Легенда Прайда

Пролог

* * *

Предсмертные слова, гармонии торжественной подобно, должны к себе внимание приковать…

В последнее время, меня часто беспокоил один вопрос. Он буквально въелся в кору моего мозга, словно паразит и никак не хотел отпускать. А задумывался ли кто-нибудь над тем, сколько стоит душа?

Вряд ли подобный вопрос сможет прийти в голову нормальному человеку.

Хотя, откуда же мне знать? Может быть утром, когда рассудок ещё не отошёл ото сна. Или в пьяном бреду, когда сознание начинает расширяться. Думаю, что с определенной долей вероятности, такое может произойти. Совершенно случайно. Как мимолетное наваждение, что подобно болиду в ночном небе загорается и тут же исчезает.

А вот я, осознав весь ужас ситуации, очень хотел узнать ответ. Особенно сегодня… в день моего прощания со старым миром.

Ох, как жаль, что я был молодым глупцом, когда ставил подпись в договоре. Эти мелкие шрифты и сноски под звездочками никогда до добра не доводят. Но уже поздно… Слишком поздно.

А ведь раньше я думал, что этот день никогда не настанет, однако жизнь оказалась на удивление короткой. Глядя на человека в белом халате, который торжественно улыбался, словно охотник, наконец-то загнавший раненого зайца, на ум невольно приходили ассоциации с мифическим демоном. Ведь если подумать — я создал империю. Стал великим человеком. У меня потрясающая семья и самые лучшие дети на свете. А теперь пора заплатить по демоническому контракту. Всё честно! Он мне, а я ему… как мы и договаривались.

Но всё-таки в моих фантазиях конец приходил иначе. Я лежал среди своих родных будучи старцем. Мне было совсем не жаль уходить, и я воспринимал смерть, как что-то обыденное… Как логическое завершение моей жизни. Но сейчас рядом со мной сидел лишь «демон», дети и медсестра… Это никак не вязалось с моими ожиданиями. Мне же всего сорок два, и я далеко не старик. А в глазах у детей читались лишь боль и отчаяние… Просто невыносимо было смотреть. В этот момент хотелось призвать настоящего демона, лишь бы он вырвал проклятую опухоль из легкого и дал мне побыть с семьей ещё пару лет… Я отдал бы что угодно, лишь бы им не было больно. Но сказки — это удел книг.

Теперь оставалось лишь считать секунды. Мой конец настал, и я больше не мог смотреть на убитые горем лица моих детей. Медсестра поняла меня без слов и хотела увести их в коридор, но Лизка расплакалась и бросилась прямо ко мне.

— Папа… — всхлипнула она, схватив мою серую иссушенную болезнью руку: — Не уходи!

— Милая… Я бы и рад остаться, но, к сожалению, не могу. Дядя Боря и Тетя Света позаботься о вас. Главное — не бросай Кольку. А дальше… — договорить я не смог, ибо закашлялся. Мой сын тоже хотел подойти, но всегда был слишком застенчивым, поэтому с тоской отвёл взгляд. Не надо ему слушать этот жуткий кашель… О, как я ненавидел себя за то, что последние воспоминания об отце у них будут именно такими.

— Папа… — Лизка продолжала смотреть на меня глазами полными отчаяния и боли. Нет… Не так я себе это представлял. Далеко не так.

— Нам пора. — тяжко вздохнув, произнесла медсестра и аккуратно взяла мою дочь за руку. Лизка с Колькой ещё некоторое время смотрели на меня, лишь усугубляя мои мучения.

— Всё будет хорошо. — зачем-то ляпнул я, перед тем, как дверь закрылась. Мелодия доиграла… Всё должно закончится прямо сейчас.

— Волнуюсь. — с трудом сглотнув, прошептал я высохшими губами: — Вы справитесь?

— Конечно! — ответил доктор, набирая в шприц мутно-серое вещество: — В нашей корпорации работают самые компетентные люди планеты.

Закрыв глаза, я начал думать о своей семье. Лучше уж видеть их перед смертью, чем спутанные и непонятные мысли про всё происходящее.

Боль была мгновенной… Немного кольнуло сердце и сразу же отпустило. Неужели мы проходим весь этот путь просто для того, чтобы выключится, подобно телевизору? Обидно… Но спустя примерно пару секунд, я почувствовал странную прохладу. Легкий ветерок, который очень напоминал сквозняк в тоннелях метро. Яркая вспышка на мгновение ударила по глазам, и я очнулся в совершенно непонятном месте…

— Выполняю идентификацию оттиска! — пропел прохладный женский голос: — Имя — Александр. Фамилия — Хвоин. Подтвердите данные.

— Что?..

— Подтвердите данные. Если у вас возникли проблемы во время синхронизации — дайте знать.

— Не понимаю… Что происходит? — взволнованно спросил я, пытаясь понять, куда меня занесло. Вокруг не было стен, и даже пола… Лишь темная пустота, с едва заметными светящимися фигурками вдалеке.

— Имя — Александр. Фамилия — Хвоин. Подтвердите данные. — словно автоответчик, повторил голос.

— Да… Это я! Но кто вы?

— Идентификация оттиска прошла успешно! Выполняю выгрузку данных.

— Погодите… Я умер?

— Получены новые протоколы. — в голосе незнакомки наконец-то послышались нотки эмоций: — Приветствую! Меня зовут Эрис. Я искусственный интеллект научно-исследовательской программы «Колонизация». Рада приветствовать вас в загрузочном меню.

— Эрис? Искусственный интеллект? — удивлённо переспросил я: — Слушай… Я понятия не имею, что происходит! Расскажи подробнее?

— На данный момент выполняется сложнейшая операция по выгрузке вашего оттиска в новое тело-дубликат. Усиленный каркас с возможностью модернизации. Величайшее творение ученых Земли!

— Новое тело?! Погоди… Так я буду жить? — там, где у меня должно было быть сердце вдруг загорелся маленький огонек надежды. Меня воскресят, и я обязательно встречусь со своей семьей! Главное узнать все подробности.

— Всё верно! Теперь вы часть огромной программы по освоению Марса.

— Так, погоди… Какого к черту Марса?! Мы что, не на Земле?! Сколько вообще лет прошло с моей смерти?! — с ужасом спросил я.

— Не беспокойтесь! С момента вашей смерти прошло всего восемь месяцев. База данных с новыми оттисками была доставлена на станцию «Марс-один».

— Так значит всё-таки на Марсе… — обреченно выдохнул я. А ведь точно! Сахаров рассказывал мне про каких-то чудных существ, что якобы терраформировали красную планету в тайне от всех. Архитекторы, или как их там? Я уже толком не помню, поскольку не мог всерьез воспринимать тот бред.

— Не стоит паниковать! В качестве поддержки наших сотрудников, руководство дало согласие на отправку видеописем. В ближайшие два года будет налажена система для видеосвязи.

— Боже… — внутри всё перевернулось. Неужели они говорили правду? Неужели всё это действительно столько лет существовало в тайне от нас? Голова шла кругом! Я совершенно не понимал, как на всё это реагировать.

— Операция прошла успешно. Удачи в Новом мире, Господин Хвоин! — пропела Эрис.

— Погоди, а как же… — не успел я договорить, как яркая вспышка вновь ударила по глазам. Ощущение, будто в меня попала молния! Всё тело горело и покалывало, а в голове был полнейший хаос… Глаза никак не могли привыкнуть к обычному свету и слезились, а я тем временем жадно глотал воздух пересохшим и изнывающим от жажды ртом.

— Добрый вечер. — произнес приятный женский голос: — Александр… Вы меня слышите?

Увы, я не смог сказать ничего членораздельного. Голосовые связки и горло больно обожгло… Да что за напасть?

— Хорошо. Сейчас ваше тело проходит стандартную адаптацию! Чуть позже вы придёте в норму. Главное — постарайтесь не делать резких движений. Не волнуйтесь и всё будет хорошо. Вы меня понимаете?

Конечно же, я попытался кивнуть… Но видимо это оказалось слишком резко, и по всему телу прошла волна боли.

— Замечательно! Ещё повезло, что вас загрузили в дубликат десятилетнего ребенка. У взрослых адаптация проходит в разы сложнее. Понимаю, что вам пока дико больно, но это со временем пройдет.

Спасибо, что рассказала… Судя по всему, особа явно была связана с медициной. Лучше бы вколола мне чего-нибудь обезболивающего. А то лежу тут, как уродец в колодце. Ощущение отвратительное!

— Что же, если я больше не нужна, то оставляю вас. Если что-то понадобится — нажмите красную кнопку в правой панели вашей капсулы. Всего доброго!

КУДА?! СТОЙ!!! Я же… Черт.

В голове было столько вопросов, что будь мне хотя бы чуть-чуть легче, я тут же набросился бы на эту незнакомку. Что тут происходит? Какие ещё оттиски, Эрисы и дубликаты? И главное — неужели бред Сахарова оказалось правдой?

Глава 1

10 лет спустя

Сон… Как много прекрасного в этом слове. Даже несмотря на то, что многие мои увлечения и привычки изменились, любовь к одеялу и подушке лишь усилилась. Обычно я пробуждался строго по будильнику. Специально установил мелодию, которая напоминала мне о старом мире. Но на этот раз, глядя на альпийские горы, я почувствовал едва заметные легкие толчки. Спустя мгновение, кто-то ласково провёл по моему торсу кончиками пальцев. Как раз по тому месту, где проходила огромная татуировка змеи.

— Мам, ещё пять минуточек… — пробурчал я, пытаясь отвернуться, но в ответ послышался лишь тихий девчачий смешок. Кое-как продрав глаза, я увидел над собой Марусю — мою милую соседку и лучшую подругу.

— А… Это ты? Что случилось?

— Я пришла приготовить тебе завтрак, а твой коммуникатор сходит с ума! — ответила она и застенчиво отошла от кровати: — Я не хотела тебя тревожить…

— Ничего страшного. — сонно зевнув, я включил интерфейс и посмотрел на список пропущенных вызовов. Ого! Тут тебе и Волков, и «Профурсетка». Видимо, местные опять распоясались: — Ох ты… Меня потеряли в Отделе раньше времени.

— В Отделе? — удивилась Маруся: — Ты же ещё помощник! Повышение будет только завтра… Разве на срочные задание не должны отправлять вигилантов?

— Ты же знаешь мою историю. — ответил я, вдыхая аромат жаренных вафель и с тоской понимая, что позавтракать уже не успею: — У нас с Волковым уговор. Он рукожоп и сидит не высовывается, а я выполняю задания и получаю удвоенный рейтинг. Всё просто.

— Но так нечестно! И как наставник Хук это допускает? Вот закончу учёбу, дослужусь до Генерала и устрою им всем. — запротестовала девушка, и мне на мгновение показалось, что её ярко-бирюзовые радужки глаз вспыхнули от обиды: — У нас есть порядок! И пока ты не вигилант…

— Маруся… Подай пожалуйста руку. Мне нужно спешить.

— Угу… — девушка опустила взгляд и подойдя к зарядной станции, вытащила мой металлический киберпротез. Легкий «вжух» и из однорукого инвалида я превращался в крайне опасного однорукого инвалида. Шутка. Современные технологии избавили людей от проблем с утерей конечностей. Главное — беречь голову.

Изобразив Т-800, который хвастался металлической пятерней перед доктором Тайсоном, я убедился, что протез синхронизировался и работает отлично. Поднявшись с кровати, приобнял Марусю и чмокнул её в лоб:

— Не обижайся. Такая работа… Ты же знаешь.

— Да. Вернешься вечером? — от обиды не осталось и следа.

— Постараюсь. — я взъерошил её идеальные волосы, что по цвету очень напоминали молочный шоколад, и направился в ванную комнату: — Эрис! Соедини меня с контактом «Профурсетка».

— Выполняю. — пропел прохладный голос электронной помощницы.

— Марк!!! — в голове тут же раздался противный писклявый голос протеже моего наставника: — ГДЕ ТЕБЯ ЧЕРТИ НОСЯТ?!?!?

— Уже бегу! Волков скинул сообщение пять минут назад.

— Меня это не волнует! Если ты через пять минут не будешь в гараже — Хук с тебя шкуру спустит. — взвизгнула она.

— Уже бегу… — закатив глаза, ответил я и сбросил вызов. Василина Дунаева… «Женщина-пила», «Тройное сверло», «Писк на грани фола» и ещё тысяча забавных кличек, которые красноречиво описывали её суть. Бесила абсолютно всех и каждого. До сих пор держалась в отделе из-за доброты моего наставника. Даже Генерал Васильев, мой хороший товарищ, не мог решить этот вопрос.

Так и не почистив зубы, я быстро надел штаны, пояс альпиниста, бронированную куртку и специальные берцы с изменяемой формой подошвы. Маруся заботливо протянула мне «Р226» и газовый пистолет с кошкой.

— Будь осторожнее… — с волнением в голосе произнесла она. Блин, в такие моменты соседка уж больно сильно напоминала типичную жену, а не лучшую подругу. А ведь дело в том, что Маруся родилась на Марсе. В ней не было земного оттиска, поэтому многие вещи девушка понимала… по-своему. Так уж вышло, что год назад она потеряла всю семью. Да что там? Мы оба в тот день остались сами по себе. Я дал обещание её отцу, что буду заботится о Марусе до совершеннолетия. Но пока что всё выглядело с точностью да наоборот! Единственное, я иногда помогал ей с экономикой и литературой. Но через пару месяцев, когда моей любимой соседке стукнет восемнадцать лет, мне придется отдать её в Центр… Там она продолжит обучение по специальности, а через пять лет станет настоящим профессионалом.

— К вечеру приеду. — улыбнулся я, и пулей вылетел в подъезд. Ох… Утро начинается не с кофе. Садиться на общественный транспорт было бесполезно. Лучше двинуть напрямки, через дворы и переулки.

Небо сегодня выглядело потрясающе! Такое голубовато-желтое, с едва заметными прослойками из прозрачных облаков… Нейрополис постепенно просыпался, а я на полной скорости бежал в служебный гараж. Очень раздражало то, что режим автопилота на машине запускался только после утренней регистрации через сканирование сетчатки глаза. И когда уже это исправят?

Но мысли о гараже быстро покинули голову. Почему-то в такие моменты я вспоминал о прошлом. Так сказать — о начале своей новой истории…

Как странно всё вышло. Сперва, я даже подумал, что просочился в очередную фантастическую историю про попаданцев. Прямо как в книгах!

Только вот, тут не было таинственных духов, божеств с системой перерождения и даже могущественных демонов, которые переживали за судьбу умирающего ребенка из другого мира. Здесь была технология.

Возможно всё выглядело бы не таким стрёмным, отправь меня в мир меча и магии, где я бы стал очередным героем, который призван, чтобы сражаться со злом. Но нет! По дурости заключил договор с земным воплощением сатаны и поехал колонизировать терраформированный Марс. Супер!

В итоге получилось так, что я стал для ученых лабораторной крысой. Вернее, одной из нескольких миллионов. Мою душу, сознание… Не знаю, называйте, как хотите… В общем мою личность выдрали из умирающей тушки и посадили в дубликат. По сути, тоже самое человеческое тело, но только с возможностями искусственной модернизации и взаимодействием с Небесными Терминалами, которые помогали местным пользоваться довольно мощными боевыми техниками. И что самое интересное — в каждого из нас вживляли систему искусственного интеллекта, которая не только помогала правильно настроить свою жизнь и следить за результатами, но ещё и выполняла функцию личного органайзера! Нам не нужны были мобильные телефоны, кошельки, паспорта… Да, по сути — вообще ничего. Зачем, ведь всё необходимое теперь всегда при тебе. Единственное, приходилось заморачиваться насчёт домашнего коммуникатора, который служил для вызовов в нерабочее время.

На Марсе жизнь била ключом! Новый мир открывал совершенно уникальные возможности. Да только вот, оно тебе надо, когда семья находится в лучшем случае за пятьдесят шесть миллионов километров? Очень сомнительное удовольствие…

Внешне дубликаты отличались от земного аналога. Умер я сорокалетним мужиком, а вселили меня уже в тело десятилетнего пацана. Конечно, сейчас всё было иначе, но, если бы ребята из компашки увидели, в каком виде я очнулся в Новом мире — ржали бы, как потерпевшие. Саня Гризли превратился в пацаненка… Уму непостижимо!

Но сейчас я был в весьма приличной форме. Подкаченный сероглазый шатен с довольно роскошной шевелюрой и ростом 179 сантиметров. А что? Следил за собой. Правда, насчёт мышц — это было обязательным условием. Увы, протез не висел в воздухе, и ему нужна была достойная точка опоры. Хочешь, чтобы он работал — иди в спортзал и качай мышцы. Другого не дано.

Да и вообще за прошлую жизнь, я четко усвоил для себя, что нужно всегда следить за собой. Конечно, не до оголтелого нарциссизма, когда мальчики всюду фоточки своего пресса выкладывают, а, чтобы выглядеть достойно. Кто бы там что не говорил про «богатство внутреннего мира», а встречать ВСЕГДА БУДУТ ПО ОДЁЖКЕ.

Правда, детишки долго привыкали к моей новой физиономии… До сих пор помню волнение перед тем, как получить первое видеописьмо. Когда я умер, Лизке было семнадцать, а Кольке четырнадцать. Они запомнили меня совершенно другим. Великий и ужасный Александр Хвоин. Руководитель, бывший наемник и идеальный батя!

Но теперь я Марк… Марк Сэведж. Лучше фамилии и придумать нельзя! Как я только себя не обзывал. Придумал тысяча и одну кличку. Однако в новом мире такой юмор не очень ценят, поскольку фамилия выдается от Прайма, этакого клана, который принимает тебя к себе сразу после рождения. Обзовёшь себя — обзовёшь всех, в том числе и Главу. А там люди похлеще меня сидят. Творцы прошлого, настоящего и будущего! Такие могут одним щелчком пальцев испортить жизнь и отправить на работу в пустоши. Брр…

— Входящий вызов от контакта «Профурсетка». — пропел милый голосок Эрис.

— Пффф… — обреченно выдохнул я: — Да сколько можно?! Марк Сэведж, помощник вигиланта из Отдела зачистки сейчас не может ответить на ваш звонок…

— СЭВЕДЖ!!! СКОЛЬКО МОЖНО ЖДАТЬ?!?!? — злобно взвизгнул голос Дунаевской.

— Ты же знаешь, что я не езжу на общественном транспорте! Дворами быстрее.

— ТАМ КАКИЕ-ТО УБЛЮДКИ ЗАХВАТИЛИ ВАЖНЫЙ ОБЪЕКТ!!! А ТЫ В ОБЛАКАХ ВИТАЕШЬ!!! Я ВСЁ РАССКАЖУ ХУКУ!!!

— Валяй. Как будто что-то плохое?

— АГГРРХХХ!!! — бедное одинокое существо, у которого были явные проблемы с сексуальной жизнью наконец-то осознало, что против меня переть бесполезно. Пускай звонит Волкову и говорит с ним. Пока не доберусь до Ласточки, хрен я в нерабочее время буду ещё лишние телодвижения совершать.

Да и вообще, в такие моменты я был крайне возмущен тем, что все разговаривают на генго — общем марсианском языке. А всё потому, что в нём не было мата. А жаль, ведь эмоции порой зашкаливали. Честно говоря, я не совсем понимал смысл изобретения генго. Да, в новом мире жили люди из разных стран, и чтобы быстро прийти к пониманию, нужно было что-то общее. Но почему не оставили английский, который по сути являлся очень простым? Я потел над генго почти полгода! И это учитывая то, что у меня отличная память. Страшно представить, каково было остальным…

Перемахнув через забор, я подбежал к скану, зарегистрировался, а затем открыл створки гаража. Вот и моя Ласточка — шикарный хэтчбек, который был только у меня, Майкла Джексона и ещё пары сотен выпускников местного кадетского корпуса. Самая натуральная отечественная классика заряженная, как мощный спорткар. Вообще, с этими русскими машинами была целая история… Серьезно — я ожидал летающий автомобиль, как в фильмах про будущее, а в итоге получил затонированый в хламину 2141. «Москвич» на Марсе… Вот серьезно — ни за что бы не подумал. Однако у этого было своё логическое объяснение. Дико ржал, когда узнал.

Но несмотря на мою неприязнь к отечественному автопрому, за полтора года мы сроднились. Да и какая разница, если у всех оперативников было нечто подобное?

— Эрис! Свяжись с контактом «Хлюпик».

— Выполняю. Ой… — помощница резко прервалась: — Он поставил служебный блок на входящие вызовы.

— Идиот… — обреченно выдохнул я: — Тогда, отследи Волкова и сделай метку на карте.

— Выполняю. — ответила Эрис и моментально нарисовала путь.

Привыкал я, конечно, долго, но жить со встроенным интерфейсом удобнее. Единственным минусом была всплывающая иногда реклама.

— Автомобиль Хлюпика найден! — торжественно объявила помощница.

— Как и всегда… Встал непонятно где. — пробурчал я.

Ипполит Волков — мой напарник. Полноценный вигилант 1 ранга. Увы, про таких, как он без матерного слова не скажешь. Разгильдяй, безответственный и бесхребетный хлюпик, который отправился на Марс по собственной прихоти. Говорят, психанул и сбежал от чуткого надзора родителей. Не смог дать отпор и до тридцати лет оставался зависимым неудачником. Видимо искренне надеялся, что в Новом мире сможет начать всё с чистого листа… Ага! Как же? Если в голове дерьма кусок вместо мозгов, то смена места не поможет. Я до сих пор был в шоке, как эта ленивая инфантильная скотина смогла выйти из звания помощника. Видимо Прайд Волковых знал, кому давать на лапу.

— Недостроенное здание «Глазго Корп»! — Эрис обозначила новую точку на карте: — Обновление координат.

— Твою мать… Что происходит?!

— Ваш напарник бросил автомобиль на перекрестке.

— Какой же он… — чтобы лишний раз не расстраивать Эрис, я решил промолчать. Она очень не любила, когда я ругался по-русски и потом капала на мозг. Да уж… И зачем вообще нужна подружка, когда можно просто подключится к Эрис?

Проехав мимо кабриолета Волкова, я свернул направо, едва не задев столб светофора, а затем, обгоняя ленивый трафик, на всех парах помчался к недостроенному небоскребу. До сих пор не могу понять, что он собрался делать? С опозданием отправил уведомление… Бросил автомобиль. И это с учетом того, что по полученным данным там спрятались очень опасные личности.

— Входящий вызов от контакта «Хлюпик». — пропела Эрис.

— Давай! — сухо ответил я: — Поль… Какого черта ты так поздно отправил уведомление о начале операции?! Что, пока весь мир говорит «вчера», мы говорим «послезавтра», да?

— Марк… Прости пожалуйста… Марк… Я… — трясущимися от страха губами прошептал напарник, а затем послышался глухой шлепок.

— Привет. — прорычал незнакомый голос: — Значит так, я шутить не люблю! А вашу свору ещё больше. Поэтому если я увижу хотя бы одну черную таратайку на горизонте — сверну вашему зайке башку, а шлем заберу себе, как трофей. Надеюсь, мы друг друга поняли.

Вызов оборвался. Дело принимало совершенно неприятный оборот… Если Волкова убьют, то меня могут лишить квартальной премии и наложить штраф на рейтинговую шкалу. Да и вообще этот сопляк мне много чего позволял. Идеальный напарник, за исключением того, что порой у него начинался кризис среднего возраста и он, отключив мозг, лез на рожон прямо как сейчас.

— Эрис, поставь ЭЦП на протоколе ответственности и отправь запрос на лицензию. — сухо произнес я.

— Рекомендация от врача гласит…

— Знаю. Игнорируй!

— Если ты вновь кого-нибудь убьешь — начнется разбирательство. — в голосе Эрис слышалось волнение: — И лицензия лишь развязывает тебе руки.

— Милая, давай без этого?

— Протокол согласован. Запрос отправлен. — тяжко вздохнув, ответила она.

— Вот и славно.

Заехав в переулок, я напялил защитный шлем с жутковатой маской хання. Из-за работы в строгой секретности злобный оскал демона был обязательным атрибутом любого оперативника Отдела зачистки! Надевать подобное в людном месте строго запрещено, отсюда и полная тонировка авто. Только кадеты, студенты военного института типа Маруси и оперативники могли знать правду. Если же кто-то из преступников увидит твоё лицо — мало точно не покажется. Представители криминала очень не любили тех, кто мешал их деятельности. В итоге шанс получить пулю в затылок серьезно увеличивался. Единственным опознавательным знаком был индивидуальный узор на шлеме, по которому некоторым из нас бандиты давали забавные клички.

А суть всего этого маскарада в том, что был у Отдела зачистки один маленький, но очень важный нюанс… Представители государственных структур не могли убивать людей. Любая жестокость, будь то казнь, нападение, самозащита — всё было под строжайшим запретом. Новый мир вообще отказался от насилия в любых проявлениях, сделав акцент на том, что нас на Марсе всего двадцать пять миллионов человек, а этого крайне мало. Для общественности была лишь честная и справедливая полиция, которая отлавливала преступников и отправляла их на исправительные работы в поля. В этом была суть новой политики. И именно поэтому личности помощников и вигилантов скрывались от общественности. Для окружающих ты мог быть обычным инспектором, курьером или продавцом булочек, а в реальности — очищать улицы города от всех несогласных с законами и порядками нового мира. И наш Отдел зачистки, по сути, был вне закона.

Кроме того, шлем являлся целым комплексом с расширенными возможностями по анализу и наведению. А заодно выполнял функцию защиты головы. На испытаниях спокойно держал удар от калибров 22 LR и 9х18 мм.

— Обнаружен крупный объект. Не могу идентифицировать из-за защитного слоя. — пожаловалась Эрис.

— На каком этаже?

— Крыша.

— Снайперы?

— Два. На шестьдесят третьем и восемьдесят втором. Ветра нет. Уклон минимальный. — ответила помощница.

— Открой схему канализации возле здания. Мне нужны лазейки! — ответил я, и выглянул из своего укрытия.

— Есть проход из коллектора.

— Отлично! Значит сейчас пройдем под землей. — открыв люк, я аккуратно спрыгнул во мрак.

— Активирован режим ночного зрения. — оповестила Эрис.

— Благодарю. — ответил я, стараясь не поскользнуться на отсыревших плитах.

Смешно представить, но помощники очень часто спускались сюда в поисках тел и улик, когда помогали следствию. Так что любой оперативник в канализации чувствовал себя, как… хмм… рыба в воде?

Спугнув стайку крыс, я пробежал по тоннелю несколько сотен метров, и обнаружив нужный люк, полез на поверхность. Отключив режим ночного зрения, я оттолкнул металлическую крышку и выбрался на улицу. Повезло, что это мертвая зона для снайперов, иначе мне пришлось бы устраивать дикие танцы…

Зацепившись за пластиковую раму окна на первом этаже, я подтянулся и залез внутрь.

— Личности установлены? — тихо спросил я у Эрис.

— Аккаунты взломаны. Информация отсутствует.

— Дерьмо! — выдохнул я, и направился к лестнице: — Только факиров нам тут и не хватало…

В Новом мире практически любой желающий мог научится местной магии и стать профессиональным факиром. Для этого необходимо было иметь талант и чистую историю в полиции. Работало всё очень интересно. Небесные терминалы аккумулировали солнечную энергию, превращая её в так называемый «осмат», то есть — особый вид материи. В дубликаты с самого рождения вживлялся специальный приемник под названием Элемент. На мой вопрос — а зачем каждому жителю Марса потенциальное оружие, мне отвечали лишь, что у Элемента и дубликата были проблемы с синхронизацией. По мнению правительства, проще дать человеку незаряженный пистолет сразу, чем потом долго возится и тратить время на дорогостоящие операции по модернизации. Тут тебе и лазерные лучи, и мощнейшие энергетические пучки для уничтожения тяжелой техники противника, и даже тяжелая артиллерия! Но с последним — это, как повезёт. Однажды я видел, как Хук поджарил человека до хрустящей корочки за три секунды… Мощно, красиво и эффектно. Однако освоение осмата, это как писать стихи — дано далеко не всем. Ты можешь замарать тонну бумаги и вылить на это несколько литров чернил. Вопросов нет, но без таланта это так и останется простым русским рэпо… Ой, тьфу! В смысле простой тупорылой фигнёй. В общем без таланта никуда.

Зайдя на лестничную площадку, я аккуратно перешагнул через стройматериалы, разбросанные возле входа, и заглянул наверх.

— Замечена активность на сто пятнадцатом этаже. — предупредила Эрис.

— Это же почти крыша?

— Именно.

— Твою мать… Они собираются! — выхватив газовый пистолет с кошкой, я прицелился и выстрелил вверх. Миниатюрный гарпун зацепился за металлический бортик. Блин, побыстрее бы стать вигилантом! У них есть грави-ботинки, для которых высота в несколько сотен метров — это так, раз плюнуть. Выхватив свой верный «Р226», я специально проверил хорошо ли зацепилась кошка. Бывали случаи, когда наши добры молодцы подлетали на пару десятков метров, а потом камнем вниз… Ситуация так себе.

Прицепив трос к ремню альпиниста, я запустил режим лебедки и довольно быстро полетел наверх.

Единственный минус — здание недостроенное, а из-за этого несколько этажей больше напоминали голые балки с бетонными перегородками будущего пола и крыши. Отсоединив гарпун, я спрятал оружие и с обреченным вздохом полез дальше. Осталось совсем чуть-чуть! Кажется, я даже начинал слышать их голоса.

— …сказать! А что в итоге?! Поведай мне, грязная свинья! — прорычал грубый голос того парня, который как раз общался со мной: — Вы всего лишь сонные мухи в этом котле! Не понимаете, что система — это иллюзия порядка. Нас всех обманули и угнали сюда, как рабов из Южной Америки!

— Эрис, сколько их? — спросил я, аккуратно перепрыгнув с одной балки на другую.

— Десять человек на площадке. Два снайпера на этажах. И четыре человека на крыше. — ответила помощница.

— Я не хочу ничего слушать! Малк, просто скажи, что тебе надо от меня? — чуть ли не плача скулил Поль. Шлем менял голос, поэтому мольбы напарника звучали крайне жутко. Словно робот, который внезапно обрел душу…

— Чтобы ты отозвал своих дружков и дал нам время! — проурчал в ответ бандит. Так значит это Малк Уотни? Революционер с синдромом восьмиклассника. Всё пытается запарить мозги, что нас тут держат в рабстве. От части, я с ним был даже солидарен, но увы, на данный момент мы находились по разные стороны баррикад.

— Что же… — вздохнул я: — Работаем по старой схеме.

Дело в том, что киберпротез был не только хорош в прописывании звездюлей, но также содержал в себе три дымовые шашки, штык-нож, штурмовую гранату, запасной магазин к «Р226» и три огненных плевка для поджигания особо зазнавшихся товарищей. А поскольку у них численное преимущество, то значит наведем суету…

— СВЕРХУ!!! — воскликнула Эрис. Я резко выхватил пистолет и кувыркнувшись назад, застрелил спрыгнувшего на меня ублюдка. Твою мать! Видимо, один из тех, кто был на крыше.

— Что?! — Малк злобно посмотрел на рухнувший труп: — Какого черта?! Я ЖЕ СКАЗАЛ НЕ ЛЕЗТЬ!!!

— Я не в курсе! Клянусь! — завопил Поль, на что бандит лишь врезал ему рукоятью обреза по маске.

— Выходи, мы не кусаемся… — прорычал ублюдок, оглядывая верхние балки: — Просто обсудим передачу заложника и всё! Ты убил моего человека… Сам понимаешь, какое одолжение я тебе делаю.

Одолжение? Это вряд ли, приятель. Прицелившись в небольшое металлическое перекрытие, Эрис вывела на интерфейс траекторию падения снаряда, а я запустил дымовую шашку вниз.

— Твою ж мать… — выругался Малк, глядя на зеленый дым: — Просто прекрасно…

— Что такое, босс? — с ужасом спросил один из приспешников.

— Этот урод привёл сюда Змеиного царя…

Не царя, а короля! Это важно. Терпеть не могу, когда моё погоняло коверкали.

Сейчас отряд террористов больше напоминал кучку беспомощных слепых котят. Волков смекнул, что подмога рядом, поэтому успел отползти и спрятаться за лестницей. Его «Беретта» сейчас лежала у крайней стены, поэтому на огневую поддержку можно было не рассчитывать.

Началась слепая перестрелка.

Пробив четверым горе бандитам ноги, я попытался выследить остальных. Благо, что шлем мог спокойно просвечивать дым. Малк наконец-то сориентировался и побежал в сторону лестницы. Я хотел обездвижить его, но на нижнюю балку запрыгнул один из снайперов и начал палить по мне из ПП. Перемахнув за ремонтные леса, я перевернул металлическую заслонку и лег на живот. Пули со смачным треском врезались в балки, выбивая яркие снопы искр. Волков, тормознутый идиот… Почему не суетится, когда мне нужна помощь?

Дождавшись, пока снайпер затихнет, я аккуратно выглянул и увидел, как вся свора Малка убегает на крышу. Отлично! Значит пришло самое время заканчивать этот балаган.

Перепрыгнув через металлический заслон, я выстрелил из газового пистолета, и зацепившись за верхнюю балку, шустро спустился вниз.

— Поль! Соберись и прикрывай меня. — прорычал я, забежав на лестницу.

— Я ранен… — прокряхтел он.

— Эрис. Посмотри данные с искина Волкова.

— Данные получены. Огнестрельное ранение левой ноги. Пуля застряла в берцовой кости. Состояние удовлетворительное.

— Вот дерьмо! — выругался я, но бежать поднимать Хлюпика было уже некогда: — Эрис! Запусти программу автопилота. Пускай кабрик приедет сюда.

— Программа автопилота временно заблокирована.

— Да, твою ж! Тогда пускай «Москвидон» ко входу подкатит.

— Приняла!

— Поль, машина едет! Газовый пистолет на месте?

— Угу… Я спущусь… Спасибо… — выдохнул он, и максимально неуклюже пополз к лестнице.

Выбежав на крышу, я не поверил своим глазам. Как кучка идиотов смогла угнать военный вертолет? Разработка «Милитари Индастрис» — громоздкий жирдяй на базе Ми-35.

— От «Ренегатов» с любовью! — проурчал Малк и швырнул в меня гранатой, затем закрыл дверь. Я едва успел отпрыгнуть за будку для будущей вентиляции. Взрыв разбросал куски бетона в разные стороны. Резко поднявшись, я выстрелил из газового пистолета, и зацепившись гарпуном за носовое колесо, начал подниматься в след за ними. Ещё очень повезло, что это не легкий штурмовой вертолет, а настоящий боевой транспортник! В противном случае, они бы меня уже давно заметили и открыли огонь.

Кое-как поднявшись, я схватился за колесо, и подтянувшись, попытался дотянуться до металлического выступа. Однако мне мешал трос… Вопрос — рискнуть задницей и прыгнуть, или же продолжать болтаться, словно гнилой кокос? Первый вариант очень так себе. Да и второй, в принципе, тоже… Выдохнув, я отцепил гарпун, а затем раскачался и кое-как дотянулся до выступа. Повезло, что металлическая рука ничего не чувствует.

Забравшись на подножку, я с хрустом вырвал дверь и залез внутрь. Испуганные бандиты даже слегка оторопели, завидев меня.

— ДА СКОЛЬКО МОЖНО?!?! — с ужасом завопил Малк, но я тут же припечатал ему кулаком в нос, от чего бедолага отправился в красивый нокаут. Остальные попытались заступиться за босса, но я вытащил из протеза гранату и выдернул кольцо:

— Тише, ребята. — на этот раз хозяином положения был я: — Не рыпайтесь, и никто не пострадает. Опустить оружие. ЖИВО!!!

Неудачники суетливо положили стволы на пол, а затем катнули ко мне.

— Все назад, мордой в пол, руки за голову! — проорал я, а затем выглянув на улицу, и убедившись, что мы летим над полями подсолнухов, сбросил всё оружие: — Эрис! Поставь контрольную точку и вызови полицейских. Пускай примут.

— Есть!

— Что же… — я зашёл в кабину. Пилот, офигевший от такой наглости, тут же выхватил пистолет, но граната в моей руке быстро усмирила его.

— Куда? — тихо спросил он.

— Возвращаемся обратно. Посадишь вертолёт туда же, пока далеко не улетели.

— Принял… — кивнув, пилот развернул вертолет обратно к недостроенному небоскребу.

— Эрис! Свяжи меня с Хуком. Срочно!

— Выполняю. — ответила помощница, и спустя мгновение я услышал хриплый голос наставника:

— Малой, что происходит?

— Малк украл вертолет «Милитари Индастрис». Я держу ситуацию под контролем.

— Фуух… — с облегчением выдохнул он: — У Волкова опять крыша поехала? Что за игры?

— Видимо. — пожав плечами, ответил я и вышел обратно в отсек: — Отправь отряд по этим координатам. Сейчас скину. Я сообщу, как посадим верто…

— АГГРРХХХ!!! — Малк резко вскочил и выстрелил в меня ярко-желтым лучом осмата. Я едва увернуться и поток энергии пробил стену кабины насквозь. Вертолет не слабо тряхнуло, а затем повело вниз.

— Идиот! — проорал я, и вновь ударил ублюдка по морде кулаком с гранатой. Недореволюционер попытался контратаковать. Увернувшись я успел схватится за спинку кресла. Малк, воспользовавшись моим замешательством, пошёл в атаку. Резко ударив, он случайно выбил гранату из моей руки. Чека отлетела в сторону, и бандит с ужасом выпнул снаряд из вертолета. Отцепившись от спинки кресла, я хотел схватить Малка за воротник куртки и выключить, как вдруг вертолет вновь резко дернуло и бедолагу выкинуло наружу. Печально… За главаря банды дают приличное количество очков. Но теперь основной задачей было выжить. Я открыл дверь в кабину и ужаснулся. Тело пилота разрубило на две части. Вся панель была заляпана опаленными кусочками плоти. Отодвинув труп, я тут же схватился за ручку управления. Жалобный писк панели и неминуемо приближающийся небоскреб говорили о том, что ситуацию уже не исправить. Всё, как будто замерло… Пролетающий между лестницами Волков, с ужасом смотрящий на вертолет. Непонятно откуда вылезшая подмога Малка, что уже разбегалась в разные стороны… Тяжко выдохнув, я прыгнул в салон и едва успел пристегнуться. Вертолет с мощным грохотом залетел внутрь недостроенного здания и врезался в одну из балок. Последователей Малка, которые находились в салоне, разбросало между кресел. Ремень не выдержал, и я шлемом врезался в стенку кабины пилота. В голове что-то звякнуло, а сознание на мгновение помутилось…

— Выполняется сканирование организма. Состояние удовлетворительное! Обнаружены ушибы и легкое сотрясение мозга. Необходим медицинский осмотр. — пропела Эрис.

Мне бы сейчас вместе с Хлюпиком ехать в больничку, а не вот это вот всё.

— Ох… — не став проверять, кто из людей Малка выжил, я выбрался из разбитого вертолета и рухнул на бетонную плиту. Размеры махины впечатляли! Транспортник был слишком здоровым, поэтому смог пробить насквозь два этажа, проникнув в здание лишь наполовину: — Хук! Ты меня слышишь?

— Да! Я на связи! Что у вас там происходит?!

— Вызывай спасательный отряд. Пускай копы перекроют улицу… Вертолет завис в опасном положении. — выдохнул я, придерживаясь за стену.

— Не переживай, сделаем! Ты там живой?

— Относительно… — произнес я и присел возле разбитой стены.

— Входящий вызов от контакта «Хлюпик».

— Принимай… — ответил я, пытаясь нащупать рукой пистолет: — Ты там как? Добрался?

— Это… — в голосе Волкова слышалась глубокая печаль: — Послушай… Я не хотел, чтобы так случилось…

— У меня башка звенит, как будто вчера гуляли… Давай без вот этих загадок? Чего там у тебя?

— Марк… Я спустился вниз… Хотел ползти к машине… А тут эти… — торопливо ответил он, а я только сейчас заметил подозрительный столб черного дыма, что вздымался откуда-то снизу. Медленно поднявшись, я подхромал к краю и посмотрел вниз…

— Они окружили меня! Явно хотели взять заложником, чтобы скрыться… — чуть ли не плача произнес Хлюпик: — А Ласточка… Она… В общем… Она решила отвлечь внимание на себя… Знаешь ведь, как работает автопилот… У них был РПГ… В общем…

— Уровень адреналина превышает допустимую норму! — воскликнула Эрис: — Необходимо успокоится и отдохнуть.

— Я успокоюсь… — прорычал я, до трещин сдавив стену металлической пятерней и глядя на дымящийся остов «Москвича»: — Я им сейчас так успокоюсь…

— Ты не в том состоянии! Прошу — успокойся! — уверенно повторила помощница.

— Малк мертв… — усмехнулся я, подойдя к разрушенной вертолетом стене и оторвал металлическую арматуру: — Ласточка уничтожена. Табельное оружие «пролюблено». Очков будет меньше. А значит, что?

— Не надо! Прошу… — испуганно прошептала Эрис.

— Правильно! Я пойду защищать своего Хлюпика. Хе-хе-хе… — злобно усмехнувшись, я выхватил газовый пистолет, и зацепившись за выемку в потолке, спрыгнул вниз: — Поль! Где они?

— Поднимаются наверх! Они вооружены…

— Отлично. — увидев приближающиеся точки, я резко остановился и запрыгнул на лестничную площадку. Боль и головокружение, как рукой сняло… Ох, потом опять отчитываться перед психологом, но за Ласточку грех не отомстить. Подорвать мою машину из РПГ… Уроды. Я сейчас им все кости переломаю! И сделаю это максимально эффектно.

Подняв булыжник, я дождался, пока первый покажется на лестнице, а затем размахнувшись, метнул ему в голову. ХЭДШОТ!!! Кровавые кляксы украсили бетонную стену в стиле постмодерна.

— ОН ЗДЕСЬ!!! — заверещали снизу и по тыльной стороне лестницы застрекотали пули. Калибр не тот… Такое бывает. Ударив по стене, я взял ещё пару обломков. Как завещал Риддик — оружие можно сделать из всего, что под рукой.

Спустившись ещё на пару пролетов, я смог достать второго снайпера. Он даже не понял, чем именно его убило. А вот последний камень так и не попал в цель, но мне было наплевать. Загнав ублюдков в угол, я пробил металлическим кулаком лестницу, и вместе с пылью обрушился на них. Крики, неумелые взмахи руками в надежде противостоять арматуре, брызги крови и я наконец-то с облегчением выдохнул.

— Зачем? — тихо спросила Эрис: — Это же столько рабочих рук на полях было…

— Так уж вышло. Прошу прощения. — злобно усмехнулся я: — Милая, ты же знаешь! Это потерянные люди…

— УМРИ!!! — один из трупов резко подскочил, и выдернув кольцо из гранаты, прыгнул на меня. Да что же за день такой?! Я едва успел увернуться и сигануть в окно, благо этаж третий, как позади меня прогремел взрыв. Всё же в последнее время было тихо и спокойно. Так что началось-то?! Больно ударившись об землю, я прикрыл лицо от кучи бетонных обломков.

— Эрис… Кости целы?

— Внутренние и внешние ушибы, гематомы по всему телу. Переломов нет. Состояние — присутствует риск для жизни.

— Погоди… А что это за звук? — я прислушался, пытаясь понять, что там за скрежет. Хех… забавно. То ли у меня сегодня счастливый день, то ли кто-то надо мной специально издевается. Фюзеляж вертолета дрогнул и эпично полетел вниз, прямо на меня.

Здорово! Великолепно…

Глава 2

«Окунись в атмосферу идеального мегаполиса!» — именно так звучал слоган Нейрополя — огромного города, который в довесок был ещё и столицей Первой Колониальной Федерации. Ни одного безработного, ни одного ущемленного или обиженного. Никаких очередей в больницы, детские сады, школы и высшие учебные заведения. Каждый при деле. Каждый был маленькой шестеренкой огромного механизма, под названием «система». Утопия, не правда ли?

Вот и я тоже задумался над этим вопросом, лежа среди бетонных обломков и глядя на то, как на меня падает военный вертолет. С заданием практически справился, но последствия крайне часто настигают нас в самый неожиданный момент…

У любой медали есть две стороны, и Нейрополь не отличался оригинальностью. За всей этой вычурной красотой и идеальностью скрывались те, кто искренне не верил в систему, и пытался жить по-своему. Это как раз люди, типа Малка и его приспешников. Им не нужна была помощь Федерации… Они отрицали политику Верховного Лидера. Преступниками зачастую становились люди, которые не думая подписали договор с НИИ по программе «Колонизации», и теперь были в ужасе от происходящего. Признаться, я тоже раньше думал аналогично… Кто они такие, чтобы просто так взять и купить мою собственную душу? Самые настоящие демоны в докторских халатах!

В ожидании столкновения, в голове вновь пронеслась вся моя жизнь. И «до», и «после». Мне хотелось видеть момент моей смерти. Хех… Как бы это странно не прозвучало — моей второй смерти. Интересно, будет так же, или уже как-то иначе?

Мощный взрыв больно ударил по ушам, и в меня полетела шрапнель из металлических обломков. Скрип металла оповестил, что спасательная бригада прибыла вовремя. Яркий луч осмата разрезал фюзеляж на две части и растолкал по сторонам. Как хорошо… А то я уж было подумал, что всё.

— Марк? Эй! Марк, ты живой? — сквозь звон в ушах продирался знакомый голос Хука.

— Да… — прохрипел я, пытаясь пошевелить рукой: — Всё… В порядке…

— Воу! — мой наставник, удивленно поднял седые брови, когда заглянул в небольшую яму, где сейчас лежали мои израненные телеса: — Похоже, вторую руку нам тоже придется заменить…

— Очень смешно. — усмехнулся я, сглотнув неприятный сухой комок: — Отвези меня в Бурлеск… Всё равно сегодня не смогу сесть за руль. Хочется накидаться…

— Боюсь, что тебе нельзя. — Хук, будучи бывшим штангистом и здоровяком почти под два метра ростом, несмотря на возраст поднял меня, как пушинку и положил на каталку к медикам: — Держись, малой! У тебя завтра повышение.

Малой… Я понимал, что Хуку почти в два раза больше, но всё же называть пятидесятилетнего мужика «малым» было как-то неправильно.

— Только из-за этой мысли я и держался. Честно… Мне надоела твоя старая физиономия. — усмехнулся я, чувствуя, как медики уже разрезали рукав куртки и вкололи обезболик: — Они уничтожили мою ласточку, Хук…

— Тебе сейчас не об этом надо волноваться. — тяжко вздохнув, ответил здоровяк: — Главное, что ты жив.

— Хах… Но я задал им нормальную трепку. — гордо выпятив грудь и тут же закашлявшись, произнес я: — Такого шоу давно никто не устраивал…

— Этот вертолет чуть не раздавил тебя. Если бы не помощь спасательной бригады… Как я и говорил — твоя жадность до добра не доведет. Ваш союз с Хлюпиком был ошибкой с самого начала.

— Ой, Папуль… Не начинай! — улыбнулся я. Дело в том, что за размеры и заботливый характер, моего наставника за глаза называли Большим папочкой, а некоторые даже Папулей.

— Как только встанешь на ноги — я тебе так мощно втащу, что придется не только руку, но ещё и все зубы менять. Ты понял? — вот сейчас Хук выглядел максимально серьёзным. Всё так же воспринимал меня, как мальчонку и пытался воспитывать. А с моим вспыльчивым характером подобное никак не вязалось… Ещё с первой жизни в наследство передались идиотская гордость и убеждение, что правда всегда на моей стороне. Это глупо, но таким уж меня воспитали. Поэтому я всегда удивлялся терпению громадного учителя. Проведя двумя пальцами по пушистым седым усам, Хук всем своим видом дал понять, что совсем скоро нас ждёт очень серьезный разговор. А это дело он любил!

Как только двери машины скорой помощи закрылись, я облегченно выдохнул. Всё что угодно, только не нарекания Папули сразу после происшествия. Хук был строг, но быстро отходил. Поэтому, когда меня залатают, есть очень большая вероятность, что он будет добрее. Хотя бы на чуть-чуть…

Тем временем медики, что суетились вокруг меня, уже подготовили пистолет-шприц с ярко-фиолетовой ампулой.

— Ох, только не это! — запротестовал я.

— Что не так? — удивилась женщина-анестезиолог, брызнув на место будущего укола немного антисептика.

— Невелир! Меня на пол сола срубит…

Довольно жесткий транквилизатор с названием, немного отдающим скандинавской мифологией, использовался военными врачами только в самых хреновых случаях. И я был сильно не уверен, что сейчас именно такой.

— Всё будет хорошо. Главное — не сомневайтесь в нашей компетентности. — широко улыбнувшись, ответила женщина, и ввела отраву мне прямо в вену. Ох, что потом началось! Адская боль, как будто по всей моей кровеносной системе запустили соль, выжигая тело изнутри. В глазах начало пульсировать, а разум постепенно уходил во мрак. Вот и всё… Боль ушла, а я, как будто перенесся в небытие.

Здесь не было снов или галлюциногенных видений. Просто абсолютное ничто, с едва заметными всполохами мыслей и воспоминаний.

Хронометрия на Марсе отличалась. Начнем с того, что местный день тут назывался солом, и по земным меркам он длился 24 часа 40 минут, то есть на 2,7 % дольше. Конечно же, никто не переделывал циферблаты. Просто механизмы настроили так, что они показывали секунды, минуты и часы как раз с учетом этих 2,7 %. Сперва немного путаешься, но потом привыкаешь.

Так вот, пока работает медицинский модуль, Невилир будет сдерживать моё сознание несколько часов, и даже удлиненные сутки тут не помогут. А это значит, что на ужин я не успею… Маруся опять будет дуться.

Очнувшись, я почувствовал, как тело неистово ныло, а в голове творился полнейший кошмар. Мысли спутались, а я всё никак не мог прийти в себя.

— Марк Сэведж! — грозно произнесла женщина средних лет и бросила на меня гневный взгляд. Спешу представить — Профессор Элеонора Ландышева, и по совместительству мой психолог из кадетского корпуса. Подобные специалисты вели оперативников Отдела начиная с выпускного курса и заканчивая пенсией.

Но мне всегда не нравились психологи. Они заставляют вспоминать самое сокровенное и роются в очень мерзких уголках человеческого разума.

И возвращаясь к Элеоноре, я мог сказать, что это крайне неприятная личность, которая клешнями вырывала из тебя самые жуткие секреты. Правда, как я уже говорил, характер у меня мерзкий, поэтому мы с ней так и не смогли найти общий язык.

— Тетя Нора! Как я рад вас видеть! — злорадно усмехнулся я, и невзирая на боль, крепко обнял могучее тело женщины.

— ОТСТАВИТЬ!!! — взревела она и мощным толчком отбросила меня обратно на койку: — Совсем страх потерял?!

— Хе-хе-хе… Так, чем обязан? — поинтересовался я, подложив руки под голову.

— Кхм… — лицо Тети Норы тут же сменилось на одухотворенно радостное: — Сегодня уникальный и воистину волшебный день!

— Так-так-так… Давайте-ка я порадуюсь. Расскажите?

— Вениамин Анатольевич сжалился над моим бренным дубликатом и подписал документы о твоем повышении. Через три часа контракт должен вступить в силу. Если ты, конечно, не провалишь последнее испытание. А я в тебя верю…

— Хмм, даже интересно.

— Так вот, когда тебя повысят… Знаешь, что это значит? — сейчас лицо Элеоноры напоминало довольную физиономию Дяди Вернона, когда он заколотил все окна и двери в своём доме, чтобы совы не смогли доставить письмо с приглашением.

— Моя мечта исполнится, и я стану вигилантом?

— Верно, но не только это. — усмехнулась женщина: — Ты к чертям собачим уходишь из моей группы! Ха-ха-ха! Как ты меня достал за последние десять лет. Чертов демон…

— Вы старше меня всего на пятнадцать лет, если учитывать земной возраст. Поэтому рекомендую говорить с уважением.

— Умолкни! Я выше тебя по званию! — воскликнула она: — Ты испортил мне всю статистику… Подорвал мою репутацию, как специалиста! Я двадцать пять лет… ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ ЛЕТ ПРОРАБОТАЛА ПСИХОЛОГОМ НА ЗЕМЛЕ!!! И ещё здесь почти пятнадцать. А такого пациента у меня никогда не было… НИКОГДА!!!

— Всё бывает в первый раз, Тетя Нора. Я же любя.

— Ты… Настоящий дьявол! Что на Земле им был, что здесь. Но ничего… Теперь тобой займется Амбер Форкс! Пускай эта английская ледышка мучается… Будь с ней самим собой. Кстати, ей уже не терпится с тобой познакомится! Как я рада что моему бедному дубликату больше не грозят такие стрессы. — Элеонора захохотала словно ведьма. Кстати, как я уже говорил, дубликаты мало чем отличались от обычных человеческих тел. Те же потребности, те же особенности… Всё тоже самое, за одним маленьким исключением — тут ты всегда будешь видеть результат. Эрис обязательно подскажет, через сколько ты превратишься в депрессивную амебу или же сумасшедшего маньяка. Всё продумано до мелочей. Однако глядя на дико хохочущую Элеонору, я ненароком задумался, что, возможно, ей самой не помешало бы показаться специалисту…

— Я буду присылать вам открытки на Новый год и восьмое марта!

— Всё… Никаких больше Марков Сэведжей на моем веку. Я забуду тебя, как страшный сон. — прорычала женщина и резко поднявшись, поспешила удалится. Эх… Жаль. Веселая тетка! Мне будет сильно не хватать этих замечательных посиделок с ней. Но одно радует — меня совсем скоро переведут из помощника в полноправного вигиланта! То есть, ещё немного и я добьюсь своего.

Однако от праздных мыслей меня отвлек стук в дверь.

— Можно? — на пороге показалась женщина, лет сорока восьми на вид. Строгий деловой костюм и волосы, заплетенные в клубок, выдавали в ней очередного военного психолога.

— Смею предположить, что вы доктор Амбер Форкс? — поинтересовался я.

— Всё верно. — холодно ответила женщина и зашла внутрь: — Я практикующий специалист двадцать второго…

— Знаю. Вас уже ввели в курс дела? — перебив, спросил я.

— Ввели.

— Отлично. Значит вы знаете, что я не очень люблю долгие беседы с мозгоправом? — скрестив руки на груди, я испытывающе взглянул на Форкс: — Поэтому, не томите. Давайте сразу и к делу?

— Хорошо. — её тонкие губы изобразили некое подобие ухмылки. Она отложила планшет на тумбочку, и придвинув стул, села поближе ко мне: — Господин Сэведж. Начнем с того, что вы совершенно дикий и безответственный человек, который держится на службе только из-за своего упорства и преданности делу. Однако хладнокровные убийства строго запрещены. Заданием Волкова было не устранение, а арест главы «Ренегатов». Вы собственноручно убили семнадцать человек. СЕМНАДЦАТЬ. Что вы можете на это сказать?

— Я красавчик. — пожав плечами, ответил я. Игра началась! Посмотрим, насколько хватит этой снежной королевы.

— Нет. А вот я скажу вам… Вы — аморальный и совершенно неконтролируемый маргинал, который не ценит Новый мир! Вы игнорируете правила. Вы подставляете весь Отдел зачистки, Департамент Контроля Безопасности и Генерала Васильева в том числе.

— Хах… Я выполнял свою работу. А вы выставляете меня, как маньяка… Не уверен, что это профессионально.

— О! Ни в коем случае. Вы же хотели сразу и к делу? А я хочу узнать вас поближе и разобраться с вашими проблемами.

— Это не отменяет того, что я специалист. И я выполнял свою работу. — сухо ответил я.

— На момент выполнения задания вы были ПОМОЩНИКОМ, а не вигилантом. Это разные вещи. У вас нет полномочий!

— А что мне оставалось делать? Дать этим ублюдкам убить Волкова и украсть собственность «Милитари Индастрис»? Моему напарнику пришло уведомление, и мы отправились на задание.

— Напарнику. Не вам. Волков — опытный вигилант первого ранга. У него есть лицензия и полномочия. А вы должны были прикрывать его спину. Но в итоге что? — в итоге то, что вы, Госпожа Форкс, совершенно не знаете Хлюпика. Кто-то скажет, что это у него черта характера такая… Но я отвечу, что нет — это у него характер черта!

— В итоге я уничтожил отряд опасного террориста. Этого недостаточно?

— Вы целенаправленно забили насмерть ВОСЕМЬ ЧЕЛОВЕК. Арматурой… Никто из помощников и вигилантов не может похвастаться подобным. Вы порочите гордость Отдела зачистки и Департамента Контроля Безопасности! Вас создавали, чтобы обеспечивать порядок и безопасность. Лицензия на убийство выдается ТОЛЬКО В КРАЙНЕМ СЛУЧАЕ! Преступник должен быть наказан законным методом.

— Вы сами себя слышите? Нашего Отдела формально не существует.

— Я к тому, что пора включать голову. И вообще — знаете что? Лишь от моей подписи зависит — станете вы вигилантом или нет. Я и есть ваше последнее испытание.

— Ммм… Ведро холодной воды? Ладно! Играем. Что вам нужно?

— Чтобы вы рассказали правду! Вам дали уникальный шанс прожить жизнь заново. — сузив глаза, произнесла Форкс: — А вы разрушаете всё вокруг… Как будто этот мир кажется для вас чужим.

— А разве это не так? Вы ничего про меня не знаете…

— Как же? — удивилась женщина: — Земное имя — Александр Хвоин. Руководили частной конторой по продаже оружия. По образованию юрист. После того, как закончили институт, пошли в армию, а оттуда в ЧВК. Служили в штурмовом батальоне, пока в Сирии не получили ранение. На Земле у вас остались дочь и сын. Общаетесь каждую среду. Любимый цвет — синий. Вы ненавидите свою новую фамилию из-за того, что её сложно произносить. Попали на Марс в десятилетний дубликат. А ещё у вас… проблемы с элементом.

— Вай-вай-вай! Я тоже могу залезть в архив и узнать про вас всё, что захотите. — усмехнулся я.

— Хватит паясничать. — сухо ответила Форкс и поднявшись, взяла планшет: — Я наслышана о вашей «нелюбви» к военным психологам. Я не хочу вам зла. Просто искренне желаю помочь! Поэтому, для начала, давайте познакомимся.

— Хорошо. — пожав плечами, ответил я и откинулся на спинку кровати: — Что вас интересует?

— Всё! От начала и до конца… — Форкс вытащила стилус и начала клацать по экрану.

— Что же… — я тяжко выдохнул: — Вам с моего рождения?

— Нет. Хотелось бы узнать, как вы попали в программу «Колонизации»?

— Хмм… Эта история началась с семейной драмы. Я был юным восемнадцатилетним студентом, семья которого внезапно… обанкротилась. Так уж вышло, что мой отец был связан с криминалом. И сперва всё было хорошо, но затем какой-то придурок ворвался в офис, перестрелял всех, а затем сиганул вниз. Не помню, что именно стряслось… Вроде, за кого-то мстил или что-то типа того? В общем, этот псих обнулил местного криминального босса, и мой отец остался без работы. А к роскоши мы привыкли! Год мы кое-как сводили концы с концами. Сбережений едва хватило, чтобы закрыть все кредиты… А ещё так вышло, что как раз в этот момент я поступил в институт.

— В каком году вы пошли на первый курс?

— В двадцатом. Если помните — маски, антисептики и куча запретов. В общем, было весело. — усмехнулся я.

— Так, и что было дальше?

— Человек без денег быстро замечает, что общество коварно поделено на слои. У мажориков всегда были деньги! А если есть деньги, то значит есть и всё остальное. Внимание девушек, отменная успеваемость, автомобили и модные гаджеты. А когда ты молод, разве же интересует что-то другое? — взглянув в потолок, я вспомнил обиженного на весь мир студента, папка которого резко потерял вес в обществе и превратился в обычного человека. Неблагодарный урод — именно так можно было меня тогда охарактеризовать. Хохотнув, я почувствовал, что сейчас не помешала бы стандартная порция бренди.

— В этом нет ничего смешного. Все мы через это проходим. — произнесла Форкс и тут же заклацала по экрану: — И, что дальше?

— В общем, тогда я познакомился с Анастасией, моей будущей женой. Роскошная девушка! Умна, не дурна собой, ну и, конечно же, знала себе цену. Ей нравились мои стихи, но дальше определенной грани мы не заходили. Какое там? Да и вообще, что я на тот момент мог ей предложить? Ужин в Маке половинкой Биг-Тейсти? Нет, современное общество выдрессировало из меня очередного идиота, который в первую очередь ведется на обертку, и уж только потом пробует шоколад…

— Стандартная ситуация. Но как вы нашли объявление Сахарова?

— Как и всегда — напоролся совершенно случайно. На очередной студенческой пьянке один друг, будучи тепленьким, долго проводил стендап на тему — «Какой-то хмырь покупает души! Хах… Сперва подумал, что Чичикова косплеит! Но что там? Он живыми интересуется… Да ещё и такие деньжищи предлагал! Вы просто офигеете!». Посмеялись. Прямо-таки ОТ ДУШИ!

— Хмм… И что дальше?

— Но мысль, она же подобна древу, что прорастает корнем глубоко в человеческое подсознание. Неделю я ходил весь на измене. Размышлял. Собственно, как отец перестал сотрудничать с бандитами, моей основной проблемой было — а где бы заработать? Ну хоть чуть-чуть! Копеечку… Я не лелеял себя надеждами о том, что меня примут на должность за миллион деревянных в месяц. Поэтому убедился на личном опыте, что пятьдесят процентов объявлений на различных площадках иначе, как лохотроном назвать нельзя. Чего там только не было! И технику старикам продавать, и наркотики закладывать, и делать обзвоны с предложениями «бесплатного» массажа, где бедным и закомплексованным женщинам впаривали в кредит дорогущую косметику, которая выжигала кожу… Всякого дерьма повидал за это время, посему предложение некоего Профессора Сахарова казалось мне, мягко говоря — сомнительным.

— Для того времени… Тогда люди только-только начали заселять своего красного соседа. Я тоже сперва не поверила, пока не увидела лично. — тяжко вздохнув, ответила Форкс.

— Кстати, сколько лет вы прожили в старом мире?

— Немного. Новый мир дал нам идеальное начало и выбор, в кого мы эволюционируем. На Земле у меня такой возможности не было и всё пошло наперекосяк. Однако, мы отвлеклись. Продолжайте свою историю!

— Ах да… на что только молодое и горячее сердце влюбленного студента-идиота не пойдет! — улыбнувшись, произнес я: — Аж испанский стыд берет… Взяв всю волю в кулак и приготовившись парировать мошенникам, я договорился на встречу и направился в НИИ Военно-Космических Сил. Не помню точно, в честь кого он был назван, но располагался очень далеко за МКАДом. После полуторачасового залипания в метро, я вышел на пустыре, который окружал самый настоящий лес.

— Вы волновались?

— Волновался. Я бы даже сказал — сильно. Попал к черту на куличики, так ещё и навигатор в мобильнике напрочь отказывался находить нужный корпус. — ответил я, видя воспоминания, словно яркие картинки из фильмоскопа: — Простите, а у вас случаем не завалялась рядом бутылочка коньяка?

— Не пью. Пагубно отражается на статистике.

— Жаль… Так вот, чудом добравшись до НИИ, который скрывался за зелеными кронами деревьев, я сперва облегченно выдохнул, но завидев солдат на КПП, вновь начал переживать. Проверив паспорт, и, как мне тогда показалось, всю мою родословную до пятого колена, люди в форме соизволили пропустить зашуганного студента дальше. И на входе в шикарный дворец космических наук меня встречал сам Профессор Сахаров, довольно простой и улыбчивый дяденька. Его внешность внушала абсолютное спокойствие и доверие! Я редко встречал подобных людей… При одном лишь взгляде на Профессора, я готов был доверить ему свой счёт в банке, переписать на него квартиру, да и вообще, что угодно!

— Да, есть у него такое. — согласно кивнула Форкс.

На самом деле, он был идеальный хищником в человеческих джунглях. Но об этом я точно говорить не хотел.

— Сахаров начал рассказывать мне о покорении космоса, о государственной тайне, и о том, что СМИ освещает далеко не всё, а интернет уже давно научились настраивать в угоду правительству. То есть, всё, что нужно было укрыть — довольно быстро опускалось на самое дно сети. Честно — терпеть не могу разговоры про политику и теории заговоров. Тогда я был простым человеком, который искренне пытался заработать денег! Я не хочу знать про секретные миссии на Луне и Марсе. Не хочу знать про советских космонавтов и про таинственный проект терраформирования. Все эти слова я слышал лишь в компьютерных играх и фильмах.

— А вас не смутили Архитекторы? — женщина вновь подняла взгляд на меня.

— Как же? Конечно, смутили… Я понимаю, что мы не одни во Вселенной. Допускаю, что где-то там может быть развитая цивилизация. Но то, что кто-то попрется ради нас в Солнечную систему, чтобы за несколько лет подстроить Марс для людей — нет. Это выглядело, как бред сивой кобылы.

— Но теперь вы считаете иначе?

— Как сказать… Кроме загадочных Архитекторов, у меня нет объяснений, как неживой кусок камня с замерзшим ядром вдруг обрел пригодную атмосферу и начал расцветать. Это выглядело очень странно и неправдоподобно…

— Пока вы не прилетели сюда?

— Всё верно. Пока я не прилетел сюда. — честно признался я. Хотя, на самом деле были у меня подозрения, что это виртуальная реальность. Что никакого Марса никогда и не было. А всё это лишь хорошо сделанная матрица. Но как я уже говорил ранее — терпеть не могу теории заговоров. Принять инопланетных добродетелей было куда легче.

— Теперь, непосредственно про саму встречу. Как она прошла? Чем он вас зацепил? — в голосе Форкс теперь звучало искреннее любопытство.

— Хах… чем больше Сахаров рассказывал мне про то, что в две тысячи первом году первая экспедиция отправилась на Марс, тем больше я хотел свалить оттуда. Я хоть и был дураком, но примерно про терраформирование знал. Даже в теории на создание магнитного поля путем увеличения температуры ядра и настройки атмосферы под дыхание человека уйдет не одна тысяча лет! А он затирал мне про то, что там вот-вот начнут строиться города и через пару лет обычные люди полетят на ПМЖ на красную планету…

— И что дальше?

— Мозги кипели. Я чувствовал себя настолько обманутым и разочарованным, что хотелось просто вылить на этого сумасшедшего кружку кофе, а затем разнести половину Института! Чтобы не повадно было!

— Так вот откуда у вас эти заскоки? Ещё с тех времен… — вздохнула женщина и тут же застучала по экрану стилусом.

— Ну вы сами подумайте! Осознав, что денег мне не дадут, да и вообще вся эта затея была с самого начала обречена на провал, я попытался претворится, что мне звонят на телефон. Сахаров понял, что к чему, и попытался объяснить, что вся эта история только для того, чтобы я ничего не боялся и готовился… Но я лишь извинился за потраченное время и резко прерванный разговор, а затем направился к выходу. — усмехнулся я, скрывая продолжение своих мыслей.

Однако старый хищник знал, что у любого человека должна быть мотивация. Все люди от чего-то зависят. Все хотят добиться своего. Кстати, такая политика мне очень помогла в будущем.

— И чем он вас в итоге зацепил?

— Сахаров просто сказал, что покажет деньги и даст почитать договор. Меня словно ударило молнией… Моя жадная студенческая душа требовала денег!

Придя в кабинет, он показал мне внушительный кейс с налом, а затем протянул довольно толстый договор. Изучил, признаюсь, только одну треть… Дальше уже просто делал вид и листал страницы. В конце уточнил, правда ли нужна только душа, и когда именно она понадобится. Сахаров лишь загадочно улыбнулся и сказал, что сразу после моей смерти. А когда там будет? Эта смерть… По молодости мы все вечные. Здоровые, вожделеющие и цветущие. Всё супер! А когда там эта смерть — нас не интересует.

— Эх… Так думают все. Какой простой крючок. Неужели вас так сильно подкосила ситуация с отцом?

— Вы, видимо, не понимаете российских реалий и душу студентов. Когда вокруг есть те, кто может похвастаться чем-то дорогим — ты не вольно задумываешься, почему у него есть, а у тебя нет? Со временем, твоя уверенность в себе стремится к нулю. Да, я был мелочным человеком, который видел в деньгах весь мир. Кстати, потом это сыграло со мной злую шутку… Но к этому мы вернемся позже. В общем, видя мажориков, начинаешь чувствовать себя дном. В молодости ты не думаешь о внутренних качествах. О том, что деньги приходят и уходят. Не думаешь о том, что нужно собирать вокруг себя хороших и надежных людей. И… В конечном итоге начинаешь загоняться.

— Хмм… Интересная точка зрения. Я запишу.

— Договор подписал. Для удобства, огромную сумму денег мне перевели на карту. Первые три дня я очень боялся кому-либо рассказывать, и вообще что-то тратить… Мне было дико, что дурная сказка оказалась реальностью! Но, с другой стороны — теперь я стал богатым. Купил себе квартиру в Воскресенске, небольшую машинку и даже хватило на то, чтобы полностью закрыть учёбу. В общем, жизнь пошла в гору! Через год мы с Анастасией поженились. После института отец сказал, что война может накормить. В двадцать пятом, отслужив год срочником, я не думая пошёл на контракт. Как раз тогда Лизка родилась… Зарплата была так себе, но мы справлялись. Увы, приходилось часто уезжать, но Насте с дочкой помогали родители. Через три года родился Колька, и вот тогда начались проблемы с деньгами. Помню, что чудом встретил старого друга из армии, и он предложил мне пойти в ЧВК. Посмотрев на перспективы — я не думая согласился! А затем командировки, контракты… Я пропадал в постоянных командировках, пока мне не пришло сообщение, что у Насти появился другой. Она оставляет детей у моей мамы, а сама сваливает в Канаду. Ох… Это было диким шоком для меня. Я просто места себе не находил! А потом алкоголь, кризис и деградация… Если бы не Колька с Лизкой, то так бы и скопытился.

— Погодите, но… в архиве написано, что вы были руководителем и соучредителем? Или нет?

— Всё верно. Нужно было отринуть прошлое и поднимать своих детей! Бабушка с дедушкой уже старые, вечно справляться не могут… А Настя пошла в пешее эротическое. Пыталась пару раз позвонить, извиниться… Денег предлагала. Но ведь из-за них вся дичь и началась, так что просто послал. Помню, спросил только — будет ли она с ними видится. Конечно же эта лярва пообещала, что обязательно. На три годика Кольке пришла стремная открытка. А Лизке на шесть — ужасная мягкая игрушка… И на этом общение с мамой у них закончилось навсегда. И нет, дело не в подарках. Просто звонки прекратились, сообщения… Всё. Анастасия окончательно растворилась в новом браке. Аж до сих пор иногда воротит…

— Какой ужас! Она потом не пожалела? Ну, когда вы стали известным человеком?

— А какое ей было дело с новым хахалем? Я жил ради своих детей. Дела шли в гору и в тридцать четвертом мы переехали жить в центр Москвы. Помню свой первый «Майбах» и лысого охранника… Я чувствовал себя, как никогда здорово! Детишки подрастали… А в тридцать пятом мы похоронили отца. Какая-то генетическая болезнь… Что-то с легкими было не так, я уже толком и не вспомню. Горевал недолго, потому что там был крупный заказ на сопровождение ядерного оружия. Конечно, нам пришлось дать откат. Сделку я заключал лично и всё передавал тоже лично. Сумма немалая. Там нельзя было иначе…

— Какая интересная у вас была жизнь. И что дальше?

— А, в тридцать девятом наступил новый сложный этап жизни моей семьи. Работа с ядерным оружием дала о себе знать. Рак легкого. Поздно спохватились, поэтому доживать мне оставалось не так уж и много. Ох, как мне было хреново… Мать совсем старая, детишки ещё малые… Всё думал, на кого я их оставлю? Повезло ещё, что пацаны с работы поддержали. Даже немного обидно, что у меня не было школьных друзей. И вообще хороших людей я нашёл только на работе. Но когда я умирал в раковом корпусе, ко мне пришли сотрудники Сахарова. Так сказать, коллекторы, чтобы выбить должок.

— Неужели прямо-таки «выбить»? — удивилась Форкс.

— Это я утрирую. На все мои вопросы они утвердительно кивали головами и говорили, что всё будет хорошо. Умер с мыслями о семье… Только о Лизке с Колькой и думал, пока мог дышать.

— И что дальше? Как прошла синхронизация?

— Помню лишь, что всё, как в тумане. Думаю, ну и в какое царство Аида меня занесет? Но всё пошло совсем не так, как я это себе представлял. Очнулся в какой-то капсуле… Глаза болят. Горло жжет. Мышцы вообще, как разваренные макароны… Ничего не соображаю, и как сейчас помню, единственное что могу делать — кашлять и орать.

— Да… У меня было примерно так же.

— И помню… Ко мне тут же подбежала девушка! Я попытался вырваться, но пошевелиться не мог… По всему телу начались эти стремные покалывания. Как будто руку или ногу отсидел! Только повсюду… Даже в шее.

— Как вы попали в Прайд Сэведжей?

— Так же, как и все — по воле Верховного Лидера! В общем, Сахаров оказался прав. Понятия не имею, как они тут всё устроили, но я реально оказался на Марсе. А идея была до безобразия простой — освоение Солнечной системы для будущего человечества. Мол, мы тут живём и наслаждаемся второй жизнью, пока программа «Колонизации» продолжает исследовать космос своими могучими телескопами.

— Вы сразу осознали своё положение?

— Да какое там? Это всё, конечно, прекрасно, но больше всего меня интересовала моя семья. Благо, что с ними видеосвязь каждую неделю! В общем-то, я видел, как мои детишки подрастают… и я вместе с ними. Теперь они выглядят старше меня.

— И что в итоге? Вас всё устраивает?

— А чего меня могло не устраивать? Всё замечательно. Условия, как на Земле, только лучше. И связь с родными есть. Правда, говорить нормально научился не сразу. Этак месяцев через шесть… В общем, попасть в молодое тело было тем ещё геморроем.

— Лучшие ученые мира занимались программой адаптации колонизаторов. Всё было подготовлено так, чтобы люди испытывали минимальный дискомфорт. — ответила Форкс: — А теперь расскажите, почему вы пошли в Департамент Контроля Безопасности? Неужели вам не надоело воевать на Земле? Новый мир предлагает огромное количество безопасных профессий.

— Деньги. — вздохнул я: — Отрицать не буду — я всё ещё признаю их важность. Но теперь каждая жизнь участника системы значит для меня гораздо больше! Почему я не могу совместить приятное с полезным?

Мне было легко врать. Особенно, после всего того, что произошло на Земле. Конечно же, я хотел денег, и желательно, как можно больше, ибо даже на Марсе чейнкоины могли обеспечить идеальную старость. Но в первую очередь, я скрывал от всех этих проклятых мозгоправов одну простую истину — пошли они в жопу! И нет, я вовсе не панк, который стремится к анархии и разрушению. Просто у меня есть отличный план, как свалить отсюда обратно к детям и навсегда пропасть с радаров марсиан. До совершеннолетия Маруси оставалось всего-ничего! Так что всё идёт по плану.

— Достойный ответ! Но он тяжело вяжется с вашим поведением. Гуманности вам явно не хватает.

— Если бы преступников ВСЕГДА нужно было просто задерживать — Отдел зачистки бы не создавали. Вигилант должен быть в меру жестким и хладнокровным, чтобы обеспечить безопасность Нового мира.

— Сегодня вы явно перегнули палку.

— Вы же помните третий закон вигилантов? Ориентироваться по ситуации. — усмехнулся я, скрестив руки на груди.

— Во время выполнения операции вы ещё им не были. — Форкс тяжко вздохнула, и отложив планшет, устало потерла переносицу двумя пальцами: — Кажется, я начинаю понимать Элеонору.

— Возможно, вопрос прозвучит грубо, но… вы ушли специально? Хотели сюда попасть?

— Именно. Земля отнеслась ко мне… Немного жестоко. А к чему вы интересуетесь? — Форкс придвинулась вперед.

— К тому, что со временем подстраиваться под чужие правила и изменять себя становится сложнее! Я ворчу не потому, что вредный, а скорее из-за того, что мне тяжело плясать под чужую дудку. И вместо того, чтобы понять меня и помочь, вы идёте по пути Элеоноры. Что же, я дам вам небольшую подсказку — это не правильный путь. Не даром говорят, что старого кота новым трюкам не научишь.

— Хорошо. Давайте обговорим условия. Хотите правду? — Форкс обожгла меня максимально ледяным взглядом.

— Хочу.

— Вы очередной лгун, который просто идёт по головам. Вас не волнует жизнь общества. Вас не интересуют судьбы миллионов людей, которые живут здесь, на Марсе. Вы не задумывайтесь над будущим Нового мира. Вас интересуют только деньги, деньги и ещё раз деньги. Вы получили огромное количество опыта за выполнение этого задания. Генерал дал вам минимальный штраф за уничтожение главы «Ренегатов». Вы не солдат… Вы тот, кем были всегда.

— И кто же?

— Типичный карьерист. — усмехнувшись, ответила Форкс: — Что же, я рада. Честно, очень рада, что вы всего лишь очередной жадный и мелочный человек, который не может отпустить своё прошлое. Будь у вас сдвиги по фазе или… скажем, параноидальное влечение к насилию и агрессии, то мы бы разговаривали совершенно по-другому.

— И что теперь? Вы не поставите подпись?

— Жажда наживы не делает вас плохим солдатом, Господин Сэведж. — самодовольно ответила она и постучала по моей металлической руке: — Желаю вам успехов на службе и… В следующий раз говорите прямо. Я не собираюсь вас осуждать и уж тем более заносить в список психопатов за желание продвинуться выше.

— Что же, я польщен.

— Но… скажите, почему Змеиный царь? — Форкс буквально впилась в меня взглядом.

— Во-первых — Король, или лучше просто Василиск. А во-вторых, если вы изучали моё досье, то знаете ответ. И дело далеко не в татуировке…

— Понятно. Как вы потеряли руку?

— Вы серьезно?! — честно, эти вопросы очень меня нервировали.

— Ну, на нет и суда нет. А теперь… мне хотелось бы поговорить о вашем окружении. — Форкс вновь начала тыкать по экрану планшета: — Иван Бауман. Как вы его ещё называете — Осьминог.

— Угу. А что с ним?

— Почему «Осьминог»?

— Так у них как обычно бывает? Ноги из жопы, руки из жопы. Да и голова, собственно она же. Потому и Осьминог.

— Ого… Глубоко! — восхищенно произнесла Форкс: — Что вы о нём думаете?

— Лютый психопат. Парень без тормозов! — хохотнул я.

— Он боится ездить на скорости свыше ста километров в час, и одним из последних сдал нормы по стрельбе из пистолета, винтовки и автоматического оружия. Мне кажется, что вы вводите меня в заблуждение?

— Шучу. Хоть Осьминог и сцыкун, но славный малый. Есть такой тип людей, с которыми просто приятно общаться.

— Хорошо. — согласно кивнула она: — Джереми Бриджес. Он же — Бальник.

— Ага.

— Дайте угадаю… Бальник он потому, что отменно дерется ногами?

— А вот и нет. В прошлой жизни Бриджес был танцором. Чемпион по бальным танцам. Потому и Бальник.

— Ясненько… Мария Карпова. Ваша соседка и лучший друг. Говорят, тот самолет, в котором летели Главы ваших Прайдов упал из-за технической неполадки. С тех пор вы взяли опекунство над Марией вплоть до её совершеннолетия. Расскажите, в каких вы отношениях?

— Она мне, как младшая сестренка. И очень близкий человек.

— У вас никогда не возникало мыслей зайти чуть дальше?

— С чего вы взяли? — честно, подобный вопрос задел за живое, но я постарался скрыть ответную реакцию.

— Просто интересно — почему Бурлеск, а не нормальные отношения? Знаете, она улетит на службу всего на три года. Затем вернется обратно в Нейрополис. По закону о решении демографических проблем вам необходимо завести серьезные отношения с перспективой до двадцати двух лет. Если же до этого возраста вы не найдете себе подходящую кандидатку — система самостоятельно выберет вам невесту. Поэтому меня и интересует вопрос — Мария не в вашем вкусе?

— Верно. Она мне, как сестра. — сухо ответил я: — Скажите, мои отношения как-то повлияют на работу вигилантом?

— Я составляю ваш психологический портрет. — загадочно ответила Форкс.

— И как? Получилось?

— Вполне! Была рада познакомится, Господин Сэведж. — женщина выключила планшет и направилась к выходу.

— Угу… Взаимно. — кивнул я, и проводив её взглядом, с облегчением выдохнул.

Очередная психологиня без мозгов, но искренне уверенная в своей непоколебимой правоте. И где они таких находят? На Земле считай, что и не жила. Неужели она думает, что сможет понимать людей, набирая опыт в этом утопическом аквариуме?

От мыслей меня отвлек внезапный вызов.

Перед глазами высветилась красная надпись «Бальник». Чего это ему вдруг понадобилось в столь поздний час?

— Внимаю. — сонно зевнув, ответил я.

— Ну ты выдал! — тут же начал он и загоготал: — Вся новостная лента забита тем, как кто-то из корпы случайно врезался на вертолете в недостроенную высотку.

— Я старался. Люблю внимание.

— Меньшего от Змеиного короля и не ожидалось! Кстати, это тонкий намек на то, что пора в летную школу…

— Ой, не начинай, а? Пока не дослужусь — хрен с маслом. Ты лучше прямо скажи, что случилось?

— Как это что? Сейчас главному позвонила Форкс. Дала отмашку, что ты мразь, но полностью здоровая. Это ли не повод закутить в Бурлеске?

— Повод. — согласился я: — Но сейчас пока отхожу в больничке. Они отключили Эрис и кроме телефона ничего не работает. А я так хотел статы проверить!

— Эх, ладно. Одному там всё равно делать нечего, так что залягу перед телевизором. И кстати, забыл сказать — завтра отоспись до полудня, а потом приходи получать значок с первым заданием. Жаль будет расставаться, но отныне ты птица свободная.

— Слушай… А, ты не знаешь, какое задание мне хотят дать?

— Ой! Опять ты со своими циферками опыта? Не нуди! Жирные куски отдают второму и третьему рангам. Так что работай исправно, не подводи Генерала и помни — Верховный лидер следит за тобой! — весело захохотал Бальник.

— Терпеть не могу Оруэла…

— А чего так?

— Накаркал. — выдохнул я: — Спокойной ночи.

— Чао!

Ещё один шаг на пути к моей цели. А теперь нужно было срочно возвращаться домой… И купить по дороге что-нибудь вкусненькое. Маруся из тех людей, кто вечно волнуется, так что нужно поторопится.

Было очень интересно — оставят ли мне в напарниках Хлюпика?

Глава 3

Чтобы я там не говорил о темной стороне Нового мира, а всё же Нейрополис был прекрасен! Особенно — в темное время суток.

Куча неоновых огней превращали огромный город в новогоднюю ёлку. Дневная суета сменялась ночной праздностью.

Небесные терминалы, здоровенные парящие станции, отдаленно напоминающие военные крейсеры, начинали стандартное световое шоу. Говорят, что в этот момент у них перезагружали систему.

Небоскребы, пестрящие рекламой, зазывали к себе любого усталого путника, который прибыл из соседнего города. Здесь тебе и бани, и ночные клубы, и куча различных баров. Развлечения на любой вкус — выбирай, что захочешь.

А неспешный трафик вновь образовал громоздкую пробку, тонко намекая, что от смены планеты люди не меняются…

Вдыхая воздух с ароматом картошки-фри, я наконец-то добрался до своего района. Кстати, здесь жили в основном те, кто прибыл с постсоветского пространства. Поколение зумеров, которые точно так же попали сюда из-за собственной жадности. Видимо, им тоже было наплевать на все нюансы, связанные с Марсом. А ведь повод для сомнений всё же присутствовал.

Начнем с того, что по словам Сахарова первая экспедиция на Марс состоялась аж в 2001 году. Тогда здесь был нежилой пустырь. Чудом уцелевшие после песчаной бури космонавты смогли привезти на Землю уникальные образцы местных пород. СМИ же это активно скрывали, чтобы налогоплательщики не подумали лишнего. Да и вообще начало 21 века было крайне загадочным для старого мира. И Сахаров лишь подтвердил это.

В 2003 году прилетели некие существа и начали преобразование Марса. Люди называли таинственных незнакомцев Архитекторами. Однако никто их никогда не видел. Твердые факты существования внеземной цивилизации отсутствовали… Ну, за маленьким исключением того, что на Марс фактически превратился во вторую Землю за несколько лет. Конечно же, я не верил в то, что человеческие умы смогли добиться такого результата в начале 21 века. Но одна мысль никак не давала мне покоя… Вот будь я продвинутой цивилизацией — стал бы проводить такие благотворительные акции? Разогреть ядро, наладить магнитное поле и создать пригодную для жизни атмосферу на мертвой планете… Да ещё и в кратчайшие сроки! Это сколько же понадобится ресурсов? Хотя, мог ли я судить со своей точки зрения?

Относительно Вселенной, человек лишь едва заметный микроб, не более.

Может быть для Архитекторов это стандартная процедура? Кто знает… возможно это они несколько тысяч лет назад подселили людей на Землю? Загадок было слишком много, и как человек с богатой фантазией, я мог долго размышлять на эту тему. Но впереди показались знакомые огни родной высотки.

До сих пор вспоминаю, как пять лет назад меня заселили сюда. Я тут же познакомился с Анатолием Карповым — руководителем самого маленького звена в Прайде. Хороший был человек! Именно он рассказал мне обо всех тонкостях местного устройства Первой Колониальной Федерации.

Общество делилось на Прайды, этакие группировки, Главы которых составляли Управленческий Совет. По сути сборище олигархов, которые преуспели в той или иной сфере и сколотили огромное количество бабла.

Так же стоит отметить, что Совет являлся вторым по важности органом управления после Парламента. В их руках были военные силы, торговля, освоение новых территорий, да и в общем-то, вся экономическая составляющая планеты.

А сами Прайды напоминали пирамиды, где верхней точкой был Глава, из которого вниз расширялись звенья — семьи, что отвечали за свои сферы влияния. Например, Эрнесто Сэведж, мой предыдущий наставник и формально опекун, содержал небольшой завод по производству удобрений. Почва на Марсе до сих пор вызывала много вопросов. Некоторые овощи и зерновые культуры тут просто не росли. К примеру, кто бы знал, что чечевицу будут привозить с Земли, а её ценник почти в три раза превысит стоимость черной икры? Да и был один серьезный нюанс — 62 % суши на Марсе занимала огромная пустошь, поэтому производители удобрений пользовались спросом. А у Анатолия Карпова был цех, где собирали дронов-саперов. Забавно, что в каждом звене было от десяти до ста тысяч человек, которые носили… одну фамилию. Когда я спросил у Эрис, а почему бы не оставлять людям земные имена, она ответила, что там сложности с информационной базой. Лично я находил в этом сходство с автомобилями. К примеру, Маруся и Анатолий принадлежат к заводу «Лексус». Производитель один, и лишь названия моделей разные. А ещё новые имена, как бы намекали, что… теперь мы принадлежим Марсу. Так сказать — люди Нового мира. А ведь до того, как придумать свой план, я много интересовался на тему, а позволят ли нам слетать в гости на Землю? А может быть получится привести кого-нибудь сюда? Хоть ненадолго… Просто вновь увидеть своих детей и сказать им в живую, как сильно я их люблю. Разве же это много? Но все в один голос заявляли — слишком дорогая процедура, да и вообще — подписал договор с Сахаровым, теперь не понтуйся! Тонкий намек на то, что, как верно подметил Малк — нас купили и теперь мы принадлежим программе «Колонизации».

Кивнув роботу-вахтеру, который радостно выехал меня встречать, но вспомнив, который час, тут же виновато откатился назад, я поднялся на свой этаж. Дверь Маруси находилась совсем рядом, поэтому нужно было соблюдать максимальную тишину. Едва слышимый «вжух» и я наконец-то зашёл в квартиру. До кровати придется идти на цыпочках…

— ПОПАЛСЯ!!! — свет внезапно включился, а в гостиной, словно родитель спаливший своё чадо за распитием алкоголя, с важной миной сидела Маруся.

— Прости… я тут тебе рафаэлку купил… День тяжелый был!

— Балбес! — нахохлившись, она подошла ко мне и уперлась лбом в плечо: — Позвонить никак? Почему я должна узнавать то, что тебя чуть не убили от твоих коллег? Ты хоть понимаешь, как сильно я волновалась?

С одной стороны, Маруся могла вызвать впечатление разбалованного ребенка, который вечно капризничал и требовал внимания, но на деле же она потеряла отца, мать, двух братьев и… ещё двадцать родственников в той авиакатастрофе. Поэтому моя беспечность могла сделать ей очень больно.

— Прости! Я думал, что ты спишь. Они вкололи мне два кубика Невилира… Ещё и Эрис выключили.

— Служба вызовов никогда не выключается, за исключением сна. Ох… Дурачок! — тяжко выдохнула она и обняв, прижалась ко мне: — А я говорила, что Волков тебя до добра не доведет!

— Вообще-то он тут не причем.

— А… — Маруся подняла голову и жалобно посмотрела на меня: — Ты всё про свой план, да?

— Ага. Кстати, можешь поздравить… Сегодня у меня появился новый мозгоправ.

— Кто? — подруга всё никак не хотела от меня отпускаться.

— Амбер Форкс. Тупая, как пробка… Но я рассказал ей свою историю. Чисто так… из вежливости.

— Форкс?! — в глазах Маруси вспыхнул ужас: — О… Это плохо, Марк! Очень-очень плохо…

— С чего бы?

— Это помешанный на работе фанатик! Она залезает в самые потайные уголки души и вырывает из тебя правду. Ты ничего лишнего не ляпнул?

— А ты сомневаешься?

— Блин… Марк! Она может читать между строк… Опять думал про «пошли все в попу»?

— Ну, думал. И что теперь? Я всегда так думаю.

— Давай рассудим логически? — Маруся стиснула меня ещё сильнее: — Твоя задача — получить вигиланта второго ранга, пойти в школу пилотов, научится управлять шаттлом и угнать грузовик с орбиты, чтобы попасть домой к детям. Это основная задача. Дополнительное задание — бросить своего друга в одиночестве здесь, на Марсе…

— Ой, милая! Давай без этого? Мы с тобой уже тысячу раз обсуждали мой план!

— Я хочу остаться с тобой. — тяжко вздохнула она и вновь уткнулась в мою грудь: — Давай накопим денег и привезем твоих детей сюда? Мы создаем Новый мир для людей с Земли! Просто… ускорим процесс.

— Ага… Это ты у нас настоящая полноправная марсианка, а я жалкий дубликат.

— Вообще-то мы ничем не отличаемся…

— Ты родилась не в стеклянной капсуле. Это важно! А ещё у тебя обе руки на месте.

— Это мелочи. — Маруся наконец-то отцепилась и направилась к кухонной плите: — Садись за стол! Я же слышу, как твой желудок урчит…

— Ох, чтобы я без тебя делал? — честно, у меня было ощущение, словно мои внутренности прилипли к позвоночнику. А в больничке, кроме воды ничего не было: — Кстати… Ласточку уничтожили.

— Серьезно?! А Осьминог мне ничего не сказал… — Маруся вновь подошла ко мне и ободрительно потрепала по волосам: — Соболезную твоей утрате…

— Ладно, сделаем вид, что Паланик снова в моде! Не будем зависимыми от вещей.

— Она была твоей боевой подругой. — вздохнув, девушка вернулась к плите: — Интересно, выдадут ли новую?

— Конечно, выдадут! Вигилант без колес, как водка без пива. Так что на другой расклад я и не рассчитываю. — тут же ответил я.

— Интересно, какую? — Маруся, хоть и казалась на вид обычной девушкой, но на деле же была весьма специфичной особой. Её мама работала логистом и допоздна задерживалась, лишь изредка балуя дочь своим вниманием. А вот отец, уже успевший выйти на пенсию и ведущий дела из дома — взял воспитание девчонки под свой контроль. Маруся обожала автомобили и холодное оружие! Вместо кукол у неё на полке стояли модельки земных суперкаров и грузовиков, а на семнадцатилетние я подарил ей настоящую самурайскую катану, которая теперь гордо висела рядом с кроватью.

— Честно — я хотел бы вновь «Москвич». Уж очень он мне понравился.

— А как выдадут — прокатишь? — Маруся резко развернулась и её глаза с надежной блеснули в тусклом свете люстры.

— Спрашиваешь! — усмехнулся я.

На ужин сегодня была семга. С детства моё королевское высочество предпочитало лишь красную рыбу, где было по минимуму костей. Батя обожал рыбалку, но от его речных окуней я всегда воротил нос.

Посидев с часик, мы ещё обсудили новых подружек Маруси из военного института, и она засобиралась домой. Как всегда, я хотел выйти в подъезд и по-джентельменски провести её полтора метра до двери, однако сегодня девушка резко остановилась, и как-то странно посмотрела на меня.

— Что-то не так? — осторожно поинтересовался я.

— Слушай! — Маруся резко отошла от двери и перешла на шёпот: — Военные психологи получают награду за сватовство… Ты же слышал об этом?

— Ты про борьбу с демографическим кризисом?

— Именно. — соседка аккуратно взяла меня за руку: — Форкс — акула своего дела! Карьерист, который не остановится ни перед чем… Что будешь делать, когда тебе начнут водить кандидаток?

— Отшивать их. Прятаться на работе… Господи, ты что, меня не знаешь? Найду способ отвертеться.

— Это будет выглядеть подозрительно! Ещё подумают, что ты из этих… Отправят добывать руду или работать на поля.

— Я?! — моему возмущению не было предела.

Новый мир был очень приветлив и ласков с теми, кто соглашается жить в системе. Однако любые однополые отношения строго карались по закону! Верховный лидер не стеснялся в выражениях, от чего некоторые товарищи из толерантных стран впадали в ужас. Конечно, это мы держались, как последний оплот адекватности в этом безумном старом мире! Для нас в этом законе не было ничего страшного или жестокого. Новому миру нужны люди. Марс должен быть заселен в кротчайшие сроки. А посему — никаких «этих самых». Но как уже давно доказано — подобное было отнюдь не прихотью человека. Поэтому с теми, кому не повезло, расправлялись жестоко. Отправляли в концентрационные лаг… Ой, прошу прощения — в специализированные рабочие колонии, и там промывали мозги. Иногда ломали полностью и человек возвращался самым натуральным на свете! А иногда ничего не выходило и Федерация получала отличного землекопа, старателя, швею, огородника или специалиста обслуживания вплоть до конца жизни.

— Тихо! Не кричи… — прошептала Маруся: — Я к чему это всё веду? Быть может… Пока ты не свинтил… Ну, сделаем вид, что мы парочка? Мне всего два месяца осталось до совершеннолетия. А потом со спокойной душой полетишь к своим детям… Я волнуюсь за тебя! А так — ты будешь прикрыт.

— Эмм… — честно говоря, я не ожидал подобного предложения: — Начнем с того, что… когда я уеду — тебя начнут допрашивать. Друзья по закону допрашиваются обычными сотрудниками полиции, а их обвести вокруг пальца ничего не стоит. Шибко проверять не будут. Плавали — знаем! А вот к родственникам уже приходит военный следователь со специальной аппаратурой. Да ещё и в компании с психологом! Обмануть эту парочку ты не сможешь и тебя на полгода посадят в исправительное учреждение за сговор с беглецом. Уверен, что меня прировняют к дикарю. А тебя исключат из военной гильдии! Что ты тогда будешь делать? Устроишься продавцом в магазин? Знаешь, как тяжело потом найти нормальную работу? Будешь получать тысячу чейнов в неделю… А потом Глава Прайма тебя силком выдаст за какого-нибудь неудачника. Нет уж, увольте! Ты дорога для меня, и я ни за что не допущу такого кошмара.

— Я готова рискнуть ради тебя! — на полном серьезе прошептала Маруся.

— Нет… Поверь, оно того не стоит. И знаешь… — я строго посмотрел на неё: — Старших надо слушать! Чтобы больше таких предложений не было.

— Ты меня ругаешь?

— Да. — я обреченно выдохнул и зажмурил глаза: — Ты и так делаешь для меня слишком много.

— Разве не в этом суть друзей? — Маруся вопросительно смотрела на меня.

— В любом случае — это не повод ломать себе жизнь! Родители бы явно для тебя такого не хотели.

— Что же… — девушка с грустью опустила взгляд и направилась к двери: — Спокойной ночи, Марк…

— Угу. Сладких снов. — фыркнул я, и проследив, чтобы гостья благополучно добралась до дома, защелкнул замок.

Что в голове у этой молодежи? Что за бесполезное самопожертвование? Наша дружба и без того крайне опасна… Так нет же! Нужно подлить масла в огонь. Замечательно!

Поставив протез на зарядку, я ополоснулся под душем и лег спать. Денек был слишком тяжелым, поэтому сознание с радостью прыгнуло в сон.

+++

Привычная задорная мелодия вновь разливалась прямо внутри моей головы, постепенно выдергивая меня из сна.

— Здравствуйте, девочки! Здравствуйте, мальчики! Смотрите на меня в окно… И мне кидайте свои пальчики, да-а-а-а!!! — напевал голос Вити под звонкую гитару: — Ведь я сажаю алюминиевые ОГУРЦЫ А-ГА! На брезентовом поле! Я сажаю алюминиевые ОГУРЦЫ А-ГА! На брезентовом поле…

— С добрым утром! — пропела Эрис: — За окном плюс девятнадцать градусов по Цельсию. Умеренная облачность. Вероятность осадков — два процента. Пробки на семь баллов!

— Спасибо… — выдохнул я, и тут же опомнившись, подскочил: — Эрис! Срочно открой таблицу со статистикой.

— Выполняю. — помощница тут же вывела перед глазами столь желанные циферки.

Имя: Марк Сэведж

Принадлежность: Прайд Сэведж (Нулевое звено)

Социальный уровень: 3

Дополнительное оборудование: Система Искусственного Интеллекта Эрис (Пронин Групп), боевой протез «Рука Тора» (Милитари Индастрис), глазные импланты (Колиснеченко Корп)

Тип: Вигилант (Не подтверждено)

Организация: Департамент Контроля Безопасности

Отдел: Зачистка и ликвидация (уровень допуска 2)

Рейтинг: 12 из 1280

— Двенадцать?! — возмутился я: — Да почему?

— Не я считаю очки за выполнение заданий, и не я даю вам штрафы за нарушение правил. — ответила Эрис: — Оспорить штраф и начисление очков вы можете в головном офисе ДКБ.

— Твою мать… Ладно. — тяжко вздохнув, я поднялся с кровати и направился к зарядной станции. По сути, каждый дубликат мог позволить себе только два улучшения на выбор. Третьим всегда был Элемент для управления осматом. Увы, я не то чтобы был без таланта, а просто не мог даже банально свечку поджечь. Недолго думая, мы с Хуком приняли решение убрать ненужный девайс из моего тела, поставив уникальные глазные импланты. Я и без осмата могу кому хочешь лицо разукрасить. Но в мире сумасшедших факиров сказать, что ты не умеешь пользоваться местным волшебством — это тоже самое, что подставится под удар. Поэтому протез руки оснастили огненными плевками… Этакий опасный муляж. А что? Во время Второй Мировой некоторые бомбардировщики оснащались древками от швабр, которые имитировали пулеметы. Правда, плевком можно было спалить человека насмерть, а вот древком от швабры… разве что просто напугать.

А в целом, табличка статистики была крайне простой.

Нулевое звено в принадлежности обозначало лишь то, что человек лишился своей семьи. Формально он оставался в Прайде, и Глава даже отстегивал ему определенные копейки в поддержку, но по сути мы с Марусей были одиночками. Если открыть бизнес и стать богатым, то можно создать новое звено. В редких случаях, когда удача улыбалась, звено разрасталось до собственного Прайда, но это крайне большая редкость. У меня было несколько идей, как тут подняться, но поскольку я скоро улетаю, все стартапы остались в моей голове.

Социальный уровень — не что иное, как качество твоего взаимодействия с окружающими людьми. Если ты грубиян и вечно ходишь хмурым, то Эрис без зазрения совести поставит тебе единицу. А если ходишь вечно на позитиве, как идиот, помогаешь бабушкам переходить дорогу и снимаешь котят с деревьев, то можно было получить твердую пятерку. Система искусственного интеллекта анализировала твоё поведение и выдавала результат.

Уровень доступа — это доверие со стороны организации. Максимальное 5, а минимальное 1. То есть кадеты и помощники, за редким исключением, могли знать лишь основной секрет. Вигиланты в зависимости от ранга, могли получить вплоть до 3 уровня. И лишь командование имело доступ ко всем данным.

Кстати, после регистрации в Центре ДКБ мне присвоят ранг, и система накопления очков активируется.

— Входящий вызов от контакта «Хлюпик». — сообщила Эрис.

— О, давай! — ответил я: — На связи.

— Марк… Привет. — произнес «самый крутой вигилант на свете»: — Ты как?

— Да вроде не плохо! Медики поставили меня на ноги. А ты как? Пулю вытащили?

— Я тоже, как новенький… Слушай… Мне Васильев звонил…

— И?

— Говорит, что расформировывает наш дуэт. — казалось, что Хлюпик боялся этого события больше всего на свете.

— Печально, но это было предсказуемо. Кого тебе дали?

— А черт его знает… Пока тишина. В общем, подумай над тем, с кем хочешь продолжить службу. Говорят, что Жирный Тоби и Гарри Штрудель разошлись! Может возьмешь одного из них?

— Хах… прости, но выбирать буду не я, как и всегда. В прочем, замолвлю словечко за Жирного Тоби.

— Удачи! Не забывай…

— Тебя забудешь. — усмехнулся я и завершил вызов.

То, что у меня отобрали «нормального» напарника, говорило лишь о том, что теперь игра будет идти по новым правилам. До вигиланта 2 ранга мне ещё расти и расти. А с новым напарником, который точно так же заинтересован в собственном карьерном росте и наверняка будет тянуть на себя одеяло, до летной школы мне ещё служить и служить.

В общем-то, Хлюпик был прав. Он видел во мне карьериста и точно так же, как Форкс, считал, что я болен деньгами, поэтому порекомендовал самого молодого и самоотверженного — Жирного Тоби.

Зайдя на кухню, я увидел завтрак, накрытый пластиковым куполом. Сверху лежала записка:

«Приятного аппетита. Мне сегодня к первой паре.»

Ага, а чего же не к последней? «Обижалки» Маруси, когда речь заходила об отношениях, всегда выглядели совершенно одинаково. С одной стороны, она прекрасно всё понимала, а с другой — это же девочка. Конечно, ей всё интересно!

Тяжко вздохнув, я быстро умял вафли. Настроение было приподнятым, и, казалось бы, ничто не сможет его испортить, если бы не сосед и тонкие панели между квартирами.

Снизу, вибрируя всем, чем можно, донесся уже успевший надоесть речитатив Краснодеревщика:

— Роба-роба-роба-роба полосатая! Жопа волосатая! Рукой ломал доски! Тискал соски!

Я, как ребенок нулевых, был очень непривередлив к музыке. Да и вообще, несмотря на мою общую разабалованность, искренне считал, что чужие вкусы нужно уважать. Однако сосед снизу, будучи типичным пацаном с района, люто обожал звёзд русского дворового репа.

Когда всем было хорошо, и казалось, что Новый мир — это настоящая утопия, Сергей (так зовут соседа) включал Витю АК, Клоунеско, Лешу Маэстро и Сяву Рэпера. Ни в коем случае не имею ничего против выше указанных артистов… Даже сам иногда баловался, когда был маленьким. НО СЛУШАТЬ ОДНО И ТОЖЕ НА ПРОТЯЖЕНИИ ПЯТИ ЛЕТ УЖЕ ПРОСТО НЕВЫНОСИМО!!! Я мог включить ему Эминема, Цента или Дрэ на полную громкость, да только вот данная музыка совсем не для этого. И вообще, я предпочитал группы куда суровее. Отец с детства старался привить мне любовь к року, и у него вполне получилось. Но тем не менее, я оставался меломаном.

Приведя себя в порядок, я направился в Центр ДКБ для получения нового значка. Город уже во всю кипел, с огромного баннера мне улыбалась аватарка Эрис — шикарная блондинка в очках, одетая, словно типичная бизнес леди, а по воздуху опять гулял аромат жаренной картошки. Настроение вновь поползло вверх!

Кстати, насчёт вечно преследующего меня аромата фри — всё очень просто. Увы, но на Марсе не было нефти, поэтому автомобили ездили на электричестве или биодизеле. Мажоры покупали себе что-то типа «Тесла» или немецкого «Таукана», если совсем чейнкоины было некуда девать. А простой сельский люд рассекал на обычных тачках с биодизельными движками. Данный вид топлива делали из отработанного подсолнечного масла. Но это только в самом начале…

Сейчас огромные поля подсолнухов заменяли нефтедобывающие вышки, а продавцы масла превратились в магнатов. Вчера ты сидел на рынке и торговал семками, а сегодня уже гоняешь на «Бугатти» последнего поколения. Вот она жизнь!

Пройдя несколько кварталов, я наконец-то выбежал к огромному зданию Центра ДКБ и заглянул внутрь. Здесь, как и всегда, было очень многолюдно.

— Сэведж! — воскликнул знакомый голос, и повернувшись, я увидел Генерала Васильева. Статный взрослый дяденька в военной форме, один из первых, кто прибыл на терраформированный Марс. По местному возрасту, Васильеву было около шестидесяти лет, но выглядел он замечательно! Уверен, что без современных технологий тут не обошлось.

— О, Товарищ Генерал! — я приставил руку к кепке: — Рад вас видеть в добром здравии!

— Аналогично. — улыбнулся он, пригладив черные, как смоль усы: — Слышал о вчерашнем инциденте. Как твоё самочувствие?

— Более, чем удовлетворительное.

— Что же… Рад слышать. От Лии привет.

— О, ей тоже! Как она там?

— Лучше… Только вот… — Васильев подошёл в плотную и тихонько прошептал: — Ты бы заходил почаще!

— Работа, Товарищ Генерал. Ничего не могу с собой поделать. — пожав плечами, ответил я.

— Выкроишь время на выходных?

— Выкрою.

Дело в том, что дочь Васильева с самого рождения была слабой. Увы, детишки союза двух дубликатов иногда выходили… не очень идеальными. Осьминог рассказывал, что раньше больных младенцев тут же убивали, но я в этом сильно сомневался. Хотя… Новый мир. Тут возможно всё!

Так вот, Лия очень хорошая девочка, но к сожалению большую часть своей жизни прикована к постели. Я как-то раз вытащил её из передряги… И вот — мы с Васильевым друзья.

— Вот и славно! Я замолвил словечко насчёт нового автомобиля… В общем, должен быть лучше, чем предыдущий. — заверил Генерал.

— Эх… Ласточку уже ничем не заменишь. Разве что, новеньким «Мерседесом». — с хитрецой ответил я.

— Кхе… У нас строгий регламент, так что увы. — мужичок аж кашлянул от такой наглости: — Или хочешь «Восьмерку» без крыши, как у Волкова?

— Не… Спасибо, но это перебор. — усмехнулся я: — Мне бы что посолиднее.

— Передам твои пожелания Пылаеву. Ох… — Васильев взглянул на часы, а затем на кучку военных следователей, что стояли возле выхода: — Мне пора идти! Служба зовёт.

— Угу… Всего доброго. — кивнув, ответил я.

Следаков тренировали в специализированном корпусе, и в конечном итоге получались такие жуткие ребята, что при одном лишь взгляде на них внутри ощущалось, что ты уже давно преступник и сильно перед ними виноват. Вечно надменные физиономии, высокомерный взгляд и вид такой, словно они всегда находились выше тебя… В общем, ничего хорошего. И как командование с ними общается?

Добравшись до лифта, я нажал на кнопку пятого этажа и поехал наверх. Что мне нравилось в государственных зданиях — никакой рекламы. Вот серьезно! Заходишь в лифт нашей высотки, и висят объявления буквально всего. От батона до… презерватива. На любой вкус и цвет.

Двери разъехались в разные стороны, и мне на встречу, словно стайка лесных фей, вышла толпа милых улыбающихся барышень. Уффф… будущие кадровики!

Взглянув на меня, они мило захихикали, а я, отвесив пару комплиментов, направился дальше. Всё же, вот чего не отнимешь у Нового мира, так это его визуальную красоту. Конечно, были и те, кто забивал на внешность даже несмотря на все предупреждения от Эрис, но большая часть населения внимательно следила за собой. А чего бы и нет, если искин говорит тебе, что делать?

Дойдя до двери в кабинет Пылаева, я на мгновение задержался, выдохнул и затем постучал.

— Можно?

Тут же загорелась ярко-красная лампочка, которая сигнализировала о том, что внутри до сих пор кто-то есть. Что же, ладно. Мы люди не торопливые — можем и подождать.

Сев на стульчик, я взял буклет и принялся его изучать.

В мире, где в голову вживляли искин, бумажная продукция постепенно теряла свою актуальность. Да и я бы не сказал, что древесина на Марсе была распространена так же, как на Земле, поэтому брошюры и буклеты могли себе позволить только самые богатые организации.

Сразу видно — Департамент ни в чем себе не отказывал! Это ж надо было использовать дорогущую бумагу, чтобы просто намалевать рекламу контрактной военной службы… Конечно, видимо ДКБ искренне верит в то, что местные не знают о проблеме с дикарями в пустошах. Пора бы им снять розовые очки.

Дверь отворилась и в коридор вышла юная девушка. От одного лишь взгляда на неё, по всему телу пробежали отвратительные мурашки. Прям бррр… И нет, дело было далеко не во внешности.

Ярко-красная шевелюра опускалась вплоть до пояса, аккуратное милое личико скрывало внутреннего беса, а надменный взгляд тут же заострил внимание на мне. Критика Невзорова — один из лучших помощников за всю историю Отдела и легендарный снайпер. Человек, которого я ненавидел больше всего на свете. Конечно, настоящее имя было другое. Вроде, Олеся? Кстати, это именно я дал ей прозвище «Критика». Как не странно — оно прижилось. И дело тут было вовсе не в фильмах и книгах. Критовала в голову она очень хорошо!

Но нас с ней связывала одна очень омерзительная история в прошлом…

За Критикой хотели ухлестнуть многие. Идеальная девочка из богатого Прайда. Только вот, характером не вышла. Такая же переселенка, как и я. Но безупречность портит людей. Критика была типичным нарциссом, который искреннее верил, что нет никого красивее и лучше. Отшивала всех и вся, причем самыми жестокими методами. Никогда не стеснялась в выражениях и… ДИКО МЕНЯ РАЗДРАЖАЛА. В любом случае, я предпочитал держаться от неё подальше, и это было взаимно.

Посмотрев на меня, как на говно, она усмехнулась и зацокала в сторону лифта. Ууу… Я даже объяснить не мог, почему при одном лишь только её виде меня тут же охватывало пламя гнева!

Но к черту эмоции. Протяжно выдохнув, я направился в кабинет. Мне ещё предстояло как-то убедить Пылаева, что Жирный Тоби — идеальный кандидат в мои напарники. Лишь бы удача сегодня была на моей стороне.

Глава 4

Виктор Пылаев — Великий Вершитель Судеб всея Департамента уже ожидал меня в кабинете. Правда некоторые называли его более ласково — Решало. Работал в ДКБ, чем-то вроде распределяющей шляпы. Только вместо волшебных факультетов, Пылаев мог закинуть тебя в самый отдаленный участок Нейрополиса и дать в напарники очень хренового сотрудника. Человек с характером, но не обделенный чувством юмора… Очень специфическим чувством юмора, который понимал в большинстве своём только он сам.

— Добрый день! — я заглянул внутрь и поприветствовал его. Нужно быть максимально доброжелательным, иначе он даже слушать не будет. Просто вынесет вердикт и всё.

— Проходи, садись. — без единой нотки эмоции ответил Пылаев, слегка напряженно разглядывая пустой стол. Кстати, ещё одна фишка Нового мира — из-за нежелания тратится на бумагу, информацию скидывали прямо в голову, и получатель мог спокойно просматривать что-то типа проекций. Но вот в чем проблема — видеть их мог только тот, кому скинули. То есть для остальных это было подобно пантомиме.

Неловкая пауза затянулась. Кабинет был совершенно пустым! Ни плакатов, ни рекламок, ни портретов великих людей. Черт возьми, да Решало даже кактус поставить не решился! Голые стены, стол, стул и шкаф для верхней одежды. Мне не оставалось ничего, кроме как поднять взгляд и смотреть на странное лицо Пылаева. Острые скулы делали его отдаленно похожим на инопланетянина. В Отделе даже ходили слухи, что наш Великий Вершитель Судеб был одним из Архитекторов и прибыл сюда, чтобы проследить за колонизацией Марса.

Вечно строгий взгляд Решалы наконец-то отстал от невидимых документов, и сфокусировался на мне:

— Итак. Марк Сэведж, звезда двадцать второго участка Отдела зачистки. — скрипуче произнес он. Не догнал про звезду. Видимо, опять своеобразный юмор.

— Именно. — кивнул я.

— С чем пожаловал?

— С просьбой. — ответил я, обмозговывая, с чего бы начать разговор о напарнике.

— Личной?

— Можно и так сказать.

— Отказано. — тут же ответил он и откинулся на спинку дорогого кресла: — Генерал Васильев и без того дает вам слишком много поблажек. Знаете, что мы делаем с непокорными исполнителями? Отправляем на картошку. Ну или патрулировать Пустошь. За последние два года из-за вашего неконтролируемого темперамента мы лишились почти пятисот потенциальных рабочих.

— Прошу меня простить, но ситуации были безвыходные!

— Нет. Дело в том, что вам необходимо научится контролировать молодое тело и не поддаваться на провокации. Для специалиста это пустяки. И я ни в коем случае не хочу приуменьшить ваш вклад в развитие общества. Вы очень талантливый специалист… Но мы должны понимать — будущее превыше всего! Даже таких замечательных специалистов, как вы.

— Я это понимаю. — в общем, походу дела пролетел я с выбором напарника. Когда Решало злился, это всегда выходило боком. Кстати, не факт, что это было из-за меня. Критика могла раздраконить кого угодно в считанные секунды. Так что может быть это она выбила Пылаева из нормальной колеи? Вот сучка… Поймать бы её за каким-нибудь незаконным делом, чтобы как следует отлупить. Было бы здорово!

— Если бы вы понимали, то инцидентов с монтажкой, как вчера, не было бы.

— С арматурой.

— Простите, что? — Решало тут же побагровел от напряжения.

— Арматурой. Извините, что поправил. — тут же ответил я, чтобы смягчить и без того напряженную обстановку.

— Ничего страшного. — выдохнул он и скрестил пальцы: — На месте Васильева, я бы уже давно отправил вас куда-нибудь в кабинет… За бумажками сидеть. Однако он вечно говорит о том, что вашей энергии нужен выход в… особое русло. В любом случае, документы подписаны и разрешение выдано. Прошу сдать значок помощника и получить значок вигиланта.

— Благодарю. — я вытащил небольшой треугольник, на котором была изображена летучая мышь с огненными крыльями, и положил на стол.

— Назовите первые три правила вигиланта? — Пылаев поднял значок и покрутил его в руках, словно проверяя на подлинность.

— Хорошо. — на самом деле я очень не любил ересь с кодексом и правилами, потому что искренне считал эту книгу самым ярким символом лицемерия: — Первое правило — служить во благо общества. Второе правило — ориентироваться по обстановке. Третье правило — защищать невинных.

— Скажите, вы понимаете суть этих правил? — Решало упер в меня грозный взгляд.

— Да. — кивнув, ответил я.

— Вигилантами раньше называли тех, кто, обходя закон вершил справедливость. Мститель в маске, который жестоко наказывает преступников. Вигилант — карающая длань справедливости, которая не только обеспечивает порядок в городе, но и наталкивает людей на мысль, что за любое преступление обязательно последует наказание.

— Да, я про это в курсе. — опять Решалу на пафос пробило… Очень надеюсь, что он не будет задвигать мне сейчас о том, как наши корабли бороздят просторы космоса.

— А в новом мире это не просто мститель в маске, но ещё и специализированная боевая единица, которая должна помнить — каждая жизнь дорого стоит.

— Да, и об этом я тоже в курсе. — чем больше сила, тем больше ответственность, Питер! А… Это уже совсем из другой оперы.

— Вверяю в ваши руки значок вигиланта. — обреченно вздохнув, произнес Пылаев и вытащил из стола красивую шкатулку из темного дуба.

— Благодарю! Я вас не подведу. — ответил я, и открыв её, увидел блестящий щит с изображением стоящего на дыбах льва, в правой лапе которого был меч, а во второй что-то типа креста. Почему-то командование называло этот незатейливый артефакт «честью». Почему так? Каким местом это обозначалось? А черт его знает. Мне так никто и не пояснил.

Закрепив значок во внутреннем кармашке куртки, я отошёл на два шага назад и приставил руку к бейсболке:

— Клянусь верой и правдой служить Первой Колониальной Федерации!

— Молодец. — Пылаев тут же расслабился, отправил мне новую лицензию и разблокировал тип в табличке рейтинга: — Обычно я не спрашиваю, но раз ты у нас друг Васильева… Кого возьмешь себе в напарники? Есть кто на примете?

После официальной части, Решало всегда переходил на «ты» и общался по простому. Это был его неоспоримый плюс.

— Хотелось бы обсудить кандидатуру Жирного Тоби.

— Тобиас Бош? Чего это он тебе так приглянулся? — с подозрением уточнил Пылаев: — Самый обычный начинающий вигилант, каких много. Не смог работать в паре со своим предыдущим напарником. Да и досье у него отвратительное. Слабохарактерный. Я бы даже сказал — бесхребетный. Единственное отличие от Волкова — иногда умеет соображать! Ну и кулаками машет не плохо. Будь ты снайпером, как огневая поддержка сойдет. Но ты такой же штурмовик. Зачем тебе аналог?

— Мне нужен покорный напарник, из которого я смогу выдрессировать хорошего оперативника. Два профессионала топа в паре редко приходят к чему-то хорошему. Обычно только и делают, что гавкаются. А если вы поставите мне верха, то я сойду с ума.

— Характер такая вещь… Которую на службе лучше бы держать при себе. — злобно произнес Пылаев и вновь начал дирижировать невидимым оркестром, просматривая поток данных: — Все работают с напарниками, которых подбирает моя программа. Я оттачивал её на протяжении последних пяти лет! Характер, сила, скорость мышления… И ещё около тысячи параметров. И глядя на результаты, я с уверенностью могу сказать, что Тоби тебе не подходит.

— Я не программа, а живой человек. Мне виднее.

— А ты знал, что судьба дает нам не тех, кого мы хотим, а тех, в ком нуждаемся? — ооо, Пылаев и тысяча цитат из ВК. Как мило…

— Я в своем выборе уверен. — строго ответил я.

— Жирный Тоби сильно изменился за последнюю неделю.

— Ага… Волков тоже. — усмехнулся я: — Боша я знаю лично. И поверьте моему опыту — мы с ним сработаемся.

— Смотри сам. — пожав плечами, ответил Пылаев: — Запрос в отдел кадров я отправил. Хочешь Боша — будет тебе Бош. Теперь поднимись на седьмой этаж и получи новое табельное оружие. ПРИДЕЛАЙ ТРЕНЧИК, ТВОЮ МАТЬ!!! Чтобы оружие СЕКРЕТНОГО ПОДРАЗДЕЛЕНИЯ не вылетало из рук. Ты меня понял?

— Да, Господин Пылаев. Буду привязывать пистолет к кобуре.

— Возмутительно! А если бы кто-то из них украл пистолет и смог уйти? «Ренегаты» в последнее время стали крайне могущественными. Возьмут образец ДНК и что потом? Будешь рыдать над могилой Карповой, когда они её убьют, чтобы выйти на тебя?

— Такого не будет. — сухо ответил я. Нет, даже думать об этом не хочу!

— Мы пытаемся создать для людей Новый мир, который будет идеальным. Мы специально сняли кучу ограничений и устроили всё так, чтобы все были счастливы… Но у людей вечно просыпается шило в заднице, когда всё слишком хорошо. Они впадают в истерику и начинают психовать. Нам генетически внушили, что в бочке меда обязательно ДОЛЖНА БЫТЬ ложка дегтя. Поэтому будь осторожен на заданиях и не разбрасывайся оружием. Ренегаты озлоблены на нас! Как только найдут хотя бы одного из нас — начнется охота.

— Понимаю.

— Если бы понимал — носил бы тренчик! Ладно… — Пылаев тяжко выдохнул и строго взглянув на меня, продолжил: — После того, как получишь новое табельное оружие, пойдешь в гараж за служебным автомобилем.

— О, а можно…

— Никаких «можно». Ты ведь допрыгаешься! Васильев рано или поздно уйдет на пенсию, и кто тогда будет всем рассказывать, какой ты замечательный и хороший? Всё! Солдаты — люди подневольные. Ты защищаешь спокойствие своего народа. Больше никаких пожеланий!

— Принял. Я могу идти?

— Да. — ответил Решало и вновь начал размахивать руками. Оставив «мистического дирижёра» наедине со своими документами, я потопал на седьмой этаж.

Департамент очень переживал за свою огневую мощь, поэтому оснащал оперативников по последнему слову техники. Миллиарды чейнкоинов тратились из федерального бюджета на то, чтобы модернизировать земные аналоги вооружения. Поэтому проблем со стволами у нас никогда не было.

Доехав на лифте до нужного этажа, я вышел и уперся в Осьминога, моего сцыкливого друга.

— Привет. — улыбнувшись, произнес он и протянул худую ладонь.

Вот блин! Как я уже говорил — Эрис всегда помогает пользователю добиться нужного результата. Даже с тренером можно не заморачиваться. Но нет, были люди, как Элеонора и Осьминог, которые совершенно не занимались собой. Худощавый, с болезненным цветом кожи юноша больше напоминал типичного игрока в «Линейку» в начале нулевых, а не гордого оперативника секретного подразделения. Мешки под глазами были такого размера, что казалось, будто ночью их используют для сбора урожая картошки! Нет, ну серьезно. Я готов был поспорить на свою месячную зарплату, что Осьминог уже давно отключил опцию «контроль здоровья».

— Добрый день. — ответил я и пожал его сухую ладонь: — Выглядишь не очень.

— Да… Ночью встреча клана была… — нехотя произнес он и отвел взгляд. А что такого? На Марсе тоже были компьютерные игры. Только теперь это переросло в нечто более серьезное. Игроки просто подключались напрямую и входили в киберпространство. «Мастера меча онлайн»? Пфф! Выбросьте это убожество. «Федоров Групп» разработали инновационную технологию безопасного погружения. Не было никаких проблем с внезапным вытаскиванием шнуров, как в матрице. Дергай на здоровье! Только вот, игру на паузу поставить нельзя. И конечно же, все земные задроты, которые чудом попали на Марс, теперь сутками напролет могли уходить из этого мира, проводя время в виртуальной реальности. Или… реальной виртуальности? Да там хрен разберешь. В общем — будущее уже наступило. А задроты… Задроты были счастливы!

— Позволь мне посмотреть состояние твоего здоровья? — это был обязательный вопрос. Позволять себе смотреть информацию без серьезной, как в случае с Хлюпиком, причины было серьезным преступлением. Каждый марсианин имеет право на личную жизнь.

— Нет. У меня всё хорошо. — виновато улыбнулся он: — Да и вообще, что вы все докопались до моего внешнего вида?

— Потому что дубликат можно настроить по своему разумению.

— Не все любят накаченных парней… — завистливо глядя на мой кулак, фыркнул Осьминог: — И вообще! Что хочу, то и делаю…

— Когда ты прозеваешь пулю в лоб — будет не до игр. — вздохнув, произнес я.

Дело в том, что мой сцыкливый друг умер в шестнадцатилетнем возрасте. Его мама работала в НИИ у Сахарова, поэтому без проблем смогла сделать оттиск и пересадить в дубликат. Тут он прожил семь лет, но мозги так и не появились, хотя старшие товарищи всегда вызывались ему помочь.

— Ладно… Буду стараться больше спать. — нехотя ответил он: — Кстати! Тебя уже можно поздравить?

— Ага. Как раз пришёл за новым стволом.

— Маруся тебя вчера не убила? — Осьминог как-то изменился в лице.

— Нет. Просто покалечила.

— Ясненько… — вздыхал мой сцыкливый друг часто, и причем делал это с явно выраженной долей аристократизма. Как будто он всегда был выше всего этого: — Везёт! Тебя каждый день ждёт потрясающая девушка…

— И что с того? Найди себе подружку! А то сидишь в своём Клане, писю трогаешь. — усмехнулся я, подойдя к окошку: — Базилич? Ты где?

— Бегу… — отозвался хрипловатый голос.

— Дело-то не в этом… Куча девчонок играет там… — неуверенно произнес Осьминог: — Просто, я не знаю с чего начать. У меня никогда не было подружки…

— Девчонки любят смелых, напористых и увлеченных. Даже если ты ничего из себя не представляешь, то можешь легко её заинтересовать тем, что сам искренне любишь. Расскажи про игры! Кто ты там. За какой Клан воюешь. А ещё лучше разговорится с девушкой оттуда. Хотя нет — забудь. Встретишь какую-нибудь чокнутую, и потом трусами от неё не отобьешься… Бррр… Знакомства в интернете — это такое. — ответил я, и заглянув в окошко, увидел старика Базилича, местного оружейника, который сидел тут чуть ли не с самого основания ДКБ.

— Привет. — прохрипел он и его радужки тут же засветились: — Принимаю лицензию… Так… Всё, нашёл!

— Надеюсь, это «Глок»? — с надеждой спросил я.

— Сейчас узнаем… — старик подошёл к одному из стеллажей и вытащил с верхней полки потрепанную коробку: — Оружие подбирается индивидуально. Ты же знаешь!

— Ох, Базилич… Не томи! — выдохнул я, в ожидании чуда. Прям, как пацан, которому вручили запакованный подарок.

— Итак… — старик развернул коробку к себе, и аккуратно открыл крышку: — Хмм… Приз или деньги?

— ПРИЗ!!! — заорал Осьминог: — Приз бери!!!

— Дай подумать… Ай, к черту! Давай уже сюда. — выдохнул я и протянул руку.

— Хех… Забавно. — Базилич вытащил из коробки… Автоматический пистолет Стечкина. Твою ж мать!

— Это какая-то шутка? — ошарашенно спросил я: — Посмотри, может быть там ещё и Макаров где-то завалялся? Нет?

— Ну, чего? Хороший агрегат… Я с таким в армии в две тысячи втором ходил… — с ностальгической грустью ответил Базилич.

— Ммм… Помню, словно это было вчера. Мне тогда два года исполнилось! Вы нашли это на стоянке древнего человека? — я взял ствол и взвесил в руке: — Какой абсурд. На дворе пятидесятые, а они до сих пор АПС используют… Нет, ну это просто жесть!

— Не прибедняйся! Смотри, к нему в комплекте идёт деревянный приклад. — старик вытащил из коробки нечто, отдаленно напоминающее пиратский ножной протез.

— Отлично! Теперь я типичный рэкетир из девяностых. Супер… — обреченно вздохнул я, щелкнув затвором: — Ладно, попробуем. Я буду сильно скучать по «Сигу»… Прямо-таки очень сильно.

— Зато Стечкин надежнее! — заверил Базилич: — Это ж оружие твоих предков.

— Предков. — кивнул я, забирая жуткий приклад: — Спасибо за содействие… Там случайно костей динозавров в комплекте не идёт? Нет? Жаль.

— Лишь бы поворчать! Я старше тебя на много лет, а и то такого себе не позволяю. — проурчал старик.

— Хорошо! Я понял. Прости меня. Спасибо за отличный пистолет. — ответил я, пристегивая кобуру: — Осьминог… С тебя Бурлеск!

— Э?! Почему это с меня?! — возмутился он: — Ты теперь вигилант! А я до сих пор помощник. Вот ты меня и поведешь!

— Вот ещё… — подойдя к зеркалу, я оценивающе посмотрел на черную рукоять от которой несло старостью и КГБ, а затем направился к лифту. Так и хотелось прийти в пустошь на первую попавшуюся базу Ренегатов и спросить — «Какие ваши доказатЪлЪства? Кокаинум!»

Вкладывают миллиарды чейнкоинов, чтобы вооружать оперативников морально устаревшими пистолетами. Уму непостижимо!

Немного поворчав сам с собой, я всё же подумал, что могло быть и хуже. К примеру, Бальник как-то рассказывал, что одного помощника после трех заваленных экзаменов вооружили Макаровым с глушителем. Это ж вообще смех! Что ты с ним сделаешь? Тихонько поцарапаешь вражеский бронежилет?

А в интерфейсе уже всплыло сообщение:

Получена ачивка «Дедушкин пистолет»

+3 к вашей пенсии!

— ЭРИИИСС!!!!!!!!!!!!!!!!!!

+++

Осталась лишь одна надежда — хороший автомобиль. Чтобы вот я прям тянулся к нему, а он тянулся ко мне… Чтобы вот прямо настоящие напарники!

Правда, как я уже говорил — был тут один нюанс. Откуда вдруг на Марсе появились отечественные автомобили? А дело было так.

Алексей Жмыхов, лучший друг Главы одного крупного Прайда, занимался оснащением полиции и ДКБ различной техникой. Справлялся на ура, ибо танки и БТР были его стезей.

Но на этом гений Жмыхова не остановился! Руководство поручило ему сделать уникальные, и в тоже время визуально неприметные автомобили для оперативников. Этот псих был помешан на отечественном автопроме. Вернее, на всем, кроме современных «Жигулей».

Жмыхову выделили огромное количество денег на постройку автомобилей и… Через полгода руководство получило партию из нескольких тысяч «Москвичей», «Волг», различных старых «Жигулей», «УАЗов», и даже «Запорожцев» с мощными движками и идеальными ходовыми характеристиками. Увы, члены правления такой жест в память «о былом величии» не оценили. Жмыхова обозвали «чудиком» и «лицом нетрадиционной сексуальной ориентации» в грубой форме, после чего наложили штраф в двести тысяч чейнкоинов и отправили на отработку в картофельные поля. Говорят, фанат «Копейки» просидел на баланде почти три месяца. Вернулся помолодевшим, здоровым, и с четкой ненавистью к русским машинам.

А что Совет? Деньги уплачены, технологии реализованы, автомобили готовы. С тех пор все служащие ДКБ ездят исключительно на прокаченных русских машинах. Конечно, преступники прознали об этом, но атаковать в открытую боялись. Да и сами автомобили были оснащены по последнему слову техники. В общем, подобраться незаметно было невозможно. Разве что из РПГ пальнуть…

Но ржал я больше не из-за этого. Со временем, пока корпораты рвали на жопе волосы, что их служба сильно выделяется на фоне современных электромобилей и биодизелей, предприимчивые братья Чапман из «Гаудис Корп» создали первый в мире 3d-принтер, который печатает реалистичные, а главное — очень качественные автомобили. Жмыхова заставили продать чертежи, и совсем скоро по марсианским городам начали гонять русские автомобили, которые принадлежали обычным жителям. Фанаты этого дела найдутся всегда и везде! Встретить на улице мужика, который восторгался своей «Шахой» за лям чейнкоинов стало обычным делом. И признаюсь честно — я их восторга не разделял. Даже поставь ты туда движок от «Мерина» — это будет оставаться отечественным автопромом! «Жигуль» есть «Жигуль».

Но мне нравились русские хэтчбеки. «Москвич», «Восьмерка», «Девятка» — вот эти тачки были что надо. Поэтому очень надеялся, что мне перепадет одна из таких.

Двери лифта распахнулись, и я вышел на освещенную тускло-зелеными лампами площадку. Ко мне тут же поднялся Дядя Вадим — местный мастер слесарного дела.

— Здорово! — по-русски произнес он, и с хлопком, который по силе приравнивался к среднестатистической ядерной боеголовке, пожал мне руку.

— Добрый день, Дядь Вадим. — улыбаясь и потирая ушибленную ладонь ответил я: — Всё пришло?

— А как же? — усмехнулся он и махнул рукой: — Пойдем! Покажу тебе твой новый «Бентли».

— Угу… — что-то я уже начал волноваться. Обычно Дядя Вадим был куда разговорчивее. А раз он тут же притих, значит готовит в голове историю, как расхвалить таратайку.

Пройдя мимо нескольких черных «Восьмёрок» и «Москвичей», мы вышли в дальний зал этой замечательной кунсткамеры автомобильного беспредела.

— А ты чего-то подозрительно замолчал. — начал было разговор я.

— Да не… Всё хорошо. — неуверенно ответил он и подвел меня к таинственному автомобилю, который был накрыт брезентом: — В общем… Тачка гоночная. Экспериментальная… Гонял на ней до этого только Сэм Биззи. Пока ещё… мог гонять.

— Я надеюсь, что он не из-за неё скопытился? — сглотнув, поинтересовался я.

— Нет. — ещё более неуверенно ответил Вадим: — Готов?

— Готов… — выдохнув, я отошёл на пару шагов назад. Мужичок дернул за брезент и… Моя надежда на хорошую тачку сгорела в адских муках. Передо мной стоял ГАЗ «Волга» 24–10 черного цвета. И всё бы ничего, да только вот кто-то испохабил ему радиаторную решётку, сделав её на всю морду, как у классических «Камаро».

— Фары выдвигаются… Ты не бойся… — даже видавший виды Вадим смотрел на произведение колхоза с явным напряжением: — Там биодизельная восьмерка.

— В-образная?

— Ага… Четыре сотни жеребцов… — сейчас голос слесаря напоминал супернеуверенного в себе продавца мобильных телефонов, у которого первая смена, а на тренинге сказали впаривать, как боженька: — Коробка-автомат… Кресла облегченные…

— Боже, а что с колесами? — я указал на здоровенные двадцать вторые с колпаками от «Эскалейда».

— Ну… Бернаут… Это… Гонять будешь! Все девки твои будут… Вот. А там ещё противотуманки снизу выдвигаются. Вот. — Вадим обмакнул лоб платком и со скрипом открыл водительскую дверь: — Видишь… Салон красивый… Даже электрические стеклоподъемники стоят!

— Что же… Пришло самое время окунуться в волшебный мир роскоши и комфорта… — обреченно вздохнув, произнес я, и залез на водительское кресло. Ощущение такое, будто я сел на унитаз! Жесткий «стульчак» зафиксировал моё филе так, чтобы я не вылетел на очередном повороте через лобовое стекло… Но больше всего меня «позабавил» наболдашник в виде черепа на рычаге АКПП. Видимо, бывший хозяин хотел добавить нотку агрессивности, но в итоге дал тонкий намек следующим поколениям. Жутко.

— Магнитола с картридером… Автоматическое открытие и закрытие багажника, как в «Мерседесе». — маркетинговая агония Вадима продолжалась. Я видел по глазам, как сильно ему сейчас хотелось закурить…

— Да в целом… не плохо. — вынес я свой вердикт: — Настоящая русская классика… Жалко только, что кассетника нет. Так бы под «Кино» и «Наутилуса» ездил…

— В Новом мире нет кассет.

— Это я так. Утрирую. — вставив ключ, я запустил двигатель. Единственное, что реально вызывало уважение у этого автомобиля, так это звук! Рык в стиле классических американских пони-каров. Ощущается реальная мощь.

— Я рад, что тебе всё понравилось… Могу открыть заднюю створку на главную дорогу… — Вадим как-то вяло улыбнулся.

— Ага… Спасибо. — кивнул я и захлопнул дверь.

Вчерашней день стал для меня воистину роковым. Кто же знал, что всё так произойдет?

Передвинув рычаг переключения передач, я услышал, как снизу что-то закряхтело. Неуверенными рывками «Волга» поехала… если эту феерическую конвульсию вообще можно было назвать ездой. Жмыхов поставил свои машины ровно пятнадцать лет назад, когда меня в Новом мире ещё не было. Но глядя на «Волгу», ощущение, будто она здесь простояла лет 30, не меньше!

Гордо попукивая, я наконец-то выехал из служебного гаража и направился в сторону участка. Нужно было ещё договорится с Жирным Тоби и взять первое задание.

Получена ачивка «Внучек, ты только сильно не гоняй»

+5 уважение у бабушек в очереди к стоматологу

— ЭРИИИИИССС!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Глава 5

Я узнал, что у меня есть огромная семья.

И тропинка, и лесок…

В поле каждый колосок.

Новый мир доказал, что человек — существо крайне адаптивное. Дай ему воздух, гравитационное поле, немного плодородной почвы — и он тут же обустроится! Натыкает высоток, Макдональдсов и магазинов с брендированной одеждой… В общем всё, как всегда.

Из мертвой планеты Марс превратился в небольшой аналог Земли. Здесь было пять континентов, которые омывались тремя огромными океанами. Ничего сложного.

Самый большой континент, это как раз на котором расположилась группа из трех крупнейших городов — Веста. Он был назван в честь богини домашнего очага. От него, через небольшой перешеек Кеплера и мыс Тарковского можно было попасть на следующий континент — Юнона. На нем было построили пять небольших городов, несколько промышленно-добывающих зон и огромное количество аграрных территорий, где трудились заключенные. И чуть подальше, через пролив Гагарина, к Юноне тянулся Гефест, самый маленький жилой континент, на котором достраивалось ещё два города и несколько масштабных зон для добычи леса. Диана и Церера — два оставшихся континента, были аналогами земной Антарктиды. Вечно замороженные земли располагались на северном и южном полюсах планеты. Туда лишь изредка отправлялись исследовательские группы, чтобы добывать образцы и наблюдать за изменениями. Даже после экстренного терраформирования, ученые не оставляли надежду понять, была ли жизнь на Марсе до нашего приезда.

В старом мире судьба закинула меня в Москву, поэтому я привык к шуму мегаполиса. Посели меня в деревню, то наверняка бы скукожился от тоски. Нравилась мне вся эта ежедневная суета, много народу и куча самых разных звуков. Столица буквально кипела!

Кстати, всего на Марсе было десять крупных городов. Нейрополис — самый большой. Затем по убыванию количества населения: Циолковский, Коперник, Кондратюк, Хаббл, Браге, Королев, Цандер, Тихонравов, Птолемей. И это, не считая небольших станций, миниатюрных поселений с заключенными и перевалочных баз в Пустоши.

Первый вопрос, который у меня возник — а с какого перепугу всем городам дали имена великих исследователей, которые сделали мощный вклад в изучение космоса, а столица вдруг Нейрополис? Выяснилось, что во время общего совета Земли, когда ещё всё только начиналось, представители от разных стран сильно повздорили. Причем азиаты вообще склонили голову и сказали, что в спорах за название участвовать не будут. От того имена японцев, корейцев и китайцев отложили на потом. Зато европейцы, американцы и русские сцепились не на шутку! Кто-то даже предлагал назвать столицу именем Илона Маска. Пфф… Вот ещё! Да, исследовал Марс. Да, вкладывал деньги в науку. Да, отправил электромобиль в космос… будто там и без него мало мусора. И что с того? Русские и представители европейских стран были против. В конечном итоге провели мозговой штурм, а обычный жребий подобрал название из предложенных.

Теперь столица красной планеты — Нейрополис. Все с этим согласились и были довольны.

Вот серьезно… Я порой диву давался, насколько упертыми бывают люди. В чем цель программы «Колонизация» именно здесь, на Марсе? В том, чтобы освоить большую часть Пустоши — огромной пустыни, которая распростерлась по трем континентам. Изначально их хотели разделить и дать названия, но посчитали, что смысла ноль. Мол, и так скоро всё заселим, так что просто обозвали Пустошью и дело с концом. Но несмотря на очевидное сходство с Землей, мир Марса был полон загадок, ответы на которые люди всё ещё не могли найти. К примеру — почему во время дождя на небе можно было увидеть северное сияние? Откуда в океанах и морях появились новые виды микроорганизмов, рыб и млекопитающих? И главное — почему на Марсе не растет чечевица? Ученые всего мира до сих пор ломали над этим голову. Ну, а я вынужден продолжать свою службу.

— Эрис! Включи-ка мне песенку для езды на истинном гЭнгстЭрском автомобиле. И поставь напоминалку заехать после работы в типографию. — произнес я, остановившись на светофоре.

— Выполняется подключение к аудиосистеме «пенсиямобиля». Ох… Прошу прощения! Истинной «гангстерской» тачки. — усмехнулась помощница. Была бы она настоящей — так схлопотала бы по жопе, что потом век бы помнила…

— Я ведь потом точно вырву тебя из себя.

— Не выйдет. Мы вместе навсегда. — тяжко вздохнув, ответила она, а на мониторе центральной панели тут же появился интерфейс проигрывателя. В верхней строке высветилось «Трек № 0124 Eminem — Without Me».

— Ты издеваешься? — возмутился я, глядя на то, как вставший рядом со мной паренек на «Тесле» с удивлением уставился на сотрясающуюся от басов недолегенду отечественного автопрома.

— Немного.

— Ла-адно… пес с тобой! Послушаем, что дают. — прибавив звук, я вальяжно покатил в сторону участка.

Да уж… Среди всех этих новомодных электрокаров Волга сильно выделялась своим допотопным видом. Зато автолюбители обращали внимание! У них-то тонировка была только на задних окнах. Смотрят во все глаза. Кто-то даже улыбался и махал. На этом хорошие качества технозомби от Горьковского автомобильного завода благополучно заканчивались. Ехала дергано, расход постоянно плавал, а салон насквозь провонял жаренной картошкой. Вот неужели непонятно, что, когда запихиваешь в тачку мощный двигатель, надо рассчитывать не только на дино-стенд и гоночный трек? Большую часть своего рабочего времени помощники и вигиланты ездили по городу! Отдельной полосы для того, чтобы гнать под двести километров в час у нас не было. В общем, не продуманно от слова совсем. Хотя, мне казалось, что даже если я сейчас втоплю по полной, двигатель вылетит из под капота, а кузов машины развалится на кусочки. Слишком старо и… честно, выглядело ненадежным.

Но стоит довериться местным профессионалам. Я ещё ни разу не слышал, чтобы служебные автомобили ломались или попадали в курьезные ситуации. Так что это просто ворчание старого деда, который всегда хотел «S560», а ему дали «ГАЗ».

Но больше я угорал над следаками. Они вообще на форсированных Буханках гоняли! Наверное, потому такие злые, что постоянно копошатся в этом вечно сияющем творении отечественного гения…

Заехав на КПП, я поздоровался с Джемесоном, который сегодня «дневалил», и направился к подземному заезду в гараж. Шлем мне ещё не вернули, поэтому нужно было делать всё максимально скрытно.

Припарковавшись к черной «Пятерке», я вышел из великого апостола русского автопрома и хотел пойти наверх, как вдруг заметил ярко-красную шевелюру. Критика сидела на капоте своей новенькой «Восьмерки» и любовалась собой в карманное зеркальце. От одного лишь её вида мои кулаки невольно сжались, а в голове возникло несколько самых непристойных шуток. Вот честно, окажись мы на необитаемом острове, я бы не стал мучать её и себя. Сразу бы убил наглую самовлюбленную выскочку.

Ненароком взглянув на меня, Критика всем своим видам выказала отвращение.

— Что, дедуля подарил тачку на день рождения? — злобно усмехнувшись, поинтересовалась она. Если бы Критика не была такой сукой, то возможно, я бы даже считал её привлекательной. Голос приятный, да и внешность ничего. Но стоило открыть рот… Брр! Лучше бы вообще молчала.

— Дедулина машина лучше, чем бабулино зеркальце. Кстати… Заехав сюда, я уловил едва заметный аромат «Красной Москвы». Теперь понятно, от кого. — злобно усмехнувшись, ответил я.

Получена ачивка: «МАТЕРЬ ГОСПОДНЯ!!! Незаконнорожденный ПИКАПЕР ВСЕЯ РУСИ!!!»

+ 200 защита девственности

Девушка лишь отвернулась, сделав вид, что меня просто не существует. Захлопнув зеркальце, она вальяжно потопала в сторону лестницы, где её уже поджидала небольшая кучка местных фанатов. Мне вот интересно, что они находили в Критике? Вот серьезно — если видишь, что девушка никого к себе не подпускает, то с чего вдруг она должна выбрать именно тебя? Надежда на чудо? Или «Принцип Игуаны» — яд действует очень медленно, поэтому рептилия преследует жертву несколько дней, пока не дождется её смерти. А сама Критика? Зачем ей это? Вся такая холодная и недоступная стерва, но — ой, мальчики, мне нравится, когда за мной ходит толпа «хвостов». Мерзко это. В общем, странное поведение с обеих сторон.

— Тебе необходимо принимать людей такими, какие они есть. — вздохнув, произнесла Эрис: — То, что она когда-то перешла тебе дорогу и составила качественную конкуренцию — не делает из неё врага. Критика лишь сделала тебя лучше!

— Она нагадила специально, чтобы унизить. Но меня больше раздражает её поведение… Вот я прекрасно понимаю, что мне нет до этой зазнайки совершенно никакого дела. Но вот просто бесит. Бесит и всё тут!

— Спешу тебя разочаровать. Зачастую ненависть к противоположному полу появляется, как ответная или защитная реакция на недостижимость цели. Возможно, где-то в глубине души ты очень хочешь подружится с ней, но из-за холодного поведения и собственной гордости, такой возможности пока не представилось. И чтобы не чувствовать поражение, ты выбрал ненависть.

— Издеваешься? Мне просто противен этот человек! Так… всё, давай мы больше не будем о ней говорить?

— В уголках твоей души скрываются мечты о её попе…

— Нет!

— Да.

— Эрис… Я тебя ещё за Волгу не простил. — фыркнул я и открыл дверь на лестницу.

Мечты о попе Критики? Вот ещё! Конечно, я не переставал наслаждаться красотой девушек, однако с возрастом учишься распознавать стерв, которые могут принести кучу проблем. Чем слабее у парня характер, тем больше проблем может быть. Девчонки таких чувствуют всегда! И сперва играют, а потом растаптывают. Эдакие кошки-мышки… До сих пор помню, как соседская кошка разделывала мышей в подъезде. Просто так, по приколу. Чертов мохнатый Ганнибал Лектор!

Поднявшись в участок, я направился в сторону кабинета Женщины-пилы, но по пути меня перехватил Бальник — добродушный юноша с ярко-голубыми, вечно искрящимися добротой глазами и темной, словно ночь шевелюрой. Мой друг просто обожал танцы, качалочку и девчонок особо пышных форм. Последнее он аргументировал тем, что в Новом мире почти не осталось по-настоящему «шикарных» женщин! И постоянно приплетал к этому фразу про превосходство волн над скалами… Ну, тут я уже ничего поделать не мог, потому что на вкус и цвет все фломастеры разные.

— Товарищ вигилант! — обрадованно воскликнул он и крепко пожал мне руку: — Как себя чувствуешь в новом звании?

— Мне дали старый пистолет и древний автомобиль. Так что… В целом не плохо.

— О! Здорово… — неуверенно ответил парень: — Слушай, я вот что хотел спросить… Меня тут одна девушка нехило озадачила. И я всё никак не могу найти нужный материал для того, чтобы ей помочь.

— Что за девушка?

— Кэйтлин Огара. Второй курс факультета логистики в Военном институте.

— Пам-пам! — я был крайне удивлен, ибо Кэйтлин имела весьма не плохую фигуру и пышной её назвать точно нельзя: — Интересуешься худенькими? Завтра выпадет снег?!

— Я проиграл ей в карты… Теперь отдуваюсь. Нужно помочь с дипломом. — обреченно вздохнув, ответил он.

— А какая тема?

— По поводу дикарей из Пустоши. Я-то с ними ещё не работал… А вот у тебя опыт был. — он ненароком взглянул на мой протез, но я сделал вид, что не заметил.

— Ооо… Ладно. На обеде что-нибудь придумаем. — кивнув, ответил я.

— Спасибо большое! Я твой должник… — с облегчением выдохнул он, и направился дальше.

На самом деле я не любил историю про потерю руки. Это была даже не моя ошибка… Просто очередной просчёт людей в пиджаках. И дело было даже не в бесполезности всей этой затеи, а то, с каким жаром они агитировали нас с предыдущим напарником идти в бой. А я что? Был тогда жадный до рейтинга. Вернее, я и сейчас жадный, но тогда это был просто отвал башки. В общем, погнался за, как мне показалось, легкой наживой. Кто ж знал, что у Дикарей уже есть свои вооруженные отряды и они вполне себе неплохо обустроились в Пустоши? По сути, это были те же самые дубликаты с оттисками. Просто им сильно не понравилась сложившаяся ситуация, и вместо того, чтобы сваливать обратно на Землю, они выбрали простой вариант — скрыться в пустыне. Почва там отвратительная, да и с водой вечные напряги, поэтому боевым отрядам Дикарей приходится нападать на фермерские территории. Вот там-то самая веселуха и начинается! Марсианский вариант «Разрушительного ранчо», только стреляют не по арбузам, а по головам обозленных на весь белый свет Дикарей. Да, я прекрасно понимал, что жить в роли подопытной крысы не хочется, но лучше постараться и свалить к своим, чем прозябать в вечной пыли и нехватке ресурсов, крича о свободе.

Подойдя к двери, я осторожно постучался.

— Зайдите! — голос Дунаевской, в прочем, как и всегда, очень напоминал электропилу.

— Доброго дня. — зайдя в кабинет, произнес я, и тут же замер. На табурете вальяжно развалился Хук, и перебирая одной ладонью кубик Рубика, строго смотрел на меня.

— Ну, привет… — выдохнул он, и отставив игрушку, тут же принял более суровую позу.

— Здра-асть… — ответил я, перебирая в голове варианты, как бы поскорее отсюда свалить. Блин, чувствовал себя школьником, отец которого хотел очень серьезно поговорить.

— Давай без актерского мастерства, ладно? — он поднял могучую ладонь, а затем указал на второй табурет. Дунаевская, как и всегда, заигрывающей походкой процокала в сторону выхода и поспешила закрыть дверь с другой стороны. Ситуация была настолько напряжённой, что мне даже не хотелось угорать над внешностью Женщины-дрели. Нет, ну выглядела она, конечно, молодо и относительно неплохо… Но вот эта вечно одна и та же блузка вкупе с юбкой-карандашом делали её похожей на типичную «секретутку». Не знай я Хука, то наверняка подумал бы, что между ними роман.

— Садись. — буркнул наставник и ещё раз указал на табурет.

— Угу… — я сел напротив и деловито скрестил руки: — Внимательно слушаю.

— Думаю, ты прекрасно понимаешь, о чем я хочу с тобой поговорить.

— Если ты об убитых вчера, то мне уже всю плешь проели! Серьезно… Я не уверен, что ты скажешь мне что-то новое. — сухо ответил я, и посмотрел в его глаза: — Виноватым себя считать я всё равно не буду. Не смогу.

— Ты должен был идти на крышу и ждать подкрепления там. — громкость голоса Хука поднималась, словно пассажирский самолет на форсаже: — Тебе или Волкову грозила опасность, требующая уничтожения живой силы противника?

— Относительно.

— Скажи — да или нет?

— Не грозила…

— Убить семнадцать человек просто потому, что они взорвали твой служебный автомобиль… Да и то — не твой, а казенный! Ты в своем уме?! — до пиковой мощности оставалось совсем чуть-чуть: — Чем ты думал, когда кромсал этих бедолаг?!

— Они плохие люди.

— ПЛОХИЕ ЛЮДИ РАБОТАЮТ НА ПОЛЯХ, БОЛВАН!!! — воскликнул Хук и ударил мощным кулаком по столешнице: — Но это мелочи… Правда, мелочи. Бандиты умирают каждый день. Не от наших рук, так от своих собственных.

— Вот! — я поднял указательный палец вверх: — Я про что и говорю. Не я бы, так кто-нибудь другой…

— А как ты думаешь, каково будет твоим детям, когда КТО-НИБУДЬ ДРУГОЙ ИМ ВРУЧИТ ПОХОРОНКУ?!?!? Ты об этом думаешь, когда рискуешь задницей за просто так? Машину ему жалко… А детей тебе не жалко?! Они ведь там… И они ждут! Каждую, мать его среду, ждут что отец с ними свяжется!

— На больное решил надавить? — злобно спросил я, сжав кулаки.

— А по другому до тебя не доходит! — Хук плавно поднялся, закрыв от меня свет из окна: — Ты больше не матерый наемник. И не Большой Босс, который может себе позволить идиотские выходки! Ты в первую очередь — отец!

— Ага… Который даже не может обнять своих детей?

— Который после смерти может с ними общаться и приносить обществу пользу! — Хук тяжко выдохнул и плавно опустился на стул: — Старого исправит только могила… Мы это знаем. Но, видимо, не в нашем случае. Учись контролировать свой гнев! Васильев сказал, что ты бы превратился в преступника, не будь у тебя этой работы. Так дорожи ей! Дорожи единственным сдерживающим фактором! Нельзя просто так убивать людей. Тем более пешек Ренегатов! Не ты дал им жизнь, не тебе её и забирать. Если не выдали официальный ордер, естественно…

— Жизнь человека ценна лишь до выдачи ордера и лицензии, да? Знакомые слова… Где-то я уже слышал нечто подобное. Дай подумать? Ах да… На Земле, в проклятой пустыне, когда сдуревший африканский генерал приказал расстреливать женщин и детей из деревни, просто чтобы замотивировать своих солдат. Сперва мы их защищали, а теперь — давайте, расстреливайте! Мол, скажем, что это враги…

— Тогда твой отряд предал и убил своего работодателя. Это показало тебя, как некомпетентного специалиста. Ты поддался чувствам, хотя у солдата не должно быть сомнений. Ты сам выбрал этот путь, и сам же в итоге всё запорол. Не понимаю, к чему ты вообще вспомнил эту историю?

— Это к тому, что я знаю цену жизни. И хотя бы мне эту лицемерную дичь не надо задвигать, ладно? Я и без того наелся лапши с собственных ушей! Высказал, дал штраф — всё. Не надо мне каждый раз объяснять, что такое хорошо, и что такое плохо.

— Я тебе высказываю и даю штраф каждый раз, когда у тебя чердак протекает. И что? Хоть раз помогло? Ты у нас один такой. А сделай нечто подобное Осьминог или Бальник? Под трибунал бы сразу! Запомни, Марк — панибратство в Новом мире не любят. Васильеву скоро надоест, что ты играешь в «друга» для его дочки и он выкинет тебя на помойку! Лишишься жетона Военной Гильдии — всё. Считай, что второй шанс упущен. Что будешь делать? Работать продавцом булочек?

— Хах… Я больше не привяжусь к машине. Ты бы видел, какой сарай Пылаев мне выдал…

— Ещё смеешь жаловаться? Скажи спасибо, что под трибунал не попал! Вот тогда бы заскулил… Ой, как заскулил. — выдохнул Хук и отвернулся: — Тебе пятьдесят лет. ПЯТЬДЕСЯТ! А всё ведешь себя, как типичный персонаж из компьютерной игры. Ты сам выбрал этот путь! Сам пошёл учится. Знай твой бывший наставник во что ты превращаешься — он бы сильно разочаровался!

— Буду пацифистом. Идёт?

— Просто слушай, что тебе говорят! Я же о тебе переживаю… Ты толковый парень. Я серьезно! В тебе есть стержень, есть хорошие черты характера. Ты качественный и ценный сотрудник, но… Твоя агрессия и несдержанность просто губит всё на корню. Скажи, когда ты был начальником крупной организации, ты вел себя так же?

— Нет. Это совершенно другое. — ответил я, вспоминая, как держал в ежовых рукавицах свой коллектив.

— Так почему ты здесь не можешь себя вести сдержанно? Элеонора жаловалась, что ты сводишь её с ума! А Форкс вообще называет тебя маньяком.

— Ты знаешь. У меня мерзкий характер. Меня так воспитали. Сам же мне втирал о том, что родители — кузнецы будущего. Так чего опять завел свою шарманку?

— Эх… Васильев тебя разбаловал. В общем, я больше не твой наставник, поэтому отныне вся ответственность только на тебе. Ещё раз убьешь человека за то, что он как-то косо на тебя посмотрел — пеняй на себя. С Васильевым я буду разговаривать уже совершенно другим тоном! — проурчал Хук.

— Да, Папуль. Буду стараться вести себя хорошо. — усмехнулся я.

— Скажи честно — ты тусишь с Лией, просто потому, что она дочка Васильева? — здоровяк вопросительно взглянул на меня.

— Нет.

— А почему?

— Потому что она единственный человек, с кем можно обсудить «Заводной апельсин» или… Скажем, «Консервный ряд». Она уникальный и интересный человек.

— А ещё еле ходит и выглядит, как смерть! Слушай… разобьешь девочке сердце — мы же от тебя живого места не оставим. Будь аккуратнее, хорошо?

— Мы просто друзья. — честно признался я: — Хук, ну ты чего? Взрослый же мужик! Знаешь всё.

— Про дружбу между мужчиной и женщиной можно говорить, только когда им обоим под шестьдесят. Мне наплевать, с кем ты отжигаешь в Бурлеске. Наплевать на дочку Карпова, которая стряпает тебе ужин каждый день. Но Лия — это другой разговор. — Хук умел быть убедительным: — Хоть одна слезинка упадет из-за тебя — лично шкуру спущу!

— Вот уже даже не смешно. Ей богу! Я хоть раз кого-то бросил? Или сделал кому-то больно? Это меня жена опрокинула с двумя детьми! Это я должен орать о предательствах женщин. Но, как видишь — всё хорошо. Я отношусь к своему прошлому с пониманием.

— Всё шутки шутишь? Молодец… — наставник устало потер переносицу двумя пальцами и зажмурил глаза: — В общем, с этим закончили. Теперь к основному… Скажи, на кой черт тебе сдался этот Бош?

— Потому что он хороший напарник.

— Потому что он очередная бесхребетная сволочь, которой ты будешь помыкать, дабы сделать рейтинг. Марк… Тобиас в последнее время стал слишком жестким. Я не знаю, что с ним случилось, но Элеонора утверждает, будто парень наконец-то обрел себя.

— Ой, давай не будем сейчас придумывать? Если человек бесхребетная сволочь — он таковой и останется до конца жизни. Нет, конечно, небольшой шанс есть! Но точно не в этом тепличном мире. Тут, если ты не преступник, тебе будут жопу целовать. А в таких условиях люди становятся только хуже. Поверь мне на слово.

— Видимо, Бош исключение из правил. В любом случае, я твой выбор не одобряю. Ты, конечно, теперь птица вольная. Наставника у тебя больше нет. Но всё же советовать никто не запрещает. А ты знаешь — я хрени не посоветую! Уж будь уверен.

— Я уже вырос, Хук. Пора принимать решения самостоятельно.

— Ладно… Но я всё же поговорю с Пылаевым, и дам ему наводку на человека, который сможет изменить тебя в лучшую сторону. Вернее, это будет обоюдная помощь! Дуэт двух разбитых сердец и переломанных жизней.

— Ты про Колыбалова? — ужаснулся я. Ох… Неудавшийся романтик и поэт был грозой всех местных девушек. За последние два месяца его отвергли тридцать два раза. Конечно же, за свой «успех» у женщин он получил погоняло — Казанова.

— Упаси… Нет! — отмахнулся Хук: — Я пока ничего не скажу. Сам же гарцуешь тем, что вырос. Вот и посмотрим, насколько я стал слеп и глух.

— У меня свои взгляды на жизнь, а у тебя свои. Ты дал мне основу. Научил главному. А теперь самое время принимать решения самому. — строго ответил я.

— Эх… Будь ты обычным ребенком, проблем было бы гораздо меньше. Обучать дяденек с грузом прошлой жизни… И как я вообще на такое пошёл? — грустно усмехнувшись, здоровяк вытащил из кармана небольшую коробочку: — Найтмонгер дал мне это, когда я только заступил на службу в кадетский корпус. Мы были самым первым выпуском… В то время дикарей не было. Да и преступники ещё особо не показывались. В общем-то, мы служили в довольно приятных и легких условиях. И… к сожалению, со временем я расслабился. Мы все расслабились.

О, Хук в очередной раз вспомнил трагедию на Вессенгауэре, когда в 2037 году один индивид подорвал бомбу в театре, унеся жизни 219 человек. Говорят, жуткое было зрелище. Одна из самых страшных трагедий на Марсе.

— Хук, я знаю, какого тебе было. Ты тогда был молодым и ответственным воякой! А тут нежданно-негаданно… Но меня до сих пор интересует вопрос, а как его не нашли?

— А специальных служб тогда ещё не было. Мы не вели сводки, не находили людей, и вообще вели себя, как обычные патрульные полицейские. Мы сами поверили в идеальный Новый мир, который нам показывали по телевизору.

И он был прав. С тех пор многое изменилось. Начали появляться помощники и вигиланты. Отдел зачистки с участками по всей Федерации. Тот инцидент напомнил людям о том, что все мы не идеальны. Все имеют свои недостатки, бзики и… мы все друг от друга зависим. Говорят, что Наутмонгер погиб во время очередной перестрелки с дикарями из Пустошей. Хук утверждал, что он тоже был слишком беспечен.

— Все поверили. — улыбнувшись, я поднялся и похлопал здоровяка по плечу: — В этом нет ничего такого… Наверное, я бы тоже поверил, окажись здесь в то время.

— Всё может быть, малой. В общем, храни это, как напоминание о том, что нужно всегда следить за собой, за окружающей средой и быть максимально осторожным. — Хук протянул мне коробочку.

— Благодарю. — ответил я, и раскрыв её, увидел медальон в виде солнца: — Почему именно оно?

— Естественный источник света. Он всегда укажет путь и поможет даже в самые темные времена. По крайней мере Найтмонгер так говорил. Лично мне этот медальон принёс удачу. Кто знает, может и тебе принесет?

— Как вариант. — я спрятал коробочку во внутренний карман куртки: — Так что там с напарником? Кого рекомендуешь?

— Ха… Не скажу! Удачи с Бошем. — рассмеялся Хук.

— Уверен?

— Более, чем. У меня ещё много дел, а тебе — успешной службы, малой. — подмигнув, произнес здоровяк.

— Ага… Спасибо. — кивнул я, и вышел из кабинета.

На этот раз всё было куда быстрее. Но заинтриговал, черт старый! Кого же он хотел на меня повесить? Может быть, жучков к нему отправить?

+++

Кабинеты для переговоров находились на втором этаже. Я не особо любил это место, потому что тут вечно кто-то собачился. Напарники, которые не поделили наживу. Или же руководство, которое решило устроить боевым товарищам разнос. Мне ещё очень повезло, что Хук никогда не приглашал нас с Волковым сюда…

Стенки у кабинок были настолько тонкие, что слышен каждый пук. А говор у здоровяка был под стать размерам! Его голос напоминал гудок паровоза. А может быть даже громче…

В общем, не любил я это место.

Жирный Тоби ждал меня в кабинке номер 42. Как и всегда, был одет с иголочки, весь прилизанный и с идеальной шевелюрой. Слегка подкаченный молодой человек, на вид, около двадцати лет. А жирным он назывался только из-за волос. Раньше, когда Бош был совсем юным, у него начались возрастные проблемы. Прыщи и жирные волосы… Первые несколько месяцев он игнорировал проблему, говоря всем, что он уже через всё это проходил. Однако Новый мир всегда вводит свои коррективы! Эрис вынудила бедолагу обратится к специалисту, и с тех пор Тоби преобразился. Правда, погоняло так и осталось при нём.

— Наконец-то! — слегка раздраженно произнес он: — Марк, честно… Я очень польщён, что ты меня выбрал, но опаздывать на первую же встречу…

— Не начинай. — сразу оборвал его я: — Начальники никогда не опаздывают! Они приходят строго тогда, когда считают нужным.

— Ой! — Тоби тут же закатил глаза: — Ладно… Давай без формальностей. Расскажи свою цель, а я тебе расскажу свою. Да и закончим на этом.

— Дослужится до Генерала и заработать на пенсию. — не думая ответил я.

— Аналогично! И я не перед чем не остановлюсь. — произнес он.

— Окей. Тогда очки рейтинга будем делить по факту выполненной работы. Я передам Дунаевской.

— С чего вдруг? — возмутился он: — Мне сказали, что ты тянешь на себя одеяло, а вечно в подсосе я ходить не намерен!

— То есть, ты хочешь сказать, что я могу ничего не делать и получать половину? — удивился я.

— Это… — вот и всё. Капкан захлопнулся!

Люди, подобно Жирному Тоби были пугливыми и глупыми. И самое забавное — они прекрасно об этом знали. Когда ты не умеешь противостоять крупной и опасной рыбе в открытую, то начинаешь придумывать отпор. Этакий план, который состоит из речевых модулей. В фильмах и книгах работает, а вот в реальной жизни нет. Потому что, если человек тупой — хрена с два он сможет обыграть опасную и сильную рыбу.

А у Тоби была мотивация! Он хотел создать свой собственный Прайд, поскольку был тенью своей семьи. Боши создавали электронные компоненты, без которых Новый мир попросту не смог бы существовать. Гении, решающие глобальные вопросы. И Тоби — кусок говна, который вечно плывет по течению. Такой ценный напарник, как я ему был крайне необходим. И он прекрасно понимал это. Посему переиграть неудачника было на раз-два!

— Так что? — я нагло положил ноги на столешницу: — Играем?

— Я не это хотел сказать…

— А что? Нет, Тоби, я же не давлю. Ты можешь выбрать другого напарника. Карл Смит, к примеру. Или Колыбалов…

— НЕТ! Всё… Был не прав. Хочешь работать так — будем работать так.

— Тоби, дружище… Я не хочу тебя обмануть или обыграть. Не напрягайся! Нам всем нужны чейны и хороший ранг для безбедного существования. — опустив ноги, я придвинулся к столу и доброжелательно заглянул ему в глаза: — Сколько сделаем, столько и заработаем. Другого честного выхода я не вижу.

— Ладно! По рукам. — выдохнул он и протянул ладонь.

— Славно. — едва злорадно не усмехнувшись, я пожал его пятерню: — А чтобы ты наверняка не думал, что я тебя подставляю — будешь главным в нашем дуэте!

В документах всегда ставили плюсик к лидеру пары. То есть, человек, которому будут приходить задания, с которым будет совещаться руководство и… которому будут прилетать все тумаки за косяки дуэта.

— Ого! — казалось, что Тоби ждал этого дня всю свою жизнь. В его глазах тут же заискрилась радость и гордость.

— Поздравляю. — кивнул я, как бы подчеркивая важность момента: — И… рассчитываю на тебя!

— Я не подведу! — обрадованный напарник тут же подскочил и вылетел из кабинета.

Как легко манипулировать молодыми и глупыми юнцами. Власти хотят все! Особенно подобные неудачники, которых вечно все гнобят. Не скажу, что это хорошо, но с другой стороны — они сами на это ведутся. А поэтому — чего бы не использовать столь огромный потенциал? Скажи подобному идиоту, что он теперь начальник или руководитель какого-нибудь мелкого отдела, навешай на него кучу работы, а зарплату подними рублей на пятьсот. Вуа-ля! Корпорация сэкономила денег на дополнительном специалисте, и запрягла в кабалу старого. Коммерческая оптимизация, мать её.

Но была в этом дерьме и положительная сторона. Как только «маленькая лошадка» осознает, что на деле никакая она не директор, и не руководитель — глаза сразу немного приоткрываются. Розовые очки лопаются и… Надо же! Человек начинает думать. Аплодисменты.

Так что, когда-нибудь Тоби скажет мне спасибо. Когда-нибудь… но не сейчас.

Выйдя из кабинки, я глянул на часы и с удовольствием обнаружил, что уже самое время обеда. А значит нужно идти в местную столовку. Конечно, не ресторан со звездой Мишлен, но местным нравится.

— Эй! Ты поторопись! У нас щас котлетки… — махнув рукой, позвал Бальник, стоя у двери.

— Да-да… Я тоже помню древние шутки. — вздохнул я, и зашёл внутрь.

Столовая у нас была самой простецкой из всех. Стены, покрашенные в бежевый. Стандартные столы и стулья из прессованных опилок. И мерно распространяющийся запах супа… Здесь от принципа Дозуа не осталось и следа! Вместо роботов работали приветливые девчонки, а на окошке стояла доброжелательная женщина. Всё по классике! Без излишеств.

Главное прийти немного пораньше, чтобы долго не стоять в очереди.

— Так-так-так… — задумчиво произнес я, глядя в меню, которое было нарисовано на большой пластиковой доске: — Борщ, куриный бульон, американский крем-суп с морепродуктами и мисо-суп… Какой богатый выбор!

— Вчера завоз был. — ответил Бальник, встав за мной в очередь, и передав поднос: — Не забыл про тему?

— Нет.

— Точно ничего такого, что я спрашиваю?

— Ой, хорош, а? Сказал же — поговорим!

— Понял. — кивнул парень и тут же замолчал.

Взяв солидную порцию борща, куриных котлет с ароматным пюре, салат из крабовых палочек и яблочный сок, я направился за свободный столик. Шумно тут в обед… Ощущение, как будто сидишь внутри пчелиного улья! Вигиланты и помощники с жаром обсуждали задания, личную жизнь и всякую ересь типа новых девчонок Бурлеска. Всё, как и всегда.

— Кстати… — Бальник со скрипом отодвинул стул и присел напротив меня: — Слышал, что Гэрис открывает новое заведение для особенных гостей.

— Элитных эскортниц можно поюзать в «Башне зла». А все нормальные пацаны тусят в «Бурлеске». Так чем же он ещё собирается удивить наш город? — поинтересовался я, чувствуя, как горячая наивкуснейшая жидкость потекла по моему пищеводу. Господи! Вот за это я реально готов был расцеловать Сахарова и Архитекторов. Спасибо огромное за то, что даже после смерти вы дали нам возможность кушать много и кушать вкусно.

— В общем, заведение называется «Вайф сити». — Бальник пригнулся и сузив глаза, словно типичный жулик, продолжил: — Ходит слух, что там будут андроиды!

— Фу, гадость какая… Ты хоть видел их? Нет, ну серьезно. Это же обычные силиконовые куклы с искусственным интеллектом. Чем они лучше настоящих девчонок?

— Дело в том, что эти андроиды особенные! Они могут подстраивать внешность под пожелание клиента… — Бальник алчно облизнулся.

— Мерзость… — я аж чуть не подавился: — Давай лучше про Дикарей. Что ты хотел услышать?

— Да, по сути, мне бы просто пару тем, которые нужно поискать в интернете. Я не знал, с чего начать, поэтому просто вводил всё, что приходило в голову… А поисковик выдавал лишь убитых лидеров Дикарей, да несколько столкновений на Гефесте. В общем, я совсем запутался. Да и Кэйтлин тоже. — обреченно вздохнув, ответил он.

— А что именно ей надо?

— Кто этим всем заправляет на данный момент. Иерархия в их обществе. И конечная цель. В интернете глянул, но… как-то слишком уж расплывчато. А других спрашивать смысла ноль. Все борцы с Дикарями у нас на Юноне и Гефесте.

— Хмм… — я немного задумался, ибо пытался сгруппировать мысли: — Начнем с их лидера — Фраксикуса Линга, помешанного на религии фанатика.

— Фрак… Фраксекс… Фра… Что? Да и разве Прайд Лингов существует? — озадаченно спросил парень.

— Нет. Он сам придумал себе это имя. Вернее, он искренне верит, что какой-то там божок его так нарек. В общем, нет никаких Лингов, и уж тем более Фраксикусов. Всё это бред сивой кобылы. На самом деле никто не знает его истинного имени. На людях выступает в маске. Допрашивали нескольких его приспешников и проверяли на детекторе лжи — тоже ничего не знают. В реестрах пропавших или мертвых его нет. Поэтому, либо он каким-то чудом смог взломать архив Федерации и удалить оттуда информацию, либо он уже родился в Пустоши. Во втором сильно сомневаюсь. Скорее всего бывший оперативник или что-то типа того. Кукуха у него поехала знатно… Линг искренне верит в то, что он избранник космических богов и несет свою ересь в массы. Кто-то приходит к нему от безысходности. Кто-то просто потому что идиот по жизни. Но основу его общества составляют беглые заключенные. Как ты думаешь, будет ли с этого в будущем какой-то толк?

— Ужас! — Бальник придвинулся ещё ближе и сбавил громкость голоса: — А в чем суть его религии?

— Я уж точно не помню. Вроде связано с тем, что в древние времена была каста богов, которые зажигали звезды и дарили планетам жизнь. Линг искренне верит в то, что люди нарушили один из заветов этих древних богов, вырвав душу человека и переселив её в искусственное тело. Якобы, так делать нельзя! И теперь он, как избранник этих древних богов — воюет против системы. Причем, сотрудничает с Ренегатами, пиратами с восточных берегов Юноны и вообще обожает бандитов. Чувствует моё сердце, что проблема не только в его вере, но в том, что он просто больной на голову маньяк! Вводит людей в заблуждение, грезит о каком-то там идеальном мире, а сам сотрудничает с бандитами, которых, по идее, мы должны уничтожать, а не сажать работать на плантации. — ответил я, и приступил к пюрешке с котлетками.

— Тебя послушать, так никто бы в здравом уме не отправился жить в пустыню. Я к тому, что среди его приспешников не мало и обычных людей из городов. Чем он их зацепил?

— Своими сказками. Человек готов стерпеть всё, что угодно, если пообещать ему светлое будущее. Вот ещё-ещё… Чуть-чуть… И вот сейчас, вот буквально завтра всё будет хорошо! Да и к тому же, человек существо крайне ленивое. Ему в большинстве своём не хочется самостоятельно думать о будущем, и хоть что-то для этого делать. Зачем? Ведь есть волшебные боги, которые увидят твои мучения и страдания, а затем подарят шикарный мир, где есть всё, что нужно. Здорово, правда?

— Но… это, как-то глупо. Не находишь?

— Не нахожу. Человек не любит винить себя. Ему легче винить окружающих, бога, судьбу… Да, кого угодно — лишь бы не себя любимого. А тут тебе Святой Человек! Пришёл и разложил на пальцах, что жизнь в пустыне — это всего лишь очередное испытание. В общем, очередной бред сивой кобылы.

— Иногда поражаюсь некоторым товарищам…

— О! Я уже давно ничему не удивляюсь. И ни в коем случае не смею их винить. Запомни — это личный выбор каждого человека, в кого или во что верить. Поэтому, просто прими. — улыбнувшись, ответил я: — Всегда будут недовольные. Всегда будут те, кто захочет сопротивляться общему укладу. В этом суть общества!

— Тогда не совсем понимаю. Вот у нас всех есть Эрис — искусственный интеллект, который вживляют в каждого человека при рождении. Она умеет записывать звук и анализировать мысли. Почему Верховный Лидер до сих пор не отдал приказ о том, чтобы за нами следили? Это ж как будет удобно! Подумал не о том — сразу приехали, и провели толковую беседу. Или вообще поймали на месте!

— Начнем с того, что преступники и Дикари удаляют Эрис из тела. Сложная, но вполне доступная операция. А закончим тем — ты хоть представляешь, сколько денег понадобится, чтобы запустить оборудование и фильтровать такой огромный объем данных? Эрис хранит лишь часть воспоминаний, и то для того, чтобы с тобой общаться. Она подстраивается под каждого индивидуально! В этом соль. Но представь, что она будет отправлять все данные в Центр на обработку? Представь, сколько новых людей нужно будет нанимать в штат, ибо полиция не справится. А настоящих преступников и Дикарей на данный момент всего ноль целых четыре десятых процента от общего населения Марса. Да и прирост у Линга совсем небольшой. Федерации куда выгоднее отправлять в пустыню отряды захватчиков, чтобы отлавливать Дикарей и запихивать на плантации, нежели вкладывать огромные деньги в оборудование.

— Неа! Всё равно не убедительно. — сморщившись, ответил Бальник: — Должно быть что-то ещё. Новый мир не настолько сильно прогнил из-за денег, чтобы спокойно жертвовать жизнями людей.

— Хмм… Есть причина куда солиднее. — хитро улыбнулся я, отставив пустые тарелки в сторону: — Личное пространство. Этот пункт есть в Конституции! И представь, что начнется, когда люди узнают, что Эрис читает их мысли, а затем отправляет в Центр? Бунт! Восстание. Мятеж! Линг от этого только выиграет.

— Так сделай это тайком! Включи и прослушивай — кто, о чем говорит. В чем проблема?

— Начнутся задержания. Начнется шумиха в СМИ. Люди узнают и тогда тем более выйдут на улицу. У многих на Земле остались семьи. Это хороший сдерживающий фактор. — пожав плечами, ответил я: — Хук мне сразу об этом рассказал. Когда я только-только стал помощником.

— А ведь правда… Я об этом не подумал. Хорошо, выходит рейды в пустыню и Отдел зачистки экономически выгоднее. Тогда вопрос — к чему вообще стремится движение Линга?

— Банальщина. Захват власти на Марсе.

— Твою ж мать… — выдохнул Бальник: — А почему помощникам никто об этом не рассказывает?

— Потому что мы не пограничники. Наша задача — война с Ренегатами. А кто там в пустыне — это не в нашей компетенции. — ответил я, пододвинув стакан.

— Входящее сообщение от контакта «Жирный Тоби». — сообщила Эрис.

— Выведи на интерфейс. — я допил нектар и откинулся на спинку стула.

[Жирный Тоби]

Я договорился с Пылаевым! Нас закидывают в высшую лигу. Захвати шлем и жди меня на выезде из служебного гаража.

— Отлично! — обрадовался я.

— Что такое? — тут же поинтересовался Бальник.

— Жирный Тоби отписался! Нам дали первое совместное задание.

— Да ладно? Ты и с Жирным Тоби?! — парень аж раскрыл рот: — Но он же тупой, как пробка? Неужто хочешь затащить его в нашу компанию?

— Не. Ничего личного! Только бизнес. — отмахнулся я, поставив стакан к пустым тарелкам.

— Дела… — выдохнул Бальник, почесав затылок: — Не уверен, что вы с ним сработаетесь. Странный он парень. Знаешь, такой типаж… Обиженный на всех. Вечно пытающийся что-то доказать.

— Мне на это плевать. Главное, что есть тот, у кого я могу без особых проблем отжать добрую половину рейтинга на заданиях! В общем, выше нос. Прорвемся! — улыбнулся я, и составив посуду на поднос, направился к кухонному окошку.

Второй человек за сегодня говорит, что с Бошем будут проблемы. А если учесть, что Хук никогда и никого не подговаривал, то значит я и правда чего-то не замечаю. Или просто не хочу замечать… С Волковым было просто. Ему в большинстве своём хотелось лишь сделать вид исполнительного оперативника. Так что я очень рассчитывал раскусить Тоби в ближайшее время. Да и в любом случае предстоящее задание хоть немного покажет мне его истинную суть.

+++

Возле гаража меня уже поджидала черная «Девятка». Прыгнув на пассажирское кресло, я щелкнул фиксатором, а затем снял шлем и положил его в специальный отсек, который располагался на месте бардачка. Из-за того, что Ренегаты вооружались лучше с каждым днём, приходилось идти на довольно строгие меры для защиты анонимности. В шлем помощников и вигилантов вставлялись специальные фиксаторы. То есть, если оперативник потеряет сознание, то снять защиту можно будет только вместе с головой. Не удобно, но в данном случае лучше перестраховаться.

— Готов? — поинтересовался Тоби, и щелкнув коробкой передач, плавно выехал на главную дорогу.

— Всегда готов! А, кстати, что там за задание? Ты толком ничего не написал. — поинтересовался я, откинувшись на спинку спортивного кресла.

— Да там плевое дело. Нужно захватить двух шестерок Ренегатов на стройке. Решили поживится кабелем в незаселенных новостройках на окраине. А кто-то из местных спалил.

— Они до сих пор на месте?

— Да, полицейские не стали их пугать. Караулят издалека, как и всегда. Дроны наше все! — усмехнулся Тоби, сворачивая во дворы: — За поимку двух шестерок много не дадут, но для первого задания не плохо. Плевое дело на пару минут!

— Плевое… Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь. — я выглянул в окно и осмотрел пустые новостройки. Совершенно новый район, в котором практически никто не жил. После вчерашнего инцидента и гибели лидера Ренегаты должны были залечь на дно. С чего вдруг засуетились и начали красть кабель? Даже, как-то странно.

— Ты выглядишь озадаченным. — Тоби с подозрением посмотрел на меня.

— Нет. Просто странно, что они вновь выползли.

— Они всегда так! Днем все работают, поэтому спалить как два неприметных чувака скручивают кабель будет сложно. Да и вообще они охренели! Раньше тащили оружие, а теперь уже и на стройматериалы перекинулись.

— Видать, планируют ремонт. — усмехнулся я.

Тоби остановил машину возле небольшой трехэтажки, и надев шлемы, мы вышли на улицу. До места, где были обнаружены нарушители оставалось около трехсот метров.

— Эрис! Обнови метки. — прошептал я, выглянув из-за угла.

— Есть.

— Подмога к ним ещё не подошла? — спросил Тоби, выхватив пистолет: — Они там вдвоем?

— Ага… Скручивают потихоньку. Погнали! — я вышел из укрытия, и стараясь не терять из вида точки, легкой трусцой побежал в сторону дома. Жирный Тоби не отставал!

— Их нужно окружить. Ты изнутри или снаружи? — спросил я, оценивая скорость реакции и возможные пути отступления.

— Снаружи! — ответил напарник, и вытащил газовый пистолет с кошкой.

— Уверен?

— Более, чем!

— Ладно. — кивнул я и забежал в подъезд. А шестерки продолжали мирно сматывать казенный кабель. Видимо, они работали под лозунгом — и пусть весь мир подождет.

Аккуратно поднявшись по лестнице, я услышал звук болгарки. Видимо, решили ещё и из щитка «умного дома» всё скрутить! Блин, и на кой черт им все эти электронные компоненты? Решили подарить новому боссу комфортный дом?

— Марк! Я уже напротив окна. Давай насчёт… Кхххх… — голос Тоби прервался, и по ушам ударил мощный писк.

— Твою ж мать… — выругался я, едва не потеряв сознание: — Что за дерьмо происходит?!

— Перегрузка системы! Тревога! — предупредила Эрис: — Экстренное выключение через три…

Договорить она так и не успела. Интерфейс внутри шлема потух, погрузив меня во мрак, а правое плечо пронзила острая боль. Я совершенно не понимал, что происходит и пытался на ощупь найти любую поверхность, чтобы облокотится. Рассудок помутился, а ноги как будто стали ватными… Завалившись на бок, я тут же вырубился.

+++

Выбравшись из мрака своего сознания, я почувствовал противную зудящую боль в голове, и сильное жжение в правом плече. Меня явно долбанули транквилизатором… Ох, как же хреново! Ещё и Эрис усугубляла положение:

— Система перезагружена. Пожалуйста, вернитесь в зону обслуживания ИИ Эрис! Система перезагружена. Пожалуйста, вернитесь в зону обслуживания ИИ Эрис! — повторяла она. Увы, помощница работала только в городах и пригородных зонах. Ей была необходима сотовая или спутниковая связь. Благо, что хоть интерфейс в шлеме включился, а то без него нихрена не видно.

Судя по висящим вокруг меня коровьим тушам и холоду, меня закинули внутрь рефрижератора. Вот дерьмо! Тело замерзло… Ещё очень повезло, что не уснул насмерть, а то вот была бы потеха. Интересно, а где Тоби? И главное, выжил ли он?

Судя по резкому качку в сторону стены, мы наконец-то остановились. Двери рефрижератора со скрипом открылись, и солнечный свет больно ударил по глазам. Кучка ренегатов залезла внутрь, и отцепив мои руки от крюка, потащила за собой. Сил драться вообще не было… Отходняки от транквилизатора давали о себе знать.

— Давайте его сюда! — гаркнул один из бандитов, и меня вытащили в тепло на улицу: — На колени!

— Вот ещё… — ответил я, продолжая стоять.

— Я сказал — НА КОЛЕНИ!!! Босс хочет поговорить с тобой! — прокричал бандит, и подойдя ко мне, сделал подсечку. Ноги меня совершенно не слушались, и поэтому шмякнулся я знатно. Вот что за люди? Сами доводят мой организм до изнеможения, и сами же потом ругаются, что я пошевелится не могу. Идиоты…

Положив руки за спину, я аккуратно нащупал пустой пояс. Твою ж мать! Даже пистолет забрали. Теперь одна лишь надежда на искусственную руку, но… они каким-то образом заблокировали и её. Твари!

— Он здесь, босс! — прогаркал любитель подсечек куда-то в сторону. Увы, я не мог разглядеть, что там происходило из-за столпившихся передо мной ренегатов.

— Замечательно. — произнес жутковатый голос, и спустя мгновение ко мне вышел человек. Рост примерно 190 сантиметров, да ещё и широкий, как шкаф! Его лицо было спрятано под белой маской с двумя узкими прорезями для глаз и значком в виде дерева на щеке. Незнакомец подошёл ко мне вплотную и присел на корточки.

— Ого! — усмехнулся я: — Кого я вижу? Неужто сам Линг пришёл меня поприветствовать?

— Мне было видение, что Судьба сведет нас вновь. — прохрипел он, не сводя с меня жуткого взгляда: — Я всё думал, когда же именно это произойдет? Но вчерашний день показал, что Судьбу стоит немного поторопить…

— Чем обязан подобной чести?

— Ты выкинул моего младшего брата Малка из вертолета. — проурчал он, сжав мощные кулаки: — Человек в маске змеи, сегодня мы наконец узнаем, кто ты такой…

Отлично! Если бы Эрис сейчас была здесь, то она явно бы вручила мне ачивку «Везунчик 80 уровня». Реально, и почему со вчерашнего дня я настолько «удачлив»?

Глава 6

Из самого жуткого звездеца своей новой профессии, мог вспомнить разве что облаву от последователей Линга в тот день, когда я лишился левой руки и начал косплеить Джонни Сильверхенда. Однако туда я попал со своим боевым товарищем… Он, правда, погиб. Но тем не менее — благодаря ему мы смогли выбраться живыми.

А сейчас дело обстояло сильно иначе. Тоби скорее всего уже отправился в мир иной, а ренегаты волокли меня непонятно куда. Честно, я потерял счёт времени! Не знал, который сейчас час, сколько именно я был в отключке, и что самое мерзкое — совершенно не понимал, где нахожусь. Вокруг, вроде, была пустыня… Или же это просто окраина фермерских угодий неподалеку от Нейрополиса? В общем — вопросов было намного больше, чем ответов.

Как только друзья Линга затащили меня в крайне унылого вида сарай, я тут же почувствовал запах тухлятины. Видимо, сюда для последнего разговора привозят врагов местного главаря. Руками меня пристегнули к металлическому шесту, за который крепилась сушилка для мяса. Отлично… Теперь они попытаются проколупать шлем. Мне даже интересно — а с чего начнут? Попробуют зубилом или же сразу перейдут к болгарке?

— Жизнь крайне непредсказуемая штука, приятель. — прохрипел Линг, и со скрипом придвинув ржавый табурет, сел напротив меня: — Встречи с неожиданными людьми, новые открытия, невероятные события… Всё это делает наш ритм богаче, ярче и интереснее. Мой брат всегда говорил, что жить нужно не только вчера, но и сегодня. Только вот… он никогда не слушал, когда я упоминал про завтра. Расскажи, как он умер?

В этот момент ребята начали греметь инструментом на столе. Судя по звукам — ребята решили попробовать всё и сразу.

— Прострелил кабину и выпал из вертолета. Он сам убил пилота и повредил панель управления. Так что твоя месть совершенно бесполезна! — пожав плечами, ответил я.

— У любого события есть своя точка отсчёта. То есть — момент, с которого всё началось. Некая мелочь, запустившая реакцию. Их много, и все они образуют цепь события. Каждый сам выбирает, с чего именно событие началось. И я выбрал тот момент, где ты с напарником ворвался в высотку и спугнул отряд Малка. — деловито скрестив металлические пальцы, ответил Линг.

— Неужели этот горе-революционер был тебе настолько родным? Да и вообще — что за бред, перекладывать ответственность на других? — возмутился я, пытаясь незаметно высвободить из металлической руки лезвие. Очень опрометчиво вот так запросто связывать человека с протезом! Никогда не знаешь, чем он может тебя удивить…

— Насчёт родства — это отдельный разговор. Ренегаты были под нашим чутким контролем благодаря хорошему лидеру. Теперь в их сообществе начнется дележка, а мне придется искать новых исполнителей.

— Это не оправдывает того, что ты переложил ответственность за смерть брата на меня. — ещё немного и я смогу без особых проблем срезать лицо с каждого, кто волею судьбе оказался в этом сарае.

— Так делает ваше общество! Вы спихиваете свою вину на бандитов, кочевников, которых, почему-то, стали называть «дикарями»… На свободных мореплавателей, которые незаслуженно получили звание «пиратов». Вы сваливаете свои личные просчёты, ошибки и неудачи на тех, кто против вашей системы. Так почему бы и мне не сделать так же? Ты идёшь против моей системы. А значит именно ты и виноват в смерти моего брата.

— Хорошо. Посыл понял… Но ты знаешь, что будет за убийство вигиланта?

— Вигиланта? Ха! — Линг весело расхохотался: — С каких пор государственные убийцы в маске стали называться НАРОДНЫМИ мстителями? Вам приказывают — вы ликвидируете. Без суда и следствия.

— Это преступники! Их действия вне закона…

— А ваши? — продолжал глумится космический мессия: — Отдел зачистки сам по себе незаконен и идёт против Конституции. Посмотри вокруг! Неужели ты не видишь?

— Что именно? — да-да, говори больше, дурачок. Жить тебе всё равно осталось недолго.

— Новый мир постепенно превращается в старый! Ничего не меняется… У власти — олигархи. Вместо того, чтобы обеспечить народ дешевой энергией, они строят электростанции старого образца. Скажи, почему грузовые космические корабли уже во всю используют термоядерные реакторы, а здесь, на Марсе, их до сих пор нет? Почему люди ездят на биодизеле, когда электрокары куда выгоднее и неприхотливы? А я скажу — потому что сверху сидят зажравшиеся свиньи, которые доят обычный народ. И я бы слова не сказал, если бы они не говорили, что в Новом мире всего этого нет. Они же позиционируют Марс, как территорию равенства и всеобщего блага. А где оно, это всеобщее благо?

— Народ обеспечен и сыт. Только вы, подобно мартышкам, скачете с ветки на ветку, трубя о несправедливости. Скажи, для чего это все?

— Для будущего! Картинка выглядит красивой, только пока нас тут двадцать пять миллионов. Хотя, я подсчитал — мы будем жить в замечательных условиях вплоть до трех миллиардов человек. А потом начнется перенаселение! Произойдет тоже самое, что сейчас творится на Земле — кризисы, войны, эпидемии. Архитекторы дали нам новый шанс, чтобы создать мир, учитывая старые ошибки. И что в итоге? А всё тоже самое. Есть богачи, которые только и делают, что набивают свои карманы. И обычные люди, которые работают для этого.

— Ммм… Как я и думал — косишь под типичного злодея из кино? Ясненько…

— Не совсем. В отличии от них, у меня есть что предложить. Я создам альтернативу!

— Громкие слова. Спорить не буду… Просто, для этого необходимо действовать изнутри. Твоя ошибка в том, что ты спрятался в пустыне и теперь пытаешься поднять людей на революцию. А тебе бы менять систему там, в городе!

— Хех… А кто сказал, что меня там нет? — усмехнувшись, спросил он: — Корпоратам нужен враг, чтобы оправдывать сливаемые средства. И я отлично подхожу на эту роль!

— Погоди… — я сглотнул и ещё раз внимательно посмотрел в уставшие глаза Линга: — Ты уже начал?

— Хмм… — фанатик лишь загадочно хмыкнул и поднялся со стула: — Парни! Разберитесь с ним. Голову принести мне. Хочу увидеть его личико.

На этом собрание официально закончилось. Очень жаль! А я хотел дождаться десерт… Как только Линг покинул сарай, пятеро лбов, повытаскивав набор юного токаря, двинули в мою сторону.

Настало время инвалидских волчьих фраз: если что-то отсутствует — используй то, что есть! Резко дернув плечом, я услышал, как хрустнула верхняя часть протеза. Вот и всё! Операция «волк в овчарне» началась.

— ЭЙ!!! КАКОГО ЧЕРТА?!?! — завопил один из «великолепной» пятерки, и бросился на меня с тесаком. Схватив себя за металлическую пятерню, я поднял протез и отбил удар. В этот же момент, воспользовавшись замешательством бедолаги, я послал свою ступню прямо на встречу его солнечному сплетению. Глухой шлепок, и парниша, словно пробка от шампанского, влетел в оставшуюся бригаду товарищей, которая сразу оттеснила его назад. Правильно! Своих надо защищать.

Схватив со стола молоток, я готовился встречать нападающих. Налетев на меня с двух сторон, они попытались одновременно нанести удары зубилами, но я оказался проворнее, и сразу уклонился в сторону, а затем выбил несколько зубов тому, что стоял справа от меня. Сегодня точно не его день… Так бывает. Прохрустевшая челюсть ознаменовала попадание! А пока неудачник подсчитывал во сколько ему обойдется стоматолог и разбрызгивал всюду кровь, я уже активно отбивался от второго. Сразу видно — человек никогда не держал в руках холодное оружие. Что это за танцы с бубном? Вернее — с волшебной палочкой! Он пытается закосить по Гарри Поттера? Слабо… Скрипнув по металлическому плечу, приятель проскочил слегка за меня, а я нанес ему точный удар в висок. Гарри Поттер улетел в нокаут. Возможно даже насовсем…

Четвертый предпочел ретироваться, а вот последний — словно данжбосс, покорно ждал своей минуты славы. Вооруженный болгаркой, он с криком и «вжухом», словно маньяк побежал на меня, но вот ведь незадача… Кто бы мог подумать, что финальному боссу не хватит длинны провода? Из опасного оружия болгарка тут же превратилась в бесполезный инвентарь. Не став дожидаться, пока бандит найдет альтернативу, я подскочил к нему и долбанув по руке, тут же подтянул к себе.

— Что ты… такое… — кряхтя и пытаясь высвободится из моего удушающего захвата спросил он.

— Его Величество — Василиск. — холодно произнес я, и вмазал бедолагу рожей в стол.

Типичная ошибка злодея. Нужно сразу убивать, а не оставлять своего оппонента «на шестерок». Смысл рисковать, когда есть возможность убить сразу?

Выйдя на улицу, я увидел Линга. Он как раз шёл в мою сторону.

— Ваше Святейшество! — из машины выбежал молодой парнишка с дробовиком в руках: — Фараончики!

— Пришли за своим верным псом, значит? — усмехнулся Линг и тут же замер: — Время прощаться, Змеиный царь.

— Я — король.

— Уже без разницы. Перед смертью все равны! — шизик выхватил из кобуры револьвер: — Немного жаль прощаться, но как я уже сказал — жизнь крайне непредсказуемая штука.

Грохот выстрела эхом отразился от стены сарая, а грудную клетку тут же прожгла адская боль. На мгновение, я ощутил, как весь воздух покинул мои легкие, а сердце как будто сковал лёд. Ноги, подобно игрушке на батарейках, просто выключились. Они подкосились и обрушили моё тело в горячий песок. Очень мерзкое ощущение… Когда открываешь рот и пытаешься вдохнуть, но ничего не получается.

Похоже, я ошибся… На этот раз попали точно в цель. Силы быстро покидали тело, а я продолжал хрипеть и жадно глотать воздух. А до видеосообщения с Землей оставалось всего два дня… Сука! Всего два долбанных дня… Проклятый Линг. Чтоб он мучился в дикой агонии перед смертью.

Представив Кольку с Лизкой, я плавно начал уходить из жизни во второй раз…

+++

Неприятный звон окутал всё внутреннее пространство головы. Такое ощущение, будто я не сражался с бандитами, а отмечал очередной Новый год! Состояние мерзкое… И это они называют смертью? А в прошлый раз всё было куда проще.

— …вы уверены? — поинтересовался приятный женский голос: — Сердце, рука, глаза и головной микрокомпьютер работают стабильно?

— Да! Мы запустили систему и проверили весь функционал… Аугментации работают! И с организмом всё в порядке. — ответил мужской голос.

Господи… Почему ж так голова болит? Ребята, может хоть аспирина дадите? Серьезно, ощущение, будто пил неделю! А может быть даже и больше. Ходил слух, что «Колисниченко Корп» разработали уникальную печень, благодаря которой можно пить чистый спирт, хоть каждый день. Отвратительно, если честно! И на кой черт я вспомнил об этом именно сейчас?

— Но этого просто не может быть! — женщина явно была в растерянности: — Четыре аугментации не смогут взаимодействовать с дубликатом… Этого не было в программе. Все эксперименты показывали либо частичное, либо полное отторжение имплантов!

О чем они вообще говорят? И почему я не могу открыть глаза?

— Система проверки врать не будет. Мы используем её каждый день! Если бы были сбои в работе — мы бы увидели совсем другие результаты. — умник явно был местным доктором.

— Хотите сказать, что это… нечто уникальное? — удивилась женщина.

— Я ничего не хочу сказать, так как не знаю. Мы с подобным ещё никогда не сталкивались!

— Анализ крови взяли? Если Сэведж может носить четыре импланта за раз, значит в будущем мы сможем сделать нечто подобное?

— Пока рано говорить. Если он выключится через пару дней — это явно оставит след на нашей репутации. Давайте… Давайте пока не будем доносить всё в Центр, хорошо? — боязливо сглотнув, предложил мужчина.

— А что мы скажем? Эрис сообщает статистику вигилантов прямиком в Отдел. Оттуда, если надо, информация может попасть в Центр. Всё прозрачно! Поэтому, давайте не будем придумывать лишний геморрой, а просто скажем руководству всё как есть. Хотя бы сейчас! Жизнь каждого человека важна. И если Сэведж умрет из-за нашей халатности, то нас быстро спровадят на поля. Вы хотите этого?

— Нет…

— Вот и я тоже нет. Говорим, как есть! Наш Сэведж просто уникум. То, что его тело спокойно взаимодействует с четырьмя аугментациями значит лишь то… Что ему очень сильно повезло! Возьмем его ДНК на анализ. — пропела женщина и я почувствовал очень неоднозначные поглаживания по коленке: — Здоровый мужчина с уникальными возможностями. Сказка, не правда ли?

— Угу… — озадаченно ответил доктор: — Что мне сказать, когда он очнется?

— Правду. — строго произнесла женщина и поцокала, судя по всему, к выходу.

— Хех… Правду. — тяжко вздохнул он: — То, что его спас значок во внутреннем кармане, а старое сердце пришлось заменить на искусственное?

Твою мать!!! Если бы не слабость по всему телу, то я бы точно вскочил. Какого хрена?! Подобные операции проводятся только с согласования пострадавшего, его родственников или ближайших знакомых. Неужели Марусе сообщили о том, что меня застрелили? Дерьмо… Опять придется её успокаивать. Бедный ребенок…

— Именно так и скажете. — ответила женщина и закрыла за собой дверь.

— Ладно, приятель. Уж прости, но твоя подружка не оставила нам выбора. Благодаря ей ты должен отдавать по две тысячи чейнкоинов в месяц на протяжении пяти лет. Не так уж и много, если подумать. — задумчиво произнес незнакомец: — Зато живой. Эх… Судьба тебя не слабо потрепала.

Интересно, это у него фетиш такой, разговаривать с людьми без сознания? Или уже профессиональная деформация?

— Три… Два… — щелчок, и мне в вену, как будто ударил электрический разряд. Я резко подскочил, и повязка слетела на пол. Свет больно ударил по глазам, а стальное сердце заработало, словно турбированный V8!

— Твою мать!!! — воскликнул я, ударив правой рукой по тумбочке: — Можно же предупреждать! Для приличия…

— Тише! Спокойно… — передо мной стоял парень в белом халате: — Я ваш лечащий врач! Кардиохирург… Дейл Купер. Сегодня вам была проведена сложная операция по модернизации тела.

— Да знаю я. А где моё старое сердце?

— Ну… От него осталось что-то типа тряпочки. В общем, мы его уже утилизировали. — пожав плечами, ответил он.

— Ладно. Не страшно. Две тысячи чейнов каждый месяц на протяжении пяти лет, верно?

— Верно. Увы, мы не нашли всей суммы на ваших счетах… Пришлось оформить кредит.

— Если перестану платить, за мной придет коллектор и вырежет его? — усмехнувшись, поинтересовался я, вспоминая одноименный фильм с Джудом Лоу.

— Нет. У вас просто арестуют всё имущество. В прочем, как и всегда. Но на Марсе за сорок лет такого ещё никогда не случалось. Что странно. А вот будь мы на Земле…

— Но мы не на Земле. Где рука?

— А… Минуту! — Дейл вышел из кабинета.

В общем, если переводить на знакомые деньги — чейнкоин приравнивался примерно трем русским рублям. Так что цены тут были адекватные. Да и привыкать долго не пришлось. Если учитывать зарплату вигиланта в тридцать пять тысяч чейнов, отдавать два куска за собственную жизнь — это не так уж и много. И кстати, тот фильм про коллекторов мне не понравился.

— Вот… — доктор вернулся в кабинет с моим протезом: — Вам помочь?

— Конечно! Просто поднеси… Ага. — легкий вжух, и я вновь был на коне: — Послушай, Дейл… Я всё понимаю, и платить за сердце не против. Лучше живым и без двух тысяч, чем мертвым, но с ними. Однако меня терзает вопрос… Выходит, это новая аугментация?

— Я бы не сказал, что это можно назвать аугментацией в привычном смысле слова, ибо никаких улучшений оно не даёт. — почесав затылок, ответил он: — В перспективе, если бы дубликат мог выдержать больше модернизаций, то это было бы чем-то вроде базиса, вокруг которого можно поставить ещё больше улучшений. А так, по сути, ничего нового.

— То есть — повышенной выносливости или что-то типа того не будет?

— Неа. Чтобы сделать вас выносливее и быстрее, необходимо заменить легкие, кровь и некоторые мышцы на ногах. Сердце тут не причем.

— А, ясно. Но есть шанс, что начнется отторжение и я умру?

— Вряд ли. Мы запустили систему проверки, так что ничего страшного произойти не должно. Единственное, что Профессор Сейтлин может докопаться до вашего ДНК. Сами понимаете — с каждым годом производство дубликатов сокращается. Так что если мы хотим запустить линейку тел с уникальными возможностями, то лучше сделать это сейчас.

— Прагматично. Ладно… — я опустил взгляд и увидел шрам на груди: — Какие-то ограничения есть?

— Только на сутки. Современные технологии и уникальные возможности дубликата делают подобные операции простыми, как для специалистов, так и для пациентов. А на сегодня никаких перестрелок, погонь и прочего… Руководство вам оставит простенькие одиночные задания. Информацию о вашем состоянии уже передали в Отдел. Ждите сообщение. А пока… Лучше ехать в участок. Главное сильно не напрягайтесь. Если швы разойдутся — вам будет очень больно.

— Понимаю. Спасибо… А, что с Тоби?

— Господин Бош сейчас в реанимации. Состояние налаживается, но у него была поражена ЦНС… А это куда серьезнее, чем замена органов. Поэтому он ещё некоторое время полежит у нас, и затем вернется на службу.

— Ого… Интересно. Ладно, скорейшего ему выздоровления. — тяжко вздохнув, я взял халат и направился к раздевалке: — Привет, Эрис! Запусти сканирование системы.

— Рада вновь слышать твой голос… — томно произнесла она: — О! Пульс подскочил. Хе-хе-хе…

— Если ты хочешь меня убить — сделай это более элегантно. Окей?

— Просто шучу. — обиженно ответила помощница и вывела информацию на интерфейс:

Имя: Марк Сэведж

Принадлежность: Прайд Сэведж (Нулевое звено)

Социальный уровень: 3

Дополнительное оборудование: Система Искусственного Интеллекта Эрис (Пронин Групп), боевой протез «Рука Тора» (Милитари Индастрис), глазные импланты (Колиснеченко Корп), кровяной насос «Титан» (Колиснеченко Корп)

Тип: Вигилант (Ранг 1)

Организация: Департамент Контроля Безопасности

Отдел: Зачистка и ликвидация (уровень допуска 2)

Рейтинг: 20 из 1280

Блин, всего 8 очков за то, что я чуть не сдох и узнал довольно важный момент? С каждым разом мои сомнения насчёт адекватности системы расчёта становились всё больше и больше.

— Эрис, соедини меня с контактом «Папуля». — произнёс я, остановившись возле кулера.

— Выполняю!

— Малой? Привет. Как ты там? — с волнением спросил здоровяк.

— Жить буду. Слушай, у меня такой вопрос — поскольку Бош в отключке, мне необходимо сообщить данные, полученные в Пустоши. То есть, как и всегда, надо звонить Дунаевской или у меня новый администратор? — поинтересовался я, налив себе в стаканчик воды.

— Ничего не поменялось за исключением того, что я больше не твой наставник. Я так понимаю, ты виделся с новой главой ренегатов?

— Как бы не так! Сам Фраксикус Линг пришёл побеседовать.

— Ого… Ладно, передай всю информацию Дунаевской, и не забудь завтра утром сдать рапорт.

— Твою мать… Ты сейчас серьезно? — обреченно закатив глаза, спросил я.

— Серьезнее некуда! Детские игры закончились, Марк. Настало время для Высшей лиги. — строго ответил Хук.

— Слушай… А может скажешь, кого ты порекомендовал? Колыбалова же, да?

— Кто знает. — здоровяк резко закончил разговор. Господи, теперь ещё и по клавишам стучать… Отлично.

Мало того, что мне после пересадки сердца не дали законный больничный, так ещё и расписывать для Центра все подробности своей встречи с поехавшим психопатом. Просто прекрасно. Но с другой стороны — Линг во многом был прав. Жаль, что «судак».

Тяжко вздохнув, я зашёл в раздевалку. Ситуация вполне понятная.

Нарушители никогда не сообщали о своих планах, поэтому город ежедневно нуждался в защите. Если дуэт старый и крепкий — выдается временный напарник. Если же и программа, и наставник были против — дуэт разбивают. Дерьмо! Представляю довольную ухмылку Хука, когда ему сообщили о том, что нас потрепали Дикари.

Да и вообще, все эти «без права на ошибку» меня сильно раздражали, хотя в прошлой жизни, когда я управлял крупной организацией, корпоративные правила ничуть не отличались. Сотрудник должен быть замотивирован и максимально дисциплинирован! Как только у него появляется стимул «лажать» или «относится к работе халатно» — его тут же выкидывали на улицу. Увы, но таковы законы бизнеса! Ты приносишь деньги Дяде-Начальнику, и ни о каких заработках, увы, в большинстве своем и речи быть не может.

Тут, конечно, немного иначе. Мир относительно свежий.

Первая экспедиция полетела ещё в 2010. А с 2012 началось строительство. Шло крайне медленно, пока в 2029 году не изобрели первый термоядерный реактор. Токамак поставили глубоко в Сибири, искренне веря, что всё будет хорошо. Хотя, на деле всё так и было. В 2031 году полетели первые космические корабли с плазменными двигателями. Но обычный люд про это ничего не знал. Всем рассказывали уже здесь, на Марсе… Весело в дали от дома осознавать, какие мы были слепые и совершенно беззаботные. С одной стороны — несправедливо, а с другой — оно нам надо? Пускай летают! Пускай делают, что хотят. У людей, как правило, и своих дел по горло. И самое смешное — не знали только из-за своей невнимательности.

Зайдя в раздевалку, я посмотрел через интерфейс номер своего шкафчика и открыв, слегка огорчился. Кроме бронированной дырявой куртки, штанов, пояса и водолазки тут лежал на половину разобранный шлем.

Конечно же, бывали ситуации, когда помощник и вигилант на заданиях теряли сознание. А поскольку внутри головной брони была защита, местные умельцы придумали разбирать нижнюю часть и фиксатор. Теперь ждать, когда соберут. Одно радовало — я потерял старый пистолет! А это значит, что руководство предоставит мне новый. Хе-хе-хе… Интересно, что это будет? Я очень надеялся, что хотя бы шестнадцатый «Глок».

Дверь в раздевалку внезапно отворилась, и ко мне зашла миловидная брюнетка. Сверкнув изумрудным взглядом, она тяжко вздохнула и села позади меня.

— Мелиса, какого черта? — строго произнес я. Дело в том, что незванная гостья была лучшей подругой Критики и крайне нагловатой особой. Её я тоже не особо чествовал, однако Мелиса при всей своей наглости была чуть-чуть приятнее.

— Кри передаёт привет. — холодно произнесла девушка и положила на лавочку бумажный пакет: — Несколько отрядов отправили на границу к фермерским угодьям, чтобы тебя отбить. И моя зайка нашла это в пыли. Сама она, конечно, не общается с низшими формами жизни, поэтому попросила меня.

— А ты, значит, общаешься? — дело в том, что я даже исподнее не успел надеть.

— Мне без разницы. Я не настолько ушибленная, как Критика. А ты, вроде, норм чел. — пожав плечами, ответила она: — В общем, это для тебя.

— Ага. — я вытащил штаны и водолазку, а затем взглянул на Мелису. Она деловито закинула ногу на ногу и сидела, как ни в чем не бывало: — Это всё?

— Всё.

— Тогда может пойдешь по своим делам?

— Не хочу. Моя новая напарница просто ужас! — девушка, изобразив трагедию, завалилась спиной на скамейку: — Послушай, Малой… Вас же с Жирным разобьют, верно?

— Понятия не имею. — не став ждать, я снял халат и начал переодеваться. Нет, ну а что? Ждать, пока эта заноза перестанет стонать?

— Это… — проблема Мелисы была в том, что она очень любила выеживаться. И сейчас, слегка смутившись, девушка отчаянно искала, куда бы пристроить взгляд: — Не знаешь, кого дадут?

— Знаю. — на этот раз тяжко вздохнул я, и напялил трусы: — Колыбалова. Вот жопой чую, что он! Хук любит испытания для своих подопечных.

— Ого… правда? — поняв, что смущающих вещей больше нет, девушка тут же поднялась и продолжила с интересом меня разглядывать: — Что именно он сказал?

— Начал затирать про разбитое сердце и одиночество души… Да и вообще, с чего он взял, что я одинок?

— Ага. Действительно странно. — Мелиса резко подскочила и подойдя ко мне, начала щупать живую руку: — Здорово! Сколько раз ты ходишь в зал?

— Достаточно для того, чтобы поддерживать себя в форме.

— Ладно. В общем… Я всё сделала! Не забудь… Кри старалась. — девушка одернула руку, будто прикоснулась к раскаленному металлу, и затем быстро юркнула в дверь. Терпеть ненавижу молодых зазнаек! Что это за тупорылая демонстрация храбрости? Или это она так пыталась показать, что не держит меня за мужика? Черт знает, что у таких в голове. Мелиса умерла в пять лет от страшной болезни, а тут вселилась в трехгодовалое тело. По сути, ей сейчас было двадцать два. И что Кри нашла в малолетней дурочке?

Решив не придавать этому значения, я полностью оделся и подойдя к пакету, с интересом заглянул в него…

— ДА Е@@@@ СЛУЧАЙ!!! — по-русски воскликнул я. В пакете лежал мой Стечкин… Господи, может выкинуть его на помойку? Получу большой штраф, но оно того стоит. Хотя нет, Кри наверняка уже написала о находке в Центр, так что меня могут осудить за утерю или продажу табельного оружия. Но самым мерзким было то, что эта красноволосая сучка корректором намалевала сбоку «АПСос». Вот как можно быть такой дрянью, а? Прекрасно знает, что мне выдали старый пистолет, так ещё и издевается. В общем мстить я ей буду очень жестоко… Может быть охмурить Мелису? А смысл? Наверняка Кри будет только рада, что ей лучшая подруга наконец-то обрела своё счастье. Да и Маруся меня потом пристрелит за такое. В общем, нужно придумать что-нибудь оригинальное.

Спрятав пистолет в кобуру, я сгреб шлем со всеми запчастями и увидел пробитую коробочку. Блин, а ведь если бы Хук сегодня не подогнал мне этот подарок, то я бы мог двинуть коней! Калибр у Линга был, что надо, раз с легкостью пробил бронированную куртку и деревянную коробочку с металлическим амулетом. Жаль, конечно… Ведь это была память о Найтмонгере. Но зато я до сих пор жив!

А сейчас самое время отдать шлем в мастерскую и продолжать работу. Современные технологии позволяли быстро устанавливать аугментации и проводить различные операции без последствий. Так что за исключением небольших временных ограничений человек мог смело вливаться в жизнь.

— Марк! — окликнул меня сзади знакомый голос. Я резко остановился и обернувшись, увидел Генерала Васильева.

— Доброго дня, Генерал! — поздоровался я: — Рад вас видеть.

— А я-то как рад! — ответил он, положив мощные ладони мне на плечи: — Денек тебе потребуется на восстановление, поэтому… Сегодня выполнишь одиночное задание.

— Хорошо. Я готов!

+++

Васильев никогда не скрывал своих мотивов. Несмотря на острый ум, его всегда можно было прочитать и понять. Единственный минус — Генерал просто обожал смешивать работу и личную жизнь. С одной стороны — мне это только на руку. Бывший военный из Башкирии смело продвигал своих любимчиков по карьерной лестнице и давал им огромное количество поблажек. Однако у любой медали всегда было две стороны.

Начиная дружбу с Начальником, ты, как бы заключаешь устный договор. Он тебе, а ты ему. Тут уже другого не дано, к великому сожалению.

Любимая дочь Генерала — Лия Васильева, была уроженкой Марса. Юная особа увлекалась разведением животных и хотела стать директором Ушихинского заповедника. Увы, далеко не каждое животное могло размножаться в естественной среде обитания, поэтому вымирающим видам приходилось всячески помогать.

А поскольку Васильев души не чаял в своем ребенке, мне, как ответственному лицу, частенько приходилось выполнять всяческие поручения для Лии в нерабочее время. Я, конечно, был рад помочь смышленой девчонке, но иногда эти просьбы выстреливали в самый неподходящий момент. Благо, что сегодня всё официально.

— Добрый день. — поздоровался я, зайдя в небольшой вагончик, который руководство зоопарка использовало, как офис.

— Вы… Марк Сэведж? — женщина в розовом деловом костюме широко улыбнулась: — Меня зовут Софи Грехем. Я заместитель директора.

— Приятно познакомится.

— Приехали за Лией?

— Угу. — кивнул я и присел на стул: — Мне поручили помочь ей перевезти Бориса.

— Отлично! Сейчас я её позову. — радужки Софи на мгновение засветились: — Лия! За тобой парень приехал… Ага! Ждёт. Угу… Да, всё хорошо. Борис не будет против.

Интересно, что за Борис? Несмотря на богатую семью Лия была очень скромной девушкой и с людьми общалась крайне редко, за исключением родственников, врачей и меня.

— Всё! Лия сейчас подойдет. — казалось, что улыбка Софи стала ещё шире. Женщина реально, как будто сканировала меня! Очень надеюсь, что Генерал не наплел ей лишнего… Терпеть не могу, когда приходится разруливать чужие домыслы. Брр…

Спустя минуту в вагончик зашла миниатюрная блондинка. Несмотря на бледную из-за вечных проблем со здоровьем кожу, Лия выглядела очаровательно. Длинные реснички всегда были слегка загнуты вверх. Маруся, когда впервые её увидела, дико завидовала. Тонкие губки тут же мило улыбнулись, и девушка, подбежав ко мне, схватилась за руку:

— Марк! — отдельной темой был тихий, и от того очень милый голосок Лии. Вот честно, когда она говорила со мной, внутри всё замирало! Есть такой тип девушек, которые умеют щекотать внутренности голосом. И причем не противно, а именно ласково: — Давно не виделись…

— Прости, родная! На работе завалы. — ответил я и тут же поднялся: — Как ты себя чувствуешь?

— Скучала… — улыбка тут же исчезла с милого личика: — Врачи донимали с уколами! А потом ещё и Борис заболел… Нужно будет отвезти его к ветеринару.

— Ууу… — Лия, сама того не зная, умела манипулировать людьми. В свои восемнадцать, она могла с легкостью заставить толпу парней помогать ей переносить панд в грузовик. Без особых проблем превращала матерого военного мужика в доброго и исполнительного папочку. Одним лишь жестом делала из опасного оперативника тормознутого плюшевого медведя, который вспоминал о своих детях, и с какого-то перепуга вдруг чувствовал ответственность.

— Не переживай! Мы же справимся? — казалось, что её зеленые радужки запустили в меня волну теплоты.

— Вообще без проблем. Где Борис? — с максимальной уверенностью поинтересовался я.

— Сейчас Валентин Анатольевич его загрузит. Боре нельзя долго в городе. Ему лучше в ящике! — девушка наконец-то отключила гипноз и продолжая держать меня за живую руку, повела к двери. В глазах Софи читалось, что Генерал явно наплел лишнего. Я бы мог опровергнуть эту информацию, но Борис был в приоритете!

Валентин Анатольевич — директор зоопарка, был ещё одним заложником Лии. Мужик в возрасте, бывший вигилант из выпуска Хука, из сурового начальника мгновенно превращался в доброго дядю. Очарованный, он стоял возле вытянутого деревянного ящика. Честно, я даже представить не мог, кого могли перевозить подобным образом? Явно не собака и не парнокопытное, так как ящик низкий. Может быть, это какая-то птица?

— Вот! — директор похлопал по деревянной крышке: — Борис немного ленив и крайне меланхоличен, но я принял все меры безопасности. Он редко покидал стены зоопарка, поэтому может немного переживать.

— А, это вообще, кто? — поинтересовался я и присел на корточки рядом с ящиком.

— Самый милый и добрый друг на свете! — восхищенно произнесла Лия: — Времени много. Пойдем?

— Ладно… — я принял у Валентина Анатольевича ручки от тележки, и мы направились к парковке. Присоединив к Волге прицеп, я максимально аккуратно переставил ящик, а затем закрепил специальными лямками. Лия всё проверила, и убедившись, что Борис зафиксирован, показала мне большой палец.

— Прошу! — открыв перед ней дверь, я галантно помог девушке сесть.

— Ого… Какой большой автомобиль. Это «Камаро»? — восхищенно поинтересовалась она.

— Да. Одно из первых… поколений.

— Здорово! Так… Мне нужно передать тебе координаты ветлечебницы. И да… — Лия задумчиво взглянула в зеркало заднего вида: — Борис не очень любит, когда много народу. Ты сопроводишь его к доктору?

— Знать бы ещё, что это за тва… Эмм… Существо.

— Самый милый и добрый друг на свете! — повторила девушка, скинув мне координаты ветеринарки.

— Ладно… Проверим. — вздохнув, ответил я и покатил в сторону дороги.

Стоит отметить, что зоопарки на Марсе сильно отличались от своих земных аналогов. У нас подобные заведения перестали существовать к 2029 году, поскольку за животных вступились сильные мира сего. Здесь же в зоопарках разводились звери, которые по определенным причинам не могли продолжать род в диких условиях. Посетителей, конечно, не пускали. Хочешь посмотреть на животинку — ищи в интернете. И я считаю, что это правильно! До сих пор помню, как в нашем зоопарке в клетке с зайцами одновременно сидели крысы… Причем нифига не декоративные, а типичные гости с помойки. Облезлые горные козлы, израненный язвами слон, потрепанный верблюд и беззубый жираф. Все животные больше напоминали заключенных.

Лия всю дорогу до ветеринара рассказывала мне о проделанной работе и о том, как сильно возмужали сурикаты. Мол, у их семейства родители уехали в заповедник и мелочь оставили на поруки сотрудникам зоопарка. В общем — очень мило.

— О! Вот здесь. — девушка указала на светящуюся вывеску с мордой собаки: — Борис ходит на поводке. Ну, как? Он обычно просто идёт рядом. Но как я уже говорила — лучше не рисковать…

— Ладно. Я понял. — выйдя из машины я подошёл к ящику. Лия вытащила ключ и открыла крышку.

— Твою мать!!! — выругался я и отскочил в сторону: — Это что за хрень?!

— Ну-у! — юная любительница животных обиженно надула губки: — Борис — не хрень!

— Прошу прощения… — я подошёл ближе. На меня смотрела пара надменных темных глаз. В ящике сидел двухметровый крокодил. Фига се, Борис…

— Так, он тебя признал. Нужно помочь ему выбраться! — Лия зацепила поводок на ошейник и взглянула на меня: — Аллигаторы крайне медлительные, когда не хотят есть и спариваться. Так что ему нужно подать руку.

— А может ему ещё вина красного и бабу рыжую?

— Марк!

— Ладно… — я подошёл к ящику и аккуратно протянул металлическую руку: — Сударь! Ваша остановочка.

Борис смотрел на меня, как на говно. Вернее, мне так казалось. Совершенно нехотя, он протянул мне переднюю лапу.

— Ооо!!! Он точно тебя признал!!! — восхищенно запрыгав, воскликнула Лия.

— Ага… Какули он во мне признал. — вздохнул я, помогая здоровенной рептилии выбраться на асфальт. Конечно, гигантская пасть аллигатора была перевязана хомутом, но что-то он совершенно не вызывал у меня доверия. Зеваки, увидев сей кошмар, сразу разбежались в разные стороны. Однако Борис не спешил косплеить Годзиллу. Он просто сидел на асфальте и вопросительно смотрел на меня.

— Что дальше? — поинтересовался я.

— Нужно вежливо попросить Бориса идти за тобой. — пояснила Лия, с любопытством наблюдая за нами.

— Сударь… Не соблаговолите ли вы пройти за мной к лекарю? — почему не Геннадий?! Что за не соблюдение канонов!

Борис одобрительно выпустил воздух и потопал за мной. Бедные посетители ветеринара… Они со своими маленькими мопсиками, кошечками и хомячками были в ужасе от увиденного.

— Всё хорошо! Борис со мной! — подняв руку, произнес я, глядя на то, как дамочка с чихуа-хуа залезла на стол. Огромный рептилоид совершенно не замечал суеты, лишь плавно шёл за мной. Аллигатор на собачьем поводке… Просто восхитительно!

Открыв дверь в кабинет, я был уверен на 200 %, что врач упадёт в обморок, однако бабуля, завидев Бориса, очень обрадовалась:

— Какие гости! — улыбнувшись произнесла она: — Привет, дорогой! Давно не виделись.

— Тетя Зара! — Лия подбежала к бабуле и обняла её: — Борис захворал! Поможете?

— Конечно. Господин… М? — ветеринар вопросительно посмотрела на меня.

— Марк Сэведж. — представился я.

— Приятно познакомится. Господин Сэведж, можете помочь?

Положив Бориса на специальную каталку, мы перевезли его в следующий кабинет. Оставшееся время я ждал снаружи. Видать, с аллигатором и правда случилось что-то серьезное. И меня смущал только один вопрос — это же опасный хищник. Так почему ведёт себя так беспечно? Неужели рептилии тоже умеют жить с людьми?

Дождавшись, пока чешуйчатого товарища осмотрят и вылечат, я вновь взял поводок. Борис выглядел бодрее. Даже спрашивать не буду, что с ним сделали…

— Всё хорошо? — поинтересовался я, помогая рептилии залезать обратно в ящик.

— Да! Это у него сезонное. — ответила Лия: — Скоро брачный период, поэтому Борис немного… готовится.

— Даже так? — заперев крышку, я открыл перед принцессой зоопарка дверь автомобиля: — Прошу!

— Благодарю. — кивнув, Лия села в кресло и вытащила косметичку: — Ты сегодня какой-то задумчивый. Что-то случилось?

— А разве Генерал не рассказывал?

— Нет. — как только я сел за руль, девушка тут же с волнением посмотрела на меня: — Марк, что происходит?

— Небольшие проблемы на работе. — повернув ключ, я услышал, как двигатель агрессивно рыкнул: — Ничего серьезного. Как видишь, я жив и здоров.

— Точно?

— Абсолютно.

— Ну и славно! — Лия с облегчением выдохнула и открыла баночку с помадой: — Как там Маруся?

— Учится. Да, всё, как всегда. Кстати… А, зачем ты красишься?

— Чтобы быть красивой. Разве непонятно? — удивилась она: — Должен же ты хоть чуть-чуть насладится обществом приятной девушки. А то вечно выгляжу, как огородное пугало…

— Ты прикалываешься? — я с недоверием взглянул на Лию. Всего восемнадцать лет, а комплексов столько, что просто ужас! Боюсь представить, что будет в будущем.

— Нет. Я похожа на скелет… А ещё бледная, как вампир. — опустив взгляд, вздохнула она и чмокнула губами: — А так, хоть чуть-чуть похожа на настоящую девушку…

— Брось! Ты тот уникальный тип, которых природа наградила естественной красотой. Разве же это не здорово? Надо ценить то, что имеешь.

— Тебе не понять. — Лия отвернулась к окну. Это означало, что её душевное состояние сейчас на грани. Блин, и вот хрен подберешь подход! Хочешь сделать комплимент — не верит. Игнорируешь — начинает дуться. А ещё марсианкой называется… В таких случаях самое лучшее — скорее сменить тему на что-нибудь нейтральное.

— Мне вот интересно, а как ты смогла приручить крокодила? Неужели их можно дрессировать?

— Что? Какого крокодила? — удивилась Лия, вопросительно посмотрев на меня.

— Ну… Я про Бориса.

— Так это аллигатор! Они сильно отличаются от крокодилов. — улыбнулась она. Наконец-то! А то я все эти подростковые самокопания терпеть не могу.

— Да неужели? И чем же? — самое главное забить все её мысли любимой темой. То есть — животными.

— Начнем с того, что у аллигаторов широкая, подковообразная морда и нижние зубы не видны. Эти ребята охотятся за мелкой добычей, крайне ленивы и нерасторопны. Людей они не воспринимают как добычу или врагов, поэтому если создать благоприятные условия — очень быстро социализируются. Борис всю жизнь был с нами. Не прижился в заповеднике… Пришлось возвращать назад. Но у него есть подружка, которая каждый год приезжает к нему в гости.

— То есть, вы каким-то образом поняли, что Борис страдает на воле и… вернули его обратно в зоопарк?

— Ну, да! Аллигаторы крайне привередливы к воде и пище. Поэтому в отличии от крокодилов, вымирают значительно быстрее. Но из-за миролюбивого характера и относительно слабых челюстей, они не против сотрудничать с людьми. Вот к примеру Борис обожает работников зоопарка. Общается с ними, как со своими. Увы, из-за особенностей организации, аллигаторы стайные животные. Им, как бы сказать, нужна компания! Вот мы и занимаемся вопросами, касательно содержания, лечения и общения Бориса.

— А… почему Борис?

— Не знаю. Софи, как его увидела, сразу сказал — Борис. И приелось. А чем тебе не нравится это имя?

— Почему не нравится? Нормальное. Просто… Любопытно.

— Тебе нужно чаще ко мне приезжать! Мир зверей такой удивительный и интересный. Ты даже не представляешь! — с воодушевлением произнесла Лия.

— Даже не сомневаюсь.

После того, как Борис благополучно был возвращен в зоопарк, юная любительница животного мира выбежала попрощаться со мной.

— Марк… Ты же ещё заедешь на этой неделе? — подставив небольшую коробку, Лия залезла на неё и обняла меня за плечи: — Мне столько всего нужно тебе показать!

— Да уж. Борис определенно произвел на меня впечатление. — усмехнулся я, наглаживая миниатюрную блондинку по голове: — Постараюсь ближе к выходным, если ты не против.

— Конечно, не против! Я всегда тебя жду! — обрадовалась она, и чмокнула меня в шею: — Передавай Марусе привет.

— Обязательно. — аккуратно поставив Лию обратно на землю, я попрощался и пошёл обратно к машине. Ага! Знаю я, как Маруся реагирует на такие «приветы». Шипит, куксится и специально делает вафли подгоревшими. Причем я неоднократно говорил, что Лия мне просто хороший друг. Она веселая, милая и очень забавная. Да и к тому же дети Генералов не попадают в круг моих любовных интересов. Сделаю что-нибудь не так, и мне потом голову открутят на работе. Нафиг надо? Я вообще за всю свою карьеру четко усвоил — никаких отношений и интрижек на работе. Ты туда ходишь деньги зарабатывать, а не за девчонками ухлестывать.

Но Маруся оставалась при своём мнении. Ей только дай повод — будет кошкой ходить и шипеть.

Сдав машину, я напоролся на Осьминога, который что-то подкручивал в старой мобильной «Нинтендо».

— Что, решил в Марио сыграть? — поинтересовался я.

— А? — парень резко подскочил и поспешил спрятать консоль: — Нет! Просто нашёл на складе… Джинджер сказала, что я могу заинтересоваться.

— Джинджер? Это та симпатичная рыжуля из Архива? — хитро улыбнулся я: — Походу на кого-то положили глаз!

— Что? На меня? — Осьминог аж оторопел: — Не! Быть того не может, чтоб я сдох. Я не нравлюсь девушкам… Глупости какие.

— Может быть, ты сам себе врешь?

— Не. Я реалист. А тебя, я посмотрю, ждёт интересный вечер. — на этот раз усмехнулся Осьминог.

— Чего вдруг?

— А ты в зеркало посмотри. Хе-хе-хе… — загадочно хохотнув, парень направился к выходу.

Аллергия? Или может в чем-то испачкался? Надо глянуть…

— Входящий вызов от контакта «Профурсетка»! — пропела Эрис.

— Только этого не хватало… Ладно, давай. — вздохнув, ответил я: — Слушаю?

— Марк. — голос Дунаевской был на удивление спокойным: — Мы пробили информацию… Ты уверен, что Линг назвал Малка братом?

— Конечно! Я верю своим ушам. По крайней мере сейчас. А что?

— Мы проверили все звенья в Прайде Уотни. У Малка не было братьев и сестер. Он был единственным ребенком в своём звене.

— Хмм… Интересно. — задумчиво произнес я, и направился к выходу из гаража: — А в Прайде Уотни вообще кто-нибудь пропадал или погибал загадочным образом за последние десять лет?

— Там несколько тысяч человек. Ребята начали проверку информации, но это крайне сомнительно. Пропавших точно нет, а всех погибших, как правило, идентифицируют, а потом кремируют. Так что инсценировать свою смерть… Это надо подставить кого-то другого. В общем, процесс крайне сложный и труднореализуемый. Я бы даже сказала — практически невозможный.

— Но доля шанса есть? Не мог же Линг прилететь из космоса, верно? — выйдя на улицу, я напялил солнцезащитные очки и направился домой.

— Я думаю, что никаких братьев не было. Или Линг имел ввиду что-то другое… Не кровное родство, к примеру, а духовное. Это же секта! Там всё может быть. В общем, в рапорте напиши всё, что помнишь. Мы посмотрим, сделаем выводы и будем решать. — ответила Дунаевская: — Это первый контакт с Лингом за последние два года. Так что пока сложно говорить о картине целиком.

— Ладно… Я вас понял.

— Всего доброго.

В целом, я бы не сказал, что сильно удивлён. Проблема лидера дикарей уже давно была в приоритете, поэтому Линг мог специально слукавить. Но с другой стороны — он же не знал, что я выживу и дам показания? Что-то здесь явно не сходится.

Прибыв домой, я открыл дверь и увидел Марусю, которая тут же вскочила с кресла и радостно побежала ко мне.

— Марк! Слава богу… — однако с каждым шагом её лицо менялось из радостного в очень гневное: — Какого черта?!

— Что не так? — удивился я.

— Это… — девушка запрыгнула на меня и начала обнюхивать, словно собака: — Эта… ЭТА МЕЛКАЯ СУЧКА ОПЯТЬ ТРОЛЛИТ МЕНЯ!!!

— Ты про кого?

— Вот! — Маруся схватила с полки зеркало и вручила мне: — Ты посмотри!

Приглядевшись, я увидел на шее помадный след от поцелуя. А ведь точно… Она же красила губы, когда мы ехали обратно. Так вот про какой «привет» Лия имела ввиду? Да, такое иногда случалось. Если Маруся превращалась в агрессивного бурого медведя, то дочка Генерала лишь избирательно подкалывала, как она любила говорить — «свою оппонентку».

Получена ачивка: «Паливо неверного муженька»

+50 к сожжённому завтраку

Эрис была, как и всегда — в своём репертуаре. Ничего не меняется.

— Где?! Где вы успели с ней пересечься?! — рычала Маруся, схватив меня за куртку: — Я тут рыдала! Переживала! Чуть не поседела!!! А эта мелкая сучка опять выкроила время?! Это всё Васильев… Любитель заставлять сотрудников ездить по личным делам. Ух, я б его!!!

— Тише. Ты же знаешь, что он мне всегда помогает.

— Помогает в чем? Быстрее подставить задницу под удар?! Ох, как я его… И вообще, чем вигилант может помочь этой Принцессе Цирка? Котенка с дерева снять?

— Ну… — да, как-то раз мы с Волковым снимали котенка с дерева. Лия была счастливее всех на свете.

— АГГРРХХ!!! Не будь эта малявка болезной, я бы ей… Фууух! Всё, я спокойна. — выдохнув, Маруся наконец-то пришла в себя: — Как сердце? Они всё качественно поставили?

— Ага. Но доктор удивился, мол четвертая аугментация. Такого раньше не было.

— Четвертая? Так значит… — девушка тут же проверила мой протез: — Обалдеть… А Эрис?

— Всё так же троллит меня.

— Восхитительно! Ой… В смысле — я рада, что у тебя всё работает. Но эту мелкую блонди я точно потом когда-нибудь «приголублю». — нахохлившись, Маруся уткнулась мне в плечо: — Как я рада, что с тобой всё хорошо… Господи, ты не представляешь, что было, когда мне сказали о произошедшем в Пустоши!

— Давай не будем об этом, хорошо? Я живой и всё работает.

— Угу… Твои детородные органы на эту мелочь пузатую… — фыркнула она, не отпуская меня.

— Справедливости ради — Лия старше тебя на полгода.

Получена ачивка «Повелитель лолей!»

+200 к 8 годам строгача

Не, это было не смешно. Эрис опять перегибает!

— И что с того? Она мелкая и наглая… Лезет вечно, притворяясь добренькой! Вот поверь мне — Эта дочка Генерала тебя до добра не доведет. У нас девочки в институте такое про неё говорят!

— Что они говорят? — мне даже стало интересно.

— Что… Ну… Она очень добрая! И… — было видно, что Маруся старается что-то придумать: — И что… В общем это странно! Невозможно быть такой доброй и любить животных. Она пересмотрела диснеевских мультиков и воображает из себя принцессу. Рано или поздно Лия ещё покажет свою темную сторону. Вот увидишь! И потом скажешь — бли-ин! А Маруся меня предупреждала! Так и будет.

— Не нагоняй на бедную девочку. Лия хорошая и этим всё сказано.

— Ага-ага! Воткнет тебе нож в спину!

Входящее сообщение от Эрис: «Или ты ей воткнёшь… Тут уж как повезет.»

Господи, дайте мне уже медаль «Почетного Петросяна» для этой развратной электронной помощницы!

— Давай не будем об этом?

— Ладно… — недовольно прорычав, Маруся продолжала стоять, уткнувшись мне в плечо: — Я там ужин приготовила. Но это не для тебя… А просто потому что мясо было по акции!

— Ты забыла сделать «Хмф!».

— ХМФ!!!

— Умница. — я погладил её по волосам и мой желудок предательски заурчал: — Ух… Походу дела операция забрала у меня слишком много энергии.

+++

Утро начинается не с кофе. Сперва в нос ударил запах пережаренной пищи, а затем, нагло ворвавшись в спальню, меня укусили за ухо.

— Завтрак на столе. — пробурчала Маруся: — Мне сегодня надо пораньше.

Вот что за человек? Из-за своей собственной гордости сейчас лишних 15 минут будет сидеть возле аудитории. И это с учетом того, что мы вчера поговорили. Такой уж она человек, если дело касается Лии.

Подключив протез, я закусил спаленной яичницей, привёл себя в порядок, и захватив флешку с рапортом, направился в сторону гаража.

— Входящий вызов от контакта «Профурсетка». — сообщила Эрис.

— Внимательно! — ответил я.

— Марк, в двадцать шестой кабинке через пятнадцать минут тебя будет ждать новый напарник! Поторопись. — её голос вновь пришёл в норму и начал высверливать мозг.

— Принял. Бегу… — вздохнул я, немного ускорившись.

Вообще, Колыбалов был не таким уж и плохим парнем. Веселый… Даже немного умный и интересный. Просто с девчонками не умел общаться. Такое иногда бывает, когда живёшь в своем мире.

Всю дорогу до участка я пытался придумать, как можно больше плюсов для самого романтичного оперативника нашего участка, но минусы всё равно максимально преобладали. Как не крути, а мне нужен был свой вариант… К чему Хук вообще придумал всю эту историю, было совершенно непонятно.

Просканировав глаз, я зашёл внутрь и поднялся на переговорный этаж. Опять какая-то ругань и разнос. Даже интересно, чего это у них у всех случилось?

Так… Значит, двадцать шестая кабинка. Ладно, Колыбалов, так Колыбалов. Возможно, я открою в нём своего самого офигенного напарника? Кто ж его там знает?

Заглянув в кабинку, мои внутренности словно обдало жидким азотом. Нет… Я, наверное, ошибся.

— Чего ты тут забыл? — холодно спросила Критика.

— Погоди… Двадцать шестая кабина. ЧСВ затмило тебе глаза? — злобно прорычал я, сжав кулаки.

— Да, двадцать шестая кабинка. Но тут у меня встреча! Свалил в закат кабанчиком. — сухо ответила она.

— А знаешь… Пистолет мне понравился. Отблагодарю тебя прямо сейчас! — хрустнув костями, произнес я.

— Тихо! — позади меня появился Хук: — Что тут происходит?

— О… Папуль, эта су… Моя любимая коллега перепутала цифры и не хочет покидать кабинку. А у меня тут сейчас встреча с новым напарником.

— Никто ничего не перепутал. Совсем что ли дураки? — Хук обреченно закатил глаза: — Вы у нас теперь новый дуэт. Так что прекращайте собачиться.

— Новый… — с ужасом выдохнула Критика.

— Дуэт… — подхватил я, чувствуя, как внутри всё немеет.

Ачивка получена: «ВОТ ЭТО ПОВОРОТ!!!»

— 5 везения

+ 30 к неожиданности

Колыбалов сейчас мне показался самым лучшим вариантом из всех…

Глава 7

Либо это какая-то злая насмешка судьбы, либо я кому-то очень серьезно перешел дорогу…

Неожиданности бывают двух типов. Первый — это, когда ты хочешь снова начать курить, хотя понимаешь, что «почему снова, ведь ты раньше этого никогда не делал». А второй — это когда ощущение, будто тебя ударили по голове ведром, а затем накрыли медным тазом и начали барабанить ложками по дну. Ты ничего не понимаешь, и не хочешь понимать! И главное — твоё прекрасное будущее испарилось, словно пустынный мираж.

Я смотрел на Хука, Хук смотрел на Критику, Критика была в шоке и лишь злобно что-то фырчала себе под нос.

— Послушай… — я попытался сделать вид максимально родного и близкого человека: — Ты же мой наставник. Ты же заменил мне отца!

— Тебе больше полтиника, сынок. О каком отце идёт речь? — вопросительно приподняв густую бровь, спросил он.

— Я к тому, что мы всегда друг друга понимали… Ты же знаешь, о чем я?

— Понимали? — здоровяк лишь усмехнулся: — Марк, я терпел тебя десять лет. Твой отвратительный характер просто нереален! И зачастую ты гадил мне специально, чтобы помотать нервы… Ты всем так делал. Я читал сводки Элеоноры.

— Но это же осталось далеко в прошлом… Хук, старина! Давай забудем все невзгоды? Убери эту красную пакость из моего дуэта, и я обещаю — в долгу не останусь.

— Пошёл на хрен, Сэведж! — прорычала Критика и показала мне средний палец.

— Чего тыкаешь в меня своими культяпками?! Ещё скажи, что ты не против? — нахмурившись, я резко поднялся, и тут меня осенило: — Ааа… Я, кажется, понял.

— Чего? — злобно фыркнула Мисс Неприкосновенность.

— Всю эту ситуацию ты подстроила, чтобы сблизиться и трахнуть меня…

Получена ачивка: «Мамкин фантазёр»

+ 1000 к защите девственности

— ЧЕГО?!?!?! — теперь подскочила Критика, и уже готова была набросится на меня с кулаками, но Хук резко прервал нас:

— ТИХО!!!

Словно провинившиеся школьники, мы отвернулись друг от друга, и уселись обратно на стулья.

— Ведёте себя, как дети! С чего вы оба вообще взяли, что я буду что-то менять? Решение согласовано с руководством. Документы подписаны! ВЫ ОПЕРАТИВНИКИ, ИЛИ ДЕТИ В ШКОЛЕ?! Запомните — о вас двоих ходит самая дурная слава не только в Отделе, но и во всем ДКБ. Критику ещё возьмут в напарники… Там у многих на неё пиструн искрит.

— Простите, что?! — красноволосая бестия смотрела на Хука, словно разъяренная кошка: — Как вы смеете?!

— Я — старший по званию. Сядь и умолкни. — ловко осадил её здоровяк: — А вот тебя, Марк, никто больше по своей воле брать в дуэт не будет. Волков бесхребетная скотина, которая пыталась пролезть за счёт других. А Бош просто дурачок. Остальные прекрасно знают, что с тобой каши не сваришь! Да и за последнее время с тобой происходит слишком много… Это не нормально.

— А я-то здесь причем? Ренегаты сами охреневают и ставят ловушки! Я просто выполняю свою работу.

— Увы, статистику веду не я. В общем, два лучших оперативника теперь будут работать в дуэте. Холодная и расчётливая Критика, вместе с взрывным и сильным Марком. Уверен, что вы сработаетесь. — мило улыбнулся Хук и похлопал меня по плечу.

— Сработаемся?! Да вы просто искали любимчику Васильева няньку. — холодно произнесла Кри и сложила руки на груди: — Хотите, чтобы я вытирала ему сопли и помогала одеваться?

— Насчёт последнего — я не против. Не люблю завязывать шнурки… — злобно усмехнулся я.

— Ты совсем дурак или как?! — Хук дал мне такую мощную затрещину, что микрокомпьютер Эрис чуть не вылетел через ноздрю: — Зачем нарываешься? Вот я вам говорю — не дай бог хотя бы один из вас принесет мне жалобное письмо на протяжении следующего месяца… УВОЛЮ ОБОИХ К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ!!! И никакой Васильев не защитит. Вы — люди подневольные. Ваша основная задача — спасать людей и слушаться приказов руководства. Руководство решило, что вместе вы будете работать эффективнее! Что не так? Вы чего ведете себя, как подростки оба? Взрослые люди! Быстро успокоились и взялись за руки.

— Хук… — Критика побледнела и стала похожа на вампира: — Только попробуйте… Я обращусь к кому надо. У меня много покровителей!

— В жопу пускай сходят. — здоровяк схватил своей огромной пятерней её тонкую ручку, а затем подтянул ко мне.

— Не, ну по сути ты прав… — обреченно выдохнув, я взялся за ладонь Критики. Ого! Такая прохладная и гладкая кожа… Нарцисска явно по тридцать раз на дню натирается кремом.

— Вы довольны? — красноволосая бестия сидела с таким лицом, как будто взяла две горсти дождевых червей.

— Отныне — вы напарники! И прикрываете друг другу задницы. Если один из вас в течении этого месяца умрет — выживший будет автоматом исключен из Военной Гильдии.

— ЧЕГО?! — Критика резко выдернула свою руку: — Да вы издеваетесь!!!

— Так решило руководство. Больше я вам сопли вытирать не намерен. И выслушивать ваше недовольство тоже. Будете выеживаться — сократим зарплату. — сухо буркнул Хук и быстро поднялся: — Главой дуэта будет Марк, потому что мужчина, и потому что у него больше опыта в боевых операциях. А Критика остается снайпером и прикрытием. Усекли?

— У меня, вообще-то, есть имя! — прошипела красноволосая бестия.

— Вообще пох. Всего доброго, детишки! Постарайтесь не поубивать друг друга. — добродушно улыбнувшись, здоровяк покинул кабинку. Критика тут же нахохлилась и отвернула голову в сторону.

— Ладно. — я решил побыть джентльменом и проявить инициативу: — Приказ — есть приказ. Нам в любом случае нужно работать. Расскажи, к чему ты стремишься?

— Поскорее избавится от этого дуэта и найти нового напарника… — фыркнула она. Ну, точно — кошка. Злая и шипучая!

— А в целом?

— Слушай… Тебя это вообще волновать не должно. Мы с тобой не приятели, чтобы обмениваться мыслями и целями. Мне приказали прикрывать твою никчемную тушонку — я буду. Надеюсь на взаимность.

— Прости… Мне кажется, что я ненавижу тебя сильнее. — усмехнулся я, и увидел всплывающее окно с заданием.

От контакта: «Профурсетка»

Тема: Собирательство

Найти, обезвредить и допросить группу из четырех ренегатов на третьем киберскладе «Такеда Групп». Без информации полиции не отдавать ни в коем случае!!!

Основная цель: кто новый лидер и что искали.

Сэведж — будь паинькой! Сделаешь что-нибудь с Критикой — удавлю к чертовой матери!

— Ох уж эта крашенная лошадь… — обреченно выдохнув, моя новоиспеченная напарница поднялась со стула: — И где я свернула не туда?

+++

Не скажу, что я лютый любитель болтать в машине во время езды, но это молчание создавало невероятное напряжение и сильно давило. Понимаю, что Критике крайне неприятно со мной говорить, но всё же обронить хотя бы пару фраз, я думаю, можно.

Самым забавным было то, что мы оба уже надели шлемы. Кстати, он у неё был темно-сиреневого цвета с жутковатой маской льва.

Хех… Представляю, какое сейчас лицо у моей новой напарницы. Что-то типа, когда навоняли прямо под нос. Вот уверен на все двести процентов, что так оно и есть!

— Ты всегда такая? — не выдержав, спросил я, заворачивая на улицу Баумана.

— Какая? — неужели Критика повернула голову в мою сторону…

— Молчаливая и напряженная.

— Тебя волнует?

— Ты — мой напарник и подчиненный. Волноваться за твоё состояние — моя прямая обязанность.

— Господи… — видимо, демонстративно закатила глаза: — Нам нужно просто арестовать четырех ренегатов. Прости, но я не буду перед тобой отчитываться, и уж тем более играть в твоего друга. Это — работа, а не институт. Ты можешь просто довезти нас до точки и выполнить арест?

— Мы будем проводить вместе много времени, и, если ты не поменяешь своё отношение к делу — нам обоим будет сложно.

— Что это в тебе говорит?

— Жадность.

— Хмм… Зато честно. — усмехнулась она: — Давай проработаем этот месяц и не будем создавать друг другу проблем, идёт? Всё, что ты сейчас делаешь больше похоже на подкат.

— Я подкатываю только к нормальным девчонкам. Больше и слова не скажу! — отмахнулся я, и припарковался к киберскладу, который находился возле набережной. Господи, ну и дыра…

Киберсклады принадлежали одной из крупнейших корпораций — «Такеда Групп». Они заведовали электронными компонентами и вооружением. Оснащали автомобили, дроны, флайкары и даже флайкарго. Как говорил мой дед — от батона до г… контрацептива.

Фишка этих складов была в том, что обслуживали их исключительно роботы. Люди лишь помогали сгружать. Система охраны состояла из вооруженных дронов на четырех лапах. Если присмотреться, то можно было заметить отголосок «Пса» из «Бостон Дайнемикс». Этих тоже можно было пинать и толкать… Только в ответ получишь пулю девятого калибра.

Но роботы на то и роботы, что их без особых проблем можно взломать. Ну, по крайней мере если знаешь как. А ренегаты в этом плане уже серьезно прокачались!

— В прошлый раз меня не хило поджарило. Держись за мной! Не хочу потерять премию. — сухо произнес я, наблюдая за тем, как четырехлапый охранник тупит возле забора.

— У меня, в отличии от некоторых, хватит мозгов не наступать на провода и смотреть вверх, чтобы не попасть под направленный ЭМИ. — усмехнувшись, ответила Критика.

— Посмотрим. — просканировав глаз, я открыл ворота и зашёл внутрь: — Эрис! Что там с камерами?

— Все системы безопасности выключены. Устанавливаю соединение с главным компьютером… Нет возможности беспроводного подключения! — ответила помощница.

— Заглушку поставили… Вот уроды.

— Им же хуже. — фыркнула Критика: — Мозгами их Бог не наградил… Прямо, как и тебя.

— Кончай уже! Сигналку поставили всего месяц назад. Они про неё тупо не знают. — злобно прорычал я в ответ.

Входящее сообщение от Эрис: Кажись — будет секс.

— Ой! Хорош стебаться? Ты её видела? — на этот раз шутка электронной помощницы меня немного задела.

— Хорошенькая девушка с идеальной фигурой и большими сиськами! Что ещё для счастья надо? — удивилась Эрис.

— Тебя послушаешь, так можно большую половину девчонок Нового мира оприходовать. — усмехнулся я.

— А почему нет?! — продолжала удивляться помощница: — Новый мир нуждается в новых людях! Нужно уметь совмещать приятное с полезным.

После этих слов, Эрис, как будто невзначай пометила целью подкаченный попец Критики.

— Хорош болтать! — словно почувствовав на себе мой взгляд, девушка резко остановилась, и пропустила меня вперед: — Они в дальнем правом углу. Нужно застать их врасплох.

— Сделаем. — спокойно ответил я: — Эрис! Проведи расчёт и настрой прицел во-он на тот кран. Перекроем им путь к отступлению.

— Выполняю. — помощница в мгновение ока всё посчитала и навела крестик на вытянутый грузовой трос, снизу которого висели коробки.

Судя по карте, выхода здесь только два, а это значит, что воришки в любом случае побегут в нашу сторону. О! А вот и их мотоциклы.

Четыре спортивных байка в стиле Акиры стояли возле огромных контейнеров.

— А ничего такие… — Критика присела на один из них: — Нужно подкопить в следующем месяце.

— Смотрите, кто заговорил… — усмехнулся я, прицелившись в трос. Бах! Здоровенный паллет тут же обрушился вниз и перекрыл погрузочные ворота. Ренегаты испуганно заверещали и побежали в нашу сторону. Три, два, один…

— ТВОЮ Ж МАТЬ!!! — первый выбежал, тут же поднял руки вверх и упал на колени. Второй, завидев меня, схватился за сердце и побледнел. Третий и четвертый последовали его примеру.

— К… Как это возможно… — выдохнул тот, что стоял на коленях: — Нет… Это не ты… Явно не ты!!!

— Неумение грамотно подавать информацию — признак беспорядка в голове. — усмехнувшись, произнес я и щелкнул предохранителем: — Но не волнуйся! На полях у тебя будет время, чтобы привести в мысли в норму.

— Ты… Ты не имеешь права носить его шлем! Линг сказал, что Змеиный царь был достойным воином! Тебе нельзя даже прикасаться к нему… — вдруг произнес один из трясущейся троицы.

— Во-первых — не царь, а король. Во-вторых — ой, да брось… Самый главный фрик Марса признал меня крутейшим воином? Критика, ты слышала, кто твой новой напарник, а?

— Болван…

— Ладно, теперь без шуток. Эрис! Просканируй их на оружие.

— Три пистолета «Беретта девяносто два» и один Пистолет Макарова. — тут же ответила помощница, пробежавшись по ребятам прицелом.

— Пистолеты ко мне. ЖИВО! — гаркнул я, и пацанчики тут же без лишних слов отшвырнули оружие, а затем легли на пол. Сопротивляться было бесполезно. Шесть лет исправительных работ, куда лучше пули в голове.

— Славно. — произнесла Критика, и вытащив хомуты, направилась к бандитам.

Подняв всех на колени, я присел на корточки. Сейчас начнется самое интересное!

Несмотря на настоятельную просьбу Критики оставить допрос ей, я всё же решил, что это исключительно моя привилегия.

— Итак… С кого начнем? — спросил я сам у себя.

— С крайнего левого. Он трясется больше всех. — предложила напарница и облокотилась на один из мотоциклов.

— Хорошо. — ответил я и повернулся к пареньку, которому на вид было лет двадцать пять. Он реально трясся больше всех и чуть ли не плакал: — Ты!

— Нет… Прошу… У меня семья! — всхлипнув, произнес он, с мольбой глядя на меня.

— Я не причиню тебе вреда. По крайней мере — пока. — холодно ответил я и приблизившись, схватил его за ворот металлической рукой: — Начнем с главного — что вы тут искали?

— Он убьет мою семью, если мы расколемся… Прошу!!! — завопил бедолага.

— И кто в этом виноват? Ты сам к нему пошёл. Это был твой выбор. — я посмотрел на тонкий шрам над его левым виском. Ему удалили микрокомпьютер… Хорошая работа. А это значит, что у Линга были приличные специалисты.

— У нас не было другого выбора… Правда! Его Святейшество предложил Новый мир без вреда для жизни… Без всех этих заморочек… Он предложил то, что нам всем нужно! — мямлил паренек.

— И теперь твоей семье угрожает опасность.

— У всего есть минусы…

— Хорошие минусы. Но, мне в любом случае наплевать на твои ошибки. Моё дело маленькое… — я швырнул бандита на землю и направился к мотоциклам.

— Сэведж… Что ты собираешься делать? — слегка обеспокоенно спросила Критика.

— То, что люблю больше всего на свете — быть вигилантом. — холодно ответил я, и взял один из мотоциклетных шлемов.

— Может допросом всё-таки займусь я? — уточнила она.

— Не парься. Стой и наблюдай! — я подошёл к бедолаге, и размахнувшись, врезал ему шлемом по рылу. Кровь красными кляксами брызнула на пол, а парнишка взвыл от боли: — Я повторяю свой вопрос. Что вы тут искали?

— Не могу… — скулил он: — Я правда не могу сказать…

— Хорошо. — я размахнулся и врезал второму: — Может быть ты скажешь?

— Уггггххх… — выдохнул он и потерял сознание.

— Сэведж! Ты зря это делаешь. Они не налетчики, а простые собиратели! С ними так не работают. — строго произнесла Критика.

— Давай последнего? Окей?

— Ты просто калечишь людей. — обреченно вздохнув, ответила она.

— Хорошо. Ты! — я подошёл к третьему: — Вот вы залезли на склад и начали красть чужое имущество, прекрасно зная, что в городе водится рыбка покрупнее. И на что вы вообще рассчитывали?

— Материнские… Платы… И… Лидары… — всхлипнув, ответил он и зажмурился.

— Вот видишь? — я посмотрел на Критику, но та лишь отрицательно замотала шлемом: — Для чего вам материнские платы и лидары?

— Я не знаю…

— Не правильный ответ. — стоило только замахнуться, как парнишка тут же прозрел!

— Его Святейшество хочет… Хочет сделать собственные беспилотники… Те, что мы украли у «Милитари Индастрис» сложно обслуживать… У них… У них часто бывают проблемы с песком и некоторые запчасти сложно заменить…

— Хороший мальчик. А кто сейчас является вашим новым лидером? — я присел на корточки и положил руку на плечо бедолаги: — Мы же стараемся для всеобщего блага! Ты это прекрасно понимаешь.

— Его ещё не выбрали…

— Даже так? — усмехнулся я: — А почему ещё не выбрали? Неужели посадили исполняющего обязанности? И главное — как происходят выборы? Какой процент избирателей обычно приходит?

— Я не знаю… Честно — не знаю!

— НЕПРАВИЛЬНЫЙ ОТВЕТ!!! — размахнувшись, я вмазал шлемом и третьему: — Что же… Вот мы и добрались до тебя, голубчик…

— СЭВЕДЖ! — воскликнула Критика: — Хватит этой бойни! Ты что, в прошлой жизни чмом никчемным был? Сейчас, типа отыгрываешься?

— Ты разговор-то фильтруй. Я же умею быть злым.

— Ты не злой, а жестокий. Это две разные вещи! Ладно… — тяжко вздохнув, Критика подошла ко мне и тоже присела на корточки: — Послушай, приятель… У нас разговор короткий. У нас приказ — ликвидировать вас в случае отказа от сотрудничества. В противном случае, к вам бы нагрянула полиция. Понимаешь, к чему я клоню?

— П… П… Понимаю… — всхлипнул последний.

— Давай не будем играть в героев? Мы с тобой оба понимаем, что от твоего ответа сейчас зависит жизнь вот этих троих. Возможно, вы до сегодняшнего дня даже не были знакомы… Но это — живые люди. И их судьба зависит только от тебя. Мы ни в коем случае не будем анонсировать информацию о том, что именно ты рассказал нам, кто новый Босс Ренегатов. Мы же прекрасно знаем, что есть андербосс, который в случае смерти начальника занимает его место. Расскажи, кто это?

— Сэмуэль Гроани… Честно! Это он сейчас заключил договор с Его Святейшеством! — протараторил парень.

— Вот видишь? — Критика посмотрела на меня: — Пустил бы сразу — не пришлось бы никого калечить.

— Тогда, в чем кайф?! — возмутился я: — Ну, блин… Терпеть не могу такие методы.

— Придурок… — обреченно вздохнула напарница: — Я вызываю копов.

— АААА!!! — один из лежавших внезапно подскочил, и с дикими воплями понесся к выходу. Я уж было хотел ринуться за ним, как вдруг прогремел выстрел. Мертвое тело рухнуло на пол, словно подкошенное. Повернув голову, я увидел Критику с дымящимся «Taran Tactical STI 2011 Combat Master» в руке.

Доля секунды… Честно, я даже подумать не успел, как она выхватила пушку и просто застрелила чувака.

— И ты ещё будешь говорить мне о жестокости? — удивился я, чувствуя, как мой рот расплылся в широкой улыбке: — Косячница…

— Заткнись! Это произошло на автомате… — в её голосе слышались едва заметные нотки вины. Да ладно?! Не может такого быть. Непреступная Принцесса Отдела умеет чувствовать себя виноватой?

Забавно… Кажется, до меня наконец начал доходить смысл нашего дуэта.

+++

Привязав выживших к стойке робота-крана, мы направились к машине, чтобы дождаться полицейских. Критика явно была удручена произошедшим, но мне было нисколечко её не жаль. Как вообще можно было говорить что-то мне, когда у самой крыша протекает? Ещё дня не прошло, как мы начали сотрудничать, а она уже начала палиться. Но мне было интересно, что будет дальше…

Сев в машину, мы молча дождались полицейских и поехали в участок. Нужно было сдать информацию и получить следующее задание. Будет очень забавно увидеть физиономию Хука, когда он узнает, что святая и непорочная Критика беспричинно убила человека на задании, нарушив тем самым кодекс вигилантов. А ведь если подумать — можно было выстрелить в него крюком! Да черт возьми — выстрелить по ногам. Но нет… Прямое попадание в сердце. Снайпер, блин.

Всю дорогу ехали молча. Даже радио не включили. Казалось бы — а что такого? Пару дней назад я прикончил гораздо больше народу, да ещё и довольно жестким методом. Но уровень опасности был разный. Да и к тому же, если ситуация располагала к более гуманному способу решения, руководство могло серьезно присесть на уши.

— Прости. — холодно произнесла она, когда мы заехали в гараж.

— За что? — удивился я. Но Критика лишь молча вышла из машины и направилась к двери.

Осознание настигло меня чуть позже, когда в коридоре я наткнулся на Хука.

— Пойдем. Поговорим. — нахмурившись, произнес он, положив огромную ладонь на моё плечо.

— Ладно… — ответил я, и мы направились в кабинет к Дунаевской.

Внутри меня уже ждала весьма специфическая компания из Женщины-дрели, психологини Форкс и Решалы Пылаева, который сложил руки на груди и отречено смотрел на плакат с визуалом Эрис на стене.

— Приветствую. — произнес я: — Что-то случилось?

— Случилось. — даже не повернув взгляда в мою сторону, ответил Решало: — Садись… Поговорим.

Информация распространялась очень быстро, поэтому было не трудно догадаться, что меня сейчас будут шерстить за выстрел Критики. Хук услужливо придвинул мне табуретку, а сам отошёл в сторону дивана и расположился там.

— Боюсь, что мы допустили ошибку, не напомнив тебе правила дуэта. — Дунаевская злобно посмотрела на меня: — Тот, кого назначают Главным — отвечает не только за себя, но и за своего подчиненного напарника.

— Я это знаю. — вот, как и предполагал. Всё всегда сводится к полосканию мозгов!

— Поэтому, мы бы хотели донести до тебя важную, и крайне полезную информацию. — к разговору подключилась Форкс: — Вы ценные специалисты. И увольнять вас было бы… кадровым расточительством.

Ага-ага! Конечно… Если бы не Васильев, меня бы давно выперли на улицу сцанными тряпками. Каким бы крутым оперативником ты ни был — руководство в большей степени ценит порядок и спокойствие.

— Так… — Пылаев наконец-то повернул голову к психологине и Женщине-дрели: — Давайте я скажу без вот этих прелюдий? Хорошо?

Все молча согласились.

— Значит… — продолжил он: — Ситуация в следующем. Ты много знаешь про старшую дочь Невзорова?

— Я даже её настоящего имени не помню. — честно признался я.

— А мы помним. И не только это… — ответил Пылаев, и тут же начал что-то перебирать в воздухе: — В отличии от прошлого, Новый мир предлагает индивидуальный подход к каждому. И наша задача — не только воспитать качественных сотрудников, но и сделать их максимально эффективными. Моя программа искренне считает, что вы с Госпожой Невзоровой — идеальный дуэт. В вас сочетается всё самое необходимое — решимость, сила, ум и… местами холодная голова. Хук сообщил, что Критика заявила, будто на неё возложили ответственность и теперь она обязана приглядывать за тобой.

— Честно — я тоже так думал. Вы её видели? Она же сама безупречность! Ну, в плане работы… — ответил я, скрестив пальцы.

— На деле же всё с точностью, да наоборот. — радужки Пылаева начали светится ярко-синим, а мне уже пришёл видеофайл. Открыв окно, я увидел миниатюрную Критику… На видео ей было лет десять, не больше. Она сидела за столом с очень серьезной миной, а напротив неё, копошась в планшете, стояла ещё более-менее адекватно выглядящая Элеонора.

— Милочка, давай начнем с основного. — предложила психологиня и устроилась на стул: — Как тебя раньше звали?

— Кузнецова Елена Васильевна. — холодно ответила Критика. Нет, когда взрослый так говорит — это нормально. Мы все рано или поздно перестаем быть веселыми и беззаботными. А вот ребенок с такой физиономией выглядел жутковато…

— Бывшее место работы?

— Полностью с номером отдела?

— Нет, можно коротко.

— ФСБ.

— Ого… — Элеонора принялась щелкать стилусом по экрану: — Куда хочешь поступить?

— ДКБ. Отдел зачистки. — сухо ответила девочка.

— Эмм… Но, почему? — удивилась психологиня: — Милая, жизнь дает тебе второй шанс! А в Отделе зачастую приходится пачкать руки в крови. Понимаешь, я сейчас смотрю информацию по тебе… И Отдел зачистки мало чем отличается от твоей предыдущей работы. Уверена, что хочешь продолжить?

— Да.

— Личная жизнь пойдет насмарку. Ты не сможешь найти молодого человека, а Прайд выдаст тебя замуж по своему усмотрению.

— Мне не нужна семья.

— Федерации нужна твоя семья! Каждая здоровая девушка обязана ХОТЯ БЫ заменить себя и мужа. То есть — минимум двойня. Растить детей с человеком, к которому нет чувств — крайне тяжелая задача.

— Меня это не интересует. Если Прайд хочет выдать меня замуж по своему усмотрению — пускай выдает. — казалось, что Критика превратилась в робота. Я даже боялся представить, что с ней случилось на Земле!

— Уверена? — ещё раз уточнила Элеонора.

— Я всегда уверена. — холодно произнесла миниатюрная Критика.

— Что же… — психологиня обреченно вздохнула и положила на стол небольшую кипу бумаг. На начальных этапах, когда ты ещё не научился пользоваться органайзером Эрис, приходится работать с бумажными документами. Их потом оцифровывают и загружают в архив и аккаунт личности.

— Где подписать? — девочка уставилась на Элеонору жуткими глазами.

— Вот тут… — женщина указала на левый нижний угол бумаги: — Добро пожаловать в Военную Гильдию… Послезавтра ты пойдешь на подготовительные курсы, а потом в кадетский корпус.

На этом запись закончилась. Я протер глаза и посмотрел на Пылаева:

— Кем она раньше работала?

— Боюсь, это личная информация. Если Госпожа Невзорова сочтет нужным — она поделится с вами. Суть лишь в том, что статистика Критики крайне плачевная. Примерно такая же, как у тебя.

— И? Вы можете нормально объяснить мне логику? Я — наемник. Воевал в куче стран, а потом торговал оружием. Очень повезло, что на Марсе проходят курс реабилитации, иначе я превратился бы…

— В неё. — произнесла Форкс: — Вас примерно так же преследуют призраки прошлого, Мистер Сэведж. Но вы умеете их сдерживать. Вы умеете включать голову и холодно рассуждать, когда это нужно. В вашей расхлябанности виноват, как бы странно это не звучало — Волков.

— ЧЕГО?! — вот это поворот…

— Именно. — кивнула Дунаевская: — Волков, несмотря на свой мерзкий характер, всегда получал за тебя тумаки. Но ему было наплевать! Главное — он делал вид, что работает. На всё остальное ему было с высокой колокольни. Ты почти всегда оставался безнаказанным. Второй виновник твоего поведения — Генерал Васильев. Если бы ты не спас его дочь, то никогда бы не сблизился с ним. Ты знал, что твою задницу прикрывают эти два человека. Ты прекрасно понимал, что, перейдя в вигиланты — лафа закончится. Ты искал себе очередного бесхребетного слабака, чтобы втянуть его в свою авантюру. И тут тебе подвернулся Бош. Наша удача в том, что Линг заинтересовался тобой и поспособствовал разрушению дуэта. Ты вечно пытаешься делать всё по-своему, и это тебя выжигает изнутри. Отсюда мы сделали вывод, что самый крепкий «ошейник» для зверя — сделать его главным. Заставить отвечать не только за свои, но ещё и за чужие поступки.

— Иными словами — Критика такая же долбанутая, как я… И вы просто сделали меня её нянькой?

— Нет. — Хук обреченно закатил глаза: — Ты же сам вечно твердил, что хочешь дойти по карьерной лестнице до генерала, чтобы жить припеваючи? Но тебе мешала твоя несдержанность и агрессия. Грубо говоря — тебе не хватало надежного якоря. Критика хорошая девушка и толковый исполнитель. Но ей не хватает… Как бы это правильно сказать?

— Человечности. — закончила за наставника Форкс: — Она прошла несколько терапий и начала делать успехи. Затем, мы увидели, что Критику очень сильно тормозит то, что все ходят вокруг неё на цыпочках. Ещё один полезный фактор — ты обижен на всех женщин этого мира, и тебе плевать на визуальную привлекательность. Ты видишь в Критике конкурента, а не сексуального партнера.

— Скажите, вы меня совсем за импотента держите, да? — горько усмехнулся я.

— Нет. — Дунаевская чуть не расхохоталась: — Уж я-то знаю, сколько ты оставляешь в Бурлеске, извращенчик…

— Так! Отвлеклись на лирику. — холодно произнес Пылаев: — Нам всем наплевать на то, что и в кого ты суешь, Сэведж. Вы с Критикой — идеальный дуэт, но вам нужно научится сотрудничать и поддерживать друг друга! Поэтому следи за ней. И постарайся на будущее не допускать беспричинных убийств с её стороны. Каждая жизнь ценна.

— Угу… Это я уже слышал. И что теперь делать с жмуриком? — поинтересовался я.

— Это уже не твоя проблема. За ошибку Критики мы не дадим штраф. Но и очков ты получишь меньше! — Решало резко поднялся со стула: — Учти, Сэведж… Мы внимательно следим за вашим дуэтом. Не справитесь — вылетите из Военной Гильдии на улицу.

— Ес, Босс!

— Пошути мне… — рыкнув на прощание, Пылаев вышел из кабинета.

— Ну, спасибо, Хук… — настроение рухнуло ниже плинтуса: — Подсунуть мне в напарники робота-маньяка? Ты, конечно, крутой наставник… Спору нет!

— Поговори ещё. — холодно ответил он: — Ты хоть понимаешь, что это последний шанс? Ваши трюки всех достали. Генерала Васильева жестко осадили вчера на Совете. Так что будь внимателен и делай, что говорят. Для тебя стараемся!

— Ага… Для меня… — пересев на стул Пылаева, я откинулся на спинку: — Вас там не было.

— О чем это ты? — Форкс вопросительно посмотрела на меня.

— На киберскладе… — ответил я, глядя в потолок: — Это была крохотная доля секунды. Понимаете? Она выхватила пистолет с такой скоростью, что я даже моргнуть не успел. Бах! И всё… У нас жмур со сквозной дыркой в грудине. А вы мне говорите — проследи за ней… Позаботься о ней! Чертов робот. Никогда не любил фэйсеров… Есть в них что-то жуткое.

— Поаккуратнее со словами. — фыркнул Хук: — В любом случае — выбор не велик. Выкладывай значок и иди торговать булочками. Или доделывай всё до конца!

— Булочками торговать… — вот честно, не будь у меня цели, то так бы и сделал. Идея с моим контролем, конечно, супер! Спорить не буду. Но только вот как мне контролировать робота? С этим условием я вообще не согласен.

— Дуй на обед! Мы пока поищем для вас что-нибудь простенькое… Так сказать, для притирки. — Дунаевская вытащила небольшой планшет и принялась что-то на нём колдовать.

— Окей. Принял… — ответил я, и вышел из кабинета.

Простенькое для притирки? А почему сразу так нельзя было сделать? Хотя, с другой стороны — захват собирателей Ренегатов это самое простое из всего, что может быть.

А в голове, тем временем, предательски запульсировала мигрень. С возрастом начинаешь осознавать, что человек — существо ленивое. Нам бы думать и делать поменьше.

По молодости я был очень активным. Везде участвовал, старался добиться высших результатов… Был выскочкой, если говорить проще. Но со временем стараешься меньше принимать во всем участие. Поменьше ответственности. Поменьше геморроя по жизни… Да и вообще, чем меньше напрягов — тем лучше.

В армии у меня долгое время не было особых заморочек. Дрочили, конечно, нас качественно — спору нет. Но над нами всегда был тот, кто говорил, что именно нужно делать. Впервые я почувствовал вкус ответственности, когда мне дали в распоряжение целую группу… Потом отряд. Вот тогда мой мозг сказал — «Братан! Нужно избавится от этой работы». Однако, когда появились дети, стало ещё круче. Ни в коем случае не скажу, что это было ошибкой, или чем-то плохим. Лизка с Колькой — смысл моей жизни, и это факт. Каждый свой вздох я посвящаю им. И это, пожалуй, единственный геморрой, которому искренне радуешься…

Когда начал работать в своей фирме, я почему-то думал — ну, вот сейчас! Сейчас-то точно будет легко… А хрен там плавал. Огромная организация с кучей людей, где если неправильно выстроишь менеджмент, то всё пойдет по одному интимному месту. Вот тогда я вспоминал армейские времена с радостью и слезами на глазах… А потом привыкаешь и принимаешь, что теперь это твоя жизнь!

Грела только мысль о безбедной старости. Сидел бы где-нибудь на берегу Сицилии, попивал винишко и любовался закатом, зная, что у Лизки с Колькой всё супер. Позванивал бы пацанам… Иногда встречались бы для совместных старческих тусовок. Эх… Вот была бы жизнь.

Но время повернулось вспять.

Второй шанс крайне редко давал возможность применять старый опыт в новом теле. Здесь ты — никто. И звать тебя, по сути — никак. Маленькая усталая шестеренка, которая вновь прыгает и доказывает кому-то чего-то, чтобы в конце осознать — твою мать, я снова потерял кучу времени за зря.

А другого не дано! Будь ты хоть сто тысяч раз гением — карта никогда не ляжет точно так же, как в первый раз. Когда в молодости я читал рассказы про попаданцев в прошлое, где главный герой пользовался опытом и богател — искренне смеялся над этой глупостью. Своруй ты идею песни, книги или же фильма для другого мира — да хрен оно так же выстрелит. Все популярные вещи — «эффект выжившего» или продукт, который появился в нужное время и нужном месте. Если бы я только раньше знал, сколько всего в этой жизни зависит от удачи… И решение одно — не надейся на второй шанс, а просто используй то, что есть. Каждый человек падает, но его успех зависит только от того, насколько быстро он поднимается. В этом соль!

Так вот, возвращаясь к теме напарников.

С Волковым мне было хорошо. У нас сформировался настоящий симбиоз… Я — гриб, который тихонько умножает рейтинг и рвется вверх, а он дерево, которое обеспечивает меня хорошей и комфортной жизнью.

А теперь меня вновь начали возвращать на начальные круги предыдущей жизни. Только вот, вместо отряда бесноватых головорезов, на которых мне поначалу вообще было наплевать, дали робота-убийцу, который мог застрелить просто «на автомате». Прямо как персонаж Джорджа Клуни в «После прочтения — сжечь».

И я бы так сильно не переживал на этот счёт, не завись от этой работы моя будущая встреча с детьми. Моя цель! То, ради чего я столько пахал…

Что тут можно сказать? Дерьмо случается.

Зайдя в столовую, я даже не заметил приятный аромат супа. Просто встал в очередь и безмолвно набрал то, до чего смог дотянутся.

Критика восседала в гордом одиночестве с самого края, задумчиво уставившись в окно. А поклонники, окружившие её со всех сторон, лишь влюбленно вздыхали. Идиоты…

Настроение было паршивое. Очень хотелось подойти, схватить Критику за воротник и высказать в лицо всё, что я о ней думаю. И я это обязательно сделаю, но не сейчас. Всё же, не стоит ссорится с тем, от кого зависит успех моего гениального плана. Выкинут из Отдела — хрен я потом выучусь на пилота, и уж тем более попаду на космический грузовик.

— Ты как? — я подсел к ней за стол и поставил поднос: — Всё в порядке?

Казалось, что поклонники резко превратились в груду раскаленных вулканических камней. Они буквально испепеляли меня гневными взглядами. Нет, ну точно идиоты…

— Нормально. — нехотя ответила она, и словно включившись, продолжила трапезу: — Сильно они тебя?

— Нет. Но нам нужно поговорить. Наедине. — строго произнес я.

— Что тебе надо? — Критика вопросительно посмотрела на меня. Только сейчас заметил, какой приятный у неё цвет радужек глаз. Такой, коричневый с едва заметным оттенком красного. Напоминало вино руби.

— О твоих особенностях. Это серьезно. — ответил я, сломав кусочек хлеба на пополам.

— Что же… Если это касается работы, то так уж и быть. — обреченно вздохнув, Критика довольно быстро добила свой обед и направилась к окошку приема грязной посуды. Вот это скорость!

Увы, мне пришлось ограничиться супом, поскольку было крайне некультурно позвать девушку на разговор, а самому в итоге долго хомячить. Отнеся поднос, я словил очень недовольный взгляд одной из сотрудниц на кухне. Милые повелительницы местного пищепрома воспринимали оставленную еду, как личное оскорбление.

Выйдя из столовой, я увидел Критику. Заметив меня, она махнула рукой и направилась к лестнице. Интересно, куда она меня зовёт?

Спустя мгновение мы оказались на крыше. Здесь всегда была припаркована парочка летающих глайдеров, поэтому дверь не закрывали. Да и зачем? Не в школе уже.

— И? Что ты хотел мне сказать? — Критика облокотилась на перила и повернула голову в сторону города.

— Ситуация хреновая. И скажу честно — мне она не нравится. — сухо ответил я.

— Так тебе рассказали… Забавно, что ты не слышал об этом раньше. Вроде… Ты живёшь с девчонкой из института? Они нас изучают, как подопытных кроликов. Ведут статистику и учёт. — пожав плечами, произнесла напарница.

— Просто я предпочитаю не говорить о людях, которые мне противны. Значит так… Я в благородство играть не буду!

— А я и не Меченный… Сэведж — давай уже признаем, что мы терпеть друг друга не можем? Я ненавижу идиотов. А ты… просто вбил себе в голову какую-то хрень. Кстати, даже интересно, а почему ты меня ненавидишь?

— Ситуацию с Федей «Бруклином» помнишь?

— Пфффф… — девушка злобно усмехнулась: — Ты серьезно?!

— Благодаря тем очкам ты стала вигилантом на несколько часов раньше меня. Да и вообще, я выкраивал себе это дело! Мне пришлось выполнить два задания Васильева в нерабочее время. А ты просто вырвала его у меня…

— На обиженных воду возят. Господи, Сэведж, ну ты и дурак… Я-то думала, чего ты вечно пыришься на меня, как маньяк на жертву. Уж подумала, может быть, это у тебя такое проявление влюбленности?

— Не льсти себе! Ты не в моем вкусе.

— Хорошо. Мне всё равно на это наплевать. Но… мне теперь так смешно, и одновременно… я чувствую разочарование. Змеиный король оказался таким неженкой и жадиной. Кто бы мог подумать? — Критика отвела взгляд в сторону: — Но не переживай. Я не намерена портить тебе жизнь. Приказ — есть приказ. Его надо выполнить! Поэтому я перешагну через себя, и постараюсь больше не убивать без надобности…

— Я приготовил такую пламенную и проникновенную речь, а ты взяла и всю соль испортила. Ну, что за человек?

— Зачем лишний раз сотрясать воздух? Ты — главный. Тебе прилетают шишки за то, что я маньяк. Кстати… Ты тоже маньяк. И меня это сильно напрягает. Я заканчиваю всё быстро, а тебе нравится, чтобы человек страдал. Так нельзя.

— Можно. — сухо ответил я: — Вигилант — это не рыцарь в сияющих доспехах. Мы оперативники. Бездушные машины правительства. Тебе ли не знать?

— Погоди… — лицо Критики резко похолодело и стало жутким: — Что ты сейчас сказал?

— Говорю — тебе ли не знать?

— Что именно «мне ли не знать»? — девушка подошла ко мне в плотную: — Поясни…

— Быть бездушной машиной правительства.

— Ты омерзителен. — меня обожгла довольно острая пощечина: — Я посвятила свою жизнь людям! Хотела поддерживать порядок. Чтобы такие, как ты, не тревожили обычных людей. И я не потерплю, чтобы такая тварь, как торговец оружием — говорила мне о бездушности!

— Прости, милочка! Но это не я сейчас хладнокровно застрелил молодого обманутого паренька.

— Знаешь… А я теперь поняла, за что именно тебя ненавижу. У тебя нет сердца. — грустно улыбнувшись, ответила она: — Ещё минуту назад в моей голове крутились мысли о том, что мы можем быть… хотя бы коллегами. И даже… разговаривать. Но ты просто придурок.

— Твою мать… — я закатил глаза и громко выдохнул через ноздри: — Всё! Я больше не могу. Говорю, то, что думаю. Если тебе это не нравится — вообще плевать. Посмотри на себя! Если бы колкость не была по делу, то ты бы просто не обратила на неё внимания. Мы вечно друг друга подкалываем, и что с того? Ты никогда ещё не выглядела, как Медуза Горгона, которую внезапно лишили девственности.

— И что с того?

— Моя задача — сделать тебя более человечной и избавить от опасных привычек. Это для тебя же будет в плюс! Как ты не понимаешь?

— Чувства такта у тебя вообще нет… Как ты с девушками общаешься? Или просаживаешь все деньги в Бурлеске, поскольку никто не дает? — сузив глаза, спросила она.

— Именно так. И я не буду врать или ходить вокруг да около, потому что не вижу в этом смысла.

— Лжец. Ты хитрая и опасная змея, которая запутывает, заманивает, а затем душит жертву. Сейчас всё выглядит именно так! Выглядишь честным, чтобы я открылась… Чтобы игра шла по твоим правилам. Но у меня тоже есть принципы.

— Хорошо… Ты милая, теплая и очень гуманная. Я хочу с тобой сотрудничать. Ты нравишься мне, как человек. — я протянул руку: — Годится?

— Каждое твое слово пропитано ядом… Я на такое не поведусь. — хмыкнула она: — Просто попроси прощения, и я отстану от твоих мозгов.

— Искренне и от всего сердца… Радость моя… Прости меня!

— Цирк. И ты в нём — главный клоун… — Критика скрестила руки на груди: — Давай. Больше искренности!

— О, великая богиня красного цвета… Молю — простите меня!

— Уже лучше, но… Не знаю, мне кажется, что рядом со мной огромная королевская кобра.

— Прости меня за бестактность. Я терпеть тебя не могу, поэтому не был галантен.

— Во-от! — Критика удовлетворенно кивнула и показала мне большой палец: — Так сойдет. Но учти… ещё раз назовёшь меня бездушной машиной — пеняй на себя.

— Это что, триггер? Тебя так называл твой бывший?

ХРЯСЬ! Мощный удар под живот не заставил себя долго ждать. Благо, что пресс качаю и его так просто не пробить.

— Урод. — обреченно выдохнула напарница, и вальяжно направилась к лестнице.

Получена ачивка: «Правдоруб-самоубийца»

+ 100 к получению звездюлей

— Прости… — прокашлявшись, выдохнул я и поплелся за Критикой. Вот что-что, а удар у ней поставлен очень неплохо!

+++

Ты можешь быть бесконечно прав, но какой в этом толк, если руководство хочет выжать из оперативников всё?

После откровенного разговора ситуация не стала лучше. Я попал в жесткую западню, и теперь зависел исключительно от Госпожи Фортуны. Новое задание не заставило себя долго ждать, и мы направились на небольшой железнодорожный переезд на окраине города. Там сейчас как раз строили небольшой бетонный завод.

Рабочий день у строителей на Марсе заканчивался ровно в пять часов вечера. После этого времени все строительные объекты оставались без внимания. Если не было охраны или же система защиты стояла слабая — в подобные места просто обожали стекаться ренегаты для того, чтобы поживиться стройматериалами.

Но сегодня нас поджидало нечто необычное.

Полиция жаловалась на некоего наркодиллера, который каждый вечер приходил на стройку. Дважды обыскав предполагаемого нарушителя и не получив никаких доказательств, кроме показаний трех свидетелей, парни в фуражках естественно обратились к Отделу зачистки. Нам не нужны документы, чтобы проникать в чужие дома или здания. Нам не нужен ордер, чтобы обыскать или допросить человека. Формально — нас не существует. Мы — никто. Люди тени. Поэтому можем действовать довольно нагло.

Конечно, промашки случались. На нас писали заявление в полицию. Пострадавшим приходила красивая открытка с видеороликом о том, что негодяев отправили на исправительные работы. Если мы что-то ломали или же ранили невиновного, то всё это оплачивалось из бюджета Нейрополиса. Благо, что кроме Волкова, мразей в нашем участке не было, поэтому инциденты случались крайне редко.

— Идём с миром! Держимся рядом. — открыв дверь Волги, я вышел на улицу: — Эрис, просканируй все камеры наружного наблюдения. Нам нужно узнать, где именно сидит наш оппонент.

— Выполняю. — ответила помощница, и спустя мгновение сделала отметку на карте: — Проверка неизвестного аккаунта. Проверка архива. Зафиксирована подделка аккаунта личности!

— Отлично… — тяжко вздохнул я. Аккаунтом личности называли специальный пакет виртуальных документов типа паспорта, страхового полиса и всего того, что мы раньше хранили в мятых файликах в шкафчике, который закрывался на потертый старый ключ. Его подделка считалась серьезным преступлением и каралась исправительными работами от 3 до 5 лет. Правда, из-за уникальности кода и мощной защиты архива Федерации левые аккаунты могли создавать только самые прошаренные хакеры. А такие вряд ли согласились бы работать на кого попало… В общем — дело запахло жаренным.

— Слышишь? — тихо спросила Критика, одной рукой выхватив пистолет.

— Да… — ответил я, пытаясь различить, что за странные звуки доносятся из недостроенного ангара. Как будто-то, кто-то бил в барабан и напевал непонятные мантры… Никогда не слышал ничего подобного.

— Эрис! Определи язык. — что-то и мне стало не по себе, поэтому пришлось вытащить пистолет. Никогда не любил религиозных фанатиков… Мало ли, что у них в голове?

— Сканирую… Это хинди.

— Принял. — загородив собой Критику от греха подальше, я аккуратно переступил через брошенную тачку с лопатами, и заглянул внутрь. Картина была, слегка жутковатой… По среди голых стен, сидя в позе лотоса, на там-таме играл очень странный пассажир. Иссушенное тело больше напоминало скелет, обтянутый кожей. В лохматую бороду были вплетены птичьи черепа. Вместо одежды — старые красные лохмотья. Но больше всего пугал жуткий череп коровы на его голове…

— Что это за дичь? — невольно вырвалось у меня. Странный человек, который точно не мог меня услышать из-за шлема, резко открыл глаза и посмотрел в мою сторону. А… где зрачки?! Неужели слепец?

— Судьба вновь нам улыбнулась, Змеиный Король. — произнес фрик и тут же прекратил играть на там-таме.

— Кто ты, и какого черта забыл на закрытой территории? — спросил я, взяв его на прицел.

— Оружие — источник зла. Да и целится в беззащитного старика — признак отвратительных манер. — возмутился он. Что-то на наркодиллера он не похож… Вот вообще ни капли!

— Эрис — просканируй его барабаны.

— Оружия не обнаружено. — тут же ответила она.

— Хорошо. Как тебя зовут и зачем ты здесь?

— Модей Лирик — правая рука Его Святейшества! Прибыл, чтобы передать послание. — тут же ответил он, и поднял руки вверх: — Я не намерен воевать. Особенно с тем, кого невозможно убить…

— Как вы узнали, что я буду здесь? — ситуация начинала немного раздражать. Критика напряглась и подошла ко мне вплотную.

— Его Святейшество знает всё и про всех. Таков его дар. Таково его проклятие. — загадочно ответил старик и медленно поднялся: — Мы лишь хотим донести людям власть имущим, что их политика убьет Новый мир. Мы не хотим крови, насилия и войны. Я пришёл сюда с барабаном и своей бородой. Разве это не повод убрать оружие?

— Прости, отец. Работа такая. Прежде, чем я тебя заверну… Скажи, что Линг велел передать для меня?

— Сэведж! Мне всё это не нравится… Давай лупанём ему по ногам?! — выдохнула напарница.

— Смысл? Элемента у него нет. Оружия тоже. Подкрепления я не вижу. Единственный его козырь — он может иметь максимальный дан по карате и разметать нас голыми руками, но я сильно в этом сомневаюсь. — ответив, я сделал шаг вперед: — Отец, не томи! Выкладывай.

— Терпение, мой юный друг. — старик поднял кусочек бетона и принялся что-то царапать на полу.

— Ты долго будешь терпеть выходки этого шизика?! — не унималась Критика: — Повалим его и дождемся полицию! Проникновение на закрытую территорию — штраф от пяти до восьмидесяти тысяч чейнокоинов или месяц исправительных работ. Плюс — подделка аккаунта личности. А там вообще труба! Разве не повод?

— Да подожди ты! Линг — важная цель. Если этот старик что-то знает, то пускай выкладывает. Сейчас дорисует и запакуем.

— Вот. Я выполнил своё последнее задание. — тяжко вздохнув, старик встал на колени и вытянул вперед руки: — Можете паковать…

— Хорошо. — Критика хотела идти к нему, но я тут же остановил её.

— Нет! Сделаю всё сам. — сухо произнес я, и подойдя к старику, накинул на его запястья хомут.

— Посмотри… — он мотнул головой в сторону того места, где только что скрежетал кусочком бетона: — Без этого моя миссия не завершится!

— Погодь… — я наклонился и увидел нацарапанные числа с точками: — Это что? Координаты?

— Всё верно. — подтвердила Эрис: — Выполняю поиск.

— Послушай, отец! Я ничего не понял… Куда ведут эти координаты?

— К месту встречи… — загадочно улыбнувшись, ответил он: — С твоей новой жизнью!

Ничего не понимая, мы с Критикой лишь переглянулись.

Либо это какая-то злая насмешка судьбы, либо я кому-то очень сильно перешёл дорогу…

Глава 8

Информация от таинственного старика, что именовал себя десницей Линга, быстро поступила в Отдел, а оттуда в ДКБ. Прибыл специальный инспектор, чтобы допросить заключенного, однако план нарушил один ма-аленький, но очень весомый нюанс — пассажир умер прямо в комнате допроса. Просто сердце остановилось и всё.

Возмущенные таким «выкрутасом» руководители послали тело к специалистам, ибо подозрения были на цианид калия или его аналог. Однако криминалисты, воспользовавшись современными технологиями, в течении часа определили, что следов отравления нет, и пассажир просто умер от старости. Это возмутило руководителей ещё больше. Дескать — да этого не может быть!!! Это всё проделки проклятого террориста-фанатика!!! Ага… Миром правит не тайное ложе, а полная лажа. Единственная мистификация, которая имела место быть — подсчёт самого старика. Я, конечно, от старости ещё ни разу не умирал… Но говорят, что предсказать это крайне сложно.

Делать было нечего, и Дунаевская передала мне единственный «верный» вариант дальнейшего развития событий.

— Да, я внимательно слушаю. — мысленно закатив глаза и выдохнув, произнес я.

— В общем. — Женщина-дрель выглядела максимально сУрьЁзно… Прямо, как типичный штурмбанфюрер в Гестапо: — Руководство решило, что будем ловить на живца!

— Ой, да ладно?! Вы что, гоните?! — не сдержавшись, я хлопнул себя ладонью по лбу. Кстати, повезло, что именно своей из плоти и костей. А то было дело — припечатывал железной, так потом по два-три дня с синяками и шишками ходил.

— Как ты разговариваешь со старшим по званию?! — взвизгнула Дунаевская, и попыталась закосить под Хука, ударив кулаком по столу. Да только вот вышла жалкая пародия, после которой женщина адово затрясла рукой: — Не смей пререкаться! Как сказали — так и сделаем. Ты вигилант, а не агент специального назначения! Понял?!

— Да-да… Слушаюсь и повинуюсь. — откинувшись на спинку, я ненароком глянул на Критику. Девушка, словно завороженная, внимала каждое слово Дунаевской. Чертовы служебные фанатики… Терпеть их не могу!

— Так-то лучше. — фыркнула Женщина-дрель и продолжила: — Ты придёшь по координатам и установишь контакт с целью. Мы окружим вас, и запустим шум, чтобы ни одна крыса не спалила! Как только подтвердишь, что цель настоящая — дашь знак. Захватим и упрячем этого урода далеко и надолго!

— Охрененный план! Надежный, б@@@ь, как швейцарские часы! — возмутился я, вплетя в генго русское словцо для красноречия. Эрис тут же отправила мне большой восклицательный знак… Не разрешает ругаться. Воспитанным делает.

— Ты сейчас вылетишь отсюда!!! — голос Дунаевской подскочил на три октавы. Ещё немного, и её начнут понимать дельфины.

— Я к тому, что если человек общается с нами НА ТАКОМ УРОВНЕ, то значит не совсем идиот. Он спалит всю вашу тусовку и не придёт. Вы это понимаете?

— Хорошо. Критикуешь? Предлагай! Может быть, у тебя есть другой план?

— Позвольте мне встретиться с ним самостоятельно. Дайте Критику в подстраховку! Пускай спрячется с винтовкой и прикрывает меня.

— Чтобы тебя в очередной раз покалечили, и преступник ушёл? Ты в своем уме? — злобно фыркнула Дунаевская.

— По крайней мере так он придет, и возможно, нам удастся узнать ещё хоть что-то! Или постоянные нападения ренегатов с дикарями вас уже не волнуют?

— То, что ты говоришь — бред. Тебя убьют! И кто знает, вдруг удача отвернется от тебя? — Дунаевская прищурила глаза: — В любом случае, руководство не будет пересматривать первоначальный план. Подойдем незаметно и схватим его! Он не сможет уйти.

— Хорошо… — я обреченно махнул рукой: — Хотите страдать фигней — страдайте! Я вам мешать не буду.

— Вот и славно! Критику высадишь рядом. А сам дуй к обозначенному месту. — Женщина-дрель сделала жест пальцами, который обозначал, что разговор окончен.

Мы поднялись и вышли из кабинета. Господи… Какие же они тупые! Ну, какой идиот будет назначать встречу фараончику, и не оставлять слежку для проверки? Это, я не знаю… Надо быть типичным злодеем из кино или книг. Настоящие люди так не делают. Я на сто процентов уверен, что Линг не придет. Конечно! Он искренне верил, что у меня получится уговорить руководство…

— Почему ты такой упрямый? — холодно спросила Критика: — Риск должен быть оправданным.

— В том-то и дело! Я хотел посмотреть на завязку истории… А в итоге — они сейчас запорят, возможно, единственный шанс. Такого больше не будет!

— Как правило, преступники заманивают своих жертв, чтобы прикончить.

— Линг не такой. Это… Блин, как бы тебе объяснить? Это нечто новое!

— То, что он обмолвился парой фраз с собирателями о том, что ты «классный» ещё ничего не значит. Сам же написал в рапорте, что Линг мстил тебе за брата. Но ты жив! А если старик знал, куда мы поедем, то очевидно, что кто-то доложил ему о том, что цель его вендетты до сих пор жива. В Отделе завелись кроты. Всех новичков пустили под полиграф!

— Ты сама себе противоречишь. Если он такой крутой, что у него люди даже здесь — значит убить меня ему было бы проще простого! Это что-то другое… Я чувствую.

— Вот, сейчас и посмотрим.

+++

А Линг был той ещё «стесняшкой». Назначил встречу прямо на грузовом пирсе, где за обслуживающий персонал были роботы. Аналог киберсклада, только на берегу океана.

Кстати, расположение Нейрополиса было воистину уникальным! С одной стороны, вытянулось длинное побережье, где стоял торговый порт, огромное количество грузовых пирсов, а чуть подальше, за очистным заслоном, уже начинали строить пляжи, как в Майами. Картинка проекта выглядела здорово.

А все остальные стороны света Столицы закрывали фермерские угодья, леса, поля с различными зерновыми культурами и немножко Пустоши. Ходили слухи, что через год начнут постройку большого заградительного забора, чтобы караулить дикарей и ренегатов было проще. Но в Новом мире нельзя щелкнуть пальцами и всё сделать… Тут, видите ли, подобными вещами занимался народ. Сперва нужно было всех опросить, и уж тогда, если большинство будет согласно, начнут расчёты и затем строительство. Неудобно, но что поделать?

Стоя среди огромных стеллажей с конфискатом, я раздумывал о том, через сколько же мои идиоты наконец осознают, что Линг не придёт. Забавности ситуации придавала надпись на английском «Everybody knows shit fucked», которую нанесли хулиганы при помощи баллончиков с краской на один из заброшенных контейнеров.

— Думаю, мне не стоит переводить. — произнесла Эрис, заметив, что я сконцентрировал взгляд на криво расписанных буквах.

— Хех… Лично мне и так понятно. — усмехнулся я, запихнув руки в карманы куртки: — Мне больше интересно, чего именно они ждут?

— Появления врага.

— Который знает, что здесь слишком жарко? Ну, не знаю. Сомнительное удовольствие… Чувствую себя идиотом. — вздохнув, произнес я и присел на корточки: — Если бы я был опасным фанатиком и позвал человека в определенное место, то чтобы я хотел сделать?

— Возможно, передать информацию? — предположила помощница.

— Это ежу понятно… Меня больше напрягает вопрос — на что именно он рассчитывал? Неужели, что я вот так возьму, и всех уговорю не ходить за мной? Бред! Если он такой умный, то наверняка уже успел изучить моё дело, которое… В общем-то, сифонит дичью почти наравне с подвигами. В общем, ситуация отстойная, и, наверное, нам пора возвращаться.

— Приказа ещё не было. Значит, ждём.

— Хорошо. — я поднялся, и напряженно прошёлся по диагонали, сложив руки за спину.

Может быть, он спрятал что-то в этих конфискованных контейнерах? Правда, их всегда опечатывали на три года. Причем, замочки были со специальными датчиками, и в случае незапланированного вскрытия отправляли сигнал в полицию. Пару раз на моей памяти ренегаты попадались на вскрытии этих контейнеров. ДКБ, несмотря на генго, даже завел пару дел под грифом «Forget and lost», что в переводе на русский обозначало «забытый и потерянный». А если в течении срока ареста хозяин так и не отчитался по документам, то контейнер вскрывали, а всё что обнаруживалось внутри — изымалось и продавалось. Деньги, конечно же, шли в казну.

Просидев среди конфиската ещё полтора часа, я уж было подумал, что все уснули, однако мне пришло сообщение от Критики, что операция закончена. Всё было до безобразия предсказуемо! Хотелось, конечно, взглянуть в лицо Дунаевской или кого-нибудь выше званием, но сразу понял, что ничем хорошим это не закончится. Хотели спугнуть преступника? Пожалуйста! Получите — распишитесь.

Выйдя на дорогу, я увидел, как понурые и разочарованные оперативники гурьбой бредут в сторону замаскированных микроавтобусов. Ещё бы кислее мины сделали…

— Он не пришёл. — вздох подошедшей Критики было слышно даже сквозь шлем: — Обидно.

— Ты серьезно думала, что он придёт?

— Ну… — девушка очень неохотно кивнула головой.

— Вот я бы сейчас сказал пару ласковых насчёт твоей бывшей службы, но не хочу тебя обижать. Ладно! Поехали в участок… Хочется уже поскорее вернуться домой.

Сев в машину, я тут же снял шлем и спрятал его в специальный отсек. Критика сделала тоже самое, и только сейчас я увидел её крайне задумчивое лицо.

— Аккуратнее с мыслями, а то мозги вытекут. — усмехнулся я, запустив двигатель.

— Он не мог нас увидеть. — тихо произнесла она, откинувшись на спинку кресла и уперев взгляд в окно.

— Что это значит?

— А то, что мы максимально запутали след. Он не мог узнать, что мы окружили порт. Это просто… невозможно! Мы так делали сотню раз! И противник никогда нас не видел… Да и к тому же, мы часто ловили ублюдков на подходе к заданным координатам. А тут… никого не было. Ребята прочесали три квартала! Понимаешь?

— Не понимаю. Да, нам впервые попался противник с мозгами. Что тут такого?

— Приказы отдавало высшее командование. Местное управление было не в курсе о том, что план изменят в самый последний момент.

— Так… Я стоял два часа и, возможно, мои мозги немного отупели. Давай по порядку. Что случилось?

— Мы использовали проект «Шум» для подавления любой обнаруживающей техники. Создали план-обманку, в который верили до самого последнего момента. Это должно было исключить возможных предателей из игры. Прочесали три квартала, в поисках хоть какого-либо намека на их местоположение! Отследили все сигналы… даже закрытые! Ребята по случайности накрыли тайную порностудию, пока искали Линга.

— Уже плюс… — усмехнулся я: — И что с того?

— А то, что крот мог забраться в высшее руководство ДКБ я не верю. Никто не верит! Но Пылаев намекнул, что головы полетят в любом случае. А если крота не было… Выходит, Линг с самого начала не планировал появляться. Вот и всё.

— Мечтать не вредно. Как я и говорил, вот так и…

— Даже если бы ты пришёл один — ничего бы не изменилось. — холодно произнесла Критика: — Нам просто дали новую загадку. Немой вопрос, на который необходимо ответить.

— Немой вопрос? — я прокрутил место встречи в голове ещё раз: — Напишу в рапорте… Пускай проверят все конфискованные контейнеры. Почему бы и нет?

— Возможно, всё куда сложнее. — казалось, что голова Критики вот-вот лопнет от перенапряжения: — Хочешь поймать преступника — узнай, чего он хочет. В мотивации спрятан ответ на все его схемы.

— Ну… Я думаю, что желания Линга выглядят прозрачными. Он хочет власти.

— Нет… Тут что-то ещё. — напарница тяжко выдохнула и закрыла глаза: — Не могу понять логику. Немой вопрос, контейнеры… Нет, я всё-таки должна переспать с этой мыслью. Скорее всего завтра что-то придёт в голову.

— Да не напрягайся ты так. Возможно, преступник верил, что мне доверяют немного больше. В общем, скорее всего никакого немого вопроса тут нет.

— Ага… Человек думает так, как ему удобно. Это крайне отвратительная особенность нашего мозга! Мы готовы поверить во что угодно, лишь бы это совпадало с нашими мыслями.

— Мне кажется, что ты просто пытаешься выгородить руководство. Ты правильно сказала — наш мозг подстраивает поступающую информацию под то, во что мы хотим верить. Но ты отрицаешь даже малый шанс того, что они могли ошибаться!

— То есть — ты упорно веришь только в себя? — Критика сузила глаза и холодно посмотрела на меня.

— Я уже видел подобное раньше. Знаю, как с этим работать.

— А если нет? Если это совершенно другой вариант?

— Очень в этом сомневаюсь…

— Вот и сомневайся дальше! Пока не научишься смотреть объективно — толку от тебя, как от специалиста будет ноль.

— Объективно? И это говорит человек, который активно пропихивает ТОЛЬКО СВОЮ ИДЕЮ? — усмехнувшись, спросил я, выезжая на центральную улицу.

Критика ничего не ответила. Лишь недовольно фыркнула и отвернулась.

Вот серьезно! Как Хук вообще мог поставить в дуэт со мной подобного человека? «Нет никакого другого мнения, кроме моего». Это же типичная овца, которая всем говорит, какие они упертые, потому что ей становится сложно продолжать бодаться. Вот что-что, а с Критикой я точно никогда не подружусь. Просто не хочу. Просто она не мой человек.

Приехав в гараж, напарница безмолвно покинула автомобиль, и даже не попрощавшись, потопала к лестнице. Хотя… нужны ли мне эти правила общения от неё? Думаю, что нет. Нужно как-то продержаться несколько месяцев, чтобы Пылаев осознал свою ошибку, а затем создать новый дуэт.

Поднявшись на первый этаж, я тут же был схвачен Дунаевской:

— Значит так! Чтобы рапорт обо всём, что происходило на обоих заданиях лежал у меня на столе завтра к одиннадцати часам утра. Со всеми подробностями! Ты понял?

— Угу… — отмахнулся я и направился к выходу. Господи, как же много всего свалилось за сегодняшний день. Единственное, что хотелось — поскорее поужинать вместе с Марусей и принять горячую ванну. Завтра сообщение с Землей и очередной «прекрасный» день в дуэте с Критикой. Интересно, кто из нас двоих проклинал судьбу больше?

Завершив смену, я нажал на специальную кнопку, которая находилась на рукаве, и куртка поменяла цвет. Ещё одна интересная фишка современности.

Домой шёл медленно… Это, как раз то самое отвратное чувство хандры, когда в душе ощущение, будто ты смотрел в светлое будущее, а затем кто-то внезапно накрыл ладонями твои глаза. Радовали только мысли об ужине с Марусей… Однако, на этом испытания на сегодня не закончились.

Не дойдя до входа в жилую башню буквально десяти метров, я услышал позади меня протяжное:

— Маааарк!!!

Ну, конечно… И как я мог забыть, что студенты военного института изучают нас, как лабораторных крыс?

Маруся, улыбаясь, словно Чикатило, летела ко мне, злобно размахивая учебным портфелем.

— О… Родная! Как я счастлив видеть тебя… — натянув улыбку, я попытался контратаковать вспышку ревности, но соседка была непоколебима! Резко затормозив в полуметре от меня, она мило улыбнулась и схватила меня за руку:

— Пойдем поговорим?

— Твою ж мать… Ладно.

Получена ачивка: «Запахло жаренным»

+ 200 к сожжённому ужину

+++

Неловкая пауза затянулась. Маруся, словно жена, узнавшая на работе о том, что её муж крутит роман сразу с несколькими девицами, надменно улыбалась и тарабанила пальчиками по столешнице.

— Мы так и будем сидеть молча? — поинтересовался я, с тоской глядя на пустые сковородку и кастрюлю.

— Почему же? Я просто хочу знать правду… Каким это образом ты смог заполучить себе Критику? А ещё… Я же чувствовала, что ты мне врешь, когда говорил, что якобы ненавидишь её. Конечно! Как такую девушку можно ненавидеть? ДА У ВАС ВЕСЬ ОТДЕЛ ПО НЕЙ СОХНЕТ!!! — воскликнула она: — Лию я могу понять и принять… Она маленькая и болезная девочка, которая вечно издевается надо мной. Но Критика… Не-ет! Я не верю, что это произошло просто так. Дело пахнет коррупцией… Подкупил Пылаева, да?

— С ума сошла? Я что-то не очень горю желанием отправится работать в поля! — возмутился я: — Меня поставили перед фактом. Позвали утром и сказали — ребята, вы у нас теперь дуэт.

— Тили-тили тесто! Ага! — Маруся ревниво надула губки и резко подскочила со стула: — Так я и поверила, что тебе отдали проблемного оперативника… Вот ты головой не думаешь! А своим огурчиком… Ей богу! Критика — холоднокровная машина для убийств. На её счету смертей почти столько же, сколько и у тебя. Если ты — маньяк, не можешь держать себя в руках, то хотя бы напарника надо было себе противоположного взять! Но нет, Марк Сэведж у нас самый крутой, красивый и сексуальный! Ему нужна напарница под стать себе… И как? Почесал своё ЧСВ? Пристрелить СОБИРАТЕЛЯ на первом совместном задании… Чем вы оба думали?

— Послушай, мне прилетел нагоняй на работе. Я хотел расслабится хотя бы дома… А тут маленькая девочка со своей ревностью.

— ЧЕГО?! — Маруся тут же смущенно покраснела и подошла в плотную ко мне: — Как ты не понимаешь?! Я о тебе волнуюсь! Хочу, чтобы ты думал головой, а не брал себе в напарники маньяков с сексуальной попой! Хочешь её использовать, как женщину, да? А вот фиг тебе с маслом! Она не подпускает к себе мужчин!

— Мне очень нравится театральная сцена в стиле «молилась ли ты на ночь Дездемона», однако я хочу рассказать, как всё было на самом деле. Ты не против?

— Ммм… — Маруся с подозрением нахмурилась и надула щечки: — Ладно! Я дам тебе шанс… Но, если он меня не удовлетворит — я буду называть тебя развратным огурчиком. Понял?

— Да-да-да… Шутки за триста. — закатив глаза, обреченно произнес я: — На самом деле руководство уверено, что мне не хватает дисциплины из-за того, что я перевешиваю свою ответственность на других. Поэтому они дали мне такого же маньяка-убийцу, чтобы я научил себя и её. Они хотят выжать из нас максимум, понимаешь?

— Погоди… То есть, ты теперь Глава дуэта? — Маруся с ужасом прикрыла рот рукой: — Нам про это ничего не сказали! Боже… Так они сделали из тебя няньку… Мы сегодня просчитывали вариант с двумя локомотивами, и как им работать в сцепке. Выходит, ты, поскольку искренне хочешь вернуться на Землю, теперь вынужден следить за Критикой… Ох, если бы руководство знало, как ты держишься за Военную Гильдию… Марк, они бы просто сели тебе на шею.

— Теперь дошло, что «огурчик» тут не причем? Я не выбирал. Это программа Пылаева так решила, а Хук поддержал.

— Бедненький… — Маруся тут же обняла меня, и прижав к себе, начала наглаживать по голове: — Как же тебе сейчас сложно будет… Она такая стерва! Общается лишь короткими фразами со своими фанатами и подружкой… Как там её?

— Мелиса.

— А ТЫ ОТКУДА ЗНАЕШЬ?! — девушка тут же с подозрением посмотрела на меня.

— Пересекались… Это неважно.

— Угу… В общем, Критика бывший оперативник некой земной спецслужбы. У неё что-то случилось в прошлом. Что-то страшное… Никто не знает, что именно. В общем, она помешанная на службе! Прошу, будь осторожен… ладно? Глава её бывшего дуэта чуть не повесилась! Потом сутки сидела в кабинете у Форкс. — Маруся продолжила меня наглаживать: — Буду тебя поддерживать! Что сегодня хочешь? Я купила говяжий фарш… Могу котлетки с пюрешкой сделать.

— Было бы замечательно!

— Эх… Бедный Марк… Как вот теперь ты будешь служить? Блин…

— Как-нибудь привыкну. Пока общение идёт тяжело… Она всё воспринимает в штыки и на контакт идёт очень неохотно.

— Угу… Привыкнет он! Сперва неохотно, а потом — бац! И вы уже в одной постели… — Маруся опять нахохлилась: — Знаю я такие истории.

— Поверь, такого точно не произойдет. Критика не в моём вкусе.

— Уверен? — девушка с подозрением прищурила глаза и ущипнула меня за нос: — Учти… Если я узнаю, что ты к ней подкатываешь, то будет, как в том мультике про пиратов — живые будут завидовать мертвым!

— Твоя ревность не знает границ…

— Это не ревность!!! — возмутилась Маруся: — Я просто переживаю за твоё будущее… И вообще — служебные романы всегда заканчиваются отвратительно! На работе надо работать, а не шашни крутить… Сам же мне рассказывал!

— Да-да-да… Не переживай. Всё будет хорошо, а мы с Критикой ещё хрен знает, когда поладим. Клянусь, я тебя с ней познакомлю, если будет такая возможность… Тогда ты сама всё увидишь. Окей?

— Ну… — девушка неуверенно посмотрела на меня: — Ладно… Тогда я тебе верю.

— Скажи, а почему ты не доверяешь мне в плане девушек? — ох, любил я иногда над ней подшутить.

— Как это?! Ты… Мужчина. А папа всегда мне говорил, что мужчины крайне неустойчивы к женским гормонам. Да и к тому же… Девушки бывают коварными! Что я буду делать, если ты попадёшь в беду? У меня уже седой волосок появился… Отгадай, благодаря кому?

— Но я же с ними просто дружу. Ты это знаешь.

— Дружишь?! — Маруся злобно зыркнула на меня: — Ага… Дружит он. Знаю я, как ты с ними дружишь! И вообще — ты только мой лучший друг. Мы друг другу доверяем! Мой папа тебе доверял… Вся моя семья тебе доверяла! Поэтому ты только мой лучший друг. И на этом всё.

Непосредственность моей соседки порой умиляла. А что? Она была уверена, что для меня нет никого лучше в плане… так скажем, партнера к сожительству. И в общем — я её в этом поддерживал. Маруся знала мой секрет, была очень воспитанной, умной и милой. А ещё она умела готовить борщ… Вот за это вообще можно душу продать!

После ужина, лучшая подруга чмокнула меня в щеку и отправилась делать домашнее задание, а я наконец-то остался наедине со своими мыслями и ванной…

+++

Вот это да! Я проснулся, и вместо запаха сгоревшей яичницы почувствовал приятный аромат жаренных тостов. Маруся выглядела подозрительно довольной… Я бы даже сказал, с учетом вчерашнего разговора — невероятно и фантастически радостной. Обычно, стоило на горизонте показаться какой-нибудь девчонке, у соседки срывало крышу. Она сутки дулась, а иногда даже не разговаривала со мной. Но на этот раз у меня закрались подозрения, что «это ж-ж-ж-ж не с проста».

— В чем причина такого пушистого настроения? — поинтересовался я.

— Солнце светит! День хороший. Разве я не могу порадоваться просто так? — мило улыбаясь, ответила она.

— Я тебя слишком хорошо знаю. Обычно, после разговоров о женщинах, ты начинаешь дуться…

— Хех… То, что мне позвонила подруга и сказала, что у тебя нет никаких шансов на Критику вовсе тут не причем.

— Даже так? Кто бы ни была эта подруга — дай ей Бог здоровья!

— Ага… Она сказала, что скорее вы с Бальником замутите, чем Критика примет чьи-то чувства.

— Не думаю, что с такой подругой тебе будет хорошо. Советую немедленно прекратить общение.

— Она просто шутит. В общем, мы проводили анализ Критики месяц назад. Она совершенно не предрасположена к созданию пары. Моя рев… Мой крутой нрав закрыл мне вчера глаза. Прайд Невзоровых выдаст её силком за того, кого они посчитают достойным. Или выгодным… У Критики очень хорошие биологические показатели. Качественный дубликат от которого появятся сильные и очень перспективные детишки.

— Вот будет ржака, если Невзоровы позовут меня. — усмехнулся я.

— Прости, что? — Маруся тут же стала максимально серьезной: — Ещё раз так пошутишь — получишь. Да и к тому же… Ты улетишь до возраста обязательного бракосочетания.

— Не волнуйся! Я в любом случае выбрал бы тебя.

— Подхалим… — смущенно покраснев, лучшая подруга взъерошила мои волосы и пошла к двери: — Сегодня приду пораньше! Приготовлю окуня.

— Хорошо. Ты лучшая! — крикнул я ей в след.

Не сказать, что я был очарован Критикой, или же ждал от неё чего-то сверхъестественного, но новая информация меня сильно огорчала. Из качественного оперативника, она в считанные часы превратилась для меня в бездушного Терминатора из будущего, который хотел убить Джона Конора и… наверное, ещё пару миллионов человек. Не её это работа… Ох не её.

И если я ещё мог себя оправдать тем, что у меня есть высшая цель, то Критика же выглядела совершенно нелогичной. Стоп… А, вдруг у неё на Земле осталась семья? Муж… Или дети? Может быть, не я один такой мозговитый, кто догадался угнать грузовой корабль и свалить обратно на Землю? К тому же Критика работала в ФСБ… У таких ребят наверняка огромное количество связей. То есть, она без особых проблем сможет спрятаться. А ведь это вариант! Единственная не состыковка — она сказала о том, кем хочет быть на первом собеседовании с Элеонорой. А я на третьем, когда узнал, что у вигилантов есть возможность поступить в школу пилотов. Хотя… я же обычный торговец оружием, а Критика работала в ФСБ. Возможно, в её распоряжении было больше информации? Хотя, всё это лишь мифы и стереотипы… Я просто себе напридумывал. Но насчёт того, кто у неё остался на Земле, я всё же узнаю. Аккуратно… Как бы невзначай.

Добив завтрак, я быстро умылся, а затем взял флешку с рапортом и направился в участок. Сегодня воистину замечательный день! Во-первых — я увижу Лизку и Кольку, а во-вторых — Маруся не дуется из-за вчерашнего. Как по мне — весомые поводы для радости.

Сдав флешку Дунаевской, я тут же получил сообщение с заданием.

Отправитель: Центр ДКБ

Тема: Злокачественная литература

«Ситуация с новыми противниками Верховного Лидера усугубилась! На улицах города всё чаще появляются приспешники Максимуса Нэша — молодого писателя и философа. Его книги пробуждают в умах людей странные мысли. Руководство уверено, что сам Максимус просто хочет заработать денег, и к политике никакого отношения не имеет, но… кто ж его там знает?»

Цель: Провести с Максимусом Нэшем воспитательно-разъяснительную беседу и отбить интерес к написанию философской литературы.

ВНИМАНИЕ: Возможно Максимус нанял для охраны бывших спортсменов из лиги смешанных единоборств. ОРУЖИЕ ПРИМЕНЯТЬ ПО МИНИМУМУ!

Вот как? То есть, мы с Критикой теперь ещё и нравоучениями будем заниматься? Кровожадные убийцы довольно быстро превратились в воспитателей для… кхм… Писателей и философов. Да и признаться честно — не так уж у Верховного лидера много противников. Тут от оппозиции одно только слово! Интересно, чем же молодой писатель смог зацепить людей? Написал что-то про вампиров или студентку, которую отБДСМил миллиардер? Интересно…

Размышляя о роли философской литературы в современном обществе, я направился в гараж. Критика уже стояла возле моей машины и злорадно ухмылялась…

— Что такое? — нахмурившись, спросил я.

— Подготовила для тебя небольшой сюрприз. — фыркнула она, скрестив руки.

— Не понял… — я обошёл машину и моё сердце с ужасом ёкнуло. На заднем окне красовалась пышная надпись «Бояре».

— Мило, не правда ли?

— Ты-ы… — проскрежетал зубами я: — Ох! Если бы не день связи с Землей… Я бы снял ремень, стащил с тебя штаны и так бы отхлестал! Ох… Но ничего. Сегодня я увижусь со своими детьми. Поэтому я даже был бы не против фотографии Хэнсона на бардачке.

После моих слов Критика стала выглядеть, как-то очень странно. Обычно она смотрела на меня, как на говно и не упускала возможности отвешивать неприятные шутки. Однако сейчас побледнела и молча села в машину.

— С тобой всё хорошо? — осторожно поинтересовался я.

— Отвянь. — сухо ответила напарница и сразу же отвернулась. Хорошо… Мне не сложно.

Запустив двигатель и включив радио, я плавно выехал на улицу.

— …чательная среда! Поэтому, для поднятия настроения — группа «Где Фантом?»! ПОЕХАЛИ!!! — воскликнул ведущий и из динамика полилась довольно бодрая мелодия.

(ссылка на песню https://www.youtube.com/watch?v=5TXq0MSiWVU)

— Это так архаично… Преследовать кого-то тысячу лет. Это так архаично… Желать кому-то зла по многу лет! Это так архаично, оценивать кого-то с высоты своих лет… Это так архаично, по долгу рассуждать — кто прав, а кто нет! Будет так не привычно… выходить из пещеры на солнечный свет!

Сегодня был просто потрясающий день! Чистое небо, яркое солнце и легкий ветерок, который пытался нагло задрать юбки студенткам из Военного института, которые толпой выстроились возле пешеходной зебры. Увы, никаких развратных видов, поскольку клетчатые мини носили только в китайских порномультиках.

— Ты прочитала задание? — поинтересовался я.

— Да. — сухо ответила она.

— Из-за этого такая отреченная?

— Что? — Критика посмотрела на меня, как на доставучего комара, который ночью зудит над ухом: — Сэведж… Тебе поговорить не с кем, или что?

— Ты — мой подчиненный. И сегодня ты выглядишь странно. Если сейчас ты из-за своих демонов, которые сидят в голове, опять застрелишь беззащитного человека — по каске получу я. Ты это понимаешь?

— Понимаю. Не бузи! Всё будет хорошо. — фыркнула она и вновь отвернулась. Что за наглая девчонка?! Может подкараулить, и когда она не будет этого ждать — шлепнуть ей ремнем по заднице? Хороший вариант. Правда, меня сразу же застрелят. Не нарочно… Просто из-за маниакального автоматизма.

Штаб-квартира Нэша располагалась в обычной жилой башне. Проблема заключалась в том, что мы, как вигиланты, должны были пройти максимально незаметно. Если соседи вызовут копов — нам впаяют штраф по очкам.

Напялив шлемы, мы вышли из машины и направились в переулок, прямиком к пожарной лестнице. Дернув железную рамку на себя, я жестом пригласил Критику:

— После вас, мем!

— Господи… — обреченно выдохнув, она схватилась за поручни, и подтянувшись, полезла наверх. Уффф! Какой замечательный вид.

Получена ачивка: «Охладите траханье»

+ 300 к развратности

Ага! Охладите, блин… Уже и посмотреть нельзя.

Поднявшись в след за Критикой, я аккуратно пролез в окно на втором этаже. Нам ещё очень повезло, что сейчас большинство местных жителей было на работе, поэтому коридор пустовал.

— На четвертый этаж. — произнес я, увидев отметку, и мы направились к лестничной площадке: — И помни — никакого оружия!

— Ох… Ты держишь меня за неуравновешенную?

— Кто первым выхватит пистолет — тот Филип Киркоров! — усмехнулся я.

— Идиот… — обреченно вздохнула Критика.

Поднявшись на четвертый этаж, мы аккуратно выглянули из-за угла. Не трудно догадаться, где тусил Нэш, поскольку возле двери стоял двухметровый чернокожий громила.

— Походу дела, ты Киркоров. — с ноткой ехидства произнесла напарница.

— Вот ещё! — возмутился я в ответ: — Мы живём в цивилизованном обществе, поэтому подойдем и вежливо попросим нас пропустить.

— Два непонятных пассажира в косухах и жутких шлемах? Вежливо попросить? Ты смеешься?

— Немного. Главное — не вытаскивай ствол!

— Хватит мне про это напоминать!

Выйдя из-за угла, я подошёл к огромному нигеру. Черная футболка обтягивала его здоровенные мышцы. Усталый взгляд тут же опустился и уперся в меня:

— Чего надо? — грубо прорычал он.

— Извините… Мы друзья Максимуса Нэша! Очень хотели бы попасть к нему на вечеринку.

— Чего?! Значит так, остряк… Чтобы через три секунды тебя тут не было! — мышцы нигера тут же напряглись.

— Погоди… Кажется, у меня было приглашение… — я начал хлопать себя по карманам, а затем, со скоростью пули влепил здоровяку мощный апперкот с правой руки. Огромная туша рухнула на пол.

— СЭВЕДЖ!!! — воскликнула Критика: — Что ты творишь?!

— Прошу прощения… Это была необходимость. — пожав плечами, ответил я, и подхватив нигера, оттащил в сторону: — Я попросил. Он отказал. Тогда я добавил немного вежливости…

— Да у него сотрясение!

— Забавно наблюдать твое волнение, после того, как ты за просто так пристрелила собирателя…

— Задрал! Честно слово. — Критика подошла и скрестила руки на груди: — Что дальше?

— Постучимся и заглянем на вечеринку. Всё просто. — ответил я, и постучал в дверь.

— Кто? — проурчал низкий бас.

— Простите… Я принес книгу… Хочу получить автограф!

— ЧЕГО?! Где Билли?!

— Отдыхает… Я прописал ему здоровый сон.

— Проваливай нахрен! Богом клянусь — проделаю в тебе пару лишних дыр!!! — шипел незнакомец.

— Ответ не верный. — холодно произнес я, и слегка разогнавшись, выбил дверь. Пухлый паренек с криком кинулся на меня с ножом, но я тут же выхватил оружие из его руки, и сделав подсечку, воткнул клинок в плечо. Бедолага неистово заверещал, но точечный джеб отправил его в страну сновидений!

— Это что за фигня?! — к нам вышла дрищеватая девчонка, сплошь забитая татуировками. Господи… И это сейчас модно?

— Тихо. — я схватил её за горло и оттолкнул в сторону комнаты: — Всем оставаться на своих местах, и никто не пострадает.

Зайдя в гостиную, я увидел небольшой печатный станок и группу из пяти мальчишек и девчонок. На вид — лет по восемнадцать от силы. На диване сидел паренек в ярко-синей рубашке, которому незваные гости явно пришлись не по нраву. Он нахмурился и тут же вскочил, подняв руки вверх:

— Ребята! Я думаю, что тут произошло какое-то недопонимание!

— Сядь. — сухо произнес я, и подойдя, толкнул его обратно на диван: — Говорил, чтобы все оставались на своих местах? Говорил. Рыпнитесь — моя подружка снимет с вас скальп. Я доходчиво объясняю?

Сотрудники подпольного издательства тут же затихли.

— Славно. Максимус Нэш. Я так понимаю, это ты? — я ткнул пальцем в парнишку в синей рубашке.

— А вы, как я понимаю — те самые вигиланты? Полиция и убийцы — инструмент в руках капиталистов!

— Я не получил ответа. Ты — Максимус Нэш? Ответь — да или нет.

— Да. И что с того? Мы живём в цивилизованном обществе, где уже давно дела не решают в драках. Умы великих людей создают наше будущее! И уподобляться отсталым австралопитекам я не намерен. — тут же ответил он. Вот закукарекал, а? Точно писатель!

— Замолкни. — холодно ответил я, и взял одну из книжек, которые лежали на столе аккуратной стопкой: — «Крах Империи» Максимус Нэш… Кхе-кхе… Книга, которая раскроет ваше сознание и заставит навсегда изменить своё мнение о современном мире! Занятно… Скажите мне, Мистер Нэш… Сколько вам было лет, когда вы умерли?

— Десять… — ответил парень.

— А когда переродились?

— Десять… — повторил он.

— Сколько прошло с момента вашего перерождения?

— Восемь лет…

— Ммм… Восемнадцать лет, и уже писатель? — удивился я, отбросив книгу в сторону открытого балкона: — Как к тебе пришла идея написать эту… ересь?

— Это не ересь! Это книга, которая навсегда изменит соз…

— Ты глухой? Я спрашиваю — как тебе пришла идея написать эту ересь?

— Людям целенаправленно закрывают глаза… Мы живём под гнетом несправедливости! А капиталисты лишь усугубляют положение! Моя задача — показать всем, что НИКТО не имеет права нами управлять! Я изучил огромное количество книг… Кант, Макиавелли, Ницше… У меня появились мысли по этому поводу, и я решил их записать.

— Мысли никчемного малолетнего сыкунишки? — усмехнулся я, и взял вторую книгу: — Знаешь, что такое труд писателя?

— Ну… Это мысли человека, заключенные в бумагу…

— Мысли ОПЫТНОГО человека. Того, кто прожил жизнь и может рассказать объективную точку зрения, поддержанную фактами. Каким бы ты гением не был… Сколько бы книжек мудреных мужиков не прочитал — а по факту ты остаешься малолеткой, у которого ещё молоко с губ не обсохло.

— И это говорит мне совершенно левый незнакомец, который даже и страницы не прочитал? Вам не кажется, что осуждать книгу, которую вы даже не потрудились открыть — моветон? — на этот раз в голосе Нэша послышались нотки раздражения и агрессии. Малолетний идиот! Но ничего… и на таких управа есть.

— Моветон, говоришь? — я выставил из протеза клинок, и насадив на него книгу, крутанул, словно спинер. Обрывки бумаги взметнулись в воздух: — Незаконная печать книги. Растраты природных ресурсов… Ты хоть понимаешь, сколько деревьев спилили, чтобы напечатать твои «труды»? Знаешь, мне наплевать — про что именно твоя книга. Наплевать, что ты там себе напридумывал, и о какой философии идёт речь. Хочешь быть успешным писателем — работай в индустрии развлечений. Мне далеко за тридцать, и сейчас, если кто-то начинает мне затирать про философию или же глубинный смысл, я сразу отвечаю — «да что ты говоришь». Большинству не интересно читать чьи-то домыслы о мировоззрении. Большинство любит приключения… То, что недоступно в реальном мире. Книги — это такая же развлекательная иллюзия, как кино и компьютерные игры! И я бы тебе слова не сказал… но твоя ересь заинтересовала ребят с последних этажей. А это значит, что у тебя два варианта развития событий… Либо ты пишешь нормальную литературу и становишься топовым автором. Либо ты продолжаешь страдать хренью и в итоге оказываешься на поле.

— Я — готов принести себя в жертву во имя свободы людей!

— В штаны ты готов нассать со страху. — я схватил его за воротник и подтянул к себе: — К пятому году заключения на ферме до тебя начнет доходить, что ты жил иллюзией. Ты создал невидимый мир для себя самого… Но у тебя есть талант. Ты умеешь писать, раз людям нравятся твои каракули, и они видят в них… какой-никакой посыл. Купаться в лучах славы лучше, чем собирать картошку под палящим солнцем. А судя по тому, что ты занимаешься подрывной деятельностью против Верховного Лидера — светит тебе от восьми до пятнадцати лет исправительных работ в полях. Здорово, правда?

— Что вы сделаете, если я откажусь?

— Сломаю тебе колени и сделаю надрез на правой ладони. В виде цветка. Это будет чем-то вроде черной метки… Потому что ты боишься ответственности. Боишься неизвестности… Тобой движет юношеский максимализм, который в конечном итоге тебя и погубит. Судьба дала дураку слишком мощное оружие! Используй его во благо, а не против себя. Смекаешь?

— Вы не сломите мою веру! — Нэш едва заметно кивнул головой, обозначив своё поражение. Конечно, он боялся показать трусость перед верными соратниками, которые сидели и с ужасом наблюдали за всем происходящим. В глазах юного писателя читалась надежда, подыгрывать которой я не хотел.

— Что же… — размахнувшись, я врезал металлическим кулаком по его колену. Парнишка неистово закричал и начал дергаться. Я бросил его обратно на диван и схватив татуированную девчонку, произнес: — Вызывайте врача! И учтите… Если я ещё хоть одну книжку увижу — найду каждого из вас!

— Слышь, урод! Да ты никогда в жизни не сможешь нас найти! — с дивана подскочил патлатый парень в черной кофте и подойдя, шлепнул меня по руке: — Ты даже не знаешь, кто мы такие! А? Чего? Хочешь драки? Давай! Я готов надрать твою мерзкую рожу… Только будь добр — маску сними.

— Сэведж! — тихо прошептала Критика, но было уже слишком поздно. Я схватил патлатого, и вывернув ему руку, врезал лицом в подлокотник дивана. Нос смачно хрустнул, а бедолага взвыл, словно ошпаренный.

— Эрис. Сканирование всех, кто находится в комнате. Живо! — прорычал я, чувствуя, как резко подскакивает мой пульс.

— Парнишка со сломанным носом — Эдвард Кроули. Двадцать пять лет с учетом земных. Любит прогулки по парку и группу «Нервы». Девочка в татушках — Кэйт Холоринг. Двадцать три года с учетом земных. Без ума от своего младшего брата. Любит литературу и поэзию бронзового века. Справа на диване — Эштон Холоринг. Как раз младший брат Кэйт. Любит рэп и моделирование. Рядом с ним — Сэмуэль Браунинг. Двадцать два года с учетом земных. Поэт. Получил три отказа от Марии Карповой, о чем активно писал в своем твиттере.

— Хах! Маруся молодец… Чувствует уродов за километр.

— И последняя — Мила Богуславская. Семнадцать лет. Марсианка. Состоит в литературном кружке Военного Института.

— Оп-па… — я тут же отпустил Эдварда, и он сполз на пол, придерживая окровавленный нос: — Мила… Какая неожиданная встреча!

— От… Откуда вы меня знаете?! — выдохнула она, хлопая длинными ресницами.

— Я всё знаю… И Эдварда. И Кэйт… И её любимого младшего братца Эштона… И даже Самуэля Браунинга.

— ЧТО ТЫ ТАКОЕ?!?!?! — взвыли ребята, а затем резко подскочив, пулей выбежали из квартиры, оставив страдающих Эдварда и Максимуса наедине с опасностью. Боюсь, что патлатый тоже хотел сбежать, но разбитый нос слишком сильно болел.

— Соратники? Союзники? Друзья? Кучка малолеток, которые почувствовали вкус очередного хайпа… — произнес я, и вновь подошёл к горе писаке: — Дорогой… Я надеюсь, что ты запомнишь эту встречу надолго.

— Сэведж… — вновь прошипела Критика: — Хватит! Это же дети…

— Максимус. Ты запомнил?

— Да… Сэр… — выдохнул он, держась за сломанную коленку: — Больше никакой философии… Клянусь!

— Вот и славно… Эй, Эдвард! Вызови скорую помощь.

— Пошёл на х@й, урод!

— Ммм… — я подошёл к патлатому и схватив его за волосы, немного приподнял: — Мне очень не нравится твоя прическа…

— СЭВЕДЖ!!! — умоляла Критика: — Уходим… Мелкие точно вызовут копов!

— Не-ет… — я взглянул на неё, словно Иссильдур на Элронда, когда они пытались избавится от кольца Саурона в мордорском вулкане: — Я хочу, чтобы молодежь научилась отвечать за свой базар.

Обрив бедолагу лезвием из протеза, я схватил Критику за руку и вывел из злосчастной квартиры. Уходить пришлось тем же способом, через пожарную лестницу.

— Ты совсем идиот?! — злобно воскликнула она, когда мы шли к машине: — Это же просто дети… Обязательно надо было их пугать?! Я напишу в рапорте, что у тебя профессиональная деформация… От такой жести и взрослый бы наложил в штаны. А тут просто сообщество детишек, с которыми надо было поговорить.

— Дети, которые не отдавали себе отчет и не понимали, что за любую ошибку может прийти наказание. Дети, которые не понимали, что Верховный Лидер не будет шутить и просто отправит их отрабатывать на поля. Дети, которые не хотели признавать то, что их игра могла сломать судьбу не только им, но и их звену! Скажи… ты до сих пор думаешь, что я поступил плохо? — немного полыхнув, я громко хлопнул дверью, а затем снял шлем: — Как бы на моём месте поступила ты?

— Показала бы, что их ждет в дальнейшем будущем! — прорычала она в ответ, спрятав шлем в отсек: — Но ни в коем случае не распускала бы руки и не ломала бедолагам конечности!

— Современная медицина без проблем вылечит всё так, чтобы не осталось последствий. А ребята теперь в курсе, что за любой проступок может быть бо-бо! Сильно бо-бо. Ведь именно боль откладывает в памяти самый яркий отпечаток. Захочет написать философскую хрень — почешет коленку, прежде чем вновь садится за клавиатуру. Теперь он будет писать детективы, как Донцова! И зарабатывать много денег. А главное — найдет себе нормальных корешей, а не этот хайповый сброд любителей ТикТока!

— Ты просто варвар…

— Я просто выполняю свою работу. — холодно ответил я, и запустил двигатель: — И вообще, с чего вдруг ты шипишь на меня за жестокость?

— Потому что… — на мгновение мне показалось, что на щеках Критики появился едва заметный румянец: — Мне необходимо избавится от своих дурных привычек… И если учитель будет позволять себе много жести, то каков шанс, что я, глядя на него, быстро исправлюсь?

— Ну надо же… Вы посмотрите, как мы заговорили? Хорошо. Я буду менее жестоким, но если выполнишь моё условие!

— Какое?

— Называй меня Сенсеем. Или лучше — Папочка.

— Пошёл нахрен, Сэведж. Двух суток не прошло, а ты уже успел доканать меня… — злобно профырчала она, и отвернулась к окну.

— Люблю. Умею. Практикую. — усмехнувшись, ответил я и поехал в сторону центра связи.

+++

Кабинки для связи с Землей находились в самом западном районе Нейрополиса. Там, между офисных пятиэтажек, было что-то типа огромной станции со спутниковыми тарелками. Несмотря на то, что каждому выдавалось своё время — толкучки здесь были немыслимые. Вот чего-чего, а сделать несколько точек для сообщения с Землей руководство так и не решилось… Жлобы!

Припарковавшись, я широко улыбнулся, и хотел уж было выйти, но заметил, что Критика не особо торопится, да и вообще сидит бледнее смерти.

— Ты не идёшь? — поинтересовался я.

— Иду… — сухо ответила она.

— Если не секрет, кто остался на Земле?

— Тебя это волнует?! — напарница одарила меня таким злобным взглядом, как будто я убил её любимого хомяка.

— Беспричинные вспышки агрессии. Так и запишем. — пожав плечами, я закрыл дверь и направился к станции связи.

Народу, как и ожидалось — было просто дохрена! Причем звонки были расписаны строго по дням недели. Обычные жители связывались с Землей по понедельникам, сотрудники государственных учреждений и военные — по средам, а все фермеры звонили домой по пятницам. Это позволяло хоть немного уменьшить нагрузку на центр.

Зайдя в толкучку, я получил талон и встал в уголок. Через пятнадцать минуть я наконец-то увижу своих детишек… Самое медленное и тягучее, словно каучук — время ожидания. Теперь главное не умереть от переизбытка углекислого газа.

Блин, и почему Критика отказалась со мной идти? Я понимаю, что это личное, однако можно же было хотя бы намекнуть… Мол — «тема запретная, и мне не приятно о ней говорить». Чего сразу в штыки воспринимать? Ладно… Подкараулю её возле входа и там-то уж точно всё узнаю. Однако, Критика так и не появилась. Я прокараулил её все пятнадцать минут, и в итоге подошла моя очередь. Плюнув на строптивую напарницу, я быстро зашёл в свою кабинку и сел на табурет.

— Имя — Марк. Прайд — Сэведж. Кодовый номер — ноль семь семь. — это было обязательной процедурой, в противном случае программа просто меня не распознает. И опять это чувство внутреннего волнения! Каждый раз перед сеансами я волновался, словно в первые после смерти вижусь с детьми. Внутренности, как будто сжимались и подтягивались вверх… Никогда ещё не было иначе.

Небольшой монитор покрылся рябью и спустя секунду передо мной возникла прекрасная девушка с пышными русыми волосами. Хитрый взгляд от Настьки, а широкая улыбка от бати.

— Привет, красотуля… — чуть поддавшись вперед, произнес я, схватившись за краешек монитора. Этот жест я делал неосознанно… как будто просто хотел обнять свою любимую дочь: — А где гангстер?

— Привет, папуль! — обрадованно воскликнула Лизка: — Прости, у Коляныча сегодня дополнительные занятия в институте… Он на следующей неделе придет.

— Дополнительные занятия? — с подозрением переспросил я: — Этот новый русский опять что-то учудил?

— Ну-у… — старшая сестра явно не хотела сдавать брата: — Тут такое дело…

— Та-ак. — я тут же нахмурился.

— Он сказал своей преподавательнице английского языка, что хочет с ней встречаться. А её муж — преподаватель по литературе, когда про это узнал, начал валить. В общем, я уже ходила и разбиралась с этим вопросом. Коляныч всё понял, но куксится. — милая улыбка Лизки могла растопить любой лёд. Никак не выходило долго хмурится, когда она вот так смотрела на меня: — В общем, ничего страшного! Он очень хотел прийти, но молодое сердце и гормоны… Такие дела.

— А преподша-то хоть нормальная?

— Да они молоденькие оба. Лет на пять старше меня. — отмахнулась дочь: — Коляныч-то у нас любит девочек постарше! Говорит, мол — как вино… С возрастом только вкуснее.

— Вот дурак! — не сдержавшись, я даже немного заржал: — А у тебя как дела?

— Пашка зовёт в июле в Крым… Но я что-то пока не знаю… — задумчиво ответила она: — Какая-то подозрительная неуверенность внутри.

— Так может быть тогда не стоит?

— Наверное, ты прав. Мы слишком мало знакомы… А он уже тащит меня к себе домой с родителями знакомить. Странные нынче парни пошли.

— И не говори! — усмехнулся я: — Кстати, как там пацаны?

— Ой… Твои друзья недавно собирались в Сандунах. Кстати, Тетя Света мне прислала фотографию их третьего сына… Миленький такой. Кстати, твоя контора до сих пор живее всех живых. Ощущение, будто эти войны никогда не закончатся…

— Такова суть людей. — вздохнув ответил я: — Кстати, как там с подработкой? Тебя взяли? Оставшееся время Лизка рассказывала мне про приключения с новой подработкой. Как и всегда… Отведенные десять минут пролетели в мгновение ока. Вот что за несправедливость жизни? 15 минут очереди тянулись целую вечность. А 10 минут разговора с дочкой я просто не заметил… Реально раздражает.

— Я люблю тебя, папуль. — Лизка послала мне воздушный поцелуй и изобразила пальцами сердечко.

— И я люблю тебя… Не скучайте там! Кольке привет передавай! Скажи, чтобы больше не лез к милфам… — увы, последнее она так и не услышала, поскольку экран резко потух. Я ещё секунд тридцать сидел и тупил, не обращая внимания на моргающую лампочку, которая напоминала мне о том, что снаружи ждёт человек. Каждый долбаный раз после разговора с детьми я ещё долго не мог прийти в себя… От меня, как будто отрывали что-то родное… Что-то важное, без чего я не мог жить. Напоминало чувство тонущего человека, который вынырнул на долю секунды и попытался глотнуть воздуха. Так же и я… На десять минут вновь стал «папулей», у которого на Земле есть семья. Которого искренне любят и принимают таким, какой он есть…

Дрожащей рукой я открыл дверцу кабинки, и запустил следующего. Каждую неделю одно и тоже… С одной стороны — здорово, что я могу видеть и слышать их, а с другой — это как соль на рану. Между нами миллионы километров и лишь 10 марсианских минут каждую неделю.

Так! Критика не должна увидеть меня в таком состоянии… Похлопав себя по щекам, я вновь превратился в Марка Сэведжа и подошёл к Волжане. Самое странное — внутри никого не оказалось. Может быть, напарница ещё разговаривает?

— Эрис! Покажи отметку Критики… Она разговаривает?

— Нет. Судя по её перемещениям, она даже не заходила на станцию. Сейчас выставлю отметку. — спустя мгновение помощница показала мне карту и маленькую сигнатуру совсем неподалеку.

— Погоди… Это переулок?! — с ужасом выдохнул я.

— Да. Между станцией и пиццерией.

— Твою мать! Неужели на неё напали? — сердце неистово застучало, а я быстро побежал в сторону переулка. Как?! Как это могло произойти?! Да и к тому же прямо средь бела дня…

Забежав между зданиями, я увидел контейнер для мусора и тут же ринулся к нему. Критика сидела прямо за ним, и обняв колени… рыдала?

— Не понял… — прошептал я, и подойдя ближе, присел к ней: — Милая, что случилось?

— Твою мать… Только не это… — она шмыгнула носом, и вытащив платок, постаралась скрыть следы чувств: — Как ты меня нашёл?!

— У Главы дуэта стоит система наведения. А ты не знала?

— Не знала… — Критика резко подскочила и потопала в глубь переулка.

— Стоп-стоп-стоп… Дорогуша! Так дело не пойдет. — я перегородил ей дорогу: — Либо ты говоришь, что с тобой происходит сегодня, либо я сейчас ляпну какую-нибудь идиотскую тупость.

— Со мной… *шмыг* Ещё никогда такого не было… — выдохнула она, и размахнувшись, вновь пробила мне пресс: — Уйди! *шмыг* Я не хочу, чтобы ты видел меня такой! Я сама… *хлюп* не хочу видеть себя такой…

— Больно. — потерев живот, выдохнул я, а затем сделал то, что даже представить себе не мог. Встав в боевую позу, я резко схватил Критику и обняв, прижал к себе: — Не реви! Я куплю тебе шоколадку… Хочешь?

— Пошёл на хрен, Сэведж!!! — завыла бедолага и уперла заплаканную моську мне в плечо: — Ненавижу тебя… Терпеть не могу!!!

— Тише… Я рядом…

— Это ни хрена не успокаивает… — всхлипнув, выдохнула она.

— Эх… Только никому не говори, что я так сделал, иначе засмеют. — я аккуратно погладил её по голове: — Если ты расскажешь мне, то мы вместе понесем этот груз. Вдвоем будет легче. Поверь мне на слово!

— Я не верю тебе… Не верю и никогда не буду верить… ты будешь смеяться над тем, что у меня никого не осталось на Земле… Мне некому звонить… И я ненавижу среду… ненавижу больше, чем тебя… — всхлипывая, протараторила Критика.

— Не буду. Вот прямо клянусь! А… Почему нету? Не успела?

— Успела… *хлюп* Я всё успела! У меня был потрясающий муж и два замечательных сына… А потом… Потом произошёл несчастный случай… Я кричала… Говорила, чтобы вытащили сперва их… Но эти ушлёпки вытащили меня… Потому что я офицер… А мой муж — простой программист… Потому что я полезный для службы человек… А мои сыновья — простые дети… Я хотела уволиться… Я грозилась выдать всё, что знаю иностранным агентам… Грозилась покончить жизнь самоубийством… Но они посадили меня в психушку на полгода… Они издевались надо мной и ломали… Заставляли отречься от прошлого…

— Господи! — если честно, я просто охреневал от услышанного: — И что было дальше?

— Я… Я предала свою семью… Я продолжила службу… А потом они попросили помочь… Я подписала документы, которые при нагреве меняли текст… *хлюп* Они хотели отправить исполнительную и верную своему государству собаку сюда… *хлюп* На е@@@ий Марс! И у них получилось…

— Погоди, но в таком случае — зачем ты опять пошла в оперативники? Ты наступаешь на одни и те же грабли! Надо было идти садовником или фермером… Они зарабатывают дохрена и больше!

— Поскольку я сошла с ума ещё там… на Земле… *хлюп* Мне захотелось исправить ситуацию хотя бы здесь, на Марсе. Я хочу дослужиться до Генерала и попасть в Совет… Я уже говорила с Главой Прайда! Они отдадут меня за влиятельного человека через три года… Чтобы у меня была хорошая платформа. Я хочу, чтобы специальные службы защищали простых людей, а не ценных агентов. Это я должна была умереть в той аварии… Я! Понимаешь?

— Бедолага… — сперва я думал, что если мне поставят искусственное сердце, то с чувствами можно будет попрощаться. Однако нифига подобного! Мой насос разрывало от сострадания…

— А ты… Какая же ты змея… — выдохнула она с ненавистью глядя на меня, но продолжая обнимать: — Я поддалась и случайно рассказала тебе правду! Я вижу твой взгляд… Жалеешь? К черту это! Я не нуждаюсь в жалости. Поэтому просто забудь, что сейчас было.

— Нет. Это так не работает.

— Ох… Но учти, если ты будешь этим пользоваться — я убью тебя и уволюсь. Ты залез слишком далеко!

— Понимаю, но давить на подобное не в моих правилах. А теперь давай успокоимся и съездим на обед? Увы, до участка далеко, так что заедем в какое-нибудь кафе. Окей?

— Кофе… Мне нужен кофе без молока и сахара. Самый мощный. — холодно произнесла Критика и в мгновение ока пришла в норму: — И да… Проболтаешься кому-нибудь — шею сверну. Поверь мне на слово!

— Ути… Мисс Злой Оперативник.

— Я не шучу.

+++

Какой интересный сегодня день. И с дочкой поговорил, и Критика открылась для меня с совершенно новой стороны. Хотя данное уточнение помогло мне разобраться в её сложном характере. Мы сидели в кофейне «Эдельвейс» и изображали жалкую пародию на обед. Критика пила матерый черный кофе с пирожком, ну а я, с видом истинного кофейного эстета наслаждался латте с кленовым сиропом.

— Скажи, а кто-нибудь из руководства знает? — мне стало крайне любопытно.

— Глава знает… Элеонора знает. Дунаевская догадывается. Хук тоже знает часть истории… Но ты увидел нечто запредельное. Ох, Сэведж… Знал бы ты, как сильно я сдерживаюсь, чтобы не продырявить тебя прямо сейчас. Ты такой подонок!

— Вот ещё? Я тебя поддержал и успокоил.

— Ага… Поди думаешь теперь, что я истеричка?

— Ты слишком много держишь в себе. В этом вся проблема. Разве Мелиса не используется, как жилетка?

— Не используется. Мелиса лишь… — Критика резко отставила кружку и с ужасом посмотрела на улицу. Рядом с кофейней остановился черный тонированный «Москвич 412»: — Вот дерьмо…

— Что там? — с интересом спросил я: — Наши?

— Ну, типа…

Из «Москвича» вышел смазливый молодой человек в кожаной куртке, и радостно улыбнувшись, поплыл в сторону входа. Теперь-то я всецело осознал ужас Критики…

— ЛЮБОВЬ МОЯ!!! — смазливик едва ли не с ноги зашёл в кофейню и тут же приковал внимание посетителей к себе: — Я знаю, что наша дружба начиналась тяжело… О, Критика! Любовь моя… Но мне не страшны преграды! Сквозь бури и грозы я буду стремится к тебе!!!

— Сэведж! Спаси меня!!! — девушка тут же шмыгнула за меня: — Если он подойдет слишком близко, то я его пристрелю!

— КРИТИКА!!! ВСЕ ЗВЕРИ И ПТИЦЫ ПОЮТ О МОЕЙ ЛЮБВИ К ТЕБЕ!!! — Колыбалов, вытащив расческу, элегантно зачесал челку на левый бок, и поплыл в нашу сторону: — Этот обеденный перерыв я посвящаю только тебе!!!

— Казанова, ты зачем притащил свою кринжовую тушку сюда? Проваливай, пока я не разукрасил твоё няшное личико! — прорычал я, встав из-за стола.

— Оууууу!!! КОНКУРЕНТ!!! — возопил он, расплескивая всюду испанский стыд: — Марк, ты не достоин такой прекрасной девушки… Я пришёл, чтобы отбить её у тебя.

— Я сейчас тебя отобью. Прекрати паясничать и дай людям попить кофе!

— Меня тут все знают… и любят. Правда? — Колыбалов подмигнул официантке, но та лишь с ужасом убежала на кухню: — Значит, дуэль… На заре! Ты и я! Сразимся за сердце прекрасной дев…

— Мать твою! Казанова! — в кофейню зашёл Адам Кейдж — его напарник и Глава дуэта: — Какого черта ты свалил?!

— Я ухожу от тебя, Кейдж! Наша пара была ошибкой… Я хочу быть вместе с Критикой! — ответил Колыбалов. Если не знать, что он говорит о боевом дуэте вигилантов, то можно неправильно понять и вызвать копов…

— Дебил! Всё, мы уходим. — Кейдж схватил горе любовника за рукав и потащил к выходу.

— Ну уж нет! — Колыбалов вырвался и направился ко мне: — Я докажу, что больше достоин Критики, чем…

Бам! Хук с правой отправил Казанову в мир сновидений. Посетители и сотрудники кофе взорвались аплодисментами.

— Спасибо! Спасибо… — поклонившись, ответил я.

Черт… И ведь по своей натуре он был совершенно нормальным парнем. Обычный оперативник. Говорят, что с ним даже некоторые общались в гараже… Да и Кейдж неоднократно рассказывал, что на заданиях Колыбалов совершенно адекватен. Но, как только речь заходила о девушках… Дух ценителя прекрасного перемешивался с едкой душой спермотоксикозника, и получался этот уличный поэт и похититель женских сердец.

Кейдж обреченно закатил глаза, и подняв выключенного Казанову, потащил к своему автомобилю. Ещё очень везло, что главный ценитель женщин не выкобенивался в левых заведениях… Иначе это рисковало превратится в проблему.

— Фуух… Спасибо… — с облегчением выдохнула Критика и вернулась на своё место: — Я три раза ему говорила, что между нами ничего не может быть. Нормально говорила! Не била. Не стреляла… И даже почти не орала.

— В этом твоя проблема. Ты была к нему доброй, поэтому он и привязал… Ой… — перед глазами всплыло сообщение с новым заданием.

Отправитель: «Профурсетка»

Тема: Экспедитор

Сообщение: Помочь Ле Глассу доставить охладительную систему в фермерские угодья Сан Парамо и Орджоникидзе.

— Помочь доставить?! Мы что, теперь «Яндекс. Курьер»?! — возмутилась Критика.

— Да кто ж его там знает? Эти фермерские угодья прямо на границе с Пустошью. Авось за дикарей переживают? — предположил я, быстро допив кофе.

— Раньше мокрухи было больше… Ощущение, что они принимают нас за детей!

— Боюсь, что дело далеко не в этом.

+++

Джордж Ле Гласс оказался очень приветливым мужчиной, который вот уже двадцать лет создает оросительные и охладительные системы. Он был в большом почете у местных фермеров, да и зарабатывал не мало. Однако Ле Гласс искренне верил в то, что бизнес должен быть исключительно семейным! Именно поэтому в его сборочном цеху работали в основном ребята из Прайда. Да что уж там говорить — Ле Гласс сам занимался доставкой своих систем! Можно сказать, работал за курьера и установщика.

Ферма на Орджоникидзе была обслужена буквально за 40 минут. Мы с интересом наблюдали за тем, как наш заказчик устанавливает кондиционер.

А вот на Сам Парамо возникли проблемы… Я, в принципе, сразу понял, что дело пахнет керосином. Забор фермы был испещрен дырами от пуль, а в некоторых местах с наружной стороны темными пятнами зияли места поджогов.

— Ребятки, вы должны быть на чеку! На это место постоянно нападают дикари… — Ле Гласс нахмурил брови и указал на огромную металлическую цистерну с облупившейся краской: — Охотятся за удобрениями! Можете встать на башню, рядом с цистерной… Оттуда будет всё видно.

— Хорошо. — кивнув шлемом, я направился к небольшой вышке из металлических прутьев. Критика последовала моему примеру.

В Сан Парамо выращивались не только жизненно необходимые зерновые культуры, но ещё и огромное количество овощей, фруктов и даже грибов! То есть — крайне жирная цель для дикарей.

Поднявшись на вышку, я окинул взглядом огромную территорию… Вот это да! Даже представить не могу, сколько здесь гектаров. А обслуживали этот растительный Клондайк всего 15 человек.

— Говоришь, стать фермером? — усмехнулась Критика, указав на скрючившихся девчонок, что работали на поле кукурузы: — И большую часть дня стоять с выпяченным задом?

— Тебе бы это пошло…

— Придурок! — напарница шлепнула меня по руке: — Я верю, что у каждого человека есть предназначение. Каждый появившийся на свет индивид наделен определенным талантом… И суть жизни заключается в том, чтобы этот самый талант найти.

— Значит, твой талант — служить государству?

— Скорее — работать на благо людей. Заступив на службу, ну… если не считать моей основной цели из-за триггера, я искренне верила в то, что делаю всё правильно! Что я буду максимально полезной для общества Нового мира.

— Ммм… Вопрос на засыпку — и как понять, в чем именно твой талант?

— Пробовать. Много пробовать и пытаться. Кто-то вообще обнаруживает свой талант к старости… А кому-то везет.

— Интересно, а в чем мой талант? — я задумался.

— Быстро разбираться с проблемами. — в голосе Критики звучала улыбка: — Я не сказала… Но на самом деле — спасибо тебе огромное. Ты мерзкий хряк и низшая форма жизни, которая не имеет права общаться со мной, но… В тоже время ты очень чуткий и достаточно заботливый человек. Сегодня, не приди ты в переулок… Черт знает, сколько бы я там просидела… И что самое главное — ты…

Цистерна, которая стояла рядом с нами, вдруг как-то странно затрещала.

— БЕГИТЕ!!! — завопил один из мужичков с вилами. Бах! Я даже не успел заметить, что до нас долетело первым — «аромат» или же сами «удобрения». Очень повезло, что мы были в шлемах, ибо «коричневая оказия» залила всю наблюдательную вышку, несколько грядок с клубникой (сука-а) и потрепанный «Фордик» хозяина фермы.

— Святая мать богородица! — из здания вышел Ле Гласс и перекрестился: — Цистерна… Господин Фобиан! ГОСПОДИН ФОБИАН!!! Наших защитников тут… Немного залило… Грязькой…

— Фу… Боже… — толстячок в белом фартуке выбежал из дома и тут же прикрыл нос рукой: — Я так и знал, что скоро рванет! Говорил Латифе, что надо менять… Ребята! Вы там как? Живы?

— Угу… — я очистил визоры шлема от дерьма и направился вниз. Критика пошла за мной, но поскользнулась и накатом сбила меня с ног.

Сообщение от Эрис: ДерьмоСтрайк!!!

Вот сучка электронная… Мы скатились по коричневой дорожке вниз, и долго матерясь, почавкали к Ле Глассу.

Ещё очень повезло, что фильтр шлема сработал через 3 секунды после взрыва, потому что, судя по лицам всех присутствующих — вонь стояла адская. Наш дорогой специалист быстро поставил кондиционер и отпустил нас домой. Окатив костюмы из поливочного шланга, Господин Фобиан постелил тепличную клеенку на кресла Волжанки, и мы поехали обратно в город. Твою мать!

— Где ты живёшь? — спросил я у Критики.

— На Востоке. В Китайском городке. А ты?

— Я в районе «Ла Исла Бонита».

— Тогда к тебе. — недовольно фыркнула она и отвернулась. Шлемы не снимали до самого дома. Я связался с Дунаевской и получил разрешение на вечернюю эксплуатацию Волги. После того, как мы всё приведем в порядок — нужно будет отвезти Критику домой.

Поставив тачку на подземную парковку, мы поднялись на техническом лифте до моего этажа, и тихонько забежали в квартиру. Как только я снял шлем, то тут же почувствовал рвотный позыв… Критика тоже прикрыла рот рукой:

— Какой кошмар! Открой окна!

— Погоди… — я быстро снял с себя всю одежду и остался в одних семейниках. Напарница с недоверием посмотрела на меня и сделала два шага назад к выходной двери. Открыв все окна, я тут же запихнул вещи в стиральную машину и взглянул на Критику: — А ты чего ещё одетая? Раздевайся!

— НЕТ! Мы так не договаривались… Во мне всё же есть немного женщины!

— Ладно… Я дам тебе сменку. Хорошо?

— Договорились… — неуверенно ответила напарница и смущенно опустила взгляд. Открыв шкаф, я быстро вытащил футболку, и забежав на кухню, немного обомлел… Черт побери, а бельишко у неё что надо!

— Вот… Футболка. — ответил я и положил одежду на стул.

— Угу… Спасибо. — напарница убрала форму в стиральную машину, и кинув капсулу с гелем, щелкнула кнопкой включения. Чтобы лишний раз не смущать бедолагу, после душа я зашёл в спальню и присел на кровать. Вот честно — не думал, что меня обольет дерьмом в прямом смысле!

— Это… Я всё… — Критика, с обернутой в полотенце головой, дико смущенная, словно девочка, на носочках зашла в спальню и села на стул: — Прости, что стесняю…

— Ничего страшного. Кстати, а футболка тебе идёт! — я показал большой палец.

— Она на мне сидит, как туника… И вообще, не надо пожирать меня взглядом! У тебя же вроде есть девушка? Не стыдно? — сузив глаза, строго произнесла она.

— У меня нет отношений. Я считаю это… непозволительной роскошью для нашей профессии. — ответил я, и брякнувшись на кровать, положил руки за голову: — Странный сегодня день… Не так ли?

— Весьма. Честно… Я никогда ещё не была настолько… Откровенной с чужим человеком.

— Чужим? С чего бы? — я аж поднялся от возмущения.

— Для меня все чужие… — вздохнув, ответила Критика, забывшись и перекинув ногу на ногу: — Мне тяжело доверять людям и заводить новые отношения.

— Кри…

— Можешь думать всё, что угодно! Обзывать меня машиной для убийств, но это тут никакой роли не играет.

— Кри… Как бы…

— Что? — она злобно усмехнулась: — Хочешь поиздеваться, поскольку я на твоей территории? Не выйдет! Я слишком непоколебимый человек. Я научилась абстрагироваться от любых видов раздражителей.

— Раскривущкэ… Насяльника!

— Не спеши чесать своё ЧСВ, но ты в этом плане особенный! Абсолютная бесячая заноза, от которой меня трясет… Вот честно, я уже начинаю путаться, а с чего именно бешусь больше всего?

— Кри!

— Да что?!

— Я понимаю, что ты давно не бывала в мужском обществе, но… Как бы… Я рекомендую не раздвигать ноги и впредь надевать нижнее бельё.

Критика побледнела, а затем на её щеках появился едва заметный румянец. Взгляд скользнул вниз, кулаки сжались, и спустя мгновение, напарница уже подлетела ко мне. Схватив подушку, Критика больно ударила меня по лицу.

— Ублюдок, мать твою!!! ПОЧЕМУ СРАЗУ НЕСКАЗАЛ, ЧТО Я ЗАБЫЛАСЬ?!?!?! Ты… ТЫ СМОТРЕЛ!!! ВУАЕРИСТ ЧЕРТОВ!!!

— Вот ещё! Ты сама должна понимать — надеты на тебе трусы или нет.

— КОЗЕЛ!!! ПАХАБНИК!!! ИЗВРАЩЕНЕЦ!!! — рычала она, и затем запрыгнув на меня верхом, начала молотить по грудине: — КАК ЖЕ Я ТЕБЯ…

Предательский щелчок замка моментально привёл меня в чувство, а знакомый голосок заставил новое сердце выплясывать драм энд басс.

— Марк! Прости, там не было окуня, потому мне пришлось… Не поняла. — Маруся с жутким выражением лица стояла на пороге спальни.

Получена ачивка: «Дорогая, я тебе сейчас всё объясню! Это троюродная сестра из Ужуписа»

+ 10 000 к углям на завтрак

Глава 9

Если друг оказался вдруг! И не друг и не враг — а так…

Напряжение росло. И речь шла далеко не про зону моих чресел, что, кстати, даже немного обидно. Маруся, с взглядом истинного маньяка-убийцы, продолжала стоять на пороге в спальню. Дальше всё происходило словно в эффекте «слоу мо».

Критика, смекнув, что происходит, тут же вскочила с меня на пол и сделала жест руками, как будто пытаясь объяснить, что это какое-то недоразумение. Я последовал её примеру. Но Маруся лишь маниакально улыбнулась, и вытащив из пакета подложку с замороженным мясом, швырнула в мою сторону. Увернувшись от «сетевого сюрикена», я понял, что дело запахло жаренным… Нет, тут скорее — хорошо сгоревшим!

— Не в твоем вкусе, значит?! — профырчала ревнивая соседка, и вытащив из пакета кабачок, который сейчас больше напоминал меч, приняла боевую позу: — Ну, сейчас ты у меня получишь…

— Постой! Это недоразумение! — попыталась вмешаться Критика, но сквозняк, гуляющий в квартире из-за распахнутых окон, элегантно приподнял полы футболки, во второй раз обозначив факт того, что исподнего на девушке нет. Маруся, заметив сию оплошность, стала больше похожа на разъяренного медоеда… Взревев, словно лев, соседка замахнулась кабачком и бросилась в мою сторону. Дело дрянь!

Единственный выход — сваливать, и как можно дальше. Под окном в моей спальне как раз была одна из площадок пожарной лестницы. Выпрыгнув на улицу, я больно ударился плечом о металлические решетки, а затем пулей устремился вниз, то и дело перемахивая по три — четыре ступеньки за один прыжок.

Маруся зла. Маруся не отставала.

— Лжец!!! УБЬЮ ГАДА!!! — кричала она, неистовая перебирая ножками и лишь ускоряясь.

Спрыгнув на асфальт, я уже и забыл, что сейчас был одет в одни лишь труселя, поэтому смело побежал в гущу людей. Девчонки со смущенными визгами разбегались, а пацаны лишь гыкали в мою сторону. Осознав факт своего обнаженного вида, я тут же юркнул в ближайший переулок между жилой башней и сетевым супермаркетом. Там всё равно никого нет, да и шансов спастись от кабачка куда больше… Кстати, когда я заворачивал, то увидел, что Критика бежит за нами. Интересно, а ей то чего дома не сиделось?

— Говорил, что я у него на первом месте… — рычала Маруся, ловко перепрыгивая через мусорные баки: — Что я лучше всех… Что Критика не в его вкусе… Ох, Сэведж, какой же ты…

Дальше шло огромное количество нецензурной брани на русском языке. Видимо батя при жизни не особо сдерживался при любимой дочери… В общем, в выражениях её не смог бы переплюнуть даже матерый моряк.

Завернув в следующий переулок, я увидел небольшую лестницу на крышу супермаркета. Отлично! Через верх я смогу убежать к гаражному кооперативу, а оттуда в сторону Центрального рынка. Там есть остановка, на которую каждые пять минут приезжают автобусы. Если повезет, то запрыгну в ближайший из них и свалю до дома. А там уже и Маруся успокоится…

Поднявшись на крышу, я побежал в сторону гаражного кооператива. Однако смысла уже не было. Видимо, соседка устала и что-то фырча себе под нос отправилась домой. Остановившись, я облокотился спиной на стенку вентиляционной трубы и тяжко выдохнул. Забота, вкусная кухня, поддержка… в обмен на подобные акты ревности. Стоило ли оно того? Думаю, что да. К тому же, Маруся крайне редко выходила из себя. Чаще это выражалось в обиде и сожжённом завтраке. Но сегодня… Сегодня было просто нечто!

— Что… — прорычал знакомый голос: — Думал, что я сдалась?!

Со стороны вывески, на крышу внезапно вылезла Маруся. Я был настолько ошарашен, что не заметил провод от ящика со свичем, и запнувшись, обрушился на темное покрытие.

— Попался… — Маруся подошла ко мне и присев рядом ткнула кабачком в щеку: — У тебя есть десять секунд, чтобы объяснить мне весь этот фарс…

— А ну прекратить насилие! — запыхаясь, на крышу залезла Критика. Серьезные взгляд, распушистившиеся волосы, и моя футболка, что развевалась на ветру… Вот это я понимаю — шикарный вид: — Подобное поведение непозволительно для студентки Военного института. Ничего не выслушав, давить на своего соседа… Это низко!

— Кому низко — пусть подставит табуретку. — злобно фыркнула Маруся, закрыв меня собой, словно ребенок, у которого хотели отнять любимую игрушку: — Это мой лучший друг! И я буду делать с ним всё, что захочу!

— Произошло великое недоразумение… — Критика сделала шаг в нашу сторону: — Мы были на задании… Поехали отвозить специалиста на фермы.

— И? — Маруся с подозрением сузила глаза.

— Старая бочка с навозом взорвалась. Нас окатило испражнениями! А дом Сэведжа был ближе.

— То есть, если мы придём домой, и я загляну в стиральную машину, то… увижу там вашу форму? — в голосе соседки послышались сомнения.

— Я даже могу показать тебе письмо с разрешением на автомобиль, чтобы потом увезти Критику домой. — обреченно вздохнув, произнес я: — Вряд ли руководство на официальном уровне будет заниматься моими половыми связями с сотрудниками Отдела.

— Это… — Маруся виновато посмотрела на меня: — Марк, меня накрутили в Институте! Они… Они сказали, что ты точно затащишь её в постель… И я просто…

— Маленькая наивная девочка? — усмехнулся я.

— Боже… Мне так стыдно… Госпожа Невзорова, простите меня!

— Вам следует в первую очередь извинится перед своим опекуном. Юной леди непозволительно так вести себя — это во-первых, а во-вторых… Ревность рождается от комплексов. Мы же знаем свои изъяны, и искренне верим в то, что вторая половинка их тоже замечает… акцентирует на них внимание, хотя на деле это может быть совершенно не так. Поэтому на будущее — прежде чем показывать себя истеричкой, следует всем своим видом показать, что вы выше всего этого. Будьте истинной женщиной! — я слушал Критику и не верил своим ушам. Неужели в этом роботе всё-таки есть нечто человеческое?

— Я вас поняла… Просто, мы с Марком с детства заботимся друг о друге. И когда он начинает намеренно портить себе жизнь — я выхожу из себя. — Маруся окончательно успокоилась и протянула мне руку: — Прости, Марк… Я была слишком агрессивной по отношению к тебе.

— Рад, что ты это осознаешь. — кивнув, ответил я, и поднялся.

— А вы — Господин Сэведж, тоже хороши. — фыркнула Критика, сложив руки на груди: — Вместо того, чтобы всё нормально объяснить — выбежали в окно! Непозволительное для мужчины поведения.

— О, простите, Госпожа Критика, но я бы не хотел получить кабачком в лобешник. Инстинкт самосохранения, знаете ли, штука такая… — усмехнулся я.

— Мой вам совет, друзья. — напарница чуть не задрала нос от важности: — Учитесь разговаривать! Человечество, конечно, добилось успехов в физическом плане… Дубликаты и марсиане имеют гораздо больше возможностей, чем простые земные люди. Однако мы до сих пор не умеем читать мысли друг друга! Говорите, делитесь, сообщайте… Только в таком случае вы сможете избежать подобных инцидентов. Отношения — это тяжелый труд с обеих сторон.

Мы с Марусей готовы были поверить каждому слову и навсегда углубить в памяти этот момент, как самый мудрый… но развратный ветерок вновь на мгновение ознаменовал тот факт, что на Критике не было исподнего.

— ТВОЮ МАТЬ!!! — прошипела она, и прижала подол футболки к ногам.

— А тебе лишь бы посмотреть, да?! — злобно фыркнула Маруся, и схватила меня за руку: — Извращенец престарелый!!!

Получена ачивка: «Охотник за панцушотами»

+ 200 к надутым от обиды щечкам Маруси

После всего произошедшего, единственным желанием было просто лечь, и как следует вздремнуть. Смешен тот, кто пытается постичь идеальный мир, ибо где бы ты ни был — обязательно найдутся люди, которые перевернут всё с ног на голову.

+++

Впервые за всё время Марусе реально было стыдно за своё поведение. Критика показала себя с самой мудрой стороны, и смогла правильно повлиять на юную ревнивую особу. Только вот, меня немного напрягало, что она зачастую говорила про нас с соседкой, как про парочку влюбленных…

— Все! Абсолютно все взаимоотношения строятся на взаимном доверии. — строго поучала Критика, жестикулируя указательным пальцем: — И в вашем случае нужно понимать, что недоразумения случаются. Если вы, в дальнейшем, планируете завести детей и идти дальше по социальной лестнице…

— Прошу прощения, что перебиваю. Но мы с Марусей — не пара. Она просто мой хороший друг. — вновь прервал её я.

— Да-да-да. Все мы друзья хорошие. — скептически кивнув, ответила напарница: — Так вот, Мария — вы уже взрослая девушка! И должны осознавать, что взрослый мир готовит нам огромное количество сюрпризов… многие из которых будет крайне сложно назвать приятными. Со своей стороны, хочу заметить, что поступила крайне необдуманно, атаковав Господина Сэведжа будучи без белья.

— Вы ещё долго будете мусолить эту тему? — обреченно вздохнув, поинтересовался я.

— Мария — юная марсианка! У неё за плечами нет того опыта, который пережили мы, земляне. Поэтому необходимо проводить беседы. Да и вообще… — Критика скривилась и посмотрела на меня, как на говно: — Я ради тебя стараюсь! А ты… Бубнишь, как старый пень! Надоел, честное слово… Выбор Марии не осуждаю. Всё же — ты крайне перспективный молодой человек. Но так любишь ворчать… Вот просто ужас.

— Он всегда ворчит. В этом нет ничего страшного. — а Маруся, как только услышала, что Критика искренне считает нас парочкой, тут же забыла про все обиды. Из холодной машины-убийцы, моя напарница резко перешла в статус «женщины, которой можно доверять». И что забавно — таких у Маруси было крайне мало. Так вот, Критика рассказывала о премудростях взрослой жизни влюбленных парочек, а моя соседка очарованно слушала… Казалось, что она может просидеть так, хоть целую вечность.

— Вот! Видишь, Марк? Мария принимает тебя даже со всеми недостатками. Это важно! Это чувства! — если Критика ещё раз выкинет вперед указательный палец, я ей точно руку отпилю…

Но меня спас писк стиральной машины. Форма уже высушилась и была готова к эксплуатации. Вытащив мятые штаны и куртки с перчатками и ботинками, я быстро разложил всё на полу, а Маруся, вооружившись отпаривателем, довольно быстро привела всё в божеский вид.

— Забавно… А ведь буквально двадцать лет назад я бы и не подумала, что можно будет стирать вещи с обувью одновременно. — восхитилась Критика, взяв за воротник свою куртку и подняв вверх.

— Согласен. Но… такие уж они — современные технологии. — пожав плечами, произнес я: — Мария! Не желаете ли прокатится сегодня с нами?

+++

Утро нового дня началось со знакомых слов из песни группы «Кино» и очень странного запаха. Как бы правильно сказать? Как будто кто-то решил поджарить сено… Или что-то типа того.

Поднявшись, я пристыковал руку и направился на кухню. Там, что-то напевая себе под нос, кашеварила Маруся.

— О! Ты проснулся. — обрадовалась она, и тут же поставила на стол тарелку с дымящейся субстанцией: — Доброе утро!

— Доброе… — ответил я, с недоверием глядя на странное блюдо: — Стесняюсь спросить, а это что?

— Бигос! Из традиционной белорусской кухни. — с милой улыбкой ответила Маруся.

— Эмм… Но оно же должно быть с мясом?

— В последнее время ты набрал вес, поэтому нужно немного посидеть на овощах. Совсем чуть-чуть… — в глазах соседки появился хитрый блеск.

— Понятно. — я отодвинул тарелку в сторону: — Послушай, я не придираюсь… И не хочу показаться грубым. Твой отец доверял мне, и я крайне уважаю его за то, чему он посвятил свою жизнь на Марсе. Но пойми меня правильно — у всего есть предел.

— Ты про что? — Маруся тут же сделалась максимально серьезной.

— Как бы правильно сказать? В общем, подобные «шалости» до добра не доведут. Помнишь, что Критика вчера сказала? Нужно говорить друг с другом. Так вот — я тебе сейчас поясню… Мне больше полтиника. И постоянно с улыбкой смотреть на подобное я не смогу. В том, что произошло вчера — нет моей вины. И мы оба это знаем. Что происходит?

— Просто… Я… — соседка не выдержала и подойдя ко мне, положила голову на плечо: — Мы росли вместе. Я чувствую, словно ты уже часть меня… Моей семьи… Последний, кто остался… Ты единственный человек, с которым я чувствую себя… радостной и счастливой! Понимаю, что о любви говорить рано… Я не знаю, что это такое, и возможно могу с чем-то перепутать… Но сама мысль о том, что тебя могут забрать — сводит меня с ума! И все эти шалости я делаю не произвольно… Само выходит. Характер противный.

— Не противный. — я погладил её по голове: — У тебя отличный характер. Просто… иногда ты перегибаешь палку. Каждое утро я рассчитываю на тебя! Ты моя поддержка и опора. Тот самый человек, который помогает радоваться новому дню. И… ты уж меня прости, но на Земле я не пользовался особой популярностью у девушек. Что уж тут говорить — от меня ушла жена, бросив с двумя детьми. Не умею я правильно общаться с противоположным полом. Не моё это… Да я и сам по себе всегда был максимально закрытым от людей. Счастье, что у меня хотя бы под конец жизни появились настоящие друзья! Поэтому, давай с пониманием относится друг к другу? И прежде, чем злится, устраивать скандалы или же любить мозги — просто выясним, что именно случилось.

— Хорошо… Но и ты пообещай, что будешь со мной до победного! — Маруся жалобно посмотрела мне в глаза: — Пока ты не реализуешь свой план.

— Постараюсь. — улыбнувшись, ответил я.

Подросток, он и на Марсе подросток. Вот не надо было бы сваливать, я бы вплотную занялся воспитанием своей соседки. Глядишь, может через пару годиков и превратилась бы в образцовую невесту? Кто ж её там знает…

— И, я понимаю, что ты не видишь во мне взрослого человека… Признаюсь, я и сам порой его в себе не вижу, но ты должна осознавать, что мне нет смысла укрывать от тебя что-либо. По крайней мере, если речь заходить о девушках. — произнес я: — Какой в этом смысл?

— Понимаю. Просто, Глава Прайда Невзоровых — настоящий охотник за головами! Его цель — собрать все лучшие и уникальные ДНК для своих звеньев. А что, если он узнает о твоей уникальности? Что, если захочет забрать тебя для Критики? Как представлю… Меня аж в дрожь бросает!

— Не волнуйся. Где я, и где Прайд Невзоровых? Вероятность крайне мала.

— Но всё же она есть! Блин… Вот никак не могу понять — почему все так фанатеют от Критики? Она же такая жестокая и… в то же время довольно рассудительная… — Маруся задумалась: — А ведь если подумать, то она очень даже не плохая! Вчера говорила дельные вещи. И строго по теме! Мы раньше никогда не учитывали, что в ней есть подобные стороны.

— Даже интересно послушать — а как вы её видели?

— Ну… — девушка виновато улыбнулась: — Образцовый исполнитель. Хладнокровный убийца и… Большинство её фишек было списано на трансцендентный психоз.

— Прости, что?! — я не поверил своим ушам.

Трансцендентный психоз — это психическое расстройство личности, когда человек вбивает себе в голову идею, что его разум в новом теле чужероден. Что нужно, как можно скорее избавится от дубликата! А поскольку процент самоубийств на Марсе практически равен нулю, то подобные личности угрожают власть имущим различными беспорядками и нарушениями. Увы, у таких ребят всего два пути. Первый — пуля в голову, ибо лечению трансцендентный психоз не поддается… Человек буквально сходит с ума, и в итоге может нанести вред не только себе, но и окружающим. А второй вариант — дом с мягкими стенами и продолжительная терапия. Что получается на выходе… Ну, если говорить простым языком — овощ. Таких, как правило, оставляют совсем ненадолго. Кто-то говорит, что на них ставят эксперименты в тайне от Верховного Лидера, а кто-то утверждает, что пускают на органы… Казалось бы, зачем подобные практики в современном мире? А бывает такое, что все аугментации заняты и единственный вариант — пересадка органа от донора. Вот такие пироги!

— У нас слишком много дыр в построении её характера. Никто из нас не общался с ней лично… — вздохнув, ответила Маруся: — Поэтому приходится выдумывать логические объяснения.

— Это не повод подозревать человека в столь страшном заболевании. Да и вообще, у нас есть психологи, которые проверяют нашу профессиональную пригодность. Если бы что-то подобное и нашли, то… Думаю, Критика была бы сразу же отстранена. — нет, я не могу вот так взять и вывалить Марусе всю правду о прошлом моей напарницы. Я пообещал ничего не говорить, и вот так растрепать было бы по меньшей мере не по-мужски!

— Ты что-то знаешь? — с подозрением уточнила няшная копия Шерлока Холмса.

— Нет. — нужно было срочно менять тему: — Кстати, а как вы объясняете моё хладнокровие и тягу к убийствам? Ведь никто же не знает о моем плане.

— В прошлом наемник и торговец оружием. Профессиональная деформация… Ну, и я от себя добавила, что заметила в тебе склонность к садизму… Понимаешь, ты вызывал у них кучу вопросов при анализе. Не могла же я вот так взять и сказать, что тебе просто наплевать на этот мир и ты сваливаешь через несколько месяцев! Хотела запутать и отвлечь их…

— Сделав из меня маньяка? Спасибо за заботу. — усмехнулся я.

Буквально через семь минут Маруся приготовила идеальную глазунью и сделала два тоста со сливочным сыром.

— А насчёт Критики… уверена, что дело в её прошлом. Но ты же не расскажешь, верно? — девушка присела рядом и обхватила мою металлическую руку.

— Верно. Есть вещи, о которых нельзя говорить даже своим самым близким. Критика, как бы это правильно сказать… несмотря на всю свою напыщенность — хороший человек. Она стремится сделать себя лучше, и по ней это заметно. Да и я привык хранить то, что мне доверяют.

— Хех… я порой забываю, какой ты на самом деле джентльмен. — улыбнувшись, произнесла Маруся, проведя по моей правой руке кончиками пальцев.

— Но тебе же она понравилась, верно? — уточнил я, кайфуя от вкуса идеального завтрака.

— Да… Я не думала, что она настолько классная… Честно, когда я вчера вас увидела, моей первой мыслью было убежать. Для нас она, как акула с пистолетом… Совершенный хищник, который охотится на людей. Но моя рев… забота пересилила страх, и я побежала мутузить обманщика. — усмехнулась она.

— Дуреха. Что тут ещё сказать? — я щелкнул её по носу: — Не волнуйся. Если бы я хотел уединится с Критикой, то пошёл бы в отель.

— ЭЙ!!!

— Шучу. Не переживай. Такого не будет. — я быстро доел завтрак и отставил тарелки в сторону: — И да… Я постараюсь поговорить с Критикой. Может быть, она расскажет тебе чуть побольше. Чисто так — в образовательных целях.

— Правда?! Это было бы чудесно! — Маруся была на седьмом небе от радости.

Сладко потянувшись, я быстро сходил в душ, а затем собрался и направился на работу.

— Делать из конкуренток подруг — верх жестокости. — усмехнулась Эрис, когда я вышел в подъезд: — Или ты собрался построить гарем?

— Увы, но меня на всех не хватит. — ответил я, и выглянул в узенькое окно.

Небо сегодня хмурилось… Ещё немного, и может пойти дождь. Сидеть в участке сырым очень не хотелось, поэтому на выходе из подъезда я взял один из дежурных зонтов.

— Модернизации тела и поддержка Халифа Денвера — вот твой путь! — не унималась электронная помощница.

По поводу модернизации тела — можно было сделать протез, модернизировать железы, сделать специальную гормональную прошивку и быть альфа-самцом номер один. Но зачем? А по поводу Халифа Денвера — целая отдельная история.

Начнем с того, что этот незатейливый персонаж являлся одним из членов Правления, то есть эдакий депутат. Он сейчас как раз баллотируется в мэры Нейрополиса, и известен своим законопроектом «Демографический бум». Понятное дело, что большинство оттисков было от «обычных» людей, которые воспитывались в стандартных семьях. Но сам Халиф преследовал идею многоженства и быстрого увеличения населения Марса. Увы, активных последователей или поддержки с «верхних этажей» у него практически не было. Но поскольку сам Денвер занимал довольно высокий пост и имел влияние в высших кругах, то законопроект вполне себе имел определенные перспективы.

— Боюсь, что я слишком консервативен. — ответил я, и распахнув зонтик, направился вперед. Дождь не заставил себя долго ждать, и тут же затарабанил по прозрачному пластику. А по небу уже во всю начали ходить странные ярко-зеленые световые волны, что очень сильно напоминали северное сияние. Увы, ученые пока не могли объяснить природу этого загадочного марсианского явления, но выглядело очень красиво. Кстати, именно из-за этого тут пошла мода на прозрачные зонтики и машины с панорамными крышами. Главное не шибко любоваться, а то можно ненароком создать опасную ситуацию…

Но несмотря на всю красоту, я не любил дождь. Почему-то, именно во время этого погодного явления у людей что-то щелкало в голове, и они начинали вытворять всякие неприятные вещи. В общем — работы значительно прибавлялось!

Отсканировав глаз, я зашёл в участок и увидел Хука, который стоял возле моей машины с двумя стаканчиками кофе.

— Доброе утро. — довольно улыбнувшись, произнес здоровяк: — Слышал про вчерашнюю новость.

— Привет. — я взял стаканчик и отхлебнул горячий напиток: — Ты, о чем?

— Вот об этом. — Хук тут же перекинул мне вырезку из интернет-газеты. Там была фотография, где я удираю от Маруси и Критики в одних труселях. Если бы не моя милая соседка, с кабачком вместо дубины, и не напарница, что смущенно придерживала подол футболки, то всё выглядело бы более-менее прилично… Да ещё и заголовок «Секс в большом „La Isla Bonita“ — любовные треугольники снова в моде!».

— Чертова желтая пресса! Никогда не любил этих журналюг… — недовольно проурчал я.

— Да ну? А, как по мне — получилось забавно. — усмехнулся Хук: — Но это была просто шутка. Как только газеты выпустили новость, Глава Прайда Невзоровых тут же поднял бучу и всё подчистили.

— Сильные мира сего не перестают удивлять.

— Согласен. Однако, нам пришло уведомление о том, что он ждёт тебя в гости на разговор…

— КТО?! — я молился всем богам, чтобы и это тоже была глупая шутка моего бывшего наставника.

— Конь в пальто! Невзоров главный хочет с тобой поговорить. Сказал, ему нравятся матерые парни с металлическими руками. — усмехнулся Хук.

— Нет! Не-не-не, Девид Блейн! Мы так не договаривались! Я не виноват в том, что Критика вылетела вслед за мной! Нет уж… Пускай сама отдувается! Если этот хрен хочет разбираться — пускай топает к Дунаевской и пишет претензию! Я с ним лично говорить по этому поводу не намерен.

— Да ты успокойся! Он сказал, что речь пойдет не о Критике. Да и вообще там что-то связано с работой. Чего раздухарился?

— С каких это пор мы стали наемниками? Мне этого в прошлой жизни хватило…

— С таких, что Невзоров тоже член Правления и имеет все необходимые ресурсы для того, чтобы использовать государственные рычаги. К тому же — Васильев может, а Невзоров нет? Ты сам понимаешь, насколько это глупо звучит? В общем встретишься с ним вечером. Обговоришь детали и сделаешь всё по чистоте.

— Васильев — мой друг! А с отцом этой бешенной я встречаться не буду. У меня тоже есть принципы!

— Он предлагает пятьсот тысяч чейнкоинов.

— Невзоров — хороший парень! Давно хотел с ним подружится. Только вот, наверное, перед встречей стоит приодеться. Как ты считаешь?

— Какая же ты алчная скотина… — расхохотался Хук: — Ладно. В любом случае, он ждёт тебя сразу после работы. Так что заскочишь к нему перед качалкой.

— За сердце всё выплачу! Отложу себе на домик возле океана… Вот она — жизнь! — восхитился я.

— А по поводу того, что Невзорова уже была у тебя дома… — здоровяк хитро прищурился и пригладил пальцами седые усы: — Вижу, ваш прогресс идёт не по дням, а по часам.

— Ой, хорош заливать, а? Нас до ушей залило дерьмом. О каком прогрессе может идти речь? Да и к тому же — я не такой уж и урод, чтобы заставлять девушку ехать в таком виде на другой конец города.

— Джентльмен. Хвалю! — усмехнулся Хук и хлопнул огромной ладонью по моей спине: — На самом деле, я просто хотел увидеть твою физиономию, когда ты будешь говорить — «а ведь мне реально комфортно работать таким дуэтом».

— Папуль… Губу закатай. — я залпом допил кофе, и скомкав стаканчик, направился к урне: — Учти, Хук! Я от своего не отступлюсь. Критика хороша, но не для меня.

— Для меня! — из черной «Восьмерки» вылез Колыбалов: — Хук… Ты же тут, как Бог? Отдай Критику мне, раз ему без надобности? Ну?

— Ох, мерзкая ты тушенка! А ну убирайся с глаз моих!!! — зарычал здоровяк: — Кто вчера устроил дебош в кафетерии? Не участок, а сборище клоунов…

— Ой… — Казанова резко остановился, а его радужки глаз дважды моргнули зеленым светом. Лицо парня в мгновение ока стало максимально серьезным и немного грустным… Видимо, задание пришло. Колыбалов молча сел в машину, и довольно быстро уехал.

— Видать, рекламу цветов по скидке увидел. — усмехнулся я, и направился в участок. Из дверей на меня вылетел Адам Кейдж, и едва не сбив, шустро побежал к своей машине. Да что у них там случилось? Вот не зря говорил — в дождь люди начинают сходить с ума…

Зайдя в холл, я заметил, что сегодня сотрудники участка работают куда быстрее и суетливее. Видимо, нас ждёт геморрой…

Поднявшись, я подошёл к двери кабинета Дунаевской и аккуратно постучал.

— Войдите! — это не голос, а крик распиливаемой на две части мандрагоры…

— Угу… Доброе утро. — я зашёл и кисло улыбнулся.

— Что? Видел некоторое дерьмо? — усмехнулась Женщина-Пила.

— Ха-ха-ха… — сухо выдохнул я: — Какая дико смешная шутка. Ваша вторая фамилия случайно не Петросян?

— Заглохни. Принес рапорт?

— Угу… Вот. — я положил флешку на стол: — Что по причалу? Всё проверили?

— Да. Прочесали каждый уголок! Ни один микроб не остался без внимания и… Честно — пока не совсем понятно, чего именно добивался Линг. Мы даже выпросили у городской администрации и руководства порта все необходимые бумаги для вскрытия ящиков, но и там ничего занятного или подозрительного не нашлось. Ситуация тупиковая, Сэведж. Но спешу тебя немного разочаровать — следаки уверены, что Линг не планировал приходить на место встречи. Ты бы в любом случае остался с носом!

— Угу… Это вам Критика рассказала? — я придвинул табурет, и усевшись, посмотрел Дунаевской в глаза.

— Говорю же — следаки сообщили! А Критика — обычный оперативник. С чего бы ей выдвигать гипотезы по расследованию?

— Да? А мне она вчера рассказала тоже самое. В общем, я понял.

— Нет, не понял. Занимайся своими делами, и не суй свой нос в чужой вопрос! У вас есть задачи? Вот их и выполняйте.

— Понял — принял. Спасибо за разъяснение. — усмехнулся я, и отодвинув табурет, направился к двери.

— Найди Критику, и ждите задание! Сегодня очень напряженный день… Куча вызовов.

— Угу. Я знаю. — махнув Дунаевской на прощание, я вышел из кабинета: — Эрис! Найди Критику.

— Она сейчас в зале с ячейками. — ответила помощница.

— С ячейками?! — удивился я: — Интересно, чего это наша всеобщая любимица решила спрятать прямо здесь? Пойдем, глянем…

Спустившись вниз, я прошёл мимо местного арсенала и резко заглянул в зал с ячейками. Увы, сюрприз не удался… Критика испуганно дернулась, и на пол рухнула книжка. Как я понял — что-то типа дневника. А в мою сторону откатилась ручка.

— Ого! Кто-то ещё пользуется подобными вещами? — усмехнулся я, и подняв незатейливый канц. товар, обнаружил крайне интересный момент: — Погоди… Ты что, подписываешь свои вещи?

— Отдай. Живо! — холодно произнесла она, и подойдя ко мне, резко вырвала ручку, а затем спрятала в ячейку: — Терпеть не могу любопытных людей…

— А что в этом такого? Просто… Подписывать свои вещи, это… Мило. — я не смог сдержаться и немного хохотнул.

— Я всегда так делала. Можно сказать — привычка из старой жизни. Господи… — Критика обреченно закатила глаза: — Кому я это объясняю?

— Своему непосредственному руководителю.

— Ага… Мечтать не вредно. — напарница подошла ко мне, и больно ударила плечом: — Разобрался со своей зазнобой?

— Она не моя зазноба. Сколько можно говорить?

— Зря. Очень зря, Сэведж. В современном мире нужно ценить тех, кто так слепо за тобой следует! На месте Карповой, я бы уже давно пристрелила тебя.

— Очень мило с твоей стороны! Но это не твоё де… — не успел я договорить, как на интерфейсе тут же раскрылось окно сообщения с выделенной рамкой. Видимо, что-то срочное.

От кого: Центр ДКБ

Тема: Трансцендентный психоз

«Больной трансцендентным психозом телохранитель захватил заложника и теперь угрожает спрыгнуть вместе с ним.»

Цель: Обезвредить больного и спасти заложника

ВНИМАНИЕ: У больного пояс смертника. Действовать максимально осторожно. Заложник — несовершеннолетний!

— Вот дерьмо… — выдохнула Критика: — Чего встал?! Погнали!

Забежав в арсенал, напарница юркнула в сторону высоких ящиков с крупнокалиберным оружием.

— Эмм… Зачем тебе базука? — осторожно поинтересовался я.

— На всякий пожарный. — Критика вытащила нечто непомерных размеров, и присмотревшись, я увидел снайперскую винтовку Barret M82.

— Господи! На кого ты собралась охотится?! На Годзиллу?!

— Уймись! Сейчас не до шуток… — напарница быстро схватила вытянутую коробку с патронами калибра.50 BMG, и мы побежали в гараж. То неловкое чувство, когда оружие выглядело крупнее стрелка.

А я говорил, что во время дождя происходит всякая дичь… К тому же, у страдающих трансцендентным психозом в голове может быть всё что угодно. Некоторые из них вообще верят в то, что весь этот мир — одна большая иллюзия, и люди здесь не умирают, а просто просыпаются на Земле. Чокнутые…

Взвизгнув покрышками, я повел Волжану в сторону главной дороги. Сейчас утро, а это значит машин будет много. Придется ехать дворами.

— Эрис! Срочно укажи самый короткий путь к цели! — приказал я.

— Кратчайший путь установлен. — пропела помощница, и провела кривую линию на карте.

— Пристегнись. — я строго посмотрел на Критику, а та лишь молча кивнула и накинула ремень. Резко крутанув руль, я ушёл вправо, прямиком в темную подворотню. Люди с ужасом разбегались в разные стороны, но это ещё ничего… Бывало, и куда хуже.

Вылетев из переулка на дорогу, я проскочил на красный свет, а затем, переехав двойную сплошную, довольно опасно увернулся от грузовика. Мокрый асфальт делал ситуацию ещё опаснее, но благо, что я знал своё дело. Машины из трафика недовольно сигналили мне… Никто не любит нарушителей всеобщего спокойствия.

Вылетев на встречку, я проскочил прямо под носом у здоровенного внедорожника, а затем в красивом заносе выехал на перекресток. Ещё немного и… Бампер Волжаны замер в сантиметре от фонарного столба.

— Ты псих. — испуганно выдохнула Критика, которая все это время держалась за верхнюю лямку.

— Есть такое. Бежим!

Напялив шлемы, мы устремились к зданию, которое уже было окружено полицией. А вот и наш клиент… На двадцать седьмом этаже, прямо на самом краю стояло две точки.

— Разойдитесь! — прокричал офицер, и полицейские тут же расступились, образовав небольшой коридор. На входе нас уже поджидал агент из Центра ДКБ — темнокожий лысый мужчина в коричневом пальто. Этакий Коломбо в «нетфликсовском» формате.

— Добрый день. Я Агент Картман из Департамента Контроля Безопасности. Прислан сюда для координирования Отдела зачистки! — холодно произнес он: — Госпожа Невзорова! Точка тридцать четыре теперь под вашим контролем. Вы в бригаде снайперов. Идите!

— Есть! — Критика маякнула радужками глаз, и тут же побежала в сторону соседнего здания.

— Сэведж. Я наслышан про ваши уникальные способности стрельбы из пистолета! Боюсь, что сегодня они нам понадобятся, как никогда. Идем! — Картман направился в сторону лифта, а я поспешил за ним: — К нам уже подъехали сотрудники из вашего участка. Скоро начнем переговоры.

— А кого вы отправили? — тут же поинтересовался я.

Дело в том, что был у нас один невероятный специалист по переговорам. И правда отличный! Ещё ни одного отрицательного результата. Я бы даже сказал, что спасение заложников было его стезёй. Впервые услышал про него в столовой, когда Катрин по кличке «Акула» рассказывала, как ей помогали выводить ребят с захваченного ренегатами завода. За ним было много чудесных спасений. И честно, когда мне открыли, кто именно был этим супергероем — я впал в ступор…

— Не волнуйся, Сэведж. Мы вызвали лучшего специалиста. — ответил агент: — Колыбалов ещё ни разу не подводил! И… я надеюсь, что сегодняшний день не станет исключением.

Да, этот идиот, что вообразил себя персонажем из шекспировской пьесы был реально самым крутым спасателем при захвате заложников. Он умел находить нужные слова и быстро разоружать захватчиков.

Когда двери лифта открылись, мы вышли на последнем этаже, где терлось ещё больше полицейских и агентов из Центра.

— Кстати, а не слишком ли много людей для захвата всего одного заложника? — поинтересовался я, подняв заградительную ленту.

— Важно знать, кто этот заложник. — загадочно произнес Картман: — Прайд Танака занимает главенствующее положение в производстве электронных компонентов и нанотехнологий.

— И?

— И в заложниках — как раз младший сын Главы Прайда!

— ЧЕГО?! — я был в шоке: — Но, как такое могло произойти?

— Один из верных слуг и телохранителей оказался болен трансцендентным психозом. Вот… — Картман указал на три тела, накрытых окровавленной белой простыней: — Утром, по дороге в школу, Кунай — наш поехавший, сообщил в службу безопасности, что заметил ренегатов. Отвез мальчика сюда, а оставшихся телохранителей зарезал. Служба безопасности обратилась к нам. Мать заложника уже в пути.

— А что хочет Кунай? Какие требования?

— Пока неизвестно. Он просто балансирует на краю и грозит либо взорвать наследника, либо просто сигануть с ним вниз. Сэведж… мы должны спасти ребенка любой ценой!

— Сделаем. — ответил я, чувствуя, как уверенность испаряется из моего голоса. Если бы это был обычный террорист, то разобрались бы на раз-два. Но тут у нас рыбка из совершенно иного водоема…

— Марк! — ко мне подошёл Адам: — Колыбалов уже готовится… Его переодели в полицейскую форму, и через минуту он пойдет говорить. Его надо будет подстраховать! Снайперы могут не справится.

— Что там с поясом? — поинтересовался я, прокручивая в голове сценарий.

— Четыре кило пластита… Кнопочный детонатор на проводе. Всё самопальное! Кунай в прошлой жизни — Ватанабэ Йон, профессиональный сапер армии США. — ответил Кейдж.

— Ммм… Японец на службе США? Как мило… Значит, любит фейерверки?

— Я бы даже сказал — знает в них толк! В общем, действовать надо быстро… Колыбалов отвлекает — ты обезвреживаешь! Всё должно быть максимально чисто. — Адам похлопал меня по плечу.

— Как и обычно. — вздохнув, я прошёл в следующую комнату. Там как раз сидел Колыбалов переодетый в полицейского: — Ну что? Готов?

— А как же? — улыбнулся он. Такой спокойный и собранный… Просто невероятно, как ему удается держать себя в руках.

— Я на позиции! — послышался в наушнике голос Критики.

— Отлично! — я повернулся к Картману: — Начинаем?

— Колыбалов! На исходную позицию! Сэведж! Заходишь сбоку… У нас нет права на ошибку! — прохрипел темнокожий Коломбо. Ох, от напряжения у меня опять сжались все внутренние органы. Когда ты идёшь на охоту с напарником — это уже привычная ситуация. Ты знаешь, как работают механизмы взаимодействия, и как думают твои враги. А в случае с трансцендентным психозом, когда больной ублюдок мог просто ради шутки разорвать тело ребенка на мелкие кусочки — от напряжения в воздухе можно было добывать электричество.

— Пожелай мне удачи в бою… — тихо пропел Колыбалов: — Пожелай мне-е-е… Удачи!

Скрипнула дверь, и наш молодчик вышел на крышу. Я ринулся в окно, и аккуратно перелез на парапет. Проклятый дождь тарабанил по шлему, то и дело стекая на визоры, а снизу двадцать семь этажей до мокрого асфальта. Ситуация восхитительная! Всегда мечтал почувствовать себя жалкой пародией на суицидально настроенного клерка из Японии.

Боком пройдя до металлической выемки, я зацепился за неё, а затем подтянувшись, аккуратно перекатился на крышу. Благо, что в подобных офисных зданиях сверху строили специальные площадки для отдыха. Здесь крыша делилась на два уровня. Снизу находилось несколько столиков для игры в пинг-понг, скамейки и даже шезлонги. А сверху, в вытянутых клумбах росли высокие кустовые розы, что отдаленно напоминали живую изгородь.

Колыбалов поднял руки вверх, и направился на вторую площадку по лестнице.

— Я иду! — громко произнес он, и плавно поднялся. Я схватился за выступ, и подтянувшись, тут же юркнул в сторону кустовых роз. Отсюда как раз открывался хороший вид на преступника и заложника. Японец средних лет в дорогой военной форме «Милитари Индастрис», поверх которой был натянут пояс смертника. Одной рукой Кунай сжимал самопальный детонатор, а второй держал заложника… Черные, словно уголь волосы. Курносый нос и два глаза, как пуговки, которые источали дикий ужас… Сколько ему? Лет шесть? Твою ж мать… Ну, как так можно? Ладно бы это был оттиск, а тут — настоящий маленький марсианин. Я даже представить не могу, насколько ему сейчас страшно…

— Только без фокусов! — прорычал азиат, всем своим видом показывая, что готов в любой момент нажать на кнопку.

— Естественно! Послушай, Кунай… Я пришёл не для того, чтобы прижать тебя к ногтю. Мы оба знаем, насколько этот ребенок важен для всех нас. Поэтому — давай на чистоту? А?

— Хорошо… — из-за дождя, заливающего лицо, глаза азиата казались закрытыми: — Оружие?

— Да… — сознался Колыбалов.

— Выкидывай нахрен!

— Хорошо. — спаситель вытащил пистолет и нож. Стандартная практика, чтобы втереться в доверие к… преступнику. Но это псих! И что будет дальше — до сих пор остается загадкой.

— Значит так… — Кунай смачно сплюнул: — Я требую немедленной аудиенции с Верховным Лидером! Это не моё тело… И не мой мир! Я готов заключить контракт и отрабатывать сколько потребуется… Но Верховный Лидер должен вернуть меня на Землю! Там моя семья… Там моя жизнь!

— Я понимаю… — Колыбалов сделал шаг вперед, и начал едва заметно дергать указательным пальцем правой руки: — Но мы оба знаем, что Верховный Лидер не общается просто так… Давай обдумаем ещё варианты?

— Эрис! Просканируй Куная на аугментации! Правая рука, в которой он держит детонатор. — произнес я, вытаскивая пистолет.

— Какие ещё варианты?! — азиат начинал злиться.

— К примеру — я договорюсь с руководством, чтобы тебя отправили обратно на Землю. Это же проще простого! — Колыбалов говорил настолько душевно, что в это готов был поверить даже я.

— Мне нужно слово Верховного Лидера! Только у него есть столько власти! — воскликнул Кунай.

— Кисть полностью заменена на боевой протез «Перст Бога» от компании «Танака Групп»! — сообщила помощница.

— Вычисли слабое место! Нам нужно деактивировать её полностью. — прошептал я, чувствуя невыносимое давление извне.

— Приняла! Выполняю.

— Я уже сказал… — тяжко вздохнул Кунай и сделал полшага к краю: — Я хочу домой! И готов выплатить долг! Мне слишком тошно в этом искусственном мире… Я — сын Земли, а не Марса! Верховный Лидер должен поклясться… Должен дать мне слово, что выполнит мою просьбу.

— Нашла! — обрадованно воскликнула Эрис и вывела на интерфейс схему бионического протеза: — Если мы попадем в короткий отводящий раструбок большого пальца, то это мгновенно парализует кисть. Следующий выстрел в голову, чтобы преступник не успел схватить жертву и утянуть её вниз. Я всё рассчитала! Он практически не держит мальчика из-за пояса смертника. Ему было бы сложно балансировать!

— Принял… — я щелкнул предохранителем и прицелился.

— Мы вернем тебя на Землю! Обещаю! — продолжал долбить Колыбалов.

— Твоих слов мне недостаточно… Что же. — Кунай вновь вздохнул, и повернув голову, посмотрел вниз: — Танака ещё с Земли лгал мне… Преследовал мою душу, и говорил, что моя жизнь важна и для другого мира. Он говорил, что я не замечу разницы… Клялся, что моя семья будет здесь со мной! Но в итоге… Он забрал у меня самое дорогое — мою семью. И теперь… Я отплачу ему тем же!

— Давай… — пискнула Эрис.

— Не вижу… — я смахнул капли с визора: — Погрешность… Слишком непозволительная роскошь!

— Я не могу убрать дождевые капли. Это не входит в мой функционал!

— А мы на глазок. — открыв визоры, я прицелился… Ох, сколько было напряжения. Уже и не помню, когда в последний раз так волновался. Выдохнув весь воздух, я нажал на спусковой крючок. Большой палец с искрами отлетел от протеза. Кунай закричал, но следующая пуля проделала сквозное отверстие в его голове. Он отпустил мальчика и полетел вниз…

— ТРОС!!! — закричала Критика из наушника, но было слишком поздно. Этот урод для подстраховки привязал себя к мальчишке, и спустя мгновение, наследник с криком полетел вслед за трупом. Колыбалов, подобно молнии, среагировал, и я прыгнул за ним.

Твою ж мать! Со стороны соседнего дома раздался грохот мощной снайперской винтовки… В последнюю долю секунды наш специалист по переговорам успел схватить ребенка за ногу, а я, в свою очередь, подхватил Казанову за ремень и металлической рукой зацепился за перилла.

— Ух… Без качалочки жизнь не в кайф… — прохрипел я, и закинул обоих обратно на крышу. Это было крайне занимательное приключение! Подтянувшись, я перемахнул через перила и подошёл к мальчонке:

— Ты в порядке?

— Угу… — выдохнул он. Даже не заплакал! Молодец. Хотя… скорее всего, он просто дико напуган, и в ближайшие пару лет величавых маму с папой ждут регулярные походы к детскому психологу. Однако подняв пацаненка на ноги, я увидел тонкий трос, который тянулся метров на пять и заканчивался распушистившейся косичкой. Нет… Этого просто не может быть… Между домами примерно 300 метров… И как она смогла попасть по тонкой болтающейся нитке?! Да ещё и строго в момент до того, как мы все сцепились… В противном случае, малыш мог получить травмы несовместимые с жизнью.

— Кри… Ты меня слышишь?

— Да.

— Это… просто нечто!

— Люблю. Умею. Практикую. — ой… Наверняка сейчас пожала плечами в стиле Чака Норриса, мол — «я просто выполняю свою работу». Подобные моменты я называл — «подковать блоху», то есть сделать нечто настолько ювелирное, что у обычных людей голова идёт кругом.

Получена ачивка: «Путь к сердцу мужчины лежит через спецЭффЭкты»

+ 10 к впечатлительности

Из-за ошарашенности, я и не заметил, как всю крышу оккупировали полицейские с агентами, а мальчика, закутав в полотенце, забрала мама в паре с огромным вооруженным шкафом.

Даже несмотря на всю мою ненависть, сегодня Критика определенно заслужила уважение!

— Входящий вызов от контакта: «Призрачный гонщик». — предупредила Эрис.

— Ответить. Да? Адам, что случилось? — спросил я.

— Мы тут снизу, грузим то, что осталось от Куная… В общем, не знаю, что это за идиотская шутка, но ты должен увидеть! — ответил он.

Заинтригованный, я помчался к лифту. В ДКБ, как в пчелином улье — каждый выполняет свою работу. У всех своя компетенция, и лезть в чужую было нарушением правил и дурным тоном. Так вот, трупы были далеко не по моей части… Скажу больше — мне их хватило и в прошлой жизни.

Спустившись вниз, я вышел на улицу, и увидел машины скорой помощи. Адам подошёл ко мне и вручил замызганный конверт:

— Через три минуты Першин заберет это у тебя. Три минуты, Сэведж. — сухо произнес он, и направился к Картману, который общался с одним из криминалистов.

— Три минуты, значит? — я внимательно осмотрел конверт. «Для Марка Сэведжа» — гласила надпись на латыни. Хмм… Занятно! Открыв конверт, я вытащил свернутое письмо, и раскрыл его.

— Ммм… Опять латынь. — тяжко вздохнула Эрис: — Сейчас попробую перевести и понять, что это за стихи.

— Давай. — задумчиво ответил я, встав под небольшой навес на крыльце: — Чувствую себя, каким-то Индианой Джонсом… Ей богу.

— Ещё немного… Есть! — обрадованно воскликнула электронная помощница, а затем вывела переведенный текст на интерфейс.

С латыни на русский язык:

«Ныне хочу рассказать про тела, превращенные в формы

Новые. Боги, — ведь вы превращения эти вершили, —

Дайте ж замыслу ход и мою от начала вселенной

До наступивших времен непрерывную песнь доведите»

— И… Ты знаешь, даже после перевода понятнее не стало. Что это? — спросил я.

— Вступление первой книги «Метаморфоз». Публий Овидий Назон. Я поражаюсь твоей необразованности! — возмутилась Эрис: — Это ж древнеримский поэт и любитель эротики… Он там в своих стихах такое описывал, что даже матерые порнозвезды смущенно покраснели бы. Уж поверь! Такое надо знать.

— Меня не интересуют древние мастера эротических стихов. Мне больше интересно, зачем Кунай это написал? Почему, именно я указан на конверте?

— «Метаморфоза» не относилась к стандартной поэзии Овидия. Это что-то вроде фольклора. Там рассказываются легенды о различных превращениях людей, растений и животных. Так же присутствует информация о мифических существах.

— И о чем мне это должно сказать? Я всё равно не догоняю… Да и к тому же — мы с Кунаем точно не были знакомы!

— Это не его почерк. Да и в архиве нет информации о том, что Кунай владел латынью.

— Час от часу не легче… — выдохнул я, и ещё раз внимательно осмотрел письмо: — Сохрани на всякий случай. Вдруг потом что-нибудь выяснится?

— Хорошо. Данные сохранены.

— Эй! — ко мне подошёл здоровенный шкаф в черном пальто: — Кейдж сказал, что вещдок у тебя?

— Ага… — ответил я, и выйдя из-под козырька, протянул письмо Першину: — Далеко не убирайте.

— Конечно. Как скажете, Босс. — прорычал он в ответ, и выхватив конверт, тут же спрятал его в прозрачный пакет для улик.

Овидий, «Метаморфозы», трансцендентный психоз, захват одного из наследников Прайда Танака в заложники и обычный вигилант… Как всё это взаимосвязано?

Ничего не понятно, но очень интересно.

+++

После всего произошедшего мы успели сгонять на обед, и теперь ехали на новое задание, которое, к моему великому сожалению, дал сам Генерал Васильев.

— Письмо со стихами на трупе? — Критика с удивлением посмотрела на меня: — Черт возьми… Это так романтично! Сэведж, походу дела тебе кто-то хочет вдуть.

— Ага! Если бы… — усмехнулся я, остановив машину перед светофором: — Вчера был совершенно пустой заход в порт. Сегодня письмо на трупе. Всё это напоминает…

— Крючки для решения загадки. Но только вот, мы не в «Шерлоке». Да и ты далеко не гений, чтобы решать подобные головоломки. Честно, я вообще сомневаюсь, что твой айкью дотягивает до трехзначной цифры, но… Возможно преступники видят в тебе какого-то умника? — предположила напарница, не сводя с меня пристального взгляда.

— Возможно. Даже немного жаль их огорчать. — вздохнул я, и дождавшись зеленого сигнала, поехал дальше: — После угона вертолета и моего повышения, жизнь, как будто круто развернулась… И я не понимаю, где именно свернул не туда. Может быть, за письмом тоже стоит Линг?

— Ой, да сдался ты ему? Как будто у него нет больше других проблем, кроме как писать тебе любовные стихи на трупах. Это не кино, и не сериал, где преступники выстраивают шедевральные каскады из ловушек, чтобы помучить главных героев. Просто совпадение… А, стихи явно что-то, да значат! Если это, конечно, не простое запутывание следов.

— Следы запутывают только в том случае, если жертва точно знает, что за ней идут. А мы… Черт возьми, мы понятия не имеем, что происходит! Это… глупо. Просто глупо и совершенно непонятно.

— Предположим, что мы всё-таки в кино. И это — реально загадка. — Критика наконец-то отвернулась от меня и откинулась на спинку кресла: — Как там всегда говорили крутые детективы? Чтобы поймать преступника — надо думать, как преступник. Ты хочешь рассказать что-либо одному из служителей правопорядка. Как бы ты это сделал?

— Чтобы было понятно! Хотя бы ему одному.

— Хмм… Но тогда он сразу обо всём догадается и… — Критика резко замолчала.

— Что не так?

— Нет… Всё в порядке. — быстро ответила она и отвернулась: — Потом.

Видимо, словила какой-то триггер? Ай, черт её знает. Голова и так пухла от всего произошедшего, поэтому лучше оставить все разборки на потом.

Припарковавшись к небольшому фургончику, я открыл дверь и повернулся к напарнице:

— Ты идёшь?

— Да… Секунду. — холодно ответила она, о чем-то соображая.

— Может быть, чем-то помочь?

— Сэведж. Уймись и иди! Я догоню.

Твою ж мать, да что за загадочная особа? То утверждает, что для максимального взаимопонимания нужно разговаривать друг с другом, то уходит в себя без видимой на то причины. Нет… Я её точно никогда не пойму. Да оно мне и без надобности. Как говорится — не для женитьбы же мне её подогнали, верно?

Дождь почти закончился, а я, чавкая по размокшей земле, подошёл к уже знакомому вагончику местного зоопарка.

— Марк! — внутри меня уже поджидала Лия, и радостно налетев, стиснула меня в области живота: — А ведь я знала, что ты придёшь на этой неделе!

— Ещё бы. — улыбнулся я, погладив миниатюрную любительницу животных по идеальным шелковистым волосам.

— Доброго дня, Мистер Сэведж. — Софи, заместитель директора зоопарка восседала всё на том же месте, и с умиляющимся видом смотрела на нас: — Рада встрече.

— Аналогично. — кивнул я: — Итак, что у нас сегодня? Опять огромные рептилии?

— Нет. К Борису приехала подруга. Ему не до гостей. — застенчиво ответила Лия: — Сегодня на повестке дня другой наш сотрудник.

— Добрый день. — дверь в вагончик распахнулась, и к нам зашла хмурая Критика.

— О! Госпожа Невзорова собственной персоной. — удивилась Софи: — Какими судьбами?

— Здравствуйте, Госпожа Грехем. Я напарница… вот этого. — девушка взглядом указала на меня.

— Ничего себе. А как же Мисс Кэралайн?

— Предпочту умолчать. — сухо выдохнула Критика и отвернулась.

— Ого! У тебя новая подружка? А я и не знала… — радость пропала из улыбки Лии, и лицо девушки в мгновение ока превратилось в кукольную маску: — Папа мне ничего не говорил.

— Да мы буквально на днях. — ответил я: — Так что, он просто не успел сказать.

— Не успел, значит? Ясненько. — Лия тут же отпустилась от меня, и вытащив из кармашка миниатюрный пакетик с соком, аккуратно открыла, а затем вставила трубочку: — Госпожа Невзорова. Наслышана про вас…

— Угу. — Критика посмотрела на дочку Генерала, как сова на маленькую мышку.

— Только вот… Среди информации не было… Ничего. Хорошего. — Лия подошла почти в плотную к моей напарнице.

— Погоди! Лучше её не тро… — начал было я, но было слишком поздно. Юная любительница животных сильно сжала пакет и брызнула соком в лицо Критики. Боже… Да, что на неё нашло?! Лия же всегда была милой девочкой!

В кабинке повисло напряженное молчание. Мне даже показалось, словно я слышу, как в моей груди работает «Титан»… Нет! Нужно срочно разрулить ситуацию и извиниться.

— Ах ты мелкая… — прорычала Критика, и вытерев платочком сок с лица, схватила миниатюрную нахалку, а затем резко подтащила к себе: — Пуська! Как же я по тебе скучала!

— Сестренка!!! — обрадованно воскликнула Лия, и чуть ли не с ногами запрыгнула на мою напарницу.

Напряжение в мгновение ока исчезло, а девчонки, словно настоящие сестры во всю начали обниматься. Блин… А мне так не радовались. Что за странное чувство в груди? Неужели… ревность?

— Я так скучала… — из разъяренной рыси Критика превратилась в ласковую кошечку. Да ну… Нет! Этого не может быть!

— Я сильнее скучала! — Лия не стесняясь ластилась в одному из самых опасных оперативников Отдела.

— А вы что, знакомы? — удивился я.

— Ну, естественно! — ответила Критика: — Я уже лет пять, как присматриваю за ней.

Всё встало на свои места… Не было никакого другого покровителя. Опять Васильев подсуетился и удерживал своего очередного любимчика. Твою ж мать! Как всё просто оказалось…

— Мне жаль прерывать столь трогательный момент, но что мы должны сделать сегодня? — поинтересовался я.

— Ах да… — Лия наконец-то отлипла от названной сестры: — Одна моя подруга из института биологии делает курсовую работу, и попросила ей немного подсобить. В общем, нужно доставить одного моего друга к ней домой, но сегодня Николай Христофорович чувствует себя плохо, и я не могу надолго вырваться из зоопарка!

— А не проще ли позвать Николаю Христофоровичу врача? Или отпустить его домой… Может быть за ним жена поухаживает или… Кто-нибудь из родственников?

— О… Но у Николая Христофоровича нет жены. А все его родственники сейчас живут в заповеднике на Гефесте!

— Эмм… — я вопросительно посмотрел на Лию.

— Николай Христофорович — это гиппопотам. — догнав, что к чему, ответила юная любительница животных: — А вам необходимо доставить Мистера Куся моей подруге. Это очень важный друг! Я ни за что не доверю его чужим людям.

— Мистер Кусь… — обреченно закатив глаза, выдохнул я: — Даже представить боюсь, что это за монстр.

— И никакой он не монстр! — обиженно надув щечки, произнесла Лия и поставила на стол клетку с милой пухленькой… крысой.

Черный комочек шерсти с блестящими глазками встал на задние лапки, как бы говоря — «Здоров!», и на всякий случай умыл мордочку.

— Кароста! — восхищенно воскликнула Критика. Да, всё-таки я в очередной раз понял, что дочка Генерала Васильева обладает особой магией очарования. Никто не мог перед ней устоять! Даже холодная и расчётливая убийца из рыси превращалась в ласковую домашнюю кошечку.

— Это не Кароста. Это — Мистер Кусь! Он умный и продвинутый. — заверила Лия: — Но он не очень любит дневной свет, поэтому я уберу его в специальную переноску. Погодите немного…

Пока мы ждали переброса Мистера Куся в новый транспортный модуль, я всё поглядывал на Критику. Господи… во что Лия её превратила?! Что это за по-детски радостная красноволосая милота?! Аж смотреть противно… Ей богу! Где этот холодный взгляд? Где строгость? Где аура абсолютного убийцы? Я чувствовал себя проигравшим… По что бедному дитя дана такая невообразимая сила, превращать всё самое суровое и жестокое в милое и доброе? Кошмар… Просто ужас!

Приняв новую переноску Мистера Куся, которая больше напоминала космический корабль пришельцев и распрощавшись с Лией, мы направились по указанному адресу.

Кстати, как только Критика покинула радиус действия магии очарования, то в ту же секунду обратно превратилась в ледышку.

— Что это было? — не сдержавшись, спросил я.

— В плане? — напарница вопросительно посмотрела на меня.

— Ну… С Лией! Ты была сама не своя…

— Девочке по жизни сильно досталось, но она не опускает руки и продолжает жить, радуя себя и окружающих. Лия заботится о братьях наших меньших! Не покладая рук трудится в зоопарке. Лично у меня это вызывает бесконечное уважение.

— Ни в коем случае не хочу вас ссорить, но… Она брызнула тебе соком в лицо.

— Невинный дружеский лулз. Что такого? Лия слишком милая, чтобы можно было на неё злиться. Да и можно подумать, что если бы с тобой она сделала тоже самое, ты бы тут же ей надавал ремнем по попе? — холодно усмехнулась Критика: — Забудь… Мы все в её власти.

— Так значит, ты тоже заметила?

— Только дурак не заметит… Но я бы не сказала, что это плохо. В современном мире так мало чего-то по-настоящему чистого и доброго, что мы, подобно мотылькам, тянемся к этому свету. Лия восхитительный человек! Да, она любит шутить. И порой её стеб довольно резок, я это признаю… Но в целом, она волшебная. И я буду только рада проводить с ней, как можно больше времени.

— Человек… — с ужасом глядя на Критику, выдохнул я: — Ты… Человек! Этого не может быть…

— СЭВЕДЖ!!! Скотина, такая… Я тебе сейчас башку пробью! — прорычала напарница и показала мне кулак.

— Ладно — ладно. Просто, твоя метаморфоза выглядела… Крайне необычной. Я удивлен.

— Не надо думать, что, случайно выведав один секрет — теперь полностью знаешь меня. — вздохнула Кри и отвернулась к окну: — Я вообще не уверена, что ты когда-нибудь поймешь… с кем связался.

— Буду откровенным — даже не стремлюсь. — усмехнулся я.

Остаток дороги прошёл под задорные зарубежные треки. Дождь окончательно закончился, и серые облака рассеялись, открыв прекрасное желтовато-голубое небо. Через пару часов начнется закат.

Майли Кэмпбэлл — подруга Лии, жила в одной из стандартных многоквартирных башен в районе «Восточного Берега».

— Приехали! Посмотри, как там Мистер Кусь. — произнес я, внимательно изучая центральный вход в башню и устанавливая личность вахтера.

— Угу… — Критика наклонилась к переноске и щелкнув замочком, заглянула внутрь.

— Ого! Не поверишь — там за порядком следит бывший вигилант. — удивился я: — Наверняка в башне с дисциплиной всё в порядке.

— Твою мать… — выдохнула напарница, и с ужасом посмотрела на меня.

— Чего?

— Мистер Кусь… Он исчез!

Немая пауза.

— ЧЕГО?!?!?!?!

Получена ачивка: «Учитель Сплинтер, ты где?»

— 100 к уважению от канализационных любителей пиццы и карате

Глава 10

Немного из воспоминаний юного кадета-отличника Марка Сэведжа.

Это произошло 3 года назад, когда я ещё был малолеткой по местным меркам. Тогда началась практика… Мы ездили с настоящими крутыми вигилантами на различные простенькие задания, наблюдали и задавали вопросы. Поскольку я был из звена оперативников, то соответственно мне повезло больше всех, ибо проходил практику со своим наставником — Эрнесто Сэведжем. Довольно интересный и очень умный дядька, много лет отдал военной службе на Земле, и имел богатый послужной список.

Дело было в пятницу. Его черная «Девятка» остановилась неподалеку от главных ворот кадетского корпуса, и я, словно малолетний пацан, едва ли не вприпрыжку понесся к ней.

— Как дела, Малой? — поправив роскошную шевелюру, как у Элвиса, поинтересовался Эрнесто: — Есть успехи?

— А то! — усмехнувшись, ответил я: — Дико хочу собственную тачку… Устал сидеть без дела.

— Говорят, что ты первый по физической подготовке. Это правда?

— Правда! Поэтому и хочу поскорее к делу.

— Хах… К делу. — Эрнесто улыбнулся, и хрустнул коробкой передач.

Вот есть на свете люди, которые всё делали очень эстетически красиво! И мой первый наставник был из таких. Он всё делал круто. Да и выглядел не хуже. Элеонора рассказывала, как раньше за Эрнесто бегали девчонки… Повод для зависти. Но больше всего мне нравились моральные устои этого человека. Он был… Черт возьми, до одурения правильным! И выглядело это не мерзко, а именно так, как надо. Без лишнего притворства… Просто такой человек. И это вызывало у меня восторг.

— А что в этом такого? Мы тренируемся на манекенах. Стреляем в тире… Время идёт, а доступа к рейтингу нет. Чувствую себя, как в лягушатнике, ей богу.

— Вроде взрослый, а говоришь, как типичный мальчуган. — усмехнулся наставник: — Слушай, разве это не здорово, что ты сидишь тут? Не рискуешь задницей в Пустошах… Не отбиваешь фермы от дикарей. Руки и ноги на месте. Все органы родные… Мне не совсем понятно твоё стремление.

— А чего же тут непонятного? Я хочу независимости. Когда много лет жил по своим устоям, и тут тебя, уже сформировавшуюся личность, начинают выкручивать на новый лад — невольно задумываешься, мол, а когда всё это кончится? Завершу подготовительный курс, получу дуэт, и будет проще.

— Ах вот, значит, как? Ты у нас абсолютный эгоист? — дядька расхохотался, обнажив ряд идеально белых зубов: — Занятно. Но я тебя понимаю. Осталось чуть меньше года, так что не переживай.

— Не переживаю. Просто считаю дни! Уж раз выбрал эту стезю — значит буду ей следовать.

— Замечательно… — радужки глаз Эрнесто внезапно моргнули, а лицо стало предельно серьезным: — Твою мать…

— Что случилось? — любопытство в мгновение ока завладело мной.

— Ренегаты… Похитили ребенка. Ладно! Малой, ты же взрослый человек, да?

— Обижаешь, начальник!

— Я к тому, что если мы сейчас стартанем на другое задание вместе — ты же не будешь орать об этом на каждом переулке?

— Кончай стебаться! Давай уже жми.

— Отлично! — двигатель «Девятки» неистово взревел, и машина подобно гоночному болиду, понеслась вперед.

Подкатив в переулок между двумя жилыми башнями, мы увидели полицейский автомобиль.

— Марк, вызови скорую… Походу дела там есть раненые. — выдохнул Эрнесто, и выйдя на улицу, резко заглянул обратно в салон: — Сиди тут и никуда не уходи!

— Понял, босс. — ответил я, и принялся вызывать помощь: — Эрис, нам срочно нужна карета скорой помощи по моим координатам.

— Приняла. Сейчас сделаю. — произнесла помощница. В то время наше с ней общение было… прохладным. Но после обновления Эрис стала более человечной. Начались приколы, ачивки и стеб. Бесконечный, мать его, стеб…

Открыв дверь, я вытащил аптечку и вышел из машины. Какой холодный воздух! Ранняя весна… В такое время года температура в Нейрополисе не поднималась выше десяти градусов по Цельсию.

Подойдя к первому полицейскому, я присел на одно колено, и вытащив антисептик, принялся обрабатывать рану. Прострелили ногу… и судя по второй дырке — пуля прошла на вылет. Мужчина потерял сознание от боли. Эх… Слабачок. Быстро наложив бинт, я направился ко второму. Этот был в сознании. Ну, по крайней мере мне так показалось. Второй полицейский смотрел в небо невидящим взглядом и как-то странно глотал воздух. Присмотревшись, я понял, что его форма почти насквозь пропиталась кровью. То-то и думаю — чего цвет такой темный? Полностью распахнув его куртку, я разорвал рубашку и понял, что дело дрянь. Куча мелких дырок украшали грудную клетку бедолаги… Но поскольку он всё ещё дышал, значит стреляли из обреза с приличного расстояния, в противном случае от органов полицейского осталось бы кровавое месиво. Единственное, что я мог сделать в такой ситуации — вколоть обезболивающее. Здесь нужен квалифицированный хирург, а не наемный солдат.

Вытащив из подсумка склянку с желтой жижей, я зарядил её в пистолет-шприц, и сделал раненому инъекцию. Он что-то невразумительно прохрипел, и тут же отключился. Накрыв полицейского своей курткой, я закрыл аптечку, и только хотел вернуться в машину, как откуда-то сверху донесся подозрительный шум.

— …ну же! Быстрее! Я не хочу на поля! — прохрипел мужской голос, и на площадку пожарной лестницы выглянул бородатый жуткий тип, лет тридцати на вид. Наши взгляды встретились, и он тут же выругался: — Агррхх… Черт! Там эта тварь… Вигилант! Валим! Валим!

Ну, предположим, что не вигилант, а лишь кадет, но в остальном правда — тварь ещё та.

— Эр! Эр, как слышно? — я тут же связался с наставником.

— На связи, Марк. Что-то срочное?

— Ты бежишь не по тому следу. Они здесь! Прямо в левой башне.

— Уверен? — было слышно, как Эрнесто резко остановился.

— Абсолютно! Только что их видел.

— Ребенок жив?

— Они кому-то говорили, чтобы поторапливался… — пожав плечами, ответил я: — Скорее всего.

— Понял. Сейчас буду! А ты… Не вздумай рыпаться. Их там пять человек, и они вооружены.

— Я похож на самоубийцу?

— Кто тебя знает… — усмехнулся наставник и завершил вызов.

Всё сделал чётко и по уставу. Никаких лишних движений. Скорую помощь вызвал, одного полицейского перевязал, старшему вигиланту информацию передал. Красавчик! Но… Я вдруг вспомнил, как мы в Кандагаре выводили пленников из подвала. Был там один маленький мальчик… Напуганный до жути, но изо всех сил скрывающий это. Когда мы зашли, он просто стоял и что-то балаболил на своём, не двигаясь с места. Я звал его… Махал рукой, но он не реагировал. Стоял, выставив руки вперед, и что-то тараторил. Уже потом, когда прибежал местный житель, выяснилось, что пацан прятал младшую сестру. Ему было дико страшно, но он понимал, что если покажет это, то сильно усугубит ситуацию. Они оба выбрались живыми, хотя террорист удерживал заложников в том подвале почти неделю… Когда ты ребенок, то очень важно знать, что за тобой придут. Тебя спасут. За тебя постоят. Доля взрослых — заботиться и защищать тех, кто ещё не умеет это делать самостоятельно.

Обреченно закатив глаза, я подошёл к накрытому полицейскому, что лежал возле лужи, и начал искать оружие. Кадетам табельное выдавали только в тире и на сборах. На практике мы могли лишь наблюдать за всем происходящим.

Увы, из оружия у него были лишь электрошокер и маленький нож. Да ну нафиг?! Подбежав ко второму, который лежал с простреленной ногой, я начал шманать его пояс. И тут та же самая картина… Тогда я ещё не знал, что вигиланты были единственными оперативниками, кто носил при себе огнестрельное оружие. Ещё бы — ведь мы же убийцы.

Ситуация принимала совершенно отвратительный оборот… Можно, конечно, рискнуть жизнью заложника и напасть с пустыми руками, но я не идиот. Такое бывает только в фильмах! Главное правило восточных единоборств: если у твоего противника нож, а у тебя кулак — беги.

Последней надеждой был автомобиль Эрнесто. В бардачке наверняка завалялся ствол. В этом была суть всех Сэведжей — мы любили оружие, машины и женщин. Ну… по крайней мере мне так наставник говорил. Открыв дверь, я залез в бардачок, где лежала целая кипа непонятных документов. Нащупав среди тонны бумаг пластиковую рукоять, я вытащил «Beretta 92F» — типичный итальянский самозарядный пистолет. Старый, но не бесполезный! Помнится, таким вооружали копов в 80х годах.

Проверив магазин, я клацнул затвором и опустил флажок предохранителя. Всегда нужно быть максимально осторожным. Закрепив на поясе кобуру, я направился в сторону лестницы. При успехе операции меня ждал серьезный выговор от Эрнесто и долгие беседы с Элеонорой. А при фиаско… Наверное, о таком лучше не думать.

Запрыгнув на пожарную лестницу, я быстро полез наверх. Пять человек? При грамотном расчёте — разобраться с ними не будет проблемой.

Подтянувшись, я залез на первую площадку, и открыв дверь, прошёл в здание. Судя по шуму, они сейчас на четвертом этаже… Суетливо спускаются.

Щелкнув предохранителем, я спрятался в тень. Главное — сделать качественно первый выстрел. Затем, воспользоваться шумихой и добить остальных. Закрыв глаза, я начал внимательно вслушиваться… Идут разрозненно. Два спускаются спереди, третий в центре с заложником, четвертый чуть повыше, а пятый вообще метрах в шести от них. Зря. Очень зря!

— …я говорил, что ему нельзя доверять?! ГОВОРИЛ?! И что вы мне сказали?! Сволочи! Я больше никогда не пойду с вами на задания! В жопу затолкайте свои слова! В жопу!!! — брызгая слюной, кричал тот, что бежал первым. Молодчик выглядел, как типичный бандит — жуткая рожа с косматой грязной бородой, а на щеках были наколоты кресты… Судя по всему, что-то связанное с немецкой символикой. От нижней челюсти и до шеи спускался уродливый шрам. Следующим шёл азиат в спортивной куртке и смешной зимней шапке. Он был вооружен револьвером… «Colt Python» в спортивном оформлении. Чуть выше бежал чернокожий здоровяк, вооруженный обрезом из простой двухстволки. Урод вёл за собой миниатюрную бледную девчонку… Честно — я таких никогда не видел! Её кожа была белее снега. А грустные глаза, как будто испускали тусклое, едва заметное свечение. Будь я реально мальчонкой, то подумал бы, что предо мной настоящая инопланетянка. Но по факту, все могло оказаться куда менее радужным. Неужели, чем-то болеет?

Заплаканное личико выражало дикий ужас и одновременно смирение. Конечно! На вид ей от силы лет десять, если не меньше. Никогда не понимал ублюдков, которым хватало совести брать в заложники детей.

Выдохнув весь воздух из легких, я прицелился. Бах! Выстрел ударил по ушам, а здоровенный негр повалился вниз с простреленной головой. Девчонка испуганно прижалась к пирилам, а огромный труп сбил с ног азиата и бородача. Выйдя из мрака, я вышиб мозги рухнувшим бандитам, и кровь восхитительным темно-алым фейерверком разлетелась в разные стороны. Ловко перепрыгнув через трупы, я подошёл к девочке. Её взгляд стал ещё грустнее…

— Скорее, беги! Я прикрою. — произнес я, но миниатюрная инопланетянка лишь зажмурилась и тихо произнесла:

— Когда всё это закончится… Когда вы прекратите уничтожать друг друга?

Увы, тогда я не успел придать значения её словам. Да и некогда было философствовать. К нам бежали оставшиеся преступники.

— ЭТО ЧТО ЗА Х… — взревел четвертый, который как раз вышел из-за угла лестницы. Выстрел. Мимо! Пуля пробила сонную артерию, и забрызгивая всё кровью, парень неистово захрипел: — СВОЛОЧЬ!!!

Прижавшись к стене, он плавно скатился вниз и сплюнул темно-алую кляксу на ступеньку.

— Барри!!! НЕТ!!! — закричал пятый, ещё один азиат. Он был вооружен автоматом Калашникова, но пользоваться не умел. На этот раз я был готов, поэтому сразу попал ублюдку в голову.

— Кххх… КхххХХххх… — четвертый смотрел на меня взглядом полным ненависти и медленно завалился на бок, после чего испустил дух. Всего одна ошибка… Одна, но какая?! Черт, а ведь если бы четвертый был сильнее, то мог бы успеть вытащить пистолет и выстрелить в девчонку. И что тогда? Нет. Ещё двадцать штрафных часов в тире, пока не доведу результат до идеала. Школа Стрелков — жди меня!

Я так увлекся размышлениями о своих ошибках, что позабыл об этих больших испуганных глазах с длинными ресницами… Спрятав пистолет, я подошёл к девочке. Нужно было срочно вывести её отсюда. Наверняка испугалась этих ублюдков. В такие моменты нужно было сразу сказать, что всё хорошо! Защитник прибыл, и больше её никто не тронет.

— Милая… Всё хорошо! Я из Кадетского Корпуса! Видишь значок? — я показал ей свою золотую звезду с сердцевиной в виде герберы: — Пойдем на ули…

— Вы все одинаковые… — прошептала девочка, и прижавшись к периллам, тихонько заплакала.

— Эмм… Что? — неожиданная реакция ввела меня в ступор. Ничего не понимаю. К чему она сказала, что «мы одинаковые»? И главное — кто «мы»?

— Убиваете друг друга… Кромсаете! Причиняете боль. Почему до вас не доходит, что вы все живые… Вы все одинаковые. Почему вы продолжаете это делать? — прижавшись головой к металлическим периллам всхлипывала девочка: — Зачем продолжать жить, зная, что тебя в любой момент могут убить твои же соплеменники? Ты можешь ответить мне на этот вопрос? Зачем ты убил этих людей?

— Но… Они же угрожали тебе! Это бандиты…

— Кто… — всхлипнув, она посмотрела на меня: — Кто дал тебе право лишать жизни?

Честно — я не знал, что ответить. Уж слишком странная реакция для ребенка.

— Ты могла пострадать! Я пришёл, чтобы защитить тебя…

— Моя жизнь не стоит пяти… Не стоит! Как ты этого не понимаешь? Неужели другого выбора не было?

— Дорогуша, давай так. — голова тут же вспомнила, как я воспитывал Лизку и Кольку. Если ребенок испугался и находится в состоянии истерики — нужно было просто поговорить по душам. Чтобы дитяко прорыдалось, прооралось и успокоилось. Конечно, было у меня сомнение, что такое применимо далеко не ко всем детям, но другого метода я не знаю: — Если бы я выстрелил в них электрошокером, то они могли бы без проблем убить тебя. Попали бы в голову, что хорошо. Или попали бы в грудной отдел, что плохо. Смерть от подобных ранений мучительна… Поверь мне на слово.

— Вы переселенец, верно? — как-то подозрительно быстро она успокоилась.

— Верно.

— Интересно. Тогда, давай так! — девочка аккуратно взяла меня за руку: — Я из нового поколения, поэтому единственный способ поговорить — это правда. Ты готов говорить правду?

— Готов. — я вытащил платок и быстро вытер слезы с её щёк.

— И ты убивал там, на Земле?

— Убивал. Очень много убивал. Тебе стало спокойнее?

— Нет. Мне просто интересно… Для чего?

— Мне платили деньги. Я кормил семью.

— И… твоя семья была не против такой профессии? — девчонка с подозрением сузила глаза.

— Не против. Родная, деньги не пахнут.

— Разобрались. Ты убивал людей ради денег. Хорошо. А зачем ты убил этих людей? — она явно не хотела смотреть на трупы, поэтому просто двинула головой.

— Потому что хотел спасти тебя.

— Но моя жизнь не стоит смерти пятерых человек.

— Знаешь, а моя дочь стоит дороже. Ради неё я готов вырезать целый континент. Нет… Целую планету! — улыбнулся я: — Дорогая, ты ещё мала и не совсем понимаешь, что есть мусор, и есть перспективный гражданин. Но я не намерен учить тебя жизни. Моя задача — вытащить тебя целой и невредимой.

— Целую планету… ради дочери? — с ужасом посмотрела девочка: — Она Принцесса?

— Для каждого отца, дочь — это принцесса. Я уверен, что твой отец считает так же.

— Да… Он называет меня так. Но я думала, что он лишь утрирует. Мне нужно будет провести с ним воспитательную беседу. Никаких вырезанных планет! Я за равенство людей.

— Ладно… Думай, как знаешь. А теперь, нам пора. Тебя будут ждать родители, а меня… звездюли.

— Звездю… Что это за слово? Мой встроенный словарь сходит с ума!

— Ничего. Просто, пойдем. — я протянул девочке руку: — А как тебя зовут?

— Лия… Принцесса Лия, если уж на то пошло. — по сравнению с ей маленькой ладонью, моя пятерня была, словно медвежья лапа: — А тебя?

— Марк.

— А можно я расскажу своей подруге, что знакома с настоящим киллером?

— Не уверен, что ей понравится такое…

— Как в фильме «Лион». Я ненавижу насилие, но очень… Очень люблю фильмы с перестре… лками… — взгляд девочки, как будто затуманился, и она тут же отключилась. Я едва успел подхватить её тонкое тело на руки.

С улицы послышались быстро приближающиеся шаги.

— Марк! Марк… О, господи… — запыхавшийся Эрнесто подбежал к лестнице: — Что с ней? Она жива?

— Да… Всё в порядке. Обвиняла меня в убийстве этих людей…

— Понятно. — наставник выдохнул, и спрятал пистолет: — Что же, поздравляю…

— С чем?

— Ты спас любимую дочь Генерала Васильева. — горько усмехнулся он: — Но, боюсь, что тебя теперь точно выпрут из корпуса…

Да, именно так и началось моё знакомство с Лией, бедным больным ребенком, которого ренегаты хотели выменять на трех пленных товарищей. И из Корпуса меня, естественно, никто не выгнал. Но пытались… И даже не один раз.

Лия очень щепетильно относилась ко всему живому, и даже несмотря на нелюбовь к некоторым личностям, ценила всех и каждого. Кто ж тогда знал, к чему это всё приведет?

+++

— Как такое могло произойти?! — Критика схватилась за голову, и села на корточки возле машины. За прошедшие 30 минут мы реально исползали всё вокруг! Все ближайшие подъезды, магазины, аварийные будки связи и даже мусорные урны. Некоторые прохожие останавливались, чтобы поинтересоваться, всё ли у Критики хорошо. Я не понимал их волнения. Ну, подумаешь — роется красноволосая красотка в мусорке? Что в этом такого?

Но если без шуток, я и сам начал переживать. И проблема была больше не в Генерале Васильеве, который потом скажет, что мы не в состоянии довезти до нужной точки обычного грызуна… Нет. Я больше переживал из-за Лии, для которой этот Мистер Кусь был чем-то большим, чем простой крысой.

Часы показывали почти семь вечера, и я немного уставший сел в машину. Критика последовала моему примеру.

— Я могу сообщить кому угодно и что угодно. Я всегда была крайне простой в этом плане. Знала, что существует человеческий фактор, и что далеко не всегда всё идёт по плану. — холодно произнесла напарница, бездумно глядя в потолок: — Но с Лией всё иначе.

— Согласен. Она удивительная… И меньше всего я бы хотел подставлять именно её.

— Что будем делать, Сэведж? Ты, как глава дуэта, должен принять решение.

— Вариант — пойти и купить новую крысу, мы, конечно же, рассматривать не будем.

— Совсем идиот? Будь это кто-то другой — я бы и слова не сказала. Но Лия… Во-первых, она это поймет. Потерю крысы она, скорее всего, рано или поздно простит. Особенно, если преподнести это под соусом того, что он ушёл в свою родную среду. А вот ложь… Женщины никогда не прощают ложь.

— Кончай философствовать.

— И во-вторых — она же об этом расскажет Васильеву. Он нас потом в бетон закатает за то, что обидели его ангелочка! Генерал добрый лишь до тех пор, пока проблемы не касаются его семьи. Именно благодаря доверию Васильева нас ещё не выкинули из Отдела.

— Хорошо. — тяжко вздохнув, я принял решение: — Звоню Лие, объясняю ситуацию и дальше импровизируем.

— Это будет правильно. — кивнув, ответила Критика: — Знаешь, Сэведж… Если убрать из твоего характера змеиную суть, то в целом… Ты даже похож на нормального человека. Отдаленно.

— Неужели меня похвалила сама Госпожа Невзорова?

— Тебе до моей похвалы, как до… — напарница явно хотела сказать, «как до Марса», но вовремя остановилась: — В общем, не заслужил ещё.

— Не больно-то и хотелось. — усмехнулся я: — Эрис! Вызови контакт…

На капот начало что-то сыпаться.

— Что это? — Критика с подозрением смотрела на блестящие осколки.

— Стекло… — ответил я, и открыв окно, аккуратно выглянул.

Сверху началось настоящее фаершоу! На небольшой японский паркетник, что стоял позади нашей Волги, рухнули ошметки стены. Испуганные крики разбавили вечерний шум, а я запустил двигатель, и рванул на встречку. Спустя мгновение, на то место, где мы только что стояли рухнула обгоревшая бетонная плита.

— Да что за твою мать?! — выругался я: — Эрис! Контакт «Профурсетка»… Срочно!

— Выполняю. — пропела электронная помощница.

— Сэведж, у меня работы выше крыши! Что-то срочное? — ответила Женщина-Дрель.

— На пересечении Ливадийской и Джефферсона непонятное… явление. От здания отлетают куски стены! — сообщил я.

— Жертвы есть?

— Откуда ж мне знать? Просто отлетают куски… — приглядевшись, я понял, в чем дело. Два ярко-желтых луча прожигали стену насквозь, и та, естественно, обрушалась вниз, прямиком на тротуар: — Это факир! Причем, довольно мощный.

— Сходи и проверь. Если правда факир — вмешайся. Если что-то другое — смотри по обстановке. Критику возьми с собой.

— Принял. — я отключил вызов, и рванул в переулок. Пока всё внимание зевак направлено на отваливающиеся куски, мы можем успеть провести маневр со шлемами и цветом курток.

— Ты чего творишь?! Там же люди! — воскликнула Критика.

— Мы не городские спасатели, и не полицейские. — сухо ответил я: — Уже были случаи, когда я не исполнял протокол скрытности. Последствия были чуть более, чем отвратительные.

— Но…

— Кри. У нас нет времени играть в наставника и ученика. Одевай! — я открыл отсек со шлемами: — Я не пойду вызволять тебя из заложников в случае чего.

— Я поняла. — Критика стала максимально серьезной.

— Умница.

Выбежав из машины, мы с ускорением направились в сторону стремительно разрушающегося здания. Увы, когда в кино показывают момент с тупящим товарищем — это нихрена не миф, а реальность, ибо психика человека в подобные моменты может отреагировать самым неожиданным образом. Кто-то орал во всю глотку, и сваливал как можно дальше, а кто-то наоборот, стоял, словно зомбированный, и наблюдал, как на него летят огромные бетонные плиты. Одним из таких был мужичок средних лет. Видимо, возвращался из магазина — пакеты с продуктами в обеих руках. Разогнавшись, я едва успел отпихнуть его в сторону от массивного бетонного ошметка. Словно включившись, мужичок кивнул в знак благодарности, и побежал в сторону перекрестка.

Внутри всё выглядело не менее плачевно. С потолка осыпалась побелка, а по верхушке шлема то и дело стукали мелкие камешки. Лифты, естественно, были отключены, а лестница ходила ходуном. Судя по доносящимся воплям — фестиваль проходил на четвертом этаже. Быстро поднявшись, мы хотели выйти в коридор, но приличная взрывная волна отбросила нас обратно на ступеньки. Кое-как сгруппировавшись, я схватил Критику, и прижав к себе, принял удары лестницы на себя.

— Сэведж… Спасибо… — выдохнула она.

— Я случайно. — поставив напарницу на ноги, я вытащил «Стечкин» и направился вперед.

От двери остались лишь обожжённые куски пластмассы, а в коридоре было мощное задымление, от которого пожарные датчики устроили настоящую тревожную симфонию. Благо, что шлем приглушал резкие звуки, иначе сосредоточиться было бы максимально сложно.

— Эрис! Установи личности всех, кто сейчас находится на этаже. — тихо произнес я, и присел на корточки. Критика спряталась за угол, и ждала моей команды.

— Выполняется проверка. На данный момент на этаже присутствует Кертис Фламберг — менеджер отдела развития «Глазго Корп», Памелла Суит — технический консультант «Глазго Корп» и Матиас Бланш — глава службы безопасности строения номер семь «Глазго Корп».

— У кого из них активирован модуль для контроля осмата?

— Только у Мистера Бланша.

— Как я и предполагал… — вздохнув, произнес я: — Отметь его на карте. Будем разбираться, что и к чему…

— Сэведж! — воскликнул голос Критики из динамика. Я обернулся, и увидел, как она показывает, куда-то в туман. Рядом с тумбочкой сидел чернокожий здоровяк в типичных для офисного планктона рубашке и брюках. Он прикрывал собой миниатюрную девчушку в аналогичном наряде. Подбежав к ним, я присел на одно колено:

— Эрис! Просканируй их состояние.

— Есть!

— Ребята, что случилось? — спросил я.

— Он сошёл с ума! — прогудел здоровяк: — Давно уже положил глаз на Мисс Суит, и пытался к ней приставать. Выговоры со стороны руководства не работали… А уволить его не могли из-за принадлежности к Прайду Бланш. И сегодня мне надоело на это смотреть… Я подошёл и сказал этому упырю, что Памелла не в восторге от таких приставаний. Это было лишнее, я понимаю… И Бланша понесло!

— Погибшие есть?

— В офисе нет… Разве что, кого-нибудь могло придавить плитами на улице…

— Понятно. Критика! Выводи этих ребят, а я пошёл на охоту.

— Приняла. — напарница быстро выбежала из укрытия.

— Эрис! Какого черта?! Где метка?!

— Пытаюсь просканировать, но он… как будто исчез. — задумчиво ответила помощница.

— Как это? Сдох что ли?

— Нет! Сигнал есть, но… я не могу понять откуда именно он вещает.

— Наверняка он где-то здесь! Придется искать вслепую… — обреченно вздохнув, я зашёл в дым. И как ещё эта парочка клерков умудрилась не задохнуться здесь? Самцы не поделили самочку, а мне теперь разбираться. Кстати, и в очередной раз панибратство. Не могли уволить из-за принадлежности к Прайду… В очередной раз убеждаюсь, что в религии Дикарей есть правильные вещи.

— Входящий вызов от контакта «Профурсетка»!

— Принимай. Да?

— Сэведж! Что там происходит? Невзорова скидывает непонятные данные по каким-то клеркам. Что это вообще? — строго произнесла Женщина-Пила.

— Тут сцена ревности с важным персонажем. Один из представителей Прайда Бланш искренне верит, что ему позволено лапать и запугивать людей… Ну, и судя по всему — он не считает зазорным разрушать здания «Глазго Корп». — ответил я, аккуратно выглядывая из-за угла: — Ждать копов или что?

— Никаких копов. Матиас Блан бушует, я правильно поняла?

— Правильно. Что с ним сделать?

— Убивать ни в коем случае нельзя. Иначе Прайд Бланш нам точно устроит взбучку… Нужно его нейтрализовать.

— Так, нейтрализуем! В чем проблема?

— Проблема в том, что Матиас Бланш долгое время служил в армии Первой Марсианской Федерации. У него было много нарушений, но всё сходило с рук. Дисциплина для солдат — это вторая душа. А Матиас, это дело не любил и отрицал. Прибыл на Марс избалованным мальчишкой. Родители пытались переделать его, но ничего не получилось. Из взбалмошного мальчишки вырос деспот. Родителей не стало, и благо Матиаса удалось уволить из армии. В общем, опустили его на самое дно. Был обычным охранником, и вроде начал исправляться… Но поднялся, и видимо всё началось опять. Будь максимально осторожен, ибо факир из него первоклассный!

— Ага… Обнадежила. — ответил я, и наконец-то увидел точку на карте: — А вот и Джонни!

— Не знаю, кто ты… Но скажу одно. — прохрипел брутальный голос из дыма: — Проваливай, пока не поздно!

— Мистер Бланш — это служба спасания! Мы пришли, чтобы помочь вам.

— Хах… Служба спасения не говорит через голосовой модулятор и не ходит, как спецназ. Я сделал себе отличные уши, братишка, так что прекрасно отличаю правду от лжи. У тебя пять секунд, чтобы свалить отсюда… Если не хочешь превратится в отбивную. — злобно ответил Матиас. Хмм… Странно. Этот любитель повыеживаться вел себя крайне нелогично. Допустим, у него стоит отличный слуховой модуль, ибо среди прочего шума он без проблем смог распознать мои шаги. Так же, Бланш наверняка знает, что с видимостью у меня тоже нехилые проблемы. Не проще ли напасть? Тем более — военный. Опыт есть. Значит, что-то тут не чисто.

— Предлагаю поговорить. — произнес я, продолжая двигаться вперед.

— С тобой? Хах… Братишка, ты не знаешь с кем связался. Ничему вас, вигилантов, не учат. Сперва нужно внимательно изучить цель, а потом уже идти «разговаривать». — усмехнулся он: — У меня талант в освоении осмата! Я сейчас пожарю тебя, как куру-гриль. К чему тебе это?

— К тому, что мне приказали взять тебя живым.

— Анализ завершен. Местоположение объекта установлено. — пропела Эрис.

— Ммм… Понятно. Значит, Прайд всё же решил судить меня лично. Меньшего от Ярополка я и не ожидал. Они вечно говорили, что рано или поздно дождутся этого момента… чтобы с-лить м-еня.

— Стоп… — тихо прошептал я: — Эрис… Ты это слышала?

— Помехи.

— Вот дерьмо! — я резко отпрыгнул назад и повалился на спину, а через то место, где я только что стоял пролетело два ярко-желтых луча.

Факиры могли концентрировать энергию с Небесных терминалов, придавая ей различную форму. Но был один очень полезный для меня нюанс — стартовые пучки находились в непосредственной близости к телу, что делало использование атаки максимально кратковременным. Большинство профессиональных факиров предпочитало стрелять пучками различных размеров, но Бланш явно был поехав… в смысле — увлеченным, раз прокачивал направленный энергетический луч. Насколько помню, у нас в отделе лишь пара человек может делать нечто подобное. Небывалый талант и мощнейшая сила воли! Ну, по крайней мере так говорили в Школе Осмата.

— Прости… Старые армейские шутки с рацией и обманкой. — прокряхтел Бланш. Было в его голосе нечто странное. Как будто Матиас говорил сквозь боль.

— Есть информация по состоянию цели? — спросил я.

— Никак нет. Он включил армейскую блокировку! — взволнованно ответила Эрис: — Не может быть… После увольнения из армии его должны были отключить от системы!

— Хех… Это же сын крутого Прайда. Что хотят, то и делают… Вот уроды! — выдохнул я, и поднявшись, начал аккуратно продвигаться вперед.

Да, у солдат были уникальные системы защиты. Могли создавать фантомов для радаров, глушить сигнал, ставить ловушки, в общем всё, лишь бы обдурить специалистов у Дикарей. После увольнения со службы все ништяки отключали. Но только в случае, если ты не оборзевший представитель крутого Прайда…

— Если тебя выгонят из Гильдии, и ты откроешь то, что придумал — сам станешь таким же богатым уродом.

— У нас там ублюдок, плюющийся солнечной энергией. Давай не сейчас, а? — недовольно фыркнул я, и перекатился за следующее укрытие в виде обрушенной стены.

— Как… тебя зовут? — поинтересовался Бланш.

— Номер ноль семь один три.

— Имя…

— Нам нельзя о таком говорить. Разве вы не знали?

— Ладно… Буду звать тебя Семь. Нравится цифра. — усмехнулся Бланш: — В общем, у тебя два пути. Как ты уже верно догадался по моему голосу — я перестарался. Ожоги приличные, и долго без медицинской помощи я не протяну. А в больничке меня тут же сцапают люди Ярополка. А он то со мной точно церемонится не будет. Моя жизнь превратится в ад! Поэтому… Раз уж ты так любишь договариваться — я пойду у тебя на поводу. Ты пристрелишь меня. Здесь и сейчас.

— А что, если я откажусь?

— Не откажешься. Тебе будет не выгодно. Либо ты пристрелишь меня, либо я прикончу и тебя и себя. Будет тяжелее и страшнее, но… Это будет твоей ценой за упрямство.

— Действительно — выгодная сделка. — ага, два раза! Если я прикончу его, то меня уволят к чертовой матери, и плакал мой план по возвращению на Землю: — Эрис, ты его видишь?

— Да, он сидит возле стены. Полностью открыл своё состояние. Пульс учащенный, ожоги рук третьей степени и гематома над левым ухом.

— Видать, тот здоровяк ему всё-таки вмазал.

— Есть такая вероятность. Что будем делать?

— Выполним просьбу бедолаги. — пожав плечами, ответил я: — Выстрелим в него. Наведи на ключицу. Аккуратнее! Бери чуть выше и левее, чтобы не задеть важные органы и артерии…

— Это правильный выбор, друг. — с облегчением вздохнув, ответил Бланш: — Как же я устал… Ты не представляешь. Честно, я думал этот мир подарит мне настоящую жизнь. Даст второй шанс и покажет, что такое быть правильным человеком. Но… Всё пошло под откос.

— Понимаю, Мистер Бланш. А теперь, приготовьтесь… Сейчас будет немного больно.

— Это не страшно. Вот так! Прямо в голову… Возьми чуть выше, чтобы прямо в лоб. — дым немного рассеялся, и я наконец-то увидел его — взрослого седовласого дяденьку с широкими плечами. Он откинулся головой на стену и смотрел на меня из-под полуопущенных век. Типичный вояка на пенсии… И чего нормально не жилось?

— А ведь у меня даже семьи не было… Не успел. Вот, видимо, с дуру и полез. — тяжко выдохнул Матиас. Только сейчас я заметил его руки… Вернее то, что от них осталось. Кожа полопалась, а из трещин на ожоги медленно стекала желтая жижа. Страшное зрелище.

— Ничего. Возможно, ещё успеется. — злобно усмехнувшись, я нажал на спусковой крючок.

— НЕЕЕТ!!! — завопил Бланш, но было слишком поздно. Пуля пробила его ключицу, и скованный болью, бывший вояка неистово взревел. За долю секунды подскочив к нему, я размахнулся и ударил рукоятью пистолета в затылок Матиаса. Дело сделано! Перед моими ногами лежало обмякшее тело буйного пенсионера.

— Кри! Что там с заложниками?

— Всё в порядке. Я их вывела. Ты закончил?

— Да. Тут тоже всё в порядке.

— Чудно. Отправляю к тебе медиков и полицейских.

— Принял.

Присев на одно колено, я ещё раз взглянул на Бланша. И вот ОН подкатывал к той молоденькой девочке? Хотя, с другой стороны — чего такого? Сложно без семьи. Это в 30 лет ты молод и полон энергии кота Бориса. А в 50–60 начинается закат… Ты постепенно превращаешься в брюзгливого старика, которому просто хочется немного внимания и заботы. Страшно это… умирать в одиночестве.

Медики быстро погрузили Матиаса на носилки, а полицейские пытались меня расспросить обо всех подробностях произошедшего, мол, какого это — подстрелить представителя одного из самых влиятельных Прайдов Марса. Увы, сказать было нечего. Никак. Ничего, кроме едва заметной нотки жалости к этому одинокому дяденьке. У меня то по крайней мере были дети, друзья и подруги. Не скажу, что умер в полном одиночестве. А этот… Даже не представляю, что с ним дальше будет. Хотя, плевать. Сколько таких идиотов на Марсе и на Земле? Думаю, что достаточно.

Выйдя на улицу, я увидел пожарных, что почтительно мне кивнули, а затем побежали в здание. Интересно, на кой черт? Тушить-то уже нечего. И некого…

Критика сидела в машине, и о чем-то размышляла.

— Ты выяснил мотив? Это был трансцендентный психоз? — поинтересовалась она, разглядывая свой маникюр.

— Это было одиночество. Тупой и старый осел… Повезло, что никого не убил. В противном случае, даже Прайд бы его не отмазал от работы в полях. — тяжко вздохнув, ответил я и снял шлем: — Но это ладно. У нас тут ещё одно дельце не закрыто…

— Позвонишь?

— Да. — сухо ответил я: — Эрис! Набери контакт «Лия».

— Выполняю… — пропела помощница.

Ох уж это ожидание ответа. Вроде бы прошло три секунды, а вроде бы и целый час.

— Марк! У меня тут небольшая проблемка… — любительница животных явно запыхалась: — Подруга укусила Бориса за ногу, и он теперь весь нахохлился, обиделся и ушёл в пруд думать о бытие. Мы пытаемся его оттуда выловить, но он никак не хочет… Я к тому, что у тебя нечто срочное?

— Тут такое дело… Понимаешь… — я почесал затылок и посмотрел на руль: — Как бы правильно сказать. Ты только сядь, хорошо?

— Что случилось?.. — голос Лии тут же стал максимально взволнованным.

— Мы с Критикой старались, как могли… В общем, Мистер Кусь… Он… — только я это произнес, как из-под панели свесился крысиный хвост.

— Что там с Мистером Кусем…

— В общем, он… — я протянул руку и вытащил хитрожопого учителя Сплинтера, на что тот лишь сонно зевнул, и улегся поудобнее на моей ладони: — Вышел из клетки и спрятался под панелью! Представляешь?

— А… Так это нормально. Он всегда так делает. Я, разве не говорила?

— Нет… Ты, как-то упустила этот момент. — обреченно закатив глаза, ответил я.

— Ну, ничего страшного! Мистер Кусь умный. Он сам знает, где ему хорошо. А мне пора. Пока, Марк! Критике большой привет! И не забывай, что я жду тебя в гости. — Лия тут же стала веселой и задорной. Боюсь, что, если бы Мистер Кусь потерялся на самом деле — она бы этого не пережила.

Выкатив из переулка, мы кое-как объехали кучу машин городских служб, и встали на парковке возле дома. Мистер Кусь был отчитан Критикой, но… казалось, что ему до этого вообще не было дела. Он просто залез обратно в переноску, и, свернувшись клубочком, спокойно заснул.

Поднявшись на седьмой этаж, мы вышли в подъезд и направились к двери с номером 708. Судя по информации — миниатюрное звено Кемпбеллов жило здесь. Честно говоря, башня мне не очень понравилась. Выглядела странно… У нас всюду висела реклама, вахтер четко следил за подсветкой. А тут — голые стены, тусклые лампы и корявая надпись баллончиком: «Нет надежды». Очень интересно…

После того, как мы позвонили «дважды», из-за двери послышался топот, как будто кто-то второпях пытался что-то спрятать. Я уж хотел было нажать на кнопку ещё раз, но нам наконец-то открыли. На пороге стоял невысокий мужчина средних лет… Кудрявый и бледный, как смерть. Под его мутными глазами зияли темно-синие фингалы от недосыпа. Приглядевшись к нам, он почему-то резко начал пятиться, а затем и вовсе испуганно сиганул в глубь квартиры.

— Эмм… С вами всё хорошо? — поинтересовался я.

— Вы… Я знаю, кто вы такие! — прошипел он, и врезавшись в дверь, рухнул на пол: — Вы не приходите просто так! А я говорил… Говорил, что меня прижмут к ногтю! Чертовы Кемпбеллы! Сами заставили в этом участвовать, а теперь ещё и воронок прислали…

— Папа, успокойся. Это друзья Лии. — из комнаты вышла молодая красивая девушка с ярко-зелеными длинными волосами, и помогла испуганному мужчине подняться: — Не обращайте внимания. Мой отец — великий ученый! Он занимается исследованиями в области селекции овощей. И почему-то искренне верит, что это запрещенная деятельность. Боится, что за ним придут с верхушки. Ну… Эти самые. Кстати, меня зовут Майли!

— Угу. — кивнул я: — Приятно познакомится. Марк, продавец булочек. И Критика…

— Меня зовут Олеся, болван! — тихо рыкнула она: — Я тебе за это погоняло ещё глотку вырву…

— Прошу прощения — Олеся. Моя любимая помощница и пекарь. С булочками. Хорошими… Добротными такими булочками!

Получена ачивка: «Подкат! Красная карточка!»

— 20 000 к романтическому сексу

Минус двадцать тысяч?! Это жестоко. Хотя, не больно то и хотелось.

— Я тебя сожгу, идиот. — тихо шипела напарница.

— Прошу прощения, у нас сегодня день тяжелый. Шутим мы. — улыбнулся я: — Итак, это Мистер Кусь. Лия сказала, что он крайне умный. И да… Спешу предупредить — он умеет выходить из переноски самостоятельно.

— О! Какая прелесть! — девушка радостно подбежала и тут же вытащила крысу из укрытия. Тот сперва с недоверием обнюхал временную спутницу, но тут же успокоился и свернулся калачиком: — Здорово! Передайте Лии огромное спасибо. За мной не заржавеет!

— Славно. — кивнул я: — Всего вам доброго! А отцу… Это… Лучше новопасситика хлебнуть. А ещё лучше курс пройти. Вот.

— Пойдем уже! — Критика схватила меня за локоть: — Всего доброго.

— Ага, и вам. — радостно махнув, ответила Майли.

Как только мы зашли обратно в лифт, и двери сомнкулись, напарница прижала меня к стенке:

— Значит так, Сэведж! Ещё хоть раз при чужих людям ляпнешь, что я Критика — пеняй на себя.

— Но, я думал тебе нравится… — с притворной грустью произнес я.

— ЧЕГО?! Ты… Чертов любитель прозвищ! Из-за тебя теперь пол отдела считает, что мой руков… Тьфу, ты! Прайдовый отец — с дуба рухнул.

— Олеся слишком милое имя для такой, как ты.

— Я понять не могу… Ты утром сохранился, что ли?

— Блин, а как ты общаешься с Невзоровым? Называешь его папулей? Представляю — такая в пижамке с понями прибегаешь, виснешь у него на руке и говоришь, что-то типа — Папа-папа! Я хочу в парк аттракционов! — усмехнулся я.

— Не было такого. Мы с ним практически не общаемся. Только на семейном совете. У нас договор… Я не лезу в дела Прайда, а он не лезет в мою работу. Единственное, чем он имеет права заниматься — моим будущим супругом. Но мне правда нет до этого дела. Создам ячейку с любым.

— Даже со мной?

— С любым, кроме тебя. Бедная Мария… Как она терпит такого идиота? — обреченно вздохнув, Критика наконец-то отпустила меня: — А ещё Лия. Говорят, при первой встрече ты промыл ей мозги, чтобы успокоить… Умно. Но только вот, я переживаю, что теперь она всегда будет тебя идеализировать. Видеть вместо обычного эгоистичного идиота — принца из женских романов.

— Может я и есть принц. Откуда ж тебе знать?

— Ты жалкий убийца и торговец оружием. Никаким принцем тут и не пахнет!

— А ты… — я понял, что если продолжу дальше, то из каламбура для расслабления нервов, это всё может превратится в издевательство, поэтому оборвал себя на полуслове: — В общем, я встречусь с твоим батей и всё про тебя расскажу. А ещё скажу, что ты на меня буквально вешаешься! Готова без трусов за мной выбежать из дома, лишь бы вернуть обратно в кровать.

— Сэ-эве-едж… — Критика посмотрела на меня, словно демон на душу грешника: — Если я узнаю, что ты ляпнул что-то в подобном формате… А ты не сомневайся — я узнаю! Так вот, ляпнешь что-то не то — я угоню твою Волгу и собью тебя на пешеходном переходе! Господи, за что мне это?! Только подумала, что ты отдаленно похож на нормального человека, как на… Получите — распишитесь. Придурок!

— Ты милая, когда злишься.

— Пошёл к черту… Жаль, что ты не убил Бланша. Я бы облегченно выдохнула.

Каламбур удался на славу! Я выпустил пар, а Критика, словно злая кошка, сидела обиженной всю дорогу до участка. Она даже не попрощалась со мной! Вот бескультурная… Нужно будет реально что-нибудь рассказать её папаше. Чисто так, для профилактики.

+++

День подходил к концу, и Осьминог, освободившись после работы, пришёл к своему старому другу, который жил рядом с торговым портом. Позвонив в домофон, парень мимолетом оглядел двор. Да уж! Спальные районы всегда отличались скучной тишиной… Осьминог такое не любил. Ему шум большого города подавай.

— Кто? — из динамика раздался грубый голос.

— Свои. — ответил юный помощник вигиланта, и тут же поспешил добавить: — Ваня это! Бауман…

— Заходи. — дверь с писком открылась, и парень прошёл в подъезд.

В лифте вновь рекламировали энергетики, сетевые продуктовые магазины и контрактную службу в армии. Как раз подрастало новое поколение чистокровных марсиан, которых не заставляли сразу после рождения выбирать учебные заведения и подписывать контракт на всю жизнь. Новое поколение было полностью свободным, и имело право менять свой путь бесконечное количество раз. А у оттисков всё было по-другому… Записался в оперативники — будь добр, служи до конца. А если накосячишь — выкинут из Военной Гильдии, и ещё напишут такую «шикарную» рекомендацию, что потом никто на работу не возьмет. Такова жизнь… Продал душу — радуйся тому, что дают.

Но больше Осьминога удивило бумажное объявление, распечатанное на порошковом принтере. «Остерегайтесь эксгибициониста с обрезом!» — гласила надпись большими буквами, и снизу красовался максимально шакальный скриншот с камеры видеонаблюдения. Молодой человек в черной балаклаве и с дробовиком, демонстрирует свои прелести двум испуганным школьницам. Ну, про «испуганных» это уже домыслы, ибо лиц на таком уровне шакальности фотографии не видно. Значит не такие уж эти спальные районы и тихие… Да и вообще, что за больной человек мог таким заниматься? Неужели полиция не может вычислить по времени и месту, кем был таинственный извращенец? Технологии позволяют, да и свободное время тоже. Чертовы любители пончиков! Просиживают штаны, зная, что вигиланты со всем разберутся…

Выйдя из лифта, Осьминог в самых расстроенных чувствах прошёл до нужной двери и трижды постучал.

Дело в том, что Гарри Остин — друг, к которому направлялся юный помощник вигиланта, занимался очень специфической деятельностью…

Дверь слегка приоткрылась, и в подъезд выглянул коренастый молодой человек. Небритое лицо исказилось в усмешке, а вечно подозрительный взгляд просканировал гостя с головы до ног:

— Проходи.

— Угу… — парень прошёл в квартиру, и ему в нос тут же ударил запах стойкого перегара, с легкими нотками табака: — Господи! Когда ты в последний раз проветривал?

— А? Ага… — уклончиво ответил Гарри, и почесав небольшое пузико, жестом пригласил за собой.

Квартира выглядела крайне плачевно.

Вот есть три типа жилья — холостяцкое, девчачье и семейное. А Господин Остин, видимо, являлся создателем четвертого… Помойка! Самая натуральная помойка. Всюду компьютерный хлам, провода, смятые банки от пива и энергетиков… Пустые кейсы из-под заказной еды и мятые коробки из-под пиццы. На полу валялось вообще всё! Диски старого образца, элементы одежды, боевые патроны, запчасти от огнестрельного оружия… Полнейший хаос.

Причем сам Гарри долгое время работал на ДКБ. Писал программы, настраивал оборудование. А пару лет назад даже помогал модернизировать Эрис. В общем, парень был толковый, но чрезмерно свободолюбивый.

После одного инцидента, руководство выкинуло Гарри на улицу. В прочем, тот был не против. Однако, спустя месяц к программисту пришли люди в форме и пригласили вернуться. Гарри, недолго думая, показал им кукиш, и руководству пришлось придумывать особые условия, чтобы заманить ценного кадра обратно. В итоге договорились на удаленку, и кучу документов о неразглашении. Зарплату пришлось поднять, и Гарри это, в общем-то устраивало. Но во что он превратил свою квартиру…

— Чаю? — предложил программист, и поставил на стол пыльную металлическую коробку.

— Нет, спасибо… — скромно ответил Осьминог: — Я пришёл по другому вопросу.

— Ммм… Надо же? И что тебя интересует? — Гарри со скрипом отодвинул стул, и присел на против гостя: — Неужто захотел взломать чужой аккаунт? Это тебе дорого обойдется… Не в плане цены, а в плане расплаты.

— Нет. Я не за этим. В общем, Сэведж сказал, что ты последний, кто поддерживает связь с «Огненными Драконами».

— Ммм… Чертов Змеиный король! — лицо программиста стало максимально хмурым: — Век бы ещё его имя не слышать! Тут на днях операция была в порту, на причале с роботами… Так ко мне вломились ваши молодцы, сказав, что есть подозрения на торговлю наркотиками. Уверен, это была шутка от Сэведжа!

— Нет. Вообще-то, это был Бальник.

— Вот урод… Что, его ещё не захомутали?

— Ну… Если честно… — Осьминог придвинулся ближе к столу и перешёл на полушёпот: — Есть подозрения, что Бальник скрывает от нас связь с Прайдом Морозовых. Там, в одном из звеньев есть очень хорошая девочка Катя. Ей ещё нет восемнадцати, поэтому их отношения пока скрывают. Но Бальник пару раз спалился, когда ездил в их район! Наверняка получил большое приданное, и теперь ходит довольный.

— Катя Морозова? — радужки Гарри тут же засветились: — Хмм… Хороша! Кровь с молоком. Настоящая марсианка. Бальнику не жирно будет?

— Видимо, нет. Он же у нас максимально здоровый и генетически качественный дубликат. Получится добротное потомство.

— Ну, и ладно. Ну, и пусть. — в голосе программиста почувствовались едва заметные нотки зависти: — Одному жить лучше. Все ищут половинки, а я изначально родился цельным!

Начал цитировать старых поэтов, стихи и цитаты которых используют, как отговорку к своему одиночеству.

— Мы отвлеклись от темы.

— Да-да… Огненные Драконы. На кой черт тебе эти ребята с игрушечными пистолетиками? — удивился Гарри.

— Дело в том, что страйкбол уже давно не в моде. А на Марсе он вообще не прижился из-за капсул полного погружения… В общем, я долго думал на тему того, что мне нужно какое-то мужское хобби, и…

— Ссышь стрелять?

— Нет, Гарри! Я…

— Понятно. Ссышь стрелять. — заключил программист и резко поднявшись, быстрым шагом вышел из кухни: — Я сейчас…

Из гостиной послышались звуки погрома. Как будто в квартиру вломился грабитель и принялся всё швырять на пол. Спустя минуту Гарри возвратился с АК-74 и обрезом из помпового ружья:

— Вот! Электропневматический привод и спринговый дробовик. Что может быть лучше?

— Ого! — Осьминог с восторгом посмотрел на стволы: — Это же то самое оружие для страйкбола?

— Именно. — Гарри положил автомат и дробовик на стол: — В общем, суть простая. Заряжаешь шарики и стреляешь. У автомата в прикладе стоит аккумулятор. Его бы зарядить. А у дробовика есть специальные гильзы. Причем — стреляет сразу тремя пульками. Смысла мало, но понту ради можно прихватить. Истинные профи таким не пользуются, но тебе для практики пойдет.

— Круть! Погуглю, как это всё работает. А контакты дашь?

— Дам! — вытащив из штанов «Глок», программист положил его на стол: — Этот товарищ на грингазе. Озаботься его покупкой в специализированном магазине. На сухую хранить нельзя, поэтому на двадцать выстрелов газа хватит. Но этого мало! Надо больше.

— От души, Гарри… Чем-то могу тебе отплатить взамен?

— Ага. Пни Сэведжа и Бальника по жопе от меня. Ненавижу их… Нормально же общались… Че их понесло?

— А может ты слишком близко к сердцу принимаешь их приколы?

— Да пускай нахрен катятся с такими приколами! Мы — специалисты, а не клоуны… Ладно, время позднее. Я ещё планировал поработать. А со страйкболом ты здорово придумал. Прочувствовать атмосферу реального боя, конечно, не получится. Но зато у них есть узкий круг ценителей… Возможно, найдешь друзей. Или… даже с красивой девушкой познакомишься. Вариантов масса!

— Ага… — Осьминог брезгливо взял пистолет двумя пальцами и аккуратно положил в карман куртки. АК был на лямке, поэтому отправился за спину, а вот обрез пришлось взять в руки: — Кстати, а чем сейчас занимаешься?

— Дорабатываю новую версию «Глиссера» для ребят из военного института. Говорят, что пару девиц застукали в компании с Максимусом Нэшем… Отморозок пишет агитационную литературу против Верховного Лидера. Так что нужно усилить контроль.

«Глиссер» — специализированный плагин для Эрис, который подключался к студентам Военного института, и вылавливал контрольные слова. К примеру, если ученик начнет рассказывать, писать или же сообщать любым другим способом информацию о вигилантах, помощниках и работе ДКБ — «Глиссер» тут же активирует тревогу и… нарушителя повяжут в течении пяти минут. Потом допрос с пристрастием и жестокое наказание в плоть до отправки на поля. Так же «Глиссер» бил тревогу, когда студент находился в непосредственной близости с границей города. Ни о каких передвижениях между материками и городами без сопровождения не могло быть и речи. Пришёл в Военный институт? Что же — готовься к тысяче запретов.

— Да, я тоже слышал об этом инциденте. Что нового хочешь вкрутить?

— Так я тебе и сказал. — усмехнулся Гарри: — Воу! Погоди-погоди… Чуть главное не забыл!

Программист вновь скрылся в захламленной гостиной, и спустя мгновение вышел с темно-зеленой балаклавой и защитными очками.

— Зачем это? — удивился Осьминог.

— Как это? Средства защиты должны быть у всех! Неважно, покемон ты, ЧВКшник или же рекон — очки и маска должны быть при тебе. А если такого не будет, то тут два пути — либо не допустят, либо нарекут дрищем. А это страшная тема…

— Ничего не понятно, но очень интересно.

— Не опозорь моё гордое имя! — усмехнулся Гарри, и напялил балаклаву на голову Осьминога, а очки зацепил за ворот водолазки. Юный помощник вигиланта благодарно кивнул, и направился обратно в сторону лифта. Гордый! В балаклаве, АК за спиной и дробовиком в руках, как в классических боевиках 90х годов.

Вызвав такси, Осьминог прислонился к стенке лифта, в надежде, как можно скорее добраться домой и сделать пару фотографий со стволами для новой аватарки в игре. Теперь-то все увидят, что «GrossmanBoss2010» на самом деле не так прост, как все думали. Да и парень искренне верил, что опыт со страйкболом хоть немного вылечит его болезнь.

Лифт дернулся, и моргнув лампами остановился. Двери разъехались в разные стороны, и на пороге показалась милая молодая девушка. Увидев Осьминога, она резко зависла…

«Наверняка впечатлена крутым видом будущего вигиланта номер один» — самодовольно подумал недоРембо, и уж было начал подбирать пафосную фразу для начала знакомства, как таинственная незнакомка тяжко выдохнула воздух, и достав перцовый баллончик подло пшыкнула прямо в глаза. Удивленный таким поворотом событий Осьминог только сейчас вспомнил про треклятое объявление о местном извращенце в маске и с дробовиком, но было слишком поздно…

— Это не то, что вы подумали… — пискнул он, и отбросив дробовик, схватился за глаза.

— Вот ты и попался, упырь! КТО СТУДЕНТКАМ ПРИЧИНДАЛ ПОКАЗЫВАЛ, А?! — размахнувшись, девушка огрела Осьминога сумкой по голове. Черт! Да что они там носят?! Кирпичи?!

Пошатываясь, бедолага нащупал дробовик, и вылетел из лифта. Зрение сказало прощай, а Эрис с волнением выдавала сигнал тревоги. Казалось, что осминожьими слезами можно было полить огромную грядку с картошкой…

— Куда пошёл?! Я С ТОБОЙ НЕ ЗАКОНЧИЛА!!! — видимо, девушка была ярой активисткой… Ну, или героем, о котором никто не знал. Подставив подножку, она опрокинула Осьминога на спину, и запрыгнув верхом, начала колошматить его по лицу: — Получай! Получай! ВОТ ТЕБЕ!!!

Один плюс всё-таки был…

«Папа! Мама! Девушка села на меня верхом!!! ТЕПЕРЬ Я СТАЛ МУЖЧИНОЙ!!!» — пронеслось в дурацкой осминожьей голове.

— Сейчас мы узнаем, кто скрывается под маской извращенца… — прорычала создательница общего чата соседей, и сдернула балаклаву: — Ой… Ваня… Это ты?

— А? — выдавливая из себя литры соплей и слез, юный помощник вигиланта кое-как открыл глаза, но ничем хорошим это не закончилось: — Простите, а вы откуда знаете моё имя?

— Я Федора Крипке… Хирург. А Господин Бауман мой… пациент… — тихо ответила она: — Господи! Так это ты был извращенцем? Но… Мне про тебя столько хорошего рассказали…

— Никакой я не извращенец. — хлюпнул Осьминог: — Это оружие для страйкбола. Я от Гарри… Мне просто нужно было записаться в местную команду, чтобы хоть чуть-чуть прочувствовать атмосферу боя!

— Страйк… бол? — девушка подняла дробовик и внимательно его осмотрела: — Господи… Так! Немедленно вставай! Идём промывать глаза!

— Мне надо домой…

— Позже. Всё, идём. — Федора подхватила парня за локоть и помогла подняться.

— Как больно… — Осьминог попытался потереть глаза, но девушка тут же убрала его руки:

— Куда трешь?! Совсем с ума сошёл?! Нельзя!

Прям, как дрессировщица…

Глава, кажется, рассказывал про своего домашнего хирурга. Так уж вышло, что Господин Бауман сам был вигилантом, и попал под замес. С тех пор его иногда беспокоят боли в ногах и спине. Вроде как, такими проблемами должен заниматься ортопед, но кто же их там знает? В общем, Господин Бауман души в некоем Феде не чаял… Теперь-то понятно, что это за Федя такой. Вернее — такая.

Адское жжение и полное отсутствие зрения даже и не думали проходить. Состояние ухудшалось, и поэтому Осьминог не зашёл, а буквально ввалился в квартиру к Федоре. Девушка явно была специалистом, поэтому сразу начала промакивать глаза пострадавшего бумажной салфеткой. Как только пытка закончилась, семейный хирург убежала дальше, в квартиру.

Сидя на полке для обуви, Осьминог из последних сил сдерживал жалобные постанывания.

— Сейчас-сейчас-сейчас… Всё будет хорошо! Не переживай… Где же они? Ах да! Вот! — судя по звукам девушка бегала по квартире и собирала ингредиенты для лечения.

— А… откуда ты знаешь, как я выгляжу? — чтобы хоть как-то отвлечься от боли, поинтересовался Осьминог.

— Я знаю всё главное звено Прайда Бауман. Виктор Сергеевич очень заботится о вас, поэтому у нас с ним договор на несколько лет. Если что-то случится, то я тут, как тут. — ответила она, и подошла к пострадавшему: — Не думала, что сама стану причиной… А теперь, потерпи немного и дай мне руку.

Затем они несколько минут промывали глаза над раковиной, и закапывали альбуцидом, диклофенаком и вонючими каплями с лидокаином.

— У нас ускоренная регенерация. Так что, должно быстро пройти. — произнесла Федора: — Может быть, чаю?

— Да… Было бы очень неплохо. — тут же согласился Осьминог.

Единственной женщиной, которая приглашала его на чай — была родная тетка. Ещё там… на Земле. Такой шанс нельзя упускать!

— Чудно. Всё хотела спросить, как ваш Прайд будет развиваться дальше. И почему половина пошла в ДКБ, а не в госпитали, как рассчитывалось изначально?

— Ну… Тут дело в том, что Глава Прайда решил, что врачей и так много. А с преступностью бороться тоже необходимо. — ответил Осьминог, и почувствовал аромат черного чая.

— Ммм… Благородно! Честно, я, когда про вас узнала… Ну, не про тебя, а про твою семью в целом, то была очень удивлена и восхищена. Такие самоотверженные.

— А это у нас вся семья такая. Стараемся потихоньку. — радостно улыбнувшись, произнес он.

Как выяснилось — разговаривать с девушкой за чашечкой чая было очень увлекательно. Юный помощник вигиланта даже не заметил, как зрение начало постепенно возвращаться. За разговорами прошло два часа, но не успел Осьминог до конца насладится общением, как перед глазами появилось мутное окно.

— Входящий вызов от контакта «Госпожа Женщина-Пила». — пропела Эрис.

Дунаевская? Чего ей надо в столь поздний час?

— Прости… Это с работы…

— Ничего страшного. У вас важная служба. — улыбнулась Федора.

— Спасибо… Да? Слушаю? — ответил он.

— Бауман! У нас проблема. Мне сказали, что ты поехал в порт? Ты ещё там?

— Да… Ещё там. — обреченно выдохнул он. Звонки с работы, особенно в вечернее время никогда не сулили ничего хорошего. Осьминог хотел остаться с Федорой… Хотел, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Но какие-то мрази решили всё испортить!

— Отлично! В общем, судя по всему на порт напали ренегаты… Хотя сигнал странный. Мы такого раньше не видели! В общем, присоединяйся к группе зачистки немедленно. Оплачиваем по тройному тарифу.

— Хорошо… Я вас понял. — убитым голосом ответил юный помощник вигиланта, и завершил вызов: — Прости.

— А что случилось? — удивилась Федора.

— Там напали на порт… Мне нужно срочно бежать…

— Беги! Я буду в тебя верить. — ответила девушка и похлопала его по плечу.

Чертовы ренегаты… Почему именно в такой момент?

Осьминог решил, что ему больше не нужен никакой страйкбол! Сегодня задницы ренегатов будут нашпигованы свинцом до упора…

+++

Приодевшись по парадному, я мчался к одной из самых крупных башен Нейрополиса — «Ониксовый Колосс». Круче был только небоскреб «Такеда Групп».

Внутри меня встретили грозные мужики в темных пиджаках, и о чем-то быстро переговорив, пропустили к лифту.

Холл был оформлен в стиле классических фешенебельных отелей Земли. Самые дорогие породы деревьев, как бы демонстрировали отношение Невзорова к природе. Сейчас было не в моде носить шубы из натурального меха и делать мебель из редких растений. Всё это сменилось на изящный минимализм — ничего лишнего, но со вкусом.

Однако, для некоторых Прайдов такие правила, видимо, не существовали.

Как только блестящие двери лифта разъехались, и я зашёл внутрь кабины, на меня тут же вылетела проекция швейцара… Чертов скример! Был бы я вооружен, так прострелил бы идиотскую железяку.

— Добро пожаловать в «Ониксовый Колосс»! Прайд Невзоровых приветствует вас. Могу я чем-нибудь помочь? — вежливо поинтересовался ряженный прозрачный черт.

— Не пугай меня больше. Понял?

— О! Прошу прощения. Этого больше не повторится! Что-нибудь ещё?

— Скройся с глаз моих… не напрягай.

— Удачного пребывания в «Ониксовом Колоссе»!

— Да-да… И тебя туда же… — выдохнул я, и дождавшись, пока проекция исчезнет, решил глянуть статы. А что? Ехать ещё долго, ибо кабинет Невзорова находился на самой верхушке башни. Да и проверить рейтинг не помешало бы.

Имя: Марк Сэведж

Принадлежность: Прайд Сэведж (Нулевое звено)

Социальный уровень: 4

Дополнительное оборудование: Система Искусственного Интеллекта Эрис (Пронин Групп), боевой протез «Рука Тора» (Милитари Индастрис), глазные импланты (Колиснеченко Корп), кровяной насос «Титан» (Колиснеченко Корп)

Тип: Вигилант (Ранг 1)

Организация: Департамент Контроля Безопасности

Отдел: Зачистка и ликвидация (уровень допуска 2)

Рейтинг: 184 из 1280

Социальный уровень поднялся до 4, а количеством рейтинга я вообще не мог налюбоваться! Даже интересно, за что именно столько дали? Будет смешно, если за экспедиторские услуги для Мистера Куся…

Спустя четыре минуты лифт пиликнул и открылся. Темный коридор очень напоминал вход на последнюю локацию с рейд-боссом, как в компьютерной игре. Казалось, что как только я распахну эти мощные золотистые двери — на меня выпрыгнет, какая-нибудь зараза с огромными пушками…

Получена ачивка: «Фантазёр! Ты меня называла-а-а…»

+ 200 к храбрости

— Ой, да ладно? Ну, подумаешь, немного по воображал? Чего сразу так жестко? — возмутился я.

— Чтобы не расслаблялся. Мы пришли к очень важным людям! Для успеха переговоров нужно полностью очистить голову от лишних мыслей. — ответила Эрис.

— Ага… Спасибо за совет, но здесь я уж, как-нибудь справлюсь сам. — подойдя к позолоченным дверям, я уж хотел было взяться за рукоять, но всё открылось самостоятельно.

Огромный кабинет больше напоминал президентский номер в пятизвездочном отеле. Тут тебе и шикарные диваны, и столы из красного дерева… Шкафы из того же самого. Куча БУМАЖНЫХ книг… Господи, сколько же денег у этих корпоратов?! Даже представить страшно. И хотелось бы, но нельзя… Приеду на Землю, там и заживу. А Марс пускай остается на съедение капиталистическим мастодонтам.

— Добрый вечер. — произнес идеальный бархатистый голос. Приглядевшись, я увидел человека, что стоял возле панорамного окна. Мужчина, лет 40 на вид. Темно-русые волосы аккуратно зачесаны назад, как у мафиози. Одет он был в серый деловой костюм, ценник которого исчислялся даже не десятками, а сотнями тысяч чейнкоинов. Типичный корпорат, что тут можно ещё сказать?

— Здравствуйте. — кивнул я, и сделал шаг вперед. Тут лучше дождаться приглашения. Знаем мы таких людей не понаслышке.

— Прошу, присаживайтесь. — спокойно произнес он и указал левой рукой на шикарный стол для переговоров: — У меня редко бывают гости из ДКБ, поэтому… Не знаю, можно ли предложить вам выпить?

— Если предложите, то я не откажусь. Рабочее время закончилось. — ответил я. Честно — пить особо не хотелось, но от важных людей подобные знаки этикета игнорировать не принято.

— Хорошо. — на холодном лице Невзорова появилось некое подобие улыбки. Он подошёл к столу, и откупорив квадратный штоф, разлил коричневую жидкость в два стакана.

Я сел за стол, и с благодарностью принял угощение. В общем-то, как и ожидалось — дорогущий бренди, который простоял не один десяток лет где-то в загашнике. Не удивлюсь, если его вообще привезли с Земли.

— Очень неплохо. Благодарю! — произнес я и отставил стакан: — Не люблю торопить, но я сгораю от любопытства — зачем столь влиятельному человеку вызывать обычного начинающего вигиланта в свои покои?

— Это рабочий офис. — поправил меня Невзоров: — А вызвал я вас по двум причинам. Дело в том, что Генерал Васильев мой хороший друг и коллега. Мы многое с ним прошли и именно благодаря ему я узнал про вас.

— Замечательно. — я скрестил пальцы и положил руки на стол: — Надеюсь, он оставил положительный отзыв?

— Весьма. — ответил Глава Прайда, и сел напротив меня: — Что Васильев, что старина Хук видят в вас потенциал. Но… меня слегка смущает тот факт, что в прошлой жизни вы были преступником.

— Ну… Как сказать? От части…

— Сперва вы были наемником и работали на ЧВК. Убивали людей во время вооруженных конфликтов на Востоке. Воевали с американскими разведчиками. Незаконно занимались миротворческой деятельностью на территории десяти государств. Устраивали диверсии против спецслужб девяти стран ООН. Вы были призраком, за голову которого назначили круглую сумму. — Невзоров слегка нахмурился: — Наемники — это скользкий вопрос, который находится за гранью добра и зла. За гранью уголовной и юридической ответственности. С одной стороны — преступник, а с другой — спаситель. Я это принимаю. Но вы торговали оружием. Ваша, как вы обычно говорите — «небольшая» конторка разоряла государства в Африке. Дьявол в шкуре добродетели. Вы были жестокой акулой, которая пожирала не только людей, но и целые страны. В моей молодости торговцы оружием были куда хуже преступников. Я верю в то, что у каждого человека своя стезя… Свой склад мыслей. Своё мировоззрение. Так поведайте же мне, если не секрет — почему убийца и жестокий тиран стал защитником Нового мира?

— Ваши слова мне дико льстят, но информация немного не точная.

— Верно! Я упомянул далеко не все ваши военные преступления, зверства и прочую грязь, о которой ваша семья, наверное, не в курсе. — Невзоров вопросительно посмотрел на меня.

— Верно. Не в курсе. — согласился я: — Но вы не учли один ма-аленький нюанс. Люди имеют свойство меняться. Когда я умирал, мне открылось многое. Я видел то, в кого превратился за всё это время, что был во мраке жизни. Так вот — разве второй шанс дают не для того, чтобы искупить свою вину?

— Вас сжирает совесть. Я так и думал. — удовлетворенно улыбнувшись, ответил Глава Прайда: — Мне нравится такой подход! Если так получилось в жизни, что ты сделал зло — верни долг добром. Что же… Вы прошли первый этап моей проверки.

— Прошу меня простить, но какой проверки?

— Для второго вопроса, к которому мы с вами ещё вернемся. — ответил Невзоров: — Дело в том, что мне как раз нужен надежный человек с уникальным складом ума и неординарными способностями.

— Возможно, вы обратились как раз по адресу.

— Согласен. Вероятность есть. Так вот, так уж вышло, что мир обычных жителей Марса и верхушек Прайдов сильно отличается. Мы живём на другой планете, и нас очень мало… Однако людскую жадность никто не отменял. Я веду дела грамотно. Стараюсь никому не мешать, и не создавать лишней конкуренции. Монополия, Господин Сэведж, наше всё! Мы знаем, как сделать качественно. Знаем, как продать так, чтобы клиент к нам вернулся. Опыт мы привезли с Земли. Но некоторые считают, что имеют полное право мне мешать. — сейчас Невзоров реально выглядел жутко. Типичный представитель русской мафии из 90х. Наверняка припрятал где-нибудь черного «Кабана» и малиновый пиджак: — Поэтому я, как член Правления, имею полное право разбираться со своими оппонентами любыми доступными способами. Пока мы не начали войну за первенство — нужно укрепить тылы и обзавестись надежными союзниками. Послезавтра, из Нейрополиса в сторону Коперника выдвигается скоростной поезд. Что именно на этом поезде — вам знать не нужно. Задача простая — контролировать процесс и защищать груз любой ценой! Зная вашу удачу и любовь к массовым разрушения — можете даже свести поезд с рельс. С грузом ничего страшного не приключится! Главное — не дать узкоглазым ублюдкам украсть его. Плачу двести пятьдесят тысяч залогом. И двести пятьдесят тысяч после успешного завершения операции.

— Кри… Ой, в смысле — Олеся в деле?

— Нет. Она будет заниматься заданиями Отдела.

— Принял. А кто против нас воюет?

— Есть подозрения, что это Прайд Такеда. Они уже давно точат на нас зуб за завод с электронными компонентами.

— Угу… — люди из Прайда Такеды были отшибленными на всю голову отморозками. Если толпа нападет на поезд, то в одиночку будет тяжело: — А у меня будут помощники?

— Немного. Отряд поедет вместе с вами на поезде. Средство для связи я дам. — холодно произнес Невзоров: — Главное — чтобы груз не украли! Всё остальное не важно.

— Сделаем. — кивнул я.

По сути — что такого? Работать в грузовом поезде проще простого. Экипажа мало, и, если кто-то левый попытается залезть — я об этом узнаю и как следует ударю ему по голове. Легкие деньги и жизнь без кредитов. Как же здорово!

— Радует ваша уверенность. — улыбнулся Глава Прайда: — А теперь перейдем ко второму делу. Расскажите, какие отношения связывают вас с Госпожой Карповой?

— С Марусей? — удивился я: — А это здесь причем?

— Праздное любопытство.

— Ну… Мы с ней соседи и хорошие друзья.

— Хорошие друзья — значит в будущем вы планируете создать пару?

— Нет. Хорошие друзья — это люди, которые близко общаются, но не спят вместе. Пару с ней я создавать точно не буду.

— Замечательно. — Невзоров буквально прожигал меня взглядом насквозь: — Из нейрохирургического НИИ поступила информация, что ваше ДНК является уникальным. Не спорю — все ДНК дубликатов хороши по-своему. У некоторых проявляются таланты к осмату, а кто-то может спокойно ходить аж с четырьмя аугментациями одновременно.

— И что с того? — напряжение росло, и мне казалось, что ещё немного и я залью потом со лба всё вокруг.

— За сегодня я изучил вас. Не скажу, что знаю всё, но этого достаточно, чтобы сделать выводы. Вы тратите от тридцати до сорока пяти процентов своего дохода на злачное место, которое носит похабное название «Бурлеск». Не скрою, для Правления открытие подобного заведения было крайне сложным решением. Да, случаются инциденты, когда дубликаты получаются с дефектом репродуктивных органов. Распространено только у девушек. Мы… работаем над этим. Пытаемся исправить, но многие сами изъявили желание быть всегда в окружении мужского внимания. Так вот, многие ходят туда просто потому, что совсем скоро их ожидают серьезные отношение и создание пары. Это нормально! Некоторым мужчинам необходимо… разнообразие. Но вы больше ни с кем близко не общаетесь. А в то, что у вас хватит наглости захомутать дочку Генерала Васильева — я не верю. Да и не надо ей это. Не хочу быть слишком холодным, но с прагматичной точки зрения — Лия не самый лучший вариант для создания пары. Списком её заболеваний можно дважды опоясать Марс!

— Кхм… Прошу прощения, что перебиваю. — мне было очень неприятно слушать что-либо про Лию. Как не крути, она далеко не чужой человек: — Не хочу показаться грубым, но к чему этот разговор? Вы пытаетесь намекнуть на то, что мой образ жизни не так хорош, как этого всем хотелось бы? Или что?

— Я не хотел вас задеть. Просто в каждом деле люблю руководствоваться фактами. — сухо ответил Невзоров и опрокинулся на спинку кресла: — Как вам уже известно — я охотник за ДНК, Господин Сэведж. Все редкие экземпляры я собираю для своей семьи. И признаюсь — мне противна сама идея создания ячейки общества без чувств, но время подходит. Совсем скоро на вас начнут давить! А это значит, что сейчас наступила пара приглядеть для себя идеальную пару.

— Так. — господи… Он же не об этом, да?!

— Критика, как вы её обожаете называть, всегда была нелюдимой. Трагедия, которая с ней произошла на Земле — отбила напрочь желание общаться с кем-либо. Она хотела умереть, но судьба дала ей второй шанс. Я привык видеть её холодной и бесчувственной. Мы даже прозвали её Снежной Королевой внутри Прайда. Не в обиду, а просто… похоже.

— И что с того?

— Как-то раз Олеся пришла на семейный совет совсем другой. Она… Улыбалась. Я десять лет следил за ней и пытался всячески помочь. Что мы только не делали… Но она всегда была бесчувственной! Ощущение, будто внутри дубликата не было души. А тут — Олеся улыбалась. Причем в её глаза горел такой задор! Вы бы видели.

— И?

— Её брат кое-как смог выпытать, что она смеялась над кличкой, которую ей дал забавный дурачок с работы. Забавный дурачок! Понимаете?

— Ага… — НЕТ!!! ПРОШУ, ГОСПОДИ, ТОЛЬКО НЕ ЭТО!!!

— С момента вашей первой встречи Олеся стала другой. Она сильно изменилась, и я очень обрадовался, когда узнал, что вас поставили в дуэт. Да все, кроме Васильева, были рады. Вы взаимодополняете друг друга! Поэтому, я решил, что судьбу надо поторопить. Были сомнения, но, когда в мои руки попали фотографии, как Олеся бежит за вами — это было, словно откровение свыше. Я сразу всё понял и решил…

НЕЕЕЕЕЕТ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

— Вы оба будете замечательным дуэтом не только на службе, но и в семье. Красивая девушка с преданным из крутого Прайда. А? — Невзоров радостно улыбался.

Старый дурак реально верил в то, что делает мне судьбоносный подарок. Господи… я же просто хотел тихонько дослужиться до второго ранга и свалить с Марса на Землю. Просто вернуться домой. Но тут важные и опасные шишки решили поторопить судьбу…

Получена ачивка: «Давай поженимся»

+ 20 000 к топоту маленьких ножек в гостиной

Глава 11

Самая главная опасность, которую можно ожидать от сильных мира сего — их непоколебимое решение, которое, как танк может проехаться по твоему выбору, судьбе и мнению. Они уверены в своих словах. Знают цену каждому действию. Понимаю, потому что раньше сам был таким…

Объяснить человеку, который построил империю, о том, что он где-то может быть не прав — практически невозможно! Опыт и время на его стороне. Невзоров искренне верил в то, что каждый его поступок приведет к положительному результату. Но видимо, в плане взаимоотношений он либо был полный профан, либо ему просто повезло с женщиной.

— Простите, но Олеся в курсе? — осторожно поинтересовался я.

— Ещё нет. Но, разве в этом есть проблема? — удивился Невзоров: — Мужчина — голова. Он должен принимать решение! Женщина, в данном случае — координатор. Если вы готовы взять мою дочь в жены, то от её мнения мало что зависит. Да и к тому же, Олеся сама сказала, что ей всё равно.

— Я пришёл из более цивилизованного общества, где подобные решения принимаются обоюдно.

— Марк… — Глава Прайда как-то странно улыбнулся: — Могу я обращаться на «ты»?

— Конечно. Я не против.

— Отлично! Так вот, Марк… Ты уж меня прости, но на верхушках Прайдов всё устроено иначе. Брак — это не только узаконенные отношения между мужчиной и женщиной… В первую очередь, это сделка между семьями. В данном случае — между Прайдами. У тебя будет жена. У Олеси будет муж. У вас обоих будет куча различных привилегий. А мне перепадут новые образцы ДНК от вашего потомства. Марс требует от нас новых свершений! Ты — настоящий герой. И Олеся тоже. Но этого недостаточно.

— Вам нужны внуки?

— Много внуков. Чем больше — тем лучше! — обрадованно воскликнул Невзоров: — Я предлагаю тебе сделку. Выгодную сделку для нас обоих! Тебе — красотка в жены и поддержка влиятельной семьи, а мне — новые ДНК. Все в плюсе.

— А что, если Олеся будет против?

— Не будет. Она не из тех людей, которые ослушиваются приказов руководства. Увы… как бы я не пытался быть с ней теплым — она воспринимает меня, как начальника. Не больше. Обычно, я бы никогда на такое не пошёл, но игра стоит свеч. Марк, я могу на тебя положиться?

— Создавать семью без чувств, как-то странно.

— Стерпится, слюбится. — хитро улыбнулся Глава Прайда. Ага… Плавали — знаем! Никаких «стерпится и слюбится» не существует. Это всё чушь для женских романов и реалити-шоу, которые крутили по зомбоящику! — Я должен получить от тебя ответ, чтобы наставить Олесю на путь истинный. Ты согласен взять её в жены?

— Да я же…

— Входящий вызов от контакта «Бальник». — пропела Эрис. Господи, как же вовремя!

— Прошу прощения… Могу я ответить? Это с работы.

— Да, конечно! Могло случится что-то страшное. — кивнул Невзоров.

— Благодарю. — с облегчением выдохнув, ответил я: — Да? Что там?

— Марк, ты сейчас не занят? — голос Бальника аж дрожал от напряжения.

— Ну… Относительно. А что случилось?

— Осьминог с ребятами попали в засаду в порту. Полиция уже выехала, но что они смогут сделать со своими шокерами и травматическими ружьями? А дежурные явятся только через полчаса!

— Ох, твою мать… У меня при себе даже табельного оружия нет. Я в «Обсидиановом Колоссе»!

— Что ты там забыл?!

— Долго объяснять! Дунаевская в курсе?

— В курсе. Беру запасной шлем, оружие и сразу дую к тебе! Буквально три минуты… Жди меня!

— Окей… — я резко поднялся: — Господин Невзоров… Прошу меня простить, но на порт напали. Я должен идти!

— Ничего страшного. Мы уже поговорили, и я получил, что хотел. — надменно ответил один из самых влиятельных и опасных людей Нейрополиса. И было в словах Главы Прайда нечто подозрительное. Но с другой стороны — а я ничего страшного и не говорил. Поэтому, что теперь переживать? Там Осьминога могли убить… А если учитывать его страх перед полем боя — шанс того, что случиться нечто отвратительное, составлял примерно 99,99 %.

— Всего доброго. — кивнув, я пулей понесся к лифту. Чертов галстук… Терпеть его не могу!

Спустившись вниз, я растолкал здоровенных охранников и вышел на улицу. Ну, где же Бальник? Учитывая местоположение участка, мне проще было вызвать такси, заехать по дороге в магазин «инструмент-оружие» и купить охотничий карабин! Всяко лучше, чем кулаки.

Спустя две минуты я услышал дикий визг покрышек, и ко мне с заносом вылетела черная «Девятка». Прохожие с ужасом разбежались в разные стороны, а мимо проезжающий на велосипеде полицейский наигранно пригрозил кулаком. Я шмыгнул в салон, а Бальник тут же вдавил гашетку в пол.

— Дело дрянь! — произнес он, и протянул мне простой защитный шлем черного цвета: — Осьминог тусил у Остина…

— Зачем? — удивился я: — Неужто захотел чей-то аккаунт взломать?

— Понятия не имею! В общем, Дунаевская собрала отряд из всех, кто был рядом и отправила в самое пекло… КУДА ПРЁШЬ, СКОТИНА ТУПАЯ?!?!?! МРАЗЬ!!! — выругался Бальник, ловко объехав пикап. Всё бы ничего… Только вот, мы ехали почти по встречке: — Там одни хлюпики и Осьминог, который… в общем-то больше по спасению людей, чем по перестрелкам.

— Когда пришла первая «тревожка»?

— Десять минут назад! Дунаевская хотела справится своими силами… Но Хук дал ей таких звездюлей, что быстро подключили перворанговых.

— Вот дура! — выругался я: — Совсем мозгов нет? Блин… С такими администраторами, нас всех перестреляют к чертовой матери! А есть информация, зачем именно пришли дикари?

— Пока не известно, дикари это или ренегаты.

— Ой, да какая разница? Что те — чухня, что эти — чухня! Аксиома Эскобара, понимаешь?

— Ага… В общем, эти твари напали на порт и полезли в один из опечатанных контейнеров.

— Есть инфа, что там за контейнер?

— Да. Говорят, что он принадлежал Генералу Потополасу. — ответил Бальник, с красивым заносом входя в поворот.

— Этому шизику? Типа, дикари хотят украсть чертежи и изобретения?

— Нет. Все изобретения Потополаса были изъяты. Часть отправилась в музей военной истории, а часть на доработку в технические лаборатории Федерации. В общем, в контейнере просто лежали чистые листы формата «А-четыре».

— Хмм… Но зачем весь этот цирк?

— Вообще-то для того, чтобы скрыть прямое нарушение закона. — усмехнулся Бальник, сворачивая на второстепенную дорогу к порту: — ДКБ изъял из контейнера все штуки-дрюки Потополаса незаконно. А поскольку государство имеет право вытаскивать до конца срока хранения из контейнера ТОЛЬКО оружие, технику и припасы, но не более семидесяти пяти процентов от всего содержимого, то всё, что нашли у покойного в доме — складировали туда. Среди ненужного хлама были найдены старинные американские комиксы, банка с воздухом из Сочи и триста пятьдесят килограмм чистых листов.

— Жесть! И зачем дикарям офисная бумага? Хотят изучить и открыть целлюлозно-бумажный комбинат?

— Да кто ж их знает? Если уж они опустились до того, что из новостроек провода тырят! Что тут говорить, когда бумага в дефиците?

— Так рисковать и открывать огонь ради трехсот пятидесяти килограмм обычных листочков… Будь я на Земле, то вообще не поверил бы во весь этот бред! — усмехнулся я.

— Но мы не на Земле… — с грустью ответил Бальник, и резко затормозил возле двух черных «Шестерок»: — Возьми про запас в бардачке… Это так, на всякий случай! Основное блюдо я спрятал в багажнике.

— Заинтриговал. — напялив шлем, я открыл крышку бардачка и вытащил старый добрый «FN Five-seveN».

Вот это я понимаю — нормальный качественный ствол, хотя бы отдаленно напоминающий современные пистолеты. И вообще, с этой несправедливостью пора бы что-то делать! Какого черта у меня в основе Стечкин, и в дополнении старый заюзанный «Walther PPK», а у Бальника основной ствол — «Glock 17» и в дополнении FN? Что за фигня?! Нужно серьезно поговорить с Пылаевым.

Скинув пиджак, я вышел на улицу и сразу услышал отрезвляющий стрекот автомата. Всё тут же отошло на второй план. Бальник открыл багажник и швырнул мне АК-12, а себе вытащил американский пистолет-пулемет «KRISS Vector».

— Отлично. — я клацнул затвором: — Сколько дополнительных магазинов?

— Только по два…

— С ума сошёл? А если их там много?

— Пистолет тебе на что?

— Ох, ладно! Идём. — обреченно закатив глаза, ответил я: — Эрис! Мне нужна карта и местоположение всех участников перестрелки. Немедленно!

— Выполняю. — отозвалась помощница, и буквально через тридцать секунд у меня перед глазами висела подробная схема порта с красными сигнатурами дикарей, и зелеными от наших пацанов. Семеро против четырех… Ну, если учитывать, что у некоторых дикарей и ренегатов отличная боевая подготовка, а Осьминог боится перестрелок — большая удача, что из наших ещё никого не убили.

Ублюдки загнали ребят в небольшой гараж для роботов-погрузчиков, и взяв в кольцо, принялись поливать свинцом.

— Входящий вызов от контакта «Профурсетка»! — предупредила Эрис.

— Ох, как не вовремя… — мы с Бальником спрятались за желтый контейнер: — Принимай. Да! Слушаю.

— Сэведж! Я хочу предупредить о том, что действовать надо максимально осторожно. Эти уроды нужны нам живьем!

— Вы издеваетесь?! Какого черта?!

— Поговори мне! Хук сказал отменить правило о запрете на убийства для этого задания. Но Пылаев говорит, что подобные послабления нарушат дисциплину. За убийство мы не будем начислять тебе очки. Постарайтесь взять их всех живыми!

— Засуньте-ка эти очки себе с Пылаевым в жопу. Конец связи. — холодно ответил я.

— КАКОГО ЧЕРТА, СЭВ… — благо, что Эрис была понимающей помощницей, поэтому быстро отключила зазнавшуюся Женщину-Пилу.

— Что говорят, Марк? — спросил Бальник.

— Ничего хорошего. Нужно взять хотя бы несколько живьем.

— Справимся?

— А то! — усмехнувшись, я обозначил ближайшие цели справа: — Бальник! Ты идёшь по левому сектору. А я пошёл на правый.

— Принял. — мой временный напарник кивнул, и перебежками направился к дальним контейнерам.

Для понимания — грузовая зона больше напоминала лабиринт. Дорожка между высоченными стенами из контейнеров была от силы два метра в ширину, и прятаться от пуль крайне неудобно. Выручали лишь небольшие зазоры между разноцветными металлическими стенами.

— Враг обнаружен! — предупредила Эрис, указывая на ближайшую цель: — Сидит между двумя контейнерами и закрыт с трех сторон.

— Замечательно. — убрав автомат за спину, я схватился за верхушку металлического ящика, и подтянувшись, залез на крышу. Пришлось лечь на живот и ползти, чтобы будущего жмурика не успели предупредить. А тем временем, одна вражеская сигнатура благополучно исчезла.

— Дерьмо! Кажись, я его грохнул… — из наушника послушался голос Бальника.

— У тебя нет запретов, не переживай. — ответил я, и подполз к краю. Во! Сидит, дружок… Типичная форма ренегатов. Вооружен стареньким карабином. Осторожно выглядывает… Видимо, ждёт, когда кто-нибудь из наших осмелится выйти из гаража.

Приподнявшись, я спрыгнул на ренегата и выключил его точным ударом по затылку. Тихо и бесшумно! Как завещал великий Агент 47.

Связав хомутом руки будущей жертвы допросной комнаты, я направился дальше. С левой стороны уже во всю стрекотали автоматы. Походу дела Бальник вошёл во вкус. Хотя, чего там входить? На левой стороне было всего три человека, один из которых уже отправился на встречу с всевышним. И вообще, я был крайне горд собой, что смог сдержаться и не убить первого. Однако, моя радость была недолгой.

— Эрис… Я не вижу второго! Где он? — спросил я, и словно бы ответом на мой вопрос, сверху с криком истинного камикадзе на меня спрыгнул очередной ренегат. То ли выработанная за годы службы привычка, то ли Критика заразила меня своей хладнокровностью… Всё произошло за доли секунды! Пока ублюдок летел на меня, с самодельным мачете, я вытащил пистолет и прострелил отчаянному самоубийце голову. Хлопок от выстрела эхом разлетелся по лабиринту, рвано отражаясь от металлических стен.

— Что за люди? И главное — на что они рассчитывают? — тихо произнес я, и аккуратно перевернув труп на спину, начал искать оружие. Старый револьвер с обмоткой из изоленты вместо рукояти, пустой АКСУ и самодельный мачете… Прямо-таки набор начинающего сталкера.

А с левой стороны вновь началась перестрелка. Правда, закончилась она быстро, и ещё две вражеские сигнатуры в момент исчезли.

— Марк, я закончил. Тебе нужна помощь?

— Нет, справлюсь сам. — ответил я: — Эрис, цель на третьего.

— Есть! — ответила помощница: — Сидит в углу. Перекрыт с трех сторон и сверху.

— Принял.

Молодчик явно искренне верил, что я не смогу до него добраться, но это он очень зря.

— Бальник! Прикрой меня!

— Секунду… Готов! — ответил он: — Вижу тебя.

— Ага… — короткими перебежками, я добрался до того угла, где сидел третий и запустил огненный снаряд из своего протеза. Ренегат заверещал и тут же покинул своё укрытие, за что моментально получил пулю в плечо. Прокряхтев что-то нечленораздельное, он попытался открыть огонь из своего старенького АКСУ, но вместо выстрела послышался лишь характерный щелчок. Вот и всё! Попался, чертов ублюдок.

Вырубив его ударом в затылок, я повторил процедуру с руками и пластиковым хомутом.

— Бальник! Собери выживших, а я пошёл за последним.

— Принял.

— Эрис! Где четвертый?

— Он вышел из своего укрытия… С ним происходит что-то странное. — удивленно произнесла помощница: — У него повышенный уровень кортизола, адреналина и пролактина.

— Это страх… — сухо ответил я, понимая, что происходит. Каждый человек чего-то боится. А судя по тому, как быстро мы разобрались с горе-стрелками — Линг послал на задание не самых опытных бойцов.

Выбежав к кольцу для маневров, я увидел молодого паренька. Он сидел, прижавшись к контейнеру, и откровенно пускал сопли, приставив к голове сотрясающийся потрепанный револьвер.

— Сделай… Одолжение… — всхлипнул он, с мольбой глядя на меня: — Дома меня не примут! Он убьет меня и мою семью…

Да, твою ж мать! Опять, как в прошлый раз… Я, конечно, понимаю, что лидеру нужны кардинальные методы для поддержания дисциплины, но доводить собственных бойцов до психоза — это уже край. Да и вообще, когда перед тобой реальный бандит — это видно. Вот сразу видно по взгляду, внешности и поведению. Они, в большинстве своём, не похожи на людей… Натуральные злобные животные, готовые сомкнуть клыки на твоей шее. А это… Это просто молодой неудачник, который либо не понял, кем ему хочется быть, либо был жестоко обманут, а затем втянут в отвратительную авантюру. Это не преступник, и уж тем более не хищник. У таких, как правило, есть шанс вернуться к нормальной жизни.

— Не стоит оно того. Лучше живым и на полях, чем мертвым в земле с дырой в голове. — холодно произнес я, спрятав автомат за спину и подняв руки вверх.

— Не подходи!!! — бедолага нацелил револьвер на меня, но потом вновь приставил его к собственному виску: — Вы не понимаете… Живёте под крылом Верховного Лидера! И всё у вас прекрасно… Всё замечательно… А, что нам? Что делать тем, от кого Верховный Лидер отказался?!

— Парень, не делай глупостей! Это — не выход. Я помогу тебе…

— Ага… Как же? Линг мне так же говорил. Он всем так говорит… А, потом ты не замечаешь, как твоя душа, тело и родня оказываются у него в заложниках! Вы не знаете, что там — в Пустоши! А там новая жизнь… Другой мир… Сильно отличный от этого… И он жестокий. Страшный… Без кинотеатров и интернета! Мир, в который люди попадают обманом… Историей о несуществующей свободе! Давай… Я больше не вернусь туда. А так, он хоть мою семью не тронет… Умоляю! Я не могу нажать на курок.

— На курок не жмут, приятель. Ты говоришь про спусковой крючок.

— Больше… не могу… — выдохнул он и зажмурил глаза.

Бах! Очередной выстрел эхом разлетелся по грузовому лабиринту. По моему протезу пошла мощная вибрация, отдающаяся пульсирующей болью где-то в области плеча и ключицы… В песок упала сплюснутая пуля. Парень жалобно смотрел на меня, а затем выпустил из рук револьвер и плюхнулся в обморок. Черт! Едва успел подставить ладонь… Больно, но надеюсь, что этот идиот начнет думать головой и ценить свою жизнь. Ему от силы двадцать пять. Три года дадут за несанкционированное отключение от общей системы, год за общение с потенциальными преступниками и восемь лет за вооруженное нападение на порт. Всё вместе двенадцать лет. В тридцать семь выйдет, и по социальной программе сможет начать новую жизнь. А за содействие следствию возможно часть срока скостят. Так что всё не так уж и плохо, если подумать.

— Эй, Марк! Там Осьминог ранен…

— Твою ж мать! Вот знаешь, я ни хрена не удивлен. — обреченно вздохнул я, и побежал к гаражу.

+++

Какая отвратительная ночь… Критика в очередной раз резко подскочила от кошмара. Ей снилось, как будто огромная голова Дунаевской летает за ней и давит нравоучениями. Но больше всего бесило то, что эта вычурная крикливая коза толсто намекала, что юной Госпоже Невзоровой пора бы задуматься о пополнении семейства. Ага… О пополнении.

Выдохнув, Критика перевернулась на другой бок и заснула. К черту эту чушь! Пополнение… Обычно только старший Невзоров упоминал об обязанностях дубликатов.

Девушка очень хотела переместиться в сон, где всё было бы хорошо. Никто бы на неё не давил и не рассказывал о проблемах жизни в Новом мире. Но…

Это была библиотека. Судя по всему — земная. На Марсе подобную роскошь держали под семью замками, и впускали только специалистов. Какое ещё «дать почитать домой»? Не, если хочешь ознакомиться с книгой — есть интернет. Либо электронная книга, либо встроенный браузер Эрис.

А тут было много народу. Все тихо читали, как в старые добрые времена… Но вдруг, на входе показалось два странных человека в черных костюмах. Они подошли к библиотекарше, и о чем-то спросили. Милая бабуля тут же указала пальцем на Критику и подозрительные личности двинули к ней. Внутри вспыхнула настоящая паника! Кто это? И главное… чего они хотят? Опять «фейсеры»? Пока Критика размышляла над тем, куда ей бежать, одна из книг рухнула на пол. Из образовавшегося зазора показалась рука и поманила к себе.

— Ты ещё кто?! — удивилась девушка.

— Это я, Марк. — ответил голос, который бесил Критику больше всего на свете.

— Сэведж! Ты что, охренел?! А ну брысь из моего сна!!!

— Не. Го трахацо! — парень схватил девушку за руку, и втянул её между книг. Что происходит?! Почему этот идиот даже тут не дает ей покоя?!

— Это что за место? — спросила Критика, с непониманием разглядывая стены, которые, как будто нарисовали обычным карандашом. Да ещё и эта музыка фончиком… Как же их? Старый хит «A-ha». Take on me вроде?

— Твой путь к спасению! Знаешь, я хоть и веду себя, как черт, но в целом… На меня можно положиться. — Марк подмигнул, и потащил девушку дальше по нарисованному коридору.

— Не понимаю. Что ты от меня хочешь?

— А чего хочет молодой человек от юной красивой девы?

— Мы с тобой два старпера. Совсем с ума сошёл?!

— Душой. Но телом мы цветем, как розы… Разве же это не главное? Наслаждаться юностью и естественной красотой! Ведь время так скоротечно…

— Нет! Я с тобой никуда не пойду! — запротестовала Критика, но стена позади разорвалась, как бумажный лист, и в нарисованный коридор проникли те странные безликие люди в черных костюмах.

— А у тебя нет выбора. — злобно усмехнулся Марк и потащил её за собой.

— Погоди… Мы должны разобраться, чего они хотят!

— Они хотят отнять то, что по праву принадлежит тебе. Твою свободу. — ответил парень, и продолжил тащить девушку за собой: — Однако, если ты сама этого хочешь — я не буду настаивать…

— Какую свободу?! Что ты несешь?! — воскликнула Критика, и ещё раз оглянувшись, поняла, что странные личности — никакие не оперативники, а католические священники. Один держал в руке книгу, а второй нес подушечку с обручальными кольцами.

— Ты знаешь, какую. Силком выдать за того, кто тебе не мил… — Марк резко остановился и отпустил руку девушки: — Но ты не слишком-то и сильно сопротивляешься. Может быть, где-то в глубине души ты даже не против влиться в Прайд Сэведжей? М?

— НЕЕЕЕЕЕЕТ!!!!!!!!!!!!!!! — неистово закричав, Критика открыла глаза и подскочила на кровати. Холодный пот стекал со лба на виски, а сердце неистово отбивало чечетку.

— Что такое? Неужто страшный сон? — в углу зажегся свет, и девушка увидела Невзорова старшего. Он, словно важный филин сидел в кресле, перекинув ногу на ногу и разглядывал золотую фигурку слона: — Это не квартира, а солдатский барак! Когда уже сделаешь нормальный ремонт? Я денег дам.

— Не нужны мне ваши деньги, Господин Невзоров. Мне нравится место, где я сейчас живу. — сухо ответила она и нахмурилась: — К тому же — я просила не входить без моего разрешения! Тем более — в три часа ночи. Что такого срочного могло произойти? Неужто нельзя было подождать до утра?

— Нельзя. — строго ответил Глава Прайда: — Дело в том, что сегодня я разговаривал с Марком Сэведжем.

— И? Что с того? Мне не обязательно знать все перемещения напарника…

— Теперь — обязательно. — рот Невзорова растянулся в дьявольской улыбке.

— Что это значит? — ничего не понимая, спросила Критика.

— Он… перспективный молодой человек.

— И?

— Ты выходишь замуж, милая.

Минутная пауза на то, чтобы до конца осознать всё происходящее. Чтобы вникнуть в смысл этих слов. И ещё тридцать секунд на то, чтобы несколько раз ущипнуть себя, в надежде, что это очередной дурной сон, коими была богата эта ночь.

Казалось, что последовавший за всем этим шальной крик можно было услышать даже на соседних континентах.

+++

Как и всегда — основная тусовка подкатила уже после «банкета». Молодчиков погрузили в автозаки, раненого в ногу Осьминога, который отчего-то был счастливее всех на свете, утащили в карету скорой помощи, а толпа из полицейских, помощников и вигилантов буквально заполонила порт.

— Подкинешь до дома? Что-то день ни к черту… — устало вздохнул я, глядя на Бальника.

— Конечно! Обижаешь? — ответил он, и жестом позвал меня за собой, к «Девятке».

Город постепенно готовился ко сну, а я ощущал стойкую необходимость в горячем ужине. Чертовы ренегаты… С каждым днём становятся всё наглее и наглее!

— Кстати, а ты делаешь успехи. — первым тишину нарушил Бальник: — Всего один из четырех. Это успех!

— Ой, да ладно? Маленькие мальчики, да обезумившие психи. Сложнее у ребенка конфету отобрать, ей богу!

— Для тебя, да ещё и чтобы обойтись с минимумом жертв… Вот скажи мне об этом неделю назад — я бы не поверил.

— Потому что я не считаю некоторых ублюдков за людей.

— Понимаю. Я сам сегодня «молодец»… Отстрелом занялся. Сейчас приду и нажрусь! В последнее время одни нервяки…

— Что случилось? — удивился я. Действительно, ведь раньше Бальник был самым жизнерадостным человеком на Марсе! Вечно рассказывал про своих девчонок… Про свои похождения и различные истории из практики, но сегодня, как будто воды в рот набрал. Нет, сперва я подумал, что ему просто не до этого. Мы ехали спасать Осьминога, который, кстати, теперь тоже выглядел крайне странно… Так вот, и во время напряженных моментов особо не до разговоров. Но сейчас, когда всё уже закончилось — Бальник выглядел максимально подозрительно.

— Не бери в голову… Так, проблемы дома. — уклончиво ответил он, и как-то грустно вздохнул.

— Ну, окей. — я совершенно ничего не понимал. Обычно Бальник буквально вываливает на тебя все свои проблемы! Трещит без умолку. А тут — «Не бери в голову»… Нет, тут что-то явно не чисто. Да ещё и пить.

— Ты не подумай… Там ничего такого. В общем… Ай, к черту. — отмахнулся он, и остаток пути мы проехали молча.

Сняв шлем и спрятав пистолет обратно в бардачок, я пожал Бальнику руку и произнес:

— Ты, это… Звони, если проблемы будут. Всё решим, ты же знаешь.

— Ага. — кивнул он, и как будто что-то хотел сказать, но промолчал.

Проводив взглядом красные вытянутые фонари «Девятки», я потопал домой, молясь всем богам, чтобы у Маруси было хорошее настроение, и она приготовила мне хоть что-нибудь на ужин.

Открыв дверь, я не успел зайти, как на меня тут же набросились и стиснули:

— МАРК!!! Боже… Я так переживала… — взволнованно произнесла Маруся, буквально запрыгнув на меня с ногами: — Мне, когда сообщили о том, что ты отправился на внеочередное задание… Господи, да я чуть с ума не сошла!

— Не переживай… Всё же хорошо, верно? — улыбнулся я, и погладил милую соседку по голове: — Я живой и даже почти никого не убил.

— Правда? Делаешь успехи! Только вот… Эти дикари и ренегаты уже совсем распоясались! Они же раньше нападали только днём и поздней ночью… Что с ними случилось?

— Начали думать. Время идеальное! Как раз, когда происходит пересмена с дежурными вигилантами. — задумчиво произнес я: — Надо будет поговорить об этом с Хуком… Не верю я в такие совпадения.

— А что там с Осьминогом?

— Ногу прострелили… Но жить будет. — задумчиво ответил я, вспоминая, как юного любителя компьютерных игр несли в машину скорой помощи: — Они оба стали такими странными…

— Оба?

— Ну, да… — я поставил Марусю на пол: — Осьминог выглядел таким счастливым, когда его грузили. Поедет к личному хирургу Бауманов… Так что думаю, его быстро заштопают. А Бальник стал каким-то угрюмым и молчаливым… Странный в общем! Всегда раньше трещал без умолку… А, тут — раз, и всё. Тишина! Говорит, проблемы у него какие-то, а подробностей никаких. Не похоже это на него!

— Хех… — моя любимая соседка загадочно улыбнулась: — А ты разве не слышал? У нас весь институт уже обсудил. Говорят, что Бальника поймал Морозов на балконе своей горничной. Тот отрицал свою причастность и сказал, что залез в тот дом случайно. А младшая знала о связи Бальника и горничной. Решила прикрыть дурака, потому что милая и невинная.

— Милая и невинная? Кто это вообще?

— Екатерина Морозова — младшая дочь в Прайде. Она сказала, что Бальник её парень. В общем, Морозов был в ярости, но заявил — либо женишься на младшенькой, либо заявление в ДКБ накатают, чтобы выкинули из Военной Гильдии. А там Катюша, до чего хороша! Очень красивая девушка. Спортсменка и первая умница. А главное — добрая, что Мать Тереза. В общем — идеальная девушка.

— А в чем проблема? Бальник вроде упоминал, что был бы не против остепенится с какой-нибудь дочкой из крутого Прайда.

— Вся проблема в том, что горничная, узнав о предательстве со стороны юной Госпожи, устроила сцену ревности и рассказала Морозову о том, что Бальник оприходовал и её, и начальницу горничных, и девчонок из Отдела! Вообще — он прохвост и мимо ни одной юбки не пропускает.

— Ну… По сути — так и есть. Не слукавила.

— Да! Морозов всё это выслушал, и понял, что немного поторопился с выбором. Хотел идти писать заявление на Бальника, но Катюша же у нас добрый человек. Она сказала, что всем сердцем любит этого балбеса и выйдет за него. Я спросила — зачем она это сделала, а Катюша ответила, что Бальник, цитирую — «Любвеобильный и очень добрый человек. Он просто не может оставить одинокую девушку в беде!». Мы были в шоке, но что поделать? В этом вся Катя. Морозов, осознав, что против выбора своей любимой дитятки идти не может — запер Бальника в одной из своих квартир в центре. За ним идёт постоянная слежка, а Катя… сперва она отыгрывала роль влюбленной девушки, а теперь, кажется её чердак потек, и она… Кхм… Немного помешалась на нём. Горничная, узнав о том, что юная Господа увела у неё мужика, хотела уволится… Но её не отпустили.

— Господи, какой кошмар! И что теперь будет?

— Вливание в Прайд. Морозов, либо распишет свою дочь, либо убьет Бальника. Другого не дано.

— Бррр… — я тут же вспомнил про Невзорова. Ещё очень повезло, что батя Критики более-менее адекватный, иначе тоже посадили бы в тюрьму и всё, конец. Только вот, Бальника по крайней мере любят, а мы друг друга поубивали бы к чертовой матери. Ненавижу Критику и всё, что с ней связано.

— Я не приветствую такой подход. Чувства должны быть настоящими! Но… — Маруся приобняла меня, а её глаза блеснули легкой ноткой яндернутости: — Это выглядит так романтично, когда высшие силы сводят вместе двух влюбленных…

— Давай без вот этих шуток, хорошо? Бальник же у нас, как ветер — никогда не может усидеть на месте. Тюрьма — это явно отвратительный вариант.

— Разве это не круто, жить с влюбленной в тебя молодой, красивой и богатенькой дурочкой? Я думала, что все мужики об этом мечтают…

— Ну, уж точно не такие, как Бальник. Блин… Может быть стоит ему помочь?

— Как? Пойти против Прайда Морозовых? Они, хоть и не самые крутые в городе, но всё же имеют огромное количество акций и производственных предприятий. Связи присутствуют повсюду! А Бальник кто? Сын мелкого звена? Пфф… Не надо мешать чужому счастью! — Маруся ущипнула меня за руку и направилась на кухню: — Идем. А то твой живот скоро пятую симфонию исполнит…

— Я тебя обожаю! — восхищенно произнес я, и побежал за соседкой.

Получена ачивка: «Подхалим 80 уровня»

+200 к горячему ужину

Маруся сегодня исполнила мечту любого мужчины и приготовила пюрешку с котлетками. Я был сражен на повал!

— Блин, повезет кому-то с женой… — вдыхая аромат пищи богов, произнес я.

— Хмф! — Маруся нахмурилась и уперев руки в боки, злобно посмотрела на меня: — Во-первых, ты не помыл руки! А во-вторых… Это что за грязь на парадно-выходных брюках и рубашке? Ох! А ну живо иди переодевайся, поросенок.

— Да, мэм… — обреченно вздохнув, ответил я и попер в ванную, где как раз стояла корзина с грязным бельем. Маруся у нас очень хозяйственная девушка! Хочешь есть — соблюдай правила этикета. Но в целом, такой подход был более, чем правильным.

После двадцати минут жалоб на то, что такие пятна машинка не возьмет, милая соседка отправилась домой, а я сел за рапорт. Нужно было написать всё до мельчайших подробностей, но часто в конце предложений случайно вылезало «Дунаевская — сука». Нет, она просто делает свою работу, и в целом, ничего особо не решает… Но всё равно очень дико раздражает! Не хочу с ней завтра разговаривать.

Увы, из-за перемешавшихся мыслей текст шёл плохо, и я не заметил, как на часах высветилось четыре часа ночи. Поняв, что дело дрянь, я быстренько дописал абзац про то, как спас молодчика от самоликвидации, и поставив жирную точку, перенес документ на флешку. Всё! Теперь можно немного поспать…

Только я хотел отцепить протез, как в дверь начали неистово ломиться. Причем слышалось всё это так, словно таинственный гость пытался пробить пластик и сталь насквозь!

— Кто-то потерял страх… — раздраженно произнес я, и направился встречать эту загадочную и крайне оборзевшую личность. Включив монитор от звонка, я сперва не поверил своим глазам. За дверью стояла Критика и злобно пырилась в камеру.

— Ничего не понятно, но очень интерес… — как только я щелкнул замком, мощный удар оттолкнул меня на несколько шагов назад: — ЭЙ! Какого хрена?!

— Какого хрена?! — прорычала Критика, и захлопнув дверь, сжала кулаки, словно готовилась к драке: — А я тебе сейчас скажу, какого хрена… Тебе звезда, Сэведж!

— Я погляжу, давно по моське не прилетало, а? Мисс Терминатор! У тебя тридцать секунд, чтобы объяснить своё поведение, иначе спущу с лестницы к чертовой матери!

— ЧТО?! Ах ты мразь!!! — Критика больше походила на разъяренную кошку в брачный период, которая с визгом побежала на противника. Увернувшись от умелого хука с правой, я заблокировал острый удар коленом и перехватил левый кулак. Однако, Госпожа Невзорова была не из робкого десятка, поэтому нанесла мне мощнейший удар в печень с правой… Нет, я, конечно, и раньше получал неслабо. Но пробивать печень — это уже совсем наглость! В голове слегка всё поплыло от боли. Конечно, ведь в боях без правил «нокаут в печень» считается самым страшным и болезненным…

— Как же я тебя ненавижу… — прохрипел я, схватив Критику, и перекрутив её руки, прижал к себе: — Тебе шею свернуть быстро или медленно?

— Пошёл нахрен! — размахнувшись, она долбанула затылком мне в нос.

— Хорошо. — огрев дикую кошку по шее, я дождался пока она плавно обмякнет и повиснет у меня на руках: — Совсем с дуба рухнула…

Нет, я, конечно, понимаю, что девушки — это крайне непредсказуемые существа. Но это уже перебор! Сперва она любит тебя до гроба, а потом может с равнодушием наблюдать за тем, как ты подыхаешь в канаве… Правда, у нас с Критикой так и не сложился первый пример. В прочем-то не сильно и хотелось.

Положив бойкую любительницу ночных драк на кровать, я связал ей руки и ноги пластиковыми хомутами, а затем сходил на кухню, налил в стакан воды и вернулся в спальню. Гостью ждало не самое приятное пробуждение.

— Вставай! — строго приказал я, и вылил содержимое стакана ей на лицо.

— АГГГРРХХХ!!!! ПХХХХ… — тут же открыв глаза, Критика начала неистово вырываться: — Паразит! Как ты смеешь?!

— Итак, давай начнем с самого начала. Окей? — я решил, что самым правильным вариантом будет спокойно сесть и разобраться в деталях: — Ты прилетаешь ко мне домой в четыре часа ночи, и начинаешь драку. Удары в печень, как известно — самые больные. И тебе это хорошо известно. Удар в нос затылком — ещё более мерзкая хрень. Ты обзываешься и говоришь мне гадости. Это, конечно, нормально для тебя… Но если днем в твоем голосе чувствуется холодное равнодушие, то сейчас это была дикая ярость. Ты могла убить меня.

— Не убила бы… — фыркнула она: — Но сильно покалечила! Ты заслужил.

— Допустим. А теперь рассказывай свою историю.

— А ты не знаешь? Играешь в невинность, Сэведж? Я вырву твоё сердце зубами! — прорычала Критика и вновь начала вырываться.

— Хорошо. Не хочешь по-хорошему — будет по-плохому. — я расстегнул молнии на её сапожках, и начал медленно снимать их: — Есть методы, которые работают на протяжении нескольких тысяч лет!

— Что… Что ты хочешь делать?!

— Да так… Ничего особенного. — холодно ответил я, и выдрав из пододеяльника нитку, сложил её в несколько раз, а затем начал своё грязное дело. Щекотка стоп — один из самых жестоких и действенных методов пыток. Когда узнал — ржал. А потом посмотрел несколько видеозаписей о том, как перьями пытали насмерть, и стало уже не так забавно…

— НЕЕЕЕТ!!! НЕТ!!! НЕ НАДО!!! — завизжала Критика, но было уже поздно: — Ублюдок… Ненавижу тебя!!! Это ты… Ты всё подстроил!!! Мой отец пришёл ко мне час назад и сказал, что ты дал согласие… АААА!!!! ХВАТИТ!!!

— Согласие на что?! — я увеличил амплитуду движений, и девушка начала выгибаться, как змея.

— Ма-а-арк… — откуда-то со спины повеяло холодом. Обернувшись, я с ужасом увидел жуткого призрака юной девочки. Она была одета в розовую ночнушку, а в руке держала плюшевого медведя. Из глаз девочки-призрака сочился ужас и мрак… Маруся вышла на свет лампы и маниакально улыбнулась: — А что это вы тут делаете поздно ночью?

— Ну… Как бы… — я посмотрел на раскрасневшуюся и связанную Критику, что тяжело дышала, потом на свой инструмент пыток, и осознание быстро пришло ко мне: — Я пытаю её!

— Теперь это так называется? — Маруся посадила плюшевого медведя на тумбочку, и хрустнув пальцами, пошла в атаку: — ЧЕРТОВ ИЗВРАЩЕНЕЦ!!!

Получена ачивка: «50 оттенков Сэведжа»

+ 20 000 к палёному ужину

После каламбурной потасовки, все наконец-то успокоились. Я расстриг хомуты и помог Критике сесть на кровать:

— Итак, дорогая! Теперь всё с самого начала, чтобы вот эта Яндере-тян больше не нападала на меня.

— Прошу прощения. — скромно произнесла ночная бунтарка и виновато посмотрела на мою соседку: — Произошло нечто страшное, и… Возможно, я не совсем владела информацией. В общем, мой отец сказал, что Марк дал своё согласие на нашу свадьбу.

— Ма-арк… — девочка-призрак посмотрела на меня жуткими бездонными глазами: — Как это понимать…

— Погоди! Это Невзоров так сказал? — вот чувствовал же, что есть подвох. Чертов любитель собирать ДНК…

— Именно! Вот прямо пришёл и сказал. — с грустью опустив взгляд, ответила Критика: — А ещё, показал вот это, в качестве доказательства.

Нам с Марусей пришёл видеофайл. Открыв его, я увидел себя, глазами Невзорова.

— Стерпится, слюбится. Я должен получить от тебя ответ, чтобы наставить Олесю на путь истинный. Ты согласен взять её в жены?

— Да. — и на этом видео оборвалось.

— Это неправда! Я сказал другое… Вырвано из контекста, и причем довольно криво! Никто не поверит в этот бред! — возмутился я.

— Эрис только что проверила файл. Следов монтажа или обработки на нём нет. — голос Маруси замораживал кровь в жилах.

— Но вы же обе знаете, что я не мог вот так просто согласиться! Ну, Кри… — я схватил напарницу за руки: — Ты же знаешь! У нас с тобой взаимная ненависть… Я хочу убить тебя, а ты меня.

— Ты уверен? — девушка с подозрением посмотрела на меня.

— Ага… Я вот тоже сомневаюсь. — Маруся смотрела на то, как я держу Критику за руки самым яростным взглядом: — Авось, захотел себе красотку из богатой семьи в жены?

— Марусь… Ты-то зачем меня топишь? — строго произнес я, и соседка наконец-то очнулась от приступа ревности.

— Просто пошутила. — пробубнила она: — Но Марк и правда не пошёл бы на такое… Поверь.

— Почему? — удивилась Кри.

— Потому что… — Маруся сделала глубокий вдох: — На самом деле он без ума от Дунаевской.

— ЧТО?! — с ужасом воскликнули оба ошарашенных вигиланта.

— Сэведж, я… — Критика смущенно усмехнулась: — Конечно, догадывалась, что между вами нестандартные отношения… Но, чтобы такое? Блин! Честно, а я думала, что Пила влюблена в Большого Папочку. Она вечно пырит на него, как Роки на кусочек сыра. Марк… Ты уверен, что отдал своё сердце тому человеку?

— Забей. Главный вопрос — что нам теперь делать с твоим батей?

— Ммм… — напарница задумалась: — Сегодня он сильно меня шокировал, поэтому я была настолько зла, что не смогла ему возразить. Сразу поехала убивать мразотного извращенца.

— Эй!

— Наверное, я просто с ним поговорю. Но обещать ничего не буду… — с грустью вздохнула она: — Невзоров очень алчный и увлеченный. Ему нужны новые ДНК, а у тебя как раз нечто уникальное… Блин, и почему именно я?

— Потому что надо было думать головой! Кри, вот ты честное слово — ведешь себя, как ребенок. Сказала бы сразу, что ты типичная девчонка, которая хочет, чтобы после свидания в трусишках мокро было! А не эту шушеру про то, что тебе плевать под кого лечь. Идейный робот. Сама виновата! А теперь ещё и меня в свою идиотию затащила! — возмутился я.

— Идиотию?! Ты охренел, Сэведж?! — злобно прошипела она: — Ещё хоть раз вякни про мою вину — я же тебе втащу!

— Ты не сможешь. Наемник против стандартного фейсера. Как думаешь, у кого преимущество?

— На самом деле… — задумчиво произнесла Маруся: — Глупое сравнение. Зависит от человека. И вообще — ты что, стукнул Критике?

— Есть бабы, которые сами напрашиваются на леща! Да и к тому же, я что — буду стоять и терпеть пока эта самка богомола меня колошматит? Ты знаешь, как она мне в печень прописала? Я чуть кишки не выронил… Честное слово!

— Критика! Это непозволительное для женщины поведение. — возмутилась милая соседка: — Любой спор нужно решать словами, а не дракой! Особенно, когда речь идёт о Марке. Он беспринципный и жестокий человек, который может шутки ради проломить оппоненту череп.

— Не было такого!

— Было. С одним из связных в прошлом году.

— Ну… Малость не рассчитал. Чего теперь?..

— В общем, Критика! Нельзя быть такой самонадеянной. А если бы он тебе синяк оставил?

— Мне плевать на синяки… Я была зла. Очень зла. Я думала, что это похотливое животное хочет моё тело. — недовольно фыркнула напарница.

— Тело то, он, возможно и хочет. — Маруся ущипнула меня за руку: — Но каким бы ублюдком Марк не был — он никогда не подставит близкого человека.

— В том-то и дело, что я ему просто напарница… Он использует меня, как мебель!

— Если бы ты была для него мебелью — то тебя бы уже везли в госпиталь с множественными переломами. К нам ехали бы головорезы Невзорова, которые бы тоже потом ехали в госпиталь с множественными переломами… В общем, такая бы неразбериха началась — ты не представляешь. — заверила её психолог и эксперт по взаимоотношениям между оперативниками.

— Я поняла. Ещё раз — прошу прощения… Мне очень дико неловко. — вздохнув, ответила Критика: — Сэведж, если я не смогу разобраться, то ты должен будешь сам сходить к Невзорову.

— Схожу. Мне не сложно. Только вот, учти одну важную вещь — если в Отделе я могу хоть на голове стоять из-за Васильева, то с Невзоровым такое не проканает. Он и Васильева, и весь отдел свернет, как использованный клочок бумаги. Как говорится — жди лучшего, но готовься к худшему. Что если он нам гайки начнет выкручивать?

— Нет! Он не настолько упертый… Спустит всё на тормозах! Я гарантирую. Если что, то… подключу Госпожу Невзорову. Но это на самый крайний случай… Её лучше лишний раз не трогать. Особенно мне. — в голосе Критики звучала безысходность и напряжение.

— Что же, так и договоримся. Жду тебя с победой. — злорадно усмехнулся я, и похлопал напарницу по плечу.

— Угу… — расстроенно ответила она: — Кстати, не хочу этого признавать, но… ты оказался прав.

— В плане?

— Я не смогу создать ячейку с кем угодно. Возможно, я пересмотрю свои взгляды и буду искать того человека, от которого мои тру… Кхм… не важно. — сухо ответила она и резко поднялась: — Вызвала такси. Буду дома — напишу сообщение.

— Умница! — Маруся тут же подошла к ней и погладила по голове: — Ты справишься! У тебя всегда всё получалось. Ты — живая легенда Прайда!

— В данной ситуации, это совершенно не причем. — вздохнула Критика, и похлопав милую соседку по плечу, вышла из квартиры.

— Офигеть! — восхищенно воскликнула Маруся: — Нет, я просто в шоке! Две живые легенды закусились прямо на моих глазах… Господи, как жаль, что об этом нельзя рассказывать. Подруги бы умерли от завести!

— Мне не дали статус легенды Прайда. Ты же помнишь…

— Это просто из-за человеческого фактора! Такэда ещё пожалеют о своём отказе. — нахохлилась девушка: — Ты реально заслужил.

— Но не получил. Так что — стану легендой чуть позже. — улыбнулся я: — А теперь, с вашего позволения — я всё же лягу спать. Завтра очередной трудовой день с этим красноволосым недоразумением.

— Это… — Маруся виновато опустила взгляд: — На самом деле от ваших криков мне приснился кошмар… Честно, я сперва очень испугалась, и только потом поняла, что вы там «играетесь». А когда Критика ушла, воспоминания вернулись… В общем, давай, как в детстве, а?

— Может ещё и ванну вместе примем? Как раньше.

— Я не против! Шутка. — Маруся показала мне язык, а затем с разбегу прыгнула на кровать: — Ах… как тут мягко и уютно! Обожаю твой матрас.

— Сам тащусь. — поставив протез на подзарядку, я тоже лег, и только хотел укрыться одеялом, как его тут же нагло отжали. Ясненько… С тех самых пор ничего не изменилось. Хотя, я бы не сказал, что прошло уж очень много времени.

Дождавшись сообщения от Критики, я благополучно вырубился.

+++

В очередной раз проснувшись под песенку группы «Кино», я понял, что нихрена не выспался… Впервые за долгое время вставать было крайне лениво и тяжело. Но самое страшное — организм, штука максимально хитрая! А мозг — его главный подельник в этом вопросе.

Мне посылают сигнал о том, что тело ещё не отдохнуло. Мол — «мы спим обычно больше, дружище! Что-то не так.» Но я же сильный и целеустремленный человек, поэтому встаю через «нихАчу». Понимая всю мощь сопротивления, мозг включает падлу и отправляет деморализующие мысли. «Опять охотиться за бешенными придурками из пустыни», «Опять Дунаевская со своим противным голосом», «Опять недовольная физиономия Критики, которая нападает на меня и смотрит, как на говно.» Блин! А ведь серьезно… Я же не сделал ей ничего плохого, так какого черта она себя так ведет? Не будь у меня плана по быстрому сваливанию отсюда — взял бы её в жены силком. Подговорил бы Невзорова, пообещал бы ему тысячу детей и потом издевался над Критикой, как мог. О, да! Я злой человек…

Но возвращаясь к проблеме — демотивирующие мысли захламляют голову до отказа. И тут два пути развития событий. Первое — «а на кой черт мне всё это сдалось?! Лучше посплю». Вот это самая хреновая дичь, ибо как следует проспавшись ты осознаешь, что натворил. А именно — испортил себе жизнь. Второе — «я должен!» Вот это уже лучше. Игнорируя кроватный магнит, ты поднимаешься и идёшь куда надо. Я был из второй категории людей, поэтому поднявшись, пошатываясь пошёл в сторону протеза.

С кухни уже во всю доносился аромат жаренного бекона. Маруся включила режим «жены» и летала от плиты к столу в моей рубашке.

— Кхм-кхм… — прокашлялся я, и сложив руки, уперся плечом в дверной косяк: — Я стесняюсь спросить — это что за косплей на «Красотку»?

— Эй! Я не косплею проституток… — нахохлилась она: — Просто готовлю завтрак!

— А рубашка зачем?

— Ты ничего не понимаешь! Все девочки обожают мужские рубашки. Тем более, моя любимая блогерша говорит, что если вы проснулись с мужчиной в одной постели, то чтобы его приятно удивить — нужно надеть его рубашку на голое тело и приготовить завтрак. — хитро улыбнувшись, произнесла она: — Так как? Ты рад?

— Ох… — обреченно закатив глаза, я направился в ванную комнату. Иногда, Маруся бывает слишком импульсивной.

Позавтракав под её россказни об институтских предметах, я быстро собрался и направился в участок. Ох, после вчерашнего мне максимально не хотелось пересекаться с Дунаевской, но ведь всё равно придётся. Работа такая…

Отсканировав глаз, я зашёл в гараж, чтобы проверить свою «догонялку». Всё хорошо — стоит памятником о былом величии Автоконцерна ГАЗ.

Поднявшись в коридор, я увидел Хука, который, судя по выжидательному взгляду, стоял и ждал именно меня.

— Послушай, Марк… — начал он. Ох, опять издалека заходит… Да твою ж мать! Я уже реально пожалел, что вчера нагрубил Дунаевской.

— Послушай, папуль… У меня был тяжелый вечер, и не менее тяжелая ночь. Давай мы не будем сейчас раздувать из мухи слона?

— Нарушение дисциплины и грубость по отношению к администратору — это не муха, Марк. — сухо ответил Хук: — Я на твоей стороне. И я прекрасно понимаю, какого вам с Бальником было вчера, но… Вигилант должен всегда держать себя в руках. Ты не подросток, чтобы огрызаться. Понимаешь?

— Ну, терпилой мне тоже быть не особо хочется. А Дунаевская могла убить Осьминога своей тупостью. Его смерть никогда бы не простил.

— Но всё же закончилось хорошо. Опросили пойманных ребят. Оказалось, что Лингу нужны образцы макулатуры. Он хочет открывать чистый целлюлозно-бумажный комбинат.

— Чистый? Он что, совсем дурак? Химию не изучал? Чистый… — усмехнулся я: — И для этого ему понадобилось треть тонны обычной бумаги? Не смеши меня.

— Опять грубишь?

— Папуль… Линг — не идиот. По крайней мере я так думаю. В этом явно что-то другое. Может быть, вчера ещё были преступления в это время?

— Нет. В городе всё было хорошо.

— А что с бумагой? Может на ней какой-то химический элемент или ещё что-то?

— В ДКБ брали образцы, когда потрошили дом Генерала. Обычная бумага.

— Ладно… Всё равно странно. Целлюлозно-бумажный комбинат… Чистый. Это где такое слыхано?

— Понятия не имею. Но Линг настроен серьезно! Меня это напрягает. — вздохнул Хук: — В общем, иди к Дунаевской! Сдай рапорт, и потом вы с Критикой сегодня на патруле города.

— Чего?!

— Я уломал Пылаева насчитать тебе полное количество очков за вчерашнее задание и закрыть глаза на труп. Это была безвыходная ситуация! Кодекс вигиланта.

— С барского плеча… Спасибо. — я чуть было не сматерился: — А давайте в следующий раз я просто пояс смертника надену? А? Эффект примерно тот же.

— Сэведж!

— Папуль… Не надо. Я там был. И всё видел. Пылаев меня очень сильно разочаровал вчера. Вот серьезно!

— Ему от этого не холодно — не жарко. У тебя есть задание. Есть приказ. Вчера была экстренная ситуация и руководство закрыло на некоторые нюансы глаза. Что, в армии не служил? Самое лучшее поощрение — снятие предыдущего наказания.

— Ой, твою мать! Наелся я вашей реальности. Хочу сказки… Я — попаданец, Хук. Я тусуюсь с матерыми кланами, их наследницами, имею крутой бизнес и езжу на дорогом черном седане. А ещё у меня есть телохранитель и я офигенный маг.

— Ты офигенный долбоящер, а не маг. Не груби больше администратору! Васильев и я, к сожалению — не бессмертные. Вот нас не станет, и что вы с Критикой будете делать? Вылетите оба из Военной Гильдии, как пробка от шампанского. Понятно?

— Да-да-да… — махнув рукой, я направился к лестнице. Вздраконив Хука, я тут же поднял себе настроение перед встречей с Дунаевской. Он знает, что у меня характер не сахар. Если бы не хотел — не лез бы.

Постучавшись, я зашёл в кабинет. Женщина-Пила сразу нахохлилась и хотела что-то сказать, но я тут же положил перед ней флешку, а затем произнес:

— Мне очень жаль, что у вас случаются такие промашки. Но я… человек добрый, поэтому так уж и быть — прощаю.

— СЭВЕДЖ!!!! — звук, как будто сотня тысяч циркулярных пил заработало одновременно, ударил по моим ушам, и я тут же выбежал из кабинета. Не сегодня, милая барышня… Только не сегодня.

А в гараже меня уже поджидала Критика. Любила она приходить немного пораньше.

— Как дела? — впервые я очень сильно хотел увидеть свою напарницу.

— Он уехал по делам… Сказал, что вернется к вечеру и поговорит со мной. — обреченно вздохнув, ответила она: — Сэведж, меня сильно напрягает вся эта ситуация.

— А меня, можно сказать, нет?

— Ты же постараешься, если у меня не получится? — в её взгляде было столько надежды, что стало немного не по себе. Вечно одинокая и самодостаточная Критика что-то просила… Выглядело максимально странно.

— Да. Вынужден. — кивнув, ответил я и сел в машину: — Эрис, что делать, если Глава крутого Прайда хочет силком выдать за тебя жуткого робота-убийцу?

— Выполняется поиск вариантов. — задумчиво ответила помощница: — Тут сказано, что нужно готовиться к пополнению семейства. Показать ближайшие ювелирные магазины? В «Платиновой лавке» сегодня скидки на обручальные кольца!

— От сучка…

— Стараюсь. — усмехнулась Эрис и ушла в спящий режим.

— Давай не будем об этом, хотя бы сейчас, ладно? — максимально вежливо попросила Кри.

— Окей. За тебя же волнуюсь. — запустив двигатель, я выехал из гаража.

— Скорее — за свою задницу. — напарница схватила меня за плечо: — Просто знай, что я могу случайно испортить твою жизнь…

— Уже испортила, дорогая. — улыбнулся я, и показал большой палец.

— Кстати… Что вчера случилось? Невзоров сказал, что тебя вызвали в порт вечером?

— Ренегаты напали. Какая-то шелупонь. Пытались украсть бумажки Потополаса. Говорят, что Линг задумал строительство комбината, и типа им нужны образцы.

— Бумага продается в свободном доступе. Её можно было купить. Эти листки проверяли на скрытый текст и вещества?

— Хук утверждает, что проверяли и ничего на них нет.

— Странно… Очень странно. Кстати, если подумать — Линг звал тебя в порт, затем какой-то загадочный маньяк написал для тебя стихи и положил в труп, и теперь на порт совершили нападение… Как-то всё это максимально странно, не находишь?

— Этим уже занимаются следаки. Так что это не в нашей компетенции. — отмахнулся я: — Понять, что хочет помешанный маньяк — тоже самое, что пытаться разгадать кошачье мяуканье.

— Ну, вообще-то кошачий язык, который они используют для взаимодействий с людьми довольно прост.

— Я утрирую. Сперва у меня была куча мыслей, но после вчерашнего… Красть листы формата «А-четыре»… Пустые! Это же реальный бред.

— И ты забил?

— Не скажу, что забил, но напрягать мозги по поводу Линга в данный момент — пустая трата времени. Мне вообще кажется, что это какой-то ритуал посвящения! Мол, насколько ты верен своему лидеру? Сможешь ли вломится в порт и украсть три сотни килограмм бумаги? В общем — никаких логических связей и мотивации я в этом преступлении не вижу. Да и к тому же — ты бы посмотрела на этих горе-налетчиков… Были похожи на каких-то отбросов, и малолеток. Линг из героя-новатора всё больше превращается в обычного психопата… Серьезно! Я такое разочарование в последний раз испытывал, когда узнал, что Дедом Морозом всегда был Дядя Валера из соседнего подъезда.

— Да… Действительно печальная история. — усмехнулась Критика: — Но я всё равно подозреваю, что есть в этом какой-то скрытый смысл…

— Эффект «Синих штор». Не ищи скрытый смысл там — где его нет. Тырить кабель и технику — без претензий! У ренегатов и дикарей нет производственных мощностей и ресурсов. Но тырить бумагу…

— Что же, время покажет.

— Да ничего оно не покажет! Военные найдут «Ковчег» и спалят всё к чертовой матери. — я остановился на небольшом пятачке и откинулся на спинку кресла.

— Хмм… Меня всегда интересовало, а почему передвижная база дикарей названа «Ковчегом»? — поинтересовалась Критика.

— Потому что они спасаются от экономического и природного потопа, который, как искренне считает Линг — сотворили прилетевшие с Земли корпораты. В общем, очередной крик в пустоту. Я чем-то там недоволен, поэтому буду орать об этом со своей колокольни, чтобы создать вид деятельности. А когда меня спросят, мол — критикуешь, так предложи что-нибудь на замену… Отвернусь, и скажу, что об этом должны были думать специально поставленные люди. Всё так же, как и всегда. — усмехнулся я, глядя на то, как парнишки возле театра делают трюки на велосипедах: — Как говорится — не сотвори себе кумира! Думай своей головой.

— А мне кажется, что каждому человеку нужен объект для восхищения. Оглянись на мировую историю! Сколько людей были вдохновлены великими изобретателями, художниками и писателями?

— Знаешь, тут нужно разделять. Восхищение и вдохновение человеком — это одно. А когда ты наматываешь сопли на кулак, пытаясь пустить пулю в висок — это совсем другое! Ой…

Отправитель: Генерал Васильев

Тема: новый вид доспехов

«Ребята, у нас тут один инженер немного встрял. В общем, нужно забрать из его дома новый вид брони для спецподразделений, и завезти в конце дня в участок.»

Цель: забрать доспехи у Профессора Такеши (Милитари Индастрис) и привезти в участок в конце рабочего дня.

— Крысы, крокодилы… Теперь ещё и доспехи. Почему нет? — усмехнулся я, запустив двигатель: — Сэведж-деливери уже мчит на всех парусах!

— Представь себе — дичь происходит не каждый день. Здорово, правда? — с нескрываемым ехидством ответила Критика.

— Ну, да… В мирное время живём. Надо успеть насладиться.

+++

Рожденный в самом начале 21 века, я был «ребенком фантастики». Сериалы, фильмы, игры — всё в моём детстве создавало и откладывало в голове определенные стереотипы. Вот, к примеру — когда Васильев прислал сообщение о том, что нам необходимо было забрать некую суперсекретную броню, я тут же представил, как мы заезжаем в тайную лабораторию с кучей военных. Нас кое-как пропускают через КПП, трижды отсканировав глаз… а затем, безумный ученый в белом халате выносит на гравитационной платформе нечто, напоминающее костюм Железного человека. Ну, или около того…

Но каково было моё удивление, когда мы приехали по указанному адресу, а там расположилась обычная жилая башня.

Поднявшись на самом обычном лифте, мы нашли самую обычную дверь и постучали в неё. В квартире тут же послышались странные копошения, и спустя мгновение нам открыл взлохмаченный азиат в огромных очках. К моей великой радости — одет он был реально в белых халат, а на шее болтался бейджик «Милитари Индастрис».

— Вы от Васильева, да? — взволнованно спросил он.

— Ага. — кивнул я: — Мы за грузом.

— Минуту… — азиат скрылся в квартире. Интересно, как гравитационная тележка пройдет через обычный дверной проем? Нет… Даже больше — как костюм пройдет через обычный дверной проем? Неужели он разбирается по частям? А как же пыле и влагозащита?

Через полторы минуты дверь вновь открылась, и азиат вынес нам… обычный кожаный рюкзак. Типа, как походный вещмешок.

— Берегите, как зеницу ока! Если что-то с ним случится — Васильев с меня живьем шкуру спустит! Опытный образец… Если всё получится, то запустим в серию. — радостно ответил азиат и всучил рюкзак мне.

— Эмм… Это точно доспехи?

— Высокопрочная нательная броня! Аналогов ни у кого нет. — заверил странный ученый.

— Ладно… — я пожал плечами: — Тогда, до встречи.

— Всего доброго. — поклонившись, азиат поспешил запереть дверь.

— Высокопрочная броня? Блин… Любопытство разъедает меня изнутри! — Критика уж было потянула ручонки к рюкзаку, но я тут же ударил по ним.

— Не вздумай! Понятия не имею, что он туда навалил, но, если какой-нибудь винтик или наноэлемент потеряется — спросят с нас.

— Блин. — разочарованно вздохнув, ответила напарница и прижалась к стенке: — Просто я думала будет… гуще.

— Скажи, ты помешана на оружии? — поинтересовался я.

— Немного…

— Сомневаюсь, что немного. — выйдя из подъезда, я аккуратно уложил рюкзак на задний диван, прямо за кресло водителя, а затем мы поехали дальше патрулировать.

Сегодня был типичный рутинный день. Даже немного скучно… Ренегаты целую неделю совершали свои нападки без остановки, и наконец-то выдохлись. Город может спать, а вернее — работать спокойно!

После бесцельного катания по улицам Нейрополиса, мы направились в столовую. Рутина — рутиной, а обед по расписанию.

Усевшись за крайний столик, я хотел уж было начать трапезу, но меня сильно удивил поднос Критики, на котором был лишь маленький капустный салатик и кусочек черного хлеба:

— Ты на диете?

— Нет. Вечером состоится разговор с Невзоровым, и я хочу быть максимально злой. — холодно ответила она.

— Типа, когда голодная — злая?

— Да.

— Хмм… Глядя на тебя, можно подумать, что ты вообще ничего не ешь. — усмехнулся я.

— Слышь, Сэведж? — напарница злобно зыркнула на меня: — Сделай одолжение — закрой…

— Я — Бальник, или кто?! Из конца-то в конец! — за соседний столик уселась шумная парочка моих товарищей. Кстати, Осьминог хоть и хромал, но уже вполне сносно стоял на ногах.

— Если Морозов спалит, куда ты пошёл — он из тебя смузи сделает. — предупредил он.

— Но ведь это же такое событие! Ты не понимаешь, как это важно для меня! — не сдавался наш танцор.

— Ребят… А, что случилось? — поинтересовался я.

— Как это?! Ты что… Не в курсе?! Ой… — Бальник посмотрел на Критику, и осторожно перекинул мне документ: — Откуда ты можешь быть в курсе? Ты же не знаменитый амбасдор «Бурлеска».

— Отвратительно. — тихо прошептала напарница, и продолжила хрустеть капустой.

— Ммм… — перед глазами всплыла рекламка, что сегодня в нашем эротическом клубе состоится бал-маскарад. Блин, если бы завтра не надо было на задание, то обязательно бы сходил!

— Я, как танцор — просто обязан туда сходить! — не унимался Бальник.

— Ну… Что я могу сказать? Если душа требует банкета — почему нет? — пожав плечами, ответил я.

— Почему нет? — Осьминог посмотрел на меня с осуждением: — Ты хоть знаешь, с кем этот любитель женщин связался? Его после работы держат в тюрьме!

— Наслышан. Но что с того? Бальник сам выбрал этот путь. Боюсь, что сочувствие лишь усугубит ситуацию.

— Не напоминайте… — проворчал любитель танцев: — Она хороша! Спору нет. Умна, красива и очень мила… Но вот её родители — туши свет. Они давят на меня! Я позвонил Главе своего Прайда, на что он обрадовался и предложил Морозову сделку. Я СТАЛ ЧЕРТОВОЙ ДИСНЕЕВСКОЙ ПРИНЦЕССОЙ, КОТОРУЮ ПРОДАЛИ ЗА ДОРОГОЙ КОНТРАКТ!!!

— И когда мы успели вернуться во время дворянских династий… — обреченно вздохнула Критика.

— И не говорите, Госпожа Невзорова! Я хочу выступить против этого кошмара! Меня подарили Прайду Морозовых, как котенка…

— Друг. Есть вещи, которые нельзя отменить. — Осьминог сделал глоток из стакана с компотом: — Если Екатерина тебе по нраву, то нужно искать в данной ситуации плюсы.

— Я хочу быть хозяином положения! Меня так воспитали!

— Где?

— На Земле…

— Мы на Марсе, приятель. В общем — скажи спасибо, что не за какую-нибудь стерву, которая трепала бы тебе нервы круглыми сутками. — усмехнулся я, искоса поглядывая на Критику. Поняв стеб, напарница незаметно показала мне средний палец.

— А я говорю… Нет, друг, я честно — говорю! Просто мы ещё даже не обручены… Я её даже без одежды не видел, а эти ублюдки из её Прайда следят за мной в свободное время. Я в напряжении… И вообще, Элеонора мне сегодня сказала, что моя стабильность под угрозой! Умолял Дунаевскую отпустить меня на два часа пораньше… Она, благо, женщина хоть и странная, но понимающая. В общем, иду. — казалось, что Бальник готов был на себе рубашку порвать.

— Смотри… Я просто переживаю за твою жизнь. — вздохнул Осьминог: — Найти порядочную девушку в наше время сложно. А если обиду затаит? Да ладно — фиг с ней, с обидой. А если Морозов шутки не поймет? Проще дождаться совершеннолетия Кати, и потом отрываться по полной, чем сейчас идти на неоправданный риск.

— Ой, Осьминог, тебе лишь бы попричитать! Всё. Сказал, что пойду — значит пойду.

— Правильно! Мужчина должен быть целеустремленным. — хохотнул я.

Эх… вот иногда не стоит злорадствовать над чужой бедой. Кто ж знал, что буквально через три часа со мной свяжется Хук и попросит забрать пьяного в стельку Бальника из «Бурлеска»…

— Всё плохо? — поинтересовалась Критика, когда мы уже на всех парах мчали к эротическому клубу.

— Совсем плохо. — напряженно ответил я, на приличной скорости маневрируя между машинами из трафика.

«Бурлеск» располагался почти в самом центре города, как раз неподалеку от «Обсидианового Колосса». Здесь собирались все обычные работяги, которые ещё не успели найти свою любовь…

Кое-как протиснувшись среди иномарок, я припарковал Волжанку почти к самому входу.

Мы с Критикой выбежали и увидели, как Бальник, в компании двух восхитительных девушек, пошатываясь пытается прикрутить сигарету:

— … девочки! Вот так и живём… А, ведь раньше я мог к вам хоть каждый день ходить… Ну, что за судьба-злодейка? Ик… Ой…

— Господи, как можно было налакаться до такого состояния за два часа? — тяжко вздохнув, поинтересовался я.

— Он выпил семь ершей… Для обычного человека такая доза почти смертельна. — ответила одна из девчонок, придерживая Бальника за пояс.

— Эй ты! — голосом Судьи Дреда, произнес я: — А ну заканчивай, и идём домой. На тебя жаловались.

— О! А это мой друг… — икнув, ответил любитель танцев: — И его потрясающая подружка… Знаете! А вот… смотрю я на них… Ик… И думаю, что они так здорово смотрятся вместе! Вы не находите?

Девчонки тут же согласно закивали.

— Бальник. Это не смешно! Идём. — я схватил его за плечо, но этот болван смог ловко выкрутиться. Как говорится — талант не пропьёшь.

— Что? Поведешь меня, как подростка? К этим… Учти, Марк… Моё кунг-фу сильнее твоего! — придурок согнул ноги в коленях и начал косплеить пьяного мастера.

— Не заставляй меня бить тебя по лицу.

— О! Это кто ещё кого будет… ик… Ой… Бить!

Дверь «Бурлеска» открылась, и оттуда вышла роскошная дама средних лет. Бальник оторопел, и вытянувшись по струнке, произнёс:

— Мне кажется… Я влюбился…

— Оп! — я схватил его за плечо: — Всё, натусовался. Поехали домой. Девчонки! Спасибо, что вывели его.

— Ничего страшного. — кивнула одна из них. А тем временем роскошная дама успела сесть в дорогущий родстер, и с агрессивным визгом покрышек стартовать в сторону «Обсидианового Колосса».

— Блин… Нам нужно в погоню! Марк, она — преступник! Я должен её опросить и досмотреть! — воскликнул Бальник, и побежал к Волжанке.

— Ох, господи… Дай нам терпения. — закатив глаза, обреченно произнес я.

Критика смотрела на всё происходящее с шоком и явным веселием.

— Бесконечность — это НЕ-ПЕ-Р-ДЕЛ!!! — любитель танцев открыл пассажирскую дверь, и с размаху головой вперед прыгнул на диван. Увы, он не знал, что с противоположной стороны лежит мешок с доспехами, поэтому со всей дури врезался в него физиономией и теперь лежал, тихонько постанывая.

— Ну… зато успокоился. — неуверенно произнесла Критика.

— Да уж! — вздохнув, я сел за руль: — Вот что с человеком свадьба делает… Никогда не видел его таким.

— Серьезно?

— Ага. Бальник топит за ЗОЖ! Спортсмен, комсомолец и просто красивый мужчина.

— Ужас… Неужели стресс?

— Я уверен, что именно он.

Как только мы проехали половину пути до дома Екатерины Морозовой, Бальник резко подскочил и виновато глядя на меня через зеркало заднего вида, произнес:

— Марк… Мне бы это… В уборную…

— Тут по близости ничего нет. Это спальный район.

— Так я это… В переулке… Мне очень надо!

— Ох, ладно. — я включил аварийку и остановился напротив узенького переулка. Бальник благодарно кивнул, и вылетев из машины, сиганул в уличную тень. Его сладострастные стоны можно было неправильно понять… Вот, собственно, полицейский дрон и распознал сексуального маньяка.

— БЕЖИМ-БЕЖИМ-БЕЖИМ!!! — повизгивая и размахивая руками, любитель танцев выбежал из переулка. Летающий дрон следовал за ним, и подгонял легкими ударами током. Залетев в Волжанку, Бальник вновь забыл про доспех, и опять вмазался в рюкзак физиономией.

— Сегодня точно не мой день… — простонал он.

В конечном итоге, через двадцать минут мы подкатили к нужному дому. Богатеи типа Морозовых жили в небольших трехэтажных коттеджах на несколько семей.

— Всё. Приехали! — строго произнес я.

— Не пойду… — промямлил чертов любитель танцев: — Они меня уничтожат… Давайте украдем Катюшу и свалим все вместе, а?

— Ты с ума сошёл? К Лингу в пати захотел?!

— Нет… Но подальше от Прайда Морозовых. Они такие… Такие мелочные… Бе! — тяжко вздохнув, Бальник поднялся: — Не пойду. Буду спать в тачке!

— Так не пойдет. — я вышел на улицу, и открыв заднюю дверь, выскреб алкаша из машины.

— Я буду сопротивля… — Бальник даже стоять не мог. Мне пришлось тащить его на плече, как раненого. На входе нас поджидал вахтер, который с ужасом узнал в этом обмякшем полумертвом теле будущего мужа юной Госпожи Морозовой. Покачав головой, дедуля пропустил нас на лестницу.

— Бал… Прошу! Держи себя в руках. Хорошо?

— Ага… Я держу себя в руках… — набрав полную грудь воздуха, он неистово заорал: — ТЫ НЕ ВЕРЬ СЛЕЗАМ!!! ВСЁ ВЕРНЕТСЯ!!! ПОСЛЕ ДОЛГИХ НОЧЕ-ЕЙ! БЫЛЬЮ СЛАДКИЙ СО-ОН ОБЕРНЕТСЯ!!! ПОСЛЕ ДОЛГИХ НОЧЕ-ЕЙ!!!

Песни продолжались вплоть до третьего этажа, где на лестничной площадке, с волнением скрестив руки на груди, нас ждала Катюша — миловидная барышня с русыми кудрявыми локонами и ярко-зелеными глазами, как у настоящей ведьмы.

— О… Любовь моя… — икнув, прошелестел Бальник: — Знаешь… Я давно хотел тебе предложить… Давай сбежим?

— Да, обязательно. — поблагодарив меня кивком, Катя перехватила пьяное тело, и словно загулявшего кота утащила в квартиру, громко хлопнув дверью.

Алкоголь — зло! Особенно для Бальника… Катюша явно нехило прокачала силу. Возможно, это было уникальной особенностью её тела. Может быть, Морозовы тоже увлекались евгеникой? Кто ж их там знает…

В общем, рабочий день закончился на весьма забавной ноте. Очень надеюсь, что семейство Кати не раскатает Бальника в блин.

+++

Следующее утро началось не с кофе… И даже не с завтрака от милой Маруси. Меня разбудил звонок с коммуникатора, который начал трезвонить на всю квартиру в половину седьмого утра. ТВОЮ Ж МАТЬ!!! Искренне хотелось просто взять и вышвырнуть его из окна…

— Вызов с неизвестного номера. — пояснила Эрис.

— Это по миссии… Ответь. Да! Слушаю?

— Доброго утра, Господин Сэведж. — произнес мощный бас: — Я от Господина Невзорова. Позывной — Гудрон. Прибыл, чтобы осуществить подготовку к заданию.

— Хорошо. Вы где?

— Около вашего дома. Черный «Ауди».

— Угу… — я выглянул в окно и увидел «Audi Q7» максимально темного оттенка: — Сейчас выйду.

Быстро приведя себя в порядок, я вышел из дома. Стекла внедорожника были затонированы, как у автомобилей вигилантов и помощников. Видимо, какая-то секретная структура, про которую вообще никто не знает. Ну, по крайней мере я точно не видел, чтобы кто-то из оперативников ДКБ гонял на иномарках. Только высшее руководство и офицерский состав — и то не всегда.

Задняя дверь самостоятельно распахнулась, и я сел в салон. На водительском кресле расположился огромный чернокожий шкаф в дорогом костюме. Он, причмокивая, жевал жвачку, и холодно смотрел на меня.

— Приветствую. — я протянул ему руку.

— Ага. — здоровяк ответил на рукопожатие огромной ладонью: — Значит так. Костюм лежит рядом с тобой. Обязательно переоденься. После миссии твою одежду вернут. Оружие, крюк и пояс так же оставляешь мне.

— Воу-воу-воу! Полегче, приятель! Это табельное. Если потеряю — с меня три шкуры спустят.

— Не потеряешь. — Гудрон нажал на кнопку, и задний подлокотник откатился в сторону, открыв узкий, но довольно глубокий сейф: — Я сам из ДКБ.

— Замечательно. — я взял бумажный пакет и заглянул внутрь. Темно-зеленый дорогой костюм… Стоил тысяч пять, если не больше: — Но, зачем такая одежда?

— Так надо. — ответил здоровяк и запустил двигатель: — Моя задача — снарядить тебя и доставить до поезда. Что, зачем и почему тебе расскажет Оператор Рамон.

— Ммм… Твой друг?

— Это не относится к делу. — сухо произнес Гудрон, и порывшись в бардачке, вытащил ствол, отдаленно напоминающий «Glock 17»: — Этот пистолет сделан полностью из полимера. Стреляет патронами девятого калибра. Есть один нюанс — выстрелить больше двадцать раз у тебя вряд ли получится. Так что расходуй с умом!

— Интересно. — я взвесил пистолет в руке и понял, что кусаться будет прилично: — Патроны?

— Для них мы сделали специальный отсек в ремне. Пройдешь через металлодетектор, а магазин зарядишь уже в поезде.

— Ого… — никогда не слышал, чтобы сотрудников и экспедиторов товарняков сканировали на металлодетекторе: — Ладно, понял.

— Там в пакете ещё лежит керамический нож. Его тоже использовать строго по назначению и аккуратно! Острый, но дико хрупкий.

— Принял.

— Связь будет проходить по закрытому каналу. Предупреди Эрис.

— Ага…

В конечном итоге, Гудрон завез меня в пустынный переулок. Я по-быстрому переоделся, и взглянув в зеркало, прям-таки обомлел! Ля, какой… Ну Джеймс Бонд во плоти!

Остаток пути я провел за тем, что разглядывал уникальный пистолет. Разработки, конечно, давно велись, но больше пяти выстрелов подобные пушки сделать не могли. Всё равно ствол и основной механизм приходилось делать из металла. А тут целых двадцать выстрелов! Не знаю, что за чудной материал, но на деле не очень-то хотелось его применять.

— Всё. Приехали. Удачи! — произнес Гудрон, и нажав на кнопку, открыл заднюю дверь.

— Эмм… Но это же пассажирский вокзал Нейрополиса! Сортировочная через два квартала.

— А кто сказал, что нам в сортировочную? — усмехнулся здоровяк: — Невзоровский экспресс. Платформа три. Путь номер шесть.

— Ага… — твою ж мать. Выйдя из машины, я взглянул на шикарное стеклянное здание в виде римского Колизея.

Пассажирский поезд «Невзоровский экспресс», на котором гоняют важные шишки. Как правило — восемь вагонов, в каждом из которых по тридцать два человека. Да люди Такэды могли засесть, где угодно, и атаковать, когда захотят… Но больше всего меня интересовало другое — где в обычном скоростном поезде можно спрятать «груз»? Если это что-то маленькое — не проще было переправить его по воздуху?

В общем, опять хренова туча вопросов…

— Идёт вызов с зашифрованного канала! Разрешить подключение? — поинтересовалась Эрис.

— Да… Разрешай. — ответил я, предчувствуя мощнейший геморрой…

Глава 12

Центральный вокзал Нейрополиса со стороны очень сильно напоминал типичный пчелиный улей. Куча гудящего народа вечно крутилась в нём, создавая эффект круглосуточного столпотворения.

Люди торопились на небольшие электрички, которые следовали до ближайших населенных пунктов и ферм. Казалось бы — неужели нельзя доехать на автобусе или автомобиле? Можно. Однако местные монорельсовые поезда без проблем разгонялись до 495 километров в час! Даже на электрическом спорткаре такую скорость поддерживать сложно. Так что передвижение на электричках было недорогим и очень быстрым. Главное — отстоять очередь на регистрацию. Прямо, как в аэропортах в старые добрые времена.

Встав в очередь, я принялся сканировать людей вокруг.

— Подозрительных личностей не замечено. — пропела Эрис: — Я проверила все аккаунты. Законопослушные граждане. Даже скучно…

— Нам сейчас не до этого. — тихо ответил я, и подошёл к сканглазу: — Билет номер три пять восемь джи би ви на имя Марк Сэведж.

— Благодарим вас за то, что воспользовались марсианскими железными дорогами! — радостно ответил робот: — Прошу к стойке для получения каб-талона.

— Благодарю. — кивнув, я направился к регистрационному окошку, возле которого стояло всего три человека. Ну, да… Мало кто из простолюдинов мог позволить себе билет на Невзоровский экспресс.

Еще раз отсканировав глаз, местные службы контроля прислали мне каб-талон — документ, подтверждающий, что я ничем не болею, да и вообще славный малый.

А дальше началось всё самое интересное…

Несмотря на то, что человечество уже оставило половину 21 века позади, рамки для поиска металла оставались неизменными! Подойдя к ленте, я снял ремень, ботинки и запонки. Пластиковая корзинка, как и всегда. Я уверенно прошёл сквозь рамку, Эрис отправила справку о моем протезе, и молодой парнишка в форме тут же начал всё проверять. Благо, что очереди не было, а то на мне точно сконцентрировалось бы всё внимание.

— Так… — напряженно произнес он: — Понял! А… Вижу. Спасибо вам за службу, офицер.

Казалось, что его улыбкой можно осветить половину нашей галактики. Мерзкий тип, ещё бы громче проорал про офицера.

— Благодарю. — я надел ботинки, вставил ремень, и прицепил запонки на место. Какое счастье, что в современном мире не надо отцеплять протезы. Главное — показать справку, а дальше его уже просканируют специальным оборудованием. Нож, огненная установка и привод были хорошо замаскированы.

Перед входом в зал ожидания на меня напала женщина средних лет, которая досконально изучила мой протез, а затем её радужки засветились. Видимо, проверяла все мои документы:

— Хорошей поездки, офицер. — улыбнувшись, произнесла он.

— Спасибо. — кивнув, я вышел в зал ожидания и проверил табло. 3 платформа и 6 путь. Поезд уже ожидал пассажиров.

В подземном переходе, как и всегда, царила идеальная чистота! Хотя, я помню, как в детстве впервые увидел пермский вокзал, когда приехали к тетке в гости… Жуть. Казалось, что тот запах и замызганные стены навечно отпечатались в моём мозгу.

Перрон ничем не отличался от земных аналогов — такая же асфальтовая площадка с пластиковыми грибками для защиты пассажиров от дождя. Правление приняло решение, что устанавливать специальные кабины для курения в вагонах не выгодно. Проще сделать навесы, чтобы курильщики могли в любую погоду утолить никотиновую жажду.

Но стоит отметить, что на Марсе отношение к алкоголю (не считая меня, Бальника и ещё парочки индивидов) и курению было строго отрицательным. Все топили за ЗОЖ и красоту.

— Эй! Пссс… Братишка! Не желаешь немного отдохнуть? — из толпы пассажиров вылез молодой человек подозрительного вида.

— Эрис. Поставь метку и вызови копов.

— Есть!

— Эй!!! ЭЙ!!! Ты чего, братишка?!?!?! — воскликнул незнакомец и попытался убежать, но из толпы уже вышла парочка полицейских, и схватив его, потащила в сторону подземного перехода.

Продавцы запрещенными препаратами были большой редкостью. Далеко не каждый мог позволить себе подобную прокачку аккаунта. Да и к тому же — шкурка выделки не стоит! С плагином диллер мог сканировать только обычных людей. Полицейские, вигиланты, помощники, оперативники государственных структур специального назначения и солдаты находились под надежной защитой. Для него я был обычным продавцом булочек. В костюме от «Brioni»… Ну, будем считать, что у меня очень дорогие булочки.

Пока я искал свой вагон, в глаза бросилась визуальная разница между поездом для простых людей, который стоял на пятом пути, и Невзоровским экспрессом.

Первый выглядел максимально просто. Я бы даже сказал — чем-то напоминал обычные вагоны ЖД РФ. Двери стандартные, на петельках… Контингент самый разный — от офисного планктона до взрослых мужиков в потертых рубашонках и поцыков с сигаретами в зубах. А на входе стоял бездушный робот-контролер. Немного грустно.

Зато экспресс для состоятельных граждан был сделан по последнему слову техники! Вагоны цвета карбона с блестящими хромированными вставками. Затонированные окна. Двери, которые отъезжали наверх, как у «Лаборгини». И на входе, возле каждого вагона стояла приветливая ЖИВАЯ проводница. Вот это сервис!

Как оказалось, что продвинутые машины не выгнали людей с работы. Просто человеческий труд стал престижнее и дороже. Как-то так.

— Здравствуйте! — обворожительно улыбнувшись, поздоровалась роскошная блондинка в милой голубой форме: — Меня зовут Елена! И сегодня я буду вашим кондуктором.

— Ммм… — я присвистнул и оценивающе оглядел девушку: — Фигурка у тебя ничего. Может выпьем, как-нибудь вечерком?

— Всенепременно, Господин Сэведж. — хихикнула она и пропустила меня внутрь.

Ох, твою ж дивизию! Нет, я мог бы сказать более литературным выражением, но тогда это не передало бы и половину от всех испытываемых эмоций. Невзоров был помешанным на дороговизне и понтах. Отделка под дерево, фигурные столики с кофемашинами, и главное — робот-пылесос, который курсировал по коридору. Всё в вагоне пахло дороговизной. И я ещё понимаю сделать нечто подобное для себя, но Невзоров создал всё это — ДЛЯ ЛЮДЕЙ! Ужас, какой…

Наверное, я никогда не пойму подобного поведения. Хотя у меня было много денег. Но, возможно не настолько много, как у Главы Прайда?

Не смотря на оформление в стиле «Восточного экспресса», всё здесь говорило о том, что мы живём в век высоких технологий! Куча различных мониторчиков, непонятных кнопочек и различных сенсоров со схемами. Зачем?

В последний раз я катался на Невзоровском экспрессе пять лет назад и тут такого не было. Максимум — мягкие вагоны и бесплатная выпивка. Что произошло? Зачем Невзоров так сильно ударился во все эти ненужные понты?

— Напоминаю — у тебя есть потрясающая идея с летающим такси. Можно уволиться из Военной Гильдии и стать бизнесменом. — произнесла Эрис, как бы тонко намекая сообщением о моём повысившимся пульсе: — Зависть — плохое чувство.

— Да знаю… Сказал же — не буду я тут бизнес мутить. — отмахнулся я, и постояв немного возле окна с фирменными шторками, отправился в туалет.

В уборной, как оказалось, всё тоже сделали дорого-богато. Умывальники, ну прямо как в лучших домах «лОндОна»!

Вытащив ремень, я сел на стульчак, и принялся заряжать магазин. Ровно двадцать патронов… Лишний раз не стрелять. Конечно! Постреляешь тут с административными ограничениями на убийства.

Поставив пистолет на предохранитель, я быстренько спрятал его в скрытую кобуру и направился в зону отдыха. Очень надеюсь, что по крайней мере она не понесла существенных изменений.

— Эрис! Осмотрись и дай мне схему поезда. Что-то я не совсем понял, куда мы попали.

— Выполняется сканирование. — ответила помощница, и через пять секунд у меня перед глазами вылезла подробная карта всех вагонов: — Два года назад Невзоровский экспресс был модернизирован. С лева на право. Электровоз-тягач, затем вагон ресторан, за ними идёт сцепка из двух вагонов с «зоной отдыха», потом три вагона со спальными местами и в хвосте состава два грузовых вагона.

— В хвосте?! — возмутился я: — Господи… И когда же этот чертов Рамон позвонит? Я тут всё провалю без информации!

— Будь спокоен. Ты — специалист. Всё будет хорошо.

— Ага. Мне эти пять сотен очень нужны. Да и в целом не хотелось бы ссориться с Невзоровым. Думаю, что сделаю всё хорошо. Он поймет, что я правильный парень и отпустит меня.

— Наивняк! Дедукция подсказывает мне, что ты серьезно ошибаешься! С успехом выполнишь задание — пойдешь в кандалах под венец. Провалишь — испортишь себе жизнь. Третьего не дано. — как будто пожав плечами, ответила Эрис.

— А ты умеешь подбодрить…

— В этом моя суть. — усмехнулась она.

Пройдя два спальных вагона, я наконец-то нашёл то, что искал. Шикарные кресла возле окон и панорамная крыша… Господи, какая же благодать! Сейчас бы ещё виски жахнуть, и было бы вообще прекрасно.

Устроившись в ближайшем кресле, я деловито перекинул ногу на ногу и с видом максимально важного индюка уставился в окно. Сегодня я бизнесмен! Утром у меня была важная конференция по поводу увеличения продаж булочек. Сейчас я еду в Коперник, чтобы там связаться с Мучным Боссом, и заключить крупный контракт. В общем — такая вот бизнесовая у меня жизнь.

— Входящий вызов по зашифрованному каналу. — предупредила Эрис.

— Принимай. — ответил я, готовя актуальные вопросы: — «Булкинс и Ко» на связи.

— Приветствую вас, Мистер Булкинс. Меня зовут Рамон. — пролязгал очень сильно измененный голос: — Сегодня я буду консультировать вас по теме защиты особо важного груза. Внимательно слушайте мои советы, и тогда мы точно придем к успеху.

— Да, Господин Рамон! Я очень на вас рассчитываю. Только вот, сразу вопрос. Корица для кофе находится в багажнике. А Мисс Булкинс уверена, что моё место на переднем пассажирском кресле. Что за дела?

— Корица не в багажнике. Можете не переживать.

— Тогда, где?

— Это не важно. Вижу ваше местоположение, и спешу сообщить, что оно прекрасно. Лишний раз отвлекать не буду — наслаждайтесь поездкой. Как только конкуренты захотят прийти к вам в кафе — просто назовите моё имя. Рамон. Ра-амо-он. Всё просто.

— Благодарю. До связи. — я был очень рад, что этот жуткий голос не будет сопровождать меня на протяжении всей поездки. В подобных приключениях для меня всегда была предпочтительнее тишина, или какая-нибудь неспешная музыка.

— Эрис, просканируй все сумки, чемоданы и портмоне. Судя по всему, груз где-то в этом вагоне.

— Выполняю. Сканирование закончено. Никаких запретных, взрывчатых и биологически опасных веществ не обнаружено. — ответила помощница.

— Странно. Может быть, мы что-то не видим?

— Есть такая вероятность.

— Ага! — я увидел металлический кейс, наручником пристегнутый к лысому дяденьке в дорогом костюме: — Готов поспорить, что твоих возможностей не хватит, чтобы просканировать этот чемодан?

— Верно. Не хватит.

— Вот и нашлась корица! — самодовольно усмехнулся я, и откинулся на спинку шикарного кресла. Главное — не упустить из виду этого Мистера Проппера.

— Извините… — только я хотел расслабиться и насладиться пустыней за окном, как возле меня появилась миниатюрная девочка в готическом дорогом платьице. Ей было лет одиннадцать на вид. Нет, ну прям настоящая куколка: — Здесь занято?

— Нет. Садись. — дружелюбно улыбнувшись, ответил я: — Только давай к окошку? Идет?

— Правда? Спасибо! — обрадовалась таинственная незнакомка, и тут же плюхнулась в освобожденное мной кресло. Нельзя было допустить, чтобы мне кто-то мешал защищать кейс. Всё же, я уже настроился на победу.

Многие говорят — можно и расслабиться, когда аванс уже на кармане, но такая история не про меня. Пока не получу всё полностью — даже думать не буду об этих деньгах.

— Вы тоже едете в Коперник? — поинтересовалась девчонка.

— Да. — кивнул я. Чтобы не вызывать лишних (а бывают и не лишние?) подозрений, просто притворюсь, что занят беседой: — У меня там встреча с одним большим дядькой.

— Вы тоже занимаетесь бизнесом?

— Да. Булочки пеку.

— Хех… — Эрис явно ни могла не стебануть меня по такому случаю: — Готовитесь? Как назовете вашу с Критикой дочь? А сына? Сколько планируете детей с Госпожой Невзоровой?

Чертов компьютерный тролль! Вечно она просыпается в самый неподходящий момент…

— Здорово. А мои родители занимаются чем-то секретным. — с ноткой грусти в голосе ответила девчонка: — Меня, кстати, Алиса зовут. А вас?

— Марк. Просто Марк. — я пожал её миниатюрную ладонь: — Ты одна тут едешь?

— Нет. Я с телохранителями. — с не скрываемой важностью, ответила Алиса.

— Внимание! Выезжаем из зоны Невзоровых и въезжаем в зону Такеда! — предупредил Рамон.

Отлично. Теперь-то у меня всё встало на свои места. Монорельс проходил через Пустошь, в которой как раз тусовались дикари и ренегаты. Конечно же, они могли либо повредить рельс, либо просто его украсть. И чтобы такого не произошло — все мощные Прайды поделили между собой расстояние на зоны защиты. То есть, по всему периметру стояли небольшие военные базы. И конечно же, Такеда не упустят такую возможность, поскольку тут мы у них, как на ладони! Нужно готовиться.

— Хах… — я решил подыграть юной деловой колбасе: — Телохранителей приставляют только если на тебя охотятся. Какой-то крупный Прайд хочет украсть тебя?

— Наверное… Я не знаю. — пожав плечами, ответила она: — Папа говорит, что, когда я вырасту — за мной все будут бегать. Но меня это печалит. Я не люблю догонялки! Вот шахматы или что-нибудь на компьютере — это да. А вот спорт мне никак не дается.

— Забавно. Кстати, а где твои телохранители?

— Рядом.

— Где-то, в этом вагоне?

— Ага.

— Хмм… — я огляделся и увидел здоровяка с ноутбуком. Он неистово молотил по клавишам, то и дело косясь в нашу сторону. Видать, ей с ним стало скучно: — Ты, главное, далеко от него не убегай. Хорошо? Он будет переживать.

— Не буду. Обещаю! — улыбнулась Алиса.

— Какая ты умни… — свет моргнул, а поезд немного качнуло: — …ца.

— Мистер Булкинс! Кажется, в нашей муке завелись жуки. — пролязгал голос Рамона.

— Что-то случилось? — взволнованно спросила Алиса.

— Нет. Всё в порядке. Будь здесь и никуда не убегай. Хорошо?

— Ага… Вы скоро вернетесь?

— Постараюсь, как можно быстрее. — я поднялся, и направился обратно к вагонам со спальными местами: — Рамон, куда они высадились?

— Предпоследний вагон. Вижу летательное средство… Судя по всему — флайкар! Рядом ещё двухместный глайдер. Они взломали систему управления и заблокировали всю панель! Теперь поезд можно остановить только стоп-краном.

— Стоп-краном? На четырехсот километрах в час? Рамон, ты меня пугаешь. — усмехнулся я: — Чем они вооружены?

— Эрки. Обвешаны по самое не балуйся! Это явно спецы. Группа из пяти человек. Они направляются к вагону зоны отдыха. Будь на чеку!

— Я всегда на чеку.

— Входящий вызов от контакта «Профурсетка». — сообщила Эрис.

— Ох… твою мать! И что ей в субботу не спится? Ответь. Да! Слушаю.

— Сэведж. Господин Невзоров распорядился, чтобы с тебя сняли все ограничения. Вообще все! — голос Женщины-Пилы звучал подозрительно тихо.

— То есть, я могу убивать и не думать об этом? — я замер, как мальчишка, которому вот-вот разрешат гулять не до 21:00, а до 22:00, но «только во дворе» и «никаких гаражей»: — Вы серьезно?!

— Хоть что делай. Главное — не дай им украсть груз!

— Приеду — расцелую.

— Нет. И это… Господин Невзоров передает — покажи им кузькину мать.

— Будет сделано! — меня в этот момент переполнял такой восторг, что я готов был прыгать и визжать от счастья.

Уничтожение «Москвича», ранение в сердце, дуэт с Критикой, скандалы Маруси, неразбериха с Лингом, тайный маньяк-поэт, запрет на убийства, и, словно вишенка на торте — возможный брак с человеком, которого я ненавижу, и из-за которого мой план побега мог накрыться. Это дерьмо давило на меня всю прошедшую неделю. Мозги кипели, а нервы были натянуты, словно струны! Но сейчас… Сейчас слова Женщины-Пилы, как будто сбросили мои оковы. Из непонятного и крайне геморройного задания, миссия превратилась в истинный праздник.

— Ха… Ха-ха-ха… — радостно хихикал я: — Эрис! Любовь моя — поставь метки на этих будущих постояльцах морга!

— Метки на спецназе «Такеда Групп» поставлены. Они в ста метрах от нас и дистанция стремительно сокращается!

— Глушилка запущена?

— Да. Они нас не видят.

— Боже! Восхитительно… — вернусь домой и разопью бутылочку дорогого шампанского. Вот честно — если бы не кровяной насос, а вернее кредит за него, то пошёл бы на это задание бесплатно. Просто, чтобы выпустить пар.

Дверь распахнулась, и в тамбуре показался ствол с вытянутым глушителем. Отведя дуло вверх металлической рукой, я прицельно выстрелил из полимерного пистолета в голову спецназера. Темно-красные капли кляксами разлетелись по стенам. Вот оно! ВОТ ОНО СЧАСТЬЕ!!! Закрывшись трупом, как щитом, я выкрутил автомат и успел застрелить ещё двоих. Парочка оставшихся выломала двери в купе и начали палить оттуда. Ох, идиоты… Выхватив гранату из своего мясного щита, я швырнул её прямо к ребятам. Едва успев отпихнуть труп, я отпрыгнул обратно в свой вагон и откатился в бок. БАХ! Мимо меня пролетели осколки дорогущей отделки… Вот и всё. Праздник закончился, так и не успев начаться.

— Сука… — разочарованно выдохнул я, и стряхнув пыль с пиджака, сел на деревянный подоконник.

— Больно? Сейчас я посмотрю, где ближайшая аптечка! Так… Они в туалетах! На верхних полках! — взволнованно пролязгал Рамон.

— Нет. Со мной всё в порядке. — отколупав размазанные ошметки пуль из протеза, ответил я.

— А чего тогда разоряешься?

— Они закончились…

— Кто?

— Спецназеры Такеды… Между прочим, у меня к нему тоже личные счёты. Он мне не дал Легенду Прайда за освобождение склада! — раздраженно ответил я. Кстати, пиджаку хана… Надеюсь Невзоров не вычтет у меня из награды его стоимость.

А по поводу личных счётов за то, что Такеда не дали мне титул «Легенды Прайда» — каждый бы на моем месте разозлился. Во-первых, ЛП награждают только за очень серьезные подвиги или вклад в развитие Нового мира. Критика спасла около пятидесяти человек и была серьезно ранена на южной границе. Чудом выжила, при этом довела всех до безопасной зоны! Говорят, Невзоров потратил целое состояние, чтобы починить любимую дочь Прайда. А я три дня сидел на долбанном складе притворяясь заложником и ожидая приказ, когда можно будет замесить захватчиков. Конечно, я не был серьезно ранен, и вывел всего лишь тридцать человек, но это было сложно, и далеко не каждый на такое способен. Такеда неделю мурыжили меня, после чего сказали — мол, сорян, не заслужил. А ЛП давало ежемесячную премию, кучу различных льгот и привилегий! Я ещё молчу про то, что по достижении определенного срока фотографию награжденного весили на аллее славы. Но самое главное — это то, что ты был свободен от Прайда. Даже мог создать свой собственный. В общем, штука полезная, но на данный момент лично для меня совершенно ненужная.

— Я в курсе. — ответил Рамон: — Да, обидная история, приятель… Но убивать людей — это стремно.

— Сам ты стремный! Я терпел всю неделю из-за этой красноволосой мымры… Господи, почему за грузом пришло всего пять человек?! — обреченно выдохнул я.

— Твою мать… — раздался удивленно-шокированный возглас: — Что это за месиво?!

Из дыма, закрыв нос, к нам вышла та милая блондиночка-проводница. Схватив огнетушитель, она залила всё пеной:

— Мне говорили о том, что ты — маньяк, но я думала… они утрируют.

— В смысле? — теперь удивился я: — С чего вы взяли?

— Это командир вашего защитного отряда, Булкинс. Позывной — Сансет. Где-то в зоне отдыха затерялся ещё один. Но он пока не выходит на связь. — пояснил Рамон.

— О! Так вы тоже из ДКБ? — поинтересовался я.

— Да. Майор Десятого Отдела ДКБ — Лидия Бренчало! Позывной — Сансет. — отбросив в сторону огнетушитель, представилась она и подставила к милой фуражке руку.

Десятый Отдел ДКБ — это что-то вроде службы безопасности для Глав русских, европейских и американских Прайдов. Не знаю, с чего, но все считали их самой настоящей элитой! Вот, теперь понятно, почему Гудрон гонял на нормальной тачке, а не гнилом советском корыте.

— Десятый Отдел? Польщен… — ехидно ответил я: — Итак! Поскольку я уже тут со всем разобрался, то может быть… пройдем в зону отдыха и выпьем по бокалу хорошего шампанского? Я угощаю.

— Закатай губу, Король. — злобно фыркнула блондиночка, от милоты которой не осталось и следа: — Мы ещё час не выедем с территории Такеды! Они наверняка уже отправили подмогу.

— Вот дерьмо! — воскликнул Рамон.

— Что там?!

— К поезду направляются ещё три пассажирских флайкара…

— Отлично! Значит развлекуха продолжается. — обрадовался я: — Майор! Мне необходимо, чтобы вы обеспечили прикрытие.

— Прикрытие? — лицо девушки тут же стало серьезным: — А сколько их там?

— Если ещё три флайкара, то значит… Пам-пам… Черт. Ещё пятнадцать человек.

— Вот и славно! Я свяжусь с Вурдалаком, а ты будешь вести себя хорошо. Понял? — строго произнесла блондиночка.

— А ты не много ли на себя берешь? — злобно ответил я, и прижал её к стене.

— Прекратите! Вы совсем спятили?! — воскликнул Рамон: — Там пятнадцать головорезов! Собирайте оружие! Всё, что сможете. А я попытаюсь разблокировать поезд…

— Ведите себя прилично, Мистер Сэведж. — холодно произнесла Сансет и убрала мою руку: — Вы же не хотите провалить задание из-за своего мерзкого характера?

— Хозяин-барин. — усмехнулся я. Действительно, ещё из-за какой-то противной блондиночки марать руки и рисковать деньгами? Вот уж увольте! Если она искренне верит в то, что компетентнее меня, то пускай идёт на передовую. Я не против.

— И не вздумайте больше собачиться! Груз стоит охренительных денег! — произнес Рамон: — Я пока буду отслеживать их по транспортникам. Эти пятеро просто попалаись в ловушку, потому что не ожидали сопротивления. Новая группа будет готова! Учитывайте это.

— Согласен. — ответил я, подняв автомат с пола: — Зато нас теперь больше! Майор… зови своего Вурдалака.

+++

Восхитительная суббота Критики началась в компании веселого Грегора Замзы. Кафка в солнечный погожий день был самым лучшем приятелем! Однако счастье девушки длилось недолго… Невзоров в довольно жесткой форме призвал её на работу.

С одной стороны, Критике очень не хотелось расставаться с Грегором и его забавными крылышками, но с другой — а вдруг что-то случилось? Все вигиланты и помощники рассасывались на выходные в разные стороны, словно муравьи. А ренегаты обожали наведываться в город по субботам и воскресеньям. Своровать несколько десятков метров кабеля в выходной день… почему бы и да?

Лениво потягиваясь, Критика умылась и привела себя в более-менее рабочий вид, а затем направилась на улицу, где её уже поджидало такси.

— Душенька! Наконец-то! — обрадовалась Дунаевская и тут же схватила девушку за руки, как только та пересекла порог участка: — Господин Невзоров очень волновался… Ты могла пропустить такое шоу!

— Извините? — Критика с непониманием посмотрела на администраторшу: — Вы, о чем?

— Как это, о чем? Твой жених там поезд от захватчиков отбивает!

— Простите, что?! — девушка резко остановилась и выдернула руку из ладони Дунаевской: — Это… шутка какая-то?

— Приказ Господина Невзорова!

— Ох… — обреченно закатив глаза, Критика с неохотой поплелась за Женщиной-Пилой.

В общем-то, вчерашний разговор об отмене помолвки прошёл ни о чем. Любимую дочь Прайда втоптали в грязь лицом, сказав, что она ничего тут не решает, да и вообще — Марк Сэведж самый лучший вариант. Тогда, Критика вытащила козыри и рассказала о том, что её напарник в прошлом был преступником, а Прайд Невзоровых против бандитов в своей семье. Эти слова сильно оскорбили отца, и он стукнул кулаком по столу, а затем вылил своей любимой дочери столько аргументов и фактов в пользу Марка, что девушка на долю секунды и сама поверила, что это действительно отличный вариант. Правда быстро пришла в себя, и продолжала капать на мозги формальному отцу. Точкой в их разговоре стал вопрос — «Докажи, что ваша пара не сможет быть вместе? Просто ответь — почему?» И Критика осознала, что все её аргументы были лишь слабыми догадками. Она совершенно не знала, что Марк за человек и сможет ли она с ним жить. Оскорбленная и немного ущемленная, Критика с наигранными слезами выбежала из башни.

Купив вишневого пива, девушка пришла домой, распечатала несколько портретных фотографий Сэведжа, и повесив вместо цели, метала весь вечер нож.

А хмель дал свой результат, и Критика чуть было не зарегистрировалась на сайте знакомств… Представив, как все будут над ней ржать, девушка всё же отказалась от этой затеи и решила провести время со своим любимым Кафкой.

— Олеся! Как я рад тебя видеть. — Невзоров распростер руки для объятий, но дочь лишь недовольно фыркнула и уселась за стол. В кабинете присутствовали Хук, Пылаев, Глава Прайда с молоденькой помощницей и Дунаевская. Отличная компания для субботы…

— Для чего вы меня позвали? — поинтересовалась Критика, злобно зыркнув на отца.

— Марк сейчас находится на очень интересном задании! Разве тебе не любопытно посмотреть за своим будущим мужем в деле? — радостно поинтересовался Невзоров.

— Я не выйду за него. И точка!

— Пока не дашь мне аргументированный ответ — я буду расценивать это, как подростковые выкрики. Олеся — это не серьезно! Ты взрослая девушка. Должна понимать.

— Понимать, что? Да, я была дурой, что сказала о своем безразличии. Но сейчас я прозрела!

— Марк — идеальный кандидат. И я слушать больше ничего не хочу. — отрезал Невзоров: — Итак, друзья мои! Как вы думаете? Случится ли нападение на поезд?

— Гарантированно. — произнес Пылаев: — Игра определенно стоит свеч. Такеда уже давно подбивал клинья к «Священному лотосу», поэтому наверняка не упустит возможность!

На большом экране было сразу несколько окон с видео. Сам поезд, вагон с зоной отдыха, где Сэведж, словно важный индюк, сидел в дорогом костюме и о чем-то увлеченно разговаривал с маленькой девочкой, и окошки с видами на пустыню с разных ракурсов.

— Оп! — Хук указал на окошко с пустыней. К поезду на приличной скорости приближалось два летательных аппарата. Небольшой двухместный глайдер и военный флайкар.

Мелкий завис над крышей, а транспортник буквально присосался боковым рукавом к одному из вагонов.

— Твою мать… Они высаживаются! Мы потеряли управление! — выдохнул Пылаев: — Оператор уже связался с Сэведжем?

— Всё под контролем. Не переживайте. — заверил его Невзоров: — Госпожа Дунаевская… Змеиному Королю будет тяжело передвигаться, будучи в цепях. Для лучшего эффекта, не могли бы вы передать Господину Сэведжу о снятии с него всех ограничений на данное задание?

— Погоди! — возмутился Пылаев: — Но это же нарушение дисциплины! И я не говорю уже о том, что потом могут быть серьезные проблемы с Прайдом Такеда…

— И вы предпочитаете передать груз прямо в руки этим узкоглазым подлецам? Это мой поезд! — Невзоров злобно нахмурился. Критика очень не любила его такое состояние, поскольку Глава Прайда был крайне жесток в гневе: — Они напали на него и пытаются забрать то, что по праву принадлежит мне! Госпожа Дунаевская… Передайте Сэведжу мой приказ.

— Будет сделано! — Женщина-Пила даже специально подключилась через коммуникатор, чтобы можно было говорить по громкой связи.

— Да! Слушаю. — ответил голос Марка.

— Сэведж. Господин Невзоров распорядился, чтобы с тебя сняли все ограничения. Вообще все!

— То есть, я могу убивать и не думать об этом? — казалось, что ещё немного и Сэведж запрыгает от счастья. Ну, что за идиот: — Вы серьезно?!

— Хоть что делай. Главное — не дай им украсть груз!

— Приеду — расцелую. — радостно ответил Марк. Точно, он же влюблен в Женщину-Пилу. Возможно, если у них всё сложится, то и отец наконец отстанет? Хорошая идея… Надо будет поспособствовать их сближению!

— Нет. — раздражённо ответила Дунаевская, а Глава Прайда тут же начал размахивать кулаком и что-то шептать: — И это… Господин Невзоров передает — покажи им кузькину мать.

— Будет сделано!

На этом звонок благополучно завершился, и радостный маньяк на невероятной скорости порубал группу захвата.

— Сила, ловкость и ум. Восхитительные качества, и всё это в одном человеке. А? — Невзоров, как будто пытался прорекламировать коня на продажу: — Ох… Прошу прощения! Это по работе…

Глава Прайда удалился в коридор и началось самое интересное. Выбежала миловидная блондинка, и Сэведж тут же расцвел! Вот Невзоров-то не видит, а?!

— Ещё три летательных аппарата… — напряженно произнес Хук: — Оператор частично перехватил управление!

А ситуация принимала совсем отвратительный оборот. Перебить небольшую группу из пяти человек — это одно. А вот сражаться против пятнадцати, с учетом того, что они знают о нахождении оперативников внутри — совсем другое.

Не то, чтобы Критика сильно переживала, но что-то внезапно начало неприятно ныть где-то в области груди…

+++

Вооружившись штурмовыми винтовками «AR-15», мы с противным Майором направились в тамбур. Во-первых — нужно было встретиться с последним оперативником под прикрытием, и во-вторых — необходимо сообщить проводницам, чтобы срочно перевели всех пассажиров в вагон ресторан. Если один из захватчиков прорвётся дальше — гражданские должны быть максимально защищены.

Проводница из первого спального вагона вышла к нам в тамбур и с ужасом уставилась на оружие:

— П… Простите, но что происходит? И почему поезд вдруг начал терять скорость?

— Ничего страшного! Просто небольшое недопонимание между Прайдами. — сверкнув ксивой, ответила Сансет: — Ваша задача — объяснить пассажирам, что есть опасность возгорания, и увести всех в вагон ресторан. Мы постараемся всё сделать быстро и бесшумно!

— Быстро и бесшумно?! Там что-то так сгрохотало… У людей уже появились вопросы! — взволнованно произнесла проводница.

— Просто уведите всех в вагон ресторан. От вас зависит безопасность невинных людей.

— Я поняла! — воодушевленная работница железной дороги, с видом Супергерл, быстро удалилась в вагон.

— И где третий? — поинтересовался я.

— Идёт. — ответила моя новая напарница: — Работаем быстро и не мешаемся друг другу!

— Вот насчёт последнего не понял…

— Тихо и чисто! Чтобы гражданские не услышали выстрелов и взрывов.

— Ха, то есть ты считаешь, что я поступил не профессионально?

— Верно! Поэтому, ты и отправишься в засаду, а специалисты из Десятого Отдела займутся своим делом. — строго ответила она.

— Ты такая серьезная… У тебя лицо не лопнет?

— Ох… — Майор обреченно закатила глаза: — Разрушения и расчленение противников — это не наш метод. Я вообще не понимаю, зачем к нам приставили такого, как ты.

— На всякий случай. — злорадно улыбнулся я и похлопал Майора по плечу: — Да ты не переживай… Если вы и правда такие крутые, то обязательно справитесь и оттесните их к последнему вагону без моей помощи. Буду держать кулачки.

— Даже не сомневайся!

— Ставлю косарь, что завоет на третьем вагоне. — усмехнулся Рамон.

— Два, на то что их нагнут во втором. — ответил я.

— Вы про что? — нахмурилась Майор.

— Так… Ни про что. — отмахнулся я.

Дверь в тамбур открылась, и к нам вышел тот самый здоровяк, которого я принял за телохранителя Алисы. Надломанные уши смешно торчали в разные стороны, как у чебурашки, а во взгляде читалась помесь дикого солдата и типичного домохозяина.

— Майор Остапенко. Позывной — Вурдалак. — представился он.

— Отлично! — я протянул ему винтовку: — Надеюсь на твои стрелковые навыки… Вурдалак.

— План уже есть?

— Да. — кивнула Сансет: — Мы с тобой загоняем их в последний грузовой вагон, где наших клиентов будет поджидать Король с гранатами. Оператор глушит свет и дело в шляпе. Ничего сложного.

— Король? — Вурдалак с удивлением посмотрел на меня: — Тот самый Змеиный Король?

— Угу. — кивнул я.

— Для меня большая честь…

— Ой, давай без вот этих соплей, хорошо? Идём! — я махнул рукой, и мы направились в сторону вагонов со спальными местами.

Вурдалак выбил дверь, и спрятался в купе, а Сансет заняла стрелковую позицию рядом с широким мусорным баком.

— Давай! — кивнув, произнесла она.

— Ага… — я встал возле двери: — Рамон! Ну, что там?

— Они целенаправленно начали замедлять поезд, чтобы как можно дольше оставаться в своей зоне! — ответил оператор: — Полностью остановить его не получится, потому что один из двигателей работает на ручном управлении из кабины. С командой машиниста я связался, так что они будут выжимать из последнего движка всё. Часть их системы я уже взломал, так что большинство дверей под моим контролем… Главное — не подпускайте никого к стоп-кранам! Если поезд остановится — вас убьют, а груз заберут.

Самое мерзкое в этой ситуации было то, что Такеда потом просто заплатит штраф за несоблюдение обязательств, а нападение, даже несмотря на возможные доказательства и улики — спишут на дикарей и ренегатов. Сильные мира сего отлично знали законодательную базу и могли четко пользоваться дырами в ней. Никогда такого не было, и вот опять…

— Что нужно для того, чтобы ты получил контроль над поездом? — спросил я, выглядывая в окно. Флайкары плавно отстыковались от вагонов и двинули на юг.

— Нужно сбить глайдер, который завис возле электровоза. Но тогда я начну разгонять поезд, и ты не сможешь пробраться в последний вагон. Лучше сперва избавиться от паразитов.

— Логично! А пилот глайдера меня не увидит?

— Нет. Они слишком низко висят, так что ты будешь в слепой зоне.

— Принял. Откупоривай!

— Скорость поезда на данный момент девяносто пять километров в час, так что будь осторожен.

Ничего не ответив, я дождался пока дверь откинется наверх и понял, что сейчас будет очень весело. Конечно, это не сравнится с полетом на шасси вертолета, но тоже вполне достойно! Выйдя наружу, я схватился за металлическую выемку, и перескочил на край вагона. Если сорвусь, то мало точно не покажется… А, менять остальные органы я не очень-то и хотел.

Перехватившись за верхнее крепление, я, словно мартышка, залез на крышу. Даже на скорости в 95 километров в час устоять было крайне тяжело. И почему у героев боевиков это выходит так просто? Может быть, у них были ботинки на липучках?

Широко расставив ноги, я едва не грохнулся плашмя, и затем аккуратно направился в сторону грузового вагона.

На Земле у меня таких аттракционов точно не было. Добравшись до нужного края, я сел и свесил ноги вниз. Оставалось лишь дело за малым…

— Рамон! Открывай! — прокричал я, повиснув на краю крыши.

— Сделано…

Пластиковая дверь плавно отъехала вверх, и я, немного раскачавшись, смог ухватится за боковой вспомогательный поручень, а затем запрыгнуть внутрь.

— Получилось? — с волнением поинтересовался оператор.

— Да… Я внутри. Бери контроль вагоном на себя. Мне нужно, чтобы ты выключил свет после моего сигнала. — произнес я, оглядывая углы и места с укрытием. Что-то все эти картонные коробки не вызывали у меня особого доверия. Жаль, что времени на небольшую баррикаду у меня нет.

Присев на одно колено, я вытащил шнурок и принялся делать растяжку из трех гранат. Полыхнет знатно!

— Установка канала внутренней связи. — внезапно сообщила Эрис.

— Да. Подтверждаю. — ответил я, немного выкрутив ножиком саморез из дверного косяка: — Змеиный Король на связи.

— Это Сансет. Мы отогнали их в третий спальный вагон! Будь готов.

— Ага… Почти закончил. — сухо ответил я, сделав двойной узел.

— Булкинс! — воскликнул Рамон: — ЛОЖИСЬ!!!

— Что?! — я не успел ничего понять, как картонные коробки начали разлетаться на мелкие кусочки. Какая-то мразь расстреливала вагон снаружи!

Отпрыгнув на пол, я закрыл голову руками, и дождавшись, пока пройдет первая волна, перекатился в угол. Посмотрев сквозь дыру, я увидел два черных пикапа с крупнокалиберными пулеметами.

— Рамон! Какого черта?! — выругался я: — Откуда они знают?!

— Понятия не имею! Ты точно был в слепой зоне!

— Ага… А, расстреливают они просто так? Пули некуда девать? — напряженно выдохнув, я снял эрку с предохранителя и подставив ствол к пулевому отверстию, принялся палить.

Капот первого пикапа тут же начал искрится, но автомобиль продолжал двигаться. Только броневиков мне сейчас и не хватало… Современные тачки простреливаются чуть ли не насквозь. Так что очередь по носовой части должна была без особых проблем остановить автомобиль.

Увернувшись от очередного свинцового шквала, я перекатился на пару метров вправо, и выбрав дыру по шире, принялся прицельно бить по колесам. Есть! Первый пикап резко занесло, и он перевернулся на крышу.

Второй начал поливать свинцом ещё неистовее, и причем целился именно в то место, откуда я стрелял.

— Ай… — острая боль пронзила правое плечо.

— Повреждение мышечной ткани! — предупредила Эрис: — Необходима медицинская помощь, чтобы вытащить осколок.

— Ага… Сейчас наберу Айболиту и попрошу выписать мне больничный… — усмехнулся я, и оторвав кусок рубашки, наспех перевязал рану.

Переждав очередную волну, я ещё раз перекатился, и высунув ствол, выпустил остатки магазина по колесам внедорожника. Правда, этот не перевернулся, а просто дал в сторону и врезался в огромную каменную глыбу. Тоже хороший результат!

Облегченно выдохнув, я вернулся к своей растяжке.

— Король! Это Сансет… — голос девушки звучал крайне растерянно.

— Да… Я уже почти закончил! Не сцы… — ответил я, выкрутив второй саморез.

— Вурдалак серьезно ранен! Они оттеснили нас ко второму вагону с купе!

— Твою ж мать… — обреченно выдохнул я: — Иду!

— На счёт поступило денежное вознаграждение в размере двух тысяч чейнкойнов. — сообщила Эрис. Это было предсказуемо.

Быстро затянув растяжку, я аккуратно перешагнул через неё, и сменив магазин, направился в следующий вагон.

— Эрис! Поставь метки на всех людях Такеды.

— Есть!

На горизонте появилось 10 вражеских сигнатур. То есть, элита среди элит вдвоем убили пять спецназеров и… попали в просак? Серьезно?

Звуки перестрелки были слышны даже в тамбуре. Походу дела, скоро придется заказывать для блондиночки красивый гроб.

— Двое сидят во втором купе. Ещё трое спрятались в предпоследнем. Пятеро идут в наступление. — предупредила Эрис.

— Отлично! — открыв дверь, я вытащил гранату и катнул её в образовавшийся проем. Мощный взрыв ударил по ушам, а дым тут же заполонил весь коридор. Воспользовавшись замешательством, я прыгнул в освободившееся купе. Шокированная троица вышла в коридор и направилась к тамбуру. Первый осторожно заглянул в дымящееся купе, и посветив фонариком, тут же получил пулю в лоб. Остальные начали кричать что-то на японском, но и их ждала печальная участь. Выставив эрку в коридор, я пришил парочку оставшихся спецназеров по-сомалийски. Потратил пол магазина, зато без лишних рисков.

На всё у меня ушло меньше двух минут… И после этого представители Десятого Отдела ещё будут тыкать мне про свои уникальные навыки и профессионализм? Пока что единственным уникальным навыком, который я разглядел — было «попадание в просак».

— Король!!! СКОРЕЕ!!! — взмолилась «проводница под прикрытием». Вылетев в коридор, я на полной скорости побежал в следующий вагон. Сперва нужно вытащить этих тюленей, чтобы потом было над кем злорадствовать.

Открыв дверь, я вышел в тамбур, и присев на одно колено, ещё раз внимательно разглядел метки. Три в наступлении, и двое прикрывают… Продвигаются медленно. Всё же, элитная элита из Десятого Отдела тоже умеет стрелять. Ворвавшись внутрь, я запустил сразу три огненных пучка в засаду. Спецназеры с криками выбежали, и были подрезаны четкой очередью. Нападавшие резко спрятались в купе, а один даже успел выпустить в меня несколько пуль.

— Сансет! Как вы там? — спросил я.

— Хреново… Вурдалак потерял очень много крови… Я боюсь, что он не дотянет…

— Понял. Сейчас всё сдела… — к моим ногам подкатилась граната, но я успел её пнуть обратно. Взрывная волна отбросила меня на пару метров назад. В ушах дико зазвенело, а голова, как будто превратилась в большое вибрирующее ведро.

— Повреждение слухового аппарата! Необходим врач! — воскликнула Эрис, как будто через стенку. Последний выживший спецназер был контужен, и буквально выпал из купе. Я выхватил свой полимерный пистолет и сделал любителю суши контрольный в голову. Чтобы не мучился…

— Булкинс! Ты живой? — слух постепенно возвращался ко мне… Но только на одно ухо. Твою ж мать!

— Живой. Только вот, кажись на одно ухо оглох. — вздохнул я, и придерживаясь за испещренную пулями деревянную стенку, направился к элитам среди элит: — Майор… Ну что там?

— Дышит. — выдохнула она, держа окровавленную тряпку: — Но Эрис говорит, что ему нужна профессиональная медицинская помощь!

— Момент. — я зашел в полуразрушенный туалет, и вытащил сверху аварийную аптечку. Должно хоть немного помочь: — Эй! Держи…

— Спасибо… А, я и не знала, что они есть в туалетах! — Майор тут же вытащила антисептик и бинт.

— Я катался на этом экспрессе пять лет назад. Работать проводницей и не знать, где аптечка… Позор. — усмехнулся я.

Быстро перевязав рану, мы перенесли Вурдалака в безопасное место. Я подобрал ещё пару магазинов для эрки, полностью заряженный короткоствольный дробовик и очень рассчитывал на гранаты, но они все закончились. Как такое могло произойти? Они что, не знали на кого идут? Оскорбительно!

— Рамон! — сплюнув кровавую кляксу, я подошёл к потрескавшемуся окну в тамбуре: — Что с глайдером? Он ещё там?

— Там… — сглотнув, ответил оператор: — Но это ещё не всё…

— Как это не всё?! Ты издеваешься?! — возмутился я: — Они там что, в аркадные шутеры переиграли?! Когда они поймут, что мы не отдадим груз?!

— Видимо, пока мы не покинем зону Прайда Такеды… — вздохнул Рамон: — Летит глайдер со знаменем бодикадо… Они пока далеко, но расстояние стремительно сокращается. Это хреново.

Вот тут я был полностью согласен с оператором. Бодикадо — специальные защитные отряды всех крутых японских шишек. Оснащались самым передовым оружием и техникой. Про таких можно смело говорить — один в поле воин. Причем, я не знаю, чем их шпиговали для такого ускорения и силы… Работал недавно с подобным товарищем — понял, что лучше лишний раз ему дорогу не переходить. Отбитые на всю голову отморозки! Любой предмет способны превратить в оружие… Там даже Джон Уик нервно курит в сторонке. Жуткие твари!

— Можем попробовать сбить глайдер с контролером. — предложил Рамон: — Я активирую все движки, и мы сможем быстрее добраться до следующей зоны! Люди Невзорова уже выдвинулись навстречу к нам.

— Принял. — тяжко вздохнув, ответил я.

Если бы у меня спросили, мол, что выбрать — сбить из автомата шустрый бронированный глайдер или же сразиться лицом к лицу с бодикадо, то я бы уже во всю читал «Устройство легких бронированных ЛП». Вставив в эрку полный магазин, я направился в первый вагон с зоной отдыха.

— Рамон! Открывай!

— Ага… — оператор вновь откупорил для меня дверь. Выглянув, я увидел глайдер, что висел в паре метров от электровоза.

— Эрис! Поставь цели на слабые места.

— Есть!

Как я и думал — небольшое пространство над реактивными двигателями. Читал в одном из журналов, что такое допущение было сделано только из-за сложностей обслуживания. Мол, если накрыть крышку панели дополнительной броней, то ремонтировать будет не удобно. Прицелившись, я протяжно выдохнул, а затем дал прицельную очередь. Глайдер сперва немного дернуло, а затем из движков попер черный дым. Летательный аппарат с грохотом рухнул в песок, после чего раскидываясь мелкими осколками, кубарем откатился в сторону.

— Отлично! — воскликнул Рамон, и поезд устремился вперед. Электрические двигатели разгоняли куда быстрее, поэтому меня чуть не сдуло к чертовой матери.

— ЗАКУПОРИВАЙ!!! — прокричал я, грохнувшись на пол. Дверь благополучно опустилась на место: — Где там ваш саму…

Поезд резко тряхнуло, а меня мощным ударом швырнуло об стену.

— Что это?! — выругался я, потирая ушибленное плечо.

— Нечто неизвестное врезалось в электровоз на дикой скорости! Прямо с неба! Как метеор… — с ужасом ответил Рамон.

— Твою ж мать… — обреченно выдохнув, я побежал в сторону головы состава. Лишь бы только не какая-нибудь бомба или что похуже: — Есть хоть минимальная информация, что это такое?

— Не вижу! Оно блокирует сигналы с камер…

— Восхитительно. — пробежав все вагоны с зонами отдыха, я запыхаясь залетел в ресторан.

— Уважаемый! — воскликнул дедок в деловом костюме: — Я требую объяснений! Что происходит?!

— Да!

— Это уже ни в какие рамки не лезет!

— Почему поезд только сейчас взял разгон? Я опаздываю!

— Неужто на нас напали дикари?!

Взволнованные пассажиры тут же подхватили волну негодования.

— ТИХО!!! — прокричала та самая проводница, которой мы отдавали поручение: — Этот человек нам поможет… Не переживайте! И не стоит поддаваться панике.

Все тут же заткнулись и расселись по своим местам.

— Удачи тебе! — улыбнувшись, произнесла Алиса и помахала мне рукой.

— Спасибо. — кивнув, я побежал дальше, но дверь в вагон ресторан открылась и мне навстречу вышло нечто… Ростом под два метра, незнакомец был полностью закован в темно-синюю броню. Защитный костюм отдаленно напоминал самурайские доспехи, только с очень футуристичным дизайном. Из классики остался широкий шлем с оленьими рогами. Видимо, специально, чтобы ходить и об потолки скрипеть. Любят же японцы весь этот традиционный и совершенно бесполезный символизм… И почему крутые фантастические фишки вылезали в самый неподходящий момент и не на моей стороне?!

— Доспех «Такеда Групп». Прототип Б. Подробная информация отсутствует. — пояснила Эрис. Бодикадо, да ещё и в доспехах? Лучшего исхода и быть не могло.

— Значит так, приятель. — я нацелил ствол эрки прямо в шлем, где двумя желтыми огоньками светились визоры: — Я псих ещё тот, поэтому давай без лишних шуток, идёт? Ты один, а нас много.

— Ммм… Рад видеть тебя в добром здравии, Ваше Высочество. — усмехнулся рыцарь: — Тоже самое хотел предложить и тебе. Змея перебила всех моих людей и пришлось явиться лично. Но шансов у тебя нет!

Ну, конечно… Накамура Керо — один из сильнейших бойцов Прайда Такеда. Даже голос не изменил… Вот урод! Я уже боюсь представить, сколько стоит этот проклятый кейс, раз за ним явился сам Крушитель Керо, да ещё и в новых доспехах.

— Всем быстро покинуть вагон! ЖИВО! — прокричал я, и пассажиры пустились на утек: — Прежде, чем мы начнем… Удовлетвори моё любопытство. Расскажи, что в этом кейсе, раз Такеда прислал лично тебя?

— Не понимаю, о чем ты. Я пришёл за проектом номер восемь. — ответил Керо, и направился ко мне: — Просто отдай девчонку, и я уйду с миром.

— Погоди… Какую девчонку?

— Алиса Невзорова. Священный лотос! Я не верю своим ушам… Тебе даже не сказали, что именно защищать?

— Алиса… Груз? — я был в шоке. И как у людей Невзорова повернулся язык назвать ребенка «грузом»? И с какого хрена мне сразу об этом не сказали?! Ладно, с оборзевшим Прайдом разберусь позже. Главное — защитить Алису.

Убедившись, что в вагоне никого не осталось, я открыл огонь. Пули с искрами отскакивали в разные стороны, не в состоянии даже слегка пошатнуть проклятого Робокопа:

— Да из чего состряпали эту броню?!

— Бесполезно! Мы украли чертежи этого доспеха у «Милитари групп». Кто же знал, что, если сплавить титан с марсианским железом и платиной — выйдет настолько невероятный результат? — подойдя ко мне, здоровяк просто отшвырнул мою тушку, как плюшевую игрушку: — Сегодня я не намерен марать руки, Змеиный Король… Из уважения к коллеге, я сохраню тебе жизнь.

Рухнув на стол, я почувствовал, как в области копчика что-то хрустнуло. Вот лицемерный ублюдок! Поднявшись, я вытащил дробовик:

— Эй! Мы ещё не закончили.

Бах! Куча искр ударила по спине Робокопа, и он наконец-то отошёл на два шага вперед, после чего резко остановился:

— Это было больно. — здоровяк поднял кресло и швырнул в меня, но я успел увернуться, и пошёл в атаку. Выхватив керамический нож, я вставил клинок в зазор под грудными пластинами. Отличная реакция! Робокоп загудел и начал размахивать руками, а по темно-синей броне побежала кровь. Получив в живот, я улетел в тамбур и приземлился прямо на протез. Вот — наглядно показано, почему в прототипах воевать нельзя. И самое забавное — Керо обломал нож! Без хирурга острие не достать… Ох, не завидую я ему.

— Сказал же! Я пришёл не за твоей головой. — прорычал он, топая ко мне: — Дождись своей очереди! Я убью тебя в честном поединке.

— Эрис! Просканируй его состояние! — поднявшись, я выбежал в первый вагон с зоной отдыха.

— Судя по уверенным движениям — серьезных органов ты не задел, но через пару-тройку часов он, возможно, немного ослабнет от потери крови. — ответила помощница. Да уж, прогноз не утешительный. Постоянно тыкать ему пером у меня не получится, пуля этого Робокопа не берет, а гранаты у меня закончи… Стоп. А, ведь это идея!

— Эрис! Он видит меня?

— Нет. Оператор настроил глушилку против всего Прайда Такеда. Такая же ситуация с Алисой, Сансет и Вурдалаком.

— Отлично! — взглядом я нашёл Алису, и бесцеремонно подхватив девчонку на руки, побежал дальше.

— Что случилось? — взволнованно спросила она, когда мы вылетели во второй вагон с зоной отдыха.

— Ты же сказала, что за тобой охотятся, да? Поэтому, сейчас мы немного перехитрим охотника. Договорились?

— Хорошо. — кивнув, ответила девочка.

— Сансет!

— Слушаю…

— Живо сними с трупов два бронежилета и каску. Один броник и шлем на себя, другой просто держи в руках, а затем беги в самый последний грузовой вагон.

— Но, зачем?

— Делай, что говорю! И смотри аккуратнее — там растяжка.

— ТВОЮ МАТЬ!!! ТЫ ДОЛЖЕН БЫЛ СКАЗАТЬ МНЕ ОБ ЭТОМ С САМОГО НАЧАЛА!!!

— Сансет, у нас нет времени! Давай быстрее! — воскликнул я: — Засядешь там в самом углу и не высовывайся.

— Если меня убьет… Сэведж — я тебя с того света достану!

— Не убьет. Я гарантирую. — уверенно ответил я.

Получена ачивка: «Серьезно? Да, серьезно!!»

— 20 000 к доверию от коллег

— Ой, ну подумаешь? Как будто мне раньше кто-то доверял. — усмехнулся я, в ответ на стеб от Эрис.

— Я на месте. Спряталась… — через пару минут произнес голос Майора.

— Рамон! Сейчас немедленно вырубаешь свет в обоих грузовых вагонах, и делаешь ловушку на аккаунт Бренчало!

— Ты издеваешься?! Это статья! — возмутился оператор.

— Быть вигилантом — тоже статья. Мы хотим спасти девочку или нет?

— Ладно… — обреченно вздохнув, ответил он: — Делаю. Запущу плавное включение, как будто что-то сломалось. То есть, он и тебя тоже увидит.

— Не страшно. Ну, как?

— Секунду… Готово!

— Отлично! Алиса, сейчас закрой глаза и доверься мне… Хорошо? — произнес я, резко остановившись по середине третьего вагона с купе. Действовать нужно было максимально быстро.

— Хорошо! — она тут же зажмурилась, а я открыл первую попавшуюся дверь и спрятал девочку в багажный отсек под лавкой.

Встав возле тамбура с автоматом на перевес, я выглядел, как настоящий солдат из боевика про войну.

Открыв дверь, огромный самурай наклонился и прошёл в вагон:

— Ты храбрец или глупец? Я так до конца и не разобрался. — злобно усмехнулся он: — Но одно могу сказать точно — я сломаю все твои конечности.

— Выкуси! — я просто начал палить из эрки, а пули красивым фейерверком разлетались в разные стороны.

— Бесполезно. Сказал же… — холодно ответил он, продолжая надвигаться, словно ураган: — Уйди с дороги, Змей! Я не верю, что ты настолько предан Невзорову, чтобы вот так просто подставить свою задницу.

— Напомнить первый закон вигиланта?

— Какая неразумная глупость. — размахнувшись, он смачно врезал мне в живот, и откинул обмякшее тело в сторону: — Ты слишком глуп, Змей… Но я хочу убить тебя в честной битве, без доспехов и прочего. Сейчас поймаю девчонку и переломаю тебе ноги и руки. Как показательный урок! Чтобы понимал, когда риск оправдан, а когда нет…

Удар оказался немного сильнее, чем я ожидал. Ещё и лодыжку вывихнул… Однако времени на жалобы и нокауты не было. Быстро придя в себя, я поднялся и вытащил дробовик из-за спины. У меня есть всего одна попытка! В противном случае, благородность Керо могла сойти на нет.

Выйдя в грузовой вагон, я ещё раз отметил, что доспехи сильно ограничивали скорость движения у пилота. Либо заторможенный привод, либо (во что я сильно не хотел верить) он вывозит всё это на физической силе.

— Хех… Какая идиотская ловушка, Змей. — присев на одно колено, усмехнулся Робокоп, глядя на растяжку: — Неужели ты думал, что я не увижу?

— Не увидишь. — усмехнулся я, и выстрелил из дробовика прямо по спине оборзевшего японца. Того, естественно оттолкнуло вперед, и он упал прямо на шнурок. Мощная огненная вспышка обдала моё лицо жаром, а ударная волна сбила с ног и проволокла по полу метров пять — не меньше… Очень надеюсь, что от Сансет осталась хотя бы часть, но походу дела хоронить придется в закрытом гробу. Шутка… Вижу её сигнатуру в соседнем вагоне.

— Фуух… — не обращая внимания на адскую боль в груди, с облегчением выдохнул я: — Задание выполнено.

— Критическое повреждение легкого!!! — воскликнула Критика: — Требуется срочная реанимация!!!

— А? — я слегка приподнял голову и увидел торчащий из моей груди кусок металлического рога из шлема этого проклятого самурая: — Отлично… А, без этого никак нельзя?

— Я вызываю скорую!!! Марк… Держись!!! — паниковала Эрис, выдавая мне одно предупреждение за другим: — Блин, пульс падает… Только не это!

Хорошая новость — я заработал пятьсот тысяч чейнов. Плохая — кажется, тратить их буду не я…

Внутри тела стало дико холодно, и слабость мощным цунами накатила на меня. Хочется спать… Просто забыть про всё и поспать.

— ВНИМАНИЕ!!! ОСТАНОВКА КРОВЯНОГО НАСОСА!!! ВНИМАНИЕ!!!

Блин… Всё-таки у этой работы есть свои минусы. Ты каждый день рискуешь своей задницей и можешь умереть. И всё ради чего? Иногда, ради людей. А иногда, за просто так. Печально, конечно, но я сам выбрал этот путь…

Воздух полностью вышел из легких, и мой разум в очередной раз погрузился в непроглядный холодный мрак.

Эпилог

Только я приготовился к туманной и спокойной вечности, как теплый лучик жизни вновь обогрел моё тело. В горле жутко першило, а общее состояние при пробуждении было ещё хуже самого жесткого похмелья… Да что со мной опять сделали?!

Открыв глаза, я сперва не совсем понял — а, собственно, что именно передо мной находится? Только когда я привык к свету, то смог разглядеть, что на моем лице сидела крыса. Причем нагло повернув своего туза прямо к моему взору! Пожалуй, последнее, что я хотел видеть при очередном воскрешении, так это мохнатую крысиную жопу.

— Мистер Кусь! Он проснулся! — обрадованно воскликнула Лия: — Пожалуйста, прекрати медитировать у него на лице!

Чертов кандидат в мастера спорта по пряткам шустро свалил по ниже, к проводам, которые торчали у меня из длинной раны на груди.

— С добрым утром! — радостно улыбнулась Маруся, и тут же схватила меня за руку: — Как ты себя чувствуешь?

— Ощущение такое, будто катком проехались… А, что со мной случилось?

— Ты каким-то чудом одолел бодикадо в одиночку, и спас девочку от бесконечной жизни в лаборатории! Только вот… — милая соседка виновато опустила взгляд: — Я опять без спроса дала согласие на твоё… лечение.

— Так, стоп! На какое ещё лечение? — тут же напрягся я.

— Твоё левое легкое превратилось в сдувшуюся тряпочку, да и правое ухо уже было не восстановить… В общем, мы с врачом пообщались, и тебе тут же поставили искусственное легкое и слуховую систему… Но ты не переживай! Это только на одно ухо. Второе в целости и сохранности. — ответила Маруся.

— Твою ж мать… — я обреченно закатил глаза: — Теперь в долгах, как в шелках… ну за что мне это, а? Потратил больше, чем заработал!

— Вообще-то нет. — Лия с интересом изучала рану на моей груди: — За все твои аугментации заплатил Господин Невзоров. Он сказал, что у его дочери должен быть… здоровый жених.

Лицо любительницы животных резко поменялось, а рот исказился в жутковатой ухмылке.

— О, Лия, не переживай! — заверила её Маруся: — На самом деле Господин Невзоров просто ошибся.

— Ошибся? Тогда как ты объяснишь то, что Критика сидела тут всю ночь? Медсестра, которая сменщица той медсестры, которая дежурила тут ночью, сказала, что той медсестре сказал уборщик, что ему показалось, будто Критика и Марк держались мизинчиками!!! — возмутилась любительница животных.

— Мизинчиками? Это серьезно… — усмехнулась соседка: — И вообще, Критика имеет право прийти к своему раненому напарнику!

— Никогда и ни к кому не ходила, а тут — на тебе! Решила изменить своему поведению? А я выросла с ней! Я всё про неё знаю! Она так просто не придет!

— Лия, а может быть она хотела меня убить? — улыбнувшись, поинтересовался я.

— Нет! Эта извращенка по любому сидела и любовалась на то, как ты спишь… Критика тот ещё маньяк! Только маньяки прутся от Кафки и считают его книги веселыми.

— Ну… Учитывая то, что с ней произошло — даже Кафка кажется светлым позитивом. — вздохнул я.

— Ой, Лия ещё маленькая и глупенькая. Я, умудренная жизнью женщина, через всё это давно прошла. — отмахнулась Маруся: — Ревновать Марка к Критике — себя не уважать.

— Мистер Кусь! Взять её! — воскликнула юная мисс Васильева, и крыс тут же прыгнул в руки моей милой соседке, свернулся калачиком и засопел: — Предатель!!!

— А, ну тихо! — в палату зашла медсестра и строго посмотрела на девчонок: — Господину Сэведжу нужен отдых! Завтра он уже встанет на ноги и можете орать сколько угодно у него дома.

— Простите… Марк, поправляйся скорее. Я буду ждать. — Лия чмокнула меня в щеку, и забрав Мистера Куся, поспешила выйти.

— Вот наглая девка… — злобно фыркнула Маруся и чмокнула меня в нос: — Совсем страх потеряла! Ладно… У нас в понедельник экзамен по криминалистике. Надо подготовить материалы по симпатическим чернилам. От Овидия до Ленина… Такая скукота… Поправляйся скорее. И завтра я испеку тебе большой-большой торт.

— Ага… Давай. — проводив взглядом свою милую соседку, я расслабился, и закрыв глаза, хотел поспать. Симпатические чернила от Овидия до Ленина. Интересная те…

— ОВИДИЙ!!! — я резко подскочил, но провода из груди приказали лежать спокойно, сковав моё тело приступом ноющей боли: — Господи! Эрис… Эрис!!!

Увы, во время операций моя помощница отключалась на сутки. Вот дерьмо! И как мне теперь позвонить? Увидев красную кнопку вызова персонала, я начал неистово давить на неё. Спустя мгновение в палату тут же залетела медсестра:

— Что случилось?! — взволнованно спросила она: — Вам больно? Умираете? Судно?

— Нет! Мне срочно нужен телефон! Позвонить на работу…

— Какая работа?! Вам легкое поменяли! И слуховую систему поставили! Вам спать надо!

— Принесите телефон. Я денег дам!

— Не нужны мне ваши деньги. — недовольно фыркнула медсестра и направилась к выходу: — Сейчас принесу…

Как я сразу не догадался?! Это же чуть ли не прямым текстом сказано — прогрей лист утюгом. А Публий Овидий Назон — как раз предлагал один из первых вариантов симпатических чернил в виде молока. Правда, бумажка немного намокла, поэтому очень надеюсь, что ничего не стерлось. Блин, не знаю, кто это придумал — но выглядит уже интригующе!

— Вот. — медсестра протянула прозрачный пластиковый брусочек, и встав возле порога, начала смотреть на меня, словно гриф на умирающего буйвола.

— Извините, но… вы разве не знаете, кто я?

— Знаю.

— Ну, так… — я сделал прогоняющий жест рукой.

— Не больно-то и хотелось! — недовольно фыркнув, ответила медсестра и покинула палату.

— Так… — я быстро набрал номер Бальника. Давненько не пользовался этими штуками.

— Здравствуйте! Я вас слушаю. — ответил милый голосок Катюши из динамика.

— Привет. Это Сэведж… Могу я услышать Ба… В смысле — Джереми Бриджеса?

— Конечно! Милый, тебя к телефону! — и всё-таки у невесты Бальника такой сладкий голос… Ну, просто ангелочек.

— Марк… На меня нацепили ошейник и поводок! Марк… Она не выпускает меня на улицу… А, после работы теперь будет заезжать бронированный автомобиль… — чуть ли не плача прошептал Бальник. Видимо, под личиной ангела прятался самый настоящий ревнивый Сатана…

— Не завидую. У тебя у единственного ранг достаточный, чтобы брать вещдоки. В общем, мне нужно, чтобы ты срочно съездил до Архива и взял там лот номер двадцать восемь ноль пять. Это записка! Её нужно привезти ко мне в больницу, как можно быстрее!

— Ты издеваешься? Она скоро будет ходить вместе со мной в туалет и с надменной ухмылкой следить — точно ли я пошёл по-маленькому… Марк! Катя такая же двинутая, как и её родители!!! Я хочу убежать…

— Сгоняйте вместе! Скажи, что это для расследования. Она не глупая — поймет. Просто завезите мне бумажку и утюг. Больше ничего не надо!

— Секунду… Кхм… Дорогая, а я могу съездить в Архив и привезти в больницу к Марку записку? Там важное расследование!

— Поедем вместе. — заключила она. Такая юная, а уже Госпожа…

— Марк… Мы всё тебе привезем…

— Спасибо! Жду.

Медсестра появилась за телефоном без вызова. Стояла и подслушивала, зараза такая! Но ничего страшного. Военный госпиталь — на то и военный госпиталь. Сюда абы кого не возят. Но с другой стороны — абы кого и не нанимают. Так что, какой бы страшной информация не была — она не покинет эти стены.

Затем начались самые долгие полчаса в моей жизни. Чего я только не перебрал в голове… Нет, ну серьезно — кто мог подложить записку в карман к человеку, с которым через некоторое время произойдет приступ трансцендентного психоза? Явно какой-то маньяк или преступник…

— Вот! — Бальник зашёл внутрь, как и всегда — гордый, широкоплечий и самоуверенный. А Катюша выглядела максимально доброжелательной скромницей. Ну просто идеальная пара! Но я-то знаю, что скрывается за этими добрыми глазами… Бальника скоро будут пристегивать к кровати наручниками и высасывать все соки. Брр… Называется — отдохнул с горничной крутого Прайда.

— Спасибо, дружище! Как у вас дела? — на автомате спросил я, поставив утюг на разогрев, а затем вытащив записку из пакета.

— Всё хорошо. Тебе не больно?

— Разве что, чуть-чуть. Ладно… не смею вас больше отвлекать! Наслаждайтесь этим восхитительным воскресеньем. — улыбнулся я, разглаживая клочок бумаги.

— И тебе всего доброго. — ответил Бальник, и по-хозяйски обняв Катюшу, вышел из палаты. Может быть потом привыкнет, и ему это станет нравится? Сейчас, вроде, в моде сильные и властные женщины. Только вот — у кого именно, никто не знает…

Взяв утюг, я аккуратно проехался им по бумаге. И? Где текст? Ладно, попробую снова… Пригладив записку ещё пару десятков раз, я так ничего и не получил. Неужели ошибся? Да… Я так помешался на этом клочке бумаги, что мозг просто сопоставил удобный вариант.

Выключив утюг, я гневно смахнул записку на пол, и она плавно опустилась под солнечные лучи, что били из окна. Вот дурак… Стыдно перед самим собой. Как будто кто-то будет играть в эти детские игры… Ещё раз посмотрев на бумажку, я оторопел. На ней реально начал проявляться текст. Чернила были очень тусклыми, и я даже не мог понять — что это за вещество. Блин, и выкинул далеко… Звать медсестру — не вариант. Пришлось доставать самому. Так я уже давно не раскорячивался.

В итоге, подтянув записку к себе, я принялся жадно читать:

«Дорогой Марк. Я всё знаю про ваш „гениальный“ план побега. Приходите в любой день после 20:00 в книжный салон „Вега“ на Губермана 34. Если возникнут трудности — попросите Куная. Он вас подвезет. С наилучшими пожеланиями, ваша Эс»

«Титан» едва не замер от шока, а в кончиках пальцев начало покалывать. Этого просто не может быть… Впервые в своей жизни я был обескуражен, и даже не представлял — что же насчёт всего этого думать.

Конец

Content

Легенда Прайда

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Эпилог