Нидейла Нэльте

Мой невозможный жених

ГЛАВА 1

Золотистая молния мчала, разрезая ясную небесную гладь. Переливаясь в лучах солнца, широкие крылья прочно удерживали длинное гибкое тело на высоте воздушных потоков. Полёт, бесконечный полёт, чистый восторг и пронзительные, огненные щели зрачков…

– Шла бы и ты отдохнула, пока дети спят, – мягкий голос вплёлся в полусон-полувидение. Резко распахнув глаза, я огляделась.

Двухместная каюта, где каждая кровать была создана из материалов, запоминающих свойства и способных преобразоваться в любой другой предмет интерьера. В шкаф, например, или вот кресло, в одном из которых я задремала, пока ждала Мирру.

В голове картинами наваливались последние события, и вместо радостного облегчения, почему-то становилось всё тяжелее дышать.

Спасение детей. Уход Дирайма. Прорыв Мирры на крейсер. Неожиданный, сумасшедший побег! Знакомство с другими метаморфами, благодарность каждому, кто рискнул ради нас жизнью и свободой… Малыши, которые наконец-то облепили меня, добирая так необходимое им общение и энергию. Только уложив их, сытых и довольных, немного поспать, я пришла сюда к Мирре. Побеседовать.

По времени Зил-алила был ещё день, но столько всего случилось – будто прошло уже много суток, если не недель. А у меня к ней скопилось столько вопросов… но я понятия не имела, что готова рассказать взамен.

– Всё в порядке, – я пустила волну силы внутри тела, разминая.

Меж лопаток ещё саднило, но после блокирующей иглы это было почти приятно. Тело работало, заживляло раны, и я снова могла пользоваться всеми своими возможностями!

– Тебе не обязательно придерживаться этой внешности, – напомнила Мирра. Во всяком случае, про себя я продолжала называть её так. Но вот вслух… Пожалуй, пока не стоит.

– Мне нравится, – повела я плечами. – Как тебя зовут?

– Выбери любое имя, настоящее пока назвать не могу.

Мирра коснулась второй кровати, преобразовывая её в кресло.

– Есть хочешь? – кивнула в сторону небольшого откидного столика, на котором обнаружился скромный паёк.

Поблагодарив, я взяла саморазогревающиеся брикеты:

– Как вы так быстро успели?

– О, – усмехнулась она. – Это действительно была одна из самых быстрых моих операций. Повезло. Я узнала Раймадара.

Раймадар… о да, я сразу же поняла, о ком речь! Сердце моментально встрепенулось, Мирра пристально взглянула, прочитывая эмоции, и я машинально закрылась. Не люблю, когда сородичи, произвольно или непроизвольно, задействуют свой дар.

Мирра настаивать не стала, признавая моё право на личное пространство – но и не извинилась. Похоже, слишком привыкла принимать решения за всех.

– Дирайм? – осторожно переспросила я, и дождавшись кивка добавила: – На приёме?

– Он сильно изменился, я очень удивилась, обнаружив свою привязку. И очень постаралась, чтобы сам он меня не узнал.

– Зачем ты её оставляла? – я даже затаила дыхание, надеясь наконец-то получить ответ на этот вопрос. Но Мирра лишь отмахнулась:

– Так получилось. Пришлось бежать. Это давняя история, Лундан, и нет смысла в ней копаться. Я увидела, что он удерживает тебя силой, и нашла, кому продать информацию о нём в обмен на вашу свободу.

– Какую информацию?

– Ты совсем ничего не чувствовала? Ничего не узнала?

Я неопределённо повела плечами. Слава Спирали, я не обязана ничего докладывать Мирре! У меня есть свои кураторы. Конечно, в другой ситуации я выдала бы информацию не задумываясь: она была старше, сильнее и явно выше по положению среди метаморфов!

Но сейчас мне хотелось во всём разобраться. Сердце грызла неясная тревога, необъяснимая тоска. И этот сон… хвост крысогуя, мне хотелось ещё хоть раз увидеть удивительное создание с огненными глазами! Сейчас оно казалось совершенно не страшным, даже в воспоминаниях. Хотелось услышать песню чуть хриплым голосом…

– А где кольцо? – Мирра взялась за мою руку, провела пальцем по тому месту, где ещё совсем недавно красовался драгов камень.

– Форт забрал. Выдавал только на выход.

– Жаль, – она отпустила меня, меж бровей залегла задумчивая складка. – Так что ты успела собрать?

– Спесайр тоже остался на корабле. Извини, всё произошло слишком неожиданно.

– Понимаю, – Мирра не выказывала недовольства, но я чувствовала его.

– И куда мы теперь? – поинтересовалась.

– Пару дней попетляем, проверим, нет ли слежки. Потом отвезём тебя с малышами в питомник, к остальным. Он сейчас временно на Эспаре.

– Все добрались?

– Все. А вот ты, Лундан? Как попалась?

– Было мало спасательных капсул, – пожала я плечами. – На нас напали, только малышей успела отправить. А у нового капитана оказались ИскИн и андрогин. Не удалось незаметно мимикрировать.

– Форт вечно таскает за собой андрогина.

– Нет, – не знаю, откуда взялось это дурацкое желание оправдать моего гада. – Меня купили те, кто копали под него, и отправили на отбор, стать его женой. Только вот силу вернуть позабыли, пришлось тыкаться наощупь.

– То есть ты не знаешь, кто в тебя всадил эту дрянь?

– Понятия не имею.

Мирра снова замолчала, о чём-то размышляя. Какое-то время я ждала, пытаясь свести всё к единой схеме, но делиться со мной выводами она не спешила.

– Вы следили за малышами?

– Конечно. Сразу как ты передала координаты.

– Но Дирайм говорил, там ваших кораблей не было…

– И у тебя есть причины ему верить?

Нет. По сути у меня не было этих причин. Гад играл на своей стороне и в свою пользу, и он мог говорить то, что выгодно ему. Но всё-таки он спас малышей! И даже позволил мне их успокоить, не шантажируя! Отдал на растерзание свою каюту! За этим могли стоять более коварные замыслы, но… Хвосты спиральные, мне так не хотелось в них верить!

Мирра попыталась скрыть зевок, я поскорее дожевала остывший брикет.

– А Шиззи тебе зачем? – задала вопрос, пока она не решила, что разговор окончен.

– Шутишь? Химера? Они опасны, не поддаются дрессировке, не идут на контакт… и при этом весьма разумны. А тут гарму удалось приручить одну из них. Мы столько раз пытались к ним попасть, но они нас чуют, не признают. Отдохни, Лундан, пока дети спят.

– Откуда у тебя комм и оружие Форта? – я глянула на её руку, нашла глазами коммуникатор и едва подавила желание отобрать. Сама не знаю, для чего.

– Ему приказали сдать оружие и комм перед аудиенцией с Главнокомандующим. У меня были несколько бессонных суток, так что, с твоего позволения, я тоже посплю.

Мирра стянула тёмно-синий парадный комбинезон, копию формы Дирайма. Сверху бросила коммуникатор и, трансформировав кровать, забралась на неё.

***

Шиззи! Что они сделали с Шиззи?! Мысль билась раненой птицей, и только потом отстукивала вторая. Сука. Стервозная тварь. Две стервозных твари, как я мог быть таким дураком, чтобы хоть на миг усомниться?!

Убить. Правильно мечтал. Обеих. И с занозой нужно было жёстче. Ненавижу.

Шиззи! Пришлось даже зубы сцепить, чтобы не закричать. За Шиззи всех порву.

Эта дрянь хотела меня ослабить. Думала, дёрнет за хёргову привязку, и я тут же свалюсь.

Сучка всегда знала, кто я? Следила за карьерой? Или случайно увидела и поняла? На хёрговом приёме, куда я не хотел идти? Слишком быстро, но метаморфы очень изворотливы. И у них везде свои шпионы.

Обдумать мне не дали. Душу всё ещё раздирали мысли о Шиззи. Она жива, иначе её просто бросили бы на корабле. Но зачем она им?

Дурак, идиот. Надо было запереть занозу в соседней галактике. И ни в коем случае не давать встретиться с детьми. Как только немного отойдёшь от азов, враги тут же пытаются воспользоваться твоей неосторожностью.

И мысленный режим зря отключил. Гармы бы просекли, зато стерв удалось бы задержать. Возможно.

Значит, коммуникатор связи с ИскИном у Мирры. Жаль, что она не попыталась угнать корабль, уж тогда точно получила бы. Перестраховалась. Расчётливая сука. Может, ещё попытается?

Не снимая удерживающие поля-сети, солдаты Свона усадили меня в скан-кресло, закрепив дополнительными ремнями сверху. Боятся, мелькнула мысль, вызвав мрачное удовольствие.

Дар’морн пробирался к поверхности, колотился, выдалбливая мозг. Разодрать на клочки – единственная жажда, которая в нём осталась. Свирепствовал, желая вырваться… и я бы выпустил его, если бы он не был искалеченным. Здесь, в самом скоплении гармов нашей силы не хватит. Значит этот вариант – последний.

А мне ещё нужно спасти Шиззи. Моя девочка не заслуживает такого.

Берт Свон обошёл меня и присел на край стола, разглядывая холодным, самодовольным взглядом.

– Презумпцию невиновности уже отменили? – поинтересовался я, не стремясь скрыть неприязнь. Типичный гарм.

– Нет, – отозвался он. – Как и перестраховку.

– На этот раз вы упустили такую группу метаморфов…

Глаза Свона сузились, но на губы скользнула ухмылка:

– Не упустили.

Внутри предательски дрогнуло. Они планируют охоту? Ну, попадись мне заноза…

– Могу я поинтересоваться, в чём меня обвиняют?

– Вы могли бы этим поинтересоваться до того, как бежать.

– Я получил сигнал от корабля.

– Вы же сдали коммуникатор?

– Импульс опасности, – пожал я плечами.

В микросетевик. Мои ребята долго с ним возились, чтобы сделать необнаружимым. Но если во время простого визита это ещё могло прокатить, то при задержании сканирование наверняка будет более серьёзным и многоплановым.

Дар’морн и сейчас ощущал тонкие цепкие лучи, что пытались прочесать тело, и скрылся глубже. Когда-то нас уже сканировали – сразу после аварии на «Фелтариуме». Но признали гармом. Хорошо, что руки оставались прижаты к подлокотникам: так и хотелось нащупать кольцо. Вот это точно отберут, если обнаружат.

– Обвинение не предъявите? Права не зачитаете?

В душе поднималась ледяная ярость и почти заглохшая было жажда отмщения. Заноза ведь едва не заставила задуматься, правильно ли выгнал метаморфов с Зилана. А вот правильно! И не жалею.

– У вас есть право рассказать всё добровольно, – урод наслаждался, а я почему-то не мог избавиться от картин, как он с такой же улыбочкой насилует молодую девчонку, заставляя её принимать нужный облик. Занозе тоже есть за что ненавидеть гармов. Ну а драги всегда и для всех были лакомым кушем.

– Мы вольнонаёмный флот и к Центральной Флотилии принадлежим лишь номинально. Я не нахожусь под вашим непосредственным начальством и вы не имеете права задерживать меня без веских причин.

– Кто же, если не мы, – Берт Свон качнулся вперёд. – Хенлоры подали ходатайство об исключении Зилана из Объединённого Флота. Пока негласное, но до общего сбора мне предписано решить этот вопрос. Достаточно веская для вас причина? Так что мы имеем все права разобраться в ситуации, лэр Дирайм Форт. Или правильнее будет див Раймадар?

Сдала. Естественно, сучка знала обо мне если не всё, то многое. Выяснить бы, что именно открыла гармам. Не поверю, будто не оставила козыря в загашнике.

– Понятия не имею, о чём вы, – отозвался я.

Свон сузил глаза, качнувшись на краю стола. Разумеется, ошибись он, и мог бы даже лишиться своего места. Но ничто не мешало от меня избавиться, дабы не признавать ошибку.

– И что вы придумали для моей команды? – поинтересовался я.

Как бы ни провернули побег Лундан, команда наверняка начеку. У меня есть возможность передать короткий кодовый сигнал через микросетевик. Скорее всего один: засекут и изымут. Потому прежде следует сориентироваться в ситуации.

– Вашему дружку Чаресу, раз уж он шляется с вами по космосу, вместо того, чтобы наводить порядок на собственном крейсере, передали, что совещание затягивается и вы лично приказали до вашего возвращения ничего не предпринимать. Не волнуйтесь, он успокоит команду.

Зубы скрипнули с такой силой, что и Свон мог бы услышать. Когда нас с ребятами разделили для сканирования, почуял неладное. И тут же получил сигнал, рванул назад – но их там уже не было. А потом Лундан, Шиззи… Мирра… Облава.

Я посмотрел на главнюка. Он правильно оценивает, мои ребята могут и не подчиниться, если им попытаются насильно навязать командира. Долго и тщательно подбирал. Значит, будет всячески поддерживать иллюзию. День-два, пока они не захотят связаться со мной лично, у него есть. И у меня тоже, разобраться в ситуации. День – два.

– Знаешь, Дирайм. Отдохни, пока мы проверяем информацию. И не советую буянить.

Укол в бедро, в голове разлился туман. Откуда-то из глубины выглянул дар’морн.

«Лундан?» – кивнул вопросительно. Какая, к драным хёргам, Лундан!

Если они узнают про тёмное драгское, будет хреново. Если про песни – тоже. А пока… с обычной наркотой наш организм быстро справится. Главное не показать.

Последнее, что смутно виделось, когда меня куда-то волокли – вольный полёт в чистом небе Зилана. Давно желанный и недостижимый.

ГЛАВА 2

Коммуникатор не отпускал, всё притягивал мысли и внимание, так и хотелось взять… А дальше? Связаться – с кем? ИскИн моих приказов не примет, Чарес ушёл с Дираймом, Соиле… о, да. Паула с доктором? А получится ли? Мы уже за несколько парсек.

Так ничего и не придумав, не найдя удобной позы в кресле, я поднялась. Мирра устроила меня в своей каюте – мол, места на корабле мало.

И, с одной стороны, это было приятно: не зазнаётся, не требует отдельное жилище. А с другой… не пытается ли держать меня под присмотром? Почему?

Попробовала выудить окошко из сетевика на стене, но сеть молчала. Хотела глянуть доступную информацию, однако сетевик не признал мои отпечатки, даже настоящие. Видимо, нужен был личный доступ от Мирры. Вернув окно обратно, я задумчиво обернулась.

Моя спасительница спала, одна ладонь уютно пристроилась под головой, вторая чуть выглядывала из-под одеяла.

Меня всегда учили использовать любые возможности. Усилив зрение, я внимательно, до мельчайшей детали рассмотрела и запечатлела видневшуюся руку, каждую отметину и папиллярный узор, какие смогла увидеть. Даже попыталась воссоздать на своей, чтобы запомнить. Понятия не имела, где это может мне пригодиться, но вдруг.

А после, стараясь не шуметь, вышла в коридор.

Неутихающей тяжестью на сердце лежали мысли о Шиззи. И последний взгляд Дирайма, и довольная рожа Свона, и снова Шиззи. Что-то во всём этом было неправильное и несправедливое, где-то в глубине души ворочался протест, желание исправить, изменить… И ещё хоть раз заглянуть в глаза с золотыми зрачками.

Не переставая думать о тех, кто уже должен был остаться позади, я заглянула к малышам – их обустроили в одной каюте, сдвинув две кровати.

– Лун? – проснулась Альбин, сейчас все трое были девочками, отвечая облику главной – Мирры.

– Спи, – улыбнулась я, проведя рукой по мягким волосам. Какое всё-таки счастье, что мои малыши в безопасности!

Альбин послушно закрыла глазки, и, полюбовавшись ещё немножко, я двинулась дальше, припоминая, где у таких кораблей может быть лаборатория. Наверняка рядом с медотсеком.

В самом конце коридора – или, точнее, в начале, прямо перед закрытой рубкой управления, – обнаружилось что-то вроде общей зоны: трансформирующийся диванчик и пара выдвижных столов по центру. У одной из стен расположилась кухонная панель, кто-то из метаморфов доставал себе брикет.

– Хочешь? – предложил мне. Я качнула головой, настраивая восприятие, и он уточнил: – Что-то ищешь?

– А где химера? – рискнула.

– Там.

Метаморф, из тех, кто пришёл с Миррой на крейсер Дирайма, уже сменил внешность, но всё ещё оставался в гармийской форме и мужчиной.

Сердце отчего-то кольнуло. Я проследила, куда он указал, поблагодарила кивком и двинулась туда.

Возле медотсека, за прозрачной разгородкой, на высокой каталке лежала огромная чёрная собака. Глаза закрыты, тело оплели какие-то приборы, передающие показатели на экраны.

Лёгкие шаги, лёгкое заинтересованное прикосновение силы. Метаморф был молодым – похоже, тоже проходил отработку.

– Удивительные создания, – произнёс. – Чем-то сродни нам. Они ведь тоже могут менять внешность, но в гораздо меньших пределах, в основном животные ипостаси. И только в одном месте своей родной планеты.

– Дагвийские пустоши? – шепнула я.

– Они. Точнее, местное излучение – под ним ткани химер становятся более податливыми. Мы как раз пытаемся его воспроизвести. Знаешь, что интересно? – дождавшись, пока я посмотрю, метаморф продолжил: – В твоём блокираторе тоже присутствует это излучение. Как раз изучаем.

– Работаешь в лаборатории? – я усиленно попыталась припомнить, как его зовут. Мне ведь всех представляли, настоящие ли имена не знаю, но познакомилась с каждым. Память откликнулась – не зря нам бесполезно её стирать: Трисмонд, или просто Трис.

– Помогаю в свободное время, – пожал Трис плечами.

Позади Шиззи, в специальной силовой колбе, зависла моя «игла». Искрила, переливаясь разными цветами, стреляла лёгкими голубыми разрядами, которые погашались стенками сосуда.

– А с этой дрянью разобрались?

– Изучаем. Нам бы капсулу, что блокировала воздействие. Но дозу в тебя всадили драконью. И четверти хватило бы, вот уж перестраховались.

– Поделиться было не с кем, – хмыкнула я. – Хотя одному ублюдку я бы её тоже всадила… в неприличное место. Если, конечно, она действует на гармов. И не только со спины.

– Насчёт гармов понятия не имею, а вот спина не обязательно. Туда её разместили, чтобы ты не достала и замаскировать получше. А так хоть на лоб прицепи, главное контакт с остриём, откуда выходит излучение.

– Рада, что из меня не сделали единорога, успокоил, – хмыкнула я.

– Твой гарм тебя очень достал? – сочувственно вздохнул Трис.

– Берт Свон. Не только меня. Любитель поразвлечься за счёт метаморфов.

– Главная зубами скрежетала от злости, что придётся с ним сотрудничать. Не подберёшься к уроду.

– Лун! – приближение Альбин вышло стремительным, и я почувствовала её с лёгким запозданием: сила ещё не до конца восстановилась, тело сковывало остаточной закостенелостью. А малышка мчала, превратившись в щенка, и лишь рядом с нами замерла, поскуливая от желания на ручки.

Уступив просьбе, я подняла её, пригладила.

– Почему она лежит? – Альбин чуть трансформировала гортань и пасть, чтобы нормально говорить.

– Она очень опасна, – предостерёг Трис.

– Шиззи хорошая, – убеждённо возразила малышка. Лизнула меня просительно: – Она же проснётся?

– Можно, мы войдём? – я глянула на Триса.

– Это химера, Лундан, – нахмурился тот.

– Эта химера спасла мне жизнь. Я у неё в долгу. И она защищала малышей… уж как умела!

Трис секунду смотрел в мои глаза. Кивнул:

– Ладно. Войдите.

Метаморф отворил отпечатком замок – уж не знаю каким и что он на подушечках своих пальцев трансформировал. Чуть подтолкнул прозрачную разгородку, раздвигая.

Щенок соскочил с моих рук прямо на Шиззи, пробрался по ней осторожно и лизнул в нос.

– Держи ребёнка, – недовольно произнёс Трис, и я поспешила подхватить Альбин. Постояла, поглаживая густую чёрную шерсть, неожиданно мягкую наощупь.

– Когда это она спасла тебе жизнь? – приближение Мирры я и вовсе не заметила: та скрыла силу, а я ещё не овладела своей до конца.

– Ты же спала? – нахмурилась я.

– Час подремала, достаточно. Скоро пересадка.

– Пересадка?

– Тут недалеко одна из наших скрытых баз. Корабль исчезнет из поля зрения тех, кто за нами наблюдает.

– Думаешь, попытаются поймать?

– Естественно, кто даст уйти метаморфам? Ждут, что мы выведем их куда-нибудь. Обломятся. У нас будет ровным счётом семьдесят восемь секунд под прикрытием астероидов, создающих помехи, потом корабль полетит дальше. На автопилоте.

– Меньше чем полторы минуты? За это время невозможно провести эвакуацию! – я с испугом глянула на Шиззи, уж её-то точно оставят! Разбудили бы хоть!

– Разумеется, невозможно, – довольно подтвердила Мирра. И вдруг глянула резко, холодно: – А тебе пора бы определиться с приоритетами, Лундан. Иди готовь детей, сбор в общей каюте через пятнадцать минут.

В общей каюте? Не у шлюза?

Мирра, уже снова бодрая и собранная, развернулась. Надо же так мало спать! Прямо можно позавидовать умению… было бы, если бы она не направилась к кофейному автомату. Видимость всегда оставалась лишь видимостью – метаморфу ли не знать?

– Трис? – обернулась я к тому. – А её оставляют? – кивнула на Шиззи.

– Нет, конечно.

– Ты знаешь, как мы будем эвакуироваться?

– Тебе понравится, – подмигнул Трис. – Иди, мне тоже нужно успеть подготовиться.

Прижав покрепче Альбин, я поспешила к малышам. По дороге выудила из специального дозатора в стене несколько пайков-брикетов. Ещё пару дней, и начну скучать даже по стандартным пайкам Дираймова крейсера.

Приоритеты… Мне казалось, я давно уже с ними определилась. Но что-то внутри по-прежнему продолжало протестовать.

Нас ведь учат поступать по чести… как минимум с себе подобными. Шиззи спасла меня, рискуя, бросаясь на заведомо более сильного противника, который был явно не в себе… а я отплатила чёрной неблагодарностью. Ничего не сделала, чтобы защитить её.

А Дирайм… каким бы он ни был гадом, отвратительно было думать, что оказался в руках Свона. Я видела, как эта мразь обращалась с пленниками. Будь Дирайм гармом… может, ему ничего не грозило бы. Но если они узнают правду, заставят его призвать зверя с огненными глазами?

Пятнадцать минут промчались быстро. Нам нечего было собирать, но время ушло на то, чтобы разбудить, накормить и удержать малышей от желания разбежаться по кораблю. Любопытство, перемешанное со страхом опоздать, пригнало меня в так называемую общую каюту – а точнее открытую зону с трансформирующимся диванчиком, – даже раньше времени.

Наши тоже собирались пунктуально, Трис прикатил накрытую стеклянным колпаком каталку с Шиззи.

Время тянулось медленно. Под руководством Мирры мы собрались по центру и напряжённо ждали, почти не переговариваясь. Я всё пыталась сообразить, что происходит, но малыши требовали слишком много внимания – приходилось отвечать на бесчисленные вопросы и постоянно успокаивать, отдавая энергию и не имея возможности расспросить кого-нибудь самой.

Корабль затормозил, какое-то время летел по инерции, пока двигатели не заработали в другом режиме, удерживая его на месте.

Вибрация передавалась в каждую клеточку восстанавливающегося тела. Корпус пронзило излучение, опалив мурашками восприимчивую кожу, откликнувшись неприятным покалыванием в потоках силы.

Дрожь пробежалась по каждому метаморфу, сделалось не по себе, даже дети притихли – но запаниковать я не успела. Прямо над нами вдруг вспыхнул яркий, опаляющий луч, накрывая всех одновременно.

Как же я сразу не догадалась! Сверху упала экранирующая ткань, одна на всех, и буквально через несколько секунд единый мощный рывок, который я не смогла бы описать, рванул нас куда-то в бесконечность. Мы вроде бы продолжали стоять на месте, но находились уже не там – моя страсть к пространственным перемещениям моментально подсказала, что к чему, хотя я никогда прежде не пользовалась таким способом передвижения.

Хенлорские технологии! Силы Спиральные, я прежде не бывала на их кораблях, и сейчас, под затухание переносного луча, с накатывающим восторгом оглядывала огромное помещение, в центре которого мы проявились.

Экранирующая ткань тоже исчезла, вокруг мигали огоньки приборов, расположенных внутри верхней полусферы.

– Добро пожаловать, – вышел навстречу ещё один метаморф. На этот раз знакомый – когда-то мы работали вместе, и я радостно помахала ему.

– Спасибо, Швар, превосходная работа, – похвалила Мирра, решительным шагом направляясь к ближайшей стене. Ткнула куда-то рукой, высвечивая обзорный экран.

На нём уплывал вдаль наш предыдущий корабль. Мирра какое-то время следила за ним, и не удержавшись я приблизилась, перехватив поудобнее детишек, тоже всмотрелась в отдаляющийся силуэт.

– Мы полетим в другую сторону? – спросила.

– Под прикрытием брони в маскирующем режиме, – кивнула она.

– Спасибо, – пробормотала я.

Это было гениально и бесконечно затратно! Я представляла, чего нашим стоило достать такой корабль, и сердце сжималось от мысли, что его использовали ради спасения меня и малышей.

Мирра обернулась, улыбнулась неожиданно, потрепав меня по щеке:

– Каждый метаморф ценен, Лундан. Это непреложная истина. Не забывай.

Я не забывала. Если бы мне сказали, что нужно спасти кого-то из наших – бросилась бы не задумываясь, даже в пасть Берту Свону. Так нас всегда воспитывали. Но…

Но мне всё больше не нравилось, что свобода досталась нам за счёт Дирайма Форта и его Шизы. Каким бы ни был гадом, он своё уже сполна отстрадал из-за метаморфов. И он мне всё-таки поверил, пусть не до конца.

– Иди выбирай каюту, – кивнула Мирра. Детишки тут же стекли с моих рук и потащили вслед за остальными.

Окинув прощальным взглядом прежний корабль, я поддалась на их перетягивание. Однако в голове маячила настойчивая мысль, от которой никак не могла избавиться.

Зал перемещений, как и рубка управления, на этом произведении космического искусства находились по центру, вокруг вился коридор, изредка разветвляясь. И если нас был всего десяток, включая встречавших двоих, то кают насчитывалось добрых полсотни. Потому мы с малышами легко нашли временное пристанище себе по душе – просторное, с огромной двуспальной кроватью. Навеявшей непрошенные мысли о сильных руках, ласкающих тело, о широких плечах и покрытой шрамами спине. О верных, властных движениях, удивительно совпадавших с моими собственными, подаривших внезапное удовольствие…

– Можно?

Вздрогнув от входного сигнала, я обернулась к двери. Обнаружила, что дети уже умчались на разведку территории.

– Трис?

– Фонишь, – хмыкнул он, проходя внутрь.

Смутившись, я поспешила прикрыть свои нежданно обнажившиеся эмоции.

– Сила ещё неподконтрольна, – пробормотала.

– Помочь? – прошептал он едва хрипло, совершенно точно настраиваясь на мои желания, которые случайно считал.

Шагнул ко мне, провёл пальцами по щеке, опустился ниже, к запылавшей от прикосновения груди.

– Ох, нет, Трис, нет! – я упёрлась ладонями в его плечи, отшатнувшись и посильнее закрываясь. – Я ещё не отошла…

Почему-то даже мысль о том, чтобы найти замену гаду, казалась неприятной. Хвост крысогуя, я хотела его, и мне было безумно жаль, что больше никогда не смогу повторить то, чего я и не планировала повторять! Звёздная бездна вокруг, стол с подобием свечей…

– Ты не так понял, – тряхнула головой, выгоняя воспоминания.

– Извини, – не стал он настаивать.

На миг показалось, Трис сейчас трансформируется, и, боюсь, я прибила бы его на месте!

Кажется, он понял, отступил, присаживаясь на белоснежную кровать:

– Что тебя тревожит, Лун?

Вздохнув, я села рядом. Тревожит… меня многое тревожило.

– Дирайм… его тоже подставили. А Шиззи… она чистая душа. Мы не любим, когда нас насильно трансформируют, так почему обрекаем на это её?

– Уже ничего не изменить, Лундан. Работаем с тем, что есть.

Трис сжал мои руки – я совершенно чётко чувствовала, на что он рассчитывал, но в то же время ловила его понимание. Любимая фраза шефини в питомнике, можно сказать, девиз метаморфов. Работаем с тем, что есть.

Ну что же. Работаем.

***

Полёт прервался внезапно, вышвырнув меня в стерильный серый бокс. Стараясь не показывать, что проснулся, я как мог оглядел пространство из-под прикрытых век.

Ничего, кроме узкой прикреплённой к полу койки и скрытой в панелях раздвижной двери, за которой, видимо, можно справить естественные потребности.

Дар’морн, недовольный возвращением в реальность, глухо ворочался, постукивая в мозгу. Летать. Летать…

Микросетевик всё ещё был на мне. Кольцо тоже ощущалось у груди. Не думаю, что меня не обыскали. Значит, не знали, что искать.

Драгов камень. Не то чтобы камень… суть нашей связи с дар’морном. Редкость, потому что как правило мы храним эту суть в себе. И только если один из нас умирает, может остаться камень. Либо с привязанным к нему дар’морном, который не смог освободиться. Либо с опустошённым драгом, дар’морн которого погиб, оставив после себя почерневшую, загрубевшую сущность, что так ценится во всех мирах.

Когда-то мы с моим зверем почти погибли. Когда-то смогли вырвать из себя эту суть… и отдать её в залог старому Офру. За возможность начать новую жизнь, новую месть.

Мирра знает о камнях и видела кольцо на руке Лундан. Высока вероятность, что передала эту информацию гармам, как только её корабль оказался на достаточном расстоянии. Значит, в любой момент могут прийти отбирать. А вот мелодии пока не звучали – ни призыва, ни успокоения, ни первого единения… да никакие. И это позволяло предположить, что о них старая стерва умолчала. Сейчас, при последней встрече, я слишком отчётливо ощутил её возраст. И ещё сильнее осознал, каким молодым дураком был тогда.

Она пыталась воздействовать на привязку. И не уверен, что мне удалось бы сдержаться, не поползти к ней на брюхе, если бы шандарахнула в полную силу. Я ведь ещё помню, как расставание с ней казалось хуже смерти, как готов был на что угодно: вымаливать встречи, прощение за какие-то невразумительные обиды или противостоять Кругу кланов. Когда мысли отключаются и за глоток внимания, за прикосновение согласен буквально на всё. Да я ещё неплохо соображал тогда, ей приходилось убеждать, что мы действуем в интересах драгов. И наших с ней.

Метаморфы ничего не делают просто так. Вряд ли воздействие на меня было эмоциональным поступком, скорее тонким расчётом. Показать гармам, что лишь она имеет власть надо мной, что с ней нужно считаться.

Не получилось. А это означает…

Мысль озарила странной, неожиданно приятной волной. Мирра не знала, что Лундан сняла привязку!

А не заткнулся бы ты, придурок. Какого лысого дегрода тебя так тянет к лживой дряни?

Обдумать бы, что это может означать. Но кровь сама собой вскипала вперемешку с яростью при мыслях о занозе. Знал же, что нельзя верить, сам подставился, и всё равно… хёргова предательница.

Медленно поднялся. Тело ломило – похоже, дозу в меня всадили драконью. Но голова работала и конечности слушались. В небольшой каморке, предназначение которой угадал верно, я запустил руку под одежду, в потайной карман.

Прикосновение к камню обожгло, в нём ощущалась примесь чего-то нового, непонятного… или понятного, но нежеланного. Не должна кровь занозы ни на что влиять, наша связь с дар’морном нерушима. Но времени разбираться уже нет.

Настроившись, я запел про себя. Не так эффективно, как вслух, но давать врагам лишние сведения ни к чему. Дар’морн фыркнул недовольно, однако чуя опасность ерепениться не стал. Пришёл, принимая нашу с ним общую ношу.

Горячая энергия полилась через прикосновение вглубь, оплетая вены, растворяясь в крови, уносясь дальше к бестелесному ныне дар’морну. Через несколько мгновений пальцы ощутили холод золотой оправы.

Нажав на неё, я стёр все записи со встроенной камеры. Спрятал пустую оправу.

Открыл глаза, прислушался к ощущениям. Не обнаружил ничего нового и двинулся обратно. Сообразить бы, как слинять из этого бокса. Выпустить дар’морна и броситься напрямик? Умирать не освободив Шиззи не входило в мои планы.

Дверь отворилась, открывая нестройный ряд сначала теней, а затем и фигур.

У койки поджидал десяток гармов во главе со Своном.

– Официальное разбирательство пришло ко мне само? – хмыкнул я, оглядывая их от двери.

Свора, что вечно сопровождает его, включая недоумка, наехавшего на Соиле во время приёма. У каждого парализатор и лучевик, и военный доспех – эластичный и прочный, последних гармийских разработок. Нужно было и мне военный надеть, парадный уступает в защитных свойствах. Не хотел насторожить уродов.

Интересно, пробьёт ли его коготь дар’морна? Поймал себя на том, что сложил руки на груди, машинально приняв позу превосходства. В любом случае задавили бы количеством, и хенлорская броня не спасла бы.

– Игра окончена, Форт, – Берт Свон не рвался выходить вперёд, и даже в глаза смотреть опасался.

Я усмехнулся, промолчав. По артериям начинала разливаться сила – я уже и забыл, каково это, хранить её в себе. Полная связь, абсолютное единение. Общая боль, общая страсть…

Хорошо, что не оставил на корабле. Если бы Лундан украла или гармы попытались обыскать…

– Мы знаем, кто ты, – добавил Свон, старательно маскируя неуверенность развязным тоном. И я, возможно, поверил бы сказанному, но дар’морн чуял эту слабину.

– Может, и меня просветишь?

– Сейчас просветим. Мы расшифровали данные сканирования… ты хорошо скрыл некий предмет. Но двухфазовый послойный сканер определяет инородное уплотнение в районе груди. Отдай драгов камень сам, и это зачтётся тебе в карму.

– Следил бы лучше за своей кармой. Драгов камень теперь под запретом? Контрабанда?

– Ну, если ничего предосудительного, просто отдай его мне, – Свон вытянул руку, не приближаясь, впрочем.

– Даже если бы он у меня был, я бы тебе его «просто» не отдал.

– Обыскать, – нетерпеливо дёрнул головой главнюк.

Его солдаты накинулись на меня, совершенно точно зная, что где искать. Я для вида посопротивлялся, не особо расходуя силы. И когда самый смелый из них, вспоров форму на груди лазерным лучом, вытащил пустую оправу, – усмехнулся, глядя Свону в бегающие глаза.

– Что это? – изрёк главнюк, приняв украшение и с недоумением покрутив между пальцами.

– Моё помолвное кольцо. Ты ожидал чего-то другого?

– Где камень, Форт? – процедил сквозь зубы Свон.

– Понятия не имею, о чём ты.

Первый удар пришёлся сзади. Спина давно уже наше с дар’морном больное место. Слепое пятно нашей силы и восприимчивости. Развернулся на миг позже, отбивая, но не успевая уйти от выстрела парализующей сетью.

Дар’морн взвыл, проклиная наше ослабевшее от наркоты и слияния тело, просясь наружу – уж он-то сможет справиться с этим несчастным десятком. Пришлось удерживать, сжимать и увещевать – в лучшие времена с этим десятком я и сам разобрался бы, но показывать им моего внутреннего зверя никак нельзя. Пока они не имеют доказательств – всё, что происходит, незаконно.

На сдерживание дар’морна ушло много сил и бесценных минут, за которые озверевшая, запаниковавшая свора гармов успела повалить, проходясь ногами. Я прикрыл голову и лицо, сосредоточившись лишь на одном: не выпустить жаждущего крови зверя. Не выдать себя. Иначе у нас не останется ни малейшего шанса.

– Пока нам доставляют тёмное драгское, подумай о своём поведении под пси-излучением, – из ватного тумана донёсся голос Свона. Похоже, среди моих личных врагов пополнение. Тебя тоже достану, ублюдок.

Гармы ушли, затихли шаги, подведя черту лёгким шуршанием двери. Но сдерживающие поля не исчезли, не ослабли ни на дюйм, не давая встать.

Тело горело, дар’морн свирепствовал. Давно он не ощущал себя таким униженным. Гордый зверь, запросто расправляющийся не только с сильнейшими из драгов, но даже с наземными кораблями гармов. Он не понимал, на кой хрен нам сдерживаться. Для чего влачить это жалкое существование. Когда можно просто забрать с собой всю хёргову станцию врагов.

Приходилось утихомиривать, про себя пропевая песнь усмирения. Напоминать о Шиззи и убеждать, что рано или поздно доберёмся до метаморфов.

Потому что пси-излучение та ещё дрянь. Воздействует на центры мозга, и что-то мне подсказывало, Свон планирует использовать его отнюдь не в терапевтических целях.

А потом ударили лучи, пробрались в голову, сковали тело, разыскивая самые слабые и уязвимые участки. Спину опалило безжалостным огнём, воспоминания о котором до сих пор заставляли колотиться в ознобе. От мысли, что буду валяться тут, прямо на полу, сгорая в старых, въевшихся в душу кошмарах, кричать от фантомных болей, снова и снова проживая наиболее ужасные мгновения жизни, хотелось забить на всё огромный болт и выпустить дар’морна. Но реальность уже заволакивалась туманом, на горизонте забрезжил Утёс Отверженных.

Если у них есть возможность расшифровать картины моих видений… последним усилием воли я перешёл в сознание дар`морна. Таких картин точно нет в базе данных. Как и языка.

Здравствуй, друг. Давно я тут не был, останусь ненадолго. Нет, пока наружу нельзя. Да, к сожалению, будет больно. Снова. Прости…

ГЛАВА 3

Всё свободное время я посвятила изучению корабля – хоть к этой информации доступ был свободным. Сначала с детьми во время игры облазили заманчивые уголки, а когда малыши устали и угомонились – нашла дальний зал со множеством виртуальных экранов, информационное хранилище, где и засела.

Больше всего волновало одно: на какое расстояние способен перемещать этот луч?

В голове брезжил сумасшедший план. Дурацкий, невозможный, я не собиралась воплощать его в реальности, потому что понимала: провал неизбежен. Но картина о том, как на станцию гармов является эсса Лэвель за очень ценным пленником, буквально преследовала по пятам.

Я проштудировала всю доступную информацию о хенлорах, которая хранилась в местных архивах, включая данные о корабле самой эссы и её предпочтениях, а также общие сведения о планете, о которой имела только приблизительные представления. Хенлоры, слава богам, не пользовались услугами андрогинов, но из-за высокого уровня технологий пробраться к ним могли лишь самые опытные и сильные из нас.

Совесть приобрела вид крылатого зверя с золотыми глазами, внезапно врезавшись в мой мозг, вышибая холодный пот.

Это же Берт Свон, мразь, подонок, который не гнушается ничем, который получает удовольствие от чужих мук, и Дирайм у него. И зверь с огненными глазами тоже…

Почему-то в воображении вставали картины одна страшнее другой, и никак не удавалось их отогнать.

– Лундан? – холодная рука коснулась плеча.

Вздрогнув, я даже вскрикнула от неожиданности, распахнула глаза, не понимая, где нахожусь. Всё мерещился то серый бокс, то мрачный пустынный пейзаж с одинокой скалой посередине.

– Рассказывай.

Мирра уселась в кресло с другой стороны круглого стола, и оно тут же приняло удобную форму. А я-то полагала, будто сюда никто не доберётся.

Чуть нахмурилась, промолчав.

– Ты не сменила внешность.

– Она мне нравится.

– Я знаю твою историю, – кивнула Мирра. – И понимаю, почему не истинный. Но этот?

– Он тебя смущает? – я взглянула ей в глаза, пытаясь прочувствовать как можно больше. Почему-то казалось, она намекает именно на отношение Дирайма.

– Твоё право, – пожала плечами Мирра. – Так когда химера тебя спасла?

– Когда Форт пытался убить.

Она встала, прошлась меж столами.

– И теперь ты хочешь отдать долг?

– Тебе не кажется, что удерживать её в анабиозе… не честно? Как мы сами относимся к тем, кто так обращается с нами?

– Мы идём на контакт, в отличие от химер.

– Не удивляюсь, почему они не идут, – буркнула я. – Между прочим, малыши установили с ней замечательный контакт.

– Малыши, – задумчиво пробормотала Мирра. Замолчала ненадолго, после бросила пристальный взгляд на экран передо мной:

– А для чего ты ищешь информацию о хенлорах?

– Интересно, – пожала я плечами, и тут же пожалела.

– Лундан, – Мирра резко приблизилась. Взяла за подбородок моё лицо, поднимая к себе. – Не скрывай от меня ничего. Ты должна была его привязать? Тебе дали средства?

Её глаза властно сверкали, притягивая, заставляя всё рассказать! Мелькнула мысль, что она и под меня подстраивается, играет на образах и каких-нибудь давно забытых детских ассоциациях, побуждая выдать всю доступную информацию.

– Капсулы, – неохотно отозвалась я. – Три штуки. Одна осталась у Дирайма.

– Я так и думала, – кивнула Мирра, отпуская. – Кто кроме тебя мог снять привязку?

– За что ты с ним так?

Мирра отвернулась, сделала пару шагов по залу, поёжившись. После распрямила спину и возвратилась в кресло:

– Значит, ты должна была догадаться, что он не гарм. Он драг, Лундан.

– У нас с драгами какие-нибудь личные счёты?

– Драги – это сила. Небывалая, могучая сила! Ты знаешь, сколько мы пытались проникнуть к ним?

– Я знаю, что мы не оставляем привязки у тех, кто нам больше не нужен.

– У меня было долгосрочное задание. Я не планировала убегать, так вышло. Я должна была прожить в Драг-алиле несколько лет… если уж удалось пробраться.

– Ты не любила его?

– В каких облаках ты летаешь, девочка?

– А он тебя любил!

– Какая любовь? Ты не знаешь, как действует наша привязка? Конечно, он меня любил, но вот только давай без сентиментальных глупостей. Любил, пока мне было нужно.

– А ты… предала его. Ещё и кого-то убила!

– Много же ты знаешь.

– Пришлось собирать по крупицам. Но хотелось бы услышать от тебя полную версию. Ты ведь ждёшь от меня откровенности… так вот хотелось бы рассчитывать на взаимную.

– Думаешь, мне нужно было убивать одного из них? Это была самооборона, он напал на меня!

– Небывалая могучая сила?

– Я метаморф, – с явной гордостью заявила Мирра. – Мы никогда не используем силу против силы. Если ты забыла. И редко действуем по своему желанию! И я как могла заметала следы, приходилось изображать сразу двоих, я почти не спала, я расходовала столько энергии, что день за год проходил, была на грани истощения! Если бы удалось привязать дар’морна… то меня уже никто не тронул бы. Но не удалось. Дар’морн из камня Овои не хотел идти на контакт, а тот, которого вызвали мне – погиб. Не выдержал силу метаморфа.

– Что такое этот дар’морн?

– А ты не знаешь? – как-то странно усмехнулась она.

В памяти всплыл зверь с золотыми глазами. Мощный, красивый. Крылатый…

Зверь, который появляется из ниоткуда и исчезает в никуда, но в то же время постоянно присутствует внутри Дирайма, и откликается на потрясающую мелодию, каких я никогда больше не слышала…

Знаю ли? Наверное, где-то в глубине души – знаю. Но вопросов всё равно выше крыши… Только вот едва ли кто-нибудь даст мне ответы.

– Я чувствовала что-то… очень глубоко.

– Музыку?

Я неопределённо повела плечами.

– Их музыка… – Мирра на миг мечтательно прикрыла глаза.

– И ты выдала всё гармам? – с ужасом воскликнула я, не сдержавшись. Спиральные завихрения! Если Дирайма с его дар’морном ещё и песнями мучают…

– Нет, конечно, – качнула она головой. – Перебьются. А вот про драгов камень пришлось. Жаль, что он не оставил кольцо тебе.

– Оно очень дорого ему, – даже не знаю, зачем отозвалась я. И вдруг как-то само собой вырвалось: – Но уверена, что если бы мы предложили обменять на Шиззи…

Это было бы отвратительно, подло и… Но из двух зол – я почему-то почти не сомневалась, что он выберет Шиззи. В конце концов, камень это всего лишь камень. Хотя что-то он там говорил о почернении… Но ведь спасти химеру для него важнее?

Мирра пристально взглянула на меня, я максимально обострила все свои невосстановленные возможности, пытаясь прощупать, прочувствовать, понять.

– Ты в своём уме? Форт уже у гармов, – остудила она холодным напоминанием.

Ну, да. У гармов. Только благодаря кому? Я промолчала, однако Мирра по-своему истолковала тишину:

– Даже не думай, Лундан. У нас на корабле дети.

Ни миг от неё чем-то повеяло – неожиданная нежность, непривычная мягкость. Секунда, и передо мной снова сидела сосредоточенная, расчётливая женщина, королева разбитых судеб и политических многоходовок. Но этого оказалось достаточно, чтобы зародить в моей душе подозрения.

– Твой ребёнок? Один из них – твой?!

– У метаморфов общие дети, Лундан, – прохладно отчеканила Мирра, предоставляя гадать, верно ли я истолковала почудившееся, или меня ведут по ложному следу.

– Поэтому ты оставалась на Зилане?

Мирра промолчала. Ну да, какой-то там Густав Кравс, пусть и сенатор, – не слишком большая шишка для метаморфа такого уровня. Разве только снова надеялась пробраться к драгам, коль уж он пытается установить с ними дипломатические контакты.

– Но как не узнала командующего?

– А как я могла предположить, что Райм стал гармом? Я думала, он давно погиб, не смотрела его даже. Я лишь недавно вернулась на Зилан.

Хм… не тогда ли, когда в наш питомник перевезли Альбин, Мильдар и Гуринь? Повинуясь привычке сначала соотнести информацию, а потом болтать, я промолчала, слушая продолжение:

– А вот после приказа об изгнании метаморфов мы начали искать возможность подобраться к Форту. Но только столкнувшись с ним лично, я с удивлением обнаружила Раймадара. И моя привязка у него была!

Мирра взглянула почти обличающе – уж кто-кто, а она точно умела сопоставлять выводы.

– Что важнее, – осторожно произнесла я. – Оставить его у гармов, или… попытаться привязать дар’морна?

– Лундан, – Мирра наклонилась вперёд, глаза впились в меня, не отпуская. – Ты что-то знаешь?

Не в состоянии вычитать её эмоций, я промолчала.

– Ты должна рассказать мне всё, – настойчиво повторила она.

– Думаю… я могла бы привязать дар’морна.

– Это исключено. Твоя задача – следить за детьми. Ты должна передать знания.

Ох, было бы что передавать. Случайно брызнувшая на кольцо кровь? Сны, в которых ко мне приходит зверь с огненными глазами? Да, я должна следить за детьми и не отказываюсь от этого, но… но сделать небольшой перерыв, чтобы вырвать из лап гармов того, кто попался, потому что согласился полететь за ними… Я просто обязана попробовать.

– Мне нечего передавать, кроме тех связей, которые удалось установить.

– Ты о чём? – нахмурилась Мирра.

– Без Шиззи вы вряд ли чего-то добьётесь.

– Лундан… не пытайся со мной играть.

– Я не играю. В моём спесайре осталось много полезной информации. А ещё… вы бы хотели заполучить Берта Свона?

Мирра задумчиво стукнула пальцами по столу, пристально разглядывая меня. Внутри поднималась паника: я по-прежнему не могла её читать и не понимала, верно ли поступаю. Согласится ли помочь, или запрёт в каюте без права голоса?

– Мы планировали подобраться к Свону, – не стала отрицать Мирра. – Готовим нескольких специалистов. Но андрогины…

– Мы можем заполучить его здесь и сейчас, – кивнула я.

– У тебя есть план?

***

Мрачная реальность небытия раскрылась неожиданно мягким голосом занозы, которым почему-то звучала в голове песнь единения. Мы с дар’морном вынырнули в сознание, соображая, где находимся.

От холодного пола тело окоченело, слишком живо вызывая в памяти те дни, когда я валялся в богами забытой пещере, на краю, приходя в сознание лишь на редкие короткие часы.

Сколько прошло времени? Здесь не было окон, ни реальных, ни виртуальных, разве только по едва уловимому гудению двигателей я мог определить, что станция летит, не уходя в подпространство.

Сдерживающие поля исчезли.

Полежал несколько минут, мысленно проходясь по занемевшим мышцам, чтобы подняться нормальным движением: я не доставлю им радости наблюдать, как ползу к кровати.

Спина болела, накрывая фантомными, слишком реалистичными воспоминаниями, от которых невозможно было избавиться – ни тогда, ни сейчас, десяток лет спустя. Боль лишь притупилась, но оставалась такой же живой.

Внутри, растревоженный, подвывал дар’морн.

Не успел я вытянуться на койке, как дверь снова распахнулась, впуская Свона. На этот раз главнюка сопровождали всего с пяток приспешников.

– Выспался? – осклабился хёргов дегрод.

– Придумал, что предъявишь моему Флоту?

У Свона было мало времени, и он прекрасно это понимал. Моя встреча с Лундан и Миррой прошла вне зоны действия наружных камер моего корабля. И всё же наверняка Соиле с Чаресом уже подозревают неладное, только пока ещё ждут моего сигнала. Однако день, максимум два – главнокомандующему придёт официальный запрос насчёт командующего. И этого он уже не сможет игнорировать.

– А что придумывать? Мы тебя хорошо просканировали, – продолжал довольно ухмыляться главнюк. За что не люблю гармов – за этот их сволочизм.

– В очередной раз? Других развлечений нет?

– Раз, может, и очередной, а вот средства – новые. Думаешь, мы просто так тебе развлекательное кино из жизни драгов показывали?

Я окинул его холодным взглядом, не позволяя эмоциям проступить на лице. Блефует? Или правда что-то выяснил?

Свон чуть нагнулся, ибо вставать с койки я не планировал. И тихо, стараясь сделать голос зловещим, прошипел:

– Что у тебя на спине, Форт? Шрамы, которые настолько глубоки, что даже технологиями гармов не залечить? Дракону подрезали крылышки? Кому ты так не угодил и чем?

По мере его слов разум наливался ослепляющей, поглощающей яростью, которая затмевала давнюю боль утраты, желая лишь одного: мести. Всем и каждому, кто хоть как-то причастен, без разбора!

– А тут у тебя что? – Свон потянул руку к микросетевику. Моя отреагировала скорее, чем я успел это осознать, кулак впечатался в тонкий длинный нос с противным хлюпом.

Берт Свон взвыл, отшатываясь, я вскочил, но его дружки-телохранители ухватили за руки, останавливая.

– Дражий выродок! – грязно ругаясь и зажимая нос, выдал Свон.

Ярость всё ещё клокотала внутри, дар’морн жаждал отмщения и я готов был драться до победного конца, но следующие слова главнюка заставили взять себя под контроль, остудить разгорячённого дар’морна и мою собственную ненависть.

– Я бгы тебге огъяснил… как вгести сегя с сигнейшими, – страшно гундося выдал Свон. – Но эсса Гэвегь хочет поогщаться с тогой гично. Пригести его в погядок! – это уже своим. – Не загудьте сетегик. И гайте гне гедика!

Кто-то рванул к выходу, видимо за медиком, остальные потянулись лапами к моему лицу. Я мог бы их раскидать, но… вот он, мой шанс. Вероятно, единственный.

Настроившись, бросил через сетевик один-единственный сигнал. Короткий аварийный код опасности для ИскИна: перейти в боевой режим, ждать меня лично и принимать исключительно мои приказы.

Гармы не должны заметить перемен. Но корабль взведёт все системы и будет готов к отлёту с боем. А ИскИн доложит о моём приказе Соиле.

Лишней информации в сетевике не было, и я позволил уродцам содрать его. Всё равно обнаружили. Пока меня тащили «приводить в порядок», просчитывал возможные варианты. Знать бы, когда и с кем эсса Лэвель припрётся и где решит пообщаться со мной. О чём – примерно представлял. И стоит мне только намекнуть на поведение главнюка, ему придётся очень долго объясняться.

Только вот если он выдаст хенлорам свои подозрения и данные сканирования…

Мысленно зарычав, я послал всё к хёргам. Значит, буду вырываться с боем.

***

План… скорее обрывки и намётки, да только выбирать не приходилось.

– Ты знаешь, что украли у хенлоров? – поинтересовалась я вместо ответа. – И кто?

Мирра взглянула со странной смесью подозрительности и уважения.

– Информация хенлоров очень тяжело нам даётся, Лундан.

– Это значит, что всё-таки даётся? – улыбнулась я.

– Портативную переносную установку.

– Порт-луч?! – не вышло сдержать изумления.

Ещё бы, хенлоры очень ревностно относились к производству своих установок. Да и самими установками делились весьма неохотно. Признаться, у меня имелись серьёзные сомнения насчёт корабля, на котором мы сейчас летели – хенлоры не любят торговать своей техникой, а если и торгуют, то процесс создания тщательно скрывают.

– Да, новейшую разработку, в которой визуально отсутствует сам луч. То есть фактически невидимое перемещение. Кто – не знаю. Хенлоры полагали, будто Зилан, потому что именно на Зилане, на том самом приёме, засекли её действие.

На приёме… Сразу же вспомнился мой «маска», словно выныривающий из колонны!

– Если её взяли не мы… и не Форт… – пробормотала я. – Вероятнее всего, гармы.

– И?

– Ты знаешь, как связаться с эссой Лэвель?

– Ты пытаешься играть со слишком высокими кругами, девочка.

– Я невеста Дирайма Форта. Пока ещё.

– Что ты ей скажешь?

– Попрошу подтвердить, что она прибудет на станцию Центральной гармийской флотилии.

– Только подтвердить? – Мирра пристально всмотрелась в меня.

– Только. Я достаточно близко её видела, сымитировать смогу. Но подтверждение должно прийти по официальному каналу.

– Чем мы сможем это оплатить?

– Мы вернём ей установку.

– Как?

– Берт Свон вернёт лично.

Мирра бросила на меня взгляд, в котором смешались догадка и приказ продолжать. И я добавила:

– Кого ты готовила втереться к гармам? Место главнюка подойдёт?

– Блокиратор? – понимающе предположила Мирра.

– Трис говорил, в нём большой запас. Хватит понемногу на нескольких метаморфов и ещё останется для изучения. Мы можем сами вставлять куда нам нужно, при встрече с андрогинами, и убирать, когда понадобится вернуться к способностям.

Мирра несколько минут задумчиво постукивала пальцами по столу, определённо просчитывая возможности. Очень неплохие возможности пробраться к гармам и усадить там своего Берта Свона. А настоящему отплатить за всех загубленных им метаморфов.

Внутри нарастало волнение, ледяные мурашки разбегались по телу, оседая в конечностях, заставляя их леденеть. Всё или ничего…

– Мы не можем светить этот корабль, Лундан, – выдала она, наконец, наверняка в своих мыслях добравшись непосредственно до реализации. – Здесь дети.

– Мы можем взять катер, тут их несколько.

– Слишком опасно. Если что-то пойдёт не так… не отобьёмся.

– Поэтому я попытаюсь договориться с Соиле.

В глазах Мирры проступило непонимание.

– Объясни, – изрекла она требовательно.

– Я уверена, что ради Дирайма он пойдёт на всё. Мы приблизимся на расстояние переносного луча. Наша эсса Лэвель захочет переговорить с Дираймом и Своном на корабле Дирайма. Она ведь уверена, что установка у него? Вот и обыскать заодно. Замену Свона произведём оттуда.

– Гармы могут засечь.

– Поэтому командующий попытается уйти, его корабль стартует со станции. Потом договорится с эссой и Своном, и отпустит их. Главное, чтобы эсса – настоящая – подтвердила, что она в порядке. Это ведь не сложно, особенно ради возвращения установки. Свон забудет о прошлом Дирайма – полагаю, командующего Орбитальным Флотом Зилана, за неимением ничего другого, это устроит.

– Хороший план, Лундан, но ты участвовать не будешь.

– Без меня вы с Дираймом не договоритесь.

– Ты даже хенлорского не знаешь! Не говоря уже о гармийском.

– Я нашла здесь несколько мозго-импульсных обучающих излучателей, через пару часов буду знать. И микрочип-переводчик для страховки. Я побуду заложницей Форта, пока вы подмените Свона. Поверь, из всех наших я стану для него самой ценной, за исключением тебя разве что. Но боюсь, отпустить тебя он не согласится, что бы мы ни посулили. К тому же, у меня больше шансов забрать спесайр и раздобыть кольцо.

– А как согласится вернуть тебя?

– Это ведь просто. Мы обменяем меня на Шиззи. Лишимся всего одной химеры, взамен приобретя доступ к гармийской Флотилии.

– Мои специалисты далеко. А действовать надо быстро.

Мирра определённо не сочла мой план набором бредовых предположений. Это внушало оптимизм, потому что сама я прекрасно понимала, как много в нём прорех. И как мало времени на детальную подготовку. И сколько всего может выстрелить в процессе и «пойти не так»…

– Впрочем, пока и я могу побыть за Свона, – задумчиво добавила она.

– Потом обменяешься, – согласилась я.

– И всё же, Лундан, я не советовала бы тебе лететь лично. Ты и так слишком долго была разлучена с детьми.

– Это же всего на несколько часов, – сердце вдруг тоскливо сжалось, я даже не могла понять, почему. Что больше не буду невестой командующего? Что больше никогда его не увижу? Так хоть расстанусь по-хорошему.

– Ты оставила Дирайму привязку?

– Начала, – кивнула я осторожно. Почти правда ведь.

– Мне надо всё обдумать, – Мирра поднялась. Бросила взгляд на коммуникатор связи с кораблём Форта, который зачем-то по-прежнему носила на руке. – С эссой Лэвель я сама переговорю. А ты приготовь пока на всякий случай свои излучатели.

Улыбнувшись, боясь поверить, я смотрела ей вслед. Поднялась на негнущиеся ноги, ледяными пальцами открыла ячейку с информационными языковыми излучателями. Сердце выпрыгивало из груди, а в мозг пробралась мысль, которую я во время разговора постоянно пыталась отогнать.

От кого у Мирры ребёнок? Неужели от Дирайма? Дети, рождённые женщиной-метаморфом, всегда метаморфы. А вот сроки могут варьироваться в зависимости от расы отца. Точные даты рождения детей в питомниках хранятся только у начальства, во избежание лишней предвзятости. И разбиваются на группы они не по возрасту, а по склонностям и уровню мышления. И, наверное, это правильно, потому что узнай я, кто: Альбин, Мильдар или Гуринь – ребёнок Мирры… и тем более Дирайма… едва ли смогла бы относиться ко всем одинаково.

И не узнать тоже казалось невозможным, немыслимым, как дышать без воздуха…

ГЛАВА 4

Куда это Шиззи запропастилась? Я машинально хлопнул по бедру, но лукавая мордаха не спешила ткнуться ни в руку, ни в ногу.

– Шиззи! – позвал.

Странно, обычно она всегда чуяла, когда прийти. С того самого дня, как впервые нашла меня…

Боль вырванных крыльев раз за разом бросала куда-то по ту сторону сознания. Внутри бесновался дар’морн, воя от бессилия, жаждая неба, не в силах смириться с тем, что полёты нам больше недоступны.

Что-то ткнулось в лицо. Я открыл глаза – сверху нависала чёрная морда с белоснежными клыками и огромными, гипнотизирующими глазами. Внутри них искрили ярко-красные огни, отвечая моему собственному изуродованному пламени. Огненный клан Одайра… насмешка. А оземь, вздымая пыль и мелкие камни, били три змеящихся хвоста.

Пасть открылась, сверкнув зубами и чёрным языком.

– Сожрёшь? – спросил я с надеждой.

Шершавое и влажное прошлось по лицу, с особым удовольствием лизнув нос.

– Брысь, шиза, – вяло отмахнулся я. Привидится же.

Несколько недель изматывающего бреда, иссушающей жажды, нескончаемого воя и выжигающей боли в спине слились в одно бесконечное, размытое пятно. Дар’морн продолжал сходить с ума, разрывая сущность напополам. Пытался перетянуть на себя оборот и ползти. Ползти туда, где начался наш первый полёт.

Моя персональная шиза приносила куски свежего мяса, буквально запихивая в рот, и время от времени, когда я становился меньше и легче – всего лишь человеком, – таскала к роднику, что струился внутри пещеры. Где она же нас и спрятала.

Дар’морн рвался ввысь, в отчаянии бился в стены, вспарывая глубокие борозды в камне. Именно тогда, наверное, пока шрамы грубели и понемногу возвращалось сознание, я научился сдерживать его так, как никогда до этого не сдерживал.

Нет, мы не станем пренебрегать дарованной возможностью, по прихоти судьбы воплотившейся в неожиданно улыбчивой морде химеры. Когда дар’морн брал верх, нам с ней даже удалось найти общий язык. Чтобы узнать, что жалость к чужаку сделала изгнанницей и её саму…

Мы не истратим впустую шанс, что всем нам выпал. У нас есть, как распорядиться жизнью и кому отомстить. А полёты… у гармов множество средств, заменяющих крылья. Не то, конечно. Но прорвёмся.

– Чего разлёгся?

Грубый окрик вернул в реальность. Долго что-то эта эсса летит, мне уже и искупаться дали, и одежду новую принесли – у них даже форма нашего образца нашлась. И подлатали понемногу. Не спину, конечно. Не берут драгову спину даже гармийские технологии. Да и не надо. Вечное напоминание. О людском предательстве, о звериной преданности. О том, почему нам нельзя на Утёс Отверженных.

Мрачно усмехнувшись, я поднялся. Нечего было оставлять меня в кресле после ваших хёрговых пси-лучей.

За дверью раздались тихие шаги, смутно навеявшие шаги моей занозы. Эсса пожаловала, и с ней ещё как минимум двое сопровождающих. Вот он, мой шанс.

В двери несколько раз щёлкнуло – ну и закрыли, мрачно усмехнулся я.

Боятся.

Створки разъехались, впуская троих хенлоров в сопровождении Свона и его шавок.

Дар’морн взвился внутри, непривычно бурно отреагировав на эссу. Выслушать, что она решит мне сказать, или сразу прорываться? Это подписать себе приговор, потом возврата не будет. Да и с защитой у хенлоров всегда было отменно. Но если удастся захватить эссу в заложники…

Пока я размышлял, поднявшись, хенлора вошла, окинула быстрым взглядом комнату и неожиданно улыбнулась. Понятия не имею, что у тебя спёрли и где оно может быть. Хотя, потянуть время…

Рядом вышагивал один из андрогинов Свона. Боится, что метаморфы могли бы пробраться настолько далеко? Зачем им это?

– Добрый день, Дирайм, – голос у эссы звучал немного странно, но что именно смутило, я не смог уловить. – Полагаю, вы знаете, по какому я вопросу?

– Проследить, как содержат пленника?

– Пленника? – едва нахмурилась эсса, обернулась к Берту, и тот заметно занервничал.

– Вы же планировали ходатайствовать о нашем выходе из Объединённого Флота Спирали, следовательно, правовые нормы на нас больше не распространяются? – пожал плечами я.

– Зилан пока ещё в составе Объединённого Флота. С вами плохо обращались?

– Дорогая эсса, – вступил Свон, отвлекая внимание на себя. – Уверяю вас, ничего противозаконного! Мы получили информацию, что Дирайм Форт может оказаться… не тем, за кого себя выдаёт.

– Метаморфом? – ещё больше нахмурилась эсса.

– Не совсем…

– Разве у гармов не самая совершенная система сканирования и генетического анализа?

– Самая, – согласился Берт. – Но именно это и является второй стороной медали. Возможность добавлять практически любые гены потомкам усложняет вероятность стопроцентного исключения не гармов.

– Ближе к делу, Свон, – голос эссы заиграл холодными металлическими оттенками. – В чём вы его подозреваете? И почему не предъявили обвинения по всем правилам?

– Главнокомандующий посчитал, – хмыкнул я, – что облучение пси-лучами лучше соответствует правилам.

Свон позеленел, глаза Эссы сузились.

– Пси лучи? Это недопустимо.

– Позвольте гармам разбираться внутри своей Флотилии без вмешательства извне, – лицо Свона тоже застыло надменным изваянием.

– Возможно, вы захотите решать их и без Флота Спирали? – поинтересовалась эсса. И тут же, не давая ему ответить, добавила: – А я бы хотела решить свои вопросы. В данный момент меня волнует то, что было украдено у хенлоров. И… – эсса Лэвель огляделась, – я предпочла бы обсуждать это не здесь.

Подобравшись, я прошёлся цепким взглядом по окружавшим хенлорам и гармам. Если «не здесь» – это вдвойне хорошо. Больше возможностей вырваться.

***

Сердце отчего-то колотилось, как сумасшедшее. Дирайм казался уставшим и осунувшимся. Эти твари жгли его психику пси-лучами! Пытались извлечь создание с огненными глазами!

Пребывание в образе требовало сосредоточенности – я слишком плохо знала эссу Лэвель. Чтобы подменить кого-то, метаморф должен много часов за ним наблюдать, изучить привычки, интонации, поведенческие реакции. А у меня ничего этого не было – только надежда, что гармы знают эссу ещё хуже. И хёргово волнение, которое поднималось откуда-то из глубин, мешая работать! И ещё эта игла в руке – болела, отвлекая и снова заставляя костенеть. Не так, как в прошлый раз, ибо доза была значительно меньше, но всё же то и дело хотелось выдернуть из себя мерзость.

На миг показалось, Дирайм узнал и сейчас вольно или невольно выдаст меня. Но нет. Скорее он просчитывал свои варианты… как бы подать ему знак? Ещё знать бы, как он на этот знак отреагирует…

– Но почему именно на корабле Форта? – ожидаемо возмутился Свон, в то время как сам Форт казался довольным, хоть и растерянным.

– Потому что мы планируем всё обыскать, – я повернулась к двери, на миг испугавшись, что нас сейчас тоже задержат. Эти уроды не пренебрегали ничем, но сила, которую они представляли, могла бы нанести существенный урон Спирали. Сомневаюсь, что настоящая эсса стала бы намекать на их выход из Объединённого Флота, когда с таким трудом удалось преодолеть распри и связать гармов хоть какими-то рамками. Но решила, что пугнуть для профилактики будет не лишним. Никто не хочет портить отношения с хенлорами.

– Он может сбежать, – предпринял попытку Свон, которую Дирайм тут же пресёк:

– У вас появились официальные обвинения, которые вы готовы мне предъявить?

Главнюк несколько секунд переводил острый взгляд с него на меня, но мой гад, похоже, рассчитал правильно: рассказывать хенлорам о драгах гармы не планировали.

– Скоро состоится разбирательство… – пробормотал Берт.

– До разбирательства верну его вам в целости и сохранности, – откликнулась я.

– И всё же, я перестрахуюсь, – Свон подал знак своим гармам, и двое приблизились к Дирайму, свели сзади его руки, сковав магнитными наручниками – прямо как те, какие надевал на меня Сэмптон Хас.

Возможно, так даже лучше. Форту будет сложнее выкинуть что-нибудь неожиданное. И его крейсер, насколько я помню, не на мысленном управлении. А коммуникатор Мирра не отдала… Так себе залог, конечно, но без него Форт сможет запустить связь только из рубки или своей каюты.

Дирайм бросил на Свона взгляд, полный презрения и почти ненависти, но тратить время на сопротивление не стал. Скованный под конвоем прошёл к двери, окутав волной знакомого запаха, который чётко уловил мой нынешний хенлорский нос.

Стараясь тщательно копировать походку эссы Лэвель, я двинулась следом, мимо злобно зыркавшего Берта Свона. Сердце, по-моему, увеличилось, даже невзирая на блокиратор – ему вдруг сделалось тесно в рёбрах, и оно так и норовило выскочить из меня прямо к идущему впереди Дирайму.

Свон взял с собой всю ораву своих подпевал – оставалось только рассчитывать на Соиле. Боги, с какой мордой андрогин на меня смотрел, пока договаривались! Как ощутимо ожидал подвоха! И хёрги его знают, что там себе решил.

План казался всё больше и больше шитым белыми нитками, но то, что Дирайм идёт впереди и гармы нас не задерживают, представлялось хорошим знаком. Ещё немножко. Несколько поворотов и тяжёлых межотсековых перегородок, которые при всём желании не вышибить своими силами – и вот мы, наконец, в ангаре! Том самом, где всего пару дней – целую вечность! – назад так неожиданно и тяжело расстались.

Дирайм шёл расправив плечи, и время от времени мне казалось, что ни наручники, ни сопровождавшие гармы не удержат, стоит ему лишь взмахнуть руками. Мысли то и дело сворачивали к золотоглазому созданию.

Мирра так и не объяснила, что оно такое. Но воображение, подстёгнутое снами, дорисовывало крылья за спиной. Гордый, красивый зверь, властелин небесных потоков.

Трис и ещё один метаморф шагали рядом в виде двух хенлоров, даруя незримую поддержку. Трис – как специалист по лаборатории, на случай, если с иглами или переносом Шиззи возникнут проблемы. Арбис – потому что одно время работал среди хенлоров и неплохо их изучил.

– Вы же не будете возражать, если моя охрана поприсутствует? – подал голос Свон.

Готова поклясться, Дирайм презрительно хмыкнул. Но промолчал.

– Нет, с чего бы мне возражать, – пожала плечами я, тщательно выговаривая гармийские слова.

Как и договаривались, Соиле чуть переждал, словно наше посещение оказалось для них непредвиденным. И лишь после того, как я связалась с ним, уведомляя о визите, шлюз корабля отворился.

Небольшой пневмо-трап втянул нас внутрь – странно, в прошлый раз он был отключен, мы спускались обычным. Это настораживало. Рассчитывать на эмоции других рас – в наших правилах, но зачастую эти расчёты оказываются с очень большими погрешностями. А вдруг Соиле ведёт свою игру?

Додумать не успела: мы очутились внутри, причём не в шлюзе, а сразу у выхода перед лифтами. Соиле, как и было оговорено, отделил гармов во главе со Своном плотной силовой перегородкой. Видимо, они должны были бушевать и сыпать угрозами, но до нас не доносилось ни звука, ни жеста.

А потом всё полетело кувырком.

Дирайм таки взмахнул руками, разрывая прочную связь магнитных наручников, прямо как я себе представляла. И тем же движением проехался по челюстям своих конвоиров, раскидав их на добрых пару метров. Улыбка невольно скользнула на губы – казалось, он лишь выжидал момента, вместе со своим золотоглазым созданием.

Но следующим жестом Форт развернулся, взгляд сделался сосредоточенным, будто управление кораблём снова у него. И вокруг нас, метаморфов, в которых он должен был видеть хенлоров, загорелись тонкие, от пола до потолка, белые силовые лучи, ограничивая как в клетках.

– Лэр Форт! – я попыталась коснуться прутьев, но тут же с шипением отдёрнула руку: они оказались раскалёнными. – Немедленно выпустите нас.

Корабль завибрировал, разгоняясь. И почти моментально сорвался с места, подозреваю, вырвав крепления, на которых удерживался в ангаре. Корпус сотрясла судорога, свет мигнул, крейсер покачнулся – похоже, командующий выбивал выстрелом выход.

Рядом раскрылась дверь лифта, выпуская Соиле. Дирайм обернулся, и Соиле кинул ему лучевик. На губах андрогина играла такая улыбка, что мне стало не по себе. Как последняя идиотка бросилась в логово к двум гадам, ещё и других подставила! Неужели они успели сговориться?

– Простите, эсса, но ситуация обязывает меня…

– Это не эсса Лэвель, – перебил Соиле.

Глаза Дирайма медленно сузились и вонзили в меня такой взгляд – на миг перехватило дыхание. Узнал, догадался? Как поступит?

– Это я, Дирайм, – решила принять удар на себя, отвлечь его жажду сатисфакции от Триса с Арбисом.

Отодвинула наручный коммуникатор, что прикрывал иглу, и вытащила её из отдающей голубым отливом руки. Сила ворвалась, заструилась по венам, позволяя наконец-то сменить опостылевший тонконогий вид.

– Тварь! – лэр Форт вскинул лучевик, и я рефлекторно воззвала к той частичке своей силы, что оставила внутри него.

Рука командующего дрогнула, глаза на миг полыхнули жёлтыми вертикальными щёлками.

Мига было достаточно, чтобы он взял себя в руки. Направился ко мне, не выпуская из прицела отдал мысленную команду отключить лучи.

Крейсер снова качнуло – мы уходили в подпространство, и не уверена, что оговоренным с Соиле курсом. Я только и успела спрятать капсулу блокиратора в потайной кармашек.

Ухватив меня за руку, Форт потащил к лифту. Смесь страха подставить всех, кто согласился на мой план, и какой-то неясной радости вырывалась изнутри, сердце грохотало, а прикосновение руки к руке обжигало ненужными здесь и сейчас воспоминаниями.

Через несколько секунд Дирайм ворвался в собственный кабинет, наскоро окинул его взглядом – здесь ещё виднелись следы присутствия детишек, и я невольно улыбнулась, вспоминая эту картину.

Буквально вдавив меня в кресло, он уселся на край стола и выцедил:

– Что происходит?

Ох, до чего же мне нравилось, как полыхали гневом его глаза!

Улыбнувшись, я заложила ножку за ножку.

Дирайм окинул меня непередаваемым взглядом – почти чувствовалось, как командующий ведёт им по бедру. Я усмехнулась:

– Лундан, я рад, что ты вернулась и…

– Лундан! – едва не зарычал Форт. – Какого лысого дегрода происходит?!

– Соиле тоже в курсе, если что. Можешь у него спросить. Ну или посмотреть свои многочисленные записи с многочисленных камер.

Дирайм нагнулся ко мне, любимым жестом ухватил за подбородок:

– Где Шиззи?

***

Пытался просмотреть, первым делом. Переведённый в боевой режим ИскИн транслировал запись прямо мне в мозг. Но постоянно останавливал: всё время что-то отвлекало, я никак не мог сосредоточиться. То Соиле, то метаморфы, то эта з-заноза длинноногая!

Чуть не пристрелил же идиотку, нашла куда сунуться! Но ведь сунулась, хёрг дери, полезла к гармам! Сидит теперь с дивной улыбкой, разглядывает меня странно мерцающими глазами. И я, твою орбиту, действительно рад её видеть! Хоть и понимаю, что наверняка у метаморфов свои коварные интересы.

И если бы не мысли о Шиззи… Тварям есть чем меня удержать. Сидит, лыбится, чует свою силу. Вроде бы даже не двинулась, а подбородок плавно выскользнул из моей руки.

– С Шиззи всё хорошо, Дирайм.

– Где она? – будто я спрашивал, хорошо ли с ней. Будто мне кто-нибудь скажет правду.

– Послушай, – Лундан скользнула взглядом по чему-то за моей спиной – аквариуму, что ли? – Направь корабль в условленное место. Мы пообщаемся со Своном, вернём ребят… кстати, отключи клетки, пожалуйста. Они обжигают.

– Пообщаетесь? – хмыкнул я.

Рассказывай, поверил. Метаморфы хотят захватить место главнюка? Даже не могу решить, на чьей я стороне в этом вопросе.

– Мы вежливо попросим его вернуть хенлорам то, что он у них взял.

– Ты знаешь, что?

– Порт-луч последней разработки. Как раз такой, чтобы твоя техника не просекла, как кто-то проявился из колонны на приёме. Чтобы я даже не почувствовала присутствие живого существа.

Я смачно, от души ругнулся. Покосился на занозу, но она даже не поморщилась.

– Уверена, что Свон?

– Есть другие варианты?

Хм. Пожалуй, что и нет. Драги до хенлоров едва ли достанут. Или сами хенлоры путают следы, или таки гармы. Может, не главнюк, но кто-то из них. Есть ещё несколько крупных сил, вроде тех, кто мечтают открыть выход из Спирали и воссоединиться с остальной Галактикой, да с хенлорами им не тягаться. Ну и сами метаморфы, конечно, эти всегда под подозрением.

– И что мне с ваших махинаций? – хмыкнул.

– Свобода? – предположила заноза. – Твоя и твоего… кто он?

– Сам справился бы, – откликнулся я. Внутри всё заледенело от мысли, насколько близко она подобралась к истине. Как много всех подобралось!

– Странно было ожидать от гада благодарности, – хмыкнула заноза.

– Я помощи не просил!

– Гармы уничтожат всё, что узнали о тебе.

– Зачем, Лундан? – слова звучали слишком складно, чтобы поверить. – Какого хёрга метаморфам понадобилось прокручивать такую комбинацию?

– Никакой комбинации, – заноза поднялась. Слишком близко, слишком манящий запах, от которого дар’морн внутри встал в боевую стойку, вырываясь на поверхность. – Просто возвращаю тебе долг.

– После того, как подставила меня, сбежав с… – язык не повернулся назвать ту, кого я слишком долго мечтал медленно и самозабвенно убивать. Дар’морн разъярённо полыхнул на непроизнесённое имя.

– Я понятия не имела, что она появится. А она понятия не имела, что я сняла привязку. Но так сложились обстоятельства… и я должна была защитить детей. Наши нашли единственный способ вызволить их.

– Пожертвовать мной, – мрачно хмыкнул я.

Способ неплох, ничего не скажешь. Что же изменилось теперь? Я молчал, разглядывая подвижную мимику занозы. Видел, куда она спрятала капсулу. Неужели сама, по своей воле пошла на это? Сунулась в логово к гармам с кучей андрогинов, хёрг раздери! Всего-то с двумя метаморфами!

– Всё позади. Ты вернёшься командовать своим флотом. Хенлоры тоже останутся довольны, если мы сможем возвратить им установку. Полетишь куда там собирался, сделаешь то, что планировал.

– И ты готова исполнить роль моей невесты?

– Прости, Дирайм, – её лицо неожиданно погрустнело, вызывая смесь сожаления и облегчения. Это пахло бы слишком сильным подвохом… Но отпускать занозу отчего-то совсем не хотелось. – Мне нужно вернуться к малышам. Как только всё закончится, мы расстанемся… на этот раз просто хорошо расстанемся.

Она скользнула тёплой рукой по моей щеке, и на миг показалось, в глазах трепещут слёзы.

– Без невесты я лишусь тех сомнительных очков, которых до сих пор ещё не лишился в глазах хенлоров.

– У тебя есть Паула.

Мысль о том, чтобы после эффектной и сильной Лундан выйти в свет с Паулой казалась отвратительной не только дар’морну, но и моей собственной гордости.

– Ты, Лундан. Я представил всем тебя, и смена невесты лишь усугубит и без того хреновую ситуацию.

– Прости, я не могу, – развела она руками. – Меня и сюда отпускать не хотели. Дети тяжело переживают длительное расставание с тем, с кем у них привязка. Я нужна им. Ты… – она на миг закусила губу, словно не желая договаривать, – если Паула совсем не устраивает, можешь заключить контракт с метаморфами… Оплатишь – пришлют точно такую, как закажешь.

– Ты что мне предлагаешь?!

Потные яйца бабуина, да что за хрень происходит! Ещё час назад я открутил бы ей голову голыми руками, если бы она только мне попалась – а тут уговариваю вернуться на роль невесты! И по-прежнему не догоняю хитроумного метаморфьего плана! Ну не «расстаться же по-хорошему», в самом деле! Хотя… От Лундан ещё мог бы допустить. Но чтобы Мирра одобрила?!

– Выход из ситуации, – пожала она плечами. – Не хочешь – не оплачивай.

– Тогда я оплачиваю тебя!

– Дети, Дирайм. Я возвращаюсь к детям.

– Я найду тебя! – вырвалось скорее, чем я успел остановить невесть откуда взявшуюся мысль.

Лундан качнула головой, словно говоря, что не найду. Конечно, не найду: утечёт сквозь пальцы, сменит облик, пройдёт рядом – не узнаю. И даже дар’морн едва ли сможет узнать.

Но вместо этого спросила:

– Зачем?

И правда, зачем? Хёрг его разберёт. Потому что уверен, что она всё сделает, как надо? Потому что… драги раздери, хочу её снова, ещё раз, прямо сейчас!

– Не переживай, ты и не… отличишь, – едва запнувшись, добавила заноза.

– Не отличу, значит, – мрачно хмыкнул я.

Да что бы ты знала! Я десять лет день за днём, минута за минутой изводил хёргову привязку, я выяснил о метаморфах всё, что только смог. Да, не узнаю, если сменишь облик, но есть ведь что-то глубже, чем внешность, чем повадки, которые с лёгкостью копируют метаморфы! Что-то, что разглядел в тебе мой дар’морн. Что-то, что притягивает магнитом даже без импринтинга.

Лицо, встревоженно ожидающее моего отклика, взволнованные глаза, которыми, кажется, заглядываешь прямо внутрь. И знание, что на самом деле выглядишь иначе, уже не вызывает такой острой реакции.

Резко сократив разделявшее нас расстояние, наполненное участившимся дыханием, я скользнул рукой в её волосы, пропуская меж пальцев, придерживая и направляя голову. И, не давая опомниться, захватил в плен губы. Хочешь сказать, не узнаю? Хочешь сказать, любая сможет вызвать те же эмоции? Буду целовать и не распознаю, что это не ты? И сама – так же станешь целовать другого?

Лундан отдавалась, плавилась, послушно шла за мной – и это было то, чего мне сейчас хотелось. В ней больше не сидел хёргов блокиратор, она не зависела от меня и в любой момент могла оттолкнуть. Но я продолжал ощущать её губы под своими, снова и снова раскрывая, напоминая о той страсти, которая мне, потные яйца бабуина, не могла примерещиться!

Провёл второй рукой по щеке, шее, всматриваясь, и даже дар’морн приподнял голову, разглядывая. Я не стал удерживать его – пальцы преобразовались, на них выступили когти, чуть сжали её плечо, не раня. Я резко оторвался:

– Дар’морн отличит. И убьёт любую, кто попытается подобраться.

Лундан коснулась своих губ, подняла глаза:

– Я… не… Никто не планирует подбираться. Давай… давай завершим начатое. Время уходит.

Как обычно моментально взяла себя в руки, срывая крышу, вызывая желание настоять, покорить, сделать её своей!

– Направь корабль куда надо, – добавила. – Пожалуйста.

Что ж. Дела, значит, дела, заноза. Но наш разговор ещё не окончен. Если бы не Шиззи… хрен бы ты так легко отделалась. Впрочем, наверное, тогда и не сунулась бы.

Подал мысленный запрос ИскИну, тот высветил координаты, которые собирался задать Соиле. Я на несколько мгновений задумался, выискивая подвох в плане клятых метаморфов.

Недалеко, что же, слетаем, посмотрим. Отдал приказ медленно разворачиваться на курс. Мало ли когда могут спохватиться гармы, уже наверняка погоню собирают.

– Шиззи, – отчеканил. – Сначала вы возвращаете Шиззи. Потом всё остальное.

– Не получится, Дирайм. Шиззи одна, а нас много. Шиззи перенесут в самом конце, обменяют на меня. Я останусь, пока она не вернётся. И убери клетки, пожалуйста.

– Убрал. Надеюсь, твои с Соиле разойдутся.

– И я надеюсь.

ГЛАВА 5

Что это было?! Взять себя в руки оказалось сложнее, чем думалось. Что он хотел мне доказать или показать? По телу всё ещё бегали жаркие иголочки, мысли то и дело сбивались на воспоминания о самой первой ночи. Ожидала чего угодно, но не такого! Неотвратимость расставания горчила привкусом поцелуя.

Дирайм вернул руку в обычное состояние – так и хотелось, чтобы он продолжил оборот, рассмотреть, наконец, великолепного зверя!

– Сначала вы замените Свона, я правильно понимаю? – холодный деловой тон остудил, возвращая к насущному.

Хм, скрыть от него что-то по-прежнему сложно. Впрочем, и не нужно: не получится скрыть замену на его собственном корабле.

– Сначала к нам прибудет новый главнокомандующий, – я не стала говорить, что его роль исполнит Мирра лично. Боюсь, Дирайм бы этого не выдержал. Но учитывая последнюю демонстрацию… уж не заподозрит ли подвоха дар’морн?

– Допустим, – согласился Форт.

– Им нужно будет немножко времени на общение. После один из них вернётся к гармам, а второй – к метаморфам. Пока Своны будут разговаривать, мы отправим ребят обратно. Трис проследит, чтобы перенос Шиззи прошёл успешно.

– Что ж, давай попробуем, – мне очень не нравилось выражение его лица. Но за неимением другого, пришлось улыбнуться и двинуться к выходу. Ещё немножко…

***

Как у них всё легко и складно. Подменим главнокомандующего, а ты помолчи, Форт. Я-то помолчу, конечно. Ради Шиззи. Но без гарантий, что уничтожат всю информацию, которую они же передали Флотилии, никого не отпущу. С другой стороны, то, что я знаю о подмене, уже своего рода гарантия. И это заставляет задуматься… не решат ли метаморфы избавиться от такого свидетеля?

Бросил быстрый взгляд на занозу. Хотелось думать, что девчонка просто верит своим соплеменникам. Которые друг о друге, может, и заботятся. Но остальные расы имеют во все дыры. А может и сознательно мне тут голову дурит.

ИскИн передал, что гармы временно изолированы и усыплены, дабы под ногами не болтались. Метаморфы доставлены в каюту. Вдруг среди них и хёргова Мирра? От этой мысли хотелось ворваться с лучевиком и всех перестрелять. Лучше бы ей не высовываться и руководить издалека, пока у меня нет возможности добраться.

Лундан не отставала, так и чуял её всё подмечающий взгляд.

У лифта нас встретил Соиле. Лицо традиционно спокойное, движения плавные, но глаза… У нас ещё не было возможности даже словом перекинуться – лишь несколько коротких сообщений через ИскИн.

Андрогин сделал шаг навстречу, приподнял руки. И я вдруг оказался в крепких объятиях. Хотелось бы думать, что мужских. Ответно хлопнул его по плечу: всё хорошо, дружище. Знаю, что переживал.

Смерив занозу неприязненным взглядом, Соиле снова оглядел меня с головы до ног, словно проверяя на целостность и возможность подмены, и скупо произнёс:

– Надо поговорить.

Пару мгновений я рассматривал его, решая, тратить ли на это время сейчас. Растёр виски. Воздействие пси-лучами и слияние с драговым камнем сказывалось. Завалиться бы на сутки-другие, выспаться.

– Хорошо, – согласился, сверяясь с показаниями ИскИна. Минут десять, и будем в условленных координатах.

Васлав Жан командовал на мостике, ИскИн усиленно проверял пространство на предмет засады и замаскированной военной техники.

– Твои соплеменники в твоей бывшей каюте, – сообщил насторожившейся занозе. – Иди к ним, мы сейчас.

***

Парочка уединилась в покоях Дирайма, из которых мы только что вышли, оставив меня подозрительно глядеть им вслед. Нет, ну ведь явно что-то замышляют… и не упрекнёшь же. Не доверяют.

Пожав плечами, я направилась к лифту, который, как ни странно, всё ещё давал мне доступ. Место для переноса должны были организовать в каюте для отдыха, той что рядом со столовой.

Признаться, встретить Паулу не хотелось. Но до дверей я добралась спокойно: похоже, корабль перевели в боевой режим, всем было приказано оставаться на местах. И к лучшему.

Трис с Арбисом всё ещё оставались хенлорами, хотя необходимость в этом уже отпала. То ли не хотели морочиться с другой внешностью, то ли решили потренировать подражание расе. Увидев меня, изобразили традиционные хенлорьи улыбки, отражающиеся в огромных глазах. Первый даже поднялся с койки навстречу.

Узкая каюта, та самая, куда поначалу определили меня, отчего-то вызвала всплеск эмоций, и мысли, которые я усиленно пыталась настроить на деловой лад, понеслись как сорвавшиеся кони. Впервые я целовала Дирайма без иглы, и эмоции, которыми он меня захлестнул, оказались слишком сильными и неожиданными. Разбираться и разбираться. Будь я на задании, продляла бы поцелуй, пока не докопалась до истины, но сейчас…

– Фонишь, – усмехнулся Трис на ухо, внезапно оказавшись рядом.

Промолчав, я предпочла уйти от ответа улыбкой. Но Трис вдруг серьёзно спросил:

– Этот Форт… Он что-то значит для тебя?

От неожиданности я растерялась:

– Это Мирра приказала тебе следить за мной?

– И реакция соответствующая.

– Что ты хочешь сказать, Трис? – его выводы мне совсем не нравились. Конечно, метаморф метаморфа чует лучше, чем кто бы то ни было. Но мне как правило удавалось удержать все чувства при себе.

– Нашла кольцо и спесайр?

Хёрг! Я не собиралась этого делать, и тем более не хотела бы, чтобы Форт заподозрил, будто вернулась за кольцом и информацией! Сама ощутила, как глаза полыхнули гневом:

– Впрочем, лучше молчи. У Форта везде камеры, и ты сейчас поставил крест на возможности их достать.

Трис задумчиво огляделся, в лице скользнула доля сожаления.

– А он знает, что ты моя невеста? – выдал внезапно.

– Ты что несёшь?! – я едва не задохнулась от возмущения. Это Мирра, точно! Приказала выяснить, какие у нас с командующим отношения? Чего добиться? Спровоцировать его?

– Значит, нет, – усмехнулся Трис.

На миг показалось, я уловила угрызение. Ему не нравилось это делать… но метаморфам редко когда нравятся задания, которые им достаются. Все мы через это проходим. Просто берём и делаем то, что нужно.

Ответить я не успела, да и бесполезно было бы пытаться что-то доказать. Оставалось лишь надеяться, что Форт не сразу посмотрит запись, и у меня будет возможность ему всё объяснить.

Но судя по выражению лица Дирайма, объявившегося на пороге, вряд ли. Либо слышал, либо Соиле сказал ему нечто такое, что вновь заставило заледенеть все эмоции.

***

Кольцо, значит. Спесайр. Видимо, не просто пространственная игрушка, но ещё и информацию передаёт. Расстаться, значит, по-хорошему. Я с тобой так расстанусь – до конца жизни помнить будешь!

А я-то как дурак об эмоциях, страсти, поцелуях! А метаморфы как всегда преследуют собственные интересы. И женятся на себе подобных. Если нет другого задания.

Дар’морн снова бился внутри, желая разодрать хоть кого-нибудь. Или этого, как там его, Триса. Или лживую обманщицу, которая так и влечёт, точно какие-то новые метаморфьи штучки испробует! Но за неимением такой возможности выклёвывал мой собственный разум. Снова.

«Есть контакт», – передал ИскИн, напоминая, что времени у нас впритык. Сначала Шиззи. Я не готов пожертвовать ею.

– Идёмте, – бросил сухо под тревожный взгляд глубоких синих глаз. Развернулся к двери, продолжая анализировать поступающую от ИскИна информацию.

В былые времена хенлоры могли перемещаться лишь в пределах специально оборудованных помещений. А сейчас вон хоть с орбиты в зал, хоть на чужой защищённый корабль. Понимаю, почему метаморфы раздобыли себе такую технику – не понимаю только как. Впрочем, их методы никогда не отличались чистотой. Хотя с ними тоже обходятся не то чтобы мягко. И поделом.

Команда находилась на условленных местах, готовая к бою и прочим неожиданностям. Мы прошли пустым коридором в пустой же общий зал. Мимо закрытой столовой, напомнившей, когда я ел последний раз. Давненько. Слияние с драговым камнем требовало восполнения энергии, и в мысли каким-то нелепым образом просочился звёздный купол, стол, заноза в вечернем платье. Дёрнув головой, я выдворил лживые образы оттуда.

«Запрос на связь», – вспыхнуло в голове.

«Выводи», – отдал мысленную команду.

От стены отделился виртуальный экран, на нём появился абсолютно незнакомый мужчина. Я бросил взгляд на Лундан, пытаясь сообразить, новый ли образ Мирры, или действительно совсем иной метаморф. Но девчонка держала лицо, не проявляя эмоций. Лишь Трис жался рядом с ней, от чего хотелось зарядить ему в ухо.

– Добрый день, лэр Форт, – незнакомец говорил дружелюбно и выглядел открытым. Пришлось напоминать себе, что передо мной метаморф, который знает, что и как сказать, и умеет создать необходимую видимость.

– Будет добрым, когда вы вернёте мне то, что у меня забрали.

– Сейчас мы переправим вам Свона. Потом решим остальные вопросы. Остаёмся на связи.

Я кивнул. Переправляйте.

Посреди каюты вспыхнул луч, открывая портал сквозь пространство, в нём замерцал, словно проявляясь издалека, силуэт Берта Свона в тёмном экранирующем плаще. Свон делался всё чётче и ближе, пока, наконец, не шагнул к нам.

Дар’морн приподнял голову, и я всмотрелся, пытаясь понять, уж не моя ли старая знакомая передо мной. Дар’морну метаморф не нравился, но как ни старался, я так и не смог определить. Хёрговой привязки больше не было, а выпускать дар’морна наружу – не самое подходящее время.

– Добрый вечер, – кивнул лже-Свон, оставляя защитный плащ в затухающем луче. – Где я могу переговорить со Своном?

– Сейчас его разбудят, – отозвался я.

– Катер, на котором прибыла на станцию эсса Лэвель, скоро будет здесь, – Свон скользнул взглядом по Лундан, давая понять, какая именно эсса.

– Приведёт к нам хвост?

– Всё будет хорошо, лэр Форт. Мы обо всём позаботились. Давайте не будем терять времени.

Позаботились, криво усмехнулся я. Наверняка сообщили гармам, что эссе Лэвель удалось договориться с мятежным Фортом и скоро главнюк вернётся на место. Наверняка тоже чего-нибудь наобещали.

– Я полечу с вами, – шагнул вперёд Соиле.

Это было его решение, я не стал бы подвергать друга такой опасности. Но и отговаривать не стал. Присмотреть за метаморфом не помешает. Ну и проконтролировать, как он удалит всю информацию обо мне. А в крайнем случае – сдать его гармам. Если всё выйдет из-под контроля.

Глаза лже-Свона сузились, он окинул нас взглядом – меня, Соиле, Лундан. После медленно кивнул:

– Хорошо. Пусть будет так.

***

Так вот о чём они говорили… Едва ли Мирре понравится такой соглядатай. Но очень надеюсь, что она честно удалит обещанное и разойдётся с Дираймом и Соиле миром.

Луч всё ещё едва отблёскивал, и Мирра, указав на него головой, скомандовала:

– Трис, Арбис.

– Они останутся здесь, пока не вернётся Соиле, – шагнул вперёд Форт. – Удаление информации не слишком трудозатратный процесс.

Глаза Мирры-Свона сузились:

– Мы теряем время и мощности. Перенос работает. Пусть переместится хотя бы один. У вас и так остаётся Лундан.

– Один, – кивнул Дирайм.

Пробирающий взгляд скользнул по мне, Арбису, Трису – и я понадеялась, что уйдёт последний, больше не давая Дирайму лживых поводов подозревать меня во всяких коварствах. Но невербальный приказ Мирры оказался для ребят однозначным.

– Я останусь, – сообщил Трис, смерив меня таким взглядом, что сразу вспомнился приём и реакция лэра Форта на подкаты к его невесте, пусть даже фиктивной. Взгляд командующего и сейчас не сулил ничего хорошего.

Арбис шагнул в луч, принимая на плечи и голову защитный плащ. Через несколько мгновений всё угасло, унося его обратно на корабль хенлоров.

Мирра-Свон нетерпеливо оглянулась.

– Отведи, – кивнул Форт Соиле, видимо, чтобы тот уже начинал миссию, которую сам взвалил себе на плечи.

Проводил их с Миррой взглядом до двери и резко выдал:

– Лундан. За мной.

– Ты меня с Шиззи не перепутал? – приподняла я бровь.

– Нет, – отрезал Дирайм. Глаза опасно потемнели, зрачки снова сузились и полыхнули огнём.

Отворив дверь, он демонстративно пропустил меня вперёд и шагнул следом, не обращая ни малейшего внимания на Триса.

Снаружи обнаружился Чарес. Лицо взволновано, взгляд тревожный.

– Райм! Что происходит? – любитель сигар мял в руках какую-то палочку, видимо, в космосе заменявшую вредную привычку.

– Разве я не отдал чёткий приказ не покидать своих мест? – таким тоном хорошо гонять подчинённых, но никак не лучших друзей. Чарес, похоже, был того же мнения:

– Ты взял меня с собой, чтобы я мог помочь.

Действительно, лучше бы его отправил с новым Своном, чем Соиле. Конечно, выдернув иглу, андрогин сможет прижать Мирру, но мне казалось, Чарес среди гармов имел больший вес.

– Взял, – согласился Форт. – А что, интересно, сказал тебе Свон, что ты оставил меня там и пошёл на мой корабль успокаивать команду?

– Что-нибудь случилось?

– Меня задержали и травили пси-лучами. Где ты был, кому помогал, друг?

– Это… несправедливо, – нахмурился Чарес. – Главнокомандующий предупредил, что вы решаете важные вопросы и ты задержишься, попросил передать твоим заместителям.

– И тебя не смутило, что сам я этого не подтвердил?

– Ты сдал коммуникатор, – развёл руками Чарес.

Пожалуй, я бы с ним согласилась… Но чутьё метаморфа напряглось. Будь у меня возможность пообщаться подольше… а то и поближе, – я бы, возможно, и выяснила, что же смущает. Но боюсь, Дирайм этого точно не понял бы. Да и не хотелось мне сближаться с гармом.

– Сдал, – кивнул Форт. – И сейчас мне предстоит выпутаться из той задницы, в которой я оказался. А тебе лучше ни во что не лезть. Поверь, не та информация, которой владеть безопасно.

Что это он имеет в виду? Метаморфы не нарушают соглашений. Хотя, конечно, силы задействованы не мелкие.

Дирайм кивнул в направлении лифтов. Я ожидала, что он снова схватит меня за руку, и даже почти хотела этого. Но сила его молчаливого приказа оказалась так велика, что и без руки я последовала за ним. Прежде всего не желая злить и спорить понапрасну, ну и заинтригованная, конечно. Хотя ожидать чего-нибудь приятного не приходилось.

Чарес остался позади. А мы снова воспользовались лифтом, чтобы через несколько минут вернуться в Дираймову каюту.

На этот раз дверь отворилась прямо в спальню, видимо, повинуясь мысленному приказу. Дирайм на миг замер у кровати, ещё хранившей следы беспорядка от возни Шиззи с малышами. Не хочет же он… неожиданные мурашки скользнули по плечам, внезапно напрягшейся груди, когда Форт прошёл мимо, направившись к шкафу.

– Что же стоишь, давай, забирай камень.

– Я не планировала его искать.

– Неужели? – рывком отворив дверцу, он распахнул сейф, где до сих пор лежали лэс-активатор и колье. Ну и спесайр я тоже предпочитала хранить там.

Форт взмахнул рукой, вытаскивая из ближайшей стены виртуальное окошко. В нём сгенерировалось гнездо, куда командующий отправил спесайр. Наверняка ИскИн сможет разобраться и стереть всю информацию, которую я успела собрать. Но, признаться, я испытала лишь облегчение. Не придётся врать своим.

– Ну же, – повернулся ко мне Форт, продолжая держать в руках драгоценности.

Кольца там не было – да и не должно было быть. Он же забрал его себе, едва ли стал бы складывать в выделенный мне сейф.

– Разве не хочешь получить плату за хорошо исполненную роль? – Форт приблизился. – Ты ведь сама говорила, что метаморфа можно купить. Что же, я оплачиваю твои услуги. А знаешь, кто ещё получает оплату за тех, с кем спит? Твоего будущего мужа не смущает такой способ зарабатывания денег? Или он и сам та же шлюха, только в профиль?

Форт презрительно швырнул мне украшения. Россыпь редких синих изумрудов сверкнула на полу, лэс-активатор вспыхнул и засеребрился инеем. Быстрее, чем успела обдумать, я вскинула руку и хлестнула командующего по щеке.

Зрачки снова вытянулись, полыхая. Он ухватил моё запястье, но теперь я была податлива и изменчива. Рука просочилась из железной хватки, и через миг я стояла на расстоянии от него.

– Если бы хотела, я успела бы всё забрать. Возможно, даже найти кольцо. Ты ничего не знаешь о метаморфах! Мы вынуждены выживать, но по крайней мере мы не получаем удовольствие от извращений, как те же гармы, которым ты столько времени пытался соответствовать!

Дирайм несколько мгновений буравил меня взглядом, внутри которого полыхали золотые искры.

– Я не просила у тебя драгоценностей, ты сам решил вырядить невесту так, чтобы все вокруг задохнулись от зависти.

– Невесту, – мрачно откликнулся Форт. – Чью, интересно?

– Трис мне не жених.

– Зачем же он так назвался?

– Вероятно, чтобы вызвать вот такую вот ревность, – я слегка взмахнула рукой в сторону Форта. Рыкнув, он шагнул ко мне:

– Это не ревность! Осто…противело твоё постоянное враньё!

– Послушай, Дирайм. Неужели ты думаешь, я не рассказала о твоём корабле всего, что знаю? Что у тебя везде камеры? Думаешь, метаморфы такие идиоты – стали бы обсуждать подобную информацию не понимая, что ты услышишь? Я не знаю, для чего Мирра отдала ему этот приказ…

– Мирра! – с такой ненавистью вытолкнул Форт, что мне сделалось не по себе.

– Ты спас моих малышей. Другой оплаты мне не нужно, – я повернулась к двери.

Как ни странно, та отворилась, выпуская меня в коридор. А я-то надеялась, что действительно удастся разойтись с миром! Но похоже, лэр Форт так и останется при мнении, что все женщины стервы, а метаморфы ещё хуже.

***

Хёргова заноза! Дар’морн бесился внутри, заставляя терять контроль, срываться, чего не случалось последний десяток лет. Спать хотелось зверски – сон накатывал внезапными наплывами, то и дело грозя забрать сознание. Выудив из аптечки стимулятор, я на ходу проглотил его и догнал занозу уже у лифта.

Как ей это удаётся? Ведь всё говорит о том, что передо мной очередная лживая дрянь, готов убить стерву, а всего пара слов – и хочется смять в объятиях, прижать к кровати и… хёрг дери, поверить!

– Есть хочешь? – хмуро уточнил, у самого живот сводило голодными спазмами. – Время позволяет.

– Давай поедим, – пожала она плечами.

Идя к столовой, сверился с ИскИном, что там происходит у Свонов. Пришлый не собирался разводить с настоящим реверансы, вколол ему сыворотку правды и выуживал самую важную информацию, начиная от паролей и заканчивая местом нахождения порт-луча.

Неужели метаморфы до сих пор не в курсе, что гармы, особенно высокопоставленные, вшивают себе на генетическом уровне сопротивляемость подобным средствам? Сомневаюсь, что предоставленная им информация окажется верной хоть на процент. Покосившись на Лундан, я решил не посвящать её в такие тонкости. Если метаморфы не смогут вернуть устройство хенлорам, я от этого ничего не потеряю. А может даже и выиграю.

Впрочем, на Хенлор и ближайший военный совет мне вряд ли доведётся попасть. А значит всё, к чему стремился, напрасно. У, заноза! Что бы мне не выбрать Паулу, действительно! Сейчас уже был бы на месте без сопутствующих проблем.

Дроны принесли нам пайки быстрого приготовления. Лундан жевала рядом, не пытаясь повернуться ко мне или о чём-то заговорить, от чего внутри разрасталась помесь раздражения и сожаления. Капсула начала действовать, вызвав небольшой прилив сил. Пришлый Свон всё задавал настоящему вопросы и получал неверные ответы под бесстрастным наблюдением Соиле.

Наконец, ИскИн сообщил о проверке и пристыковке хенлорского катера – и это послужило сигналом к началу операции.

Отставив пустой контейнер, я отдал распоряжение будить остальных гармов – катер должен был находиться здесь минимальное время. Едва гармы перейдут на него, мы стартуем в подпространство, на другую расчётную точку. Нас не должны засечь.

Спустя несколько минут мы стояли у стыковочного шлюза. Гармы там и оставались – ИскИн убрал стену и при помощи дронов выводил их из сна.

Вскоре появились Соиле со Своном. Отведя друга в сторону, я взял его за плечо:

– Уверен?

– Абсолютно, – откликнулся тот.

– Пока ты не вернёшься, я не отпущу оставшихся метаморфов.

Я глянул на Лундан, которой что-то тихо прошептал Свон. Не расслышал – пришлось запрашивать запись у ИскИна.

«Лундан, обязательно проследи, чтобы Свона переправили к нам. Это самое важное».

Хмурые настороженные лица проснувшейся команды главнюка переводили тревожные взгляды с меня на своего командира и обратно. Свон шагнул вперёд, широко улыбнувшись, абсолютно точно копируя жесты и привычки оригинала. Похоже, всё это время он не только выяснял информацию, но и максимально запоминал любые детали голоса и поведения.

– Всё хорошо, мы с лэром Фортом пришли к соглашению, – произнёс Берт.

– Лэр? – переспросил один из гармов.

– С командующего Орбитальным Флотом Зилана сняты любые обвинения. Метаморфы обманули нас, информация оказалась ложной. Кстати, давно я с ними не развлекался, приведёте мне парочку… как только покончу с делами. До встречи, лэр, – Свон отдал мне честь, пришлось ответить тем же, пока гармы не начали задавать лишних вопросов.

Перед глазами всплыли шрамы истинного обличия Лундан. Ну, если они по дороге спасут нескольких пленных метаморфов, я возражать не стану. А вот насчёт срочной отправки настоящего Свона к метаморфам некоторые возражения имеются…

Дождавшись, пока катер отстыкуется, а ИскИн уведёт корабль в подпространство, я повернулся к занозе:

– Значит, вам остро необходим Свон? Я передам его только после того, как мне вернут Шиззи.

***

– Мы же договаривались… – попыталась возразить я, понимая, что бесполезно.

– С кем? – приподнял бровь Форт.

– С Соиле!

– Вот и дожидайтесь его возвращения.

Слишком большая потеря времени, слишком большая вероятность, что гармы всё-таки решат нас догнать и наткнутся на Свона. Для всех было бы лучше поскорее передать его метаморфам, в том числе и для самого Дирайма. Но по плотно сжатым губам, по мерцающим тёмным огнём глазам я видела, что он не уступит. И в глубине души была с ним согласна.

Договор есть договор, метаморфы не стали бы обманывать – мы часто заключаем различные соглашения с другими расами, без этого не выжить. Но даже если не думать о том, что химера слишком ценный куш, мне просто хотелось поскорее вернуть её туда, где она сама желала бы находиться. Тому, кто искренне и глубоко её любил.

– Хорошо. Попробую договориться. Отправь вместе с ним и Триса, пожалуйста.

– Да пусть катится на все четыре стороны, – раздражённо развёл руками Форт, однако в его взгляде мне привиделось удивление.

Корабль выходил из подпространства, едва вибрируя. Голову немного вело от огромного количества межпространственных скачков за столь короткое время. Длинная, сложная операция, после неё буду отсыпаться несколько дней!

Вскоре мы с Дираймом вернулись в общую каюту, из которой производился обмен. Трис всё ещё оставался там, не выходя из образа хенлора. Чареса не было, к моей радости: наверняка при первой же возможности снова начнёт науськивать командующего против меня, только дай шанс. Хотя, какое мне теперь до этого дело?

Трис поднялся с дивана, всматриваясь в глаза. Я едва кивнула – мол, всё нормально. Но говорить пока ничего не стала, чтобы у него оставалось меньше времени обдумать.

Лэр Форт прикрыл веки, связываясь с ИскИном, и через несколько мгновений на стене возник виртуальный экран, являя одного из заместителей Мирры, известного мне под именем Швара, который, собственно, и вёл переговоры. А также оперировал перемещениями – именно благодаря ему мы столь точно попали на корабль хенлоров.

Швар перевоплотился в незнакомую внешность, по которой сложно было бы даже определить расовую принадлежность – этакий усреднённый, не запоминающийся вариант, при том весьма располагающий к общению. Но Дирайм, как и в прошлый раз, пристально вглядывался в него, видимо пытаясь вычислить, не Мирра ли руководит операцией.

– Второй этап завершён успешно, – произнесла я, принимая переговоры на себя. – Свон отправился на станцию. Готовы совершить обмен.

– Не вижу, – Швар обвёл взглядом доступную ему часть каюты, – где задержанный для обмена.

– Лэр Форт, – я чуть кивнула в сторону командующего, – согласен переправить его к нам только после того, как ему вернут химеру.

– Химеру велено возвращать в самый последний момент, – едва нахмурился Швар.

– Планы изменились. Первоочередная задача – обменять пленника.

Швар несколько мгновений цепко сканировал нас взглядом, пытаясь сквозь расстояние выяснить всё, что только мог. Я на всякий случай закрылась, усиленно размышляя лишь о долге. Ни к чему им просечь моё сочувствие, в заданиях оно всегда помеха, это любой метаморф скажет.

– Я приведу его, – проговорил Форт. – Вы готовы?

Швар перевёл взгляд на Триса, но тот лишь вглядывался в меня, видимо, тоже пытаясь понять, исполняю ли приказ, или действую по своему усмотрению. Наконец, наш оператор перемещений кивнул – коротко, сухо, но этого было достаточно, чтобы Форт развернулся и быстрым шагом направился к двери.

Нетерпение, сумасшедшая надежда, готовность убить любого, кто помешает… Ничто не проскользнуло в его движениях, но я слишком остро ловила эмоции, которые он хладнокровно скрывал.

Спустя несколько минут лэр Форт привёл к нам Берта Свона. Руки стянуты за спиной магнитными наручниками, на ногах такие же браслеты, расходящиеся на ширину короткого шага, не более. Рот заклеен липкой лентой, волосы встрёпаны.

Глаза главнюка метали молнии, язык порывался то ли сквернословить, то ли возмущаться. Дирайм брезгливо толкнул его в комнату, крепко удерживая за локоть и не подводя к месту, куда производили перенос.

Не зная, мог ли Швар забрать Свона оттуда, где тот стоял, я на всякий случай приблизилась.

На экране появилась лежащая на каталке Шиззи под присмотром заведующего лабораторией.

Дирайм вонзился взглядом в экран, кажется, даже не дыша.

– Лундан? – ещё раз переспросил Швар.

– Под мою ответственность, – кивнула я.

Посередине вспыхнул луч, разгораясь всё ярче. Дирайм подался вперёд, в глазах полыхал самый настоящий огненный пожар.

ГЛАВА 6

– Поставьте Свона по центру, – проговорил Швар.

– Сначала – Шиззи, – отозвался Форт тихо, но голос наполнило осязаемое яростное рычание.

Не отрывая взгляда от Швара, я едва качнула головой, показывая, чтобы не перегибал. Понимаю, что ему было велено удерживать Шиззи до последнего, но и Дирайм не дурак.

– Ждите, – отозвался оператор.

Ассистент толкнул каталку, увозя химеру из нашего поля зрения. Дирайм ощутимо взвёлся пружиной – так и хотелось коснуться напряжённой спины, линии скулы.

– Всё будет хорошо, – произнесла я.

Форт мрачно глянул, не ответив. Свон попытался что-то промычать, но командующий бросил:

– Заткнись.

Посреди луча проявились очертания большого лежащего тела. Форт шагнул вперёд, сжав кулаки. Очертания сделались более плотными и узнаваемыми, пока, наконец, не стали полностью реальными. Экранирующая ткань взвилась внутри луча, тускнея.

Самая сильная в мире защита, единственное, что выдерживает такие переносы. Наверняка она у наших одна, а вот были бы костюмы, как у хенлоров…

Пока я оглядывала каюту, пытаясь не упустить из виду никого – включая экран со Шваром, – Дирайм сделал ещё шаг. Ещё. Наклонился, вытаскивая бесчувственное тело Шиззи из луча. Опустился рядом на колено, провёл рукой по шее, морде. Поднялся, грозно развернувшись к экрану:

– Что с ней?

– Она спит, – приблизился к нему Трис.

– Подведите к лучу Берта Свона, пожалуйста.

Швар нервничал – заметно для метаморфа, хотя для гармов вряд ли, – но старался говорить ненавязчиво, мягко. Не обратив на него внимания, Дирайм подхватил Шиззи на руки.

– Давайте помогу! – бросился Трис, но Форт страшным, тихим голосом отозвался:

– Убери руки.

Будто это не огромная псина, а мелкий щенок, перенёс к ближайшему дивану. Лишь вздувшиеся вены на предплечьях и взбугрившиеся мышцы плеч выдавали напряжение, с которым он держал любимицу. Осторожно уложил на мягкую поверхность, снова опустившись на пол рядом.

– Показатели в норме, – Трис указал на небольшой чип в передней лапе. – Через четверть часа должна начать просыпаться.

– Когда проснётся, тогда и отправлю Свона.

– Дирайм, – окликнула я, не отходя на всякий случай от Берта. Мало ли что взбредёт в голову уроду. – Мы договорились. Я по-прежнему останусь у тебя, а его нужно переправить.

Форт промолчал – отсутствие запрета я истолковала как недовольное, но всё же разрешение.

– Просто подвести? – уточнила у Швара.

Тот кивнул, не сводя пристального взгляда со всех нас – точнее, со своего экрана, нас показывавшего. Напряжение буквально искрило в воздухе, превращаясь в неприятные предчувствия.

– Иди, – подтолкнула я Свона в спину.

Тот промычал что-то презрительное и явно неприличное. Тело прошило судорогой отвращения, сколько таких словечек я выслушала в свою сторону, чего он с дружками только не вытворяли! Рука сама собой взвилась, а кулачок у меня всегда был крепким – и с таким удовольствием вмазался в гнусные губы!

– Лундан! – одёрнул Швар. – Потом.

Дирайм бросил на меня странный взгляд, и снова вернулся к Шиззи. Мягко погладил по голове, почесал за ухом, скользнул по лапе, коснувшись чипа. На несколько мгновений я потерялась, следя за нежданно нежными движениями, мягкими касаниями сильных мужских пальцев, отчего-то отчаянно желая испытать их на себе, хотя бы раз.

– Убери это, – резкий приказ привёл в себя, пальцы Дирайма застыли у чипа.

– Лучше когда проснётся… – попытался возразить Трис, но Форт непреклонно бросил:

– Убери.

– Хорошо, – Трис склонился сверху, поднёс руку, лёгкое нажатие – и вот он уже передавал что-то командующему.

– Лундан, Свон готов? – поторопил оператор.

– Готов, – кивнула я. – Трис. Иди с ним.

– Зачем? – обернулся ко мне тот. Ох, всё выходило не совсем так, как я представляла. Думала, Форт решит быстро спихнуть главнюка, и я поскорее отправлю с ним и Триса. А они тут Шиззи занялись…

– Это приказ начальства.

– У меня другой приказ!

– Трис, не спорь. Время.

– Нет.

Вот же упрямый попался!

– Трис. Пожалуйста.

– Я останусь с тобой, Лун.

Хёрг, ну зачем он злит Дирайма, зачем использует фривольное сокращение?!

– Свона, Лундан, – вмешался Швар. – Трис остаётся.

Я сердито глянула на него – неужели не понятно, что лучше вывести как можно больше наших и оставить здесь как можно меньше? Меня вот. Конечно, они хотят меня прикрыть. Но… хвост крысогуя!

– Давай, – подтолкнула я главнюка.

Спорить с обоими бессмысленно, ещё и от Мирры потом можно получить нагоняй.

Трис подбежал ко мне, ухватил Свона под вторую руку, потащив к лучу. А ведь если гарм заупрямится…

Додумать я не успела: Берт вдруг резвым шагом бросился в едва светящееся пятно. Сверху накрыла ткань, проявляясь. Форт встрепенулся, оглянулся тревожно, будто услышал что-то. Поднялся на ноги.

Свон начал бледнеть, превращаясь в нематериальный силуэт. Корабль внезапно шатнуло, луч скакнул по полу, едва не накрыв светящимся пятном нас с Трисом, и неожиданно погас вместе с экраном Швара. Как ни вглядывалась, главнюка я в каюте больше не видела.

Подалась вперёд, но взгляд Дирайма выражал такую помесь подозрительности и ярости, что спрашивать ничего не рискнула. А через миг на стене вновь загорелся виртуальный экран со Шваром, взгляд которого полностью отразил все эмоции Форта, причём тоже на меня! Вот всегда так: хочешь, как лучше, и оказываешься подозреваемой со всех сторон!

– Что случилось? – за холодным вопросом Швара угадывалось столько всего, что я даже отвечать не стала. Лишь глянула на Форта – но тот тоже молчал. То ли ждал, то ли общался мысленно с ИскИном.

– Где Берт Свон? – переспросил оператор.

– Это же вы его перемещали, – отмер Форт, не отходя от Шиззи и не сводя взгляда с меня.

– Вам были переданы все необходимые параметры. И предупреждение, что при сбое хотя бы одного из них перемещение не сработает верно.

– Сбои неизбежны, – развёл руками Форт.

Странная, признаться, реакция. Я как могла настраивалась, пыталась понять, прочувствовать, что им движет. Ловила настороженность, раздражение – но что бы он там ни засёк, выдавать посторонним явно не собирался.

– Вы должны организовать поиск!

– Во-первых, – отчеканил Форт, – я вам ничего не должен. Во-вторых, смогу заняться поисками только после того, как буду точно знать, что с Шиззи всё в порядке.

– Вы потеряете время.

– Вам не следовало держать её в таком глубоком сне.

Небольшой зрительный разряд на линии взглядов Швара и Форта – и экран отключился, оставив нас в одиночестве.

Командующий выдал сложную, непереводимую словесную конструкцию, подкрепив фирменным пробирающим тоном.

Трис предпочитал помалкивать. Я тоже ждала, что скажет Дирайм – злость злостью, но он не дурак, чтобы упускать время даже в такой ситуации. Наверняка и сам захочет проверить, что пошло не так. Только вот расскажет ли мне?

Но недогад лишь повернулся, подхватил на руки Шиззи и направился к выходу.

***

ИскИн надолго задумался, пиликая напрямую мне в мозг сообщениями об ошибке, и пошёл на перезагрузку. Отвратительно, вымя дохлого дар’морна! Я почуял это сразу, но первые мгновения ещё надеялся, что проблема со стороны метаморфов. Никто! Никто не мог влезть в ИскИн, особенно сейчас, когда он находится в боевом режиме. Он полностью замкнут на мне, подчиняется исключительно моим командам!

Уже в коридоре подлетели два вызванных дрона, развернули между собой носилки.

Ну и тяжелющая ты, подруга.

Я осторожно переложил на них Шиззи – руки едва не лопались от напряжения. Провёл ладонью по морде, толкая носилки к лифту.

В последний момент в него просочилась заноза. Хмуро глянув на неё, я хотел было послать подальше. Вынюхивает тут. Но все её вещи у меня, ещё упрётся. Пусть забирает и выметается. И доступ отключу.

Могла ли она влезть своим спесайром в настройки корабельного ИскИна? Нет, невозможно. Сам себя уважать перестану.

А значит… кто-то заложил лазейку ещё на стадии программирования? Соиле? Улетел, зная, что Свон сбежит? Не хотелось подозревать друга, но после меня у него – самые высокие доступы и полномочия. И всё так подозрительно сложилось. Может, гармы тоже ему что-то пообещали? Нет, ну если сдаст им подставного Свона, возражать не стану…

– Мы с детьми навещали её, – заноза провела ладонью по вздымавшемуся чёрному боку, пока нас стремительно поднимало на верхние палубы. – Они её полюбили.

Знает, зараза, чем взять. Чует своим метаморфьим чутьём.

– Вещи можешь забирать, но пока Соиле не вернётся, я вас не отпущу, – выйдя из лифта, я направил дронов к своим апартаментам.

– Там нет ничего моего, – пожала она плечами. – Но если вернёшь спесайр, буду благодарна.

Побрякушки так и валялись на полу, напоминая об эмоциях, которые мне не хотелось бы испытывать. Осторожно переложив Шиззи на кровать, я направился к стене, где гнездо уже светилось зелёным сигналом «отформатировано». Вытащил спесайр, протянул его Лундан.

– Дирайм, – тихо произнесла она, с кивком принимая свою игрушку. – Что произошло?

– Выясняю, – сквозь зубы выдал я, дожидаясь отчёта ИскИна.

Тот как раз перезагрузился, проверил все системы. И, наконец, отрапортовал:

«Не хватает спасательной капсулы».

«Отследить».

«Нет данных».

Скрипнув зубами, я едва сдержал очередной порыв брани – незачем давать занозе лишнюю информацию. Впрочем, никак не привыкну, что для метаморфа и это не помеха, даже когда молчу всё чует. Так и хочется всадить блокиратор обратно.

«Подробнее».

«Данные для отслеживания отсутствуют».

«Просканировать пространство», – приказал я. Правда, все мои спасательные капсулы снабжены дополнительными двигателями для подпространственных скачков. Коротких, но это всё равно существенно расширяло зону поиска. Слишком существенно.

И каждая из них снабжена своим собственным аварийным маячком. Который сейчас мы не могли обнаружить.

– Ушёл? – так же тихо поинтересовалась Лундан. Хмуро на неё взглянув, я задумался, посвящать ли в случившееся, или выставить подобру-поздорову.

– Ты что-нибудь об этом знаешь? – уточнил.

– Несложно догадаться, – фыркнула заноза. – Кто-то вмешался в перемещение?

– Кто-то.

– Метаморфам это не выгодно! Нам нужен был Свон!

Это-то меня и смущало.

– У метаморфов не бывает предателей?

– Представь себе.

– Мне кажется, ты слишком идеализируешь своих сородичей.

– Нет, просто я их лучше знаю. Скорее поверю, что предатель среди гармов.

И хотел бы возразить – да мысли о крысе всё больше не давали покоя. Кто-то же позволил той же занозе так близко подобраться. Круг снова замыкался на самых близких. Командующие крыльями, личные агенты… Но я всегда старался сделать так, чтобы их полномочия не пересекались и не выходили за необходимые мне рамки. Кто-то на моём корабле?

– Что ты намерен делать? – не дождавшись ответа, но правильно истолковав молчание, спросила Лундан.

– Ждать отчёта ИскИна.

– Долго? – Лундан бросила взгляд на часы. По корабельному времени – и времени Зилана – наступила ночь.

– Пока Шиззи не придёт в себя, я и пальцем не шелохну.

– Зря ты не дал Трису посмотреть. Он разбирается…

– Знаешь, что?! – с трудом сдержав яростный гнев, я схватил её за плечо и подтолкнул к выходу. – Забрала что хотела – выметайся! Я за Шиззи и без хёрговых метаморфов посмотрю!

Лундан вздёрнула голову, словно желая что-то возразить, после развернулась и двинулась к выходу. Надо было и вещи вслед выставить. Да делать нечего, собирать её шмотьё ещё. Сама соберёт, если понадобится, а нет – утилизатор под рукой.

Вернувшись к кровати, я улёгся рядом с химерой, обнял рукой, прислушиваясь к ровному дыханию. В голове сожалением скользнули картины элегантных и откровенных платьев, глубокого декольте и соблазнительных ножек. Пожалуй, мне было бы жаль выкидывать эту красоту в утилизатор.

Мысли потекли медленно, глаза смыкались. Минут пятнадцать у меня есть – подремать, а то и стимулятор уже не действует.

Не отключаясь от ИскИна, обрабатывавшего данные, я позволил себе расслабиться. Картины занозы в соблазнительных позах завертелись вместе с мыслями о крысе среди моих подчинённых, и ухнули куда-то вглубь сознания, откуда улыбаясь глядела Шиззи.

На поверхность выдернул тревожный сигнал откуда-то переданного и расшифрованного ИскИном сообщения.

«Уходи».

***

Нужно поставить себе пометку – «о Трисе не заговаривать». Ведь почти успокоила, усиленно подбирая темы и слова, как на задании прямо. Почти осталась рядом в каюте. Но хёрги забодай, до чего же пьянящее ощущение ревности! Похоже, он и сам не отдаёт себе отчёт, но я-то вижу… и так и хочется подразнить.

С трудом сдерживая улыбку, я вернулась на общий уровень. Пока я здесь – надеюсь, всё же ненадолго, – нужно выяснить как можно больше. Знать бы, кого из подчинённых посвятил во всё Соиле и что там Дирайм вычитал в ИскИне. Насколько я успела заметить, из гармов нам почти никто на глаза не попадался.

Трис дожидался меня всё в той же общей каюте.

– Ну что там? – поднялся навстречу.

Пожав плечами, я в свою очередь кивнула на экран. Трис качнул головой – наши больше ничего не передавали.

– Форт не хочет сотрудничать, пока Шиззи не очнётся, – откликнулась, не забывая о вездесущих камерах.

– Устала? – сочувственно вздохнул Трисмонд.

Я повела плечами. Пожалуй, немного. Слова Дирайма об оплате до сих пор уязвляли, а ещё ныла привязка к малышам. Я думала, всё это займёт меньше времени. Они начинали скучать.

Успокоив их, как могла на расстоянии, я хотела было опуститься на диван, но дверь отворилась, пропуская Чареса.

Окинув нас пристальным взглядом, он направился ко мне:

– Где лэр Форт?

– У себя.

– Лундан. Что происходит? – Дираймов дружок покосился на Триса в виде хенлора и произнёс: – Мы можем поговорить?

– Думаю, тебе лучше спросить своего командира.

Несколько мгновений он не сводил с меня взгляда, то ли пытаясь загипнотизировать, то ли размышляя, как уговорить. А он ведь не знает, кто я. Не знает, кто Трис. Или знает?..

Привычка раздобывать информацию, похоже, сработала не только у меня, но и у коллеги.

– Эсс Вэлдивь, – представился он заготовленным хенлорским именем, протянув руку Чаресу. – Я здесь по поручению военного совета, по поводу возникшего недоразумения, которое, надеюсь, скоро разъяснится.

– Какое недоразумение? – гарм почтительно пожал хенлорью конечность, не позволяя понять, в курсе ли о метаморфах, или всё же нет. Я пыталась нащупать, но знала его слишком плохо, виделась слишком мало, чтобы с налёта определить эмоции и побуждения.

– Лэр Форт вам не говорил? Боюсь, в таком случае я тоже не уполномочен, – отыгрывал роль Трисмонд.

– Скажите, Чарес, – встряла я, не давая лэру Хельму возразить, – а кроме лэра Форта кто-то имеет доступ к ИскИну корабля?

– Зачем вам это знать? – подозрительно сощурился дружок. До чего же приятно работать в паре с метаморфом, мы всегда друг друга понимаем и прикрываем! Вот и сейчас Трис моментально сориентировался:

– Всего лишь часть нашей проверки. Опрашиваем свидетелей. Вы же знаете, что командующий был задержан Бертом Своном?

Ох, не схлопотать бы от Форта за такие «опросы свидетелей». Так и ожидала, что он ворвётся к нам, полыхая ледяной яростью. Но здесь и сейчас слова хенлора оказали нужное воздействие. Пожав плечами, Чарес откликнулся:

– Ну если для проверки… Насколько мне известно, доступ к ИскИну имеют только его атташе Лефф и первый заместитель Васлав Жан. В каких полномочиях, не могу сказать. Я вообще здесь неофициально…

Ещё несколько минут Чарес пытался выведать, что же всё-таки происходит, а мы с Трисом мягко уходили от ответов, после чего со словами «ладно, пойду переговорю с Фортом», дружок нас покинул.

Подозреваю, что к Дирайму он не сунулся: насколько я помнила их разговор, командующий не был расположен пока что вводить подчинённых и даже неофициально пребывающих тут друзей в курс дел.

– Я тоже… пойду отдохну, – поднялась я, когда гарм удалился – по моим подсчётам даже с палубы, не только из каюты.

Повернулась к двери, раздумывая, куда бы направиться. То ли в свою старую каюту, то ли к Форту.

– Что-то случилось?

– Малыши, – коротко отозвалась я, и Трис понятливо замолчал.

Но одну не отпустил, двинулся следом. Тем самым склонив стрелку выбора в сторону старой каюты, до который я добралась беспрепятственно. Легла на кровать, предоставив Трису заниматься, чем ему вздумается.

Мне нужно было наладить связь с детишками, передать своей силы, попытаться успокоить и пообещать, что скоро вернусь. После переживаний и расставания, после страха, которого дети натерпелись – сейчас, когда блок исчез, привязка сделалась ещё сильнее и ощутимее.

Какое-то время я настраивалась на них через расстояние, насколько хватало силы. Сейчас они были в надёжных руках – но по-прежнему моей ответственностью. И набирая обороты, в голове принялся зудеть вопрос: кто же из них ребёнок Мирры? И – возможно ли? – Дирайма? Или всё же слишком много времени прошло и зря я себя накручиваю?

Лёгкое прикосновение к плечу заставило вскочить, уставиться на Триса ничего не понимающим взглядом.

– Что? Ты что делаешь? – я только сейчас сообразила: он больше не в виде хенлора. Огляделась с недоумением.

– Вывел из строя камеры, – улыбнулся тот. – Можем отдохнуть.

– Зря ты. Представляю, как рассвирепеет Форт, когда узнает.

– Разве его не учили, что подглядывать нехорошо?

– Трис, к чему это? Зачем ты дёргаешь тигра за усы?

– Тигра, значит? – хмыкнул Трис, садясь на кровать рядом со мной.

Несколько минут я смотрела на него, не зная, спросить ли сейчас, или дождаться возвращения на наш корабль. Какое задание дала ему Мирра? Там вряд ли будет смысл скрывать. А тут… камеры это хорошо, но кто знает, какие ещё возможности у корабельного ИскИна.

– Он нравится тебе, Лун?

– А это имеет какое-то значение? – хмыкнула я, с недоумением глядя, как Трис преображается. Хенлорская форма подстраивалась под объёмы, пока передо мной плавно вырисовывалось лицо, плечи, грудь Дирайма Форта.

– Зачем ты… – пробормотала я, не в состоянии отвести взгляд. На миг пронзило таким глубоким, пробирающим желанием обнять, прижаться как можно крепче… обладать, зная, что не оттолкнёт, не станет всаживать иглы в спину, требовать невозможного и искать выгоды. Не предаст…

И в то же время с горечью осознавая, что подделка остаётся всего лишь подделкой, красивой упаковкой без содержания. И без дар'морна.

– Прекрати! – очнулась я, выбираясь из плена губ, завладевших моими. – Ты хочешь всё испортить?

– Что испортить?

– Всё, чего мы достигли! Осталось совсем немного – дождаться Соиле и…

– Ты веришь, что Форт не причастен к исчезновению Свона? Если главнюка не распылило в пространстве, значит, кто-то точно спланировал, куда его перенести. Сама слышала, доступ лишь у троих.

– Я верю, что Форт сдержит слово и отпустит нас.

– Почему?

– Просто… знаю.

Странный рывок не дал Трису возразить – а судя по лицу съехидничать, не пошлёт ли нас Форт за исполнением обещаний к Соиле, сам-то он их вроде и не давал. Вибрация возникла откуда-то из недр корабля, пробираясь под кожу, дрожь сотрясла всё вокруг.

Несколько мгновений мы оглядывались, соображая.

– Что это? Мы прыгнули в подпространство? Ушли с условленного места? – Трис вскочил, на ходу возвращаясь в вид хенлора. Бросился к скрытым камерам, видимо, намереваясь включить обратно.

ГЛАВА 7

– Дирайм! – заноза ворвалась в мой кабинет раскрасневшаяся, с горящими глазами. – Что происходит?

– Надо было перекрыть тебе доступ, – проворчал я. Заноза бросила такой взгляд… Ну да, хотел бы – давно перекрыл бы. Сам не знаю, почему этого не сделал.

Лундан от ехидных комментариев воздержалась. И, яйца бабуина, до чего же ей шло волнение!

– Что случилось, лэр Форт?

– Мне тоже хотелось бы знать.

– То есть это не ты увёл корабль в подпространство? – заноза ни на миг не верила в такую возможность. И правильно.

– Я.

– Не соизволишь объяснить, почему решил нарушить уговор?

– Потому что Соиле бросил мне аварийное предупреждение. Хотелось бы знать, что вытворили метаморфы.

Лундан задумчиво закусила губу. Я не мог ничего поделать – стоял и любовался, как в её лице отражаются эмоции и размышления.

– Ты уверен, что это был Соиле?

– Его опознавательные. Ни у кого другого доступа нет.

Заноза приподняла бровь. Ну да, к настройкам спасательных капсул тоже.

Я промолчал, она сделала несколько шагов вперёд и обнаружила с другой стороны стола Шиззи у моих ног, которую я не переставал поглаживать.

– Ох, Шиззи! – радостно воскликнула заноза, бросаясь к химере.

– Ррр, – обиженно откликнулась та.

На миг я испугался за руки Лундан, которыми она безбоязненно принялась ласкать морду собаки. Но Шиззи, хоть и дулась, агрессии не проявляла.

– Как я рада тебя видеть, – пробормотала заноза. Шиззи дёрнула головой, но Лундан продолжала чесать за ухом: – Извини, что так получилось, я тоже не ожидала. Дети переживали за тебя. Ты как?

Химера презрительно чихнула.

– Она в порядке? – Лундан глянула на меня снизу вверх.

– Надеюсь, – если бы я сам знал. Не скажет же, теперь только наблюдать. Но на ласку напрашивается постоянно.

– Так значит, – Лундан поднялась, опёрлась о край стола, – ты получил предупреждение от Соиле и решил уйти. Какое, если не секрет?

– Односложное. Но в нашу сторону передвигались несколько кораблей Флотилии. Может, твои друзья решили, что двумя метаморфами стоит пожертвовать – лишь бы устранить опасность в виде Форта, учитывая всё, что стало ему известно?

– А может лишь хотели помочь разыскать Свона?

– Я бы и сам его нашёл! – рявкнул я. Куда бы ни прыгнула капсула, ИскИн хоть что-то засёк бы. А теперь ищи звезду в Спирали!

– Почему не позвал меня? Я бы попыталась связаться с… начальством!

– Не хотел отвлекать, – хмыкнул, бросив наугад. Но от того, как изменилось лицо занозы, резко захотелось выяснить, чем же она занималась, пока я уходил от преследования.

– Давай всё-таки попробуем выйти на связь? У них и коммуникатор от твоего корабля остался.

– В любом случае только после окончания прыжка.

Пока заноза пыталась придумать альтернативные варианты, я попробовал соединиться с коммуникатором. В прыжке не поговоришь, только аварийные коды – но комм в любом случае молчал. То ли метаморфы специально отключили, то ли не знали, как им пользоваться в подпространстве.

– И долго? – уточнила Лундан.

– Дня полтора.

– Куда мы теперь?

– На Зилан.

– Ты же собирался на Хенлор?

– Уже бессмысленно.

– Почему?

– Потому что эсса Лэвель не сняла свой запрет на посещение Хенлора.

– Даже с невестой? – лукаво улыбнулась заноза, от чего сердце вдруг стукнуло. Это предложение? Она согласна?

– Невеста – лишь дань традициям Хенлора и дополнительный козырь в мою пользу. Но никак не гарантия. А уж если они по-прежнему уверены, что порт-луч у меня…

– И что теперь будем делать?

– Лично я пойду заниматься с Шиззи, – поднялся я. Как раз туда и намеревался идти, уже даже переоделся. – А чем займёшься ты, меня не волнует.

Вопреки собственным словам, не успел войти в мульти-трек, как запросил у ИскИна информацию о том, что происходило на корабле за это время.

Химера радостно помчалась вперёд, в сторону сверкавшего моря. Выдохнув, я побежал следом: восстанавливать тонус. Поспал часок, и хватит. Сила слияния бурлила внутри, но уже почти возвратилась в норму, проявляя давно забытые ощущения.

Специально не стал имитировать мрачные пейзажи Дагвийских пустошей: не хотелось портить настроение, куда уж сильнее.

А оказывается, есть куда. Этот хёргов дегрод выключил камеры! Для чего ему понадобилось уединение с моей невестой, я не сомневался! Ну может уже и не невестой. И не моей. Спиральные завихрения!

Идиот! У меня везде проложены несколько разновидностей сетей, нейронных, виртуальных и хёрги знают ещё каких! В каждой каюте по сетевику, хоть все стены окнами обвешай и в виртуальные экраны преврати! Да что там его отключение? Хоть все камеры выруби, ИскИн будет записывать, что происходит на корабле! Наоборот, ещё тщательнее.

Почему-то перед глазами всплыл укоризненный взгляд занозы. Всё эти твари знают, может, и специально камеры отключили, чтобы внимание привлечь. Ну, если они там…

Шиззи развернулась, прискакала назад и вывалила язык, хитро уставившись в глаза, будто чуяла больше, чем я собирался ей показать.

Пока загруженный по всем фронтам ИскИн восстанавливал информацию, в мою голову слетались всё более и более фривольные виды занозы с её дружком. В ответ на картины обнажённой Лундан в объятиях Триса дар'морн остервенело взвыл, желая вырваться и надавать наглецу по морде.

Но когда ИскИн, наконец, отобрал нужную информацию и направил прямо мне в мозг, мои глаза полезли на лоб.

Даже злость на то, что пронырливые твари устроили допрос Чару – кто имеет доступ к ИскИну, опрашивают, видите ли, свидетелей! Даже это померкло в сравнении с последующим…

Она хотела меня. Яйца бабуина! Я видел её лицо, глаза, руки – ей не нужно было подстраиваться, притворяться, её застали врасплох… и каждая хёргова клеточка моего тела дико, неистово сожалела, что находилась не там, что не получила эту порцию страсти и адресованный мне поцелуй. Спираль разорви, её соблазняют – мной

Сердце устроило бешеную скачку наперегонки с дар'морном, желая сорваться, броситься на поиск, схватить её и… ну нет, больше она от меня не вырвется, не выскользнет. На этот раз не дам ей солгать!

Только Шиззи, так счастливо носившаяся вокруг, останавливала. Сначала пусть нарезвится. До занозы добраться успею. Чем она, кстати, занята?

Как и следовало ожидать, моя гордая заноза ушла. Вернулась к этому своему Трису в тесную каюту, которую делила с назойливым недоженихом, заставляя дар'морна рычать и порываться куда-то рвануть.

Уже успела пересказать ему, почему мы ушли в прыжок, и даже уговорить отдохнуть. А сама достала спесайр, принялась складывать пространственные фигуры…

Нет, хёргова плутовка создавала лишь видимость! ИскИн засёк слабый, почти неуловимый сигнал – не сконцентрируй я на нём внимания, мог бы и пропустить. Подключившись к коммуникатору Триса, Лундан качала оттуда информацию!

***

«А чем займёшься ты, меня не волнует». Не очень-то и хотелось! Достал.

Несколько мгновений я размышляла, не найти ли Паулу. Может, что-нибудь ценное расскажет. Правда, в ответ тоже придётся что-нибудь рассказывать. А я, пожалуй, слишком устала.

Ноги как-то незаметно принесли меня к крошечной каюте, в которой Дирайм поселил первоначально и где теперь кантовался Трис.

На миг задумавшись, я шагнула внутрь.

– Ну что? – Трис повернулся навстречу, не поднимаясь с кровати.

Да уж, тут и не поспишь толком – исключительно по одному, узко слишком. Впрочем, я успела чуть отдохнуть, а он всё это время оставался на ногах.

– Дирайм говорит, получил сигнал от Соиле. За нами вылетели корабли. Непонятно, что там произошло. Тебе ничего не передавали?

– У меня нет привязки, если ты об этом, – откликнулся Трисмонд.

Привязка между двумя метаморфами иногда может быть очень полезной. Например, передавать что-то на расстоянии – как вот я детей успокаиваю. Не пакет информации, конечно, но нечто важное и срочное – легко, пусть даже эмоциями. Только это всегда палка о двух концах. Усиление связи, невозможность длительного расставания, зависимость… Наши соглашаются на такое очень редко. Слишком хорошо знают все последствия.

– Поспи, пока есть возможность, – отозвалась я, умостившись в углу.

Трис прикрыл глаза, на этот раз не пытаясь приставать. Его рука лежала поверх одеяла, светя специальным коммуникатором. Мирра нам всем раздала, хенлорскиие технологии с их же корабля. В надежде, что даже гармам непросто будет взломать.

Достав спесайр, я какое-то время пыталась переключиться на любимую забаву, но взгляд то и дело цеплялся за комм. А вдруг смогу найти хоть что-то, что натолкнёт на данное ему Миррой задание?

Не в силах бороться с ввитыми в подсознание привычками, я осторожно запустила дистанционный режим спесайра, стараясь не привлечь внимание местного ИскИна. Несколько минут проводила отладку, чуть видоизменив пальцы.

Ага! Перед отлётом Мирра что-то скинула ему!

Пришлось переводить в пальцы органы зрения и слуха, чтобы хоть как-то воспринять информацию. Наконец, понемногу начало получаться. Смутная картинка, искажённый звук – я чуть подстроила восприятие, пока не стала различать, что к чему.

Похоже, допрос Свона при помощи каких-то препаратов. То ли Мирра не была уверена в полученной информации, то ли хотела, чтобы Трис передал всё преемнику, который должен будет сменить её на месте главнюка. Я бегло проглядывала – эти данные мне сейчас не актуальны, но вдруг обнаружится что-нибудь полезное?

– Вы с хенлорами снюхались, или тут толпа метаморфов? – хмыкнул Свон.

Капли пота лились по вискам, одна дрожала на кончике носа, руки и ноги оставались скованы магнитными наручниками – но смотрел так же бессовестно и нахально, как и раньше. Когда я видела его совсем с другого ракурса.

– Я задал вопрос, – Мирра в его же собственном образе оставалась непреклонна.

– А ведь он вас ненавидит! – Свон поднял взгляд, вперившись в своего двойника. – Люто, всей душой. Сколько я с ним сталкивался на военных советах, Форт всегда поднимал вопрос о метаморфах. Зря я не поддержал его в своё время.

– Тогда тебе не с кем развлекаться было бы, – в голосе Мирры зазвенела сталь. – Хватит тянуть время. Я спрашиваю, где порт-луч.

Она наклонилась, подбавляя дозу сыворотки правды.

– Я понял! – Свон сопротивлялся, пытался направить мысли в другое русло. Или просто говорил, что в голову стреляло. – Это вы, да? Кто-то из вас лишил дракона крыльев! Вырвал… или натравил того, кто сможет это сделать…

– Ближе к делу, – сухо оборвала Мирра, но я больше не слушала.

Остановила показ, вытащила пальцы, машинально разминая. Отложила куда-то спесайр.

Боже! Те шрамы на спине… ненависть к Мирре… Изгнание… Красивый, вольный зверь…

Неужели правда?!

Вскочив, бросилась из каюты и очнулась только у лифтов. Мне было просто необходимо его увидеть. Убедиться… а лучше опровергнуть.

Занесла руку, коснуться сенсора вызова. И остановилась. Что я ему скажу? И нужно ли что-то говорить? Это ведь случилось не вчера и не сегодня, и может, не стоит ничего менять…

Я ещё колебалась, когда двери отворились, являя Дирайма Форта собственной персоной.

Подняв глаза, я на миг застыла, не зная, что делать, стараясь не выдать собственного смятения. Внезапным движением он схватил меня за запястье. Втянул в кабинку.

Не успела я опомниться, как оказалась притиснутой к стенке сильным телом. Губ коснулись горячие, жаждущие губы. Дыхание обжигало, как и прикосновение языка. Руки прижимали мою голову и спину.

– Что ты д… – попыталась было воззвать я, но Дирайм не дал, сильнее захватив губы в плен.

Не понимая, что происходит, я отпустила свой дар, попыталась считать эмоции и побуждения. Жалящие поцелуи утопили лишь в одном всепоглощающем желании. Он желал меня – сильно, безоглядно, словно развязались сдерживающие путы. Откуда-то точно зная, что я так же жаждала его. И я не могла противиться, раскрывалась навстречу, проникала вглубь него, читая эмоции и наслаждаясь ими.

Мгновение растянулось, я лишь на миг пришла в себя, когда мы вышли из лифта и спустя несколько спутанных шагов ввалились в спальню Форта. И снова погрузилась в вихрь захлёстывающих эмоций. Туда, где горели странные огоньки, как в кольце, орошённом моей кровью, отзываясь в моей освобождённой сущности яркими огненными пятнами.

Когда с нас слетела одежда, я не помнила – ощущала лишь иссушающую страсть, почти звериное желание… Звериное.

Не в силах сопротивляться своей сущности, нырнула дальше, в темноту, откуда смотрели огненные глаза. Вслед за которыми проявилось остальное тело с огненной чешуёй.

Я всё пыталась заглянуть за спину, но постоянно ловила жадный, горящий взгляд. Скользнула ладонями по спине Форта, не выныривая из неясного, необъяснимого контакта. Руки нащупали грубые шрамы, и внутри тотчас ударило фонтаном застарелой боли и тоски.

Мой восхитительный, гордый зверь…

Обрывки неясных воспоминаний врывались в голову, выбивая смесь сожаления и бесконечного восхищения. Он не сдался, он поднялся на ноги и продолжал жить, идти к своей цели… какой бы она ни была. И лишь взмах крыльев оставался ему недоступным, ежедневно, ежеминутно заставляя бороться с собой.

– Прекрати! – рычащее, резкий рывок вырвал меня оттуда, где существовала эта непостижимая, невозможная связь мужчины и огненного дракона.

Но мужчина не останавливался. Наверное, ничто сейчас не способно было отвлечь его от осуществления своих стремлений. Да и не хотелось отвлекать. Я столько времени сдерживала это в себе! До чего же здорово оказалось вливаться в его страсть, отдаваться ритму, не думая об игле, вообще ни о чём больше не думая.

Огненные глаза всё ещё смотрели на меня откуда-то изнутри, прожигая искрами, пленив душу и не желая отпускать. Казалось, моя сущность настолько вошла с ним в унисон, что просто сплелась.

Почти не задумываясь, я отвечала на движения Дирайма, с трудом отделяя его стремления от своих. Он больше не хотел повторения нашей первой ночи – ему нужно было больше, глубже, сильнее. Я знала, что совершенно легко сейчас могу оставить самую мощную привязку. И что поразительнее всего, он тоже это знал. Знал, и всё равно желал меня снова и снова.

Моя сила входила в него так же, как он входил в меня. Растекалась по артериям и венам, ощущая каждую клеточку. Но я не собиралась оставлять её там. Мне нравилось то, что есть сейчас. Возможность полного единения, оставаясь свободными. Это ли не вершина счастья?

Странно, почему я вдруг задумалась о счастье.

***

Неистовая женщина извивалась подо мной, возбуждая снова и снова. Её грудь раскрывалась в моих ладонях, губы под губами, ноги под ногами. Со всей силой метаморфа она переворачивала меня, забираясь сверху, маня блестящим от капелек пота, совершенным телом. Я хотел её, как никогда и никого, опять и опять, настолько, что все прочие стремления померкли.

Даже зная, что метаморфы зеркалят желания своих партнёров, я оставался в странной уверенности, будто у нас они совпадают.

Дар'морн наслаждался, почти размякнув, разглядывал, присматривался, принюхивался и порыкивал что-то о нашей женщине.

Наслаждение сотрясало организм, раз за разом. Она была изобретательной и неугомонной, моя Лундан, будто бы тоже истосковалась по телесному удовольствию. И мне дико, безумно хотелось дарить ей его, не быть тем, кого метаморф «обрабатывает», оставаясь в глубине души холодным и безучастным. Хотелось показать, что такое настоящий мужчина.

Как и моему дар'морну.

Неисчислимая прорва времени разверзлась, захватив нас – я не представляю, сколько его прошло перед тем моментом, когда вконец обессилившие мы окончательно рухнули на кровать. Тяжело дыша, переплетя руки и спутавшись волосами.

Лундан молчала, закрыв глаза. Я провёл костяшками пальцев по её щеке, с удовольствием ощущая нежную кожу. Скользнул по шее, вздымавшейся груди, рассматривая тело.

В голову начали слетаться мысли. Радость, что наконец-то овладел желаемым, смешалась с трезвыми криками рассудка, какой же я неосторожный идиот. Поверх которых наслоилось довольное порыкивание дар'морна.

Лундан продолжала молчать, я продолжал рассматривать её. Безумие закончилось, оставив после себя тяжёлые вопросы. Как быть дальше? И что, хёрг возьми, сделает сама заноза?

***

– Лун…

– М?

– Почему молчишь?

– Не хочу услышать… – я осеклась.

Не хочу слышать «свободна» или «мне без разницы, чем ты займёшься»! Но и говорить об этом сейчас – не лучшее время.

– Не услышишь, – тихо отозвался он, словно почувствовав недосказанное.

Я рискнула повернуть голову, посмотреть на него. Вертикальные огненные прорези зрачков, за которыми скрывался целый невероятный мир, загадочное создание. И там, внутри, снова звучала мелодия.

Неожиданно мягкое прикосновение пальцев к плечу – я улыбнулась в ответ.

– Спой мне, – тихонько шепнула.

Во взгляде Дирайма проступило удивление, и даже, пожалуй, порыв возразить. Но я чувствовала его дар'морна, которому не хватало песни.

Райм поднялся, направился к шкафу. Подложив руки под голову, я любовалась его фигурой, каждая мышца которой дышала силой и сумасшедшим самоконтролем. Почти физически ощущала боль от шрамов в спине. Если бы я хоть что-то могла сделать!

Машинально отметила, что украшения на полу уже не валяются. Всё-таки поднял.

Совершенно не стесняясь наготы, лэр Форт сел на край кровати, согнув одну ногу и оперев на неё свой инструмент. Сделал пробный перебор, прислушиваясь к звучанию струн.

– Это инструмент драгов?

– Ксатар, – кивнул.

Его лицо странно изменилось. Почему-то я больше не видела перед собой сурового командующего, от которого кроме хлёстких сухих приказов ничего не дождёшься. Он словно бы помолодел, над бровями разгладилась складка. А ведь он, наверное, ненамного меня старше, вдруг подумалось. Как раз когда я начинала работать с сенатором Зилана, он, вероятно, попал под привязку Мирры… Не из-за её ли побега меня тогда вывели из игры? К драгам стало совсем не подступиться.

– Ты… не сменила внешность на настоящую.

Не то вопрос, не то констатация.

– Не тянуло, – повела я плечами.

Действительно, эта внешность стала уже почти родной, даже забываясь, я не тратила особенных усилий, чтобы оставаться в ней.

Мысли скользили картинами, пока Дирайм чуть подтягивал колки. Кивнул удовлетворённо, и я провалилась в новую, незнакомую мелодию, вместе с осчастливленным дар'морном.

Песня оказалась лёгкой, воздушной, в отличие от предыдущих – скорее светлой. И этот голос, от которого по моей коже разбегались восхищённые искорки. Хотелось слушать снова и снова, бесконечно, вся моя сущность тянулась навстречу и чувствовала, видела огненный взгляд огромного зверя с золотисто-радужной чешуёй.

– Ты останешься со мной, Лун? – вопрос оборвал окончание строчки неожиданно, причём, по-моему, не только для меня, но и для самого Дирайма.

Да, да! Всё внутри подалось навстречу, я вскинула глаза. Наверное, только благодаря многим годам практики держать язык за зубами, смогла промолчать и на этот раз.

Он чуть нахмурился, я печально качнула головой.

– Не могу бросить детей. Прости. Мне ещё около года отработать, а потом… Потом я тебя найду.

Райм как-то криво усмехнулся. Вроде бы понимающе, только вот что он там понимал…

Отложил в сторону ксатар, как мне показалось, с долей разочарования.

***

И кто меня за язык тянул? Разве только дар'морн. Но я последний десяток лет отлично его сдерживал. А тут… как тот дурной влюблённый мальчишка, пою, спрашиваю и чего-то жду. От метаморфа. Идиот.

Она казалась такой красивой. Такой искренней.

Я отложил ксатар. Хватит романтики.

Может, и к лучшему. За год я точно остыну. Тем более без привязки – если бы Лундан попыталась её поставить, я знал бы. Слишком долго боролся со своей, слишком хорошо изучил.

В голову слетались глупые картины Шиззи с малышами. Я бы, может, и не возражал… но не дело это, растить детей в космосе, от сражения к сражению. Да и… занесло меня что-то.

Лундан вдруг подалась вперёд:

– Но я помогу тебе разобраться, что происходит. Вернуть всё возможное.

– Хотелось бы разобраться, – согласился, поняв, что слишком долго молчу без ответа.

– И… может быть отпрошусь на Хенлор. Если нужно. Убедить их, что ты чист. Берт Свон ведь будет там?

– Понятия не имею, что сейчас происходит на станции гармов.

Дверь отворилась, пропуская Шиззи. Я машинально приподнял руку, дождавшись, когда подойдёт и ткнётся носом, чтобы погладил.

– Как она? – поинтересовалась Лундан.

Что за вопросы? Откуда я знаю? Химеру ведь не вылечишь обычным медиком, если не явные раны. И не проверишь толком.

Стараясь сдержать раздражение, я неопределённо мотнул головой.

– Понятия не имею, что ваши с ней делали.

Лундан чуть опустила голову.

– Над Шиззи никто не издевался, её просто хотели… понять.

Чуть обнажив зубы, Шиззи зарычала – не грозно, недовольно скорее. Лундан поджала ноги, глядя на меня.

– Ты уверена, что вами не решат пожертвовать? – я пристально наблюдал за реакцией.

– Но зачем? – с искренним недоумением отозвалась заноза.

– Да потому что я им как кость в горле! В любой момент могу выдать подставного Свона гармам, как ты не понимаешь? Если бы удалось вас забрать, от меня попытались бы избавиться тихо. А раз не удалось… настолько ли вы ценны?

– Почему ты не рассматриваешь вариант сотрудничества?

– Какое, к хёргам, сотрудничество? Разве у нас есть общие цели?

– Но есть цели не пересекающиеся! Получить голоса в совете или какие-нибудь разрешения… Тебе ведь нужно было на Хенлор? Если М… метаморфы найдут порт-луч, хенлоры принесут тебе извинения…

– А если не найдут?

– Мы обещали эссе Лэвель! Зачем нам портить с ней отношения?

– Украл лэр Форт, вы не при чём. Не знали.

– Метаморфами не жертвуют, – тихо качнула головой Лундан. – А в данном случае… если со мной что-то случится, будет плохо и детям. Я просто не понимаю, зачем нам это! Гораздо выгоднее заполучить тебя как союзника!

– Видишь ли, Лундан, планы гармийской Флотилии, и Берта Свона в частности, очень совпадают с желаниями метаморфов.

– Не понимаю, – нахмурилась заноза.

Устав сидеть на полу, Шиззи запрыгнула на кровать. Лундан шевельнулась, и я, оставив ксатар, пересел к ней ближе, обнял. Заноза прикрыла нас одеялом, положила голову мне на грудь.

Что-то было в этом искреннее, настоящее. Даже Шиззи улеглась сверху, внимательно следя за разговором. А мне в кои то веки хотелось услышать мнение Лундан. И не думать, насколько она открыта. Не попробовав, всё равно не узнаешь.

– Драги, – перебирая её волосы, откликнулся я. – Единственные, кто смогли противостоять гармам, когда те только-только обнаружили Зилан и решили сделать из него свой военный трофей. Драги не идут на контакт, не заключают соглашений. Неуправляемая сила. Хенлорам не свойственно нападать, но они предпочитают удерживать полный контроль в Спирали. А гармы давно уже точат камень. На ближайшем военном совете должен был рассматриваться этот вопрос. Как взять под контроль драгов. Моё слово как командующего Орбитальным Флотом Зилана здесь не последнее… но и не единственное.

– А невеста придала бы весомости? – хмыкнула Лундан, как обычно просекая с налёта.

– Именно. Для хенлоров очень важно равновесие между женским и мужским началом: особенности их мироустройства. И коль уж созывали совет на своей территории, потребовали, чтобы каждый придерживался их традиций. Ты ведь знаешь отношение гармов – большинство из них решили отделаться куклами. А мои аналитики посоветовали прислушаться. Только вот с гармонией и равновесием оказалось сложно, – я криво усмехнулся.

– То есть смысла лететь на совет теперь нет?

– Меня туда просто не допустят.

– Драги не имеют военной техники. Они не выходят в космос. Зачем?

– Это сила, Лун. Дар'морны дают нам огромную силу. Но…

Но, хёрг раздери, против них есть очень действенное оружие! Я промолчал, однако со свойственной ей проницательностью заноза шепнула:

– Музыка…

– Не преувеличивай силу музыки, – хмыкнул я.

Если Ландан догадается, насколько близко подобралась к тайне драгов, точно придётся взять её в плен. Не сказать, чтобы эта мысль мне совсем не нравилась. Но получить вместо огненной и нежной женщины снова занозу в заднице – весьма сомнительное удовольствие.

ГЛАВА 8

Вообще-то мне осталось года три. Но год с детьми – это просто обязательно. А вот дальше, возможно, удалось бы отпроситься. Пообещать снабжать информацией…

Дирайм смотрел на меня – прямо, со странной смесью требовательности и ожидания.

Великая Спираль! Позвал! Позвал остаться! И, кажется, вполне искренне…

И как же тяжело отказываться, всей душой этого желая!

Хорошо, что мои силы сейчас при мне. Я чувствовала деток, чувствовала нашу с ними связку, успокаивала и понимала, что исполню свой долг до конца.

– Не выяснил, кто мог влезть в перемещение?

Форт помрачнел.

– К сожалению, я не настолько силён в айти-технологиях, чтобы контролировать техников во время настройки ИскИна. Для кого-то оставили лазейку. Только вот для кого?

Не настолько хорош? Да как драг вообще мог так высоко забраться в чужой для себя среде, по чужой карьерной лестнице? Я улыбнулась, испытывая неожиданную гордость.

– Всех ребят, – добавил он, – одобрял мой дар'морн. Ну, кроме разве что Чареса. Он – просто лучший из вариантов среди прочих гармов. Но он не относится к моему кораблю, не имеет доступов.

– Я могла бы… – начала я, но Дирайм резко перебил, схватив меня за запястье:

– Не вздумай!

– Мой дар уже при мне, – улыбнулась я. – Совершенно не обязательно с ним спать, иногда достаточно просто пообщаться.

– Не смей изменять мне, Лундан.

Ну вот! Я хотела сообщить, что вольная женщина и сама решу, что, как и с кем делать. Но тон Дирайма настолько пробрал, что лишь опустила голову ему на грудь:

– Не буду.

На самом деле, совершенно не хотелось. У меня никогда не было такого восхитительного партнёра!

– Зачем нам на Зилан? Ты хочешь предупредить драгов?

– Барьер меня не пропустит.

Драгов барьер. Действительно. Вдруг вспомнилась сквозящая в решительности тоска, когда он говорил, что вернётся домой.

И музыка… Верна ли моя догадка? Или слишком бредовая? Но вспоминая, как всего лишь неумелой песней я успокоила дар'морна… Или что-то упускаю? Получилось бы это у того же Соиле? Может, только песня самого Дирайма способна полностью усыпить?

Разговор прервали дроны с внушительно заставленными подносами. Позаботился, до чего же приятно.

Шиззи тут же соскочила с кровати, прямо в воздухе пытаясь достать самый вкусный кусочек. Дирайм животину не ругал – видимо, в ближайшие дни ей будет позволено всё, что пожелается.

Какое-то время мы молча восполняли энергозатраты. Лэр Форт украдкой подбрасывал любимице лакомые кусочки, заставляя меня умиляться.

– Мне нужно поработать, Лун, – встал, когда все подносы были опустошены. Убрал в шкаф ксатар.

Я приподняла бровь, но язвить не стала. Боялась сбить такой неожиданный настрой. Искренний, очень хотелось верить.

– Пойду хоть с Паулой увижусь, – отозвалась.

Форт кивнул, одеваясь. На языке вертелся вопрос про доступ, но я не стала его задавать. Понаблюдаем. Если закрыл – хёрга с два ему удастся ещё раз затащить меня в постель.

– Дирайм, – позвала, решившись. Мысль маячила, едва мы вынырнули из сладкого безумного тумана, напоминая о том, почему я бросилась к нему.

Форт напрягся, словно что-то почувствовав.

– Это правда? Тебе отрезали крылья?

– Вырвали, – его лицо перекосила мрачная, пугающая ухмылка. – Мирра постаралась.

– Что же она такое сотворила? – шепнула я.

– Не сейчас, – лицо и голос Дирайма сделались жёсткими. Не оборачиваясь, он вышел в дверь, за которой мелькнул стол кабинета.

Надевать комбез хенлоров не хотелось. Я приблизилась к шкафу, выбрала одно из платьев, что до сих пор висели в нём.

Интересно, где Паула? У доктора или у себя?

Не очень веря в успех, всё же сначала зашла в её каюту. Как ни странно, спустя пару минут дверь отворилась.

– Ох! Лундан! Ты откуда?

Всё ясно, уже знает, что нас с Шиззи увели.

– Не впустишь?

– Заходи, конечно, – с некоторой нервозностью посторонилась она. Чуть помолчала, кусая губы: – А ты действительно Лундан?

– Действительно, – хмыкнула я, опустившись на узкую койку.

– Что… происходит? Ты… метаморф?

– Доктор наябедничал?

– Ну… – Паула смутилась.

– Всё сложно. Но я обещала тебе помочь. И не откажусь.

– Но как же теперь… Ты всё ещё невеста?

– Это уже не актуально, – усмехнулась я. – Мы возвращаемся на Зилан.

– Почему? – Паула странно переменилась в лице.

– Не знаю, у Дирайма изменились планы, – впервые я сидела рядом с ней так близко без блокиратора и усиленно пыталась нащупать.

Паула отводила взгляд, нервно мяла подол и определённо что-то скрывала. Будь у меня возможность, я бы загнала её в укромное местечко и как следует прижала. Но на корабле, где Дирайм за всем наблюдает, не хотелось зря подставлять девчонку. Может, просто банальный страх перед метаморфами – нас нигде не любят.

Поэтому, улыбаясь, я максимально раскрыла свой дар в попытках поймать страхи и желания.

Её явно пугала необходимость возвращаться.

– Ты можешь мне всё рассказать, – мягко произнесла я и взяла её за руку.

Так было проще нащупать, моя сила тонкими потоками скользнула внутрь. Страх, долг, безысходность – я ощущала разрозненные клочки эмоций, но никак не могла ухватить суть.

– Тебе не обязательно видеться с Йованной, – добавила, чтобы подтолкнуть мысли.

Внутри Паулы внезапно всё сжалось. Эта женщина действительно пугала её, нешуточно. И, вместо того, чтобы распахнуться, эмоции будто сильнее захлопнулись, а на их место пришла решительность.

Она не собиралась ничего рассказывать, посвящать меня в тайны!

– А куда тогда? – спросила тихо.

– Едва ли ты захочешь жить с метаморфами, – улыбнулась я. – Но если тебе так уж не по душе Зилан, могу организовать билет до любой другой планеты.

На дальние перелёты у меня денег, конечно, нет. Но где метаморфы не пропадали! Была бы цель, а уж добиться её – вопрос времени.

– Я так хотела побывать на Хенлоре, – вздохнула мелкая.

Вот оно! Я ухватила что-то за хвост, попыталась рассмотреть. Паулу действительно волновал Хенлор, или, точнее, какие-то возможности, открывавшиеся на этой планете!

– Боюсь, на Хенлор без разрешения не попасть, – откликнулась я. Те ещё затворники и перестраховщики!

– Почему Дирайм больше туда не хочет?

При его имени я и сама насторожилась, пытаясь прочитать как можно больше.

– Гармийская Флотилия подпортила нам все планы.

Паула вскинула взгляд, неловким жестом пытаясь забрать руку. Я не стала удерживать.

Гармы. Гармы тоже интересовали её. И Дирайм – не лично, исключительно в свете гармов.

Что ей может быть от них нужно? Карьера? Ну не у гармов точно, с их-то отношением к женщинам. Да и хенлоры не очень любят чужаков на своей планете.

– Как у тебя с Арвом? – усмехнулась я, уходя от скользкой темы.

Однако Паула, выжав улыбку, лишь ещё сильнее закрылась. Доктор ей нравился, и очень, но имелась какая-то помеха… Я не могла понять, какая.

– Ладно, – поднялась. – Устала безумно, пойду посплю. Рада была тебя увидеть.

С такой реакцией ничего не добьюсь, только больше насторожу. Мы всегда работали под чужими личинами. Но мало кто готов доверять нам как есть, без прикрас.

От Паулы повеяло едва ощутимым облегчением.

– И я рада тебя видеть, Лундан, – не скажу, чтобы прозвучало искренне, скорее дань вежливости.

– Если что нужно – непременно обращайся, – добавила я уже у двери.

Мне всегда тяжело давалась необходимость бросать друзей. Ну не друзей – приятелей, тех, с кем поддерживала отношения, кто нравились. Хоть это и часть нашей работы.

По корабельному времени наступил поздний вечер. Заглянула к Трису – тот спал, и я не стала его будить. Мысли всё заходили о Дирайме. Сможет ли он преодолеть предрассудки, относиться ко мне нормально? И, главное, захочет ли?

Судя по разговору с Паулой и вспоминая болтовню невест, он ещё вполне мил. Но на сколько его хватит?

Ответов не было, а предаваться пустой рефлексии я не привыкла. Обычно на неё не хватало времени, всегда приходилось оставаться начеку, быть готовой бросить всё и бежать.

Поэтому, что там решит Дирайм и как всё сложится, неважно. Мне очень нравилось то, что есть сейчас, и я собиралась наслаждаться, пока возможно.

А сейчас он сидел у себя в кабинете, наверное, вырабатывал стратегию дальнейших действий. Устал, должно быть. Проголодался…

Как-то незаметно ноги принесли меня к столовой. Там уже никого не было, но под прозрачным защитным колпаком лежала нарезка мяса, сыра и хлеба. От души нагрузив небольшой подносик, я отправилась наверх.

Невзирая на решение принимать всё как данность, руку к сканеру в лифте прикладывала с волнением.

Он отреагировал. Привёз меня на палубу Дирайма. К собственному удивлению испытывая безумную гамму эмоций, я приблизились к каюте.

Дверь открылась прямо в спальню. Под бдительным взглядом Шиззи, которой пришлось давать взятку в виде нескольких кусочков мяса, зашла внутрь.

Дирайм спал. Из-под одеяла выглядывали нога, рука, подложенная под голову. Какое-то время я любовалась крепкими мышцами и расслабленным лицом, раздумывая, акт ли это доверия, или он просто положился на охрану Шиззи. Поставив тарелку на тумбу, разделась и тоже скользнула в кровать.

Дирайм собственническим жестом притянул меня к себе. И я на диво быстро отключилась, ощущая неожиданное прикосновение губ к волосам.

***

Странно, но разговор Паулы с занозой вызвал не слишком приятное чувство. Это было логично, я и сам никогда не доверял метаморфам, понятно, что девчонка, узнав, с кем имеет дело, перепугалась и забыла о желании стать компаньонкой. Правда, я ожидал, что она запросится домой, хоть к плохой мачехе, зато человеку.

Но видимо, не всё там было так просто.

Просмотрев записи ИскИна, я размышлял, придёт ли Лундан. Мял подставленный живот Шиззи и незаметно сам заснул.

Меня разбудил запах волос. Потом пришло осознание реальности, заноза в моих руках. Шелковистая кожа под ладонями, губы под губами. Восхитительное, давно забытое удовольствие. Горячее тело, которое тянулось навстречу, льнуло, ласкало, отвечало. Бурный порыв, скорее похожий на сумасшедший предутренний сон, чем на реальность. Пробуждение вперемешку с наслаждением, срывающиеся стоны, экстаз. Тонкие нежные прикосновения к плечам.

Я открыл глаза, чтобы сразу же натолкнуться на синие глаза занозы. Провёл давно загрубевшими пальцами по мягкой щеке.

– Привет.

– Привет, – Лундан приникла к моей груди, и в тот же миг сверху запрыгнула Шиззи. Будто дожидалась момента.

Покрутилась, умостилась между нами, раздвинув внушительным чёрным задом, и радостно вывалила язык. Лундан, усмехнувшись, подалась немного назад. Потрепав химеру за ухом, я глянул на занозу:

– Как пообщались с Паулой?

Вздохнув, заноза села. Протянула руку, ухватив небольшой поднос. Разбросанные в творческом беспорядке куски мяса и сыра, давно уже обветрившиеся, выглядели ещё вполне съедобными. И самыми вкусными. Во всяком случае Шиззи, которой отправилась первая пайка, выглядела довольной.

– Делиться секретами с метаморфом Паула не намерена. Наоборот, закрывается, боится. Если бы мне нужно было чего-нибудь от неё добиться, я использовала бы совершенно иную внешность и подходила совсем с другой стороны. А ты… лучше подключи своего доктора. У них явно что-то наклёвывается.

– Если бы сильно хотела, ты и сама приняла бы облик доктора.

– Не хочу, – пожала заноза плечами. – Не знаю, что она скрывает, но не думаю, будто это опасно для тебя. И она действительно боится эту свою Йованну. Вот на кого лучше обрати внимание.

Уже обратил. Ребята собирают информацию. Правда, в свете случившегося, не слететь бы с поста командующего. Впрочем, тем, кто работает лично на меня, уж как-нибудь заплачу.

***

Непривычно открытое, даже, я бы сказала, радостное лицо Дирайма внезапно нахмурилось. Моё чутьё улавливало тонкий поток информации – только никак не могло уловить, с кем Форт общался.

– Что? – спросила, откладывая тарелку с остатками нарезки обратно на тумбу.

– ИскИн засёк капсулу Свона.

Наверное, улыбка слетела и с моего лица.

– Далеко?

– Достаточно.

– Хочешь снова развернуться?

– И снова остаться без топлива? Это очень энергозатратный процесс, а гармы не спешили заполнять наши баки до упора, скорее пытались усыпить бдительность команды. К тому же, если я верно понял, новый Берт Свон выслал за нами несколько кораблей в погоню.

Мирра пытается нас поймать? Но зачем?

– Ты уверен, что именно в погоню?

– Полагаю, именно это послужило причиной предупреждения Соиле.

– То есть… – я замолчала, соображая. – Сначала мы упустили настоящего Свона, а потом сбежали от наших? Теперь М… метаморфы точно решат, что мы виновны. Что ты виновен! Не подставляет ли тебя твой бесполый дружок?

– Нет, – отрезал Дирайм, вмиг становясь прежним замкнутым командующим. – Я ему верю.

– Хорошо, – вздохнула я. – Что тогда нам делать? Самое лучшее – вернуться и подобрать капсулу. Главнюк там хоть выживет?

– У капсулы большой резерв кислорода. Но на что-то же он рассчитывал…

– На что – на что, – проворчала я. – Что его вытащат, конечно. Никто с твоего корабля никому сигнала не подавал?

– Не подавал! – рявкнул Форт, тем не менее, прикрыв глаза. Похоже, всё-таки решил задать ИскИну поиск.

Чувства командующего я понимала, поэтому вставать в оскорблённую позу не стала. Неприятно знать, что у тебя на корабле кто-то может играть против тебя же. Конечно, хочется спихнуть ответственность на метаморфов, да только, надеюсь, логика всё же победит. Нам самим нужен Свон, мы не стали бы перепродавать его никакой третьей стороне и ставить под удар того, кто сейчас на его месте.

Прижавшись к широкой груди, скользнув пальцами по плечу, я уточнила:

– И что ты планируешь делать? Мы можем выйти из прыжка раньше?

– Рассчитываю аварийный выход, – буркнул Райм, тем не менее притянув меня к себе.

Но буквально через пару минут отодвинул, поднялся с кровати. Быстро упаковался в военный комбинезон и скрылся в кабинете.

Чуть подумав, я принарядилась в очередное обтягивающее платье, на этот раз ясного кобальтового оттенка. Слегка подстроила под него цвет глаз, макияж, кайфуя от того, что не нужно делать это вручную! Волосы сами скрутились в высокую причёску, открывая гибкую шейку. Несколько минут я поиграла прядями, пока не осталась полностью удовлетворена. После чего решительно отправилась за Фортом.

Вопреки опасениям, дверь меня пропустила. Следом просунулась Шиззи, уселась по центру, наблюдая умными глазами.

Райм стоял у аквариума, то ли задумавшись, то ли переговариваясь с кем-то мысленно. Обернулся к нам.

– Всё хотела спросить, он настоящий, или голограмма? – под неотрывный взгляд я приблизилась к привычному креслу, уселась.

– Надо будет выписать тебе форму, – в голосе командующего послышались хриплые нотки.

– Обтягивающую? – хмыкнула я.

– Скафандр! – постановил он.

– Ты чем-то недоволен? – невинно похлопала глазами.

Как же мне нравилась его реакция!

– Работать не даёшь, – он снова отвернулся к аквариуму. Чуть помолчал и выдал: – Настоящий. Не люблю подделки.

– Здорово! – выдохнула я.

– Иногда смотрю на свою живность… когда вода становится мутной, я её меняю. А ведь для рыб с тритонами это почти чудо.

– Несколько минут стресса, и мир вокруг лучше, чем был, – усмехнулась я.

– Именно, – согласился Дирайм. – И если мир вокруг меня становится мутным… может, просто нужно дождаться смены воды в аквариуме?

– Мне не нравится думать, что чистота моего мира зависит от совести и ответственности кого-то там, наверху.

Дирайм развернулся, странно посмотрел на меня.

– Около двух часов до выхода, – вернувшись к столу, произнёс совсем другим тоном.

Опустился в своё кресло:

– Там одна из автоматических станций. Дозаправимся, проведём небольшую проверку. Ещё час или два. И снова уйдём в прыжок. Если всё получится, ночью доберёмся до Свона. Это максимум, который я смог выжать. Лишь бы никто другой не добрался раньше.

Форт стукнул пальцем по сетевику, вытаскивая окошко. Нахмурился:

– А что это твоему дружку в бордель приспичило?

Я с недоумением подняла бровь, Райм сделал окошко прозрачным с моей стороны, и я обнаружила Триса, мило болтавшего с местными куклами.

Хм. Насколько знаю метаморфов, плотская сторона нас привлекла бы меньше всего. А вот какую информацию собирал…

– Я разберусь, – поднялась.

Естественно, Трис, как и любой на его месте, не стал бы бездействовать. Но так не хотелось, чтобы это позволило Дирайму снова заподозрить меня во лжи!

По дороге на нижние палубы всё пыталась вспомнить, забрала ли в последний раз окошко из дираймова сетевика, или так и оставила у кукол? Наверняка ИскИн должен это контролировать, но не получилось ли, что я случайно поспособствовала чьим-нибудь недобрым планам?

Только ведь всё начало складываться! До чего же не хотелось, чтобы снова рухнуло!

Когда я вошла, Трис – к слову, снова в виде хенлора, – весьма мило беседовал на диване с брюнеткой и рыжей, держа обеих за талии. Блондинка сидела чуть в стороне, к моему удивлению, за виртуальным окном. Причём в таком ракурсе, что даже усилив зрение, заглянуть в экран не вышло.

– Лун… всё в порядке? – взгляд Триса выражал тревогу, но девушек метаморф не отпускал.

– Тот же вопрос, – отозвалась я.

Значит, пытается собрать у них информацию. Вполне лёгкий вариант: куклы, заточенные на секс, могут много сказать о своих партнёрах, а с такими примитивными даже глубокий контакт не обязателен.

Мне и самой захотелось броситься к блондинке… выяснить, пользуется ли её услугами мой… уже не знаю, кто мы друг другу. Остановили только мысли о том, что у него камеры даже здесь. Ну и нежелание копаться в грязном белье.

Трис втянул носом воздух, едва расширив ноздри.

– Ты была с ним?

– Ты пришёл развлечься? – не отвечая на вопрос, я попыталась подать знак встречным.

– Это же не запрещено?

Его бровь взлетела вверх, на лицо скользнула ухмылка, но глаза оставались серьёзными. Чуть подавшись вперёд, он приоткрыл губы. И я вдруг ясно поняла, что собирается говорить на языке метаморфов.

Мы пользуемся им только в крайних случаях или там, где точно никто не услышит. Чтобы не изучили, чтобы никто не научился понимать. Если иначе совсем никак.

Едва качнув головой, я передала Трису одну единственную эмоцию. «Нет!»

В ИскИн Дирайма вполне мог быть встроен какой-нибудь универсальный дешифратор. Да и сам Форт обязательно начнёт расспрашивать, о чём мы говорили.

Что бы ни собирался сообщить мне Трис, делать это нужно было как-то иначе.

– Лучше бы тебе спросить разрешения командующего, – отозвалась я, надеясь, что небольшая заминка между репликами не особо заметна.

– Всё, что не запрещено, – то разрешено.

Отпустив разомлевших девочек, Трис поднялся. Направился к блондинке.

Та покорно свернула и убрала окошко, встала навстречу:

– Чем я могу порадовать вас, лэр?

– Можешь, – согласился Трис, обнимая её. – Иди сюда, Лун.

Проведя рукой по застёжкам блузы, он высвободил её грудь. Я приблизилась, максимально раскрывая дар, пытаясь понять, что он хочет мне показать.

Коснулась пальцами обнажённого тела.

В меня ударило эмоциями, желанием, вожделением. Девушка мечтала о мужчине – не конкретном, скорее сборный образ. Трис продолжал ласкать её, и в меня полились картины. Сильные плечи, за которые так приятно держаться. Необузданная страсть, с какой её опрокидывают прямо здесь, сдирая одежду. Мужская тяжесть сверху, заполненность изнутри и абсолютная принадлежность.

Флюиды возбуждения проникали в мою сущность, мои пальцы двигались, продолжая касаться – я почти нащупала этот образ, могла бы превратиться хоть сейчас. Но было ещё что-то, там, под желанием, на которое её затачивали.

Оно ускользало, тёмной змейкой вилось, дразнилось, не даваясь. Я подалась вперёд, продолжая исследовать куклу, наверное, черты немного поплыли. Образ в её голове вдруг изменился – резко, в момент, заставив вздрогнуть. Она хотела Дирайма – неистово, самозабвенно, как может хотеть та, у кого в жизни нет других желаний и развлечений. Готова была полностью подчиниться, отдаться, раствориться в нём – и, пожалуй, смогла бы произвести неизгладимое впечатление… если бы рядом не оказалось метаморфа. С нами в этом ей не соперничать, при всей заточенности.

– Лун, – шепнул Трис, коснувшись меня, но я отмахнулась.

Там, в глубине, нащупывалось что-то важное… Что-то кроме желания отдаваться и угождать мужчинам. Нет, превращаться в Дирайма я не могла… просто не могла. Но узнать, что же такое Трис обнаружил, не только хотелось – казалось жизненно-важным.

Стремительные шаги, шорох съезжающихся створок на периферии слуха…

– Лундан! – рычащее, резкий рывок за запястье, почти болезненное ощущение разрыва контакта.

Предмет блондинистых фантазий развернул меня – несколько секунд я не могла сориентироваться, пытаясь понять, как это он внезапно воплотился из её мечтаний в реальности. Пробежалась силой по телу, возвращая привычный вид.

– Ты что вытворяешь?

Ох! Не будет же он ревновать меня к кукле?!

Кажется, будет. Судя по гневно потемневшим глазам.

– Чем я могу порадовать вас, лэр? – девчонка смотрела на него так, что мне её даже стало жаль.

Пришёл, материализовался, чтобы наконец-то взять её здесь и сейчас…

Всё в ней буквально кричало об этом, но Дирайм, не зная мыслей и, похоже, даже не желая знать, лишь отмахнулся, как от навязчивой мошки, не сводя с меня взгляда.

Трис чуть отступил, стараясь не привлекать внимания, почти слился с обстановкой. Только глядел с извинением – мол, пытался тебя предупредить. Потянул за собой девчонку – та, видя, что не нужна, отступила, как и была приучена.

Продолжая держать меня за руку и полыхать гневом, Райм размашистым шагом прошёл к раздвинувшимся перед нами дверям и дальше, мимо столовой к лифтам. Молчал, похоже, еле сдерживаясь, а я не могла сдержать улыбку. Мне нравилось купаться в его эмоциях, быть их причиной и средоточьем.

Лишь затащив к себе в кабинет – похоже, единственное место, за которое он был уверен, что никто не подслушает, – командующий выпустил меня. Скрестил руки на груди, в глазах снова засветились вертикальные огненные зрачки.

Шиззи, в отличие от хозяина, вывалила язык и натурально усмехалась, умостив зад аккурат по центру помещения.

– Что это было? Тебе… чего-то не хватает?

– Кто прислал сюда эту девушку, Райм?

Мой вопрос и тон подействовали на Форта остужающе, и, похоже, заставили мозги заработать в другом направлении.

– Что ты увидела? – мрачно поинтересовался он.

– Программа. В неё заложена какая-то программа. Я не поняла, какая, но кроме постельных утех она должна сделать ещё что-то… если прикажут. Или то, что прикажут. А вот кто – не знаю. Не успела до конца просмотреть.

– Проверю, – выцедил сквозь зубы Форт, двигаясь к столу с сетевиком.

Я шагнула наперерез, положила руки на его плечи:

– Ревнуешь?

– Что за бред.

– Неужели так сложно сказать: Лундан, ты мне нравишься?

– Я предложил тебе остаться. Разве этого мало?

– Видимо, сложно, – хмыкнула я, убирая руки.

Но он не отпустил. Резко прижался губами к губам, вызывая всплеск объединяющих нас эмоций, этой непостижимой страсти, которая неизвестно как зародилась и, по-моему, с каждым мгновением лишь крепла.

– Ты мне очень нравишься, Лундан, – шепнул в губы. – Прямо бесит, насколько.

Не сдержавшись, я рассмеялась. Пожалуй, такое признание от Дирайма дорогого стоило.

Пристально всмотревшись в мои глаза, он вдруг произнёс:

– Я её услугами не пользовался.

Оказалось неожиданно приятно осознавать, что он хочет мне это объяснить.

– Знаю, – отозвалась я. – Но её прислали именно для тебя. Давно она с вами?

– Нет. Сам корабль я тоже не так давно модернизировал. Кукол выписывают из специальных лабораторий, в которых их выращивают.

– После того, как все узнали, что ты предпочитаешь блондинок?

– Вот и ответ. Соиле не виновен: он в курсе, что я не фанат блондинок, этот слух был пущен специально.

Дирайм, заметно посветлевший, завершил путь к столу.

Всё-таки подозревал своего среднеполого.

Переживал.

Признаться, я тоже не думала на Соиле, хоть и хотелось. После того, что случайно в нём заметила – сомневалась в его способности предать лэра Форта.

***

Куклы были выписаны как раз перед отбором. Помню, я ещё шутил, мол если совсем не сложится с невестой, придётся взять одну из этих.

По документам – полный порядок, гарантия абсолютной новизны и чистоты тела и разума.

По факту… у кого-нибудь из приближённых главнюка наверняка есть возможности вмешаться в процесс и подменить куклу, а то и сразу заказать особую.

Сидя напротив, Лундан с блуждающей улыбкой наблюдала за мной. А ведь сама так и не ответила, что я ей хотя бы нравлюсь. Заноза.

Корабль неумолимо приближался к точке экстренного выхода из подпространства.

За последние годы мне неплохо удалось закрепиться в гармийской иерархии. Нажить какие-никакие связи. В принципе, проверить куклу было бы можно… Но слишком уж резко изменилась ситуация.

Ладно. Главное, нащупали хоть какой-то хвост. Только при воспоминании о Лундан рядом с этой, как её, Златой, что ли… Такой порыв, столько страсти – ведь знаю же особенности метаморфов, и всё равно хотелось что-нибудь сокрушить. С трудом удержал себя в руках.

Как ни странно, дар'морн помог.

– Не хочу, чтобы ты продолжала с ней… – я поморщился, звучало преотвратно, – работать.

– Не буду, – согласилась заноза.

Как-то слишком легко. А что там делает её сообщник, набивающийся в женихи?

Коснувшись виртуального окна, я вывел данные с камер.

Триса в «борделе» больше не было. Две девицы сидели в расслабленных позах на диване, блондинка прохаживалась. Распалил девушку и бросил. Хоть бы уж довёл начатое до конца.

Пришлось выводить на экран другие камеры, искать, где сам метаморф.

Не нашёл. Зато по коридору шла брюнетка, точно в такой же одежде, в какой она же осталась со своими подругами. Я даже вернулся проверить.

Ни единого несоответствия, абсолютная отработка каждого движения, повадки, соблазнительного взгляда.

А ведь у кукол всегда был доступ к лифтам. На случай, если кто-нибудь позовёт.

И я догадывался, куда она направлялась.

– Чем занят твой дружок? – посмотрел на занозу.

Та насторожилась, лицо сделалось встревоженным:

– Не знаю. Найти его?

Несколько мгновений я размышлял. Никогда не добился бы всего, чего добился, если бы не использовал любые подвернувшиеся способы и средства. Ну, почти. И в данном случае… перебирать не приходилось.

Понаблюдаю. И за Трисом, и за тем, что мне расскажет потом заноза.

Нельзя давать метаморфам преимущества. Но иногда приходит время менять даже правила десятилетней давности.

– Нет, – отозвался, наверное, резче, чем собирался.

Заноза едва уловимо вздрогнула, не сводя с меня настороженного взгляда. Но как обычно промолчала – то ли догадавшись, то ли намереваясь выяснить.

ГЛАВА 9

Дирайм не стал показывать мне, что увидел. Я не настаивала. Подозреваю, два неподконтрольных метаморфа на борту – то ещё испытание для его силы воли. Особенно при отсутствии андрогина.

Наверняка хотелось припереть к стенке хотя бы кого-то из нас. И, возможно, дар'морн справился бы. Но какой ценой? И что осталось бы от корабля? А ещё хотелось думать, что лэр Форт не пытается заламывать нам руки, потому что хоть немного меня уважает.

Ничего, с Трисом я найду момент поговорить. Неужели решил кого-то прощупать? А пока рассматривала сосредоточенное лицо моего мужчины, любуясь сильным, волевым выражением.

Только сейчас поняла, что спесайр оставила в каюте у Триса. Настолько меня поразили слова о вырванных крыльях, что забыла обо всём на свете.

Сделала движение подняться, но Райм остановил:

– Сиди, Лундан. Скоро будем выходить из подпространства.

– Тебя что-то смущает? – поинтересовалась я, заметив вернувшуюся хмурую складку у переносицы.

– Смущает, – коротко бросил он, продолжая перелистывать десяток окон.

Мне это не нравилось. Очень не нравилось. Даже пожалела о платье – надо было надеть комбез, хоть какая-то защита, да и удобство.

Шиззи послушно улеглась на своё место. Ремни пристегнулись, корабль чуть тряхнуло. Свет привычно изменился на предупреждающий оранжевый.

На экран вплыла гигантская махина автоматической станции под кодовым номером ХР-514805. Впрочем, если рыбы настоящие, то, возможно, и окно?

– Это экран или иллюминатор? – уточнила я.

Форт поднял голову, глянул хмуро на видневшуюся станцию.

– Иллюминатор, – откликнулся. – В него хорошо смотреть на звёздное небо, – хмыкнул.

Ого, неужели каюта мобильна настолько!

Пожалуй, сейчас я бы с удовольствием поужинала с ним при свечах, даже при их имитации.

Однако Дирайм не был расположен к романтике. Продолжая перебирать окна – похоже, отовсюду поступала информация, – тихо переговаривался с мостиком, откуда помощники управляли кораблём.

Станция раскрыла гнездо приёмного шлюза, и корабль медленно начал стыковку.

– Лундан, пожалуйста, будь наготове.

– Пойду переоденусь.

Ремни расстегнулись, я поднялась. Вышла в спальню.

Что-то было не в порядке. Возможно, Дирайм мне банально не доверял, но оказалось приятно думать, что готов взять все заботы на себя.

Надев хенлорский комбинезон, за неимением ничего другого, я чуть задержалась у зеркала, приводя себя в порядок. Ткань неплохо подстраивалась под объёмы, но и мне под неё тоже приходилось подстраиваться.

Корабль плавно стыковался с гнездом. Я на несколько мгновений задумалась, связываться ли с Трисом. После решила, что успеется. Вернулась к командующему.

Он стоял у иллюминатора, разглядывая место, куда мы входили. Приблизившись, я положила руки ему на плечи. Дирайм накрыл их своими.

– Что не так? – шепнула тихо.

– Не знаю. Но чую, потные яйца бабуина. И дар'морн сходит с ума, не желая сюда лезть.

Прыснув от столь загадочного ругательства, я всё же переспросила:

– Он не может объяснить?

– В таком состоянии – нет. Да и альтернатив нет. Нужна заправка. Но я запросил десяток универсальных гипер-контейнеров. С ними можно не заправляться, просто перевести корабль на другие мощности. На запрос моего уровня ответ должен приходить сразу. А я его до сих пор не получил.

– Думаешь, нас тут могут подкараулить?

– Это гармийская база. У всех командующих одинаковые полномочия. Перекрыть их способны разве что полномочия главнокомандующего.

– Но… – я нахмурилась. Свон, который натуральный, никак не мог знать, что мы здесь вынырнем. А Мирра… для чего ей?

Ответить не успела. В тот же миг, как корабль завершил стыковку, шлюз закрылся. Вокруг нашего корпуса вспыхнули толстенные силовые путы, засветились красным.

– Пожалуйста, оставайтесь на месте. Борт ДГ-ноль-один, первого крейсерского класса, задержан до появления уполномоченных лиц.

– Это ваши, Лун, – убеждённо произнёс Дирайм.

Я попыталась возразить, но он обернулся. Поднял руку, коснувшись моей губы:

– Не спорь. Чей приказ? – спросил в переговорник.

– Приказ главнокомандующего Центральной флотилией, – с готовностью отозвался местный ИскИн.

– Может, он заранее передал везде запрет нас обслуживать? – очень хотелось найти другое объяснение. Хоть и понимала, что у Мирры тоже могут быть свои мотивы.

Дирайм промолчал.

– Что будем делать? – спросила я. – Прорываться?

Почему-то была уверена, что с одной станцией корабль Дирайма справится.

– Обязательно, – согласился он. И добавил решительно: – Но сначала заправимся.

С этими словами лэр Форт направился к выходу. Мы с Шиззи растерянно переглянулись.

Что он задумал?

Несколько мгновений смотрели ему вслед.

Первой отмерла Шиззи. Приблизилась и уставилась просительным взглядом на меня… я даже не сразу поняла, куда.

Шиззи ткнулась носом в то место, где находился потайной кармашек. С остатками блокиратора.

– Что? – поинтересовалась я, заколебавшись. – Ты знаешь, что он планирует делать?

Готова поклясться, Шиззи кивнула!

Блокиратор мог ещё понадобиться. Но я чувствовала себя в долгу перед химерой.

Вздохнув, вытащила его, протянула на раскрытой ладони.

Собака аккуратно взяла зубами, положила на пол.

– Помочь? – спросила я, не вполне представляя, что она хочет сделать.

Шиззи не ответила. Внимательно оглядывала капсулу, придерживая лапой.

Помню, Трис рассказывал об излучении Дагвийских пустошей…

Так и не взглянув на меня, химера шандарахнула лапой по голубому цилиндрику.

Болезненная вспышка опалила мою сущность, заставив отпрянуть, отскочить. Несколько мгновений не хватало дыхания и глаза слезились. Однако сквозь туман в них я видела, как медленно, но уверенно меняются черты Шиззи. Отрастают три хвоста и два крыла, пасть становится грознее и клыкастее. Пожалуй, только глаза были всё такими же – чёрными, затягивающими.

Вообще, в этом жутком звере от добродушной псинки осталась лишь улыбчивое выражение морды. Впрочем, сейчас демонстрировавшей мрачную решимость.

Едва преобразовавшись, чёрная химера рванула к двери.

– Помощь нужна? – бросила я ей в след, но ответа не получила.

Несколько мгновений колебалась.

Мне это ни к чему. Меня ждут дети, моя миссия была бы давно окончена, если бы не Свон! Я сделала всё, чтобы освободить Раймадара.

Но бросить его сейчас, особенно если задержали нас действительно по приказу Мирры, просто не могла.

Метнулась следом. Шиззи уже уехала в лифте. Ждать не хотелось, и, просочившись в шахту, я слетела вниз, временно отрастив себе крылья.

В закрывающемся отверстии входного люка мелькнул тройной хвост, навевая странные мысли. Это что же, позвоночников у неё тоже три?!

На полу валялся лучевик. Я очень сомневалась, что лэр Форт его обронил – значит, оставил специально? Приостановившись, подняла оружие, пытаясь разгадать побуждения командующего.

Люк не захотел меня выпускать. Пришлось формировать ладонь Дирайма и прикладывать к сканеру. ИскИн несколько мгновений испытывал моё терпение, после всё же решил отворить.

Воздушный поток пневмотрапа подхватил и с силой швырнул вниз.

Вырвавшись в стыковочный блок ангара, я снова застыла, поражённая открывшимся зрелищем.

Огромный зверь с золотисто-радужной чешуёй мчал вглубь станции. На спине уродливыми буграми выделялись застарелые шрамы.

Зверю не хватало неба, свободы. Но даже сейчас он выглядел бесконечно могущественным и мощным.

А я поняла, что не успеваю. Этому слабому человеческому телу никогда не догнать гигантского дар'морна с его огромной химерой.

Разбежавшись, оттолкнулась, интуитивно меняя формы, наращивая максимально подходящие крылья. Взмыла под потолок.

Не копировала живое существо, хотя это всегда проще, чем изобретать что-нибудь новое. Природа умна и давно уже всё придумала до нас. Но сейчас я действовала в порыве, с расчётом на ситуацию, не выпуская из рук лучевика. Шиззи прикрывала Дираймовы тылы, а мне захотелось прикрыть его изуродованную спину. Защитить сверху, оттуда, где он слабее всего.

Ошмётки хенлорского комбинезона с треском осыпались на пол. Боясь упустить Дирайма с Шиззи, я усилила слух и обоняние, нагоняя их. Заняла верхнюю позицию, приноравливая размах крыльев к размерам коридоров.

Дракон лишь на миг обернулся, глянул на меня огненным зрачком. И продолжил бег.

Время от времени задирая переднюю лапу, он разбивал камеры слежения, и я занялась тем же. Шиззи с радостью присоединилась к нам – правда, химера оказалась не слишком разборчива в технике и крушила всё, что поддавалось крушению. Судя по тому, как ловко она управлялась с комнатой мульти-трека, подозреваю, неразборчивость была вполне целенаправленной.

Раймадар совершенно чётко ориентировался в хитросплетении местных коридоров, точно сворачивал, выбирая те, в которых поддерживался уровень кислорода. Видимо, предназначенные для доступа гармов при необходимости.

Сильное тело просто-напросто вышибало укреплённые межотсековые переборки. Я летела над ним, не отставая, крепко сжимая в оставленных пальцах лучевик.

– Дроны! – крикнула, заметив впереди несколько боевых машин.

Дирайм тоже должен был их видеть, но, вероятно, в этой ипостаси не мог разговаривать.

Подозреваю, будь на месте дронов живые создания, не обделённые эмоциями, наша компания повергла бы их в шок. Но бездушные машины целеустремленно двигались вперёд.

Поскольку лучевик имелся только у меня, мне и пришлось заняться отстрелом. И именно тогда я оценила оружие Дирайма! Одно дело сбивать камеры, и совсем другое – вспарывать броню и плавить электронные мозги боевых дронов! И заряд у него расходовался еле-еле.

Увы, дроны тоже отбивались.

Впрочем, лучи, рассчитанные на человекоподобных, не способные пробить разве что защитную ткань хенлоров, легко отскакивали от радужной чешуи. Дирайм ещё и умудрялся прикрывать химеру, и даже пару раз что-то рыкнул в мою сторону.

Подозреваю, намекал, чтобы я тоже держалась за ним. Но я привыкла полагаться на себя. Приходилось уворачиваться и укреплять до максимума свойства кожи. От чего сразу же стал подбираться дикий голод.

То ли гармийская военная станция не была рассчитана на дар'морнов, то ли Дирайм Форт слишком хорошо знал, как обойти защиту гармов, но продвигались вперёд мы без потерь. Лучевик исправно отстреливал нападающих дронов, местный ИскИн призывал сдаться и пугал вызовом командования, а мы продолжали мчать.

Странный восторг струился по телу, ощущение воли, неясного единения, скреплённого общим порывом.

Так и ворвались в укреплённый склад особо дорогих и опасных видов топлива: Раймадар снёс толстенную круглую дверь, стряхнув брезгливым жестом колесо сейфового замка.

В специальных ячейках хранились тёмные гипер-контейнеры с самым мощным и дорогим топливом в Спирали. Дирайм шибанул лапой одну из них, выбивая защитное непробиваемое стекло. Подхватил целую упаковку. Снизившись, я вцепилась в неё дополнительной парой когтистых рук, помогая закинуть тяжесть ему на спину.

Сверху прыгнула Шиззи, наступила на упаковку лапами.

Хмыкнув, Дирайм подцепил ещё одну, хотя, судя по маркировке, там был далеко не запрошенный десяток, а добрых полсотни.

Общими усилиями мы примостили и её на спине.

Под визг сирен и вопли ИскИна дракон грациозно развернулся в прыжке. Растопырив крылья, химера балансировала у него на спине, придерживая ценную добычу.

Сделав круг по хранилищу, я отстрелила ещё несколько камер и пальнула в местный выход сетевика. Очень не хотелось, чтобы информация о нас куда-нибудь просочилась. ИскИн, конечно, всё собирает – но надеюсь, пока за пределы станции не передаёт.

Ускорившись, я нагнала Раймадара с Шиззи и пристроилась над ними.

Ещё несколько минут бега, ещё десяток обезвреженных дронов, запах гари и какой-то примеси…

– Перекрыта система снабжения кислородом! – воскликнула я, принюхавшись.

Райм остановился у пневмотрапа. В несколько волнообразных переливов чешуи как-то сжался, потускнел, превращаясь из огромного радужного зверя обратно в мужчину. Уставшего, мокрого от пота и абсолютно обнажённого.

Где-то на пределе слышимости зазвучала мелодия – хотя рот лэра Форта оставался закрытым.

Моя одежда тоже валялась лоскутьями в коридорах станции. Но я хоть могла изобразить её имитацию.

Дирайма, впрочем, нагота совершенно не волновала. Взвалил одну из упаковок на спину химеры, единственной из нас не поменявшей облик. Вторую подхватил руками – мышцы взбугрились, выдавая тяжесть груза. И подпихнул Шиззи к пневмотрапу.

Поток воздуха всосал химеру. Форт оглянулся, я кивнула, внимательно осматриваясь, не появятся ли новые дроны.

Воздуха становилось всё меньше, я увеличивала объём лёгких. Ещё немного в таком режиме – и придётся переходить на другие варианты дыхания.

Впрочем, до этого не дошло. Дирайм исчез в воздушном потоке, и, ещё раз окинув взглядом стыковочный блок ангара, я тоже шагнула в приёмное отверстие пневмотрапа.

Воздушный поток подхватил и выплюнул в шлюзе. Люк был открыт, я шагнула внутрь и замерла.

Вокруг столпилась добрая половина команды Дирайма, глядя на нас совершенно ошалелыми взглядами.

ГЛАВА 10

– Лэр… Форт?

Опустив тяжеленный ящик – не будь во мне дар'морна, я бы его даже от поверхности не оторвал, – оглядел собравшихся, внимательно останавливаясь на каждом.

Васлав Жан не покинул мостика, и это обнадёживало. Зато прислал своего заместителя. Ну или тот сам пришёл.

Вызванный дрон уже нёс новые комбезы. Стесняться-то я не стеснялся, но всё же нечего размахивать перед командой всяким неприличным.

Выдерживая паузу, приложил шарик капсулы к животу, и ткань побежала во все стороны, покрывая тело, высчитывая объёмы, чтобы потом стать полноценным и удобным комбинезоном с нужными свойствами.

Наскоро оглянулся. Заноза успешно имитировала одетый вид, только Шиззи не могла вернуться в собачий. Ничего, что-нибудь придумаем.

Протянул Лундан такую же капсулу нового комбеза. Может, он ей и не нужен, но само осознание, что она тут вообще-то голая, лишь в имитации одежды, нервировало.

Снова окинул взглядом ребят. Наверняка они давно уже подозревали неладное. Я долго и тщательно их подбирал, но всё же не мог не дать шанса:

– Отпускаю всех, кто захочет уйти. На станции должны быть спасательные катера. Или высажу в первом подходящем месте, расторгнув контракт по всем правилам.

Ответом мне было немного мрачное, но вполне единогласное молчание.

Дар'морн, всё ещё разгорячённый нежданной пробежкой, ворочался внутри, пристрастно присматриваясь к реакциям.

Похоже, желающих уйти не нашлось. Среди гармов, при всём их отношении к женщинам, оказывается, до сих пор можно разыскать тех, кто ценит дружбу. Ну и присягу, конечно, с этим у них всегда строго.

– Кто уходит – жду рапорт об отставке, – скомандовал я, подбавив в голос железных нот.

Дружба дружбой, а дисциплину на корабле необходимо постоянно удерживать.

– Остальные – по местам. Заправиться, – я кивнул на гипер-контейнеры. – Проследить за складированием опасного топлива.

Отдав честь, ребята зашевелились, абсолютно точно зная каждый свои обязанности. Кто-то вызывал погрузочных дронов, кто-то передавал на мостик данные о новом топливе для расчётов.

Я с удовлетворением выдохнул. Отличную команду подобрал.

Шиззи ткнулась в руку, непривычно высокая, с более жёсткой шерстью. Я провёл ладонью по изменившейся голове, химера мазнула по ногам одним из трёх хвостов.

– Спасибо, моя хорошая. Что-нибудь придумаем, – пробормотал, успокаивая.

– Идём, – Лундан, помалкивавшая сзади, вдруг приблизилась, коснулась Шиззи рукой.

Когда это мои девочки научились так хорошо друг друга понимать?

Лёгкая вибрация, сопровождаемая гудением, свидетельствовала о том, что корабль начал трансформацию. По-хорошему, мне бы скорее на мостик, посмотреть, что там творится. Проконтролировать.

Но связь через мысленный режим ИскИна работала исправно. Несколько минут у меня было.

Не то чтобы я ей категорически не доверял, просто очень хотелось знать, что заноза придумала. Однако уже подходя к её старой каюте, догадался. Шиззи ведь не на пустом месте облик сменила.

Метаморф открыл лично, опять в хенлорьем виде, будто и не было никаких красоток-брюнеток в его исполнении.

– Трис, – голос, глаза Лундан неуловимо изменились, воздействуя напрямую на мужскую сущность. Мою так точно. Похоже, и Триса тоже. – Пожалуйста, отдай блокиратор.

Метаморф нахмурился. Окинул меня взглядом, снова Лундан, вероятно, ожидая от меня какой-нибудь подлянки или шантажа. Не знаю, чем он занимался, но кажется, оказался не в курсе нашей пробежки.

– Лун? – глянул чуть снизу, похоже, тоже напрямую воздействуя на её женскую сущность. Так и хотелось закрыть грудью, ещё и стукнуть сверху кулаком. Моя женщина! Нечего на неё воздействовать!

– Всё в порядке, Трис. Пожалуйста.

– Лун, ты же знаешь инструкции. Вдруг понадобится…

– Сейчас нужнее.

Несколько минут молчаливого диалога глаза в глаза. Неуловимое, смазанное во времени и пространстве движение. Я так и не понял, откуда метаморф его извлёк – но протянул голубоватый цилиндр на ладони, отдавая Лундан.

Он так на неё смотрел, словно хотел ещё что-то передать. Но хёргов хозяин корабля мешался под ногами.

– Внимание! – отвлекло громкое оповещение ИскИна. – Переключение двигателей произведено, расчёты скорректированы. Корабль переведен в боевой режим и готов к прорыву. Всем занять позиции. Повторяю…

– Спасибо! – Лундан сжала капсулу в ладони, оглянулась на меня.

– По местам, быстро! – схватив её за руку, я помчался к лифтам, проверяя, чтобы Шиззи тоже не отставала.

***

Понятия не имею, когда моим «по местам» стал капитанский мостик, но притащил лэр Форт нас именно сюда. Почти впихнул меня в кресло у стены, тут же сомкнувшее ремни, сам одним махом оказался в свободном центральном. Выбил окошко сетевика, и нырнул в командование кораблём.

Здесь находился с десяток гармов – полулежали в таких же креслах, обвешанные виртуальными экранами и панелями. На нас не обратили никакого внимания. Даже на Шиззи, которая заняла специальную лежанку неподалёку от командующего.

Капсулу псина раздавила в лифте, не желая ждать, от чего меня ещё слегка потряхивало. Хёргово излучение, нужно нашим поскорее изучить его и найти защиту!

Но я в который раз поражалась, насколько Дирайм везде, буквально в каждом уголке, позаботился о питомице. Очень хотелось знать, что их связывает настолько глубоко.

А после стало не до раздумий. Корабль дрогнул, стреляя. Ещё и ещё – похоже, вышибал закрытую панель выходного шлюза и получал ответные разряды пытавшейся нас удержать станции.

Я прикрыла глаза. Интересно, удастся вызвать хоть какое-то окошко? Хотя бы с обзорных экранов?

Как ни странно, встроенный в кресло сетевик откликнулся. Хотя, в управление меня не допускали, конечно – бдели. Но во всяком случае удалось обвеситься виртуальными окошками, передающими записи с наружных сканеров и камер, и видеть, что происходит.

Наш корабль оброс той самой бронёй. Ещё и шипами, полностью скрыв все возможные швы, окна, люки и прочие слабые места. Этакий грозный шипастый шар, который напрягся, разрывая силовые путы, выдираясь из них.

Последний выстрел – панель выходного люка отлетела, сорвавшись в открытый космос искорёженной металлической пластиной.

Словно завороженная, я смотрела, как отскакивают от усиленного бронёй корпуса лучи и тяжёлые ядра. Как из двигателей вырываются плазменные струи, придавая ускорение.

Мы вырвались из развороченного ангара, словно пробка из бутылки. Развернулись почему-то.

«Уничтожить».

Не знаю, как командующий передавал свой приказ, но я услышала, почувствовала. Вскинула на него глаза.

Он оглянулся в ответ. Промолчал – но я и без слов поняла. Уничтожить все данные. Вдруг повезёт и они никуда не выйдут. И никто не узнает… по крайней мере, если ребята не подведут.

Разгон по орбите. Несколько мощных залпов по самым уязвимым точкам станции. Серия взрывов – и сумасшедший огненный фейерверк напоследок, каким всё разлетелось в пространстве.

– Ого, – выдохнула я, снова подняв взгляд на Дирайма. На этот раз изумлённый.

Гармы практически непобедимы. Они столетиями нагоняли страх на мирные планеты Спирали. Их станции, их корабли способны уничтожить разве что хенлоры. Если очень постараются и хорошенько напрягутся.

А тут…

Я вдруг посмотрела на командующего совсем другими глазами. Непримиримые враги драгов, пытавшиеся захватить их мир. Получившие отпор.

Если не можешь справиться с врагом – изучи. Нанеси удар изнутри.

Значит, всё это время он не просто поднимался по службе. Даже изгнанный и опозоренный, готовил защиту родной планете, изучал, использовал знания врагов, чтобы сделать оружие более мощное. Чтобы сражаться не голыми крыльями с военной армадой.

А из-за меня… из-за метаморфов может лишиться всего, чего так долго добивался!

Я продолжала смотреть на него. Он приподнял бровь, пытаясь понять, что такое я углядела.

А потом нас вдавило в кресла. Похоже, кто-то упёр слишком много топлива: судя по изменению освещения и оповещениям, мы уходили не в подпространство, а в тот гипер-пупер прыжок, названия которого я так и не узнала.

***

Сорок минут. У нас оставалось ещё сорок минут, а к тому месту, где мои системы засекли капсулу Свона, уже приближались корабли Центральной гармийской Флотилии.

Заноза хотела оправдать своих, но я не сомневался, что за всем этим стоит тот, кто занял пост главнюка.

Не отрываясь следил за показателями приборов и слушал отчёты ИскИна. Изредка поглядывал на Лундан – но она увлечённо рассматривала в окнах доступные сведения.

Возможно, зря притащил её сюда. Но не хотелось оставлять одну. Чтобы она снова шла к этому своему Трису. Даже ради того, чтобы выяснить, чем он занимался, пока нас не было. Кого, гм, обрабатывал.

Сам выясню. Как только выдастся свободная минута, разыщу отчёт по его передвижениям.

ИскИн предупредил о скором переходе в обычный режим полёта. Ребята напряжённо вели корабль, отслеживая показатели. Я запросил данные о точке выхода.

Капсула всё ещё болталась в пространстве – больше одного прыжка она сделать не могла, не была на это рассчитана. Рядом обнаружился незнакомый частный корабль. Кто-то прилетел вызволять Свона?

Три истребителя Центральной Флотилии стремительно приближались в подпространстве. Как, яйца бабуина, дубль-Свон собирался скрыть от гармов, кого они здесь подбирают? Или там уже сплошь одни метаморфы?

***

Три корабля. Сколько у Свона было метаморфов? Мне в своё время повезло, а скольким не повезло? Не удалось сбежать, не успели вызволить, просто погибли от бессилия и истощения.

Скольких смогла вытащить Мирра?

Её план казался очевидным. Нельзя показывать гармам настоящего Свона. Но и упустить его второй раз она не могла. А значит… Собрать всех дееспособных метаморфов, что томятся в плену. Привязать как можно больше гармов, пока андрогины не хватились. Похоже, получилось сформировать три команды. За такой короткий срок – тоже неплохо.

А кто же четвёртый? Виртуальный экран не идентифицировал его. Значит, не гармийский корабль.

Я бросила взгляд на Дирайма – тот задумчиво тёр подбородок, просверливая взглядом свои экраны. Похоже, задавал ИскИну то ли вопросы, то ли команды.

С небольшой перегрузкой мы вынырнули в обычный космос. Видимо, ускорились до максимума, чтобы успеть раньше Мирры.

Незнакомый корабль уже затягивал в себя капсулу.

Дирайм отдал короткий приказ, и из нашего крейсера вылетело силовое поле. Он был намного больше и мощнее противника, нам ничего не стоило отправить незнакомцев в вечное плавание по космосу, разнеся к хёргам на мелкие осколки вместе со Своном. Но Дирайм явно хотел получить преимущество перед метаморфами.

Скользнул взглядом, который я успела перехватить. Лично я с удовольствием пристрелила бы гарма. Но главнюк нужен метаморфам. А значит, придётся проследить, чтобы всё получилось.

– Командующий Орбитальным флотом Зилана Дирайм Форт, назовите ваши опознавательные, – проговорил лэр в экран перед собой.

Неизвестный на контакт не вышел. Зато из подпространства один за другим повыстреливали корабли Флотилии.

– Вы под арестом. Сопротивление бесполезно, – продолжил от имени Дирайма один из его помощников.

Я с интересом рассматривала, как поле оборачивает корабль и притягивает его к нашему. Глушит попытки выстрелить и сбежать, держит, словно паук дёргающуюся муху в паутине.

И чуть не упустила момент, когда лэр Форт поднялся. Вскочила, бросилась к выходу вслед за ним и Шиззи.

– Побудь тут, – выдал он коротко, едва за нами затворились двери рубки.

– Ты хочешь идти туда лично? – нахмурилась я.

– Хочу.

Снова сухое, хлёсткое. Командующий имеет кучу подчинённых, которые проведут операцию и без него! Но с его силой, подставлять своих парней под вероятную опасность… А может, и не доверяет им до конца. Мало ли, кто и когда решит сыграть против него.

Понятно, что предпочтёт провести всё сам.

– Я с тобой.

– Лучше побудь тут. Я всё сделаю.

– Не могу. Свон… нужен метаморфам. Ты же… не нарушишь соглашение?

Форт несколько мгновений смотрел мне в глаза. После резко кивнул – мол, что с тобой спорить.

– А ты – останься, – обернулся к Шиззи.

– Ррр, – возмутилась псина.

– В каюту, – на этот раз Форт оказался неумолим, и я была с ним полностью согласна.

Шиззи лишь недавно вывели из сна, а она уже успела совершить сумасшедшую пробежку в виде химеры.

Псина сердито уселась посреди коридора. Улыбнувшись, Форт потрепал её за ухом.

И бросился к лифтам.

Тоже погладив мимоходом верную животину, я помчалась за ним. Та раздражённо клацнула зубами, и не будь у меня тела и реакций метаморфа, на кисти могли бы остаться глубокие следы зубов.

Внизу у стыковочного шлюза уже собралась команда в специальном усиленном доспехе. И даже несколько боевых дронов с лучевиками наперевес.

– Данные внутреннего сканирования, – потребовал Форт, остановившись у люка.

Перед ним образовался виртуальный экран, и я подалась вперёд, с тревогой ожидая, кого мы можем там увидеть.

ГЛАВА 11

Положила руки Дирайму на плечи, всматриваясь. И аж зашипела от неожиданности.

Сэмптон Хас! Продавший меня ублюдок!

Значит, он под прикрытием самого главнюка? И кто-то успел ему передать, где искать капсулу? И судя по всему, он находился наготове и неподалёку…

На корабле обнаружился ещё пяток пиратов. Лэр Форт тщательно всех пересчитал, пока дроны подвозили нам защитные шлемы. Похоже, приказал запустить внутрь усыпляющий газ. Кораблик оказался слишком мал, хотя и чуть побольше, чем тот, на котором поймали меня. Но по сравнению с нашим – вообще малютка.

Фактически у них не было шансов против боевого гармийского крейсера. Но Дирайм всё равно перестраховывался.

Пока мы закрепляли шлемы и готовились к переходу на судно противника, на связь вышли метаморфы.

– Лундан, – прозвучал из наручного коммуникатора голос Мирры-Свона. – Что там?

– Заходим, – тихо откликнулась я.

– Передай командующему. Нужна стыковка.

Я бросила взгляд на Форта. Тот пожал плечами. Кивнул, отдавая приказ своим ребятам. И сразу же распорядился открывать люк.

Первыми полетели боевые дроны. Следом, держа оружие наготове, двинулись мы.

Раймадар не стал прятаться за подчинённых. Я с гордостью видела широкую спину впереди всех. И шла за ним след в след.

На всякий случай сделала дополнительную пару глаз – шлем помогал скрыть её, зато вряд ли кто-то подобрался бы незамеченным.

Несколько мгновений перестраивалась на иное восприятие пространства. Но Дирайм не заметил задержки, сосредоточенно продвигаясь вперёд.

Навстречу вылетел чужой боевой дрон. Наши собственные тут же окружили его.

Между роботами завязалась борьба. Выстрелы, удары, высекающие искры. Но это дало нам возможность прорваться дальше, пока машины выясняют отношения вместо своих хозяев.

– Рубку, – сухое, хлёсткое.

Впервые я видела командующего на операции – если не считать нашей пробежки. Видела, как чётко он отдаёт приказы, как моментально исполняют их подчинённые.

Аура его харизмы работала на полную. Уже одно то, что никто не покинул команду, произвело неизгладимое впечатление! Но сейчас, идя с ним бок о бок, я вдруг поняла, что хочу остаться.

Хочу быть рядом и в космосе, и в сражении. И на Зилане. Или любом другом месте, куда он решит полететь.

У меня нет дома. Жизнь покидала по разным планетам, заставила побывать не в самых приятных местах. А рядом с этим мужчиной я вдруг впервые ощутила себя дома. Под защитой.

Несколько гармов во главе с парой дронов бросились в сторону рубки управления. Наверное, она могла быть защищена от проникновения вредных газов.

Но сам Дирайм продвигался совсем в другую сторону. Туда, где находилась капсула со Своном.

Не отставая, я шла за ним.

Андрогина почуяла издалека. Похоже, Хас продолжал таскать за собой несчастного невменяемого для перестраховки.

Тело с трудом удерживалось в нынешней форме. Наверное, будь андрогин в сознании, не удалось бы её сохранить. Но на своём корабле работорговцы не носили шлемов. За что и поплатились.

Капсула нашлась внутри спасательного ангара, где хранилась пара одноместных ботов.

Лэр Форт криво усмехнулся. Похоже, наш гипер-прыжок оставался незамеченным до последнего. Хас даже не успел раскрыть капсулу – так и упал рядом с ней, держа на цепи своего андрогина.

Побаивался мести метаморфов? И правильно.

Дирайм поморщился, переступая через парочку. Я предпочла обойти по стеночке. Ещё несколько ребят из отряда командующего наклонились, проверяя жизненные показатели.

Поодаль валялись несколько спящих тел – я признала ближайших помощников Хаса.

Взвыла сирена.

– Твои, – сообщил Форт, моментально оценив обстановку.

Приблизившись к вертикальному куполу капсулы, мы с Дираймом заглянули в неё. Внутри, откинувшись на спинку, сидел измождённый, обессиленный мужчина.

С момента его побега прошло не больше двух суток, но он выглядел совершенно выжатым и измочаленным. Похоже, перенос дался нелегко. Возможно оттого, что слетела защитная ткань, или он получил какие-то травмы при смещении точки выхода.

Он изменился, на лице виднелась дыхательная маска. Однако личность главнокомандующего не вызывала сомнений.

Жалости я не испытывала. Но и удовольствия, как ни странно, тоже. Скорее, брезгливое отвращение. Приятно видеть, когда говнюки получают по заслугам.

А как только он окажется у метаморфов… ему уже никто не позавидует. И вряд ли кто-нибудь когда-нибудь сможет найти.

Внимательно оглядевшись, Дирайм вызвал голорафический пульт управления в борту капсулы. Быстро набрал комбинацию виртуальных клавиш.

Верхняя прозрачная панель поднялась, открываясь.

Двое подчинённых вытащили Свона, и Дирайм принялся сыпать распоряжениями:

– Капсулу выгрузить. Доставить на корабль. Танер – внутрь.

– Хочешь покопаться в данных? – улыбнулась я. Тоже верный вариант.

Форт кивнул:

– И место твоим освободить. Единственный стыковочный шлюз этого корабля занят нами. Вашим остаётся только проникнуть сюда через спасательный.

Да, а для этого необходимо скинуть один из ботов или капсулу, иначе места даже для небольшого одноместного судёнышка не хватило бы.

Я улыбнулась. Мне нравилось, как он всё просчитывает. И нравилось, что готов отдать нам Свона. Хотя наверняка и своих вопросов к нему было немало.

– Помочь?

Я едва не вздрогнула, услышав голос Триса. Хотела спросить, что он тут делает, но и без слов поняла. Сердце окатила внезапная тоска. Ведь если всё пройдёт успешно… это и мне скоро предстоит расставание.

Где-то на другом краю Спирали откликнулась детская привязка. Ещё немножко, мои хорошие. Я тоже соскучилась.

Лэр Форт поморщился:

– Не нужно.

Трис молча отошёл в сторону, не мешая ребятам Дирайма вручную тащить капсулу к взлётному шлюзу. Потом один из них – видимо, тот самый Танер, – забрался внутрь. Остальные остались по эту сторону шлюза.

Затворив переборку, смотрели на виртуальном экране, как открывается наружная панель и капсула вылетает в космос. Топлива у неё больше не было, но я не сомневалась, что гармы проведут всё чётко, не дадут ей исчезнуть во второй раз.

Через несколько минут в шлюзе обнаружилась ещё одна капсула.

Ничего себе! Наши впятером набились в двухместную! Хотя нет, не только наши, среди них был и Соиле. Сидел за плотной перегородкой у левого выхода. Похоже, они договорились, что андрогин не станет воздействовать, даст возможность метаморфам утрамбоваться, как только смогут. И они ею полностью воспользовались – но про шлемы тоже не забыли, подготовились.

Интересно, Мирра заключила с ним соглашение, чтобы не мешал привязывать гармов? Пообещала что-то, угрожала? Поставила перед фактом? Последнее казалось наиболее вероятным.

Дирайм поднял голову, глянул на вылезающего андрогина. Тот вроде бы кивнул – под шлемом было сложно рассмотреть выражение лица.

Мирра-Свон выскочила из капсулы, уже полностью в виде главнюка.

– Отлично, – произнесла, окинув цепким взглядом пространство. – Боты рабочие?

Двое метаморфов в виде гармов тут же кинулись проверять.

– Этого и этого забираем, – ткнула пальцами в настоящего Свона и Хаса.

– Его забираем мы, – Соиле успел приблизиться к андрогину в лохмотьях, склонился над ним. Отвёл рукой от лица спутанную прядь длинных волос.

Мирра пожала плечами. Я старалась контролировать всё пространство, боясь какой-нибудь провокации, недоразумения.

Дирайм смотрел мрачно, определённо что-то чувствуя. Не думаю, будто стопроцентно узнал её, но наверняка предполагал, что и такое возможно.

– Спасибо за содействие, лэр Форт, – кивнул лже-Свон Дирайму. И тут же обратился к нам: – Трис, Лундан, улетаем.

Как улетаем? Уже?!

В глубине души я оказалась не готова к этому.

Трис шагнул вперёд.

– Зачем нас пытались задержать? – хмуро поинтересовался Форт.

– Перестраховка, – развела руками Мирра. – Мы не были уверены, что побег, – не называя имени, она кивнула на лежащего Свона, – организовали не вы. Поверьте… вам лучше было бы остаться там. Мы бы извинились и выпустили, как только все, кто нам нужны, оказались бы у нас.

– Мы ведь сможем замять взрыв станции? – поинтересовалась я.

Звучало, конечно, не то чтобы разумно. Но у главнюка должны быть возможности! В конце концов, благодаря Форту Мирра оказалась на самой вершине гармийской иерархии!

Лже-Свон несколько мгновений пристально всматривался мне в глаза. После медленно кивнул:

– Конечно, сможем. Время, Лундан.

– Порт-луч хенлорам не отдан, – произнёс Соиле, выпрямившись и повернувшись к командующему. – Все данные о тебе в гармийской системе уничтожены. Права восстановлены.

Соиле бросил на меня странный, очень странный взгляд. Словно чего-то ожидал.

А ведь это он сорвал нас с места, сказал улетать. А теперь он тут. Что изменилось?

– Почему не отдан? – нахмурился Форт.

– Не нашли, – развёл руками лже-Свон. – Как только разыщем, сразу же передадим.

Что-то во всём этом мне не нравилось.

– Пока не исполните все свои обещания, Лундан останется у нас.

Я обернулась к Дирайму, разрываемая желанием и долгом. И ещё сомнениями.

Данные уничтожены, но что мешает Мирре снова их ввести?

Соиле вышел чуть вперёд, словно делая преграду между метаморфами и солдатами Форта. Я тоже пристально за всеми следила. Вряд ли, конечно, Мирра стала бы давать нашим задание прорваться на корабль Дирайма… но кто знает. Метаморфы слишком изворотливы. Ещё и не то могут провернуть, пока все отвлечены.

Отступила немного: сила адрогина разливалась вокруг, побуждая измениться. Упасть в истинный вид.

– Дети, Лундан, – напомнила Мирра.

Я ни на миг о них не забывала. И, наверное, правильнее было бы оставить тут Триса или ещё кого. Но…

Но я не могла доверить это никому другому. Тяжёлое, неприятное предчувствие пробиралось под кожу. Я пыталась прослушать Мирру, однако она закрылась, не подпуская.

– Мы обязаны лэру Форту. Я остаюсь.

– Тебя вообще не должно здесь быть. Мы отдали свой долг Форту. Это приказ.

Несколько секунд я смотрела на Триса. Всё случилось слишком быстро, я так и не спросила, узнал ли он что-нибудь. Общался с кем-нибудь?

Это, допустим, наверняка зафиксировали камеры. И, вероятно, Райм и без меня выбьет всё возможное из предмета интереса Триса.

Но что-то царапало, смущало, вызывало тревогу.

Метаморфы не спешили затаскивать Хаса со Своном в боты, и это тоже настораживало. Для чего тогда Мирра спросила, рабочие ли они? Чтобы мы думали, будто именно так и станут отступать?

– Откройся мне, – повернулась я к ней.

Глаза лже-Свона сузились.

– Глупая девчонка.

Я даже не сразу осознала, что он заговорил на языке метаморфов. И уже одно это вызывало мороз по коже. Мирра не собиралась оставлять свидетелей!

– Разве до тебя не доходит, что лэр Форт слишком проблемный? От него лучше избавиться. Пока он не понял, что происходит. А ты снова портишь весь план!

– У нас с ним был договор!

– Зная, что среди гармов есть метаморф, он непременно попытается качать права и ставить условия. Рано или поздно. Думаешь, никто из его воинов не сложил два и два, не узнал настоящего Свона?

– Иди, Лундан, – Форт внезапно кивнул в сторону одного из ботов, глядя на меня таким взглядом…

Острая ледяная волна прокатилась по телу, ударяя эмоциями. Осознанием. Он меня отпускает. Потому что понимает, что его самого метаморфы не отпустят. Он хочет меня спасти!

А сам? Готовится принять бой? Превратится в своего дар'морна?

Что там, снаружи? Подоспели военные истребители Флотилии?

Корабль Сэмптона Хаса под нашим контролем. Бой с метаморфами, конечно, то ещё удовольствие. Кто знает, чем окончится.

Напряжение сгустилось пульсирующими волнами, исходящими от каждого в ангаре. Ребята Дирайма подобрались, готовые ринуться в сражение. Ждали только знака своего командира.

Метаморфы собирались вырываться. У Мирры наверняка имелась пара козырей в рукаве. Как обычно. Но и уйти от Форта без потерь едва ли удастся.

– Стоп! – вышла я вперёд, приподняв руки, не отрывая взгляда от Мирры. Возвращаясь обратно к языку Зилана. – Это была моя операция. Я гарантировала лэру Форту жизнь и свободу за содействие. Я останусь до того, как мы исполним все условия сделки с нашей стороны. Мы можем работать сообща. Лэр Форт, – обернулась к тому. – Предлагаю разойтись миром.

– Идиотка, – бросил лже-Свон.

Только сейчас я обнаружила, что все метаморфы неуловимыми, не привлекающими внимания передвижениями собрались в одном месте. Возле Мирры и Свона с Хасом. Возможно, не будь я так увлечена мыслями о Раймадаре и разрешении конфликта, тоже почуяла бы невербальные сигналы.

Вскинула голову как раз в тот момент, когда сработал главный козырь Мирры.

Корабль шатнуло. Вспыхнул яркий луч. На метаморфов и их пленников опустилась защитная ткань.

Миг, за который гармы успели лишь выхватить лучевики – и в следующий миг выстрелы уже прошли сквозь пустое пространство затухающего луча.

– Возвращаемся. Живо.

Лэр Форт ещё отдавал приказ, а Соиле уже подхватил другого андрогина на плечо.

Пробежка обратно на крейсер на пределе возможностей – по крайней мере, человеческих. Мы вломились в стыковочный шлюз, Дирайм выхватил откуда-то из стены окно сетевика, почти не затормозив.

– Ситуация. Орудия, – потребовал отчётов, ворвавшись в лифт.

К моему удивлению, Соиле остановился и за нами не побежал. Снял с плеча андрогина, вызвал дронов с носилками.

Остальные солдаты помчались по лестницам в разные стороны, на свои боевые посты – это всё, что я успела рассмотреть задней парой глаз в закрывающуюся щель меж дверями.

– Корабль работорговцев уничтожен. Корабли Флотилии отступили, – отозвался голос из рубки, когда лифт двинулся вверх.

Форт с недоумением поднял на меня взгляд.

– Она не станет уничтожать крейсер, пока я тут, – откликнулась, ощущая, как отпускает напряжение.

Всё-таки верно рассчитала! Пусть я идиотка, но никто сегодня не погибнет. Только от космолёта Хаса нашим пришлось избавиться. Чтобы не осталось случайной записи языка метаморфов.

– Мирра? – сквозь зубы выдал Форт, полыхнув былой ненавистью.

Я лишь кивнула. Отвела взгляд.

Он не упрекнул меня в молчании. Только спросил требовательно:

– Почему?

– Метаморфы не убивают метаморфов.

– Этого мало.

– Если я погибну… это сильно ударит по детям. А среди них один её.

ГЛАВА 12

Дирайм переключил лифт прямо в движении, и почти уже поднявшись к командной палубе, мы спустились чуть вниз. Чтобы выйти к его каюте.

Подойдя к столу стремительным шагом, он надёргал окон и какое-то время их рассматривал, не садясь.

Волнение всё ещё бурлило, вместе с осознанием произошедшего.

Из-за двери вышла Шиззи – физиономия совмещала такую смесь обиды и любопытства, что я мимо воли разулыбалась. Дирайм приподнял руку, и псина приблизилась, ткнулась в неё. Прижмурила глаза, отдаваясь ласке, и почти сразу скосила взгляд на виртуальные экраны. Хитрюга.

Я оглядела кабинет, не спеша занимать место. Снова здесь. И на этот раз неизвестно, захотят ли сородичи мне помочь, в случае чего. Сама отказалась.

– Порт-луч, значит, не нашли, – мрачно хмыкнул Форт.

– Это мог быть луч с корабля, – предположила я. Дирайм криво усмехнулся.

Ещё какое-то время разглядывал экраны и, похоже, переговаривался с ИскИном. Видимо, решал, куда теперь лететь.

Я молчала. Ждала.

– Ребёнок, – наконец, отвернувшись от окон, выговорил он. – Ты уверена?

Судя по вибрации двигателей, мы нырнули в подпространство. Правда, на этот раз Дирайм решил отойти от протокола, не настаивал на ремнях.

– У меня нет возможности сделать генетический анализ, – развела я руками. – Но некоторые моменты дают возможность предположить… процентов на восемьдесят.

– Сколько ему лет? – голос Дирайма дрогнул лишь на мгновение. Но я моментально поняла, о чём он.

– Прости, – качнула головой. – Эта информация не в общем доступе. Нам её не дают…

– Но они же… малыши?

– Видишь ли, метаморфы совместимы с большинством галактических рас. Однако второй родитель может влиять на скорость и этапы взросления ребёнка.

– А если рождается не метаморф?

– Это огромная редкость. У наших женщин практически всегда рождаются метаморфы. У мужчин – возможны варианты. В зависимости от расы партнёрши.

– То есть если у тебя… – Дирайм кашлянул, как-то хрипло, но всё же продолжил: – родятся дети… они обязательно будут метаморфами? И ты сдашь их в детдом?

– В твоих устах это звучит… не просто неприглядно, но и неверно, – поморщилась я. – У нас своя система обучения. И… я не планирую пока заводить детей. Мне хватает малышей.

– То есть, кто отец… ребёнка, ты тоже не знаешь?

Я развела руками. Хотелось бы. Больше всего на свете.

– Прости, Райм.

– Что ваши намерены предпринять? Можешь предположить?

– Неплохо бы узнать, почему Соиле сказал тебе улетать. Именно это ведь сбило первоначальные планы.

Дирайм развернул ко мне окошко.

Соиле был в медотсеке. Смотрел, как доктор водит манипулятором медика вдоль тела андрогина, погружённого в сон.

Зрелище оказалось на диво… душевным, что ли. Я словно взглянула на извечных врагов с какой-то совсем иной стороны. Всегда воспринимала их безжалостными орудиями, а тут… Будто приоткрыла кусочек одинокой, страдающей души.

– Соиле, я жду тебя, – передал в коммуникатор лэр Форт.

Андрогин встрепенулся, кивнул.

Я глянула на Дирайма. Он молча забрал окошко, что-то в нём поменял и снова повернул ко мне. Встал рядом, так, чтобы вместе смотреть.

По коридору шла брюнетка, из местных кукол. На вызов, что ли? Небольшой красный значок в углу свидетельствовал, что на экране не онлайн-трансляция, а запись.

Какое-то время я присматривалась, пытаясь сообразить, зачем он мне это показывает. И вдруг…

– Трис?! – осенило. Форт лишь кивнул.

Кукла ничем не отличалась от оригинала, и в записи узнать метаморфа было невозможно. Я с любопытством смотрела, куда же он нас приведёт, уже предчувствуя.

Дирайм не томил, пустил запись ускоренно. И вскоре дверь кукле открывал Чарес.

– Знаешь что-нибудь об этом? – глянул на меня Раймадар.

Я пожала плечами: мы с Трисом не успели пообщаться.

– Ты все подробности снимаешь? – подняла бровь.

– Камеры есть везде, – отозвался Форт. – Перекину тебе запись.

Кивнув, я отвернулась от экрана. Не хотелось смотреть за развлечением гарма. Тем более с Дираймом. Да и сомневалась, что мы увидим что-нибудь интересное. Трис едва ли вышел бы из принятого образа. Всё, что он мог узнать – узнал точно не через разговор.

Дирайм понял верно. Свернул и бросил на стол окошко. Подошёл ко мне, приподнял голову за подбородок.

– Лун… – произнёс.

Тёмные глаза смотрели неожиданно тепло. Совсем не так, как я привыкла видеть. Зрачки мерцали пламенем.

Несколько мгновений он разглядывал меня, касался пальцами щеки. Даже Шиззи сидела тихо, словно боясь помешать.

– Спасибо, – шепнул.

Улыбнувшись, я забросила руки ему на шею. Прижалась губами к губам, с удовольствием ощущая, как они подхватывают движение, отвечают с тем самым огнём, который мы делили на двоих.

– Соиле, – прошептал Форт за миг до того, как двери кабинета отворились, пропуская андрогина.

Отпустил меня, отходя к своему креслу, как раз когда Соиле вошёл. Тот окинул меня неприязненным взглядом и повернулся к Форту:

– Звал?

Дирайм кивнул. Помолчал немного, стукнул пальцами по столу. Я ждала вопроса, нечто вроде «Зачем ты заставил нас бежать?», но командующий лишь произнёс негромко:

– Расскажи всё.

Соиле снова обернулся ко мне. В белёсых глазах полыхнула неприязнь, почти ненависть. Посмотрел на командующего:

– Ты знаешь. Они решили, что Свона скрыл ты. Выслали корабли. Освободили метаморфов. До последнего не хотели изымать информацию о тебе.

Соиле глянул на меня, опять на Форта, и добавил:

– Тот, кто занял место Свона, приказал избавиться от тебя.

Не хотелось в это верить. Соиле мог говорить так после всего, что увидел на корабле Хаса! Но с другой стороны, Мирра тоже могла изначально перестраховаться. Дирайм ей действительно как кость в горле. Мы не любим, когда кто-то знает наши секреты.

– Но ты не выдал гармам… Свона, – произнёс Дирайм.

Соиле шагнул вперёд, сел в кресло напротив командира.

Подумав, я приблизилась и пристроилась на столе. Чтобы лучше видеть обоих.

– У него слишком много компромата на тебя, Райм. Если бы я его выдал, о тебе узнали бы всё. И то, что он почистил… не факт, что нигде не всплывёт.

Форт кивнул.

– Есть ещё один момент, – задумчиво проговорил андрогин.

Командующий подобрался, смерил его пристальным взглядом.

– «Галактика». Тебе что-то о них известно?

Дирайм вытащил окошко, видимо, подал запрос.

– Ищут, как открыть выход из Спирали, – пояснил Соиле, не дожидаясь, пока Форт найдёт нужное. – Похоже, они пытаются сотрудничать с гармами. Считают, будто у нас есть возможность, но не для простых смертных. Ну, или у хенлоров. На Зилане их нет. Или не было до последнего времени.

– На Зилане их не может не быть, – откликнулся Форт. – Мы – ближайшая к выходу из Спирали планета. Но они не военизированы и опасности в целом не представляют.

– Зато гармы представляют, – вклинилась я. – Хотят остальной мир завоевать?

– Не знаю, откуда пошла эта идея, – проигнорировав мои слова, продолжил Соиле, – но одна из их концепций – будто выход из Спирали находится где-то за завесой драгов.

– Бред, – отозвалась я. – Выход из Спирали находится в космосе.

Глянула на Форта. Тот подозрительно молчал.

– Не совсем бред, – отозвался, наконец. – У нас есть выход… только не в Галактику. В мир дар'морнов.

В наступившей тишине был слышен лишь лёгкий плеск аквариума и почти неуловимое гудение двигателей.

– Что дальше? – спросил, наконец, Соиле.

– Возвращаемся на Зилан.

– Они не успокоятся, пока не избавятся от нас, – сквозь зубы выдал андрогин.

– Лун? – глянул на меня Дирайм.

– Мне надо связаться с моим куратором.

– Зачем? – прищурился Форт.

– Объяснить ситуацию. Заключить с тобой нормальный договор. Предполагаю, что в действиях М… Свона присутствуют личные мотивы и… элемент внезапности плана, опасности. Нам нужно переговорить, обзавестись взаимными гарантиями… В общем, решить этот вопрос.

– И ты сможешь с ним связаться?

– Возможно… – я стукнула себя по карманам. – Хвосты спиральные! Спесайр! Пойду гляну, не забрал ли его Трис.

Только сейчас вспомнилось, что я оставила любимое развлечение в старой каюте. Ещё тогда, когда впечатлённая всем, что перенёс по вине Мирры Дирайм, рванула к нему.

А потом так и не вернулась.

– У тебя в спесайре есть связь с куратором? – от взгляда Форта сделалось некомфортно.

– Нет, конечно! – будто я не связалась бы с нашими раньше. – Но, возможно, осталась связь с Трисом…

Форт поморщился:

– Твой Трис исполнял приказы твоей… соплеменницы!

– Это лишь одна из возможностей. А ещё одна – попытаться вернуться в питомник. Там точно была связь… если его не разнесли вдребезги.

– Не должны, – откликнулся Форт.

Издалека откликнулась детская привязка. Если бы пошла с Миррой… уже была бы с ними. Моими малышами.

А теперь их повезут… куда там? На Эспар, кажется.

Душу стягивало чувство вины перед детьми. Я снова так надолго оставила их. Но не жалела ни секунды. Даже подумать страшно было, что этого мужчины и его удивительного зверя могло не стать.

***

– Проверь, – кивнул я Лундан.

Она глянула на меня, на Соиле. Видимо, решила, что мы и так в любой момент можем поговорить без неё. Пожала плечами и направилась к выходу.

Друг продолжал смотреть в мои глаза, пытаясь вычитать несказанное.

– Я опоздал? – вдруг выдал.

Я вопросительно приподнял бровь, и он добавил:

– Ей всё-таки удалось привязать тебя?

– Нет.

– Хочешь меня обмануть? Убедить, что между вами ничего нет?

– Есть. Но не привязка. Уж я-то отличить могу.

– Ты разве забыл уже, насколько коварны метаморфы? Позволит тебе думать, будто ты можешь отличить и действуешь по своей воле. А сама…

– Ты что-то заметил? – не сказать, чтобы его слова не пошатнули уверенности. Действительно, коварные.

– Например, оговорку. Я верно истолковал? Ты упустил Мирру?

– Упустил?! – мы с дар'морном взъярились. – Ты видел, что она вытворила! Но узнал, кто она, я уже здесь.

– То есть Лундан от тебя это скрыла. Месть, к которой ты шёл столько лет! Не ты ли поклялся, что растопчешь её, очистишь от неё мир и свою жизнь… и теперь так спокойно реагируешь на то, что девчонка скрыла от тебя личность «Свона»? Тебя самого это не удивляет?

– Нет, – только и отозвался я.

Объяснять, что заноза не такая? Или что желание отомстить Мирре вдруг померкло перед желанием защитить Лундан?

Или как с ума схожу от предвкушения её объятий. От мысли, что нам придётся расстаться – пусть на год.

– Я не могу отказаться от неё.

– И почему ты уверен, что это не привязка?

– У тебя есть доказательства обратного?

– Найду.

Несколько мгновений Соиле смотрел на меня, не отводя взгляда. Чувствовал, что я чего-то не договариваю… Но я не мог пока сказать о ребёнке Мирры. Для начала самому разобраться бы.

– Свон… поддерживал связь с кем-то на твоём корабле.

– Тут оставался ещё один метаморф.

– Ты всячески хочешь её выгородить. Это недобрый знак, Дирайм.

– Я рассматриваю факты. У Лундан была возможность предать. Но она не сделала этого.

– А ты не думал, что у неё другое задание?

– У неё привязка к детям.

– Уверен? Или это сказка, чтобы сыграть на твоих эмоциях?

– У неё нет повода думать, будто дети могут что-то для меня значить. Скорее наоборот, ей проще было бы сказать, что она свободна и остаётся.

Хотя… Неприятный холодок скользнул по шрамам на спине. Не поручили же ей убедить меня в том, что у Мирры мой ребёнок? Может, она, сама того не зная, исполняет чужую волю?

– А может, её цель вовсе не ты… – задумчиво пробормотал Соиле.

– Например?

Андрогин поднялся, прошёл к иллюминатору. Какое-то время стоял, разглядывая виртуальный космос – в подпространстве на иллюминаторы опускалась броня.

– К сожалению, у меня было слишком мало времени. Я не мог следить за Своном неотлучно. Но мне показалось, он нашёл среди архивов настоящего Свона донесения от кого-то… кто хорошо тебя знал. Никто не выдал себя… во время последних событий?

Я пожал плечами. Никто и никак. Даже доступ к ИскИну умудрился заполучить.

– Не доверял бы ты метаморфам, Дирайм.

– Пойду отдохну, пока всё спокойно, – поднялся я.

Соиле бросил пристальный взгляд. Это он ещё не знает, что мне пришлось призывать дар'морна.

Шиззи моментально поднялась, двинулась за мной.

Соиле молча смотрел вслед. Я вышел в прихожую. ИскИн передал, когда Соиле отправился к выходу, и я настроил мобильную каюту так, чтобы его дверь отворилась в коридор.

А сам шагнул в спальню. Задал ИскИну приказ найти Лундан… и тут же отменил.

Заноза лежала в моей кровати. Такая соблазнительная, такая желанная.

Шагнул к ней, ощущая на губах неожиданную улыбку. Скинул форму.

– Нашла? – спросил, не особенно веря в успех. Дружок наверняка забрал спесайр, учитывая, что она пыталась проникнуть в информацию его комма.

– Нашла, – к моему удивлению кивнула Лундан, приподняла в руке свою игрушку.

Несколько мгновений рассматривала меня со странным выражением, пока я избавлялся от остатков одежды и довершал свой путь к кровати.

– Что? – не выдержал я.

– Трис оставил мне послание.

В ИскИн стекалась информация отовсюду. О допросе пришедших в себя пленников с корабля Сэмптона Хаса. О сверхсрочных донесениях насчёт вышедшей из строя станции, что разлетелись по всем гармийским флотам. О требовании хенлоров возвратить порт-луч.

Я единым махом отключил их все. Потом.

Сосредоточился на Лундан, по-прежнему перебиравшей в руках спесайр.

– Какое? – сел рядом в кровать.

***

Трис аккуратно удалил всю информацию, которую я у него перекачала. Знала, что не затаит обиды – так же, как и я на него. Метаморф всегда поймёт побуждения метаморфа.

Оставил одну-единственную фразу, которая проявилась сразу же, едва я запустила внутрь свои пальчики.

«Чарес Хельм хозяин Златы. Враг.»

Я не могла показать этого Форту: он просто не приспособлен воспринимать такого рода послания. Поэтому лишь озвучила.

Ожидала чего угодно, начиная от отрицания и заканчивая упрёками в коварных замыслах. Но Райм только кивнул:

– Проверим.

И добавил, разворачивая к себе мою голову:

– Завтра.

Прижал меня крепко, накрыл губами губы.

Завтра так завтра.

Несмотря на безумную усталость, дар'морн помогал ему оставаться в тонусе. А мне – моя метаморфья сила. И ещё желание не упустить ни секунды из отведённого нам времени.

Сумасшедший день. Сумасшедший пробег, несколько межпространственных прыжков. Разговор с Миррой.

Это всё лишь острее заставляло прочувствовать, насколько мы уязвимы и как мало времени у нас осталось. Я не представляла, что может сделать Мирра. Скорее всего, свяжется с моим куратором… и это было бы отлично.

Но ведь есть и другие варианты. И я уже не была уверена, что могу доверить ей свою жизнь.

А сейчас со мной был Дирайм. Такой горячий, неистовый. Неожиданно тёплый – в нём больше не ощущалось сухости и вымораживающего льда.

Лишь стремление навстречу. Желание быть вместе, не только обладать мною.

Забота, сила, готовность взять на себя решение всех проблем. И огненный зверь, который давно меня присвоил.

Так неожиданно приятно оказалось погружаться в горючую смесь эмоций, которую он больше не сдерживал. Оторвавшись на миг от поцелуев видеть, как дроны, которых он позаботился вызвать, приносят подносы, уставленные едой. После всего безумия она нам очень пригодится.

ГЛАВА 13

Нас никто не будил – видимо, не было ничего важного. Корабль перемещался в маскирующем режиме, на всякий случай. Медленнее обычного подпространственного прыжка, зато выявить нас в разы сложнее. Я по-прежнему не доверял метаморфам и не представлял, чего от них ждать. И почти не сомневался, что будут искать способ избавиться от меня. Надеюсь, хоть без Лундан.

Несколько часов выслушивал донесения.

Допросы дали немного: выходило, что получив срочный вызов, Хас набрал на месте команду и рванул по указанным координатам. Не посвящая в подробности.

Зато есть шанс узнать, где он скрывался. Но я пока не был уверен, кого из подчинённых мог бы послать туда проверить. Неизвестно, удастся ли мне вернуться на свой пост командующего.

Приказал ИскИну собрать всю информацию о том, чем занимался на корабле Чар.

Неприятно было бы выяснить, что крыса именно он. Я доверял ему пусть не всё, но многое – насколько драг может доверять гарму.

И, пожалуй, начал проникаться взаимовыручкой метаморфов. Какое бы там ни было у Триса задание, он позаботился о Лундан. Если написал правду, конечно.

Информации собралось слишком много, и необходимо было всю её проверить. Действовать наобум не в моих правилах. Как и доверять метаморфам. Всё ещё.

По крайней мере, на данный момент Чарес не делал ничего подозрительного. Лишь пытался снова связаться со мной, выяснить, что происходит.

Не знаю, чем занималась заноза, пока я решал организационные вопросы и разбирался со всевозможными сведениями. Даже соскучился, особенно когда дар'морн начал проявлять признаки беспокойства.

А когда явилась Шиззи и, ухватив меня зубами за руку, потащила куда-то, не раздумывая бросился за ней. Нарастающее беспокойство заставило ускорить шаг, хотя что могло произойти на моём собственном корабле? Да и ИскИн не фиксировал никаких отклонений.

Лундан сидела в спальне, в кровати. Вся в слезах – я даже застыл, никогда не видел сильную, язвительную занозу такой.

– Что случилось?

Приблизился, не представляя, что могло так на неё подействовать.

– Они… разорвали привязку.

Не до конца понимая, я приподнял бровь. По мне, это даже лучший выход. Если не считать того, что за нами могут открыть серьёзную охоту.

– Это болезненно, это всегда безумно болезненно. Мои дети… больше не мои, – прошептала Лундан с пробирающей тоской.

Может, и не лучший. Я ведь помню, как тянет, иссушает привязка, выворачивая душу наизнанку. И вряд ли материнская привязка слабее, чем мужчины к женщине.

– Зачем делать детям хуже?

Опустившись рядом, я попытался обнять её. Заноза положила голову мне на грудь:

– Детям не хуже, их просто перепривязали к кому-то. Это стандартная практика, и если бы я была рядом… всё прошло бы безболезненно и для меня. У детей время от времени меняются опекуны. Детский импринтинг так устроен.

– Я думал, метаморфу поменять импринтинг… как новый костюм.

– Ты ошибался. Привязка всегда обоюдна и её разрыв болезненнен для метаморфа так же, как и для его… партнёра. Поэтому мы ставим привязки только при необходимости… и всегда стараемся убирать, пока партнёр рядом.

Если для Мирры это было хоть вполовину так же болезненно, как для меня… очень сомневаюсь, конечно. И надеюсь, ребёнок у неё всё-таки не мой.

– И что дальше?

– Справлюсь. Сама исчезнет… через несколько месяцев.

Несколько месяцев видеть её такой? Я промолчал – мне нечего было предложить.

– Если бы я могла с ними встретиться… хоть ненадолго, – пробормотала заноза тоскливо.

– Мирра… не знала, что ты сняла с меня привязку. Значит, для неё это не было болезненно?

– Так ведь сколько лет прошло. Наверняка было в первые месяцы.

– Только от своей она освободилась, а на мою могла продолжать воздействовать… и через десять лет, – кулаки сжались сами собой.

В принципе, я всегда это знал. Вообще не думал, что для них импринтинг значит хоть что-то.

– Таковы свойства нашей привязки, – развела руками Лундан. – Не метаморф от неё не может избавиться.

– Зато сам метаморф может оставить хоть сотню, – криво усмехнулся я.

– Но если не снять, каждый разрыв для нас тоже болезненный. Так что сотнями никто импринтинг не оставляет.

– Означает ли это, – спросил осторожно, – что от тебя тоже… отказались?

– От метаморфов не отказываются. Просто… сделали как лучше для детей. Я слишком долго была далеко, я не справилась…

– Ты справилась. Слышишь, Лун? Ты как могла защищала детей, ты всё сделала… ценой собственной свободы.

Вспомнилось, какой счастливой она выглядела, когда мы спасли малышню. Откуда ни возьмись вылезло хёргово сожаление, смутное чувство вины. Ведь если бы не мой приказ…

Тогда я был уверен, что поступаю правильно. И до сих пор, по большому счёту, не убедился в обратном.

Но тогда я не знал Лундан. И не узнал бы.

Лун судорожно вздохнула. Шиззи осторожно поставила лапы на кровать и сунула к нам нос.

Заноза подняла руку, погладила морду. Я тоже потрепал псину за ушами. Умница.

– Как там у тебя? Что насчёт Чареса? – перевела тему Лундан.

– Пока ничего не нашёл.

– Допроси.

– На гармов не действуют сыворотки правды. А пытать друга по указу метаморфов… я пока не готов.

– Я смогу определить, лжёт он, или говорит правду.

Лундан отстранилась. Почти неуловимое движение кожи, лёгкая волна по лицу – и на нём больше ни следа слёз или расстройства. Все покраснения исчезли, вернулись природные оттенки. Только глаза оставались по-прежнему печальными. Но уже не припухшими.

– А знаешь… он вообще в курсе, что произошло? Что настоящего Свона забрали метаморфы?

– Сомневаюсь. Я не рассказывал. Могу проверить, по срокам это значительно меньше, чем просматривать все его действия на корабле. Ты что-то придумала?

– Могу изобразить настоящего Свона. Которого ты спас. Скажем, что ты всё знаешь – и посмотрим, что ответит Чарес.

– Что ж, это может сработать… если правильно выстроить разговор.

***

Вырванная с корнями привязка тянула, зияла сквозными ранами… Альбин, Мильдар и Гуринь. Мои малыши. Одно успокаивало: им сейчас хорошо. Конечно, они привязаны ко мне и эмоционально. Конечно, немного поскучают. Но новая наставница быстро заполнит пустоту, залечит маленькие сердечки.

Покосилась на Дирайма. Он думает, это для того, чтобы охотиться за нами. Но нет, скорее, чтобы заставить меня вернуться. Короткая встреча с малышами, и я смогу нейтрализовать привязку!

Но вряд ли потом вырвусь обратно к Дирайму: и меня никто не выпустит, и… Мирра может продолжить охоту на него.

Улыбнувшись, я машинально погладила спесайр. Спасибо, Трис.

Недаром мне так не пришёлся по душе Чарес. Это он постарался, чтобы блондинка попала на корабль. И неспроста ему так не нравилось, что Форт выбрал в невесты меня!

Дирайм кивнул. Поднявшись, я скинула одежду. Приблизилась к зеркалу, полностью имитируя внешность и военную форму Берта Свона.

Лэр Форт тем временем связался с Чаресом, пригласил его к себе в кабинет.

Естественно, мы оказались там раньше. Дирайм расположился в кресле, я отошла к иллюминатору, отвернулась, сделав незаметные глазки на затылке. Увидеть реакцию входящего хотелось, а вот чтобы он меня сразу признал – не очень.

И на реакцию действительно стоило посмотреть!

– Ну наконец-то… – начал было дружок, но тут же осёкся. Улыбка стухла, нервно дёрнулся кадык.

Уставившись на меня, он застыл. Похоже, слишком часто видел Свона, чтобы узнать даже со спины.

– Проходите, лэр Хельм. Садитесь, – кивнул Дирайм. Как же мне нравились эти его суровые тон и вид! Командующий, никто не усомнился бы.

– Лэр Свон? – Чарес вытянулся по стойке и отдал честь.

Пришлось разворачиваться, соблюдая не менее суровую физиономию.

– Я обязан лэру Форту спасением, – кивнула я, тщательно имитируя голос главнюка. – Вы можете всё ему рассказать.

Чарес несколько мгновений всматривался в меня, словно ожидая какого-то знака. Я едва кивнула на всякий случай.

– А почему бы вам самому ему всё не рассказать? – он судорожно принимал решение.

Жаль, я не могла приблизиться, хотя бы за руку взять, чтобы лучше прочувствовать его эмоции и порывы.

– Я хотел бы услышать от друга, – произнёс Дирайм.

– Обвинения… – Чарес снова всмотрелся в меня, – сняты?

Какие обвинения? С кого? С лэра Форта?

Ощущая подвох в вопросе, я на всякий случай кивнула. Теоретически обвинения сняты. Практически… смотря какие обвинения он имеет в виду.

– В чём они состояли? – сузил глаза Райм.

– Расскажите ему, – кивнула я раньше, чем Хельм успел перевести стрелки на меня.

Чарес криво усмехнулся:

– Давно ты пользуешься услугами метаморфов?

Я на миг застыла, не позволяя лицу дрогнуть. Я совершенно точно ничем не выдала себя!

– Объяснитесь, – произнесла холодно.

Он что-то знал!

– На моём корабле нет метаморфов. Тебе нечего бояться.

– Что же ты без Соиле?

– Потому что мой корабль безопасен. Тебе ли не знать?

– Можете начать со Златы, – подтолкнула я. – Лэр Форт уже в курсе, что она тут по вашей протекции.

Удивление. Его лицо не изменилось, но я кожей ощущала удивление. Недоумение: откуда мы это выяснили?

– Я ничего не скажу, – Чарес сложил на груди руки.

Если припомнить, в чём обвинял настоящий Свон. Возможно, гармы ещё раньше заподозрили, что Форт не из них? Или и вовсе сразу драг?

Но тогда…

Возможно ли, что Чарес получил подтверждение? Знает, где настоящий Свон? Знает, в кого обращается Форт?

Дирайм пришёл к тем же выводам.

– Ты видел, – произнёс тихо.

Чарес понял, что попался, за миг до того, как Дирайм поднялся из-за стола. Опёрся ладонями о столешницу.

– Что видел? – теперь Хельм отчаянно лгал.

– Откуда ты узнал о метаморфах? Судя по показаниям ИскИна, ты не выходил в сеть. Но если предположить, что ту лазейку оставил именно ты… и наблюдал за тем, как мы, гм, заправлялись…

В яблочко! Хельм продолжал всё так же стоять, сложив руки на груди, но я чувствовала: мы нащупали верный след. Кивнула Форту.

– Жаль, – мрачно откликнулся тот. – Мне хотелось считать тебя другом.

– Драг никогда не будет другом гарму, – почти выплюнул Хельм. – Мне тоже жаль. Я надеялся, что смогу это опровергнуть.

– Но как, чёрную дыру тебе на трассе, ты проник в мой ИскИн?!

Хельм промолчал.

Дирайм сделал неуловимый жест – откуда-то из пола выскочили силовые ремни, обвили руки и ноги дружка.

– Позволь, я объясню тебе расклад, – Дирайм вышел вперёд, присел на край стола.

Говорил медленно, тихо, но я ощущала клокочущую ярость, которая буквально сочилась из него.

– Ты можешь мне сам, по доброй воле, всё рассказать. И, учитывая добрую волю, а также в память о «дружбе», я оставлю тебя в живых. Или ты можешь ничего мне не рассказывать, и тогда придётся применить некоторые гармийские разработки, которые служат для развязывания языков. Медика, как ты понимаешь, тебе никто не предоставит.

Гарм попытался бросить презрительный взгляд, но я чувствовала: он напуган. Даже скорее не так. Просто знает, что это за «разработки» и понимает, что ими можно развязать язык любому. Наверняка и сам пользовался.

– В сущности, – продолжил Дирайм, – меня интересует не многое. Я даже могу задавать вопросы. А ты будешь отвечать.

Вопреки мрачному взгляду командующего, я приблизилась к пленнику сзади. Положила пальцы ему на голову, настраиваясь.

Прикосновение оказалось неприятным, меня окатило волной ненависти и презрения. Стандартные эмоции по отношению к метаморфам.

– ИскИн. Ты передал команду Злате, и она, сама не зная, что делает, сбила настройки перемещения?

– Это слишком сложная для неё задача, – хмыкнул Хельм. – Но кто-то из твоих подчинённых забыл у девочек окно от твоего сетевика.

Меня окатило волной жара. Уж не я ли? Но ведь…

– Окно вне моего кабинета блокируется ИскИном, во всяком случае доступа к настройкам не даёт, – озвучил мои возражения Форт.

– Оно существенно облегчило задачу и помогло создать лазейку.

Дирайм бросил на меня взгляд, я качнул головой.

– Врёшь, – произнёс.

Немного подумал, выискивая варианты.

– Ты не создавал лазейку. Она была заложена в ИскИн изначально.

Я усиленно нащупывала реакцию. Да, кажется, оно.

Поглядывая на меня, Дирайм осторожно продолжал:

– Значит, ещё тогда, когда программировали ИскИн, меня уже подозревали?

Хельм молчал, но я и так всё видела. Кивнула.

– У тебя был какой-то доступ… на крайний случай, – добавил Райм.

Снова кивнула.

– Ты знал про Хаса. Следовательно, и про Лундан?

– Нет.

К моему огромному разочарованию, я вынуждена была опять кивнуть. Он действительно не знал, кто меня отправил. Видимо, работорговцы просто сотрудничали со Своном, время от времени поставляли ему метаморфов.

– Хаса прятали. Как ты выяснил, где он?

– Не выяснил, – попытался развести руками Хельм, но путы не дали. – Один из каналов.

То есть это был просто призыв, возможно даже нескольким адресатам. А Сэмптон Хас всего лишь первым откликнулся. Не хотел упустить выгоду.

Форт тоже кивнул. Поднялся со стола.

– Что ж, на пока достаточно. Потом продолжим.

В кабинет вошли двое ребят в форме – я не видела, когда он успел их вызвать. Взяли Чареса под руки и куда-то повели. Сомневаюсь, что обратно в каюту.

– Как ты с ним поступишь?

– Пока посидит в камере, – Дирайм отвернулся к аквариуму.

Приблизившись, я положила руки ему на плечи. Как ни пытался изобразить цинизм, видела, насколько сюрприз оказался неприятным.

– Крыса, – выдохнул сквозь сжатые зубы. – Кто бы мог подумать.

ГЛАВА 14

Корабль давно перешёл в ночной режим: я засиделся допоздна, чихвостя техников и пытаясь отследить хёргову лазейку, которую оставили в процессе программирования. Выходит, Свон не просто копал под оппонента, но давно заподозрил меня в обмане. Наверное, это было делом времени. Он же мог и Лундан перекупить, не посвящая Чара. Принцип разделения информации: у каждого свои задачи.

Очередное предательство. Пора бы уже привыкнуть и относиться к ним философски. Каждый в этой жизни за себя.

Но мысль, что в кровати спит тёплая заноза, неожиданно наполняла душу радостью. И неугасающим огнём. Я хотел её с каждым разом сильнее и сильнее.

Тихо вернувшись в спальню, обнаружил их с Шиззи, занявших всю мою кровать. Распоясались!

Похоже, Лун снова тосковала. Обняв псину, тихо всхлипывала, роняла слёзы на чёрную шерсть.

Лёгкое движение кожи в ответ на моё появление. Грустная улыбка на посветлевшем лице – снова ни красных глаз, ни припухшего носа. Очень полезная особенность.

– Мы остановились? – спросила.

– Нет, просто в маскирующем режиме. Движемся на скорости, на которой нас практически нереально засечь. Правда, полёт займёт несколько дней даже в подпространстве, – отозвался я, раздеваясь.

– Зачем? – не поняла заноза.

– Кто-то пытается нас отследить. Куча кораблей то и дело появляются на пути следования.

Она подняла проницательный взгляд, я потеснил к краю Шиззи, забрался под одеяло и кивнул:

– Флотилия.

– Но… зачем? – задумчиво нахмурилась Лундан.

– Не хочешь признавать очевидного?

– Метаморфы не убивают метаморфов!

Так она убеждённо это произнесла, что я на несколько мгновений завис.

Если полагает, что ей ничего не грозит. Значит, спокойно могла бы вернуться? Увидеться с детьми, снять привязку… Тогда для чего ей оставаться здесь? Со мной.

Сердце пропустило удар, отвечая на вопрос. Но мне нужно было услышать ответ Лундан.

– Ты тут надолго, Лун? – коснулся я её руки.

Она раскрыла ладонь, прикасаясь к моей ладони, переплела наши пальцы.

– Есть предложения? – шепнула.

– Я своё давно озвучил.

– Тогда насовсем.

Ресницы дрогнули, синие глаза замерцали так близко. Я несколько мгновений вслушивался в звучание этого слова, в ту ядрёную смесь эмоций, которую оно вызвало во мне.

– Может статься, что я вылечу с поста командующего. Может статься, что меня добьют если не гармы с метаморфами, то соплеменники. Может статься, что когда-нибудь ты захочешь уютный дом и своих детей… а я не смогу тебе этого обеспечить.

– Может статься, что метаморфы не согласятся отпустить меня до конца отработки. Может статься, потребуют отдать моих детей в питомник. Нам нужен будет сильный дракон рядом… чтобы защитить.

– Друзья и любимые имеют свойство предавать, – похоже, мне не удалось сдержать горечь и кривую мрачную усмешку.

– У силы метаморфов есть и обратная сторона, – Лундан чуть сжала мою руку. – Та, которая объединяет нас, которой мы пользуемся между собой. Моя сила течёт в тебя и открыта для тебя. Ты знаешь всё, что я чувствую сейчас.

Да, я чувствовал её. При всех своих способностях, метаморфы не умеют внушать. Их импринтинг работает на животном уровне. А сейчас меня словно ласкало изнутри, оборачивало давно забытым теплом, уютом, страстью. Нежеланием расставаться.

И мне, хёрги раздери, не хотелось этого терять! А уж дар'морн и вовсе готов был порвать любого, кто попытается сунуть к нам свои лапы.

– Вместе, Лун? – шепнул я, делая движение к ней.

– Вместе, – откликнулась Лундан почти в мои губы, подаваясь навстречу.

***

Из-за необходимости лететь в маскирующем режиме время тянулось медленно. Я видела, как это раздражает Дирайма.

Он часами сидел в кабинете. Я же старалась справиться с раздирающей сердце тоской.

Мои детки. Мои малыши. Мне не хватало их чистых эмоций, я скучала по маленьким ручкам, так доверчиво обнимавшим меня, ищущим защиты. Слёзы наворачивались при мысли, что сейчас они связаны с кем-то другим.

Понимала, что это лишь действие импринтинга. И что им так на самом деле будет лучше. Но рана саднила, утихая только на короткие мгновения, когда рядом был Дирайм.

Отсюда, из подпространства, без привязки настроиться на них было очень сложно, и постоянно сердце сжимали страхи: а вдруг снова что-то случится, а я даже почувствовать не смогу?

А ещё не отпускали мысли о Мирре и её ребёнке. Пыталась придумать способ, которым можно было бы выяснить это через самих детишек. Рассматривала виртуальный глобус Эспара, пробуя представить, где там питомник. Детей ведь везли туда, вряд ли их сразу же заберут куда-нибудь ещё.

Наши питомники обычно замаскированы под закрытые школы, в соответствии с обстановкой на планете. Иногда даже на базе обычных школ, нечто вроде отдельного класса. Впрочем, это редкость, только если нужно совсем спрятаться: в таких условиях растить малышей-метаморфов намного сложнее.

Спустя дня три я ощутила перемену в работе двигателей. Убрав с лица печати печали, отправилась к Райму в кабинет.

У него обнаружился Соиле, к нашей с андрогином взаимной неприязни. Дирайм не посвящал меня в их разговоры, но, подозреваю, частенько отбивал попытки Леффа высказаться на мой счёт.

Оба замолчали. Я не стала менять своё намерение. Вошла, за неимением свободного кресла опустилась на подлокотник кресла Дирайма.

Рука тут же скользнула на мою талию. Лежащая у его ног Шиззи приоткрыла глаз и снова погрузилась в дрёму.

– Мы прилетели? – поинтересовалась я.

– Покажи ей, – бросил Соиле.

Насторожившись, я попыталась не выдавать тревоги. Дирайм взял одно из виртуальных окошек, чуть расширил.

Оно изображало некую не совсем ясную мне трёхмерную схему. Прямая линия, вокруг ломаная пунктиром, и множество красных точек по углам этой ломаной. Всё – на бархатном тёмно-синем фоне, видимо, символизирующем космос.

– Что это? Наш путь?

Дирайм кивнул:

– Да. Вот мы летим. Вот, – указал на пунктирную, – возможные точки выхода из подпространства. Как ты видишь, на каждой нас поджидают корабли.

– Ты уверен, что именно нас? – нахмурилась я.

Конечно, большинство станций пустынные, очень странно, чтобы вдруг в каждой из них случился наплыв посетителей.

– Корабли Флотилии, – криво усмехнулся Форт.

Мирра. Чего она хочет? Куда пытается нас загнать?

– И? – поинтересовалась я, пока не до конца понимая, что он решил делать.

– Топливо у нас есть, – Дирайм снова усмехнулся. На этот раз мягче. Я тоже не сдержала улыбки, вспомнив наш внезапный набег на станцию. – А вот в сеть неплохо бы заглянуть за новостями. Мы выйдем там, где нас не ждут, и посмотрим на реакцию. Заодно соберём последнюю информацию.

Мне бы связаться с Миррой. Или Трисом. Интересно, сработает ли на таком расстоянии выданный хенлорский комм?

– Готовьтесь к выходу, – произнёс Райм.

Смерив меня презрительным взглядом, Соиле поднялся. Я хотела поинтересоваться, как там тот спасённый андрогин. Но столько в его глазах было неприязни, почти отвращения, что не стала. Сама зайду к доктору и узнаю.

– Прекрати! – вдруг рявкнул Дирайм.

Вздрогнув от неожиданности, я удивлённо обернулась к нему. И только тут ощутила воздействие среднеполого. То самое, что в былые времена заставило бы выпасть в настоящую внешность… которую мне очень не хотелось показывать лишний раз Дирайму Форту.

– У неё блокиратор? – бесцветные глаза Соиле впились в меня, словно желая распять.

А мне вдруг вспомнилась капсула, оставшаяся у Арва. Надо будет выяснить, что он уже успел изучить.

– Лун? – голос Форта чуть дрогнул.

Я повернулась к нему. Поймала в его глазах не осуждение – желание понять, что происходит. Развела руками:

– Не знаю. Не тянет больше преображаться.

– Так бывает? – уточнил он под презрительное фырканье андрогина.

– Обычно истинный облик не меняется. Но… этот мне дорог и близок.

– Ты совершаешь ошибку, – поднялся Лефф.

Развернулся и вышел из кабинета.

Я заглянула в глаза Дирайма.

Это было странно, очень странно. Мы всегда боялись и ненавидели андрогинов. Никогда не могли при них сдержаться. А тут… словно бы то ли привыкание, то ли что-то ещё.

Форт приподнял руку, провёл кончиками пальцев по моей щеке.

– Надо готовиться к выходу, Лун.

– Может, меня в этой внешности удерживаешь ты? – усмехнулась я, поднимаясь.

Прошла в кресло. Под столом зашевелилась дремавшая Шиззи.

Ремни привычно застегнулись. Дирайм вытащил окошко и углубился в него. Протянув руку, я взяла и себе ещё одно. Мысленно настроилась на детей.

Главное, убедиться, что мои малыши действительно в порядке. Пусть не так остро, но я непременно почувствую, где они и что с ними, как только окажусь в нормальном пространстве.

Световые индикаторы выхода – привычная оранжевая гамма, сполохи. Медленно, плавно корабль прорывал ткань пространства, проявляясь в обычном космосе.

Дирайм вышел где-то далеко от гармийских трасс и станций. Далеко от Зилана.

Видимо, поблизости летал один из сетевых спутников, поддерживающих межпланетную связь. Виртуальное окошко заполнилось заработавшими сетевыми приложениями.

Только комм молчал. Всё-таки мы вышли слишком далеко, не хватало мощности. Несколько тщетных попыток связаться… я уже даже подобрала слова, какие скажу Мирре или Трису.

Но в эфире стояла тишина.

Опустив веки, я настроилась на детей.

«Лун!» – долетел чей-то отголосок: меня почувствовали… кажется, Гуринь.

Привязка натянулась, выбивая слёзы из глаз. Мои детки. Мои малыши.

Сила скользнула по разорванной нити, нашла направление, чувствуя их, пытаясь дотянуться, прикоснуться…

Надо же, мы не так и далеко. В масштабах Спирали, разумеется.

Почти не задумываясь я открыла в окошке карту Эспара. Пальцы побежали по экрану, подталкивая изображение, сдвигая, приближая, увеличивая…

Есть!

– Лун?

Несколько секунд я хлопала мокрыми ресницами на смотрящего через стол Дирайма, пытаясь сообразить, где нахожусь. Вытерла глаза, машинально убирая следы слёз с лица.

Перед командующим над столом светилась всё та же схема. Движение нашего корабля в реальном времени. Выход из подпространства.

Несколько точек, ринувшихся к нам с разных сторон.

– Что это?

Пока я рассматривала схему, Форт поднялся и зашёл мне за спину, разглядывая, что заставило меня рыдать.

Машинально свернула окошко: сработал строгий, вбитый в рефлексы запрет выдавать посторонним расположение питомников. Попыталась сосредоточиться на происходящем.

– Ты вышел из маскирующего режима? – спросила в свою очередь.

– Как видишь.

– Эти точки…

Он кивнул:

– Корабли Флотилии. Главнокомандующий передал приказ на все гармийские подразделения задержать нас.

– Только гармийские?

– Пока да.

Я вздохнула. Неужели Мирра действительно надеется избавиться от него? Мстит, устраняет угрозу?

– Что это за планета, Лундан?

– Проверяла, где малыши, – снова вздохнула я.

– На Эспаре? – Дирайм склонился чуть ниже, словно намереваясь подобрать окошко.

И когда только успел заметить? Впрочем, чего ещё ожидать от командующего. Наверняка каждую обжитую планету узнаёт по очертаниям материков.

Я пожала плечами, накрыв ладонью шарик. Ни к чему это…

– Я могу что-то сделать?

Дирайм не стал забирать окошко. Присел передо мной на стол, приподнял моё лицо за подбородок.

– Если бы мне только увидеть их! – вырвалось со вздохом.

– Полетели.

В его голосе было столько решительности, что я с изумлением подняла глаза. Серьёзно?

Не похоже, чтобы шутил.

– У Зилана с Эспаром несколько военных договоров. Я хорошо знаю их командующего, не думаю, что возникнут проблемы с разрешением. Гармы в межпланетный розыск нас не объявляли, пока пытаются решить вопрос своими силами. Метаморфы на Эспаре, уверен, нелегально, вряд ли ваших слишком много. Я изучил сведения по твоему питомнику на Зилане: до полутора десятков взрослых, до полсотни детей. Несколько мелких космолётов на разных стоянках. Верно?

Всё ещё не в состоянии поверить, я кивнула. Изучил он! Сколько материала нарыл.

– А ведь это неплохой вариант, – пробормотала, загораясь внезапной надеждой. – И оттуда я смогу связаться с куратором!

– В маскирующем режиме около двух суток лёта. Уверен, твои будут поджидать нас поблизости от Зилана.

Непроизвольная улыбка скользнула на моё лицо. Великая Спираль, это ведь действительно очень неплохой вариант! Только один момент смущал…

– Правда… я не знаю, где там расположен питомник, сложно будет высчитать, где тебе меня лучше ждать… могут ведь и не выпустить. И проследить. А времени провести рекогносцировку не будет.

Если Мирра засечёт наш корабль поблизости от Эспара… как бы её удар не хватил.

– Ты одна не пойдёшь, Лун.

– Что?

– Я пойду с тобой.

– Но…

– Лун, – Дирайм поморщился. – Ты же понимаешь, поставь я такую задачу, и без тебя вычислю, где там питомник?

Я понимала. И ещё знала, что он не причинит вреда детям. Даже метаморфам. Достаточно было вспомнить, как спас моих малышей, каким взглядом смотрел на нас.

Приблизилась Шиззи, настойчиво ткнулась в руку.

– Ты тоже хочешь их увидеть? – шепнула я.

Готова поклясться, химера кивнула, глядя своими бездонными чёрными глазищами!

Это было нелепо, неразумно, почти невыполнимо… Но вспоминая захват топлива, я не могла сдерживать улыбку. Так и представлялось, как гигантский дракон с химерой врываются на занятие. Ну и я сверху над ними, этаким ангелом-хранителем…

– Ты уверен? – пробормотала, подняв на Дирайма взгляд.

– Не хочу прорву следующих месяцев заставать тебя в слезах, – откликнулся Форт.

ГЛАВА 15

– Ты с ума сошёл? – в очередной раз переспросил Соиле.

– Я всё решил, – в очередной раз ответил я, просматривая данные, которые успел загрузить во время выхода в космос.

Корабль полз медленно, раздражая. Однако именно на этой скорости в маскирующем режиме нас не могли засечь.

Переиграть врага…

Всегда любил решать стратегические задачки, разгадывать хитроумные планы. Но одно дело планы гармов, которых успел изучить. Другое – неуловимых метаморфов. Они мне давались намного тяжелее.

– Тебя заманивают в ловушку! – Соиле не отступался.

– Не думаю.

Проанализировав всё, что знал, я был уверен: наш ход окажется для метаморфов неожиданным.

– Как ты не видишь? Она специально ревела тут несколько дней, чтобы склонить тебя к этому решению! Почему же, позволь узнать, ты «не думаешь»?

Потому что знаю, что заноза не лжёт. Хотя для Соиле это не то чтобы аргумент.

– Понятно, – едва скривился он, – ты скажешь, что веришь ей. Но если её специально лишили привязки, чтобы подтолкнуть вас в нужную сторону?

– Метаморфы не стали бы подвергать опасности детей.

– А если там нет никаких детей?

– Вот и узнаем.

Друг поднялся, приблизился. Привычные женские проявления заставили напрячься. Встать навстречу, чтобы не смотреть снизу вверх.

– Она приворожила тебя? – Соиле приподнял руку, чтобы коснуться моей щеки. Но я перехватил его запястье.

– Если захочу посвятить тебя в эту область моей жизни – ты узнаешь.

В глазах андрогина сверкнула обида. Да, жёстко, но лучше сразу пресечь.

Дверь отворилась, пропуская занозу. Соиле не одобрял её вольного доступа в мою каюту и тем более кабинет. Но я понимал: стоит ограничить, и она исчезнет, сбежит из клетки, моя вольная птица.

Застыла на мгновение, приподняла бровь.

Соиле недовольно развернулся. Молча направился к выходу, всем видом выражая полнейшее несогласие со мной.

– Помешала? – поинтересовалась Лундан, проводив его взглядом.

Створки разъехались, выпуская сразу в коридор, и бесшумно закрылись.

– Спасла, – хмыкнул я.

Понимаю, раньше он единственный был настолько приближенным ко мне. Делить позиции, да ещё и с метаморфом, оказалось неприятно и даже болезненно. Не хотелось бы терять такого друга… но участившиеся женские проявления начинали напрягать.

– Ты… не можешь не знать, как он к тебе относится.

– Пока не появилась ты, он прекрасно удерживался в мужской ипостаси.

– Видимо, не рассчитывал, что на тебя может произвести впечатление женская, – Лундан подошла, положила руки мне на плечи.

– Для него это проблема, Лун. Не предмет шуток.

– Знаю, – мягко уступила заноза.

Не желая отказывать себе в удовольствии, я несколько раз поцеловал её. И только потом поинтересовался:

– Ты по делу? Или… побездельничать?

Заноза так улыбнулась, что я едва не опрокинул её здесь же на стол.

– Вообще… по делу, – отозвалась.

Я приподнял бровь, слушая.

– Чарес не знал обо мне. Но те, кто меня перекупили… наверняка из гармов. Кто ещё мог так изучить нас? Создать эти блокираторы, капсулы… Кстати, ты ведь не будешь возражать, если я отдам последнюю капсулу нашим?

Признаться, пока что я не был готов ответить на этот вопрос.

– Надо будет узнать, что выяснил Арв, – отозвался.

Лундан пристально глянула, но настаивать на своём не стала.

– Что ещё тебя тревожит? Тот же Свон мог нанять отдельно твоих покупателей, отдельно Чареса и даже Паулу отдельно отправить. Никто из них понятия не имел бы друг о друге.

– Да. Но откуда они знали моё настоящее имя? Ведь не зря назвали меня Лундан…

– Кто-нибудь выдал? – предположил я. Учитывая состояние, в котором пребывали у Свона метаморфы, их могли довести до крайности.

– Маловероятно. Мы сильные.

Да. Она ведь и сама побывала…

– Разберёмся.

Заноза кивнула. Глянула мельком на виртуальные экраны, висящие у меня над столом, словно намереваясь их все смахнуть.

Вдруг переменилась в лице, взяла один из них, присматриваясь.

– Кто это?

***

– Ты её знаешь? – взгляд Райма сделался пристальным, тревожным.

Это было странно. Уверена, что знаю, и уверена, что никогда в жизни не видела!

Пригляделась внимательнее. Тёмные, прямые волосы. Холодная, изысканная красота – человеческая красота, из тех, что поддерживаются деньгами и дорогими салонами. Мой намётанный глаз легко определил несколько подтяжек и мелких косметических операций.

Длинное тёмно-бордовое платье, какие носят в высших кругах Зилана.

– Да. Я где-то точно видела её… Спиральные завихрения, не могу вспомнить. Но память метаморфа невозможно стереть. Кто это?

– Йованна. Мачеха Паулы.

– Хвост крысогуя!

Приблизив окошко, я увеличила изображение, всматриваясь. Оглянулась на Дирайма – его взгляд был мрачен.

– Я обязательно вспомню, – пробормотала. – Сейчас всё прочешу. Просто она не попадалась мне на глаза…

Отошла к иллюминатору – впрочем, в подпространстве закрытому бронёй. Но виртуальное окошко на его месте с солнечным зиланским пляжем успокаивало.

Я её не помнила. Не помнила момента знакомства. Однако если бы на мою память кто-то воздействовал, наверняка заметила бы. Да и память давно уже вернулась бы в норму.

Разве только…

Снова глянула на Дирайма. Он смотрел пристально, ожидая.

Я прошлась, коснулась пальцами висков, взывая к собственному подсознанию.

– Игла… – прошептала.

Форт поднялся, приблизился. Встал впереди, обнял, прижимая к себе.

– Что-то нащупала?

– Пытаюсь. Когда во мне была игла… первые минуты вообще выбило из реальности. Потом – только пронзающая боль. И лишь после того, как она притупилась, я начала воспринимать слова «Маски». Того, кто отправил меня к тебе.

– Полагаешь, где-то в этот промежуток могла с ней встречаться? – голос Дирайма прозвучал на диво тихо, почти мягко.

– Больше вариантов нет. Остальное я прекрасно помню. Понять бы теперь, она из посредников, перепродавших меня «Маске», или из его соратниц? Или, может, из тех, кто помогал с документами?

– Как тебя зовут? – холодный, бесстрастный голос и сверлящая, нарастающая боль в спине. – Как? Имя…

– Лундан… – захлёбываюсь болью, невозможностью контролировать тело, стынущей, заблокированной силой…

Содрогнувшись от воспоминания, я машинально прижалась к Дирайму сильнее. Меж лопатками снова прошило иглой – или, точнее, воспоминанием о ней. Форт обхватил меня покрепче.

– Как так получилось, – в его голосе зазвучали лёгкие нотки сарказма, – что из всех невест я выбрал именно тех двух, которым от меня нужна была вовсе не женитьба.

– Как и тебе самому. Подобное притягивается.

Он промолчал. Во мне же продолжали клубиться мысли, предположения.

– В блокираторе была энергия, сходная с энергией Дагвийскийх Пустошей. Но меня держали не на Зилане. Мы прилетели на Зилан… или кто-то хотел, чтобы я так думала.

– Пора мне переговорить с Арвом, – коснувшись губами моих волос, отстранился Дирайм.

– Я с тобой.

Форт неопределённо пожал плечами – мол, если хочешь, пошли. Шиззи тут же сунула нос в дверь – сзади псины мелькнули беззаботные пейзажи мульти-трека. Что-то я тоже давненько там не бывала…

– И это… ты с Паулой помягче. Уверена, её используют.

– Фиалка и тебя окрутила?

– Не окрутила. Но она искренне боится мачехи. Даже больше тебя, – ехидно добавила я.

Райм усмехнулся. Подозвал Шиззи хлопком по бедру, потрепал за ушами.

– Что ж. Пошли прогуляемся к медотсеку для разнообразия.

***

– Вы вспомнили о моём существовании, лэр?

На губах Арва играла лёгкая улыбка. Даже если он и скучал в дороге, явно не жалел, что полетел.

Да, полёт вышел, прямо скажем, не таким, как я рассчитывал. И вообще чуть ли не впервые за мою гармийскую карьеру всё пошло наперекосяк.

Но мне это, пожалуй, даже нравилось.

Разобраться с нанимателями занозы и охотой главнюхи, занявшей место главнюка. А потом…

Нет, об этом я предпочитал пока не думать. Едва ли старейшины Круга пропустят меня сквозь завесу. Едва ли когда-нибудь смогу попасть домой. Однако сделаю всё, чтобы защитить Зилан.

– Ты сегодня один? – приподнял я бровь, окидывая взглядом медотсек.

Хотя, разумеется, прежде чем идти проверил, чтобы Паула находилась у себя, не мешалась под ногами.

Заноза пошла в обход, разглядывая медицинские приборы во главе со стационарным медиком, кушетку, плотно закрытый шкаф, скорее смахивающий на сейф. Виртуальное окно с видами Зилана. Остро напоминая, как я застал её тут, пытавшуюся избавиться от блокиратора.

Арв указал мне одно из кресел – что характерно, пациента. А сам уселся за своим столом и сложил вместе пальцы, не сводя с меня взгляда.

– Чему обязан визитом? Недомогание? – посмотрел на занозу.

– Паула, – отозвался я. – Как выяснилось, девчонка тоже не просто так ко мне попала. Что тебе об этом известно?

Линеунг нахмурился, снова бросил взгляд на занозу, словно подозревая её в клевете. Я сделал лицо более жёстким и суровым – тем, на какое обычно лучше всего реагировали подчинённые.

В докторе определённо боролись разные эмоции: симпатия к девчонке и наши, давно сложившиеся отношения. Когда-то мы с Шиззи отбили его у стаи хёргов, вытащили из Пустошей. Хотя я и сам тогда еле полз, не был уверен, что выкарабкаюсь.

Я не напоминал ему, чем он нам обязан. Но знал, что всегда могу рассчитывать. Он видел дар'морна, видел много больше, чем остальные. И даже помогал убедить гармов в моём происхождении.

Вот и сейчас связывающее нас прошлое победило. Арв вздохнул.

– У девочки большие проблемы. Я не расспрашивал её специально…

– Расспроси.

– Не получится, лэр, – док печально качнул головой. – Она запугана и не раскрывается. Если я верно понял, мачеха имеет немало связей на Зилане. Она продала её с сестрой кому-то…

– Продала? – нахмурился я. Лундан тоже встрепенулась, приблизилась, внимательно разглядывая Арва.

– Возможно, я не так понял. С ней сложно об этом разговаривать.

– Кому? – требовательно произнёс я. Уж не сексуальное рабство точно.

– Я не разобрался.

– И ты не предупредил?

– Вы были закрыты. И заняты более первостепенными делами.

– Примени… что-нибудь. Гипноз там или ещё что. Если не хочешь, чтобы я применил сыворотку правды. Едва ли Паула сможет ей противостоять.

– Но… – пробормотал Арв.

– Могу сделать это за вас, – улыбнулась заноза. От её улыбки доктор как-то нервно передёрнулся.

Может, ещё как может. Хотя мне очень не хотелось бы.

– Попробую, – опустил голову Линеунг.

– И не выпускай её из-под присмотра.

Арв кивнул. Я поднялся. Возможно, стоило с девчонкой пожёстче. Но оба, и Линеунг и Лундан, явно не одобряли таких мер.

Ладно, вряд ли она владеет серьёзной информацией. Выяснить бы, что должна была сделать.

– Узнай, зачем ей на Хенлор.

Лундан тоже грозились передать там какие-то дополнительные инструкции.

Заноза вдруг протянула ладонь. Я с удивлением обнаружил на ней ту самую капсулу, которую исследовал Арв. Когда успела? Всё-таки за метаморфом в полной силе нужен постоянный контроль!

– Многое успели выяснить? – поинтересовалась.

– Состав. Пытаюсь соотнести с составом блокиратора.

– Я заберу её, – произнесла Лун, бросив на меня взгляд.

Я промолчал. Пока. Сначала узнаю, для чего.

А впрочем, и так понятно…

Арв тоже промолчал.

– У тебя два дня, – предупредил я.

Мало ли, как там сложится после посещения питомника. Вдруг действительно в ловушку угодим. Лучше бы раздобыть информацию поскорее.

– Спасибо, – шепнула Лун, едва мы вышли из медотсека.

Я покосился на неё. Она поняла, ответила:

– Нужно хоть что-то передать нашим… показать, что мы союзники.

Нужно. А ещё нужно максимально подготовиться к операции. Предусмотреть всё возможное. Чем мы и займёмся, пока корабль медленно продирается сквозь подпространство.

ГЛАВА 16

Дирайм не собирался меня отпускать. Не скажу, что мне это не нравилось. Забота и волнение – искренние, которые считывала моя сила – окутывали душу приятным теплом. Как никогда в жизни.

Но в то же время я не могла взять его с собой. Метаморфы моментально почуют чужака. А устраивать бои в питомнике – не то, к чему я стремилась.

Дирайм прокручивал кучу вариантов. Я с ним соглашалась. Пути отступления – то, что целиком лежало на нём. А сам питомник… это на мне. От того, как я справлюсь, слишком многое зависело.

В момент выхода из подпространства я была с ним, в его кабинете – ставшем уже почти родным. Пожалуй, давно так не нервничала. Напряжённо разглядывала схему – ту самую траекторию нашего полёта.

Похоже, нас действительно потеряли. Красные точки остались в секторе Зилана, рассредоточились на пару соседних, но к Эспару не приближались. Если, конечно, тоже не вошли в маскировочный режим…

На виртуальном экране, который Дирайм сделал прозрачным с обеих сторон, появилось лицо командующего орбитальным флотом Эспара. Он имел совершенно не гармийскую внешность, что радовало безмерно! Да и вообще, не вполне человеческую. Определённо с примесями иной гуманоидной расы: большая лысая голова, широкие, как у хенлора, глаза и маленький хоботок вместо носа.

Разбираться, кто же там намешан, было некогда. В любом случае, это нам на руку: лишь бы принадлежал к расе, не подконтрольной Флотилии, а в данный момент Мирре.

Пока Дирайм обменивался с ним приветствиями и раздобывал нам допуск, я с другого окошка подключилась к ближайшему спутнику. Настроившись, прощупала местоположение малышей.

Привязка откликнулась. Я замерла, прикрыла глаза, прислушиваясь.

Вот, вот они. Альбин, Мильдар и Гуринь. Мои хорошие.

Они были так близко, почти рядом. Стараясь не тревожить, я искала их, и параллельно пыталась отметить это место на виртуальных картах.

Есть!

Поскорее закрывшись, скачала из сети несколько чертежей и фото.

– Готово, – сообщил Форт. – Нам разрешили частный визит. Что у тебя?

– Адрес, – усмехнулась я, высвечивая перед ним карту.

Шиззи приблизилась, ткнула в экран любопытный нос. Я погладила псину, закусив губу. С радостью устроила бы ей встречу с детишками. Но…

Судя по схеме, показывающей нашу траекторию и корабли Флотилии, нас пока не засекли. Я тщательно закрылась, припрятала свою силу, чтобы никто из метаморфов случайно не обнаружил. Маловероятно, но всё же. Нужно было выиграть как можно больше времени.

Райм склонился над столом, разглядывая трёхмерную модель. Небольшой двухэтажный дом, огороженный высокой стеной и на карте обозначенный как частный интернат. Всё в духе метаморфов, только маловат…

– Похоже, подземные этажи, – пробормотала я, прикидывая соотношение площадей к проживающим.

У нас в питомнике было всего по минимуму, и всё равно места требовалось немало. И учебные классы, и тренировочные залы, кухня со столовой, спальни, кабинеты наставников.

– Плохо, – пробормотал Дирайм.

– Плохо, – согласилась я. – Связь с кураторами наверняка где-то внизу. Куда сложно добраться.

– Взять подкрепление?

– Ни в коем случае. Я попытаюсь пройти сама… под чужим видом.

– Каким? – хмуро переспросил Раймадар.

– Тебе не понравится.

– Но…

– Я сняла копию её ладони. Одной.

– А если это не тот вид, под которым она среди своих?

– На корабле всё было настроено именно на эту внешность. Я должна рискнуть. Если не получится… ты всегда сможешь прийти на помощь.

Говоря, я поднялась, чтобы не терять время. Форт ещё продолжал рассматривать карту, изучая пути подходов и отступлений.

– Почему сразу не сказала? – спросил мрачно.

– Хотела сначала посмотреть расположение. Ну и… не расстраивать тебя раньше времени.

Улыбнувшись, я коснулась губами его щеки. Шиззи ткнулась в руку, глядя требовательно.

– Не могу, милая. Это опасно. Прежде всего для тебя.

– Увы, Шиззи, – неожиданно поддержал Дирайм. – Тебе нельзя, моя девочка. На Эспаре сложная процедура допуска животных, а мы не готовились. Побудь на корабле.

Химера обиженно отвернулась. Дирайм потрепал её за ушами, Шиззи лязгнула зубами в сторону руки – не кусая, скорее выражая недовольство.

– Если получится… я обязательно устрою вам встречу, – пообещала я, испытывая неловкость.

В мысли закрадывались нежданные картины – вот если у меня когда-нибудь будут свои малыши… Шиззи станет замечательной нянькой.

Отогнав непрошенное, я проверила комбез с лучевиком и направилась к двери. Формы Флотилии, к сожалению, у нас на корабле не нашлось. Но с другой стороны, на одежду метаморфы обычно обращали меньше всего внимания. Одевались во что придётся.

Крейсер остался на орбите. Мы с Раймом летели на небольшом боте, и ещё катер с ребятами Дирайма для подстраховки. По моему настоянию они не знали адреса – и узнают лишь в крайнем случае. Не хотелось светить малышей, не хотелось никого подставлять. И если за Райма в данный конкретный момент времени я была уверена, то за его подчинённых… увы, не очень.

За несколько кварталов я пересела на общественный кар, Дирайм же должен был подъехать ко входу чуть позже.

Забив адрес в панель и оплатив наличными, которые Райм до того снял в местном банкомате, я настроилась, меняя внешность. Тщательно вспомнила ладонь Мирры, которую в своё время отсканировала. Сильнее закрыла свой дар.

Сердце рвала на части необходимость обманывать сородичей. Но я очень надеялась, что они меня поймут. И простят.

Кар остановился, дверь поднялась. Я вышла, унимая накатывающее волнение, стараясь не выдать себя. Вольные, спокойные, уверенные движения. Такие, как у Мирры – считающей себя повелительницей если не мира, то большей его половины.

Небольшая, безобидная на вид калитка в ограде – но я помнила, сколько защит и сигнализаций было у нашей, в питомнике на Зилане. Чтобы никто чужой не подобрался, чтобы успеть вывезти детей…

Выдохнув, подняла руку, коснулась замка.

Сейчас всё решится. Или меня пропустит, или ладонь Мирры здесь не имеет полномочий. Или меня раскроют… и больше не увидеть мне ни Дирайма, ни свободы.

Ни моих малышей.

Лишь одна мысль поддерживала, пока встроенный в замке сканер считывал мою ладонь. Если я не ошиблась, если один из малышей – Мирры, она просто не может не контролировать.

Если, конечно, она и здесь использует именно ту внешность. Я по-прежнему не уверена, была ли она истинной.

Это обилие «если» заставляло сердце нервно сжиматься, но руке я дрожать не позволяла. Несколько бесконечных, растянувшихся секунд ожидала вердикта. С надеждой только на одно: метаморфы защищаются от кого угодно, но не от метаморфов. У меня должно получиться.

Наконец, что-то едва слышно щёлкнуло – вне слуха обычных людей. Калитка приветливо приоткрылась.

Я подтолкнула рукой, быстро вошла и тут же закрыла, чтобы вернуть на место охранный контур.

Стискивая в кулак вторую руку – не коснуться бы ничего случайно, – сжимая внутри себя всю силу, уверенно двинулась ко входу. В голове настойчиво стучала мысль, что я понятия не имею, какое у Мирры настоящее имя.

Здание выглядело стареньким, но ухоженным. Впрочем, как и все питомники. Тратить средства на что-то дорогое, когда в любой момент может понадобиться бежать, бессмысленно. Но растить детей необходимо в самых лучших условиях. Вот и ищем компромиссы.

Стеклянная, простая на вид дверь. Только высмотреть сквозь неё ничего невозможно, да и прочность уступит разве что зиланиуму. Эллипсоид тамбура, спиральная кровля. Внутри должен быть небольшой закрытый дворик, где и гуляет детвора.

Дверь отворилась, выпуская одну из наставниц. Я не была знакома с ней лично, но Мирру она, похоже, знала. Улыбнулась приветливо:

– Добрый день, рады, что вы решили к нам залететь…

Точно копируя движения Мирры, едва уловимым поворотом головы я оборвала её. Произнесла, заходя внутрь:

– Мне нужна связь с куратором Эвентэль.

– Что-то с Лундан?

Пришлось снова обрывать расспросы. Репутация у Мирры была и тут… соответствующая. Мне на руку.

– Третий подземный уровень, – ответила она, указывая на лестницу. Помялась, видимо, желая спросить, зачем было для этого лететь аж сюда. И пока не спросила, я добавила:

– Альбин, Мильдар и Гуринь тоже ко мне.

Наставница снова замялась. Я боялась выпустить силу, чтобы не выдать себя, но и её прочитать не могла. Надеялась только, что с Миррой никогда не было близких отношений ни у кого из местных. И старалась избегать необходимости называть по имени.

– Сейчас приведу. Вместе с Амин?

Сердце дрогнуло – я слишком ясно осознала, что это новая наставница моих малышей. Та, к кому они теперь были привязаны. Безумно хотелось на неё посмотреть! Но это было слишком рискованно. Вообще попытка снять привязку была рискованной и могла меня выдать.

– Нет. Одних.

Метаморф кивнула, развернулась. Я легко спустилась спиральной лесенкой, ориентируясь по меткам. Первый, второй… вот он, третий уровень. Глубоко.

Мой опыт работы в нашем питомнике помогал ориентироваться. Я знала, где находится основная база терминала, через который, собственно, и можно связаться с кураторами. Обычной связью до них не достучишься, защита. Чем выше по положению и силе метаморф, тем сложнее до него добраться.

Огромная металлическая дверь раскрылась при моём приближении. Даже ладонью пользоваться не пришлось, мне пока верили. Надеюсь.

Захлопнувшись, дверь вызвала озноб по коже, устойчивые ассоциации с ловушкой.

Наскоро оглядев небольшой рабочий кабинет со столом посередине и множеством деталей терминала по стенам, я опустилась в кресло. Привычно пробежалась ладонями по столешнице, вызывая виртуальную клавиатуру. Сделала необходимые настройки – за время отработки я всегда посылала отчёты куратору, когда выпадала такая возможность.

Терминал имел несколько иную систему связи, чем прочие коммы. Фактически, только мы таким и пользовались на данный момент. И тщательно охраняли свою тайну.

Канал открылся, загорелся зелёным. Сжав пальцы, я на миг задумалась. Нельзя было выдать себя раньше времени. Я даже не была уверена, что могу назваться своим именем – вдруг всплывёт при отправке? И уж тем более не могла писать длинных сочинений.

Текст продумала ещё на корабле. Удерживая волнение, набрала:

«Прошу помощи. Охота за Фортом.»

Чуть подумав, добавила свой личный код. В этом питомнике его знать не должны, я же сюда не прибыла официально.

Этого было мало. Но я очень надеялась, что куратор разберётся. Поймёт по ситуации.

Отправила поскорее – успела как раз к открытию двери.

Напряглась. Если меня раскрыли…

Терминал показывал, что сообщение отправлено. Ушло. И уже совсем скоро попадёт по назначению…

Медленно выдохнув, я развернулась ко входу.

– Малыши, – наставница казалась настороженной. За ней мелькнуло молоденькое личико той, кто меня заменила. Я совершенно точно чуяла, что это она.

Ещё один сухой жест – и дети неловко зашли внутрь. Дверь снова хлопнула, оставляя нас одних.

Руки дрожали, я поднялась, желая обнять малышей. Как я соскучилась, мои хорошие!

Привязка запульсировала почти физической болью. До чего же мне не хотелось прощаться с ними!

Теперь предстояло самое сложное. Снять импринтинг. Не выдав своего присутствия.

А потом, если всё пройдёт хорошо… затребовать данные о детях? Узнать, кто же из них Мирры? И кто отец…

Несколько мгновений пыталась просчитать варианты. Мы слишком далеко от поверхности. Тяжёлая металлическая дверь нервировала. Если бы я знала расположение местных комнат и залов, можно было бы попытаться перебраться поближе к выходу. Но если нас остановят… привязка так и останется со мной.

Дети, конечно, могут куда-нибудь отвести… С другой стороны, именно терминал лучше всего защищён.

Привычно сменив вид на подобный моему, малыши продолжали смотреть, переминаясь с ноги на ногу. Если Мирра и была кому-то из них матерью, похоже, они этого не знали. Как и положено.

Привязка давила, клокотала, толкала к ним, я уже с трудом могла её удерживать. Они так близко, мои детки. От них так славно пахнет. Так хотелось ещё хоть раз обнять их, прижать к себе!

Сделав шаг, я раскрыла руки. Чуть-чуть приоткрыла силу, выпуская привязку наружу.

– Лундан! – воскликнула Альбин, бросаясь ко мне.

Улыбнувшись, я придала себе вид, в котором чаще всего оставалась наставницей. Теперь он казался чужим, неудобным, так и хотелось вернуться в последний. Тот, что нравился Дирайму.

Но детки радостно бросились в расставленные объятия.

– Мы так скучали! – прижалась Альбин.

– Почему ты так долго летела? – вторила Мильдар.

– А где Шиззи? – забравшись на шею, допытывалась Гуринь.

Нежданные слёзы щекотали глаза. Я тщательно пыталась разорвать привязку, и в то же время понимала, что всегда буду волноваться о них. И безумно жалела, что не смогла пробыть с ними дольше.

Привязка больше не работала, но они продолжали любить и скучать. До чего же грустно, наверное, было бы отдавать их следующей наставнице ещё через пару лет…

– Амин кричала, – пожаловалась Мильдар.

– Ну, наверное, ты плохо себя вела? – усмехнулась я. Мильдар обиженно сменила пол и отвернулась. Точнее, уже отвернулся.

– Почему Шиззи не прилетела? – продолжала допытываться Гуринь.

– Ты больше не уйдёшь от нас, правда? – прижималась Альбин.

– Мне придётся, мои хорошие, – вздохнула я, шмыгнув носом.

Своих наставников, особенно самых первых, я уже помнила смутно. Но обязательно узнала бы. И в душе до сих пор сохранились самые тёплые чувства к ним, хотя все импринтинги давным-давно отработали.

– Останься, Лун! – разревелась Гуринь, а следом и остальные. Даже Мильдар повернулся обратно, ткнулся лицом мне в бок.

Детская привязка давно растворилась, но я крепко прижимала их к себе.

– Сейчас не могу, маленькие.

– Ты разве не для этого прилетела?

– Я очень соскучилась и хотела вас увидеть. И если получится… обязательно прилечу снова. А сейчас… так получилось, что я должна помочь Шиззи и Дирайму. Они ведь помогли нам.

Малыши закивали: плен и вызволение оставались ещё очень свежи в их памяти.

Прижимая деток к себе, я целовала маленькие головки, не представляя, как смогу снова оставить их и уйти. Привязка больше не саднила, но продолжала саднить сама душа.

Стараясь не потеряться во времени и не выдать себя для остальных метамофов, я никак не могла отпустить моих детишек.

Сигнал терминала прозвучал резко, тревожно, возвращая нас в реальность.

– Сейчас, мои хорошие, – прошептала я, осторожно высвобождаясь. Вытерла слёзы, вернувшись к столу.

Альбин, Мильдар и Гуринь притихли, осторожно протопали за мной.

Срочное сообщение! Интуиция встрепенулась: откуда-то я точно знала, о ком оно. И от кого.

Снова сформировав ладонь Мирры, на свой страх и риск активировала послание.

Небольшая полупрозрачная фигурка вспыхнула на поверхности стола. Я с удовлетворением отметила, что внешность сохранила ту же, которую использовала и я.

– Задержать Лундан! – жёстко вещала Мирра, с трудом сдерживая эмоции. – Не выпускать ни под каким предлогом до моего прибытия!

Подтвердив принятие, я выключила сообщение. Глянула на деток, поднеся палец к губам.

– Тсс, мои хорошие. Никому не говорите, что видели меня. Обещаете?

Они закивали, вытирая глаза маленькими кулачками.

В последний раз я обняла их, поцеловала, пообещала обязательно прилететь. Потихоньку вернула облик, в котором прибыла сюда.

И направилась к двери.

Тревожная струна снова натянулась внутри. Я-то свою силу сдерживала, а вот дети – наверняка нет. Они даже и не умеют толком. И проконтролировать я их теперь не могу.

И Амин… не могла не почувствовать.

С волнением приложила ладонь к замку, не представляя, чего ожидать с той стороны.

Дверь отворилась, выпуская. Хоть это радовало. Меня не попытались запереть.

Первым, что бросилось в глаза, было встревоженное лицо Амин. Она так смотрела… я поняла, что всё знает. Всё почувствовала.

– Лундан? – несмело шепнула.

Контролировать эмоции, и уж тем более справляться с их проявлением, я научилась давно. И всё же увидеть спешащую к нам шефиню оказалось неожиданностью. Хотя за выражение своего лица я была уверена. Точнее, Мирриного.

Дети, прекрасно ловя эмоции, прильнули ко мне.

Шефиня тоже всё поняла, без сомнения. Приблизилась, нахмурившись. Как всегда строгая, собранная. Не знаю, кем она стала в этом питомнике, но явно не последним метаморфом. А может, тоже возглавила, продолжила заниматься делом своей жизни.

– Ты сняла привязку? – произнесла понимающе Амин.

Стараясь не всхлипнуть, всё ещё во власти наших общих эмоций с малышами, я лишь кивнула.

– Лундан, что произошло? – это уже вступила шефиня.

– Мне нужно было связаться с куратором Эвентэль.

– С твоей привязкой обошлись жестоко, – признала она. – Но почему ты не вернулась со всеми?

– У меня есть причины, – тихо отозвалась я.

– Значит, это правда, – с некоторой горечью произнесла она. – А ведь я за тебя поручилась.

– Что – правда?

– Что ты осталась на корабле того, кто изгнал нас с Зилана.

– А почему изгнал? Вам известно? Из-за той, кто назвалась ему Миррой, – я чуть приподняла руки, намекая на внешность, в которой пребывала. – Именно из-за неё он возненавидел всех метаморфов.

– Значит, у неё имелись основания.

– Не знаю, имелись ли у неё основания тогда. Но сейчас я их не вижу. Это была моя операция! Я помогла ей проникнуть в Центральную гармийскую Флотилию, занять пост главнокомандующего. Взамен за это Форту обещали свободу. То, что делает сейчас она… поставит под удар всех метаморфов, наши договора и связи с другими расами.

– Иногда нам приходится… заметать следы. Это неизбежно.

– Не в данном случае.

– Ты привязала его?

– Нет.

– Тогда ты не можешь быть уверена в его преданности!

– Не могу.

Шефиня нахмурилась:

– Почему же не в данном случае?

– Потому что он – драг. И Мирра знает это. У нас есть шанс установить с ними контакт, выяснить то, что так долго оставалось недоступным. Вместо этого она объявила на него охоту… Что поссорит нас и с гармами, и с драгами.

Шефиня задумчиво замолчала.

– Он знает, где ты? Знает, где наш питомник?

– Я ручаюсь за то, что дети в безопасности.

– Но если ты не вернёшься…

– Драг в ярости – не то зрелище, которое нужно видеть малышам.

Несколько мгновений она смотрела на меня. Я приоткрыла силу, показывая свои эмоции, уверенность в Дирайме. И в безопасности наших малышей. Отчаянно надеясь, что не подставляю их под нежданный удар.

– В терминал пришёл какой-то сигнал? – спросила, наконец, шефиня.

Я промолчала, глядя ей в глаза.

– Не понимаю, что там у вас происходит, – отозвалась она. – Но у тебя десять минут, прежде чем я зайду проверить, кто написал. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Спасибо, – откликнулась я. – Знаю.

– Мои хорошие, – обняла малышей, по-прежнему не желавших меня отпускать. – Мне нужно идти. Я обязательно прилечу ещё.

Подняла взгляд на Амин. Та приблизилась, пытаясь уговорить их.

– Скоро привязка заработает на полную, – стараясь, чтобы голос не дрожал, подбодрила я. – У вас всё получится. Только… не кричи на детей.

– Постараюсь, – смущённо отозвалась она.

– Дети, – строго произнесла шефиня, являя образец авторитета. Малыши моментально отпустили меня. – Вы же не хотите, чтобы Лундан попала в беду?

Она указала глазами на Амин. Малыши покачали головами, отступая под прикрытие своей новой наставницы.

Последний раз улыбнувшись им сквозь туманящие слёзы, я поспешила по лестнице вверх.

Мирра мчится сюда. Неизвестно, когда окажется в радиусе действия порт-луча. Боюсь, с документами малышей ничего не выйдет. Надо было сразу просить… хотя это сразу и насторожило бы. Но уж при них такое спрашивать совсем нельзя.

Хоть бы Дирайм не решил, будто я нарочно…

ГЛАВА 17

В душе продолжали бурлить эмоции. Усилием воли я справилась с ними, обещая себе, что когда всё закончится, обязательно приеду навестить малышей снова.

Эта мысль подтолкнула за собой ещё одну. Капсула!

Остановившись, я развернулась. Вытащила её из потайного кармашка и протянула шефине.

– Что это? – нахмурилась она.

– Не знаю, у кого остался блокиратор, которым сдерживали мою силу. А это – то, что временно устраняет его действие.

Шефиня пристально присмотрелась к капсуле.

– Не знаю, кто сейчас ведёт исследования…

– Передам, – шефиня задумчиво кивнула.

А я наконец-то бросилась к выходу, по-прежнему максимально сдерживая свою силу. Надеюсь, наши разберутся с этой дрянью!

Хотя, если бы не она, я бы никогда не познакомилась с Дираймом Фортом.

Время от времени навстречу попадались метаморфы. Не представляя, что им известно, я старалась до последнего оставаться в роли Мирры – холодной, сдержанной, целеустремлённой.

В душе собиралось приятное тепло. Кто бы что ни думал, но метаморфы всегда помогали друг другу, готовы были принять и поддержать любого из нас, даже не зная имени.

Почему-то вспоминались ребята, с которыми я побывала в связках в разных питомниках. Со сменой наставника связку всегда меняли. Альбин, Мильдар и Гуринь тоже предстоит со временем разойтись. Но для меня они навсегда останутся моими малышами. Первыми, и, возможно, единственными.

Мысли заполняли голову, то и дело приходилось одёргивать себя, призывать ко вниманию и концентрации.

Дверь открылась легко, в парке было пусто, и до ограды я добралась без препятствий. Отворила проход всё тем же отпечатком ладони.

На залитой солнцем и ароматом цветения улочке оказалось тихо и пустынно. Я огляделась несколько раз.

Дирайма не было.

Поднесла к лицу наручный коммуникатор – точную копию того, который украла у лэра Форта Мирра. Послала запрос.

Ответ не приходил.

Прошлась по улице в ту сторону, где мы расстались: может, он просто не хотел мозолить нашим глаза, потому катался кругами? Может, попытаться связаться с остальными гармами, которые должны нас прикрывать?

Тревога нарастала. Верить в то, что он мог меня оставить, не хотелось. А в то, что с ним могло случиться несчастье, было ещё страшнее.

Какое несчастье способно задержать драга?

Разве что…

Мысль не успела оформиться: на периферии зрения я засекла движение, тут же сформировала дополнительную пару глаз на затылке, и отскочила в последний момент.

Кувыркнулась, сгруппировавшись, меняя пропорции.

В воздухе ещё горело остаточное свечение затухавшего переносного луча, очертания исчезающей экранирующей ткани.

А на меня уже смотрело знакомое лицо. Пышущее неистовым гневом.

– Как ты посмела привести врагов к детям?! – прошипела Мирра.

Лучевик против метаморфа – орудие не слишком эффективное. Разве что его будет использовать другой метаморф, точно предугадывая движения противника.

Мирра мои движения не то чтобы предугадывала, но изгибаться в неестественных углах и позах, удлиняясь и отращивая дополнительные конечности, заставляла.

– Ты видишь врагов даже в союзниках! – отозвалась я, выхватывая свой.

– Это дальновидность. Союзники предают, когда метаморфы перестают быть им выгодны.

– Поэтому ты предпочитаешь предавать первой?

Мы продолжали кружиться, уходя от лучей друг друга и пытаясь взаимно зацепить.

– Я предупреждала тебя, Лундан, – сквозь стиснутые зубы выжала она.

– Ты сейчас гораздо больше вредишь питомнику, открыв на улице пальбу и выдавая нас!

– Из-за тебя всё равно теперь всех перевозить! – Мирра была зла, но я не могла не спросить:

– Где Дирайм?

– Что, бросил тебя твой ящер? – кинула презрительно. – Предварительно попользовав всеми способами?

Всё внутри взорвалось от ярости, обида застлала глаза. Я понимала, что она специально выводит меня из равновесия, но ничего не могла с этим поделать. Слова достигали цели, заставляя сердце сжиматься.

Нет, всё-таки могла. Оставить эмоции при себе, не проявляя, не теряя голову, не бросаясь навстречу лучам.

– Дай подумаю, – произнесла, внимательно наблюдая за дулом её лучевика. – Надеюсь, метаморфов ты не стала бы бросать в бой с гармами. Что тогда? Дроны с корабля хенлоров? Не на то расходуешь столь ценные ресурсы…

– Ещё какая-то девчонка неразумная станет меня поучать!

Последнее слово утонуло в гуле, рёве, раздавшемся совсем рядом.

Мирра вздрогнула, я добавила себе дополнительных глаз, чтобы иметь все триста шестьдесят градусов обзора.

И увидела его. Гигантского зверя с радужной чешуёй и страшными шрамами на спине. Зверя, которому так не хватало крыльев.

Моего Раймадара.

Запоздалая мысль, что я не в своём облике, сменилась уверенностью: он меня не спутает.

– Так и знала! – бросила Мирра. – Ты всё-таки выдала ему местоположение питомника!

В ближайших окнах мелькали встревоженные лица местных жителей. Дирайм приближался, в огненных зрачках кипело столько ненависти, что я не усомнилась: он узнал, кто перед ним.

С ближайших улиц к нам ринулась пара боевых дронов. Мирра поднесла руку с коммуникатором к губам, бросив им какой-то приказ.

Машинально, почти не задумываясь, я взмыла ввысь, меняясь, занимая место над изуродованной спиной. Расправила крылья. Обрывки одежды слетели на дорогу, Дирайм приостановился, рыкнув. Судя по взгляду, приказывал мне уходить.

Ага, сейчас брошу его на растерзание метаморфам и сбегу. Я даже отвечать не стала, лишь старалась удерживать темп и направление.

Дроны хенлоров – не то, что каких-то торговцев рабами. На порядок функциональнее даже дронов гармийской космической станции, с которыми нам довелось расправиться в прошлый раз.

У этих же был целый арсенал различных боеприпасов.

Выстрел лучом, отразившимся от радужной брони. Короткий щелчок, перевод на другой вид оружия – выстрел снарядом. Сплюснутый патрон, упавший на дорожное покрытие. Щелчок. Новый выстрел. Новый вид снаряда. Щелчок…

Лучи, патроны, капсулы… С громким взрывом очередной снаряд вонзился в Дирайма, раскрываясь огненным цветком.

Мини-торпеда!

Дракон затормозил, зарычав. Я вскрикнула: в боку зияла рана, выдранные клочья чешуи. Струи золотистой крови – даже не думала, что у дар'морна она такая… необычная.

Мирра молча наблюдала, отходя дальше от питомника. И ведь преподнесёт всё так, будто это я виновата, привела сюда врагов! Злость смешивалась со страхом за Дирайма. Я боялась оставить его. Дроны не нападали на меня, я была уверена, что Мирра не отдаст такой приказ. Спустилась ниже, ему на спину, закрывая собой, охватывая своими крыльями. На всякий случай отращивая броню покрепче – насколько позволяли мои возможности. Боюсь, правда, против подобного выстрела она тоже ничто…

Задние глаза уловили движение. Гармы! Ребята Форта в развороченном катере. Крыша снесена, в боках вмятины. Пара потрёпанных гармийских дронов.

Глаза Мирры сузились. Развернувшись, она оттолкнулась ногами, тоже приобретая летающий вид. Взмыла ввысь, распахнув крылья, помогая себе длинным чёрным хвостом для равновесия.

Рыкнув, Дирайм сиганул за ней. Огромная пасть отворилась, выпуская гигантскую струю пламени.

Зажмурившись, я пригнула голову, спряталась за небольшим шипастым наростом на его затылке. Пламя опаляло, жалило, сжигало.

Достало.

Мирра дёрнулась, судорожно сжала крылья и кубарем полетела вниз, тщетно пытаясь изменить внешность.

Чёрные пятна на коже, в воздухе разнёсся тошнотворный запах палёной плоти. Инстинкты единения, внушаемые с детства, сработали быстрее, чем осознание, что нельзя её убивать. Метаморф не может убить метаморфа. А гибель Мирры поставит крест на Дирайме.

Я бросилась вперёд, подставляя крылья, смягчая её падение. Приняла на себя удар о землю, моментально вскочила, разворачиваясь. Закрывая её собой от разъярённого Раймадара.

– Пожалуйста… мы не должны её убить… – произнесла, ловя гневный взгляд пылающих огнём глаз.

Дар'морн зарычал – яростно, возмущённо, неистово. Я пыталась удержать зрительный контакт: должен же его разум управлять этим гигантским зверем, а не наоборот. Должен же он понять… меня.

Наскоро огляделась.

Дроны остановились, не получая приказов. Гармы пытались захватить хоть одного, но хенлорские машины не давались, уходили от атаки.

Дар'морн развернулся. Обвёл пылающим взглядом пространство. Дохнул раскалённым пламенем на ближайшего дрона.

Тот заметался в воздухе, хаотично дёргаясь. Высветил несколько цифр на вспыхнувшей виртуальной панели и пошёл на перезагрузку.

Взмахнув лапой, Форт сбил его к земле. Ухватил, бросившись к катеру. Из горла вырывался сиплый хрип, рана по-прежнему сочилась золотой кровью.

Калитка питомника отворилась, выпуская одинокую фигурку – я узнала наставницу, что встречала меня сегодня.

– Позаботьтесь о ней, – попросила, притормозив. Оглянулась в сторону лежащей Мирры и, получив утвердительный кивок, бросилась за дар'морном.

***

Ярость застилала глаза, затмевая прожигающую боль в боку. Дар'морн чуял, кто скрывается там, за этой внешностью. Кто примчался сюда, чтобы остановить, отобрать у нас Лундан. Сейчас они были так похожи, но нам никогда не спутать Лундан с Миррой.

Мы так долго мечтали её убить, рвать зубами плоть, причинить столько боли и страданий, сколько она причинила нам. Ни разу не усомнились в правильности. Шли к этому десять лет. Долгих десять лет без полётов, без неба.

Но Лундан поднялась, загораживая нашу законную добычу.

Мы не хотели, чтобы она пострадала из-за нас.

И чтобы вообще пострадала.

Потому что, пришло осознание, метаморфы ей не простят. Отомстят, покарают, ещё сильнее, чем разорвав привязку с детьми.

Отберут.

Возвращённая из камня, связующая суть оплетала нас изнутри, пульсируя неожиданными вкраплениями. Незнакомыми… родными.

Мы чуяли её, кровь нашей Лундан. Чуяли саму Лундан, бегущую позади.

Принимая. Почти сливаясь. Желая охватить крыльями, которых нет. Так, как закрывала нас она.

Наша.

Уже у катера, когда вернулся в людской облик, окатило осознанием: мне бы точно не спустили. Не знаю, как Лундан: у метаморфов странные, не всегда понятные взаимоотношения, но во многом они начинали мне импонировать. Метаморфа, возможно, и не покарали бы. Забрали, спрятали, увезли бы.

А вот причину… меня то есть – уж всяко попытались бы устранить.

Прострел в боку напомнил, что почти устранили. Стерва отвлекала Лундан, пока мы отбивались от её дронов.

Зажав сочащуюся рану, не желая светить голым телом, забрался в катер. Лундан подоспела почти сразу, на ходу превращаясь в себя. Коснулась плеча.

Дар'морн встрепенулся, наша странная, неожиданная связь отозвалась.

Лундан подняла синие глаза. Взгляд во взгляд…

Тоже что-то ощутила. Но, кажется, не поняла, что.

Я и сам толком не понимал, не знал, как выразить словами увиденное, прочувствованное.

– Болит? – шепнула она, похоже, снеся всё на рану. – Сейчас.

Обернулась. Кто-то из ребят передал медика, и Лун взялась залечивать мой бок. Я рассматривал сосредоточенный взгляд, упавшие на лицо волосы, отстранённо размышляя о странных вывертах судьбы.

Катер взлетел, оставляя позади пустую улицу, усеянную следами нашего сражения. Запчасти катера, зависшего дрона – второго я запихнул в салон. Пятно моей золотой крови и опалённого метаморфа, над которым склонился другой.

Лично я предпочёл бы забрать её с собой. Заложницей.

Надеюсь, Лундан знала, что делает и зачем. Может, метаморфы прекратят гнать по нашим следам и удастся вернуться на Зилан без лишних потерь.

– Как на корабль возвращаться? – огляделась Лундан, продолжая залечивать рану. Как всегда практичная и собранная.

Приятное тепло разливалось по телу, унимая боль. Хотелось откинуться на спинку и забыться хоть ненадолго. Но без защиты крыши ветер буквально сдувал, приходилось пригибаться, глаза слезились.

– Наймём перевозку, – пожал я плечами, нащупывая в одном из ящиков капсулу нового комбеза. Сколько лет они мне толком не были нужны, лежали для запаса тут и там. – Меня больше волнует командующий орбитальным флотом Эспара…

– Сложная процедура допуска животных? – фыркнула заноза. Не сдержавшись, я расхохотался. Ну, да, дракона никто не допускал. Придётся вдохновенно врать.

Командующий словно дожидался этих слов, чтобы вызвать меня на связь. Помянув хёргов и потных бабуинов, я подал ребятам знак снижаться: в таком ветру не поговорить, и новый катер нужно раздобыть. Грузовой желательно, чтобы наш переправил.

Активировал соединение, готовый держать ответ. Страшно хотелось указать старому знакомому гнездо метаморфов, пригревшихся на его планете, и в былые времена я без зазрения совести так и сделал бы.

Но глянув на Лундан, решил предоставить им самим тут разбираться.

***

Дирайм выбрался из салона и отошёл подальше, видимо, не желая, чтобы мы слушали, как он утрясает последствия нашего «неофициального визита». Я подозревала, что это ему дорого обойдётся, но не сомневалась: у лэра Форта достаточно харизмы и влияния, чтобы замять инцидент.

Мы находились в пригородном леске, совсем неподалёку высились небоскрёбы окраинных районов. То и дело пролетали машины.

Связь всё ещё работала. И пока Дирайм разбирался со своими вопросами, я вытащила окошко сетевика и занялась заказом орбитальной доставки нас к кораблю.

Спустя каких-то пару часов мы выгрузили нашу полуразрушенную технику на крейсере, предоставив починочным дронам заняться ремонтом. И упали в кровать, пока корабль прокладывал путь к Зилану в подпространстве.

Дирайм отключился почти сразу, а я долго рассматривала его. Наблюдала, как исчезают остатки раны в боку, размышляя о неожиданно посетивших видениях, эмоциях.

Как будто на короткие, яркие мгновения я побывала вместе с ними – там, где происходит их странное слияние, непонятное единение.

Мой огненный дракон с радужной чешуёй. Никому тебя не отдам.

ГЛАВА 18

Сутки – немного, совсем капельку затишья и передышки. Мы нежились в кровати, постигая всё новые грани друг друга, взлетая к новым вершинам удовольствия. И отвлекались от этого приятного занятия лишь поесть и взглянуть на схему нашего пути. Ту самую ломаную.

Дирайм чуть ли не с орбиты Эспайра увёл корабль в гипер-прыжок, чтобы не терять времени. Едва оказались на необходимом расстоянии. И, преодолев чуть больше половины пути, вышел обратно в подпространство, желая отследить реакции.

Красные точки, изображавшие корабли гармийской флотилии, оставались на местах. Причём, как бы мы ни меняли курс – они не двигались. Казалось, без Мирры – точнее, конечно же, Свона, – они просто не знают, что делать. Ожидают дальнейших приказов.

От медленного передвижения в маскирующем отказались: неизвестно, что сейчас происходило во Флотилии. Прислали ли метаморфы кого-то на замену, или гармы что-то прознали, переизбрали главнюка?

Мне очень хотелось верить, что преследование прекратится. Но и Мирра могла перестраховаться, оставить какой-нибудь приказ. А то и передать новый, едва придёт в себя.

Спустя часов двенадцать – долгих, счастливых часов, проведённых вместе под бдительным присмотром Шиззи, – Дирайм решил сделать ещё один пробный выход из подпространства. В сторону Хенлора – ну, вроде как, собирается-таки заявиться на военный совет.

Красные точки не шелохнулись. Не рванули в нашу сторону, оставаясь всё на тех же позициях. По своим гармийским каналам он тоже не слышал каких-нибудь приказов о задержке или чего-то подозрительного. Через заместителя Алорра, который командовал Флотом в его отсутствие, передал командующим шести своих «крыльев» быть наготове.

Времени на анализ оставалось немного. Дирайм хотел успеть прорваться на Зилан до того, как в гармийской верхушке случится перестановка. Я же была уверена, что наши не потеряют столь важную позицию.

И ещё несколько часов тишины и покоя, пока мы приближались к планете, на которой встретились…

– Планируешь связаться с драгами? – решилась я спросить, когда уже одетые, полностью в экипировке, сидели в его кабинете. Пристёгнутые к креслам в ожидании выхода поблизости Зилана.

– Сначала разберусь, что к чему. Проверю соотношение сил. Союзников, противников. Я собирался выводить Орбитальный Флот из-под гармийского влияния, но не так резко. Готовил почву, устраивал многоуровневые проверки подчинённым. Придётся действовать по обстоятельствам. Но Зилан я не отдам.

Он глянул на меня, словно я лично пыталась отобрать у него драгоценный Зилан. Но тут же смягчился, стоило коснуться губами губ.

Так странно было думать о возвращении в особняк, где мы познакомились – и не то чтобы прониклись симпатией. Но, с другой стороны, на Зилане проще дождаться ответа моего куратора, так что я тоже стремилась туда всей душой. Очень хотелось разрулить сложившуюся ситуацию, примирить все конфликтующие стороны.

Но у судьбы на нас были свои планы.

Корабль спокойно вынырнул из подпространства, направляясь на орбиту, давно за ним закреплённую. И буквально через миг ближайшие «красные точки» словно сошли с ума. Сорвались с места, сначала зашевелившись на схеме, а после вспыхнули экраны, передавая сигнал тревоги: слишком резкое оживление в окружающем пространстве.

На орбите вокруг Зилана обычно кружит не так много кораблей: станция Орбитального Флота и несколько боевых крейсеров, пара гражданских станций, несколько технических и редкие корабли, получившие разрешение, заверенное командующим и дожем.

Масштабная дислокация залётных космолётов Флотилии выглядела угрожающе.

«Лэр Форт, на ваше судно накладывается арест до выяснения обстоятельств взрыва станции ХР-514805».

– Вымя дохлого дар'морна, – пробормотал Райм. Резким жестом выбил из панели сетевика ещё одно виртуальное окошко: – Соединить с помощником Алорром.

– В доступе отказано, – передал ИскИн.

На этот раз с губ Форта сорвалось нечто намного менее цензурное, чем вымя дар'морна и даже яйца бабуина.

– Что случилось? – тревожно переспросила я.

Дирайм поднял сверкающие гневом глаза, в зрачках снова полыхнуло золотое пламя:

– Нужно было добить суку… или забрать с собой.

Я промолчала, понимая, что пытаться возражать или искать альтернативные объяснения происходящему бессмысленно. Дирайм был слишком разгневан и расстроен.

– Обрубили связь с моим собственным Флотом! – рявкнул, подскакивая.

«Мой флот»… я невольно улыбнулась, осознавая, насколько важным для Раймадара было всё, чего он успел добиться.

Форт бросился в рубку управления, Шиззи, разумеется, за ним. Я тоже решила поприсутствовать. Пусть не отбиваться, так хоть попытаться разобраться в ситуации. Форт не возражал, лишь кивнул сухо, устремившись к лифтам и дальше, на капитанский мостик.

Умостившись в то самое кресло, где сидела и в прошлый раз, я вызвала экраны, пытаясь сориентироваться.

Едва ли Мирра успела бы вернуться. Могла, разумеется, просто связаться и отдать приказ. Но учитывая всё случившееся я очень надеялась, что кто-нибудь из наших с более высокими полномочиями захочет вмешаться. Переговорить с ней. Военный конфликт – вовсе не то, что нужно и выгодно метаморфам.

В таком случае, вероятнее всего, гармы исполняют приказ, отданный лже-Своном ещё до отлёта на Эспар. Возможно, Мирра просто не успела его отменить. Вероятно, была уверена, что сумеет меня задержать. А Раймадар… Насчёт него она давно уже всё решила.

Глядя, как Дирайм принимает на себя командование, переводит корабль в боевой режим, я пыталась просчитать варианты.

Самое простое и логичное – принять вид Свона, связаться с кораблями Флотилии. Сообщить, что мы с лэром пришли к согласию.

Но Мирра наверняка предусмотрела такую вероятность. Как бы ни была в себе уверена. Могла сказать, что на Форта работает метаморф… ну или ещё как-нибудь перестраховаться. Я сама примерно так и поступила бы, продумала бы ответные действия метаморфа и пресекла. И если Свон попытается отдавать распоряжения с корабля Форта, наверняка это будет сигналом к чему-нибудь нехорошему…

Корабль тряхнуло. Пока я размышляла, вокруг закипел самый настоящий бой.

Обшивка плавилась, космос пронзали лучи, взрывались ракеты – всё заполнилось космической пылью. Она оседала на перископы и сканеры – за бортом творилось нечто невообразимое!

Форт отбивался, уходил, маневрировал. Рубка была наэлектризована под завязку. Казалось, все места заняты, команда лэра Форта сидела в специальных креслах, обложившись виртуальными экранами.

Но время от времени прибегали ещё ребята, для них моментально появлялись словно из ниоткуда новые кресла. Возник дополнительный странный пульт – проявился виртуальными объёмами, а после словно материализовался, сделался почти плотным.

Операторы надели на руки особые насадки, на их головы опустились виртуальные шлемы – в бой вступили мощные орудия, дотоле спрятанные в «шипах».

Периодически рубку оглашали проклятия с выцеженными сквозь зубы ругательствами. Эмоциональные восклицания. Но все оставались сосредоточены, работали слаженно – в пору было залюбоваться. Чем я и занималась, понимая, что вряд ли смогу помочь, поэтому лучше не мешать.

Дирайм сделал себе отличный корабль. Покрыл великолепной бронёй, отражавшей большинство лучей и снарядов. Она же скрывала нас в маскирующем режиме.

Однако всё это были наработки гармов. Как бы ни усовершенствовал их Форт, силы оказались не равны.

Не знаю, почему бездействовал орбитальный флот Зилана. Боюсь, их тоже ввели в заблуждение, и они не могли разобраться, где именно находится командир и кто в данном случае враг.

Какое-то время Дирайм старался держаться подальше от Зилана, чтобы не подвергать угрозе.

– Уходим в подпространство, уведём их отсюда, – постановил.

– Лэр, – откликнулся Васлав Жан. – А если они останутся? Похоже, их задача – не подпустить нас к планете. Не лучше ли сразу одним ударом прорваться?

Дирайм задумался, машинально разминая пальцами подбородок.

– Могут пострадать невинные, – пробормотал. – Но если конфликт приблизится к Зилану, Алорр должен будет отреагировать. Только вот поспешит ли нам на помощь…

Форт бросил на меня взгляд:

– Или с ним уже из пяти разных точек пытался связаться лэр Форт? Может, ещё и предупредил, что наш корабль захвачен метаморфами и он понятия не имеет, кто здесь?

Определённо, выводы Раймадара двигались в том же направлении, что и мои.

– Метаморфы редко действуют так грубо, – возразила я.

Но в его словах была доля истины. Пусть не пять лэров Фортов, но и одного лишнего было достаточно. Особенно зная, как сам лэр до последнего к нам относился.

И хотелось бы сказать, что стоит немножко переждать. Что спустя день или несколько дней метаморфы во всём разберутся, выслушают отчёты Мирры и разработают новую стратегию. Наверняка найдут способ отозвать гармийскую Флотилию, остановить это безобразие.

Но я не была уверена, что могу давать такие обещания. Не знала всех скрытых мотивов и заданий Мирры. И с удивлением поймала себя на мысли, что тоже волнуюсь за судьбу Зилана. Вместе со своим мужчиной.

– Тогда пытаемся прорваться к нашим, – постановил Райм. – Там разберёмся.

– Хенлорьи истребители! – крикнул кто-то.

На экране засветились данные о четырёх грозных военных кораблях, полностью роботизированных, под управлением ИскИнов, заточенных на атаку.

– Эсса Лэвель решила вмешаться? – покосился на меня Дирайм. – Всё ещё полагает, что порт-луч у нас?

– Подозреваю, эссе в принципе не нравится то, что происходит, – пробормотала я тихо.

Нас вжало в кресла, бой вокруг завертелся ещё стремительней – экраны не успевали воспроизводить насущную картину. Но операторам, похоже, ИскИн передавал её прямо в голову.

Мы крутились, подскакивали, то и дело поступали тревожные красные сообщения о повреждениях.

«Пробит пятый задний двигатель, смена центрирования».

Корабль тряхнуло, кресла включили дополнительную защиту.

«Повреждён седьмой кислородный отсек. Запастись спецшлемами».

Пока дроны разносили шлемы, выскочило ещё несколько столь же тревожных сообщений.

Круг нападающих сужался, истребители усиливали атаку.

– Надо было добавить второй слой брони, – бросил Дирайм, полностью уйдя в информацию. Окна перед ним мелькали с такой скоростью, какая едва ли доступна обычному гарму. Разве что, если в пробирку перед рождением ускорителя подмешать.

Корабли Флотилии притормозили, предоставляя действовать хенлорам.

– Наши на подлёте, – сообщил Васлав Жан.

Наверное, в глубине души мне хотелось, чтобы весь орбитальный Флот пошёл за Дираймом так же, как его личная команда. Но я понимала, что это маловероятно. Там ведь одни бесчувственные гармы, наверное… Для них дисциплина, субординация и сохранение собственных гармийских привилегий наверняка дороже, чем какая-то там привязанность.

Не знаю, что думал сам Райм. По сосредоточенному лицу и редким ругательствам я понимала: всё не так радужно, как хотелось бы. Но корабль медленно, постепенно прорывался к Зилану. Покрывшись слоем копоти, постоянно меняя программу ухода от преследования, отражая всё более и более мощные удары.

– Пересекли орбитальную границу, – отчитался кто-то из помощников.

Я никогда не была особо сильна в космических терминах, но знала, что орбитальная граница – условная черта, приближение к которой расценивается как нападение на планету. Переходы в подпространство в её пределах тоже обычно запрещены.

С напряжением пыталась уследить за всем происходящим, но, по-моему, для этого нужны были не только дополнительные глаза, но ещё и один-два лишних мозга!

Не знаю, как Форт успевал на всё реагировать. Наверное, сказывался многолетний опыт, но он чётко отдавал команды, которые ребята моментально подхватывали и исполняли. Я же только понимала, что петля затягивается и положение постоянно усугубляется.

Орбитальный флот не мог не отреагировать на почти вторжение. Наверняка у них были какие-нибудь протоколы на случай опасности извне. И даже на случай разделения со своим командующим. Зная все возможные действия своего флота, Дирайм прорывался к Зилану.

Хенлорские истребители притормозили, не пересекая орбитальную границу. Но корабли Флотилии продолжали наступление, несясь вслед за нами навстречу флоту Дирайма. А нам за последнее время слишком сильно досталось. Внутри что-то дребезжало, нас страшно трясло – стабилизаторы работали на полной мощности.

Удар, толчок, разворот. Системы сохранения гравитации не справлялись.

– Отключить, – приказал Форт.

– Прорыв в отсеке снабжения! – оповестил голос ИскИна.

Противники метили в два самых уязвимых узла: тот, что отвечал за снабжение кислородом и тот, где хранились запасы топлива.

В нашем случае – очень опасная концентрация мощнейших гипер-контейнеров!

– Сбросить! – приказал Форт.

Сердце сжалось: они с таким трудом нам достались! Но если попадание повредит хоть один из них, от нашего корабля не останется мокрого места.

– Шестой! – отрапортовал кто-то из стрелков, отвечавших за оборонный отстрел.

Я кинула взгляд на экраны. Ребята нейтрализовали уже шестой корабль противника, но и наш был изрядно потрепан!

Мы стремительно приближались к Зилану. Орбитальный флот наконец-то принял решение, пошёл на перехват войск Флотилии.

На лице Форта промелькнула скупая улыбка: похоже, он практически не сомневался в своих боевых товарищах.

– Кислород!

Система оповещения взвыла очередной сиреной тревоги, предупреждая, что крейсер разгерметизирован.

Мы вошли в слои атмосферы. Сзади продолжался бой, флот сдерживал чужаков, не подпуская к планете, исполняя свою функцию.

– Эвакуация! – приказал Форт.

Ремни ослабились, команда начала взлетать с кресел в отсутствии гравитации. Я бросила тревожный взгляд на командующего: знала, чем был для него корабль. Даже боялась, что в попытках сохранить его, сам может пострадать… Но и своими подопечными он не собирался рисковать.

– Лун. Проследи за Паулой. Соиле, в медотсек. Зэт, выведи из камеры Чареса Хельма. Остальные – согласно протоколу эвакуации, – зазвучали сухие, чёткие команды. – Шиззи…

– Ррр, – возразила псина, удерживаясь зубами за кресло, чтобы не улететь. И всем видом демонстрируя, что без лэра Форта с места не сдвинется.

– А ты? – не выдержала я.

– ИскИн, – коротко отозвался Дирайм, прикрывая глаза.

Все бросились исполнять предписания. Корабль стремительно терял высоту и кислород. В воздухе продолжали разноситься звуки тревоги, приказы покинуть борт.

Наверное, он попытается задать ИскИну какую-нибудь программу самосохранения, отвести подальше от населённых пунктов. Ужасно не хотелось оставлять его здесь… но я не стала тратить драгоценное время на споры.

– Присмотри за ним, – улыбнулась химере, отталкиваясь к выходу.

Пауле действительно нужно помочь, мелкая вряд ли приспособлена к таким передрягам. Растеряется, испугается… Впрочем, у неё хотя бы Арв есть.

А я вспомнила ещё об одной двери, которая в случае эвакуации блокируется.

ГЛАВА 19

– Лундан, что происходит?

Паула хваталась за специальные выдвижные поручни в стене, перемещаясь по коридору. И думать забыв, что от метаморфов лучше держаться подальше.

– Нас атаковали. Паула, бегом к спасательным капсулам.

– Я не могу, Лун! – сделала огромные глаза мелкая.

Наверное, сама я давно привыкла к передрягам. Вся юность прошла в отработке, в постоянных заданиях, сложных ситуациях, когда опасность подстерегает в любой момент. И у гармов побывала, и на грани…

Страха не было – давно уже не было. Сосредоточенность, холодный расчёт – именно они лучшие союзники в любой переделке.

А сейчас даже за детей не нужно переживать. Дирайм… он сильный. Не позволит загнать себя в ловушку, непременно найдёт способ спастись с наименьшими потерями. Я в этом не сомневалась.

Но Паула выглядела перепуганной, растерянной. Оттолкнувшись, подплыла ближе, вцепилась в мою руку, стукнув шлемом в шлем:

– Я не смогу… Лундан…

– Паула, перестань, ботов хватит всем, там наверняка кто-то из ребят тебя направит. Главное поспеши, – я потащила её к эвакуационной лестнице.

– А ты?

– Мне нужно… кое-что сделать. И я сразу тебя догоню.

Сирена выла, тревожные всполохи раздражали глаза, как и сигналы уши. Времени оставалось всё меньше, жаль было тратить его на уговоры.

– Паула, скорее! – остановившись у выхода к столовой, я попыталась отцепить её руку. В этот момент к лестнице вывалился доктор.

– Арв! – бросилась к нему мелкая, наконец-то отпустив моё плечо.

– Паула, скорее, – он обхватил её, успокаивая, поднял на руки, и мелкая с удовольствием предоставила ему заботиться о себе.

Они помчались дальше вниз, к шлюзам. Мельком я увидела Соиле, который толкал перед собой гравитационные носилки с волосатым андрогином.

Повернувшись, бросилась совсем в другую сторону. Корабль продолжал снижаться, хотя, по-моему, Дирайм пытался выровнять полёт, хоть немного затормозить и направить.

Взрыв пошатнул нас, кислорода почти не осталось – только шлем отсчитывал получасовой запас. Похоже, по нам продолжали стрелять.

Никогда ещё этот коридор не казался мне таким огромным. Отталкиваясь от поручней, я промчалась мимо столовой и общей каюты, и затормозила у наглухо закрытой двери местного борделя.

С той стороны раздавался стук.

– Спасите! – кричал женский голос. – Помогите!

Я прижалась к двери, прислушиваясь. Заблокирована.

Почти не задумываясь сформировала ладонь Дирайма, приложила к гнезду сканера. Если это не поможет, то не представляю, что можно будет предпринять. Разве только пытаться связаться с ним самим?

Связываться не пришлось: замок щёлкнул, створки разъехались.

В дверь изо всех сил колотилась блондинка. Глаза перепуганные, шлем на голове смотрелся смешно в комплекте с коротеньким платьицем, под которым не просматривалось белья.

Другие две куклы сидели на диване. Послушно надев шлемы, но даже не пытаясь хоть что-то предпринять.

Оттолкнув меня, блондинка бросилась к выходу.

– Пожалуйста, – буркнула я и обратилась к остальным: – Девочки, скорее!

– Но нам положено…

– Приказ командира! Бегом!

Развернувшись, я рванула за Златой. Путь им открыла, но рисковать собственной жизнью готова не была.

ИскИн начал минутный отсчёт – расчётное время, за которое корабль может рухнуть на землю. Пролетев трясущимся коридором и спустившись между лестницами, мы с рекордной скоростью, секунд за тридцать, оказались внизу.

К моей радости, куклы в точности исполнили приказ и даже почти не отстали.

– Что это? – встретил нас один из гармов, командующих эвакуацией. – Мест нет!

– Ужмутся! – рявкнула я. Тут лететь-то! – Мы ж на планете, даже не в космосе!

Парень с сомнением оглядел девиц.

– Где Дирайм? – крикнула я, пытаясь перекричать рёв сирены.

– Я тут! – сверху спускался мой любимый гад, ухватив за ошейник Шиззи.

Парень утрамбовал девчонок в один из двухместных ботов и сам запрыгнул следом, дождавшись, когда мы с Дираймом и Шиззи заберёмся в последний.

В открытый шлюз с завыванием врывался ветер, ледяной разреженный воздух. Плотно закрыв салон, спасательный бот вырвался наружу.

Несколько мгновений нас сносило в сторону пламенем двигателей. Гигантский корабль, не предназначенный для передвижений в атмосфере, с трудом сохраняя курс, летел уже очень близко к земле.

Бот с трудом выровнялся, поминутно сообщая о перегрузке.

– Все? – спросил Форт, выйдя на связь с соседним, надсадно снижающимся в нескольких километрах от нас.

Парень замялся, лицо Раймарада посуровело.

– К сожалению, лэр Форт, – отозвался гарм. – Не удалось вывести лэра Хельма. Двери заклинило. Зэт сделал, что мог.

– Летите к Зил-алилу, – мрачно бросил командующий, выворачивая штурвал.

– Только не вини себя! – я мягко коснулась рукой его плеча. – Ты сделал всё…

– Чар может быть ещё жив. Я должен убедиться.

Вздохнув, я промолчала. Должен – убеждайся.

Шиззи лизнула руку Дирайма, и тот машинально погладил её по голове.

Под нами расстилалась выжженная, мрачная земля Дагвийских пустошей.

***

Я же всё предусмотрел. Обо всех позаботился. Следовало перепроверить, но не успевал. Думал, мы последние.

Направив ИскИн, отключился от него: не хотелось принимать в голову сигналы о взрывах и поломках. Когда-нибудь… я вернусь и соберу корабль заново. Но сейчас первостепенная задача – довезти всех до Зил-алила.

Я рассчитывал, что Алорр вышлет нам навстречу катер. Наш Флот всегда был независимым, я давно выбил эти полномочия. По возможности набирал не гармов. Не привязанных к гармам излишне сильно. Выбивающихся из их общего строя. Старался узнать, проверить каждого.

Это позволяло рассчитывать на поддержку моего флота сейчас. Но Чар…

Как бы там ни было, я не желал ему смерти. Не такой.

Глянул на наручный комм, настраиваясь на волну корабля. ИскИн не отвечал.

Впереди взвился пылевой гриб – посадка моего крейсера вышла совсем не мягкой. Сомневаюсь, что кто-нибудь мог уцелеть. Но взрыва не было, и это хоть как-то обнадёживало.

Заноза сидела рядом, поддерживая молчанием. Кукол помчалась освобождать, надо же.

Бот летел уже почти рядом с землёй, едва выжимая половину скорости. Впереди показалась гора космолёта – криво рухнувший, частично ушедший в землю шар, скрытый бронёй.

Комм подал позывной: корабельный ИскИн отозвался. Напоследок я дал ему команду стереть все скрытые файлы… но аварийную информацию он должен был записывать.

«Дирайм Форт», – идентифицировал меня искажённым голосом прямо в мозг.

«Отчёт», – потребовал я.

Комм высветил виртуальный экран прямо над рукой. Перед глазами побежали нестройные ряды технической информации. Поморщившись, я перебил:

«Отчёт об эвакуации».

«Эвакуация прошла успешно».

«Погибшие?»

«Один пленник».

«Причины».

«Приказ заблокировать камеру».

– Приказ?! – взревел я вслух.

Заноза вздрогнула, покосилась на меня.

– Подробности! – рявкнул в комм. – Гибель подтверждена?

«Признаки дыхания отсутствуют двадцать минут тридцать одну секунду. Температура тела идентична температуре окружающей среды. Теплосканер не фиксирует отличий. В камере двенадцать минут три секунды полностью отсутствовал кислород. Температура выше комфортной на двадцать три градуса. Идентифицируются раны и ожоги девяносто пяти процентов кожи. Контактная диагностика затруднена из-за поломок систем».

Лун глядела, ожидая, и я кивнул ей. С такими показателями выжить никто не мог, даже гарм. Да ещё и при температуре под пятьдесят. Тут и драгу едва ли под силу.

Мрачным сожалением мелькнула мысль об аквариуме.

Я не стал подлетать к кораблю: вокруг него всё ещё вибрировал раскалённый воздух. Остановил капсулу, принимая записи в коммуникатор, и углубился в просмотр.

– Потные яйца бабуина! – информация, переданная корабельным ИскИном, напрягала.

– Что? – вскинулась Лундан.

– Когда Чарес сказал, что задача влезть в ИскИн непосильна для блондинки… ты вроде не уличила его во лжи.

– Вроде нет. Я не стопроцентный детектор. Злата?

– Злата, – кивнул я, сжав зубы. – Пыталась взломать систему, чтобы выбраться. Когда поняла, что не получается – закрывать кукол базовые настройки корабля по умолчанию, – со злости… ну или не знаю из каких побуждений приказала заблокировать камеру Чареса. Отомстила.

– Приказала? – подняла бровь Лундан.

– Представь себе. Когда буду обновлять корабль, снесу к яйцам бабуинов всю систему и новую закажу не у гармов. Кто-то заложил лазейку, которую знал Чарес и его хёргова кукла. Он же мог и информацию понемногу таскать!

– Уверена, хоть это ИскИн засёк бы. Странно, что ей не удалось открыть свою дверь.

– Для этого нужен мой прямой приказ, а чтобы отсечь камеры – достаточно команды ИскИна. Надо будет разыскать эту Злату и…

Договорить я не успел: Лундан рванула штурвал, поддала ускорения так, что нас впечатало в сидения.

– Атака! – секундой позже передала бортовая электроника.

Где-то сзади загремели взрывы снарядов.

Хёрг, а у нас обычный спасательный бот, в нём никакое оружие не предусмотрено – всё для облегчения конструкции! И горючего минимум, в лучшем случае на полчаса полёта. То, что для гипер-прыжка – не подходит.

Корабль! У меня есть всё ещё рабочий ИскИн.

– Лети к кораблю, – бросил я Лундан, снова углубляясь в мысленную связь.

Заноза глянула на меня, чуть сведя брови, но моментально сообразила. Кивнула и развернула бот.

Пока она маневрировала, уходя от ударов, я запросил быструю диагностику систем и задал ИскИну наведение на цели.

Их было целых две: два небольших истребителя Флотилии, прорвавшиеся сквозь защиту Орбитального Флота.

– Твои замы плохо сработали, – проворчала заноза.

– Долго решение принимали, – кивнул. – Будь я на месте, ни один дохлый дар'морн не прорвался бы в атмосферу!

– Не сомневаюсь, – фыркнула Лундан.

– Зато есть надежда, что сюда прилетят скорее.

ИскИн подтвердил команду. Даже отсюда было видно, как зашевелились шипы на обшивке, раскрывая дула орудий. Через несколько мгновений корабль начал отстрел противника.

Не приспособленный к наземному бою, какое-то время калибровался, отлавливал истребителей прицелами.

Пролетев крейсер, Лун завернула за него. Оглянулась и решительно рванула дальше, пока ИскИн вёл оборону.

В целом, я был с ней согласен: получить напоследок от собственного корабля было бы слишком унизительно.

Впрочем, ИскИн отлично защищался, не пуская неприятеля за нами.

Спустя четверть часа всё закончилось. И почти сразу бот замедлился, затормозив, сообщив о том, что горючее на нуле.

Сзади ещё догорали обломки вражеских истребителей, но я не отрываясь смотрел вперёд.

Не думал, что мы так близко подлетели к Утёсу Отверженных.

***

В застывшем взгляде Дирайма полыхало золотое пламя. Я сразу же узнала мрачный пейзаж с одинокой скалой посередине. Лес и река с водопадом, которые воссоздавал мультитрек на корабле Форта, остались чуть позади. А впереди, за скалой, виднелся плотный слой тумана, от которого почему-то мурашки побежали по спине.

– Что это? – шепнула я, уже предчувствуя ответ.

– Утёс Отверженных, – Раймадар выбрался из бота, прикрыл за собой дверь.

Шиззи бросила на меня какой-то прямо отчаянный взгляд, тоже выскочила наружу, на ходу меняя очертания. Огромная химера сердито зарычала на него, но Райм лишь рассеянно похлопал её по спине.

– А за ним?

– Барьер драгов.

– Это… случилось тут? – я чувствовала, как он уходит, отдаляется, и не понимала, что могу сделать.

Тяжёлые воспоминания, душевные шрамы, которые намного глубже шрамов на спине, вдруг всплыли наружу и вели его куда-то. Туда, куда всеми силами рвался дар'морн. Мой гордый, искалеченный зверь.

– Подожди здесь, Лун, – произнёс Дирайм тоном, от которого мне стало не по себе.

– Что ты хочешь делать? – пробормотала я.

– Жди.

– Я тебя не оставлю.

Но он меня словно не слышал. Шёл вперёд, всё ускоряя шаг. Я двигалась следом, стараясь контролировать пространство и не отставать.

Форт бросил взгляд вверх, и меня вдруг захлестнуло желанием расправить крылья и взлететь. Вмиг оказаться на самой вершине Утёса, вместо того, чтобы топать к ней пешком, взбираться крутыми осыпающимися тропами, сбивая ботинки.

Я не понимала, для чего ему туда, но ловила, чувствовала гремучую, кипящую смесь эмоций, которая вела его вперёд и так не нравилась Шиззи. Химера взмыла в воздух и летела над нами, словно желая загородить грудью дорогу на скалу.

ГЛАВА 20

Это давно уже почти наркотик, какая-то мазохистская необходимость. Забраться на Утёс. Подойти к краю и смотреть вниз. Туда, куда меня однажды швырнули с высоты, лишив возможности взлететь.

Дар’морн рвался на вершину, чтобы последний раз сигануть, испытать ощущение полёта, пусть без крыльев. И навсегда прекратить мучение.

Для меня давно уже стало чем-то вроде вызова самому себе – встать на краю и удерживать его, духа воздуха, некогда крылатого дракона, который рвётся в небо. Знать, что я и моя воля к жизни сильнее, чем его желание умереть, освободиться.

Шиззи никогда не любила этого этапа, которым неизменно заканчивались наши вылеты в Дагвийские пустоши. Поначалу рычала, хватала зубами и всячески демонстрировала неудовольствие. Потом свыклась, оставаясь неизменным якорем, помогавшим мне удержаться на краю. Снова победить всех моих внутренних демонов.

Но сегодня она была сама не своя. Конечно, после всего произошедшего… Во мне, пожалуй, тоже до сих пор кипел адреналин боя. Боль о погибшем корабле.

И ещё Лун. Наверное, было бы легче, если бы она не видела… не оказалась здесь и сейчас. Наверное, стоило уговорить её переждать. Но дар'морн бесновался, рвался вперёд.

Да и опасно в пустошах, даже метаморфу. Особенно метаморфу.

Привычное восхождение – я почти не замечал его, лишь участившееся дыхание и лёгкий шум в ушах показывали, как высоко мы взобрались.

Круглая площадка, где в своё время выстроились представители всех кланов. Каждый раз в памяти звучали слова Гора, глаза слепило ненавистью яростного взгляда Азели.

«Давай!» – подталкивал дар'морн, чуя близкую, такую желанную цель.

– Раймадар… – горячая рука коснулась моей ладони. Встревоженные синие глаза занозы ловили мой взгляд. Метаморфье чутьё чуяло неладное.

И обращение она выбрала как нельзя кстати. То, на которое откликались мы оба – я и мой дар'морн.

– Тебе не следовало идти за мной, – отозвался я.

Заноза упрямо тряхнула головой, как всегда имея собственные представления о том, что ей следует и чего не следует.

Внутри неё звучала мелодия – я почти слышал, как она зарождается, формируется. Лундан интуитивно нащупывала самые подходящие ноты, пока не решаясь петь вслух. Не понимая всего, что происходит.

Вдруг свела брови, я почти увидел, как изменились глаза, формы зрачков, разглядывая что-то на краю небосклона.

Повернулся, присматриваясь. Шиззи сделала нервный круг над нами, и я приподнял руку, желая пригладить, успокоить. Но она не приземлилась, продолжая кружить.

Нет, сегодня определённо не мой день. Похоже, драги заметили падение корабля, сражение.

Вдали обозначились два крылатых силуэта. Махая огромными крыльями, они стремительно увеличивались.

***

Силуэты приближались, и вместе с ними скрытая внутри мощь их дар'морнов. Я по-прежнему смутно представляла, откуда берутся эти духи, внутренние демоны, из какого такого параллельного мира приходят на зов мелодии, чтобы спаяться с драгами, стать с ними единым целым.

Инстинкт подбивал превратиться в одного из них, сделавшись подобной, чтобы мощные хищники меня не сожрали, приняли за свою… Но мне явно не хватило бы объёма. Я, конечно, могу немного его варьировать – но не в десять с лишним раз же! Выйдет в лучшем случае половина дракона, разве что насмешить.

Двое… Я чуяла самку и самца. От них исходила ярость, словно бы они знали, кто здесь, и люто ненавидели.

– Вернулся, значит. Раймадар, – раздался совсем рядом голос – старческий, но всё ещё зычный, сильный. Такой голос мог бы принадлежать певцу или оратору.

Дирайм медленно развернулся.

Перед нами стоял старик, в тёмном плаще… но я не ощущала его!

Скорее некие поля, ментальную проекцию. Ого, они и так умеют!

Не все, наверное.

– Ничему тебя жизнь не учит, – продолжил старик, скользнув по мне взглядом.

– Уже научила, – не выпуская из поля зрения ни одного из драгов, Дирайм взял меня за руку.

– Ты так и не понял, что нельзя верить метаморфам!

– Зато я понял, что те, кому веришь, могут вырвать твои крылья и бросить умирать, – тихо откликнулся Дирайм. – Тот, кого все считают бездушным хищником – выходить и выкормить. А один метаморф… Шиззи, нет! Ко мне!

Дирайм дёрнулся, выпустил меня, призывая любимицу. Два гигантских зверя приблизились и кружили над нами, явно нервируя её. Она самозабвенно бросалась на них, пытаясь отпугнуть, защитить Форта.

– Прикажи им не трогать её! – Раймадар лишь немного повысил голос, но в нём звучало столько ярости и силы, что любой из его воинов подчинился бы.

Однако старика уже не было на вершине. Только пронзительный ветер налетал, усиливаемый взмахами крыльев.

Шиззи не слушалась, чувствуя угрозу, отчаянно желая защитить. Дирайм приблизился к самому краю, бессильно сжал кулаки. Я тоже крикнула, призывая химеру, но всё, чего она хотела – это не подпустить врага к хозяину. К другу.

Внутри него клокотало яростное существо, толкая вперёд. На странном, непонятном уровне я ощущала его жажду полёта, которая вместе с невозможностью достичь желаемого порождала совсем иную. Жажду освобождения.

Перед глазами почему-то возник драгов камень. Капли моей крови, пролившейся в него. Я понятия не имела, куда он исчез, но вдруг словно ощутила его зов, силу, которая вовлекала меня в единство этих двоих. Драга и дар'морна.

Один из драконов продолжал кружить над нами, разъяряя Шиззи. Та всё топырила крылья, скалилась и размахивала тремя хвостами. И, кажется, шипела.

Вторая же опустилась к нам, превращаясь на лету, укутываясь странным тёмным плащом, словно крыльями.

Не словно. Похоже, действительно крыльями – этакая частичная трансформация.

Ступила на камни босыми ногами, сделала несколько шагов вперёд, всматриваясь жёлтыми глазами в моего Дирайма.

– Жив! – выжала сквозь зубы. – Как ты посмел вернуться сюда!

Ноздри «орлиного» носа хищно раздувались, губы кривились с ненавистью и презрением.

– Утёс никогда не был владением драгов, Азель, – пожал плечами Дирайм, а меня буквально прострелило током бушующих эмоций.

Вспомнились пьяные слова о помолвке… и я совершенно точно знала, что передо мной она. Его несостоявшаяся невеста.

– Как тебе удалось выжить? Как тебе удалось приручить эту тварь?

Эм, надеюсь, она не обо мне. Судя по резкому взгляду – о Шиззи. Меня тут вообще считали мусором, на который и внимания обращать не нужно.

– Не троньте её, – Дирайм так стиснул зубы, что мне показалось, они сейчас раскрошатся.

– Химеры наши враги.

– А кто вам не враги? Может, люди?

– Это наша планета! Мы жили здесь задолго до них, и останемся, когда они перебьют друг друга!

– Мир меняется, и с этим нужно считаться. Мне необходимо переговорить со старейшиной Гором.

Я чувствовала: решение оказалось спонтанным. Не так и не теперь хотел бы Раймадар встретиться со своими. Но не стал упускать шанс. Что бы ни испытывал сейчас.

– Полагаю, Гор всё тебе сказал. Так значит, именно эта химера на дала свершиться правосудию? Значит, она заслуживает кары!

– Не тронь её! – рыкнул Дирайм.

– И что же ты сделаешь, бескрылый? – холодно и жестоко отозвалась Азель. – Полетишь за мной?

Взмыла в воздух, расправляя крылья-плащ, на ходу преображаясь, перетекая в образ дар'мона. Обидно расхохоталась над нами оттуда.

Химера развернулась в полёте, и в тот же миг когти дракона полоснули по чёрной шерсти.

– Шиззи! Ко мне! – взревел Форт, ударив себя по бедру.

Химера рванула к нам, но когтистая лапа зацепила, подбрасывая в воздухе словно игрушку.

Азель взвилась высоко в небо и резким виражом помчалась на помощь спутнику.

– Шиззи! – крикнула уже я, не сдержавшись.

Но Раймадар молчал, глядя вверх, туда, где два гигантских зверя забавлялись с маленькой отчаянной химерой. Перебрасывали из лап в лапы, раздирая крылья, полосуя тельце, казавшееся совсем хрупким рядом с ними.

Химера извивалась, шипела, кусалась, нанося ответные удары всеми своими силёнками.

Смотреть было невозможно. Пока я судорожно пыталась просчитать варианты, придумать способ спасти её и скрыться, Дирайм вдруг распрямился. Не знаю, что это был за порыв – наверное, оттуда, откуда приходят дар'морны.

Взлететь. Отбить химеру. Прекратить это издевательство.

Он стоял у самого края. Я бросилась к нему, но не успела: лэр Форт оттолкнулся ногами, рванул вперёд и ввысь, на ходу преображаясь. Моя рука скользнула по его коже, ухватив лишь лоскут одежды, которая клочьями улетела вниз, к далёкому подножию.

Несколько мгновений Раймадар мчал вверх, к Шиззи, и казалось, крылья вот-вот распахнутся, подхватят гибкое тело с радужной чешуёй.

Сама не понимая, что делаю, я бросилась за ним. Прижалась к искалеченной спине, пытаясь обнять. Расправила крылья, как могла, всё увеличиваясь, до пределов доступного объёма.

Но сил было слишком мало, чтобы удержать огромную тушу, и мы падали, падали под злобный хохот разгорячившихся драгов.

Дирайм рвался вверх, к Шиззи. Дар'морн вниз, к свободе. Ликовал, что наконец-то победил. Интуитивно, не отдавая себе отчёта я запела ту самую первую песню, которую некогда услышала ещё у Соиле.

Лэр Форт молчал, но что-то глубоко внутри него подхватило. Не знаю, каким образом я слышала это, словно вдруг проникла в его мысли, просочилась в душу, слилась… переплелась кровавыми каплями в драговом камне.

Песнь продолжала звучать. Я больше не мыслила как человек, а, возможно, и вообще не мыслила. Осталась лишь интуиция, которая помогала мне менять форму, выращивая наилучший вариант.

На миг мы куда-то рухнули – в совсем иное пространство, пронизанное музыкой, тенями не призванных дар'морнов, чужой силой, чуждой, необъяснимой цивилизацией.

Взмах. Импульс приказа, передающийся от мозга Раймадара в мои нервные окончания, которыми я буквально вросла в уродливые шрамы.

Форма, ещё немного подправить форму. Острее. Плавнее. Вот так.

Цвет. Наш сияющий золотом, радужными переливами цвет.

Небо брызнуло синим в глаза – одни глаза на двоих. Я могла бы сформировать дополнительные, но Дирайму сложно, непривычно было бы их контролировать. И я отдалась его воле, его стремлению, становясь тем, что было для него самым желанным и недостижимым.

Понятия не имела, как устроены крылья дракона. Но Раймадар прекрасно знал, помнил их ощущения и подсознательно направлял. А я, разделившись почти пополам, ловила импульсы и команды.

Ещё несколько неровных движений, и мы ворвались в центр неравного боя. Со всей яростью, на какую были способны, сцепились с противником, пропороли ему когтями брюхо. Бросились было к Азели, но обнаружили, как падает вниз обессиленное тело химеры. Выставив крылья… наши крылья! Помчались за ней.

Я приняла на себя окровавленную Шиззи, максимально смягчив её удар. Сердце химеры колотилось, крылья висели изодранными, изломанными плетями, но она всё ещё рвалась в бой.

Дирайм прорычал что-то бесконечно нежное на драконьем языке, оборачивая ее своими лапами. Побуждая меня снова расправиться, взмахнуть, удержать нас на воздушном потоке. Питая, контролируя… обожая.

После нескольких секунд изумлённой заминки сверху спикировали два зверя: один изрядно потрёпанный и вторая неимоверно разгневанная.

Мы приземлились, положили Шиззи у большого серого валуна, разворачиваясь, намереваясь защищать её от всех. Импульс – и я взлетела вверх. Дракон воинственно взвёл свои два крыла. Из пасти вырвался яростный, тоскливый вой.

Я не представляла, что будет с Дираймом, если он её потеряет. И совершенно не хотела этого представлять. Понимала, что станет драться насмерть… и готова была остаться с ним до последнего.

– Довольно! – раздался тихий, властный голос.

Тот самый старик снова был здесь, на этот раз уже лично: мы слышали его запах, знали его имя и даже чуяли его дар'морна.

Старейшина Гор.

Двое беспрекословно слетели к подножию. Самец моментально завалился на бок, оставляя кровавые следы.

Дирайм несколько мгновений стоял неподвижно. Я понимала: он просто не в силах трансформироваться. Отказаться от крыльев. Сейчас его раздирало два желания – броситься к Шиззи, и снова взмыть в воздух, ещё раз ощутить чувство полёта.

Он стоял, не веря в случившееся. И я осторожно, плавно начала забирать проникшие внутрь него нервные окончания.

ГЛАВА 21

Поддавшись, Раймадар медленно, неохотно трансформировался. Я привычно воссоздала одежду на теле. Мелькнула мысль о крыльях-плащах, которыми драги прикрывали себя после оборота.

Но нагота его совершенно не смущала. Да и никого из присутствующих, похоже – видимо, обычное дело.

Несколько мгновений в полной тишине они со стариком смотрели друг на друга. Я же бросилась к Шиззи, провела ладонью по морде, вытирая кровь. Прислушалась к хриплому дыханию.

– Ты хотел со мной говорить? – спросил, наконец, Гор.

– Драгам угрожает опасность, – кивнул Форт.

– Что ж, приглашаю вас на Круг кланов. Думаю, всем будет полезно послушать.

Продолжая поглаживать химеру и не зная, чем ей помочь, я следила за разговором. Даже сделала незаметные глаза сзади, чтобы видеть происходящее.

Мне это не нравилось. Пусть бы тут всё обговорили, так нет. Зовут на свою территорию.

Райм, похоже, был другого мнения.

– Спасибо, – отозвался. – Я приду.

– Когда? – нахмурился старик.

– Когда позабочусь о ней.

С этими словами он направился к нам, на ходу трансформируясь.

Я заметила, как Азель шагнула к дракону, который так и не сменил ипостась: лежал на боку, а живот пропарывали глубокие борозды от когтей Раймадара. Оба тоже казались недовольными, но моего мужчину это явно не волновало.

Он глянул на меня, чуть качнув головой, и я поняла. Кивнула.

Осторожно, боясь делать резкие движения, поднял Шиззи лапами. Я помогла положить её на спину, чуть трансформировавшись.

Раймадар рыкнул что-то напоследок, развернулся в прыжке и помчался в сторону реки. Я опустилась сверху, крепко вцепившись в гребень и всеми силами удерживая Шиззи. Дракон гигантскими прыжками нёсся вперёд, но я поглядывала, что творится сзади.

Старик склонился над драгом. Спустя несколько минут, когда они уже стали едва видны и зрение пришлось трансформировать в орлиное, три зверя поднялись в небо. Средний летел грузно и низко, двое будто прикрывали, или придерживали его, удаляясь в сторону туманной завесы.

Шум водопада нарастал, но Райм не стал приближаться к нему. Вошёл в ледяную воду в пологом месте, прямо вместе с нами. Я помогла омыть Шиззи, и он сразу же выскочил обратно.

На ледяном ветру стало совсем холодно. Сам Дирайм-то бежал и наверняка быстро нагрелся, но Шиззи я на всякий случай прикрыла крыльями.

Химера вяло лизнула мою руку, не открывая глаз. Борясь со слезами, я уговаривала её немножко потерпеть – Раймадар обязательно что-нибудь придумает.

Шиззи не реагировала больше.

Я думала, он несёт её к капсуле, но Райм пронёсся мимо не затормозив.

На горизонте возвышалась громада боевого крейсера.

Похоже, никто больше не пытался его атаковать. Воздух вокруг остывал, ветер гонял мелкие обгоревшие кусты. Давно погасли обломки неприятельских истребителей.

Гигантский зверь стремительно рассекал пространство, казалось, ничего вокруг не замечая. Комм для связи остался где-то под Утёсом вместе с клочьями одежды, и я понятия не имела, сохранилась ли у Дирайма возможность связываться с ИскИном. Поэтому максимально открыла чутьё, но чужого присутствия не заметила.

Лихорадочно отсчитывала прыжки и секунды, глядя, как бесконечно медленно увеличивается корабль.

И всё-таки мы до него добрались. Наверное, очень быстро, если смотреть объективно – но Шиззи больше не реагировала на мои прикосновения и казалось, время тянется безумно медленно.

Приблизившись, Дирайм обежал почти вокруг, высматривая входной люк. Того в ближайшей доступности не наблюдалось, зато в нескольких метрах над землёй показался огромный грузовой. Дирайм кивнул – мол, то, что надо.

Я подняла голову, выискивая, есть ли там какая-нибудь панель – ладонь лэра Форта я-то воссоздам, было бы к чему приложить.

Но створки неожиданно разъехались в нескольких направлениях, открывая тёмный шлюз. Зажглась тусклая аварийная подсветка.

Дар'морн отступил на несколько шагов, разогнался и запрыгнул прямо внутрь. Я сделала дополнительную пару рук, чтобы удержаться на нём и удержать химеру. Форт проскользил по огромному помещению и притормозил у противоположной стены. Улёгся, вытянув лапы в сторону, и я помогла осторожно скатить по ним Шиззи.

Дирайм моментально трансформировался, прикоснулся к стене – там под незаметной панелью обнаружилась аварийная аптечка. Извлёк медика, глянул мимоходом на индикатор заряда и бросился к любимице.

Понаблюдав за ним какое-то время, я решила слетать на разведку. Вдруг уцелела столовая и удастся набрать воды. Химере она пригодится. А может, раздобуду ещё одного медика в медотсеке.

Дирайм проводил меня взглядом, но ничего не сказал.

Аварийные аккумуляторы явно были на исходе, подсветка почти нигде не работала, а там, где включалась – горела едва-едва. Пришлось подстраивать зрение.

Крейсер рухнул наискось, и все палубы уходили под углом вверх. Пространство внутри сделалось мрачным и неузнаваемым.

Выпустив крылья, я осторожно летела вперёд, минуя обездвиженных дронов.

В столовую прорваться не удалось: переборка оказалась закрыта и на ладонь командующего не отреагировала. То ли заклинило, то ли энергии не хватало.

Зато медотсек, находящийся неподалёку от лестницы, был распахнут настежь. Там даже своё автономное освещение работало.

На всякий случай прихватив второго медика, я набрала ещё медикаментов. В ящике обнаружила несколько шариков медицинских комбезов и даже пару военных – то, что надо. Пристроила всё это в самодельную сумку из простыни на груди и помчалась обратно.

***

Держись, моя хорошая, ты справишься. Ты сильная. Давай.

Наверное, сто раз я повторил это, водя разряжающимся медиком по глубоким ранам моей девочки.

Прибор ругался, запрашивая всё больше и больше энергии, но корабль был почти обесточен. Остатки аварийного освещения, несколько автономных аккумуляторов, как, например, у входного люка, и слабый отклик затухающего ИскИна.

Тёмный корабль навеивал мрачные мысли. Но я не привык сожалеть о прошлом. И не такие потери пережил. Как только выкарабкаюсь – вернусь и починю.

Сейчас главное Шиззи. И Круг кланов.

Лун тихо просочилась обратно в шлюз. Молча включила второй медик – где это она его нашла?

Спина болела, резь в шрамах казалась почти такой же, как в первые дни, когда меня только сбросили с Утёса. Но я терпел бы её снова и снова, лишь бы ещё хоть раз насладиться полётом. Не верил ведь, что такое реально. Столько медицинских технологий перебрал.

Мой медик пиликнул, отключаясь.

Отложив его, я встал, тяжело разогнулся. Немного размялся.

Лундан. Если бы я только мог предположить, что такое возможно! Я нашёл бы её где угодно, отвоевал бы у всего мира.

Никогда бы не отпустил. Пугала сама мысль, что она могла бы не вернуться. Что мы могли разойтись, навсегда. Ненавидя друг друга.

Что никогда не узнал бы её до конца.

Что мог её застрелить!

Она подняла лицо, поднялась сама, не отрывая от меня взгляда.

Ты невероятная, Лун.

Коснулся рукой её щеки. Припал губами к губам.

Никому тебя не отдам.

– Побудь тут с Шиззи, – прошептал тихо.

– Я с тобой, – качнула головой заноза.

Я хотел возразить. Запереть её где-нибудь под стражей и никогда не выпускать… и понимал, что это невозможно. Лундан не станет сидеть взаперти.

И к тому же… она нужна мне рядом. Нужна.

Прижав её к себе, вдохнул запах волос. Нежный, присущий только ей аромат, сводящий меня с ума. Моя бедовая заноза.

– Шиззи! – Лундан присела обратно. Вздрогнув, я подался за ней.

Химера приоткрыла глаза, вяло лизнула мою руку. Лун моментально поднесла к её губам поилку с водой – похоже, побывала в медотсеке.

Шиззи принялась жадно лакать, я погладил храбрую девочку по голове.

Зачем ты бросалась на заведомо сильных противников, почему не слушалась?

Язык не повернулся её отругать.

ИскИн всё ещё признавал меня. Здесь химера будет в безопасности несколько дней. Жаль, дроны не работали, но тут же, в шлюзе, вместе с медиком хранились несколько брикетов НЗ.

Достав их из аптечки, два я взял нам с Лундан, остальные положил рядом с Шиззи. Она была привычна к таким, проголодается – сгрызёт.

Лишь бы проголодалась.

Крылья срослись рваными рубцами, которые медик не брал. Переломы и сотрясение я вроде устранил, но полностью её излечить не мог. Обычные гармийские медики не рассчитаны на химер, оставалось только надеяться на её регенерацию.

– Пора, – поднялся.

Мысли о каюте, оставшейся где-то там, вверху, мягкой кровати, звали свернуться и хоть немного подремать. Но времени не было. Драги могут занервничать. Чем быстрее я с ними переговорю, тем меньше дам им времени на подготовку.

Лундан приподняла самодельную перевязь.

– Что это?

– Лекарства и комбезы.

– Комбезы – это хорошо, – улыбнулся я.

Щеголять перед всеми, особенно спиной, – не самое приятное.

Ещё раз провёл медиком вдоль Шиззи. Тревожных красных сигналов он больше не высвечивал, но и до полностью зелёных не дотянул.

Несколько минут я поглаживал вяло махнувшую средним хвостом химеру. Объяснял, куда мы и зачем. Обещал не задерживаться.

Лундан понятливо молчала. Снова пройдясь по доступным системам ИскИна, я поднялся. Мысленно приказал открыть люк.

– Пролетимся? – улыбнулась Лун, протягивая шарики комбезов, плотно стянутые в узел из простыни.

Можно бы и пробежаться, в виде дар'морна это займёт пару часов. Но отказаться от такого предложения я был просто не в состоянии.

Кровь бурлила, осознание пьянило. Улыбнувшись, крепко поцеловал Лундан в губы. Сжал зубами узел, чтобы не выронить при обороте. И прыгнул вперёд, в опускающиеся над Дагвийскими пустошами сумерки.

Заноза догнала в прыжке, вплетаясь, соединяясь со мной, позволяя вновь ощутить это блаженство.

Расправить крылья.

ГЛАВА 22

К полётам я всегда относилась спокойно. Когда это одна из данных с детства возможностей, не воспринимаешь её как нечто невероятное.

Но сейчас, сплетаясь, становясь крыльями для любимого… Приходили совершенно иные ощущения – невзирая на боль в непривыкших мышцах и органах, невзирая на необходимость отдаваться чужой воле… Я даже подумать не могла, что такое возможно.

Нечто глубокое, вечное держало нас, спаивало вместе, позволяло становиться кровью от крови и плотью от плоти.

А для Дирайма всё было ещё сильнее. Сейчас, даже не спрашивая, я знала: доходя до определённого уровня силы, драги призывают дар'морнов. Усмиряют, направляют их музыкой. Это сложный, кропотливый процесс, что-то вроде симбиоза двух изначальных рас, живших на этой земле.

Не каждый драг способен удержать дар'морна. Не каждый дар'морн откликается драгу.

Раймадар с детства об этом мечтал, к этому стремился. Обрести полёты и потерять их стало для него самым страшным кошмаром из всех возможных. Для них обоих. Неизбывная тоска по небу, крыльям, которых не заменят машины. И нежданное, сродни чуду, обретение.

Скорость и единение пьянили.

Туманная завеса драгов стремительно увеличивалась, вместе с волнением. Я даже не могла толком понять, моим ли – или Дирайма. Он столько лет к этому шёл.

Дар'морн тоже нетерпеливо рвался вперёд.

Перед туманом Раймадар притормозил. Я уловила опасение, что завеса нас не пропустит. Напряжённое ожидание удара, разряда, непреодолимой преграды…

Но наша голова, а за ней и всё остальное тело мягко вошли в непроницаемый туман, чтобы почти сразу вынырнуть на той стороне.

Перед нами раскрылась долина. Совсем не похожая на Дагвийские пустоши. Великолепная и огромная, зелёная, цветущая. Отсюда, с высоты, были видны несколько поселений драгов – как по мне, странных поселений для таких могучих существ.

Мне представлялись огромные башни, огромные дворцы. Но открывшиеся глазам дома не были похожи на дома для летучих существ. Невысокие, в два-три этажа. Почти в самом центре долины находилась лишь одна улица, если так можно сказать. Пролегала между парой десятков домов и заканчивалась широким каменным кругом. К остальным домикам, рассыпанным среди зелени, вели извивистые тропки.

Так странно после падения на космическом корабле, всех этих ботов и истребителей, было попасть в застывшую эпоху, где не имелось машин, а по улицам бродили домашние животные.

Я чувствовала, что и сам Райм смотрит немного иными глазами на мир детства, куда так долго и безуспешно стремился. В голове не получалось сопоставить, каким образом эти создания некогда смогли дать отпор целому войску гармов, оснащённых самой сильной техникой. И почему ушли обратно, не остались в Зил-алиле?

Впрочем, ответ на этот вопрос пришёл сам, от Раймадара. Именно здесь, в Драг-алиле, сильнее всего связь с миром дар'морнов, как они это называли. Наверное, какое-нибудь… дополнительное измерение? Как иначе Форту удаётся постоянно быть с дар'морном на связи, да ещё и принимать его облик?

Несколько драгов ждали нас внизу. Сделав небольшой разворот, Райм пошёл на снижение, не выпуская из пасти узел.

Уже у земли, когда он коснулся её ногами, нащупывая равновесие, я мягко отделилась, перетекая в вертикальное положение.

Райм вытащил шарики комбезов и, пока они покрывали наши тела, сложил узел под цветущим фиолетовым кустом.

Нас встречали не Азель со своим дружком. Правда, Дирайм был уверен, что мужем.

Двое других мужчин. Я изо всех сил раскрывала способности, чтобы прочитать их – но странное дело, дар'морнов почти не чуяла.

Они узнали Раймадара, он узнал их. Настороженность, тщательно скрываемое любопытство, застарелая злость, давно уже ничем не подпитываемая.

– Старейшина Гор созвал Круг, – произнёс один.

Ну до чего же у них всех красивые голоса! У моего, конечно, самый лучший.

Так и представлялась ночь, серебрящая долину. И пробирающая песня под тихий аккомпанемент ксатара.

Непроизвольно я взяла Дирайма за руку. Тот покосился, но ладонь убирать не стал.

В сопровождении мужчин мы двинулись по улице к каменному кругу. Мои чувства, восприятие раскрывались, обострялись, вбирая всё, что хранило это место. Пропитанное силой, незыблемое, древнее, как сам мир, которому принадлежало.

В окнах мелькали любопытные лица. Тут и там выглядывали ребятишки. Я ощущала драгов, наверное, могла бы их пересчитать. Но их дар'морнов нащупывала с трудом, только зная, что искать.

Так вот как Мирре удавалось скрываться. Связь с дар'морном запрятана глубоко в каждом из них, и эти удивительные драконы становятся видны, ощутимы только при обороте.

Со всех сторон в Круг сходились драги. По большей части мужчины, главы кланов. Несколько немолодых женщин воинственного телосложения. Всего я насчитала двадцать, вместе с Гором.

Их одежды скрывались под плащами-крыльями – похоже, нечто вроде принятой для Круга формы. Но Дирайм шёл расправив плечи, не выдавая неловкости от того, что не может явить этот статусный «плащ».

Мы вышли в центр. Остальные стояли у невысокого ограничивающего бордюра.

– Сегодня Круг будет открытым, любой желающий сможет услышать, что происходит, – произнёс Гор, подняв руки.

Желающих собиралось немало. Они останавливались с обратной стороны каменной ограды, заглядывая к нам, но не заходя.

– Кто вышел в Круг. Назовите себя, – начал Гор, наверное, ритуальное.

– Дирайм Форт, наречённый Раймадаром, – произнёс мой мужчина. Который, похоже, не собирался отказываться от своего нового имени и всего, чего добился. – Командующий орбитальным флотом Зилана. И моя невеста. Лундан.

Фальшивую фамилию приплетать не стал, хотя Гор бросил на нас подозрительный взгляд.

Лэр Форт стоял гордо расправив плечи, не униженный и искалеченный, каким его бросили умирать. А сильный и состоявшийся. Командующий флотом. Второй человек на планете после дожа.

Ощущая невероятную гордость за него, я сжала его руку.

Вместе.

***

Круг. Как это символично. Когда-то, больше десяти лет назад, я стоял тут один, отчаянно желая, чтобы любимая была со мной. Не веря, что она могла меня предать.

Тогда Круг был закрыт, и вместо стен отделён непроницаемой туманной завесой.

А сейчас… Сейчас рядом находилась та, кого я могу назвать любимой не потому, что она вплела в мою сущность яд своей привязки. И упиваться уверенностью, что именно она – не предаст.

Сейчас круг замкнулся. Спустя столько лет.

– Я следил за твоими достижениями, – внезапно выдал Гор.

Неожиданно. Наверное, мне не удалось скрыть удивление. Хотя ведь старейшины могут переносить свою проекцию. Мне этому ещё учиться и учиться. Лишь главам кланов доступна такая сила.

Старейшина усмехнулся:

– Да, ты не ослышался, Раймадар. Время меняется, мир меняется. Нам приходится следить за Зил-алилом, в меру возможностей быть в курсе того, что происходит вовне. И даже иногда отсылать туда своих посланников – тех, кто сможет принести нужную информацию.

– Тогда я не понимаю, почему вы не попытаетесь использовать технику? Усилить себя?

Когда-то давно Драг-алил казался мне самым лучшим и правильным местом в мире.

Но сейчас, повидав иные планеты и цивилизации, изучив непростую военную науку, я смотрел на него иными глазами.

Средоточье силы, взрастившее мощнейшие кланы.

Огненный клан Одайра.

Отец стоял среди глав и старейшин, не выдавая эмоций. Я давно умер для него. Едва ли он когда-нибудь сможет простить мне, что во главе нашего клана встанет кто-то из троюродных братьев.

А не его сын.

Слушатели замолчали, боясь пропустить хоть звук. Их становилось всё больше и больше, казалось, отовсюду, со всего Драг-алила слетались заинтересованные.

Когда-то я был частью этого мира. Невероятной связи с миром дар'морнов. Я так давно и безнадёжно рвался сюда…

И всё же обитатели других миров растут и совершенствуются, в то время как мы храним свой почти нетронутым.

Взгляды. Любопытные, удивлённые, недовольные. Осуждающие. Восторженные.

Надёжная рука моей невероятной женщины.

Наверное, я говорил на неудобную тему. Задавал неудобные вопросы. И всё же добавил:

– Неужели настолько велико было отвращение к чужакам и всему, что с ними связано?

– Ты ведь знаешь. Техника убивает дар'морнов. Они не выживут…

Старейшина замолчал, всматриваясь в меня. Осознавая.

– Как выяснилось, выжить можно где угодно, – криво усмехнулся я.

Если бы верил в это, если бы не попытался – не стоял бы сейчас здесь.

Да, дар'морну тяжело пришлось среди глухих небоскрёбов, в закрытых металлических коробках, бороздящих космические просторы. Поначалу казалось, мы не слышим друг друга и никогда мне больше его не призвать. Что только у Утёса Отверженных он поднимает голову, смотрит на меня изнутри, чтобы показать, как сильно ненавидит – и привязку, и жизнь без неба.

Но всего лишь казалось.

Иногда ксатар звучал только чтобы излить эту звериную тоску. Но дар'морн всё-таки слышал. Издалека, но откликался.

– Даже прислуживая врагам! – бросил старейшина презрительно.

– Не врагам. Я служил Зилану.

Глаза Гора сузились.

– О какой опасности ты говорил?

– Гармы. Планируют поднять вопрос захвата Драг-алила. Драги слишком долго игнорировали приглашения к сотрудничеству.

– Однажды мы их уже победили. Победим снова!

– И тем не менее, Зилан вынужден содержать Флот гармов. А не армию драгов.

– Драги не цепные псы! Нам нужен простор. Музыка. И наша сила.

– А гармы всё это время совершенствовали свою боевую мощь. Да ещё и могут позвать в союзники хенлоров.

– Мы ни с кем не конфликтуем! – подбородок старейшины аж задрожал от гнева и возмущения. – У них нет основания нападать!

– Основанием может быть неизвестная опасность, которую вы скрываете. А может и не быть. Для применения силы не всегда нужны основания.

– А ещё, – добавила Лундан, – по Спирали ходит мысль, будто у вас тут есть выход в остальную Галактику. Его ищут.

Не думал, что старейшин эта информация может затронуть: едва ли они когда-нибудь интересовались космосом. Но чутью Лун я уже доверял.

И, потные яйца бабуина, не зря! Лицо Гора неожиданно вытянулось, помрачнело.

– Каковы твои предложения?

– Если вам что-то известно… мне лучше об этом узнать.

– Всё, о чём тебе нужно знать, ты узнаешь! – резко откликнулся Гор. – Мы хотим услышать твои предложения.

Старейшины молчали. Смотрели. Оценивали. На миг я встретился взглядом с глазами отца – безразличными, холодными, чужими.

Словно прорывая барьеры, сопротивление, нежелание услышать то, что может навсегда переменить извечный уклад, всё же произнёс:

– Драги не могут сидеть в изоляции вечно. Противники стремительно развиваются. Когда вернусь в Зил-алил, выясню текущее расположение сил, смогу предложить более детальный план. Но в любом случае, нам необходимо выходить на контакт. Или хотя бы иметь своего представителя.

– Нам, – цепко подметил Гор. Посмотрел мне в глаза – я не отвёл взгляд. Сказал именно то, что сказал.

– В моём флоте уже сейчас есть люди с Зилана. Не только гармы. Драги могут изменить соотношение сил.

О том, что ситуация слишком шаткая, решил не упоминать. Едва ли Лундан одобрит… но если нападения будут продолжаться, то информация о том, что метаморфы захватили власть во Флотилии, секретной не останется. Мне есть чем побороться за своё место. За то, к чему так долго шёл.

– Ты хочешь представлять драгов на мировой арене?

– Я могу это сделать.

Гор ещё несколько секунд смотрел мне в глаза. После произнёс:

– Мы должны обсудить это закрыто.

Я кивнул: традиции помню и реакцию примерно представлял.

Звенящая тишина вдруг разразилась голосами, шёпотом, удивлёнными вопросами.

– Ты был изгнан… и я не уверен, что найдётся хоть кто-нибудь, кто предложит тебе и твоему метаморфу ночлег, – произнёс старейшина.

Ладони непроизвольно сжались в кулаки. Знал, как относятся ко мне. Но за Лундан хотелось раскрошить. Даже понимая, чем обусловлено такое отношение.

Лун чуть сжала мою руку, словно призывая к спокойствию. Она не станет истерить и конфликтовать… и мне не пристало.

– Я не могу задерживаться, – отозвался. – Нужно решить слишком много вопросов.

***

Мне нравились драги. Да, они жестоко обошлись с Раймадаром – хотя на их взгляд справедливо. Не знаю, по какой причине Мирре пришлось убивать и не удивлюсь, если её спровоцировал кто-то наподобие Азели.

Да, они напали на Шиззи, и поселение их на первый взгляд казалось каким-то отставшим, законсервированным в своём нежелании идти на контакт.

И только тут, стоя в Круге, раскрывшись для восприятия, я начала их чувствовать.

Древняя, могучая раса, хранящая невероятную силу. Я поняла, почему они держатся за это место, почему отгородились и почему не хотят отсюда уходить.

Всё, что создали гармы, хенлоры, люди – по сути, поиск новой силы. А у драгов она уже была. Тут. Принадлежащая им.

Я поняла, почему метаморфы – и не только мы, – рвались выйти с ними на контакт, узнать, изучить, сделать союзниками. В памяти всплывали обрывки легенд, которые ходили о драгах.

А ещё я чувствовала энергию, сходную с драговыми камнями, только намного мощнее.

Они удерживали связь со своими дар'морнами, весь Драг-алил полнился музыкой и полётом.

Драги свободны, осознала я. Свободны и самодостаточны. Им не нужны чужие земли, им не нужны пришельцы. У них есть их дар'морны, бесконечный скрытый мир и удивительная спаянность с ним.

Они не воины. Они не выживут в космосе – таких, как Райм, единицы. Но поднялись на защиту своей планеты и поднимутся снова и снова, если потребуется.

И ещё они слушали. Что бы о нём ни думали, как бы ни относились к его возвращению – они не спешили отмахнуться от его слов.

Никогда не учила язык драгов, но моё раскрытое восприятие помогало считывать эмоции, дополняя слова смыслом. И, наверное, единение с Дираймом тоже. Благодаря ему я понимала, о чём речь, и даже удалось составить более-менее осмысленную фразу. Ну и благодаря тому, что язык был похож на говор Зил-алила.

Это было важно, я чувствовала, что выход из Спирали имеет для них какое-то особенное значение. Только пока никак не удавалось разобраться, какое.

– Я не могу задерживаться, – гордо произнёс мой мужчина. – Нужно решить слишком много вопросов.

Он хотел, очень хотел остаться здесь. Хоть немного подышать воздухом Драг-алила. Побыть рядом с силой, которая питала. Это желание прорастало в прикосновение, передавалось моему раскрытому восприятию. И этого же хотел и наш дар'морн.

Но Дирайм ничем не показывал своей глубинной тоски. Развернулся медленно.

– Мы не можем отпустить его! – выкрикнул мужчина, от которого исходило больше всего ненависти. Родственник Азели, бывшей невесты Дирайма. И, наверное, убитого.

Ещё один немолодой мужчина напрягся. В нём я чувствовала родство с самим Раймадаром и что-то ещё… печаль, тоска… гордость?

Все замолчали. Райм продолжал двигаться к выходу, по крепко сжатым губам ничего нельзя было определить. Лишь то, как он сдавил мою руку, говорило об эмоциях, которые бушевали внутри него.

– Раймадар уже понёс наказание, – произнёс тот, похожий на моего мужчину. Дирайм замер на незаметный обычному человеческому глазу миг.

– Ты так говоришь, потому что он твой сын! – вспылил первый.

– Достаточно, Нехерт! – Гор не повысил голос, но его вдруг пропитала такая сила – та самая, которая заставляет гигантских драконов покориться, прийти из иного измерения, чтобы отдаться в плен мелодии. – Раймадар уже искупил свою вину и перед тобой, и перед кланами. Сейчас он здесь с миром. Не уподобляйся своей дочери, которой до сих пор движет жажда отмщения.

– В прошлый раз я потерял своего сына! А он снова посмел привести к нам метаморфа! И если опять кто-нибудь пострадает…

– Никто больше не пострадает, – отозвался Гор.

Обернувшись, я посмотрела на него. Улыбнулась, безошибочно зная, что это подействует. Их легко было чувствовать, они не прятали эмоции, в отличие от привыкшего сдерживать свою дар'морнью сущность командующего.

А ещё Гор понял, что стал свидетелем нашего первого полёта. И это произвело на него неизгладимое впечатление.

В полной тишине мы вышли из Круга и двинулись вдоль домов.

Дирайм шёл ровно, я чувствовала его напряжение, надежды, опасения. Он ждал, что на нас в любой момент могут наброситься. И в то же время верил в своих соплеменников.

– Твой отец обрадовался, – прошептала я.

– Не заметил. Он давно похоронил меня.

– Похоронил, – согласилась я. – И был счастлив увидеть… таким.

Мы двигались медленно. Дирайм знал каждого из тех, кто сейчас на нас смотрел. Ну кроме разве что самых молодых. Шёл расправив плечи, напряжённо ступал, словно вновь и вновь проживая этот момент.

Нас провожали в полном молчании. Драги пока не понимали, как к нам относиться. Но это точно было не презрение и не ненависть, которыми встретили Азель со своим спутником.

Тихие, еле уловимые шаги догнали уже за последними домами. Мужчина, имени которого я не знала, но теперь не сомневалась, что это отец Дирайма, не шёл за нами улицей, а свернул откуда-то из-за строений.

Дирайм слышал, но не останавливался, пока рука не легла на его плечо.

– Я рад, что ты жив, – произнёс догнавший мужчина.

Раймадар молча кивнул. Не потому, что не желал отвечать, скорее не мог. Я чувствовала, как перехватило его горло.

Отпустив плечо, мужчина развернулся и быстро ушёл.

Узел так и дожидался нас под фиолетовым кустом. Никто не препятствовал, хотя я чуяла пристальные взгляды. В небе летали несколько дар'морнов. Присматривали.

Наверное, стоило бы условиться о дальнейшей встрече. Наверное, по-хорошему, ещё поучаствовать в обсуждении. Ответить на вопросы, которые наверняка возникнут.

Но Дирайм лучше знал своих соотечественников. А кроме того, спешил. К Шиззи, и в Зил-алил.

Всё, что он предлагал, может рухнуть, если Мирра продолжит преследование.

Но я очень надеялась, что куратор Эвентэль её остановит.

Раздевшись и завернув комбезы в ткань, мы снова взмыли в воздух. И помчались обратно к разбитому крейсеру.

ГЛАВА 23

Когда мы свернули к Утёсу, я даже не удивилась. Подобрать утерянный коммуникатор, ага.

Но тихо ждала, пока Дирайм стоял, смотрел на скалу и молчал.

В нём не было больше той боли, надрыва, которые я ощутила в прошлый раз. Он словно отпускал это место и всё, что с ним связано. Дар'морн не рвался наверх, не желал сигануть с высоты, с которой однажды уже рухнул. И выжил.

Теперь Утёс Отверженных заполнялся иными мыслями и воспоминаниями. И я радовалась, что стала их частью.

Форт ничего не сказал. Просто в какой-то миг вдруг развернулся и начал превращаться. И я прыгнула сверху, преображаясь в полёте, прикипая к его спине.

Шиззи по-прежнему лежала в шлюзе. Подняла голову, облизнувшись.

Дирайм моментально бросился к ней – едва трансформировался и приложил к телу шарик комбеза.

Химера уплела несколько кубиков НЗ, вылакала половину поилки. И ещё – она снова стала собакой!

Райм поглаживал любимицу за ухом, я глупо улыбалась. Похоже, псинка собиралась возвращаться домой.

– Как будем её везти? – спросила я.

– Не вижу больше смысла скрываться. Что бы драги ни решили, едва ли станут предъявлять мне счета. Правда, хотелось бы сначала подготовить моих ребят… но если на кону жизнь Шиззи, значит, понесём её на себе. Пусть привыкают.

– Ты связался с кем-нибудь?

– Ни Соиле, ни Арв не отвечают, – мрачно откликнулся Дирайм. – А я так и не спросил, что он выяснил у Паулы. Думал, торопиться уже некуда, успеется. И зря.

– Не до того было, – пожала я плечами, вспоминая круговерть последних дней. – И потом, я всё-таки уверена, что Паула сама по себе не опасна. Не то не дала бы тебе профилонить, – хмыкнула.

Словно в ответ на наши слова снаружи раздался звук, весьма смахивающий на шум мотора.

ИскИн уже не откликался, поэтому створки грузового люка открывали вручную, через специальное гнездо, среагировавшее на ладонь Дирайма. И не закрыли их до конца, чтобы снаружи долетало хоть немного вечерних лучей.

Мой мужчина дал мне знак затаиться и настороженно выглянул. Я затаилась, но немного вытянула глаза – очень уж хотелось подсмотреть.

У космолёта обнаружился катер.

Райм не спешил выходить, хотя эмблемы на крыльях указывали на его собственный флот. Пока снаружи не появились несколько ребят в нашей форме.

– Лэр Форт! – позвал кто-то из них.

– Совар? – переспросил Форт и тихо добавил мне: – Совар Гофти, командир пятого крыла.

– Вы в порядке? – увидев своего командующего, крикнул прибывший. – Люк открывается, или куда лучше подлететь?

Дирайм несколько мгновений смотрел вниз. Мы находились метрах в пяти над землёй, и спрыгнуть отсюда в человеческом виде не представлялось возможным.

– Открывается. Залетайте, – приказал наконец.

***

Хёргова техника молчала, и я понятия не имел, что происходит в эфире. Это раздражало. Но ребята не выдавали агрессии и у меня не было повода им не доверять. Кроме того, что не пришли на помощь, когда мы отбивались.

Но с другой стороны, метаморфы обрубили нам связь и ввели в заблуждение Алорра.

Катер влетел в шлюз, к нам вышли несколько ребят.

– Кто вас направил? – всё же уточнил я.

– Лэр Алорр приносит извинения. Из Флотилии поступило предупреждение, что ваш корабль захвачен метаморфами. Не имея возможности связаться с вами напрямую, мы…

– Понимаю, – сухо бросил я, с трудом сдерживая ярость. Сам, лично, разрабатывал столько всяких кодов, аварийных сигналов, запасных паролей на случай чрезвычайной ситуации, и одно лишь упоминание метаморфов свело всё на нет!

Покосился на занозу. Их раса действительно заслуживает восхищения. Достойные противники. И не менее достойные друзья… надеюсь.

– Но как вы могли дать неприятелям прорваться на нашу территорию?

– Ни хенлоры, ни тем более гармы никогда не были неприятелями.

– Ладно, с этим потом разберёмся. Носилки, нужно перенести Шиззи. И доложите обстановку.

Гравиносилки вытащили и принялись разворачивать, пока Гофти отвечал:

– Лэр Алорр переговорил с лэром Своном. Тот отозвал корабли Флотилии, подтвердил, что информация ошибочна и вы прибыли на своём крейсере.

– Лично Берт Свон? – переспросил я, пытаясь сообразить, что произошло у метаморфов. Это всё ещё Мирра? Или уже кто-то другой занял её место?

– Лично, лэр. Передал, против вас выступила некая «Галактика».

Я снова глянул на Лун. Это нам подсказка? И ведь она старейшинам тоже говорила…

– Ты что-то знаешь? – спросил напрямую.

– Только то, что передал Соиле. Но… я чувствую, это важно.

– Ладно, – кивнул я. Разберёмся.

– Ещё кого-нибудь эвакуировать нужно? – уточнил Гофти.

Вопрос озадачил.

– Соиле Леффа и Арва Линеунга подобрали?

Гофти переглянулся с кем-то из своих помощников.

– К сожалению, мы не находили их, лэр.

– Подробнее, – потребовал я, забираясь в катер вслед за остальными.

Тщательно проследил, чтобы люк закрылся, не привлекал тех, кто могут случайно пролетать мимо.

Вернусь к себе – сразу же отправлю починочных дронов. Но сначала определиться с ситуацией.

Которая всё больше пахла выменем дохлого дар'морна.

– Все спасательные капсулы покинули корабль, – добавил. – Ни одной не подобрали?

– Мы не засекли ни одного сигнала, – откликнулся Гофти. – Несколько катеров вылетели на поиски.

– Вы не спешили, – хмыкнула заноза. Действительно, мы уже успели и к драгам слетать, и… много чего. Жизнь перевернуть.

– Пытались выяснить, где наш командир, – сухо откликнулся Гофти, кинув на меня взгляд. – Вызывали на связь лэра Свона с разъяснениями ситуации. Если бы поймали хоть один сигнал, вылетели бы раньше.

– То есть отправились после того, как получили подтверждение, что тут я? – в целом ребята действовали верно. Но это ещё больше убеждало меня в необходимости максимально отделиться от гармов. Разработать иной принцип связи, который они никак не смогут блокировать.

– Так точно, лэр.

– Истребители, – пробормотала Лундан.

– Разве женщине давали слово? – недовольно бросил Гофти.

Ещё месяц назад я не обратил бы на это внимания, но сейчас не сдержался. Глянул гневно:

– Лундан станет моей женой! Я не потреплю неуважительного к ней отношения.

– Понял, лэр, – с удивлением отозвался командир пятого. Я же посмотрел на Лундан, спрашивая взглядом, что она хотела сказать. Улыбнувшись, заноза продолжила:

– Те два, которые летели за нами. Могли быть и другие? Могли заглушить сигналы спасательных капсул?

Я задумался. Проскользнуть незамеченными… едва ли. Заглушить сигналы? Пожалуй, могли. Мы используем гармийские технологии. Своих у Зилана нет. Хотя я давно пытался внушить дожу необходимость организовать собственное производство. Может, новый и молодой будет прозорливее.

– Но зачем? – нахмурился Гофти.

Хороший вопрос. А вот ответ на него, подозреваю, не так хорош.

– Летим в Зил-алил, – приказал я. – Развернуть масштабную поисковую операцию.

Дома запрошу данные орбитального отслеживания.

– Да, лэр, – отдал честь Гофти.

Я пристально глянул на него. Если бы что-то изменилось, надеюсь, он предупредил бы. Невозможность точно оценить текущее положение, в частности своё собственное, нервировала.

***

Дирайм выхватил окошко из сетевика и раздражённо что-то в нём высматривал. Пришлось прикусить язык и не язвить насчёт свадебных планов, которые он забыл обсудить со мной.

Орбитальный флот Зилана всегда был гармийским подразделением. Лэр Форт командовал им лишь последние несколько лет, за это время нереально было полностью освободиться от влияния Центральной Флотилии. Да и, возможно, не нужно.

Но сейчас Раймадар определённо сожалел об этом.

Выглядывая в окно, я пыталась соотнести всё, что узнала. И заодно высмотреть остатки капсул – топлива у них не больше, чем в нашей, значит, и улетели не намного дальше.

Но до самого Зил-алила так ничего и не увидела.

Дирайм принимал донесения, отдавал односложные распоряжения и вообще уделял виртуальным окнам всё своё внимание. Я поглаживала Шиззи… и постоянно вспоминала наш сумасшедший полёт.

А потом на горизонте замаячили высокие небоскрёбы столицы. Привычный ритм огромного города, бесконечное движение. Наш особняк – в котором мы познакомились и который покинули лишь пару недель назад. Меж лопатками свело от воспоминания об игле, о том, как улетали с Зилана…

Я глянула на Раймадара. А теперь и помыслить не могу, чтобы остаться без него.

Ларен встретил нас с непроницаемым лицом. Если и удивился, увидев меня, то промолчал. Я на всякий случай улыбнулась, впервые раскрывая на него свою силу.

Он был предан. Всей душой предан командующему, дому, планете… и этого, пожалуй, мне хватило.

Райм поблагодарил Совара Гофти. Ребята вынесли Шиззи, сам же командующий взял меня за руку и повёл за собой.

Лаборатория без Арва смотрелась даже как-то пусто. Шиззи переместили на стол, Форт отпустил своих солдат под присмотром бдительного Ларена. Собственноручно включил конструкцию стационарного медика.

На псину опустился купол, я видела под ним, как её тело трансформировалось в химеру, которую медик ввёл в сон. И принялся диагностировать, подлатывать крылья, по возможности убирать рубцы.

– Она хоть немного настроена на Шиззи, – объяснил Дирайм, усевшись рядом в ожидании. – Арв как мог усовершенствовал.

Покосившись на стол, где в своё время меня уличили в обмане, я придвинула ещё одно кресло и села рядом.

– Ну что там? – спросила.

– По дороге приходили доклады о найденных капсулах. Почти все уже в Зил-алиле. Даже сообщники Хаса, чёрную дыру им на трассе. Ещё на транспортировку к тюрьме тратиться. Все, кроме Соиле с Арвом, – мрачно отозвался Дирайм. – Их так и не нашли. Ну и Паулу с андрогином, соответственно.

– Я размышляла об этом. Если предположить, что насчёт «Галактики» нам дали ниточку метаморфы… Допустим, мой «маска» тоже был из этих же, вместе с мачехой Паулы. Возможно, они действовали заодно с гармами, преследуя каждый свои цели. Свон хотел разоблачить тебя, «Галактика» же получить доступ к выходу из Спирали.

– Полагаешь, они решили воспользоваться моментом, чтобы меня шантажировать?

Я повела плечами. Вывод напрашивался… к сожалению.

– Может, ещё найдутся, – отозвалась не очень убедительно. Дирайм криво усмехнулся.

Медик сделал несколько лечебно-питательных инъекций и выдал большую распечатку рекомендаций.

– Порядок? – шепнула я, пытаясь разобраться в не особо знакомых терминах.

– Несколько дней восстанавливающего режима. Ежедневное наблюдение… и как мне удержать её в постели?

– Придётся и самому не вылезать, – хмыкнула я.

Дирайм переложил Шиззи на гравиносилки. И потолкал одной рукой вперёд, второй ухватив меня.

– Ты уже в курсе, где мои комнаты? Или провести экскурсию?

Ну, в общем-то, я была в курсе. Во всяком случае, во время отбора видела, откуда шли Форт, Соиле и Чарес. И ещё помнила комнату андрогина. Поэтому загадочно промолчала.

Лифт привёз нас на памятный третий этаж. Обстановка неуловимо напоминала каюту Раймадара, но была намного более помпезной. Сразу становилось видно: дом статусный, рассчитан поразить гостей… если они аж до спальни доберутся.

И дизайнер явно тот же, что и в невестином крыле. Та же золотисто-коричневая гамма, те же широкие окна, сквозь которые лился свет ночных фонарей.

Не уверена, что хотела бы провести тут остаток жизни. Впрочем, лэр Форт и сам наверняка половину своей жизни проводит в космосе. И я с удовольствием разделила бы с ним этот путь, научилась бы выстраивать пространственные трассы… при мыслях о которых руки сами собой потянулись к карману, где давно уже не лежал никакой спесайр. Эх.

Райм переложил спящую Шиззи на коричневый стильный диван. Уверена, что удобный – любимице другой не приобрёл бы.

– Ты позовёшь на свадьбу своих бывших невест? – невинно уточнила я, пока он стягивал с себя комбез.

Райм замер, чуя подвох. Присмотрелся пристально:

– Лун?

– Просто интересуюсь твоими планами… в которые ты счёл лишним меня посвящать.

На миг взгляд Дирайма сделался таким растерянным, что мне даже захотелось его обнять. Мужчины, что с них возьмёшь. Сам решил, сам себе ответил…

– У тебя другие планы? – спросил, приподняв бровь.

– Понятия не имею.

– Я никуда не отпущу тебя, Лун. А свадьбу… ну, какую хочешь.

– Вот сразу видно: делать предложения ты не учился. Уже второе, и такое… хм… оригинальное. Кольцо забрал, опять же.

– Да. Кольцо, – помрачнел он. – Надо будет что-нибудь придумать… драгов камень я уже не верну.

– Почему?

– Он теперь во мне. Там, где и должен быть, – развёл руками Райм.

Ого, я этого не знала. Хотя, пожалуй, чувствовала… Что камень внутри. И я тоже связана теперь с ним.

– Ну так, может, обойдёмся без свадьбы?

– Ты не хочешь? – он всмотрелся в мои глаза.

Ох, вот не похож мой лэр Форт на мужчину, которому нужна пышная церемония. Разве что именно нужна…

– Ты должен устроить грандиозный праздник? – уточнила осторожно. – Статус и всё такое? Особенно после громкого отбора?

– Не помешало бы. Ещё я думал, возможно, это было бы идеальным поводом пригласить драгов… если они согласятся на наше предложение, конечно. Заключить союз с хенлорами…

– Всё с тобой ясно, – хмыкнула я. – Ты пока список составь, а я в душ!

Развернувшись, я бросилась к двери, которую сочла выходом в душевую.

– Ну уж нет! – Раймадар догнал меня. С удовольствием принялся стягивать комбез, жадно касаясь губами губ. – Не убежишь! Ты моя, Лун. Моя!

***

Предложения делать не учился! Да я бы… у драгов вообще есть отдельная песнь.

Просто, признаться, не задумывался. И не предполагал, что тебе это нужно. Казалось, между нами всё уже решено.

Вкусная, желанная. Любимая. Не отпущу. Разыщу где угодно.

Струи душа били с потолка. Я подхватил Лундан на руки, прижимая к стене. Она обвила меня ногами. По тяжёлым прядям лилась тёплая ароматная вода. Я целовал её лицо, глаза.

– Выбирай любую свадьбу, – прошептал.

Не думал, что её это может задеть. В конце концов, приём и без повода устроим. Драгов, конечно, сложнее будет выманить… но я что-нибудь придумаю.

– Я полюбила мужчину, который просчитывает каждый свой шаг, – фыркнула заноза. – Таким и оставайся.

Я сжал её ещё крепче, желая до боли, каждой клеточкой моего тела. Довольный дар'морн поглядывал за нами горящими золотыми глазами.

Лундан полностью отдавалась, идеально чувствуя малейшие пожелания, движения, и одаривала своим собственным удовольствием.

– Я полюбил вольную женщину, – прошептал, обрисовывая пальцами контуры мокрого лица. – И сделаю всё, чтобы ей не захотелось сбежать.

– Какая женщина отказалась бы пощеголять в красивом платье с завидным мужчиной перед неудачливыми конкурентками, – хмыкнула она. – Пока жених устраняет политические неурядицы.

– Заноза, – отозвался я.

Шиззи всё ещё отсыпалась. Небольшой переносной медик контролировал её состояние – я заглянул проверить по пути между душевой и постелью.

Спать хотелось почти нестерпимо. Наверное, даже несколько супермощных стимуляторов не смогли бы меня растормошить. Дар'морн, удовлетворённо ворочаясь и урча, свернулся клубочком и задремал.

Выспаться, к сожалению, не удалось. Я выделил себе пять часов сна. И как только комм вышел из режима «не беспокоить», буквально завалил сообщениями.

– Что случилось? – пробормотала Лундан, сонно поднимаясь с моей груди.

ГЛАВА 24

Спать хотелось нещадно. Но, похоже, сегодня больше не придётся.

Лицо Райма сделалось мрачным и сосредоточенным.

– Так получилось. Сюда её, – приказал коротко в коммуникатор.

– Кого? – не поняла я.

– Злату. Блондинку, – глянул на меня и хмыкнул: – Спрашивают, почему мы решили их эвакуировать.

– Их нашли? Я с тобой, – очень уж хотелось посмотреть на девицу, которая оказалась не совсем безвольной куклой.

Платьев у меня тут не осталось, поэтому пришлось натягивать комбез. Посмотрев на меня, Форт решил поддержать мой стиль – взял нам из ящика в шкафу по новому шарику. Заглянул к Шиззи: в отличие от нас, псина ещё спала и ощущала себя, похоже, не в пример лучше.

Дирайм сверился с показаниями медика, мы на ходу перекусили с подоспевших дронов, уставленных нарезкой, кофе и пирожками. И спустились на первый этаж, в местный кабинет Дирайма.

Помещение полностью соответствовало стилю всего особняка. Призванное впечатлить, и, пожалуй, подавить. Массивный стол, массивная мебельная горка, белоснежный ковёр, на который страшно ступить.

Нет, я всё-таки ступила. Комбез покрывал и ноги, ложась под ступни уплотнёнными подошвами. Дирайм, правда, предпочёл ботинки. Похоже, материал ковра не позволял оставить грязные следы – но едва ли об этом сообщали посетителям.

Форт уселся в огромное золотистое кресло. Я отошла к высокому окну, из которого виднелись небоскрёбы Зилана. Оперлась о подоконник, осознавая, что это будет нервировать нашу гостью. Но, наверное, и к лучшему.

Девушку ввёл кто-то из солдат Форта. Судя по тому, что она была в том же платьице, в котором эвакуировалась, о нормальных условиях никто не позаботился.

Мне это не нравилось. Какими бы ни были эти куклы глупыми и примитивными, ведь органов чувств их никто не лишает!

Моя сила вилась, струилась, максимально улавливая контакт.

Сердце блондинки забилось в присутствии мужчины её мечты. Я заметила, как расширились зрачки, чуть набухла грудь, едва изменилась походка, становясь соблазнительной.

Дирайм отпустил парня. Кукла растерянно остановилась, несмело двинулась вперёд.

Я могла бы подойти… но этого не потребовалось.

– Садись, – хмуро бросил Райм, указав на кресло перед столом. И едва Злата опустилась в него, оголив и без того почти целиком открытое бедро, встал и подошёл к ней.

– Как вам доставить удовольствие, лэр? – привычно поинтересовалась девушка, раскинув ножки. Так и хотелось приблизиться, потянуть за волосы… напомнить, чей он мужчина. Хотя я и понимала: тут нет её вины.

В руке Дирайма что-то мелькнуло – только усиление зрения позволило рассмотреть небольшую капсулу. Он прижал её к плечу Златы, та вскрикнула и почти сразу осела на спинку.

– Больше я ошибок не повторю, – произнёс, возвращаясь в кресло.

Мой дар передал неясную волну, сродни похмельной. И я сразу поняла: сыворотка правды.

– А теперь расскажи, где ты выросла. Кто прислал. Какое у тебя задание, – произнёс Форт. Видимо, сообразил, что кукле задавать вопросы лучше по одному и замолчал, ожидая.

– Меня вырастили на станции «Фронтар», – начала девушка. Лэр Форт кивнул: видимо, соответствовало его данным. – Специальный отдел «Штир», – неожиданно добавила она.

– Что это? – поинтересовалась я.

– Понятия не имею, – отозвался Форт. – Но могу предположить. Куклы чуть более расширенной версии… очень удобные для слежки, например.

– Никто не боялся, что ты решишь допросить её с сывороткой?

– Никто не допрашивает кукол, – пожал плечами Дирайм. – Для чего? – обратился он к Злате.

– Не знаю.

– Какое у тебя было задание?

– Соблазнить Дирайма Форта.

– Кто тебе его дал?

– Не знаю.

– Ты разбираешься в сетевиках? – добавила я, вспомнив, как застала её за окошком.

– Научилась, – откликнулась она. – Это интересно.

Мы с Раймадаром переглянулись.

– Это ты сбила настройки перемещения, чтобы отправить Свона в капсулу? – снова взял он разговор в руки.

– Наверное, – откликнулась она неуверенно.

– Почему?

Кукла наморщилась:

– Надо было что-то сделать… Это Чарес! Он заставил!

– Почему ты его убила?

– Он… давил, – у девушки явно не хватало слов в словаре. – Я… должна была всё делать. Должна была… а я не хочу! Я хочу жить! Не хочу лететь на корабле! Не хочу любить того, кому не нужна!

Злата замолчала, тяжело дыша, уставилась прямо в глаза Дирайму. Грудь под тонким платьем высоко вздымалась.

– То есть ты сама разобралась, как задать команду ИскИну? – вступила я. – После того, как по приказу Чара сбила настройку?

– Что там разбираться? Код доступа к ИскИну, неизвестный Дирайму Форту. Мне его передали.

– На Чара не должны были пасть подозрения? – предположила я. Злата глянула сердито:

– Разумеется. А мной можно и пожертвовать! – похоже, сыворотка выбивала из неё эмоции, которых обычно не должны испытывать куклы.

Форт мрачно повёл головой.

– Где Соиле с Арвом? – спросил внезапно.

***

Что ж, логично. Если научились выводить кукол, не только внешне соответствующих определённым критериям, но и в характере глупых да покладистых, рано или поздно не могли не пойти дальше. Вживить психологическую программу, которая проявлялась бы при определённых условиях. Может, и сложнее что-нибудь придумали.

Чарес пытался манипулировать, добраться через неё до меня. За что и поплатился.

Я смотрел на блондинку, ожидая ответа. Она что-то усиленно соображала.

– У них, – выдала, наконец. – Но… Лэр Хельм этого не знал.

Девушка сморщила нос. Я не торопил, Лундан тоже молча наблюдала.

– Они готовились на Хенлоре, или… если… я не понимаю. Если появится дракон? – Злата глянула вопросительно. Лундан – пристально.

Ну, дракон, можно сказать, появился.

– И? – подтолкнул я. – Ты видела их?

– Андрогинов забирали, – кивнула Злата. – И ещё других. А нас не забрали.

Разумеется, не забрали, если думали, что она может пригодиться тут.

– Ты знаешь, зачем?

– Им нужен дракон. Дракон может показать выход.

– У меня есть дракон. Как их найти?

– Они… я не знаю.

Похоже, действительно не знала. Похоже, Берт Свон разыграл неплохую комбинацию с Чаром и «Галактикой», если я правильно понимаю. Только метаморфов не учёл.

– Сейчас тебя проведут в комнату. Ты сможешь отдохнуть. Заказать себе новое платье.

– Ты придёшь ко мне? – томно вздохнула Злата.

– Возможно, я найду способ тебя отпустить.

Я вызвал Ларена, отдал несколько распоряжений через сеть, чтобы блонди не слышала. Пусть девушка почувствует себя в безопасности. Пусть найдёт способ сбежать. Возможно, в такой ситуации включатся другие программы, которые выведут нас куда нужно.

Чем бы ни напичкали гармы своих кукол, зря не вырастили им мозгов.

Но тут есть и обратная сторона медали. Чем сложнее поставленная задача, тем больше вероятность, что кукла начнёт развиваться. Похоже, именно это и произошло.

Проследив, как за Златой и Лареном закрывается дверь, заноза приблизилась. Села в кресло напротив.

– Пожалел или используешь, вот в чём вопрос, – усмехнулась.

– Если других крыс в моём окружении нет, на что я очень рассчитываю, с нами попытаются связаться через неё.

– Что мы знаем об этой «Галактике»?

Вызвав виртуальное окошко, я глянул в собранные файлы.

– Долгое время они базировались на Карбисе, – отозвался.

– Карбис… – задумчиво произнесла Лун и тут же воскликнула: – Сестра Паулы! Её отправили туда учиться и там случился несчастный случай…

– Видимо, не учиться. Похоже, прибравшая к рукам все связи их отца Йованна – не последняя фигура в этой организации. Не знаю, шли ли они на Карбисе по ложному следу, или заметали свой собственный, но похоже, незаметно просочились сюда, на Зилан. Наверняка при содействии Центральной Флотилии.

– Скорее даже, гармы воспользовались их движением в своих целях.

– И такое возможно, – согласился я.

Всё вроде бы становилось на места. Гармы давно точили зуб на драгов, а предположив, что у них есть выход из Спирали, взялись за дело всерьёз.

– Ну ладно идейные, но детей зачем приплетать? – возмутилась Лундан.

– Детьми легко манипулировать, – пожал я плечами. – И их никто не заподозрит.

– Надеюсь, с Паулой всё в порядке…

То же самое я хотел бы сказать про Соиле с Арвом. Но промолчал.

Заноза вздохнула:

– Значит, будем ждать, кому Злата попытается дать знать? Интересно, психологи с таким работают? А остальные две спаслись?

– Спаслись. Их я на другой корабль перевёл. А с этой… хочешь, поищи психолога. Мне всё равно.

Лундан кивнула, не удивлюсь, если и вправду решит найти. Наверное, это мне в ней и нравилось.

– Не думаю, что ждать придётся долго. День-другой. Но сейчас ко мне командиры слетятся. А ты… не строй на вечер планов.

Лун приподняла бровь, я загадочно улыбнулся.

***

Дирайм закрылся в кабинете с целым десятком гармов. Я сочла это хорошим знаком: как бы там ни было, но командиры крыльев всё ещё признавали его главенство. А может и наоборот, это станет отличным поводом разорвать связь с Флотилией. Процесс наверняка не быстрый, подозреваю, хенлоров лэр Форт тоже именно для этого хочет привлечь.

Планы на вечер заинтриговали. Про одежду он ничего не сказал – то ли не счёл важным, то ли забыл. Подумав, я решила приобрести пару платьев на разные случаи – благо, личный счёт с небольшой заначкой имелся.

День пролетел незаметно. Пока командующий решал свои вопросы, Шиззи успела проснуться, превратиться в собаку, поесть и даже потребовать прогулку. Я сводила её в смотровую, чтобы стационарный медик мог проверить динамику выздоровления. После мы прошлись вокруг озера, где под конец к нам присоединился и сам лэр Форт.

– Я ненадолго, – сообщил, упоённо почесывая за ушами довольную морду. – Увидел вас из окна и не смог устоять.

Кроме этого, мы с ним не пересекались. Даже ел он со своими подчинёнными.

Когда у него сегодня начнётся вечер я понятия не имела, поэтому сразу после обеда привела себя в порядок. Надела длинное синее платье с открытой спиной. Не такое вызывающее, как в прошлый раз, когда мы летели на приём. Но безупречно подходящее для какого-нибудь интимного ужина при свечах. Даже в глубине души пожалела об украшениях, погребённых где-то посреди Дагвийских пустошей в чреве крейсера.

Дирайм появился, когда уже начало смеркаться. Поцеловал в нос недовольную Шиззи, безапелляционно заявив, что не может взять её с собой. На обиженное «ррр» пообещал возвращаться к пробежкам, если медик возражать не будет.

Окинул взглядом моё платье, но ничего не сказал.

Сам он оделся свободно. Без всяких там форм и пиджаков – лёгкая рубаха золотистого отлива, под огненные глаза. И тёмно-синие узкие брюки из чего-то похожего на замшу.

В поджидающий нас небольшой катер я садилась заинтригованная до самых хёргов.

Честно старалась не расспрашивать, даже когда мы выехали за пределы Зил-алила. Спустя ещё час начала кидать на спутника недоумённые взгляды. Но Форт не сдавался, вёл катер с непроницаемым видом. Между прочим, самолично – ни водители, ни охрана с нами не летели.

Когда впереди в сумерках показался Утёс Отверженных, я решила, что выбрала неверную форму одежды. В этих местах, ещё и ночью, предпочла бы комбез и оружие.

Мы пролетели скалу и направились прямиком к туману.

Откуда-то появился дар'морн – крылья сияли голубоватым, сам он казался меньше нашего. Поравнялся с катером, Дирайм что-то прокричал. Я не знала этого слова, но его суть пробрала до мурашек. Происходило нечто важное, глубокое, чего я пока не понимала, но уже сделалась частью.

Незнакомый дракон, которого я про себя окрестила патрульным, отстал. А мы приблизились к туману, сбавив скорость.

Осторожно, как и в прошлый раз, только теперь на катере, сунули в него нос. Не получили сопротивления и мягко просочились сквозь возведённую драгами преграду.

Дирайм летел над землёй, остановился примерно там же, где в прошлый раз мы оставили свёрток и надели комбезы. Фиолетовый куст по-прежнему умопомрачительно пах.

Глядя на неровную утоптанную тропку, я пожалела о шпильках.

Раймадар выскочил из катера и подал мне руку. Я вдруг почувствовала, что он волнуется. Непроницаемое лицо, привычная едва циничная улыбка – я давно его таким не видела, но ещё прекрасно помнила. Однако сейчас под этой маской моя открытая сила ощущала совершенно невероятный накал эмоций. И не до конца понимала, с чем он связан.

В полной тишине мы прошли по «улице». Райм после Круга сказал, что в этих домах не живут – они являются домами каждого из кланов, но функцию я так и не поняла. Принимать какие-нибудь решения, наверное. А жили драги в тех разбросанных особняках, что виднелись меж деревьями с высоты.

Сейчас здесь было темно и пусто. В полной тишине и одиночестве мы приближались к Кругу. Райм решительно вёл, держа за руку, и я старалась не споткнуться и не подвернуть шпильку. По-прежнему не понимала, что происходит, но волнение охватило и меня. Вместе с каким-то предчувствием, сладким предвкушением…

Раймадар ввёл меня в центр Круга. Развернулся лицом к лицу, отступил на шаг. Поймал мой взгляд – в его зрачках снова полыхало золотое пламя дар'морна, который тоже заинтересованно приподнял голову.

– Я никому ещё не пел эту песнь, – шепнул.

И я утонула в его глазах, в звуках, слетавших с языка. Сначала медленные, тихие, напевные, они постепенно набирали силу, оборачивались в незнакомые слова, которых я не понимала, но чувствовала и принимала всей душой.

Он пел. Пел для меня. Единственную песнь, которую никогда никому не пел. Его голос обволакивал переливами, в них соединилась сила, нежность, страсть, желание защитить и такое бесконечное количество оттенков, что я даже не смогла бы назвать их.

Словно зачарованная я смотрела, впитывая его волнение, бархат тёплой ночи и запредельную мелодию.

И даже не сразу услышала, что в неё вплёлся звук ксатара. Сначала тихий, еле уловимый, после всё громче и громче. Второй. Третий.

Раздался ещё один голос. Он вёл другую мелодию, без слов, которая была скорее аккомпанементом, оттеняла песнь моего мужчины.

Ещё. И ещё. Целый хор влился в наш уединённый Круг, из темноты проступали фигуры драгов. Они не заходили за ограждение, собираясь вокруг. Некоторые держали в руках ксатары, другие – какие-то горящие лучины, или свечи. Мужские, женские голоса… они принимали нас, наш союз, словно выражали удовольствие, что мы заключали его так. Здесь. Сейчас.

Мелодия продолжалась, нарастала, Дирайм выводил свою партию один – и я интуитивно подхватила её, поддержала, усилила… вплела в неё узор своего голоса.

ГЛАВА 25

Словно зачарованная, смотрела я в тёмные глаза, в которых плескалось золотое пламя дар'морна. Мелодия пошла на спад, вытянутые зрачки Дирайма становились всё ближе… Последние тихие звуки перетекли в поцелуй. Неожиданно нежный поначалу, а потом горячий и требовательный.

Свет гас, драги расходились. Я не видела, кто из них присутствовал, для меня они так и остались безликими фигурами. И в этом было своё особое очарование.

Моя раскрытая сила чувствовала их дар'морнов, которых сами они давно научились друг от друга скрывать, хранить как нечто личное и сокровенное. Только вовсе не хотелось портить момент – один из тех редких, когда привитые с детства рефлексы собрать как можно больше информации засыпают в горячих и искренних объятиях любимого мужчины.

После бесконечного поцелуя мы снова остались в тишине и темноте.

Прохладный ночной воздух пробирался под платье, холодил открытую кожу. По плечам пробежал озноб – скорее, после всего случившегося, чем действительно от холода. Подкорректировать теплообмен я не успела и даже не сообразила: Дирайм накинул мне на плечи свою рубашку.

Я провела пальцами по изуродованной спине, касаясь шрамов. Раскрыла силу, ощущая, чего он сейчас хочет. Прошептала:

– Покажешь дом, где вырос?

Райм молча взял меня за руку и повёл из Круга. Я скинула туфли: идти босиком по этим доисторическим тропкам было намного приятнее.

В воздухе разливался запах цветения. В небе сияли звёзды, каких никогда не увидеть из города. Откуда-то издалека доносились едва слышные звуки ксатара.

Всё вокруг было пропитано безмятежностью и удивительной безопасностью. Враждебность, которая сквозила в наш первый прилёт, исчезла.

Я вдруг осознала, каким шоком стало для драгов убийство одного из них. Трагедия, ворвавшаяся в тихий безмятежный мир. Лживая чужачка, которая притворялась, сводила с ума привязкой… Стало понятно, почему они ответили такой жестокостью.

Мы долго шли под сводами деревьев и кустов, под шуршание листвы. Мягкая трава стелилась под босые ступни. Я придерживала длинное вечернее платье, лэр Форт отобрал у меня туфли и уверенно вёл вперёд, будто гулял здесь вот только вчера.

И, наконец, вывел к большому трёхэтажному дому. В темноте угадывались очертания балконов и плоской крыши с площадкой. Широкие окна не горели, только отзеркаливали свет звёзд и лун.

Дирайм приблизился к скамье, стоящей перед домом. Сел, потянул меня за руку, усаживая рядом.

Молчал. Но внутри него я ощущала столько разных эмоций, каких даже представить не могла. Казалось, он давно уже их все подавил, вытравил из себя вместе с прошлой жизнью.

Приближение женщины я почувствовала издалека – уверена, Раймадар тоже. Напрягся, словно узнал её.

Высокая, немолодая, она вышла позади нас. Конечно, я сделала на спине незаметный глаз с ночным зрением – не могла не глянуть.

– Я пела в твоей Песни, сынок, – тихо произнесла она.

Дирайм поднялся, развернулся. Перепрыгнул спинку скамейки.

Я молчала, давая им это время. Даже не подглядывала – и так ощущала крепкие, жгучие, выстраданные, выжданные объятия. Тихие материнские слёзы.

– Азель настаивала на повторном Круге, – прошептала она. – Лично переговорила с главами кланов. Но её не поддержали.

Я улыбнулась. Если Дирайм что-то скажет по поводу Мирры, я припомню ему Азель.

Впрочем, нет, не припомню. Ну их к хёргам обеих.

– Сегодняшняя ночь ваша, наслаждайтесь, – опять прошептала женщина, проведя ладонями по его лицу. – Но буду рада познакомиться… в нашем доме. Прилетайте в любое время.

– Спасибо… мама.

– Райм, – почти неслышно выдохнула она, отступая куда-то в тени.

– Приедем? – тихо спросил он, возвращаясь на скамейку.

Положив голову ему на плечо, я провела пальцами по обнажённой груди.

– Я росла в питомнике, Райм. Буду рада, если мои дети смогут ездить к бабушке.

Он крепко прижал меня к себе, снова и снова накрывая губами губы.

Насладиться нам, к сожалению, не дали.

Коммуникатор на руке лэра Форта разразился тревожной трелью.

Возвращаться в мир небоскрёбов и межпланетных крейсеров не хотелось. Хотелось ещё посидеть тут, глядя на звёзды под далёкие звуки ксатаров, вдыхая запах совершенно иного мира. Теперь и моего мира.

– Да? – произнёс Дирайм. – Понял. Сейчас будем.

– Что там? – я поднялась, с сожалением осознавая, что оттянуть момент не получится.

– Днём Злата «сбежала» в Зил-алил. В каком-то из торговых центров по общественной связи пыталась отправить сообщение.

– Перехватили?

– Разумеется, – он снова взял меня за руку и ускоренным шагом направился к нашему катеру. – Недавно она вернулась с сообщением. Те, кто его передали, пасли её до самого моего дома, всё слежки боялись, – в голосе Раймадара послышались саркастические нотки.

Нет, я бы в здравом уме не стала связываться с Орбитальным флотом Дирайма на его собственной планете.

– Видимо, без поддержки Центральной Флотилии им тут сделалось совсем туго, – хмыкнула.

– Уверена, что без поддержки?

– Пытаюсь представить реакцию наших, когда к новому Берту Свону пришли с каким-нибудь докладом о захваченных пленниках. Твоих друзьях. Если я не ошиблась и там уже не Мирра…

– Орбитальная съёмка показала, что в Пустошах были катера Флотилии. Ты права, заглушили сигнал. Думаешь, это не Свон?

– Думаю, кто-то занимался именно этим вопросом и докладывал Свону. Настоящему. Как только наши узнали… они постарались нам передать. И наверняка не стали поддерживать их «операцию».

– Вот и проверим.

– Так что там за сообщение?

– Что меня будут ждать у Одинокой Скалы, – хмыкнул Форт. – Одного.

***

Впервые за долгое время в моей душе поселилось удовлетворение. Теперь я знал, что всё выйдет как надо. Не важно как – главное, правильно. И даже почти поверил, что метаморфы нам больше не враги. Что загадочный «куратор» получил сообщение и навёл порядок.

Это могло быть видимостью, возможно, метаморфы ещё придут мстить за Мирру. Я не сбрасывал такую вероятность со счетов.

Но нам с дар'морном впервые за долгое время было слишком хорошо, чтобы об этом тревожиться.

Спустя три четверти часа мы с Лундан, переодетые в комбезы, которыми я на всякий случай запасся, стартовали из Драг-алила.

У меня не возникло ни малейшего сомнения, о какой «Одинокой Скале» идёт речь, и Лун тоже не предлагала иных вариантов.

– Наша основная задача – задержать их, – проговорил я. – Пока мои ребята накрывают точки в Зил-алиле и соседних городах.

– Мы будем сами? – нахмурилась заноза.

– Третье крыло летит, подстрахуют. Но на отдалении, чтобы не спугнуть.

Лундан кивнула. Катер беспрепятственно прошёл барьер драгов. А ведь я боялся, что не пропустят. Что не получится спеть в Круге. Где тогда, на Утёсе Отверженных? Не дело там предложение любимой женщине петь.

На виртуальном экране вспыхнула съёмка рельефа, побежали данные.

– На Утёсе чужие катера, – озвучил я Лундан.

– Будем ждать подкрепления?

– Не хочу… выпускать из поля зрения. Мало ли что взбредёт в голову. Лучше начать переговоры.

– Много их?

– Несколько десятков.

В виде дар'морна мы пока ещё недостаточно быстры. А для одного катера противников многовато. Можем упустить.

– Арв и Соиле с ними, – добавил, получив данные сканирования. – Открою связь, может, озвучат требования.

– Паула?

– Не знаю. Надеюсь, Арва не ждёт разочарование и она не причастна.

– И у них может быть порт-луч.

– Разве он не у метаморфов?

– У «маски» точно был. А у метаморфов целый хенлорий корабль. Может, Мирра другим воспользовалась.

Ну, тоже верно. Нельзя сбрасывать со счетов.

– Не приближайтесь! – раздалось в динамике. – Выйдите внизу и поднимитесь пешком!

Этого следовало ожидать… и это злило.

Я повёл катер вниз. Глянул на занозу, усмехнулся:

– Не пора ли показать им нашу истинную сущность?

– Буду наготове, – согласилась Лун. Да, пожалуй, влетать на Утёс в виде дар'морна эффектно, но не особенно полезно. Лучше сначала выслушать их требования.

Найдя неплохую площадку не в самом низу, я опустил катер туда.

– Лэр Форт, вы не один! – изобличил динамик.

– Я подожду, – хмыкнула заноза.

– Выходите двое! – последовал приказ.

Нас встретили на подходах к вершине. Обыскали специальным сканером – будто мог он показать впаянное в комбез оружие лэра Форта. Даже грамийский.

Впрочем, на оружие я не слишком рассчитывал. На своего дар'морна больше.

Арв и Соиле, связанные по рукам и ногам, стояли у самого обрыва. Зубы непроизвольно сжались при виде двоих друзей, которые что-то значили для меня.

Шиззи. Теперь они. Я бы, может, смотрел сквозь пальцы на потуги группы фанатиков, не реши они влезть в мою жизнь, мою постель, моё сердце! Но теперь этого им не подарю.

Соиле, похоже, сопротивлялся. Лицо изукрашено, на щеке кровоподтёк, рука посинела и распухла. Бросил ненавидящий взгляд на Лун, но почти сразу прикрыл веки.

Арв был мрачен, но, на вид, не повреждён. Впрочем, доктор всегда старался соблюдать спокойствие. Даже в памятной схватке с хёргами, от которых мы с Шиззи его отбили.

– Вижу, ты выполнила задание, – произнёс издалека мужской голос.

Лун напряглась – даже без слов я понял, что узнала его. Неужели её «маска». Какого лысого дегрода?! Думает, я поверю ему, а не своей женщине?

– А ты, вижу, нет, – хмыкнула саркастически. Похоже, в точку. Вот за что люблю занозу – за её острый язычок.

Достану этого контуженого, Спираль его закрути!

Приглядевшись, обнаружил в дальних тенях мужские очертания. И, похоже, на хёрговом гадёныше действительно была маска.

– Что вам нужно? – хмуро бросил я.

– Хватит притворства, лэр драг.

Хм, так меня ещё не называли. А что? Пора выходить из тени. Представляю, чего я наслушаюсь. Особенно, когда выяснится, что моя жена метаморф. Кто только не прошёлся по моей «метаморфофобии».

Но такова уж моя судьба: приходится двигаться вперёд наугад, осаждая злые языки. Не привыкать.

Я молчал. Незнакомец тоже помолчал, понял, что вопросов от нас не дождётся, и продолжил:

– Нам стало известно, что драги скрывают у себя выход… или, скорее, некий ключ к Спирали. Мы всего лишь хотим открыть проход. Связаться с Земным Альянсом. Побывать, в конце концов, на праматери всех людей. О вашем происхождении тоже стало кое-что известно.

– Спираль – природный феномен. Открывается и закрывается она тоже по законам природы, – озвучил я то, что считалось истиной у гармов.

– Или вы договариваетесь с драгами, – жёстко добавил собеседник. – Или будете собирать косточки ваших друзей под скалой, если химеры не подберут их раньше.

– Вы правы, – раздался ещё один голос, заставив замереть от неожиданности.

Прямо между нами появился старейшина Гор. Точнее – его проекция, которая уже однажды разговаривала с нами.

Он стоял лицом к мужчине в маске. И говорил:

– У нас действительно есть ключ. Но вы ошибаетесь. Этот ключ находится не в этом мире. А договориться с его обитателями – задачка, которая не всегда под силу даже драгам.

Вот оно что. Я этого не знал. То есть знал, конечно, что у старейшин свои секреты и что мир дар'морнов раскрывается не всем. Обычно мы взаимодействуем с теми, кто откликается на наш зов, резонирует с нашим голосом, мелодией. Но есть множество дар'морнов, свободных от нас, драгов. Это чистая, неуправляемая сила. Их разум очень далёк от нашего понимания. С ними непросто общаться, их сложно удержать. Наверное, чтобы открыть выход, пришлось бы сочинить новую Песнь.

– Не понимаю, – нахмурился дегрод в маске.

Старейшина что-то ответил, но я не услышал.

Они поднимались. Наши «гости» их не замечали, но я чуял. Как и Лундан.

Десятки драгов окружили Утёс и тихо работая крыльями взлетали.

Никто не собирался договариваться с шантажистами.

Миг… ещё миг…

Вокруг нас взвились разноцветные драконы. Те, кто недавно пели в моей Песни.

Чешуя отблёскивала в свете трёх лун, величественные крылья неслышно рассекали воздух.

Теперь я знал, что даже если Соиле с Арвом столкнут вниз – их подхватят в полёте, не дадут разбиться.

Яйца бабуина, проныра в маске почуял опасность! Просёк ситуацию, ругнулся чуть слышно. Рванул куда-то за ближайшие валуны.

Пока Гор продолжал что-то вещать, я бросился следом.

Луч переноса не светился над камнями, даже воздух почти не колебался – но мы были готовы и ожидали подобного. Очертания дегрода едва уловимо задрожали.

Лун сориентировалась мгновенно, прыгнула сверху в момент трансформации, подхваченная тем же желанием.

Почти ухватили! Но хёргов шантажист вывернулся из наших лап, ушёл от зубов, скрываясь под защитной тканью.

Мы не могли его отпустить. Рванули в невидимый луч, не успев просчитать последствия. Возбуждённый яростью и охотничьим инстинктом дар'морн зарычал – нашим общим рыком. Одним на троих.

В следующее мгновение стало ясно, что дар'морнам не нужна защитная ткань. Драконья чешуя достаточно прочна, чтобы нас не сплющило и не поджарило.

На миг я испугался за Лун – но нет, она точно копировала мои свойства, вплеталась в них. Моя броня стала её бронёй.

Через миг мы вывалились прямо посреди какого-то светского приёма. Похоже, немного сбили настройку порт-луча.

Гости в вечерних платьях с криком понеслись врассыпную. В глаза бросилось перекошенное лицо Фионы – уже с новым кавалером, как обычно не пропускает ни одного богатого сборища. Какое счастье, что я не выбрал её.

Всё-таки настигнув, мы прижали мужика лапой к полу. Когтём, внезапно образовавшимся на кончике крыла, подцепили маску.

Лишний коготь отдался странным, непривычным ощущением в теле. Но он был небольшой… а Лундан давно хотелось взглянуть в наглую морду того, кто её купил.

Ещё одно знакомое лицо заставило напрячься, поднять вторую переднюю лапу, удерживая «маску» без маски левой, а вес на задних.

Придавить к полу ещё и верещащую женщину в строгом чёрном платье. Похоже, этим приёмом Йованна пыталась обеспечить себе алиби.

Мы огляделись в поисках Паулы, но мелкую не нашли. Так и дожидались прибытия моего Флота, прилагая максимум усилий, чтобы не раздавить извивающуюся добычу.

ГЛАВА 26

Сенсация заполнила все экраны и газетные полосы.

Драги вышли из Драг-алила! Наводнили Зил-алил, не то распугивая местных жителей, не то помогая Орбитальному флоту изловить злоумышленников!

Командующий Орбитальным флотом – один из них!

Дож уверяет, будто давно всё знал и чуть ли не лично участвовал в операции!

Раскрыт заговор! Жена очень влиятельного бизнесмена обвиняется в государственной измене!

Сенсация, она отправила свою молодую падчерицу на отбор, чтобы подобраться к самому Дирайму Форту!

Сенсация! Начинается подготовка экспедиции в большую Галактику!

Сенсация! Невеста командующего Орбитальным флотом оказалась… кем бы вы думали? Метаморфом! Да, да, невзирая на отношение лэра к этой расе…

Я натянула покрывало, выключая виртуальный экран. Рядом фыркнула Шиззи и решила забраться ко мне, не задумавшись, что она вовсе не мелкая домашняя зверушка, а вполне себе лошадка с меня размером.

Лэр Форт прижал меня покрепче. Сегодня он позволил себе заслуженный отдых, впервые за несколько последних безумных дней. Тем более, что вечером предстояла свадьба – та, которая для общественности.

Шиззи вовсю мылилась присутствовать, и сам командующий решил поддержать свой образ, везде появляясь со своей любимицей. Раньше хоть приёмы проходили без неё. Но, похоже, и тут всех будет ждать «сенсация».

Йованну, «маску» и прочих соучастников задержали. Команда Райма вообще провела большую работу по поимке деятелей «Галактики». Тех из них, кому нечего вменить в вину, просто депортируют, остальных ожидают серьёзные суды.

Драги действительно заявили о себе весьма неординарным способом. Нужно было видеть шок местных жителей, когда улицы наводнили разошедшиеся драконы! Зато скрытая раса, о которой ходили только легенды, сразу же заставила всех с собой считаться.

Паулу нашли запертой в одной из комнат особняка. Отец прозрел, лепетал, будто ничего не знал и даже подумать не мог. Мелкую, похоже, Йованна держала в качестве запасного рычага давления.

Оказывается, перед самой аварией Паула почти всё рассказала Арву. Мы чуть-чуть не успели, доктор как раз хотел скинуть запись Дирайму. Знала она, правда, немного: Йованна имела на них с сестрой большие планы, хотела вырастить себе этаких запуганных и не вполне добровольных помощниц. Подозреваю, сестра попыталась вырваться или рассказать кому-нибудь, за что и поплатилась. А Пауле стало ещё страшнее.

Паула искренне надеялась выйти замуж за лэра Форта, тем самым получив защиту от Йованны. Что нужно на Хенлоре, она понятия не имела – так же как и мне, ей должны были передать дополнительные инструкции, если доберётся дотуда.

Хотя, я уже примерно представляла себе. По мнению «Галактики», у хенлоров тоже имелся выход в большую Вселенную. И всё бы хорошо, я бы, может, и сама с интересом слетала бы куда-нибудь за пределы родной Спирали. Но их методы…

Впрочем, лэр Форт собирался заняться этим вопросом. Как только решатся насущные, в том числе полное отделение от Флотилии во главе с Бертом Своном. Уж не знаю, каким по счёту.

– Вызвать стилистов? – внезапно прервал мои размышления Раймадар.

– Ну уж нет, – фыркнула я. – Предпочитаю сама сотворять себе внешность и полагаюсь только на собственный вкус. Хватит с меня твоих волосо-дёргателей.

– Неужели всё было так плохо? – хмыкнул он.

– Ну… от моего платья они выпали в глубокий шок.

– Ладно, – Дирайм вдруг глянул на комм, оставленный на тумбе у кровати. – Я сейчас.

– Что-то случилось?

– Соиле…

– Не даёт к свадьбе подготовиться, – проворчала я, усмехнувшись.

Чмокнув меня, он направился к двери. Я тоже выбралась из кровати, предвкушая физиономии всяких Фион и Вейн, или как там их звали, на сегодняшней церемонии. Бесконечно счастливая тем, что Дирайм не скрывает и не стыдится метаморфа рядом с собой.

***

Давний условный сигнал – мы несколько месяцев уже не пользовались им, надобности не возникало.

С тех пор, как отобрали у Йованны совершенно запуганного бывшего Хасова пленника, Соиле больше времени провёл с ним, чем со мной. Не скажу, что меня это огорчало.

Но сейчас… я чувствовал неладное. Запахнулся в халат, вышел из спальни, нехотя оставляя позади тёплую занозу с обнаглевшей после ранения Шиззи. Она решила, будто ей теперь всё можно – и, честно сказать, была недалека от истины.

Соиле вышел навстречу из своей комнаты. Одетый, неуловимо печальный.

– Что случилось? – спросил я, предчувствуя ответ.

– Прости, Раймадар. Я улетаю.

– Но, – нахмурился я, – сегодня вечером…

– Не могу, – перебил он. – Это выше моих сил.

– Я очень рассчитывал, что моя женитьба никак не скажется на нашей дружбе.

– Дружбе, – мрачно хмыкнул он. – На дружбе не скажется.

Помолчал немного, после добавил тихо:

– Я же видел, что она сделала. Ты стал счастливым, Райм. Мне остаётся только уйти. Пожалуйста, не останавливай. Это решение и так далось нелегко. И… сейчас мне есть, о ком позаботиться. Есть тот, кто нуждается во мне. А потом…

– Возвращайся, – кивнул я.

Со времени аварии, с тех пор, как горели вместе в спасательном боте… С тех пор, как вырвались – мы не расставались. Столько лет прожито, столько сложностей преодолено. При всех его женских заездах, Соиле всегда оставался верным и преданным.

От мысли, что его не станет в моей жизни, делалось печально и неуютно.

– Возможно, потом и вернусь, – привычное спокойное лицо. Почти неуловимая горчащая улыбка.

– В любое время, – проговорил я.

Он лишь кивнул.

– Куда ты теперь?

– Свяжусь с тобой, как только узнаю это.

Хм. Что ж. Буду присматривать за тобой издалека.

Я промолчал. Соиле шагнул ко мне, обнял неловко. Я похлопал его по плечу.

Мне жаль, что так вышло. Я бы этого не хотел.

Андрогин кивнул, словно услышал. Отпустил, развернулся.

Катер уже ждал на площадке. Я провёл Соиле до трапа.

Изнутри в иллюминатор смотрел бывший пленник Сэмптона Хаса. Взгляд не то чтобы осмысленный, но уже и не настолько затравленный.

Он глядел не на нас – вверх, на окна.

Уже зная, кого увижу, я обернулся. Бывшая пленница работорговца подняла руку в прощальном жесте, и волосатый андрогин неожиданно робко улыбнулся.

Заноза смотрела с пониманием и лёгкой грустью.

Дождавшись, когда катер взлетит и исчезнет вдали, я вдохнул полной грудью. Развернулся, взбежал по лестнице. К ней.

До церемонии ещё оставалось несколько часов, на которые у меня были грандиозные планы.

ЭПИЛОГ

– Лундан, Лундан!

Я вскочила, оглядываясь.

Альбин, Мильдар и Гуринь! Куратор Эвентэль всё-таки привёз их ко мне в гости! Ответил на мой запрос.

– Ох, как вы выросли! – бросилась я обниматься.

– Ты выглядишь… странно, – наморщила носик Мильдар.

В ответ на её слова из-за ближайших деревьев вылетела Шиззи, гоня перед собой двух непоседливых дракончиков. Детям нравилось принимать папину внешность.

Я рассмеялась. Ещё бы: с тех пор, как эта парочка обосновалась сначала у меня в животе, а после и в жизни, пришлось обзавестись не только крыльями, но и четырьмя дополнительными руками.

Сейчас Дирайм был на орбите, решал какие-то вопросы Флота, а я гостила у его родителей. Признаться, уже начала скучать по нашему обновлённому кораблю и обучению навигации. Но уж такова мамская доля.

Эвентэль точно выбрал момент, именно когда мы вышли из-под завесы драгов, чтобы пролететься до водопада, посидеть на берегу, любуясь радугами в чистых брызгах и далёким Утёсом Отверженных.

– Шиззи! – малышня бросилась к химере, безошибочно определив, кто перед ними. Невзирая на грозный истинный облик. Затискали, зацеловали и подверглись вылизыванию шершавого языка.

А я шагнула навстречу куратору, обняла его.

– Мы долго решали твой вопрос, Лун, – он уселся на камень, потянув меня за собой. Не сводя глаз с резвящихся малышей, я насторожилась. Бросила внимательный взгляд.

Конфликтовать с метаморфами не хотелось, особенно сейчас, когда всё вроде бы начало приходить в норму.

– Тебе разрешили воспитывать самой своих детей, но с одним условием. Непременно несколько раз в год вы должны прилетать пожить в питомнике. Ты должна обучать их в соответствии с устоями метаморфов. Не только этих двоих, но и тех, которые ещё могут появиться, – куратор улыбнулся.

– Я собиралась воспитывать их так, как воспитывали меня, – согласилась я.

– Также ты освобождаешься от дальнейшей отработки. Но иногда нам нужна будет информация…

Я кивнула. Понимаю, что нужна. Но никто не заставит меня выдать то, что сможет повредить драгам.

Наши слишком привыкли скрываться, но они не могли не оценить выгоду моего положения. Метаморф официально замужем за командующим Флотом, да ещё и драгом! И имеет от него детей. Наследников! Да это, можно сказать, новая эра в истории.

Впрочем, своих детей я собиралась максимально ограждать от всяких влияний, что метаморфов, что гармов, что драгов. Растить их так, как сама считаю нужным.

Метаморфы, конечно, умудрились отхватить целую Флотилию. Но положение нового Берта Свона всё-таки нестабильное, даже шаткое. Среди такого количества андрогинов его в любой момент могут раскрыть. Ну и необходимо придерживаться видимости, нельзя так сразу сменить весь курс гармов.

Но я очень надеялась, что их произволу в Спирали придёт конец.

– Мирра… возражать не станет? – поинтересовалась обтекаемо. На самом деле меня волновало, не начнёт ли она играть против нас снова. Устраивать охоту на ведьм, козни всякие, настаивать, чтобы детей отдали в питомник.

– Мирру, – Эвентэль едва уловимо улыбнулся, давая понять, что называет её так для меня, – отстранили. Ни с драгами, ни с гармами она больше работать не будет. Её отправили в другой конец Спирали на совершенно иные задания. Она отличный специалист. Но… иногда даже самые лучшие специалисты совершают ошибки.

Чуть помолчал, провёл рукой по моему плечу и добавил:

– Я рад, что ты смогла дать мне знать.

– Порт-луч так и не вернули хенлорам?

– Обижаешь. Мы его выкупили.

Я прыснула. Всё-таки наши в своём репертуаре.

Эвентэль чуть помолчал, разглядывая резвящихся детей с мягкой улыбкой.

– Мне даже немного жаль, что больше не буду твоим куратором, Лун.

– Мне тоже, – вздохнула я, обнимая его. В те редкие моменты, когда мы общались, от него всегда исходило что-то близкое, родное…

– Не могу тебе сказать, ты же знаешь правила, – откликнулся он в ответ на мои эмоции.

Да, у метаморфов общие дети. Метаморфы не знают своих родителей. Каждый из нас брат или сестра друг другу. Мы одна семья.

– Понимаю. Но… я была бы рада иметь такого отца.

Немного помолчала, снедаемая желанием выяснить то, что так долго не отпускало нас с Дираймом. Тихо прошептала:

– Я должна знать. Кто-то из них… ребёнок Мирры? Помню, не положено, но для меня это важно.

– Да, среди них ребёнок Мирры, – после некоторого молчания согласился куратор. – Ты и так это чувствуешь, а кто – не скажу.

– И…

– Нет, Лун. Мирра родила через несколько лет после побега от драгов, к тому моменту она работала далеко от Зилана.

Облегчённо вздохнув, я отпустила свою силу, прощупывая малышей, которые вместе с моими детишками носились за Шиззи в виде мелких дракончиков. Не уверена, что мне сказали бы правду, даже будь один из них ребёнком Дирайма. Но в глубине души появилась уверенность, что сама я обязательно это почувствовала бы. После нашего единения, сплетения через дар'морна и драгов камень… не могла не почувствовать.

– Оставите их со мной на несколько дней? – кивнула я на малышей. – И сами можете… задержаться, познакомиться.

Драги едва ли будут в восторге, я тоже пока не готова была так радикально наглеть, чтобы тащить своих гостей за завесу.

– Мне как раз нужно в город, проведать одну пациентку, – добавила. – Бывшую гармийскую куклу, которая проходит курс экспериментальной терапии.

– Твой? – указал Эвентэль на горизонт, где виднелась точка приближающегося орбитального катера.

Я кивнула, и он добавил:

– Не будет возражать?

– Он никогда мне не возражает, – засмеялась я. Эвентэль усмехнулся.

– Что ж, тогда, пожалуй, ненадолго задержимся.

Катер приземлился. Как-то слишком быстро Райм разобрался с делами. Видимо, доложили о прибывших метаморфах.

Цепкий взгляд выхватил нас, веселящихся малышей, счастливую Шиззи. Расслабился.

Лэр Форт шагнул ко мне, и я бросилась навстречу, желая окунуться в силу и тепло его объятий.

Мой муж. Моя защита. Мой невозможный дракон.

Конец

Дорогой читатель! В скором времени дилогия выходит в бумаге на Лабиринте в издательстве «Т8 ». Если хотите поставить её на полочку, следите за новостями на Лабиринте и в группах авторов.

Дорогой друг, нам безумно приятно, что вы прошли с нами, Лундан и Дираймом, этот путь, переживали за них и смогли их полюбить!

Мы писали книгу с огромным удовольствием и надеемся, что она принесла вам удовольствие не меньшее! Мы вложили в неё много эмоций, а момент падения с Утёса прожили и прочувствовали во всех деталях!

Пожалуйста, не забывайте об отзывах, они дают авторам понять, что вы цените их труд, а другим читателям – возможность определиться, подходит ли им книга.

Пара слов о дальнейших планах:

От Нидейлы:

Сейчас я планирую завершить «Поездку на Матушку». В ней вы встретитесь с любимыми Антером и Тали, а также… впрочем, пусть будет сюрприз :)

После неё в планах история о киборге «Режим соблазнения включен». Напоминаю также, что закончена книга «Академия пси-хов». Она участвует в конкурсе, поэтому пока находится только на одном портале.

Буду рада вас видеть в других своих историях! Все они разные, но в каждую я вкладываю частичку своей души.

«Раб» и «Страж» – самые эмоциональные и глубокие произведения. «Злодейка из камина» заняла призовое место на конкурсе «Юмор и магия», в дилогии «Фитарели» вас ждёт множество приключений и сложный мир, который я с удовольствием выстраивала.

Ну и, конечно, наш дебют в паре с Эрато Нуар «Тьма над Островом Дракона». Предупреждение: главная героиня там молодая, наивная и не сразу понимает, чего на самом деле хочет и кого любит.

В данный момент мы совместно работаем над юмористической историей «Сорвать драконий отбор».

Аннотация:

Помочь пройти отбор невестам трёх драконьих принцев? Легко! А заодно отомстить драконам, тысячу лет назад проклявшим меня? Хм, отличный планчик на ближайшие пару месяцев. Призвали Тёмную Анабель на свою голову – теперь держитесь!

От Эрато:

Если вы ещё не знакомы с моим творчеством, приглашаю в мир эротики с сюжетом.

«Пленница для сына вожака» – самая сексуальная из моих книг, «Демон для личного пользования» – самая глубокая. «Отборные невесты для Властелина» – лёгкая романтическая история, «Ангельский факультет. (Не) истинная пара» – нетипичная академка с оборотнями и неожиданными сюжетными поворотами. Концовка вас удивит.

«Попала и попалась» – весёлая эротическая сказка с неунывающей героиней и наглым котярой. Главный герой там ну очень нетипичный :)

Недавно окончена история, которая не похожа ни на одну из предыдущих: «Смерть моя, жизнь моя»

Аннотация: С тех пор, как драххи пришли в наш мир, женщины обречены расплачиваться за спокойную жизнь. Я – ниатари. Предназначенная. Таких, как я, с детства растят, чтобы отдать в жёны драхху и никогда больше не увидеть.

Я ждала совершеннолетия и готовилась исполнить предназначение. Но внезапно в мою жизнь ворвался он. Тот, кого я ненавидела, кого боялась. Кого смогла полюбить.

Тот, кто бросил вызов судьбе ради меня.

В ближайшее время я начинаю работу над книгой «Невинность для Ночного господина»

Аннотация: Меня поймали, когда до свободы оставалось совсем немного. Отдали тому, кто захватил наш город, перед кем трепещет весь Дневной мир. Я должна бежать, сохранить в тайне то, что мне доверили увезти! Но Ночной господин не выпустит свою добычу…

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

Content

Нидейла Нэльте
Мой невозможный жених

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ЭПИЛОГ