и знания тоже являются своеобразным и действенным оружием. И то, и другое у меня есть. А физическую форму я наберу. Да и куда я денусь с такими-то тренерами? Сам ведь напросился. А как интересно-то всё начиналось.

В тот день, когда из нашей жизни навсегда исчез настырный родственник, в наш замок пришёл тот, кому суждено было стать моим самым близким другом. Бесшабашный, упрямый, весёлый и смелый Аш. Он в расслабленной позе, с невозмутимым выражением на загорелом лице, стоял прямо посреди обширного замкового двора и делал вид, что множество любопытных взглядов его совершенно не волнуют. Он слишком отличался от других обитателей замка, и понять, что это и есть мой необычный гость, не составило большого труда. Среднего роста, стройный, чуть смуглый парень с пепельными волосами ниже плеч. Янтарные глаза смотрели на меня смело и даже слегка нагловато, тонкий немного длинноватый нос не портил симпатичного лица с красивыми губами и упрямым подбородком. На обеих руках, с внешней стороны от самого запястья и почти до локтя вилась замысловатая татуировка, немного напоминающая стрелу. На правой руке болтался браслет из кристаллов хрусталя. На шее парня висел серебряный амулет с голубым прозрачным камнем в узорчатой оправе. С таким же камешком была и длинная серьга в ухе. Но больше всего в его облике меня заинтересовала его одежда. Настолько, что зачесались пальцы попробовать на ощупь. Ворк продолжал разглядывать меня с хитрым прищуром глаз. Хорошо. Я решил взять с него пример и потому неспешно подошёл поближе и, не стесняясь, стал рассматривать его тело. Это, наконец-то, смутило нахала. Облегающие сильные ноги кожаные штаны и такая же жилетка были очень высокого качества. Эрганы такие вещи не носили, а вот я был бы не прочь.

‒ Откуда, если не секрет, такой шикарный наряд? ‒ задал я неожиданный вопрос, с улыбкой глядя в расширившиеся от удивления глаза моего визави.

‒ Сами шьём, ‒ осторожно ответил ворк.

‒ А кожу где берёте? Неужели тоже сами делаете?

‒ Сами. А что? Нельзя? ‒ улыбнулся мне в ответ парень. Мы стояли почти нос к носу и смотрели в глаза друг другу.

‒ Ну, почему же нельзя. Можно, но… Я тоже такой наряд хочу.

‒ Не вопрос. Договоримся.

‒ Ты за этим к нам пришёл? Договариваться?

‒ Не только, ‒ я вопросительно поднял бровь, а этот разулыбался ещё сильнее. ‒ Я теперь буду рядом с тобой. Всегда.

‒ С какого перепугу? ‒ ошарашенно спросил я.

‒ Ты спас мне жизнь. По нашим законам, теперь я должен охранять тебя. Я третий сын вожака нашей стаи. Он послал меня к тебе на переговоры. Я буду посредником между вами и стаей.

‒ Прекрасно, ‒ пробормотал я, оглядываясь на стоящих за моей спиной старших. Они слушали нас и пока не вмешивались. А что? Правильно. Кто заварил кашу, тот должен и расхлёбывать.

А с договором вышло даже лучше, чем предполагалось. Молодой ворк оказался очень умным парнем. От него мы узнали историю его стаи. Они уже пять лет как вынуждены были сбежать с родовых земель. И виной тому были пресловутые ашрами. Они расползлись не только по своему континенту, но и начали экспансию на соседние острова. Они захватывали в плен многих, в том числе и ворков. Убивали во время своих ритуалов и превращали в ходячих монстров-мертвецов, беспрекословно служащих своим создателям. Из рассказа Аша я понял, что ашрами в основном некроманты. Верховодят у них самые сильные маги, остальные являются воинами. Для захвата новых территорий и пленных для экспериментов они используют войско зомби. Дёшево и сердито, так сказать. И страшно. Ашу самому пришлось столкнуться с несколькими своими пропавшими друзьями и родственниками. Зомби в основном можно уничтожить только с помощью огня. Его они боятся. Люди научились защищаться от них с помощью заклинаний и амулетов света. Но такие амулеты очень дороги, а заклинаниями у них владеют только жрецы богов. Людские королевства пока держатся, а вот воркам пришлось бежать, так как магией они не обладают. Среди них есть эмпаты и Аш был как раз таковым, к тому же довольно сильным.

Как уже было сказано, воркам пришлось спасаться бегством. Их путь лежал в людские земли. Но устроиться и осесть оборотням там была не судьба. Люди, как и говорил один из моих погибших сопровождающих, действительно слишком насторожённо отнеслись к воркам. Они не захотели с ними не только торговать, хотя оборотни и пытались наладить обмен, но и просто отнестись по-хорошему. В некоторых землях их объявляли вне закона и пытались убить, или, в лучшем случае, просто изгоняли с помощью солдат. А из других земель приходилось просто уходить, потому, что никто не хотел им продать даже горсти муки или крупы. Если вспомнить земную историю, то и у нас к непонятным существам относились с опаской. Сколько легенд о том, как убивали оборотней, как сжигали ведьм и колдунов. Люди всегда боялись неизведанного. Только одни боролись со своим страхом познавая его, а другие уничтожали свой страх огнём и мечом, проливая реки крови. Вот так, скитаясь из королевства в королевство, с одного материка на другой, ворки и попали на наш материк. Они отнеслись с осторожностью к новым землям и их обитателям. На контакт так открыто и просто уже не пошли. Но жить-то нужно было. Ворки отличные охотники, но на одном мясе здоров не будешь. Им в пищу, как, впрочем, и нам, необходимы не только белки, но и углеводы. А значит, где-то нужно было брать зерно, крупу, муку. Вот они и решились на воровство. Брали не много, столько, сколько было необходимо для жизни стаи. Соорудили себе лагерь и никого к нему близко не подпускали. Эрганы пока терпели эти набеги, но чем бы это закончилось? Рано или поздно хрупкий мир пошатнулся бы. И, наверное, хорошо, что Аш попал под раздачу, а мы, соответственно, его спасли. Ворки решились сделать первый шаг к диалогу.

На следующий день, сразу после завтрака, я, теперь уже с четырьмя охранниками, верхом отправился в гущу леса. Аш бежал впереди в своей звериной форме и показывал дорогу. Этот неугомонный устроил соревнование, пока мы ехали по дороге. Ну, что сказать? Скорость ворка мало в чём уступает лошади, пущенной в галоп. Вот только он так бегать может даже лавируя среди деревьев, а лошадь нет. Если всадник не хочет переломать ей ноги, конечно же. Лагерь оборотней меня приятно удивил: основательно сделанные землянки, расположенные в круг, в центре место для большого костра. Как объяснил Аш, возле такого костра собирается вся стая вечерами и обсуждает прожитый день. Никто не бродит просто так, каждому ворку есть работа. Малыши собирают полезные ягоды, травы и птичьи яйца. Женщины кухарят, стирают и заботятся об уюте. Мужчины же охотятся и обрабатывают шкуры. У каждого члена стаи своя работа и обязанности. Ворки вообще, оказывается, живут очень дружно. Для них семья основная ценность. А ещё у них практикуют многожёнство. У вожака и отца Аша, к примеру, три жёны и пятеро детей. Трое сыновей и две дочки. Все старше Аша. И уживаются все прекрасно. Я когда увидел его, обомлел. Ну, просто герой из моего детства.

Когда-то был замечательный мультфильм про Маугли, и я имею в виду именно советский, а не диснеевский. А Краш просто вылитый Акело: крупный, смуглый и подтянутый, с волевым лицом, яркими, как у сына, янтарными глазами и длинными белыми волосами. В звериной ипостаси это огромный белоснежный ворк. Добавить сюда харизматичный характер и всё… пропали бабы! Переродись я девушкой, точно четвёртой женой стала бы проситься. Аш, когда увидел мою ошарашенную моську и почувствовал мой эмоциональный шок, долго ржал. Зараза блохастая! Ладно, вру. У ворков блох нет, они вообще редкие чистюли. Пришлось рассказать сказку Киплинга, благо памяти эрганов, она вспомнилась мне дословно и без проблем. Зато теперь вся малышня стаи мои с потрохами. Когда приезжаем в очередной раз в гости, рассказываю им новую сказку. А гостим мы в лагере ворков теперь часто. Сотрудничество получилось очень удачным. Они поставляют нам кожу и меха качественной выделки, а мы привозим всё, что им необходимо. Налёты на склады и погреба благополучно закончились. А ещё они тренируют наш гарнизон. Несколько опытных ворков Краш, по моей личной просьбе, отправил в замок. В один из визитов я застал тренировку их бойцов. Это нечто. Для меня их манера борьбы напомнила смесь бразильской капоэйры и китайского стиля тигра. Быстрые движения ногами, развороты и удары, чередуются с захватами и молниеносными ударами сильных рук с острыми когтями. Красиво.

Иртон, интересовавшийся моим миром, в частности всякими воинскими подразделениями, давно уже загорелся желанием создать что-то типа спецназа: отряда с уникальными навыками, способного защитить того, кого охраняет любым способом. Эрганы сами по себе великолепные воины, но соединив свои умения с умениями ворков, можно было добиться большего. Ворки из оружия пользовались только ножами. Эрганы, так же будучи оборотнями по своей природе, не любили тяжёлое вооружение, предпочитая пользоваться в бою двумя небольшими мечами. Они были похожи на оружие римских гладиаторов, только правый меч был немного уже и длиннее своего левого напарника. Я же, в свою очередь, припомнил о метательных ножах и сюрекенах, а ещё мы со Скаро создали совместными усилиями браслеты с шипами на запястья и предплечья. В плотной схватке они приносят немалую пользу, нанося кровоточащие раны врагу. Инициатива, как говорится, наказуема, так что я вместе с Ашем теперь в первых рядах обучающихся. С одной стороны меня и Аша лично гоняет Иртон, с другой, Аша и меня гоняет Краш. Один с оружием, другой в рукопашную. Вот и сегодня на улице солнышко греет по-весеннему, птички поют, а мы с другом усердно топчем зелёную травку в лесу собственными тушками. А так хочется просто поваляться… Чёрт! Больно, блин! Аш, воспользовавшись тем, что я уплыл в свои мечтания, сделал мне удачную подсечку и уронил на землю. Гад! Эмпат, мать его за лапу. Всё! Я умер, меня не кантовать. Этот обормот, с довольной рожей, плюхнулся на спину рядом.

‒ Отец недоволен, ‒ хмыкнул он. ‒ Опять получим по загривкам.

‒ Я наследник герцога. Меня бить нельзя, ‒ помахал я пальцем в воздухе.

‒ Да? А почему ты в прошлый раз забыл ему про это напомнить? Он нам за прошлую тренировку как щенятам настучал за лень.

‒ Ну-у, я попробовал, ‒ покраснев, вспомнил я.

‒ Я помню, ‒ хрюкнул рядом друг. ‒ Хорошо ты от него удирал, правда, недолго.

‒ Угу. А потом ещё Иртон дома добавил мечами по заднице.

‒ Это он умеет. Чем сегодня будем заниматься?

‒ Дома тренировка, как обычно. Потом занятие с Эларилом по расписанию. А вот потом… ‒ мечтательно протянул я.

‒ Я весь сплошное внимание, ‒ Аш устроился на боку и подпёр лохматую голову рукой.

‒ У меня сегодня по плану подарок моего любимого наставника.

‒ Дневники начнёшь читать?

‒ Ага. Странно так… Открыть старинную рукопись и увидеть знакомые с детства буквы родного языка. Это просто чудо, что последний творец оказался русским. У меня так и чешутся руки поскорее начать изучать его дневники. Может быть, именно там я найду ключ к использованию своих уникальных сил. Я ведь, даже с помощью Эларила, так и не смог даже на полшага приблизиться к решению этой проблемы.

‒ Эларил хитрый и запасливый, как тот хомяк, о котором ты говоришь, глядя на повариху. У него тоже много «вкусного» в лаборатории. Знал же, что тебя мучает, и дождался твоего дня рождения, чтобы такой подарок преподнести.

‒ Если бы он не увидел, как я самостоятельно пытаюсь перевести рецепт торта для Фрая с русского, то, скорее всего, эти дневники мне ещё долго увидеть не пришлось бы. Он-то языка не знает, просто знакомые буквы увидел.

‒ А мне чем предлагаешь заняться, пока будешь дневники изучать? Я же тебя знаю. Забудешь обо всём на свете.

‒ Про тебя Ламирель спрашивал вчера. Хочет сходить по травы с тобой.

‒ Он меня настойки научит делать, как думаешь?

‒ Обещал зимой, значит, научит. Может, для этого и зовёт, ‒ сказал я и сладко потянулся на солнышке. Как говорится: и жизнь хороша, и жить хорошо. Даже несмотря на некоторых блондинистых и сердитых. Это я про Краша. Бодро шагает к нам, горя желанием надавать нерадивым ученикам по ушам.

‒ Подъём, ‒ толкнул меня в бок Аш и бодренько подскочил на ноги.

Я быстренько принял вертикальное положение и вытянулся в струнку рядом с ворком. Аш глянул на меня недоумённо, потом усмехнулся и тоже вытянулся. Стоим и лыбимся. Краш приблизился к нам, пофырчал, обошёл кругом и остановился за спиной. Оборотень хмыкнул.

‒ Оболтусы, ‒ и дал-таки нам обоим по загривкам. ‒ Не так уж плохо сегодня. Так и быть сделаю скидку на весну. Но… В следующий раз три шкуры спущу!

Глава 12

Отступление первое. Однажды зимним вечером.

Эларил еле дождался, когда за хитро ухмыляющимся Тари закроется дверь. Он даже не сомневался, что его взвинченное и возбуждённое состояние дело рук этого… этого милого мальчика. Что же он им всем подлил в грай? Если бы не собственное состояние, Эларил с удовольствием поржал бы с того, как всегда степенный и важный комендант, только что вылетел из столовой, чуть не выпрыгивая по пути из собственных штанов, и плотоядно глядя на своего более молодого супруга. Что-то подсказывало Эларилу, целоваться эти двое начали ещё в коридоре. Интересно, до спальни они добрались или нет? Мысли об этой парочке только усугубили положение, ведь в паху и так уже разгорался нешуточный пожар. Эларил повернул голову в сторону окна, где стоял Фрай, и у него перехватило дыхание. Мужчина, по которому он столько долгих мучительных лет сходил с ума смотрел на него с таким огнём в глазах, что Эларил почти наяву почувствовал, как в его жилах начала вскипать кровь. Невозможный взгляд. Таким Фрай смотрел на него только в его собственных мечтах. Упрямец Фрай. Даже после того как Эларил рассказал ему, что они истинная пара, он всё равно не спешил сделать шаг навстречу. Как же с ним было сложно. Слишком много ответственности он тянул на себе, слишком заботился о других. А может просто не смог поверить, что их счастье настолько близко. Стоит только протянуть руку и вот оно…

Фрай смотрел на него, не отрывая янтарных глаз. Кончик языка скользнул между притягательных губ, оставил влажный след и спрятался. Эларил хищно улыбнулся. Он понял, что неистовый огонь страсти сжигает не его одного. С невозмутимого герцога Гроссвернор вот-вот должны были слететь его вечные оковы сдержанности. Фрай тряхнул головой и потянул ворот на шелковой рубашке. Накидку он уже успел сбросить. Было заметно, что ему жарко и душно. Эларил решился и стремительно, не теряя больше не секунды, ринулся к желанной цели. Кто знает, сколько времени будет длиться эффект. Он запустил руки в отросшие и не остриженные, по просьбе Тари, волнистые волосы своего любимого упрямца и впился поцелуем в губы Фрая. Лишь мгновение, длившееся почти вечность, эти губы оставались безучастными, а затем с облегчённым вздохом, словно сдаваясь на милость победителя, раскрылись в ответном поцелуе. Жар, влажность и безумная сладость бросили Эларила в пучину наслаждения. Порывистыми, несдержанными движениями он стал избавлять их с герцогом от одежд. Фрай не сопротивлялся, позволяя себя раздевать. Его глаза мерцали в полумраке столовой. Проказник Тари перед уходом успел уменьшить свечение магических светильников. Правильно сделал, они с Фраем не в том состоянии, чтобы думать о такой мелочи. Эларил вообще никого и ничего не видел вокруг, только гладкую кожу любимого, открывающуюся его глазам. Её хотелось потрогать, погладить, попробовать на вкус. Когда последняя деталь туалета была небрежно отброшена куда-то в неведомую даль, мужчина со стоном припал к горячей чуть смуглой коже. Ответом было подрагивание тугих мышц под ладонями и участившееся биение жилки на шее. Эларил не смог удержаться и поцеловал её. Фрай вздрогнул и втянул громко воздух. Эларил улыбнулся и повторил, чуть прикусив нежную кожу. Фрай потянул его рубашку из штанов. Удерживаемая широким поясом она не пожелала сдаться.

‒ Какое счастье, что ты не носишь аристократические шмотки, ‒ пробормотал Фрай, ловко расстёгивая пояс и стаскивая, наконец, упрямую рубашку. Прикосновение кожи к коже было настолько приятным, что застонал уже сам Эларил. ‒ Я почти забыл, как же это прекрасно… чувствовать кого-то вот так… обнимать…

‒ Кто же тебе виноват, упрямец, ‒ между поцелуями, которые уже спустились на грудь, тихо спросил Эларил, продолжая своё увлекательное исследование. ‒ Неужели не понимал, что я давно схожу по тебе с ума?

‒ Замечал. Только не до нас мне было, уж прости, ‒ прошептал Фрай, упираясь спиной в прохладную стену. Губы Эларила прокладывали горячую дорожку по груди вниз, а сам он уже опустился на колени и подбирался пальцами к достоинству Фрая. Оно явно намекало, что не против ласк и нежности.

‒ Даже когда Тари, да и я тоже, рассказал тебе о том, что мы пара, ты всё равно не сдался и ко мне в постель не прибежал.

‒ Мне по рангу не положено бегать к магам-артефакторам, да ещё и в постель, ‒ ехидно отозвался Фрай и тут же судорожно вздохнул, ибо один маг-артефактор в отместку сходу втянул в рот его естество. Ощущение горячего рта и нежного сильного языка выбило все колкие слова, оставив только наслаждение. Фрай откинул голову, быстро задышал. Его руки заблудились в коротких волосах Эларила. Он выгнул спину, подаваясь вперёд. Навстречу движениям головы, неистовым ласкам и хитрым пальцам. Эти нарушители, проникнув между немного разведённых ног, добрались до расщелины между ягодицами и подкрадывались туда, где уже пару лет никто не хозяйничал. Они ласково и нежно покружились вокруг сжатого кольца мышц, и осторожно нырнули внутрь. Эти пронырливые разведчики были влажными, гладкими, сильными. Эларил как путник, что после долгих дней в пустыне нашёл, наконец, источник свежести и прохлады, не мог насытиться тем, кого так долго ждал. Но его собственное возбуждение плескалось через край, намекая, что ещё немного, ещё чуть-чуть и оргазм настигнет его, не спросив разрешения. С трудом и сожалением выпустив член изо рта, он поднялся на ноги. Несколько быстрых движений и вот он, уже полностью обнажённый смотрел в полуприкрытые веками глаза Фрая. Там плескалось наслаждение и ожидание. Эларил подхватил его под крепкие ягодицы и приподнял. Фрай тут же опутал его талию длинными ногами и… Момент первого проникновения навсегда отпечатался в мозгу Эларила. Запрокинутая голова Фрая, его протяжный стон и горячая жгучая теснота. Они быстро нашли свой ритм, казалось, он совпал с биением их сердец. Эларил двигался, Фрай отвечал. Один танец на двоих, одно дыхание на двоих. Яркий неистовый оргазм настиг двоих мужчин, накрыл волной, выбил дух из тел и нежным зверем вернулся обратно, оставив после себя томную негу.

Они пришли в себя лёжа на пушистом ковре. Фрай повернулся на спину и удобно устроился на плече своего истинного. Да, он пока не мог увидеть сам алую нить, о которой ему столько говорили, но спутать ощущение единства нельзя ни с чем. Эларил был тем, кого он столько ждал. Когда он впервые его увидел, в сердце загорелась искра, но… Фрай никогда не смог бы изменить мужу. К моменту их встречи уже родился Тари и развод был невозможен. Да и не бросил бы Фрай сына никогда. Это не приветствовалось среди эрганов. С Эларилом всегда было безумно интересно, уютно и, что самое странное, надёжно как ни с кем, и никогда. А причина была проста и естественна. Они истинные.

‒ О чём думаешь? ‒ прозвучал хриплый голос Эларила. «Кто-то слишком рычал от страсти», ‒ усмехнулся в мыслях Фрай.

‒ Да вот пытаюсь понять, с чего это нас такая неудержимая страсть охватила?

‒ Это надо у твоего сына спросить, ‒ даже в голосе Эларила прозвучала довольная улыбка проделкой ученика.

‒ Он что-то подлил в грай? То-то я почувствовал странный привкус, и почти сразу же стало сердце биться сильнее и в голове замутилось.

‒ О да. Потом так возбуждением резко накрыло. Заметил, с какой скоростью Иртон с мужем сбежали? Бугор в штанах нашего доблестного коменданта был виден невооружённым глазом.

‒ Мои глаза тянулись только к твоему богатству в штанах, и это было ужасно неудобно, ‒ проворчал Фрай, как бы невзначай коснувшись рукой этого самого богатства. Оно тут же подняло голову, а Эларил поёрзал и довольно вздохнул.

‒ Наказывать сына будешь?

‒ Наказывать? ‒ задумчиво повторил Фрай, а его пальцы пробежались по стволу лежащего рядом мужчины. ‒ Нет, не буду. За такие подарки наказывать нельзя.

‒ Я даже знаю, что подарю ему на день рождения. Отдам дневники последнего творца.

‒ Решил распотрошить свой заветный сундучок? Думаешь, сумеет разобраться?

‒ Уверен. Я недавно видел, как Тари переводил для тебя рецепт со своего языка и понял, что дневники Элира написаны похожими знаками. Есть шанс. Другого способа помочь нашему мальчику освоить умения творца я не знаю. Здесь я не помощник.

‒ Он у нас смышлёный, разберётся. А я разберусь с тобой, ‒ одно резкое движение и вот уже Эларил лежит на животе, а в его ягодицы упирается член Фрая. ‒ Надеюсь, мой дорогой, ты не думаешь, что всегда будешь сверху?

Ответом ему был счастливый смех и пошире, явно приглашающе раздвинутые ноги.

«Нет, ну что за день такой сегодня, а? С утра Краш гонял как сидоровых коз, теперь вот Иртон последние соки выжал. Аш ругаясь, уполз в свою комнату, и даже к Ламирелю идти передумал. А так утречком хорошо было: тепло, свежо, птички поют…» ‒ ворчал я, еле таща ноги в свои покои. Аш, вредина такая, сколько его не уговаривал переселиться на мой этаж, ни в какую не соглашается. Обжил комнату на первом этаже и теперь жутко доволен. И я его понимаю. Он раз-два и дома, а мне ещё брести и брести по ступенькам и коридорам. Иртон садист и деспот. Вот возьму и пожалуюсь папенькам, как раз мимо кабинета плетусь. Кстати, я их с самого утра не видел. Постучать, или не надо?

Оказалось, что способ, которым я ретировался из своего грота, присущ только творцам. Что-то вроде личного телепорта. Могу свободно перемещаться в любое знакомое место, или просто к нужному человеку. Главное, очень сильно этого захотеть. Иногда теперь пугаю своим внезапным появлением домочадцев. Правда в данном случае лучше постучать, а то ненароком застану в пикантном положении. Настойка Ламиреля сотворила чудо. На эрганов валериана действует лучше, чем на земных котов. Те только пьянеют, а эти дуреют. Причем, только в сексуальном плане. Моим подопытным кроликам так понравилось, что пришлось поделиться, благо много её у меня. Хитрый друлл сделал мне большую бутылку этой настойки, да ещё и всяких ароматных травок туда добавил. Запах божественный, а последствия крышесносные. Надо бы нам с ним запатентовать это средство. Оно заводит эрганов с полуоборота, так что спрос точно обеспечен. Я сам поразился эффекту всего нескольких капель, подлитых мной в чайничек с граем. Я ещё подросток, на меня не подействовало, а вот все остальные… Да! От того огня, что загорелся в их глазах можно было прикуривать, если бы в Валаре рос табак. К счастью такой гадости тут не растёт. С момента моего удачного эксперимента теперь в двери стучать надо, а то увижу ещё такое, что травмирует мою детскую психику. Эх, не видели местные жители Камасутру, всякую земную порнуху и домашнее видео. Боюсь пришлось бы либо отпаивать успокоительным, или писать инструкции.

‒ Привет, родители! ‒ засунул я голову в приоткрытую дверь, после того, как мне как-то поспешно ответили. Ну, понятно. Эл стоит позади кресла отца, наклонившись над его плечом, одна рука упирается в столешницу, а другая где? Где-то за спиной у отца. И наклонился-то так низко-низко. Интересно, у него спина не болит так стоять? Имя Эларилу я сократил для удобства, а наставник не сильно и возражал. Он с зимы вообще на меня не ругается, ходит с улыбкой обожравшегося сливками кота. А по поводу «кармического отцовства», это я так назвал нашу связь, обрадовал их сразу после истории с Энурезом. Довольны были оба.

‒ Здравствуй, сын, ‒ улыбнулся мне Фрай. А румянец ему идёт. ‒ Тренировку у Иртона закончили?

‒ Ага. Я пожаловаться заглянул. Иртон нас загонял.

‒ Сам же говорил, что в здоровом теле должен быть здоровый дух, ‒ сказал Эл и поменял положение. Он упёрся локтем на стол и, соответственно склонился ещё ниже, а отец покраснел ещё сильнее.

‒ Мы с Ашем этот дух чуть совсем не испустили. Может, устроите нам каникулы на пару деньков? Мы на большое лесное озеро съездим? ‒ я состроил несчастную мордашку и попытался надавить на жалость.

‒ Я подумаю, ‒ ответил отец и вдруг прикусил нижнюю губу.

‒ Тогда я к себе. И Эл, ‒ я обратился к наставнику. Он сделал вид, что внимательно меня слушает, ‒ я, конечно понимаю, что отвлекаю от важных дел, но не мог бы ты в следующий раз вытащить руку из штанов отца, а то мне как-то неудобно с ним разговаривать, когда ты там шурудишь. Мысли непристойные в голову лезут, знаешь ли.

‒ Тари, ‒ простонал отец и уткнулся головой в стол. Его плечи затряслись, но могу поклясться, что не от рыданий. Лицо Эла стало пунцовым, а из глаз сейчас прям искры полетят. Я широко улыбнулся, и… дал дёру, пока не прилетело. Даже силы непонятно откуда взялись для скоростного бегства. Напоследок услышал из кабинета рык Эла, а потом довольный смех отца.

После водных процедур, как заново родился. Достал из шкафа подарок Эларила: пять довольно увесистых тетрадей в кожаной обложке. Старых, потёртых, сразу видно, что их часто использовали. Когда дарил, Эл признался, что это принадлежало отцу его друга, тому самому последнему творцу. И какого же было моё удивление, когда открыв одну из тетрадей, я увидел знакомые буквы. Язык был немного непривычен, староват, но всё же понятен. Начав читать первый взятый наугад дневник, я пришёл к выводу, что это скорее заметки, чем дневник в полном смысле. Здесь было намешано всё, начиная с разных по важности событий, до набросков всяких амулетов и магических плетений. Мне было безумно интересно. Я чувствовал себя археологом, нашедшим рукопись как минимум Аристотеля. Я впитывал как губка всё, до чего мог добраться. Хозяин дневников был очень необычной личностью. Пролистав все тетради, мне удалось восстановить хронологический порядок, и я с удовольствием погрузился в чтение.

Элир Тейросс, так звали его в этом мире, прожил на Земле долгую и интересную жизнь. Что совершенно неудивительно, ведь он родился и жил в эпоху Петра Великого. Сын богатого купца он поехал с другими такими же юнцами за границу учиться. Это так ему понравилось, что в родные пенаты он вернулся не скоро. Голландия, Франция, Италия, даже до Индии добраться сумел. Путешествовал с разными экспедициями, многое знал и умел. Дожил до пятидесяти с лишним лет и погиб во время шторма, возвращаясь домой. Пришёл в себя в теле четырнадцатилетнего юного эргана, сына двух выдающихся магов королевства. Они провели обряд вовремя, как только заметили начало затухания. Элиру в отличие от меня повезло больше, так как его учителем был творец. Тот, кто в расцвете своих лет построил великолепный королевский дворец. Я видел его только на картинке в атласе королевства, и это действительно чудо. Большое озеро, посередине высокий каменный остров и на нём, словно паря в облаках, украшенный множеством острых башен бело-голубой дворец. Эффект облаков создавал пар, исходящий из отверстий в самом острове. Внутри него находится горячий источник. Надеюсь, когда-нибудь мне посчастливится побывать в столице, и быть может даже в королевском дворце. Несовершеннолетние эрганы могут попасть в королевский дворец только по личному приглашению короля и в сопровождении родственника. Строго у них с подростками. Как говорится, пока не подрастёшь, сиди на попе ровно и слушайся родителей. Так вот, хоть до шестнадцати лет магические силы и не были подвластны Элиру, но теорию он знал достаточно хорошо. Творец был уже достаточно стар, чтобы дожидаться, когда Элир дорастёт, и потому вызвался сам обучать сына своих старых друзей. А потом, через несколько лет грянула Великая Война, и многие планы пошли прахом. Родители Элира погибли в сражении, и он остался под опекой старшего брата, которому только исполнилось двадцать лет.

Я ещё более удивился, когда прочёл, что Элир видел то самое сражение, когда решилась судьба королевства собственными глазами. Ему тогда едва исполнилось восемнадцать лет, и он тайком увязался за родителями и братом. Парень был весьма изобретательным и его присутствие обнаружили не сразу. Естественно, родные не обрадовались присутствию ребёнка на войне. В ставке короля ему опасность почти не грозила, но всё же сразу после сражения он должен был отправиться домой под конвоем брата. Его родители отвечали за проверку боевых амулетов и тех самых амулетов-щитов, которые ашрами удалось потом отключить. Рано утром Элир решил заглянуть в шатёр, где работали родители. Но они уже закончили проверку, и у входа стояли охранники. И вот тогда случилось кое-что, к чему впоследствии Элир не раз возвращался, вспоминая. Рабочий шатёр родителей стоял чуть в стороне от основного лагеря и Элир, расстроенный тем, что не смог увидеть боевых амулетов, отошёл немного в лес и присел под деревом. В тот же миг он, краем глаза, увидел еле заметное движение у шатра. Задняя стенка приподнялась, и оттуда вышел помощник родителей, магистр Сларр. Осторожно ступая, он поднял руку, поправил ткань шатра и провёл по ней еле светящимся амулетом. А затем ушёл в сторону лагеря. Почему магистр не вышел через обычный вход? Из-за стражей? Когда Элир тихонько подошёл к тому месту, где появился магистр и присмотрелся, то заметил, что ткань была цела. Долгие годы Элира мучили сомнения. Он не был уверен в том, что видел. Быть может, магистр и вовсе не выходил таким странным образом из шатра, а просто был рядом и Элиру просто показалось? Лично мне, живущему спустя триста лет после описанных событий, Архимаг Удгар Сларр доверия не внушал. Слишком хитёр, слишком честолюбив, слишком жаден. Такой, как говорят земляне, маму родную продаст, если достаточно предложат. В истории эрганов был уже прецедент, когда предали свои же. Но доказательств у меня нет, только вот это воспоминание юного Элира Тейросса и моя собственная неприязнь. Ладно, пусть политика остаётся политикам, а я займусь магией.

В первой тетради, кроме воспоминаний о войне, было много впечатлений и размышлений о том, чему учил Элира его наставник. Как и говорил Эл, сила творцов в их разуме. Они воздействовали на материальный предмет, будь то камень или дерево, силой мысли. Для этого необходима в первую очередь буйная фантазия, развитое пространственное мышление и упорство, замешанное на силе воли. Первое и второе было мне присуще всегда, а вот третье расцвело на полную силу только здесь. Без силы воли я бы сдох на первой же тренировке с Иртоном. Это на Земле жалость к себе прокатывала и цвела буйным цветом, а тут никак нет. Хочешь чем-то овладеть, занимайся. Через пот, кровь, синяки и сбитые костяшки пальцев. Даже потёртости от седла на моей заднице при овладении верховой ездой пошли на пользу. Через почти полгода после попадания в Валар, я понял, что не так уж слаб духовно и физически, как предполагал ранее. Просто Арина жалела себя, как многие женщины. Комфорт и безопасность расслабляют. А здесь другие условия. Если хочешь благополучно жить, научись быть сильным. Я этот урок усвоил, надеюсь на «отлично».

Глава 13

На то, чтобы полностью разобраться с первым дневником Элира у меня ушёл целый месяц. Самое трудное было привыкнуть к манере изложения, что ни говори, но русский язык со времён Петра Первого немного изменился. Но я справился. У Элира нашлась куча набросков его первых экспериментов с материями. Мои очумелые ручки просто чесались попробовать повторить их. Аш махнул на меня рукой и отправился к Ламирелю. Теперь вдвоём бродят где-то по лесу и травки собирают. Перебрав несколько вариантов, я остановил свой выбор на каменном цветке. Забравшись в свою башенку, являющуюся моей личной маленькой лабораторией, приступил к работе. Я не геолог и в камнях ни разу не разбираюсь, так что пришлось обращаться за помощью к Скаро. Гнорд оказался экспертом, впрочем, никто в этом и не сомневался. Он сразу же полез в свои закрома и подарил мне несколько камней, размером с кулак крупного мужчины. Все камни были цветными с блестящими прожилками. Один напомнил мне земной малахит. Вспомнив сказку «Каменный цветок», с него и решил начать. И какой же цветок выбрать? Тюльпан слишком просто, роза пока слишком сложно. А почему бы не попробовать сделать лилию? Мне они всегда нравились. Итак начнём…

Где-то через час пыхтения и старания, с помощью магии и крепкого словца, я сумел создать трёхмерную модель небольшой лилии с тонкими лепестками и узкими листочками на чуть изогнутом стебле. Она висела у меня перед глазами, сияя золотом магии творения. Красиво, ничего не скажешь. Но как впоследствии оказалось, это было не самым сложным в моей задумке. Намного труднее было заставить камень, одной только силой мысли, поменять свою природную структуру. Необходимо было сделать его не просто мягким, как пластилин, а заставить течь как воду, заполняя собой магический каркас цветка. В конце концов, промучившись ещё пару часов, я смог сделать и это. Дело шло так туго потому, что процесс заполнения необходимо было контролировать от начала и до конца, ни на миг не расслабляясь. Малейшая потеря концентрации и камень застывал. Вот и приходилось мне несколько раз начинать всё сначала. Легко стать Великим Чародеем только в сказке, а в жизни приходится долго и упорно учиться, работать, изучать множество вещей. И в свой список необходимых уроков я не забыл внести и занятия со Скаро. Мудрому гнорду придётся поделиться со мною знаниями о драгоценных и полудрагоценных камнях, минералах и прочем. Уставший, но жутко довольный я вечером ввалился в гостиную, где меня уже давно ждали и торжественно подарил своё первое творение отцу. Мои старания были оценены. Я получил свою долю похвальбы и восторженных вздохов, но ласковые объятия, гордость и радость в глазах самого родного человека в этом мире были лучшей оценкой. Я, конечно, не Данила-мастер, но кое-что теперь могу создать. Моя лилия украшает теперь рабочий стол отца. Элу я на следующий день сделал чернильницу в виде лягушки. Оценил и ржал долго.

Ещё с осени я загорелся идеей вытащить герцогство из затруднительного финансового положения. Территория Гроссвенора была большая, но прибыли она сейчас приносила мало. По старым документам выходило, что большую часть дохода давали серебряные рудники. Их было три, но на данный момент разрабатывался только один из них. Он был самым мелким и небогатым на ресурс. Сейчас, после того как местные маги отказались использовать серебро в создании амулетов, многим владельцам рудников в королевстве пришлось свернуть добычу. Нерентабельно стало. То небольшое количество серебра, которое ещё вырабатывалось, скупало казначейство для изготовления монет. Кроме этого, в Гроссвеноре было семь крупных деревень, где проживали простые эрганы и гнорды. Они вместе работали, вместе воевали, если нужда заставляла. Единственным отличием между ними было то, что гнорды не могли занимать каких-либо важных должностей, только мелкие хозяйственные, и не могли иметь собственность. Эти правила тянулись ещё с Рассгара и никто их так и не изменил. К гнордам не относились как к прислуге, но, по сути, они именно ею и были. Близко познакомившись с представителями народа как гнордов, так и друллов, испокон веков служивших эрганам, я в корне был не согласен с этими порядками. Их давно следовало изменить. Надеюсь, что нынешний король умнее своих предков. Ведь смекалку и хитрость гнордов грех не использовать в торговле и сфере услуг, не говоря уже об их знаниях ремесел. Да и друллы те ещё алхимики. Кто мешает продавать их редкие настойки и элексиры в людские королевства? Только маги господина Архимага, которым это абсолютно невыгодно да старые глупые законы.

Я поделился было своими мыслями с Элом и тот мне ответил, что при дворе такие идеи давно витают в воздухе. Ещё прежний король носился с идеей реформ, да не успел. Его сын, Эрайден Ларайн Драссгар, горит желанием продолжить дело отца и потому собрал рядом с собой таких же деятельных личностей, как сам. Единственное, что ему мешает начать реформы полным ходом, это вновь Архимаг. Эрганы в данный момент во многих аспектах жизни слишком зависят от него и его приспешников, и потому не спешат поддерживать новые законы. Слишком многое в руках магов. Помню, меня ещё сильно удивило, откуда Эл знает о том, какие мысли витают среди близкого круга короля, если сам сидит в Гроссвеноре, как медведь в берлоге. Эл хитро улыбнулся и ответил, что у каждого свои тайны.

После ужина все, как обычно перебрались в гостиную, поболтать перед сном, так сказать. Я же метнулся в свою комнату и притащил кое-что. Ещё зимой, после того, как добыл и переработал всю информацию по экономике герцогства, у меня возникло несколько идей. Вот одну из них я и собираюсь сегодня выставить на суд общественности. Экономического образования у меня нет, но есть обычная житейская смекалка. Накрытая тканью вещица сразу же вызвала интерес публики.

‒ Что это, Тари? Очередной твой сюрприз? ‒ первым поинтересовался отец, припоминая мои опыты последних дней.

‒ Скорее способ, как добавить звонких монет в нашу сокровищницу.

‒ О! Тогда рассказывай, мы тебя внимательно слушаем, ‒ оживился разомлевший после сытного ужина Эл.

‒ Идей у меня много, но начну я с самой простой и выполнимой. Скажите, дорогие мои, путь от столицы, точнее от границы нашего герцогства до порта Гравен, занимает около десяти дней?

‒ Если ехать верхом, без большого каравана, то десять дней. С грузом немного дольше, ‒ ответил мне Иртон.

‒ Все, кто проезжает по тракту, в нашу казну платят гроши, и потому король своим указом снизил нам процент годового налога, как компенсацию за использование нашей земли, за то, что путники охотятся и вырубают иногда лес, если у них нет денег на дорогие бытовые амулеты.

‒ Ты прав. Такой указ есть, и налог мы платим меньше. Путники иногда наведываются в деревни, чтобы пополнить запасы. Вода есть в ручьях, мелкой живности хватает, да хвороста полно. Не жаль, ‒ пожал плечами Фрай.

‒ Скажи, отец, а если мы захотим построить на своей земле, скажем, гостиницу рядом с трактом, на это необходимо будет разрешение властей? И будет ли это облагаться налогом?

‒ Размер налога зависит от размера владений, то есть земли. Он фиксирован. Разрешения на строительство на своей земле чего-либо нам не нужно. А что?

‒ Дело в том, что земляне народ предприимчивый и до того, что хочу предложить я, они додумались века назад и неплохо на этом заработали. Так что моя идея не нова. Скажи, Иртон, где бы ты предпочёл остановиться после долгого дня пути: на поляне у дороги или в комфортной гостинице с мягкой постелью да вкусным ужином? А если там ещё и помыться в горячей воде предложат, а?

‒ Хм. Конечно, мне больше по душе вкусный ужин и мягкая постель, Тари. И мыться я люблю.

‒ Что и требовалось доказать! ‒ жестом фокусника я сдёрнул ткань и взорам присутствующих предстал небольшой макет. Я не поленился и создал всё в мельчайших деталях: двухэтажный домик с двумя крыльями и чуть выступающей центральной частью, с неподалёку устроенной конюшней, складом и хозпостройками. Даже деревья, кусты и клумбы были.

‒ Вот это да! ‒ восхищённо выдал Эл. Он вскочил и начал нарезать круги вокруг маленького столика, на котором я пристроил макет. ‒ Сколько мелких деталей. Сколько же ты его делал?

‒ Дольше было проект придумать, чем это сделать, ‒ вздохнул я, вспоминая свои мучения. ‒ Мой архитекторский опыт дальше постройки кукольных домиков и рисования картинок не заходил. Трактир, конечно, не замок, но продумать мелочи было необходимо.

‒ Интересно. Расскажи подробнее, Тари, ‒ отец подошёл ближе, а Гвейн уже давно присоединился к Элу и всё пытался заглянуть вовнутрь трактира. Забавно, он там лилипутов заныканных хотел найти?

‒ В центральной части будет таверна: на первом этаже кухня и зал для простых путников и воинов, а на втором этаже зал для более богатых, к примеру, для аристократов. В левом крыле одноместные и двухместные номера опять же для состоятельных клиентов, в правом для солдат охраны и более простых путешественников. Цены на номера соответственно разные.

‒ Это правильно. Мне лично всё равно, где спать или есть. Могу и со своими солдатами рядом, а вот некоторым больше по вкусу, если их принимают с причитающимися почестями, ‒ покивал головой Иртон.

‒ Рядом конюшни, склад, кузница для ремонта. Вот как-то так, ‒ закончил я.

‒ Да уж действительно, мысль лежала на поверхности. И сколько ты предлагаешь их построить? ‒ вскинул на меня задумчивый взгляд отец.

‒ Десять. На каждом месте постоянных стоянок. Иртон сказал, что такие у тракта есть.

‒ Много. И дорого. Необходимы строители, материалы, а главное деньги.

‒ Проблемы решаемы, отец. Материала вокруг полно: в горах и рудниках возьмём камни для постройки, древесина также не проблема. Да и рабочих много не надо. Обойдёмся работниками Скаро и местными эрганами. Они же сделают мебель, стёкла, посуду, бельё и всё остальное.

‒ Почему ты думаешь, что этого хватит? Времени всё равно уйдёт прилично. Хорошо, если до холодов успеем построить хотя бы половину из задуманного.

‒ Я думаю, отец, что за пару месяцев мы успеем сделать всё, ‒ хитро улыбнулся я. ‒ Главное, привезти все необходимые материалы на места и расчистить площадки.

‒ Что задумал? ‒ глаза Эла предвкушающе засветились.

‒ В дневниках Элира я прочитал, как строился королевский замок. Необходима астральная модель, материал и сила творца. И такой вот трактир, ‒ я указал на макет, ‒ возможно будет построить за пару дней. Тогда, для строительства дворца, использовалась немалая сила самого творца и множество камней накопителей. Мы же сделаем всё проще. Я воспользуюсь потоком сил творения. Их не так много, но они есть почти везде.

‒ Значит, список покупок становится в разы меньше. Обычную посуду, от кастрюль и сковородок до тарелок и чашек сделают гнорды, а вот дорогой фарфор необходимо будет закупать, ‒ отец вернулся в своё любимое кресло.

‒ Да, но не в таких больших количествах, как ты думаешь. На эту тему я уже говорил со Скаро. У нас в замке есть несколько мастеров-ювелиров. Дел у них особых нет, обычно они помогают своему старосте в мастерской. Мы можем сделать шикарную посуду из серебра. На Земле делали подобную. Считалось, что она даже полезна для здоровья, так как имеет очистительные свойства. Тем более что она будет прекрасно выглядеть, если её украсить орнаментом. Они для пробы уже что-то мастерят. Даже обычный стеклянный стакан в серебряном подстаканнике выглядит изысканно.

‒ У вас много используют серебра? ‒ полюбопытствовал Эл. Он, наконец, отлип от макета и пристроился на подлокотнике кресла отца.

‒ Да, изделия из него довольно популярны. Тарелки и стаканы давно уже не производят широко, но столовые приборы делают. Ещё много украшений: серьги, кольца, цепочки, браслеты. Да всё, что угодно делают. Мне лично всегда больше нравилось носить серебро, чем золото. Я не понимаю, почему ваши маги так рьяно доказывают, что амулеты из серебра никуда не годны. Раньше ведь были популярны, да и надёжны?

‒ Наш всеми уважаемый Архимаг, ‒ с сарказмом произнёс, как выплюнул Эл, ‒ сразу после войны каким-то образом вбил в голову вдовствующего короля, что амулеты-щиты сломались именно потому, что были созданы из серебра. Золото, как проводник магической энергии тоже подходит, но амулеты из него намного дороже. Боевые позолоченные жезлы с рубином, напитанные огненной магией очень действенны против ашрами. Не знаю, как и чем, но убедить ему короля удалось. Затем он стал регентом и сделал так, как ему было выгоднее всего. Серебро почти вышло из оборота. Сейчас из него в основном выливают монеты.

‒ У нас серебро всегда считалось защитой от тёмных сил, чуть ли не с начала времён. Даже нынешние всякого рода знахари, ведьмы, медиумы и иже с ними просто обвешаны серебром. К тому же, ашрами ведь некроманты и на них и их создания серебро просто обязано действовать убийственно. Почему у вас оружие, к примеру, не покрывают серебром и плетениями магии света? Это же так просто!

Моя небольшая лекция о пользе использования серебра вызвала нешуточный интерес. Мы долго спорили и пришли-таки к решению попробовать. Иртон настоял, чтобы Скаро, как самый умелый из мастеров посеребрил оружие, а меня попросил закрепить плетения. Напитывать его будут атрины, которые мы решили спрятать в рукоятках. Заряжаться они будут и там, а вот на глаза посторонним не попадут и нашу тайну не раскроют. С придорожными трактирами также решили не тянуть и начать подготовку к строительству в ближайшие дни. Идей у меня было ещё множество. И я не сказал бы, что это что-то из области фантастики. Обычные житейские решения, основанные на прожитом опыте земной жизни. Эрганы без своей огромной силы оказались не приспособленными к обычной жизни. Они почти всё решали с помощью заклинаний и амулетов. Именно поэтому Архимагу и удалось так опутать всех своими нитями. Талантливый артефактор, этого у него не отнять, он воспользовался слабостью своего народа для пользы, правда, только своей. Из-за этого они застряли в развитии. Жили по старым привычкам, заменив свою силу костылями в виде артефактов и накопителей. А надо было выкручиваться, думать головой и работать руками. Человечество без магии вон в космос полетело. А эрганы как малые беспомощные дети. У них под ногами куча идей и ресурсов, а они зависят от кучки хитрецов. Амулеты оказались не в чести, но кто же мешал из того же серебра делать украшения и продавать в людские королевства. Женщины падки на красивые вещички, это я могу подтвердить.

Когда узнал, что в замке есть ювелиры, просто загорелся желанием заиметь несколько побрякушек. Раньше у меня была коллекция всяких серёжек-висюлек, но теперь такие украшения носить как-то не комильфо, парень ведь как ни крути. А вот небольшая серёжка в виде гвоздика или колечка в одном ухе будет выглядеть вполне прилично. Аш носит длинную серьгу, но это оказалось не просто украшением, а амулетом против ментального воздействия. Эмпаты слишком чувствительны к чужим эмоциям, и такой амулет защищает их от излишнего воздействия. Ту же функцию исполняют его браслет и амулет на шее. Кроме серёжек, я заказал несколько браслетов. Они просто моя маленькая слабость. Мы с мастерами набросали вместе несколько эскизов посуды, столовых приборов и украшений. Гнорды с удовольствием взялись за работу. Для них, привыкших делать в основном заготовки для амулетов, то, что мы им предложили, было чем-то новым и интересным. А если бы было возможно снять с шеи удавку, именуемую амулетом защиты от Архимага Сларра, моему счастью не было бы предела. Ну, не люблю я на шее что-то носить. Не люблю.

Глава 14

Следующие два месяца прошли в приятной суете. Были выбраны места для постройки трактиров, расчищены площадки и привезён весь необходимый материал. В замке и деревнях также кипела работа: мужчины-гнорды мастерили удобную мебель, их женщины делали перины, вышивали постельное бельё и скатерти. Они у них в этом плане просто мастерицы. Делать такие крошечные стежки у меня лично никогда не получалось. Хотя шить простые вещи моя прошлая ипостась умела. Когда-то научилась из интереса. Ткани из чего-то очень похожего на лён и хлопок гнордки делали сами, а более дорогие ткани всегда закупались у людских торговцев. В замке, в одной из мастерских стояли ткацкие станки. Естественно магические, а не привычные мне механические. Оказывается, их придумал Элир Тейросс, соединив несколько процессов, таких как изготовление нитей, их окраску при необходимости, плетение, в один. Местный ткацкий станок это довольно большой агрегат, в который загружается сырьё, а из него выходит уже готовая ткань. Стараниями Эла там давно уже были заменены обычные накопители на атрины, наличие которых для нас теперь не было проблемой. Где смогли заменить простые накопители, там заменили. В печах, в системе отопления, в водопроводе и даже переделали охранную структуру замка. Раньше там стояло три средних атрина, за которые в своё время была отдана очень и очень приличная сумма золотых монет. Теперь же их заменили на пять крупных накопителей, тем самым во много раз увеличив мощность защиты.

Возвращаясь к талантливым гнордкам, должен сказать, что они здорово помогли мне в решении одной щепетильной проблемы. У меня возникла извечная женская беда, под названием «Нечего надеть». Аристократичные модные наряды меня бесили. Обычная одежда гнордов была мне не по статусу, хотя и была очень удобной и ноской. И в этом мне помогла мама моего дружка Скью. Она присоветовала несколько своих подруг, слывших мастерицами на все руки. Я тут же ухватился за совет обеими руками. Я набросал на бумаге образцы того, что мне хотелось бы получить. Вышла довольно удачная на мой взгляд стилизация земных одежд со старинными нарядами эрганов. В закромах замка уже вместе с мастерицами были выбраны ткани и тонкая прочная кожа, производства ворков. Общими усилиями мы сделали выкройки, в которые я добавил немного от себя того, чего не знали дамы и дело закипело. Мои знания и их умения принесли неожиданные, но приятные плоды. Всё вышло настолько удачно, что теперь в новых нарядах ходят все, кто живёт в замке, в том числе оба моих родителя. Как приятно видеть вокруг себя стройные подтянутые фигуры, а не что-то непонятное в ворохе тряпок. Если бы ещё облегчить пошивочный процесс, то можно было бы начать продвигать свою марку по королевству. И пусть маги-бытовики подавятся. Но, в уме я прекрасно знаю, из чего состоит та же швейная машинка, но как я её нарисую в деталях?

Такая машинка была у моей бабушки. Из-за своего любопытства я, будучи Ариной, не раз сунула нос, когда её ремонтировал бабушкин сосед. Память эрганов позволяла вспомнить всё до самых мелких деталей. Оставалась самая простая задача, каким… Как передать мои знания тому же мастеру Скаро? Да и дело не только в швейной машинке. Этот хитрый гнорд сумел бы разобраться во многих вещах, что хранились в моей голове. Гнорды пряли в ручную, каким-то очень неудобным способом довольно грубую нить и вязали шарфы и носки. Изнывая от скуки зимними вечерами, однажды попросил Скаро сделать для меня спицы и крючки, похожие на те, которыми я пользовалась на Земле. Это занятие всегда приносило мне удовлетворение и успокоение. Но, к сожалению, надолго меня не хватило. Привыкнув к нашему земному разнообразию вязальных принадлежностей, от работы с грубой нитью у меня вскоре заболели пальцы, и это дело было заброшено в дальний угол. «Сюда бы прялку», ‒ подумалось мне тогда. Моя бабуля частенько вечерами сидела и пряла тоненькую мягкую нить. В её руках так умело крутилось веретено, а мерный шум крутящегося колеса и постукивание педали убаюкивали меня. Бабушка давно умерла, а прялка до сих пор стояла на чердаке нашего частного дома. Но прялка и швейная машинка это такие мелочи. Вот мельница, точнее ситуация с ней, меня крайне расстроила.

На территории Гроссвенора находились три большие мельницы. Туда всегда, когда приходило время, съезжались жители герцогства со своим урожаем зерновых. Мельницы работали благодаря большому вмонтированному артефакту с накопителем. Раньше его заряжали сами эрганы, а теперь приходилось приглашать мага из столицы. Этот прохвост прибывал с большим накопителем из атрина, принадлежащим гильдии магов, заряжал артефакт и сидел на мельнице до самого конца, пока всё зерно не было смолото. Оплаты дожидался, жуя за обе щеки припасы, что ему привозили жители герцогства, и ничего не делая. А вот возвращался он в столицу как богатая невеста. Целый караван с собой тащил. Откуда так много? Да всё просто. К примеру, привозит эрган-крестьянин десять мешков зерна. Из всей получившейся муки один мешок уходит в наши закрома, один в королевские, а целых три в гильдию магов.

Спрашивается, куда им столько влезет, причём за минимум вложенных усилий? Попросту продадут за границу. Зерно из нашего королевства первосортное и его всегда с удовольствием покупают. Оказалось, что господин Архимаг очень давно, ещё будучи впервые регентом, издал закон об оплате труда магов, включающий выгодный процент для своих подопечных. И теперь, из-за многих вот таких законов, Архимаг постоянно находится в конфронтации с молодым королём. Эрайдену со скрипом, но удалось отменить некоторые из них. Реформы идут медленно и с ужасным скрипом. Проблем множество, ведь всё раз за разом утыкается в зависимость от магической гильдии. А вся гильдия принадлежит с потрохами Архимагу. Тех, кто не согласен с ним, из гильдии исключают. А без этого бунтующие маги не могут найти хорошо оплачиваемую работу. И потому многие из несогласных эрганов молчат.

А ведь решить проблемы с мельницами просто. Здесь много быстрых рек, стекающих с гор. Можно построить обычные для землян водяные мельницы и вуаля! Пускай маги подавятся своими накопителями. И что самое обидное лично для меня, я знаю, как её построить. Всему виной опять моё любопытство. Мне это было интересно, и в своё время мной этот вопрос был неплохо изучен. Да здравствует интернет! Там можно найти всё, что душе угодно. Даже подробные описания, к тому же с рисунками и схемами, старинных мельниц. Можно было бы сделать всё с помощью магии творения, но возникает другая проблема. Моя мама иногда просила меня написать вместо сестры сочинение, или решить задачу, или перевести текст с английского. Мне это было не сложно, но я упрямилась и задавала вопрос: «А какая ей польза от этого будет?» Хорошая оценка за чужой счёт это скорее минус, чем плюс. Знаний от этого в голове не прибудет. Вот и здесь то же самое. Я, скорее всего, всё же могу сделать сам и ту же прялку, и швейную машинку, и даже мельницу построить, но что это даст эрганам? Другой вопрос, если я найду способ поделиться знаниями, а они смогут не только повторить, но и в чём-то усовершенствовать.

Самостоятельное развитие эрганов ‒ вот чего мне на самом деле хотелось. Ведь для нашего мира водяная мельница и всё остальное это уже давнее прошлое. У нас не было такой палочки-выручалочки, как магия. Мы до всего доходили своим трудом и мозгами. Готовить ведь эрганы научились сами, голодными не захотели оставаться. Это я к тому, что в библиотеке нашёл целый фолиант с конструктами по кулинарии. Не рецептами, а именно конструктами. Всё просто до безобразия: котелок, продукты, магический конструкт, приличная порция магии и… Через пару минут готовое блюдо! Эдакая магическая мультиварка. Удобно, быстро, просто. Кто бы спорил. Но когда силы резко уменьшились, на такие фокусы энергетического запаса больше не хватало, и пришлось учиться готовить еду самим. И научились ведь. Так что мне хочется пойти именно таким путём: дать толчок, а не решать проблему за них. Среди простых эрганов в основном имеются либо воины, либо крестьяне. Но есть и редкие мастера, ничуть не хуже гнордов. Таких эрганов маги втихую выживают из городов, чтоб торговлю не портили. Людские торговцы знают об этом, и стараются найти таких изгнанников в деревнях, чтобы скупать их товар по дешёвке, а продавать у себя по более дорогой цене. Ушлые товарищи, но на то они и торговцы.

Ещё через месяц нашими общими стараниями было построено уже четыре из десяти запланированных трактиров. Первый я создавал целую неделю. Строя и ломая, опять строя и ломая. Зато теперь у меня уходит три дня на один трактир. Потом отдых пару дней, и снова на стройку. Точнее отдыхаю я, а вот бригада гнордов и эрганов, собранная Скаро, продолжает свою работу. Они вставляют окна, двери, заносят мебель и делают многое-многое другое. Работать там совместно будут эрганы, гнорды и друллы. Первые будут заниматься постояльцами, вторые смотреть за хозяйством, а третьи присматривать за здоровьем и обслуживающего персонала, и гостей. Первые два трактира уже заработали. Любопытство эрганам так же не чуждо, как и людям. Они оценили наше нововведение по достоинству и оплатили звонкой монетой. Тем более что строить мы начали от границы владений в стороны города-порта Гравен. Хвалебные отзывы первых постояльцев уже дошли туда. Идущие в сторону столицы караваны останавливались около строителей и путники расспрашивали, когда же будут готовы остальные трактиры, а торговцы-люди уже наводили справки о том, нельзя ли как будущим постоянным клиентам получать скидки. Ну, что сказать? Люди есть люди, в каком бы мире они не жили. Цветочки от удачной задумки мы уже начали получать, надеюсь, и ягодки будут сладкими, а не горькими.

Забавный случай произошёл во время подготовки трактиров к запуску. Мне захотелось разнообразить меню чем-то редким. Дело в том, что в Валаре употребляют в пищу молоко, сметану и творог, но твёрдый сыр или мягкий домашний здесь не делают. А вот моя бабуля и мама всегда готовили дома домашние сыры. Соответственно и я вместе с ними. Не говоря уже о том, что в своё время было перечитано много книг с рецептами по производству сыров. Так вот, моё предложение было воспринято с энтузиазмом и молоко со всем необходимым было предоставлено. Продукт понравился, причём очень. А вот когда мы выехали на строительство, в одной из деревень я впервые увидел местных коров. Скажу одно, истерика, ибо иначе я своё состояние назвать не могу, у меня была знатная. Бурёнка была немного повыше и мощнее земной своей родственницы, уши были чуть больше, да копыта прикрывала длинная шерсть, напоминая смешные сапожки. Но не это вызвало неадекватную реакцию, а цвет животинки. Перед моими глазами была натуральная ходячая реклама одного известного швейцарского шоколада: сиренево-белая бурёнка с огромными добрыми глазищами. Для полного сходства только надписи поперёк брюха не хватало. Я так давно не смеялся, до слёз в глазах и икоты. Еле водой отпоили. Аша тоже пробило на смех из-за моих эмоций. Бедолага, ему даже амулеты не помогли. Слишком сильной волной било от меня веселье. Ничего, у нас говорят, что смех продлевает жизнь.

Сегодня мой небольшой отряд должен был заночевать в близлежащей деревне. Иртон настоял и со мной теперь путешествовал десяток воинов из нового спецподразделения. Все как один в чёрной коже с вышитым гербом рода Драсс. Всё их оружие было посеребрённым, вплоть до метательных штучек. Аш тоже обзавёлся с моей лёгкой руки, или больной головы, наручами с когтями и новыми ножами. Мы уже почти собрались в дорогу, как вдруг из темноты появились два всадника. Они стремглав мчались к нам по тракту со стороны побережья. Когда они приблизились, я понял, что одним из них был довольно молодой эрган, а вторым был друлл с длинными белыми волосами. К его седлу был привязан музыкальный инструмент в чехле. Никогда ещё не видел друллов музыкантов, да ещё и в седле. Обычно они неспешно путешествовали пешочком по лесу.

‒ Сюда движется отряд ашрами, ‒ крикнул незнакомый эрган, соскакивая чуть ли не на ходу с лошади. Он ринулся было ко мне, видимо моя золотая прядь в волосах подсказала, кто я, но мои охранники перекрыли путь. Парень остановился и поднял руки. ‒ Я не враг. Меня зовут Эриксар.

‒ Поверьте, господа, у нас благие намерения, ‒ пока наше внимание было обращено на молодого эргана, друлл спешился и подошёл к нам. У него был красивый бархатный голос, завораживающий. На нас словно снизошло умиротворение. Этот голос хотелось слушать, слушать… Аш фыркнул и толкнул меня в плечо, сбрасывая наваждение.

‒ Он ментальными штучками балуется, ‒ тихо, но так чтобы услышал друлл, сказал ворк. Я поднял вопросительно бровь и уставился на незнакомца. Он озорно улыбнулся. Кого-то он мне напоминал. Но вот кого?

‒ Не сердитесь, я просто снял небольшое напряжение, чтобы мы могли спокойно поговорить. Эх, давненько я не был в этих краях. Лет десять примерно. Не помните меня, господин Этариан? ‒ я нахмурился, и тут вдруг понял кто же передо мной.

‒ Медиус-бард Гравитель. Вы отец Ламиреля.

‒ Слава богине Дайре. Что делать будем, господин Этариан? Их там трое заклинателей и около пяти десятков зомби. Может, немного больше, подсчёт вести времени не было, уж простите нас. Зомби по одежде похожи на моряков. Видимо ашрами захватили пару кораблей с экипажем.

‒ Они точно направляются сюда? ‒ уточнил я с замиранием сердца.

‒ Точно. Мы случайно их заметили, а о вас слышали от прошедшего недавно каравана. Идут лесом, но в эту сторону.

‒ Значит, будем защищаться. Гвейн, ‒ обратился я к супругу Иртона. В этот раз он поехал со мной, и если с ним что-то случится, не смогу этого себе простить. Я понимаю, что он опытный воин и именно ему сейчас командовать обороной, но он ещё и мой друг, ‒ отправь в замок гонца. Помощь к нам не успеет, слишком далеко, но уведомить об опасности их нужно.

‒ Хорошо, Тари. Вы с нами? ‒ спросил он прибывших.

‒ От хорошей драки я ещё не бегал, ‒ озорно улыбнулся Эриксар. Он лёгким движением сбросил балахон, который носят столичные аристократы, и кинул его небрежно на седло своей лошади. На нём оказалась надета тёмная рубашка, плотный жилет и простые тёмные штаны, заправленные в узкие невысокие сапожки. На поясе был закреплён кинжал в ножнах, а на правой руке широкий браслет с несколькими атринами. Богатый, кажется, парнишка. И симпатичный. Ростом немного ниже меня, светло-русые волосы украшала тонкая рыжая прядка, мягкие черты лица сочетались с упрямым подбородком, украшенным маленькой ямочкой. Сочные губы притягивали взгляд, как и яркие озорные глаза. Стройный, подтянутый, с длинными сильными ногами, и небольшой упругой задницей. Будь я постарше, гормоны взыграли бы в обязательном порядке от такого милого зрелища. Тело у меня мальчишки, а мозги-то, как ни крути, взрослой женщины. Которая к тому же девственность потеряла давным-давно, и на мужские тела, одетые и раздетые, притягательные и не очень, успела в своей жизни насмотреться. А это тело хотелось не только созерцать, но и потрогать. Чисто эстетически, честное слово. Видимо, смотрел я слишком пристально, так как Эриксар это заметил, улыбнулся и вильнул попой, весьма сексуально. Вот шалопай!

‒ Нравлюсь? Вот дорастёшь, и, может быть, повеселимся вместе, Тари, ‒ с придыханием шепнул он мне на ухо. Я не удержался, и мой весёлый смех разнёсся в темноте ночи. Тревогу как рукой смело, оставив только спокойствие и ожидание. Хитрец этот красавчик.

‒ Спасибо, Эриксар, ‒ поблагодарил его я.

‒ Всегда к твоим услугам. И зови меня Эри, пожалуйста, ‒ он отстегнул от седла ножны со своими мечами и стал закреплять их на теле так, чтобы было удобно. Его движения, чёткие и уверенные, говорили о том, что он опытный воин.

Я кивнул головой, а Аш хмыкнул позади. Вокруг эрганы из моего отряда вместе со строителями готовились к обороне, выполняя чёткие приказы Гвейна. У нас впереди тяжелая ночка. Я нырнул в «погружение» и сразу же мир расцвёл яркими красками. Совсем рядом было много потоков воздуха и, что самое важное в нашей ситуации, потоков огненной стихии. Мои воины, как и жители деревень уже неплохо использовали новые знания. Эл позаботился, чтобы все эрганы герцогства научились видеть и использовать магические линии. Солдаты были более опытными в этом деле, а вот деревенские только начинали овладевать азами. Но всё же вместе у нас был шанс победить ашрами. К тому же, благодаря дневникам Элира, я кое-что сделал и теперь, нежданно-негаданно, выпал шанс проверить в деле своё новое магическое оружие.

Глава 15

Начало боя прошло для меня словно в тумане. Я смотрел на приближающуюся к нам тёмную волну и не мог поверить, что всё это происходит на самом деле. Да, мне довелось однажды умереть. Да, я убил шестерых мужчин, которые пришли за моей честью и жизнью, но воочию увидеть оживший кошмар… Это было слишком даже для моих довольно крепких нервов. Я в глубине души надеялся, что рассказы о зомби и злобных некромантах-ашрами немного преувеличены. Я думал, что их творения это зомбированные люди, то есть живые, но подвластные их воле. Но… В первый раз я почувствовал, как мои волосы буквально встают дыбом, когда рассмотрел оскаленные рты, окровавленные на груди одежды и открытые рваные раны в районе сердец. Пустые глаза зомби светились тусклым серым светом. Они двигались не так, как представляют земные киношники: рвано, вразвалочку, медленно. Они были быстры, сильны, а главное, вполне целенаправленны. Их поводыри шли сзади, дёргая за невидимые нити своих марионеток. Это было поистине страшно.

Гвейн. Какое счастье, что он был со мной в эту ночь. Его уверенный голос, отдающий команды, вырвал меня из ступора. Эриксар стоял справа от меня, готовый к бою, Аш был слева. Он положил мне руку на плечо и крепко сжал, подбадривая. Ворк чувствовал и понимал моё состояние.

‒ Я тоже испугался, когда впервые их увидел, ‒ тихо прошептал он мне на ухо. ‒ Особенно страшно, когда среди них есть кто-то, кого ты знал… и любил. Ты в порядке?

‒ Теперь, да. Спасибо, ‒ я похлопал его по руке и улыбнулся. В душу вновь пришло спасительное спокойствие. Я всей грудью вдохнул ночной воздух, и медленно выдохнул. Это не люди. Больше не люди, а ашрами и подавно нормальными никогда не были. Для них ничего не стоила ни моя жизнь, ни Аша, ни Гвейна, ни кого-либо другого.

‒ Огонь! ‒ раздалась команда Гвейна.

Началось. Первая волна зомби была на расстоянии удара и воины их атаковали. Огненная атака вызвала у меня восторг, вытеснив последние остатки страха и неуверенности. Слаженный залп и небольшие огненные шары полетели во врагов, рассекая темноту ночи и напоминая мне о первом появлении на полях сражений Великой Отечественной Войны знаменитых «Катюш». Воины действовали синхронно, не зря их гоняли Иртон и Эл. Мой взгляд через «погружение» фиксировал работу с магическими потоками. Тонкие нити силы огня тянулись к каждому воину. Зомби вспыхивали, как факелы, но упорно продвигались вперёд. Некоторые из них под ударами огненных шаров молча падали и сгорали. Другие же, что-то бессвязно рыча, не обращая внимания на упавших, шли дальше. Было ещё кое-что, чего я не заметил сразу: в руках многих было оружие. Бывшие при жизни воинами, зомби остались ими и после смерти. Если подпустим ближе, придётся драться в рукопашную. Передо мной стояло несколько парней из первой линии обороны. И они мне немного мешали.

‒ Парни, отойдите немного в сторону, ‒ попросил я.

‒ Простите, господин Этариан, но мы не можем. Командир приказал защищать вас, ‒ ответил один из парней смущённо. Я хмыкнул.

‒ Вот если эти уроды подберутся к нам вплотную, тогда и будете защищать. А как я через ваши головы должен магичить? Я вас зацеплю. Брысь в стороны! ‒ повысил я голос. Что-то слишком много нянек на меня одного. Парни послушно отошли в стороны, пропуская меня вперёд. Аш и Эри последовали со мной, совершенно игнорируя мои сердитые взгляды. Эри даже подмигнул. Вот, неугомонный.

Наши воины хорошо проредили ряды нападающих, но тех оставалось ещё много. Н-да, полагайся мы только на привычные амулеты и свой весьма скудный магический резерв, уже давно пришлось бы скрестить клинки. А так всё складывается пока в нашу пользу. Бросил незаметный взгляд на Эри. На его лице были написаны недоумение и восторг. Чувствую, что вопросов будет много. Если бы Аш учуял от него неприязнь лично ко мне, то точно стоял бы между нами, прикрывая мне спину. А если бы почувствовал от парня угрозу, того бы уже скрутили без всяких вопросов. Значит, к нему стоит присмотреться. Оставив пока в покое Эри, я потянул к себе нить от потока огня и активировал знаки на своих ладонях. Их я нашёл в дневнике Элира. Чем-то они напоминают пентакли. Было увлекательно разбираться со всеми этими треугольниками и звёздами, вписанными в круги, со всевозможными знаками и буквами. Интересно, не побывал ли любопытный Элир в прошлой жизни в Тибете? А может даже посетил Шамбалу? Уж больно знакомы эти знаки. Я нанёс на обе свои ладони символы огня, а на тыльную сторону кисти знаки света. Рисунки пришлось наносить напрямую магией творения. Так они не исчезли, а остались на коже, став чем-то вроде невидимых обычным зрением татуировок. Я испытывал свою задумку на небольшом полигоне, устроенном моими наставниками неподалёку от замка. Результат был неплохим. Я пропустил прямо через себя поток огненной магии. Он приятно пощекотал меня и наполнил знаки на ладонях. Непередаваемое ощущение, когда через тебя движется такая сила. Я словно сам стал огненным потоком. Выставив ладони перед собой, я выпустил стихию на волю, дав ей возможность стать материальной. Два ярких пылающих луча вырвались из меня и устремились в ряды врагов. Я не бил просто так, без цели. Она у меня была.

Три фигуры позади небольшой армии зомби. Ашрами чувствовали себя в безопасности, прикрытые чужими телами. Мои лучи пробили сквозные полосы в рядах мертвецов и достигли двух из трёх магов. Один вспыхнул сразу же. Он попытался сбить пламя, но я держал его цепко. Вскоре он осыпался горсткой пепла, а за ним упали зомби, которых он контролировал. Как рассказывал мне Эл, зомби «живы», пока жив их заклинатель. Второй из магов успел закрыться магическим щитом. Моё пламя окутало щит, продавливая и сминая его. Маг начал метаться в бесплодной попытке сбить огонь. Я не стал возражать, ведь своими действиями он уничтожал собственное войско, попадавшее на линию моего огня. В конечном итоге мне удалось его уничтожить. А вот третий маг-ашрами смог меня неприятно удивить. Глядя на судьбу своих коллег, он не возжелал добровольно последовать за ними. Судя по количеству оставшихся зомби, этот маг был самым главным из троицы, и самым сильным из них. Эту неприятную догадку подтвердило и то, что его тело вмиг окуталось туманным мерцающим серым коконом. Я выругался про себя, ибо огонь против такого щита оказался бессилен.

Я деактивировал знаки и отпустил поток силы огня. Охватил взглядом поле боя. Вокруг все дымилось. В воздухе неприятно пахло горелым протухшим мясом. Воины сражались с добравшимися к нам зомби. Я бросил взгляд на сражающегося поблизости Эри. Он с задорным огнём в глазах кружился как вихрь. Его мечи сверкали в отблесках магического огня. Его зомби был силён. Наносимые раны затягивались, и Эри приходилось наносить свои удары несколько раз по одному и тому же месту. Парень был упорным. Его враг лишился-таки уже одной руки, что не мешало ему продолжать сражаться.

‒ Эри, тебе помочь? ‒ крикнул я парню.

‒ Нет, ‒ оскалился он. ‒ Не мешай мне веселиться!

Я пожал плечами и решил вернуться к вражескому магу, как вдруг мой взгляд зацепился за наших парней. И то, что я увидел, заставило меня широко улыбнуться. Их дела шли намного веселее. В отличие от Эри, им не приходилось наносить удары по несколько раз. Раны, нанесённые посеребрённым оружием, не зарастали. Из них сочилась чёрная жидкость, заставляя зомби слабеть. Парни их легко добивали. Я отвлёкся и чуть не упустил момент, когда мой противник собрался сбежать. А вот этого позволить было никак нельзя. Не знаю, как и почему этот отряд оказался здесь, но чуйка мне подсказывает, что случилось это не просто так. И не стоило другим ашрами знать, что мы нашли более действенный способ с ними бороться. Пока не стоило. Я опустил руки вдоль тела и чуть отвёл их в стороны. Сжал кулаки, напитал знаки на тыльной стороне ладони силой света. В тот же миг по обе стороны от моего тела возникли два сияющих круга, диаметром около метра, расписанных множеством кабалистических знаков. Ещё в замке, движимый шальной идеей и вспомнив героя одного из моих любимых произведений Лукьяненко, я добавил острые зубцы на их края. Я напитал свои магические диски до предела, чуть присел и с силой запустил к цели один за другим. Они, кружась и сияя, понеслись вперёд, ведомые моей волей.

Маг почти достиг кромки леса, когда гудящий звук заставил его обернуться. Жаль, что было слишком далеко, и я не мог разглядеть выражение его лица. Тело мага вновь окуталось уже виденным мною коконом, но в этот раз это его не спасло. Кокон лопнул как мыльный пузырь, когда крутящийся с бешеной скоростью первый диск коснулся его своей острой кромкой. Святящийся диск обезглавил ашрами. Второй диск запоздал лишь на долю секунды, располовинив тело в районе бёдер. От соприкосновения с тёмной магией световые диски взорвались, заставив меня на миг закрыть глаза. Когда я смог открыть их, всё уже было закончено. Вокруг валялись изрубленные и дымящиеся останки зомби.

‒ Знаешь, Тари, не хотелось бы мне становиться твоим врагом, ‒ хмыкнул возле самого моего уха Эри.

‒ Не становись, ‒ ответил я, глядя ему в глаза. Он грустно улыбнулся и почему-то смущённо отвёл взгляд. Странная реакция того, кто сражался рядом.

Несмотря на то, что победа осталась за нами, совсем без жертв не обошлось. У нас оказалось пятеро погибших. Наши воины отделались лёгкими ранами, и друллы их легко залечили, а вот кое-кто из строителей погиб. Они прикрывали края, и там ашрами удалось прорваться. Гвейн, заметив мой настрой, попытался утешить тем, что если бы не наша подготовка, всё могло быть намного хуже. Иногда во время своего прорыва на наши земли, ашрами проходят сквозь деревни, как горячий нож сквозь масло. Проводят ритуалы над выжившими жителями, и идут дальше, пополнив и увеличив свой отряд. А сегодня погибли только моряки, захваченных ими кораблей и всего пятеро наших защитников. Почему же ашрами пришли сюда, миновав и не тронув деревни? Это так и осталось для нас загадкой. Скорее всего, именно мы были их целью, а нападения на другие объекты могли вызвать раньше времени тревогу. Кому-то в королевстве не нравится наша активность? Я и раньше предполагал, что ашрами проникают на территорию эрганов не без чьей-то помощи, а главное не просто так. Уж больно удачливы их удары. На это меня натолкнула гибель прежнего короля Эрайвена и его приближённых, а также гибель моего отца-герцога. Да и не только их. Чаще всего в нападениях гибли не только простые жители королевства, но и обязательно кто-то из знатных или важных эрганов. Неужели они всегда случайно нарывались на ашрами? Что-то не верится. Но, опять это только мои размышления. Нужны ещё и доказательства, а их у меня пока нет. Нужно было взять того мага живым и допросить. Хорошая мысль пришла как всегда не вовремя.

Воины собрали тела зомби, сложили их в погребальные костры. Они ведь по сути своей невинные жертвы и заслуживают нормального погребения. Кристаллы душ погибших эрганов-строителей забрали их друзья, чтобы отдать семье. Тело одного из гнордов, храбро сражавшегося, забрали сородичи, чтобы похоронить по своему обычаю. Приближался рассвет, и мы сидели у костра. Это я попросил зажечь его. Захотелось настоящего, живого тепла. Я не знал близко погибших, но на душе всё равно было тяжело. Война, маленькая или большая, всегда боль, кровь и горе. Мне захотелось спеть, выплеснуть то, что накопилось в душе за эту ночь. В нашей семье часто пели, не только по праздникам и под хорошее настроение, но и тогда, когда на сердце была тоска. У меня был слух, но мой голос мне никогда не нравился. У Тари же оказался не только идеальный слух, но и красивый, богатый на оттенки голос. Иногда я пел, когда мы с отцом развлекались на кухне. Но в этот раз в голове вертелась песня, зацепившая меня когда-то за душу до сердечного трепета, мурашек по коже и слёз на глазах. Не знаю почему, но у меня иногда случается так, что я делаю странные на первый взгляд вещи. Несколько дней назад эта песня уже приходила в мои мысли. Без каких-либо причин. Просто пришла и не оставила в покое, пока я не сумел перевести её слова на язык эрганов. Вышло красиво, и вот теперь она рвалась с языка. И была абсолютно в тему. Глядя на трепещущее на ветру пламя, я тихо запел:

За окном тишина.

На душе пустота.

В серой дымке исчезли

Родные места.

Корабли обгоняют

Чужую волну.

Командиры уводят

Солдат на войну.

Но как тени веков,

Исчезая во мгле,

Остаются навеки

В далекой земле.

Только матери ждут.

Только жены не спят.

Только девочки-дочки

У окон стоят.

Догорают под звездным

Покровом мосты.

Одеваются в черные краски цветы.

Кто-то завтра погибнет

От рук палача.

И в квартире напротив

Зажжется свеча.

И польется молитва:

«Спаси, сохрани».

И послышаться крики:

Верни мне, верни.

Только матери ждут.

Только жены не спят.

Только девочки-дочки

У окон стоят.

И сердца их наполнены

Жгучей тоской.

И неслышно кричат:

Возвращайся домой.

Только матери ждут.

Только жены не спят.

Только девочки-дочки

У окон стоят.

И сердца их наполнены жгучей тоской.

И неслышно кричат…[1]

С последними словами, звучащими в полной тишине, пришёл рассвет. Рассвет, и новый день, в котором мы остались живы.

Глава 16

Дорога домой заняла полдня. Я не уснул прямо в седле только благодаря трёпу Аша и шуточкам Эри. Эти двое балагурили на пару. Гравитель ехал рядом с Гвейном и о чём-то тихо с ним разговаривал. Когда мы вернулись в замок, у меня только и хватило сил, что отдать распоряжение устроить гостя, а затем смыть с себя дорожную пыль и запахи ночного боя. И всё! Еле дойдя до кровати, я упал на мягкую постель и провалился в сон. Лучше бы не спал. Мне снились искажённые лица мёртвых моряков, протягивающих ко мне скрюченные пальцы. Даже во сне я чувствовал, что мечусь по кровати, но проснуться не мог. Я отбивался от них изо всех сил, но их цепкие руки всё тянулись и тянулись ко мне. И достали. Я стал задыхаться от дурно пахнущих разложением пальцев. Крутился и пытался отодрать их от своей шеи, как вдруг… Я стал свободен! Мои лёгкие стремительно стали наполняться кислородом, а тело начало дрожать от возбуждения и чувства небывалой эйфории. Это был словно экстаз, или оргазм. Я выгнулся дугой и… проснулся, тяжело дыша. В теле чувствовалась невероятная лёгкость. В груди был трепет, губы пересохли от жара в крови и ужасно хотелось пить. Мои глаза были всё ещё закрыты, как вдруг я услышал чьё-то учащённое дыхание рядом с собой. Я резко приподнялся на постели и увидел Аша. Парень сидел у меня в ногах с абсолютно ошалелым выражением на симпатичной мордашке. Зрачки были расширены, он дышал так, как будто стометровку только что сдавал, и облизывал пересохшие губы. Что-то симптомы у нас похожи. Гм-м. Если бы я был обычным человеческим пареньком, а не зелёным эрганом, то подумал бы, что мы дрочили с ним вдвоём и кончили. Я вопросительно посмотрел на друга. Тот подобрался ко мне ближе, достал с тумбочки кувшин с водой, дал напиться мне, сделал пару глотков сам. Вернул кувшин на место и растянулся рядом со мной, разбросав в стороны руки и ноги.

‒ Не знаю, что именно с тобой только что было, но мне понравилось!

‒ То есть? ‒ спросил я, поворачиваясь на бок и натягивая покрывало на своё влажное от пота обнажённое тело. Судя по всему, во сне я брыкался как молодой конь. Аша я не стеснялся, не раз купались с ним голышом в источниках и лесных речках, но сверкать задницей во время дружеской беседы не в моих правилах.

‒ Я только заснул, как вдруг почувствовал чей-то очень сильный страх, почти ужас. Не сразу понял, что это на весь замок фонит от тебя. Встал, натянул штаны и рванул на помощь. Ещё только открыв дверь, увидел как ты мечешься по постели, держась за горло. Тебе кошмар снился? ‒ я кивнул головой, продолжая внимательно слушать. ‒ Бросился к тебе, чтобы разбудить, но ты так двинул меня ногой, что я свалился на кровать. Только хотел встать и дать сдачи, как всё изменилось. Твои руки засияли золотым светом, а потом тебя накрыло таким блаженством, счастьем… Со мной было что-то похожее, когда в первый раз был с самочкой по весне. Но это было настолько сильнее и ярче, что прорвало мои барьеры и я начал чувствовать тоже, что и ты. Выражаясь твоими же словами ‒ это полный кайф! Мне теперь штаны менять придётся, из-за тебя я кончил как зелёный щенок.

‒ Мне снились мертвецы. Они добрались до меня и стали душить, ‒ я непроизвольно дотронулся до своей шеи, ‒ а затем что-то случилось. Я не знаю… Не понимаю. От кошмаров обычно просыпаются в холодном поту, а я проснулся от непередаваемого чувства счастья. Был бы старше, тоже кончил бы как ты.

‒ А где твой амулет? ‒ Аш приподнялся на локте и озадаченно посмотрел на меня. ‒ Ты же жаловался, что он не снимается?

‒ Что? ‒ удивлённо переспросил я, повторно ощупывая шею. Амулета Архимага не было. Я вскочил и начал перетряхивать постель. Из складок покрывало вывалился амулет. Взяв его в руки, я присмотрелся. Оказалось, что я просто разорвал толстую витую цепочку. Не расстегнул, ибо застёжки здесь не было в помине, а именно разорвал. И это было удивительно. Аш сказал, что мои руки светились золотым светом. А это значит, что с помощью магии творения амулет можно снять. Это что, я так терпеть не мог носить эту фигню на шее, что сорвав её, получил такой сногсшибательный кайф? Бред! Полный бред! Дело в чём-то другом. Действуя интуитивно, я прислушался к себе. В теле просто плескалась сила, разгоняя весело кровь и будоража мозг. Было чувство, что я способен свернуть горы. Я сделал глубокий вдох и вот оно, моё «погружение». И что же я вижу? Оу! Моё энергетическое ядро просто переполнено силой. Оно такое яркое, что слепит даже внутреннее зрение. Я поднял свою руку и не увидел никакой серой пелены. Её просто не было. Я вынырнул обратно и повалился на постель, блаженно улыбаясь.

‒ Ну и что опять, радостный мой друг? ‒ надо мной навис Аш. Его глаза хитро блестели.

‒ Кажется, я на пороге великого открытия, только оно грозит большими проблемами на наши задницы, ‒ я нервно усмехнулся.

‒ А нам привыкать? Ты всегда находишь проблему на свою самую аппетитную часть.

‒ Ай! Зараза хвостатая! ‒ он ущипнул меня за ягодицу. Я тут же дёрнул его за длинные пепельные волосы и повалил на спину. Но кто бы мне дал долго побыть победителем. Мы как дети малые начали кататься по постели, пытаясь взять верх друг над другом. Мы с сестрой частенько могли устроить потасовки, бросаясь подушками и мягкими игрушками. Шалостям возраст не помеха. Иногда, когда мы с ворком вот так хулиганили, эти воспоминания приходили, согревая тёплой волной. И я был благодарен Ашу за них, хоть он и не знал причин моей мечтательной улыбки.

‒ Сдаюсь, ‒ выдохнул Аш, после того, как получил маленькой подушкой по макушке. Он привалился к спинке кровати, вытянув длинные ноги. Я же улёгся на живот, сплёл пальцы в замок и устроил на них подбородок. ‒ Что там с ожидающими нас проблемами?

‒ Пока проблем нет, но они точно будут. Я понял, почему эрганы потеряли свои силы. Точнее, они их не потеряли. Им блокировали силы. Вопрос в том, намеренно или нет. Если это было сделано не специально, а случайно, по недосмотру, это просто роковая ошибка. А если намеренно, зная наперёд последствия, это преступление. Очень большое преступление. И задать вопросы по этому поводу надо бы одному из самых могущественных эрганов королевства. Вот только даже намёк на знание тайны может нас уничтожить. Действовать надо очень и очень осторожно.

‒ Элу и отцу расскажешь?

‒ А куда я денусь? Я не потяну сам эту проблему. Просто не смогу смолчать. Эрганы мне очень нравятся. А из-за действий этого высокопоставленного господина они не только потеряли большую часть своих сил, они начали потихоньку вырождаться, теряя своих детей.

‒ Нас ждёт большая драка?

‒ Надеюсь, что нет. Если действовать хитростью, крови можно избежать. Мы пока слишком слабы для большой драки. Будем кусать пятки. Больно, ‒ усмехнулся я. У меня появилась очередная идея.

Я спустился к ужину в хорошем настроении. Уже подходя к дверям столовой, заметил Аша. Он стоял неподвижно, словно прислушиваясь к тому, о чём говорят в столовой. Хотя слышать это мог вряд ли. Магическая звукоизоляция. Я подошёл к нему и тихо спросил:

‒ Что делаешь? Шпионишь?

‒ Там, ‒ он указал пальцем на дверь перед собой, ‒ все немного напряжены. Не враждебно, просто насторожённо. Кого-то ждут.

‒ Ждут-то явно нас, ‒ хмыкнул я. ‒ А напряг с какого перепугу? Из-за Эри?

‒ Угу.

‒ Не войдём, не узнаем, ‒ я открыл, дверь и мы вошли.

Ну, что сказать? Почему все были напряжены, стало понятно, когда Эри представился мне полностью. Эриксар Айрон Сларр. Тот самый родственник Архимага, и жених покойного Грисса. Дела-а-а. А ещё больше я удивился, когда узнал причину его приезда. Он не разыскивал женишка, как можно было бы подумать. Совсем нет. Он кое-что знал о нашей ссоре с ним и его угрозах мести. Тот, как оказалось, был одержим идеей убрать меня с дороги до такой степени, что не стесняясь говорил об этом своим близким друзьям и жениху. Эри пытался его отговорить, а друзья поддерживали. Почти все они погибли вместе с ним, к нашему счастью. Те же, кто остался благоразумно дома и не поехал с ними, теперь трясутся от страха и помалкивают. А ночной наш бой не оставил сомнений, что постоять за себя я могу. Эри не составило труда собрать воедино все кусочки мозаики, и картинка сложилась. Оставалось лишь узнать, знает ли Архимаг что-то об этой истории. И эту мою мысль озвучил Эл.

‒ Твой милейший дядюшка в курсе твоих догадок?

‒ Эларил, мы с тобой довольно давно знакомы, ‒ посмотрел на моего наставника Эри, ‒ чтобы ты задавал мне подобные вопросы. Конечно же, он не знает. Мой дядюшка благоволил этому уроду. Не знаю, чем подкупил его Грисс. Большим умом и талантами он не блистал. Он что-то ему пообещал то ли продать, то ли отдать, когда стал бы герцогом. В подробности меня не посвящали, лишь изволили приказать спать с ним.

‒ Ты же мог отказаться, ‒ произнёс я, недоумевая. Эри было около сорока лет, хоть и выглядел он намного младше.

‒ Это легче сказать, чем сделать, Тари. Архимаг держит меня достаточно крепко, чтобы я сильно не дёргался. Моя семья бедна. Родители талантливые наставники, всю свою жизнь учили молодых магов. Но сделали одну огромную ошибку. Всегда имели своё мнение, часто отличное от главы семьи, коим является Архимаг Сларр. Ты ещё юн, Тари. Ты многого не понимаешь. Мои родители были дружны с прежним главнокомандующим и разделяли взгляды короля Эрайвена. Когда они оба погибли, дядя не забыл отыграться.

‒ Значит, вот почему их на десять лет исключили из гильдии, ‒ задумчиво произнёс Эл. ‒ Но затем ведь их восстановили?

‒ Они жили в маленьком поместье семьи Айрон, пока дядя окончательно не разорил их. Я тогда только родился. Он приказал забрать меня, якобы мои родители не могли содержать ребёнка в достойных условиях. Их никто не рисковал брать на работу, они перебивались мелкими случайными заработками. Поместье ушло за долги. Им пришлось прийти к нему на поклон и жить по его условиям, чтобы иметь возможность растить меня.

‒ Хорош родственник, ‒ высказал я своё мнение. ‒ Если они в гильдии, значит, работа у них есть?

‒ Они наставники в Академии. Но один щелчок пальцев дяди, и они снова безработные и бездомные. Никаких левых заказов и казённое жильё. Таково было одно из условий моего возвращения. Очень короткий поводок, Тари. Очень. Когда я попытался возразить по поводу Грисса, он при мне подписал приказ об исключении родителей из гильдии и увольнении без рекомендаций с работы. Он до сих пор, как страховка против моей строптивости, лежит у него в столе. Я не мог позволить им скитаться. Дядя оценил моё смирение, ‒ Эри поднял руку и продемонстрировал браслет с атринами.

‒ А почему ты ехал к нам со стороны Гравена? ‒ решил я немного сменить тему.

‒ Я ещё и личный курьер Архимага. Выпала хорошая возможность на время выпасть из-под его опеки, вот и поехал. Письмо отвёз в Гравен, а сам сюда.

‒ Очень вовремя, ‒ улыбнулся я. ‒ Без вас с Гравителем нас застали бы врасплох.

Мне не спалось. Я вышел во двор, решив немного прогуляться. На пороге заметил одинокую фигуру. Кому-то тоже не спалось. С удивлением узнав Эри, присел рядом с ним на прохладные ступени крыльца.

‒ Почему не спишь? ‒ спросил я.

‒ Одиночество. Иногда оно такое горькое, что не можешь ни спать, ни дышать, ‒ в голосе Эри было столько горечи. Сейчас он был совсем не похож на того озорного парня, что шутя заигрывал со мной перед боем.

‒ Так всё плохо?

‒ Скорее не плохо, а до омерзения противно. Словно в грязи извозился. Грисс был не первым. Как только мне исполнилось двадцать, дядя вынудил меня спать с одним из послов людей. У него с ним были какие-то дела, коммерческие. А я ему приглянулся. Затем был один из его приближённых, но он вскоре погиб, избавив меня от своей персоны. Несколько лет он ни под кого меня не подкладывал, и это можно было считать счастьем. А потом появился Грисс. Редкая мразь, да не мне тебе рассказывать. Он вбивался своим членом в меня, и при этом говорил о том, как будет насиловать тебя. О том, какой ты сладкий и такой же манящий как твой отец. Он хотел вас обоих. Я считал, что это просто навязчивая идея. Не думал, что он настолько был дураком, чтобы рискнуть. Мой дядя влиятелен, но не всесилен, чтобы прикрыть такое преступление.

‒ У тебя нет пары? Того, кто тебе действительно нравится?

‒ Пока мои родители зависят от дяди, я несвободен, Тари. Я не могу позволить себе влюбиться.

‒ А если… Что если мы предложим твоим родителям работу? Хорошо оплачиваемую работу и надёжное место, чтобы жить? Здесь, в Гроссвеноре.

‒ Даже если они не будут состоять в гильдии? ‒ неверяще посмотрел на меня Эри. ‒ Никто здравомыслящий не возьмёт таких магов на нормальную работу.

‒ Знаешь, где я видел твою гильдию? ‒ оскалился я. Эри неожиданно ухмыльнулся в ответ.

‒ А Гравитель был прав.

‒ В чём?

‒ Он посоветовал мне, ещё перед тем, как мы заметили ашрами, принять твоё предложение и какой-то подарок. Предложение я принимаю. Родителям давно хочется отдохнуть от столицы и подлиз дядюшки. А работа у них будет интересная?

‒ Очень. Это я гарантирую. А какой подарок-то, Эри?

‒ А я откуда знаю?

‒ Тогда… тогда… Я знаю! Только поклянись, что без моего разрешения никому не расскажешь того, чему я тебя попытаюсь научить.

‒ Тари, у меня чувство, что я знаю тебя очень давно. Жаль, что у меня нет брата. Я хотел бы, чтобы им был ты. Я клянусь сохранить всё, что ты мне доверишь. Клянусь своей жизнью, да услышит меня богиня Дайра.

‒ Пойдём со мной, ‒ я подскочил, схватил Эри за руку и потащил к калитке в сад. Это самое подходящее место для первого урока медитации.

Ночная тишина, звёзды над нашими головами, тихий шелест листвы и шепот ручья. Лучше не придумаешь. По пути я стащил чей-то плащ, и мы до самого утра сидели на плоском камне лицом друг к другу. Я держал Эри за руки и учил. Как правильно дышать, как чувствовать себя и свой внутренний мир. То ли ночь была такая необычная, то ли Эри был слишком открыт, но к утру он увидел мир, расцвеченный яркими красками магических потоков. А потом я показал ему бледную алую ленту, идущую от его сердца и исчезающую вдали.

‒ Это путь, Эри, к твоей истинной паре. И это мой подарок.

‒ Это лучшее, что ты мог мне подарить. Я найду. Обязательно найду, и спрячу.

‒ Что-то мне подсказывает, что твоя пара не настолько слаб, чтобы его прятать. Не бойся своего дядю, живи, как хочешь. У него больше не будет, чем давить на тебя.

‒ Я думаю, вам будет лучше, если я останусь поближе к нему. Мои глаза и уши в твоём распоряжении, Тари. Вы, рано или поздно, перейдёте ему дорогу. Я постараюсь предупредить, если его действия и планы коснутся вас.

‒ А если он попытается снова подложить тебя под кого-нибудь?

‒ Я не зря был с ним рядом столько лет. В своё время мне удалось убедить его, что Грисс мне пришёлся по душе. Он был моим официальным женихом, и я имею право побыть в трауре пару лет, ‒ хитро улыбнулся Эри.

‒ Только не рискуй понапрасну, ‒ попросил я его. ‒ И приезжай к нам, хотя бы иногда. У меня для тебя ещё не один подарок припасён.

Эри уехал в столицу, а я решил поговорить с Гравителем. Вечером он обещал прибыть в замок. Он в своём роде легенда. Среди друллов иногда рождаются такие, как он. Пророки, мудрецы и певцы. Один на поколение. Медиус-бард это не просто звание, это тяжкая ноша. Они свободны, не принадлежат никому. Тот, кому медиус-бард принесёт клятву верности, может считать себя самым удачливым существом в Валаре, а не только в нашем королевстве. Они лучшие советчики, ибо умеют видеть прошлое и будущее. Тонко чувствуют настоящее. А ещё они менталисты. Но у них свои правила. Ни один медиус-бард не влезет в твою голову без спроса, а если даже разрешишь, не прочтёт то, что ты не хочешь рассказать и показать. И мне очень хотелось услышать, как он поёт. Его голос… Как легко он тогда успокоил нас, усыпил возникшую было насторожённость. Для меня медиус-бард Гравитель был загадкой, которую хотелось разгадать.

Глава 17

Прохладный ветерок остужал мою горячую кожу, ласкал и бодрил. Я лежал на каменной балюстраде балкона и наслаждался послеобеденным отдыхом. Устроил себе сиесту. А что? Заслужил! Подготовка к самому крутому празднику в Валаре закончена. В этом году, как и в предыдущем, празднование дня богини Дайры, местного Нового Года, пройдёт с помпой и весельем. Вот уже два года, как в Гроссвеноре один раз в три месяца проводятся ярмарки, куда свозят свои товары эрганы из многих мест королевства. Первая ярмарка состоялась как раз в день богини Дайры. Мы устроили грандиозное событие из этого: всякие весёлые конкурсы, выступления акробатов, много вкусной еды и выпивки, а также выступление самого медиуса-барда Гравителя. Раньше он таких больших и публичных выступлений избегал. Чаще пел для избранных. А всё ведь началось с нашего с ним разговора тогда, два с половиной года назад.

В тот вечер в большом зале Гроссвенора собралось неплохое общество: мои родители, Иртон и Гвейн, старшие офицеры гарнизона и двое жрецов богини Дайры из находящегося на территории герцогства небольшого храма. Они были у нас редкими гостями, но пропустить выступление вернувшегося из странствий медиуса-барда в данном случае никак не могли. Это слишком редкое событие. Мне всегда нравилось слушать чарующие, бархатные, глубокие мужские голоса. А в голосе Гравителя была магия. Он, бесспорно, умел затрагивать струны души, касаться сердец. Мелодии Валара напоминали старинные европейские баллады. Кроме мелодичных душевных песен в репертуаре Гравителя были и смешливые, задорные, со слегка шаловливым смыслом и двойным дном, и совершенно не пошлые, вызывающие улыбку и понимание. Я примостился чуть в стороне, ближе к окну. Отсюда было прекрасно видно и слышно исполнителя. Наблюдать за переменами на лице друлла было интересно. Он был таким же смешливым как Ламирель, но в нём чувствовалась мудрость прожитых лет, со своими горестями и радостями. Когда концерт был окончен, многие ринулись к нему с благодарностями и расспросами. Я же предпочёл остаться в своём углу, переваривая впечатления и эмоции. Мне хотелось поговорить с ним в более спокойной обстановке, без посторонних лиц. Но вскоре он сам подошёл ко мне и удобно устроился на широком подоконнике. Я оглянулся и заметил, что в зале стало почти пусто. Последние поклонники его таланта покидали помещение, с любопытством оглядываясь на нас.

‒ А почему все так быстро разбежались? ‒ спросил я, удивившись.

‒ Ты так усердно созерцал звёзды, Тари, что не заметил, как пролетели полчаса, ‒ улыбнулся Гравитель. Я ещё на пути в замок попросил его называть меня по имени. По крайней мере, пока мы в тесной дружеской компании.

‒ И Вы совершенно не причастны к их поспешному уходу? Кажется, у них к Вам было множество вопросов, ‒ скептически поднял я бровь.

‒ Я всего лишь слегка намекнул, ментально, ‒ довольно произнёс друлл. ‒ Даже твой хвостатый дружок решил сделать мне одолжение и оставил нас наедине.

‒ Даже так… У меня к вам действительно есть интерес, а вот какой интерес у Вас ко мне? Я обычный подросток…

‒ Не смеши мои седины, ‒ хмыкнул Гравитель, а я попытался рассмотреть в его безупречных белоснежных волосах эти самые седины. Врёт! Нет у него никакой седины. ‒ Ты совсем не обычный подросток хотя бы потому, что творец. То, как ты работал с магической энергией в бою неподвластно нынешним эрганам, да и раньше такая техника была им недоступна. Творцы приходят в наш мир через Ритуал Единения Души. Так что назвать тебя обычным, это кощунство.

‒ Но я далеко не гений, Гравитель. Несмотря ни на что я обычный парень, только знаю немного больше и, может быть, чуть по-другому смотрю на окружающий мир.

‒ Творцам необязательно быть гениями, чтобы изменить мир. Иногда стоит изменить точку зрения одному или двум живым существам, которые живут рядом и изменения сами покатятся широкой волной.

‒ Пойдут кругами, как от камешка, брошенного в воду, ‒ задумчиво произнёс я. Раньше я не смотрел на себя с такого ракурса. Это страшно. Если всё может быть так, стоит задуматься о своих действиях, чтобы вместо благополучия не принести вреда.

‒ Весьма удачное сравнение, мой юный друг. Именно поэтому я вернулся. Меня просто-таки потянуло домой, а однажды во сне приснился ты. Я помнил тебя маленьким мальчиком. Красивым мальчиком с золотой прядью в чёрных волосах. Тебе ведь необходима моя помощь? ‒ спросил мудрый необыкновенный друлл, прямо глядя в мои глаза.

‒ Необходима. Мне есть, чему научить эрганов, но я не знаю, как эти знания передать.

‒ Просто. Я скопирую себе то, что ты хочешь отдать и передам тем, кто захочет их принять.

‒ Но в моей памяти есть не только визуальные схемы и картинки, там есть письменный материал. Сложность в том, что он на другом языке. Переводить придётся очень долго, да и сложно. Язык эрганов мелодичный и красивый, но он сильно отличается от знакомой мне с детства речи.

‒ Здесь тот же принцип. Я возьму, конечно же с разрешения, эти знания из твоего сознания, и передам другим. Необходимо только их согласие.

‒ Для этого подойдёт любой разумный? Без разницы эрган это или ворк, друлл или гнорд?

‒ Без разницы, Тари. И предупреждая твой следующий вопрос, отвечу сразу, больно не будет. Обещаю.

‒ Когда начнём?

‒ Тебе необходимо сосредоточиться на том, что именно ты хочешь мне передать. Всё сразу изъять будет возможно, но лучше частями. Изъять — передать, а потом снова.

‒ Тогда, наверное, лучше всего начать с языка. Чтобы проще было потом воспринимать материал.

Друлл согласился и через полчаса уже знал русский язык в том же объёме, что и я. Чертовски приятно было после нескольких лет поговорить с кем-то на родном языке. Да к тому же и выгодно. Даже при посторонних можно будет довольно свободно перебрасываться фразами, всё равно никто не поймёт, кроме тех, кто тоже будет знать русский. Элир в своё время так и поступил. Просто писал дневники на родном языке, который кроме меня никто не смог расшифровать. В первую очередь новым знаниям обучились Эл и Скаро, ну и естественно Аш. Затем они выбрали нескольких особо одарённых мастеров как среди эрганов, так и среди гнордов. Гравитель сбросил им знания обо всём, чем мне хотелось с ними поделиться. И с тех пор в герцогстве началась весёленькая жизнь. Умница Скаро меня не разочаровал. Он действительно не только разобрался с устройством швейной машины, но даже вместе с мастерами создал её магический аналог. К новому урожаю было построено три мельницы и господа из гильдии магов свою мзду в Гроссвеноре не получили. Попытались возмутиться и что-то там потребовать, но мы на своей земле в своём праве. Что хотим, то и строим. Так что уехали они из герцогства не солоно хлебавши.

А ещё… Ещё мы за полгода построили новый великолепный замок на месте старого, разрушенного ашрами. Идея построить его была моей, а проект придумали мы вместе. Гравитель передал Элу и компании все мои знания о земных замках. В своё время я пересмотрел множество фильмов, и прочитал кучу книг о рыцарях, замках и величественных битвах. На этой же почве у меня на компе хранилась целая папка с картинками и историями создания самых известных замков и дворцов, таких, к примеру, как Нойшванштайн и Мариенбург. Не знаю уж почему, но мы сошлись во мнениях, что за основу возьмём знаменитый чешский замок Крумлов. Вот так, путём долгих споров и непростых решений, мы и придумали замок своей мечты. И в этом нелёгком деле нам очень помогли прибывшие к тому времени родители Эри. Один из его отцов увлекался фортификацией, а другой боевыми магическими защитами. Их знания нам очень пригодились.

Перед началом строительства нам было необходимо расчистить площадку. Мне пришлось старые руины превратить в огромную кучу щебня. Растаскивая её, мы нашли довольно много кристаллов душ погибших при защите старого замка воинов. Прослышав, что мы собираемся разбирать завалы, к нам присоединилось много жителей герцогства. Каково же было моё удивление, когда среди гор щебня началось свечение. Это кристаллы узнавали своих кровных родственников и таким способом давали о себе знать. Так мы нашли и кристалл моего деда, погибшего при штурме. Столько радости и горя, смешанных воедино мне ещё никогда не доводилось наблюдать.

Через три дня площадка под застройку была расчищена, и нас ждало ещё одно весьма приятное событие. У самого подножья горы нам открылся большой лаз. Вниз уводила каменная лестница. Естественно, что я был в числе первых, кто ринулся проверить, куда же она ведёт. В глубине горы была большая пещера с вырезанными в толще камня проходами, закрытыми дверями, а в центре был большой горячий источник. Наверное, именно о нём мне когда-то рассказывали. Двери были заперты на магический замок, но у нас нашёлся «медвежатник-любитель». И кто же это мог быть? Наставник Эларил собственной персоной. Хобби у него оказалось такое: хитроумные замки взламывать. Так вот, стараниями Эла мы получили доступ в оружейную, в святилище и в… тра-та-та-там… сокровищницу рода Драсс. Три крепких двери, за которыми хранились редкие сокровища, ценные каждое по-своему. В святилище, куда мы впоследствии перенесли и кристаллы из Гроссвенора вместе с найденным кристаллом деда, были все предки, начиная с самого первого, того что пришёл из Рассгара. А это, как оказалось не только собранная мудрость поколений, но и помощь в рождении наследника. Я целенаправленно избегал эту тему довольно долгое время, даже не решаясь на расспросы.

Признаюсь честно, было немного боязно. Одна моя подруга подсела на истории в стиле омегаверс. Ей эти рассказики ужасно нравились, и однажды она уговорила и меня прочитать один. После прочтения у меня сложилось мнение, что тот, кто это придумал, явно был женщиной. Если мужчина не хочет понять женщину в реальности, в своём выдуманном мире она может очень изощрённо отомстить. Большинство мужчин, к сожалению, не понимают, насколько неприятны и болезненны бывают месячные, и каково быть девять месяцев беременной с токсикозом, отёками и другими прелестями. Некоторые мужчины позволяют себе часто шутить о том, что если женщина не в настроении, значит у неё пмс. И не все молодые папаши носят будущих мам на руках во время беременности и пылинки сдувают, для некоторых весь процесс участия в рождении наследника состоит в двух словах: сунул-вынул. А некоторые особи мужского пола в самом деле считают, наивные, что женщине место на кухне, босой и вечно беременной. Так вот читая омегаверс, понимаешь, что если женщина не может перехитрить природу и заставить мужчину понять все тонкости своей доли, можно ювелирно отомстить, хотя бы в своей фантазии, где у мужчин есть и течки, и мудаки-мужья, и все прелести беременности. Не говоря уже о способе самого появления ребёнка на свет через… Через то самое место. Как по мне, то это очень изощрённая фантазия. Так вот, как-то совсем не хотелось самому рожать таким способом. И, к счастью, и не понадобиться. У эрганов, спасибо Дайре, таки умная женщина эта богиня, всё намного проще. Кстати, залётов у них нет. И соответственно абортов и срывов тоже.

До свадьбы эрганы могут спать с кем угодно, хоть с друллами, хоть с гнордами, хоть с людьми. Без разницы даже мужчины это, или женщины. Гуляй сколько хочешь, последствий не будет. После замужества картина кардинально меняется. Измены здесь не приветствуются. Если женатый эрган вдруг почувствует, что нашёл свою истинную пару, сначала он должен в храме разорвать союз и только потом заключать новый брак. И дети у них всегда запланированы. Когда супруги решают, что время наследника пришло, в семейном святилище готовится обряд. Будущие родители остаются там на ночь, и занимаются не просто совокуплением до самого утра. То, что происходит у алтаря Дайры, скорее можно назвать тантрическим сексом. То есть единением не только на чисто физическом уровне, но и на духовном. И в зарождении ребёнка большую роль играют кристаллы душ. Чем их больше, тем сильнее будет ребёнок. В ночь обряда на алтаре появляется энергетический зародыш, защищенный магическим коконом. Весь срок он находится в святилище под защитой предков, питаясь через связь энергией своих родителей. В срок кокон исчезает и появляется маленький эрган. Раньше, чем мне исполнилось бы двадцать лет, отец не посвятил бы меня в подробности обряда. Таковы правила. Но всегда существуют исключения из них, и для меня таким стал Гвейн. Мне удалось, правда, после долгих уговоров, раскрутить его на подробности обряда. И я узнал, что в ночь зачатия их сына, им было совершенно не скучно. Иртон, оказывается тот ещё выдумщик. Как говорится, мне бы такого.

Оружейная нас порадовала разнообразием колюще-режущего арсенала. Чего здесь только не было… Лично у меня просто глаза разбежались. Там я застрял надолго, тем более после уроков Иртона мог не только наслаждаться красотой холодного оружия визуально, но и неплохо им владеть. В закромах оружейной я нашёл пару замечательных клинков. Единственным их недостатком были рассыпавшиеся накопительные кристаллы. Скаро, видя мою расстроенную мордаху, пообещал подобрать туда атрины. При нашем теперешнем финансовом состоянии, владение таким накопителем не вызовет уже удивления. Трактиры приносили стабильный и вполне серьёзный доход. А уж когда мы открыли сокровищницу, мой внутренний хомяк чуть не умер от восторга. Род Драсс и в самом деле был очень и очень богат. И тем более приятно, что после всего случившегося, после потери всего того, что мы нашли, герцогство смогло не только выжить, но и встать на ноги. Да, здесь не жили на широкую ногу, но всегда исправно платили налоги, все местные жители были одеты-обуты и не голодали. В сундуках были не только золотые монеты, но и множество драгоценных камней, которые можно было использовать как в изготовлении накопителей, так и просто для создания украшений. А я в сокровищнице нашёл то, о чём давно мечтал, но никак не ожидал когда-нибудь получить. Не иначе как подарок судьбы мне достался, или это была большая шутка богини Дайры? Даже и не знаю, что думать. Просто вот уже второй год живу и радуюсь.

Окрылённые своими находками мы немного пересмотрели свои планы, и вместо постройки одного лишь замка, решили построить в долине симпатичный городок, с большой площадью, магазинами, ресторанчиками, гостиницей и пристанью, куда могли пришвартоваться корабли купцов. Мне пришла идея устроить ярмарки, где наши мастера могли бы торговать по нормальным ценам с людскими торговцами. Товары у нас намного лучше, качественнее и интереснее, чем у магов гильдии. И дешевле. Чуть меньше, чем за год мы закончили свою «стройку века». По всему королевству за месяц до праздника богини Дайры были расклеены объявления о ярмарке. Я очень переживал тогда, что может не получиться ничего из этой затеи, но… Наши трактиры, которые теперь лучше было бы назвать постоялыми дворами, со своей уникальной мебелью, посудой и некоторыми продуктами и напитками местного производства уже послужили неплохой рекламой. К нам поехали многие и… ездят с тех пор постоянно, принося нам приличный доход. Этой затеей мы отщипнули довольно большой кусок от денежного пирога магов гильдии, вызвав к себе тем самым повышенный интерес. И, чего и следовало ожидать, теперь к нам заглядывают шпионы господина Архимага. Из-за этих непрошенных гостей, пришлось на въезде в долину построить маленький форт и сделать ворота, контролируя тем самым наплыв любопытных. Уж больно много начало шастать странных, а иногда и наглых, сующих везде свой нос, личностей. Стараниями Иртона и его воинов некоторые из них бесследно пропадали.

Да и не только из-за шпионов Архимага пришлось озаботиться безопасностью долины. У нас появилось очень много тайн, которым выплывать на свет было ещё очень рано. Одной, если не самой главной, было то, что знакомые и близкие мне эрганы обрели крылья. Как бы мне не нравился Эри, но до его отъезда я не стал рассказывать никому про своё открытие. А вот после… Естественно, что первыми жертвами этого открытия был мой ближний круг. Мы с Ашем не стали предупреждать, что их ждало сразу после снятия защитного амулета. Эл мне ещё пытался доказать, что свой амулет мне удалось снять чисто случайно, когда я сорвал защитные амулеты одновременно с него и отца. Смотреть на одновременный и весьма бурный оргазм было забавно, пикантно и впечатляюще. Если отец с блаженной улыбкой развалился в любимом кресле, то Эл, как обычно сидящий на подлокотнике, счастливой амёбой растёкся на полу и тихо матерился. Следующей парочкой естественно были Иртон и Гвейн. Мне-то ничего не было, а вот Аш чуть «оргазменным наркоманом» не стал. Зная, что будет происходить, этот хитрюга наотрез уходить отказался, аргументируя тем, где он ещё столько удовольствия получит.

А через несколько дней я видел самое настоящее чудо. Все четверо обрели свою боевую форму. Отец предстал передо мной серебристо-голубым эрганом, а Эл превратился в мощного красно-синего крылатого зверя. У них обоих было по четыре глазка на крыльях. Иртон и Гвейн в боевой форме оба были ярко-алыми эрганами с двумя глазками на крыльях, так как их магический потенциал был не слишком большим. Какими же они были сильными, яркими и по-хищному красивыми. Посмотреть на них сбежалось чуть ли всё герцогство. Из-за этого события в глубине леса срочно пришлось создавать тренировочный лагерь, где и осваивать новые-старые навыки воздушного боя. Мне же пришлось неделю только тем и заниматься, что снимать амулеты защиты, да и мастерам-ювелирам прибавилось работы. Им в срочном порядке довелось начать делать копии амулетов Архимага, внутрь которых были вложены крохотные атрины с плетением щита из магии света. Это плетение мы, точнее я, нашёл в одном из последних дневников Элира. Наличие на шее на первый взгляд привычного амулета не привлечёт лишнего внимания магов гильдии, а нашим эрганам дополнительная защита не помешает. К тому же нам очень пригодилась ещё одна разработка Элира. Он делал её не сам, а вместе с командой магов, при участии самого Архимага Сларра. Проект был совместным, но чертежи и наброски в дневниках Элира остались, так как он был очень увлечён этой работой. Дело в том, что кроме обычных писем, пересылаемых курьерами, в королевстве пользовались мыслесвязью. Ретрансляторы с очень мощными атринами стояли по всему королевству. А у каждого состоятельного эргана был приёмник. У кого-то он был сделан в виде кольца, у кого-то в виде браслета, а кое-кто носил как кулон на цепочке. В любом случае это было изделие из золота с атрином. У отца это было кольцо, так же как и у Эла. В связи с ситуацией, в которой нам пришлось принимать меры к повышению своей безопасности, такая разработка пришлась очень кстати. Элир размышлял о том, чтобы сделать уменьшенные копии ретрансляторов для связи на местах. И мы с Элом смогли закончить его работу. Так по всему нашему герцогству появились замаскированные мини-ретрансляторы. Их мощности как раз хватало, чтобы покрыть сетью мыслесвязи всю территории наших земель. Мастерами-ювелирами были сделаны крохотные серёжки-гвоздики для воинов Иртона, старост в деревнях и командиров патрулей, разгуливающих теперь по герцогству. Бдительность и осторожность вышли на первое место.

Вот в таких заботах и пролетели два с лишним года. Мы менялись, учились пользоваться вновь обретёнными способностями, строились и потихоньку пакостили магам гильдии. Архимаг пока ничего особо не предпринимал, приглядывался, собирал сведения, какие его шпионам удавалось-таки добыть, и терпел наши уколы по своему кошельку. Предъявить нам особо было нечего, так как законов мы никаких не нарушали. Разве что неписанные, так сказать. Потихоньку отлучали от кормушки хитрых и ленивых магов. Эри, так и находящийся неподалёку от дядюшки, исправно снабжал нас сведениями о его планах, если они касались нас. Несколько раз это неплохо выручало, когда на нашу территорию посылали особо важного соглядатая. Такого приходилось обманывать, притворяясь безвинными овечками.

Отвлёкшись от своих размышлений, я рассмотрел, как через двор замка спешит Эриз. В руках у него была тарелка с пирожными. Мне даже не нужно было догадываться, куда это он так спешит. Он вот уже больше года был в разводе и неустанно пас своего мальчика. Его бывший муж, как и многие другие, к моему искреннему изумлению, не просто ушёл искать свою пару, но и успел уже вернуться, приведя её за собой. А ведь когда-то парень рвался в столицу. Сейчас они с Эризом лучшие друзья.

‒ И в тот же миг влюблённое созданье, включив форсаж, умчалось на свиданье! ‒ продекламировал шипящий голосок возле моего уха, и рядом на парапет приземлилась маленькая тушка с двумя крылышками.

‒ Блин, Куся, ты как здесь оказался? Ты же на кухне промышлял, ‒ проворчал я на это несносное чудо, протягивая руку и почёсывая острое маленькое ушко моей самой лучшей находки.

‒ Стреляли! ‒ опять, довольно ухмыльнувшись, процитировал он очередной перл советского кинематографа, вызвав мой смешок. Ну что с ним поделаешь.

Глава 18

Моя сиеста закончилась. Куся спокойно поваляться не даст. У меня на сегодня ещё оставалось одно крайне важное дело. Я нехотя спрыгнул с парапета и пошел в свои новые шикарные апартаменты. Этот этаж в новом замке я проектировал персонально под себя. Здесь было всё, что мне нужно: просторная светлая спальня со всеми удобствами, уютная гостиная с широким балконом, уединённый кабинет, личная библиотека и собственная, укреплённая защитными плетениями, лаборатория. Я сбросил одежду и пошёл в ванную, бросив взгляд на смешного голубого непоседу, что со всего размаху плюхнулся на самую середину моей большой кровати. Как я уже говорил, получить в своё распоряжение такое чудо у меня даже надежды не было. Но в жизни случаются чудеса. В тот день, когда мы нашли сокровищницу рода Драсс, я нашёл и его, Кусю. В дальнем углу сокровищницы мне бросилась в глаза небольшая плетёная корзина. Помню, ещё сильно удивился, зачем она там. Не яйца же припрятали предки в сокровищнице? Оказалось, что именно яйца. Точнее, одно, голубовато-золотистое яйцо. Оно было продолговатой формы, размером со среднюю дыню или мяч для регби, с плотной скорлупой. Я довольно долго рассматривал его, а потом осторожно постучал и… чуть не сел на задницу от испуга. Яйцо в ответ пошевелилось, и раздался ответный стук. Причём изнутри. Я позвал Эла, глядя на то, как загадочное яйцо начало непрестанно шевелиться, издавая царапающие звуки. Эл подошёл и я в первый раз в жизни наблюдал его растерянное лицо, с круглыми глазами и отвалившейся челюстью. Я понял, что информации от него так не дождусь. Пришлось поднимать ему челюсть вручную, хлопать по плечу, приводя в чувство. Он повернул ко мне всё ещё ошарашенное лицо и восторженно прошептал:

‒ Яйцо цедари… Оно откликнулось, Тари… Откликнулось для тебя!

‒ То есть… Ему же лет триста, Эл. Кто там может откликнуться?

‒ Яйцо цедари будет спать, пока не найдёт своего хозяина. Даже если пройдёт тысяча лет, цедари всё равно дождётся, ‒ Эл ласково потрепал меня по волосам. ‒ Смотри!

‒ Ой! ‒ воскликнул я, когда яйцо вдруг слегка подпрыгнуло и… развалилось на части, а на мягкую подстилку корзинки шмякнулся маленький голубой дракончик. По крайней мере, появившееся существо очень было похоже на него. Оно уставилось золотистыми глазёнками на меня и на его симпатичной мордочке появилось такое радостное выражение, что я не удержался и засмеялся.

‒ Куйсар, ‒ прошипел дракоша и указал лапкой на себя.

‒ Он мне имя назвал, что ли? ‒ удивлённо повернулся я к Элу.

‒ Наверное, ‒ пожал плечами наставник. ‒ Насколько мне известно, цедари рождаются полностью разумными личностями. У них память поколений передаётся.

‒ Куйсар, ‒ настойчиво повторил дракончик.

‒ Этариан Кейр Драсс, ‒ представился я на всякий случай полным именем. Дракончик так умильно кивнул головой с острыми ушками, что мне захотелось его погладить. Но только я протянул к нему руку, как этот вредина укусил меня острыми зубками. Было не то чтобы очень больно, но очень неприятно.

‒ Ты не Куйсар, ты зубастая Куся, ‒ прошипел я дракончику, тряся покусанным пальцем.

‒ Инициация, ‒ ответило мне это чудо и перелетело на моё плечо. Он закопался носом в мои волосы и довольно вздохнул. ‒ Теперь я знаю всё, что знаешь ты. Так интере-е-есно!

‒ Прямо-таки всё? ‒ от такой новости челюсть уже у меня устремилась к полу. Через кровь? Вот это да!

‒ Да, ‒ кивнул Куся и тут в животе у него громко заурчало. Ну да, лет триста без завтрака, обеда и ужина. Он положил лапки на животик, поднял на меня умоляющие глазки и вздохнул. Артист!

‒ Эл, у нас перерыв на обед!

У нас с собой были корзины с едой, которые мы быстренько опустошили. На ровной площадке возле горячего источника был накрыт походный стол. Я не знал, как и чем кормить правильно цедари, но исходя из того, что он похож на дракона, решил положить ему в тарелку кусочек запечённого мяса. Все с любопытством глазели, как это чудо деловито перебралось на край столика, аккуратно взяло лапками угощение и… выдало нам такое, от чего я лично выпал в осадок:

‒ Кушать подано. Садитесь жрать, пожалуйста! ‒ и я понял, что мой цедари вытащил из меня всё, вплоть до фраз из моих любимых фильмов. И ведь по теме же использовал, зараза маленькая.

Вот так в моей жизни появился уникальный фамильяр, с необычным характером и странными манерами. Куся всегда и везде был со мной, если не совершал вылазок на кухню. Этот малыш был на редкость прожорлив. Когда я поинтересовался, куда в него столько влезает, он мне подбросил информацию для размышлений. Из его слов выходило следующее: во-первых, такой аппетит у него из-за того, что он растёт; во-вторых, цедари необходимо много пищи до тех пор, пока он не наберёт достаточную энергетическую массу, чтобы в нужный момент защитить хозяина, применив боевую форму (на что я скептически фыркнул, представив воинственного толстенького мини-дракошу); а в третьих, этот обжора успокоил меня тем, что он ни в коем случае не растолстеет и я спокойно смогу и дальше таскать его на плече, ибо вся польза от еды переходит в ту самую энергетическую массу. Хорошее оправдание, правда? Но как бы там ни было с боевой формой, но и нынешней мой Куся неплохо сражается с кухаркой и поварятами за лакомую добычу, когда они умудряются заметить хитрого лазутчика в своих владениях. Тырить у них что-нибудь вкусненькое ему намного интереснее, чем кушать свою порцию рядом со мной. Судя по весьма круглому, отливающему перламутровой лазурью пузику, и в этот раз охота прошла удачно.

Я освежился, оделся в любимый кожаный комплект, состоящий из узких удобных штанов и облегающей жилетки, нацепил пояс с кинжалом, обул мягкие невысокие сапожки и спустился на пару этажей ниже. Там находился кабинет отца. Куся нехотя поднял свою толстую попку с мягкой постели и, усердно махая крыльями, полетел за мной. Судя по пыхтению, он усердно притворялся, что ему тяжко лететь. Явный намёк на то, что кое-кому хочется приземлиться мне на плечо. Я, вздохнул, и согласился. За эти годы я подрос, немного раздался в плечах, стал намного сильнее и мускулистее, но таскать четырёх килограммовую тушку на себе всё время, это тяжело. Хорошо, что благодаря связи хозяин-фамильяр Куся без проблем может перемещаться вместе со мной, когда я ухожу куда-либо личным телепортом.

‒ Здравствуй, отец, ‒ поприветствовал я родителя, входя в его кабинет. В связи с ярмаркой у нас всех много дел и видимся мы хорошо если за ужином. Герцог Гроссвенор устало оторвал взгляд от кипы бумаг на столе, и улыбнулся мне тепло.

‒ Рад тебя видеть, сын. Ты куда-то вновь собрался?

‒ Да, ‒ я слегка отодвинул в сторону бумаги и примостился на краешке стола. ‒ Надо стаю проведать. Краш сообщил, что пришли ещё ворки, места в пещере стало маловато. Необходимо расширить жилище для стаи, да посмотреть, как замаскировали тайный проход через гору. Хотел дня на три сбежать от суеты, а что? Проблемы возникли?

‒ Это как посмотреть, ‒ проворчал отец. Он положил руку мне на колено и слегка сжал. Нервничает? С чего бы это?

‒ Моя помощь необходима?

‒ Патруль сообщил, что троица магов захватила кое-кого из наших людей. Тех, что работают в пещере с источником. Самом дальнем, там восстановились жилы атрина. Они пытались их допросить с пристрастием.

‒ Что-то успели узнать? ‒ встревожился я. В последнее время люди Архимага начали вести себя более агрессивно.

‒ Нет, но заинтересовались передатчиком в ухе бригадира. Откуда у бедного эргана такая вещь? Патруль их повязал и забрал их передатчики. Так что передать они ничего бы и не успели, даже если бы узнали о разработке атрина. Иртон поехал туда вместе с Элом. Допросят этих незваных гостей, а тела потом прикопают поглубже, чтобы кристаллы душ нельзя было найти.

‒ Знаешь, я тогда в пещере, после столкновения с Гриссом, даже удивиться не успел, почему там лежали тела, а не просто кристаллы душ. Я ведь думал, что они появляются сразу после смерти. Даже мысль тогда не мелькнула, почему лежат окровавленные трупы. Для меня ведь это более привычно.

‒ Тела сгорают через несколько часов. Семья имеет возможность попрощаться с умершим родственником. Эрганы, Тари, умирают и просто от старости, а не только в бою, или от предательского удара в спину, как твои телохранители.

‒ С лазутчиками понятно, но ведь есть что-то ещё, что тебя волнует?

‒ Н-да, есть. К нам едет первый советник короля, он же министр финансов.

‒ К нам едет ревизор, ‒ пробормотал я себе под нос. ‒ А зачем? Новый костюмчик прикупить? Налоги мы вроде как вовремя платим, ‒ состроил я наивную мордашку.

‒ Сам понимаешь, этого следовало ждать, ‒ улыбнулся на мою гримаску отец. ‒ Эл и так Дара удерживал довольно долго от визита.

‒ Дара? Подожди-подожди… Того самого Дара? Именно того тупого, упёртого и слепого осла, который не видит своего счастья под носом? Точнее вертит этим самым носом только потому, что у его пары фамилия Сларр?

‒ Именно того самого Дара. Только при Эле не обзывай его так. Он всё-таки его родной брат, ‒ отец нахмурил брови, но в глазах искрились и танцевали смешинки. ‒ Эри наш друг, а его упрямая пара родственник… будущий.

‒ Эгодар Лейр Совенсс. Первый советник и министр. Тот самый источник сведений Эла. Не знал, что младший брат забрался так высоко. Моё упущение.

‒ Он стал министром финансов чуть больше года назад, Тари. Король с трудом спихнул с этой должности одного из приверженцев Архимага. Министров выбирает Совет Родов, а король только утверждает. Эрайден очень аккуратно за тридцать лет своего правления сменил почти половину этих старых упрямцев, боящихся высказаться против бывшего регента. Но те, которые остались, продолжают тормозить процесс перемен. Многих из них Архимаг держит в должниках. Кто-то обязан ему услугу, кто-то просто большую сумму денег, а чьи-то грешки он покрывает.

‒ Думаешь, момент для откровений настал? Дар ведь верный друг и соратник короля, я правильно понимаю?

‒ Терпение Архимага на исходе, мы с нашими друзьями неплохо ударили по его кошельку. Производство новой одежды и магазины открыты уже в нескольких графствах на севере и западе. Там же в землях наших друзей построены новые мельницы, и соответственно, маги гильдии остались в прошлый урожай ни с чем. Мы, так сказать, наглеем и начинаем привлекать всё больше внимания. Мы развиваемся и помогаем развиваться другим, и последствий этого не избежать.

‒ Благословение богини Дайры точно у нас было, иначе как мы умудрились почти три года удачно скрывать столько тайн. Если время пришло, значит пришло. Информации у нас достаточно, чтобы хотя бы попытаться убедить короля начать полномасштабную слежку за Архимагом и его помощниками и доверенными магами. Не говоря уже о том, что есть острая необходимость переучивать эрганов в плане магических умений. На освоение же новых навыков воздушного боя уходит около месяца, а ещё нужно скрытно заменить амулеты. И выяснить, наконец, как ашрами просачиваются в королевство. Не бесплотными же духами они это делают?

‒ К тому же защитные амулеты в состоянии снять только ты, сын. Амулетов-дубликатов у нас изготовлено уже в достаточном количестве, на королевскую гвардию должно хватить. А вот кому и где их переучивать?

‒ У меня есть предложение к Эгодару на этот счёт. Кстати, ты больше нервничаешь по поводу приезда министра, или будущего родственника?

‒ Скорее, второе, ‒ вздохнул отец. ‒ Тебе до совершеннолетия осталось три месяца, вот Эл и наступает мне на пятки. Я же пообещал ему, что мы заключим союз сразу после того, как ты отметишь двадцатилетие.

‒ Кое-кто, ‒ я с намёком посмотрел в глаза отца, ‒ упирался и говорил, что сначала я должен найти себе пару и устроить свою жизнь и только то-о-огда… Бедный Эл! Чего ты боишься? Он твоя истинная пара, у вас прекрасные отношения. Он войдёт в нашу семью, главным по-прежнему будешь ты.

‒ Он такой собственник! ‒ пожаловался отец, на что я мысленно только фыркнул. Мой родитель из Эла верёвки вьёт, а не наоборот.

‒ А ты нет?

‒ Не в такой же степени! Слышал бы ты, как он рычит сквозь зубы, если на меня кто-то посмеет бросить заинтересованный взгляд. Знает же, что изменить я никак не могу, даже без обряда ему ведь принадлежу весь без остатка, а всё равно рычит и ревнует.

‒ Просто он тебя любит, ‒ я встал со стола, обошёл кресло и обнял отца за плечи. ‒ Я бы тоже ревновал и рычал, наверное, если бы мне пришлось ждать любимого столько лет.

‒ Тебе не придётся столько лет ждать. Вот отметим твой день рождения, возьмёшь с собой отряд охраны и поедешь на поиски своей пары.

‒ Обещаешь? ‒ как же давно мне хотелось выехать за пределы герцогства и посмотреть хотя бы королевство для начала.

‒ Обещаю, Тари. Ты вернёшься завтра к приезду гостей?

‒ А когда они должны появиться?

‒ Где-то после обеда. Дар связался со мной по мыслесвязи уже будучи в дне пути от нас. Видимо, чтобы Эл не смог ничего придумать и отменить визит.

‒ Появлюсь вовремя. Куда же я денусь, ‒ засмеялся я, подхватил задремавшего на кресле Кусю и прямо из кабинета отца переместился в пещеру ворков.

Снова мне снится он. Всё такой же безупречный, сильный, хищный. Я до дрожи в кончиках пальцев хочу дотронуться до гладкой кожи, попробовать её губами, языком, своей собственной кожей. Медленно и мучительно сладко провести ладонями по широким плечам, спуститься по идеальному изгибу спины до тонкой талии, узких бёдер и длинных стройных ног. Так хочется заблудиться в волнах белоснежных, шелковистых даже на вид, длинных волосах пальцами и забыться на долгое время, наслаждаясь близостью. Но, увы… Я не могу этого сделать. Даже во сне тонкая серая пелена, окутывающая тело мужчины моей мечты, не даёт мне такой возможности. Мне остаётся только скользить взглядом по правильной до идеальности фигуре и надеяться на встречу. Когда-нибудь наяву, где я смогу сделать всё, чего мне так хочется с того первого мгновения, когда он пришёл в мои сны.

Это случилось несколько месяцев назад и с тех пор такие сны будоражат мои фантазии несколько ночей в неделю. Из-за пелены я не мог чётко рассмотреть черты его лица, но иногда, словно лёгкий ветерок разрывал туман, и передо мной проскальзывала то лукавая улыбка, то озорные янтарные глаза, опушенные длинными густыми чёрными ресницами, то упрямый волевой подбородок. Мне приходится собирать в своём воображении его лицо из кусочков мозаики. Эти сны всегда были разными, и он был разным. Временами одетый в облегающие строгие тёмные одежды он кружился с двумя мечами, танцуя великолепный смертоносный пассадобль, и тогда я восхищался им. Довольно часто он снился мне среди толпы безликих фигур, серьёзный, строгий, властный и тогда он покоряет меня. А иногда я видел его в постели. Он играл с туманными фигурами, обнимающими его в страстных объятиях, в интригующие игры, манил и звал их с собой в мир грёз и наслаждений, и тогда он ужасно бесил меня. Потому, что он не знал обо мне. Потому, что он не звал с собой меня. Потому, что не ждал и не искал меня. Ему и без меня было весело.

Я просыпался с быстро бьющимся сердцем, с влажной кожей и прерывистым дыханием. Меня переполняла то радость, то восхищение, то грусть и злость, вперемешку с ревностью. Сны эрганов оказались слишком реальными, слишком притягательными. Мне они кажутся не просто снами, а окном в жизнь того, кто должен стать моей парой. Я давно уже понял, что за пелена его окружает и не даёт почувствовать меня. Защитный амулет Архимага. Ирония судьбы в том, что искать придётся мне, ведь только я могу снять амулет, тем самым дав возможность своему избраннику почувствовать и увидеть себя. Я не принцесса из сказки и никто не прискачет на белом коне и не сделает предложение руки и сердца. Мой принц слеп, найти и излечить его мой долг. Хочешь счастья, Тари, поднимай попу и ищи его сам. Вот так-то.

Я открыл глаза и потянулся, прогоняя магическое очарование сна. Моё уютное лежбище располагалось в дальнем углу большой пещеры, чуть в стороне от горячего источника. Когда я освоил работу с камнем, то первым делом создал это жилище для стаи ворков, не век же им ютиться в землянках. Эл оказался прав: в наших горах полно скрытых пещер с горячими источниками. С помощью чутья гнордов на полезные ископаемые найти их не сложно. Мне с моими умениями и того проще это сделать. Мы помогли обустроить пещеру, создав отдельные комнаты для семей ворков. Многие ворки, не знаю уж каким путём, но прослышали, как в наших краях устроились их сородичи, и пришли к нам. Краш их принял, объяснив правила жизни. Поначалу насторожённые, теперь они влились в нашу жизнь, с удовольствием расправляя плечи и гордо поднимая голову. Теперь у них был дом. Краша все пришедшие стаи признали Старейшиной. Совсем недавно, несколько больших семей получили приглашение от друзей отца и Эла перебраться на их земли. Сотрудничество с народом ворков оказалось взаимовыгодным. Земли герцогов Гроссвенор хоть и обширны, но мы вряд ли сможем приютить всех хвостатых беглецов. Вчера мы довольно поздно легли, обсуждая с Крашем планы на будущее, и сегодня я проснулся позже обычного. Куси рядом не было. Полетел добывать себе пропитание. Надо и мне вставать. До вечера нужно переделать ещё несколько дел.

‒ Может мотнуться в обед к открытому источнику? Там сейчас хорошо, ‒ предложил я сам себе, утвердительно кивнул и заставил себя встать.

Глава 19

Отступление второе. Открытый источник. Герцогство Гроссвенор.

Перед взором Эрая, мирно сидящего на пеньке, метался высокий симпатичный эрган с каштановыми волосами, в которых заблудилась небольшая синяя прядь. Его глаза метали молнии, из ноздрей шёл пар. Эрай на всё это зрелище лишь снисходительно улыбался.

‒ Если бы я знал, зачем ты попросил меня здесь остановиться, в жизни бы этого не сделал! Я себя идиотом чувствую, Эрай! Нет, я тут с ума схожу от волнения, а он сидит и улыбается!

‒ А зачем тебе сходить с ума? Ты мне необходим в здравом уме и твёрдой памяти. Кому нужен спятивший министр финансов, ‒ безмятежно пожал плечами его оппонент.

‒ С тобой останешься при своём уме, ‒ проворчал Дар, останавливаясь перед своим другом. ‒ Неужели ты не понимаешь, как рискуешь? А если засада? Если кое-кто захочет расправиться с тобой, как с твоим отцом?

‒ Не захочет. Пока я не женюсь, и не заимею наследника, он не захочет. Тем более, в его планах на первом месте стоит моя женитьба на его сыне.

‒ А ты жениться на нём желанием не горишь, ‒ утверждая, покивал головой Дар. Они знакомы с Эраем с детства, и он слишком хорошо был осведомлён о привычках своего друга. ‒ Ты с ним спишь, но и только. Он тебе ведь особо и не нравится?

‒ Дар, Архимаг хитрый и терпеливый противник. Пока Сларр думает, что его планы продвигаются туда, куда ему хочется, он не столь опасен. Его сынок в моей постели, мне нравится его смазливая мордашка и упругий зад, но там не только он один. Среди трёх моих фаворитов идёт здоровая конкуренция, ведь никто из них не хочет подпускать соперника ближе к моему телу, а точнее к моему сердцу. Тем более никто из них не является моим истинным. В отличие от тебя я его ещё не нашёл.

‒ Что я тебе сделал плохого, что ты мне напоминаешь об этом кошмаре? Мой истинный принадлежит к роду Сларр. Это кошмар, Эрай. Он единственный наследник, а я младший сын. Если я войду к ним в род, Архимаг не упустит шанс этим воспользоваться.

‒ Это единственный аргумент, почему ты отталкиваешь красавчика Эри? Других причин нет? Даже факт того, что по данным нашей службы внутренней разведки, дядюшка несколько раз использовал его как разменную монету?

‒ А у парня был выбор? Для эрганов семья самое важное в жизни. Против семьи редко кто может пойти. Я не уверен, что Эри сможет взбунтоваться приказам дяди и поддержать меня… нас. Он может потерять слишком много. Его родители…

‒ Его родители уволились из Академии, и уехали в глушь. Если не ошибаюсь, то к твоему брату под крылышко. Архимаг говорят очень зол на них.

‒ А Эри остался рядом с ним, ‒ мрачно ответил Дар. Как бы он не воротил нос, но блондин с рыжей прядью в волосах, задорной улыбкой и яркими глазами, в глубине которых иногда всплывала такая грусть, что хотелось схватить в охапку и никогда не выпускать, ему нравился. Очень сильно нравился.

‒ Возможно, у него были на это причины. Ты же даже поговорить с ним нормально не хочешь, бегаешь по дворцу как мышь от кота.

‒ Хорошо, я поговорю с ним, но ты меня с мысли всё равно не собьёшь. Что ты здесь делаешь? Один и без охраны.

‒ Он хочет отдохнуть, Дар, ‒ молодой эрган вздрогнул и осторожно повернул голову. Ему на плечо приземлился ярко-алый цедари. ‒ Его Величество устал от государственных дел.

‒ Пуйсар, вы со своим хозяином из меня болвана не делайте, ‒ нахмурился первый советник. ‒ Отдохнуть можно и в столице. Для этого необязательно переноситься личным телепортом на другой конец королевства, в чащу леса.

‒ Необязательно, но очень хочется, ‒ Эрай встал, потянулся и, подойдя к другу, обнял его плечи. ‒ Ты мне за год уши прожужжал, ругаясь на Эларила за его скрытность. Тебе хочется побывать на ставшей так знаменитой ярмарке. Ты хочешь познакомиться поближе с избранником своего брата. Не говоря уже о том, что ты хочешь узнать всё о тайнах Эларила, а они у него всегда были. Твой брат ещё тот хитрец. И знаешь что, Дар… Я тоже хочу всё это не только узнать потом от тебя, но и лично увидеть. Я король, и спорить с этим глупо, но иногда мне хочется побыть просто молодым эрганом.

‒ Но без охраны, Эрай, ‒ попытался возразить его первый советник.

‒ Дар, с тобой три десятка отборных королевских гвардейцев. Мы вдвоём далеко не слабые маги и воины. К тому же о герцогстве Гроссвенор сейчас говорят как о самом безопасном месте королевства. Обещаю, что пробуду здесь всего пару дней и вернусь во дворец. Военный министр знает, где я, мыслесвязь прекрасно работает, а благодаря подарку творца Тейросса, ‒ Король приподнял указательным пальцем небольшой кулон с рубином, что висел на длинной цепочке у него шее, ‒ я смогу вернуться во дворец в любой момент.

Дар только покачал головой. Упрямство Эрая могло соперничать только с его умом. Если он чего-то хочет, обязательно сделает. Дар ругал сам себя последними словами, что не догадался, зачем король попросил его остановиться рядом с открытым горячим источником и сообщить об этом по мыслесвязи. Кулон-телепорт срабатывал на мысленный образ того, к кому его обладатель хотел перенестись. Единственный в мире артефакт личного переноса, и по гениальной задумке творца ещё и щит-хамелеон, позволяющий своему обладателю становиться невидимым, был подарен принцу при рождении. Он был привязан к нему магически, и никто не мог его ни украсть, ни подменить. С виду украшение с обычным рубином, внутри скрывало мощный атрин-накопитель. Эрай редко совершал необдуманные поступки, это Дар признавал. Что ни говори и как не ругайся, но он уже здесь и домой точно не собирается.

‒ Два дня и ты отправишься во дворец?

‒ Обещаю. Не волнуйся за меня, Дар. Я только искупаюсь в источнике, полюбуюсь красотами, одним глазом гляну на ярмарку и невидимкой поприсутствую при твоём разговоре с братом и герцогом Гроссвенор.

‒ Зачем? ‒ всполошился Дар.

‒ Ты же не хочешь, чтобы я умер от любопытства?

‒ Не хочу.

‒ Кстати, Дар, а как тебе трактиры?

‒ Великолепно. Номера роскошные, кухня великолепная, ‒ отчитался первый советник.

‒ Эх, жаль меня с тобой не было, ‒ сокрушённо вздохнул король. ‒ На обратном пути надо будет обязательно заглянуть!

‒ Ваше Величество! ‒ Дар возмущённо завопил, а Эрай довольно улыбнулся. Если его друг и советчик перешёл на официальное обращение, значит, он его таки довёл. ‒ Ваше Величество, сейчас гвардейцы прочешут окрестности и оцепят источник. Безопасность короля превыше всего. Как только мы будем удовлетворены, Вы пойдёте наслаждаться отдыхом, ‒ чопорно произнёс первый советник.

Через полчаса Эрай, наконец, смог отправиться поплавать и насладиться природой и отдыхом. Как бы не сердился Дар, но и он понимал, что отдых необходим. И скорее не от государственных дел, а от придворных, их интриг, постоянного напряжения в ожидании удара в спину. Эрай на самом деле устал. Архимаг этот, чтоб его ашрами унесли. Скользкий, хитрый, осторожный и умный. И последний факт был самым удручающим. У Эрая было много косвенных улик против него, а ещё больше догадок, но чтобы предъявить обвинение улик всё же не хватало. Катастрофически не хватало. Без них Совет Родов не пойдёт против бывшего регента. В последнее время, усилиями Эларила Лейр Совенсса и его спутника, герцога Гроссвенор, стабильное положение гильдии магов пошатнулось. Вроде бы они ничего грандиозного и не совершили, но Архимаг почувствовал опасность своему положению. Своей деятельностью эти эрганы неожиданно помогли королевской власти. Сначала они сами, затем их друзья и родственники начали отказываться от дорогостоящих услуг магов-гильдейцев. Многие товары они начали производить сами, причём эти вещи качеством иногда превосходили то, что изготавливали маги с помощью артефактов. А идея с трактирами? Это же просто великолепное решение! Решение, которому последовали и другие землевладельцы, да и горожане в крупных торговых городах. Власть медленно уплывала из жадных рук магов-бытовиков. Эрай всегда был любопытен, с самого детства пытаясь засунуть свой нос туда, где чувствовал тайну. А у Эларила она была, эта тайна. Он двадцать лет был тайно влюблён в своего работодателя. Дар не раз жаловался, что любимый брат зря теряет время. И вот, пожалуйста, несколько лет назад всё стремительно начало меняться. Гроссвенор поднялся на ноги, блистает новыми идеями, а Эларил получил в свои руки упрямого Фрая.

‒ Ничего-ничего, я скоро всё узнаю, ‒ мурлыкал себе под нос Эрай, тихим шагом подходя к пологому берегу кристально чистого источника. Над водой висел пар, напоминая полупрозрачный тюль. Он расстегнул пояс, уронил его на камни. За ним последовала вышитая золотой нитью безрукавка из мягкого тёмно-синего полотна. Стащив узкие высокие сапоги, молодой мужчина облегчённо вздохнул, почувствовав босыми ступнями тепло нагретого за день камня. Он хотел было расплести тугую косу, как вдруг услышал тихий всплеск. Эрай присел и всмотрелся в полупрозрачную завесу, и… замер от восторга. Чуть в стороне, там, где солнечные лучи преломлялись яркой радугой, возник стройный силуэт. Молодой, на вид чуть старше двадцати лет парень, плескался и отфыркивался, как кот от воды. Он встряхнул тёмными, достающими чуть ниже плеч волосами, разбрызгивая вокруг хрустальные капли.

‒ И как моя охрана пропустила такое чудо? ‒ хищно глядя на парня, тихо прошептал Эрай. Присмотревшись, мужчина заметил небольшую горку одежды неподалёку. ‒ Ну, что же, будем считать это подарком богини Дайры. Я испробовать его никак не откажусь.

Штаны улетели в кусты, и Эрай неслышным хищником нырнул в прозрачную воду. Несколько гребков, и вот жертва уже перед ним. Глаза жадно исследуют великолепное тело от тёмной макушки до виднеющихся в воде длинных стройных ног. Взгляд замирает на подтянутой небольшой, но самой аппетитной части. Округлые ягодицы так и манят… так и манят. Тело развито пропорционально. Сразу видно, что его обладатель не брезгует физическими упражнениями. В его движениях чувствуется сила, плавность и гибкость бойца. Из него получится великолепный любовник. Реакция в паху просто кричала Эраю, что его тело, да и разум хотят этого красавца.

‒ Здравствуй, сокровище, ‒ чуть хрипловатым от возбуждения голосом произнёс Эрай, заставив парня вздрогнуть и резко повернуться. Восторг! Такого изысканно-красивого лица король давно не видел. А главное, оно дышало свежестью летнего дня. Немного приоткрытые в удивлении и испуге полные губы были созданы для поцелуя и Эрай, прихватив парня крепко за талию, притянул к себе и жадно яростно поцеловал. В первые мгновения жертва страстной атаки пыталась сопротивляться, а затем… затем он ответил. Юркий язычок заплясал во рту Эрая, его губы оказались сладкими на вкус. Парень отвечал с такой же страстью, безоглядно и горячо. Эрай, теряя голову всё же не забывал, что к нему прижимается молодое желанное тело. Руки опытного искусителя гладили и ласкали, искушали и манили. Одна рука забралась повыше, поглаживая пальцами стройную шею, широкие плечи, ключицы, подбираясь всё ближе и ближе к бусинам сосков. Тихий стон в губы подсказал, что ласки благосклонно приняты. Другая рука погладила спину, лёгким касанием пробежалась по бедру. Чуткие пальцы коснулись гладкой кожи ягодиц и осторожно начали подбираться к расщелине, ища спрятанное там местечко. Тело в руках вдруг дёрнулось и попыталось возмутиться.

‒ Ну что же ты, сокровище? Я же вижу, тебе тоже хочется, ‒ оторвавшись на миг от искусанных губ, прошептал Эрай. На него смотрели возмущённые, но всё ещё затуманенные страстью глаза, в обрамлении длинных тёмных ресниц. Тонкие пряди мокрых волос прилипли к губам, лбу и щекам парня, делая его неимоверно притягательным. ‒ Давай не будем портить друг другу романтическое приключение. Я доставлю удовольствие тебе, а ты мне.

‒ Удовольствие? Да без проблем! ‒ тихо, но с нотками гнева, удивившего Эрая, прошипел не хуже Пуйсара парень и протянул руку к шее мужчины.

Эрай, потянулся вновь за поцелуем, когда в глаза вдруг полыхнуло золотом, а парень сильно дёрнул за защитный амулет на шее. В тот же миг Эрай задохнулся от накатившей волны восторга. Горячая волна прокатилась от макушки до кончиков пальцев на ногах. Тело задрожало в приступе неудержимого экстаза, заставляя подгибаться ноги. Эрай с головой ушёл под воду, но наглотаться воды не успел. Сквозь шум в ушах он слышал, как парень что-то ворчал, подхватывая его под руки. Тело совершенно не слушалось, растворяясь в неге и блаженстве. Эрай чувствовал, как его строптивый несостоявшийся любовник тянет его к берегу, ругаясь на непонятном языке. Слов мужчина не понимал, а вот интонации сомнений не вызывали. Уже на берегу, хватая ртом воздух как вытащенная из воды рыба, он успел заметить, как парень натягивает штаны, подхватывает свои вещи и стремительно исчезает в прибрежных кустах.

‒ Стой! ‒ успел с трудом крикнуть Эрай, вслед убегающему парню. ‒ Беги, далеко не убежишь. Там мои гвардейцы плотным кольцом стоят. Поймают тебя, сокровище.

Эрай перевернулся на спину и блаженно растянулся на теплых камнях. Идиллия продлилась недолго. Со всех сторон к нему бежали гвардейцы во главе со встревоженным Даром. Эта нянька плюхнулась рядом на колени и стала внимательно осматривать тело своего короля.

‒ Цел, слава богини! ‒ выдохнул советник, накрывая обнажённое тело своей рубахой. ‒ Что случилось, Эрай?

‒ Парень где? Вы его поймали? ‒ спросил Эрай, поднимаясь и усаживаясь удобнее. Дар посмотрел на него удивлённо.

‒ Какой парень? Здесь никого не было.

‒ Как не было? Он только что скрылся вот в той стороне, ‒ Эрай указал пальцем в ту сторону, где скрылся его незнакомец. Гвардейцы покачали отрицательно головами.

‒ Мы только что оттуда, Ваше Величество, и никого не заметили.

‒ Здесь всего несколько минут назад был молодой темноволосый эрган. Немного старше двадцати лет, высокий, очень красивый, в одних штанах и с охапкой одежды в руках. Вы хотите сказать, что он мне привиделся? Могу уверить, что он вполне материален.

‒ А где твой амулет? ‒ встревоженно вдруг спросил Дар. Король провёл рукой по своей шее, но кроме артефакта творца там ничего не было.

‒ Кажется, он его сорвал, ‒ поражённо пробормотал Эрай.

‒ Как? Это невозможно. Амулет может снять только Архимаг Сларр.

‒ Невозможно, но факт. Этот брюнет с золотинкой сделал именно это.

‒ С золотинкой? ‒ переспросил, нахмурившись, Дар. ‒ Ты хочешь сказать, что в его волосах была золотая прядь?

‒ Да. А что?

‒ Вы свободны, ‒ махнул рукой советник гвардейцам. ‒ Собирайте лагерь, мы скоро выдвигаемся в путь.

‒ И к чему такая секретность? ‒ Эрай внимательно следил за расползающейся ехидной улыбкой на лице старого друга. ‒ Ты что-то хочешь мне сказать?

‒ Эрай, когда ты думаешь не тем местом, ‒ Дар кивнул на пах мужчины, прикрытый рубашкой, ‒ прости уж мою откровенность, то сразу начинаешь глупеть. Припомни, пожалуйста, сколько в нашем королевстве на данный момент эрганов с золотой прядью в волосах?

‒ О нет… Он же несовершеннолетний! Дар, скажи, что это не он, ‒ умоляюще посмотрел на друга Эрай. ‒ Это же ходячее искушение! К тому же он был один, без сопровождающих или охраны. Да и выглядит этот парень старше.

‒ Я не знаю, как он выглядит, не видел, но в нашем королевстве есть только двое эрганов с золотой прядью в волосах: ты и Этариан Кейр Драсс. Других нет. Ты чуть не соблазнил моего будущего родственника, Эрай.

‒ Я не виноват! Он мне ответил, Дар. Ответил! Для несовершеннолетнего моё сокровище слишком темпераментное.

‒ Значит, его совершеннолетие уже скоро. Гормоны уже играют. Придётся немного подождать, и тогда поиграешь и с ним, повеса. Может, во дворец? ‒ с надеждой спросил Дар.

‒ Теперь точно нет. Я хочу его вновь увидеть. Хочу убедиться, что парень, которого я встретил здесь действительно наследник герцога. Может, я ошибся и у него… русая прядь, а не золотая?

Дар покачал головой, представляя, насколько весёлые его ждут дни. Эрай не привык получать отказ, и парень зажёг в нём нешуточный интерес. И что делать? Не хотелось бы, чтобы пасынок его брата стал любимой игрушкой короля. Эрайден хороший человек, но такой повеса…

Глава 20

Я был зол. Очень. В первую очередь на себя самого. Это надо же было повести себя, как подросток в пубертатный период! Целоваться с первым встречным, причём, до скрежета зубов, до искусанных и припухших губ. До безумного жара в крови. К стыду своему должен признать, что моего сопротивления хватило ненадолго. Стоило этому… я понятия не имею даже кто он такой… Но стоило ему коснуться меня руками, как я тотчас почувствовал дикую волну возбуждения, чуть не изгнавшую из моей головы последний разум. А когда его наглый язык вторгся в мой рот, я… О, вправь мне мозги, богиня Дайра! Вместо того, чтобы укусить наглого вторженца, я почему-то приласкал его своим языком. Даже сейчас моя кровь бурлит не только от ярости, но и от безудержной страсти. А ведь не должно так быть. До совершеннолетия мои гормоны не должны так играть. Да, я начал чувствовать лёгкое волнение при взгляде на подтянутые тела тренирующихся воинов, на полураздетое тело Аша, частенько валяющего в моей кровати, когда мы болтаем вечерами. Но это почти тоже самое, что увидеть по телевизору симпатичную особь мужского пола и прищёлкнуть языком от удовольствия созерцания. Но не больше! А тут у меня сорвало крышку, как у кипящего чайника. Я ведь даже не чувствовал, как его ладони скользят по моему обнажённому телу, пока он не подобрался к моей заднице. Еще немного и меня развернули бы и отымели, а я особо и не возражал бы. О несостоявшейся потери девственности я не переживал, мне не понравилось то, что я чуть не потерял её неизвестно с кем. Эрганы не осуждают связи до брака, просто… Хотелось бы всё же сделать это с тем, кто мне снится.

Я шёл по замку и ругал себя последними словами за несдержанность, но нельзя не признать, экземпляр мне попался поразительный. Неудивительно, что я вспыхнул как спичка. Аристократ однозначно, слишком правильные черты лица, породистые, как говорят на Земле. Поистине мужские черты: высокий открытый лоб, густые брови, прямой нос и изящные скулы, упрямый подбородок, а губы… Это отдельный разговор. Они мягкие и жесткие одновременно. Такие губы покоряют, завоёвывают. Чётко очерченные, немного полноватые, притягательные. И ко всему этому впридачу наглые, озорные глаза! Цвет волос я не разобрал: то ли светло-русые, то ли белые. Они были собраны в косу, а я так бесился, ругался и одновременно пытался успокоить собственные разбушевавшиеся гормоны, что рассмотреть просто не смог. Когда тащил это мускулистое рослое тело, бьющее в пароксизме оргазма к берегу, вообще предпочёл на него не смотреть. От греха подальше. А затем натянул штаны в темпе вальса, быстро подхватил свои вещи и дёру. А какие у него действительно были волосы-то? Хм-м. Возвращаться не буду! Ни в коем случае. «Тари, тебе необходимо остудиться. Холодная ванна самое необходимое в настоящий момент», ‒ убеждал я сам себя, залетая в свою комнату и сбрасывая одежду. Что самое интересное, Куся летел рядом со мной и помалкивал в тряпочку. Он-то проспал всё самое интересное, оставшись у ворков.

Ужин прошёл во вполне спокойной и дружелюбной обстановке. Гость, как поведал мне отец, с которым я успел переброситься парой слов, с удовольствием прогулялся по пёстрым торговым рядам, посмотрел немного цирковое представление, отведал разнообразных угощений. Дара, как министра финансов заинтересовала наша идея, и он решил проводить такие мероприятия по всему королевству, давая привилегии именно мастерам, а не магам. Правильно, поощрять ремесла дело необходимое. У нас для него были приготовлены две папки: одна с разнообразными идеями по экономическому развитию, а другая папка содержала материалы по уже проделанной работе. Была ещё одна особая папка, приготовленная для передачи королю Эрайдену, где содержались факты, касающиеся эрганов: их боеспособности, включая новые и старые возможности, разработки серебряных амулетов-щитов и посеребрённого оружия, новые магические конструкты, плетения и схемы на основе пентаграмм и пентаклей. Плюс ко всему этому там были собраны материалы, касающиеся наших подозрений относительно деятельности Архимага Сларра и его подопечных. Я включил туда и сведения из дневника Элира Тейросса, и свои собственные выводы. Может быть они и ошибочны, но исключать их не стоит. Не бывает дыма без огня.

Передать папки мы решили после ужина, во время нашего обычного ежевечернего сбора в гостиной за чашкой грая и вазочкой, большой вазочкой, печенья, пирожных и конфет. Я упомянул однажды о разнообразии земных сладостей, и зерно упало на благодатную почву. Мы с отцом дружно взялись за кулинарно-кондитерские эксперименты, удачно соединяя валарскую кухню и земную. У нас так замечательно, а главное продуктивно пошло это дело, что впору открывать сеть ресторанов и кондитерских. За ужином я отметил, что младший братец Эла соизволил испробовать почти все блюда, особо отметив копчёные острые колбаски. Высокий, худощавый, или скорее жилистый молодой эрган, а аппетит, как у борца сумо. Это я к тому, что вернувшись во дворец, заметил, как перед моим носом слуга пронёс в гостевую комнату полный поднос еды. Вот я и подумал, что у Дара ускоренный обмен веществ, если всего лишь через час после такого обильного перекуса он смог оценить ужин.

После застолья мы дружной весёлой компанией перебрались в гостиную, где потихоньку начали обсуждать дела. Первым делом Дару были вручены папки с отчётом по нынешним торговым делам и будущим договорённостям: там были предложения от торговцев-людей и наших местных купцов, рейтинги товаров, производимых мастеровыми из гнордов и эрганов, перечень зелий и настоек друллов, которые пришлись по вкусу людям. Дарить всё это королевским чиновникам мы не собирались, а вот взять в долю были настроены. С них льготные условия торговли, с нас товар. Дар быстро пробегал глазами строчки и довольно улыбался. Ему явно нравилось то, что он читал. Закрыв папку, он подхватил вазочку с орешками в шоколаде и в задумчивости отправился к открытому окну. Забросил пару штук в рот, с удовольствием похрустел, оставил вазочку на подоконнике и вернулся на диван. В задумчивости уставился на Эла и моего отца. Затем спросил:

‒ Результаты проделанной вами работы просто замечательны. Я думаю, что король примет ваши условия. Процент от сделок более чем щедр. Но… Эларил, скажи мне, кто вам подсказал? Кто всё это придумал?

‒ Ты сомневаешься в моём уме, или в уме моего избранника? ‒ сощурил хитро глаз Эл.

‒ Братец мой, ты никогда не славился талантами дельца. Учёный, исследователь, в какой-то степени авантюрист, но финансист? В это я не поверю, уж прости. Да и Вы, Эфрайн, как и ваш покойный муж действовали старыми проверенными методами, удерживая герцогство на плаву. Вы стабильно платили налоги, заботились о своих подданных, но богатством не блистали. А тут, совершенно вдруг, род Драсс за несколько лет возвращает былое богатство. Да и этот великолепный новый замок вместе с городком вырос весьма внезапно. Ты ничего больше не хочешь мне рассказать? Ведь была же причина, почему ты находил бесчисленное множество отговорок, чтобы я не сунул нос в твои дела.

‒ Мы должны признаться, Дар, что у нас действительно были основания многое скрывать от вас, как от особы приближённой к власти, ‒ осторожно подбирая слова начал говорить мой отец. Разговор впереди предстоял сложный. А разве легко обвинить теневого правителя собственного королевства в измене? Нелегко, даже если это происходит в приватном разговоре. Но пришло время искать союзников.

‒ Здесь есть кто-то ещё, ‒ прошипел мне на ухо Куся. Он умел становиться абсолютно невидимым, если считал это нужным, или когда я просил его. Мне не хотелось показывать Дару наличие у меня цедари.

‒ Что ты имеешь в виду?

‒ В кресле у окна кто-то сидит, прикрывшись щитом, ‒ продолжил тихо шипеть мой фамильяр. ‒ Сидит и конфеты точит.

Куся с лёгкостью впитал не только перлы советского кинематографа, но и некоторые словечки, которыми мы обмениваемся с Ашем. Кстати, этот прохвост загулял. Невеста у него появилась. Говорит, что ничего серьёзного, но дома уже три ночи не ночует. У всех личная жизнь, только я, один одинёшенек, эротическими снами мучаюсь. Присмотревшись туда, куда направил мой взор цедари, я с удивлением заметил, как конфеты поднимаются в воздух и где-то исчезают. И кто это у нас тут такой?

‒ Кусенька, солнышко моё, а ну-ка прошепчи этому невидимому шпиону что-нибудь на ушко, а я магией добавлю, ‒ прошептал я своему дружку и отправил его на задание.

‒ Гюльчатай, открой личико!

Когда вопль моего фамильяра раздался в комнате, я, едва сдерживая смех, пульнул в предполагаемого шпиона небольшим, размером с орех огненным шариком. С кресла раздалось громкое ругательство, кто-то вскочил и замерцал плёнкой магического щита. В тот же миг события понеслись с бешеной скоростью: Иртон и Эл приняли боевую форму, вызвав у Дара и невидимого гостя такой удивлённый вопль, что лично у меня едва не заложило уши. Отец и Гвейн предпочли остаться в обычной ипостаси, только выхватили кинжалы из ножен. И правильно, наша гостиная весьма просторна, но четырём эрганам в боевой форме здесь всё же будет тесновато. А ещё вдруг раздалось громкое шипение, и на пол свалился голубовато-алый клубок, машущий лапками, крыльями и хвостами. Через миг он распался на двух маленьких цедари-дракончиков. Они удивлённо стали принюхиваться друг к другу, и что-то тихо шипеть и посвистывать. Дар тем временем переместился в сторону окна, явно пытаясь прикрыть собой невидимку.

‒ Ваше Величество, Вы опять сбежали из дворца? ‒ Эл вернулся в нормальную форму, сложил руки на груди и уставился в пустое пространство позади своего смущённого младшего брата.

‒ Не смог удержаться и не посетить ваш новый чудесный замок, ‒ раздался позади Дара насмешливый голос и там проявился… И тут уж заорал я.

‒ Ты? ‒ мне ответили наглой довольной улыбкой. Светские речи, поклоны и расшаркивания мигом вылетели у меня из головы. В источнике кое-кто тоже светскостью не блистал.

‒ Амулет мне отдашь? ‒ спросил король Эрайден, а сомнений в его личности после слов Эла даже в голову не приходило. Моя злость вернулась с удвоенной силой. «Романтическое приключение, значит», ‒ вспомнились мне его слова, сказанные хриплым страстным шепотом.

‒ Хочешь на всю оставшуюся жизнь остаться бескрылой курицей, Ваше Величество? Перемен в себе ещё не заметил? ‒ сощурив глаза, насмешливо бросил я ему. Тот нахмурился в ответ, прислушиваясь к себе. ‒ Ядро проверь, гений.

‒ Сын, будь немного более вежлив. Этот молодой человек всё же король, ‒ произнёс отец, с недоумением глядя на меня. А вот Эл с интересом поглядывал на пытающегося сдержать улыбку брата. Дар в курсе нашей встречи?

‒ В первый раз в жизни чувствую, что оно переполнено, ‒ на красивой наглой физиономии нарисовалось неподдельное удивление. ‒ Амулет Архимага?

‒ Какой догадливый! ‒ похвалил я короля. ‒ Пироженку в награду хочешь?

‒ Хочу! Я много чего хочу, ‒ сощурив глаза в ответ, рыкнул мужчина, ‒ когда подрастёшь.

‒ Кх-х, кх-х-х, ‒ раздалось со стороны моего отца. А я почувствовал, как мои щёки заливает румянец.

‒ Амулет перекрывал доступ к нашим силам? ‒ уточнил Дар. ‒ Как давно вы об этом узнали?

‒ Немногим более двух лет назад, ‒ ответил Эл. ‒ Совершенно случайно Тари удалось сорвать амулет. Он ‒ творец.

‒ Ты смог разобраться со старыми ритуалами? ‒ Эл просто кивнул брату в ответ. ‒ Сколько времени ушло, чтобы обрести форму?

‒ Месяц.

‒ Сколько эрганов прошли трансформацию, господин Эфрайн?

‒ Все, кто проживает на территории герцогства, ‒ спокойно глядя в глаза короля, ответил отец. ‒ Нам пришлось заново учиться воевать, причём не только привычными способами, но и осваивать новые магические приёмы. Всё, что мы наработали, есть в этой папке.

Отец подошёл к небольшому шкафу, вытащил оттуда толстую папку и передал в руки королю. Пока все приходили в себя, я пристальней всматривался в стоящего в нескольких метрах от меня правителя эрганов. Его наряд порадовал мой вкус: чёрная тонкая, ладно облегающая широкие плечи рубашка, в глубоком вырезе которой хорошо просматривалась гладкая накачанная грудь; чёрный, вышитый золотой нитью приталенный жилет и узкие чёрные брюки, заправленные в высокие сапоги. Сейчас он был таким же притягательным, каким я его и запомнил. Хоть раздетый, хоть одетый он манил меня к себе. Харизму этого высокого, почти на полголовы выше меня эргана, не спрячешь никакими одеждами. А его длинные белые волосы с золотой тонкой прядью… Длинные белые волосы? Я мигом провалился в «погружение», чтобы сразу же увидеть пульсирующую красную нить между нашими сердцами. Я сглотнул, и с безнадёгой уставился на короля.

‒ Тари, что с тобой? ‒ вдруг услышал я встревоженный голос отца. Кажется, меня кто-то о чём-то спрашивал. Извините, господа, но я в прострации.

‒ Я за него не выйду, ‒ упрямо покачал я головой. ‒ Лучше пристрелите меня! Он же кобель!

‒ А я что уже успел сделать предложение? ‒ с иронией в голосе спросил король, оторвав взгляд от папки с перечнем новых возможностей эрганов. ‒ Знаешь, сокровище, то, что я сейчас просматриваю очень и очень ценно. А предоставить эти сведения ваш гражданский долг, а не цена за мою свободу.

‒ Это ещё большой вопрос, кто кому платить должен, Ваше Величество, ‒ нагло заявил я, кипя внутри то ли от злости, то ли от чего-то другого. Этот наглец меня таки заводил. Я вновь опустился в кресло и забросил ногу на ногу. ‒ Предложение Вы мне сделаете, куда деваться-то от истинной пары, а вот захочу ли я его принять? Вот в чём вопрос.

‒ Не может быть?! ‒ недоверчиво хмыкнул Эл, и я понял, что он сейчас нырнул в «погружение». Судя по расплывающемуся ошеломлению на лицах Иртона и Гвейна, они последовали его примеру. Эл, ещё раз усмехнулся, теперь уже довольно и посмотрел на моего отца. ‒ Теперь, дорогой мой, от меня уже не отвертишься. Совершеннолетие Тари через три месяца, и свою пару он уже нашёл.

‒ Эларил, я не собираюсь от тебя бегать. Я счастлив за нашего мальчика, и слово своё сдержу.

‒ Учтите, родители, я братика хочу, причём как минимум через год.

‒ Тари, ‒ простонал отец под аккомпанемент смеха Эла. Только король Эрайден, позабывший свою корону во дворце, переводил озабоченный взгляд с одного довольного лица на другое. Дар уже о чём-то расспрашивал своего брата, при этом поглядывая на своего короля. Могу поклясться, что в его глазах плясали смешинки. Все, кажется, довольны. А я? А я нет! Не хочу!

‒ Господа, постойте! Вы пытаетесь меня убедить, что Этариан моя пара? ‒ до кого-то блондинистого, наконец-то, дошло.

‒ Когда освоите медитацию, Ваше Величество, сможете сами увидеть нить, связывающую вас с Тари.

‒ Можешь поклясться, Эларил? ‒ спросил король.

‒ Клянусь своей жизнью и честью, что Этариан Кейр Драсс ваша истинная пара, Ваше Величество, ‒ ответил Эл, церемонно поклонившись. С губ короля слетел вздох. «Да не собираюсь я тебе крылышки обрезать, тоже мне вольный орёл», ‒ фыркнул я мысленно, глядя на этого страдальца. Можно подумать ему не брак, а каторга предстоит.

‒ Да не переживайте Вы так, Ваше Величество. Никто Вас удерживать не собирается. Будете и дальше трахать всё, что движется. Три фаворита это так мелко. Чем больше, тем лучше. Регенерация теперь в полном порядке будет, выдержите и пару десятков. По одному на каждый день месяца.

‒ Р-р-р! ‒ послышалось с кресла. Блондин коронованный рычать умеет?

‒ А я пока тут поживу, нагуляюсь. У нас тут тоже есть такие парни! ‒ продолжил я ехидничать. Не говорить же этой заразе, что он мне ночами спать не даёт.

‒ Ты поедешь со мной! Завтра же! ‒ Ух ты, какой тон. Королевский!

‒ Несовершеннолетним запрещено быть в королевском дворце! ‒ упрямство моё всё.

‒ Я даю моё личное королевское разрешение, ‒ сладко пропел Эрайден. ‒ До самой свадьбы будешь во дворце. У моей пары никаких левых мужиков не будет, я сказал!

‒ Извините, Ваше Величество, но меня сопровождать некому, ‒ печально вздохнул я. ‒ Отец и Эларил должны готовиться к свадебному обряду, а других родственников у меня нет.

‒ Дар будет твоим сопровождающим, Тари. Он почти твой родственник, он с удовольствием присмотрит за моим избранником. Правда, друг мой?

‒ Да, конечно, Ваше Величество, ‒ как болванчик, закивал головой Дар. Министр финансов, первый советник и почётная нянька для будущего мужа. Хорошо устроился король.

‒ К тому же, кто кроме тебя, Тари, снимет амулеты с моих гвардейцев? ‒ невинно глядя на меня, спросил Эрайден.

‒ А они симпатичные? ‒ невинно похлопал я ресницами. Кое-кто опять зарычал.

‒ Тари, угомонись, ‒ попытался всё же урезонить меня отец. Все, кто был в гостиной, деликатно не вмешивались в нашу перепалку. Рычание короля всё же подвигло моего отца на подвиг, и он решил попробовать остудить наш пыл.

‒ Хорошо-хорошо. А я вашей личной жизни не помешаю, Ваше Величество? И кстати, сколько лет мне ожидать свадьбы? Учтите, больше полугода я целибат блюсти не собираюсь.

‒ Что блюсти? ‒ переспросил меня Дар.

‒ Воздерживаться от интимной жизни, ‒ объяснил я ему, и вновь повернулся к смотрящему на меня с хищным прищуром Эрайдену.

‒ Нет, моей личной жизни не будет принесено никакого ущерба. То, что ты моя пара, пока будет держаться в секрете. Ради твоего же блага, а вот свадьба… Думаю, что лучше всего будет провести обряд через год после помолвки.

‒ А помолвка будет через сколько лет? ‒ спросил я, краем глаза заметив, как отец прикрыл глаза рукой.

‒ Помолвка состоится в день твоего совершеннолетия, ‒ торжествующе уставился на меня Его Величество.

‒ И как я понимаю, кое-кто собирается этот год с хвостом провести с пользой для себя любимого? То есть дотрахать, доиметь, долюбить всех, кого ещё не успел? ‒ прошипел я, вставая из кресла. Эрайден самодовольно улыбнулся и сложил руки на широкой груди.

‒ Тари, каждый эрган имеет право до брачного обряда на свободу личной жизни, ‒ вставил реплику Дар, устало опускаясь на диван.

‒ Да разве я против, ‒ вдруг лучисто улыбнулся я во все свои клычки, вызвал нервный тик у короля. Не ожидал? Правильно, то ли еще будет, единственный мой. Я в прошлой жизни был женщиной, так что ждите, Ваше Величество. Я мстю и мстя моя будет страшна! У него личная жизнь будет цвести буйным цветом, а меня в монахи! Прямо сейчас!

‒ А куда, кстати, наши цедари подевались? ‒ буднично так спросил Эрайден, задумчиво оглядывая гостиную. Фамильяров нигде не было. ‒ Пуйсар без меня обычно никуда не исчезает.

‒ Если они спелись, то мой Куся и твой… Пуся, наверное, смылись на кухню. Не знаю как твой, а мой редкостный обжора. Разрешите откланяться, господа. Устал я что-то сегодня.

Эрайден церемонно кивнул мне, отпуская этаким царственным жестом. Я уже почти дошёл до дверей, как вдруг мне в голову пришла идея небольшой пакости. Дар сидел на диване такой довольный, что захотелось кое-что сделать. Эри мне друг, или кто?

‒ Знаешь, Дар, я так был зол на тебя за твоё ослиное упрямство. Но сегодня я резко подобрел. Тебя ведь не за что винить, если смотреть непредвзято, ‒ надо было видеть удивлённые глаза королевского советника и моего будущего родственника, когда он слушал мою пространную речь. Стоящий рядом Эрайден тоже поглядывал с опаской. ‒ Эри мой друг и сегодня я решил сделать ему подарок.

‒ А? ‒ выдал из себя Дар и тут же задрожал всем телом и выпучил счастливые глаза, когда я дёрнул за амулет Архимага на его шее. Мурлыкая весёлую песенку, я танцующей походкой отправился на выход, а вслед мне несся смех моих родных и оргазменные стоны одного слишком упрямого эргана.

Глава 21

На следующее утро король Эрайден, чтобы он долго жил, довольно ухмыляясь и явно предвкушая будущее веселье, стопроцентно основанное на изматывании моего терпения, личным порталом отправился восвояси. Я же, прихватив горящих азартом новых приключений Аша и Кусю, не спеша выехал с Даром. Наша кавалькада должна была добраться до столицы дня за три, если в дороге ничего не случится. Я молча ехал и раздумывал над тем, что судьба в любом из миров имеет специфическое чувство юмора. Вот честное слово, королём становиться я совсем не мечтал. Как я уже когда-то говорил, любая власть это редкостный геморрой. А зачем оно мне надо? Правильно, незачем. Но, как говорится, получите и распишитесь. Моим избранником оказался бесспорно красивый и мужественный, а в придачу ещё и умный эрган, но, как ложка дёгтя в бочке мёда, он ещё и на редкость дерзкий и наглый. Он поставил меня перед фактом, видите ли, что до свадебного обряда он будет гулять как мартовский кот, а я должен буду целомудрие блюсти. Разогнался! Так я и дам ему безнаказанно гулять. Помечтай, Эрайден, помечтай. У меня много способов помотать тебе нервы. И один из них сегодня ночью я обязательно использую. Я даже чуть не засмеялся вслух, представив, какая весёлая жизнь будет у Его Величества до свадьбы.

‒ Вот смотрю я на тебя, Тари, и почему-то начинаю сочувствовать своему другу, ‒ хмыкнув, произнёс путешествующий рядом со мной Дар. Я, сделав безмятежное выражение лица, лишь удивлённо поднял бровь. ‒ У тебя такое хищное личико было пару минут назад. Строишь планы мести?

‒ Скорее он планирует, как будет строить короля, ‒ ухмыльнулся Аш, материализовавшийся позади меня на седле. Мой конь давно уже привык к трюкам ворка и совершенно его не боится. Аш, обернувшись в зверя, периодически забегал вперёд кавалькады и проверял местность. В плане разведки до ворков эрганам далековато. Серые хитрецы умеют прекрасно маскироваться как среди лесной чащи, так и среди камней. В отличие от эрганов, имеющих в боевой ипостаси весьма яркие расцветки, ворки в основной своей массе имеют масть от светло-серого и пепельного до тёмно-серого и почти чёрного цвета. Краш, со своей белоснежной шерстью является исключением.

‒ Строить? Эрая? Не уверен, что это получится.

‒ Получится, или не получится, это не так уж важно. Главное то, что спокойной жизни у Вашего Величества не будет. Тари бывает очень изобретательным, особенно если ревнует, ‒ сдал меня Аш. Ну да, я ревную. Как представлю эту свору королевских фаворитов, так готов порвать всех к чертям собачьим. Как на Земле говорят: «Я не ревную, но дом сожгу!»

‒ Не стоит ревновать, Тари. Он спит с ними, но ни одного из них не любит. Я знаю Эрая слишком давно и очень хорошо. Он здоровый, молодой, полный сил мужчина. Ему необходима физическая разрядка, иначе он всех вокруг сведёт с ума.

‒ И ты предлагаешь мне спокойно так смотреть, как вокруг него вьются шлюшки всех мастей? Особенно сыночек Архимага, который даже во сне, наверное, примеряет королевскую корону.

‒ Фи! Терпеть его не могу. Миленькая внешность, сладкий голосок, но какая же мерзкая натура, ‒ бедного Дара просто-таки перекосило от воспоминаний о данном субъекте.

‒ Наступил на любимый на мозоль? ─ не удержался я от ехидства.

‒ Не люблю лицемеров. Притворяется благовоспитанным и верным, а сам на редкость озабочен. Эрай делает вид, что не знает о том, что сынок Архимага гуляет по притонам. У него есть тайная страсть. Его заводит подглядывание за сомнительными развлечениями, такими как пьяные драки между моряками, разборки между бандитами и ворами. Чем больше крови и унижений он видит, тем больше это его возбуждает. У него есть несколько тайных любовников из низов. Он с удовольствием их пользует, удовлетворяя свои фантазии.

‒ Ему не противно с ним спать?

‒ Эраю? ‒ я кивнул в ответ. ‒ Он тоже удовлетворяет свои фантазии. Этому парню нравится, когда его связывают, а Эрай иногда любит поиграть. У сыночка и папаши есть определённая схожесть в характере и внешности, так что когда король особо зол на Архимага, он с удовольствием имеет его сына.

‒ Я смотрю, король с тобой достаточно откровенен.

‒ Как сказать. Лет десять назад он был влюблён. Так вот… Я до сих пор не знаю в кого. У них была интимная связь, но Эрай так и не назвал мне имя.

‒ Значит, король откровенничает с тобой только о тех, кого ни во что не ставит? ‒ вклинился в разговор Аш. ‒ Не хотелось бы думать, что он болтун.

‒ Эрай не часто откровенничает, просто эти трое являются постоянными любовниками на протяжении уже нескольких лет. Манипулируя этими тремя весьма заинтересованными молодыми эрганами, король удерживает на расстоянии от себя тех, кто очень желает занять законное место рядом с ним. А таких желающих много.

‒ А как же риск родить ребёнка с осколком души? ‒ удивлённо спросил я. ‒ Такой королевский наследник это большая проблема.

‒ Хранилище душ рода Драссгар очень обширно. Там хранятся кристаллы душ всех королей эрганов, начиная с самого первого, коронованного лично богиней Дайрой перед Великим Переходом. Ребёнок даже не от истинного эргана был бы полноценным. Быть может, он был бы не таким сильным, как отец, быть может, он не смог бы иметь крылья, но в нашей ситуации это не выделялось бы на фоне других.

‒ Амбиции, амбиции, амбиции, ‒ проворчал я. ‒ Поведай-ка мне, Дар, о двух других Стражах тела нашего короля.

‒ Самый опасный среди них, сынок Архимага. Этот если узнает о тебе, то вместе с папашей вполне могут применить кардинальные меры по устранению тебя. Сдаётся мне, в этот раз вечный регент хочет посадить на трон свою кровь, тем самым выйдя на первый план. А двое других фаворитов это…

‒ Они отступят в сторону, если узнают про найденную истинную пару? ‒ старая истина о том, что осведомлён, значит, вооружён, актуальна в любом мире. Я хотел выработать план, как действовать во дворце.

‒ Думаю, что да. Один из них просто глупенький, но изобретательный мальчик, которым дёргает за верёвочки амбициозный отец. У парня есть слабость, он помешан на модных тряпках. Он боится попасть в глупое положение, боится стать предметом сплетен.

‒ А как же то, что он королевский любовник? ‒ хмыкнул Аш.

‒ В какой-то степени это честь, Аш. И мечта подняться ещё выше.

‒ А третий? ‒ продолжил я.

‒ Этот эрган имеет слишком раздутое самомнение. У него слава самого красивого молодого парня в столице. Как по мне, он слишком сладкий, до приторности. Для него внешность стоит на первом месте. Так что ты, Тари, станешь для него мишенью номер один. Он первым унюхает опасность.

‒ Значит, что мы имеем: лицемерный подонок, глупый модник и гонористый красавчик. На любой вкус и цвет.

Ближе к ночи мы остановились на постоялом дворе. Для нас уже давно были готовы комнаты. Поужинав, я уединился у себя и достал кое-что, над чем работал большую часть вчерашней ночи. Пока мы препирались с Эраем в отцовском кабинете, я машинально успел срисовать плетение с его амулета. Меня привлекла вложенная в него аура творца. К тому же было в нём что-то очень знакомое. И я вспомнил. Элементы этого амулета и часть плетений была в последнем дневнике Элира, на самых последних страницах. Оттуда мы с Элом взяли элементы для нашего амулета щита. Я тут же достал дневник и принялся дополнять недостающее, благо оригинал я видел. Через час у меня было готовое плетение для амулета. Портальную его часть я отбросил за ненужностью, а вот невидимость заставила меня задуматься. Точнее, меня заставила призадуматься моя любовь к шалостям. Невидимость, та же иллюзия. И вот тогда мне и пришла идея, которую я реализовывал почти до самого утра. Благодаря мастерам-ювелирам у меня было много заготовок и украшений. Для моего нового изобретения я выбрал овальной формы атрин в серебряной оправе. Наложив на него изобретённое плетение, я задумался ненадолго, как с ним поступить дальше. Кулон сделать из него банально, кольца я не особо уважаю, а вот то, что пришло мне в голову, было весьма оригинально. Наложив на обратную сторону украшения простое плетение магической липучки, я закрепил его у себя на лбу. Чем не третий глаз? С моей новой причёской смотрелось очень даже ничего. Кстати, из Аша получился прекрасный стилист. За мой внешний вид теперь отвечал ворк. Первым его экспериментом на поприще парикмахерского искусства стал Эл. Потом рискнул и я. С помощью Гравителя Аш получил всё, что было у меня по модным стрижкам. Когда сидишь в салоне и ждёшь свою очередь, столько журналов успеваешь пересмотреть. Никогда не думал, что эта макулатура может мне пригодиться. Теперь между прядями моей рваной чёлки красовался зелёный атрин. По своему желанию я мог менять иллюзию, её размер и форму. Это мог быть невидимый полог, как у Эрая, а могло быть и что-то другое. Воображение у меня весьма богатое.

Изобразив высокую тёмную фигуру с глухим капюшоном на голове, со светящимися зловещими зелёными глазами, мерцающими белым светом длинными тонкими клыками и капельками алой крови на костлявом подбородке я переместился на кухню. Мне же необходимо было проверить действие иллюзии. Громкий визг поварят показал, что у меня всё получилось. Я ретировался в свою комнату, спрятал амулет в сумку и со спокойной душой пошёл поспать пару часов. И вот теперь, вновь пришла пора пустить его в дело. По словам Дара мой благоверный ни одной ночи не проводит в постели в одиночестве. Его фавориты сменяют друг друга. Прямо, как на заводе: ночка через две. Видимо, чтобы не устали ублажать государя. Время было позднее, и Эрай должен уже был быть в своих покоях. Я сосредоточился и переместился в аккурат ему за спину, где в тот же миг активировал невидимость и неслышными шагами спрятался за балдахин кровати. Мой жених изволил отправиться принимать водные процедуры, но перед этим впустил в комнату стройного симпатяжку с причёской-горшком, губками бантиком и в гламурных одёжках. Вероятно, это у нас «глупый модник». На подонка не тянет, на заносчивого кретина тоже. Ну, что сказать? Когда Эрай вышел из ванной, в его покоях были тишь да благодать. Любовник сбежал, причём очень и очень стремительно, и стуча от страха зубами. Я полюбовался на его озадаченное лицо, набросил на дверь и окна плетение магического замка, чтобы до утра ещё кого не притащил, а затем подошёл со спины и прошептал:

‒ Спокойной ночи, дорогой. Не шали!

Реакция у Эрая отменная, но мне удалось удрать. Телепорт! Через пару минут в мою комнату стучался Дар. Ему был отдан категорический приказ изъять у меня амулет-телепорт. На что я, смеясь, только развёл руками. Чего нет, того нет. Дар повздыхал над своей тяжкой долей, а затем уселся ко мне на постель, к нему тут же присоединились Аш с Кусей, и эта весёлая компания устроила мне форменный допрос. Пришлось каяться. Дар попытался было меня урезонить, но я просто спросил, как бы он отнёсся, если бы такое заявил Эри. Ответ оказался очевиден. К тому же Дар признался, что прошлой ночью его избранник ему приснился (амулет Эри я давно изъял, заменив на щит). Мнение упрямца кардинально изменилось, стоило Элу накануне промыть ему мозги, достаточно красноречиво объяснив, кем на самом деле является Эри, и что парень никогда не был на стороне своего дяди. В общем, Дар меня понял.

На следующую ночь ситуация в королевской спальне повторилась, но с небольшой разницей. Когда я увидел гламурного горделивого красавчика, моя тактика изменилась. Вместо того чтобы пугать, я решил «убить» его морально. Пока Эрай принимал водные процедуры, квадратным от удивления глазам его второго фаворита явился… Леголас! Пришлось примерить образ Орландо Блума, правда, в более эротично-соблазнительном виде, то есть полуголом. Рядом с таким красавцем бедняга почувствовал свою неполноценность и со слезами на глазах, прихватив монатки, слинял из спальни. Похоже, я хотел выстрелить по его раздутому самолюбию из пистолета, а пальнул из Царь-пушки. Парень, конечно, очень красивый, но лечить надо. Потом ещё спасибо скажет. После моего возвращения опять прибежал Дар. Кое-кто, кому опять придётся спать в одиночестве, высказал ему претензии за недосмотр за мной любимым. Я поведал своей няньке подробности второй вылазки под большую чашку грая и целую тарелку ароматных булочек. И естественно, что нашу компанию дополняли Аш и мой фамильяр, слопавший половину угощения.

А вот в третий раз я вернулся злой, как чёрт. Мои друзья меня уже поджидали в комнате. Сегодня была последняя ночь, которую я проведу в своих владениях. Завтра мы будем уже ночевать в королевском дворце. Я пометался, ругаясь на чём свет стоит, по комнате, а потом рухнул в кресло.

‒ Что случилось? Эрай тебя поймал? ‒ в два голоса засыпали меня вопросами Дар и Аш.

‒ Нет. Но сегодня притащил любовника сам, потом долго кружил по комнате, и только не найдя меня пошёл в ванную. Мне ведь не всегда необходимо при переносе думать о том, к кому я хочу переместиться. Я могу просто портануться в знакомое мне место. Сегодня я выбрался пораньше и спрятался, да ещё и прикрылся щитом.

‒ Тогда что тебя так разозлило? ‒ спросил Дар, вольготно устраиваясь на моей кровати.

‒ Не что, а кто. Почему ты не сказал мне, что сынок Архимага совсем больной? У него же крыша уехала давно и адрес забыла оставить! Он увидел это, ‒ я подскочил на ноги и набросил на себя иллюзию Халка, только с зубами как у орков, с вытаращенными глазами и клыками, как у аллигатора. Дар с перепугу свалился с кровати, а Аш обратился в свою звериную форму и только Куся продолжал спокойно таскать из вазочки на столике печенье.

‒ Тари, ты меня так заикой сделаешь, ‒ заползая обратно на кровать, проворчал Дар. Аш помотал косматой головой и запрыгнул за ним, только там приняв свой обычный вид.

‒ Ребята, вот вы нормальные, потому что испугались этой образины. А тот идиот меня, во-первых, едва не закапал слюной от вожделения, во-вторых, чуть не изнасиловал. Пришлось дать в морду и выбросить за дверь. Он совсем, совсем больной. Нимфоман, блин!

Вместо слов поддержки, в которой так нуждалась моя бедная психика, эта троица начала дружно ржать, катаясь по моей же кровати. Я обиделся, налил себе большую чашку грая, отобрал у Куси вазочку с печеньем и стал лечиться. У меня моральная травма.

Столица, Рассгарион, меня впечатлила: красивые дома, улыбчивые лица, пёстрые одежды и… наглые маги гильдии. Они вели себя как полноправные хозяева. Большая часть торговых лавочек и магазинчиков имели над своими дверями знак гильдии магов. Н-да. Надо трясти этих красавцев за мошну, заставлять работать, а не благоденствовать за чужой счёт. И Дар, услышавший моё недовольное ворчание, был полностью со мной согласен. По одному из старых указов Архимага гильдия изволила платить самый низкий налог в королевскую казну. Наверное, как самые бедные жители королевства. А Совет Родов не горел желанием сталкиваться с гильдией по этому вопросу.

Королевский дворец… Это чудо! Настоящее чудо. Тот творец, который его создал, был однозначно гением. Здание словно парило в воздухе, окутанное облаками. Во дворец вели четыре входа, по одному на каждую сторону света и соответственно было создано четыре ажурных каменных моста. Красивая набережная огибала озеро и по ней прогуливались парочки, гости столицы. От круговой набережной тянулись четыре улицы, ведущие к площадям, на которых были расположены самые дорогие магазины, торгующие всем: от амулетов до одежды и предметов утвари. Там же были и здания посольств. Сам город тоже делился на четыре сектора, точнее, квартала, которые так и назывались: Северный, Южный, Восточный и Западный. В Северном квартале находилась Академия Артефакторики и Бытовой Магии, а также здание Гильдии Магов. Здесь же были расположены дома знати. В Южном Квартале в основном были воинские казармы, дома высоких воинских чинов, а также жилища простых офицеров и их семей. В Западном и Восточном кварталах жили в основном гнорды и друллы, так как там была сосредоточена основная масса отелей и гостиниц, где и работала большая часть из них. Ближе к околице столицы проживали обычные простые эрганы. Но даже там домики были аккуратными, ухоженными.

На набережной, неподалёку от южного входа во дворец я приметил весьма интересное сооружение, возле которого стоял караул из королевских гвардейцев. Идеальный каменный круг в три ступени, испещрённый знаками. Над ним возвышалась арка из чёрного камня, тоже вся в таких же знаках. Дар объяснил мне, что это и есть тот самый созданный богиней Дайрой портал, через который предки эрганов пришли в Валар.

С королём сразу после приезда мы увиделись лишь на несколько минут. Дар, устроив нас с Ашем в апартаментах рядом с теми, где жил он сам, унёсся по своим делам. Их у него собралось достаточно. Мы условились, что он зайдёт за нами вечером. Вот Эрай и наведался к нам в гости на несколько минут, пройдя потайными коридорами. Он позыркал на меня грозно, помахал руками и громко пофырчал, выражая возмущение моими действиями, но видя, что это не возымело действия, демонстративно развернулся и исчез, отправившись заниматься дальше важными государственными делами.

Каждый вечер в большом зале дворца проходили встречи в неформальной обстановке с музыкой, танцами и угощениями. Там заодно велись деловые беседы, заключались выгодные браки и сделки, переплетались нити интриг и любовных приключений. Светская жизнь била ключом. Меня официально, как наследника герцога Гроссвернор, представили королю Эрайдену. Мы с Эраем сделали вид, что видим друг друга первый раз в жизни. По легенде, придуманной нами, первый советник Совенсс испросил у короля разрешение на визит своего несовершеннолетнего будущего родственника в столицу и таковое получил. Сразу после представления королю Дар утащил меня на середину зала, где познакомил со своими друзьями. К нам тут же устремились и другие эрганы, напомнив мне стаю пираний, учуявших вкусную добычу. Ну, да ведь я теперь не только наследник древнего рода, состоящего в родственных связях с королём, но и выгодная партия. Возросшее как на дрожжах благосостояние нашей семьи в столице не обсуждал только ленивый. Продефилировав пару раз через зал туда-сюда, я ретировался на верхнюю галерею. Таланта флиртовать у меня никогда не было, пришлось натянуть маску сдержанности и обаяния. Здесь меня нашёл Аш, также пользовавшийся популярностью в этот вечер. Ворк в приличных одеждах, да с манерами великосветского денди, вызвал не меньший фурор, чем моё появление. Знали бы эти аристократы, сколько сил пришлось приложить моему отцу, чтобы так облагородить вредного и упрямого ворка. Главным аргументом, который заставил Аша измениться, было то, что я могу в столице без него попасть в беду. Читая эмоции окружающих, как книгу, этот лохматый эмпат только презрительно фыркал. Большинство хотели с ним переспать, кое-кто более знающий предлагал перейти на службу, а кто-то планировал с помощью дружбы с ворком подобраться ко мне.

Наблюдать за светской жизнью с галереи было даже интереснее, чем прогуливаясь внизу. Настроение у меня было отличным, особенно если вспомнить те гневные взгляды, которые бросал Эрай на своих придворных, которые резво бросились осаждать мою крепость. Неужели ревнует? Если будет вести себя так и дальше, то спалит всю контору. Но моё настроение было испорчено вмиг, стоило в зале появиться Эфусу, который Сларр. Слащавый любитель зелёных образин первым делом хозяйским взглядом окинул зал, выцепил Эрая и танцующей походкой отправился к нему.

‒ Всплеск твоих эмоций говорит, что этот парень и есть сыночек Архимага, ‒ произнёс, рассматривающий толпу внизу Аш.

‒ Он самый. Не идёт, а пишет, красавец, ‒ процедил я, сощурив взгляд.

Эфусу до короля оставалось пройти несколько метров, когда мне в голову пришла очередная идея. По периметру галереи в кадках росли какие-то карликовые уродцы, то ли деревья, то ли корявые кусты. Я подхватил от каждого из них по нити потока жизни, подсоединил их к созданному мной плетению и аккуратно опустил его прямо на макушку по-идиотски стриженой головы Эфуса. Через мгновение его волосы начали расти и удлиняться. Он сам перемены в себе заметил не сразу, продолжая шествовать к намеченной цели, а вот другие эрганы заметили. Через пять минут волосы достигли пола и… Эфус, наконец, заметил проблему. Правда для этого ему пришлось на эту самую проблему наступить и шлёпнуться на пол. Он тут же возопил о помощи. Кто-то откуда-то притащил ножницы, но ничего не получилось. Волосы-то обрезали, а вот остановить их рост не смогли. Подпитываемые магией жизни они росли и росли, покрывая зал вокруг мягким шелковистым ковром. Эфус некрасиво вопил и ныл, уже не прося, а требуя остановить безобразие. Эрай в спасении своего фаворита не участвовал. Сидел в кресле на своём возвышении, и наблюдал за спектаклем, периодически бросая взгляды на галерею. Я видел, что он посматривает на меня и не мог понять, что именно было в этих мимолётных взглядах. Вот гнева там точно не было. Зато я заметил там, кроме смеха, кажется, восхищение и… страсть? Через час многим надоело смотреть на местную Рапунцель, а волос Эфуса хватило бы на сотни три париков и местная тусовка потихоньку стала расходиться. Я тоже решил уйти. Жизни карликовых уродцев в кадках должно было хватить на полчаса, а потом они окончательно засохнут, а вместе с ними умрёт и моё плетение. Эрай, кстати, тоже уже ушёл, сославшись на срочные дела. Поощрить его, что ли за такие интересные взгляды в мою сторону? Эротический сон будет неплохой наградой. Я вспомнил, что снами можно ведь и управлять, для этого стоит лишь осознать себя в собственном сне. И сегодня я попробую это сделать.

Глава 22

Осознать себя во сне оказалось сложно, но возможно. И теперь передо мной королевская спальня, а на большой роскошной кровати раскинулось тело Эрая. Оно прикрыто лишь тонкой простынёй, абсолютно не скрывающей линии его соблазнительного тела. Лежит на спине и спит. Такой умиротворённый, и ничего не подозревающий о моих коварных планах. Во сне можно делать всё, что душе угодно. Я театрально щёлкнул пальцами, и руки моего мужчины оказались привязаны к высокому резному изголовью шелковыми широкими лентами. Простыня слетела в сторону, открывая мне поле для деятельности. Мои пальцы пробежались по плечам, ущипнули горошины сосков, заставив Эрая вздохнуть и открыть глаза. Удивление быстро сменилось понимающей улыбкой. Я улыбнулся в ответ и мир вокруг завертелся. Вместо привычной уже королевской спальни было усеянное звёздами пространство, наполненное тихой чарующей музыкой. Для моей затеи прекрасно подошли арабские мотивы: ритмичные, то замедляющиеся, то убыстряющиеся, зажигающие кровь и манящие в таинственную даль наслаждения и сказки. Глаза Эрая заворожённо следят за моими действиями. Я встаю с постели и тут он, наконец-то, видит мой наряд во всей красе. Необычный для Валара, даже не спорю. Лёгкая юбка из тонкой ткани с двумя разрезами спереди, сквозь которые при движении открываются длинные стройные ноги, удерживается на бёдрах широким расшитым камнями поясом. Гладкую безволосую грудь украшает широкое ожерелье из камней. На бицепсах блестят широкие браслеты, более узкие тихо звенят на запястьях и щиколотках. Во сне мои волосы более длинные и завязаны в высокий хвост на макушке.

‒ Что ты хочешь сделать, Тари? ‒ хриплый шепот Эрая будоражит мою кровь.

‒ Подарить тебе танец, мой истинный, ‒ отвечаю ему в ответ.

Когда-то мне посчастливилось увидеть танец живота в исполнении мужчины. Кажется, это было какое-то талант-шоу. Их в последнее время столько расплодилось на телевидении, что не упомнишь и названия. Тот мужчина двигался завораживающе, и сейчас, для Эрая, мне захотелось повторить тот танец. Благо это сон, а в нём всё возможно. В моих ладонях вспыхнул огонь, и я стал медленно кружиться, плавно покачивая бёдрами. Постепенно ритм танца стал нарастать, заставляя меня двигаться всё быстрее. Чёткие выверенные движения рук плели рисунок из огня, а тело дополняло его, то изгибаясь, то кружась. Эта было словно медитация, только я погружался не в себя, а выбрасывал свои чувства, свою энергию наружу. Когда мелодия стихла, я услышал стон. Эрай смотрел на меня, не отрывая мерцающих глаз. Он был возбуждён. Танец завёл его, так же как и меня. Лёгкой плавной походкой я подошёл к нему и опустился на ложе. Осторожно раздвинул сильные ноги Эрая, преодолев его сопротивление. Мои руки коснулись подтянутого плоского живота со строгими кубиками пресса, пальцы пробежались вверх к шее, ключицам и обратно. Затем обхватили ровный налитый ствол и нежно сжали, вновь вызвав томный чувственный стон. Прогнувшись гибкой кошкой, я удобно устроился между ног и лизнул алую головку. Пальцы нырнули к поджавшейся мошонке и тоже приласкали. Мой юркий язычок порхал вверх и вниз, играя с возбуждённой плотью, как со сладким леденцом. Тело Эрая вздрагивало и выгибалось от удовольствия. Мне нравилось, как скользит влажная головка по моему нёбу, как осторожно таранит горло, настойчиво прося всё больше и больше. И я дарил ему это больше. Во сне нет стыдливости, здесь всё можно. Здесь только он и я, и никого больше. Это наш маленький мир, только для двоих. Крик Эрая, сладкий как мёд был моей наградой. Я вновь щёлкнул пальцами и мы вернулись в привычную обстановку королевской спальни. Взгляд Эрая был томным, рассеянным и счастливым. Я поцеловал его в губы и прошептал:

‒ Спи, мой любимый! ‒ А куда деваться-то? От себя ведь не сбежишь…

Когда поутру я проснулся, у меня на подушке лежала прекрасная золотисто-белая роза и маленькая записка с одним единственным словом: «Спасибо!». Кое-кто оценил мои старания. Я вдохнул аромат цветка и счастливо вздохнул. В интуиции моему блондинистому королю не откажешь. Если бы он притащил украшение, я бы заставил его съесть. Я ещё немного понежился в постели, а затем, таки заставил себя встать. Сегодня у меня важное дело. Первая партия королевских гвардейцев будет ждать меня в тренировочном зале. Будем менять их защитные амулеты, на наши, со щитом света. Аш ещё вчера начал учить их медитации. Эри тоже хотел помочь, но ему в ученики мы определили Дара и Эрая. Для Архимага интерес к племяннику со стороны короля и первого советника может показаться выгодным делом, а вот моё частое нахождение рядом с королём может вызвать подозрение. За завтраком мне составили компанию Аш и Куся, а потом мы все вместе отправились в тренировочный зал.

Бравые королевские гвардейцы выстроились сплошной шеренгой. Этих высоких и сильных молодцов было два десятка, ровно столько входило в одно подразделение. Всего их было десять. Тщательно отобранных, как один талантливых, умных и отважных эрганов. Служба в королевской гвардии среди эрганов считалась почётной, хоть и опасной. В обязанности входила не только охрана монарших особ, но так же и безопасность королевской резиденции и портала. Королевской гвардии, к неудовольствию Архимага, могли отдавать приказы только сам король и его супруг, а также первый и второй советник. Ими обычно становились самые доверенные лица. Я вздохнул, собрался с силами, окутал руку золотом магии творения и двинулся вдоль ряда парней, с интересом на меня глядящих. Хоть их и предупредили о том, что будет, но вид довольно стонущих сослуживцев вызвал у них шок. А мой Куся, проследив взглядом, как к моим ногам валится очередной стонущий от удовольствия гвардеец, выдал очередной перл:

‒ Вот иду я красивый по улице, а мужики вокруг так и падают, так и падают… И сами в штабеля укладываются!!!

В масть, что называется, попал. Я услышал сзади сдавленный хрюкающий звук и успел оглянулся, чтобы заметить, как Аш на четвереньках выползает из тренировочного зала. Он ещё и слёзы от смеха успевал вытирать по дороге, дезертир. Видимо столько оргазмов за раз для него было слишком много. Мой «оргазменный наркоман» едва не получил передозировку. Я усмехнулся и пошёл дальше валить в штабеля королевских гвардейцев.

Следующий месяц пролетел весьма весело. Днём я снимал амулеты с гвардейцев, которые смотрели на меня преданными глазами, и помогал Ашу учить их медитации и новым техникам. Стимул стать сильнее, а также найти свою истинную пару, срабатывал отлично. Вечерами же я измывался над упрямым Эфусом, который не желал понять, что двери королевской спальни для него закрылись. Он всё так же атаковал короля, а я делал ему пакости. Членовредительством пока не занимался, но был близок к этому. Почему Эрай отказал своему фавориту в ласке, я не знал, ведь он заявил мне ещё в Гроссвеноре, что не собирается до свадьбы прекращать свои похождения. Но, тем не менее, никаких любовников он больше не водил ни к себе в спальню, ни в какое-либо другое укромное местечко. Подозреваю, что дело было в наших снах, где я каждую ночь изощрялся в фантазиях.

Бывших фаворитов я в обиде не оставил, парни, как и говорил Дар, оказались понятливыми. «Модник», оглядываясь по сторонам и заглядывая с опаской в каждый тёмный угол вызывал у меня жалость и угрызения совести, а «красавчик» растерял свою спесь и ходил одинокий и потерянный. За то время, пока он был в фаворе у короля, настоящих друзей он не нажил, и теперь пожинал результат. Другие, заметив, что старые фавориты потеряли позиции, попытались было пойти в атаку, но я вышел на тропу войны. Это теперь моя территория! На запугивания всех и каждого у меня фантазии не хватит, так что попросту изменил тактику. Дьявольские рожки поменял на белые крылышки Амура, а вместо стрел использовал обоих цедари. Ссылаясь на то, что я истинная пара хозяина, Пуся присоединился к моим забавам.

С помощью «погружения» я, для начала, нашёл истинные пары бывшим фаворитам. Избранником «модника» оказался один из старших офицеров личной охраны Эрая. Не слишком родовитый, зато очень перспективный молодой эрган с немалым магическим потенциалом. Правда, амбициозный папенька «модника» воспротивился желанию сына, и мне пришлось вновь вмешаться. Это было забавно! Для усмирения строптивого и жадного аристократа я избрал образ деда Эрая, благо портрет оного присутствовал в галерее. А интонации я скопировал с Эрая, некоторые говорили, что в гневе он похож на деда. Скорая свадьба показала, что я был весьма убедителен. А вот с «красавчиком» всё вышло намного проще. Его пара была рядом, много лет вздыхая в стороне и не имея возможности стать ближе. Излишний гонор и себялюбие королевского фаворита лишили поклонника малейшей надежды на успех. Мои цедари выполнили задание на «отлично» столкнув парочку. Поклонник не растерялся, когда королевский цедари шепнул ему на ухо парочку слов, и принял их как план к действию. Так что и здесь, я думаю, свадьба не за горами. Именно так я поступал в дальнейшем с поклонниками короля, красиво находя им пары, или тонко намекая, в какой стороне их искать. По дворцу уже поползли слухи, что цедари помогают находить любовь и моим помощникам вскоре пришлось частенько пробираться по дворцу невидимыми. Но этим шалопаям это даже нравилось. И, кстати, набеги на местную кухню они теперь совершали вдвоём.

Сегодня сынок Архимага своей наглостью меня всё же достал. Во-первых, он заметил, глазастый такой, бросаемые в мою сторону королём взгляды. Во-вторых, посмел болтать, что Его Величество нашёл себе временную игрушку в лице мальчика из провинции. И начал убеждать слоняющихся по залу придворных, что как только король переспит со мной, всё вернётся на круги своя. Эфус займёт подобающее себе место, а я пойду по рукам. «Я тебе покажу подобающее место», ‒ пробормотал я, отправляя Кусю в свою комнату за маленьким пузырьком с настойкой «эрганского возбудителя» производства Ламиреля.

‒ Я чувствую, что мы на грани грандиозного шухера, ‒ прошипел мне Куся, отдавая пузырёк, и в его глазах горел огонёк предвкушения. Я улыбнулся и передал пузырёк его крылатому напарнику по шалостям.

‒ Пуся, радость моя, подлетишь к этому наглому болтуну в невидимости, капнешь в бокал пять, повторяю, пять капель настойки и летишь мухой сюда. Понял?

Пуся шикнул, выхватил пузырёк и мигом исчез в невидимости. Через пару минут вернулся и протянул мне абсолютно пустую тару. Я воззрился на неё с недоумением, а потом покачал головой. Пуся же злорадно ухмылялся. Кажется, во дворце есть тот, кто Эфуса не любит больше меня. Но делать было нечего, как говорится: что сделано, то сделано. Я повернулся вновь к залу и запустил направленное плетение, наполненное силой смерти, или разрушения. Несмотря на устрашающее наполнение, плетение для живого разумного опасности не представляло. Придумали мы его вместе с Элом чисто из хозяйственных нужд. Встроенное в мусорки, оно «съедало» всё, в чём не было жизни. То есть все отходы: изношенную одежду, обувь, битую посуду и многое другое. В случае с Эфусом, плетение за пару минут уничтожит его одежду, оставив наглеца с голой задницей посреди светского приёма. Сначала снизу раздался оглушительный вопль, а затем столь же оглушительный возбуждённый стон.

‒ Берегите пенсне, Киса! Сейчас начнётся! ‒ прокомментировал разворачивающее внизу действо Куся, а Пуся злорадно хихикнул. Той дозы, что он накапал Эфусу хватило бы на отделение королевских гвардейцев.

Ну что рассказать о прошедшем вечере? Его запомнят надолго. Озабоченный сынок Архимага показал свою извращённость во всей красе.

Отступление третье. Кабинет короля.

Эрай стоял у окна и мечтательно смотрел вдаль. В таком положении и застал его первый советник, вошедший в кабинет как всегда без стука. Короля ждали очередные послы, а он с мечтательным выражением лица смотрел в окно. Дар улыбнулся, припоминая себя. С тех пор, как Эри вошёл в его жизнь, он тоже временами вместо работы мечтательно смотрел в окно.

‒ Для короля, у которого разбежались все фавориты, ты выглядишь очень довольным, ‒ произнёс он, подходя к другу.

‒ Они не разбежались, их кое-кто разогнал.

‒ Ты на него не злишься?

‒ Самое забавное, что нет, ‒ улыбнулся Эрай, поворачиваясь к другу и советнику. ‒ Меня развлекла его маленькая война с моими поклонниками. Тари очень изобретательный парень. Благодаря его усилиям за последние полтора месяца половина столичных аристократов заключила браки между наследниками, а вторая выстроилась в очередь к нашим цедари в надежде, что и им подскажут, где искать истинную пару.

‒ Не говоря уже о том, что многие из этих наследников, найдя свою пару, наконец-то переключились с тебя на более полезную обществу деятельность.

‒ Знаешь, Дар, он сводит меня с ума каждую ночь… Я с нетерпением жду того момента, когда приду к себе и усну, чтобы вновь увидеть его. Он моё вредное упрямое Сокровище.

‒ Тогда зачем ты притащил в первую же ночь по возвращении во дворец к себе фаворита?

‒ По привычке, Дар. Просто по привычке. Когда я вышел из ванны и столкнулся с проделкой Тари, то только в первый момент разозлился, а затем… Даже вздохнул с облегчением.

‒ А на вторую ночь? Опять сработала привычка? ‒ скептически хмыкнул Дар.

‒ Нет! ‒ рассмеялся король. ‒ Я ждал, что Тари опять придумает. Кстати, я видел его иллюзии и всё, что происходило в спальне. С трудом сдержал смех тогда, особенно, когда он выбросил озабоченного Эфуса в дверь.

‒ Ты его хочешь.

‒ Безумно! От макушки до кончиков пальцев на его симпатичных ножках.

‒ А…

‒ Хватит болтать, Дар. Пойдём, нас ждут послы, ‒ Эрай бодрой походкой пошёл к двери. Когда он уже открыл её и сделал шаг в коридор, Дар догнал его и всё же задал вопрос, который вертелся у него на языке последние пять минут.

‒ Эрай, подожди! А как же ты собираешься ещё год ожидать до проведения брачного обряда?

‒ Какой год, Дар? Тот, кто испытал близость со своей истинной парой, не будет столько ждать. Просто не сможет. А я знаю сладость губ Тари, и какова на вкус его кожа. Обряд состоится через неделю после его совершеннолетия, то есть через месяц с небольшим. Я давно уже предупредил твоего брата и отца Тари, чтобы они готовились к церемонии. Будет моему мальчику сюрприз!

Вдруг из бокового коридора появилась фигура Эри. Он остановился, оглянулся и с недоумением посмотрел вокруг. Заметив короля и своего избранника, нахмурился и быстрым шагом подошёл к ним.

‒ Добрый день, Ваше Величество. Добрый день, Дар. Не расскажите, что такое вы только что обсуждали? Вас подслушивали!

‒ Кто? ‒ в один голос воскликнули оба мужчины.

‒ Мой младший родственник, чтобы его ашрами сожрали. Так о чём вы говорили? ‒ вновь спросил Эри.

‒ Его Величество признался, что скоро состоится его свадьба с Тари. И упомянул, что парень его истинная пара, ‒ сокрушённо произнёс Дар.

‒ Эри, найди Тари и через час, чтобы оба были в моём кабинете, ‒ не попросил, приказал король. ‒ Мы сейчас разберёмся с послами, а затем обсудим возникшую проблему. Эфус, наверное, уже связался с отцом и я не удивлюсь, если Архимаг сегодня же самолично явится во дворец посмотреть на Тари.

Глава 23

Я осмотрелся вокруг, и тяжело вздохнул. Нам всё удалось. И даже малой кровью. Всего несколько погибших эрганов против почти сотни зомби. Деревни пиратов, что находилась в нескольких километрах от Гравена, не стало. Детей здесь, к счастью, не было. Это была перевалочная база контрабандистов и пиратов. Узнали мы о ней совершенно случайно.

‒ Как всё прошло? ‒ раздался у меня над ухом встревоженный голос Эрая, а его руки по-хозяйски обхватили меня за талию.

‒ Что ты здесь делаешь? А если бы здесь продолжался бой? ‒ спросил я, оглядываясь. На то, чтобы с ним ругаться у меня уже не осталось сил.

‒ Иртон доложил, что бой окончен. Я ничем не рисковал, Тари. Сообщение отправлено? ‒ его дыхание приятно щекотало мне волосы на макушке. Я расслаблено прислонился к крепкой груди Эрая. Устал.

‒ О да, ‒ довольно оскалился я. ‒ Ты бы видел, как пленные маги-ашрами просто беситься начали, когда мы на радостях от победы хвалили на все лады мудрого Архимага. Он и средство вернуть магию эрганам нашёл, и сына своего за короля выдаёт, а ещё обещает найти новое оружие, чтобы навсегда избавить мир от ашрами. А затем один из наших воинов «случайно» задел один из накопителей, что удерживали структуру клетки-тюрьмы. Представляешь, один из магов пожертвовал собой, только чтобы дать возможность другому сбежать.

‒ Всё прошло по плану?

‒ Мы ожидали тройку магов-поводырей, а их пришло шесть. Причём все были очень сильными. Несколько наших парней погибли. Мне пришлось изощряться, чтобы поймать двоих вместо одного. То, что пленник не просто сбежал, а с боем прорвался на свободу даже лучше. Достовернее. Главное то, что теперь ашрами будут уверены: Архимаг и его самые сильные маги через неделю соберутся в его поместье на побережье, чтобы разработать то самое новое оружие.

‒ А может, проще было бы арестовать его и сообщников, допросить и казнить? ‒ с сомнением произнёс Эрай.

‒ Да, конечно, и сообщить эрганам, что среди них вновь появились предатели. Ты забыл вашу историю? Однажды предатели уже едва не погубили народ эрганов, и это стоило вам целого мира. Лучше пусть Архимаг и сотоварищи выступят в роли невинных жертв. Благодаря их же собственным поступкам их вскоре забудут. А мы чужими руками уберём своих врагов внутренних, и хорошо пощиплем внешних. Ашрами бросят на уничтожение магов достаточно сил.

‒ А если они не поверят?

‒ Ашрами привыкли действовать коварством и хитростью. Для них предательство нормальное явление. У них просто нюх на тех, кого можно купить. И истину о том, что предавший единожды предаст снова, они прекрасно знают. Когда-то они купили молодого тщеславного мага-артефактора, а теперь он вполне может их предать за более богатый куш. Престол эрганов это хорошая цена, поверь мне.

‒ Верю, ‒ горячие губы коснулись моей шеи, вызвав целый табун мурашек. ‒ Вернёшься со мной во дворец?

‒ Нет. Рано. Пусть Архимаг понервничает. А вы с Эри постарайтесь убедить его, что я серьёзно ранен. Очень и очень серьёзно, прямо-таки нахожусь на грани смерти.

Эрай пробыл со мной ещё пару часов, а потом всё же отправился во дворец. А мы выдвинулись в сторону Гроссвенора. Десять дней назад наш спонтанно возникший план казался нереальным. Как и предполагал Эрай, Архимаг собственной персоной появился вечером на приёме. Он был любезен, но в глазах плескалась злость. Даже Аш предпочёл держаться от него подальше, такая волна скрытой ярости шла от могущественного мага. Хотя присмотревшись к нему внимательно, я понял, что его собственная сила невелика. Под многослойными одеждами скрывалась целая уйма мощных накопителей. Мне понадобился весь мой артистический талант, к слову не такой уж большой, чтобы обратиться с просьбой к Эраю отпустить меня домой на несколько недель. Якобы важные семейные дела зовут меня в Гроссвенор.

Король озаботился моей безопасностью, и приказал выделить эскорт из королевских гвардейцев. С одной стороны такие действия подтверждали версию Эфуса о заинтересованности во мне короля, а с другой Архимаг получал подтверждение о том, что король беспокоится обо мне, значит я действительно его пара. А дальше… Дальше на сцену вышел Эри. Он чуть не со слезами на глазах признался дяде, что Эгодар Лейр Совенсс его истинная пара, и он безумно хочет быть с ним. После этого признания Эри сделал ещё одно: сказал дяде, что больше не хочет, и не будет выполнять его приказы. Естественно, что дядюшка не собирался упускать рычаг давления на королевского советника, о чём и уведомил строптивого племянника. Тогда Эри пошёл ва-банк, предложил как выкуп за себя важные сведения. Попросту он «слил» меня со всеми потрохами. Теми, которые мы сами решили рассекретить перед Архимагом.

Правильно говорится, что в гору лжи нужно добавить немного правды, и тогда в неё поверят. По словам Эри выходило, что в Гроссвеноре обнаружили залежи атрина, и именно поэтому я так спешу домой. Но… перед этим мне необходимо побывать в одной прибрежной деревне. Якобы какой-то старый обедневший эрган предложил нашему роду выкупить у него семейную реликвию: древнюю книгу с ритуалами, в частности, с точным описанием ритуала Единения Души, благодаря которому среди эрганов появляются творцы. Эри сказал, что от таких сведений Архимаг побледнел и затрясся от злости. Он пообещал Эри, что оставит его в покое. Напоследок мой друг бросил фразу о том, что я очень невзлюбил Эфуса и подумываю его убрать с дороги. Эри сделал вид, что ушёл, а на самом деле прикрылся моим щитом-невидимкой. Ждать ему пришлось около часа. Архимаг немного успокоился и вызвал к себе своего заместителя. Он приказал отвезти в Гравен целый ящик амулетов-пропусков. В придачу к ценной посылке передал письмо к агенту ашрами, в котором требовал моего уничтожения. К письму были приложены координаты, где и когда меня будет возможно подловить. Таким образом мы и узнали, как ашрами проникали на территорию королевства, а также получили подтверждение предательства Архимага и некоторых вышестоящих магов гильдии. Также мы узнали, что через определённое время в поместье главы гильдии соберутся все его доверенные лица, чтобы обсудить возникшую ситуацию. Даже, если меня удастся убрать с дороги, сведения об атринах могут попасть к королю. Верные союзники Архимага разбросаны по всему королевству, чтобы собраться вместе им нужно время. Так мы получили фору в несколько недель.

На следующее утро я выехал из столицы с эскортом в виде королевских гвардейцев. За пределами Рассгариона мы взяли приличную скорость, и по пути я исчез, оставив вместо себя двойника. Ашу также пришлось остаться при отряде, чтобы у соглядатая, если таковой будет, не возникло сомнений, что я нахожусь именно там, где и должен. Я же переместился в Гроссвенор, чтобы посвятить своих родных и друзей в подробности нашего на скорую руку придуманного плана. По приказу короля, Иртон должен был взять на себя командование операцией. Ему же должны подчиниться королевские гвардейцы, как более опытному и знающему местность воину. Наш доблестный комендант тут же побежал к своим офицерам, чтобы разработать план предстоящей операции. А мы с Элом остались вдвоём, так как отец отправился по своим делам. Вот тогда мой наставник и поведал мне, как обещал когда-то, отчего он так уверен в том, что книги со старыми ритуалами исчезли благодаря Архимагу Сларру.

‒ Это случилось лет двадцать назад, когда я ещё работал в библиотеке Академии. Хорошее было время… Я много учился, много читал. Мой куратор был довольно сильным магом. Так вот… однажды вечером, когда я дежурил в подвале библиотеки, появился мой куратор с помощниками. Двое здоровых парней притащили большой сундук. Я сразу же узнал герб семьи моего друга вырезанный на его крышке. Герб рода Тейросс. Дело в том, что в подвале библиотеки была печь, где сжигали всякие ненужные магические книги и артефакты. Печь была сделана несколько сотен лет назад, ещё до Великой Войны. На ней было много защитных плетений, сделанных специально для утилизации неудачных опытов студиозов. Я очень удивился, когда понял, что сундук и его содержимое хотят уничтожить. Куратор отпустил помощников и вскрыл сундук. Там было много старых книг, каких-то тетрадей, заготовок под артефакты. Куратор приказал мне это уничтожить до утра, а сам ушёл. Иногда думаю, что он сделал это специально, догадываясь, что именно я предприму. Скорее всего, Архимаг приказал ему сделать это лично. Ну, не мог он допустить, чтобы об этом деле узнал кто-то посторонний. Я спрятал то, что смог, самое ценное. Остальное пришлось сжечь, добавив магический хлам из библиотеки, чтобы сохранить магический фон. За несколько последующих дней я вынес спрятанное к себе в комнату, сложил в сундук, когда-то подаренный Элиром. Там хитрый замок. А затем уволился из Академии, и уехал подальше. Через некоторое время я узнал, что мой куратор погиб.

‒ И так твоя дорога привела тебя в Гроссвенор? ‒ спросил я.

‒ Да. Я ехал туда, куда меня вело чутьё. Искал безопасное место. Кстати, Тари, наш Архимаг не только предатель, но и вор.

‒ В каком смысле, Эл?

‒ В прямом. Разработка того артефакта, что лежит в основе Барьера принадлежит не ему. В сундуке я нашёл рабочую тетрадь одного из отцов Элира Тейросса. Это именно он автор идеи Барьера, Сларр был лишь его помощником. Элир был слишком юн, чтобы знать об этом. Каким образом дневники самого Элира попали в тот сундук, я не знаю. Видимо, Архимаг выкрал их после его смерти, пытался расшифровать, и когда ничего не вышло, решил уничтожить вместе с вещами его родителей.

‒ Сколько же гнили собрано в одном живом существе, ‒ пробормотал я.

В условленное время подготовленные воины эрганов, специальный отряд Иртона и королевские гвардейцы уничтожили просто огромный отряд ашрами, который яростно атаковал поместье Архимага. Но, к нашему «величайшему сожалению», многие маги погибли к тому времени, как наше небольшое войско подошло. Погиб и прямой наследник рода Сларр. Какая жалость! В тот достославный день я здорово повеселился, изничтожая магов-ашрами. Они не поскупились и прислали целых двенадцать поводырей. Моим циркулярным магическим пилам хватило работы. Новые разработки на основе магии света также прошли обкатку. Это и кнуты, и сети, и многое другое. Эрганы не подвели. Крылатое воинство, разбрасывая с кончиков острых ногтей пламя, крушило ашрами без жалости и сожаления. Магические конструкты сыпались как из Рога Изобилия.

Кое-кто всё-таки выжил среди хаоса битвы. И одним из выживших был Архимаг собственной персоной. Он попросту спрятался за спины других. Вся сила его накопителей ушла на поддержку собственного щита, он даже не думал лезть в битву, где гибли его подчинённые и верные слуги. Вместе с ним под щитом прятались его заместители и главные сообщники. Он даже посмел обрадоваться, когда увидел короля. Эрай, великолепный ало-золотой огненный эрган с семью глазками на крыльях, величественно спустился на землю перед Архимагом. Тот тут же бросился его благодарить, но гвардейцы отпихнули его мечами, перекрыв доступ к королю. И только тогда этот эрган начал понимать, что королевские войска здесь оказались не случайно. Потом он заметил меня, поигрывающего небольшим шариком, искрящимся магией творения. С худого скуластого лица тут же слетело благодарственное выражение, проступила злость и ненависть. Появление за нашими с Эраем спинами Эри и Дара окончательно прояснило для Архимага ситуацию. Да, он был подлецом и, как оказалось, трусом, но глупцом он никогда не был. Этот эрган мастерски умел втираться в доверие, а затем запугивать и манипулировать. Это тоже в своём роде талант, присущий многим политикам и правителям. Не самый благородный, не самый честный, но талант.

‒ Почему? ‒ единственный вопрос, волновавший многих присутствующих, задал король Эрайден.

‒ Власть, ‒ усмехнулся Архимаг, а в его глазах клубилась тьма. Не магическая тьма, а та, что низвергает души, губит их. ‒ Она как наркотик. Чем больше имеешь, тем больше хочется.

‒ Первый шаг на пути к предательству ведь был сделан не из-за власти, не так ли, господин Архимаг? Вами двигала зависть, ‒ произнёс я.

‒ Тебе легко говорить, творец, твои силы даровала богиня. Я же пытался всего достичь сам.

‒ Вы не правы Архимаг, я учусь. Много и упорно. Ничего на свете не достаётся просто так, ‒ возразил я ему.

‒ Что с нами будет, Ваше Величество? ‒ вдруг подал голос один из заместителей Архимага. Он сам, как и его голос, дрожал как осиновый лист. Страх за свою никчёмную жизнь заставил его вмешаться в разговор тех, кто намного выше его по положению.

‒ Пока вас ждёт тюрьма, а вот господина Архимага…

‒ Я сам решу, что меня ждёт, ‒ властно выкрикнул бывший теневой правитель королевства, перебивая речь законного короля.

‒ Опасность! ‒ громкий крик Аша почти слился с рычанием Архимага.

Никогда не ожидал от себя настолько молниеносной реакции. Я в один миг закрыл собой Эрая и активировал щит. Одновременно со мной Архимаг выхватил из складок одежды странный чёрный жезл, просто дико фонящий магией смерти. Но… он не успел никому из нас причинить вреда. Два огромных призрачных дракона, один небесно-голубой, другой алый как кровь, возникли рядом. Они накрыли Архимага и его сообщников Куполом Отрицания. Вся выпущенная Сларром тёмная магия оттолкнулась от стенок купола и вернулась к нему. Это было страшное зрелище, когда разумные создания гнили заживо, громко крича от боли. Страшное и мерзкое зрелище. Когда от тел не осталось и следа, кроме нескольких кристаллов душ, Купол Отрицания исчез, а перед нами зависли два маленьких толстеньких цедари-дракончика. Куся, довольно улыбаясь, произнёс:

‒ А ты, Тари, ещё спрашивал, зачем мы столько кушаем. Вот зачем!

Маленький паршивец знал, что делал. Глядя на их с Пусей довольные мордахи, ужас увиденного отступал. Маленькими крохотными шажками, но отступал. Архимаг наказал сам себя, прихватив и своих прихвостней.

‒ Жаль, что мы теперь не узнаем всех его тайн, ‒ сокрушенно покачал головой Эрай.

‒ С чего ты взял? ‒ улыбнулся я своей паре. ‒ Иртон заберёт эти кристаллы в Гроссвенор, где Эл быстро их распотрошит. Печать Откровения, из тех же старых книг, заставит эти кристаллы поведать всё, что они знают. В них нет души, но это точный слепок с неё, со всей энергетикой и знаниями, Эрай. А Печать Молчания не даст рассказать никому постороннему, даже кровным родственникам.

‒ Мне его откровения не нужны, боюсь, я потом спать не смогу, ‒ подал голос Эри.

‒ А ты ведь теперь единственный наследник титула и рода Сларр, ‒ вдруг понял я. Моего друга слегка перекосило от такой «удачи».

‒ Будь моя воля, я бы эту фамилию вообще забыл!

‒ Забудь, ‒ хитро улыбнулся Эрай. ‒ Королевским указам я разрешаю вам с Даром основать новый род, сохранив при этом титул и земли.

‒ Хм. Неплохое предложение, Ваше Величество. Мы его принимаем, ‒ поклонились церемонно Дар и счастливо улыбающийся Эри.

‒ Домой? ‒ спросил меня, обняв за плечи Эрай.

‒ Домой, ‒ ответил я, вдруг понимая, что мне совершенно всё равно, где будет этот дом. Главное, чтобы он был рядом с ним, моим единственным.

Эпилог.

После сражения на побережье события понеслись, как взбесившиеся кони. Эрай, с помощью сведений, которые Элу удалось вытащить из кристалла души Архимага, быстро подмял под себя Совет Родов. Также лишил большей части привилегий оставшуюся без главы гильдию магов. Новым главой по приказу короля был назначен один из отцов Эри, а второму досталось место ректора Академии. А самое главное, Эрай новым законом уравнял в правах всех жителей королевства: эрганов, гнордов и друллов. Также у таких беженцев как ворки появилась возможность стать гражданами королевства. У аристократов, конечно, остались определённые привилегии, но в пределах разумного. А ещё мой король сделал мне подарок, разрешив создать в нашем старом замке Военную Академию. И даже предложил Элу её возглавить. Мой теперь уже законный отец с радостью согласился. Брачная церемония между Элом и моим отцом состоялась в день моего рождения. Там присутствовали все, кто дорог моему сердцу и это было лучшим подарком для меня.

Сегодня состоялась наша с Эрайденом свадьба. Волнующее и прекрасное событие. Множество радостных лиц, яркие цветы, бросаемые в воздух и поздравления, слышимые со всех сторон. Церемония королевской свадьбы проходила не в храме богини Дайры, как я предполагал, а у древнего портала. Когда главный жрец объявил о нашем законном союзе, из портала повеяло такой благожелательностью и любовью… Жрецы правы, богиня Дайра жива и, быть может, когда-нибудь я смогу увидеть Рассгар. Тот прекрасный мир, где когда-то появились эрганы. А ещё после церемонии нас ждало несколько сюрпризов. Медиус-бард Гравитель спел для нас песню, и ни какую-нибудь, а одну из моих любимых. Когда-то давно я сбросил ему всю музыку, что была в моей памяти. Он тогда завис, как старый комп. Я даже испугался за него. А сегодня… Сколько раз я слышал эту песню в исполнении очень многих, но нравился только оригинал. «Вечная любовь» в исполнении автора, Шарля Азнавура. Я не знаю, как этот необыкновенный друлл смог понять, как мне нравится эта песня. Он немного изменил слова, но суть осталась. И это было прекрасно. А ещё более он удивил меня тем, что принёс мне клятву верности. Не Эраю, а именно мне. Это была великая честь. Малыши цедари нас тоже удивили. Теперь, когда магический баланс был восстановлен, они смогли отложить каждый по одному яйцу. И они подарили их нам, чтобы мы нашли им достойных хозяев. Лично мне очень хотелось, чтобы ими стали Дар и Эри.

Я полон предвкушения и трепета. У меня снова брачная ночь, но она совсем не похожа на ту, самую первую. Наверное потому, что сейчас рядом со мною тот, кто сумел вызвать в моей душе вулкан чувств, в котором смешалось всё: нежность, любовь, страсть. Этот коктейль чувств нельзя передать словами. Мне нравится разговаривать с Эраем, спорить с ним и даже ссориться, ведь примирения так сладки. Мы не остались на эту ночь во дворце. Эрай, как только я закрыл за собой дверь ванной, исчез, оставив для меня розу и записку с просьбой переместиться к нему. Меня ждёт сюрприз? Я закрыл глаза и представил его образ. Запах диких цветов и аромат моря ударил мне в ноздри. Я с удивлением открыл глаза и обнаружил себя в ажурной беседке, украшенной магическими светильниками. Внизу плескалось море, а вокруг был цветущий сад. Ласковые знакомые руки обняли меня за талию и притянули к себе. Горячие губы нарисовали влажную дорожку от плеча до уха, прикусили нежно мочку.

‒ Это поместье моих родителей. Они были здесь счастливы, ‒ прошептал мне на ухо Эрай.

‒ Мы тоже будем. Обязательно будем, ‒ так же прошептал я в ответ, чтобы не спугнуть очарование ночи, повернул голову и впился в любимые губы.

Руки Эрая не спеша освободили моё тело от свободных тонких лёгких брюк и такой же свободной рубахи. Свежий ветерок приятно пробежался по коже. Через мгновение к ней прижалось сильное, знакомое, изученное мною во снах до последней чёрточки тело. Кожа к коже, душа к душе. Я развернулся к своему эргану, взял его за руку и потянул за собой на широкое ложе, что было приготовлено для нас в беседке. Шепот звёзд, шелест листвы и мы, больше ничего и не надо. Приятная тяжесть его тела, ласкающие руки, проворные хитрые пальцы. Колдовские губы сводили меня с ума. Они были везде, вызывая трепет и дрожь моего тела. Меня исцеловали, казалось всего, от макушки до кончиков пальцев на ногах. А пальчики ещё и пососали все до единого. У Эрая мои пальцы это фетиш, что ли? Слегка щекотно, но чертовски приятно. Его губы подобрались вновь к моим губам, захватили в жаркий поцелуй, искусали их и занежили. Потом язык и губы Эрая спелись и дружно ринулись в новую атаку. Свою порцию ласки получила ямочка на шее, ключицы, возбуждённые до болезненности бусины сосков. Нежные захватчики добрались до пупка, где к ним присоединились настойчивые руки. Вместе они исследовали пах, приласкали нежную тонкую кожу.

Мой возбуждённый орган истекал полупрозрачными капельками и намекал, что ему тоже хочется немного ласки. Лёгкое дыхание, коснувшееся головки, чуть не заставило меня взорваться раньше времени. Для меня всё было ново. Женщины чувствуют всё иначе. Сейчас у меня, казалось, горела каждая клеточка тела. Врут те, кто говорит, что член и мошонка у мужчин самая эрогенная зона. Иногда всё тело это одна сплошная эрогенная зона, особенно если ласкает тот единственный на свете, кто так необходим. Эрай аккуратно заглотил моё достоинство и пососал, лаская языком. Будоражащие ощущения, необычные. Тонко чувствуя меня, мой настрой, он поласкал немного и отстранился. Перевернул меня на живот и принялся целовать спину. Я чуть не заурчал, как кот. Спина всегда была моим чувствительным местом. Жаркие поцелуи заставляли меня выгибаться на постели. Эти поцелуи заглушили даже неприятное первое проникновение влажного пальца в тугое колечко мышц. Эрай был страстным, но нежным и заботливым любовником. В постели нет места для заблуждений, самообмана и стеснения, и потому я принимал его ласки, наслаждаясь ими.

Вскоре Эрай подтянул небольшую подушку и подложил мне под живот, слегка приподняв таз. Я замер, лёгкий страх прокатился волной по телу и замер где-то в пятках. Эрай лёг на меня сверху, и аккуратно проник на всю длину. Он ненадолго затих, а затем начал двигаться. Нежное вторжение его плоти приносило тягучие волны возбуждения. Я выгибался и шептал в горячечном бреду, всё больше охватывающем моё тело, какие-то слова нежности и признания. Тихий шепот в мои уши вторил мне эхом. В какой-то миг я раздвинул ноги шире, согнул их в коленях и надавил на ягодицы Эрая, желая почувствовать его как можно ближе. Это чуть не свело с ума нас обоих. Стон Эрая был музыкой для моих ушей. Наши тела поймали единый ритм, дыхания слились. Наши тела были настолько близко, что мы стали почти единым существом. Полное доверие, чувство особой близости, жар тел и слияние душ. Нас настиг не оргазм, а сметающее всё на своём пути цунами чувств и шторм эмоций. Моя кармическая задача в этой жизни исполнена, моя любовь рядом со мной.

А поутру сбылось ещё одно моё желание. Я обрёл собственные крылья. Они были небесно-золотыми с семью глазками, разбросанными по краям. Полёт ‒ это истинная свобода. Только свист ветра в ушах, только сумасшедшая скорость и адреналин в крови. Я парил в небесах, а рядом со мной, оберегая меня, парил ало-золотой эрган. Моя жизнь, моё сердце, моя истинная любовь. Единственная во всех мирах.

Примечания

1

Севак Ханагян «Возвращайся домой». Авторская песня.

Content

Ника Иванова
ЭРГАНЫ. ВОЗВРАЩЕНИЕ К ВЕЛИЧИЮ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Примечания