Ника Иванова

Я — ТВОЁ СТИХИЙНОЕ БЕДСТВИЕ

Глава первая

Что-то заканчивается, что-то начинается…

«Чёрное дуло пистолета и обкуренный взгляд молодого мажора… Вот мы и написали, похоже, последнюю главу нашей жизни, господин журналист», — думаю я, глядя прямо перед собой. Страха почему-то нет. Да, адреналин выше нормы, но мозги спокойны. У меня всегда так.

— Что, бежать некуда, сука? Я тебе говорил, что пришибу? Говорил?

— Ну что ты, Стасик, куда же я от тебя? — ушлёпок совсем уехал от дозы. Смотрю на него и просчитываю все возможные варианты, как избежать незавидной участи. Упустил я его. Думал ведь, что папаша не выпустит из больнички, ан нет, сбежал, вероятно. Ну да, я же для Стасика Версакова — идея фикс! Подпортил ему жизнь. Он ведь умён, красив, богат очень. Точнее, не Стас, а отец его, который, кстати, человек неплохой. Вот только сыночек вырос моральным уродом.

Я за парнем долго следил, а потом статью большую написал, с доказательствами и фото. Газета у нас крупная, почти независимая — напечатали! А после прокуратура взялась за дело, и даже свидетели нашлись. За Стасиком много чего было: и пара пьяных наездов (последний случай со смертельным исходом), избиения, изнасилование девчонки несовершеннолетней.

Отец его много выкупал, видимо, всё надеялся, что сын образумится. А как по мне, его лечить нужно долго-долго и подальше от людей держать. Да, расслабился я совсем — прямо у редакции он меня подловил. На улице гроза гремит, молнии сверкают — а этому хоть бы что. Похоже, он дождя даже не замечает.

Вдруг совсем рядом тормозит большой чёрный джип — охрана Версакова-старшего наконец-то нашла потеряшку-маньяка. Может, пуля мимо пролетит и в этот раз? Нас разделяют со Стасом метра три. Если он обернётся, я рвану к нему. Должен успеть? Должен! Если повезёт…

— Стас, не дури! Сын, опусти пистолет! — кричит его отец. Парень поворачивает голову, и я действую… Но не успеваю…

Его пуля — моя… Чёрт, как же больно! В последнее мгновение своей жизни вижу, как молния попадает в этого отморозка. Чудесно!

Тоннели в темноте, яркие вспышки, рай, ад — не знаю, у меня ничего такого не было. Я пришёл в себя в тишине и полумраке. Рядом слышится чьё-то тихое дыхание. Страха опять нет. Лишь спокойствие, умиротворение. Пытаюсь открыть глаза — трудно. Хочется пить. Кто-то протягивает мне воду, а затем уходит. Быстро, но тихо. Кажется, я всё-таки жив! Уже радует. Умирать в тридцать девять лет совсем не хочется. Кто-то входит… Несколько человек… Врачи, наверное. Ну да, раненый очнулся!.. Однако, меня вновь начинает клонить в сон…

В следующий раз прихожу в себя только утром, когда солнце начинает светить в глаза. Пробую их открыть… Получается! Но лучше бы я этого не делал… Похоже, вместо Стасика в дурку попал я! Лежу и ловлю глюки! Смотрю на огромное окно, на подоконнике которого сидит крупная птица. Очень крупная! Я никогда охотником не был, но, кажется, она похожа на ястреба. Сидит и смотрит на меня! Жуть! Мурашки на спине аж в пятки мигрируют. В городе нет таких птичек, в нормальных больницах тоже нет, да и окна в них другие.

Поднимаю глаза, замечаю балдахин над кроватью. Красивый, тёмно-синий с серебристым узором… Дальше глюков становится больше! Осматриваю комнату… Мало того, что она оказывается не меньше однокомнатной квартиры, так ещё и вся мебель в ней винтажная!

Крепко зажмуриваю глаза, открываю, опять зажмуриваю! Похоже, это не глюки… Я ведь нормально соображаю! Всё вижу, всё понимаю! А что это тогда? Адреналин уже давно подскочил, а сердце бешено стучит в висках. Так, надо успокоиться! Я жив! Жив! Это главное! С остальным разберёмся.

Итак, что мы имеем? Я — Никифор Гаврилович Артемьев (за имечко с отчеством спасибо папеньке-филологу!). Сколько живу — столько и радуюсь. Большую часть школьных лет бил морды зубоскалам. В итоге друзья, знакомые и даже учителя стали звать меня Ником, от греха подальше.

Я вообще-то человек вполне мирный, только не люблю, когда меня достают. Мне 39 лет, я довольно неплохой и даже вполне известный журналист со специализацией «криминальные истории». За последнее деяние меня, кажется, и убили. То, что словил пулю в грудь, помню точно — такое не забудешь. Прислушиваюсь к себе… Ничего не болит, только слабость сильная. Поднимаю руку и… Стоп! Она не моя! Но я чувствую её как родную! Рука худенькая, пальцы тонкие и длинные! У меня рост 187 см, вес 90 кг, спортом регулярно занимаюсь… У меня не может быть таких рук! Но ощущения говорят об обратном! Пытаюсь подняться, осмотреть себя. Чёрт, я слаб как цыплёнок!

Неожиданно дверь открывается, и в комнату входит пожилой человек. Успеваю заметить, что одежда на нём тоже под старину, век под XVII–XVIII, но он сразу же укладывает меня обратно на постель.

— Тебе ещё нельзя вставать. Ты слишком слаб! — голос у старика приятный, успокаивающий.

— Где я, уважаемый? — человек замирает, внимательно смотрит в мои глаза и через несколько секунд печально вздыхает.

— Значит, я всё же не ошибся. Ну, здравствуй, пришелец.

— Почему пришелец?

— Давай я напою тебя отваром, чтобы нервы успокоить, и тогда уже отвечу на некоторые вопросы.

— Почему только на некоторые? — даже немного улыбаюсь… Прогресс!

— Вот так, не торопись, — старик поит меня и садится в кресло, стоящее возле кровати.

Мне действительно становится спокойнее. Кажется, теперь я готов выслушать свой приговор.

— Ты, вероятнее всего, умер на своей планете и попал к нам. Этот мир называется Диссайр, в переводе с древнего языка — «Мир под двумя лунами». Сейчас ты в теле пятнадцатилетнего юноши, который, к моему сожалению, покинул нас. Я, единственный относительно сильный маг в этом замке, сразу заметил изменение ауры, да верить сначала не хотел. Очень уж я любил малыша Нори…

— Маг? — похоже, это единственное, что зацепило меня.

— Да, маг. Для тебя это что-то новое?

— В моём мире нет магов, точнее, настоящих магов!

— Странно. Я не представляю мир без магии.

— А я не представляю с ней!.. Я действительно в теле подростка?

— Да. Его, а точнее, теперь тебя, зовут Арианнорис кан Аронар, ты младший брат нынешнего графа Неадориса кан Аронара. Это, — старик обвёл рукой вокруг, — замок Аррон, ныне твой дом.

— Вы так уверены, что родственники будут рады меня принять? Я сам с трудом себя сейчас воспринимаю, а им нужно смириться со смертью своего сына!

— Им не придётся этого делать, мы ничего не скажем.

— Почему, уважаемый? И, кстати, как вас зовут?

— Таргориус кин Мор. Я личный маг графов Аронар. Мы скроем это от родственников юноши потому, что несколько дней назад они уже потеряли близкого человека. Был убит старый граф Аронар, отец Нори и Неадориса, мой старый друг.

— Что с ним случилось?

— Была сильная гроза, самая страшная за последние годы, — я моргнул, но промолчал. У меня с грозами по жизни свои отношения.

— Кто-то напал на графа и его людей у самых ворот. Нори почувствовал опасность, забрался на стену замка и позвал на помощь. Однако, было уже поздно: злоумышленники убили графа и скрылись. А Нори… В малыша попала молния. Остальное ты знаешь.

— Но я ведь совсем другой человек… Вы предлагаете разыграть потерю памяти, уважаемый Таргориус?

— Нет. Ты сейчас впадёшь в лёгкое забытье. Постарайся уйти в себя, займись медитацией. Надеюсь, ты понимаешь о чём я?

— Да, понимаю. Дома я занимался боевыми искусствами. Но что мне даст медитация?

— Это тело… — просто ответил маг. — В нём осталась память Нори. Тебе нужно погрузиться в свой внутренний мир, найти её и прочесть. И тогда ты будешь знать то же, что знал он. Ты же понимаешь меня сейчас, хотя я уверен, что говорил ты на другом языке. Расслабься! Так легче будет воспринять всё, о чём я только что поведал. Спи…

Хитрый старый маг оказался прав. Медитация действительно помогла промыть мозги. С памятью парня я тоже разобрался. Это было похоже на просмотр фильма, только от первого лица: детство, родители и старший брат, замок, изученный вдоль и поперек, детские шалости, уроки Таргориуса…

Я видел, что паренька любили, он был нужным. Как давно я не чувствовал себя таким? Наверное, лет с восемнадцати, когда умер мой последний близкий человек — дед. Точнее, ДЕД! Вот так. Отец моей мамы, отставной полковник военного спецназа. Строгий, сильный и до безумия родной.

Мои родители разбились в автокатастрофе, когда мне было десять лет. Банальная история: в них врезался пьяный водитель грузовика. Один удар — машина всмятку, и два трупа. Всё… Детство закончилось. Неделя в детском приюте, где я жил до приезда родственника, показалась адом. Дед ушел в отставку, чтобы быть со мной рядом. Именно он сделал из меня такого человека, которым можно гордиться. Его уроки потом очень пригодились в жизни. Дед Матвей научил меня рукопашному и ножевому бою, прекрасно плавать и даже ездить на лошади. Сам он был из деревни. Наверное, любовь к этим умным животным осталась у него с детства. А так как у нас в городе было несколько конноспортивных клубов, учиться было где…

Ирония судьбы заключалась в том, что дед прошёл несколько войн и множество военных конфликтов, но умер дома от инфаркта. Внезапно и быстро. Я снова остался один. Тогда я учился на первом курсе журфака. Университет закончил с красным дипломом и без проблем ушёл в… армию! Была возможность откосить, но было стыдно, да и не хотелось. И, честно говоря, не жалею. Благодаря дедовым урокам попал тоже в спецвойска, отслужил достойно и довольно успешно. Уже там начал писать статьи. Вернулся в город и получил предложение от известной газеты.

Можно сказать, я — везучий человек. Карьера складывалась успешно, правда, рисковать я любил. Взял псевдоним Ник Артемьев, хотя большинство знакомых и коллег звали Норрис. Ещё с армейки прилипло прозвище. Уж очень я люблю бить ногами, прямо как знаменитый Чак. Вместо хорошего кика может быть только крепкий хук справа.

Иногда приходилось объяснять непонятливым оппонентам, почём нынче правда. А её я любил, за что и получил!

Забавно, что нынешнее имя созвучно с моим прозвищем. Что бы это значило? Неужели придётся и тут морды бить?

Как я понял со слов Таргориуса и из воспоминаний Нори, здесь есть всякие рыцари, маги, даже различные оборотни и многое другое, что раньше казалось мне сказкой, в которые я не верил. А теперь мне придётся жить в одной из них. Второй шанс? Ну что же, пусть будет второй шанс. Стану воином, магом и мало ли кем еще. Вот с такими мыслями я и погрузился в настоящий крепкий сон.

Утром я проснулся вполне бодрым и сразу решил вылезти из постели, чтобы посмотреть на себя нового. Это у меня получилось, хоть и не так быстро, как хотелось бы. Оглядев спальню, я заметил две двери поменьше, чем та, через которую входил Таргориус. Открыв одну, я увидел гардеробную. За другой дверью была ванная, вполне себе удобная и даже чем-то напоминающая наши ванные, разве что интерьер был немного необычен: большая ванна из тёплого на ощупь зеленоватого камня, им же отделанные стены, окно на полстены, а за ним…

А за ним — мечта! Синее-синее море! Замок Аррон был построен на скалах! С ума сойти! До чего же красиво!

Лишь через несколько минут я смог оторваться от пейзажа и решил продолжить осматриваться дальше…

Тяжёлые вышитые шторы, полки со всякими баночками-скляночками, небольшой комод с бельём и, наконец, большое зеркало в резной оправе. Ну что, вздрогнем?

Как оказалось, всё не так плохо! Арианнорис кан Аронар оказался довольно красивым парнишкой. Судя по воспоминаниям, отец и брат — довольно высокие товарищи, около 190 см. Так что прогресс в росте ещё впереди, хотя для пятнадцати с половиной лет Нори не такой уж и низкий, где-то 165 см. Худоват, правда, и хиловат — кажется, парень не был фанатом физкультуры, но это поправимо. Так, дальше… А дальше у нас густые тёмно-каштановые с золотистым отливом волосы, которые лишь немного прикрывали шею и забавная, спадающая на лоб чёлка; прямой нос, чётко очерченный красивый рот с тонкой верхней губой и немного по-детски пухлой нижней; высокие изящные скулы; твёрдый, но не квадратный подбородок. И на закуску ярко-зелёные, обрамлённые длинными чёрными ресницами глаза.

Мама моя, зачем они парню?! Это тельце сопрут за такие глазищи вместе со мной!!! Всё! Тренировки, тренировки и ещё раз тренировки, а то замучаюсь бегать от поклонников. Нет, я и раньше уродом не был, красивый и вполне обаятельный спортивный брюнет, но это — нечто! Прибавьте ко всему ещё слегка загорелый тёплый цвет кожи… И всё! Аут! Бедный я, бедный, за что же такая радость-то?

* * *

Неожиданно раздался негромкий стук в дверь. Когда я дёрнул за ручку, то увидел стоявшего в коридоре старого мага.

— Доброе утро, Таргориус!

— Доброе утро, Нори, — маг улыбается в ответ. — Как ты сегодня?

— Как говорят у нас, «готов к труду и обороне!»

— Забавная присказка. Давай помогу одеться, сейчас придут мать и старший брат. Я разрешил им наконец проведать тебя. Не боишься? — Я прислушался к себе, и отрицательно мотнул головой.

— Всё будет хорошо. К тому же, я думаю, что некоторые странности и неизбежные изменения в характере Нори можно будет списать на травму?

— Я так и сказал родственникам. Надеюсь, это не вызовет сомнений и никого не удивит. Многие считают чудом тот факт, что брат графа вообще выжил. Все в замке благодарят богов за это. Пойдём? — и маг повлёк меня в гардеробную.

К счастью для меня, мода здесь не была слишком вычурной. Таргориус помог мне найти чёрные штаны, тонкую серую рубашку со шнуровкой впереди, сшитую из мягкого, приятного на ощупь полотна и отделанную тонким изящным кружевом на манжетах. К этому шли высокие кожаные сапоги и тёмно-серый приталенный бархатный жакет.

Как только я закончил со своим гардеробом, в дверь постучали. Я вздохнул, собрался с духом, вышел…

И на меня сразу налетела буря. Рыжая всхлипывающая буря с меня ростом. Оказалось, это была мама Нори, а теперь, кажется, уже и моя.

Когда я наконец смог выбраться из крепких объятий и разглядеть её лицо, то понял, на кого похож был юноша. У графини Релии были такие же изумительные зелёные глаза и мягкие каштановые с золотистым отливом волосы. Только кожа её была светлой, как и у большинства рыжих. В изумрудных глазах светилась любовь и нежность к сыну, которого она чуть не потеряла. И тогда я понял, что Таргориус был прав. Не нужно ей знать, что её маленького весёлого сына на самом деле больше нет. Я почувствовал большое желание защитить эту красивую и, наверняка, добрую женщину.

Рядом с графиней стоял стройный высокий молодой мужчина — красивый брюнет с такой же тёплого цвета кожей, как у меня, и зелёными глазами Релии. На вид ему было около тридцати, может, чуть меньше.

Я понял, что это Неадорис, граф кан Аронар и отныне мой старший брат. Он протянул руку и потрепал меня по волосам, улыбнувшись тёплой улыбкой. Как я узнал из воспоминаний Нори, Неадорис любил юношу, но особо близкими они не были. Возможно, виной этому была разница в 12 лет, а может, и то, что Нори большую часть своего времени проводил в библиотеке.

В отличие от него, старший брат был первоклассным воином — занимался охраной замка и прилегающих к нему территорий. Однако, несмотря на всё это, тепло во взгляде Неа, как называл его Нори, стоило многого. Мы присели на удобный диван, и графиня приказала прислуге принести для меня завтрак.

— Почему только мне, а вы? — спросил я, чтобы хоть как-то начать разговор.

— Мы уже успели позавтракать, пока кое-кто отсыпался, — улыбнулся Неадорис.

— Мы все эти пять дней места себе не находили, а Таргориус гонял нас и не пускал к тебе, — на глазах матери заблестели слёзы. Я дотронулся до её щеки и снял сверкающую на солнце каплю.

— Теперь всё будет хорошо… Не плачьте, прекрасная графиня кан Аронар.

— Хм, — задумчиво произнёс Неа. — Кажется, наш мальчик научился делать комплименты. Что с тобой случилось во сне?

— Повзрослел, — грустно ответил я. — Неадорис, отца уже…

— Да. Мы похоронили его в семейном склепе. Мы не знали, когда ты придёшь в себя. Нельзя было так долго ждать.

— Я понимаю. Скажи, вы нашли следы противника?

— Они есть, но странные. Я никогда не видел ничего подобного. Рисунок такой, словно там сражались не только люди, но и хищники. На телах есть не только колото-резаные раны от оружия, но и следы когтей. Я не знаю, что думать… Нападение было слишком стремительным. Даже несмотря на то что тебе удалось предупредить людей и поднять тревогу, мы всё равно не успели бы спасти отца. Мне очень жаль, Нори…

— Из охраны тоже никто не уцелел? — я взял в руки дрожащую ладонь мамы и несильно сжал. Было видно, что ей тяжело слушать наш разговор. Хоть она и была очень сильной женщиной, но боль в глазах она скрыть не могла.

— Нет, все, к сожалению, погибли. Тело командира вообще не было найдено, лишь обрывки его окровавленного плаща и оружие… Словно его утащил кто-то. Мы даже не смогли отдать его жене останки для захоронения.

— Очень жаль… И что же теперь делать?

— Ждать. Жить и радоваться, что мы живы и вместе, Нори. Отдыхай! — сказал Неадорис, обнял меня и ушёл, уводя с собой мать.

— Хорошие они люди. Вы были правы, Таргориус, не нужно увеличивать число их потерь. Пусть думают, что их Нори всё ещё с ними.

— Но их Нори повзрослеет, не так ли? Сколько тебе было лет?

— Много, уважаемый маг, много. Я был почти на десять лет старше Неадориса. Смерть я тоже, как и он, видел достаточно близко, чтобы начать уважать её. Он ведь воевал? — я, скорее, утверждал, чем спрашивал. По моим воспоминаниям, Нори не знал всех подробностей из жизни старшего брата, но я знал, что у тех, кто бывал на войне, остаётся в глазах чужая смерть. У меня тоже она иногда мелькала.

— Да. Неадорис — выпускник «Военно-магической Академии», один из лучших. После её окончания ему пришлось отслужить на границах королевства пять лет. Там многое можно пережить и много раз погибнуть. Единственных наследников рода не посылают в такие места, но к моменту окончания академии уже родился ты, то есть Арианнорис.

— Они не были сильно близки с младшим братом?

— Да, но Неа очень любил его. Просто они слишком различались характерами. Нори, несмотря на свои почти шестнадцать лет, был сущим ребенком, к тому же, предпочитал библиотеку изучению военного дела, хотя у него и последнее неплохо получалось.

— Ну что же… Будем делать из этого тела бойца!

— И мага.

— Что? — моему удивлению не было предела. Таргориус улыбнулся.

— Да-да. Не смотри на меня так. У Нори были небольшие способности, и потому старый граф собирался осенью отправить его учиться в магический университет. Из него мог получиться неплохой целитель и провидец.

— Провидец? У вас им можно так просто стать?

— Да, а что здесь удивительного? У вас нет провидцев?

— Настоящих почти нет. Я слышал только об одном реальном человеке, кто умел что-то подобное. Его звали Вольф Мессинг, необычным он был человеком. Большинство людей в нашем мире обладают интуицией или, проще говоря, — чутьём, но не всегда прислушиваются к нему. А дар предвидения мне всегда казался очень редким.

— Настоящий дар редок и у нас, но обычным провидцем может стать почти каждый маг с небольшими способностями. Они могут проявляться в виде снов, голосов или видений… Это не какие-то тайные знания, а лишь небольшая помощь свыше, я бы сказал.

— У тебя тоже есть дар? Ты что-то упоминал обо мне.

— Да, я вижу сны, связанные с семейством Аронар. В ночь перед грозой у меня тоже было такое видение.

— Опишешь?

— Нет. Я сам ещё не понял его до конца, и чувствую, что скоро будут и другие. Может быть, тогда я расскажу то, что тебе нужно будет знать.

— Я буду ждать ваших откровений, Великий Таргориус! — усмехнулся я. — Так что там насчёт становления меня магом?

— У тебя есть способности…

— Значит, сохранился дар Нори? Что-то не вижу я себя в роли целителя…

— Он действительно остался, но к нему прибавился и твой собственный, очень-очень немалый.

— Вы шутите, Таргориус? Я никогда не замечал у себя сверхспособностей и всегда был самым обычным человеком, разве что интуиция была хорошей.

— Для того, чтобы их почувствовать, нужен достаточный внутренний резерв, который пополняется энергией из магического фона мира. Насколько я понял, у вас этот фон очень слабый, и потому ты, скорее всего, не замечал свой дар из-за недостатка магии в себе. Теперь же твой резерв развивается и наполняется.

— А отчего зависит этот самый магический фон?

— От веры людей в духов, богов и собственные желания. От воли человека, от его веры в собственные силы. Магия — это очень многогранная сила, её источник описать и понять очень трудно. У вас люди не верят в чудеса?

— У нас все верят в деньги. Последнее время особенно сильно. Мы пошли по пути технического прогресса и забыли о чудесах, Таргориус, хотя у нас сохранилось много замечательных сказок о магах и рыцарях, о драконах и богах. Может быть, вы и правы. Мы сами уничтожили магию в нашем мире. Променяли свои надежды на чудо на вполне материальные вещи.

— Ваш мир скучен?

— Да нет, просто чудеса у нас другие. Ладно, Таргориус, не травите душу. Мой мир остался далеко и, скорее всего, потерян для меня. Я хочу начать жить здесь и очень надеюсь на вашу помощь. Для начала покажите мне замок, уважаемый маг.

— Уже не Великий? — улыбнулся старик — а он всё больше мне нравится. — Посмотрим!

Так началась моя новая жизнь в замке Аррон.

Глава вторая

Замок Аррон оказался очень интересным местом. За месяц, прошедший с моего появления в этом мире, я облазил его вдоль и поперек. Его основание действительно располагалось на скале, а внизу разливалось волнами бескрайнее, насыщенное всеми оттенками синего цвета море. Оно называлось Сайр-морель, в переводе с древнего языка — «Лунное Море».

Здесь вообще очень многие названия и имена от него происходили. Древними называли исконных жителей самого крупного материка Дис-Кре — сайранов, язык которых был очень красив. Они умерли много тысяч лет назад, их потомки давно перемешались с другими народами, а культура осталась. Имена наследникам знатных семей выбирались именно из языка сайранов, и их давали не родители, а семейные маги. Дар предвидения подсказывал им, какое имя больше всего подходит ребёнку. Выбор основывался на чертах характера и на магическом даре мальчика. Когда Таргориус выбирал имя младшему сыну графа Аронара, то сам остался немало удивлён. Имя Арианнорис переводится как «Владеющий Стихиями». Таргориус объяснил мне, что у этого имени очень глубокий смысл, не подходящий личности Нори. И пока не появился я, маг всё время сомневался, правильно ли понял видение.

Я ничего на это не ответил. Да и что мог сказать, или объяснить старому магу человек, который ещё сам ничего не знал о новом себе? Мне просто безумно нравилось погружаться в новые ощущения: магия, словно горячий поток, протекала сквозь меня и выплёскивалась тёплыми волнами наружу. В первый раз, когда мне удалось создать огненный шар, я чуть не сжёг Таргориуса.

Мы сидели на террасе самой высокой башни замка. Здесь находилась библиотека и комнаты для занятий с Таргориусом. День был очень тёплым, и мы расположились на плетёных креслах на террасе. Маг сидел напротив и учил меня вызывать огненный шарик. Маленький! Нори мог поджигать им свечи, костёр и делать ещё много чего нужного и полезного.

Я уже научился чувствовать магию внутри себя, теперь осталось понять, как правильно выбрасывать её наружу, то есть пользоваться ею. Кроме того, старый маг хотел разобраться с моим потенциалом. Обычно дар определяли в учебном заведении специальным артефактом, но Таргориус был очень любопытен и решил проверить это опытным путем. Я сосредоточился, почувствовав свой магический источник, представил себе огненный шарик и… Это оказалось не очень сложно! У меня всё получилось! Потом я отпустил его со своей руки и неожиданно услышал грохот…

Я осторожно приоткрыл глаза. На месте плетёного кресла, где сидел маг, осталась лишь кучка пепла, а сам старик прятался за дверью террасы. Он был очень взъерошенный и перепуганный. Упс!!! Я не хотел, честно!

— Таргориус, Вы в порядке?

— Почти. Я так быстро не прыгал последние лет тридцать! Я попросил тебя создать маленький, понимаешь, маленький огненный шарик, а не огненный шар третьего уровня!

— А третьего уровня — это как? Сколько их всего?

— Пять! Нори умел создавать заклятия первого уровня, и то у него на это ушло полтора года обучения!

— Таргориус, Вы не рады? Вы на меня сердитесь, уважаемый маг? — мне хотелось рассмеяться — такое растерянное выражение лица было у старика. И да, я был горд собой! Таргориус подтащил новое кресло и рухнул в него.

— Какой я идиот! Это же надо было сесть напротив тебя и учить огненной стихии. Чуть не помер! — я перестал улыбаться. Кажется, я действительно чуть не угробил своего учителя.

— Простите меня! Я не хотел.

— Ты не виноват, Нори. Это я, старый дурак, расслабился, увлёкся и забыл, что ты ещё не привык контролировать силу заклинания. Для тебя всё внове, но, должен сказать, ты меня поразил!

— А себя как я поразил!

— Со временем ты сможешь делать такие вещи автоматически, не закрывая глаз. Я также думаю, что третий уровень для тебя — не предел! Только нужно, даже обязательно, ехать учиться.

— Таргориус, мне сначала необходимо разобраться с тем, что представляет из себя этот мир. Да, у меня есть знания Нори, юноша очень много читал. Теория — это очень хорошо, но мне нужна и практика. Реальное знание местной жизни, обычаев и правил.

— До начала занятий в новом учебном году ещё пять месяцев, сейчас тебя никто не возьмёт на обучение. А за такое продолжительное время можно многое выучить и понять.

Так с тех пор и повелось у нас с Таргориусом. С утра после завтрака мы уходили в башню, где я сначала занимался упражнениями: гимнастикой на растяжку, боевым комплексом, разработанным для меня ещё моим дедом. Таргориус с интересом наблюдал за мной — такого он никогда раньше не видел.

К занятиям с оружием я пока не приступал. Тело Нори было ещё не готово к большим нагрузкам. Мне нужно было осторожно подбирать упражнения, постепенно увеличивая их число и сложность. Я не хотел демонстрировать свои навыки при посторонних, это выглядело бы слишком странно. А здесь никто не мог ничего увидеть. Затем мы занимались магией. Оказалось, с памятью Нори мне было намного проще понять принцип работы заклинаний. Я словно просматривал то, что он раньше делал и пытался повторить. Со временем стало получаться всё лучше и лучше. Я освоил почти всё, что знал и умел Нори, только у меня получалось намного лучше.

Почти все мои заклинания были третьего уровня. Лишь иногда я мог уменьшить энергию до первого, но это было трудно. Если говорить образно, то мне проще было взорвать дом, чем вбить гвоздь в стенку. Или — сила есть, ума не надо. Ну да ладно, в моём случае ум — дело наживное.

Через месяц я почувствовал себя достаточно подготовленным к более серьёзным занятиям и попросил наставника Нори возобновить уроки. Он сильно удивился моему рвению. Затем ещё раз удивился моим же возросшим возможностям. Но удивился приятно.

Я освоил умения Нори в совершенстве, теперь мне хотелось нового. Очень хотелось! Особенно после того, как увидел тренировки Неадориса. Он часто рано поутру проводил спарринг со своими воинами. Чаще всего, один против троих. Старший брат Нори вертелся словно вихрь, сражаясь двумя мечами. Я всегда восхищался бойцами-амбидекстерами. А его мечи просто ввели меня в ступор. Я ожидал чего угодно в этом мире, но увидеть катану и вакидзаси — здесь? Это было удивительно.

Я не владел искусством боя на мечах, но мне безумно хотелось научиться. Наставник был очень неплохим бойцом, и потому учил меня фехтованию. Я вспомнил несколько описаний ударов, которые в изобилии имеются в приключенческих романах, к примеру, Александра Дюма-старшего, и попробовал применить их на практике. Кстати, что ещё меня безумно радовало — это память! Не знаю, то ли это способности жителей Диссайра или что-то другое, но в этом мире я мог дословно вспомнить книги, которые читал в далёком детстве. На Земле тоже на память не жаловался, но вот так, словно перед глазами лежит книга или открыт файл в ноуте, — это удивительно! Не с первого раза, но у меня получилось, и я смог вогнать в шок собственного наставника! Люблю Дюма!

Мне кое-чего не хватало, и я попросил Неадориса помочь мне. Мы пошли в оружейную комнату и… Я совершенно выпал из реальности. Это — как пустить ребенка в магазин игрушек! Чего там только не было! Никогда фанатиком железа не был, но хорошее холодное оружие любил и умел им пользоваться.

Я прохаживался между стеллажами и наслаждался окружающим меня зрелищем. Всё оружие было ухоженным, смазанным и отполированным. Вдруг моё внимание привлёк небольшой резной ларец. Я не знал, чем именно, но меня потянуло к нему со страшной силой. Я посмотрел на Неадориса, он молча кивнул мне и снял ларец с полки. Я присел и аккуратно открыл крышку.

Там лежала «моя прелесть»! Похожее оружие осталось у меня дома — подарок деда Матвея. У него было множество друзей по всему свету. Вот один из них и преподнёс другу подарок, а дед отдал мне и научил сражаться.

Я протянул руки и осторожно вытащил из ларца настоящие саи. Два трезубца, шестидесяти сантиметров длиной, с рукоятками, оплетёнными кожей и металлом. Лезвия были с серебряным напылением. Удивительная работа! Я взял их привычным хватом и почувствовал — это то, что я искал. Они легли в руки, как родные, словно были сделаны специально для меня! Я восхищённо посмотрел на брата и заметил в его глазах удивление. Он подошёл к ларцу и откинул полотно. Под ним оказался еще один сюрприз для меня. На самом дне ларца лежали два ножа-кастета. Такие у нас называли «рога оленя». Необычное, но смертельное оружие, владение которым требует виртуозного мастерства и многих лет тренировки. Оно может ранить не только противника, но и самого бойца, если не уметь им пользоваться. Я умел! Это было чудо.

— Неа, откуда это здесь? — я не стал уточнять, где именно «здесь».

— Много лет назад, ещё до твоего рождения, наш отец спас пару. Мага и его мужа, — я удивился, но промолчал. — В знак благодарности они сделали нам подарок. Муж мага с необычным именем Кано был превосходным кузнецом и оружейником. Он выковал для меня мои мечи.

— Катану и вакидзаси? — вырвалось у меня. Неа улыбнулся.

— Да, именно так он их назвал, а ещё научил меня биться на них. А маг отдал нам этот ларец и сказал, что это оружие пригодится младшему сыну. Отец сказал, что у него только один ребёнок. Тогда они с матерью всё никак не могли заиметь второго. На это Негериус, так звали мага, возразил, что через год будет.

— Как интересно, — пробормотал я, понимая, что Кано, скорее всего, тоже из моего мира. Маг, вероятно, был нехилым провидцем. Блин, как же всё сложно!

— Ты ведь умеешь пользоваться этим оружием, не так ли?

— Я? — лицо Неадориса было очень серьёзным, глаза смотрели в упор на меня.

— С чего ты взял, Неа? Я же вижу это в первый раз…

— Ну хорошо. Скажу прямо: я знаю, что Нори умер.

— Как давно? — не было смысла молчать. Где-то я спалился, а что в таком случае делать, я не знаю. Крепче сжав рукояти саи, я осознал, что не хочу причинять боль Неа. Я начал воспринимать его как родного брата, даже не заметив, когда это случилось. Не как младший брат старшего, а как ровесника. Неа успокаивающе поднял руки.

— Не бойся, я не враг. Я понял это несколько недель назад, ведь несмотря на то что я очень любил малыша, всегда понимал, что он слабый, романтичный и наивный. Ты совсем другой. Слишком взрослый взгляд, сильный и твёрдый характер, странные навыки и умения.

— И когда же ты успел это узнать? — тихо спросил я. Неа снова улыбнулся.

— Я иногда заглядывал в библиотеку. Вы со старым интриганом были слишком увлечены, чтобы смотреть по сторонам.

— Что ты будешь делать? Сдашь меня куда-нибудь?

— Нет. Что бы ни случилось раньше — это воля богов, вероятно. Не мне решать за них. Они забрали Нори, но дали нам тебя. Значит, так нужно! И, знаешь, что странно?

— Что?

— У меня чувство, что я знаю тебя давно! Очень давно. Мне легко с тобой так, как никогда не было с Нори. Словно ты действительно мой брат.

— Странно то, что я чувствую то же самое, — усмехнулся я. — А знаешь, что, Неа? У меня в мире есть замечательный обычай. Кровное братство, — я легко и быстро сделал на ладони небольшой порез и протянул руку Неа.

— Что дальше? — спросил он.

— Полосни по своей ладони и приложи к моей. Наша кровь смешается, и мы станем кровными братьями. Я знаю, что вы с Нори и так родные, но это, скорее, символ. У нас кровное братство многое символизирует: помощь, дружбу, самопожертвование и ещё очень многое.

В ответ Неа достал кинжал, полоснул себе ладонь и после пожал мою руку. Просто и надёжно, как весь он. Даже его имя переводилось как «Верный долгу». Во всём и всегда.

Теперь я действительно чувствовал себя одним из Аронаров. Оказалось, мне это было необходимо.

— Спасибо, граф Неадорис кан Аронар. Я всегда буду верен вашей семье как своей. Моя кровь, моя жизнь, моя помощь — всегда ваши!

— Моя кровь, моя жизнь, моя помощь — всегда твои, Арианнорис кан Аронар. Отныне и навсегда! А Таргориусу я уши надеру, невзирая на возраст! Почему он промолчал?

— Из-за вашего с Нори отца. После его гибели графиня еле-еле держалась. Сообщить ей о потере сына было бы слишком жестоко.

— Может быть, вы были и правы. Но мне-то вы могли признаться?

— А откуда нам было знать, как ты отреагируешь?

— Ну да! Я сначала думал, что немного не в себе, раз мне пришло в голову, что мой брат — не мой брат. Начал присматриваться, потом вспомнил давний рассказ Като. Он сообщил моему отцу, что попал сюда из другого мира. Попал в другое тело. Я подслушал тогда этот разговор, а теперь вспомнил и сложил картинки воедино. Ты оттуда же?

— Не знаю, может быть. Такое оружие делали старые мастера в Японии, это страна такая в моём мире. У них владение подобным оружием было возведено в ранг искусства. Возможно, Като действительно был оттуда. Имя похожее.

— Хорошо! Пойдём, а то в замке решат, что мы пропали.

— Неа! Можно тебя попросить?

— О чём?

— Не мог бы ты стать моим спарринг-партнером?

— Прости, кем? — не понял теперь уже действительно мой брат. Я улыбнулся.

— Потренируемся вместе? Ты единственный, кто дерётся здесь двумя мечами!

— С удовольствием!

— Неа, ещё минуту. Что ты скажешь своей матери обо мне?

— Ничего, — тихо ответил Неадорис, глядя мне в глаза. — Мне тоже дорого её спокойствие. К тому же, я вижу, что ты привязался к ней.

— Ты прав.

Слова были уже не нужны. Я сложил свои находки обратно в ларец и пошёл за Неадорисом. Моя жизнь в замке Аррон продолжалась и по-прежнему была полна сюрпризов.

Глава третья

После разговора в оружейной комнате прошло четыре месяца. За это время я многое успел: подтянул магические навыки, научился управлять своим внутренним потоком и выдавать заклинания того уровня, который был необходим в той или иной ситуации.

Правда, в процессе едва не довёл беднягу Таргориуса до инфаркта раз эдак тысячу. Если вспомнить то, что я раз пять едва не сжёг и не затопил его лабораторию, а однажды и вовсе чуть не выбросил старичка в окно воздушным вихрем, то можно считать, что Таргориус легко отделался.

Единственное, что у меня получалось относительно безопасно для окружающих, — это магия земли. Для её освоения меня отправили за пределы замка, где рельеф после моих тренировок стал немного иной. Пара разнесённых холмиков, несколько новых овражков — подумаешь! И самое главное — маленькое озеро возле ближайшей деревни. Я случайно создал котлованчик метров десяти в диаметре, и мне не пришло в голову ничего умнее, чем заполнить его водой. Жители были рады. Ну а что? Море — солёное, да и далековато. А в озере вода оказалась пресной и очень чистой. Таргориус сказал, что я умудрился раскопать очень глубокий источник и вывел его наружу. Ну должна же быть польза от моих уроков! Люди рады — и я доволен!

Ещё я много узнал о разновидностях магических специализаций. Оказывается, на Диссайре почти всё население было одарено. Способности не являлись редкостью, только их сила имела значение. Самые сильные — боевые маги, в основном, маги-стихийники. То есть те, кто может создавать заклинания всех стихий: земли, воды, воздуха и огня. Среди них выделялись в отдельную категорию, к которой Таргориус условно причислял и меня, маги-элементалисты. Почему условно? А потому, что у средне-одарённого стихийного мага просыпался дар элементалиста только после шестнадцати лет. Полностью получалось им овладеть лишь к тридцати годам. От обычных боевых магов они отличались тем, что могли полностью сливаться с одной из своих стихий. То есть маг огня мог обернуться живым факелом. Или, к примеру, водный элементалист был способен стать убийственной для врагов волной и потопить флот.

Такие способности считались очень редкими и, по словам Таргориуса, в последние годы особенно. В основном, боевые маги достигали только третьего уровня развития заклинаний и, соответственно, своей силы. Магистры имели четвёртый уровень, а архимаги, коих очень мало, пятый уровень. Каких высот достигну я, Таргориус даже не брался предположить, ведь даже сейчас, без долгого и серьёзного обучения, я довольно легко оперировал заклинаниями третьего уровня.

Кроме того, существовали маги-целители. Специализация нужная, но не слишком востребованная. Причина проста: все жители Диссайра имели такой дар. Хоть у большинства людей он был слабый, но всё равно позволял лечить простые царапины и лёгкие раны, поэтому лишь с серьёзными заболеваниями они обращались к профессионалам. Большинство целителей служило в армии. Конфликты существовали всегда и решались чаще всего, как говорят у нас, огнём и мечом, так что там пользы от таких магов было намного больше. Помимо целителей существовала ещё одна категория не самых сильных, «бытовых магов», которых ещё называли «магами-артефакторами».

Ещё я изучал с Таргориусом устройство всего мира и страны, где мне предстояло жить. Нам частенько составлял компанию Неа. Он очень много знал благодаря своим давним путешествиям, поэтому слушать его было очень интересно.

Я узнал, что чем длиннее имя у наследников мужского рода, тем древнее род; хотя женские имена здесь составляли исключение. Род Аронар по знатности мог соперничать даже с королевской династией. Окончание имени на «-ис» означало принадлежность к высшей аристократии, так же, как и приставка «кан». Имя «Таргориус» имело приставку к имени рода «кин», то есть он принадлежал к баронству Диссайра. Приставку «кен» имел только королевский род.

В данный момент страной, которая именовалась королевством Тайсар, управлял Его Величество Керранндис кен Эрагар. Самый сильный маг и воин. Оказалось, что нынешний граф Аронар учился вместе с тогда ещё наследником в Военно-магической Академии. Даже дружил с ним в то время. Три года назад Керранндис стал королем, и после коронации они больше не виделись.

На следующее утро Арианнорису исполнилось бы шестнадцать лет. Земное летоисчисление очень похоже на здешнее, и получилось так, что мой собственный день рождения почти совпадал с маленьким юбилеем Нори. Пусть всё сложилось очень странно, но я хотел попытаться прожить эту жизнь и за него, и за себя. За двоих.

Спустя пять месяцев, прошедших с моего появления в этом мире, я подрос, стал крепче и сильнее. Тренировки с наставником и Неа не прошли даром. А в ответ я даже научил братца многим приёмам из восточных боевых искусств, а также поделился навыками рукопашного боя. Ему это пришлось по вкусу, и через пару дней занятий со мной он уже валял своих воинов на тренировочной площадке.

Сегодня мы с Таргориусом и Неа спрятались от предпраздничной суеты в библиотеке. Тихо сидели, пили напиток из ягод, очень вкусный, кстати, и разговаривали. В последнее время меня мучал один вопрос.

— Таргориус, скажите, почему в замке и в окрестных деревнях так мало женщин, но при этом очень много детей? Как такое может быть?

— А что именно тебя удивляет?

— Детей ведь рожают женщины… Если их мало, то откуда тогда столько детей?

— С чего ты взял, что только женщины? А мужчины на что? — удивился Таргориус, а я чуть не захлебнулся напитком. Неа, смеясь, постучал по моей спине и спросил:

— У вас рожают только женщины?

— Ну да. И процесс этот весьма болезненный.

— Это как же? — кто бы сомневался, что любопытный маг упустит момент попытать меня по столь деликатному вопросу?

Я как мог объяснил особенности размножения землян. Диссарийцы были шокированы. Оказалось, что у них всё намного проще. Во-первых, родить ребёнка возможно только в законном браке. Во-вторых, супруги должны любить друг друга. От этого зависит, насколько легко у них получится зачать малыша. И ещё большим для меня сюрпризом стало то, что на Диссайре были вполне обычны и приемлемы однополые браки как для женщин, так и для мужчин. Я гомофобом никогда не был, даже пошалил в ранней молодости по любопытству да по глупости, но всё равно удивился.

Как я понял, во время секса у них происходило слияние энергий и формировалось ядро. Оно обычно зарождалось у энергетически самого сильного супруга в районе сердечной чакры, как сказали бы у нас. Через три месяца ядро отделялось от носителя. Это было немного болезненно, но до наших родов далеко, как до Венеры. Маги-целители помещали ядро в семейный артефакт, так называемую «колыбель». Туда же вливалось немного крови обоих супругов, то есть, как я понял, биологический материал, и ребёнок ещё шесть месяцев рос, питаясь энергией родителей. Для этого нужно было просто кому-нибудь из них по несколько часов в день проводить у колыбели и разговаривать, петь, или иным способом общаться с будущим чадом.

— Какое счастье, что у вас всё так просто, а то я уже немного струхнул! Вот вырасту, встречу замечательную девушку. Вот тогда и буду думать о детях!

— Ну, девушка-то тебе не светит, — пробормотал маг, но я его слова услышал.

— Таргориус, не пугайте меня, я не по мужикам!

— То есть ты никогда не был с мужчиной? — поинтересовался мой братец, хитро улыбаясь.

— Нет, был пару раз с парнишками, но хиленькие изящные мальчики как-то не пришлись мне по вкусу.

— Я должен тебя предупредить. Завтра приезжает мой друг Калларис. Боевой маг личной королевской гвардии. Мы вместе учились в Академии.

— И что? — осторожно спросил я. Уж больно улыбка Неа была хитрой.

— Да ничего, только Нори последние года два был в него влюблён по уши, — у меня глаза, кажется, стали, как пара блюдец, а эти двое сидели и посмеивались.

— И как к этому относился ваш Калларис?

— Снисходительно. Он знал и подшучивал над Нори, но не злобно. Однако, дело в том, что мой друг… Как бы сказать… Мой дружок — ходок.

— То есть кобель?

— Можно сказать, и так! И, глядя, как преобразился мой братик за последнее время, боюсь, может передумать и приударить за тобой.

— Боги этого мира, не дайте мне такого счастья! Я всё равно по девушкам, субтильных мальчиков мне не надо! И кобелей тем более!

— Ну твою-то половину субтильным мальчиком никак не назовёшь, да и кобелём как-то тоже. А с тобой на сторону он гулять точно не будет, — усмехнулся старый маг. Я сглотнул и с подозрением уставился на него. Во взгляде Неадориса тоже появилось любопытство.

— Уважаемый наш маг, вам что, опять во сне кошмары снились? — спросил я.

— Ну почему же кошмары? Весьма приятные сны!

— То есть, если я правильно понимаю, — сказал братец, — вы знаете избранника Нори.

— Ты тоже его знаешь, Неадорис.

— Только не Калларис! Нет, я, конечно, дорожу им, но в зятья не хочу!

— Нет, не Калларис, — Таргориус помолчал, потом повернулся к Неа и сказал, улыбаясь: — Огненный Смерч.

— Что? — теперь у Неа глаза стали круглыми, как плошки.

Что-то мне это не нравилось. Мало того, что эта доморощенная Ванга мне мужика в мужья вещала, так ещё и мутного какого-то.

— Таргориус, а как сего доблестного мужа зовут в реале? Скажите мне имечко, и, честное слово, я его десятой дорогой обходить буду, — у меня были очень жалостные глаза. Старый гад рассмеялся, но имя не выдал. Я фыркнул обиженно и ушёл, оставив дверь чуть приоткрытой.

— Таргориус, вы уверены? Это действительно он?

— О, да! Это будет весело! Бедный наш Тайсар! — и они вдвоём опять захохотали.

Я даже не представлял, кто такой этот Смерч, но знал точно: я — не стихийное бедствие, ничего с королевством не случится. Тем более, я уже решил, что всё равно попробую это счастье напророченное обойти сторонкой. Дома жениться не спешил, а тут тем более повременю.

На следующий день я проснулся очень рано и решил прокатиться верхом. Природа вблизи замка была замечательная, воздух, не загрязнённый выхлопами, пьянил, и настроение сразу улучшилось. Оказалось, в этом мире, тоже есть лошади. Правда, они немного отличались от привычных мне животных. Во-первых, гривы и хвосты у них были очень длинными, морды более изящными, как и все телосложение. Назывались они «кайрани» и были очень и очень быстрыми.

На Диссайре воины не носили тяжёлых доспехов. Они обычно надевали кожаную броню с металлическими вставками. Чаще всего, внутри были вшиты защитные артефакты, что делало её весьма крепкой. Нет тяжелых всадников — нет лошадей-тяжеловесов. Кайрани использовались исключительно для верховой езды. Для перевозок на Диссайре существовали забавные мохнатые животные, чем-то похожие на буйволов, только выше в холке и без рогов.

Прогулка удалась на славу. Хотя утро было слегка прохладным, я совсем не замёрз. На мне был подаренный Неа костюм из тонкой коричневой кожи с мелкими металлическими нашлёпками, льняная рубашка и мягкие, уже полюбившиеся мне сапоги. На поясе висел специально сделанный мастером-кожевенником пояс с ножнами для саи. Когда я въехал во двор замка, там было уже довольно многолюдно. Гости начали собираться на праздник. Шестнадцать лет считались первым совершеннолетием. Таких в королевстве Тайсар было два. Первое — именно в шестнадцать, когда отпрыски семей могли самостоятельно уезжать на учёбу, и в тридцать, когда люди могли жениться без согласия родителей и несли полную ответственность за свои действия. Оказывается, здесь тридцать лет приравнивались к земным восемнадцати, так как люди жили намного дольше. Многие спокойно доживали до трёхсот, а некоторые особо магически одарённые личности и до пятисот. Вот такие пироги! Сам был в шоке, когда узнал, что Таргориусу двести восемь лет, ведь на вид он — эдакий семидесятилетний старичок. Неа было, к счастью, всего-то двадцать восемь. Когда я спросил брата, почему родители так поздно завели детей, он рассказал, что в молодости отец часто путешествовал, как и многие из его предков. Женился он, когда ему исполнилось шестьдесят пять. Через четыре года появился Неа, и только ещё через двенадцать родился Нори.

Бросив поводья конюху, я не спеша пошёл к дому, когда чьи-то наглые руки ухватили меня за задницу. Сработали мои рефлексы. Захват, разворот, подсечка — и вот я уже прижимал коленом к земле трепыхающуюся тушку, которая громко и витиевато материлась. Я аж заслушался. Физиономию своей жертвы я не видел, только блондинистую макушку. Неожиданно сзади раздался громкий хохот.

Оглянулся и увидел картину: Неа и Таргориус ржут аки кони, а матушка улыбается весьма-весьма радостно. Приглядевшись к наглецу подо мной и покопавшись в памяти, я сделал вывод, что это, скорее всего, Калларис.

— Многоуважаемый Калларис, вы ничего не хотите мне сказать? Извиниться за распускание своих шаловливых ручек, к примеру? — тушка засопела, зафыркала и произнесла:

— Многоуважаемый Арианнорис, я приношу свои извинения, — я, так и быть, его отпустил. Калларис встал, отряхнулся и с изумлением посмотрел на меня. Ну да, я всё ещё был на голову ниже и намного легче. А он действительно оказался красавчиком: высокий золотистый блондин, с красивым лицом и наглыми, в данный момент смеющимися синими глазами.

— Малыш Нори, а как это ты умудрился меня опрокинуть? И где твоя любовь ко мне? Я к нему с объятиями, а он с оплеухами!

— Нечего ручки протягивать без спросу. Не ваше — не лапайте! А любовь завяла, как прошлогодняя листва.

— А чего так? — такая невинная и обиженная моська! Обалдеть можно.

— Я просто понял, что мне только шестнадцать и у меня вся жизнь впереди. Так зачем мне старый потрёпанный кобель?

— Хм… — кажется, Неа сзади хрюкнул. Или мне показалось? Оглянулся: не послышалось — хрюкал не только он. Калларис посмотрел на меня круглыми глазами и громко захохотал.

— Неа, я раньше любил твоего братца, а сейчас я его обожаю. Могу только посочувствовать тем, кто будет с ним учиться. Хотел бы я посмотреть, как он будет их строить и воспитывать. Скажешь мне, куда пошлёте его — я устроюсь туда работать!

— Ты свою гвардию никогда не бросишь. Или хочешь сказать, что во дворце тебе скучно?

— В том зверинце? Да нет! Там сейчас весело!

— А что так? — спросил Неадорис.

— Его Величеству исполнилось тридцать. Вельможи теперь горят желанием его женить, естественно, с выгодой для себя. Он сопротивляется и меняет фаворитов, как перчатки.

— Ему можно только посочувствовать! Болтать хорошо, но гости почти собрались, так что предлагаю вернуться в дом! Нори, быстро приводи себя в порядок — и к гостям!

День прошёл торжественно! Гости, поздравления, подарки. Всё было хорошо до того момента, пока в самый разгар праздника мне вдруг не стало очень жарко. Таргориус заметил это и увёл меня в кабинет графа. Туда же пришли мама и брат. У меня болел весь висок, будто кто-то рисовал там раскалённой иглой. Через десять минут всё прошло, словно ничего и не было. Я увидел улыбающиеся лица своей семьи.

— Что это было, Таргориус? — спросил я у мага, однако ответила мне мама:

— Ты забыл, Нори? Это же проявилась семейная татуировка. Теперь никто уже не скажет, что ты не Аронар.

Я подошёл к небольшому зеркалу, висящему на стене, и посмотрел на своё отражение. Как же я мог забыть? Ведь и у Неа, и у графини были татуировки на правом виске. После шестнадцати лет у всех отпрысков высшей аристократии, то бишь графов, герцогов и королей, проявляется татуировка рода. Изящный чёрный рисунок, начинающийся над кончиком правой брови, идущий через висок и спускающийся чуть ниже. У каждого рода она своя. Перепутать с другими её невозможно, как и стереть. Теперь такая была и у меня.

После ужина, когда часть гостей разъехалась по домам, а другая пошла спать, мы тёплой компанией вновь сидели в библиотеке, прихватив с собой десерт и бутылку лёгкого вина. К нам присоединился Калларис. Он оказался хорошим весёлым парнем, впрочем, другим я друга Неа и не представлял. Он рассказывал свежие дворцовые сплетни, выбирая самые забавные из них. Вечер прошёл ещё лучше. Без торжественности и пафоса, но тепло и уютно.

Через месяц одним поздним вечером мы с Неа стояли на замковой стене и смотрели на окрестности. Меня мучила смутная тревога.

— Неа, а почему ты не женат и у тебя даже нет невесты?

— Просто ещё не встретил того или ту, с кем хотел бы прожить жизнь.

— Совсем-совсем никого?

— Года три назад мы возвращались с коронации. Порталом вышли в Элдари, это крупный город, если ты помнишь из уроков, в трёх днях пути от нас, — я кивнул. Порталы находились лишь в крупных городах. — Так вот. Я пошёл прогуляться по городу и вдруг услышал крик. Несколько оборванцев пытались вырвать у девушки сумку. Я вмешался. Она была очень красива: серебристые, как лунный свет, длинные волосы, пухлые губки, маленький носик и синие-синие глаза. Её волосы рассыпались и закрыли большую часть лица, но я заметил краешек татуировки на виске. Девушка точно была из аристократического рода, но что она делала одна на улице? Я не успел её расспросить — меня позвал человек из охраны. Когда я оглянулся, её уже не было.

— Ты успел узнать тату?

— Нет, я видел лишь край. А за последние три года я так и не смог попасть в Элдари.

— Жаль, но, может, тебе удастся ещё встретить её. Как говорится, какие твои годы!

Внезапно мы услышали шум и заметили человека, перепрыгнувшего через стену. Хотя человека ли? Стена внешнего круга замка превышала высоту в двадцать метров и была довольно гладкой. Залезть на неё без лестницы или верёвки было невозможно. Но неизвестный залез. Неа выхватил из ножен свои мечи, а я саи, однако человек поднял руки вверх и громко воскликнул:

— Господин, не убивайте! Это я, Регнар кин Нар!

— Регнар? Мы думали, ты мёртв! — воскликнул Неа. Как я узнал после, этот мужчина был очень дальним родственником графов Аронар и начальником личной охраны отца.

— Лучше бы так и случилось, — Регнар подошёл ближе, и в свете факелов мы заметили его красные глаза и немного выступающие из-под губы клыки. Он напоминал вампиров из наших книг. Это было жутко!

— Что с тобой случилось?

— Господин граф, позовите свою матушку и Таргориуса. Я расскажу вам обо всём, но предупреждаю: у нас всех очень мало времени. И пока не говорите моей жене обо мне, пожалуйста!

— Пройдёмте в кабинет. Нори, найди остальных!

Когда мы все собрались в кабинете, Регнар рассказал нам свою историю, которая повергла нас в шок. Это было страшно, это было безумно, но, глядя в уже не человеческие глаза Регнара, мы не смогли не поверить.

Во время нападения он был ранен и унесён нападающими с собой в качестве пленника. Когда он пришёл в себя, то не поверил своим глазам. Существа, что очень быстро тащили его, были страшны. Ими когда-то пугали детей, но многие годы о них ничего не было слышно. Они считались истреблёнными. Их называли «вампами». Как я понял, это были более привычные нам по литературе низшие вампиры.

Через пять дней Регнара доставили в большой замок и бросили в подвал. Он очень ослабел от ран и находился почти при смерти. Ночью к нему пришёл ещё больший кошмар. Высокий, худой, но очень сильный мужчина. Его глаза были не просто красными, они светились алым пламенем. Высшее, древнее существо! Тот, кто создавал вампов. Вампир! Регнар думал, что минуло уже лет эдак сто, как их всех уничтожили на Диссайре! Но нет, этот был жив и очень силён. Вампир попытался ментально надавить на воина, но тот сопротивлялся. Тогда он просто обратил его. Процесс обращения оказался очень болезненным. После него человек обычно полностью попадал под власть высшего вампира.

За время обращения тот узнал всё, что хотел, а именно информацию о замке Аррон и его обитателях. О всех тайных ходах, слабых местах обороны и внутреннем расположении строений. Зачем вампиру это было нужно, Регнар узнал намного позже.

Когда обращение в вампа было закончено, он понял, что благодаря крови Аронаров, даже её маленькой капле, Регнар мог сопротивляться воле своего хозяина. Он постарался этого не показывать, и, как оказалось, не зря. Так он узнал, что попал в замок герцога Ронгара Крея.

Герцогство находилось на самом стыке трёх королевств: Тайсара, Рингара и Крандара. Оно принадлежало королевству Рингар, но было относительно независимым. Благодаря каким-то заслугам дед нынешнего герцога получил много привилегий и стал сам себе хозяином.

Однако, его внук слыл страшным человеком. Много лет назад он занялся магией и алхимией, но дела его были темны. Он окружил себя большой охраной и никого к себе не подпускал. Вампир, когда-то спасённый им и давший клятву верности, создал для него тайную армию вампов и постоянно её пополнял. Даже король Рингара боялся связываться с ним. Герцогство было довольно далеко от замка Аррон, а Рогнар Крей никогда не виделся с графом… Но почему тогда тот послал своих тёмных слуг убить незнакомого ему человека? Ответ оказался ещё страшнее. К довольно сильному личному провидцу герцога пришло видение, из которого он понял, что хозяин погибнет от руки графа Аронар. Это и стало приговором для отца Неа и Нори.

— Как ты смог бежать, Регнар? — глухо спросил Неадорис.

— У меня не было выхода, господин граф. Вы в опасности.

— Но ведь отец погиб, хоть я и не понимаю, как он мог угрожать Крею!

— Провидец сказал, что опасность не миновала, что она всё ещё есть. А две недели назад вернулся соглядатай и что-то сообщил герцогу. Я узнал, что ему нужен ваш брат, живым и здоровым! Всех остальных он приказал убить.

— Зачем ему Нори, Регнар?

— Я не знаю, но это как-то связано с его даром мага стихий. За то время, что я был в замке, в него привезли двух парнишек лет шестнадцати, тоже магов стихий. Их укусил вампир, но не обратил. Яд лишь вызвал сексуальное желание. Герцог их долго и грубо насиловал. Около недели не выпускал каждого из своей комнаты. А потом, проследив за ним, я увидел, как он убил каждого из них и вынул из грудной клетки радужный кристалл размером с грецкий орех. Я не знаю, что это было, но он очень ярко сиял… Герцог тогда дико рассмеялся. Думаю, господин Нори ему нужен для того же.

— Подавится! Сколько у нас времени, Регнар? — меня просто трясло от бешенства. Этот псих собирался убить мою семью!

— До утра! Они боятся огня и ещё не могут войти в воду. Дневной свет для вампов не опасен.

— Я понял, — сказал Неа. Он был, в отличие от меня, собран и спокоен. — Сейчас подымаем всех, уводим женщин, детей и стариков на корабль, что стоит у пристани. Пусть выходят в море и не возвращаются, пока всё так или иначе не закончится. Мама, Нори, вы пойдёте с ними!

— Нет! — в два голоса воскликнули мы.

— Неадорис, ты — граф Аронар, но я — твоя мать, и буду делать то, что считаю нужным! Вам понадобится любая помощь! Ты знаешь мой характер — я остаюсь!

— Я тоже не уйду! Эта проблема возникла и из-за меня тоже. Я уже неплохо владею магией, огненной в том числе, и оружием. Вместе мы сильнее!

— Какие же вы упрямцы, — устало сказал Неа, и улыбнулся. — Мы ещё подерёмся!

Глава четвёртая

Я расспросил Регнара о замке герцога, даже попросил нарисовать план. Не знаю почему, но я чувствовал, что это понадобится. Любые знания о враге — большой плюс к твоей победе. Моя интуиция и опыт бойца говорили, что это ещё не конец.

Я понимал, почему Неадорис не увёл всех из замка. Какой смысл бежать и делать временную отсрочку того, что всё равно случится? Этот враг придёт в другой раз, когда ты не будешь предупреждён, когда ты не будешь готов. Я узнал, что вампы — это, в основном своём количестве, бывшие разбойники, воры и глупцы, попавшиеся на дороге вампиру. Они сохраняли разум, но полностью подчинялись хозяину — не могли преодолеть его зов. Вампы не чувствовали боли, не боялись света, быстро регенерировали. Идеальное пушечное мясо, дешёвое и быстро восполняемое. Кормили их раз в неделю кровью животных, хотя перед боем человеческая была предпочтительнее. От неё они впадали в ярость, у них появлялась жажда убийства. Такими их с трудом контролировал даже вампир. Они были очень сильными противниками.

Неадорис послал магического вестника королевским гвардейцам. Приграничная крепость располагалась ближе, чем город, но и оттуда помощь могла прийти не раньше следующего утра. Нам нужно было продержаться чуть больше суток. Неа перекрыл все входы и тайные выходы из замка. Наш гарнизон не был огромен: всего пара сотен солдат, зато все они были очень хорошо обучены. Кроме того, многие работники и слуги также не захотели уходить — замок Аррон был их домом. Плюс, мы с Таргориусом — не такой уж балласт. Один — пожилой и не самый сильный, другой — молодой и не обученный, но всё же оба с магической силой.

Графиня готовила места для раненых и материал для перевязок. Неа периодически куда-то пропадал, из-за чего я не мог его найти, а Таргориус на мои вопросы отмалчивался.

— Скажи мне, братец, а что имел в виду Регнар, говоря, что капля крови Аронаров не дала ему попасть под влияние вампира?

— Это тайна рода Аронар. Нори не знал о ней, потому что был ещё слишком мал. Мы имеем природную ментальную защиту, эдакий щит. Абсолютный. Ни один маг-менталист, а такие есть среди целителей, хоть и очень-очень мало, не способен пробить его. Вампир тоже не сможет это сделать, даже несмотря на обращение. Прадед Регнара женился на младшей из дочерей нашего рода. Даже такая капля помогла ему, как видишь.

— Вампа нельзя обратить снова в человека?

— Насколько я знаю, нет. Регнар пришёл спасти свою и нашу семьи. Так горько было смотреть на его прощание с ними!

На рассвете начался кошмар. Вампы лезли отовсюду, как крысы. Они приходили волнами. Отбили одну — через час пришла вторая. Костры на стенах и факелы в руках не гасли до самого вечера. Мы с Таргориусом еле успевали восстанавливать свои резервы. Лечили своих и жгли врагов.

Я знал, что графиня Релия — замечательная женщина, но и она меня удивила своей стойкостью и силой. Несмотря на то что почти все могли сами подлечивать себя, раны, наносимые когтями вампов, быстро не зарастали. Их нужно было обрабатывать и перевязывать, чтобы ускорить процесс лечения.

Уже наступал вечер. Все были жутко измотаны, но поток вампов, похоже, начал иссякать. Мы не тешили себя надеждой, что перебили всех, но радовались тому, что хотя бы заставили их отступить. Наши потери составляли почти половину гарнизона. Я участвовал в военных операциях и знал, что значит терять близких, но всё равно смотреть на это было тяжело, в каком бы мире мы ни жили.

Неа устал. Он стоял, опираясь о стену, и смотрел вниз. Графиня неподалёку перевязывала солдата, в то время как я подымался к ним по ступеням. Неожиданно позади Неа возникла фигура вампа. Брат не заметил его — слишком устал, и реакция притупилась. Я рванулся к нему, но не успел! Крик — и графиня оказалась между тварью и старшим сыном. Стремительный бросок — и вамп рассечён пополам катаной Неа, но слишком поздно…

Я подбежал и поймал лёгкое тело у самой земли, Неа опустился рядом. Я попытался исцелить, звал старого мага, но понимал, что тот не успеет. Горло было слишком сильно разорвано, и я не мог залечить рану. Кровь толчками вытекала из тела. Глаза Релии начали туманиться, она попыталась улыбнуться нам и… Всё! Её больше нет! Человека, который так внезапно вошёл в мою жизнь и заменил давно потерянную мать, больше нет!

Неа взял на руки тело матери и понёс по ступеням вниз. Я последовал за ним. Мы вошли в большую гостиную, и Неа положил её на диванчик. Поправил волосы и закрыл зелёные глаза, когда-то светившиеся радостью и любовью.

На его плечо легла рука Таргориуса. Он молчал, но по щекам текли слёзы. Наше скорбное молчание прервал Регнар, вихрем вбежавший в комнату.

— Господин граф, он здесь! Вампир здесь! Сам пришёл, и я слышу его зов!

— Ну вот и всё, — тихо прошептал Неа, дотронулся до лица матери и посмотрел на старого мага. Тот кивнул и вышел.

— Регнар, командуй людьми! Я ненадолго отлучусь. Пойдём, Нори.

Мы долго шли по лабиринтам коридоров и спускались вниз по лестницам. Я уже давно излазил замок вдоль и поперёк и знал, что мы направляемся к винным погребам. Не спрашивал, зачем, просто шёл. Меня терзала мысль о том, что мы не сможем долго противостоять древнему вампиру с его свитой. А то, что он подоспел с подкреплением, не вызывало никаких сомнений.

Похоже, моя сказка подошла к концу. Однако, я не собирался становиться игрушкой сумасшедшего мага. Я был готов умереть только в бою рядом с Неа, моим другом и кровным братом.

По дороге нас нагнал Таргориус с небольшой сумкой на плече. Мы приблизились к большим тяжёлым дверям. Это был не большой винный погреб с элитными дорогими винами, а самый маленький из трёх в замке. Неа открыл дверь, мы вошли, и он запер её за собой, ведя нас в самый конец, к каменной стене, являвшейся частью скалы, на которой был построен замок Аррон.

Неа остановился и снял с шеи кожаный шнурок с кольцом. Судя по форме, это был мужской гербовый перстень с зелёным камнем, аккуратный и не массивный. Неа приложил его к едва заметной метке на стене, и та вздрогнула, явив перед нами небольшую дверь. Брат пошёл вперёд, сделав нам знак следовать за ним.

Помещение, в которое мы попали, можно было назвать пещерой дракона или пещерой Аладдина. Здесь горели магические светильники, повсюду стояли столы с какими-то свитками, диковинными артефактами. На полу лежали сундуки. Некоторые были открыты, и я заметил в них золотые монеты. Похоже, мы оказались в сокровищнице нашего рода. Я грустно усмехнулся.

— Неа, ты хочешь откупиться от психа с его шайкой? Должен тебя огорчить: таких, как они, можно только грохнуть!

— Нет, братишка, я хочу сделать то, что должен. Надеюсь, когда-нибудь ты меня простишь. Таргориус! — крикнул он, и тут же моё тело оцепенело! Я не мог пошевелиться, как и произнести что-нибудь вслух.

— Арианнорис, ты теперь останешься последним из рода Аронар. Мне жаль, но, скорее всего, мы больше не увидимся. Я хочу сказать тебе, что ты стал мне настоящим братом. Ближе тебя у меня не было никого. Только мама и ты, Нори. Это место, — он обвёл рукой огромную пещеру, — было найдено ещё нашим прапрадедом. Старая сокровищница древних. Она начинается здесь и заканчивается выходом в пещеру, которая во время прилива почти заполняется водой. Но скоро будет отлив, и тогда ты сможешь выплыть на лодке в море. Я приготовил припасы и всё необходимое для твоего обучения в Военно-магической академии. Таргориус, дайте мне сумку, — старый маг подал брату чёрную кожаную сумку с длинной шлейкой. — Её нашли здесь. Она не простая: почти бездонная, хотя вес сложенных вещей в ней совсем не ощущается. Здесь письмо к заместителю ректора и моему другу Гариусу кин Дару. Я изложил ему всё и попросил присмотреть за тобой. В том, что ты станешь очень сильным магом, я не сомневаюсь ни секунды. Кроме того, здесь деньги на весь период обучения, они в коричневом кошеле. Отдашь его Гариусу. В другом, чёрном, деньги на жизнь, их очень много. И ещё, Нори…

Неадорис разжал ладонь, на которой лежало кольцо. Своим взглядом он будто просил прощения, но я был слишком зол. Они с Таргориусом решили за меня. Брат взял мою руку, проколол палец кинжалом и окропил кольцо кровью. Оно полыхнуло зелёным светом.

— Это кольцо графа Аронара, оно признает только кровь семьи. Никто другой его взять и надеть не сможет. Снять его способен лишь наследник с мёртвого владельца, и никто иной. Я словно чувствовал, что не должен оставлять его себе. Когда цвет камня станет белым, это будет означать, что я погиб, а кольцо по праву твоё. Камень вновь станет зелёным, как только ты воспользуешься им по назначению или кольцо окажется у тебя на пальце.

— Нори, — вступил в разговор старый маг. — Я скрыл твою татуировку иллюзией, её не будет видно, пока ты не наденешь кольцо и тем самым не признаешь титул графа Аронар. Кроме всего прочего, кольцо — пропуск в банковское хранилище вашей семьи, однако, там тоже не желательно появляться в ближайшее время.

Мы с Неадорисом решили, что тебе лучше поступить в Академию под другим именем. Слуги Крея будут искать тебя. Регнар не знает, в какое учебное заведение ты отправляешься. Для него ты всё ещё поступаешь в Университет целителей. Возможно, это даст тебе фору для того, чтобы стать сильным, очень сильным. В твоей сумке, кроме бумаги, подтверждающей родство с семьёй Аронар, есть и документ на имя моего умершего сына, который был бы твоим ровесником. Для всех в Академии ты будешь Арианом кин Мор, сыном барона. Так будет лучше и надёжней. Теперь всё. Неа, нам пора, скоро заклинание спадёт, второй раз мне наложить его будет трудно. Когда мы уйдём, то завалим дверь с той стороны. У тебя не будет другого выхода, кроме как следовать моему приказу, — Неа посмотрел мне в глаза. — Прости за мою просьбу, но я очень прошу тебя доплыть до Элдари, затем порталом отправиться в столицу и поступить в Академию. Нори, пойми, только так у тебя появится шанс отомстить за нас и остановить безумца. Если ты попадёшь к нему в руки сейчас, то станешь не последней жертвой. Наши смерти, смерть отца и матери будут впустую! Там, в конце пещеры, — дверь. Приложи кольцо в углубление по центру, и она откроется. Точно так же закроешь её с другой стороны. Удачи, братишка. Береги себя!

Мой названый и одновременно родной брат вместе с моим первым учителем стремительно вышли. Дверь сама закрылась за ними. Через минуту я услышал глухой шум — видимо, они всё-таки чем-то завалили проход — а ещё через минуту мои магические путы спали. Опустившись на колени, я запустил руки в волосы.

Хоть я и понимал их, но всё равно злился и не хотел уходить. Сжимая в ладонях висевшее на моей шее кольцо, я молил всех богов Диссайра, чтобы камень не стал белым ещё долгие-долгие годы.

Мои родители, дед Матвей, Релия! Я не хотел увеличивать список своих потерь, но, как говорится, кто же меня спрашивал!

Неизвестно, сколько я так просидел, но решение принял. Другого выхода мне всё равно не оставили. Взяв сумку, я пошёл к выходу.

Когда по бесконечному коридору, высеченному в толще скалы, я добрался до пещеры, как раз начался отлив. Лодка была закреплена у самой воды. Отвязав её, я осторожно запрыгнул внутрь, взял одно весло и оттолкнулся. Вместе с уходящими потоками я направлялся в неизвестность. Внезапно я почувствовал дуновение ветра, а затем увидел слабый свет, исходящий от расщелины в скале. Оказавшись возле неё, я, даже сидя в лодке, свободно проплыл в пространство между камней.

Над морем лежал предрассветный туман. Взяв в руки вёсла, я оттолкнул лодку от скалы и, оглянувшись, увидел башни замка Аррон. Он действительно было очень далеко.

Впереди меня ждала долгая дорога, но я не переставал надеяться, что ещё когда-нибудь вернусь сюда и увижу тех, кто стал мне так дорог.

Путь до Элдари был тяжёлым. Приходилось много отдыхать — всё-таки моё тело оставалось слабовато для многочасовых нагрузок. Я перекусывал, немного дремал, потом снова начинал грести. В сумке я обнаружил превосходную карту Тайсара. Следуя вдоль береговой линии и обходя опасные места, я продвигался всё дальше. К вечеру четвёртого дня я уже различал вдали крыши города. Впереди я заприметил маленькую, почти крохотную бухточку. Наверху располагался довольно большой, хоть и старый дом, весь увитый зеленью. Добравшись до берега, я вытащил лодку и без сил свалился рядом.

— Эй, юноша, очнитесь! Скоро вечер, ночью на море прохладно, — голос был женским, очень мелодичным. Я открыл глаза. Передо мной на корточках сидела молодая девушка. При взгляде на неё, я вспомнил рассказ Неа. У этой молодой женщины тоже были длинные серебристые волосы и синие, как море, глаза. Даже татуировка на виске присутствовала. Неужели это видение Неа? Почему его нет со мной? Возможно, его желание сбылось бы.

— Кто вы, прекрасное видение? — незнакомка засмеялась.

— Сайри кан Трей. А как зовут вас, молодой человек? — я встал и поклонился.

— Арианно… Ариан кин Мор, сударыня.

— Откуда вы и куда держите путь, если это не тайна?

— Ну что вы, тайны нет. Я из соседнего графства, держу путь на учёбу.

— Я неизвестно откуда и иду неизвестно куда? Ответ обо всём и ни о чём. Вы хитрец, Ариан кин Мор.

— Просто осторожен. Не подскажете, где я могу остановиться на ночлег неподалёку?

— Моя гостиница, — девушка показала на дом наверху, — к вашим услугам. Недорого, но чисто и уютно.

Я согласился и, собрав свои пожитки, пошёл по тропинке за хозяйкой постоялого дома. Это, и вправду, оказалось уютное местечко с чистыми комнатами и вкусной едой. После ужина и омовения в горячей ванне я без сил свалился в кровать и задремал.

Проснулся только к обеду. Оделся, посмотрел на себя в зеркало и улыбнулся. Хорошая всё-таки штука — магия. Лёгкое движение, пара слов — и вот ты уже гладко выбрит, причём почти везде, кроме головы. Вот такие дела. А ещё существовало заклинание очищения. Я когда в первый раз откопал его в памяти Нори и тихонько применил, эффект был феерический. Только позже до меня, барана, дошло, для чего оно здесь практикуется. Зато запора теперь никогда не будет!

Я спустился вниз. Зал маленькой гостиницы был светлым и уютным. Небольшие деревянные столы и стулья, чистые окна с красивыми нежными шторами, картины с морским пейзажем на стенах, большой камин. А ещё здесь вкусно кормили. Я подозвал девушку-разносчицу и заказал обед. Позже ко мне присоединилась Сайри, мы долго тихо болтали, и затем я спросил её:

— Скажите, года три назад, после коронации короля, с вами ничего не случалось? На вас никто не нападал, никто не спасал? Например, один симпатичный высокий брюнет?

— Откуда вы знаете, Ариан? — глаза молодой женщины стали настороженными.

— Совсем недавно я слышал от одного друга рассказ о том, как однажды он помог красивой девушке, но она исчезла как видение.

— Почему вы решили, что это могу быть я?

— А в Элдари так много высокородных девушек, одиноких и очень красивых? К тому же, вы подходите под то описание, что дал мне друг, — Сайри улыбнулась.

— Да, вы правы. Был у меня такой случай. И вашего друга я помню очень хорошо. К сожалению, я не смогла остаться и поблагодарить его. Даже не успела рассмотреть, к какому роду он принадлежал.

— А почему вы сбежали?

— Это тяжёлая история, Ариан. Я не думаю, что вам она может быть интересна.

— Но я всё-таки хочу её услышать. Мой друг очень вами заинтересовался. Он не простит мне, если я откажусь вам помочь.

— И какое же имя у вашего друга?

— Неадорис.

— Хм… Верный Долгу. Многообещающе.

Сайри было нелегко довериться первому встречному, но я подумал, что, если уж судьба привела меня к девушке, так понравившейся моему брату, значит, это неспроста. Я должен ей помочь.

Она помолчала некоторое время, а затем поднялась и пригласила меня в свой кабинет. Помещение оказалось под стать хозяйке: никакой тяжёлой тёмной мебели, всё светлое, лёгкое и уютное. Мы присели в удобные кресла с мягкими вышитыми подушками, и я услышал историю Сайри кан Трей…

Глава пятая

История была проста и стара, как мир: двое богатых сирот и алчный дядюшка. Сайри происходила из достаточно древнего рода. Их земли соседствовали с владениями Аронаров. Отец девушки с честью и достоинством носил титул графа кан Трея. Кстати, женат он был на мужчине. Второй отец Сайри был довольно сильным боевым магом и погиб пять лет назад. Граф кан Трей пережил мужа ненадолго, всего на год, и умер при странных обстоятельствах, после чего опекуном детей стал их дядя. Двоюродный брат графа. Очень амбициозный и жадный субъект.

У Сайри раньше был младший брат Гардерис. Тот, кто должен был наследовать титул. У Гарди, как называла его сестра, проявлялись неслабые задатки мага-стихийника. Он поступил в Военно-магическую Академию, где артефакт показал все основания, что он может стать магом-элементалистом. Сайри была так рада за него! Когда брат приехал на первые каникулы, дядя неожиданно решил отправить его сюда, в Элдари. Гарди должен был проверить дела в фамильном замке. Гостиница тоже принадлежала семье, и она стала последним местом, где видели юношу. Поиски ничего не дали, да и дядя не очень усердствовал.

Несмотря на все просьбы и мольбы Сайри, через два месяца он объявил Гардериса мёртвым и сам стал графом кан Трей. Кроме того, дядя попытался выдать Сайри замуж, но у него не получилось, так как благодаря храмовым меткам жителей Диссайра нельзя было силой принудить к браку или передаче имущества и изнасиловать. Как только происходило подобное действие, тут же прибывали ближайшие королевские стражи.

Девушка попросила отпустить её в одно из имений и отдать часть наследства, но опекун отказал, мотивировав это тем, что её отец не оставил завещания, и теперь он, нынешний граф кан Трей, имел полное право распоряжаться состоянием по своему усмотрению. Сайри ему не поверила. Отец никогда не был таким неосмотрительным — он должен был позаботиться о них. Дядя вновь попытался настоять на браке, но получил ещё один отказ. Тогда он заявил, что отправит девушку в Элдари и отдаст ей в полное распоряжение гостиницу, но финансово помогать не станет. Сайри останется жить там до тех пор, пока не образумится.

Забрав все свои сбережения и драгоценности, девушка с радостью уехала. Однако, на этом её неприятности не закончились. Периодически дядя посылал своих наёмников, чтобы те вредили племяннице: то разбивались окна в здании, то кто-то избивал постояльцев, то исчезали заказанные товары. Желающих поселиться в гостинице становилось всё меньше. Деньги заканчивались, а доходы с каждой неделей уменьшались.

В тот день, когда Неадорис помог Сайри, наёмники под видом бродяг пытались отобрать у неё сумку, в которой лежали деньги за проданные драгоценности. В Элдари не было разгула преступности — королевская стража держала всех воров в страхе, так что девушка не сомневалась: этих людей нанял её родственник.

— Думаешь, он хочет выжить тебя отсюда любой ценой?

— Уверена! Он давно присмотрел мне нескольких женихов из нужных семейств — хочет подороже продать.

— А толку с такого брака? Без любви или хотя бы симпатии не будет детей.

— А он нашёл вдовцов с наследниками, которым нужна жена лишь в качестве любовницы и красивой куклы. За такую не обязательно давать большое приданое. Не для тех целей нужна!

— Вот жадная скотина! А ты не думала, что твой отец погиб не случайно и дядя к этому причастен? Уж больно он амбициозен. Такие, как он, пойдут на многое.

— Ко мне приходили такие мысли, но доказательств у меня нет, а для того, чтобы заставить его пройти Глас Правды, необходимо решение самого короля, но дядя просто не даст мне такой возможности. Боюсь, я живу лишь пока особо не дёргаюсь. В отличие от меня, у него половина дворца знакомых и прихлебателей, в королевской канцелярии тоже есть. Так что подать королю письменное прошение не получится. Да, к тому же, понадобятся очень крепкие доводы.

На какое-то время мы замолчали, размышляя каждый о своём. О Гласе Правды я слышал от Таргориуса. Этот уникальный артефакт — ещё одно наследие древней расы, дающее стопроцентную гарантию правдивости показаний подозреваемого. Тех, кто всё же рискнул солгать, положив на него руку, сметали потом в совочек. Они сгорали, оставляя после себя маленькую кучку пепла, поэтому Глас Правды использовали очень редко и только по личному приказу короля. Умникам, которые подпадали под такое решение, хватало соображения расколоться раньше, чем их притащат к артефакту.

— Я не решусь обещать, что лично договорюсь с королём, но… У меня есть знакомый в личной королевской гвардии, и, надеюсь, он-то сможет что-нибудь для тебя сделать.

— Спасибо и на том. Но если дядя прознает, то…

— Этот человек — не болтун. Он более знатен, чем твой дядюшка, да и связей у него всяко побольше. К тому же, он учился вместе с королём, — усмехнулся я, вспомнив Каллариса.

— Тогда ещё раз спасибо. Куда ты собираешься поступать? — смысла что-то скрывать от девушки я не видел. Интуиция говорила, что она — мой человек.

— В Военно-магическую Академию. Мне уже нужно будет скоро отправляться, а у меня ещё есть дело в Элдари. Ты не могла бы пройтись со мной по городу? Я ведь его не знаю и могу долго искать то, что мне нужно.

— Мне не трудно. Куда именно ты хочешь попасть?

— В Храм Четырех Богов, — Сайри улыбнулась и кивнула. Через полчаса мы вышли в город.

Элдари оказался живописным городом. Он напоминал Таллин, только его прибалтийская величавость здесь была разбавлена капельками теплоты маленьких итальянских городков. Выложенные камнем мостовые, старые добротные дома, увитые цветами балкончики — всё было уютным и красивым.

Мы с удовольствием бродили по узким улочкам, пока не вышли на широкую площадь, где находился нужный мне храм. Нет, я не стал здесь приверженцем местных богов. Просто, когда на Диссайре рождался ребёнок, его приносили в святилище для получения защиты и благословения. Обычно один из четырёх богов давал его малышу. Изредка были и два покровителя. И уж совсем редко, когда три или все четыре бога снисходили своей милостью к ребёнку. После этого на пальце левой руки у младенца появлялась маленькая татуировка в виде колечка с определённым орнаментом.

У Нори была защита двух богинь, но с моим появлением она исчезла. Неа говорил, что мне нужно обязательно зайти в первый же храм и получить благословение, иначе его отсутствие вызовет много вопросов и подозрений, ведь у каждого жителя этого мира есть храмовые татуировки.

Боги Диссайра мне нравились. Они были вполне материальны, иногда, хоть и очень редко, спускались из своих обителей и помогали людям, прислушивались к их просьбам, защищали. Татуировки были не только красивым украшением, но и, как я уже говорил прежде, мощным защитным артефактом. Именно он ограждал от насилия и принуждения. Да и легенды о богах были интересны и красивы.

Их было четверо: богиня природы Арили и её брат Саурис, тот кто держит нити Судьбы, богиня Амела, покровительница целителей и семейного очага, и её брат, бог-защитник Теодорис. Однажды на путях Вселенной они встретились и полюбили друг друга. Арили нашла свою любовь с Амелой, а Саурис отдал сердце Теодорису. После этого мне стало понятно, почему в этом мире люди были так терпимы к однополым союзам: раз богам можно, то почему нельзя людям? Другие боги попытались их разлучить, и тогда четвёрка ушла и создала свой мир — Диссайр. Амела и Арили поселились на серебристо-розовой луне, а Саурис и Теодорис — на серебристо-голубой. Ну кто бы сомневался! Один раз в году две луны сливались, и тогда на небе появлялось необыкновенно-прекрасное чудо: большая серебристая луна переливалась розово-голубыми красками и сверкала золотыми всполохами. Это Саурис любил Амелу, а Теодорис — Арили. Милая шведская семья! И если в эту волшебную ночь получалось зачать ядро, ребёнок рождался очень сильным и одарённым. Хоть везло не всем, в это время на Диссайре происходило любовное сумасшествие. Обострялись все чувства и эмоции!

Вот такая легенда о любвеобильных и весёлых, но справедливых богах.

Сайри осталась ждать меня в небольшом скверике. Снаружи храм выглядел как красивое светлое здание из белого мрамора, либо очень похожего на него материала, с розово-голубыми прожилками. В его архитектуре не было вычурности или помпезности, лишь красивые сдержанные линии. Когда я вошёл, меня сразу же поразила уютная атмосфера и чувство, что тебя здесь ждут. И ждут не с подношениями, а просто так. Для того, чтобы выслушать и помочь…

Я увидел четыре небольшие чаши, окружавшие выложенный мозаикой центр зала. В них нужно было положить по одной монете, не важно какого достоинства. Неа рассказывал, что деньги идут на помощь сиротским приютам, а не для нужд жрецов или самого храма. Я подошёл и положил в каждую по золотой монете — пусть дети порадуются. Затем встал между чашами и стал ждать. Неожиданно одна из них засветилась, за ней вторая, затем третья и четвёртая. В меня со всех сторон хлынул свет. Я был словно окутан им, как тёплым коконом, и, кажется, слышал тихий весёлый смех. Затем всё ушло, и я уставился на свою левую руку. На ней было четыре тонких татуировки. Ёпт! Вот это номер!

— Вас благословили все боги! Радуйтесь, юноша, — услышал я голос позади. Обернулся — передо мной стоял старец в белом. Высокий и крепкий мужчина с добрым выражением карих глаз.

— Вас это не удивило? Я ведь далеко не младенец, чтобы получить благословение.

— Для этого мира младенец. Я знаю о тебе, кто ты и зачем здесь.

— И зачем?

— У тебя есть своя дорога, своя цель. Иди за ней и всё узнаешь сам.

Я поклонился жрецу и вышел, матерясь про себя. Нашли, блин, мужика Х, помесь Бэтмена с Человеком-пауком! Спасатель мира, мать вашу! Почему, если попаданец, то сразу должен мир спасать? Иди своей дорогой! А какая у меня дорога? Стать сильным магом и воином, начистить рыло со смертельным исходом одному герцогу и вернуться к своим близким — вот мои цели, а ваш мир подождёт! К тому же, у меня появилась идея, как помочь Сайри сейчас, а не в гипотетическом завтра.

— Я закончил со своими делами, а теперь хочу заняться твоими, — сказал я девушке, ожидавшей меня у Храма.

— Какими моими?

— Сейчас пройдёмся и купим кое-что. Я всё объясню!

Идея у меня была проста! Дядюшка желал разорить Сайри и заставить вернуться к нему, а я хотел сделать всё для того, чтобы у него ничего не вышло. Заодно я решил и свою небольшую проблему. Неадорис запихнул мне в сумку очень много денег. Я не транжира, но мало ли! А в банк я пойти не мог — там меня могли ждать. Однако, у меня появилась возможность стать компаньоном Сайри и стабильно получать часть прибыли. Справедливость, под которой подразумевалось уничтожение дядюшки, а я был уверен, что тот плохо кончит, — дело нескорое. Оставалось убедить девушку, что я — идеальное решение проблемы с кознями родственника. У меня было достаточно средств, чтобы найти хорошую охрану для гостиницы, провести ремонт, улучшить питание и досуг постояльцев. И наконец она согласилась.

Охранников мы наняли в тот же день, как и бригаду строителей. Досуг, то есть музыкантов, пообещал найти знакомый Сайри. Очень милый дяденька, торговец, с которым девушка уже не первый год вела дела. Я решил, что несколько дней в запасе у меня есть, и задумал сам заняться разнообразием кухни. Не скажу, что я был великим шеф-поваром или просто тащился от процесса, но кое-что под настроение мог вполне шедеврально приготовить. Мы закупились нужными продуктами, и я оккупировал кухню гостиничной таверны. Повар и поварята — мне в помощь! Всегда любил командовать!

Когда-то ещё во времена армии я познакомился с классным парнем. Его родители после землетрясения в Армении, прогремевшего на весь тогда ещё СССР, перебрались в наши края. Так вот! Этот парень умел обалденно вкусно делать манты. Он лепил их разными интересными способами, словно косы заплетал. Так, что и есть было вкусно, и смотреть приятно. Ещё он научил меня делать шашлык и лепёшки с солёным сыром. А позже я прожил с девушкой почти полгода, что было для меня рекордом. И Маринка, так её звали, показала мне, как делать пиццу и, не верится самому, пару тортов: «Наполеон», по рецепту её бабушки, и «Птичье молоко».

Именно этим рецептам я и решил научить Сайри и её подопечных. Девушка ещё долго удивлялась: разве птицы дают молоко? С аналогичностью продуктов проблем не возникло: чуть отличающаяся вкусовая гамма и другой цвет. Мне в этом мире очень нравились помидоры. Они были размером с куриное яйцо, насыщенно-красными и с пикантно-острым вкусом.

Когда я начал крутить и плести манты, надо было видеть лица поварят. Такие забавные! Через полчаса мучений у них тоже стало получаться. Сделали мы много, потому как я убедил испытать наши кулинарные изыски на постояльцах. Пицца с местными помидорками получилась лучше всяких похвал. Как, впрочем, и всё остальное. В зале стоял умопомрачительный запах, и гости сползались вниз, истекая слюной. Блюда оказались для Диссайра новыми, но пошли на ура.

К ночи я уже падал с ног, зарекаясь готовить в ближайшее время. Хотя вру! Я был очень-очень доволен собой. С утра пораньше я записал подробно все рецепты и отдал Сайри с условием, что хранить их будут в тайне, ведь тогда такие блюда будут готовить у неё и только у неё. Даже пришлось взять со всех поваров и поварят магическую клятву. Живы-то они останутся, просто рассказать ничего никому не смогут. Сразу начнут бред нести. Меня этому заклинанию научил, естественно, Таргориус.

А вечером нас ждало столпотворение! В таверну при гостинице повалил народ — все хотели попробовать необычные блюда. За наш с Сайри бизнес я был спокоен. Охрана не даст наёмникам хулиганить, ремонт и кухня привлекут как постояльцев, так и жителей Элдари. Покушать любят все, а покушать вкусно — тем более! Деньги мне будут пересылать с курьером, что более чем удобно.

Знаете, что быть слишком наблюдательным иногда бывает вредно для здоровья? Психического. Вот и я не знал, тихо сидел в зале таверны и наблюдал за клиентами. Кухню проверил, охрану — как говорится, пост сдал. Оглянулся — и увидел симпатичного такого юношу, светленького, нежного и очень грустного. Вспомнил, что вчера видел его в гостинице неподалёку от своей комнаты. Он был немногим старше меня, проживал здесь уже пару дней. Возможно, кого-то ждал?..

Громко хлопнула дверь. Это кто ж такой торопыга? В зал вошёл, нет, влетел крепкий высокий брюнет лет тридцати на вид, обвёл взглядом зал и улыбнулся. Пиздец, улыбка шальная до одури! А светленький юноша в один миг очутился рядом с ним, схватил за руку и потащил по лестнице наверх, в гостиницу. Похоже, дождался! Интересно, кто он ему? То, что брат, вряд ли. Проверить свою догадку у меня получилось через минут десять, причём совершенно случайно.

Я шёл к себе мимо приоткрытой двери в комнату того парня и услышал звуки. Весьма характерные! Хотел пройти мимо, но взгляд зацепился за представшее зрелище. Было видно кровать и два сплетённых тела на ней. Одежда молодых людей устилала весь их путь. Жаркие стоны просто врывались в мои уши. Крупное красивое тело мужчины ритмично и быстро двигалось. Парень обнял его ногами за талию, а руки собственнически сцепил на спине, словно больше никогда не собираясь отпускать. Его голова была откинута назад, лицо светилось счастьем. Мужчина двигался и не отрывал взгляд от лица парня. Им никто не был нужен, кроме друг друга. Видимо, страсть прорвала все границы восприятия, и открытую дверь они просто не замечали.

Я осторожно прикрыл её и пошёл к себе. Завалившись на кровать, понял, что чертовски возбуждён! Это был не постановочный порно ролик с липовыми стонами и подвываниями. Я не знал, что, наблюдая за настоящей страстью, можно так сильно возбудиться. Кроме того, мне не было неприятно от осознания того, что они оба — мужчины! Я быстро разделся и направился в ванную. Мне нужен душ, и кое-что ещё! Срочно!

Через три дня я оставил Сайри деньги на расходы и подписал документы на партнёрство на имя Ариана кин Мора. К подписи прилагался отпечаток ауры, а его подделать было никак нельзя. Рано утром, попрощавшись с девушкой, я наконец вошёл в портал. Меня ждала столица и Военно-магическая Академия славного королевства Тайсар.

Глава шестая

Столица королевства Тайсар носила милое название — Лайдарин. На языке древних сайранов «лай» — уютная, а «дарин» — долина. Город располагался в очень живописном уголке, с трёх сторон окружённом высокими неприступными горами как своеобразной крепостной стеной. Для столицы немаленького государства, занимавшего треть всего материка, это было абсолютно верным решением. Лайдарин утопал в садах, на окраинах жители занимались огородничеством и животноводством. Высоко в горах брала своё начало полноводная река Даракена. С сайранского — «река жизни». Она текла через весь город, являясь не только водным, но и транспортным ресурсом.

Неадорис, как бывший курсант Военно-магической Академии, очень хорошо знал это место. Студенты в любом мире одинаковы — всегда найдут, где повеселиться и побуянить. Я подумал, что если вдруг мне захочется острых ощущений, обязательно вспомню наставления и советы старшего братца.

В Лайдарин я прибыл рано утром, так как порталы являлись очень быстрым способом путешествия. Времени у меня оставалось много. Объявления, развешанные возле портальной станции, уведомляли всех желающих о том, что набор в Академию начинается с завтрашнего дня, поэтому я снял номер в приличной гостинице и пошёл бродить по городу.

Мне всегда нравилось путешествовать, возможно, поэтому я выбрал профессию журналиста. Эта работа не располагала к сидению на диване, в данном случае, как говорится, волка ноги кормят. Поездил я знатно, даже в Европу в своё время заносило, не говоря уже о бывшем Союзе, ведь герои моих статей иногда обретались далеко от родного дома, а побродить и изучить новые места я всегда любил.

Первым делом, я дошёл до красивой набережной Даракены. Каменные парапеты, изящные кованые мосты напомнили мне Питер. Несколько раз судьба заносила меня в этот старинный город. Я бродил по набережной Невы, гулял белыми ночами. Не скажу, что меня одолела ностальгия по Земле, но немного взгрустнулось. Родных у меня не осталось, просто вспомнились друзья.

Ещё в Элдари меня удивила одна особенность. Этот портовый город, где транспортом служили животные, оказался очень чист. Никакой соломы и отходов на улицах. Я сильно этому удивился. Тогда Сайри улыбнулась и показала мне пальчиком на мужчину с яркой закрытой тележкой красного цвета. Оказалось, что при городской управе работало очень много дворников, которые являлись слабыми бытовыми магами. Они были прикреплены к каждой улице. Платили им очень хорошо, и их работа не считалась зазорной, ведь за бардак в городе штрафы от короля нёс лично городской совет. И потому в Лайдарине царила чистота.

Помимо этого, меня сильно поразил местный транспорт. Многие перемещались по городу пешком или на кайрани, но ещё здесь работала и служба извоза. Она также полностью находилась на попечении городской управы, частников я не увидел. Эта служба была не только наземной, но и водной и даже воздушной. Я не преминул проверить их все! Это было здорово! По улицам жители и гости перемещались в симпатичных лёгких колясках, запряжённых сайя. Забавные крупные собакообразные животные. Эдакая помесь сенбернара и спаниеля, но не такая лохматая.

По реке плавали большие лаями, которые напомнили мне морских черепах, хотя они и были намного больше, раз эдак в десять. На их спинах были установлены сиденья для возницы и нескольких пассажиров. В зависимости от размера лаями, мест этих было от четырёх до десяти. Большая самоходная лодка. А вот воздушным транспортом я воспользовался в день отправки в Академию.

Одно расстроило: мне не удалось посмотреть вблизи на Королевский Замок. Не дворец, а именно величественный замок! Вся окружающая его территория была обнесена высоким забором, и у огромных ворот дежурили королевские гвардейцы. Я подумал было попытаться найти Каллариса. Как боевой маг королевской гвардии, он наверняка уже знал о нападении на Аррон, и свежие сведения у него быть могли. Камень в кольце Аронар, на который я смотрел каждое утро, светился зелёным, что вселяло в меня надежду. Я решил связаться с Калларисом через магистра Гариуса, что было бы даже надёжней.

Королевский замок распростёрся в самом сердце долины, очень далеко от Академии, которая располагалась ближе к горам. Она возникла первой, и уже рядом с ней вырос город. Если точнее, то сначала это была крепость Дарак, а потом в ней создали учебное заведение для магов-боевиков. Военно-магическая Академия Тайсара считалась одной из лучших на Диссайре.

Свой путь к ней я решил проделать на драгах, небольших чешуйчатых ящерицах, отдалённо напоминающих драконов. Их окрас был в основном сине-зелёных тонов. Большие жёлтые глаза с вертикальным зрачком и крупные острые зубы очень впечатляли, но возница рассмеялся и успокоил меня, сказав, что эти животные очень умны и спокойны. Я поверил. А ещё я заплатил вместо пяти серебряных монет десять и попросил, так сказать, пилота, сделать пару кругов над городом. Мне хотелось увидеть Лайдарин с высоты. У меня захватило дух… До чего же этот город был прекрасен!

У ворот Академии я был одним из первых. Поступающие понемногу прибывали. Нори присутствовал здесь однажды, в день торжественного выпуска Неа, но в памяти мало что сохранилось. Ему было тогда двенадцать лет, и глазел он по сторонам, а не запоминал дорогу, так что я решил следовать за всеми остальными. Нет, я мог, конечно, попросить проводить меня к магистру кин Дару, вручить ему письмо от брата и надеяться на его протекцию, но… Никогда не любил волосатых лап. А ещё мне казалось, что сей магистр не оценит, если я появлюсь перед экзаменами.

На журфак я поступил самостоятельно, получил стипендию и учился тоже сам. Здесь будет также!

Насколько я знал, в Академии было три специализации: маг-воин, воин-целитель и боевой стихийный маг. Элементалисты сначала обучались вместе со стихийниками, а затем прикреплялись каждый к своему куратору и наставнику. Их выбор напрямую зависел от проявившейся стихии кадета.

В Академию брали только тех, у кого уровень был не ниже среднего, и потому перед допуском к экзаменам каждый должен был прикоснуться к определяющему артефакту, то есть узнать свой уровень силы на данный момент. Мы по одному проходили через каменную арку у входа в здание. Если уровень был приемлемым, она светилась оттенками от жёлтого до ярко-алого, если нет — зелёным. Те, кому повезло, проходили в здание для дальнейшей сдачи экзаменов и попадали в руки мастеров-преподавателей. Остальные отходили в сторону выхода. Я заметил, что над ними никто не смеялся и не злословил. Это, скорее всего, обусловливалось тем, что Военно-магическая Академия была очень престижным и сложным местом обучения. Многие стремились сюда попасть и переживали за собственные шансы, поэтому на насмешки просто не было времени.

Зелёных арок было много — отсев шел серьёзный. Чуть меньше — жёлтых. Насколько я знал, маги с таким потенциалом становились воинами, таким был Неадорис. Лёгкие боевые заклинания, лечение и великолепное воинское мастерство. Свечение оранжевого цвета выявляло потенциально сильных целителей, а от красного до ярко-алого цвета — боевых магов.

Когда в арку вступил я, она засветилась ярко-алым. Возможно, Таргориус был прав, и из меня мог получиться сильный маг. Войдя в здание, я попал в чуткие или, сказать лучше, цепкие руки мастеров, которые выспросили и как меня зовут, и откуда я родом, и кто мои родители. Я всё сказал так, как говорилось в документе, отданном мне Таргориусом. Затем нас препроводили в классы для сдачи письменного экзамена. Вопросы были разные: по истории Тайсара, по магическим заклинаниям начального уровня и многому другому. Я мог поздравить себя с тем, что моя любознательность вкупе с уроками Таргориуса и Неа не пропали зря. Я всё сдал!

Затем всех абитуриентов отправили в столовую, видимо, отведя время на проверку работ, а через час снова вызвали во двор Академии, где и назвали имена успешно прошедших испытания. Нас стало ещё меньше. У тех, кто не сдал сегодня, оставался шанс поступить в следующем году. Потенциал свой они уже знали, так что им оставалось только подтянуть знания.

Следующим пунктом в полосе препятствий, ведущей к возможности стать кадетом, являлось испытание по применению магических заклинаний. Приглядываясь к другим, я замечал, что, в основном, юноши применяли заклинания первого уровня, некоторые второго, третьим не владел никто. Так что я тоже постарался не превышать их, отстрелялся вторым, правда, стабильно по всем заклинаниям, из-за чего на меня весьма умильно смотрело большинство мастеров-преподавателей. С чего такое внимание, я узнал немного позже.

Отбор здесь действительно был очень серьёзным. После испытаний нас осталась половина. Всех теперь уже студентов снова вывели во двор, где и растасовали по направлениям. Я попал на факультет магов-стихийников.

Не став дожидаться распределения в общежитие, я пошёл искать магистра Гариуса кин Дара. Меня вызвался проводить один из преподавателей. По пути я почувствовал, что кто-то словно пытается влезть мне в голову. Я остановился и посмотрел на сопровождающего меня препода. Зрачки его глаз были расширены.

— Уважаемый мастер, прекратите это! Во-первых, у вас ничего не получится, во-вторых, вы можете сломать себе мозги, абсолютно случайно, — я слегка оскалился.

— У тебя очень сильная природная ментальная защита! Это чудо, такую я видел только однажды, — совершенно не обидевшись, сказал этот индивид. — Прости, я не удержался!

— Хорошо, на первый раз прощаю, — я не стал заострять тему, всё-таки мне здесь предстояло учиться, а препод, может, был действительно просто любопытен и не более.

— Вот мы и пришли. Я сейчас спрошу магистра, примет ли он тебя, — и с этими словами мой гид скрылся за большими дверями, а я с волнением стал ждать встречи с товарищем Неа.

Этот друг оказался интересным: высокий, что на Диссайре нормально среди мужчин, светловолосый и довольно красивый, хотя смазливым он не был. Солидности его лицу придавали чётко очерченные тонкие губы, тонкий, эдакий римский нос, и упрямый подбородок с маленькой ямочкой. Если верить нашим физиономистам, такой подбородок говорит о способности его обладателя вас удивить неожиданными поступками. Он сидел в кресле напротив, читал письмо Неа и буравил меня взглядом голубых глаз, который был сильно подозрительным.

— Ты очень похож на Арианнориса, — наконец выдал магистр. — Я видел его однажды, четыре года назад.

— Да, это было на выпуске моего брата. Вас что-то беспокоит? — я был сама невинность.

— Я помню Нори, — ещё раз повторил он. — У него были очень слабые магические способности. Ты же — потенциальный маг-элементалист!

А вот это было для меня хоть и ожидаемым, но сюрпризом!

— Магический потенциал мог и подрасти за эти годы.

— Не настолько, — усмехнулся Гариус. Интересно, он не работает в какой-нибудь тайной канцелярии, в местном ФСБ по совместительству?

— А разве Неадорис не написал, что в меня попала молния?

— Написал, но всё равно это очень подозрительно.

— Магистр, если вы не верите, что я Арианнорис кан Аронар, то это легко доказать.

С этими словами я вытащил из-под рубашки небольшой кожаный, расшитый серебряной нитью мешочек на цепочке. В таких штучках здесь носили на шее амулеты на удачу и прочую мелочь. Кольцо на шнурке могли случайно увидеть и опознать, а мне это было не нужно, поэтому ещё в Элдари я купил этот мешочек и с тех пор носил семейный артефакт только в нём.

Я вытащил кольцо, посмотрел на всё ещё, к счастью, зелёный камень и продемонстрировал его магистру кин Дару.

— Вы же знаете, что такие кольца спокойно могут держать в руках только кровные члены семьи.

— Граф Аронар написал мне, что у его брата есть тайна, объясняющая некоторые изменения. Ещё он сообщил, что только ты сам вправе решать рассказать мне о ней или умолчать.

— Тогда что вас так беспокоит, магистр? Вы не доверяете Неа?

— Своему другу я доверяю полностью, просто меня очень беспокоит то, чего я не понимаю.

— Без обид, магистр, но я не знаю вас, точнее, не знаю достаточно хорошо, чтобы так же доверять. За восемь лет многое может случиться. Хотя мне нравятся друзья моего брата, поэтому, возможно, позже я расскажу вам свои тайны.

— А она не одна? — бровь магистра скептически поднялась вверх. Я хитро улыбнулся. Он нравился мне всё больше.

— Сколько бы ни было, все мои!

— Ну что же, хранитель тайн, пойдём, отведу тебя в твою комнату.

Перед тем, как проследовать за ним, я задал вопрос, давно меня мучивший.

— Магистр кин Дар, скажите, вы не слышали об Арроне свежих новостей. И нельзя ли связаться с Калларисом? Он ведь королевский гвардеец. Возможно, ему что-то известно…

— Шесть дней назад во дворце получили вестник из приграничной крепости, и Калларис рванул к вам в замок. Завтра он будет здесь, у меня. Я позову тебя тогда… И я думаю, Неа прав: пока тебе лучше побыть Арианом кин Мор.

Комната моя располагалась на четвёртом этаже, в правом крыле Академии, отведённом под общежитие. На третьем жили стихийные маги, на втором — маги-воины, а на первом — целители. Наш этаж был заселён только на треть. Таргориус говорил, что за последние сто лет количество магов-элементалистов резко уменьшилось. Гариус эту информацию подтвердил, сообщив, что многие кадеты-первокурсники нередко пропадали бесследно, и даже опытные маги не смогли обнаружить их следов. А в этом году я был единственный с подобным потенциалом.

Комната оказалась вполне приличной, земным общагам до неё — как до луны: большая, даже на вид удобная кровать, вместительный комод у стены для одежды, застеклённый шкаф для книг и учебников, небольшая стойка для оружия в углу, стол у окна и небольшой диванчик, видимо для гостей. Просторная и светлая, с окном в полстены, она сразу показалась уютной. Небольшая дверь скрывала удобную душевую кабину и необходимые для удобства вещи. Такой вот номер люкс.

Приближалось время ужина, и я решил отправиться искать столовую. На лестнице около второго этажа меня чуть не сбил с ног высокий крепкий парень с длинными, спускавшимися ниже плеч пепельными волосами.

— О, прости! Ты не знаешь, где здесь кормят? А то я дорогу не запомнил, — голос был на удивление мягкий и густой, а глаза — светло-зелёные и немного нахальные.

— Судя по вопросу и голодному взгляду, тоже новичок? — кивок в ответ:

— Очень кушать хочется. Меня зовут Теранис кан Грод.

— Ариан кин Мор, — пожатие руки у моего нового знакомого было под стать его росту, то есть очень крепким. — Силач, блин.

— Прости, привычка. У нас в семье все здоровенные, чуть силу не рассчитал.

— Пойдём уже, большой мальчик! Туда, куда рванут все. Голодный студент мимо кухни не пройдёт!

Пока мы шли, я узнал, что мой новый знакомый — с севера Тайсара. Теран, как он попросил себя называть, — третий сын графа кан Грода. Семья их, хоть и не богатая, была очень дружной. Терана приняли на факультет воинов-магов. Столовую мы нашли и даже пришли к выводу, что кормят здесь всё-таки очень хорошо. Потом мы вместе отправились получать кителя и учебники. Некоторые предметы все факультеты изучали вместе, так что мы могли часто пересекаться. Ходить в гости кадетам не запрещалось.

Устав Академии был интересным документом. Насилие в сексуальном плане здесь тоже запрещалось, как и везде на Диссайре. Нападение на кадетов с оружием тоже, за исключением дуэлей с несмертельным исходом, которые были доступны только для старшекурсников. Правильно, выпускников могли убить и в более полезном случае, например, на войне! Зачем разрешать им мочить друг друга до окончания учёбы? А вот драться запрета не было, хотя и не приветствовалось тоже. Как говорится, кто попался — тот наказан, кто не попался — свободен, аки ветер!

Ночью мне не спалось, и было неспокойно. Не скажу, что после бойни в Арроне я спал, как младенец, но сегодня я действительно ощущал необъяснимую тревогу. Я вновь вытащил кольцо — камень всё так же оставался зелёным. Неожиданно вспомнился рассказ о замке Крей и двух шестнадцатилетних юношах, которых туда привезли. Регнар говорил, что они были магами стихий. А если?.. Мысль тревожно замигала красной лампочкой! Суть мага-элементалиста обычно просыпалась после шестнадцати лет, многие кадеты-первокурсники исчезали, брат Сайри тоже пропал примерно в этом возрасте, когда поступил в Академию!

Похоже, проснулась моя журналистская чуйка. Слишком много совпадений! Хотел было бежать к Гариусу, но потом лёг в кровать и успокоился. Мысли почти сложились в картинку, завтра, перед возвращением Каллариса, решил пойти и переговорить с магистром, изложить ему свои догадки.

Утро началось с громкого подъёма, разминки и завтрака. День до ужина прошёл весело, в новых знакомствах и беготне по Академии, он мало отличался от первого дня в любом учебном заведении. Я даже вспомнил свою земную молодость! Кто бы мог подумать, что я снова стану студентом… И где? В Военно-магической Академии другого мира! После занятий, не дожидаясь вызова, я отправился к кин Дару. В кабинете магистр был один. Внимательно выслушав мои доводы, он задумался. А мне не давал покоя один вопрос.

— Магистр, скажите…

— Нори, называй меня наедине, пожалуйста, Гариусом. А то я чувствую себя трёхсотлетним старцем.

— Хорошо. Гариус, скажи, зачем Крей долго насиловал парней, предварительно дав их укусить? Возбуждённая вампиром жертва не сможет активировать храмовую метку?

— Не только. Метка в случае насилия или принуждения активируется сама, а вот секс… Это не только удовольствие, но и возможность быстро наполнить свой магический источник. Судя по всему, этот урод заряжал парней на полную.

— А тот кристалл, что он вытаскивал из их груди?

— Не знаю. Надо посмотреть в библиотеке все материалы и старинные записи по магам-элементалистам, может, что всплывёт, — вдруг на столе магистра засветился небольшой кристалл. На мой удивлённый взгляд Гариус ответил:

— В Академии есть малый портал, соединяющий королевский дворец и Академию. Расстояние ведь приличное, а связь нужна часто. Но об этом не распространяются. Скорее всего, это Калли. Пойду его встречу.

Я подошёл к окну, вытащил кольцо и резко замер. Все мысли пропали, осталась только пустота… Камень был прозрачным, словно бриллиант! Я не чувствовал, как по моему лицу текли слёзы, не слышал, как меня обнял сзади Гариус, не видел встревоженного Калли. В моей голове билась только одна мысль: «Неа! Почему сейчас? Я не верю…» Кто-то усадил меня обратно в кресло, чьи-то руки разжали сомкнутые челюсти и влили, кажется, вино. Меня немного попустило. Я посмотрел на Каллариса и сказал:

— Рассказывай!

— В замке погибли почти все защитники, когда прибыли королевские пограничники и маги. Вернулись люди с корабля, они похоронили рядом с отцом вашу мать. Таргориус был очень сильно ранен, но всё-таки выжил. Мальчишка-поварёнок затащил его раненое тело в кладовку и перевязал.

— Калларис! — гаркнул я. — Неа! Что с моим братом? Почему кольцо поменяло цвет только сегодня?

— Я не знаю, Нори. Его тела не нашли, видимо, нападающие забрали его с собой, — пульс стучал в висках, наталкивая на что-то. Вскочив, я заметался по комнате, но внезапно остановился.

— Я знаю, что с ним. До замка Крей около недели пути, несколько дней на допрос, а потом… — я посмотрел на застывших друзей брата. — Крей, скорее всего, приказал сделать из него вампа! Меня они не нашли, сведений, где я, у них нет! Обращение могло бы помочь узнать у Неа всё!

— Нет! Нет! Не может быть, только не Неа! Тупое оружие вампира, только не Неа! — Калларис был бледнее мела. Я понимал его.

— Вамп — да! Но не тупое оружие, а очень опасное! — Я даже зло засмеялся, чем, похоже, напугал Гариуса и Калли. — Они не смогут его прочитать и начать контролировать даже во время обращения! Калли, ты же близкий друг, ну, вспомни…

— Вспомнить что? — Калли непонимающе взглянул на меня, а затем его взгляд посветлел. — Ментальный щит вашей семьи! Абсолютная защита!

— Его не уничтожат, Крею нужен я, он сам сделал из меня последнего графа Аронар! И я клянусь, что прибью эту гадину своими руками!

— Нас не забудь, — проворчал Гариус. — Ты уверен, что Неа не…

— Уверен! Я пропал, а им нужен козырь против меня. Да, мой брат — вамп, но он относительно живой! Я стану очень, очень сильным, и Неа дождётся меня. Я верю, я знаю!

После этих слов я вылетел из кабинета, мне нужно было спустить пар! Я был очень зол, безумно зол! Я понимал, что гнев — не лучший помощник, но ничего не мог с собой поделать. Проходя мимо библиотеки, я услышал издевательский смех нескольких парней и пошёл на голос.

— Ари! — Теран меня нагнал. — Куда несёшься? Ты в курсе, что пропустил ужин? — я молчал и целенаправленно шагал вперёд. Терану ничего не оставалось, кроме как пойти следом.

За углом трое рослых парней, кажется, второкурсников, судя по нашивкам на кителе, доставали симпатичного темноволосого парня с меня ростом. Они толкали его друг к другу и похабно шутили.

— Слышь, куколка, ты с кем спишь сегодня? Может, со мной? — ржал один из кретинов.

— Нет, со мной! — шептал другой, склонившись к уху парня. — Соглашайся сейчас, а то мы тебе учиться, крошка, не дадим! Будешь битым каждый день, пока сам не приползёшь!

— Нет, парни, эта южная красотка будет спать у меня в кроватке! — властно произнёс, видимо, главарь компании. Ну да, напрямую изнасиловать без наказания они не могли, а вот морально заставить жертву вполне. Я видел в чёрных глазах парнишки злость — так просто он бы не сдался. Сзади послышался рык Терана, не одному мне такое обращение не понравилось!

— Эй, козлы! Руки убрали от парня! — произнёс я спокойным голосом, хотя уже понимал, что нашёл своих жертв.

— Ой, смотрите, ещё одна куколка! Эта точно будет моя! — ринулся ко мне, видимо, самый тупой из троицы. Ударить мне его не дали! Теран его смёл, как кеглю! Ну, а я помог упасть оставшимся двоим. Правда, им хватило глупости попытаться дать сдачи, а зря! Да, в Академии запрещалось использовать оружие против кадетов, кроме как в учебном бою, но мне ведь это было и не нужно. Я превратился в смерч, молотя ублюдков от всей души, но вдруг меня кто-то крепко схватил и, обняв, зашептал:

— Не знаю, что у тебя случилось, но терять друга я не хочу, ведь только вчера с тобой встретился! — Теран, умница Теран. У него хватило ума и силы меня остановить, однако я неплохо потрепал этих подонков.

— Ещё раз полезете к нам — хуже будет! Вы поняли? — ошарашенные, окровавленные и кивающие морды были мне ответом. Я обратился к темноволосому парню:

— Как тебя зовут?

— Ней кин Дари. Спасибо.

— Да не за что. Обращайся!

Вот так я выпустил пар, заодно познакомившись с ещё одним парнем, ставшим мне впоследствии вторым лучшим другом.

Глава седьмая

Мои новые друзья оказались ребятами своеобразными. Теран чем-то напоминал викинга — большой и добрый. Но злить его не стоило и, тем более, обижать его друзей, то есть нас с Неем, — мог разорвать как Тузик грелку. Ней был спокойным парнем, но с таким хитрым взглядом, что на ум приходила наша поговорка про чертей в тихом омуте. При этом каждый из парней выделялся красотой, каждый по-своему: Теран — пепельный блондин со светло-зелеными глазами, Ней — стройный черноглазый брюнет. И я, уже довольно высокий шатен с изумрудными глазами. Думаю, что не стоит говорить о том, что непристойных предложений было достаточно. Некоторым хватало грозного рыка нашего викинга, а кому-то приходилось объяснять с помощью кулаков.

Их можно было понять — в Академии обучались только парни, и спермотоксикоз иногда бил через край. Увольнения в город разрешались каждые выходные в том случае, если кадет не проштрафился, однако некоторым удовольствия хотелось чаще. Лично мы предпочитали проводить свободное время в городе, поэтому виртуозно старались на драках и пакостях не попадаться.

Естественно, я вспомнил все свои шалости в школе и универе! Здесь они тоже прекрасно подошли! Вредные преподы и гадские сокурсники есть везде, и их нужно было проучить. Наши земные пакости здесь срабатывали даже лучше, ведь совершались без помощи магии, благодаря чему отследить, чьих рук дело, было во много раз труднее. И потому нашей троице часто многое сходило с рук. Не сказал бы, что я совсем впал в детство. Как ни крути, душе моей было больше, чем неполных семнадцать лет, но… Как говорят, в каждом взрослом остаётся ребёнок. Вот и я своего периодически, в перерывах между занятиями, находил и тешил!

С момента попадания на Диссайр сексом я ни разу не занимался. В замке Аррон девушек было мало, да и те либо замужние, либо ещё младше меня. А до шестнадцати лет к жителям этого мира с подобными предложениями лучше было не подходить — опекуны могли оторвать всё, что есть. К парням же меня не тянуло.

Я ханжой никогда себя не считал, потому не пытался скрывать, что опыт у меня на родине всё-таки был. Ещё в универе по пьяни переспал с миленьким симпатичным пареньком, а затем у меня случился небольшой романчик уже во время работы. Мне нужны были сведения по нескольким закрытым ночным клубам, проникнуть в которые никак не получалось. И тогда совершенно случайно я познакомился с молодым парнем, оказавшимся танцором, работавшим в нужных мне заведениях.

Мы начали просто общаться. Кеша оказался очень образованным и интересным человеком. К тому же, по характеру он был, как говорится, человек-праздник. С ним было весело, увлекательно, и как-то так получилось, что мы переспали. Общение наше, постельно-специфическое, затянулось на пару месяцев. Я написал свою статью, естественно, не раскрывая источника, а Кешка с упорством пытался обучить меня искусству мужской любви. Асом я не стал, но минет делать научился очень неплохо. Дружок мой от этого сильно тащился, а мне нравилось его доводить. Правда, испробовать своё мастерство на ком-то другом больше не тянуло.

Кеша был помешан на чувственности и заставлял меня учиться понимать желания свои и партнёра, его эксперименты были занимательны и полезны. Моих побед на женском фронте стало ещё больше, а с Кешей мы остались друзьями. Может быть, ещё и потому, что он был трудягой. Выпускник хореографического училища, он не смог найти достойной работы, но при этом не оставлял тренировок. Его танцы даже в клубе не были банальным стрипденсом. Даже в них Кеша вкладывал частичку души. Он выживал в грязи, потому что был сильным и упрямым. Таких людей я всегда уважал. Мужчин, которые, даже будучи хрупкими, были сильными внутри.

Ней тоже, по сравнению со мной, был и ростом меньше, и вроде бы слабее, но подобное впечатление было обманчивым.

Через пару месяцев обучения у меня возникла проблема. Занятия по магии и другим предметам давались достаточно легко, а вот мои тренировки застопорились. В Академии обучали в основном умению сражаться на шпагах и кинжалах, полуторных мечах и саблях. Воины-маги получали, конечно же, более обширные знания, касающиеся именно своей специализации. Теран помог мне в Лайдарине купить шпагу и саблю великолепной работы. Денег у меня оставалось ещё предостаточно, да и от Сайри гонцы приезжали вовремя. Привозили не только деньги, но и письма.

Дядюшка рвал и метал — его происки больше не могли помешать девушке, а сделать ничего не мог. Таверна и гостиница быстро стали очень популярны — охрана стабильно отлавливала наёмников. Всё у моей подруги было замечательно.

Моя же проблема заключалась в том, что мне нужно было где-то тренировать свои собственные навыки. Саи и ножи-кастеты мне демонстрировать не хотелось — слишком уж специфические. Да и Калларис привёз мне оружие Неа. Он решил, что мне захочется, чтобы оно было со мной.

На тренировочные площадки Академии могли войти все, кто захочет, и потому такие места для меня не подходили. И вот тут помог Гариус, давший мне доступ и ключи от небольшого, закрытого каменным забором, уютного сада, который находился позади здания Академии, вдалеке от корпусов общежития и главного здания. Собственно, окна на сад выходили только из кабинета магистра кин Дара и самого ректора, многоуважаемого архимага Тодориса кан Грея, забавного дяденьки, внешне немного напоминавшего более молодого Дамблдора, но с характером Макаренко. Человеку с другим характером с кадетами было не справиться.

Вот в этом садике я и тренировался от души. Нея так достали озабоченные кретины, что я предложил ему свою помощь. Целителю всегда могло пригодиться умение сражаться без оружия, он ведь не воин, чтобы таскать на себе железки. У него другой инвентарь. Парень с удовольствием согласился и с азартом и упорством стал заниматься. Позже к нам присоединился и Теран. Я учил его боевым искусствам Земли, а он меня — правильному владению саблей. В этом он был мастером. Самостоятельно я учился искусству боя на катане и вакидзаси. В уме я помнил все движения брата и повторял их, словно танцуя в бою с ним. Но саи всё-таки были моей слабостью. Часто в одиночестве я проводил по несколько часов в саду, упражняясь с ними. Гариус как-то спросил, откуда они у меня, и я рассказал ему историю о Като.

Когда моя жизнь и учёба немного устаканились, возникла ещё одна проблема. Хоть тренировки иногда и спасали от переизбытка гормонов, она не исчезала. Правая рука и холодный душ больше не помогали. Мне всё больше и больше хотелось секса.

Оказалось, что в Тайсаре нет борделей. Заработок своим телом здесь не приветствовался, однако каждый житель имел право завести любовника или любовницу, даже нескольких. Позором считался только заработок своим телом. Здесь даже аристократы обязаны были быть при деле.

Дамы занимались благотворительностью, которая состояла не только в посещении благотворительных балов, которых, кстати, здесь не было. Хотите помочь — просто идите и помогайте, а не трясите кошельками друг перед другом, кто больше кинет, с мыслью в голове, сколько за это можно скостить налогов. Дамы Тайсара на полном серьёзе помогали в школах, сиротских приютах и больницах. Даже молодые аристократы были приобщены к делу. Ещё прадед нынешнего короля принял этот закон: все должны быть чем-либо заняты. Меньше праздно шатающихся — меньше проблем. Заговоры и преступления чаще всего бывают от безделья.

И я с ним был полностью согласен. Один такой мажор-бездельник меня пристрелил. Был бы Стасик в своё время припахан отцом к делу, знал бы цену людям, поступкам и вещам, может, и не натворил бы бед.

Так вот по поводу любви… Однажды мы с друзьями забрели в весёлый кабачок, весьма уютный и чистый. И именно там я потерял свою вторую в жизни невинность. Каси, молодая, лишь на пару лет старше меня, вдовушка и дочка хозяина этого заведения оказалась очень страстной. До утра мои друзья меня потеряли. С тех пор хотя бы раз в месяц мы там зависали. Я не уверен, что Каси хранила в моё отсутствие верность, да мне этого было и не надо. Мягкая кровать, красивая девушка в ней — что ещё нужно молодому организму?

А иногда в выходные я оставался в Академии, и мы с Гариусом и Калли проводили время в покоях магистра. Кстати, жил он не один. Оказалось, Гариус был вдовцом с маленьким сыном. Марису было шесть лет, самый что ни на есть любознательный возраст. Мне интересно было наблюдать за ними: как Марис носился по комнате, Гариус сердился, а Калли умильно смотрел на них обоих.

Сегодня магистр притащил пару бутылок очень хорошего и очень дорогого вина.

— Для того, чтобы жить долго, прибереги для себя старого вина и старого друга! — сказал я.

— Сам придумал? — Калли потягивал вино, развалившись в кресле.

— Нет, это Пифагор. Был у нас такой мудрец и математик.

— Интересные в вашем мире математики, — кивнул магистр.

Я всё же рассказал им обоим о себе. На моё удивление оба восприняли сей факт спокойно. Решили, что раз это принял Неа, раз благословили боги, то не им мне мешать. К тому же, я пришёлся им по душе, да и оба были очень любопытны.

— У нас были интересные не только математики, но и философы. Диоген, к примеру, жил в бочке из-под вина, а Сократ предпочёл выпить яду, чтобы не отказываться от своих принципов.

— Оригинально, — усмехнулся магистр.

— У тебя скоро каникулы, Нори. Куда планируешь? В замок тебе по-прежнему нельзя возвращаться, — сказал Калли.

— Теран пригласил нас с Неем к себе в гости на всё лето. Я свободен, Ней — сирота. Скорее всего, мы согласимся.

— Север, — Гариус кивнул. — Пожалуй, это хороший выбор. Только присылай нам вестники!

— Ой! Жизнь моя, жестянка! Нашёл себе нянек, блин! — и тут рядом как запоют:

«Эх! Жизнь моя, жестянка!

А ну ее в болото!

А мне летать! А мне летать!

Охота…»

— Марис! — какой дружный вопль. Ну, научил я ребёнка песенке, что такого?

* * *

Лето мы провели славно: рыбалка, походы в лес, охота и посиделки с шумным, но весёлым семейством кан Грод. Мама Терана была довольно молодой стройной женщиной среднего роста, держащей при этом всех членов семьи в своих руках. Это нужно было видеть. Один грозный взгляд зелёных, как у сына, глаз — и всё мужское население начинало ходить вдоль стенки на мягких лапках. Представьте себе медведей-гризли, умильно улыбающихся и быстренько-быстренько уматывающих от гнева хрупкой женщины. А мы с Неем были в статусе гостей и потому гнева не боялись.

Ещё я заметил интересную вещь: похоже, мои друзья друг другу нравились! У Терана из ушей чуть ли не пар шёл, когда к нашему брюнету кто-то подходил, а если тот ещё и отвечал с симпатией… Всё. Тушите свечи. Оправдывался привычкой, но я-то видел. А Ней? Парень тихо посмеивался и украдкой косился на Терана. Вот такие дела.

Я смотрел на их семью и с грустью вспоминал дни, проведённые с дедом Матвеем, мои счастливые полгода в замке Аррон. Беседы с Таргориусом, тренировки с Неа, заботу графини Релии, которая так и не узнала, что я не совсем её сын. Но что-то мне подсказывало, что если бы даже узнала, то погоревала, поплакала, но не оттолкнула бы. Она была прекрасной женщиной.

Лето прошло. В замке родителей Терана я отметил своё семнадцатилетние, получил поздравления и подарки, которые, может, были и не самыми дорогими, но сделанными от души. Такие я считал самыми ценными. Затем мы вернулись в Академию, где друзья, и по совместительству, добровольные няньки тоже презентовали мне подарки. А какую попойку мы устроили вместе с ними, лучше не вспоминать… Гариус пригрозил Терану с Неем спустить с них шкуру, если кто-нибудь узнает, какой магистр кин Дар, когда сильно не трезвый, но потом всё-таки помог Нею полечить нас всех от похмелья. Было весело!

Прибавились новые предметы, от некоторых я избавился, сдав экстерном. К примеру, историю Тайсара я изучил ещё в замке Аррон, где была очень обширная библиотека. Поэтому на первом курсе мне было скучновато на этом уроке. А читался он два года. Я пришёл к Гариусу и спросил, можно ли сдать весь курс истории сейчас и не мучиться. Он посмеялся над моей несчастной рожей и сказал: да. Так у меня появилось чуть больше свободного времени. Проводил я его в полюбившемся мне садике: тренировался с оружием и без, читал, вскоре меня даже потянуло писать дневник. Скорее, это были записки кадета, я бы так это назвал.

Я записывал забавные истории, произошедшие с нами, и даже вспомнил кое-что из рассказов Неа. Мне лично очень нравилось слушать брата, и, думаю, наши дети когда-нибудь будут с удовольствием читать о приключениях своих родителей.

Не знаю, почему я вдруг стал задумываться о детях. В прошлой жизни я ими не успел обзавестись. Всё искал свою вторую половину. А здесь я был ещё слишком юн для этого. На Тайсаре детей обычно заводили после тридцати, после второго совершеннолетия. Возможно, меня потянуло на раздумья о семье благодаря наблюдениям за моими друзьями. Теран и Ней всё ещё морочили друг другу головы. И, как оказалось, не только они. Уже не один раз я замечал, как бабник и гулёна Калларис тайком посматривал на Гариуса. В его взгляде была такая тоска…

Я уже спокойно относился к разгулу мужских влюблённостей вокруг себя. Такой уж мир. А может быть, это и правильно, что во главу угла здесь поставлены чувства и свобода выбора.

* * *

Несмотря на всю правильность и моральность землян, на нашей планете слишком много продажности. У нас косо смотрят на двух счастливых вместе мужчин, у которых их нестандартная семья крепче, чем у некоторых добропорядочный брак. Почему многие нормально относятся к тому, что родители выдают замуж молодую девушку за состоятельного мужика, который старше неё? Выдают, зная, что она его не любит. Почему женщина выходит замуж за деньги, и ей часто плевать на человека, чью фамилию она собирается носить? У нас сейчас слишком много фиктивных отношений, липовых чувств и продажной морали. Нас это губит, мы этого не хотим замечать, ведь многих устраивает материальная сторона вопроса. Моралью мы, по большей части, прикрываемся. А потом читаем фантастические книги о других мирах и мечтаем попасть в них сами. Там романтика, честность, уважение и любовь. Как говорится, хорошо там, где нас нет! Может, не нужно прикрываться самообманом, засорять свой дом и лезть в чужой?

Живи так, как тебе хочется, и уважай выбор других. На Диссайре всё именно так, и, наверное, шелуха нашего мира потихоньку слетает с меня и меняет мои взгляды на многое…

* * *

Однажды, когда Калли в очередной раз почтил нас своим визитом и привёз замечательное вино, я всё-таки спросил его о Гариусе. Сначала он удивлённо взглянул на меня, затем вздохнул и сказал:

— Знаешь, это странно… Я понимаю, что вы с Неа не братья, но иногда кажется, что ты почти его брат-близнец. Он тоже ещё во время учебы так же подловил меня и вытряс правду.

— Калли, не тяни, колись уже. Я же вижу, какими щенячьими глазами ты смотришь на Гариуса. Как давно это длится?

— Он старше нас с Неа на пять лет. Когда мы поступили, то не обращали внимания на старшекурсников. Они ведь часто бывают на практике. С Гариусом сначала сблизился Неа, уже будучи на пятом курсе, а затем познакомил и меня. В то время я менял подружек и парней, ни о чём не задумываясь, но когда так близко увидел его, понял, что всё… Я попал. Но проблема заключалась в том, что у Гариуса была невеста. Милая, красивая девушка. У меня не хватило наглости даже попытаться отбить её у Гариуса, чтобы освободить место для себя. Не скажу, что таковая мысль не приходила мне в голову, но, когда я видел их вместе, то понимал, что просто не смогу этого сделать. Сразу после выпуска мой друг женился. Через год родился Марис. А я остался верным, безумно и тайно влюблённым другом.

— Отчего умерла мама Мариса?

— Ты не поверишь, но от родов. Она была очень слабеньким магом. Второе ядро у них зародилось через четыре года после Мариса. Женщине почему-то срочно захотелось видеть мужа, и она выехала из родового замка в Академию. Так получилось, что ядро начало отделяться по дороге. Хорошего мага-целителя не оказалось рядом. Она умерла от магического истощения, а без энергетической поддержки ядро растворилось. Мага нашли слишком поздно. Вот такая история. Женщины слабее нас, мужчин, и иногда без должной помощи умирают.

— Почему ты до сих пор не попытался признаться в своих чувствах? Думаешь, он ничего не видит? Насколько я понимаю, Гариус не дурак и не слепой.

— Почему молчит он, не знаю. А я просто боюсь, что Марис не примет меня в качестве родителя.

— Вот это глупо! Он тебя обожает. Калли, пойми, если ты и дальше будешь разыгрывать из себя ловеласа и повесу, а ведь ты на самом деле не такой, Гариус устанет быть один, и с чем тогда останешься ты?

Я сделал всё, что мог для наших с братом друзей. Остальное в их собственных руках.

А за своих я сильно и не волновался — темпераменты не дадут им долго бегать друг от друга. Кстати, о друзьях… Всё время, что я знаком с Неем, никак не мог отделаться от мысли, что он мне кого-то сильно напоминает. Никогда с южанами не сталкивался, так откуда же взялось это чувство? Особенно я зависал, когда видел его взгляд перед какой-нибудь мелкой пакостью, насмешливый и хитрый. На склероз никогда не жаловался, но вспомнить ничего не получалось. Что-то крутилось в голове, а поймать это что-то я не мог. И так продолжалось уже полтора года.

На следующий день в Академии планировали устроить небольшое торжество. Выпускники собирались отправиться на дипломную практику. В связи с этим должны были прибыть какие-то чины из королевского дворца, чтобы лично вручить некоторым выпускникам почётные направления и так далее. Мы, все остальные кадеты, были приглашены на просмотр сего действа. Парадная форма уже ожидала своего часа в шкафу. Мне она, кстати, нравилась: чёрные прямые брюки, тёмно-серая рубашка и строгие кители, яркие нашивки на рукавах которых говорили о принадлежности к факультету, а их количество — о курсе. Головных уборов мы не носили, хотя они тоже прилагались — шляпы с небольшими полями и эмблемой Академии. Парадная форма была чёрного цвета с серебряной отделкой в виде пуговиц и шнура. Ещё к ней прилагался плащ с подбоем ткани, соответственной цвету факультета.

Когда я впервые увидел его и примерил, долго ржал. Чёрный плащ с алым подбоем ни о чём вам не говорит? Пришлось рассказать своим нянькам о том, как на Земле рисуют вампиров. Впечатлил. Смеялись вместе, хотя выглядело это вообще-то красиво.

Глава восьмая

Церемония проходила так же торжественно, как и в прошлом году. Почти без изменений, а главное, что без лишней суеты. Визита молодого короля не ожидалось, а генералы среди преподавательского и кадетского состава особого ажиотажа не вызывали. Если раньше мы, первокурсники, стояли там, где хотели, то в этот раз нас троих деканы выставили в первые ряды. Ну да, ну да. Мы же все отличники, гордость, мать её, своих факультетов. С той позиции, где находился я, ребят видно не было, даже переморгнуться ни с кем не получалось.

О, а этого гада в прошлый раз не было! Калларис собственной персоной стоял почётным караулом чуть позади главных гостей, которых в этот раз прибыло не двое, а трое. Все как на подбор высокие, подтянутые военные, судя по форме. Старшим, казалось, было лет по шестьдесят, хотя кто их знает, этих магов. До тридцати взрослеют, как обычные люди, а дальше старение замедляется в зависимости от магических сил. Потому они могли быть намного старше. Один толкал речь, другой вручал направления на практику. Мне до неё ещё не один год грызть гранит науки, потому никогда и не интересовался, кто такие и как зовут этих королевских чиновников.

Третий, молодой мужчина, чуть выше остальных, фигурой напомнил мне Неадориса… Красивый, зараза. Лицо спокойное, чуть властное. Черты правильные, строгие, прямой нос, жёсткий подбородок, твёрдые, красивые, немного полные губы. Синие глаза под прямыми тёмными бровями. Цвет разглядел — стоял в пяти метрах, зрение-то всегда было отличное. Волосы скрывал капюшон плаща.

Все выглядели такими серьёзными, жуть! Калларис косился на меня… На что-то пытался намекнуть? Молодой гость оглянулся на него, нахмурился, а меня вдруг дёрнуло подмигнуть Калли. Гость поймал мой взгляд, слегка прибалдел, а Калли устало повесил голову. Я ухмыльнулся: «Сижу, никого не трогаю. Починяю примус!» Главное, после этой линейки вовремя слинять. Калли я потом расспрошу, чего это он дёргался. У всех намечалось увольнение, и мы нашей троицей собирались в город! Нас уже ждали великие дела!

Калларис всю неделю не появлялся. Про торжество и молодого придворного я благополучно забыл. Снова увлёкся тренировками. На практических занятиях магией приходилось работать заклинаниями второго уровня, хотя я чувствовал, что могу и лучше. Хорошо, Гариус иногда забирал меня из Академии и увозил на дальний полигон. Там я уже мог разворачиваться вовсю. Третий уровень давался мне легко, иногда получался даже четвёртый. Магистр кин Дар был в восторге! Похоже, Гариус нашёл себе подопытную крыску. Он говорил, что я однозначно маг-элементалист, но, какой именно стихии, он затруднялся ответить. И ещё… Магистр видел многих за свою жизнь, более старших магов, наставников, но никто из них не обладал таким потенциалом в моём возрасте. Именно это и разбирало его любопытство.

А мне скрывать свой потенциал становилось всё труднее, иногда случались такие эмоциональные перепады настроения, что хотелось вешаться! Раньше такого со мной не было. В прошлой жизни у меня тоже происходила резкая смена настроения: то вспыхивал, как спичка, мог кого-нибудь зашибить, то носился, как угорелый, то впадал в нежность, обволакивал её ближайшую цель. Но сейчас, имея доступ к таким силам, сдерживать себя становилось во сто крат сложнее. Вот Гариус и давал мне возможность выплеснуть излишки на полигоне.

На следующий день в своём саду я был один, ребята занимались, хвосты подтягивали. Планку мы себе поставили высокую — нужно соответствовать!

Сделал комплекс упражнений разминки, как вдруг почувствовал чей-то взгляд. Оглянулся, посмотрел на окна магистра и ректора — вроде никого. Паранойя? Вроде никогда не страдал. Значит, показалось. Я вытащил из сумки любимые саи. Хорошо, она была бездонной, там даже оружие Неа прекрасно помещалось. В нашей литературе такое называется «пространственный карман», если не ошибаюсь. После потихоньку вошёл в лёгкий транс и начал танцевать. Звуки уходили, оставалось только движение, только энергия внутри. Я и моё оружие сливались в одно целое, мы словно становились продолжением друг друга. Продолжая, словно вихрь, кружиться в одном мне понятном ритме, я вдруг краем глаза заметил кого-то позади.

Действовал на автомате. Резкий разворот, плавное быстрое движение — и вот уже мои саи находились у горла незваного гостя. Когда пришёл в себя, чуть ли не офигел, потому что передо мной стоял тот самый молодой мужчина, который поймал меня на подмигивании Калли. Чёрт! Убрал клинки и быстро отошёл в сторону, после чего вновь взглянул на него и офигел ещё раз! Потому что тот улыбался. Очень лукаво…

— Спасибо, что не зарезал.

— Не за что, обращайтесь, если что.

— Нет, спасибо, я ещё пожить хочу!

— Зачем тогда подкрадываться к воину в трансе? Я мог не среагировать.

— Не думаю. Что это за клинки? Никогда таких не видел, — у него красивый голос, бархатный, чуть низковатый… Всегда нравились такие.

— Это саи. Сделал когда-то один мастер специально для меня.

— Откуда взял такую форму?

— Может, они ему приснились? — я усмехнулся в ответ.

— Туше! Мне пора уходить, надеюсь, ещё встретимся.

Что это было? Странный разговор, странная встреча. Стало интересно, кто он и как он оказался в этом саду, в который не заглядывали даже преподаватели. Вообще-то сад являлся личной территорией архимага, но Гариус смог уговорить того дать разрешение иногда заходить в него. Сам ректор пару раз забегал к нам, смотрел. Однажды сказал, что ему нравится порой за нами наблюдать, ибо мы исключительно интересные молодые люди.

А что же это за такой интересный молодой мужчина, что так запросто сюда проник. На торжестве был почётным гостем. Куда я вляпался?.. И где носит Каллариса? Мне срочно был нужен источник информации. Мужчина даже имя своё не сказал, хотя я тоже не представился.

Прошла ещё одна неделя, но о незнакомце я не забыл. Чем-то он зацепил меня. Да и Калли всё не появлялся — может, его в местную Сибирь услали? Никто другой так же не смог мне помочь. Младшие курсанты видели этого мужчину впервые, а один из старших поведал единственное, что знал и слышал, мол это какой-то важный чин из военного министерства. Сплошное инкогнито, блин! Гариус также пожал плечами. Это было немного странно, но я не стал заострять на этом своё внимание. У меня кроме учёбы было достаточно других дел, чтобы тратить своё время на бесполезные метания по Академии и приставания с расспросами. Сегодня мне нужно было доработать свои ошибки в фехтовании. Я снова занимался один, Терана и Нея деканы дополнительными заданиями загрузили.

Неожиданно за спиной я услышал скрип отпирающейся калитки. Оглянулся. Оу! Мой знакомый незнакомец. Вошёл, отстегнул под моим ошеломлённым взором пояс с оружием, снял китель. Я вопросительно поднял бровь, а он в ответ лишь ухмыльнулся и вытащил из ножен шпагу, на манер испанской, и великолепную дагу. Я остался впечатлён. Оружие было сделано мастерски. Даже не трогая руками, я уже мог сказать, что его сотворил великий мастер. Изящные линии, кружево металла и смертельная сталь!

Незнакомец отсалютовал мне шпагой и встал в позицию. Спарринг? Ну что ж, я совсем не был против поединка. У меня были хорошие учителя.

Какой кайф, чёрт возьми! Он просто чудо, правда, смертельно опасное чудо! Он кружился вокруг меня, словно смерч. Я еле успевал парировать удары! О нападении не было и речи, я изучал его стиль, приноравливался и просто кайфовал. Так я дрался только с Неа. Учитель фехтования в Академии был одним из лучших в королевстве, но мой брат и этот незнакомец превосходили его на пару порядков. Хотя этому мечнику, что кружился рядом со мной, проиграл бы и Неа.

Я не заметил его движения — и вот уже был прижат к каменной стене, а его дага находилась у моего горла. Глаза незнакомца смотрели в упор, моя кровь плавилась в венах, стучала в висках. Наше дыхание почти смешивалось… Я откинул голову назад, улыбаюсь и говорю:

— Туше!

Он отстранился, улыбнулся в ответ и протянул мне руку. Его рукопожатие было крепким, сильным. Он вновь надел китель и пояс и спрятал оружие в ножны.

— До следующего раза? — я кивнул, поднял глаза и заметил Калли в окне кабинета магистра кин Дара.

— Я не против, и спасибо за оказанную честь и удовольствие.

— Удовольствие? — лукаво поднятая бровь, и у меня по спине пробежали мурашки. — Мне пора.

— Мне тоже, к тому же, нашлась моя пропажа, — произнёс я, смотря на Калли. Тот быстро отошёл от окна, но, кажется, его заметили. Незнакомец нахмурился.

— Кадет, а кто вам Калларис кан Рейн?

— Друг, просто друг, — удивлённо отреагировал я на его хмурый тон.

— Друг, значит? До встречи!

Он стремительно ушёл, оставив меня в задумчивости. С чего такая реакция на Каллариса? Кадеты не имели права общаться с королевскими гвардейскими магами или это что-то личное? Вопросы-вопросы, где ж наши ответы? Кстати, он опять не представился, а вот моё имя он наверняка знал.

Я собрал свои вещи и направился в кабинет Гариуса допрашивать своего друга. Допрос не удался, Калли слинял раньше, но, как говорили в одном мультфильме, он обещал вернуться.

Всё шло своим чередом. Я часто тренировался с друзьями, дополнительных заданий не давали уже неделю.

А ночами было весело. Мне снились сны эротического содержания. Хорошо, что хоть не порнографического! Кто в главных ролях? Мы с моим незнакомцем! У меня от него понемногу рвало крышу. Нет, я всегда восхищался сильными мужчинами, особенно теми, кто не уступал мне характером и силой. Друзей всегда таких себе выбирал. Но не снился же мне Теран или, не дай боги Диссайра, незабвенный и неуловимый Калли. Н-да! Поживём — увидим, может, это проходящее?

Прошла неделя, а я всё ждал его появления. У меня появилось подозрение, что сегодня должен был стать именно тем днём. Почему? У моих друзей вновь образовались внеплановые занятия! К чему бы это?

Услышав скрип двери за спиной и уверенные шаги, я обернулся.

— Добрый вечер, господин незнакомец, — он вновь улыбнулся.

— Добрый, кадет кин Мор.

— Как зовут меня, я знаю, а вас?

— Называй меня Кер.

— Просто Кер? — он кивнул. — С чего такая таинственность?

— Мне так хочется. Вдруг ты узнаешь, кто я, тебе не понравится, и ты сбежишь? Кто будет спасать меня от скуки?

— Даже так? Спасать, так спасать. К бою?

— К бою, кадет!

Снова танец, музыка клинков. То он вёл, то я. С каждой нашей встречей моё мастерство росло. Он снова, как смерч, кружился вокруг, заставляя меня то перемещаться по площадке, уходя в глухую защиту, то открывался и провоцировал на контратаку. Мне иногда удавалось коснуться кончиком шпаги его рубашки. Ответные выпады-удары также вскользь доставали меня, но намного чаще… Неожиданно он остановил наш поединок.

— У тебя получается всё лучше! Шпага у тебя — не самое любимое оружие?

— Нет. Я больше люблю сражаться на саях.

— Так давай, — его взгляд притягивал меня, манил. Я не понимал, что со мной происходит.

— Хорошо.

Я взял саи привычным хватом, настроился на бой, и мы начали. О, чудо! Теперь вёл я, крутился вокруг него, с бешеной скоростью меняя своё местоположение. То скользящими, то круговыми движениями сближался с Кером или уходил на расстояние кончика его клинка. Блок, лёгкий укол, обманное движение. Поймал на саи его дагу, движение кистью, и… красиво летит! Вновь кружение, вновь танец. Мой арсенал сай-дзюцу был довольно обширен, приёмов я знал множество, а для Кера такой стиль оказался незнаком. Но даже без даги он всё ещё не переставал быть опасным противником. Я решил уйти в защиту, готовя контратаку, думая о том, что в этот раз я завершу этот бой. Однако внезапно почувствовал, что мои ноги охватывает петля, дёргает, и я падаю! Твою мать! Но удариться головой я не успел. Меня поймали, обезоружили и мягко опустили на землю. Кер навис надо мной, и я не смог себе не признаться, что мне нравится тяжесть его тела. Я точно сходил с ума.

— Так нечестно! Воздушная петля — это подвох.

— Нет, это уловка мага, — шепнул он мне в ухо. — Ты забыл, что мы не только бойцы, но и маги. Мы должны использовать всё.

— Ты проигрывал…

— Нет, выиграл. А свой приз сейчас получу, — и меня поцеловали. Страстно, крепко, сумасшедше.

Его губы были твёрдыми, но нежными, горячими. Мыслей в голове больше не осталось, только ответное желание. Никогда не умел рефлексировать. Либо у меня были желания определённого характера, либо нет. И особо отказывать я себе не умел. Сейчас они меня захлестнули, словно волна, смывая все отрицания и неуверенность. Я понял, что мне нравятся поцелуи, и я ответил Керу. Он на миг остановился, шало посмотрел на меня и ринулся в атаку вновь. Когда мы наконец оторвались друг от друга, наше дыхание было прерывистым, словно мы всё ещё сражались. Хотя, может, так это и было, только теперь наш спарринг перешёл в другую плоскость. Кер выругался.

— Мне снова нужно уходить, — я промолчал, не зная, что сказать. Лишь понимающе улыбнулся. — Я приду через неделю, раньше просто не смогу.

Поздно вечером оба моих друга удивлённо смотрели на меня. Мои губы были всё ещё припухлыми от бешеных поцелуев Кера, глаза хмельно блестели… Мне нужно было что-то делать с моим постоянным возбуждением в последнее время.

— Парни, что-то мы давно не посещали кабачок наш любимый! Завтра у нас что? Выходной. Значит, завтра мы гуляем! — Теран скептически посмотрел на меня, а Ней просто улыбнулся. Что?

А вот с «погулять», и «сбросить возбуждение» у меня получилось полное фиаско! Приплыло, откуда не ждали! Оказывается, пару недель назад у Касси вдруг, ну совершенно вдруг, объявился поклонник. Да не абы какой, а прямо её мечта. И на любимого-то покойного мужа похож, и боевой маг, как она всегда мечтала, ещё и из хорошего, хоть и не дворянского рода. Вот где это сокровище пряталось до сих пор? И с чего так вовремя объявилось-то? Может, я параноик, но вот ясно чувствовал, что появление этого жениха и беготня от меня Калли были из одной истории. И ещё оттуда же торчали уши одного брюнета. Поклонник ведь не только появился, он за две недели влюбил мою Касси в себя, женился и увез её в пограничный гарнизон! Ну всё! Довёл меня до ручки, сам будет расхлёбывать! Ибо когда я неудовлетворённый, я злой. А ещё в нашей паре, если я правильно понял (так как именно к этому всё шло), мне должна была достаться не привычная для меня роль. Угу. А нужно ли мне это было? Я не знал, но хотел попробовать остаться с Кером. У меня была неделя на размышления. Мама, роди меня обратно. Это кто же говорил Таргориусу, что он не по мальчикам? А я и не по мальчикам. Я по высоким обаятельным взрослым брюнетам.

Всю неделю я был на взводе. Набил морду паре наглых старшекурсников. За прошедшие два года я сильно изменился. Вытянулся в росте немного — почти догнал свой прежний — да и плечи стали шире, мускулы наросли. Качком я не стал, а вот немного жилистым с лёгкими кубиками на подтянутом животе — это да! Волосы по-прежнему оставались короткими — стрижка напоминала ту, что я носил дома. Делал я её сам с помощью магии, просто представляя, чего хочу — и вуаля! Стильная причёска была готова: короткий затылок, выбритые виски, стильный верх и косая чёлка. Даже в армии не любил ходить бритым под ноль.

Своему закадычному другу Нею тоже помог изменить причёску. Теперь мы с ним считались законодателями новой моды, хотя многие продолжали носить длинные волосы. Для меня парни с такой причёской казались немного женственными, хотя о детинушке Теране, так сказать, было сложно. Я и сам со своим ещё растущим телом, да и ещё с длинными густыми волосами был бы похож на стройную высокую спортивную девушку. Мне этого совершенно не хотелось, да и неудобно было. Длинные волосы даже при магическом уходе требовали много времени и сил. Волосы на теле и небритость так же убирал магически, в который раз убеждаясь, какая бытовая магия хорошая вещь.

Магия на Диссайре отличалась от придуманных в нашем мире сказок в лучшую сторону. Не существовало долго проговариваемых заклинаний и странных телодвижений. В мыслях ты формировал то, что хочешь сделать, иногда используя уже готовые стандартные формы, напитывал своей энергией, и отпускал, руками или взглядом лишь только направляя готовое заклинание. Иногда маги придумывали что-то своё, но для этого было необходимо хорошо знать теорию и основы.

Я немного уже обогнал программу, мне помог в этом Гариус. Так хотелось закончить Академию раньше, ведь меня где-то там ждал мой кровный брат и лучший друг. Ещё восемь лет обучения — это слишком долго.

Вчера был первый выходной, потому Ней с утра потащил меня в город. Он ходил весь такой счастливый в последнее время. Ещё чаще, чем обычно, поглядывал на Терана. Кажется, один из моих друзей точно дозрел соблазнить другого. Иначе как объяснить, что Ней потащил меня не куда-нибудь, а в лавку очень хорошего аптекаря-целителя, который торговал самыми лучшими ароматизированными мазями. И к чему были все эти намёки? Догадливый, зараза! И да, он-таки уговорил меня купить одну такую мазь: с лёгким запахом цитрусовых и чего-то похожего на мяту. Всегда любил такие запахи. Не приторные, не сладкие, не навязчивые.

Кер так и не появился ни позавчера, ни вчера. Я начал чувствовать себя мнительной барышней, которой захотелось потерять девственность, да кавалер передумал. Может, я сам нафантазировал себе желаемое? Принял случайный поцелуй за страсть. Да я вроде мальчиком не был, про это чувство знал не понаслышке… Но так уносило от поцелуя меня в первый раз. Я не мог ошибиться. Может, просто устал быть один?

Я совсем забыл, что уже сегодня наступала ночь лунного слияния. Ночь, когда Диссайр сходил с ума от страсти и плотских желаний. Многие кадеты уже отправились домой, где проще было себя контролировать. Для здоровья всё это опасно не было, просто можно было наделать глупостей. Некоторые остались в Академии, в том числе и мои друзья. Я даже догадывался, зачем, потому мысленно пожелал им удачи. Давно пора было уже перестать бегать друг от друга и маяться дурью.

Я принял душ и провёл, как обычно, процедуру магического очищения. Во-первых, спать легче, да и для здоровья полезнее. А во-вторых, мало ли что могло случиться… Мало ли какие гости могли зайти.

Надев лёгкие синие шёлковые брюки, я босиком подошёл к окну. За то время, что я жил в Академии, моя комната немного обросла вещами, я «свил себе гнездо»: мягкий серебристый ковёр на полу, такого же цвета подушки и покрывало на кровати; тяжёлые бархатные шторы на окне, большой цветок на широком подоконнике — подарок Касси. На стене висели купленные мною две картины с видами Лайдарина, а шкафы теперь были полны вещей и книг. Теперь эта комната уже что-то говорила о своём хозяине, она больше не казалась безликой. Я открыл окно, повеяло свежим ветерком.

В этой части мира не было ни холодов наших суровых зим, ни жары тропиков. Скорее, мягкий климат итальянской весны с несколькими месяцами чуть более тёплого лета. Меня всё устраивало, потому как всегда ужасно мёрз зимой. Дед тогда смеялся, что сибиряк из его внука никак не получился бы, только трясущийся заяц.

Я стоял, наслаждаясь тёплым воздухом, запахом ночных цветов и завораживающим волшебным видом местной луны. Когда я увидел всё это в первый раз, то всю ночь просидел у окна, завороженно глядя на переливы и вспышки серебряного чуда в ночном небе. Неожиданно раздался тихий, но решительный стук в дверь. Я понадеялся, что это не кто-то из навязчивых старших кадетов, ибо набивать морды совершенно не хотелось. Стук повторился.

— Да кто же такой настойчивый? — ворча себе под нос, я пошёл в сторону двери. Открыл. Его я точно сегодня не ждал, но интуиция всё же вещь хорошая.

— Впустишь? Я не один! — Кер плутовато улыбнулся, показав бутылку дорогого вина и корзинку с чем-то ещё.

Но мне было всё равно, с чем там она. Я смотрел на его лицо, на его губы — и плыл… Пришёл зверёк северный! Как девчонка, мать твою! Встряхнул головой, отступил в сторону и пригласил гостя пройти в комнату. Заметив моё состояние, Кер не отводил от меня взгляда. Его глаза, казалось, стали совсем синими. Он закрыл дверь, хотя без моего разрешения в комнату бы всё равно никто не осмелился бы войти. У меня пересохли губы, и я провёл по ним языком. Кер застыл, затем поставил свои приношения на стол и… Через мгновение я уже неистово горел в его руках. Его губы были горячими, сладкими, восхитительными! В тот момент мне самому захотелось быть ведомым. Для меня эта роль была дебютной, так что я позволил вести тому, у кого было больше знаний в этой области. А судя по тому, что делал со мной Кер, он знал, как виртуозно играть на струнах тела и души.

Дальнейшее превратилось для меня в калейдоскоп прекрасных мгновений. Его губы на моём теле, сильные руки, скользящие по коже. Я чувствовал себя податливой глиной в руках скульптора, который катал меня по постели, исследовал все уголки моего тела. Я погружался и тонул в своих чувствах… Нежные губы на моём члене — и я почувствовал прохладные пальцы между ягодиц. Мазь с запахом мяты, цитруса и чего-то отдалённо похожего на кофе. Интересный аромат щекотал мне ноздри… Однако все мысли тут же вылетели из моей головы. Кер растягивал меня медленно и нежно. Я уже сам плавно двигался, не заметив, когда пальцев стало больше. Такие необычные ощущения…

Кеша когда-то говорил, что чем дольше и лучше растяжка, тем менее болезненным бывает проникновение. Я надеялся, он был прав.

Кер перевернул меня на живот, покрыл лёгкими горячими поцелуями спину, на миг остановился — и простился со своей девственностью. Уже в третий раз. Боль действительно быстро прошла, сменившись удовольствием. Плавные движения начали сводить меня с ума. Я уплывал вместе со всё более требовательными и собственническими движениями моего любовника. Он как лавина накатывал на меня страстью, всепоглощающей, никогда ранее не испытанной. И наконец эта волна догнала сначала меня, затем Кера. Я выгнулся под ним, застонал и взорвался миллионами искр, принимая такой же фейерверк внутри от Кера.

В себя приходил я с трудом, выплывая из мягкой и тёплой неги. Приоткрыв глаза, я заметил, что Кер смотрел на меня и улыбался.

— Ты моё чудо, Ари. Страстное, необыкновенное чудо, — в первый раз в своей жизни я почувствовал, что краснею. — Вина?

— Пожалуй, — мой голос стал немного хриплым, ведь я в жизни никогда так не стонал и не кричал.

Кер встал и подошёл к столу. Достал из корзинки два красивых бокала и, открыв бутылку, налил нам вина. Я смотрел на его обнажённое тело и восхищался им. В меру мускулистое, с чёткими красивыми кубиками пресса, длинными сильными ногами, с мощным разворотом плеч и тонкой талией. Ещё у него была просто обворожительная задница, я даже чуть не облизнулся, однако решил потерпеть и не пугать его раньше времени. У меня на неё появились грандиозные планы. Кер ведь не думал, что я всегда буду только принимающим? Мне тоже хотелось поиграть на этом великолепном инструменте, что создала природа. Я сказал правду Таргориусу, что не люблю субтильных мальчиков. Оказалось, что люблю сильных высоких мужчин, точнее, одного такого. «Люблю? Возможно…» — тихо признался я себе.

Мы выпили вина, закусили вкуснейшим сыром с ветчиной. Нам было хорошо молчать, говорить о мелочах, жарко целоваться… Тихие нежные поцелуи незаметно вновь разожгли пламя, которое поглотило нас до самого утра. Я проснулся в крепких объятиях Кера. В приоткрытом окне можно было увидеть разливающийся красками рассвет. Кер смотрел на меня и снова улыбался. Я улыбнулся ему в ответ. Самочувствие было замечательным, не то, что на Земле после ночи таких акробатических упражнений. Здесь же физическое и магическое состояние было — хоть иди горы переворачивай!

— Ари, ты любишь море?

— Да, а что?

— Есть предложение. У вас через месяц окончание учёбы. Домой ты не едешь, ведь так?

— Ещё не решил, — я туманно ушёл от ответа.

— Хочу пригласить тебя к себе на каникулы.

— У тебя отпуск?

— Увы, нет, но у меня в доме есть малый портал, я каждый день буду с тобой. Мой дом расположен на небольшом острове, там большой сад, почти никого нет. Кругом море, воздух, покой. Я люблю это место. Когда мне хочется отдохнуть душой, то всегда отправляюсь туда.

— Хочешь меня спрятать? — я улыбнулся, но, затаив дыхание, ждал его ответа. Я не хотел быть тайным любовником, которого прячут от родных и знакомых.

— Просто надеюсь провести с тобой несколько дней вдали от суеты. Потом я не смогу, да и ты тоже.

— Почему не сможем, Кер?

— Потому что я хочу представить тебя всем! Хочу, чтобы они увидели, какое чудо попало мне в руки.

— Чудо, это да! Ты даже не подозреваешь, какое. А ты не пожалеешь? Вдруг кто-то будет против твоего чуда?

— Пусть только попробуют, — проворчал Кер и снова поцеловал меня. У меня на душе потеплело.

Когда Кер снова исчез по своим таинственным делам, я лёг досыпать. А к вечеру наконец-то кое-кого выловил! Я решил проведать моего друга кин Дара и… Ну кто бы мог подумать? Передо мной стоял Калларис собственной персоной, встрёпанный, заспанный и, похоже, хорошо отлюбленный этой чудной ночью. Гариус же выглядел весьма бодрым и довольным.

— Ребят, вам ночи не хватило? Или Калли сверхурочные отрабатывал?

— Этот осёл наконец прислушался к твоему совету. Правда, он полночи думал и ходил вокруг моего дома. Пока мне это не надоело, и я его не отловил.

— Я вижу. Гариус, давай-ка мы выпьем хорошего вина и поговорим. Да, друг мой Калли?

Пока Гариус устраивал нам всем винопитие, я наблюдал за Калли. Я видел, что ему очень неуютно под моим взглядом, что его что-то гложет. Пришлось применять допрос с пристрастием. Когда мы удобно устроились в гостиной магистра, я спросил его в лоб.

— Калли, ты бегал от меня всё это время из-за Кера?

— Кого? — Калли удивлённо поднял бровь, типа не понимает, о ком я.

— Калли, Калли, неужели ты не видел, с кем я тренировался в саду? Ты ведь что-то пытался сказать мне тогда?

— Кер, значит. Просто я был удивлён, увидев вас с ним вместе.

— Он твой начальник?

— Можно сказать, и так. Я неплохо его знаю.

— Он живёт и работает во дворце?

— Да, — Калли говорил, словно я вытаскивал слова из него клещами. Гариус, кажется, тоже что-то знал. Но почему молчали оба?

— Господа, я могу, конечно, ошибаться, но у меня такое чувство, что вы многое знаете, но говорить не хотите, — я помолчал, — или не можете?

— Не можем, Нори. С нас взяли магическую клятву не говорить тебе ничего о твоём знакомом.

— О моём любовнике, чёрт возьми, Гариус! — мои друзья ошарашенно посмотрели на меня. — Да! И вы понимаете, что я хочу хотя бы что-то знать о нём!

— Он хороший человек, Нори. Справедливый, сильный, добрый. Мне кажется, он сильно к тебе тянется и, возможно, хочет сам рассказать о себе, — магистр старался осторожно подбирать слова.

— Поверь мне, Нори, я хотел рассказать тебе тогда, но Смерч опередил меня и отослал по делам. Я не специально бегал от тебя, просто был далеко.

Калларис говорил что-то ещё, но мой мозг зацепился за одно слово. Я переспросил.

— Смерч? Случайно, не Огненный Смерч?

— Да. Так иногда называют Кера, ещё с Академии.

— Почему?

— Он стихийный боевой маг, очень сильный. Кера… Кер научился окутывать своё оружие магическим пламенем. А как он дерётся, ты уже видел. Добавь мысленно огня — и что ты увидишь?

— Огненный смерч, — я впечатлился, кивнул, а потом расхохотался. Смеялся я довольно долго, до слёз. Твою мать, вот правильно говорят: от судьбы не уйдёшь, она сама к тебе припрётся!

— Нори, что с тобой? — два нервных голоса привели меня в чувство.

— Где-то спустя пару месяцев после того, как я попал в этот мир, мы сидели в библиотеке Аррона: я, Неа и Таргориус. Просто разговаривали обо мне, о Тайсаре, о мире в целом. Я сказал, что, когда вырасту здесь, обязательно женюсь на красивой девушке.

— И что здесь такого смешного?

— А то, Гариус, что старый маг сказал, мол, девушки мне не светят, и супругом моим будет мужчина. На что я рассмеялся и сказал, что субтильные хрупкие мальчики не для меня.

— Видение Таргориуса? — магистр стал тих и внимателен. Кажется, он раньше Калли начал понимать, к чему я веду. — Он никогда не ошибался, и его видения были точны всегда.

— Да. Единственный раз мы засомневались в нём, когда он дал имя Нори, но и оно оказалось точным. Просто никто не учёл твоё появление, — добавил Калли.

— Он снова оказался прав. Того, кто станет моим мужем, он знал лично, но мне не захотел сказать ничего, кроме намёка, что это будет мужчина. Я рассердился на Таргориуса и ушёл из библиотеки.

— Далеко? — Гариус хитро прищурился. Он уже хорошо меня знал.

— Когда я вышел, то неплотно закрыл за собой дверь и услышал, как Неа выпытал имя или, скорее, прозвище у Таргориуса.

— Только не говори, что это?.. — Гариус успел прикрыть рот Калли. Кажется, у кого-то чуть не слетело с губ полное имя моего таинственного любимого. Хотя правильно магистр сделал, магические клятвы нарушать себе дороже.

— Ну, если Огненный Смерч, которого прекрасно знали и Неа, и Таргориус — это Кер, то да, это он!

— Не может быть, — ошалелый вид Калли был мне наградой.

— Я тоже так думал и сказал Таргориусу, что, если он мне скажет имя, то, так и быть, буду обходить этого человека десятой дорогой. Но, как видишь, несмотря на то что прозвище я знал, мой суженый всё равно меня нашёл. Видимо, от судьбы не сбежишь.

— А если бы знал заранее, что бы ты сделал? — Гариус внимательно посмотрел мне в глаза.

— Не знаю, Гариус, не знаю! Меня безумно потянуло к нему с самого начала. Так что, как говорят у меня на родине, поживём — увидим!

Глава девятая

Месяц в сдаче экзаменов и практических работ пролетел незаметно. Гариус договорился с ректором, что в начале следующего учебного года я экстерном сдам экзамены за третий курс и сразу перейду на четвёртый. Половину учебного материала я уже освоил самостоятельно, за лето нужно было запомнить остальное. Кер приходил каждые выходные, только теперь вечерами. Мы проводили вместе ночи, но к утру он исчезал, словно мой личный призрак. Вчера был последний учебный день, и вчера же Теран и Ней, сладкая неразлучная парочка, попрощались и уехали на всё лето на север. Теран сказал, что семейство кан Грод всегда ждёт меня с распростёртыми объятиями в любое время дня и ночи. Их беспокоило моё нежелание говорить, где и с кем — второе было важнее — я собираюсь провести лето. А что я мог им сказать, если сам почти ничего не знал о Кере. Я терпеливо ждал его откровений.

Наступил уже поздний вечер. Я решил принять душ и переодеться. Вещи, необходимые мне на каникулах, уже были собраны в мою бездонную сумку: оружие, моё и Неа, книги для учёбы по третьему курсу, парадная одежда на всякий случай, деньги и многое другое. Плюс ко всему, я приготовил небольшую сумку с повседневными вещами. У меня ведь тоже были свои тайны; моя суперсумка — одна из них. Правды о ней не знали даже мои друзья.

Я стоял под прохладными струями воды и думал, что же мне делать с моим таким таинственным любовником, когда вдруг почувствовал сильные руки у себя на талии. Эти руки прошлись по моим бокам и плавно переместились на живот; одна из них поползла вверх к правому соску, а левая шаловливо опустилась к паху. Я улыбнулся, повернул голову — и получил крепкий поцелуй.

Вот уже месяц Кер имел свободный доступ в мою комнату, чем беззастенчиво пользовался. Я развернулся в его объятиях и втянул новый поцелуй. Он был уже обнажён и вполне готов к употреблению. Я ухмыльнулся про себя и потащил его в комнату. Он хотел устроиться на кровати, но я подтолкнул его к диванчику. Когда он вольготно устроился, я, смотря ему в глаза, плавно стёк на пол и встал на колени между его ног. В глазах Кера было столько любопытства! Правой рукой я упёрся в пол, левую положил на бедро любовника и сходу взял в тёплый плен своего рта его возбуждённый член до половины длины. Сверху послышался восторженный вздох. Я начал нежно посасывать головку, легко лаская себя правой рукой. Затем я несколько раз ласково провёл языком вдоль ствола вверх-вниз, вновь погрузил член в рот и начал скользить. Кер запустил пальцы рук в мои чуть отросшие волосы, направляя голову, и начал аккуратно вбиваться в мой рот. Я протянул левую руку и нежно, но ощутимо запустил ногти в кожу на его животе. Он понял меня и отпустил.

Я ничего не имел против такого удовольствия, просто мне нужно было немного времени, чтобы вспомнить, как правильно расслаблять горло, — слишком давно я не делал минет. Выпустив член изо рта, я начал целовать и посасывать нежную кожу на мошонке и, когда поднял голову, то увидел совершенно шальной взгляд Кера. Он тяжело дышал, тихо и довольно постанывая. Несколько минут я нежно мучил его ласками, а затем расслабился и позволил ему глубоко вбиваться в моё горло. Его стоны были усладой для слуха, но мне захотелось и себе что-то получить. Я стремительно скользнул по горячему телу вверх и устроился на коленях Кера, вовлекая его в поцелуй. Горячее дыхание, сплетение языков… Его член потирался между моих ягодиц, но не проникал внутрь. Мой был зажат между нами. Кер приподнялся, обнимая меня за талию, лаская и покусывая мои соски. Не знал, что они у меня столь чувствительные!

Я вновь скользнул вниз, чтобы продолжить увлекательное занятие. Несколько минут с упоением посасывал, ласкал языком, а затем, глядя на Кера, погрузил его член глубоко в своё горло и сглотнул. Закрытые глаза и стон, полный страсти, стали мне наградой. Рука Кера нашла мою руку и сжала. Я выпустил член из плена, а затем ещё и ещё раз повторил пытку удовольствием. В конце концов он кончил мне в рот. Довольно интересный вкус… Чуть отдаёт ванилью. Это Кер такой вкусный или у всех мужчин Диссайра подобные изыски? Ну, думаю, что проверять не буду.

Сев на пол, я залюбовался Кером в послеоргазменном состоянии. Через минуту моё чудо пришло в себя, подняло меня на ноги и развернуло к себе спиной. Одна его рука проникла между моих ног и нежно провела пальцами по возбуждённому достоинству. Язык Кера я почувствовал между своих половинок — теперь уже я издавал восторженные стоны. Он снова развернул меня к себе. Его левая рука в ароматном масле вновь опустилась между моих ног. Сильные пальцы начали меня готовить и растягивать, а мой член захватнически был взят в плен. Иначе не скажешь. Кер словно хотел меня поглотить, посасывал и урчал, как дикий кот. Сегодня он делал весьма воинственный минет, это было так забавно, что я улыбался, как идиот, от счастья.

Он протянул мне руку и помог сесть к нему на колени. Придерживая член одной рукой и моё бедро другой, помог осторожно насадиться. Секунда привыкания — и вот я уже плавно и медленно начал танцевать на нём. Раскачивания, восхитительные подъёмы и спуски… Темперамент Кера вырвался наружу неистовым ураганом. Он сжимал мои ягодицы и сам выбирал темп, а я лишь поддавался. Безумная скачка, горячие поцелуи и взрыв, фейерверк…

Я без сил свалился на него. Кер обнял и тихонько поцеловал, шепча на ухо слова благодарности. Почему говорят, что ушами любят только женщины? Мужчинам это тоже чертовски приятно. Мы перебрались на кровать и, устроившись в объятиях друг друга, наконец заснули.

А рано поутру мы с Кером через портал Академии переместились в его ма-а-а-ленький домик на совсем небольшом острове. Это был красивый двухэтажный особняк из бело-голубого камня, стоящий посреди роскошного сада, на острове, диаметр которого был приблизительно километра три! Совсем маленький остров — с одним единственным особняком! Но место действительно было уединённое и очень красивое — я начал понимать, почему именно сюда сбегал Кер от дворцовой суеты.

Я был представлен экономке и, по совместительству, бывшей няне Кера — Ларине, всё ещё красивой пожилой женщине с русыми волосами и фиалковыми глазами. Она очень внимательно осмотрела меня, затем кивнула, размышляя о чём-то известном только ей, и улыбнулась своему воспитаннику. У меня возникло чувство, что только что я сдал важный экзамен.

Ещё здесь, в специальном домике, жили повар, садовник и пара человек из охраны. Кер сказал, что на доме и на самом острове лежит очень сильная магическая защита, поэтому никто, кроме него и доверенных лиц, сюда попасть не может. Он провёл мне экскурсию по дому и острову, затем оставил на попечение Ларины и вновь исчез.

Вот так и потекли мои дни. Я купался в океане, изучал остров, читал учебники и беседовал с Лариной. Она рассказывала забавные истории из детства Кера, но упорно обходила стороной какие-либо важные сведения о нём. Его татуировку на лице я не видел, хотя она точно была. На торжестве в Академии я мельком видел её под капюшоном. Значит, она была скрыта так же, как моя. Почему? Странные факты накапливались один за другим. У меня возникло подозрение насчёт того, кто такой мой Кер, но поверить в него было трудно. Если бы я оказался прав, то тогда, как говорил, Таргориус, мы не могли с Кером быть вместе. Провидцы ошибались редко, а такие сильные, как Таргориус, тем более. Бежать впереди паровоза было бессмысленно, и я ждал. Просто ждал ещё фактов или наконец правды от Кера. Он появлялся каждый вечер измотанный и уставший, покидая меня утром полным сил. Я чувствовал себя батарейкой, но для него мне было ничего не жалко.

Однажды вечером, где-то через две недели после моего первого появления на острове, я попросил Ларину дать мне тёплый плед и собрать корзинку с едой. На её вопрос — зачем, я сказал, что хочу устроить для Кера романтический пикник на берегу. Кажется, ей идея понравилась, и желаемое я получил. Это был замечательный вечер. Мы лежали на берегу, пили вино и много говорили. Я спросил Кера, где мы находились. Оказалось, это была южная оконечность Тайсара.

Вокруг раскинулся Диссарийский океан. Единственный океан этого мира. Он окружал все три материка: самый крупный Кар-Дис (плодородная земля), именно на нём располагался Тайсар и ещё десять королевств поменьше, средний материк Дис-Кре (земля ветров), горный край, где тоже было несколько королевств и независимых баронств. Неподалёку от этого острова, где-то в сотне километров, находился третий материк. Назывался он Дис-Норис (земля стихий). На нём не было никаких государств, там жили только весьма пожилые маги-элементалисты. Те, кого в Академии называли наставниками. Одинокие маги уходили жить на Дис-Норис, уверяя, что там им становилось легче удерживать свою стихию. Это было необычно и интересно. А ещё более любопытной была достопримечательность Дис-Нориса — находящийся в сердце материка горный массив с долиной внутри. Она называлась Дарин-Айн, что в переводе означало «Долина Молний». Загадочное место, окружённое сильнейшей магической пеленой, куда не мог проникнуть ни один маг или просто человек. Ходила легенда, что тот, кто проникнет в неё, получит небывалое могущество. Дураки находились всегда. Приходили и гибли при попытке прорваться сквозь барьер. Над долиной часто сверкали молнии, ночью было видно зарево огня или столбы слепящего белого света. Дарин-Айн — место, полное волшебства и тайн. Я спросил Кера:

— Тебя никогда не тянуло побывать там?

— А я там был. Однажды напросился с ректором Академии в поездку на Дис-Норис. Правда, пришлось дать отцу магическую клятву, что к барьеру не подойду даже близко. Это действительно очень таинственное место. Я сильный маг-стихийник, но даже я чувствовал, что потоки силы стихий вокруг долины мне не по силам.

— Я тоже хотел бы когда-нибудь там побывать, — прошептал я, чувствуя, что это место для меня.

— Может быть, может быть… Ари, я хочу сказать тебе, — я стал само внимание, неужели Кер решился перестать играть со мной в прятки? — Завтра я заберу тебя во дворец, через день будет приём — и я хочу, чтобы ты сопровождал меня на нём. Во дворце я всё тебе расскажу о себе.

— Что мне делать на приёме?

— Просто быть рядом со мной. Наряд я тебе уже приготовил, он ждёт тебя во дворце.

— Кер, у меня достаточно нарядов, — я возмутился, но Кер просто улыбнулся и потрепал мои волосы.

— Это просто подарок. Прими его, пожалуйста. Я знаю, что ты достаточно обеспечен, но я лишь хотел сделать приятное и тебе, и себе.

— Хорошо, — я вздохнул и смирился. Зачем ссориться из-за пустяков.

Мы пробыли на берегу ещё какое-то время, а затем Кер потащил меня в купальню, большое помещение с вместительной каменной ванной, вроде джакузи. Только вода в ней была не обычная, а целебная, полная всяких полезных веществ. Кер устроил меня в своих объятиях и, как маленькому ребенку, честное слово, начал мыть голову. Он втирал какие-то маски, смывал, снова что-то втирал. Я не вникал, просто балдел! Массаж головы в исполнении Кера — это супер кайфово!

А вот на утро меня ждал сюрприз! Я готов был убить Кера, а он бегал от меня по особняку и ржал! Я мирно проснулся, начал одеваться и понял, что мне что-то мешает. Провёл рукой по волосам и замер в шоке. Вместо короткой стрижки у меня была грива по пояс! Я понял, что вчера в купальне этот гад мне втирал магическую мазь для роста волос. Убил бы! Я был так зол, что не сразу сообразил, что мог избавиться от гривы в одну секунду. Слишком уж хотел найти одного брюнета и прибить. А когда всё же вспомнил, то остановился и ухмыльнулся.

— Спорим, Кер, что я избавлюсь от этой кучи волос быстрее, чем ты мне её наращивал?

— Ари, пожалуйста, не надо, — Кер мгновенно обнял меня. У него были очень честный и жалостливый взгляд. — Ларина, ну скажи этому упрямцу, что причёска ему очень идёт.

— Ларина! Скажите ему, — я кивком показал на Кера, — что это блажь! Я похож на девушку!

— Нет, Ари. Вы похожи на очень красивого юношу с совершенно любой прической. — Ларина была, как всегда, очень дипломатична и явно на стороне своего подопечного.

— Ари, пожалуйста, оставь всё как есть хоть до Академии. Мне очень нравится перебирать твои шёлковые волосы пальцами. Это такое удовольствие…

— Только до Академии? — Кер закивал, глаза были честные-честные!

— Хорошо, но только до Академии. Теперь придётся вспоминать, как плетутся косы, кошмар, — проворчал я и пошёл в комнату приводить себя в порядок.

Поздно вечером мы снова через портал отправились во дворец. Мои вещи сразу же забрал слуга и куда-то понёс. Кер же взял меня за руку и повёл за собой. Все, кто попадался нам по пути, останавливались, с вежливым наклоном головы здоровались с Кером и украдкой посматривали на меня. Чьи-то взгляды были просто любопытны, чьи-то завистливы, чьи-то откровенно недоброжелательны. Мои подозрения всё росли и укреплялись. Я, кажется, уже сам знал, кто такой Кер. И это меня не устраивало и полностью, к моему сожалению, разбивало пророчество Таргориуса. Такие, как Кер, я называл его так, всё ещё надеясь на ошибку, не женятся просто так. Мы дошли до больших резных дверей, у которых стояло два гвардейца. Они отдали честь моему спутнику и пропустили нас внутрь. Это оказался большой кабинет с красивой солидной мебелью. Обжитой кабинет, в котором Кер вёл себя как полноправный хозяин. Он усадил меня в одно из кресел, налил вина в бокалы, что стояли рядом на резном столике. Протянул один из них мне и сел в кресло напротив. Он молчал, тогда спросил я:

— И когда же Вы, Ваше Величество, собирались мне сказать о том, что Кер и Керранндис кен Эрагар — одно и то же лицо? — Кер вздрогнул.

— Когда ты понял? — он провёл рукой по лицу, и татуировка проявилась. Красивая!

— Сейчас, хотя подозрения были раньше. Просто не хотелось верить. Зачем «вы» привели меня сюда?

— Вы? Ари, это по-прежнему я, Кер, точнее, Керран.

— Пусть так, прости. Кем ты хочешь меня видеть?

— Я просто хочу всегда быть с тобой.

— Я не хочу быть твоим фаворитом, одним из многих. Это не для меня, Керран. Я не люблю делиться!

— У меня никого больше не будет, давно уже никого нет, кроме тебя.

— Когда-нибудь у тебя появится официальный супруг или супруга. Что тогда?

— Это будет ещё очень нескоро, Ари. Я бы очень хотел жениться на тебе, но король не может взять в супруги человека не из высшей знати. Этого не могу изменить даже я.

— Гм, — я улыбнулся про себя. Значит, только из высшей знати? Ну-ну.

— Ари, королевские фавориты имеют значение при дворе, к ним испытывают уважение.

— По большей части лизоблюды.

— Не только, хотя и их хватает. Фавориты имеют доступ ко мне. Им легче донести королю просьбу или жалобу, минуя совет и канцелярию. Это не только партнёр в постели, но и в жизни.

— Надеюсь ты не станешь настаивать, чтобы я бросил обучение в Академии?

— Нет, обещаю. Я знаю, что ты будущий маг-элементалист. Это слишком серьёзно, чтобы бросать обучение. — Керран помолчал, испытывающе глядя мне в глаза. — Останься со мной, Ари. Я прошу тебя. У тебя достаточно твёрдый характер, чтобы выжить здесь и поставить многих на место.

— Керран, тебе нужен любовник или сторожевой пёс?

— Мне нужен друг и любимый.

— Даже так?

Мне очень не хотелось выставлять наши отношения на всеобщее обозрение, но что было делать? Я безумно любил его. В этой новой жизни у меня с ним было слишком много впервые. Первые отношения, первая страсть и первая настоящая любовь. Естественно, я остался. Мне очень не хотелось становиться официальным королевским фаворитом. Я помнил из нашей земной истории, что многие фавориты и фаворитки имели огромное влияние на правящих особ и на политику в целом, но всё равно оставались только любовниками. Судьба некоторых из них была незавидна. Я понимал, что это был другой мир и другие правила, и после ночи раздумий решил остаться, попробовать принять эти правила игры. Я многого пока не мог сказать Керрану, а уйти был волен в любой момент.

Наряд для приёма оказался вполне в моём вкусе: изумрудного цвета камзол чуть ниже бедра с изысканной серебряной вышивкой, такого же цвета узкие, но не обтягивающие брюки, чёрный приталенный жилет и тонкая белая рубашка с небольшим количеством кружев. Ворот был слегка распахнут, никаких жабо и галстуков. Удобно, сдержанно и элегантно! Волосы я расчесал, матеря сквозь зубы Керрана, магически и так же сделал себе прическу. Вспомнил модные в нашем мире сложные плетения — и в итоге вышло очень даже интересно: три широких сложных косы шли ото лба к затылку, дальше волосы тяжёлой волной лежали свободно. Из-за магии закреплять причёску заколками было не нужно. По одобрительному взгляду нашего Величества мой прикид был принят и поддержан. Придворные тоже оценили и чуть не изошли слюной, а некоторые желчью.

После официального начала приёма и приветствия короля началась светская скука, а для Керрана — работа. Приём был устроен в честь очередных послов, всякие грамоты уже были вверены, многое обговорено и согласовано, но король всё равно не мог оставить гостей без своего внимания. Да и других желающих пообщаться было много. Он, лавируя по залу, представлял меня придворным, но всё чаще останавливался для бесед с нужными людьми. Я заметил в толпе Каллариса и подал знак Керрану, что отойду к нему. Он согласно кивнул. Я шёл по залу, собирая любопытные взгляды, которые, словно шлейф, тянулись за мной. Особенно меня впечатлила пара человек, которые так пылали неприязнью, что, была бы их воля, от меня осталась бы кучка пепла.

— Привет, Калли. Как жизнь?

— У меня прекрасно, а у тебя? Смотрю, ты сменил прическу.

— Это не я сменил, это мне сменили, причём не спрашивая.

— И кто же такой смелый? — Калли покосился на Керрана.

— Угу, именно. Калли, друг мой, скажи пожалуйста, что это за парочка прожигает дырку у меня в спине?

— Мелкий блондин и высокий шатен?

— Они самые.

— Ты умеешь определять врагов с первого взгляда.

— Даже так! Только не говори, что это мои предшественники.

— Да, ты угадал. Блондин — это Валарис кан Вер, сын члена Королевского Совета графа кан Вера. До торжества в Академии был три месяца бессменным фаворитом, потом резко получил отставку. Хотя метил уже в мужья. Весьма средний маг-целитель, два года назад закончил Академию. Редкий интриган под маской обаяшки.

— А второй кто? Похож на военного.

— Шатен — это Нерандис кан Торр. Тоже сын одного из членов совета и да, он военный. Как и я, состоит в личной королевской гвардии. Входит в десятку лучших мечников Тайсара, по специализации — маг-воин, двадцати пяти лет от роду. Пару раз был замечен выходящим из спальни короля, но фаворитом стать не успел. Эти свидания были за неделю до ночи Слияния. Больше никого не было.

— А говорил, что давно уже никого нет, кроме меня, — тихо проворчал я. Ревную?

— Пара месяцев без официального фаворита — это очень странно для Керранндиса, поверь. К тому же, тебе никого не напоминает этот Нерандис?

— Да нет, никого, — Калли тихо засмеялся. Да уж, лишних ушей здесь было ой как много.

— Он того же типа, что и ты. Достаточно высокий, худой, жилистый, отличный воин. К тому же, шатен с зелёными глазами. Не такими насыщенно зелёными, как у тебя, но наводит на размышления. И могу поспорить не только меня. Глаза есть у всех, и, думаю, уже завтра весь дворец будет знать, к кому наш король бегал последние несколько месяцев.

— Да что же они такие любопытные-то.

— Знаешь, сколько планов было построено на ночь Слияния? Много! А король сбежал из дворца в неизвестном направлении.

Я почувствовал ещё один заинтересованный взгляд и обернулся. Поймав хмурый взгляд Керрана, улыбнулся и, попрощавшись с Калли, подошёл к нему.

— Наговорился? — Керран, кажется, решил сыграть роль Отелло.

— Не ревнуй, — забавно поднятая бровь. — Калларис кан Рейн выбыл из числа свободных мужчин.

— Это ты о чём, Ари?

— Он наконец штурмовал свою крепость — и магистр кин Дар выбросил белый флаг.

— Гариус и Калли пара?

— Да! Надеюсь, со свадьбой тянуть они не будут. Так погулять хочется!

— Тебе здесь скучно?

— Да что вы, Ваше Величество! Вы развели здесь такой редкий зоопарк, что наблюдательному человеку просто раздолье. Только и оглядывайся, чтоб хищники не съели!

— Тебя не съедят, Ари! Подавятся.

— Уверен?

— Конечно!

Так, периодически пикируясь и с умными лицами лавируя по залу, мы дожили до конца приёма. Ещё один повод дворцовым сплетникам удавиться — Керран поселил меня в своей роскошной королевской спальне. Я попробовал возразить, но меня заткнули поцелуем, в мгновение раздели — и всё. Дальше мне стало наплевать, где я там буду жить. Кровать и ванна в королевской спальне были лучше всяких похвал. Что ещё сказать — королевские!

По утрам мы с Керраном завтракали вместе в малой гостиной, что примыкала к спальне, а затем он уходил заниматься делами. Я был предоставлен сам себе, хотя не совсем. За мной постоянно ходили два гвардейца. Почти как тени, но меня это немного напрягало. Я надеялся, что, когда немного освоюсь во дворце, Керран уберёт этот хвост. Я исследовал дворец, Королевский сад, конюшни. Больше всего меня впечатлили дворцовая библиотека и личный тренировочный зал Керрана. В библиотеке было множество редких книг, а в тренировочном зале — великолепная коллекция холодного оружия. Именно в этих двух местах я стал проводить большую часть своего времени.

С Керраном мы встречались в обед и ближе к вечеру уже в нашей спальне. Хорошо, что в Тайсаре не было принято проводить пышные и не нужные завтраки-обеды-ужины короля и знати. Ещё умный прадед короля разогнал всех дворцовых прихлебателей. В Королевском Замке, как официально называлась резиденция короля в Тайсаре, устраивались лишь торжественные приёмы, балы и особые мероприятия. И потому проводить совместное время, поглощая вкусную пищу и мило беседуя, мы могли в тиши малой гостиной.

А наши ночи были всё такими же страстными и увлекательными — нашей фантазии ведь не было предела.

Глава десятая

Сегодняшнее утро было таким же, как обычно. Мы с Керраном сначала занялись любовью, потом позавтракали. Затем он сообщил мне, что до вечера мы не увидимся, так как ему нужно срочно отбыть в пограничный район с Рингаром. Там есть большой город Арингас, весьма процветающий. Открытие чего-то там требует обязательного присутствия королевской особы. Керран предложил мне отправиться с ним, но я предпочел провести этот день с Калларисом. Несмотря на то, что его служба проходила по большей части в Королевском Замке, виделись за этот месяц мы редко. Керран фыркнул, но возражений не поступило. Утро я посвятил тренировке, затем принял душ, матерясь от души, завязал волосы в высокий хвост, и пошел на встречу с Калли. Он должен ждать меня у дверей в Королевскую канцелярию. У него там с утра было дело. Своего друга я увидел сразу, так к этому часу большая масса народу уже схлынула. Калли увидел меня и улыбнулся. Правда, улыбка его быстро сошла с лица, когда дорогу мне перекрыла компания молодых вельмож. Верховодил среди них Нерандис кан Торр, хотя по ехидной улыбке молодого кан Вера, лично мне показалось иначе. Вероятно, блондинистый интриган затеял пакость, со мной и кан Торром в главных ролях. Первые же слова шатена подтвердили мои подозрения. Краем глаза я видел спешащего ко мне Калли, моя охрана застыла в трех шагах позади меня.

— Кого мы видим! Королевская подстилка пожаловала к нам? За что такая честь?

— Добрый день, господин кан Торр. Это вы о ком так нелестно выражаетесь?

— А разве непонятно, баронишка, о ком я говорю, — глазки Валариса весёленько так засверкали позади плеча вояки Нерандиса. Вот глупец, нас же просто сталкивают лбами. Поиграем?

— Лично я себя чьей-либо подстилкой не считаю, а Вы? А может быть, Вы имели в виду кого-то ещё?

— Что? О чём ты болтаешь?

— О вас с кан Вером. Вы ведь недавно были фаворитами короля?

— Да, мы имели честь быть с Его Величеством, а вот ты честью не вышел, безродная тварь!

— Как грубо…

— Господа! Кто дал вам право говорить в подобном тоне с… — Калли влетел между нами, но я успел остановить поток его речи. Это моё дело, на тормозах оскорбления я спускать не намерен.

— Кан Рейн, вы тоже успели с ним переспать, или только собираетесь, пока короля нет?

— Нерандис, не болтайте глупостей и извинитесь пока не поздно!

— Перед этим выскочкой? Никогда. Я скорее пинками помогу ему убраться из дворца и не позорить нашего короля своей особой.

— А чем моя особа хуже вашей, господин кан Торр? К тому же не много ли Вы берёте на себя, ведь не вам решать, с кем королю общаться, с кем спать и кого любить?

— Если наш король слишком ослеплён вульгарной внешностью, то кому как не нам, не так ли, кан Вер, помочь ему осознать ошибку, — мелкий блондинистый гад только ехидно улыбнулся.

— Вульгарной внешностью? Странно, мне говорили, что мы с вами схожи. Вы так не цените свою внешность, кан Торр?

— Ах ты ублюдок! Был бы ты достойного рода я бы вызвал тебя на дуэль немедля!

— Во-первых, не ублюдок, — я снял с шеи кожаный мешочек, аккуратно вытряхнул из него кольцо, и отбросил в сторону. Кольцо грело мою ладонь, словно оберегая. — Во-вторых, я сам вызываю вас, Нерандис кан Торр, на дуэль. Калларис кан Рейн будет моим секундантом, — Калли кивнул.

— Чтобы барон смог дрался на дуэли с высокородным дворянином нужно разрешение короля, а он его не даст.

— Почему же?

— Пожалеет свою подстилку!

— А я не нуждаюсь ни в чьей защите, кан Торр, и только мне решать драться с вами или нет! А драться с вами я буду! Никто и никогда не смеет безнаказанно оскорблять меня и мой род!

Нерандис и кан Вер расхохотались. Их приспешники тоже, а вот окружающие предпочли подождать развязки. Моя охрана стояла молча, положив руки на рукояти шпаг. Я улыбнулся и надел на палец фамильное кольцо. Вспыхнула зелёная вспышка, кольцо чуть сжалось на моем пальце, а висок опалило лёгкой болью. Камень на кольце стал изумрудным. Вокруг наступила гробовая тишина. И в этой тишине прозвучал чей-то испуганный голос.

— Граф кан Аронар! Последний из рода, пропавший наследник!

— Я, Арианнорис кан Аронар, вызываю вас, Нерандис кан Торр, на дуэль чести, через полчаса в Королевском саду. Дуэль без магии, только с оружием в руках. Вы принимаете мой вызов? — Нерандис был растерян, на него смешно было смотреть. Но статус военного и опыт дворцовой жизни дали о себе знать. Он выпрямился и почтительно склонил голову, принимая вызов.

— Граф кан Аронар, я принимаю ваш вызов, моим секундантом будет, — он оглянулся вокруг, и из толпы вышел молодой мужчина. — Горинас кан Фрайн.

— Каким оружием Вы предпочитаете драться?

— Выбор свободный.

— Ну что же, до встречи, господа, — я развернулся, и стремительно пошел к себе. Калли молча сопровождал меня. Когда мы вошли в малую гостиную он, наконец-то, взорвался давно сдерживаемым возмущением.

— Нори! Ты понимаешь, что Керранндис половину дворца убьет, если с тобой случится непоправимое!

— Только половину дворца?

— Нори, — простонал Калларис. — Ты понимаешь, что кан Торр один из лучших мечников Тайсара?

— Он лучше Керрана и Неа?

— Нет, конечно, — фыркнул мой друг. — Но…

— О чём тогда говорить, Калли? У меня были самые лучшие учителя! К тому же выбор оружия свободен.

— Нерандис же здравомыслящий человек, что с ним случилось? Я никогда не слышал от него таких глупостей. Он всегда относился нормально к баронам и их детям, к простым солдатам!

— Калларис, как ты не понимаешь… Его накрутили и спровоцировали. Вероятно, он влюблён в короля, и, скорее всего, ему намекнули, что король его использовал. Никому не будет приятно знать, что тобой заменяли другого человека, который к тому же ниже тебя по социальной лестнице. А провокатор кто?

— Валарис кан Вер? Зачем ему это делать? Свою отставку он получил раньше.

— То, что я поведусь на дуэль, он просчитал, наверняка, у него были сведения из Академии. Характер кан Торра он тоже знал, ссора была задумана им, и только им. Я это по его роже видел. План прост до безобразия: Керран запрещает мне дуэль, честь и уважение подорваны, у нас ссора за ссорой. Нерандис посмел зацепить меня, болтал в гневе лишнее, что сделает Керран? Уберёт его из дворца. Через неделю, максимум месяц, путь в кроватку короля свободен! Интрига средняя, но как у нас говорят: «Всё гениальное просто!» Зачем кого-то убивать, можно просто сыграть на страстях.

— Вот мелкий мерзавец!

— Не стоит волноваться, поверь мне. Всё будет хорошо, Калли. Я пошёл собираться.

Наряд я выбрал удобный, но не простой. Обтягивающие кожаные чёрные штаны, такая же безрукавка на шнуровке. Рубашку под неё я надевать не стал. Сей наряд дополнили удобные мягкие сапоги до колен. Достал из сумки подарок семейства кан Грод — два широких браслета с мелкими шипами, и надел выше локтей, на бицепсы. На севере такие браслеты служат отличным оружием в ближнем бою, царапины от них весьма болезненны и глубоки. На бедра надел кожаный с серебряной отделкой пояс с ножнами. Пояс сидел плотно на бедрах, снизу ножны крепились к ногам более тонкими ремешками. Проверил, как вынимаются саи. Я решил драться ими. У Неадориса было своё единственное и неповторимое оружие, теперь пусть познакомятся с моим! Волосы я заплёл в тугую косу, и закрепил на ней несколько заколок, сделанных по моим рисункам. Они напоминали обручи на моих руках, и, если кто решит ухватить меня за косу, ему будет очень невесело. К тому же я научился использовать её, как оружие, неожиданное и отвлекающее внимание. И последний штрих — кожаные, также с серебряной отделкой, лёгкие наручи. Все — я готов!

Мой противник ждал меня на поляне в Королевском саду вовремя. Я даже не сомневался, судя по его виду, что до него дошло, как круто его подставили. Но! Оскорбления были произнесены, дуэль не отменить, королевский гнев тоже. Убивать его мне совершенно не хотелось, этот мужчина был мне чем-то симпатичен. Настоящий солдат, но увы, не политик. Если бы не его влюблённость в Керрана, а она точно присутствовала, кан Веру не удалось бы его спровоцировать. Кстати, эта гадость блондинистая торчала среди зрителей. Ну, куда уж без него! Интересно, на какой финал он рассчитывает? Я подошел к кан Торру, поклонился в знак приветствия. Он мне тоже. Мы оба были собраны и вежливы. Наши секунданты подходошли к нам: Калли к Нерандису, его секундант ко мне. Мы отдали им в руки своё оружие для проверки на яды. Проверка была пройдена, секунданты обменялись оружием. Услышал краем уха, как толпа обсуждает моё оружие, меня и мой нестандартный наряд. Усмехнулся про себя, то ли ещё будет, господа! Кан Торр был одет в чёрные брюки и чёрную же рубашку. Правильный выбор, зачем пугать народ пятнами крови. Мы встали в позиции, и начинали!

Я двигался вокруг него, в боевой транс пока не входя, присматривался и приноравливался, изучая противника. А он не плох, очень неплох! Гнева нет, только собранность, четкость движений. Обменялись парой ударов, и разошлись! Встретились вновь, я поймал его удар на скрещённые саи. У него очень хорошая шпага и дага ей в пару. Работа одного мастера. Оружие сделано без излишеств, типа драгоценных камней, только удобство и функционал. Его оружие не придаток к костюму, оно друг и помощник. Мне нравился мой соперник, хотя до Керрана ему и далеко, это стало понятно ещё с первых минут поединка. Я ускорился, с лёгкостью уклоняясь от его выпадов, нанёс быстрые колющие удары в плечи, руки, бёдра. Уколы не смертельны, но затягиваются не так быстро. Мой противник удивлен, я для него недосягаем. Его движения уже не так быстры. Теперь я поймал его дагу на свой трезубец, провернулся, и резким движением выбил её у него из руки. Не давая своему сопернику передышки, вновь сблизился, сделал резкий нырок и поворот. Оказавшись за его спиной, ударил легко по затылку, только чтобы немного оглушить. Когда Нерандис упал на колени, захватил левой рукой сзади за шею, кончик саи в правой моей руке теперь смотрел прямиком в его правый глаз.

— Вы сдаётесь, Нерандис, или продолжим? — противник не ответил, пытаясь отдышаться. Я приблизил остриё саи ближе.

— Я признаю свою неправоту, и искренне прошу прощения, граф, — я отпустил его, и протянул руку, помогая встать.

— Извинения приняты, Нерандис кан Торр, — подойдя очень близко, произнёс почти на ухо. — В следующий раз будьте умнее, не ведитесь на провокации. Этот человек вам не друг. И уезжайте из дворца, хотя бы на день.

— Думаете, граф, мне это поможет? — с ноткой безнадёги спросил кан Торр.

— Я поговорю с ним, — мы оба прекрасно понимали, о ком я сказал. — Хорошими солдатами разбрасываться нельзя, он знает это.

— Жаль, граф, что вы не мой друг. Вы даете хорошие советы.

— Кан Торр, ты даже не представляешь, насколько хороши его советы. Из-за него я почти женатый человек! — Калли подошел, и обнял меня за плечо. — Парни, вы только посмотрите на физиономию кан Вера. Он явно ждал, что вы друг друга прибьёте!

— Я болван! Прошу ещё раз прощения, граф.

— Всё закончилось благополучно, кан Торр. Всё закончилось.

— А знаете, я хотел бы сразиться с вами ещё не раз. Мне никогда не доводилось видеть такой техники боя!

— Может быть ещё и сразимся, только, надеюсь, не на дуэли, — шучу я. — Мне надо возвращаться. Чувствую, что Его Величество Керранндис вернётся сегодня раньше!

— Угу, — безрадостно промычал Калли. — И я получу свою порцию люлей.

— Ты-то за что, друг мой?

— Не доглядел!

— Калли! Мне не нужны няньки — это, во-первых, а во-вторых, бери кан Торра, и мотайте-ка из дворца побыстрее. Не надо дёргать тигра за усы, я его сначала поглажу! Хватит ржать, давайте мотайте отсюда!

Я оказался почти прав. Успел прийти в спальню, убрать саи, браслеты и наручи в сумку, разделся и пошел в душ. Приятную негу нарушил громкий рык, и меня буквально выдернули из-под струй воды. Прижали к стене всем немалым весом, и сквозь рык спросили:

— Ты без приключений не можешь? Почему мне присылают вестник о том, что ты вызвал на дуэль одного из лучших мечников королевства? Ты понимаешь, что по рангу без моего позволения не… — и тут я понимаю, что: во-первых, мой король не в курсе, кто виноват, а во-вторых, кто я! Керран внимательно посмотрел на моё лицо, провёл пальцем по татуировке, и вдруг хищно улыбнулся. Мама, роди меня обратно!

— Ар-р-рианорис кан Аронар! Младший братец Неа собственной персоной! Нашлась пропажа!

— Да не особо и пропадала, — проворчал я.

— Дай догадаюсь, кто был в курсе: Калли, Гариус и…?

— Таргориус кин Мор, наш семейный маг. Так было нужно, Керран.

— А мне ты не мог сказать? Я для тебя кто? — Наше Сердитое Величество обиженно засопел.

— А кто меня несколько месяцев за нос водил?

— Туше, — разулыбался этот гад и мигом впился в мои губы, нет, ну точно его сегодня не кормили!

Оттолкнул его, зафыркав, как кот! Он сбросил свою мокрую одежду, и начал наступление на меня. Охота? Да я не против! Я мокрый и скользкий, попробуй, поймай! Ванная хоть и королевская, очень просторная, но всё-таки он меня поймал. Прижал спиной к стене у большого зеркала. Огонь бушевал в глазах, пылал неистово в крови! Его губы смяли мои, его язык захватил мой. Руки сильно сжимали, метили. Собственник! Керран поймал меня в чувственную ловушку своего тела, своего запаха, своего тепла. Его рука заскользили вниз, и сжала нежно мою плоть. Я в ответ одной рукой начал ласкать его. Вторая моя рука затерялась в его волосах. Вдруг снова рывок, и Керран развернул меня лицом к зеркалу. Успел упереться в тяжелую раму обеими руками, и увидел в зеркале страстное лицо Керрана с абсолютно шальными глазами. Наши отражения такие же безумные, как и мы. Я чуть наклонился вперёд, и мой любовник нежно начал готовить меня. Сильные пальцы двигались всё быстрее, правильно, не надо долго! Я хотел его немедленно! Двинул, намекая, нетерпеливо задницей, слышал сзади смешок, стукнул его локтем. Он укусил меня за загривок, и резко вошёл! О да! Дальше было всё сильнее, всё глубже, всё быстрее! Наблюдать за собой в зеркале странно, но очень возбуждающе! Керран провёл своей рукой по моему члену, верх-вниз в такт толчкам. Напряжение, предчувствие взрыва и… Вот так! Оргазм — это не маленькая смерть, это большое цунами! Меня смыло волной, я почти не почувствовал, как с протяжным стоном кончил Керран глубоко внутри.

Как меня домыли, и уложили в кровать не помню. Посторгазменная амнезия! Проснулся от чудесных запахов. За окном поздний вечер, мой желудок намекает, что время ужина. Мой король устроил его, в смысле ужин, прямо в спальне. Возле небольшого и очень удобного, проверено опытным путем, дивана сервирован небольшой столик: жареное мясо, несколько салатов, хрустящий хлеб и великолепное вино. Встал, оделся в халат, подошёл к Керрану. Меня обняли, и удобно усадили рядом.

— Давай рассказывай, что сегодня случилось, мой Нори.

— Да ничего особенного, простые дворцовые интриги, мой король.

— А ты мне не скажешь, где кан Торр?

— Нет, не скажу. Он не так уж виноват.

— Он тебя оскорбил!

— Он уже ответил, к тому же извинился. История закончена! Керран…

— Что? Я должен всё так оставить?

— Тогда накажи того, кто действительно виноват. Кто воспользовался его чувствами к тебе!

— Ты о чём, Нори?

— Его спровоцировал младший кан Вер, твой фаворит.

— Мой бывший фаворит, — уточнил Керран.

— А он в курсе, что уже бывший? Насколько я слышал, этот блондин метит выше.

— Это его проблемы, я жениться на нём не собирался.

— Скажи, Керран, почему ты взял в свою постель Нерандиса кан Торра?

— Он, — кто-то, кажется, смутился, — Нерандис немного похож на тебя, только старше. Я не знал, захочешь ли ты быть со мной. Мысли о тебе не давали мне спокойно спать! Ты мне снился каждую ночь, я хотел тебя постоянно! Мне попался на глаза Нерандис, удержаться не смог. Потом был наш с тобой поцелуй, и я понял, что шанс у меня есть. Почувствовал тогда, что один твой поцелуй — значит гораздо больше, чем ночи с твоей блеклой копией. Я больше не мог спать ни с кем.

— Многие приметили это сходство, и кое-кто намекнул об этом Нерандису. Одним ударом убрать две фигуры со своего пути было неплохим ходом. Интересно, кан Вер додумался до этого сам, или папенька помог? — Керран усмехнулся.

— А говорил, что тебя здесь съедят! Зубы не выросли! Нори, советники спят и видят подложить под меня своих дочек и сынков, сделать фаворитами, а в лучшем случае женить. Но, как говорится, хотеть не вредно!

— Керран, я понимаю, что за мои догадки кан Вера не накажешь, но сильно карать кан Торра тоже нет необходимости. Я прошу тебя!

— Убедил, не буду. Пошлю на месяц в пограничье. В следующий раз будет головой думать, — я облегчённо вздохнул. — Давай ужинать, заступник! Я голоден, очень! — его голодный взгляд относился к ужину, или ко мне?

После ужина спать мне совсем не хотелось, и я уговорил Керрана подняться на башню Королевского Замка. С её крыши был великолепный вид на город днём, а ночью магические фонари создавали свою сказку. Разноцветные огни улиц напоминали мне о доме. Неоновые огни ярче, агрессивнее, магический же свет мягкий, спокойный. Он окутывал улицы Лайдарина волшебным покрывалом. Сверху, словно их можно было достать рукой, подмигивали звезды. Я сел на ограждение крыши, и пригласил Керрана присоединиться. Мы довольно долго молчали, наслаждаясь видом, а затем, Керран спросил.

— Почему ты все-таки назвался в Академии чужим именем?

— Лишь в целях безопасности. Чтобы меня слишком быстро не нашли люди герцога Крея. Разве ты не в курсе, кто и почему напал на наш замок?

— Я читал отчёты магов и показания свидетелей. Там говорится, что напали вампы, но то, что их послал Крей это не доказывает.

— Как нет? А рассказ Регнара?

— Он погиб, других свидетелей нет. Я отослал послание королю Рингара, ответ пришёл однозначный: никаких вампов и пленников в замке герцога Крея нет и не было. И вампира там тоже нет. Король написал, что это происки врагов его верного подданного. Не верить ему? Зачем ему врать мне в таком вопросе? Мы более крупное и сильное королевство, наживать такого врага смысла Рингару нет.

— То есть, Керран, ты хочешь сказать, что я лгу?

— Нет, Нори, соврали тебе.

— Да нет, Ваше Величество, это ваш венценосный коллега врёт, как сивый мерин!

— Как кто?

— Как старый сайя! Какая разница, — я просто шипел от злости. — А Вы уверены, что король Рингара не пляшет под дудку своего не такого уж верного подданного! Маги-элементалисты пропадают уже лет сто по всему Диссайру, последнего вампира и вампов якобы уничтожили тоже лет сто назад. И что за совпадение, по хроникам его уничтожил как раз герцог Крей! Мы с Калларисом и кин Даром провели сравнительный анализ, хочешь знать, что он показал? Больше всего магов-подростков пропало в области, где эпицентром является именно замок герцога Крея. Снова совпадение?

— Зачем ты лезешь в это дело, Нори? Это дело королевских следователей и боевых магов!

— У него мой брат!

— Твой брат мёртв! Посмотри на своё кольцо, Нори.

— Я видел! Но также я верю, что смогу его вернуть.

— Ты собираешься сражаться с вампиром? С Ронгаром Креем? Один? Никто никуда не пошлёт войска без доказательств, Нори.

— Мне они не нужны. Истину я знаю, а доказательства найду. Кстати, один подозреваемый у меня есть поблизости, — Керран удивленно посмотрел на меня. Его глаза в свете магических фонарей мрачно блестели.

— И кто же это, позволь узнать?

— Граф кан Трей. Я просил Каллариса найти основания, чтобы ты дал разрешение провести сего господина через Глас Правды.

— Я знаю, но оснований нет.

— Оснований море, Керран. У него много купленных твоих советников, им ты веришь больше, чем молодой сироте.

— Почему тебя так волнует её судьба? О девушке ты позаботился, дальше это их семейные проблемы, — в голосе Керрана проскользнули ревнивые нотки.

— Сайри приглянулась Неа, он ей тоже. Они не успели познакомиться ближе. Её брат, настоящий наследник титула кан Трея, был кадетом-первокурсником и будущим магом-элементалистом. Их отец мало того, что погиб подозрительно, так и завещание пропало. Погиб вскоре и их поверенный. А дядя, вдруг, посылает наследника в Элдари, откуда намного ближе к владениям Крея, чем от столицы Тайсара. Парень пропадает почти сразу по приезде. И еще одно совпадение. Нынешний граф кан Трей долгое время жил в Рингаре, и был близко знаком с герцогом. Даже, как говорят, был дружен. Неужели мало этих доказательств?

— Да мало, это только догадки, — упрямство Керрана начинало меня выбешивать.

— Если он чист, как стёклышко, чего ему бояться? Глас Правды ему не страшен. А разве его поступки в отношении Сайри не подозрительны?

— Хорошо, Нори, я подумаю над твоими словами. — Керран обнял меня за плечи. — Пойдём спать, уже поздно.

Этой ночью я спал беспокойно. Мне снились странные сны. Как итог, утром я проснулся вымученным, совершенно не отдохнувшим. Я потянулся, встал и подошёл к окну. Так засмотрелся на утренний сад, что не услышал, как сзади оказался Керран. Он обнял меня крепко, и прошептал на ухо.

— Доброе утро!

— Утро добрым не бывает, — проворчал я, он усмехнулся мне в макушку. Я всё ещё был чуть ниже его.

— У меня для тебя подарок. Скоро у тебя день рождения и мне хочется, чтобы ты его принял, пожалуйста. Принимаешь? — Керран с такой надеждой заглядывал мне в глаза, что мне оставалось только кивнуть в знак согласия.

— Да, принимаю, — Керран просто засиял. Затем он вытащил из кармана что-то, и надел мне это на правую руку. Это что-то вмиг охватило моё запястье. Я поднес руку к лицу, и посмотрел на подарок. Браслет из золота, немного тяжеловатый, в виде трёх переплетённых змей. Застежки я не нашел. Змеи кусали себя за хвост, и сверкали рубиновыми глазами.

— Керран, спасибо, но это немного слишком вычурно для меня, — я попытался снять браслет, но не тут-то было. — Керран? Что это?

— Это охранный амулет, защита. Так я всегда буду знать, что с тобой. Снять его смогу только я.

— Керран, я повторяю, это слишком. Сними, пожалуйста, его.

— Нет, Нори! Я вчера тоже слишком перенервничал, а так я буду спокойнее за тебя!

— Сколько же нянек на одну мою бедную голову! Гариус с Калли носятся, как курица с цыпленком, а теперь ты! Мне скоро сор… восемнадцать лет стукнет! Я вполне могу постоять за себя, — я взглянул на упрямо сомкнутые губы Керрана, на его сощуренные глаза и понял, что он упёрся! Ну если ещё я упрусь, будет весело! — Ладно, сдаюсь! Буду носить твою защиту драгоценную!

Меня схватили в охапку, помяли, поцеловали, и отправили в душ. Завтракали мы как всегда вместе. Керран отправился управлять королевством, а я в тренировочный зал, гонять свою охрану. Мне нужны спарринг-партнёры, а у них вся работа — это за мной таскаться. Погоняю их, чтоб не зажирели. А к обеду наведаюсь в Академию к Гариусу. Керран позволил воспользоваться порталом. Мне нужны ещё учебники, да и по другу я соскучился.

Глава одиннадцатая

В Академии было непривычно пусто и тихо. Многие из преподавателей разъехались на время по своим делам. Я шёл по пустым коридорам, и думал о том, как за несколько месяцев резко изменилась моя жизнь. С появлением Керрана она вообще понеслась стремительным потоком. Я думал раньше, в той прошлой жизни, что вёл весьма экстремальный образ бытия. А на самом деле только здесь, на Диссайре, я почти за три года пережил столько, сколько мне не довелось за последние десять лет там!

Я умер и попал в другой мир, нашёл и потерял новую семью, на пути встретил новых надёжных друзей: Сайри, Гариуса и Калли, Терана и Нея, семейство кан Грод. А самое главное — я встретил Керранндиса кен Эрагара. Я уже и не думал, что когда-нибудь влюблюсь. Я не буду говорить, что не верю в сказочное чувство под названием любовь. Верю. Мне довелось в жизни узнать людей, для которых это чувство не сказка. Для них оно настоящее, и тёплое даже для тех, кто просто находится рядом. Я видел верность, настоящую привязанность, настоящую любовь и близость. Просто мне самому не повезло испытать это. Испытать до сего времени.

Мне не понадобилось силой вытаскивать из себя эти чувства, они сами хлынули огромной волной навстречу чувствам другого человека. Необычного, безумно интересного, страстного и чувственного человека. Для меня стало совершенно не важно то, что этот человек оказался королём крупного государства. Я влюбился в него, как в сильную личность, в очень умного и целеустремлённого человека. Я зауважал его за умение управлять таким большим королевством, как Тайсар. Он не только поддерживал установленные законы его предков, но и устанавливал свои. Жизнь двигалась и Керран не забывал об этом. Он не просто правил и носил корону, он заботился о стране и людях. И при всём при этом у него хватало времени на чувства и заботу обо мне.

Я подошёл к двери кабинета магистра кин Дара и постучал. Мне ответили. Гариус, неустанный трудоголик, был, впрочем, как всегда, на месте.

— Привет, учёный муж!

— Пока не муж, но скоро стану им!

— И когда же ждать сие знаменательное событие? — спросил я, усаживаясь в любимое кресло.

— Через месяц, — гордо произнёс Гариус, всё так же роясь в бумагах на столе.

— Магистр, хватит пахать даже на каникулах. Я в гости или как припёрся? Сто лет не виделись, а ты как крот в бумаги зарылся!

— Сейчас! Вино будешь? За учебниками?

— Угу.

— У кого каникулы, а у меня научные изыскания, — сказал магистр, вручая мне в руку бокал с лёгким вином и, наконец-то, сам усаживаясь в кресло напротив. Он сделал глоток из своего бокала, и довольно откинулся в кресле. — Как хорошо всё-таки делать иногда перерыв!

— Что такого изыскиваешь?

— Я нашёл упоминания о таких, как ты и Като. Оказывается, попаданцы у нас были частенько, где-то раз в сто-двести лет. Из разных миров, но в основном из тех, где есть хоть капля магии. Некоторые попадали телесно, некоторые как ты, вселяясь в другое тело.

— И что с ними стало?

— О вас мало упоминаний, но те, что есть в исторических и магических хрониках, рассказывают о людях необычных. Многие из них стали выдающимися каждый в своей области. Кто-то стал магом-целителем, кто-то, как ваш знакомый Като — великим оружейником, кто-то полководцем. Их объединяет то, что это талантливые люди. И ещё у меня есть теория о том, кто ты такой, мой друг!

— И кто же я, мой любознательный друг?

— Если сложить вместе все твои способности, все черты твоего характера, любовь к свободе действия и многое другое — то выходит кое-что очень интересное!

— Меня просветишь, наконец, учёный гений?

— Я определенно гений, но пока помолчу! Хочу ещё кое-что проверить.

— Проверяй, — я с улыбкой посмотрел на друга: глаза сияли просто как алмазы, азарт искателя плескался через край. Я потёр запястье, браслет мне определённо мешал. Вдруг я заметил побледневшего Гариуса. Он смотрел на мой подарок со смесью удивления, отвращения и страха. — Гариус, что это с тобой? Призрака увидел у меня за спиной?

— Откуда у тебя это? — и указал на мой браслет.

— Керран сегодня подарил. Сказал, что это защитный амулет. Что с ним не так?

— Это не защитный амулет. Это очень древний, очень редкий и очень дорогой артефакт. Я думал их больше не осталось, — задумчиво сказал магистр. — Ты сам надел его на руку или король?

— Его надел Керран, он только спросил согласен ли я его принять.

— Значит сам, — хмуро пробормотал себе под нос магистр.

— Гариус, не тяни кота за хвост! Что не так с этими змеями?

— Всё не так! А главное, я не понимаю, зачем и почему он это сделал. — Гариус встал и медленно, словно в раздумье, заходил по кабинету. Я молча ждал. Мне вдруг захотелось уйти и не слышать того, что я должен был услышать. — Ещё будучи кадетом, очень любопытным кадетом, я нашёл в библиотеке упоминание и рисунок такого браслета. Позже я специально уже искал сведения о нём. Вещь это очень сильная и опасная. С одной стороны действительно защита, а вот с другой… Это брачный браслет сайнаров. У них младшие супруги получали такой вот браслет, а старшие — небольшой медальон, в виде головы змеи с рубином во рту.

— Брачный браслет? Керран не мог нацепить на меня такую вещь, не спросив моего согласия, — горячая волна гнева начала подыматься из глубины и потихоньку захлёстывать мой мозг. Я не мог поверить в эти слова.

— Он спросил, Нори, спросил. И ты ответил — да! Теперь снять это сможет только он. Но дело не только в том, что это брачный браслет.

— В чём ещё? Мне начинает не нравиться то, что я слышу.

— Следующие мои слова тебе не понравятся ещё больше. Другое название этой вещи — Браслет Подчинения, в буквальном смысле. Тот, у кого кулон, полностью может подчинить своей воле тело того, кто надел браслет. Керран сможет управлять твоим телом.

— А как же храмовые метки?

— Надев его добровольно, ограничение ты снял. Ментально насилия не будет, физически тело само будет делать то, что ему прикажут.

— Может такое быть, что Керран не знал о свойствах браслета?

— Я уверен, что он знал. Такие вещи тщательно изучаются при попадании, в хранилищах есть нужные описания каждого предмета, упоминания о них есть в книгах. Только я думал, что все они давно уничтожены.

— Зачем он это сделал? — злясь на Керрана, спросил я.

— Что у вас вчера случилось? — задал вопрос Гариус.

— День вчера был веселый, — у меня начала раскалываться голова, мысли теснили одна другую, но на первом месте было непонимание. Один вопрос бился в голове: «Зачем? Зачем Керран это сделал?»

— Может, ты что-то сделал или сказал, что сподвигло его усилить контроль за тобой?

— Была дуэль, — глаза Гариуса удивленно расширились. — Обычные дворцовые интриги. Всё закончилось хорошо. Потом мы поспорили по поводу герцога Крея. Я попытался убедить Керрана начать действовать, но для него мало доказательств.

— И что ты сказал?

— Что мне доказательств достаточно. Я сам найду Неа и остановлю этого ублюдка!

— Тогда все ясно.

— Что ясно?

— Он испугался за тебя и принял ошибочное решение. С помощью браслета он сможет контролировать твои действия и перемещения. Если он захочет, ты не сможешь выйти даже из комнаты.

— Я же не самоубийца! Сначала я наберусь сил и опыта, а не побегу сломя голову против Крея! Неужели Керрану это не понятно? Зачем такие крайности городить?

— Он тебя любит. Я никогда не видел нашего короля таким. За ним всегда бегали и девушки, и парни. Чтобы найти любовников не нужно было прилагать усилий. Всё было легко! А за тобой он ухаживал, по-своему, необычно, но для тебя оказалось очень действенно. Он покорил тебя и не собирается терять.

— Но потеряет, если не снимет эту чертову штуку! Я сам предпочитаю решать, как мне жить. В конце концов я старше него почти на десять лет!

— Твоё сознание старше, но не физическое тело! Да король и не знает об этом. Не торопись, просто поговори с ним!

— Да, я постараюсь терпеливо и спокойно поговорить, Гариус. Я постараюсь!

Я вернулся во дворец не в лучшем расположении духа. Хорошо, что Керран отбыл из дворца. Мне нужно было время, чтобы успокоиться. Я хотел пойти потренироваться, но странное дело! Я нигде не смог найти своей сумки, моей любимой бездонной сумки! Я помнил, что утром положил туда чистый вчерашний кожаный наряд, и сумка была в комнате. В шкафу были только парадные и повседневные вещи для дворца, которые мне пытался всё время подсунуть Керран. Но моей сумки не было в комнате! Я попытался настроиться на ауру своих вещей. Это очень долго не получалось. Но всё-таки я почувствовал их! Они оказались, как будто в стене, видимо Керран, а больше этого сделать было некому, спрятал их в стенной магический сейф. Я попытался найти механизм замка, но не нашёл. Сейф сделал очень сильный маг, и не удивлюсь если это был сам архимаг кан Грей лично. Цельная каменная стена, без единой щели. Я снова начал заводиться! Так нельзя, Керран! Я сел на подоконник и начал медитировать. Мне необходимо было взять себя в руки. Иначе вместо разговора будет скандал!

Сколько прошло времени не знаю, только шаги Керрана я не услышал, скорее, почувствовал. Он подошёл ко мне и погладил по волосам.

— Как прошёл день, Нори? Как дела у магистра кин Дара?

— Замечательно прошёл день, столько нового узнал. У кин Дара всё хорошо, скоро женится.

— Тогда почему ты выглядишь так, будто у тебя большие неприятности, — голос короля стал насторожен.

— Керран, а как бы выглядел ты, если бы узнал, что человек глубоко тебе не безразличный, человек, которого ты любишь, тебя предал?

— Я не понимаю тебя, Нори. Тебя кто-то обидел? — косишь под дурачка, любимый? Тебе это не идёт.

— Керран, перестань, — я тихо засмеялся, глядя ему прямо в глаза. Я поднял руку с браслетом к его лицу. — Ваше Величество, Вы ничего не хотите мне объяснить?

— Я уже говорил…

— Не надо делать из меня простака, мой король. Я знаю, что это за артефакт. Как ты мог, Керран? — мой гнев рвался наружу.

— Это древний брачный браслет, я хотел сделать тебе предложение…

— Меня больше волнует его другая функция, так сказать, основная. Полное физическое подчинение и контроль.

— В твоём случае это просто страховка.

— Страховка от чего?

— От тебя самого, от твоей глупости, и от твоего же безрассудства! Ты собираешься один воевать чуть ли не со всем миром! Я должен был найти способ защитить тебя! — Керран почти кричал.

— Герцог Крей не весь мир, к тому же я собирался драться с ним не завтра.

— Ты упрямый ребёнок, Нори!

— Я старше… Хорошо, я услышал твои мотивы. Теперь хочу, чтобы ты снял с меня эту дрянь.

— А я тогда хочу, чтобы ты поклялся мне не идти один против Крея, или кого другого!

— Я не могу этого обещать, Керран. Пойми меня, я чувствую, что смогу с ним справиться. Всё случилось из-за меня! Его чокнутый провидец сказал, что герцога уничтожит граф кан Аронар. И он сам сделал меня последним графом в роду.

— Провидцы могут ошибаться!

— Я раньше тоже так думал, а теперь нет.

— Я больше не верю провидцам! Просто люблю тебя и хочу, слышишь Нори, хочу, чтобы ты стал моим супругом! Наш семейный провидец предсказал, что моим супругом будет Истинный Элементаль. Их не появлялось в нашем мире уже больше двухсот лет! Ты маг-элементалист, провидец просто немного ошибся. Мне никто не нужен, кроме тебя.

— Сайранский браслет младшего супруга не лучшее предложение, Керран. Медальон старшего супруга на тебе? — Я подошёл к нему, расстегнул рубашку и подцепил пальцем золотую цепочку. Голова змеи хищно блеснула. — Полное подчинение в жизни, в постели и по сути?

— Нет, Нори! Мне не нужна послушная кукла рядом.

— Тогда сними с меня браслет!

— Ты не дал мне клятву, — кто кого из нас упрямее?

— И не дам никогда, Керран. Я всегда буду сам принимать решения, что мне делать и как. Я могу пойти на уступки, тебе ли этого не знать. Я стал твоим фаворитом, даже оставил эти чёртовы длинные волосы, но ломать себя не позволю никому, даже тебе. Я уйду, Керран.

— Я не отпущу тебя. Рано или поздно ты согласишься!

— Не таким путём, дорогой мой. Кстати, зачем ты спрятал мою сумку?

— Затем же, зачем надел браслет. Я знаю, что это за сумка. Там лежит много важных для тебя вещей, и я говорю не о деньгах, Нори.

— Пока эта дрянь, — я указал на браслет, — будет на моей руке, я не буду с тобой. Силой заниматься с тобой любовью ты меня не заставишь. Для этого ты слишком гордый.

— А ты слишком страстный, чтобы не прийти ко мне самому.

— А ещё очень-очень упрямый.

— Пока ты будешь на меня дуться, я могу найти для постели кого-то другого. Очередь выстроится! Но ты ведь не любишь делиться? — Керран был в бешенстве. Его голос был твёрд, спокоен, но я чувствовал, что он взбешен. Но не мог уступить. Я дал ему шанс передумать.

— Я всё сказал, что ты должен был услышать, Керран. Если ты не снимешь с меня браслет, меня потеряешь. Пойду в ванную, очень устал, прости.

Я спрятался в ванной комнате. Мне нужно было смыть с себя всю грязь сегодняшнего дня. Мне нужно было остудить голову. Вода смывала усталость, смывала гнев. Я думал, что сделал всё, чтобы переубедить Керрана. Ему тоже необходимо время, чтобы успокоиться и принять правильное решение. Вышел из душа, вытерся мягким полотенцем и надел лёгкую шелковую блузу и штаны. Я расчесывал и сушил волосы, как вдруг услышал подозрительный шум в спальне. Удивился, ведь кроме нас с Керраном в спальню мог войти только личный слуга. Он не стал бы так шуметь. Я вышел из ванной, и обомлел от изумления. В спальне находился в дребезг пьяный Керран. Когда только успел? Он обнимал и целовал полуголого Валариса кан Вера. Одежда блондина валялась по всей нашей комнате. Я сглотнул ком в горле, и двинулся к двери. Похоже, здесь я уже лишний. Моё место слишком быстро отдали другому.

— Стоять! — Керран рявкнул так, что стёкла в окнах задрожали, а мои ноги словно приросли к полу. Тело перестало меня слушаться.

— Повернись! — Я повернулся, точнее, моё тело покорно повернулось. Керран держал в руке медальон, свет рубина виднелся сквозь его пальцы. Я опустил взгляд на свой браслет, глаза змей тоже светились.

— Керран, не надо этого делать. Я просто уйду, отпусти меня.

— Я же сказал, что никогда не отпущу! Посмотрим, Нори, насколько тебе всё равно!

— Мне не всё равно, — прошептал я. Мне уже было больно. Неужели он этого не понимает? Не видит эту боль в моих глазах?

— Подойди и сядь в кресло! Молчи и смотри только на нас!

Моё тело послушно исполнило приказ. Я чувствовал себя, словно марионетка, которую дёргают за невидимые верёвочки. Видно было, что кан Вер ничего не понимает, но… Шанс, возможно свой единственный шанс, вновь оказаться в постели короля он ни за что не упустит. Мелкому карьеристу не помешает даже моё, пусть молчаливое и неподвижное, но присутствие. А Керран тем временем снял рубашку, сапоги и расстегнул брюки. Он встал так, чтобы мне было хорошо видно всё, что будет происходить. Валарис скинул с себя последние одежды, опустился перед моим любимым на колени. Он вытащил его возбуждённое достоинство и с удовольствием, как сладкую конфету, пошло и глубоко втянул в рот.

Керран смотрел на меня в то время, когда его бывший любовник делал ему минет. Это было мерзко. Я знал, что он делал это специально, видимо, гнев совсем затмил ему разум. А Валарис тем временем усердствовал. Его голова ритмично двигалась, судя по всему, глотка у него была глубокая и тренированная. Голова Керрана откинулась назад, он тихо застонал. Этот его стон прошёлся по моим нервам, как гвоздь по стеклу. Видеть, как он получает удовольствие, даже если только физическое, но с кем-то другим, было невыносимо! Он был прав, я тоже собственник, и долго не вынес бы этого зрелища. Возможно, я сдался бы, а возможно и нет. Я не мог прекратить это отвратительный спектакль, не мог отвернуться сам, и даже просто закрыть глаза. Я вдруг почувствовал, что погружаюсь в невесомость, в вязкую холодную глубину.

Керран остановил кан Вера, заставил залезть на кровать, встать лицом ко мне и принять коленно-локтевую позу. Заставив его обсосать два своих пальца, стал его интенсивно растягивать. Эта блондинистая дрянь выгибалась и энергично подавалась ему навстречу. Когда Керран посчитал, что достаточно подготовил его, то вошёл одним плавным сильным движением. Валарис простонал и сильнее оттопырил зад. Керран начал двигаться быстро, напористо. На лице блондина было написано торжество, он считал, что выиграл у меня. Его мозгов не хватало понять такую простую истину: он лишь средство давления, и моё место он не займёт никогда. В тот миг я хотел на время исчезнуть куда-нибудь, не видеть всего этого. Мы два упрямых характера, две сильные личности. Я научился уступать время от времени, Керрану же только предстоит принять свой урок. Я тоже не хотел его терять, ведь уже не смог бы жить без него. Я говорил правду о том, что уйду от Керрана, только сам не знал, насколько далеко отпустит меня моё упрямое сердце… Тела на постели всё двигались, а я чувствовал, как во мне нарастает холод. Этот холод растекался по венам до самых кончиков пальцев на руках и ногах. Моё сердце и душа словно погружались в анабиоз, покрываясь слоем льда. Я, как сквозь толстое стекло, увидел перепуганные лица любовников. Заметил, как Керран отшвырнул от себя Валариса и ринулся ко мне, только дотронуться не смог. Он что-то кричал, я не понимал его и не слышал. Меня окружала блаженная, долгожданная тишина. Керран выскочил из комнаты, кан Вер за ним, а я остался один, наконец-то!

— Арианнорис, ты слышишь меня? — прозвучал голос у меня в голове.

— Кто ты? — так же мысленно спросил я.

— Я такой же, как ты. Я жду тебя.

— Я не свободен. Не смогу уйти, — голос в моей голове тихо рассмеялся.

— Ты можешь всё, стоит только захотеть. Отпусти свою силу.

— Как? Я не умею.

— Ты, Арианнорис, стихия в чистом виде. Не бойся её, просто прислушайся к стихиям в себе. Сделай так, как почувствуешь и они подчинятся тебе. Просто отпусти свою силу, а я помогу удержать её.

Голос не пугал меня, он вызывал спокойствие. Откуда-то я знал, что могу доверять обладателю этого голоса. Я заглянул в себя, в свою магическую сущность, и поразился. Там сплетались и бушевали первозданные стихии. Я почувствовал, что меня переполняет сила. Я вдруг понял, что я действительно скован льдом!

— Лёд! Что мне делать?

— Разбей его! Это просто. Представь, как он раскалывается на мелкие осколки, и действуй.

Я никогда не жаловался на недостаток воображения. Представить? Пожалуйста! Лёд вокруг меня взорвался на тысячи мелких осколков, и я тут же почувствовал свободу. Оглянулся вокруг, и увидел, что кресло и всё, от стены до стены, запорошено мелким искрящимся крошевом. Лёд был разбросан по комнате, словно от взрыва гранаты. Я понял, что мои эмоции что-то пробудили во мне. Вероятно, в результате этого стихия воды покрыла меня коконом изо льда. Холодной ледовой броней. Моё внимание привлекла вспышка за окном. Там бушевала гроза. Всегда любил грозу. Остановившись посреди комнаты, я посмотрел на браслет.

— Может снять только тот, кто надел? Посмотрим! — сосредоточившись, представил себя пламенем: ярким, жадным, неугомонным. Мне сразу стало тепло и хорошо. Настроение резко скакнуло вверх, стало очень весело на душе! Мои проблемы словно оказались где-то по ту сторону крепостной стены, окружившей мою душу. Я открыл глаза и увидел, что моё тело действительно ласкают языки яркого огня. Браслет на руке начал плавиться и стекать на пол жёлтыми горячими каплями. И как вишенки на торте — рубины! Самое интересное, что пламя и расплавленный металл совсем не причинили мне вреда. Я попросил огонь утихнуть и он, как послушный котёнок, свернулся и утих. Я заметил, что остался совершенно обнажён, только кольцо Аронаров осталось целым и невредимым на моей руке. А вот каменный пол вокруг меня оплавился. Королю предстоит ремонт в своей опочивальне. Я ухмыльнулся.

— Так! Где тут мои вещи? Спасибо, как говорится вашему дому, пойдём к другому! — я почему-то не сомневался, что мне предстоит далёкая дорога.

Я, особо не торопясь, подошёл к стене с сейфом и положил на неё руку. Камень ответил лёгкой дрожью, отзываясь на касание. Словно живой. Никогда раньше стихии так не откликались мне. Я представил, как стена осыпается мелким песком. На моих глазах камень действительно начал осыпаться, открывая глубокую нишу в стене. Помимо шкатулок и разных свёртков там лежала и моя сумка. Я взял её, достал оттуда свою кожаную одежду, запасную обувь и пояс с саи. Быстро облачился. Затем я открыл дверь, и попытался выйти в коридор. Дорогу мне перекрыли гвардейцы. Их было четверо.

— Ребята, давайте жить дружно! Пропустите меня, а?

— Его Величество запретил Вам выходить.

— А где же он сам?

— Его Величество отправился в Академию за архимагом и магистром кин Даром.

— Это он вам лично отчитался? — смущённые гвардейцы это было что-то!

— Нет. Мы только услышали несколько фраз, брошенных королём господину кан Веру. Его Величество приказал ему найти вашего друга кан Рейна.

— Парни, мне очень не хочется причинять вам вред, но мне нужно уйти из дворца.

— Простите, граф, но мы не можем Вас пропустить. И, поверьте, другие тоже не пропустят.

— Тогда простите и вы меня, парни, — вздохнул я, и в несколько ударов ногами и руками вырубил ребят. Я чувствовал, что времени у меня оставалось всё меньше и меньше. Я не Терминатор, всю охрану дворца не осилю.

— Эй, помощник, что делать дальше? — мысленно спросил я.

— Поднимайся на башню, я открою там портал.

Услышал совет голоса, я лишний раз убедился, что времени у меня катастрофически мало! С места рванул по коридорам к лестнице на башню. Я услышал своё имя за спиной, но останавливаться мне было нельзя. Я ворвался на верхнюю площадку и замер. Зрелище было великолепное! Молнии сверкали вокруг, как фейерверк у нас по праздникам. Однажды, ещё в армии, мы с друзьями напились, если не сказать нажрались. Была сильная гроза и меня, невменяемого, понесло потанцевать под сверкающим небесным куполом. Самое интересное, что ни одна молния в меня не попала! Зато сослуживцы чуть не поседели во время моего экспромта.

— Что дальше?

— А дальше тебе нужно будет спрыгнуть с крыши.

— Что? Я в камикадзе не записывался!

— Не знаю, парень, кто такие камикадзе, но портал откроется именно там. У тебя нет другого выхода, как поверить мне!

— Нори! — Керран выскочил на площадку, когда я был уже возле парапета. Оглянулся на преследователей, и спросил голос:

— Где портал?

— Когда я скомандую — прыгай, ты должен прыгнуть без раздумий! — голос был спокоен и твёрд.

— Всё понял, — я смотрел, как ко мне подходил Керран. Его лицо было бледным и бесконечно виноватым.

— Нори, прости меня, — прошептал он, но я услышал. — Я сотворил столько глупостей. Я не стану давить на тебя, только останься со мной.

За спиной у Керрана, у самого входа на крышу, я увидел своих друзей, архимага и охрану. Они не торопились подходить к нам, а стояли у двери и удивлённо смотрели, как молнии бьют вокруг, совершенно не касаясь нас. Мы словно были под волшебным прочным щитом. Наши с Керраном волосы трепал лёгкий ветерок, а на лица, словно слёзы, капали мелкие капельки дождя. Керран был такой родной, но мне нужно было время, чтобы всё обдумать. Да и ему тоже необходимо время, чтобы признать все свои ошибки. Я подошел к нему, взял в ладони его лицо и поцеловал. Я целовал нежно, с наслаждением, словно прощаясь надолго. Просто у меня было предчувствие, что увидимся мы не скоро.

— Не надо за меня бояться, Керран. Со мной всё будет хорошо. Когда-нибудь я вернусь, и мы поговорим. Дождись меня!

— Прыгай! — я ждал эту команду, но она всё равно прозвучала, как выстрел.

— Керран, я вернусь! — стремительно развернувшись, слишком быстро, чтобы он успел меня удержать, я взлетел на парапет. Единственный застывший миг… и свободный полёт в неизвестность! Я не успел подумать, что это может статься последний полёт в моей жизни, как подо мной открылся яркий портал, принявший меня в свои объятия!

Глава двенадцатая

Момента перехода я совсем не помнил. Очнулся уже в просторной комнате с высоким потолком и большим окном, занавешенным лёгкой занавесью. Стены были из светлого, шлифованного гладкого камня, прикоснулся рукой и почувствовал его тепло. Я лежал на большой кровати, застеленной меховым тонким покрывалом. Я был полностью одет, только мои сапоги стояли возле кровати. Рядом на резном красивом стуле лежала моя сумка. Я встал, потянулся и подошёл к окну. Моим расширившимся от удивления глазам предстала ошеломляющая картина. Моё окно, как и вся комната, оказалось высеченным в скале, точнее в скалах, что простирались вокруг. Таких окон было много, они были на разной высоте, словно те, кто строил это необычное жилье просто искали в скалах удобные места, а не следовали каким-то правилам архитектуры. Все окна, а если присмотреться, то и лестницы, были разбросаны хаотично, что отнюдь не портило целостную картину. Внизу я увидел самое синее озеро, которое когда-либо видел. Вокруг него было буйство цветов и зелени. А когда я поднял взгляд, то и вовсе не поверил своим глазам! В небе висели серые тучи, сверкали молнии и кружились маленькие юркие смерчи! Внизу, в долине, было тихо и спокойно, а вверху неистово бушевала стихия. Скалы вокруг словно излучали свет и тепло. И что самое странное, я чувствовал себя здесь, в этом сказочном месте, как дома!

— Нравится? — знакомый голос раздался за моей спиной, и я оглянулся.

— Безумно! — мой проводник, а это был именно он, оказался мужчиной в возрасте, кажется, весьма почтенном даже для мага. Его волосы были седыми, приятное лицо усеяно сеткой морщин и, главное, в его глазах светился опыт многих и многих прожитых лет.

— Я рад, что тебе понравилось это место. Догадываешься, куда попал?

— Дарин-Айн? Знаменитая Долина Молний? — улыбка старика была более чем красноречива.

— Да — это Долина Молний. Твой новый дом на многие годы.

— Что? Я не могу остаться здесь на годы! У меня есть…

— Не спеши! Я знаю о твоих делах. Они у нас общие.

— Тогда Вы должны понять, что у меня нет многих лет, меня ждут сейчас!

— Есть у тебя годы, Арианнорис! Послушай меня, мальчик, — я фыркнул. — Не фырчи как дикий кот! Отныне я один из твоих учителей.

— Учителей? И как же зовут одного из моих учителей?

— Веррайдис, к твоим услугам. И мне, мальчик, восемьсот тридцать пять лет! Так что как не крути, для меня ты мальчик! Молодой и неугомонный, — я всё же смутился.

— Простите.

— Повторюсь, годы у тебя есть! Для полного понимания кто ты есть и освоения твоих способностей понадобится лет десять, не меньше, — я снова собрался было возмутиться, но меня остановили нахмуренные брови Веррайдиса. — Вот так-то! К твоему сведению время в Дарин-Айн течёт быстрее. Один год там, за барьером — это десять лет здесь!

— А кто я есть и почему смог пересечь барьер?

— Я думал, что ты уже не спросишь! — улыбнулся Веррайдис. — Ты — Истинный Элементаль! Это место создали боги специально для нас.

Веррайдис рассказал ещё очень много захватывающего и безумно интересного о Дарин-Айн, но меня зацепила именно история Истинных Элементалей. Они создания богов Диссайра. В своё время у меня было увлечение книгами в жанре фантастики и фэнтези. Перечитал я их много, и во многих из них упоминались элементали, как чистый вид какой-либо стихии. Истинные же элементали Диссайра — это все четыре стихии воедино. История их появления на свет очень интересна. На заре создания мира боги столкнулись с проблемой спонтанного появления на Диссайре тёмных созданий. Проникали они через мерцающие, то есть, случайные порталы. Некоторым тёмным высшим личностям не нравилась закрытость нового мира, и они посылали своих слуг с целью навредить жителям Диссайра. Боги занимались более глобальными проблемами, а на мелких нарушителей им не хватало времени.

И тогда они решили создать стражей и хранителей Диссайра. Каждый из богов подарил новому виду часть своей силы и стихии. Так Арили подарила умение чувствовать мир и силу воды, Амела умение лечить и силу земли, Саурис чувство пространства и силу воздуха, а Теодорис воинское мастерство и силу огня. Истиные Элементали самые сильные магические сущности на Диссайре, после богов-создателей. Они рождаются редко, чтобы не нарушать баланс в мире. Маги-элементалисты всегда считались их помощниками. Истинные приходили в мир только двумя способами. Или у двух очень сильных магов-элементалистов, если им повезет зачать ядро в ночь слияния, мог появиться ребенок Истинный Элементаль. Или появиться так, как появился я. Оказывается, Нори тоже был зачат в эту страстную ночь. Его предназначением было принять душу Истинного Элементаля. Я спросил Веррайдиса.

— Почему Вы, и другие наставники живёте здесь? О вас давно никто не слышал в мире. И почему Вы говорите, что я — это душа Истинного?

— Мы живём здесь, чтобы уберечь мир от своей силы. У нас есть слабость, — а вот и ложка дёгтя в бочке мёда, подумал я. — Мы очень эмоциональны и темпераментны, ведь на нас влияют наши стихии. Чтобы удерживать нашу силу в равновесии, Боги наградили нас спутниками, мы называем их якорями. Они не дают нам потеряться, полностью раствориться в стихии. Потерянный контроль над нашей силой — это большое бедствие, Нори! Но так случается, что свой якорь мы находим не всегда. А иногда мы теряем их, они ведь более ранимы и хрупки, чем мы. Если в самый расцвет нашей силы рядом нет спутника, нам надежнее и лучше укрыться здесь. В Долине мы не сможем исчезнуть полностью, не сможем никому, и себе в том числе, принести вред. Раньше те, кто оставались одиноки, следили за новичками, такими как ты, и вовремя помогали попасть сюда, чтобы они смогли пройти обучение и подготовку.

— Якорь — это человек?

— Да! И свой якорь ты уже встретил, только чуть раньше, чем следовало.

— Почему Вы считаете, что это случилось раньше срока? Мой якорь — это Керран?

— Это Керран. Ты сразу принял его душой и сердцем, а он ещё не прочувствовал тебя полностью, не слился с твоей силой, потому что к моменту вашей встречи твои силы ещё не проснулись. Именно отсюда было его стремление тебя удержать любой ценой. Удержать и уберечь. Он не понимал, почему так боялся тебя потерять. Чем сильнее Истиный Элементаль и его якорь, тем намного сильнее их связь. А твой якорь, как в потенциале и ты, очень силён.

— А что происходит с теми, кто нашёл и сберёг свой якорь, своего спутника?

— Они становятся сильнее, и исполняют свои обязанности перед этим миром. Часть, очень малую часть, своей силы и некоторых способностей Истинные передают своим спутникам, делятся своей энергией. Это делает их более долгоживущими, чем простые люди и даже маги. Самые сильные пары проживали, если не разлучались и не гибли в бою, до тысячи лет.

— А затем?

— А затем умирали, как все прочие люди! Мы не бессмертны, но… Когда мы умираем, иногда, наши души попадают в другие миры, как твоя, к примеру. Там мы проживаем часть жизни, получаем опыт, новые навыки и погибнув там, возвращаемся домой в тела избранных, таких, как Нори кан Аронар.

После рассказа Веррайдиса я понял причины поступков Керрана. Я всё так же любил его, и потому спустя какое-то время, всё же простил. И понял. Ведь и браслет, и измена с кан Вером были следствием его опасений. Всегда уверенный в себе, очень сильный мужчина просто не понимал своих чувств, своего иррационального страха потерять меня. Веррайдис объяснил, что как только мы сольёмся, то есть соединим свою жизнь, этот страх пройдёт. Керран будет знать, что делать. Он всегда будет знать, где я нахожусь и что со мной происходит. Наша душевная связь удержит меня от растворения в стихии, в пространстве мира, в своей силе. Керран был мне необходим, как воздух.

В Долине проживали ещё трое Истинных Элементалей: Крон — наставник по воинскому делу, Гарденис — наставник по порталам, и Керей — наставник по воплощению в стихии. Веррайдис был самым старым и опытным из них. Он преподавал мне магию Истинных. Она отличалась от магии обычных магов Диссайра. Здесь был иной принцип, иной подход, ведь магия элементалей — это мы сами. И наша магия — это прямое воздействие на стихию. Прежде, чем научиться воплощаться, нужно было понять, как этим управлять. Как Веррайдис говорил мне ранее, бесконтрольная сила опасна для всех и для меня в первую очередь. Мы должны в совершенстве уметь управлять своей силой воли, своими мыслями, своими желаниями и своими эмоциями. И мне предстояло научиться ещё лучше, чем раньше контролировать свой характер, свои чувства и порывы. Кроме магии Истинных Веррайдис преподавал мне обычную магию, ведь по возвращении мне нужно будет всё-таки закончить Академию. И я был с учителем согласен. Сила силой, а образование — это вопрос престижа. Зачем мне какой-то там диплом, если я так могуч? Истинный Элементаль-недоучка? Позор на мою голову! Истинные Элементали не бегают по миру с флагом, сообщающим всем, кто они такие и как круты. Они просто живут и выполняю свои обязанности. А вот спутник короля, или, быть может всё же супруг, не закончивший Академию, это не порядок. И потому я весь погряз в учении. И уроки старшего наставника, честное слово, были самыми лёгкими.

В первый год обучения я думал, что останусь совершенно голым. Я помнил, как снимал браслет и как вся моя одежда сгорела. А ведь тогда я даже не воплотился полностью! А мои наставники оказались очень весёлыми господами. Наставник Керей был самым молодым из них. На Дарин-Айн он пришёл тридцать лет назад, если считать по времени за барьером, с материка Дис-Кре. Ему не посчастливилось найти своего спутника. Он почувствовал, как его начинает переполнять энергия, ему стало трудно контролировать свою силу. Тогда он принял решение и пришёл сюда. Это был высокий, жилистый, суровый мужчина. Но только до той поры, пока не прорывалась его шутливая и озорная натура. Мне он напоминал лёгкий игривый южный ветерок, который из ласкового может превратиться в смертоносный торнадо. Злить его было себе дороже! Когда он готовил меня к воплощениям я спросил его, как быть с одеждой, ведь она сгорает, если воплотиться в огонь. А если в воду, то она останется целой? Он ответил, что она тоже исчезнет, чем привёл меня в уныние. И на мой вопрос, что же тогда делать, Керей с серьёзным видом просто пожал плечами. Мол, каждый ищет свой путь: кто-то таскает за собой сумки с вещами, другим приходится покупать новые всё время, третьим нравится ходить голыми, пусть тело дышит, так сказать! У меня сразу возникло чувство, что надо мной явно шутят. Но не могли же элементали не придумать выход из этого идиотского положения. И таки да, я оказался прав!

Когда наставник при мне в первый раз превратился в кружащийся пылающий смерч, а затем вновь вернулся в свою форму, то элегантно поправил кружево на манжете своей целой, как, впрочем, и вся остальная одежда, белой рубахи и совершенно спокойно посмотрел на мое растерянное лицо. Посмотрел, а потом расхохотался! А потом объяснил, почему мое родовое кольцо не расплавилось вместе с браслетом. Такой гений, как я, даже не додумался обратить на это внимание! Болван и недотёпа, что ещё сказать. А ларчик-то открывался очень просто. Одежду нужно всего лишь окунуть в воду с разведенной толикой моей крови. Кольцо ведь было окроплено так же моей кровью. Таким образом любая вещь становится частью меня, и для моих стихий становятся неразрушимыми. Всё гениальное просто!

Уроки с Кереем начались с приручения стихий. Для первого занятия он отвёл меня глубоко под землю, где протекала река лавы. Никогда раньше я не был так близко к этому опасному чуду природы. Отсветы огня на каменных стенах, безумно яркие краски и высокая температура, которую я почти не чувствовал. Вблизи лавы внутри меня ожила и откликнулась на зов такая же огненная река. Керей сказал, что это моя суть почувствовала родную стихию и потянулась к ней. Он научил меня, так сказать, говорить с первозданным огнём. Не сразу, но огонь меня послушался. Это так восхитительно, когда он льнет к твоим рукам, ластится и течёт туда, куда ты хочешь его направить.

Со временем я научился также управлять водой, гонять воздушные потоки или менять горы, как мне хочется. Особенно сложно для меня было научиться перемещаться сквозь камень. У меня было стойкое опасение, что я мог застрять в камне, как в ловушке. Психологически необходимо было заставить себя понять, что для меня нет опасности. Что я сам — стихия земли, что только своей мыслью могу развеять в прах гору! Стать водным потоком, бушующим океаном или огромным смертельным торнадо, устроить землетрясение или извержение вулкана на ровном месте! Погружаясь все больше в эти знания, я начинал понимать, что, владея такой силой, нужно уметь очень контролировать себя, уметь думать наперёд о своих поступках. Ведь одно моё неосторожное импульсивное действие может иметь необратимые последствия. Все мои наставники были весёлыми, темпераментными, но все-таки уравновешенными людьми, наученными опытом и жизнью. Они не ломали себя, загоняя в строгие рамки. Просто поняли и приняли свою суть, научились правильно ею управлять. Наши спутники — это как предохраняющий клапан, неотъемлемая часть нас. Именно из-за наших сил Истинных Элементалей так мало. Мы что-то вроде ядерной бомбы на Земле, последний аргумент в споре. Одна радость, что действовать или нет решаем только мы!

Крон тоже был шутником, с таким юмором гонял меня с оружием по долине, что я бегал от него, как заяц. Раньше тешил себя иллюзией, что очень хороший боец. Так вот, могу сказать с уверенностью, что Крон без проблем уложил бы даже Керрана, Неа и Каллариса вместе взятых за пару минут! Я был поражён! Он гонял меня с обычным холодным оружием, но и, само собой, научил работать с магическим оружием. Он мог создавать плети из любой стихии, его личное оружие меняло свойства: покрывалось то огнём, то льдом, причем этот лёд нельзя было ни разбить, ни расплавить. Всё моё оружие прошло преобразование моей кровью и магией. Около пяти лет я занимался только с Веррайдисом, Кроном и Кереем. Для занятий порталами у меня было пока мало знаний. Учёба была сложной, но чертовски увлекательной.

Ещё через год я, наконец-то, смог полностью воплотиться! Долгие годы учёбы и вот… безумное чувство счастья, чувство свободы! Когда ты не просто объединяешься со стихией, как делают маги-элементалисты, а именно сам становишься ею. Твоя душа становится душой лавовой реки, огромного озера, или душой огромного урагана. Когда твоё тело растворяется в стихии, но сохраняет свой разум, свои чувства это ошеломляет. Когда ты управляешь этой мощью, а не она тобой. Именно ты — эпицентр стихии, её душа и сердце!

Гарденис, наставник по порталам, занялся мною лишь на седьмой год пребывания в Дарин-Айн. Оказалось, что Истинные Элементали могут перемещаться сами, без стационарных порталов! Энергию для этого мы берём извне, то есть, прямо из магических потоков Диссайра. Экономия сил и средств в действии. Мы можем перемещаться на любые расстояния с единственным условием: мы должны точно знать и помнить место, куда хотим попасть. В места, где никогда не были мы, увы, не сможем попасть личным порталом. У нас в мыслях должна быть чёткая картинка местности. Никогда не жаловался на фантазию и зрительную память, но помучиться пришлось. Именно научиться представлять всё правильно, в мелких деталях. Учиться запоминать местность детально точно и откладывать, как файл, в специальную папку. Я медитировал часами, создавая в голове свою собственную портальную картотеку. Там был пока только Тайсар, точнее, его небольшая часть и Долина Молний.

— Веррайдис, а почему Вы связались со мной только в ту ночь?

— Мы можем почувствовать своих собратьев, увидеть их, именно их и никого другого, только тогда, когда их сила начнёт своё пробуждение. Значит, пришло время обучения. Пробуждение обычно сопровождает сильная гроза и именно тогда мы, наставники, можем открыть прямой портал в Дарин-Айн.

— А выйти сами?

— Те, кто становится наставниками, преодолев барьер, уже не могут выйти. А вот те, у кого есть якоря, могут приходить к нам и уходить.

— То есть, вы все здесь узники своей силы? Вас не мучает одиночество?

— С нами наши воспоминания, да и понимаем мы, что наша нестабильность опасна для мира. Ведь якорь может быть только один, один единственный. Моя жена погибла пятьдесят ваших лет назад, у меня остался сын, внук. Я, надеюсь, что они счастливы, то, что живы, знаю точно, часть моих чувств связаны с ними.

— Но ведь вы здоровые, ещё довольно нестарые, к примеру Керей и Крон, мужчины. Как вы обходитесь без… как бы это сказать…

— Без телесных удовольствий? А как обходишься ты? — я покраснел, мать твою! Дожил!

— Ну…

— Не запряг, не нукай! Если ты заметил, то с тех пор, как ты начал вплотную заниматься с Кереем, возбуждение и телесный голод стали мучить тебя меньше. Я прав? — мне осталось только смущённо кивнуть.

— Для нас единение со стихией сравнимо с сексуальным удовольствием. Сливаясь с ней, мы сбрасываем излишки возбуждения и получаем удовольствие. Своего рода компенсация.

— А все, кто терял или не находил спутника уходили сюда? Никто не рисковал остаться?

— Несколько таких было. Они не смогли удержаться и растворились в стихиях. Они принесли много бед, пока их не уничтожили.

— А кто смог их остановить?

— Только лично боги, больше никому не под силу остановить сошедшего с ума Истинного Элементаля, — грустно ответил наставник, а я вспомнил о ещё одном вопросе.

— А как Вы, Веррайдис, смогли так точно подсказать мне, как действовать в Королевском Замке? Вы бывали во дворце?

— Я родился в Тайсаре в аристократической семье, близкой к королевскому роду. Лично знал деда твоего Керрана, мой сын там довольно известная личность, сильный маг. К сожалению, я не знаю, кем он стал сейчас.

— А как ваше полное имя? Мне знакома ваша татуировка, но у меня не было времени изучить все татуировки королевства.

— Веррайдис кан Грей, я был младшим сыном герцога кан Грея. Моего сына зовут Тодорис.

— Кто? Архимаг и ректор моей Академии — ваш сын?

— Если его зовут Тодорис кан Грей, то он мой сын. Значит уже архимаг, — наставник довольно ухмыльнулся. — И как он?

— Похож на вас, только построже. С кадетами иначе нельзя — дашь слабину, сядут на голову.

Как я узнал, Веррайдис с женой долгие годы прожил в Тайсаре, периодически мотаясь по всему Диссайру, так сказать по долгу службы. Затем, они решили перебраться на уединенный остров, зажить вдали от политики, дворцовых интриг. Сын был уже взрослым, женатым мужчиной, у него родился собственный сын. Они собирались появляться в гости время от времени, но через пять лет случилось страшное. Когда Веррайдис отбыл на место прорыва тёмных сущностей, его жену, очень хорошего целителя, кто-то убил. Это случилось так стремительно, что он не успел вернуться и спасти. Ещё пару лет он искал следы убийцы, и почти нашёл. Следы вели в Рингар, но тут он почувствовал, что не мог больше в полной мере удерживать контроль. К тому времени мой наставник был очень сильным Истинным Элементалем. Он встал перед выбором: продолжать поиски или подвергнуть опасности Диссайр. Ему пришлось принять нелёгкое для себя решение, и перенестись в Дарин-Айн. И снова я услышал о Рингаре. Совпадение ли? Так же странно погиб и спутник Гардениса: стремительно, неожиданно и в его отсутствие. Я рассказал своим наставникам о герцоге Крее всё, что мне было известно. Веррайдис сказал, что к этой теме мы вернёмся позже, после окончания моей учёбы.

Мне часто в последнее время снились сны. Мне снился Керран. В своих снах я переживал наши с ним ночи и дни, наши поединки и примирения. Я безумно скучал по нему. Как он там без меня? Если по возвращении найду в его постели кого-нибудь, то этому товарищу не позавидует никто после встречи со мной! Своего я никому не отдам. Он мой спутник, мой якорь!

Прошло почти десять лет, ура! Моё долгое обучение закончилось. В последний год я шлифовал всё пройденное ранее, заодно осваивая ещё одно умение, самое сложное, самое трудоёмкое. Нашими главными врагами были посланники тёмных богов из других миров. Иногда для их уничтожения хватало огня, как с вампами. А иногда требовалось нечто большее. У Истинных Элементалей это был Божественный свет, чистый свет. Для него необходимо было научиться соединять в себе все стихии разом. И не просто соединять, но и удерживать направленную силу. Те вспышки белого света, которые видели маги на Дис-Норисе и были Божественным светом. Этому начинали учить наставники на последнем году обучение, когда ученик уже овладевал своей силой в совершенстве. Божественный свет был как уничтожающей силой, так и исцеляющей.

— А возможно ли этим светом сделать из вампа вновь человека? — спросил я однажды наставника.

— Нет, вернуть в прежнее состояние нельзя, но… Можно совершить перерождение. Ты о брате думаешь?

— Да, Веррайдис, я хочу вернуть Неа. А после перерождения он станет ребёнком, младенцем? Мне бы этого не хотелось, для него есть очень подходящая невеста. Мне хотелось бы, чтобы у него была семья.

— Нет. Это магическое перерождение. Тем более, что у твоего брата ментальная защита и он не под контролем вампира, его воля свободна. Он должен полностью довериться тебе, не побояться принять свет. Если он сделает это, то пройдет очищение. Перерождением называется этот процесс потому, что тот, кого очищают, меняет свою суть, свою магическую силу. Если твой брат был магом-воином, то после у него могут проснуться другие силы. А вот человеком он останется прежним, изменения не задевают характерную составляющую. Главное, полное доверие.

— Значит, у меня может получиться?

— Если брат сможет тебе полностью, повторяю, полностью довериться, то да! Я уверен, что у вас с Неа всё получится.

Мои вещи были уже собраны. Здесь я прожил десять лет. Мои наставники стали мне друзьями. Я знал очень многое о них и уважал. Каждый из них подарил мне на память редкую вещь, сделанную им самим. Как оказалось, я первый ученик за последние четыреста лет. Для Керея и Крона я в полном смысле был первым учеником, для Веррайдиса и Гардениса вторым за их нахождение в Дарин-Айн. До этого ученики появлялись чаще, так рассказывал предыдущий старший наставник Веррайдису. Они были рады моему появлению, для них я почти что первенец, и потому они вложили в меня все свои силы и умения. За это я им безмерно благодарен. Крон подарил мне плеть из кожи огненной саламандры с рукоятью из кости одной тёмной твари, которую он когда-то убил. В совокупности, эта плеть была и оружием, и сигнальным артефактом. Плеть — это чистая сила огня, а рукоять — сигнал о при приближении тёмных тварей. Она должна была светиться синим светом при их появлении вблизи меня. Керей подарил сделанный им самим великолепный кожаный наряд, на который не действовала магия вообще. В скалах Дарин-Айн жило одно животное, чем-то похожее на наших броненосцев. Оно было раза в два крупнее, обладало способностью отражать и игнорировать магию. Вот из его-то кожи наставник и сделал мне подарок. Куртка и брюки насыщенного шоколадного цвета сидели на мне, как вторая кожа. А вот Веррайдис и Гарденис сделали подарок вместе. Необыкновенный подарок.

Мои старшие наставники оба потеряли своих спутников. Оба были талантливыми артефакторами. Они не хотели, чтобы я повторил их судьбу и когда-нибудь оказался в одиночестве в Дарин-Айн. Это место, конечно, уютное и красивое, но мир обширен и интересен куда более. Они вместе сотворили для меня четыре кольца-артефакта. Кольца эти для моих близких, для моей будущей семьи, которые в случае опасности перенесут их ко мне. На мой вопрос, а почему четыре, Гарденис только весьма загадочно улыбнулся. Все подарки были уникальны, но кольца… Дороже наших близких нет никого, а в нашем случае особенно!

Пришло время обсудить наши дела и планы. Мы все вместе сидели в уютной беседке у озера. Веррайдис рассказал мне, что они заметили странности уже давно. Не только то, что элементалей стало рождаться всё меньше, но и то, что некоторые погибали ещё до проявления сил. Ведь до этого они выглядят для всех магами-элементалистами. Керей был последним, кто появился в долине, и он согласился со мной, с моими выводами по герцогу Крею. У них, а сам наставник был с самого отдаленного королевства материка Кар-Дис, магов-элементалистов больше, чем в Тайсаре, Рингаре и близлежащих королевствах. Но и у них были замечены пропажи юношей. Крон и Гарденис так же подтвердили схожие случаи исчезновений у себя на родине, но в их время более редкие. Ещё меня заинтересовали смерти их спутников. Очень похожие обстоятельства. Истинного Элементаля очень трудно убить. Как сказал Веррайдис, чтобы убить, к примеру меня, как самого молодого и ещё развивающегося, понадобилось бы где-то двадцать архимагов или сто магов уровня магистра. Я слегка опешил и мне стало страшно от самого себя. На Диссайре в данный момент всего десять архимагов и пятьдесят магистров. Я ходячий Армагеддон! Закройте меня где-нибудь, алкоголь и наркоту, пожалуйста, не давайте! Мои наставники, заметив моё перепуганное лицо засмеялись до слёз, ага, ужас как смешно!

— Не стоит так пугаться, Нори! Ты же не собираешься всех убивать и прекрасно собой владеешь. Твои силы у тебя под контролем и, скажу тебе честно, у меня в твои годы было намного хуже. Но, как видишь, мир устоял.

— Значит, что получается? Зачем идти в самоубийственную атаку на Истинного, если можно выследить и убить его спутника. Тогда Истинный сам уйдёт сюда, и не будет мешаться под ногами. Сколько сейчас Истинных на Диссайре?

— Обычно нас бывает около десяти одновременно, но, когда я уходил, оставалось лишь трое, — ответил Керей. — Один жил в Магической Академии на Дис-Кре, у него была, и скорее всего, до сих пор есть спутница. Место там очень защищенное. Двое жили на Кар-Дисе, правда, далеко от Тайсара.

— Значит, это не тотальное уничтожение, а целенаправленная охота за чем-то важным, связанным с магами-элементалистами. Просто косвенно ударившая по нам атака. Мы их защита, благодаря им мы появляемся на свет. Больше всего похищений на территории Тайсара, Рингара и королевств рядом, изредка забредали похитители дальше. Что за кристаллы вытаскивал из своих жертв Крей, вы знаете?

— Знаем, к сожалению. Это камни душ. При определённом ритуале, тёмном ритуале, душа и магический источник соединяются, превращаясь в накопитель большой силы. Это очень жестоко, ведь душа, сознание человека заключаются в своеобразную тюрьму и не имеет возможности переродиться, — ответил мне Гарденис.

— Как банально. Море крови и горы жертв ради сомнительного могущества! Ублюдок хочет власти. Насколько я знаю, герцог Крей довольно посредственный маг-стихийник. Насколько его сделают сильными все эти жертвы? Ведь их очень много, минимум сотню лет он промышлял похищениями и убийствами.

— Против обычных магов очень силен. Чтобы его убить нужно собрать армию! А против тебя — нет. Ты сильнее. Он может вытягивать из камней только магическую силу, но в них заключена и частица силы элементалей. Применив Божественный свет, ты сможешь вытащить её и увеличить силу своего удара. К тому же он освободит души. Надо найти хранилище Крея.

— Так тому и быть! Буду искать хранилище.

Завтра я отправляюсь домой, точнее, в Академию и только затем, уладив дела там, я планирую вернуться в Аррон. Я так соскучился по Терану и Нею, по Гариусу, Калли и Марису. А главное, я соскучился по Его Величеству Керранндису кен Эрагару! Надеюсь, мне не придётся отрывать никому яйца.

Глава тринадцатая

Я сидел в любимом кресле у окна, глядя сквозь большое окно на вечерний сад. Хозяина не было дома! Вообще никого не было дома! Где носит Гариуса с Марисом? Местом своего прибытия я выбрал гостиную дома магистра неслучайно. Перед тем, как планировать свои действия дальше, необходимо было разведать обстановку. Лучше Гариуса мне никто не расскажет о делах в Академии, а лучше Каллариса никто не знает о делах во дворце. Но! Этих обормотов не было дома, хоть на дворе уже был поздний вечер! Я сидел в полумраке, раздумывая над тем, как изменившегося меня примут мои друзья. Для них прошёл только год, а для меня десять лет!

Я догнал в росте Керрана, телосложением был всё так же стройнее и жилистей, хоть и нарастил крепкую и рельефную мускулатуру. Я стал сильным, взрослым мужчиной. Изменилось не только моё тело, но и лицо: черты стали более чёткими, исчезла юношеская нежность, появилась строгость, сдержанность. Только яркие зелёные глаза остались прежними. У меня снова была короткая стильная прическа, и больше никаких длинных волос! К моей несказанной радости внешность моя оказалась из тех, что с годами, как хорошее вино, становилась только лучше. Большой респект природе и предкам кан Аронар. Теперь я был в ладах с самим собой, ведь больше не было диссонанса между душой взрослого мужчины и телом зелёного щуплого юноши. Мне было почти двадцать восемь лет, я был взрослым и привлекательным, даже слишком привлекательным мужчиной. Теперь я смогу быть абсолютно на равных со своим любимым, упрямым, сильным избранником. Ну что, повоюем, Керран? Вдруг я услышал шум, кажется, кто-то явился домой. Какие знакомые голоса, только что же такие… пьяные? Оу! Это что же там упало в коридоре? Или кто?

Я вышел посмотреть, и с трудом удержался от ржача. Калли растянулся на полу и пытался, с трудом, встать на колени. А почтенный магистр кин Дар, или уже не кин Дар? Гариус стоял, правда весьма нетвёрдо на ногах, и пытался одной рукой помочь Калли, а второй удержаться за стену. Стена не помогала, вот зараза!

— Калли, вставай, сволочь! Мало, что сам напился, но из-за тебя и я теперь неа… ни… в неадеквате! Вот!

— А мы тебя пить не заставляли! Сам при… пришёл.

— Я задрался, — какие знакомые слова-то проскакивают, — тебя дома дожидаться! Нам завтра за Марисом к твоим родителям ехать, а ты сини-и-ий!

— Заклинанием по-чис-тишь и я буду как этот… как огурец!

— Зелёный? Ик!

— Свежий!

— Настолько не почищу! Вы годовой запас вина вылакали с королём!

Ничего себе! Это они с Керраном квасили, что ли? С какого перепугу? Я решил вмешаться, пока Калли не задрых прямо на коврике в коридоре. Если я сейчас объявлюсь перед из залитыми глазками, боюсь меня примут за глюк. Придётся помочь болезным. Я злорадно ухмыльнулся, и применил на этих гавриков заклинание полного очищения. По ним прошлась волна голубого света, парни синхронно вздрогнули и дружно осели на пол, мотая головами.

— Это что было? — какой дружный вопрос и ошарашенный взгляд друг на друга.

— Здорово, граждане тунеядцы-алкоголики! По какому случаю пьянка? — минута молчания. Ау!

— Мне мерещится, Гар-р-ри? — Калли даже рычать умеет!

— Угу, и мне тоже. Пропажа наша объявилась! Где был, сволочь юная?

— Где был, там уже нет, а сволочь уже не такая и юная.

— Сволочь со стажем! Надо же так над друзьями издеваться! Сначала исчезает на целый год, а появляясь, вместо здрасти — клизму делает! — Калли, наконец-то, встал на ноги, опираясь на Гариуса. Выровнялись и пошли ко мне. Миг… и меня крепко обняли! Очень крепко!!!

— Я рад тебя видеть, зараза ты рыжая, — блондин потрепал меня за волосы.

— А ты действительно стал старше! — Гариус удивлённо меня разглядывал. — Где ты был? Сколько?

— Десять лет, Гариус. Для меня прошло десять лет! И я по вам очень скучал, парни.

— Надо выпить! — Калли весело заулыбался, а магистр нахмурился. Калли тут же всё понял, и уточнил предложение. — Ярголь!

Через полчаса мы, удобно устроившись в гостиной, разговаривали и пили горячий ярголь с пирожками. Ярголь — это вкуснейшая вещь, которую мастерски готовит Гариус по-своему, особенному, семейному рецепту. Это тонизирующий ягодный напиток с добавлением пряных трав. Чая или кофе я не нашёл в Тайсаре, но их с успехом заменил ярголь. Вкусный, бодрящий и полезный. Я рассказал о своих приключениях, о том, кем являюсь, а они, когда немного отошли от шока, поведали мне местные новости. В Академии, как я и предполагал, начались выпускные экзамены, а во дворце дела всё интересней и интересней, или как говорили Алиса, всё чудесатей и чудесатей. Оказывается, такие посиделки с Керраном у Калли стали постоянными уже последние полгода. Король вызывал своего гвардейского мага к себе, якобы по срочному делу, а затем Гариусу приходилось их растаскивать по спальным местам. Напивались они с регулярностью раз в две недели.

Похоже, что Керрану моё отсутствие давалось нелегко! Новых любовников у него за этот год не появилось, что радует. Старым тоже не свезло, хоть они очень старались. Когда Калли мне рассказал до чего дошли жаждущие залезть в королевскую постель придворные, я ржал до слёз! Это же бред! Дурдом! Я сразу посочувствовал Керрану. Через два месяца после моего исчезновения, видя каким грустным стал король, кому-то из его подданных пришла в голову гениальная идея! Король влюбился в рыжего парня с зелёными глазами? Так дадим ему таких ещё! И во дворце началась тотальная рыжемания!

Маги-целители озолотились, ведь только они могли сменить цвет волос и глаз желающим. Естественно, не безвозмездно! Королевский Замок наводнили рыжие и зеленоглазые красавчики всех мастей и оттенков. Даже Валарис кан Вер масть сменил! Калли, вытирая слёзы, припомнил, что, когда его увидел, у него чуть истерика от смеха не случилась. Рыжий ему совершенно не шёл. Из красивого голубоглазого блондина, он превратился в рыжее чудовище, но очень самодовольное. А самое весёлое началось, когда Его Величество наконец заметил сии старания. Как он орал, это была песня! Калли говорит, весь персонал дворца и придворные разбежались кто куда, как испуганные мыши! Большинство побежало к целителям, возвращать всё обратно, опять же за золотые монеты. Кому глупость, кому прибыль!

— Бедный Керран, — сказал я, вытирая слёзы от смеха.

— А кто виноват, Нори? Вот скажи, кто во всём виноват? — спросил Калли, становясь серьёзным.

— Ты ещё скажи, что я! — окрысился я, но тут же успокоился. — Ты не в курсе, друг мой Калли, что он сотворил?

— Я знаю, но он давно уже пожалел об этом. Он сам до сих пор понять не может, зачем притащил Валариса. Говорит, как затмение от гнева нашло. Да и браслет был несусветной глупостью. Но то, как ты сиганул с крыши его чуть не добило!

— Там открылся портал, другого пути не было, Калли.

— А как ты думаешь мы чувствовали себя, в такую грозу, да посреди ночи, рыская во дворе в поисках твоего тела? То ещё удовольствие! Чуть не поседели в ту кошмарную ночь! Вместо портала мы только вспышку молнии увидели.

— Не ворчи, так надо было. Я же успел сказать ему, что вернусь.

— Сказать-то сказал, да только год прошёл, а тебя всё не было, — произнёс Гариус. — Керран искал тебя везде. Ищейки перерыли весь Тайсар, но следов, сам понимаешь, не нашли. Твои друзья тоже искали, чуть не вылетели за прогулы из Академии. Благо наш ректор понимающий человек, поговорил с парнями по душам, уговорил успокоиться и ждать.

— Как они сейчас?

— Сейчас успокоились, учатся, встречаются, тебя ждут!

— А вы уже поженились? — Калли довольно разлыбился.

— Да! Мы теперь все кан Рейн, и Марис тоже!

— Поздравляю! Подарок за мной.

— Лучший наш подарочек — это ты, обормот! С возвращением!

— Между прочем, Нори, для тебя есть ещё одна приятная новость. Помнишь, ты просил за Сайри кан Трей?

— Да, Калли, я помню. Керран наши с тобой доводы тогда не принял, сказал, что мало оснований.

— Он передумал. Можешь Сайри поздравить, она теперь полноправная и… единственная наследница своего рода. Она нашла хорошего управляющего и вернулась в столицу. Адрес у меня есть.

— Даже так? Дядюшку прогнали через Глас Правды?

— Да. И у этого кретина хватило ума согласиться! Нехотя признал, что доставал племянницу, пытался вернуть в семью, вроде как. Признал, что незаконно прихватил её наследство, но, когда спросили про гибель её отца — испугался. Его заверили, продажный и хитрый дружок советник кан Вер, что дело касается жалобы Сайри на лишение наследства. Вот он на артефакт и согласился, а тут такой подвох. Признал, что убийство его рук дело, что лично нанял наёмников и подкупил чиновника, который вёл дело о наследстве. Его потом тоже убрали по приказу кан Трея.

— Чего ему не хватало?

— Он всё своё личное состояние спустил за карточным столом и вспомнил о графе. А родственник был богат и титул имел, а с ним и доступ во дворец гарантирован, вот и позарился на чужое добро. А самое интересное настало, когда Керран вдруг спросил, а не продал ли граф кан Трей своего племянника герцогу Крею лично?

— Тут он и погорел? — Гариус кивнул.

— Перепугался и ляпнул, что не причастен к исчезновению наследника. Ни слухом, ни духом. Как только последние слова вылетели из его рта, как от него осталась только кучка пепла!

— Значит, наша теория оказалась верна?

— Да.

Мы ненадолго замолчали. Я ещё раз обдумал план действий на завтра. Мне необходимо увидеться с архимагом, уговорить его принять у меня экзамен за шесть лет разом, обговорить вопрос не пройденных практик и сдать выпускные: теорию, практическую магию и боёвку. Об этом я и сказал Гариусу. Он помолчал, подумал и ответил, что архимаг не спит до поздней ночи. Можно пойти сейчас к нему, и попробовать с ним договориться. Я согласился, к тому же, у меня было кое-что личное для него. Перед уходом из Дарин-Айн мне удалось упросить Веррайдиса написать сыну письмо. А ещё он передал ректору кулон его матери. Все эти годы Веррайдис бережно хранил его. Мне показалось, что сыну нужно знать, что случилось с его отцом. Да и мой наставник, как бы не пытался меня убедить в обратном, был не прочь узнать о своей семье. Я бы на их месте очень этого хотел. Убедил, что с радостью побуду для них почтовым вестником.

Разговор с архимагом прошёл удачно и бурно. Я оказался прав, он был счастлив узнать об отце. Пришлось клятвенно пообещать вскоре передать ответное письмо. Десять лет в Долине Молний мне засчитали за практику всех лет, и заключительную выпускную тоже. В виде исключения. Архимаг не поленился, и тут же принял у меня теорию. Гонял меня по полной и остался доволен! Ещё бы, меня его отец учил. Практическую магию сдам завтра утром совету магов Академии, а вот с боёвкой вышла проблема. Против меня некому было выйти, но тут я решил её сам. Я знаю, с кем хочу сразиться!

Перед тем, как отправиться в свою комнату, которую никому не отдали, я спросил у Калли.

— Где и в каком состоянии вы оставили сегодня Керрана?

— Если мне не изменяет память, мы пили в малой гостиной, и потом, точно, отвели его в спальню.

— Он там один сегодня?

— Он уже год, как один там! Правда, сегодня я приметил, как-то подозрительно ошивающегося рядом с нами кан Вера. Хотя Керран сейчас не в состоянии, чтобы с кем-то крутить в постели. Ты же видел, какие мы приползли!

— Значит, рядом ошивается, говоришь? Ну ладно, спокойной ночи, друг мой.

Попрощавшись с друзьями, зашёл в свою комнату, осмотрелся. Комната выглядела жилой, не заброшенной. В ней чувствовался запах моего любимого. Гариус проговорился мне, что иногда Керран появлялся здесь и оставался на ночь, тайком от всех. Сердце окатила тёплая волна. Тот чёртов браслет, прохвост кан Вер, его гнев, мои обиды, как всё это сразу стало далеко и не важно. Из-за таких глупостей люди расходятся навсегда, проживая жизнь или в одиночестве, или с чужим человеком рядом. А всё потому, что не смогли простить предательство, глупость свою или любимого. Я давно простил, но легко Керрану не будет! Придётся приложить усилия, чтобы заполучить меня обратно. Я забросил вещи в шкаф, принял душ и надел удобную домашнюю одежду. Тонкие штаны и рубашка с глубоким вырезом приятно ласкали тело, а тёмно-зелёный цвет шёл к моим глазам. Я лёг было в постель, но вскоре понял, что попросту не смогу уснуть, пока не увижу его, пока не вспомню тепло его тела. Я не собирался сегодня спать с Керраном, но…

Спальню короля я помнил в мельчайших деталях и мне не составило труда попасть туда. Тихими шагами, босиком, я прошёл к кровати Керрана и… кого же я увидел там, твою мать! Блондинистая скотина дрыхла в постели рядом с моим мужиком! Прибью! Значит дождался, пока гаврики упьются и разбредутся по домам, и заполз, как змея, в желанную кроватку. А утречком Керран проснётся, а тут упс! А мы, Ваше Величество, так ночью любили друг друга! Так любили! Ну, я сейчас любилку кое-кому оторву. Я присел на краешек кровати, приподнял одеяло и нежно провёл по члену блондина рукой. Эта сволочь даже застонала во сне. Я несколько раз поласкал вверх-вниз его ствол, весьма средних размеров должен заметить, и услышал опять сладкий стон и нежный довольный шёпот. Этот придурок подумал, что это его Керран голубит! Наконец он открыл затуманенные от возбуждения глазки, а я ладонью тут же закрыл ему рот, и очень нежно сжал его средненькое хозяйство. Очень-очень нежно, ну прям совсем! И прошептал прямо в ухо.

— На твоём месте, зараза блондинистая, я бы собрал манатки и смотался из столицы ещё до утра! Если ещё раз когда-нибудь тебя увижу — сначала кастрирую, затем медленно убью! И папашку своего, желательно, тоже забери с собой! Ты меня понял, ущербный?

Этот трясущийся, как осиновый лист, красавчик усердно закивал головой, а я, для придания убедительности своим словам, ещё и оскалился. Он закивал головой ещё усердней, и нервно заёрзал. Ах, да! Выпустил жертву моего произвола из захвата, и с удовольствием посмотрел, как тот быстренько собрал вещички, живописно разбросанные по полу, и шустро, прям как ящерица, выполз из спальни. Так хотелось дать ему воздушного пинка, да не хотелось тревожить охрану. Их и так только что шокировал голый кан Вер! Кстати, надо будет поинтересоваться, почему они пропустили его в королевскую спальню. Непорядок!

Посмотрел на свою руку, брезгливо поморщился и аккуратно провёл очистку себя и Керрана, мало ли где блондин его лапал во сне. Керран пошевелился и перевернулся на спину, раскидав руки и ноги в стороны. Такой открытый и весь мой! Я стащил с него одеяло полностью, любуясь мужской совершенной красотой. Притушенный свет магического светильника в спальне нежно ласкал его кожу. Я провёл рукой по его груди, задел чувствительный сосок, услышал вздох и улыбнулся. Дыхание моего любимого участилось. Я ласково провёл по его вялому члену рукой, чуть поласкал. Дыхание снова изменилось, сердце убыстрило свой ритм, член ожил и напрягся в ожидании продолжения. Я удобно устроился и лизнул чувствительную головку. Поцеловал кожу в паху, на животе, лизнул впадинку пупка. Тихий стон, ещё один, был музыкой для моего слуха. Я провёл кончиком языка по уздечке, снова лизнул головку. Посмотрел на Керрана. Его губы были приоткрыты, дыхание возбужденное, мои эксперименты не прошли даром! Я погрузил ствол в рот полностью и начал нежно посасывать. Постепенно увеличивал темп, рукой лаская мошонку. Не удержался, и запустил другую руку к себе в штаны. Я ведь не железный.

— Нори, — тихий шепот в полумраке спальни. Я присмотрелся, нет, всё ещё спит. Я продолжил своё увлекательное занятие! Я сексуальный диверсант! С упоением довёл Керрана до яркого финала, проглотил его семя, облизал свои припухшие от усердия губы и уселся на его бедра. Сердце бешено стучало от пережитого на двоих оргазма. На меня смотрели два мутных от чувственного удовольствия синих глаза. Надеюсь, меня не приняли снова за глюк.

— Ты мне снишься? — я хмыкнул, и поёрзал на его бедрах. И тут раздался вопль, и меня стремительно перевернули на спину, собственнически придавив к постели. — Это действительно ты?

— Нет, фея-крестная тебе минет пришла сделать!

— Ты, — и меня накрыло волной сумасшедших поцелуев. Почувствовал, что кончу просто от них, и так был вновь возбуждён до предела. — Где ты был всё это время? Я искал тебя.

— Далеко, Керран, очень далеко. И очень долго.

— Целый год…

— Для меня значительно дольше. Я больше не тот мальчик, который был с тобой. Он вырос.

— Как это? — видимо, полумрак спальни не давал возможности хорошо рассмотреть меня.

— Увидишь. Я жду тебя завтра в Академии. Мне нужен экзаменатор по боёвке. Самый лучший! Придёшь? — Керран посмотрел в мои глаза, не узнал, присмотрелся. Постепенно в глазах загорелось и засияло восхищение.

— Действительно изменился. Ты стал ещё более красивым и притягательным, Нори! Что значит жду в Академии? Ты опять уйдёшь?

— Сегодня да. Я пришёл поздороваться с тобой, — я снова ухмыльнулся, просто не мог смотреть на него без улыбки. Такое радостное, но и одновременно растерянное лицо. — Так ты придёшь?

— Приду! Только сначала тоже с тобой поздороваюсь, — и стащил с меня штаны до колен, обнажая моё возбужденное достоинство. Посмотрел, погладил и от всей души приласкал. Прибалдевший от оргазма еле успел унести ноги, пока не получил больше, чем заказывал. Я уснул, как только коснулся головой подушки. Спал, как младенец, а под утро мне приснилось, что меня нежно ласкают руками, гладят спину и покрывают поцелуями. Просыпаться совершенно не хотелось. Мне было так хорошо…, а затем страстные губы исчезли, мне стало одиноко и пришлось проснуться. Я лежал на животе, почему-то полностью раскрытый, хотя обычно заворачивался в покрывало, как в кокон. Привычка, а тут… Огляделся вокруг и понял, что это был не сон. Вкусный запах, а главное такой знакомый, распространился по комнате, лишний раз доказывая мне, что у меня был утренний гость. И я даже знаю кто! Во-первых, я не проснулся, значит не воспринял этого гостя как угрозу, а во-вторых, от чьих ещё поцелуев я мог так тащиться? Керран! Втихаря пришёл и притащил пирожки Ларины. Такие очень вкусные маленькие пирожки с мясом делает только она. Я пристрастился к ним на острове, и Керран это отлично знал. Это взятка что ли? Или забота? Чтобы ни было это оч-ч-ень приятно!

Я встал, потянулся и пошёл в душ. У меня на сегодня запланирован очень насыщенный день. Бодрый после водных процедур, одетый только в лёгкие штаны, я вышел из ванной и услышал настойчивый стук в дверь. Открыл. Увидел две насупленные физиономии, усмехнулся и приглашающе распахнул дверь пошире. Зачем стучали, если у них и так есть разрешение входить в любое время? А дальше меня снесло двойным блондинисто-брюнетистым ураганом! Сей вихрь донёс меня до кровати, завалил на неё и сердито уставился в четыре глаза. Ней уселся мне на колени, а Терран устроился за моей спиной, удерживая мои руки над головой, как в железных тисках. Друзья были очень сердиты. Ней наклонился к моему лыбящемуся лицу, и зашипел:

— Тебя где носило, гад? — опять допрос с пристрастием. — Ты в курсе, что многие с ног сбились, так тебя искали?

— Я уже знаю, кан Рейны сказали, но у меня выбора не было. Мне нужно было исчезнуть.

— Теран, мне мерещится или Нори стал, конкретно старше? — озадачился Ней.

— Точно! И ещё красивее, хотя куда больше, — проворчал блондин, отпуская мои руки. Я удобнее устроил голову у него на коленях. Я, конечно, без труда мог их сбросить с себя, но такого желания у меня даже не появилось. — Где и сколько тебя носило, что так изменился?

— Я был в очень интересном месте, там время бежит быстрее, так что вас я не видел десять лет.

— Ого, — двойной вопль удивления.

— Вот вам и ого. Долина Молний вам говорит о чём-нибудь?

— Конечно говорит, но туда нельзя ведь попасть из-за барьера! — Ней растерянно воззрился на меня.

— Мне можно. Это место создано было богами для таких, как я. Для Истинных Элементалей.

— А? Ты?

Удивлению друзей и их любопытству не было предела, но сначала я послал Терана на кухню за горячим ярголем к пирожкам, а уже затем, завтракая вместе с ними, рассказал вкратце свою историю. А ребята рассказали, как искали меня, как архимаг промыл им мозги, сказав, что со мной всё будет хорошо и я обязательно вернусь. Они ему не сильно поверили, но за ум взялись. Решили подождать до конца учебного года и вновь попробовать меня поискать, к счастью, потеряшка нашёлся сам. Искать меня на Дис-Норисе им даже в голову не пришло.

А ещё парни уведомили меня, что теперь они пара и после окончания Академии собираются создать семью. Для того, чтобы сделать это раньше выпуска, необходимо личное разрешение короля. Думаю, что в этом вопросе смогу им помочь. Пусть это станет моим извинением за причинённые треволнения. Затем я попрощался с друзьями, и пошёл сдавать экзамен по практической магии. От его результата зависело, кем именно я выйду из Академии.

Большинство кадетов-магов заканчивали обучение в звании мастера, некоторые, как Керран и Гариус в звании магистров. По силе я уже сейчас был сильнее всего совета магистров Академии, а их было пятеро. У нас с архимагом вышел небольшой спор на тему, а зачем мне это нужно? Я привёл ему слова его отца о том, что неучем без диплома неприлично быть даже Истинному Элементалю. На что он сказал, что экзамен будет принимать вместе с Советом Академии. Так что мне обещано было веселье. Архимаг сказал, что возьмёт с магистров (кроме кин Дара, то есть, уже кан Рейна) клятву о неразглашении. Я не хотел раньше времени обнародовать то, кто я есть. У Крея есть шпионы везде, кан Трей был тому подтверждением. Сначала пришибём герцога, потом почистим свои Авгиевы конюшни.

Экзамен, как и предполагалось, прошёл весьма занимательно. Сначала против меня выходили магистры по очереди, в том числе и один маг-элементалист, владеющий стихией воды. Мужчина был достаточно силён и опытен, но для меня, после такого учителя, как Веррайдис, совершенно не страшен. Затем они попробовали объединиться против меня. Вышло очень эффектно, но бесполезно. Методы были довольно стандартны, только экспериментатор Гариус меня приятно удивил. Но, с другой стороны, он-то ведь меня неплохо знает, и потому защищался весьма достойно. Поглядывая на хитрое лицо архимага, я задумался, а у меня ли он принимал экзамен? И пришёл к выводу, что большинство магистров ждёт переподготовка, но сначала крупный зверь песец. Расслабились товарищи педагоги! А вот с Тодорисом кан Греем было незабываемо сражаться! Он достойный сын своего отца и ему удалось-таки меня немного погонять, заставив пережить несколько неприятных мгновений. Победа всё же была на моей стороне, но она была не столь лёгкой, как могла бы быть. Сила — это здорово, но опыт многое значит. Совет магистров во главе с ректором удалились на совещание, а я пошёл искать своих ребят. Было уже время обеда!

Последний экзамен был назначен на вечер, после окончания занятий. Весь состав магистров, встрёпанный и невесёлый, был в сборе. Гариус рассказал, что так, как сегодня, архимаг не орал уже давно. Эту взбучку магистры запомнят надолго. Они так расслабились, что давно перестали совершенствовать свои навыки и придумывать что-то новое. Так что теперь у них есть повод шевелить задницами под чутким контролем архимага. А вот Гариуса ректор похвалил, и я с ним был полностью солидарен. А ещё мой друг сказал, что ночью к ним с Калли пожаловал Наше Величество и устроил форменный допрос. Я ведь не соизволил рассказать ему, где меня носило, и потому отдуваться пришлось моим друзьям. Он принял данные к сведению, судя по всему, сделал выводы и отправился за пирожками для меня любимого. Гариус сказал, что про то, что Керран является очень важным для меня человеком, они не сказали ни слова. Это касается только нас двоих. На удалённый полигон прибыл и Калларис, уж этот-то любопытный не мог остаться в сторонке!

Сегодня я выбрал для боя мечи Неадориса и кнут, который мне подарил Крон. Я надел чёрную рубашку со шнуровкой спереди, чёрные же штаны и высокие сапоги до колен. Застегнув на талии широкий кожаный пояс, пристегнул к нему кнут и надел спинные ножны с мечами. Удобные крепежные ремни застегнул крест-накрест на груди и талии. Проверил насколько легко выходят мечи. Я был готов к поединку и вновь хотел почувствовать азарт нашей борьбы.

Я редко видел Керранндиса кен Эрагара в цивильных, а не в официальных одеждах. Сегодня он удивил меня своим нарядом, который был похож на мой, только рубашка была темно-синей, под цвет его глаз. Я видел, что Керрану тоже не терпелось, он улыбался, но при этом был собран и тоже готов к бою. Он не будет меня жалеть и не будет поддаваться. Я понимал теперь, что тогда в саду он скорее учил меня, а не дрался в полную силу. Мне интересно было испытать настоящую мощь и мастерство своего якоря, своей половины.

Архимаг дал сигнал к началу, и мы начали медленно кружить, примеряясь друг к другу, испытывая терпение друг друга. Более нетерпеливый, чем мой противник, я сделал первую пробную атаку. Как и предполагал, Керран с лёгкостью отбил её и, сделав ловкий финт, попытался подловить уже меня. Я подпрыгнул, и его шпага прошла под моими ногами. Мы снова закружились вокруг друг друга, то сближаясь, то расходясь на расстояние кончика шпаги. Поединок с равным противником, достойным противником, вызывает почти сексуальное наслаждение. Ты тонешь в этом чувстве поединка, для тебя остаётся только он, а для него остаешься только ты. Остальное второстепенно. Об окружающем нельзя забывать, но главное все-таки он, твой соперник! Керран — гибкий, сильный, непредсказуемый, опасный. Такой, каким его знали враги, такой, которого они боялись и уважали. Такой, которого я любил, люблю и буду любить всегда. Я, не задумываясь, отбивал его выпады и наносил свои, мы словно чувствовали друг друга. Чувство единения со своим якорем, то, о чём мне говорили наставники.

Стемнело, площадку поединка освещали магические светильники, но мой противник неожиданно улыбнулся и прошептал что-то… Его оружие вспыхнуло яркими языками пламени, освещая лицо Керрана. Он закружился вокруг меня ещё быстрее и я, наконец-то увидел, за что его прозвали Огненным Смерчем. Завораживающе!!! Я наслаждался лишь один миг и чуть за это не поплатился. Керран подобрался слишком близко, я еле успел отклониться и сделать сальто назад. Ах, так!

Вложив катану в ножны, я сдёрнул с крепления кнут и активировал огненную стихию в нём. Рукоять привычно и удобно легла в руку. Краем уха услышал восторженный вздох публики, такого они скорее всего никогда не видели. Сейчас будет для вас, господа, невиданное файер-шоу! И мы действительно устроили! Чуть не разгромили полигон, под нами каменная площадка была исчерчена проплавленными полосами от кнута, а оружие Керрана выбивало искры, задевая камни. Стихия огня бушевала и неистовствовала вокруг нас! Я был так возбуждён, что мне просто хотелось схватить Керрана, и уволочь куда-нибудь подальше от зрителей. Резко и точно взмахнув кнутом, его кончик обхватил лезвие шпаги Керрана у самой гарды, я сильно дёрнул. Шпага вылетела из руки Керрана. Я рванул навстречу и дага наткнулась на лезвие моего меча. Не став выбивать оружие, а просто стремительно прижав Керрана к груди, отбросил кнут в сторону.

Я прижался своими губами к его губам, почувствовал ответное желание и впустил его горячий язык в свой рот. Мы целовались, а вокруг нас кружился стеной огненный вихрь. Я закрыл нас от любопытных глаз. Наша страсть была сравнима с этим огнём. Она поглощала нас, не оставляя времени на сомнения, оголяя чувства! Когда закончился кислород, а меня отпустили, я посмотрел в глаза Керрана и понял, что он хочет перенести наш бой в другую плоскость, в горизонтальную, но не здесь. Пришла пора заканчивать экзамен. Я потушил пламя, огляделся вокруг и поклонился Керрану, заканчивая поединок. Боевая ничья меня более, чем устраивала.

— Экзамен принят и сдан на отлично, кадет кан Аронар, — произнёс мой любимый король Тайсара.

— Спасибо, Ваше Величество, за оказанную мне честь!

— Для меня этот поединок тоже был честью, кадет.

Керран пошёл в сторону архимага и компании, я же отправился к себе. Часть дел была теперь завершена, и самая простая из них это закончить Военно-магическую Академию Тайсара. Завтра я получу свой диплом, знак отличия мага и вернусь в Аррон. Я бросил взгляд на Керрана и понял, что очень скоро у нас будет ещё один поединок, не менее важный чем тот, который только что состоялся.

Глава четырнадцатая

Я вновь, как десять лет назад, стоял у окна. Был поздний вечер, на небе уже появились первые звёзды, но не взошли ещё красавицы-луны. Мне всегда нравилось смотреть на звёздное небо. Глядя на таинственный Млечный Путь, я часто задавался вопросом, куда же он ведёт. Мне хотелось верить, что в другие миры: непознанные и неизвестные. В детстве, как все мальчишки и девчонки, я мечтал стать путешественником, воином или ещё каким-нибудь героем. И вот, уже будучи взрослым зрелым мужчиной, оказался в мире, который перевернул моё собственное мироощущение, поставил всё с ног на голову. Я так счастлив, что моя нынешняя жизнь оказалась так богата на встречи с интересными, замечательными людьми. Они поддержали меня и помогли встать твёрдо на ноги здесь, на Диссайре. Помогли принять и понять нового себя. И один из них должен вскоре прийти сюда, в эту комнату. Я очень давно ждал этой встречи. Наш поединок всколыхнул в моей душе такой океан чувств, что боюсь, как бы он не затопил меня. Мне безумно хочется быть с Керраном: прожить с ним долгую и счастливую жизнь, иметь семью и детей. Но я не хочу и не могу быть для него младшим супругом, а хочу и могу быть равным партнёром и верным спутником. И не только в постели, но и в жизни. Ему придётся принять мои чувства и желания, как я принимал его. Мне не хочется давить на него и заставлять, и потому у него будет время на раздумья.

Отворилась тихо дверь, и я услышал знакомые уверенные шаги. Мужчина из моих снов подошёл и обнял меня, сплетая у меня на животе сильные пальцы. Он тихо и молча стоял рядом, да нам и не нужно было слов. За нас говорило наше дыхание, наши прикосновения, стук наших сердец. Я не заметил, как с нас слетела одежда, как мы оказались в кровати. Для меня существовали только его прикосновения к моей коже, жар его поцелуев, которые он россыпью оставлял на теле. Я хотел перевернуться на живот, но его руки удержали меня.

— Я не хочу так! Мне необходимо видеть тебя. Видеть, как в твоих глазах разгорается огонь, чувствовать биение твоего сердца под рукой.

Керран медленно наклонился и коснулся горячими губами местечка под ухом, я вздохнул, а по телу пробежали мурашки. Он вновь начал мучить меня поцелуями, спускаясь горячей дорожкой по ключицам, груди, животу и, наконец, остановив свой путь внизу. Он сжал в крепкой ладони мой ствол, приласкал языком и губами чувствительную кожу. Жар его рта поглощал меня полностью, без остатка. Я растворялся в своих ощущениях, в его страсти и моей. Керран забросил мои ноги себе на плечи, поцеловав щиколотки. Его пальцы были во мне, его член проник в меня, его движения сводили меня с ума. Медленные толчки, нежное скольжение. Я пытался ускориться, двигаясь навстречу его телу, но меня осторожно придержали за бёдра. Мой мужчина двигался в мучительно-нежном ритме, словно смакуя меня, растягивая наше удовольствие. А я плавился и огонь чувств растекался по моим венам. А затем Керран отпустил себя и стало так безудержно и неистово, что возбуждение наплывало волна за волной. Мы стали единым целым с одними чувствами на двоих, с одним сердцебиением. Его оргазм был моим, мой принадлежал ему. Я утонул в бесконечно сладкой неге, обнимая своего спутника, своего любовника, часть моей души.

Керран так и не выпустил меня из своих объятий. Мы лежали на широкой кровати, по которой словно пронесся ураган Катрин, и смотрели в глаза друг друга. Никто не решался начать разговор первым.

— Прости меня, Нори, — решился прервать наше молчание мой любимый.

— Давно простил. Я понял причины твоих поступков, и не сразу, но простил.

— Больше никогда не отпущу тебя, — Керран ещё крепче прижал меня к себе, и прошептал, зарываясь губами в мои в волосы. — Если ты снова исчезнешь, я сойду с ума. Этот год был самым тяжелым в моей жизни.

— Керран, — я вздохнул, убеждаясь, что разговор предстоит тяжелый. — Я не мальчик, у меня есть свои планы, свои обязанности. Ты ведь знаешь теперь, кто я, знаешь, что не смогу усидеть на месте.

— Я пытаюсь принять, что мой мальчик вырос и стал другим. — Керран сел на кровати и потёр руками лицо, словно хотел снять всю усталость, накопившуюся за этот тяжелый год. — Я всё понимаю и вижу, что ты стал очень сильным, намного сильнее меня, да и не только меня. Я просто сильно волнуюсь.

— Люблю тебя, — прошептал я, обнимая его, и сплетая пальцы на его широкой спине. — Не бойся за меня. Я всегда буду рядом.

— Это значит, ты принимаешь моё предложение? Ты согласен стать моим супругом?

— Да, я буду с тобой, но… только равным для тебя, Керран. Равным во всём.

— Ты хочешь стать моим соправителем? Это вполне возможно, да и Истинный Элементаль — младший муж звучит глупо, — он улыбнулся нахально. — Ты же поддался мне на экзамене?

— Не в этом дело, Керран. Просто для меня ты всегда будешь равным партнёром, неважно насколько я буду сильнее магически, или более искусен в бою. У тебя накоплен огромный опыт, ты прирождённый политик, полководец, правитель. Это твоё призвание. Я же защитник, страж. И моя обязанность защищать не только Тайсар, но и другие территории. Я имею в виду равноправие в отношениях, Керран. В уважении моих стремлений, моих решений, и моих желаний. Я всегда уважал тебя и твои желания, ты же это делал не всегда. Именно поэтому мы поссорились тогда, даже не из-за чёртова браслета.

— Иногда я не понимаю твоих выражений, — пробормотал Керран. — Это правда, что ты из другого мира?

— Моя душа из другого мира. Расколол кан Рейнов? — он кивнул. — Некоторые из Истинных возвращаются так в свой мир. Мы проживаем часть своей жизни, усваиваем уроки, набираем жизненный багаж и с ним возвращаемся сюда.

— Твой мир лучше Диссайра? Ты скучаешь по прошлой жизни?

— Мой мир просто другой, — я переместился, устроившись головой у Керрана на коленях. Хотелось видеть его лицо. — Я не скучаю по прошлой жизни, нет, не скучаю. Хотя, иногда хочется увидеть старых друзей, познакомить их с теми, кого я встретил здесь. Для них такие люди, как Гариус, как архимаг кан Грей и многие другие, это ожившая сказка. Мы погрязли в технологиях, в машинах. Разучились разговаривать друг с другом, понимать других. Большинство живёт только для себя, в крайнем случае, для своей семьи. Мой мир просто другой. Там есть прекрасные места, созданные без магии шедевры искусства, архитектуры. Есть очень талантливые, даже гениальные люди. Они привыкли жить без магии, жить, рассчитывая только на свои силы.

— Магии нет совсем? Даже чуть-чуть?

— Наверное есть, иначе, я не родился бы там. У нас есть уникальные люди, способные на необъяснимые вещи. Мы называем их по-разному: экстрасенсами, менталистами, одарёнными. Их очень мало, настоящих. Больше мошенников, выдающих себя за магов и кудесников всех мастей.

— Жаль. Я не представляю мир без магии.

— Магия делает жизнь намного проще и удобнее, но без неё, поверь мне, тоже можно прожить. Наше с Неадорисом оружие сделал выходец из моего мира, редкий мастер. Его супруг-маг просто усовершенствовал мечи и саи, сделав из очень и очень хорошей вещи шедевр оружейного искусства. Но, даже если убрать из них магию, они ничуть не уступят вашему оружию по смертоносности. Здесь дело не в магии, а в мастерстве оружейника и воина.

— Тебе не хотелось бы привнести в наш мир что-то из своего?

— Я думал об этом одно время, но решил не тащить сюда технологии и прочее. Этот мир хорош по-своему, он развивается иначе. Да и зачем здесь выхлопные газы от наших машин, бомбы, винтовки и прочее. Этот мир более чист, и портить я его не хочу. Разве что так, по мелочи.

— То есть?

— Я научил Сайри и её поваров некоторым новым блюдам, таким, которые у вас не готовят.

— Так это из-за твоих новшеств мне прожужжали все уши?

— У-у?

— Мой повар как-то побывал в Элдари, в гостинице твоей подруги, и попробовал тамошних блюд. Был в полном восторге! Попытался купить рецепт, ему не продали. Попытался напоить персонал и выпытать рецепт, ему рассказали. На радостях, уже здесь попытался приготовить и… Ты чего смеешься, я ещё ничего не сказал!

— Это клятва, — я представил, что именно вышло у хитроумного королевского повара и долго не мог перестать ржать. Керран тоже улыбался. — Я просто представил, что у него вышло…

— Гадость у него вышла, вонь стояла на весь дворец! Но другие, кто тоже побывали там же, восхваляли гостиницу и кухню в особенности. Я тоже хочу попробовать!

— Приедешь в Аррон, я лично побалую тебя вкусняшками.

— В Аррон? — Керран сбросил меня с колен, и привстал на колени, грозно нависая надо мной. — Ты собрался опять сбежать от меня? А кто говорил…

— Я не собираюсь никуда сбегать, но… Надо закончить дела с герцогом Креем, вернуть Неа, ты же понимаешь…

— Нори, — Керран вздохнул и склонил голову мне на плечо, я же с удовольствием запустил пальцы в его мягкие густые волосы. — Я не хочу отпускать тебя одного туда, я не… Я же не буду знать, что с тобой, где ты.

— А это вопрос решаемый, — я вылез из-под своего любовника, и зарылся в свою бездонную сумку. Достав одно из подаренных наставниками колец, надел его на палец удивленному Керрану. Кольцо мигнуло синим огоньком и плотно обхватило его палец.

— Что это? — спросил он, с опаской рассматривая мой презент.

— Это кольцо — уникальный артефакт, его сделали мои наставники. Специально для нас. Оно поможет тебе чувствовать моё местоположение, в случае необходимости, крайней необходимости, сможет перенести тебя ко мне. После нашего полного слияния, ты и так будешь чувствовать меня, как самого себя. Я так же буду чувствовать тебя.

— Спасибо, — меня вновь подгребли под себя, счастливо вздохнув. — Тебе нужна помощь с Креем?

— Пока не решил. Именно для этого мне нужно вернуться в Аррон. Всё обдумать, разведать обстановку. Чуть позже туда подтянутся мои добровольные помощники и няньки.

— Кан Рейны?

— Угу. Теран с Неем и всем семейством кан Грод, архимаг обещал пожаловать. Соберём военный совет и будем думать.

— Меня пригласишь?

— Я это уже сделал, не помнишь? Кстати, как думаешь, король Рингара будет сильно против, если мы немного повоюем на его территории?

— Признаю, ты был прав! Это королевская сволочь мне соврала. Его бездействие по поводу Крея очень подозрительно.

— Я думаю, что вампом он быть не может, это бы заметили. Но! Он наверняка под контролем герцога, или его ручного вампира, иначе я не могу объяснить таких его действий. Судя по всему, началась эта история лет сто назад, когда король Рингара занял трон после смерти своего отца. Где-то в это же время умер и старый герцог Крей. Совпадения? Не знаю, но в последнее время в такие вещи я верю с трудом.

— Надо покопать. Я уже дал задание своей разведке присмотреться ко двору Рингара, и к королю в особенности. Сведения должны скоро быть.

— Против Тайсара королевству Рингар идти воевать глупо, а если остальные королевства узнают правду, они тоже не впадут в экстаз. Там тоже пропадали юные маги и, соответственно, отпрыски многих родовитых семей. Даже если взять военную мощь всего королевства и добавить вампов, Тайсар взять будет трудно?

— Трудно, — сказал, подумав Керран, — но возможно. Если неожиданно… плюс вампов можно делать из захваченных пленных, увеличивая количество солдат…

— Даже одному высшему вампиру будет трудно удержать такое количество рабов, — прервал я размышления Керрана. — Соседние королевства вмешаются в гипотетическую войну? Против кого?

— Смею надеяться, что против Рингара. У нас подписаны договора о сотрудничестве, но политика дело грязное. Кто-то может и перебежать.

— Меня беспокоит, зачем Крею столько уникальных накопителей. Что он хочет с их помощью получить? Накопителей-камней много, но ему нужны именно камни душ. Зачем?

— А если придут другие вампиры, такие же, как тот? — Керран приподнялся и с тревогой посмотрел мне в лицо. — Раньше их было много, откуда появились никто не знал. Отец мне рассказывал, что им пришлось объединиться чуть ли не со всеми королевствами Диссайра, чтобы их уничтожить.

— Думаешь, — я поймал его мысль и пришел в ужас, — этот псих как-то собирается открыть портал, или даже порталы, для тёмных тварей, вроде вампиров?

— Как один из вариантов.

— Кошмарный вариант. При огромном наплыве не спасём даже мы, тем более нас сейчас мало… Твою мать! Нас мало!

— Успокойся, Нори, это только предположение. Не факт, что мы правы!

— Но очень убедительное предположение, Керран. Надо спросить у архимага, или смотаться на Дис-Норис и спросить у Веррайдиса, сколько необходимо энергии для открытия межмирового портала, да и возможно ли открыть его целенаправленно.

— Давай сделаем это утром, милый мой. Герцог сотню лет собирал накопители, и думаю, что завтра он не будет ещё открывать портал, даже если мы и правы, — Керран поцеловал меня и нежно провёл рукой по телу, вызывая лёгкую дрожь. — Не спеши! Мы всё узнаем, и вместе решим эту проблему, а сейчас я просто хочу любить тебя…

Утром, насыщенные энергией и довольные, мы расстались, договорившись встретиться через пять дней в замке Аррон. На руках у Керрана должны были к тому времени быть сведения о Рингаре и нам, всем вместе предстояло решить, как действовать. Меня позвали в кабинет к ректору, где торжественно вручили документы об окончании, впервые в истории Академии, настолько досрочном. А затем, вручили кольцо мага, которое говорило о моём ранге в магической иерархии Диссайра. Мне присвоили звание — архимаг, странно, но приятно. Я стал первым столь молодым архимагом за все годы существования сего учебного заведения.

Большинство Истинных Элементалей не снисходили до обучения где-нибудь ещё, кроме Дарин-Айн. Веррайдис считал это неправильным, ведь обучаясь в других учебных заведениях, мы познаём других людей, находим друзей и помощников, узнаём, насколько мы отличаемся от других магов. Нельзя отделять себя от мира, возвышаясь, ведь мы часть этой жизни. Мне кажется, мой главный наставник прав во многом. Мир Дарин-Айн очень обособлен, таким, как я, проще адаптироваться в мире, среди людей. Тем юношам, что рождаются на Диссайре, после долгого обучения сделать это сложнее. Попадая туда очень молодыми, они выходят уже вполне взрослыми, пережившими уже второе совершеннолетие. Они уходят в мир, находят своего спутника или спутницу жизни, и продолжают жить и совершать свою работу в одиночку, полагаясь только на свои силы. Да, мы очень сильны, но не всесильны. Во время борьбы с вампирами, по рассказам наставников, погибло довольно много молодых Истинных. Сейчас нас осталось очень мало, двое или трое, и в случае наплыва тёмных возникает сомнение, а справимся ли мы в одиночку?

Перед тем, как отправиться в Аррон, я решил навестить Сайри. У меня был её адрес в Лайдарине и я без проблем нашёл городской особняк семьи кан Трей. Это был красивый трехэтажный большой дом, окружённый ухоженным садом. Сайри не сразу меня узнала, но потом повисла на шее, ревя в три ручья. Она тоже узнала о моём исчезновении, но Калларис, умница, её успокоил и велел просто ждать. Она потащила меня на кухню, где накормила вкуснейшей пиццей. Она экспериментировала с рецептом и у неё неплохо получилось. Я от души похвалил и поздравил с избавлением от опекуна. Большим и приятным сюрпризом для меня стал тот факт, что до тридцатилетия её опекуном официально являлся сам Керранндис кен Эрагар! А мне даже слова не сказал, хотя нам было не до того.

— Сайри, я хочу тебе кое в чем признаться. Как ты уже знаешь, моё имя Арианнорис кан Аронар. Тот молодой мужчина, что спас тебя тогда, на улице в Элдари, он мой старший брат.

— Но ведь ты теперь граф, глава семьи, значит… — её глаза наполнились слезами.

— Это не совсем так, он не мёртв. Ты теперь знаешь кое-что по делу своего брата, знаешь о герцоге Крее, — она кивнула. — Так вот, я просто уверен, что мой брат у него в плену.

— Ты сказал, что он не мёртв, но не сказал о том, что он жив? Почему такая оговорка?

— Я думаю, что из него сделали вампа, — глаза Сайри стали испуганными. — Я хочу найти его и вернуть к жизни. Ты знаешь теперь, что я Истинный Элементаль. И поверь мне, Сайри, у меня есть способ спасти его.

— У тебя получится, — девушка взяла мою ладонь и крепко сжала. — Я могу чем-то помочь?

— Мне так хочется, чтобы ты познакомилась с Неадорисом поближе. Ты очень ему понравилась тогда, и если бы не трагические события, он непременно разыскал бы так зацепившую его сердце красавицу.

— Мне тоже он запомнился, — смущённо улыбнулась девушка. — Я буду ждать встречи с ним. Если ты не имеешь ничего против, мне хотелось бы отправиться с тобой в замок Аррон. Я слабый целитель, но моя помощь может пригодиться.

— А я совсем не против, — у меня возникла уверенность, что она просто должна поехать со мной. Надеюсь, это хорошее предчувствие. — Собирай вещи, подруга моя, я беру тебя с собой!

Я вспомнил двор замка Аррон в мельчайших подробностях, как будто был там только вчера. С самых первых дней я чувствовал себя там уютно. Старые крепкие стены радушно приняли меня. Я взял с собой Сайри, это было вполне мне по силам. Крепко обняв её, зажмурил глаза и представил себе место нашего прибытия. Через миг у меня в ушах зазвенела тишина. Открыв глаза, я увидел застывших в испуге людей, и чертыхнулся. Это надо же было додуматься появиться из ниоткуда в людном месте! Напугал всех! Вдруг охнул кто-то один, за ним раздался другой радостный вскрик, и вот уже вокруг все шумели. Я обернулся, и на ступенях крыльца увидел такие родные старые глаза. Я отпустил Сайри и, стремительно подойдя, обнял Таргориуса. Он постарел совсем немного, только глаза стали уставшими и как будто пустыми.

— Мальчик мой, — бормотал старик, обнимая меня. — Ты вернулся! Вернулся!

— Вернулся, Таргориус, куда же я денусь от вас!

— Ты совсем взрослый стал, — маг наконец рассмотрел мое лицо. — Ты такой, каким я видел тебя во снах. Взрослый, сильный, смелый. Ты нашёл свою пару, — утвердительно произнёс старый прорицатель, в его глазах заиграло ехидство, как же я по нему соскучился. Таргориус начал оживать.

— Он сам меня нашёл, и Вы были правы, на субтильного юношу он точно не похож!

— А кто это прекрасная девушка?

— А это, Таргориус, я надеюсь, будущая жена нашего Неа, — тихо произнес я, обнимая старика за плечи. — Я верну его.

Старый маг посмотрел на меня, в его оживающих глазах я увидел надежду. Когда приветствия были закончены, он повёл всех в дом. Пока готовили для нас ужин я рассказал старому магу свежие новости. Как оказалось, Калларис с Гариусом часто бывали здесь, пока меня не было. Они навещали старого мага, приносили вести. Я предупредил, что на днях у нас будет целая куча гостей, в том числе король Тайсара и архимаг кан Грей. Это вызвало огромный переполох в замке, но я успокоил всех. Визит будет частным, никаких официальных приёмов и лишних гостей. После ужина Таргориус проводил уставшую от впечатлений Сайри в её комнату. Я же поднялся на террасу библиотеки. Сколько счастливых часов было проведено мной здесь в обществе старого мага и своего брата, иногда к нам поднималась графиня Релия. Я помнил её переливчатый веселый смех, её добрые глаза, так похожие на глаза Неа и мои. Вспоминая, видел перед собой много знакомых, радостных лиц тех, кого здесь больше никогда не увижу: моего первого наставника по фехтованию, многих верных воинов и слуг, которые с оружием в руках защищали собственный дом. Крей разрушил жизни многих, не только жизнь семьи кан Аронар и кан Трей.

Дни до встречи пролетели быстро и вот уже к замку приближается кавалькада из нескольких десятков всадников. Сначала они прибыли порталом в Элдари и, уже затем, верхом доехали сюда. Я спустился со стены замка, чтобы встретить их. Сайри и Таргориус были уже во дворе. Керрана я ждал вечером, он захотел проверить кольцо-артефакт. Ворота открылись, и шумная и весёлая компания ворвалась в замок Аррон. Теперь нам точно скучно не будет. Одни только мужчины семейства кан Грод скучать не дадут. Я обнял Терана и Нея, махнул рукой кан Рейнам. Вдруг, я услышал вздох и обернулся. Таргориус, бледный как стена, смотрел на моего друга Нея.

— Таргориус, что с вами? Вам плохо?

— Мой сын, — прошептали бледные губы, а глаза не отрывались от замершего черноволосого юноши. Я посмотрел и, наконец-то, понял, кого же он мне напоминал. У него был другой цвет глаз, но вот ехидство и хитринка во взгляде были точно такими же, как у старого мага. Я знал историю друга и историю пропажи семьи Таргориуса. Общего было много, только мне и в голову не пришло сопоставить факты.

Маг женился очень поздно, и очень любил свою жену. Боги послали им ребёнка, сына. Когда малышу исполнилось четыре года жена, урожденная южанка, уговорила мужа отпустить её с сыном к родственникам. Таргориус согласился, о чём потом горько пожалел. Возле южного побережья Тайсара корабль попал в шторм, почти все погибли, в том числе и семья старого мага. И с этого момента началась история Нея. Маленького мальчика нашли на берегу. Его взяла к себе семья обедневших баронов. У них был сын, на пять лет старше найденыша.

Мальчик не мог сказать откуда плыл корабль, единственное, что он помнил было имя — Ней. Он вырос, и когда ему исполнилось шестнадцать, его приёмные родители погибли. Ставший главой семьи родной сын дал ему немного денег, и велел уходить прочь. Ней знал, что он его всегда ревновал к покойным родителям, и потому ушёл не споря. Там он был больше никому не нужен. Ней был сильным целителем, без проблем поступил в Академию на государственное обеспечение, где все мы и познакомились. Мы выслушали все эти истории, сидя в уютной гостиной замка. Я поверить не мог, что судьба всё же не скупа на шутки. Кто бы мог подумать, что в Академии встречу парня, чье имя буду носить два года, и кто станет одним из моих лучших друзей.

— А почему я называл себя Ней?

— Твое полное имя Арианей кин Мор, ты мой единственный сын и наследник. Наш род довольно старый, мы всегда служили кан Аронарам. Наши земли граничат с их владениями. Я думал, что мой род прервался. Как же хорошо, что ты жив!

— Как хорошо, что мы все встретились! Боюсь даже представить, что было бы, если бы я не решил поступать в Академию в Лайдарине.

— У меня на родине говорят, что человек предполагает, а боги располагают, — добавил я.

— Похоже, у тебя, Нори, есть талант сводить людей вместе. Ты свёл Терана и Нея, помог найтись его отцу, соединил давно влюбленных, но упрямых Каллариса и кин Дара, даже мне помог найти связь с давно пропавшим отцом. Это дар богов, не иначе, — сказал архимаг кан Грей.

Мы ещё долго сидели тёплой душевной компанией. Я был безумно рад за близких мне людей. Поздним вечером, поднявшись в свою комнату, я сосредоточился на образе ещё одного, самого близкого мне человека. Мысленно позвал его. Никаких спецэффектов, Керран просто появился передо мной. Немного удивленный, чуть ошарашенный. Он поднял на меня глаза, его улыбка вновь засверкала на лице. Он прибыл налегке, так как нужные вещи ещё перед отбытием из Академии, были положены в мою бездонную сумку. Наш эксперимент удался. Теперь кольцу нужно два дня на зарядку и можно снова использовать. В Лайдарин я переправлю Керрана сам, прямо во дворец, а сейчас у нас почти два дня и две ночи, чтобы быть вместе. Терять время я был не намерен, и потому смело подошёл к моему любимому. Сегодня моя ночь и только я буду решать, как мы её проведём.

Глава пятнадцатая

Было ещё ранее утро, замок Аррон только начал просыпаться, а я лежал и не мог отвести глаз от своего сокровища. Как же я люблю тебя, Керран! Я был счастлив от того, что ты любишь меня, от того, что я стал первым мужчиной, которому ты доверился. Наша ночь была безумно нежной, безумно страстной. Ты горел, как огонь, плавился, словно лёд. Сам насаживался на меня, дразнил, сводил с ума. Я осторожно провёл рукой по крепкой гладкой груди и почувствовал твой взгляд.

— Я разбудил тебя?

— Нет, — Керран плавным текучим движением уложил меня на спину и поцеловал. — Нам уже пора вставать?

— Нет ещё, завтрак, а потом общий сбор должны состояться только через два часа.

— У-у! Тогда я знаю, чем нам заняться!

— И чем же, дорогой мой?

— Возьми меня снова, — попросил мой любимый, и меня снова накрыла волна тепла и счастья.

Мы занимались любовью всё утро, то отдаваясь друг другу, то властно завоевывая друг друга. Когда действительно любишь совершенно неважно кто сверху, кто снизу, кто главнее, кто слабее. Но так приятно, когда твой партнёр понимает твои желания, а ты слышишь его. Мы уже были одеты и почти готовы к выходу, когда Керран обнял меня сзади, поцеловав в загривок.

— Знаешь кто ты, милый мой?

— У-у? — слов у меня не было, я весь истаял от ласки.

— С самого первого дня нашего знакомства у меня не было ни минуты покоя! Что ты делал, когда мы впервые увиделись?

— Что? Ничего плохого!

— На официальной церемонии корчил рожи Калларису!

— Хм!

— Ты почти уничтожил мою спальню!

— Угу, — я улыбнулся в его губы.

— Кто уменьшил поголовье моих чиновников!

— А я здесь при чём? Меня год не было в Тайсаре!

— Кан Трея кто подозревал? Ты! А за ним потянулась вереница продажных чинуш, пришлось чистить руководящий состав. А я наивный думал, что у меня всё прекрасно.

— Нет худа без добра!

— Метко сказано! После общения с тобой мои бывшие фавориты сбежали из дворца.

— А нефиг им там торчать!

— А кто собирается зажечь соседнее королевство?

— Ну что я могу сказать?..

— Ты бедствие на мою голову! Просто-таки стихийное бедствие! Но знаешь…

— Что?

— Я рад безумно, что ты именно такой, другого мне не надо…

— И не будет! Я — твоё личное стихийное бедствие! Живи и радуйся, — и я крепко поцеловал его в ответ.

Утро было замечательное и на завтрак мы всё же успели вовремя. Атмосфера была слегка напряжённой, всё же присутствие короля, хоть и не официальное, сдерживало эмоции. К счастью, с нами был Калларис. Наш весёлый и неугомонный друг. Они с Керраном вспомнили свои годы учёбы, Гариус добавил свои воспоминания, Архимаг поддержал и напряжение начало спадать. Для семейства кан Грод такое было в новинку. Они никогда не были в столь высоком обществе, хотя их род достаточно древний. Керран всё-таки настоящий правитель. Ещё после моих рассказов он заинтересовался мужчинами этого рода: сильными, умными и преданными. Теперь, когда он пообщался с ними в неформальной обстановке, я заметил, что Керран очень доволен. Видимо, за судьбу, как минимум братьев Терана, я могу быть спокоен. Король уж придумает куда их пристроить. Верные люди нужны всегда и везде.

После завтрака все собрались в библиотеке, где и начался наш маленький военный совет. Калларис по приказу короля ещё несколько дней назад собрал в приграничной крепости Арзан почти полсотни магов-стихийников. Эта крепость находилась всего в дне пути от замка моего врага. В приграничных крепостях, как оказалось, есть стационарные порталы. Их наличие всегда держалось в строжайшем секрете, что давало возможность неожиданно перемещать группы воинов и магов в нужную точку королевства. Утром прилетел магический вестник с сообщением, что ночью из замка Крея отправилась группа вампов, и двинулась в нашу сторону. Группа довольно большая, в сопровождении у неё сильный тёмный маг.

Разведчики не стали подходить близко, чтобы не насторожить врага. Сразу по прибытии в Аррон я вычислил наблюдателей. В старой сторожке лесника, вскоре после нападения на замок, поселился слабый маг-целитель. Иногда он наведывался в Аррон, продавал какие-то зелья, но Таргориусу на глаза старался часто не попадаться. Ночью я аккуратно проведал этого гражданина и узнал, что у него тайно проживает пара помощников, странно похожих на вампов. От людей они прятались, на виду был только маг. Стало понятно, что выглядывают они тут меня. К их радости, рано поутру граф кан Аронар и несколько воинов проехали в замок. Ура, добыча вернулась, можно отправлять магический вестник герцогу Крею. Вестник был отправлен, осталось ждать гостей. Вот только я больше не был намерен пускать их в мой замок и терять своих людей. Теперь это мой бой, вампир мне очень много должен!

— Что мы будем делать с группой, Нори, ведь к замку подпускать их ты не намерен, я правильно понимаю? — спросил Ней. Его беспокойство было мне понятно, как и рвение защитить всех, кто останется в замке Аррон. Ведь и Таргориус будет среди них. Ней переживал за только обретённого единственного родителя.

— Правильно, Ней, ты меня понял. Я не собираюсь подпускать вампов к своему родному дому. Завтра мы доведём до сведения наблюдателей, что молодой граф с юными друзьями, — Терран громко фыркнул, я же улыбнулся. — Так вот, повторюсь, граф с друзьями уедет на рыбалку к горному озеру, с ночёвкой. Остальные же важные и сильные гости торжественно отбудут по домам.

— Как по домам? Я никуда не уеду, — упрямо произнёс глава рода кан Грод, возмущенно сопя. Он мне так напомнил в тот момент очень сильно обидевшегося большого и грозного медведя. — Нори, ты не лишишь нас охоты на этих тварей!

— На этих лишу, дорогой граф! Эти мои! А вам достанутся другие.

— Вы, граф, как и остальные наши друзья, здесь присутствующие, — вступил в разговор Керран, — завтра поутру отправитесь в Элдари и уже оттуда в крепость Азарин. Там вы будете ожидать графа кан Аронара для дальнейших действий. Сейчас нужно лишить герцога его самого сильного союзника, высшего вампира. Без него он не сможет больше увеличивать поголовье вампов, соответственно, его войско существенно уменьшится. Уничтожить его без потерь сможет только граф кан Аронар. Для герцога Нори пока остаётся просто сильным магом-элементалистом, с недавно проснувшимся даром. В течение года мы выявили нескольких шпионов в Королевском Замке и сведения к герцогу о том, что случилось год назад, попали наверняка. Поэтому присутствие рядом сильных магов и воинов может вспугнуть врагов, оттянув этим нападение на неизвестный срок. Никто не знает сколько времени у нас осталось вообще, и насколько точно мы с Нори определили намеренья герцога. Архимаг кан Грей, что вы думаете по этому поводу?

— Я полагаю, что ваше предположение верно. А мой совет прост: надо поспешить! Мы не знаем, как давно герцог начал собирать накопители и сколько их на данный момент. Открытие межмирового портала, да в таком защищенном мире, как Диссайр, дело очень нелёгкое, но всё же возможное. По очень приблизительным подсчётам, проведённым мною и магистром Гариусом, герцог уже очень близок к цели. Такой маг, как Нори, для него очень лакомый кусок.

— Благодарю Вас, архимаг. Именно по этой причине с Нори останутся младший кан Грод и кин Мор, — Керран улыбнулся, глядя на гордого Нея и лучащегося счастьем Таргориуса. Старый маг стал как будто моложе после обретения сына, и даже не одного.

— Когда мы остановимся на ночлег, то я отойду вглубь ущелья, чтобы оттянуть внимание на себя, — я продолжил излагать наш план. — Мне необходимо, чтобы вампир пришел за мной лично. Просто есть уверенность, что так и случится. Своим удачным исчезновением, скорее всего, мне удалось ущемить его самолюбие. Как только он проявит себя, вы, мои друзья и подошедшие воины, уничтожите его группу. Наблюдателей уберут сразу же, как только они отправят вестник после нашего отбытия к озеру.

Планы были обговорены и совет закончился. К моему сожалению, мне пришлось перенести Керрана в столицу. У него оставалось, впрочем как всегда, много дел, которые нельзя было отменить. Вернувшись в Аррон, я поднялся на башню, на то самое место, где так любил бывать с Неа: смотреть на окрестности, спорить и смеяться, и просто разговаривать ни о чем и обо всём. Я скучал по нему. Вдруг на моё плечо легла лёгкая рука.

— О чём задумался? — спросил тихий нежный голос Сайри.

— О брате. Мы любили здесь разговаривать, иногда сидели здесь до поздней ночи.

— Не переживай так. Всё будет хорошо, Нори, я верю в тебя.

— Мне бы твою уверенность, Сайри.

— Если он хоть немного такой же упрямый, как ты, то обязательно ждёт тебя и верит, что брат придёт и спасёт.

Я накрыл её маленькую ручку своей большой рукой. Она будет, если всё закончится благополучно, идеальной женой для Неадориса и моей прекрасной маленькой сестрёнкой.

Утром мы попрощались с моими важными гостями. Провожая их за ворота замка, я приметил в толпе мага-наблюдателя. Калларис тоже шпиона углядел и громко крикнул мне.

— Нори, удачи на рыбалке! Мы с Неадорисом когда-то весело проводили время на горном озере!

— Спасибо, Калларис! Надеюсь, мы с друзьями тоже неплохо порыбачим и отдохнём! — усердно помахав ему рукой, развернул своего кайрани и вернулся обратно в замок. Наживка шпионами была проглочена, осталось лишь дождаться и подсечь большую рыбину! Через час мы выехали из замка в сторону гор, а ещё спустя час я получил сообщение, что вражеский вестник послан, а наблюдатели ликвидированы. Жалеть никого я не собирался. Этот маг знал, на кого он работал.

К озеру мы добрались ещё засветло. Несколько приехавших с нами воинов взялись обустраивать ночлег в маленькой пещере, которая находилась рядом с озером. Терран и Ней в восторге осматривали окрестности. Я тоже был здесь впервые, но мне много рассказывал об этом месте Неа. Он часто здесь бывал сначала с отцом, затем с Калларисом. Гариус был слишком занят делами Академии и тратить время на рыбалку не хотел категорически. Надеюсь, теперь Калли с сыном заставят этого упрямца отдыхать, и как можно чаще. Немного вытянутую эллипсом чашу озера наполняла горная небольшая река, прозрачная и холодная. Здесь, как и рассказывал брат, было множество разнообразной рыбы. Надеюсь, мы когда-нибудь соберёмся здесь с моими друзьями и, может быть, мне удастся вытащить сюда Керрана. Ох, и сварю же я им тогда ушицу! Меня дед Матвей научил, а рыбка здесь не хуже нашей земной будет. Но это всё будет потом, обязательно будет!

Ночь наступила быстро, раскрыла свои объятия, усыпав небо звёздами. Мы выпили зелья для ночного видения, кстати очень редкие. Ими нас наделил лично архимаг. Сразу ощущения были не очень, но затем мир вдруг окрасился в серые цвета, обретая четкость. Я оставил своих людей в пещере, проверил пост возле неё и пошёл в дальний конец озера, туда, где небольшим ручейком оно стекало вниз, в долину. Я присел на валун и стал ждать. Прошло около часа, если верить моему внутреннему хронометру, рукоять моего кнута засветилась тусклым светом. Я прислушался и просто почувствовал чужое, враждебное присутствие.

— Так вот ты какой, последний граф кан Аронар, — услышал я за спиной глубокий бархатный голос. Он завораживал, пытался подчинить. Я медленно обернулся. Он стоял чуть выше меня, на скале, что нависала над самой водой. Миг, и он уже стоит рядом со мной. Такой, каким описал его Регнар. Такой, каким описывают вампиров у нас. Не удивительно, ведь они путешествуют по мирам. Не обаятельный Каллен, а мрачный кровавый Дракула. Нет в вампирах завораживающей красоты, есть страшная тёмная разрушающая сила. Да, по-своему он был красив, если вас привлекают безумные хищники. Аура страха, подчинения и смерти, такая густая, что казалось её можно потрогать кончиками пальцев. Он пытался давить ею на меня.

— Ты не боишься меня, Нори, — прошептал высший вампир. — Упрямый, как твой брат. Ты скоро увидишься с ним.

— Ты сделал его вампом, — я не спрашивал, просто утверждал.

— Догадливый мальчик!

— Ты не смог его подчинить? — вампир поморщился, я рассмеялся. — Знаешь, зачем ты здесь?

— Глупый вопрос, Нор-р-ри. Я здесь из-за тебя. Уйдешь с нами добровольно, твои глупые друзья уцелеют.

— Ты ошибся, старый кровосос! Ты пришёл за своей смертью, — твёрдо произнёс я, активируя и срывая с пояса кнут. Он улёгся покорно у моих ног, словно огненная змея. Древний вампир зашипел и отпрыгнул в сторону. Это стало для меня сигналом к действию. По шуму издалека я понял, что бой начался, подмога к моим друзьям подошла. Красные глаза вампира горели ненавистью, и отступать, судя по всему, он не собирался. Что для такого, как он, кучка воинов и три мага-недоучки? Мелкое препятствие! Но мой кнут заставил его призадуматься. Я поигрывал кнутом, зло улыбаясь, предвкушая хорошую драку. Древний вампир сложный и сильный соперник.

— Кто ты? Кадеты третьего курса Академии не могут владеть таким артефактом.

— Кадеты не могут, и не все выпускники в силах совладать с подобным артефактом. Но я уже не кадет, а выпускник, шпионы тебя обманули, — от моих слов брови вампира полезли вверх. — К тому же должен тебя обрадовать, или огорчить, я Истинный Элементаль, прошедший полное обучение.

Закончив эту фразу, я выпустил на полную свою ауру. Вампир тут же метнулся на скалу, но сбежать не успел. Кончик кнута обхватил его руку, и я рванул его вниз, к себе. Вампир взвыл от боли. Его рука была охвачена жарким злым пламенем. Он в ярости бросился на меня. Его скорость была небывалой, но я оказался всё же быстрее. Мы кружили вокруг друг друга, как смертельный ураган. В очередной раз увернувшись от атаки противника, я вновь ударил кнутом. Огненная змея обхватили вампира поперек груди. Он горел и выл, пытался вывернуться из смертельных объятий, но не мог. В моей крови плескался адреналин. Я смотрел на агонию первого из чудовищ, что несколько лет преследовали меня, разыскивая по всему Тайсару и видел лица тех, кто погиб в замке Аррон: графини Релии, Регнара и многих других, кто погиб в неравной схватке, защищая собственный дом. Да, месть не вернула павших, но заслуженная кара облегчила мою боль, притупила её. Я никогда не был сторонником всепрощения. Для меня виновный должен быть наказан, вопрос лишь в силе наказания. Для некоторых, это только смерть. От вампира не осталось даже горсти пепла, когда ко мне подбежал Терран.

— Всё закончилось, Нори! Они растерялись, когда вампир потерял контроль и мы их всех перебили!

— Я рад, — обняв своего друга за плечо, и пошёл к остальным. Мы стащили трупы вампов в одну кучу и с удовольствием сожгли, развеяв прах без следа. Я попрощался с друзьями, отдал дальнейшие распоряжения своим людям. Завтра поутру они возвращались в замок Аррон, а я сейчас отправлялся в Элдари, а затем порталом в крепость Азарин.

Возле портала меня ожидали, без проблем и лишних вопросов сопроводили в крепость. Мои друзья не спали, с нетерпением ожидая меня. Я с благодарностью выпил ярголь, сделанный собственноручно Гариусом и рассказал о схватке. Время было позднее, все устали и потому вскоре разошлись по спальням. Завтра, или точнее уже сегодня, будет трудный день. Нам предстоит проехать путь до замка герцога, чтобы утром атаковать его. Мне была отведена главная роль, но и другим придётся туго. Вампов ещё осталось достаточно много, врагов хватит на всех.

Путь преодолели мирно и спокойно, так и не наткнувшись ни на пограничников Рингара, ни на дозоры вампов. Похоже, герцог в своих владениях чувствовал себя слишком вольготно, но это нам было только на руку. Самоуверенные глупцы всегда проигрывают осторожному и умному рассчёту и тактике. А нашим тактиком был Керран. Он хотел прибыть и лично поучаствовать в захвате, но я его отговорил. Просто напомнил, что я, конечно, Истинный Элементаль, но от случайностей не застрахован никто. Он король Тайсара, а не зелёный мальчишка, не говоря о том, что он мой единственный якорь. Я его понимал, ведь сидеть во дворце, являясь одним из самых сильных воинов и магов королевства, решать государственные дела, когда другие дерутся, было обидно. Но, как говорится, каждому свое: кому дубина, а кому трон. Проще говоря, кто должен драться, тот будет драться, а кто должен править, будет править! Керран повозмущался, пофырчал, но мне удалось его убедить!

Замок герцога внушал мрачное уважение. Большое мощное строение из тёмного камня, с центральной высокой башней, украшенной острым, стремящимся в небо шпилем. Здесь, на Диссайре, не было привычной для меня замковой архитектуры. Не было обязательных центральных донжонов, привычных угловых башен, глубоких рвов с мутной водой. Замки строились по замыслам владельцев, и исходя из магических способов ведения войны. И потому все замки были разными и неповторимыми. Предки герцога были достойными воинами и их дом хранил следы их подвигов. Жаль было бы разрушать такое творение.

Я сидел на высокой скале, глядя на него в предрассветных сумерках. Старый величественный замок и такая гниль внутри. Этот исполин, словно бы просил, помочь ему излечиться от скверны. Присмотревшись, заметил, что его стены окутывает магический купол. Я смог бы его пройти незаметно, но мои люди, увы нет. Они окружили замок. Храбрые воины и маги. Их цель — вампы. Необходимо не дать им просочиться и уйти. Да, они не могут породить себе подобных, но горя, если сбегут, то причинят много. Их нужно уничтожить здесь, и навсегда!

На мне был антимагический кожаный костюм, подаренный моим наставником. Со мной был мой кнут и верные саи. Я был готов к встрече со своим главным врагом. Человеком, который так упорно попытался разрушить мою новую жизнь! Передо мной стояло несколько целей: первая — найти Неадориса, вторая — накопители и третья, самая главная — уничтожить герцога Крея! Хотя, порядок целей был не столь важен, главное, чтобы всё удалось. Меня охватил мрачный азарт, предвкушение боя. Я встал и, превратившись в лёгкий вихрь, ринулся к замку, навстречу схватке!

Как я и думал, купол пропустил меня, совершенно не среагировав. Остановившись на замковой стене, осмотрелся. Вампов было много, они двигались по своим делам: неподалеку от меня прошла пара караульных, кто-то бежал в замок, видимо по вызову, кто-то спокойно прохаживался по двору. Замок не спал. Вампы не люди, зачем им спать? Мёртвые не спят. Для меня вампы были мёртвыми существами, ибо их души были мертвы. Я решил потихоньку взять пленных, чтобы допросить. Спустился вниз, спрятался и аккуратно поймал одного вампа, шедшего мимо моего убежища. Я скрутил его заклятием и поднёс к морде пылающую кисть руки. Мне — ничего, а ему страшно. С трудом он понял, кого я ищу и его ответ мне не понравился.

Нужного мне пленника держали в каземате подземелья, но с тех пор, как вампы потеряли своего отца-вампира, а его гибель почувствовали все, и пленника перевели в башню к герцогу. Вход в неё простым вампам запрещен, свободным доступ имела только личная охрана герцога. Я понял, что отловить кого-то из них у меня не получится, так как они почти всегда со своим хозяином. Чёрт! Это меняло мои планы. По-тихому вытащить Неа и найти накопители не получится. Ну что же, побуду слоном в посудной лавке. Сжёг своего пленника, и не спеша вышел на середину замкового двора. Вампы меня заметили почти сразу, насторожились, начали окружать. Если отправлю вокруг себя огненные круги, могу сжечь замок, а этого нельзя делать. Поиграем?

Взял в руки любимый кнут и начинал танец смерти. Огненная плеть летала вокруг, словно живая, жаля и кусая. Вампы не высшие вампиры. Им хватало лёгкого прикосновения, чтобы вспыхнуть и сгореть. Я наслаждался! Это не тренировка, это бой, бой с врагами! Вдруг заметил краем глаза шевеление у больших дверей замка. Ба! Какие люди, ну, или не совсем люди. Десяток крупных вампов с явно военной выправкой. Скорее всего когда-то были гарнизоном замка, или где-то ещё их раздобыл высший вампир. Все высокие, крупные, мрачные. Молчаливые псы хозяина. А где же сам Его Светлость герцог Крей? Вампы вокруг замерли и расступились. Стражи организовали коридор, через который ко мне вышел сам хозяин. Ничего примечательного: среднего роста, блёклый, даже немного желчный блондин. Не красавец, но симпатичен был бы, если бы не мерзкое выражение лица. Эдакое превосходство над всеми и вся! Самомнения ему, видимо, не занимать. Ну-ну, посмотрим!

— Добро пожаловать в мой дом, Арианнорис кан Аронар! Я давно хотел с тобой встретиться.

— Я даже знаю зачем, — ухмыльнулся я, поигрывая кнутом. Кончик его, как бы невзначай, задел ближе стоящего вампа, поджигая очередной факел. — Упс!

— Самонадеянный мальчишка! Ты думаешь, этим ты нас убьёшь?

— Этим? Нет. Этим не убью, но поиграю!

— Это я тобой поиграю всласть, — сколько похоти в глазах этого индивида. Он псих? Точно псих!

— Ты не в моём вкусе, герцог. Мне по вкусу высокие сильные брюнеты, а не такая бледная моль, как ты. Я хочу получить своего брата! — по личику герцога пошли красные пятна. С чего бы это?

— Зачем тебе никчемный вамп?

— Не твоё дело. Если ты мне его отдашь, обещаю, что умрёшь быстро и без мучений.

— Ха-ха-ха! Вокруг мои воины, а ты что-то нагло требуешь. Мой провидец был кретином, если поверил, что ты меня убьёшь! Твой брат был одним из лучших воинов вашего королевства, но он стал вампом. А ты наглый, самоуверенный, но сладкий мальчик! Таких, как ты надо валить и трахать, пока дышать не сможешь.

— Ты сам напросился, — тихо ответил я и, отбросив кнут, вытянул руки в стороны. С моих ладоней вырвались огромные струи пламени. Вампы вокруг вспыхнули, как спички. Герцог заверещал и был тут же прикрыт своими стражами. Я остановился и сказал. — Мой брат. Сейчас. Здесь.

— Хорошо, — герцог кивнул двум своим стражам, и они исчезли в замке. Ещё двое метнулись за ними, а герцог мерзко улыбнулся. Я насторожился. Моя демонстрация вряд ли могла его сильно испугать, не на то был расчёт. И я оказался прав, ещё как прав! Те двое вампов-стражей вскоре вернулись, неся в руках тяжелую мантию, почти королевскую, так она сверкала. Вся её поверхность была расшита яркими переливающимися камнями с грецкий орех размером. Я, затаив дыхание, прислушался. У меня в голове, словно зашелестел ветер из сотен тысяч тихих голосов, пропитанных горем и тоской. Я услышал зов камней душ. «Я слышу вас, братья! Я помогу!» — мысленно ответил я им. Голоса стали громче. Они меня услышали.

Глава шестнадцатая

На лице герцога сияло самодовольство. Нацепив на себя мантию с накопителями, он уже праздновал победу. А я понимал, что убить его теперь будет нелегко, но шанс у меня всё же есть. Самими пленёнными душами он не владел, только накопленной силой камней. У меня всё больше складывалось впечатление, что мозгом в этой паре злодеев был вампир. Этот псих на Тёмного Властелина не тянул. Как же хорошо, что мы их разделили.

— Ты уже проиграл, мальчишка! Я возьму твоё тело и вырежу твою душу! Она сильная, яркая, то, что мне так не хватает! — от такой банальности у меня чуть челюсти не свело.

— Герцог, а зачем тебе камни душ, своих силёнок на пакости не хватает?

— Я открою порталы в этот благополучный мирок и возьму его в свои руки! Я стану здесь править!

— Неужели ты думаешь, что твои хозяева позволят тебе стать Властелином? Ты так глуп?

— Молчать, — завизжал герцог. В уголке его рта появилась пена. Сумасшедший! Как предсказуемо. Миры разные, психи одинаковые и мечты у них тоже одинаковые. Кто же тебя в детстве обижал, бедняга, или сразу ущербным уродился? Нет на тебя дедушки Фрейда.

— Молчу, молчу. Где мой брат, Ваше Сиятельство? — от ехидства в моём голосе герцога передёрнуло.

— Сейчас увидишь, — и я действительно увидел. Двое стражей вывели высокого, раздетого до пояса пленника. Тёмные волосы Неа сильно отросли и спускались на плечи, голова была опущена. Его кожа была бледной, тело исхудавшим. Похоже, диета из крови не пришлась ему по вкусу. Моё сердце сжали тиски, нечем стало дышать. Как же я скучал по тебе, братец!

— Неа, — позвал я его. Этот упрямец даже не повернул голову в мою сторону. Я позвал чуть громче. — Неадорис кан Аронар, ты меня слышишь?

— Нори, — прошептал мой брат, поднял голову, и не веря своим глазам уставился на меня. — Надеюсь, ты мне только кажешься…

— Не дождёшься, — я вновь ухмыльнулся, и на лице брата проявилось узнавание.

— Что ты здесь делаешь, чудо? Тебя поймали?

— Меня не звали, я сам припёрся. За тобой.

— Зачем я тебе такой?

— Какая милая беседа, — не удержался без язвительности главный злодей. Вот что у них за мода, что у литературных, что у реальных? Вякают вечно не вовремя. Неа был рядом, накопители нашлись, герцог собственной персоной перед моим взором. Все три мои цели были передо мной. Финал! Осталось только поставить точку. Его Сиятельство меня больше не интересовал, он был уже практически мёртв, хотя до него это ещё не дошло. Меня же интересовал только близкий мне человек.

— Неа, ты доверишься мне полностью и безоговорочно, здесь и сейчас, — это был не вопрос и не просьба. Это был приказ.

— Я, — он хотел что-то возразить, но посмотрев в мои глаза, утвердительно кивнул. Я не знаю, что именно он в них увидел, но это помогло мне. Он всегда понимал меня. Я не знаю почему так случилось, что абсолютно чужой мне парень, стал таким близким и родным. И он снова удивил меня, доверившись именно мне, настоящему. — Я доверяю тебе, Ник.

— Закрой глаза и расслабься, прими то, что я отдам, — попросил я его. Неа улыбнулся, и я почувствовал, что его душа открыта для меня.

Я отошёл ближе к центру двора и расслабился, дав волю бурлящим во мне стихиям. Вокруг меня возникло силовое поле, оно пульсировало и расширялось, захватывая новые жертвы. Вампы, Неа, стражи и герцог застыли в неподвижности, захваченные непонятной для них силой. Герцог расширившимися глазами смотрел на меня и, кажется, начал понимать с кем столкнулся на своём неправедном пути. То-то же, как поётся в одной песне, на каждого зверя найдётся свой волкодав. Я твой волкодав, герцог Крей. Личный и персональный!

От него шли волны страха и магии. Тёмной магии. Я видел, как плохо было стоящим рядом с ним стражам, как мучения проявились на лице Неа, но глаза он не открыл. Что же ты творишь, герцог, если даже твоим тварям так плохо? Я призвал свои стихии, окружая себя ими: земля, вода, воздух и, наконец, огонь. Цветные сияющие кольца кружились вокруг меня, затмевая видимость. Этот яркий хоровод вскоре затмил для меня всё. Миг… и стихии схлестнулись. Соединилось то, что соединить почти невозможно.

Боги Диссайра, вы, удивительные существа! Какое же это захватывающее чувство, когда Божественный Свет проходит сквозь тебя. Океан любви, способный затопить весь мир, океан нежности и надежды. Я был безумно счастлив в тот момент. Я неожиданно почувствовал касание, словно крылья сотен бабочек дотронулись ко мне своими кончиками. Сквозь блаженство пришло понимание, что это души юных магов отправились в свой последний полёт. Они свободны! А затем напор божественной силы стал спадать, и вскоре прекратился совсем.

Я обессиленно опустился на колени, упершись нетвёрдой рукой о камни двора. Нелёгкое, хоть и приятное это чувство — бросаться силой богов. Я поднял голову, и увидел вокруг себя чистый двор. Не осталось и следа ни от вампов, ни от самодовольного и глупого герцога Крея. Только тело Неа лежало возле ступеней. Я бросился к нему, прислушался и улыбнулся. Его сердце билось, живое сердце. Я снова ощущал его: живого, тёплого и настоящего. Я сосредоточился, и открыл ворота своим людям. Вскоре они ворвались в замок. Впереди всех нёсся Калли, ну да кто бы сомневался! Он подбежал и опустился рядом с нами на колени. Дотронулся пальцами к венке на шее Неа, и облегчённо выдохнул. Слов было не нужно, я знал, что он был рад. Рад за Неа, рад за меня.

— Жив, здоров. И скоро мы его обязательно женим. Я хочу упиться в зюзю, — устало пробормотал Калли и я расхохотался. Вокруг послышался дружный смех, кажется, слова моего друга услышал не только я. Гариус положил руку на плечо своего неугомонного мужа, счастливо улыбаясь.

Мы обследовали весь замок, каждый его уголок. В башне герцога нашли огромную библиотеку. И чего в ней только не было! Гариус схватился за голову. Море книг по тёмной магии и ритуалам. Я был за то, чтобы их уничтожить, но потом решил перенести их в Долину, к своим наставникам. В чужие руки там они точно не попадут, а знания могут пригодиться. Наша догадка с герцогом оказалась верна, но, если бы у нас было больше информации, всё прошло бы намного легче и, возможно, жертв было бы меньше.

Гариус с Калли остались в замке Крея под охраной королевских гвардейцев разбираться с нашими находками, пересматривать более подробно библиотеку и сортировать что куда отправлять, а что оставлять здесь. Кое-что я перенесу в Долину, что-то отправится в Академию. Ещё мы нашли целую шкатулку с явно фамильными кольцами и медальонами. Видимо, они принадлежали жертвам. Герцог, как маньяк, собирал трофеи. У меня мелькнула одна мысль и я сосредоточился на поиске знакомой ауры.

Медленно и осторожно рылся рукой в шкатулке, пропуская украшения между пальцев, как вдруг почувствовал что-то знакомое. Я вытащил красивый изящный медальон. Покрутив его в руках, нашёл замочек и открыл. Изнутри, с мастерски сделанной миниатюры, на меня смотрела очень молодая девушка. Девушка по имени Сайри. Значит, её брат всё-таки погиб здесь, в этом замке. Это горько признать, но теперь ей будет известно, что с ним случилось. Неизвестность хуже смерти, говорят на Земле. Возмездие пришло. Его убийца уничтожен.

Мои силы достаточно восстановились, чтобы совершить переход с грузом. Я взял на руки всё ещё не пришедшего в себя Неа, и открыл портал в замок Аррон. К нам домой, где нас с нетерпением ждали. Я безумно устал за последние сутки, слишком много эмоций, слишком много событий. Адреналин схлынул, оставив после себя усталость. Я сдал Неа на руки любящим его людям. Не передать словами, что творилось в замке, когда люди узнали, что он вернулся. Таргориус плакал, как ребёнок. Ведь мы с Неа заменили ему пропавшего сына. Мне пришлось лично отдать находку Сайри, и пережить поток слёз. Она храбрая девочка. Выплеснула горе, и взялась помогать старому магу. Я видел, как нежно она провела кончиками пальцев по лицу моего брата, когда вроде бы никто её не видел. Всё будет хорошо и у неё, и у Неа, и у нас всех. А я слишком вымотался. Хотел пойти к себе в комнату, но вдруг остановился. Мне не хотелось сегодня оставаться одному. Я нашёл Таргориуса, шепнул ему пару слов и портанулся. Разделся, умылся, лёг на широкую мягкую постель и мирно уснул. Сквозь сон я почувствовал нежный поцелуй и кое-кто, подтянув меня к себе, тихо задышал в затылок. Как же хорошо сразу стало, как спокойно. Вот теперь точно, я полностью расслабился, и со спокойной душой нырнул в море сновидений.

А утром меня нежно, но настойчиво разбудили, приласкали и отлюбили. Я, правда, не особо и сопротивлялся. Затем потащили под душ и заставили одеться. А вот гардеробом Керрану пришлось со мной поделиться. Все мои вещи, оставшиеся в его шкафу, теперь были для меня малы. Уже завтракая в малой гостиной, Керран поведал мне новости. В те дни, когда мы наводили порядки в герцогстве Крей, мой любимый не сидел без дела. Он получил сведения от своих доверенных шпионов в Рингаре, а сведения были интересные. С королём действительно было очень плохо. Он совсем съехал с катушек, а придворные чуть не устроили переворот.

Вовремя подосланные к юному наследнику люди Керрана, помогли упечь папеньку в темницу со всем комфортом, но долго он там не прожил. Умер через два дня. Заговорщиков хорошенько помяли и отправили куда надо, то есть, кого на эшафот, кого в тюрьму, кого просто постращали. Маги сказали, что старый король был одурманен высшим вампиром. Скорее всего, они были любовниками и без контроля вампира король сошёл с ума, а затем просто умер. Для того, чтобы заставить человека делать то, что нужно вампиру, совершенно не обязательно делать из него вампа. Любовные чары тоже прекрасно подойдут для контроля. Они, как наркотик и точно также убивают: медленно и неотвратимо. Молодой король отблагодарил за помощь тем, что подарил приграничное герцогство Крей нашему королевству. И не только за помощь в сохранении власти, но и за молчание. Ничего хорошего такая известность Рингару не принесла бы, ведь старый король не мог не знать, что творится. Невзирая на причины, этот человек потворствовал герцогу и позволил убить множество народу. Всё хорошо, что хорошо заканчивается.

— Что будешь делать с замком? — спросил я Керрана.

— Пока не знаю. Есть предложения, любимый?

— Как замечательно звучит… А знаешь, есть предложение!

— Я весь внимание.

— Давай создадим там школу Стражей. Гариус и Калларис будут там руководить, я присматривать. Подчиняться Стражи будут лично тебе и мне. Тебе, как королю Тайсара, мне, как их куратору и Истинному.

— Объясни, пожалуйста, о каких именно Стражах идёт речь?

— Мы нашли там, в замке, огромную библиотеку по тёмной магии и магии Древних. Подумай сам, Керран, если бы у нас было достаточно знаний, то проделки герцога заметили бы раньше. Истинные Элементали прошлого хорошо поработали, но многое с тех пор забылось, знания потерялись. Скоро, я уверен, вновь будет много магов-элементалистов, а они всегда считались нашими помощниками. Их нужно учить немного иначе, чем простых магов. Они должны уметь быть не только магами, но и наблюдателями, и даже шпионами, и воинами в том числе. Эта школа воспитает новое поколение защитников. Если ничего не изменить, то следующего такого, как герцог Крей, мы можем упустить. Рано или поздно такие психи всегда появляются. Убьёшь одного, появится другой.

— Ты прав, — задумчиво произнёс Керран. — Я всё не мог понять, почему за столько лет никто не свёл случаи воедино, не заметил закономерности в пропаже молодых магов, в убийствах пар Истинных Элементалей. Ведь сложив факты вместе, всё стало так очевидно.

— У вас нет службы, которая мониторила бы такие случаи и предотвращала бы их. У нас такие службы есть, действуют они довольно успешно и без всякой магии. Для этого необходимо отобрать людей с аналитическим складом ума, способных среди кучи информации найти зерно истины.

— Тогда можешь обрадовать кан Рейнов с новым назначением. Я сегодня же отдам приказ готовить документы об основании Школы Стражей. Я думаю, что подбором персонала и будущих учеников вы займётесь сами, — я кивнул утвердительно. Мы поцеловались, и разбежались каждый по своим делам. Так обыденно, так по-семейному, и так хорошо.

Я тихо вернулся в свою комнату в Арроне. За окном уже вовсю кипела жизнь. Мне доложили, что Гариус прислал вестника. Они завтра утром будут здесь. Значит, искать их не надо, сами появятся. Вот тогда и обрадую друзей. Я злорадно ухмыльнулся. Калли меня точно прибьёт, ведь благодаря мне, его сладкой придворной жизни пришёл конец. Теперь будет возглавлять личную суперразведку Керрана и пахать в поте лица, пока Гариус будет воспитывать новое поколение Стражей. Удачи им обоим.

Я заглянул в комнату к Неа, но не нашёл его там. В замке паники нет, значит, отсутствие моего братца в комнате было явно хорошим знаком. Пропажу я нашёл на нашем с ним любимом месте, и даже не одного. Мой братец сидел в проёме замковой стены, а рядом с ним стояла Сайри. На её лице сияла нежная застенчивая улыбка, а Неа что-то ей рассказывал, показывая рукой в сторону леса, раскинувшегося недалеко от замка. Неа повернул голову и заметил меня. Секунда, и меня смёл ураган. Объятия у моего братца были по-прежнему медвежьи! Я счастливо засмеялся, мне вторил смех Сайри.

— Поставь, где взял, громила!

— Я просто так рад тебя видеть, братец, ведь думал, что больше никогда не встретимся, — тихо прошептал Неа мне в ухо. — Я сходил с ума от беспокойства все эти годы. Но знал, что ты упрям и своего добьешься. Я так горжусь тобой, младший братишка.

— Что? Это кто тут младший? — я хотел рассердиться, но увидел лукавые смешинки в его глазах.

— Мы теперь ровесники, Нори?

— Да! Я догнал тебя, братец. Сайри, — обратился я к девушке, — найди, пожалуйста, Терана и Нея, и передай, что я жду их в библиотеке.

Умная девочка сразу поняла, что я хочу остаться с Неа наедине, кивнула мне, улыбнулась ему и ушла. Думаю, искать моих друзей она будет дольше, чем нужно. Я прислонился плёчом к замковой стене, Неа встал рядом.

— Как чувствуешь себя, братец?

— Странно. Вроде бы я снова стал самим собой, а с другой стороны, что-то не так. Внутри словно вулкан созревает, магическая сила просыпается, так сказал мне Таргориус. Моя аура изменилась. Что ты со мной сделал, Нори?

— Божественный Свет тебя переродил, изменил магически. Прости, но сделать тебя вновь человеком другого пути не было. Если бы ты был полностью под контролем вампира, ничего бы не получилось. Для перерождения необходима свободная воля и полное доверие. У тебя все это было.

— Спасибо. Я очень благодарен, просто это так непривычно. Я всегда был слабым магом, но сильным воином. Что теперь делать я не знаю. Вновь поступать в Академию глупо.

— Зачем нам Академия? У тебя есть я, Гариус и Калли. Начальные знания тоже имеются, остальное будет намного проще освоить. Пока твоя магия не стабилизируется, сказать кем ты станешь нельзя. Должно пройти ещё несколько дней, тогда и поговорим.

— Я должен сказать тебе спасибо кое за что ещё.

— За что? — сделать непонимающий вид было очень трудно, ведь улыбка так и наползала на моё лицо.

— За кого. Как ты догадался, что моё прекрасное видение — это Сайри?

— Так совпало. Мы просто встретились, просто разговорились. Тебя она тоже запомнила!

— Хорошо, что ты помог ей.

— Я-то помог, теперь твоё дело не упустить её, братец!

— Никогда больше! Я ещё тогда почувствовал, что она моя половина. Я обязательно женюсь на ней. Мне, кажется, она не будет против.

— Я тоже думаю, что не будет. У неё больше никого не осталось.

— А как твоя личная жизнь? — на лице Неа появилось выражение, как у ребёнка, ожидающего, что ему дадут самую сладкую конфету. Я вновь засмеялся.

— Пара интриганов вы с Таргориусом. Не могли сказать сразу, с кем мне придётся иметь дело?

— А ты бы поверил? Не поверил! У вас всё хорошо?

— Были конфликты и непонимание, но сейчас всё замечательно. Даже более чем. Боюсь меня скоро окольцуют. Его Величество уже прямым текстом намекает на замужество.

— И что ты думаешь по этому поводу?

— Куда я денусь с подводной лодки, — пробормотал я, обнял Неа за плечи, и потащил в замок.

Как красиво матерился Калларис, перемешивая местные и русские выражения, подцепленные от меня, когда я передал ему пожелания Его Величества Керранндиса кен Эрагара. Хотя я и видел, как наш друг сердито метался по библиотеке, но был уверен, что очень скоро он войдёт во вкус и от работы его не сможет оттащить даже его муж. Гариус, кстати, от этого предложения пришёл в восторг. Наверняка в его голове уже была куча планов и гениальных идей. Когда ураган по имени Калли успокоится, мы обсудим наши идеи и составим план действий. К моему удивлению даже Неадорис вызвался взяться за обучение будущих Стражей. Он же предложил использовать мои навыки для создания боевой базы. Если соединить знания и умения этого мира, прибавить немного моего личного опыта, то может получиться нечто новое и интересное. Предложение было заманчивое.

Через несколько дней силы Неа успокоились и мы с Таргориусом с удивлением поняли, что мой брат стал магом-элементалистом с уклоном в огненную стихию. Таргориус предположил, что это из-за нашей с ним кровной и духовной связи. Всё может быть, а в этом мире особенно. Я был рад, а сам Неа был немного в шоке. Перевоплощение из слабого мага в самые редкие и сильные немного выбило его из равновесия. Кан Аронары не мелочатся, если магом, то самым сильным, если влюбляться, то в короля. Керран уже прислал вестника, что дико соскучился и хочет меня увидеть. Я оставил своих родных и друзей наслаждаться обществом друг друга, и отправился к своему Огненному Смерчу. Страстному, пылкому и любимому.

Этот страстный, пылкий и, мать его, любимый поймал меня чуть ли не на пороге спальни, и я не успел даже заметить, как с меня слетела одежда! Миг, и я почувствовал спиной прохладу простыней.

— Попался, — прошептал мне в ухо, и сладко прикусил мочку.

— Ты что творишь, дорогой мой? Тебя сегодня не кормили?

— Я оголодал по тебе, бедствие моё! Сказал ненадолго, а пропал на три дня!

— На целых три дня? Какой я мерзавец!

— Это да! Я тебя накажу, — и его бесстыдные губы заскользили по моей шее вниз, оставляя горячую дорожку. Шутки закончились, сгорели в пламени нашей страсти. Я метался по простыням, выгибался, наслаждаясь его ласками, принимая его чувства и его самого. Моего Единственного, кому я хотел покоряться и кого хотел покорять сам. Когда до ошеломительного оргазма оставалось совсем чуть-чуть, Керран остановился и, взяв меня за правую руку, спросил.

— Ты согласен быть моим, сейчас и навсегда?

— Да! Да, блин! — я тут схожу с ума, а он с вопросами. Он что-то надел мне на палец и, наконец-то, вновь глубоко и резко вошёл в меня несколько раз, доводя до любимых мной искр и фейерверков, до сладкого безумия.

Когда эйфория прошла, меня обняли и подгребли под себя. Я, вспомнив, наконец обратил внимание на свою руку, и заметил на пальце кольцо. Красивое мужское кольцо с гербом рода кен Эрагар. Обручальное кольцо! Вот интриган, нашёл всё-таки момент, когда я не смогу трезво мыслить и соглашусь на всё, что угодно. Я вытащил из тисков руку, ухватил его за волосы, притянул ближе к себе и поцеловал.

— Интриган! Я люблю тебя, Керранндис кен Эрагар.

Королевскую свадьбу сыграли через два месяца со всем причитающимся официозом. Еле пережил всех этих королей, послов королей, дворянство лебезящее, плюс парадные одежды, приёмы и этикет. Больше всего мне понравилось в Храме. На нашу церемонию пожаловали боги, все четверо. Это было всего несколько секунд, но каких! Божественное Благословение — это так безумно приятно, а вытянувшиеся лица гостей — это так весело! Оказывается, Божественное Благословение союзов лично богами — это редкость! Нам повезло!

Свадьба прошла, брачная ночь пролетела в полном безумии, гости разъехались, и я всё-таки вытащил нашу веселую шумную компанию на рыбалку к горному озеру. Что это была за рыбалка… Горы будут помнить её долго! Я упоил друзей и любимого мужа! А на следующий день накормил самой вкусной ухой, которую я когда-либо варил! Оценили и запросили ещё. И рыбалку, и уху.

Эпилог

Десять лет спустя.

Десять лет! С ума сойти, я в браке уже десять лет! В браке с умным, красивым, властным мужчиной и счастлив! Если бы мне кто-то намекнул на такое много лет назад там, в моей прошлой жизни, я бы дал ему адрес знакомого доктора-психиатра. Но я действительно счастлив. За десять лет случалось многое. Мы ссорились, мирились, вместе дрались, и побеждали. Он мой якорь, моя душа, моя жизнь. А я его личное неугомонное стихийное бедствие! Я мотаюсь по всему Диссайру, латаю прорывы и закрываю порталы, уничтожаю нечисть и всегда возвращаюсь к нему, к моему Керрану.

Через два года, в самую веселую ночку на Диссайре я забеременел! Я! Процесс выхода ядра был болезненным, но намного более лёгким, чем роды у наших женщин. Разрыв энергетических частиц — это неприятно, но итог того стоит. У нас родился замечательный сын, похожий на Керрана, но с моими зелёными глазами. Его назвали Арианндаррис ─ Владеющий Судьбой. Сильное имя для необычного мальчика. У него уже сейчас проглядывает немалый магический потенциал, а проснется он полностью только после шестнадцати лет. Глаз да глаз нужен, особенно с такими друзьями.

А в друзьях у него, как можно догадаться, детки моих друзей. По силе Гариус и Калларис почти равны и как же было забавно, когда после ночи Слияния выяснилось, что беременны они оба! У Гариуса родилась милая красивая девочка, а у Калли замечательный парень, наследник рода кан Рейн. Весь в папеньку Калли! И у наших ребят есть еще один друг. Когда-то с его отцом у меня была первая и единственная дуэль в моей жизни. Нерандис кан Торр стал моим другом. Как это не странно, его временная ссылка оказалась счастливой.

Пограничной крепостью командовал умный, отважный и сильный человек. Его род был достаточно древним и богатым, чтобы сделать карьеру при дворе, но он отказался, и уехал служить на границу. Именно там Нерандис и покорил его сердце, а затем оттаял сам, и избавился от влюбленности в Керрана. Король, не без моих намеков, оценил заслуги коменданта крепости, и вернул их с мужем в столицу. К счастью, дав им не дворцовую должность, но и определив к Калларису, заниматься безопасностью Тайсара. Через год у четы родился замечательный мальчуган. Теперь эта развеселая четверка доводит дворец до ручки. Не только парни, но и дочка кан Рейнов, сущие бесята! Старший сын Гариуса учится в Академии и только он, на время, может угомонить бесстрашную четверку, за что мы ему все дико благодарны.

Создание Школы Стражей оказалось очень удачным и правильным шагом. Недавно состоялся очередной выпуск. Очень сильные, ответственные и храбрые ребята. Гариус воспитал достойных Стражей. Самые первые выпускники давно уже работают на благо нашего королевства, и попутно приглядывают за всем остальным миром. Я же нашёл за эти десять лет ещё пятерых будущих Истинных Элементалей, и отправил их в Долину Молний на обучение. Мои наставники теперь не скучают. Я подрабатываю почтовым голубем и передаю письма для архимага кан Грея, приношу письма его отцу. Мой наставник Веррайдис словно помолодел, когда вновь обрел возможность общения с семьей.

Неадорис и Сайри поженились через год после нас, у них теперь есть трое детей. Двоих зачал Неа, двойняшек, а дочку родила ему Сайри. Старший сын возглавит после меня род кан Аронар, а младший, всего на пару минут, род кан Трей. Девочка очень похожа на графиню Релию, женщину на короткое время, ставшую мне матерью. Неа с удовольствием гоняет молодых Стражей, обучая их воинскому искусству.

Теран и Ней поженились сразу после окончания Академии. Окончили ее они оба с отличием, и поступили в Королевскую Гвардию, кстати, без моей протекции. Они бы её не оценили, самостоятельные, блин! На свадьбу мы с Керраном подарили им замок с неплохими владениями.

Каждый год, в один и тот же день, мы с друзьями собираемся и идем в… Не в баню, это точно! Мы отправляемся на рыбалку! На наше любимое горное озеро! Шашлык, пьянка, уха! Рядом лучшие друзья и любимые, что ещё нужно для счастья?

Может быть ещё один ребенок? Интересно, как громко будет вопить от радости мой любимый, когда я скажу ему, что вновь беременный? Хорошо, если в этот раз будет дочка!

Content

Ника Иванова
Я — ТВОЁ СТИХИЙНОЕ БЕДСТВИЕ

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвёртая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Эпилог