Аркадий Мамонтов

СЛЕДЫ ИМПЕРИИ

Кто мы — русские?

© ООО «Продюсерский центр „АРТ Фикшн“», 2021

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2021

* * *

Созданию книги предшествовала большая работа. Глубокая личная благодарность всем, кто поддержал идею создания книги и участвовал в этом проекте, а именно Дмитрию Тараторину, Ирине Бондаревой, Нихал Чуреновой, Татьяне Самило.

Аркадий Мамонтов

Кто мы — русские? Главный вопрос для каждого из нас

По статистике более 80 % жителей России считают себя русскими. Причем существует интересный феномен: попадая за границу, русскими становятся все представители нашей огромной многонациональной страны — татары, удмурты, чеченцы. Все мы для иностранцев Russians, как бы мы себя ни называли — русскими или россиянами.

Так кто же такие русские? И почему еще 200 лет назад великий Суворов восклицал: «Мы русские! Какой восторг!» В этом мы постараемся разобраться в рамках историко-просветительского проекта «Следы империи», посвященного истории России.

В повести Н. С. Лескова «Очарованный странник» есть такая стереотипная идентификация русского человека: «Гляжу, крестятся и водку пьют, — ну, значит, русские!» Откуда берутся такие штампы и по каким признакам можно с первого взгляда определить, что перед нами русский? И что сегодня включается в это понятие?

О том, что мы русские, прежде всего говорят внешность и сам язык, которым мы владеем. И наше прошлое, основанное на православных ценностях и на каких-то советских архетипах. А вот политическая идентификация, которая связана с гражданством, прямого отношения к этнической принадлежности не имеет.

Сергей Александрович Михеев,

политолог

Одна судьба

«В первой половине XIX века на придворном балу в Санкт-Петербурге, где присутствовали лучшие представители российской элиты, французский путешественник маркиз Астольф де Кюстин, известный своей русофобией, разглядывал гостей. К нему подошел император Николай I.

— Вы думаете, что все это — русские?

— Конечно, Ваше Величество.

— А вот и нет, — улыбнулся император. — Это татарин. А это немец. А это поляк. А это грузин. А там стоят еврей и молдаванин.

— Тогда кто же здесь русские?! — изумился де Кюстин.

— А вот все они и есть русские».

В этом известном историческом эпизоде, как в зеркале, отразились вся сложность и многогранность понятия «русский».

В пантеоне нашей истории и культуры есть немало имен людей, которых сложно причислить к русскому этносу, но все они с гордостью и по праву называли себя русскими. Герои войны 12-го года — грузин Петр Багратион и шотландец Барклай де Толли. Автор «Толкового словаря великорусского языка» Владимир Даль — из обрусевших датчан. Поэт Александр Пушкин — потомок абиссинца. Михаил Лермонтов — из рода шотландцев Лермо́нтов. Князья Юсуповы — потомки ногайского князя Юсуфа. Француз по дедушке — Чайковский, наполовину поляк — Некрасов, автор «Истории государства Российского» Карамзин — из татарского рода Карамурза, еврей Левитан, поляк Циолковский — список этот можно продолжать до бесконечности.

На протяжении столетий Россией правили выходцы и потомки самых разных европейских родов, в основном немецких. Император Александр III, провозгласивший лозунг «Россия для русских», по крови был русским всего на 1/64-ю, а его сын, страстотерпец Николай II — на 1/128-ю.

Стопроцентная немка императрица Екатерина Великая писала:

«Я имею честь быть русской. Я этим горжусь. Я буду защищать мою Родину и языком, и пером, и мечом — пока у меня хватит жизни».

Несомненно, в самом понятии русскости есть какая-то изначальная сила, скрепляющая и спаивающая представителей самых разных этносов в единое целое. И чтобы разобраться в истоках этой силы, нужно заглянуть в историю.

О происхождении слова «русский» ученые спорят до сих пор. Одни считают, что оно родилось из названия реки Рось, небольшого притока Днепра, другие ищут корни в древнем арийском языке, где слово «рухс» означало «светлый». Но самой популярной и исторически обоснованной сегодня считается норманнская теория, согласно которой слово «рус» принесли с собой с Севера на землю древних славян воины-варяги, называвшие так своих гребцов. Столетиями на русской земле в результате войн, освоения новых территорий, ассимиляции и распространения православия рождался огромный суперэтнос, впитавший в себя черты самых разных племен: независимость и отвагу скандинавских викингов, стойкость и духовную силу славян, смиренное трудолюбие финно-угров, темперамент татар — так создавалась неповторимая русская цивилизация.

Известный историк-этнолог Лев Гумилев считал, что в русский суперэтнос входят и буряты, и осетины, и удмурты, и представители других коренных народов, проживающих в России. Все, кого объединила не столько общая территория, традиции, язык и вера, сколько общая историческая судьба. Как бы ни пытались разделить, расчленить, уничтожить русскую цивилизацию, она возрождалась снова. И после татарского нашествия, и после великой смуты, и после революции 1917 года. Эту особенность отметил неравнодушный к России немецкий канцлер Отто фон Бисмарк, который писал:

«Русские, даже если их расчленить, так же быстро вновь соединятся друг с другом, как частицы разрезанного кусочка ртути».

Уже к XVI веку наряду с названием «русский» в язык входит слово «россиянин». Впервые оно встречается в произведениях преподобного Максима Грека, кстати, этнического грека по происхождению, как следует из его имени.

Россия — так называли Русь в Византии. К XIX веку для определения нации в целом официально стали использовать формулировку «подданные Российской империи». Русскими же тогда называли в основном представителей трех народов: великороссов (жителей Центральной и Северной России), малороссов (нынешних украинцев) и белороссов. Причем в словосочетании «Малая Россия» не было ничего уничижительного. Под «Малой» имелся в виду не размер или значение, а центр, малая родина, корневое место. Название «Белая» было связано исключительно с географией: по традиции стороны света обозначались определенными цветами, и цветом запада был белый.

Наша Российская империя формировалась как Православная. Православие было некоей скрепой, стержнем государства, но наступил 1917 год, и все изменилось. Как во время Французской революции была сделана попытка создать единую политическую нацию, заменить принцип верности королю и церкви принципами верности французскому народу и французской нации, так и в России после рокового 1917 года большевики начали разделять народ по этническому признаку.

В паспортах царской России не существовало графы «национальность». Указывались лишь фамилия, вероисповедание, семейное положение, дети, особые приметы и место жительства. Не было такой графы и в опросных листах при переписи населения. Лишь под 11-м пунктом нужно было указать вероисповедание, а под 12-м — родной язык. Так что появлением графы «национальность» мы обязаны большевикам.

Губернский принцип деления страны в СССР также заменился национальным. Например, вместо Казанской губернии возникла Татарская АССР. Зачем это было сделано и к чему привело? Дело в том, что у большевиков были очень ограниченные возможности по контролю над территориями, которые они захватывали. Поэтому им нужно было вычленить местную элиту и найти какие-то идеи, с помощью которых они могли эту элиту буквально завербовать. Это было время конкурентной политики. Разделение по национальному признаку помогало жестко управлять определенными территориями и ее жителями.

Глубоко убежден, что попытки проповедовать идеи построения русского «национального», моноэтнического государства противоречат всей нашей тысячелетней истории. Более того, это кратчайший путь к уничтожению русского народа и русской государственности. Да и любой дееспособной, суверенной государственности на нашей земле. Российский опыт государственного развития уникален. Мы — многонациональное общество, но мы — единый народ.

Владимир Владимирович Путин,

Президент России

Семья или «тюрьма народов»?

В 1905 году, на третьем съезде РСДРП, большевики внесли в свою партийную анкету графу «национальность». Заполняя анкету, Владимир Ильич Ленин писал: «великоросс». Так, называя Российскую империю «тюрьмой народов», большевики, тем не менее, начали разделять людей по этническим группам.

Ленин считал, что среди партийцев это необходимо, чтобы поднять статус якобы угнетенных великороссами наций — евреев, поляков, литовцев, которые массово шли в революционное движение. Известно, что при создании СССР Владимир Ильич серьезно спорил со Сталиным и Дзержинским как раз по национальному вопросу. Они противились идее союза равноправных национальных республик, предлагая более жесткую конструкцию автономий. За что Ленин обозвал поляка Дзержинского и грузина Сталина «великорусскими держимордами».

По утверждению писателя и политика Владимира Мединского, фразу «Россия — тюрьма народов» Ленин позаимствовал у Маркса, а тот перефразировал определение, данное нашей стране де Кюстином. Книга Астольфа де Кюстина «Россия в 1839 году» впервые была издана в Париже в 1843 году. После прочтения этого опуса российский читатель «вдруг» узнал много любопытного о своей стране. Оказалось, что «сколь ни необъятна эта империя, она не что иное, как тюрьма, ключ от которой хранится у императора». А сам император — «тюремщик одной шестой земного шара».

После этой книги наша интеллигенция с упоением начала повторять афоризмы: «Россия — тюрьма», «Император — тюремщик России». Благодаря частому повторению и постоянному цитированию образ России как «тюрьмы» вошел в русский язык в качестве метафоры. При этом де Кюстин вообще ничего не говорил о межнациональных отношениях. Тем более он не осуждал угнетение нерусских народов империи, да, похоже, и ничего не знал как раз о таком положении.

Кстати, происхождение самого Ленина долгие годы держалось в тайне. Причем запрет был наложен самим Сталиным. Уже после революции историки по заданию партии занимались исследованием родословной Ленина. Были обнаружены как русские, так и калмыцкие, немецкие, шведские и еврейские корни. Интересовались историей своего рода и сестры Ленина — Анна и Мария. Но когда Анна Ильинична сообщила Сталину, что нашла данные о своем прадеде, еврейском мещанине Моше Ицковиче Бланке, в крещении Дмитрии, Иосиф Виссарионович жестко приказал: «Молчать о нем абсолютно».

Сталин очень серьезно занимался национальной политикой, именно при нем в 1932 году графа «национальность» перекочевала из партийных анкет в паспорт гражданина СССР. Именно он сформулировал определение нации, которое до сих пор присутствует во многих наших учебниках — общность территории, языка, экономической жизни, психического склада и культуры. Но графа «национальность» была нужна вождю народов не только для научных изысканий. Она существенно облегчала репрессии по отношению к целым народам, которых Сталин считал предателями. Были депортированы представители десяти национальностей: калмыки, немцы, ингуши, чеченцы, карачаевцы, крымские татары и другие. При этом активно шло формирование новой исторической общности «советский народ».

Название «русские» после революции закрепилось за великороссами, «украинцы» — за малороссами, а «белорусы» — за белороссами. Определение «советский» должно было заменить «русский», «российский» как общее название суперэтноса. Нужно сказать, что это почти удалось. Во многом благодаря победе в Великой Отечественной войне, которая спаяла все народы нашей огромной страны в единое целое. Не случайно во время переписи населения многие начали указывать в графе «национальность»: советский. При этом графа «национальность» в паспорте гражданина СССР заменила ненужную по мнению строителей коммунизма графу «вероисповедание», тогда как на протяжении веков именно вера скрепляла российскую нацию.

Михаил Никифорович Катков, известный русский публицист, издатель, сравнивал две империи: Австро-Венгерскую и Российскую. Первая представляла собой «лоскутную монархию» — в ней, как и в России, было очень много разных народностей, в том числе славяне — чехи, словаки. Но при этом доминирующей имперской нацией оставались немцы. В противоположность ей Катков приводил Российскую империю и доказывал нежизнеспособность Австро-Венгерской, так как там происходило онемечивание народов. В Российской империи же было сращивание различных этносов через культуру и национальное сознание, не через подавление и насильственную русификацию. История, собственно, показала, какая империя оказалась жизнеспособной.

Василий Жанович Цветков,

историк, профессор МПГУ

Европа или Азия?

Чем же мы на самом деле отличаемся от других народов? Мы — европейцы, азиаты или что-то третье? И нужно ли нам стремиться объединиться с Востоком или Западом?

Это не Россия находится между Западом и Востоком. Это Запад и Восток находятся слева и справа от России.

Владимир Владимирович Путин,

Президент России

Россия — это такой культурно-исторический феномен, который вполне имеет право претендовать на звание отдельной цивилизации. Поэтому попытка мерить нас по европейским или азиатским стандартам никогда не увенчается успехом.

Россию невозможно заключить в этнические рамки, оценивать все чистотой крови — такой радикальный национализм у нас не приживется. Это именно черта европейского национализма — мерить циркулем уши, черепа, носы и даже гены. Русского человека отличает широта души. Но кроме всего прочего, в рамках этой широты души есть поиск чего-то идеального, чего-то истинного — постоянный поиск некой правды.

Для верующего это поиск Бога — обретение чего-то более глубокого и невозможность удовлетвориться чем-то поверхностным, а затем способность жертвовать ради этого чего-то большего и глубокого очень многим. Готовность отказаться от многого ради того, что начинает казаться действительно правильным и дельным. Иногда это заводит в само-разрушительные дебри, но в целом это именно то конкурентное преимущество, которое позволило России и нам, русским, добиться успехов во многих областях.

Одно из свойств русских — это не только принимать чужую культуру, но и передавать что-то другим культурам и народам, то, чего у них до этого не было. Сила России в многообразии, но не в потере себя.

Сергей Александрович Михеев,

политолог

За то время, пока Россия существует, многие страны были стерты с лица земли. О них забыли, и от их истории уже ничего не осталось. А огромная и успешная Россия по-прежнему находится в числе ведущих игроков и является действительно культурным феноменом. Поэтому все внешние попытки сделать нас не самими собой обречены на провал. Переделать русских в европейцев не получится — и русские исчезнут, и европейцы не проявятся, потому что копия всегда будет хуже оригинала. Надо быть собственным оригиналом.

Что касается других национальностей, несомненно, они все находятся под влиянием культуры суперэтноса и общей судьбы. Еврей в Израиле и еврей в России — это два разных человека, причем по крови они могут быть совершенно одинаковыми. Казах, который вырос в русскоязычной среде, и, например, казах, возвращающийся из Монголии по программе репатриации, — это плохо понимающие друг друга люди. Они по-разному смотрят на жизнь.

Пытаясь идентифицировать людей по национальному признаку, часто говорят о генетических или географических факторах. Но забывают об одной важной составляющей — это историческая память, общее историческое прошлое, историческая судьба, но не стереотипные представления о нации.

Возьмем, к примеру, страны Антанты в Первую мировую. Выходило довольно много агитплакатов, интересных по своему содержанию. На них воюющие страны изображались в виде каких-то образов, аллегорий. Это интертекст, который фиксируется в подсознании. Символ Англии — бульдог, Германии — овчарка. Германия еще могла изображаться в виде какого-нибудь доблестного немца, который защищает свою родину. А образом России стал мощный паровой каток, катящийся на агрессоров. Еще один классический штамп: Россия — могучий медведь, спасающий Антанту. Если, опять же, это был немецкий плакат, то рисовали какого-то пьяного огромного русского мужика, который давил лаптем несчастную Германию. Эти стереотипные образы легко узнаваемы до сих пор.

На Западе все время путают простые вещи: наш национальный характер с религией, которую мы разделяем. Широта души — это религия прежде всего, а не генетическое свойство русского человека.

Владимир Владимирович Бортко,

режиссер

В английском языке есть такое выражение: «Why are you so russian?» — «Почему ты такой русский?» Оно обозначает отчаянное состояние. Есть еще фразеологизм «на русском „авось“ держится вся Россия». Откуда возникли эти ассоциации? Почему многие думают, что «авось» — это некая болезнь русского человека?

Конечно, столько веков наша огромная страна на «авось» не продержалась бы. Не благодаря «авось» существует Россия — это совершенно точно. Нас уже привыкли сравнивать с какой-то штампованной рекламной картинкой из исторических буклетов Западных стран. Это такой же стереотип, как «русские женщины — самые красивые в мире», но это не значит, что красавиц нет где-то в других странах. От стереотипа про «авось» как раз один шаг до того, что каждый русский ходит по улицам в ушанке с балалайкой и медведем. Мы, русские, несравненно сложнее. Вспомним строки поэта Александра Городницкого:

Над Канадой небо сине,

Меж берез дожди косые…

Так похоже на Россию,

Только все же не Россия.

Важен не образ, не стереотип, а историческое прошлое, то есть еще одна черта, которая присуща русской нации — мессианская задача. Это выполнение некоего сверхплана, особого предназначения.

Писатель Федор Михайлович Достоевский отмечал, что если у французов есть гордость, любовь к изяществу, у испанцев — ревность, у англичан — честность и дотошность, у немцев — аккуратность, то у русских есть умение понимать и принимать все другие народы.

Символ веры

«Загадочность русской души» — эту фразу любят повторять иностранцы, сталкиваясь с непредсказуемостью русских. Этот стереотип как нельзя лучше иллюстрируют китайские иероглифы. У мудрых китайцев названия стран имеют определенный смысл. Германия — страна мастеров. Франция — страна закона. Название «Россия» состоит из двух иероглифов. Один означает «страна», другой — «неожиданность».

Что же такое русский характер? Его невозможно понять, если не осознать, что главный культурный код русского самосознания сформирован православием. Вера в справедливость, поиски правды, отсутствие стяжательства, приоритет духовных ценностей над материальными, милосердие, общинность — эти православные принципы, заложенные в русскую душу тысячелетней историей, не смогли истребить ни революции, ни войны. Неслучайно даже в наш потребительский век самым сильным эмоциональным проявлением народного единства стал Бессмертный полк, когда тысячи и тысячи душ людей, чествующих память своих предков, сливаются в одну. Александр Невский в один из труднейших периодов русской истории сказал: «Не в силе Бог, а в правде». И русский народ неоднократно подтверждал истинность этих слов, поднимаясь и побеждая в самых безвыходных ситуациях.

Вспомните 90-е годы XX века. Они отмечены государственной русофобией: делалось все, чтобы Россия стала как можно менее русской и русские тоже о себе забыли. Это было вообще частью того саморазрушительного тренда, который, собственно, привел и к распаду большого государства, и к этой попытке отказаться от самих себя, к самоубийству. Бога искали, но Бога в душе не имели. Поиски истины с Богом приводят к созиданию, а поиски без Бога — к самоубийству.

Сергей Александрович Михеев,

политолог

Православие пронизывало повседневную жизнь русского человека — он с молитвой вставал и с молитвой ложился. Молитвой благодарил Господа за урожай и исцеление от болезней. Понятия «русский» и «православный» были неразделимы. Причем православным, а значит русским, мог стать представитель любой национальности, если он принимал Святое Крещение.

«Вера в Бога давала русскому народу живую совесть, мудрое терпение, тихое трудолюбие, умение прощать и повиноваться, веру в царя, храбрость, преданность, любовь к Родине и способность освещать и освящать лучами этой веры весь свой жизненный уклад — и быт, и труд, и природу, и самую смерть».

Иван Александрович Ильин,

философ

Язык души

Великий, могучий русский язык. Его история уникальна, потому что он прошел сквозь века, впитав извне лишь нужное для своего развития, и сохранил главное — национальную идентичность.

Еще при жизни святых Кирилла и Мефодия, подаривших нам кириллицу, вопрос об алфавите из культурно-просветительского стал политическим. Борьба Рима и Константинополя за влияние в Восточной Европе разворачивалась в том числе и вокруг языка. Распространение католицизма шло рука об руку с латиницей.

Язык — не только один из основных факторов, скрепляющих нацию, но еще и эффективное пропагандистское оружие, помогающее менять историю. После революции под маркой «облегчения норм правописания» большевиками была произведена реформа русского языка. Например, из обращения изъяли звательный падеж. А ведь Иисусова молитва православных («Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного») содержит всего восемь слов, четыре из которых — имя Божие в звательном падеже. Слово Бог стали писать со строчной буквы, а новые коммунистические понятия (комитет, председатель, президиум, партия) — с заглавной, перевернув, таким образом, все смыслы с ног на голову.

Демон пропаганды Троцкий для идеологической борьбы использовал даже ударения. Например, во всех официальных документах называл своего злейшего врага, прославленного белого генерала Мама́нтова Ма́монтовым — чтобы таким образом размыть его популярность, запутать людей. А после жестокого подавления восстания рабочих И́́жевска большевики тут же переименовали город в Иже́вск — с ударением на втором слоге. Чтобы легенды и песни о героическом сопротивлении красным, где воспевался И́жевский полк, побыстрее забылись.

Большевики также хорошо понимали силу языка как основы национального самосознания. Еще в 20-е годы они начали кампанию по латинизации языков народов, населяющих СССР. Сначала на латиницу перевели все языки мусульманских и буддистских народов, затем якутский язык и язык коми, которые раньше пользовались кириллицей. Автор идеи латинизации филолог Николай Яковлев писал:

«Территория, занятая русским языком в пределах Союза, остается пережитком русификаторской деятельности царских миссионеров — распространителей православия».

Кроме того, большевистские вожди мечтали о мировой революции, а переход на латиницу облегчал сближение с мировым пролетариатом. Конец этим планам положил Сталин, когда объявил курс на строительство социализма в одной отдельно взятой стране. При таком подходе говорить с мировым пролетариатом на одном языке было уже не обязательно. Важнее оказалось укреплять единство страны, и язык был для этого самым мощным оружием.

В 1937 году по личному распоряжению Сталина в России огромными тиражами были изданы сочинения Пушкина — автора современного русского языка. В преддверии большой войны и Великой Победы миллионы русских прочли его пророческие слова, обращенные к клеветникам России:

Так высылайте ж к нам, витии,

Своих озлобленных сынов:

Есть место им в полях России,

Среди нечуждых им гробов.

Пушкин совершил революцию в языке — создал универсальный язык, существенно его упростив и просто наложив псковско-михайловский и малороссийско-московский диалекты на французскую грамматику. Так возник не только русский литературный язык, но и очень удобный язык для ведения делопроизводства. Что было невероятно важно в огромной России с ее бюрократическим аппаратом. Поэтому Николай I так ценил Пушкина, что после его смерти даже выкупил все его карточные долги.

Дмитрий Валерьянович Лекух,

писатель

Сегодня в мире по-русски говорит 260 миллионов человек. Русский входит в пятерку самых популярных языков на планете и стал вторым по распространенности в интернете. Уинстон Черчилль как-то сказал: «Россия — это загадка, завернутая в тайну». Возможно, распространение русского языка поможет миру наконец найти ответ на вопрос: кто же мы, русские?

Мне бы очень хотелось, чтобы мы воспринимали русскость как проект. У нас есть общий язык, общая история — из нее складывается наша судьба. Нельзя сводить все к тому, что было раньше. Русский — это направление. У нации должна быть ответственность. И если мы воспринимаем себя как хозяева этой ситуации, то это наша ответственность — быть учтивыми, доброжелательными по отношению ко всем остальным, кто живет в стране. Это должно быть стремление найти такую формулу, при которой нам всем может быть здесь хорошо. Нельзя вдруг ни с того ни с сего выпячивать грудь, качать права. Если ты хозяин в этом доме, то ты должен быть вежлив и терпелив к людям, которые приходят к тебе в гости.

Наша задача — поддерживать правила и найти формулу, которая устраивала бы всех. У нас есть великий язык и должен быть великий закон. Для всех это очень важно, потому что это и есть тот способ, который позволит нам не бояться друг друга и не бояться чужаков на нашей земле.

Иван Иванович Засурский,

журналист, филолог, заведующий кафедрой новых медиа и теории коммуникаций факультета журналистики МГУ им. Ломоносова

Крещение: выбор судьбы и как этот выбор повлиял на русскую историю

Крещение Руси — это событие, которое предопределило всю историю страны. Оно заложило основу того культурного кода, который определяет наши мысли и действия, даже если мы этого не осознаем. И даже у тех, кто не считает себя верующим человеком.

Решение князя Владимира было одним из очень важных этапов процесса, который развивался до этого. Ведь проникновение именно православного христианства на Русь началось гораздо раньше. И в этом отношении очень важно, что Русь восприняла христианство от Византии как наследница. Впитала религию, культуру и государственную преемственность. Это те три элемента, которые лежат в основании европейской цивилизации вообще — библейское откровение, римское право и греческая традиция философской мысли.

Сергей Львович Худиев,

писатель, журналист

Лев Николаевич Гумилев сказал замечательные слова:

«Крещение дало нашим предкам высшую свободу — свободу выбора между Добром и Злом, а победа православия подарила Руси тысячелетнюю историю».

Это очень глубокая мысль — именно подлинную свободу принесло нам Крещение, вопреки утверждениям тех, кто клевещет на христианство, называя его рабской религией. И вторая часть этой фразы не менее верна — наша история как страны полностью определяется выбором, сделанным Владимиром Крестителем.

Говорить о том, что было принуждение со стороны князя Владимира в отношении соотечественников, нельзя. Это все равно что уговаривать младенца помыться самому. Он кричит и сопротивляется, потому что не понимает, что вы купаете ради его же блага. Вот так же Русь была очищена и всеми порами своими в короткое время впитала все богатство культурное окружающего мира. Вот что такое было Крещение Руси.

Евгений Константинович Никифоров,

директор радио «Радонеж»

Принятие христианской веры спасло русского человека от растворения в историческом небытии.

Спасло, и спасает, и, я надеюсь, будет спасать. Когда Русь приняла христианство, это был момент ее наивысшего развития в ее древнейшую эпоху. Наверное, трудно найти в истории такой исторический период и такое государство, которое принимало бы религию на пике своей мощи. Вот это очень важно. Иногда говорят, что Русь приняла христианство вынужденно или это была всего лишь попытка опереться на сильную Византию. Как раз наоборот, Византия была как никогда слаба в тот момент. Князь Владимир буквально вырвал христианство у гордых византийцев, которые не очень-то хотели делиться этим сокровищем с варварами. И надо сказать, что Владимир понимал, какой великий дар он получает.

Павел Владимирович Кузенков,

кандидат исторических наук, доцент исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова, специалист по Византийской империи

Как же языческая Русь приняла Христа и почему сегодня находятся те, кто поклоняется идолам и отрицает нашу тысячелетнюю историю?

Крещение: выбор судьбы. Пророчество

Русь была крещена более тысячи лет назад. Казалось, выбор был сделан однажды и навеки, но все не так однозначно. Долгие 70 лет советского государственного атеизма в итоге породили очень странные верования. И сегодня, если ввести в интернет-поисковике слова Крещение Руси, то можно увидеть множество текстов, негативно оценивающих данное событие.

Большинство из них принадлежит так называемым неоязычникам. Тем, кто сегодня пытается возродить культ давно низвергнутых божеств, — вернуть служение идолам на земле Святой Руси. Но наша страна уже проходила через подобное, причем в гораздо более глобальном масштабе: достаточно вспомнить коммунистический эксперимент по построению безбожного общества. Вот почему так важно не уставать говорить о значении Крещения Руси, о том, что сама страна наша, сам народ родились из купели князя Владимира.

Впрочем, слово Христово звучало на наших просторах и до него. Еще апостол Андрей, по преданию, посеял семя Веры в землю Руси в те времена, когда и слова такого не было. Когда апостолы выбирали, кому в какие края идти проповедовать, ему досталась Скифия. Так в античности назывались огромные территории, лежащие севернее Черного моря. Предание гласит, что во время своего путешествия в Скифию апостол Андрей побывал там, где впоследствии были построены Киев и Великий Новгород. Андрей Первозванный пророчествовал о том, что в землях этих воссияет благодать Божия.

Вернувшись из Скифии, он принял мученическую смерть в 67 году от Рождества Христова. Как и брат его, апостол Петр, он был казнен во время гонений, начатых против христиан по приказу римского императора Нерона. Апостол Андрей взошел на крест, чтобы быть со Христом вовеки. А крест, на котором он был распят — косой Андреевский крест, — стал одним из символов Российской империи. Империи, которая смогла сложиться из многих земель и многих народов только потому, что в 988 году князь Владимир исполнил пророчество Андрея Первозванного. Он из тьмы языческой вывел народ свой к Свету Христову, но прежде сам отрекся от поклонения идолам.

А ведь поначалу князь хотел создать некую языческую сверхрелигию. Эксперимент Владимира впечатлял — он воздвиг в Киеве капище с идолами шести главных божеств, каждому из которых поклонялись разные племена и разные социальные группы. Таким способом он хотел объединить их под своей верховной властью. Есть сведения, что князь ради этого не брезговал и человеческими жертвоприношениями.

И это неудивительно. Достаточно вспомнить войну его отца, Святослава, с Византией. Имперский историк Лев Диакон писал:

«Воины князя Святослава после битвы собрали своих мертвецов и сожгли их, заколов при этом, по обычаю предков, множество пленных, мужчин и женщин. Совершив эту кровавую жертву, они задушили нескольких младенцев и петухов, топя их в водах Истра».

И тем не менее Владимир, пойдя вслед за отцом по этому кровавому пути, вдруг внезапно отрекся от него. Как и почему это произошло?

Византийское наследство

Перед Владимиром стояла серьезнейшая проблема: дело в том, что его государство было империей. Да, именно так, Русь буквально с момента своего возникновения сразу была империей, ведь она объединяла множество народов и охватывала огромную территорию: от Балтийского моря до Черного и от верховьев реки Вислы до Волги. Эту территорию населяло множество племен, причем не только славянских, но и балтийских, финно-угорских. И во главе всех стоял он один — Владимир, Великий князь. То есть имелись все признаки империи, кроме одного из важнейших, основополагающих — единой, общей идеи.

Судя по всему, Владимир быстро понял, что собирать пантеон из разнообразных языческих божков — это не выход. Единому государству нужна единая вера. Предание о ее выборе, когда князь призвал к себе христиан с Запада и Востока, мусульман и иудеев, долгое время считалось учеными легендой, не имеющей реальной исторической основы. Однако она нашла подтверждение в мусульманских источниках. Так, в них есть упоминание о посольстве «царя Буладмира» в далекий среднеазиатский Хорезм. То есть русские летописи, похоже, описывают ситуацию близко к тому, что реально происходило. Но как же в этой непростой политической ситуации князь выбирал веру? И по каким критериям?

По преданию, когда мусульмане рассказали князю о запрете на питье вина, Владимир ответил знаменитой фразой: «Руси есть веселие пити» — и отверг ислам. Затем, как теперь сказали бы, «презентацию» делали посланцы папы римского. Однако Владимир отослал их, сказав: «Идите, откуда пришли, ибо и отцы наши не приняли этого». И в самом деле, есть свидетельства, что в более раннее время миссия западных христиан не имела успеха на Руси. У иудеев, пришедших из Хазарии, Владимир спросил: где их земля? Хазария, как известно, была разгромлена отцом Владимира, князем Святославом. И хазарские иудеи ответили, что Бог рассеял их по разным странам. Князя, собирателя империи, такой ответ, конечно, не устроил.

И наконец, настал черед византийского монаха, которого русский летописец за мудрость назвал Философом. Он не только рассказал Владимиру о вере Христовой, но показал ее. Князь увидел икону Второго пришествия Христова и Страшного суда. Она поразила Владимира. Он вымолвил: «Благо тем, которые стоят направо, и горе стоящим налево». Философ же на это ответил: «Если хочешь стать по правую сторону, то крестись».

Несмотря на потрясение, которое испытал князь, он не стал торопиться, так как был человеком обстоятельным. Владимир направил свои посольства в разные страны, повелев ознакомиться с обрядами различных религий непосредственно на месте. Решающую роль сыграло эстетическое восприятие — чувство прекрасного, которым, похоже, были щедро наделены наши предки.

Вернувшись из Константинополя, послы, побывавшие там на православной службе в храме Святой Софии, заявили князю: «Не ведали, где мы есть — на небе или на земле». Ближние бояре тоже высказались за греческое православие: «Если бы закон греческий не был лучше всех, то бабка твоя княгиня Ольга, мудрейшая из всех людей, не приняла бы его». И в самом деле, наверняка пример княгини Ольги сыграл немалую роль. Как подтверждают византийские источники, она действительно побывала некогда в Константинополе — ее с почетом принимал сам византийский император.

Но пока князь размышлял и взвешивал «за» и «против», ход событий заставил его безотлагательно сделать выбор: Василий, император Византии, обратился к нему за помощью. Ему нужны были русские воины для подавления опасного мятежа в своей державе. Владимир согласился, но выдвинул неслыханное условие — северный варвар требовал в жены сестру самого императора. И тот вынужден был согласиться, но, в свою очередь, обусловил этот брак крещением Владимира.

Закаленные в боях княжеские воины отправились в далекую Византию и сыграли решающую роль в разгроме мятежников. Но избавившись от насущной проблемы, император не стал торопиться с отправкой своей сестры на Русь. Однако Владимир был не тем человеком, которого можно обвести вокруг пальца.

Его войско отправилось в Крым и осадило главный на полуострове византийский город — Херсонес, или Корсунь, как называли его русские тогда. А сейчас мы называем его Севастополем — городом русской славы.

Херсонес после упорной осады был взят, и император Василий, чтобы вернуть эту жемчужину своей короны, был вынужден отправить сестру свою Анну на север. Тем не менее похоже, что Владимир не спешил выполнять свое обещание и принимать Крещение. Но с ним внезапно произошло нечто, схожее с тем, что случилось с гонителем христиан Савлом — князь Владимир ослеп. Савл преобразился в апостола Павла, узрев в видении истинного Бога и приняв его всем сердцем. То же произошло и с Владимиром.

Невеста Владимира, византийская принцесса Анна, сказала тогда князю: «Если хочешь избавиться от этой болезни, то крестись поскорее; иначе не выздоровеешь». Так, князь Владимир не только принял Крещение и вновь обрел зрение, но и получил свыше способность по-новому, духовно видеть реальность.

Епископ же корсунский с царицыньми попами, огласив, крестил Владимира. И когда возложил руку на него, тот тотчас же прозрел. Владимир же, ощутив свое внезапное исцеление, прославил Бога: «Теперь узнал я истинного Бога». Многие из дружинников, увидев это, крестились. Крестился же он в церкви святого Василия, а стоит церковь та в городе Корсуни посреди града, где собираются корсунцы на торг; палата же Владимира стоит с края церкви и до наших дней, а царицына палата — за алтарем. После крещения привели царицу для совершения брака.

Радзивиловская летопись,

конец XV века

Вернувшись в Киев, Владимир объявил его жителям: кто не явится в назначенный день к реке, чтобы принять Крещение, тот ему «не друг». Так случилось величайшее событие в истории Руси — выбор ее судьбы.

Христос сказал:

«От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его».

Князь Владимир использовал силу и даже насилие, но целью и смыслом всего произошедшего более тысячи лет назад, было именно Царствие Небесное.

Преображение

Люди с либеральным мышлением никак не могут понять, как можно князя Владимира считать святым. Ведь он творил такие вещи, которые современному сознанию кажутся абсолютно непростительными. Да, он совершал страшные преступления.

Воины Владимира подняли на мечи его брата Ярополка, когда тот доверился его слову и пошел на переговоры. Так, благодаря братоубийству, он и стал великим князем. Владимир изнасиловал отвергшую его полоцкую княжну Рогнеду на глазах ее родных, а после велел перебить их. У него было пять жен и сотни наложниц. Получается, он был каким-то чудовищем? Именно так, был до Святого Крещения, а после него — преобразился. А вместе с Великим князем преобразилась и вся Русь. В чем же тайна этого преображения? В христианском покаянии — это слово, великий смысл которого явно ускользает от записных моралистов.

Радзивиловская летопись XV века так повествует о свержении Владимиром языческих идолов, поставленных им самим за несколько лет до того:

«Придя в Киев, повелел Владимир кумиров ниспровергнуть: одних изрубить, а других огню предать. Перуна же повелел привязать к хвосту конскому и волочить его с Горы…»

Князь приказал сплавить идолов вниз по течению Днепра, причем проследить, чтобы они не приставали к берегу, пока не пройдут днепровских порогов. Так Русь отреклась от язычества. И тогда казалось, что на веки вечные.

Принятие христианства радикально изменило Владимира: он стал воистину новым человеком, как того и требует от нас Новый Завет. Он глубоко проникся словами Писания: «Блаженны милостивые; ибо они помилованы будут». Владимир повелел всем нищим и убогим приходить на княжеский двор и брать все, что им надобно. А узнав, что больные и немощные не могут добраться до его двора, постановил развозить для них по городу пропитание на телегах.

Монах Иаков в своей «Памяти и похвале князю Владимиру» пишет:

«И не в Киеве одном, но по всей земле Русской — и в городах, и в селах — везде милостыню творил, нагих одевая, алчущих насыщая, жаждущих напояя, странников одаривая милостью, церковников почитая, и любя, и милуя, подавая требуемое».

Глубокое понимание им христианских заповедей сказалось и в том, что князь отменил смертную казнь — он говорил, что боится прогневить Бога неправым судом. Изменился князь в личной жизни: обвенчавшись с принцессой Анной, он предоставил своим языческим женам полную свободу выбирать дальнейшую судьбу.

Все это, вместе взятое, и называется покаянием. Недаром в русских былинах князь остался не суровым, беспощадным воином, но милостивым Владимиром Красное Солнышко.

Князь личным примером вел всю Русь к преображению. Уже очень скоро это имя перестало ассоциироваться со свирепыми воинами, атакующими христианский град Константинополь. Русь стала Святой — избрала своим идеалом святость. А святость — это не что иное, как подлинная свобода, свобода от греха. К ее обретению и стремился великий в прошлом грешник Владимир. Глядя на его христианские деяния, мы верим, что обрел.

Мы можем судить о князе Владимире по летописям, хотя о нем сохранилось не очень много сведений. Но если мы с православных позиций будем расценивать и его поступки, и его личность, то нужно просто обратить внимание на то, что до и после крещения это были буквально два разных человека. Язычник со всеми его пороками и человек новый, который принял христианство. В летописях изображен и тот, и другой. Путь праведной жизни у многих святых, особенно раннего периода, показывает человека грешного, осознавшего свои грехи и покаявшегося. Ведь покаяние — это перемена ума, перемена сознания, то самое преображение, когда человек становится другим. Таким образом, принявший христианство сразу же обретает идеал святости, чего в язычестве не было. Это и есть тот путь, который дает человеку возможность развиваться.

Александр Николаевич Ужанков,

культуролог, теоретик и историк литературы и культуры Древней Руси

Русский — значит православный

В древнерусской летописи «Повесть временных лет» упоминается старинный русский город Ростов Великий. Это древнее поселение стояло на землях, изначально населенных не славянами, а финно-угорским племенем меря. И в XI веке половина города была славянской и православной, а половина — мерянской и языческой. И вот, если мерянин принимал Православие, он переселялся на славянскую половину, то есть автоматически зачислялся в русские. Но самое интересное заключается в том, что эта традиция не осталась в глубине веков, а продолжилась, и в более поздние времена русский и православный фактически были словами-синонимами.

Формирование русской нации и русской цивилизации началось именно с Крещения Руси. Это великое событие стало отправной точкой развития страны — оно объединило народы, дало развитие великой русской культуры.

Сын эфиопского царя Ганнибал, захваченный в плен турецким султаном, был подарен Петру I. Воспитывался в России, обучался во Франции, крестился и стал русским военачальником. От сына Ганнибала появился на свет великий поэт А. С. Пушкин. Вдумайтесь: потомок эфиопов создал современный русский язык и реформировал грамматику. И до сих пор мы учимся русскому языку на стихах Пушкина. Это настоящее чудо Божье или это все-таки логика развития нашей цивилизации?

Получается, что мы, русские, через крещение получили нашу российскую мощь, наше разнообразие. Ведь в свое время князь Владимир крестил полян, древлян, кривичей — представителей разных племен. Но после Крещения они все стали русскими, так как приняли Православие.

Православие — это вселенская религия.

Крещение явило чудо любви, которая посетила наш народ, когда он стал собеседовать Богу. Такого нет в истории других государств. Представители других народов, принимая Православие, преображались и становились частью единого целого, могучего российского государства.

Приняв Православие, Русь избежала угрозы пещерного национализма. Мы обрели цивилизацию Любви, перед лицом которой нет ни эллина, ни иудея.

Павел Владимирович Кузенков,

кандидат исторических наук, доцент исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова, специалист по Византийской империи

Свет истины

К сожалению, сегодня этот страшный порок — язычество — стал распространяться и по нашей святой земле. В Киеве после переворота 2014 года появились так называемые батальоны, куда набирают молодых людей, бывших крестьян, которые становятся неоязычниками. На своих базах под Киевом неоязычники устраивают физические игрища, возводят идолов, поклоняются им, отказываясь от имени Божия. На Десятинном холме, где в древности построили первый каменный православный храм на Руси, была попытка возвести идол Перуна.

Мы все должны со всей очевидностью и ясностью понимать, что происходит сейчас на Украине. А. С. Пушкин верно писал, что любовь к родному пепелищу, любовь к отеческим гробам — это лучшее, что в нас бывает, но это любовь прежде всего. Украину в наши дни посещает в прямом смысле сатана. Они христопродавцы. Они предали Бога в своих лозунгах. Сейчас они пишут: «Слава Украине, героям слава!» — а не «Слава Богу!». Недавно я получил видео, которое меня глубоко поразило. Оно является прямым доказательством того, что на Украину возвращаются самые страшные формы язычества. Люди из батальона «Айдар» приносят человеческие жертвы, вполне ритуально, вполне осознанно прибивая свою жертву к кресту, распиная и сжигая этого человека. Там уже нет места никакому доброму чувству, осталось только сплошное чудовищное, мрачное сатанинское зло.

Евгений Константинович Никифоров,

директор радио «Радонеж»

Почему сейчас, в XXI веке, вылезло вот из-под земли это языческое чудище?

Отказ от Христа — процесс древний и долгий. Например, в эпоху Просвещения стала типичной агрессивная форма отказа: сначала случилась французская революция, затем — русская. Вспомните сатанинские символы, которые коммунисты распространили тогда по всей стране. Они залили кровью Россию, принеся 20 миллионов жертв. Они убили Государя Императора, чтобы народу проще было отказаться от Христа. Так русский народ отказался от Божественной благодати почти на 70 лет.

Если мы обратимся к истории, то увидим множество примеров гибели цивилизации. В XV веке греки отошли от духовности к политике и променяли свою веру на так сказать европейскую помощь. Почему «так сказать»? Потому что никакой помощи реально они получить и не могли, и не получили. Весь ужас был в том, что, когда турки взяли Константинополь, в Святой Софии не было православного духовенства — это был униатский храм. Храм, которого сторонились все верующие люди в Константинополе. Там уже не было благодати.

На что ставили греки, спасая свою любимую империю? На помощь Европы. Но они забыли, что самая сильная помощь приходит совсем с другой стороны. Со стороны дьявола.

Язычники презирают христиан и Бога христианского считают слабым. Здесь нужно вспомнить, почему элита князя Владимира приняла Христа: потому что именно с именем Христа на устах они побеждали. Соратники Владимира увидели, что Христос приносит победу — они поражали врага именно со знаменем Христа. Христианство ведь не только открывает путь в Царство Небесное, оно и здесь, на земле, всегда приносит победу.

Даже во время своего богоборческого правления Иосиф Сталин сам убедился в том, что без креста невозможно победить. В 1943 году он призвал духовенство, начал возрождать патриаршество и восстанавливать храмы. Поэтому когда мы видим то, что происходит сейчас на Украине, то понимаем, что это закончится страшной катастрофой прежде всего для ее жителей. Мы помним уроки истории.

Князь Владимир видел пример своего собственного отца — великого победителя Святослава, лютого язычника. Византийцы его боялись настолько, что всю имперскую армию двинули на небольшой отряд язычника, чтобы заставить его отступить. В итоге Святослав погиб унизительной смертью: печенеги отсекли ему голову и сделали из черепа чашу. И хан-язычник пил из этой чаши, как бы впитывая силу Святослава.

Это все, конечно, мнимые признаки могущества. Убийства людей, жертвоприношения кумирам — страшные вещи, потому что они кружат голову. Эта форма духовной болезни, очень тяжелой. Именно христианство спасло Русь от таких форм пагубных духовных миражей и кризисов.

Христианство — это истина, открытая Богом. А язычество — это то, что люди себе конструируют сами. Поэтому смешивать заблуждение и истину нельзя в принципе. Христианство — это определенные отношения с Богом. В Библии часто сравнивают отношения с Богом с браком. Как брак предполагает верность, так и отношения с Богом должны основываться на ней. Невозможно иметь отношения с единым истинным Богом, но при этом смотреть куда-то в сторону и проявлять неверность, заигрывая с какими-то другими религиями, некими другими богами.

Сергей Львович Худиев,

писатель, журналист

Парадоксально, что нынешние неоязычники, клянясь в верности неким древним предкам, поклоняясь Перуну и другим низвергнутым идолам, тоже говорят о свободе и верности. Они считают христианство религией рабов, не понимая проповеди смирения. Они хотят быть гордыми и сильными, но не осознают, что сами рабы греха. Они постоянно пытаются перечеркнуть тысячелетнюю историю Руси, уникальной империи, рожденной таинством Крещения.

Но князь Владимир, прозрев после тяжкого недуга, узрел истинный свет. И у Руси нет иного пути, кроме стремления к этому свету.

Святитель Николай Сербский сказал замечательные слова:

«Если бы кто-нибудь вывел из-под земли подземную реку, прорыл ей новое русло под солнцем, сделал ее прозрачной, чистой, полезной всем, он совершил бы подобное тому, что совершил Владимир с русским народом. Темная языческая масса, приняв Крещение, с течением времени сделалась „красным солнышком“ среди народов. И можем мы воскликнуть: „Народ русский — красно солнышко!“»

И главная задача для нас, русских, — не утратить этот свет.

Заговор против веры

Это очень сложная и важная тема современности — секты и их влияние на судьбу каждого отдельно взятого человека, а также общества и государства.

Вспомните страшные, грустные события, которые произошли в Керчи 17 октября 2018 года, когда 18-летний Владислав Росляков взорвал и расстрелял 20 человек в городском колледже. Как утверждают в следственном комитете, его родители и он сам входили в секту Свидетелей Иеговы. Эта организация запрещена в России. Накануне того как пойти убивать своих соучеников, Росляков сжег Библию. Это можно было бы расценивать как протест против тоталитарных установок секты, но он этим не ограничился — пошел сжигать людей.

Мальчик с детства рос в атмосфере ненависти, ужаса и страха перед грядущим Армагеддоном. Если посмотреть журналы Свидетелей Иеговы, где изображаются растерзанные тела, искаженные ужасом лица, рушащиеся дома (Армагеддон должен вот-вот произойти, и тогда все человечество будет уничтожено, кроме членов секты), то можно вполне предположить, что это оказало деструктивное воздействие на психику Рослякова. Собственно, с этого все и началось, и дальше он устроил отдельно взятый Армагеддон в колледже.

Почему же секты чаще всего приводят людей к такому страшному финалу? Не к любви, не к терпимости, а к смерти и злу. Почему зло всегда лежит в основе секты?

Одна из главных черт любого сектантского движения — это нетерпимость. Это как обратная сторона фанатичной убежденности, потому что слово «секта» образовано от латинского слова «sequor» — следовать, идти за чем-то. Поэтому такая фанатичная, необязательно религиозная, кстати, убежденность всегда приводит к ненависти, так как является антитезой христианства.

Павел Владимирович Кузенков,

кандидат исторических наук, доцент исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова, специалист по Византийской империи

Для отдельного верующего секта и сектантство действительно опасны, поскольку есть разные новые движения, которые возникают постоянно. Сегодняшний мир — это мир сект, их очень много. США вообще является страной сектантов. И сейчас появляются новые секты, коммерческие, построенные по принципу «финансовой пирамиды» — это поистине фантастическое явление XXI века.

Тоталитарная секта опасна и деструктивна на разных уровнях: личности, семьи, общества и государства. Вторая часть сектантства, помимо радикализма (противопоставления себя обществу), — это всегда авторитаризм того, кто всем этим руководит. Еще Уинстон Черчилль сказал, что власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно. Авторитарный лидер постепенно утрачивает свою адекватность и мнит себя богом в окружении людей, которые абсолютно ему повинуются. Это всегда работает как бомба замедленного действия.

Важно отметить, что церковь не ставит себе цели кого-то беспощадно разгромить и уничтожить. Церковь ставит себе целью спасение людей, в том числе людей, которые вовлечены в новые религиозные движения. Мы должны учиться разговаривать с этими людьми мягко, с уважением, без враждебности, для того чтобы они могли поверить нам и поверить тому, что мы говорим.

Сергей Львович Худиев,

писатель, журналист

Секты против России: всемирный масштаб

Мы живем в мире сект, хотя большинство и не осознает этого. Их власть простирается на все континенты. Запрещенная в России организация Свидетели Иеговы, которую мы уже упоминали, имеет штаб-квартиру в Нью-Йорке, и в принадлежащих ей небоскребах плетется паутина, охватывающая всю планету. Согласно данным «Ежегодника Свидетелей Иеговы», активных членов секты («возвещателей») в мире насчитывается свыше 8 миллионов человек.

В России до признания организации экстремистской их было около 175 тысяч, на Украине — 151 тысяча, при том что ее население в три раза меньше, чем в России. Родители Владислава Рослякова, расстрелявшего и взорвавшего десятки студентов и преподавателей своего колледжа, тоже пользовались тем, что в 150-тысячной Керчи эта секта была массово распространена — еще недавно там было пять центров свидетелей Иеговы.

Разумеется, свидетели Иеговы не единственные, кто орудует на территории, которая когда-то именовалась Святой Русью. Вот, например, Церковь сайентологии тоже родом из Америки, и ее деятельность также запрещена в России. Причем не только в России, но и в православной Греции она признана тоталитарной организацией. Однако у нас секта перерегистрировалась и благополучно продолжает вербовать последователей через интернет-сайты.

Влияние сайентологов простирается очень широко. Например, в Россию завозят неочищенное техническое пальмовое масло (до 600 тысяч тонн в год) и добавляют в разные продукты питания — масло, молоко, творог. Таким образом происходит подмена натурального продукта. А ведь в пальмовом масле содержится много триглицеридов — это прямой путь к онкологии. В Европе использование пальмового масла запрещено с марта 2017 года. Кто же завозит его в Россию? Оказывается, сайентологи. Эта секта очень хорошо структурирована, имеет зарубежный центр управления и финансирования и старается попасть во все властные органы Российской Федерации.

Это, собственно, принцип сект — даже самая маленькая из них, как это ни смешно, мечтает о мировом господстве. И секта не может не расти, потому что она постоянно перерабатывает «человеческий материал». Люди в ней долго не находятся, ведь когда из человека «выкачают» все — финансы, недвижимость, здоровье, — то его буквально «выбрасывают», как отработанный материал. И продолжают дальше вербовать новых людей и закрепляться наверху, чтобы привлекать еще большее количество адептов. Сайентология — как раз ярчайший пример такой деструктивной организации.

В сайентологии есть главная базовая сайентологическая процедура — одитинг. Каждый сайентолог обязан проходить одитинг множество раз. В течение 3–4 часов человека вводят в тонкий гипнотический транс и выкачивают из него всю компрометирующую информацию. Все его самые тайные мысли и желания, все его правонарушения, всю его сексуальную историю — все, чего он стыдится. Особое внимание уделяется именам, которые человек во время этого сеанса упоминает: ведется запись, и на каждое имя заводится отдельное досье. После сеанса одитинга одна копия записи должна оставаться в той организации, где одитинг прошел, а вторая отсылается в штаб-квартиру сайентологии, в Лос-Анджелес. Затем этот компромат активно раскручивается, используется.

Зачем же люди идут в эту секту? Им обещают, что они станут сверхлюдьми. В природе каждого человека заложено желание быть полубогом, а Рон Хаббард — основатель этой секты — обещает как раз именно это.

Вот как характеризуется ее деятельность в пресс-релизе Министерства внутренних дел Германии:

«Организация сайентологов представляется органам внутренней безопасности, уполномоченным вести уголовные расследования и защищать общество как организация, которая под прикрытием религиозного объединения соединяет в себе элементы экономической преступности и психотеррора в отношении собственных членов с хозяйственной деятельностью и сектантскими наклонностями».

Психотеррор — очень важное определение, оно может быть отнесено ко всем сектантским структурам, это их характерная особенность. Но психотеррор слишком часто преобразуется в реальный. Помимо страшного примера Владислава Рослякова вспомним печально известную секту «Аум Синрикё». Основанная японцем Сёко Асахарой, она в 90-х годах прошлого века обрела всемирную популярность, а в России лидера секты принимали на уровне тогдашних глав Верховного Совета.

20 марта 1995 года 10 участников «Аум Синрикё» совершили теракт — газовую атаку в токийском метро с помощью отравляющего вещества зарин. Тогда погибли 12 человек, десятки людей серьезно пострадали. Результатом самого длительного в истории Японии судебного процесса стал смертный приговор, и в 2018 году были казнены 13 лидеров секты, включая ее верховного главу.

Так что давно очевидно, что свобода совести не должна распространяться на подобное объединение, ведь их деятельность чревата не только массовой гибелью людей, но и разрушением целых государств. Пример тому — Российская империя.

Игры декадентов

Интеллигенты накануне революции находились в «духовном поиске» и практиковали кощунственные ритуалы. Таким образом, они в том числе пытались мистически спровоцировать потрясение. Например, в мае 1905 года к знаменитому писателю Василию Розанову приехали друзья «с предложением всем завтра сойтись на собрание у Минского на квартире, с целью моления и некой жертвы кровной, то есть кровопускания». Об этом характерном эпизоде рассказывает исследователь русского сектантства Александр Эткинд. У Розанова тогда сидел Евгений Иванов, близкий друг Александра Блока. Он и написал об этом поэту:

«Решено произвести собранье, где бы Богу послужили, порадели, каждый по пониманию своему, но „вкупе“; тут надежда получить то религиозное искомое в совокупном собрании, чего не могут получить в одиночном пребывании. Собраться решено в полуночи […] и производить ритмические движения, для […] возбуждения религиозного состояния. Ритмические движения, танцы, кружение, наконец, особого рода мистические символические телорасположения».

Участвовали в этом кощунственном действии люди известные, цвет творческой интеллигенции: Вячеслав Иванов, Николай Бердяев, Алексей Ремизов, Семен Венгеров, Николай Минский (все с женами), Василий Розанов с падчерицей, Мария Добролюбова, Федор Сологуб.

Очевидцы рассказывали следующее:

«Гости сидели на полу, погасив огни. Потом стали кружиться. Потом Вячеслав Иванов поставил посреди комнаты „жертву“, добровольно вызвавшегося на эту роль музыканта С. Этот С. был, как подробно и со значением писал Евгений Иванов, „блондин-еврей, красивый, некрещеный“. Он был „сораспят“, что заключалось „в символическом пригвождении рук, ног“. После некоей имитации крестных мук „Вячеслав Иванов с женой разрезали ему жилу под ладонью у пульса, и кровь в чашу…“. Кровь музыканта смешали с вином и выпили, обнося чашу по кругу; закончилось все „братским целованием“».

Впрочем, что можно взять с декадентов? Но был ли предан православной вере простой народ?

Беда в том, что церковный раскол XVII века вытолкнул за пределы церкви миллионы человек. Эткинд указывал:

«По оценкам Министерства внутренних дел, которые само оно считало заниженным, в середине 1820-х годов в России было около миллиона раскольников. При этом специальная экспедиция, направленная в начале 1850-х в Ярославскую губернию, обнаружила в 37 раз больше раскольников, чем числилось по официальным сведениям.

По данным этой экспедиции, до трети населения Ярославской губернии являлось сектантами; в некоторых документах указывалось, что „целая половина губернии тайно или явно принадлежала к расколу“».

Участвовавший в экспедиции Иван Аксаков утверждал, что раскольников было три четверти. При этом Аксаков полагал, что самые богатые купцы принадлежат к раскольническим толкам и на нужды раскола жертвуют огромные суммы. Впоследствии такие же большие суммы купцы-раскольники начали жертвовать на дело революции. Особый религиозный и жизненный уклад позволил предпринимателям из числа старообрядцев накопить внушительные капиталы и стать одной из решающих финансовых и даже политических сил.

На долю старообрядцев приходилось более 60 % всех частных капиталов империи. Старообрядцы при этом вовсе не представляли собой некое единство. Напротив, они делились на две большие группы: поповцев и беспоповцев. Последние вообще отказались от духовенства, поскольку считали, что мир уже во власти антихриста. Внутри этих групп создавались к тому же самостоятельные толки, а те, в свою очередь, оказывались под влиянием откровенных сектантов. В любом случае, известно с полной определенностью, что большевиков активно субсидировал потомок древнего старообрядческого рода Савва Морозов. При том что сам он тоже уже был полудекадент, полустаровер.

Есть также данные, что в августе 1905 года в Нижнем Новгороде прошло тайное собрание старообрядцев. Лидеры секты считали, что свободы, дарованные им государем, ненадежны, что требуются гарантии, и решили продолжить борьбу до появления в Государственной думе фракции старообрядцев. Миллионер Владимир Рябушинский инициировал формирование групп разъездных пропагандистов.

Что же они пропагандировали? Они призывали: «Наступила свобода! Можно силой забирать землю у помещиков!» — а вот про фабрики и заводы, на 60 % принадлежавшие старообрядцам, они речи не вели. Вот так расшатывали империю самые богатые ее люди, которые не признавали Русскую православную церковь и со времен раскола ненавидели династию Романовых.

Хлысты и скопцы

Но были в империи и вовсе экзотические секты. Согласно хлыстовской легенде, в 1631 году новый «пророк» по имени Данила Филиппович собрал все священные книги в мешок и бросил его в Волгу, после чего провозгласил следующее: «Я тот Бог, который предсказан пророками, сошел на землю спасти род человеческий, другого Бога не ищите».

Он проповедовал: «Не женитесь, а кто женат — живи с женой, как с сестрой. Неженатые — не женитесь, женатые — разженитесь». Предостерегал: «Сии заповеди содержите в тайне, ни отцу, ни матери не объявляйте». Сверх того предписывал: «Храните заповеди Божьи и будьте ловцами вселенной. Вот так вот, ни больше, ни меньше».

Членов этой секты прозвали «хлыстами» вовсе не потому, что они якобы хлестали себя плетьми, а потому что предводителей своих они считали воплощенными «христами». И те, кто не разделял их воззрений, так вот переиначили их самоназвание. И, естественно, хлысты не признавали ни православной церкви, ни государства.

Откуда пришла сия зараза на Русь — до сих пор нет единого мнения. Возможно, тайными тропами пробрались в наши леса богомилы — члены секты, с которой боролись еще в XI веке в Византийской империи. Богомилы считали, что мир создан дьяволом, а Бог истинный абсолютно потусторонен, а значит, надо презирать плоть и отрицать государство.

Возможно, еретические, сектантские идеи издревле бродили на Руси, изредка прорываясь на поверхность и, более того, порой вступая в борьбу за власть. Так это было при Великом князе Иване III. Видный представитель тогдашней элиты дьяк Федор Курицын покровительствовал еретикам, отрицавшим основные православные догматы. Их также поддерживала Елена Волошанка, жена старшего сына Великого князя — Ивана Молодого.

Соборное определение, предавая проклятию еретиков, так обозначало их вину:

«Непочитание икон и креста и глумление над ними, непризнание Иисуса Христа Сыном Божиим, хула на Христа и Божию Матерь. Непризнание Святых Отцов и постановлений семи Вселенских Соборов, неверие в Воскресение Христово и Его Вознесение».

Ересь была разгромлена, хотя ее сторонники имели весьма высоких покровителей. Но кто знает, не ушли ли они в глубины народа русского, чтобы там сеять семена зла, продолжая при этом стремиться к власти? Пусть эта перспектива и становилась отдаленной, но еретики не складывали оружия.

В середине XVIII века от хлыстов отделилась и вовсе изуверская и во многом уникальная секта «скопцов». Ее основатель Кондрат Селиванов убеждал своих последователей, что к спасению можно прийти, только совершив ритуальную самокастрацию. Как ни странно, у этого безумца появилось немало последователей. Последние объявили его царем Петром III, который якобы спасся от козней супруги своей Екатерины. Этот слух приобрел такое широкое распространение, что сам император Павел I повелел доставить к нему этого Кондрата-кастрата. Встреча закончилась тем, что последний был отправлен в «желтый» (сумасшедший) дом.

Тем не менее в 1802 году, сразу после убийства императора Павла I, Селиванов был оттуда освобожден и взят на поруки камергером Юлианским. Последний, как ни удивительно, тоже принял скопчество. Более того, составил проект преобразования всего государства в скопческом духе. То есть все население России, согласно этому безумному плану, предлагалось превратить в секту, а всех русских мужиков оскопить.

Результатом стала отправка и Юлианского, и Селиванова в тюрьму при Суздальском Спасо-Ефимиевском монастыре. Но планы преобразовать Россию в государство-секту вовсе не умерли в застенках. Скопцы со временем стали весьма финансово самостоятельной корпорацией и так же, как староверы, жертвовали на революцию, ведь они тоже ненавидели Русскую православную церковь и официальную власть.

Секта Ильича

Владимир Дмитриевич Бонч-Бруевич, близкий друг В. И. Ленина и автор трогательных книжек об Ильиче, адресованных детям младшего возраста, был крупнейшим в России специалистом по сектам. Обширная библиотека сектантских текстов располагалась непосредственно в его кремлевском кабинете. И сам «вождь мирового пролетариата» нередко наведывался к приятелю полистать древние рукописи. Что же могло интересовать материалистов-большевиков в мистических практиках?

Оценка численности хлыстовства в начале XX века колебалась от 100 тысяч до «охвата всей русской земли»: невозможность точного учета была связана с глубокой конспирацией соответствующих групп. В своей десятой заповеди скопец Данила Филиппович требовал: «Веру свою содержите в тайне, никому ниже отцу родного, ниже отцу духовного, не объявляйте». И хлысты не только сохраняли тайну собственного ритуала, но и аккуратно ходили в православную церковь.

Знаток сектантства Н. И. Барсов писал об этом:

«Хлысты в глазах мира являются добрыми христианами — посещают церковь, исповедуются и причащаются и вообще бывают, по-видимому, лучшими прихожанами православных церквей, в душе презирая церковь, ее таинства и обряды».

Таким образом, до революции большевики учились у сектантов конспирации. А те, в свою очередь, через свои тайные каналы помогали доставлять в Россию «Искру». А вот после победы Октября большевикам гораздо интересней стали как раз мистические практики хлыстов. Главным их ритуалом были так называемые радения. Что же они из себя представляли и к чему вели?

Историк и литературовед Александр Маркович Эткинд свидетельствует:

«Согласно большинству отчетов, центральным и повторяющимся цементом ритуала в хлыстовских и скопческих общинах были кружения. Быстрое вращение тела вокруг своей оси вызывало измененные состояния сознания, иногда галлюцинации, судорожные припадки и другие психомоторные симптомы».

Эти радения часто заканчивались массовыми оргиями, которые противники сектантов называли «свальным грехом». Разумеется, православная церковь жестко осуждала подобное сообщество. Сектанты платили ей тайной ненавистью, но они ненавидели и государство, они его просто не признавали, ведь у каждой общины был свой царь и он же живой Бог, лидер, которому они поклонялись и повиновались беспрекословно.

Вот эта ненависть к православной империи и сближала сектантов с большевиками. Еще до революции они помогали революционерам по своим тайным каналам распространять нелегальную литературу, а когда красные пришли к власти, хлысты и им подобные были среди тех, кто ликовал, видя разрушения ненавистных им православных церквей.

Поэт Николай Клюев, представитель новокрестьянского направления и друг Есенина, был выходцем из сектантской среды. В 1919 году он пишет стихотворение под названием «Гимн Великой Красной армии», в нем есть такие строки:

Мы — красные солдаты.

Священные штыки,

За трудовые хаты

Сомкнулися в полки.

От Ладоги до Волги

Взывает львиный гром…

Товарищи, недолго

Нам мериться с врагом!

То есть поэт, связанный с хлыстовщиной, откровенно воспевал штыки, которые были направлены в сердце Святой Руси, для него эти кровавые штыки были священны.

Между тем общение с сектантами совсем не прошло даром для самих большевиков, их лидеры уловили нечто очень важное. Коммунисты поняли, что в ходе хлыстовских радений члены общин как бы теряли ощущение своего «Я», своей личности, они растворялись в мистическом коллективе, и именно это создавало ощущение освобождения от всех печалей и бед, дарило экстаз.

Вот такого-то растворения личности в массе впоследствии и добивались большевики-ленинцы, и им многое удавалось. Ну а своих невольных учителей-сектантов они вскоре стали преследовать с не меньшим рвением, чем православных. Конкуренты в деле зомбирования масс им были без надобности.

Кстати, того же поэта Николая Клюева, воспевавшего кровавый террор, расстреляли в 1937 году. В 20–30-е годы большевики также ставили дьявольский эксперимент по скрещиванию сектантов с Православием. Так появилась пресловутая «живая церковь», или иначе обновленчество. Официально это направление именовало себя «Православная церковь в СССР», с 1922 по 1926 год это движение было единственной официально признаваемой государственными властями церковной организацией, и главной ее задачей была борьба с патриархом Тихоном и верными истинному Православию иерархами.

В 1923 году в отчетном докладе начальник шестого отделения ОГПУ Тучков, в частности, писал:

«Отправив Тихона в другое помещение (Донской монастырь) и осевшись в бывшем патриаршем управлении, группа эта объявила себя временным высшим церковным управлением и обратилась к верующим с декларацией о том, что Тихон — государственный преступник. С этого времени в противоположность антисоветской политике Тихона начинается политика в духе Советской власти и поголовная замена старых тихоновских архиереев и видных попов своими сторонниками. Таким образом, в течение короткого времени, в 3–4 месяца, почти все тихоновские антисоветские аппараты, то есть архиереи и епархиальные управления, были заменены сторонниками ВЦУ. Этим самым было положено начало раскола православной церкви и перемена политической ориентации церковного аппарата».

Характерно, что эту раскольническо-еретическую группировку активно поддерживал Троцкий, он даже направил в политбюро письмо, где отметил, что «после отстранения Тихона во главе церкви встала группа обновленчески настроенных „молодых попов“ — „центристов“ и „левых“». Именно Троцкий активно ратовал за церковную «реформацию», а на деле подмену церкви еретической структурой.

Известно, что сектанты всех времен больше всего ненавидели монашество, и обновленцы именно в этом вопросе явили свое глубинное родство со всеми бывшими до них антицерковными движениями.

Один из лидеров, Владимир Красницкий, писал:

«Революция изгнала помещиков из усадеб, капиталистов из дворцов, должна выгнать и монахов из архиерейских домов. Пора подвести итог за все те страдания, какие перенесло белое духовенство от своих деспотов, монахов, архиереев. Пора покончить с этим последним остатком помещичьей империи, пора лишить власти тех, кто держался помещиками, богачами и кто верно служил свергнутому революцией классу. Эту задачу должна взять на себя церковная группа „живая церковь“».

Но эту задачу она решить не смогла: православный народ не поверил провокаторам и доносчикам в рясах. Он шел в те храмы, где служили по вековым канонам те пастыри, которые оставались верны заветам патриарха Тихона. Обновленцы проиграли в борьбе за душу русского народа и со временем это стало очевидно их кукловодам из ОГПУ. В годы Отечественной войны этот критический проект был окончательно ликвидирован самими его организаторами.

Методы борьбы с заразой

Почему же люди, у которых за плечами столько предков, исповедовавших Православие, отказываются от всего — от своей семьи, от своих традиций — и становятся сектантами? Ведь таких примеров сегодня существует великое множество.

После рождения второго ребенка моя жена увлеклась йогой, и тренер предложил ей потом пройти специальные курсы и заниматься уже самой тренерской работой. Жене эта идея очень понравилась, мы заплатили деньги, она закончила курсы, но после ее вовлекли в серию тренингов энергетического целительства, энергетической гармонизации, которые она проходила более 5–6 лет. В результате сегодня она никакого отношения к йоге не имеет, но является целительницей. Я пытался с ней говорить, убедить ее в том, что этот путь неправильный. Но она предлагала мне обратиться к ее наставникам, гуру, а я отказывался. Собственно, после этого начался серьезный разлад в семейных отношениях. При этом крест моя жена продолжает носить, но придерживается абсолютно иных религиозных воззрений. Конечно, это богохульство.

Дмитрий Табаков,

пострадавший от секты

В древности понятие «секта» применялось по отношению к любым философским, религиозным убеждениям. Даже когда появилось христианство, его во многих документах называли языческой религией. Тех римлян, которые отвергли язычество и стали христианами, то есть ушли из секты язычества и перешли в секту христианства, считали поправшими веру предков. Но прошлое предков и многовековые традиции — это еще не гарантия того, что убеждения истинны. Вот почему в христианстве со временем возникли сомневающиеся люди. Они говорили: «Ну, хорошо, а где же моя свобода? Где мой осознанный выбор? Я же должен следовать именно тому, что считаю нужным, а не тому, что почитали мои предки». Эта драма и привела к кризису всего христианского мира, когда на месте христианской церкви возникло сектантское движение, которое можно назвать протестантизмом, реформацией. Образовались сотни, тысячи деноминаций и разных религиозных направлений, вызванных одним-единственным стремлением — свободного, не навеянного древней традицией, выбора убеждений, и в этом был главный вызов христианству.

В чем, например, уникальность современного положения русского народа? Мы прошли через XX век, когда наши родители фактически были отлучены от христианской традиции, и мы возвращаемся к ней осознанно, делая свой собственный выбор. Это, кстати, объясняет, почему так мало сект в современной России.

Когда меня просят рассказать о борьбе с сектантами, я всегда отвечаю, что не борюсь с сектантами, а борюсь с сектами и борюсь ЗА сектантов, потому что сектанты — это обманутые люди, наши сограждане, которых при помощи лгунов вовлекли в нечеловечную организацию.

Александр Леонидович Дворкин,

историк, богослов, исследователь современного религиозного сектантства

Почему церковь не пользуется теми же технологиями, что и секты, для привлечения верующих? То, что позволено сектантам, запрещено православным христианам — нельзя манипулировать, обманывать, заманивать и главное — потакать твоим слабостям. Если церковь ведет человека, то только вверх, и она требует, чтобы он сам туда шел. Это невероятно трудно, но этот путь легко совершенно четко отделить от пути, который свойственен сектам. И если человек обладает внутренним разумом, то сразу видит, что его соблазняют, говоря, что он будет богат и успешен. Преодолевать соблазны, расти над собой — это вызов, это путь войны, который свойственен христианству.

У Православия сейчас, конечно, есть миссионеры, катехизаторы, группы, которые привлекают людей в приходы. И если эти технологии возобладают, то Православие тоже станет сектой, а не Церковью Христовой. Такая пропаганда — не наш путь.

Роман Николаевич Лункин,

религиовед, кандидат философских наук, руководитель центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН

Нужно обязательно помнить опыт прошлых веков и остерегаться современных сект. Те же самые скопцы на сегодняшний день — это абсолютно зеркальная история с так называемыми новыми коммерческими сектами. Это система, которая построена на сетевом маркетинге, где главный доход получают не за счет продажи товаров, а за счет вербовки новых членов. Вербуешь нового — получаешь от него процент.

«Бог есть любовь», и любовь Господня бескорыстна к любому человеку, и солнца свет для всех: и для праведников, и для грешников. Как сделать так, чтобы нам эту истину удержать от гибели?

Мы, русские, эту истину уже обрели, и наша задача — ее сохранить. Но нельзя просто транслировать знание и запрещать всем думать иначе. Дважды два — четыре, а не пять. В религии требуется не объективное, а субъективное знание. Нельзя сказать: «Мы верим во Христа, и ты верь, потому что в него верили отцы и деды». Это путь, который каждый должен пройти самостоятельно. И здесь вопрос о свободе — ключевой. Если мы начнем ограничивать свободу, то это автоматически будет рождать секту, потому что секты Российской империи были продуктом религиозной несвободы. Люди чувствовали себя мучениками, борцами за истину. Это очень опасная тема, потому что попытки государства, которое ничего не смыслит в духовности, регулировать религию кончаются очень плохо. Государство должно бороться с псевдорелигиозными манипулятивными движениями.

Истину удержать сможет не оно, а православные люди. Если человек православный, уверенный в своей истине, будет о ней свидетельствовать, этого достаточно даже в условиях антицерковного государства.

Наши православные не все знают свое православное учение, колеблются, даже некоторые попадают в разные секты и расколы. Они не знают, бедные, что все ереси и секты основаны на гордости и самовнушении: «Мы спасены». Они все Писание целиком не признают, а выбирают только то, что оправдывает их учение.

Старец Макарий Оптинский

Стоит прислушаться к этим мудрым словам. Ведь Бог всегда искренен и честен, а лидеры сект всегда корыстны — так учит наш, русский опыт.

Рождество: праздник веры или торжество потребления?

Рождество — это великий христианский праздник. В мире существует 195 независимых государств, в 156 из них Рождество — это государственный праздник. Да и в большинстве остальных этот день так или иначе празднуется. Везде, конечно, существуют разные традиции, но и отношение к Рождеству разное. Для кого-то, например для русских, это ежегодное ожидание великого чуда — чуда рождения Бога. А для очень многих людей на Западе — ожидание чуда рождественских распродаж. Для них праздник Боговоплощения стал праздником потребления.

Знаменитый английский драматург Бернард Шоу еще в начале прошлого века сказал: «Рождество — это время года, когда мы должны покупать вещи, которые никому не нужны, и дарить их людям, которые нам не нравятся».

Для меня Рождество — это крупнейшее величайшее событие как духовной жизни, так и цивилизационное. С него начался новый мир — тот мир, в котором мы сейчас живем.

Александр Леонидович Дворкин,

историк, богослов, исследователь современного религиозного сектантства

В России это праздник не государственный, но традиционный и входит в разряд Великих церковных праздников. Долгое время он был под запретом, но сегодня Рождество в нашей стране празднуют открыто, и для многих оно остается таким добрым, таинственным, ласковым, зимним чудом.

Я вырос в советское время, Рождество тогда не отмечалось. Мы в школьные годы не знали этого праздника. У меня нет детских воспоминаний о нем, но есть взрослые. Это праздник возвращения к своему народу, своей вере, своей истории, своей культуре. В общем-то к себе. Поэтому Рождество и Пасха — это какие-то настолько личные ощущения и настолько важные праздники и для меня лично, и для всей нашей страны, да и для всего нашего народа, что не говорить об этом нельзя.

Сергей Вячеславович Перевезенцев,

историк и философ, писатель

Рождество и мир потребления: «чудо» продажи

25 декабря было утверждено в качестве даты празднования Рождества Христова после прекращения гонений на христиан при императоре Константине. Уже с конца IV века весь христианский мир безбоязненно праздновал этот великий праздник.

На Руси Рождество стали отмечать еще со времен Крещения наших предков в конце X века, при князе Владимире Красное Солнышко.

В наши дни православные и католики с протестантами отмечают Рождество в разные дни: они — 25 декабря, мы — 7 января. Происходит это потому, что Русская православная церковь в своей богослужебной практике сохраняет древний юлианский календарь. Назван он так в честь императора Юлия Цезаря, в годы правления которого он и был введен в обиход. Однако в XVI веке папа римский Григорий XIII предпринял реформу календаря. Новый стиль с тех пор называется «григорианским».

В России григорианский календарь был введен в гражданский обиход в 1918 году. Однако церковь осталась верна древней традиции. Получается, что 7 января по григорианскому календарю — это 25 декабря по юлианскому. Из-за этой же разницы в календарях россияне имеют возможность отмечать уникальный праздник — «старый Новый год».

В 1923 году по инициативе Константинопольского патриарха состоялось совещание православных церквей, на котором было решено внести исправления в юлианский календарь. Но Русская православная церковь не смогла принять в нем участия, поскольку в стране тогда была атеистическая диктатура большевиков.

На сегодняшний день вместе с Русской православной церковью в ночь с 6 на 7 января праздник Рождества Христова отмечают Грузинская, Иерусалимская и Сербская православные церкви, а также афонские монастыри, живущие по юлианскому календарю.

Все остальные 11 поместных православных церквей празднуют Рождество Христово, как и католики, в ночь с 24 на 25 декабря. Правда, они пользуются не григорианским, а новоюлианским календарем, который пока совпадает с тем, что принят у западных христиан.

Но различия в датах — это не самое главное. Гораздо важнее изменение самой сути праздника, которое стало проявляться на Западе, как ни странно вскоре после перехода на новый календарь.

Рождественские распродажи в Европе берут свое начало с XVII века. Именно тогда в Германии появилась традиция проведения предпраздничных ярмарок. На них торговцы стремились сбыть не только продукты питания, но и промышленные товары. На главных площадях европейских городов строились ряды ярких торговых палаток. Тогда-то торговцы для привлечения внимания покупателей стали заметно снижать цены. В XVIII веке предрождественская ярмарочная суета охватила не только города Германии, но и Австрии. А к XIX веку суета эта покорила всю Европу и перекинулась через океан. И в XX веке в Соединенных Штатах это явление уже стало настоящей потребительской лихорадкой.

Таковы были этапы обмирщения и выхолащивания самой сути подготовки к празднику. Трезвость и самоуглубленность молитвенного ожидания чуда рождения Бога сменило безумие потребительского опьянения.

Рождественские скидки начинают действовать чаще всего с первой декады декабря. За две недели до праздника они составляют 10–15 %. А в канун Рождества цены снижаются вдвое и более. В Америке скидки достигают 80 и даже 90 %. Какое уж тут молитвенное ожидание, когда реклама со всех сторон кричит: «Потребляй, завтра будет поздно!» И люди массово бросаются на штурм магазинов.

Христос сказал: «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть. Не можете служить Богу и мамоне». (Мф. 6:24, Лук. 16:13).

«Мамона» — слово халдейского или сирийского происхождения, имеет значение «богатство, блага земные». В Новом Завете слово это служит также именем как бы злого духа, покровительствующего богатству, от поклонения которому предостерегаются все верующие.

Так, люди постепенно перестали осознавать, что, готовясь отпраздновать рождение Бога, они всем сердцем своим и всей душою своею поклоняются идолу потребления.

Николай Чудотворец и Санта-Клаус

Одним из важнейших персонажей предрождественской лихорадки давно стал Санта-Клаус. Он встречает толпу, жаждущую скидок, в супермаркетах. С рекламных постеров он призывает пить газировку популярного бренда. Он ухмыляется в бороду и приглашает нырнуть с головой в потребительское безумие — он стал его символом, и это тоже чудовищная подмена.

Ведь кто такой изначально Санта-Клаус и почему он приносит подарки? Прообразом Санта-Клауса является не кто иной, как самый любимый на Руси христианский святой — Николай Чудотворец. Николай — Николаус — Клаус по-немецки.

Святой Николай был в начале IV века епископом небольшого городка Миры. Ныне это турецкий город Демре, находящийся в популярной курортной зоне. Николай прославился святой жизнью и даром чудотворения. В житии святителя есть история о том, как он, еще будучи юношей, избавил от беды трех соседских девушек. Их отец разорился и не видел другого выхода, как отдать своих дочерей в публичный дом.

Святитель не мог этого допустить. Его семья была достаточно богатой, и Николай решил избавить соседей от нужды. Ночью он бросил мешочек с золотом в окно их дома и быстро удалился. Он следовал Христовой заповеди творить добро тайно. Обрадованный отец девицы использовал эти деньги на приданое для своей дочери и благополучно выдал ее замуж. Святитель еще дважды подбрасывал соседу деньги и так избавил всех его дочерей от духовной погибели.

Эта история и послужила основой для христианской традиции тайно дарить подарки. Первоначально дети их получали еще до Рождества, в зимний день памяти великого Николая Чудотворца — 19 декабря.

Однако в период Реформации, когда во многих землях Германии перестали почитать святых, постановили, что подарки дарит сам Христос, и, соответственно, приурочили их к Рождеству. Позже почитание святого Николая стало возвращаться, но традиция дарить подарки именно под Рождество уже закрепилась.

Но нынешний, всемирно растиражированный образ Санта-Клауса не имеет, кроме имени, ничего общего со святым Николаем. В 1822 году преподаватель восточной и греческой литературы в Колумбийском университете США Клемент Кларк Мур сочинил стихотворную рождественскую сказку о Санта-Клаусе. В ней это был просто волшебный персонаж, дарящий детям подарки, он жил на Севере и ездил на оленьей упряжке. Персонаж этот вскоре стал весьма популярен.

А в 1863 году американский художник Томас Наст создал по мотивам этой сказки образ веселого бородатого толстяка. В нем, конечно, не было уже ничего от образа христианского святого. Именно такой Санта-Клаус был востребован рынком и стал всемирно известным брендом. В 1931 году его взяла на вооружение компания «Кока-кола». По ее заказу художник Хэддон Сандблом разработал новый, более современный имидж. Он и является сегодня одним из наиболее ярких воплощений идола потребления.

Елка «нон грата»

В России вместо Санта-Клауса есть Дед Мороз. Этот персонаж пришел в праздничную традицию из народных сказок. Во второй половине XIX века в России были первые попытки создать самобытного «рождественского деда», который дарил бы подарки русским детям. Сначала, еще при Александре II, пытались адаптировать к русской почве некоего «старого Рупрехта», а также превратить Санта-Клауса в «дедушку Николая». Эти попытки не имели успеха. И вскоре в сообщениях о рождественских торжествах стали упоминать «Морозко». И уже в первое десятилетие ХХ века он превратился во всем нам знакомого Деда Мороза. Но сразу после революции он вместе со всеми рождественскими традициями угодил в опалу.

Пролетарский поэт Демьян Бедный даже обвинил Деда Мороза в том, что тот является несоветским элементом, и сочинил вот такой рифмованный донос:

Под «Рождество Христово» в обед

Старорежимный елочный дед

С длинной-предлинной такой бородой

Вылитый сказочный «Дед-Мороз»

С елкой под мышкой саночки вез,

Санки с ребенком годочков пяти.

Советского тут ничего не найти!

Однако к концу тридцатых годов товарищ Сталин решил перевоспитать Деда Мороза, да и традиционной рождественской елке придать другой смысл. Вместо Вифлеемской звезды на ее верхушку стали надевать красную, пятиконечную. И в январе 1937 года Дед Мороз со Снегурочкой впервые после опалы приветствовали гостей на празднике в московском Доме Союзов.

Изначально традиция украшать под Рождество елку пришла к нам из Германии. По преданию восходит она еще к VIII веку. В те далекие времена святой Бонифаций проповедовал язычникам, которые жили в лесах и поклонялись деревьям, считая их божествами. Чтобы опровергнуть их верования, Бонифаций срубил один из дубов, считавшихся священным. Падая, он повалил множество деревьев. И только маленькая елочка устояла. Святой счел это знамением и сказал: «Пусть будет она деревом Христа!» Это, конечно, легенда, однако все исследователи солидарны в том, что праздничная ель впервые появилась именно в Германии.

В Россию обычай украшать елку пришел в несколько этапов. Причем изначально у нас он был связан с Новым годом, который отмечался в России именно 1 января впервые в 1700 году. До той поры его праздновали в сентябре. Новая дата была установлена специальным указом Петра Великого. В нем повелевалось:

«По знатным и проезжим улицам у ворот и домов учинить некоторые украшения из древ и ветвей сосновых, еловых и можжевеловых, чинить стрельбу из небольших пушек и ружей, пускать ракеты и зажигать огни. А людям скудным каждому хотя бы по древу или ветке на вороты поставить».

Но по-настоящему в праздничный обиход елка начала входить с 1817 года. Тогда супругой Николая I стала немецкая принцесса Шарлотта, в России обретшая имя Александра Федоровна. Она и стала внедрять обычай своей родины.

Удивительно, но сейчас рождественская елка оказалась под угрозой гонений именно там, откуда и пришла к нам — в Европе. Почти как некогда в большевистской России: власти ряда городов отказываются от древних традиций в угоду извращенно понимаемой толерантности. И чтобы не раздражать мигрантов из Африки и с Ближнего Востока они готовы лишить своих сограждан привычных символов праздника.

Так, в Брюсселе несколько лет назад на центральной площади вместо живой ели была установлена просто зеленая авангардистская конструкция. Там же появилась инициатива переименовать рождественские ярмарки в «зимние удовольствия», чтобы под предлогом уважения к приезжим убрать из праздника всякое напоминание о христианской символике, окончательно выхолостить его. А ведь Брюссель — это столица Евросоюза, он задает правила игры для всех входящих в него стран.

Вот такая непростая судьба у чудесного праздника Рождества Христова.

Чудо и вера

Вера в Рождественское чудо присуща русскому народу, и очень важно, чтобы она не исчезла под давлением мирового потребительского отношения ко всему — к жизни, к праздникам.

Стоит упомянуть чудо, связанное со святым Николаем Чудотворцем. Оно произошло в городе Куйбышеве (ныне Самара) в 1956 году и называется «Стояние Зои». Об этом событии даже сняли художественный фильм «Чудо».

Зоя Карнаухова отправилась на вечеринку в дом на окраине города, а ее парень Николай где-то задержался. Когда начались танцы под патефон и девушке не досталось пары, то она сказала: «Раз нет этого Николая, то я возьму из красного угла икону Николая Чудотворца и буду с ним танцевать». И только закружилась в танце с иконой, как внезапно застыла, будто вросла в пол. Все присутствовавшие перепугались и убежали, а Зоя осталась стоять с иконой в руках. Девушка простояла в течение 128 дней. Врачи не могли ничем ей помочь, даже сделать укол — иглы ломались и не проходили через кожу.

Этот дом был окружен милицией, уведомлен о происходящем был и Никита Сергеевич Хрущев, первый секретарь ЦК КПСС. На распространение информации наложили запрет, даже вышел фельетон о лживом чуде. Освободил Зою от этого стояния некий монах Серафим, который взял у нее икону из рук и предсказал, что ее испытание закончится в день Пасхи.

Память об этом в народе живет до сих пор. Люди верят в некое необъяснимое, не поддающееся человеческой логике событие, которое связано со святым Николаем Чудотворцем.

А Рождество — это самое большое чудо, как и Воскресение Христово. Если бы больше никаких чудес в мире не было, все равно этих двух было бы достаточно для христианской веры.

Русский человек верит в чудо и в чудо Рождества Христова, потому что без этой веры, которая вообще присуща русскому человеку, русской цивилизации, он не смог бы освоить те гигантские просторы России, которые ему достались. Именно с верой в чудо и в промысел Божий живет наша страна.

Андрей Акимович Гилодо,

заслуженный деятель искусств РФ, советник директора Всероссийского музея декоративно-прикладного и народного искусства

Для христиан Рождество — это рождение Спасителя мира, обретение надежды на то, что человек будет спасен. В наши дни в России этот праздник возрождается. Мы не потеряли саму его суть — это и Рождественский пост, и ожидание чуда, и стояние в церкви, и молитва, и ночная служба, и причащение, и, конечно, встреча Спасителя.

Этот праздник, который сегодня в России отмечают свободно, сохраняет свое сакральное значение. Те православные христиане, которые держат пост и ходят в течение него в храм, исповедуются, причащаются и действительно ждут пришествия Христова в этот мир, радостнее всего отмечают Рождество. Ночная литургия появилась в России достаточно поздно, уже в советское время, потому что вообще по уставу ночная служба только одна — Пасхальная. Рождественскую литургию служат утром, в сам день Рождества, а накануне — всенощную. В советское время очень многие священники были из Западной Украины, и соответственно, римско-католическая ночная месса была заимствована и западными украинскими православными священниками через униатов. Возможно, еще наложилось и то, что в СССР Рождество было рабочим днем, поэтому литургию служили ночью. Празднование самого Рождества совершается в ночь с 6 на 7 января — ровно в полночь в храмах начинается торжественное богослужение.

Сейчас наблюдается очень интересная тенденция — возрождение традиции рождественского подарка, потому что новогодний и рождественский подарок близки, но далеко не идентичны. В Рождество мы, русские, дарим по подобию волхвов дары, которые отнимаем от себя — это то, что мы готовы отдать близким людям.

Рождественский подарок имеет две особенности. Первая связана с неделей рождественских Святок (период с 7 января до 18 января — Крещенского сочельника). На Святках у православных принято творить дела милосердия, а также дарить подарки к Рождеству и поздравлять с праздником людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации.

Вторая заключалась в следующем: глава семьи мог дарить детям или второй своей половине подарки купленные, фабричного производства или ручного ремесла, народного промысла. Но дети и жена подарки главе семьи всегда делали своими руками. Это очень важная традиция.

Это то, что очень правильно расставляет приоритеты в понимании семьи и ее структурирования. Во Всероссийском музее декоративно-прикладного и народного искусства на рождественские праздники проводится целый цикл занятий с детьми, которые восстанавливают эту традицию подарка рождественского. О чем же там рассказывают? Объясняют детям, что такое вертеп и кто такие все те персонажи, которые в вертеп помещены.

Вертеп — это воспроизведение той пещеры, где родился Иисус Христос, с персонажами Девы Марии, Иисуса Христа, волхвов, животных, которые находились в яслях. В России всегда в традиции Рождества и рождественского подарка старшие объясняли младшим, что такое вертеп и кто участвует в нем.

В Германии, например, вертеп ставится далеко не в каждом доме, потому что в западном христианстве есть разделение на католиков, лютеран, протестантов. В течение всего адвента (четыре воскресенья до Рождества) европейцы украшают дом, изготавливают адвентский венок из еловых ветвей или шишек, на котором находятся 4 свечи — каждое последующее воскресенье зажигается одна дополнительная свеча. Это свечение говорит о том, что Рождество приближается. Детям дают традиционный рождественский календарь. Православным, может быть, покажется кощунством, что ребенок получает награду в виде конфеты, прячущейся за «шторками» рождественского календаря, но немцы считают, что это очень воспитывает дисциплину, поскольку у детей есть искушение открыть завтрашнее окно уже сегодня и съесть конфетку. Обуздание любопытства достаточно глубоко лежит в основе немецких традиций.

Православные русские за рубежом сохранили преемственность празднования Рождества и продолжают отмечать этот праздник, как и в царское время — 7 января.

Рождество — это всегда семейные традиции, когда елка наряжается взрослыми, когда дети ждут чуда с трепетом. Это важное ожидание, пусть даже последние часы изнурительные — это часть той неописуемой радости, когда оно сбудется. Так что Рождество еще — это и момент самой светлой надежды.

Христос — это любовь, поэтому Рождество Христово — это Рождество любви, которая приходит в наш мир, поэтому мы, православные, дарим подарки, сделанные своими руками. В советском детстве этого не было, и, наверное, нам не хватало любви, и теперь мы пытаемся восполнить ту самую любовь через возвращение любви христианской. Любовь — это и есть основа нашей веры.

Если некогда сотворение мира из ничего было самым большим чудом, то воплощение Бога в человека, несомненно, превзошло его своей чудесностью.

Преподобный Иустин Попович

Каждый год мы, русские, вспоминаем и празднуем это великое чудо, и дай нам Бог не забывать об истинном смысле праздника Рождества.

Монархия. Русское самодержавие

Монархия переводится с греческого как «власть одного». Всем известно, что самодержавие в России было с самого начала образования нашего государства и просуществовало около пятисот лет, вплоть до рокового 1917 года.

Русская самодержавная монархия — это органическая форма русской власти. Самодержавие — это творческий процесс нации, который происходил в течение многих столетий с учетом огромного населения страны, протяженности ее территории, внешних угроз и традиций. У русского народа не было политических амбиций. Во главе угла стояли духовность, семья, профессиональные интересы. Политическая часть переходила к тому, кто правит страной, — это естественное органическое продолжение творчества русской нации и тех народов, которые жили в ареале русской нации.

Леонид Петрович Решетников,

историк

Только за 300 лет правления династии Романовых территория России увеличилась в пять раз — страна стала империей и вошла в число самых могущественных держав мира. В результате Февральской революции 1917 года монархия пала, и сегодня большинством россиян она воспринимается лишь как исторический факт, пережиток прошлого, который уже никогда не может повториться. Тем не менее после выборов президента в России западные издания вышли с заголовками: «Царь родился!» (A tsar is born!). А деструктивные силы внутри страны предприняли попытку организовать протесты под провокационным лозунгом: «Он нам не царь!»

Что же такое русское самодержавие — анахронизм, навсегда уступивший место демократии, или часть нашего культурного кода, который мы постоянно воспроизводим?

Каждый раз, когда страна развивается и меняет многое в своей истории, в итоге она приходит к той структуре власти, которая больше всего подходит ей исторически и географически, и климатически. Для России это сильная централизованная власть. Суверенитет как форма сильного государства для русского народа — это содержание нашего существования, наша независимость.

Петр Рафаэльевич Фёдоров,

журналист-международник

Русское самодержавие. Диктатура совести

В чем же уникальность русского самодержавия?

Изначально понятие «самодержавие» означало суверенность и независимость от внешнего влияния. Этимология этого слова, которое является калькой греческого «автократор», — «самодержец, сам себя держу, сам стою».

Греческое слово автократория, автократор — это не что иное, как перевод римского слова император. По-латыни — император, по-гречески — автократор. То есть это человек, который действительно может принимать самостоятельные решения. В Риме это было связано с тем, что император был уникальной должностью в республике, которая вводилась только на время — для военных целей. Потом логика исторического развития привела Римскую республику к тому, что император стал монархом. Этот процесс был плавным: свое государство они никогда монархией не называли, а считали его республикой. Республиканская империя во главе с монархом просуществовала тысячу лет. При этом носителем легитимности в римской идеологии был народ — Populus Romanus. Это то, к чему приходят многие цивилизации. Так что это не только русское как бы ноу-хау — движение от примитивной монархии, частнособственнической, к империи.

Образ народной монархии дан в Ветхом Завете. Ветхозаветное царство — это не просто какое-то монархическое государство во главе с правителем, это народ во главе со своим лидером.

Павел Владимирович Кузенков,

кандидат исторических наук, доцент исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова, специалист по Византийской империи

В Византии бытовала идея богопродвинутости, когда человек с низов шел наверх благодаря своим талантам, энергии, можно сказать даже каким-то качествам политика. Например, пастух Василий, который стал не просто императором, а основателем одной из самых успешных династий. Это считалось божественным выбором, поскольку власть была священной. Эксусия (греч. Εξουσια) — сила или делегированная ответственность — действительно сакральна, это божественный дар, который реализуется во всех сферах. Обратите внимание, что монархия, как принцип единоначалия, присутствует в очень многих человеческих становлениях. Начиная с футбола, где тренер отвечает за команду, и кончая бизнесом, где многие фирмы возглавляются лидерами.

Но в Византии не существовало священных царственных родов. В России же было два царственных рода — Рюриковичи и Романовы (ветвь Рюриковичей). Откуда же они возникли в России?

Дело в том, что монархия — это духовное понятие, а не просто политический строй. Это традиционное русское понимание того, что такое монархия, а именно на таком понимании, собственно, держалась многовековая российская история и во многом до сих пор держится.

Монарх — это богоданная фигура. И если она не облечена Господней волей, некими сакральными чертами и Господь не благоволит этому человеку, то такой монарх считается не истинным. Истинный монарх только тот, кому благоволит Господь. В этом была трагедия Бориса Годунова: все историки признают, что он был талантливым человеком, очень многое хотел сделать для страны. Но когда в период Смуты наступил трехлетний голод, народ понял, что на троне не истинный государь.

В русской истории выработалось три принципа понимания истинности государя: богоданность, истинность по крови и признание всем народом, что это богоданный царь по крови.

Титул самодержец на Руси утверждался очень долго. Самодержцами впервые начали называть Ивана III и его сына Василия III, но официально этот титул принял только сын Ивана Грозного — Федор Иванович.

В России всегда молились не на царя, а Богу — за царя. На Западе многих правителей считали божественными созданиями. На Востоке и на Западе масса верила в священность царской особы настолько, что ждала от монарха исцеления больных. Так, по Плутарху, эпирский царь Пирр исцелял больных прикосновением. Историки Рима, и в том числе Светоний и Тацит, рассказывали о чуде, которое император Веспасиан совершил якобы по указанию бога Сераписа в Александрии в 71 году: в самый момент его фактического воцарения, когда он сам еще сомневался в нем, слепой и сухорукий прикоснулись к нему и получили полное исцеление.

До Петра I, во времена первых Романовых, в Москве в каждое Вербное воскресенье проходила величественная церемония, собиравшая у Кремля десятки тысяч людей. Называлась она «шествие на осляти». Этот обряд совершали, вспоминая, как Христос въехал в ворота Иерусалима на осле накануне событий Страстной седмицы.

Что представляло собой «шествие на осляти»? Изображая вход Господень в Иерусалим, царь, в окружении самых знатных бояр, шествовал от Лобного места к Кремлю. Он вел под уздцы коня, символизировавшего евангельскую ослицу (ослять), на которой Христос въехал в Иерусалим. На коне восседал патриарх, он изображал Спасителя, потому что патриарх — «живая икона самого Христа». Получается, что царь земной был конюшим самого Господа. В определенный момент церемонии стрелец с кремлевской стены подавал сигнал, и тогда вся Красная площадь, переполненная народом, падала ниц и простиралась в земном поклоне.

«Шествие на осляти» с восторгом и изумлением описывали иностранцы, пытаясь передать удивительную атмосферу единения царя и народа, подобной которой не существовало нигде в мире. Это поразительное действо Вербного воскресения, входа Господня в Иерусалим, которое означало два прихода Господних: историческое и будущее.

Кому же тогда кланялись русские люди? Кому демонстрировали преданность и поклонение? Не государю, который шел пешком в Град Божий, как тогда говорили, «смиряя высоту свою царскую». Они поклонялись высшей силе, стоявшей над самодержцем и всеми людьми — силе Божьей, Божьей правде. Царь был Помазанником Божьим, ответчиком перед Господом за каждого своего подданного. Как отец отвечает за своих детей. Как рачительный хозяин отвечает за все дела в своем хозяйстве. Не случайно последний из Романовых, царь Николай II, во время переписи населения написал в графе «род занятий»: «Хозяин земли русской». В этом была не гордыня, в этом была ответственность.

В роковой день вынужденного отречения Николая II от престола, 2 марта 1917 года, произошло чудо: в подвале Вознесенской церкви в Коломенском была обретена икона Божьей Матери. Накануне крестьянка Евдокия Адрианова рассказала настоятелю храма о своих снах, в которых разыскать эту древнюю реликвию ей повелела Богородица. После долгих поисков в подвалах храма была найдена почерневшая от времени икона, на которой Богородица была изображена в необычном виде — со скипетром и державой в руках. По словам патриарха Кирилла, «когда был поднят образ Божией Матери, сидящей на царском престоле, и когда стало ясно, что наименование этого образа — Державная, тогда лучшие умы России восприняли это как Божий знак. Ушел царь, но сама Богородица возглавила страну, и Покров Божией Матери не снимается с нашего Отечества».

Мы не рабы!

Почему в России появился именно такой тип власти и чем это обусловлено — климатом, территорией, национальным характером?

Ваша Родина имеет талант, в котором она первенствует и который дает ей мощь, далеко превышающую другие страны, талант, необходимый всем нациям, всем существам, беспощадно требуемый от них всех под опасением наказаний, — талант повиновения, который в других местах вышел из моды, особенно теперь. И я нисколько не сомневаюсь, что отсутствие его будет рано или поздно вымещено до последней копейки и принесет с собою страшное банкротство.

Томас Карлейль,

философ, в письмах к А. И. Герцену

После грозной Смуты (1598–1613), едва не погубившей страну, перед русским народом встал тяжелый исторический выбор — продолжить путь хаоса и саморазрушения или вернуть монархию как залог мира и независимости государства? Народ выбрал второе и, призвав в 1613 году на трон 16-летнего Михаила Романова, на Земском соборе заключил с новой династией договор, выстраданный ценой многолетних раздоров, кровавого разгула и бед. В полуразрушенной поляками Москве, в чудом уцелевшем Успенском соборе Кремля собрались тогда до полутора тысяч человек — выборные представители от самых разных сословий со всех концов России. И, избрав нового русского самодержца, дали Соборную клятву, в которой были такие слова:

«Заповедано, чтобы Избранник Божий, Царь Михаил Феодорович Романов был родоначальником Правителей на Руси из рода в род, с ответственностью в своих делах перед единым Небесным Царем. И кто же пойдет против сего Соборного постановления — Царь ли, Патриарх ли, и всяк человек, да проклянется таковой в сем веке и в будущем, и отлучен будет он от Святыя Троицы».

Почему, имея возможность избрать любую форму правления, русские тогда выбрали самодержавную монархию? Ведь в истории страны был и опыт демократии новгородского веча, и пример соседней Польши, где власть короля была существенно ограничена шляхтой. Что это, рабская психология, как твердят наши недоброжелатели? Как раз наоборот. Об этом писал известный публицист Николай Черняев. Причина — в чрезмерном своеволии русских, их нежелании подчиняться большинству. Он так объяснял природное стремление русских к сильной власти и непродуктивность демократии на российской почве:

«Наши веча, несмотря на их вековое существование, не додумались до решения дел большинством голосов. Только те дела решались на вечах окончательно, которые не встречали оппозиции. Если меньшинство находило возможным отстаивать свои притязания путем грубой силы, оно считало себя вправе сопротивляться большинству до последнего, вследствие чего веча сплошь да рядом заканчивались кровопролитиями. Только те решения общественных дел признавались бесповоротными, которые утверждались единодушно».

Две другие неоспоримые причины приводил журналист и философ Иван Солоневич. Одну он поэтично назвал географической обездоленностью — тяжелый климат, большая часть огромной территории занята вечной мерзлотой. «История России есть история преодоления географии России. Наша история есть история того, как дух покоряет материю», — писал он в книге «Народная монархия». Другая причина — большое количество алчных соседей, постоянно претендовавших на земли и богатства страны. В таких обстоятельствах только сильная централизованная власть могла сохранить независимость государства и порядок в стране. В качестве доказательства Солоневич предлагал представить, как работала бы североамериканская демократическая машина в наших исторических условиях:

«К Великому Князю Владимиру Красное Солнышко скачут гонцы: „Княже, половцы в Лубнах“. Великий Князь Владимир Красное Солнышко созывает конгресс и сенат. Конгресс и сенат рассматривают кредиты. Частная инициатива скупает мечи и отправляет их половцам. В конгрессе и сенате республиканцы и демократы сводят старые счеты и выискивают половецкую пятую колонну. Потом назначается согласительная комиссия, которая ничего согласовать не успевает, ибо половцы успевают посадить ее всю на кол».

Тяжелый опыт монголо-татарского ига, когда раздробленность и вечевая вольница привели страну к многовековой кабале, научили русских главному: мы можем выжить, только когда мы вместе. А чтобы оставаться вместе, нам нужна сильная центральная власть. Неслучайно купцы Строгановы, обосновавшись на Урале, имея там полную власть и даже свое войско, и не подумали отделяться, как сделал бы любой европейский феодал того времени. Наоборот, когда князь Василий Темный попал в плен к татарам, именно Строгановы дали на его выкуп совершенно фантастическую по тем временам сумму — 200 тысяч рублей. Добровольно и совершенно осознанно, поскольку были уверены: России нужен государь.

Рождение самодержавия

3 декабря 1564 года жители Москвы и окрестных деревень наблюдали необычную процессию. Из города в неизвестном направлении двинулись сотни тяжело груженных повозок — огромный обоз, в котором находились царь Иван Грозный, его супруга Мария Темрюковна, ближний царский круг с семьями, а также хорошо вооруженное войско, вся государственная казна и самые ценные православные иконы. Перед этим царь отстоял воскресную службу в Успенском соборе Кремля, после которой очень картинно простился с митрополитом, Боярской Думой и столичными дворянами. Куда направлялся Грозный? Для всех это было загадкой, туманный ответ «На богомолье» не объяснял пышности прощания и размеров обоза.

К тому моменту в стране назрел кризис власти. Только в Москве проживало около 250 бояр, которые своей родовитостью могли поспорить с царем. Шуйские, Бельские, Милославские — все они были Рюриковичи и Гедеминовичи. Элита стремилась к коллективному правлению в рамках ограниченной монархии и ради этой цели хотела свергнуть сильного царя. И тогда Грозный решил пойти ва-банк, поставив на карту все, в том числе и свою жизнь.

Странный царский обоз несколько недель путешествовал по окрестным монастырям, пока наконец не остановился в Александровой слободе. Выбор наверняка был неслучаен. Слобода стояла на крутом берегу речки Серой, с трех сторон была окружена непроходимыми лесами и представляла собой естественную крепость. Оттуда царь направил митрополиту Афанасию послание, в котором сообщал, что «опалился», то есть разгневался на воевод, бояр и духовенство, которые не дают ему казнить и миловать по своему разумению. И потому отказывается от престола. В это же время в Москву полетели грамотки другого содержания: царь сообщал московскому люду, что обиделся только на бояр, творящих беззаконие, а к народу никаких претензий не имеет. Подметные письма читали на столичных площадях, улицах, рынках, и очень скоро у стен Кремля, где собралась встревоженная московская элита, начали появляться толпы озлобленных горожан, требующих возвращения царя. Обстановка накалялась, зрело восстание, решалась судьба российской власти — кто будет у руля: бояре во главе с новым претендентом на престол, дядей Ивана Грозного Владимиром Старицким, или законный Государь Иван Васильевич. И, опершись на народ, царь выиграл: бояре не решились идти против народной воли.

Когда 5 января 1565 года делегация московской знати прибыла в Александрову слободу — просить Ивана Васильевича вернуться, — их поразили перемены в царском облике. За несколько недель Грозный словно постарел на десятки лет. Он понимал, чем рискует. Если бы бояре не испугались народного гнева и сумели взять власть, ему грозило заточение и, скорее всего, смерть. Тем не менее, поставив на карту все, царь рискнул и выиграл.

В челобитной, которую передали Грозному, его просили сменить гнев на милость и править страной, как он пожелает. Бояре безропотно признали за царем право на верховную власть. Государева воля стала единственным в стране источником власти и закона, более того, царская власть теперь стояла над законом. И если раньше, при Иване III, слово «самодержавие» означало прежде всего суверенность, независимость от внешнего влияния, то теперь оно символизировало безраздельную власть русского царя внутри страны.

Это было уникально и не имело аналогов в мире: на Востоке верховная власть, даже самая деспотичная, была ограничена традициями, на Западе — законом и элитами, создающими эти законы. В России царь держал отчет только перед Всевышним, что символизировала церемония Венчания на царство и миропомазания. Так родилось русское самодержавие — власть, которая опиралась не на элиты, а на народ, и подчинялась единственному закону — Божьему.

Хорошо это или плохо? Русское самодержавие переживало взлеты и падения: то трансформировалось до неузнаваемости, как во времена Петра, невнятное завещание которого положило начало веку гвардейских дворцовых переворотов; то возвращалось к прежнему, как при Павле, который навел порядок в наследовании престола. Но факт остается фактом: именно благодаря самодержавию Россия к началу XX века стала самой большой страной мира и одной из самых влиятельных империй. Уникальность русского типа власти очень точно определил Иван Солоневич:

«Русское самодержавие есть совершенно индивидуальное явление, явление исключительно и типично русское: „диктатура совести“, как несколько афористически определил его философ Владимир Соловьев. Это — не диктатура аристократии, подаваемая под вывеской „просвещенного абсолютизма“, не диктатура капитала, сервируемая под соусом „демократии“, не диктатура бюрократии, реализуемая в форме социализма, — это „диктатура совести“, в данном случае — православной совести».

Монархисты

Русская литература очень точно, образно открывает ворота в русскую историю. Великие русские писатели пришли к Богу, поскольку поняли простую мысль — без монархии, без Бога, Россия жить не будет. Александр Сергеевич Пушкин, Федор Михайлович Достоевский, Николай Васильевич Гоголь, Иван Александрович Гончаров, произведения которых стали для нас культурным кодом — через их язык мы осознаем себя русскими.

А. С. Пушкин, пройдя через масонские увлечения юности, дружил с декабристами, с возрастом стал убежденным монархистом. Царь был его личным цензором. Он написал такие строки:

«Государство без полномощного монарха то же самое, что оркестр без капельмейстера: как ни хороши будь все музыканты, но, если нет среди них одного такого, который бы движением палочки всему подавал знак, — никуда не пойдет концерт. ‹…› Должен быть один человек, стоящий выше всего, выше даже закона».

Наставник Пушкина, Василий Жуковский, писал:

«Самодержец есть источник земного закона, но он сам не есть закон, а только выразитель закона Божия, который один — закон, один — верховная правда».

Вся русская литература — это притча о блудном сыне. Когда Россия вернется к Богу, монархия появится буквально на следующий день. Посмотрите на произведение Гончарова «Обломов»: это история гибели человеческой души, потерявшей Бога. «Обрыв» — это не только крутой спуск к Волге, но и состояние человеческой души, утратившей веру в Бога, грехопадение и искупление греха.

Павел Анатольевич Пожигайло,

государственный деятель

Монархия — наше прошлое или будущее?

Нас убеждают, что история движется линейно и вершиной общественного прогресса является демократия. При этом мы знаем, что демократия существовала еще в античности, а некоторые монархии пусть формально, но живут до сих пор. Либералы всех мастей пугают нас восстановлением самодержавия в России, а монархисты, наоборот, на это надеются. Возможно ли в нашей стране восстановление самодержавия в модернизированной форме, без всеобщей воцерковленности?

Интересный факт: в социальной сети «ВКонтакте» провели опрос: какую форму правления вы считаете для России наилучшей? За президентскую республику, наш нынешний строй, проголосовали 30,1 % опрошенных. За вариант «Только империя, действующая монархия» проголосовало почти столько же — 30,6 % опрошенных.

Трагические события ХХ века в России сделали все, чтобы мы забыли о монархии. Но она продолжает жить в нашем русском сознании, потому что мы выросли как русские люди — это наш подтекст, мы с ним живем. Вспомните, после 1917 года в России пытались создать республику, но вместо нее получилась диктатура. Большевики понимали, что сознание у народа монархическое, и пытались копировать именно монархическую модель.

Интересный факт: Сталина часто называли «отец народов». Такое наименование было заимствовано из римских имперских традиций, оттуда же и «друг детей». Это имперские традиции, ведь у императора нет никаких титулов, он над политикой.

Что получилось из этой копии монархии, вы все прекрасно знаете. Но возможен ли возврат к нашим традициям сегодня?

Лозунг «Православие. Самодержавие. Народность» всегда по-разному воспринимался народом и властью. (Триада «Православие. Самодержавие. Народность» стала воплощением лозунга «За Веру, Царя и Отечество» и была создана в противопоставление девизу французской революции «Свобода. Равенство. Братство».) Власть подходила к нему с византийской позиции, когда царь был одновременно и монархом, и главой церкви. Но русский народ и ранее не весь был православным, а в наше время доминирующей религией в обществе вообще является атеизм. Получается, что без единой религии, без единого нравственного стержня невозможен возврат к самодержавию.

Вопрос о монархе — это вопрос о Боге, потому что существуют два царя: антихрист и его антипод — Помазанник Божий.

Павел Анатольевич Пожигайло,

государственный деятель

Как бы мы ни оценивали русское самодержавие, это часть нашей истории, ее основополагающая часть. Стало ли оно прошлым? Мир так стремительно меняется, что на этот вопрос сейчас, пожалуй, не ответит никто. Стоит прислушаться к Патриарху Кириллу, который еще в 2005 году сказал:

«…Каждая форма правления должна соответствовать нравственному состоянию общества… Нам нужно менять свою жизнь, жизнь своих детей и внуков… Мы должны воспитывать наш народ и снова его нравственно поднимать. И если в какой-то момент наш народ скажет: „Мы готовы, чтобы у нас был Помазанник Божий“ — тогда перекрестимся и изберем такого Помазанника».

«За Веру, Царя и Отечество» — известный русский девиз времен Российской империи. Только когда он снова обретет свое второе дыхание в нашей России, тогда, может быть, и восстановится монархия.

Империи. Феномен в мировой истории и культуре

В истории человеческой цивилизации империи занимали особое, может быть, даже первое место в ее развитии. В этой главе мы попробуем разобраться в том, что такое империя, какие были империи существовали в истории человечества, как они развивались, достигали своего расцвета, как гибли и есть ли они сегодня в современном мире.

Империи — это всегда плохо или это всегда хорошо? По этому поводу существуют разные мнения.

Империи — это высший политический институт, который человечество изобрело в своей истории, это, как любой институт, лишь инструмент. Империя — это государственная миссия, это гораздо больше, чем территориальное государство, чем союз государств. Поэтому империи живут только тогда, когда живут идеи, их цементирующие.

Павел Владимирович Кузенков,

кандидат исторических наук, доцент исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова, специалист по Византийской империи

Некоторые историки считают, что империя — это объединение в рамках одного государства культурно-разнородных территорий. И что колониальные империи — это зло.

Империя, ориентированная на созидание, как, например, Российская империя или Советский союз, — это, безусловно, благо.

Михаил Геннадьевич Делягин, экономист, научный директор института проблем глобализации

В целом ученые дают нейтрально-положительную оценку термина империя. Как большого, состоящего из многих народов (часто разных конфессий, иногда многих государств), государственного образования, как единого государства. Кто-то считает, что империя — это всегда хорошо, потому что это светлое будущее всего человечества. Но история не раз доказывала: когда империя гибнет, это всегда оборачивается большой кровью.

Империя — это, в некоторой степени, высшая форма государственности, которая только может быть, и это один из типов великих сверхдержав, которые определяют историю человечества.

Виталий Товиевич Третьяков,

политолог, декан высшей школы телевидения МГУ

Империя — это мечта о единстве мира, а после великих религиозных откровений это еще и мечта о единстве мира в истине. Другое дело, что представления об истине сталкиваются. Проекты империи сами по себе могут быть в этом смысле истинными или ложными, как и тогда, когда они не совпадают с границами культурно-исторических типов, поэтому однозначного ответа нет. Это благо в своей идее, и очень часто искажение в реальности.

Как вы помните, нередко можно встретить такое определение термина империя — «тюрьма народов». Можно даже сказать, что это изолятор временного содержания, откуда государство выходит либо обогащенным новыми знаниями, новыми нравами, традициями, обычаями, экономикой, либо погибает, потому что не смогло адаптироваться к жизни вне рамок империи.

Как возникли и развивались идеи империи в мире? Что стало тому предпосылкой? Для того чтобы полнее рассмотреть этот вопрос, необходим экскурс в историю.

Гражданин Павел

Тысяченачальник повелел ввести его в крепость, приказав бичевать его, чтобы узнать, по какой причине так кричали против него. Но, когда растянули его ремнями, Павел сказал стоявшему сотнику: «Разве вам позволено бичевать римского гражданина, да и без суда?» Услышав это, сотник подошел и донес тысяченачальнику, говоря: «Смотри, что ты хочешь делать? Этот человек — римский гражданин». Тогда тысяченачальник, подойдя к нему сказал: «Скажи мне, ты римский гражданин?» Он сказал: «Да». Тысяченачальник отвечал: «Я за большие деньги приобрел это гражданство». Павел же сказал: «А я родился в нем». Тогда тотчас отступили от него хотевшие пытать его, а тысяченачальник, узнав, что он римский гражданин, испугался, что связал его.

Деяния святых апостолов, 22:29

Этот отрывок из Нового Завета прекрасно показывает, что значило быть гражданином Римской империи. Либо отец, либо дед апостола Павла оказал Риму некую услугу и превратился из простого подданного, обитавшего в далекой покоренной провинции, в полноправного гражданина великой империи. И поэтому апостол Павел, обвиняемый иудеями, потребовал суда самого императора, а местные власти обязаны были организовать его доставку в Рим. Такова была сила имперского закона и права.

Империя отличается от любого другого, пусть даже большого, государства главной особенностью — у нее есть высшая идея. И именно эта идея, а не только сила оружия объединяет многочисленные входящие в нее народы. Для империи, гражданином которой был апостол Павел, такой идеей был Pax Romana — Римский Мир.

Происхождение этого названия связано с тем, что жесткая имперская администрация и римское право «утихомирили» регионы и племена, которые ранее вели друг с другом войны. Внутри имперских границ поддерживались мир и правопорядок. Жесткая и даже нередко жестокая власть обеспечивала гражданам безопасность и устанавливала строгие, но всем понятные правила. Однако при этом имперская армия вела непрерывные пограничные войны, чтобы враждебные варвары не ворвались на территорию державы, где царят стабильность и мир. Такова была идея, которая воодушевляла легионы. Она же держала в повиновении множество разноплеменных провинций.

По мнению большинства историков, несмотря на периодические перевороты, происходившие в самом Риме, имперский порядок и мир внутри державы удавалось поддерживать около 200 лет.

Характерно, что эта же сверхидея была и у великих восточных империй. Так, объединенное государство Цинь образовалось в Китае, положив конец периоду Чьжаньго (букв. «сражающиеся царства»). Оно возникло в III веке до нашей эры. Император упразднил прежние удельные владения и ввел единую систему управления страной. Были установлены общие правила государственной службы и критерии оценки служебных заслуг чиновников. С тех пор единый Китай и ведет отсчет своей истории.

И даже беспощадный завоеватель Чингисхан создавал империю во имя утверждения единого порядка и мира на ее пространствах. Он хотел обеспечить в ней такую безопасность, чтобы можно было, как он выражался, носить золото на голове, не подвергаясь угрозе нападения грабителей.

Османские султаны тоже считали, что ведут войну во имя справедливости и порядка своих подданных.

«Удерживающий»

Когда Римская империя приняла христианство, то обрела новый, высший смысл. Богословы сформулировали его, обратившись к словам все того же апостола Павла. К словам загадочным, посвященным концу света и приходу антихриста.

Во «Втором послании к Фессалоникийцам» (2Фес 2:8) Павел пишет:

«Ибо тайна беззакония уже в действии, только не совершится до тех пор, пока не будет взят от среды удерживающий теперь. И тогда откроется беззаконник, которого Господь Иисус убьет Духом уст Своих и истребит явлением пришествия Своего».

Кто же такой этот загадочный «удерживающий» мир от прихода антихриста? Некоторые православные отцы считали, что речь здесь идет о благодати Святого Духа. Но Иоанн Златоуст полагал иначе. Святой писал:

«Когда прекратится существование римского государства, тогда он (антихрист) придет. И справедливо, — потому что до тех пор, пока будут бояться этого государства, никто скоро не подчинится (антихристу); но после того, как оно будет разрушено, водворится безначалие, и он будет стремиться похитить всю — и человеческую и божескую — власть».

Такова и была доктрина христианизированной Римской империи, центр которой был перенесен в Константинополь. Позднее ее стали называть Византийской. После ее падения эту же идею приняла Москва — Третий Рим.

Смысл православного царства в том, чтобы удерживать мир от сползания в ад.

И в этом принципиальная враждебность имперской и революционной идей. Христианский император знает, что рай на земле построить невозможно, потому что человек грешен. Здесь, на земле, он борется со злом. Прежде всего с тем, что живет в его собственном сердце. И православная империя создает пространство, где Церковь направляет людей в этой борьбе, где она сама является собранием воинов Христовых. А вот революционеры считают иначе и стремятся реализовать свою утопию построения земного рая. Ведь для них человек безгрешен. Какой грех может быть у существа, которое не является образом и подобием Божьим? У существа, которое есть просто продукт эволюции?

Главное — освободить его от угнетения, и оно непременно станет жить по законам добра и справедливости. Абсурдность идей революционеров-атеистов в свое время высмеивал русский христианский философ Владимир Соловьев. Он так описывал бессмысленность и лживость убеждений радикалов:

«Человек произошел от обезьяны, следовательно, мы должны любить друг друга».

Церковь всегда говорила, что все притязания на построение земного рая — это ересь и ложь. Отец лжи — дьявол, а значит, ничем, кроме ада на земле, никакая революция закончиться не может.

Потомки Августа

В 1547 году царь Иоанн Васильевич был провозглашен первым русским царем. Царь — это кесарь, цезарь, то есть император.

Уже в 1558 году константинопольский патриарх Иоасаф II сообщал Ивану Грозному, что «царское имя его поминается в Церкви Соборной по всем воскресным дням, как имена прежде бывших Греческих Царей; это повелено делать во всех епархиях, где только есть митрополиты и архиереи».

Показательно, что в 1576 году император Священной Римской империи Максимилиан II, желая привлечь Грозного к союзу против Турции, предлагал ему престол и титул «всходного (восточного) цесаря». Но Ивана это предложение оставило абсолютно равнодушным. Однако он потребовал немедленного признания себя царем «всея Руси». И император согласился.

А тем западным монархам, которые пытались оспорить имперский статус первого русского царя, он отвечал так: «Мы от Августа Кесаря родством ведемся». Легенда о том, что Рюрик вел свой род от некоего Пруса, «брата Августа-кесаря», была широко распространена в русских памятниках письменности XVI в.

Тем самым московские книжники утверждали не только духовную преемственность от Византии, но и кровную связь династии Рюриковичей с самим Октавианом Августом. Тем императором, который и создал Pax Romana — Римский мир. Таким образом, Русский мир становился его наследником во всех возможных смыслах. И русский царь, а затем и русский император обретал статус «удерживающего» — того, кто стоит на пути антихриста.

И во времена Александра I именно Россия стала державой, которая встала на пути распространения революции. После разгрома Наполеона, которого не только православные иерархи, но многие западные священники считали одним из предвестников антихриста, был созван Венский конгресс. По инициативе императора Александра на нем было подписано соглашение о создании Священного союза. В него вошли Австрия, Пруссия и Российская империя. Целью Союза стала борьба с гидрой революции, где бы и когда бы она ни подняла одну из бесчисленных своих голов. Позже к объединению присоединились все европейские короны. Кроме одной — Англии.

Характерно, что Британская империя сама родилась из революции — английской буржуазной, во время которой законному монарху, королю Карлу I Стюарту, отрубили голову. А потом вместо его прямых потомков пригласили на трон правителя Нидерландов Вильгельма Оранского, который не имел ни желания, ни возможностей противиться воле финансовых олигархов.

Идеология новой Британской монархии не имела ничего общего с российским самодержавием.

Великий русский мыслитель Константин Леонтьев писал:

«Конечно, при виде нашей гвардии, марширующей по Марсову полю в Санкт-Петербурге, не подумаешь сейчас же о византийских легионах. При взгляде на наших флигель-адъютантов и камергеров не найдешь в них много сходства с крещеными преторианцами… Однако это войско, эти придворные…покоряются и служат одной идее царизма, укрепившейся у нас со времен Иоаннов, под византийским влиянием».

Так утверждалась преемственность миссии, заповеданной святым Иоанном Златоустом, — удерживать мир от сползания в ад. Поэтому революционные бесы всех стран и видели в Российской империи главного своего врага. А вот Лондон они рассматривали как свое главное прибежище.

Как вы помните, в 1917 году православная империя пала, но в трагический день отречения от престола государя Николая Александровича в подвале Вознесенской церкви монаршего села Коломенское была обретена чудотворная икона Божией Матери «Державная». На ней изображена Богородица, восседающая на престоле, на коленях у нее младенец Христос, в руках Божией Матери — царский скипетр и держава, а на голове ее — императорская корона, а значит, незримая империя святых все еще хранит нас и весь мир от воцарения сына погибели — антихриста.

Таким образом, существование самого понятия такого государственного образования, как империя, началось с Октавиана Августа, или с Цезаря, с Римской империи. Слово «империя» — это чисто римское слово, его в других языках просто нет, и самое удивительное, что сами римляне свое государство так не именовали. Они называли его «Республика Romanorum», и империя — это лишь инструмент, которым эта республика, то есть общее дело, управлялась.

Греки же называли империю «Василие царство». Слово «царство» — тоже очень удачное выражение идеи имперскости, потому что мы уже слегка подзабыли, что Петр I никакую империю не основывал, он просто переименовал Русское царство в империю Всероссийскую. Сама идея царства сакральна и восходит своими корнями в глубокую древность. Первым царем считается Саргон из Аккадской династии, правивший Шумером и Аккадом приблизительно в 2316–2261 годах до н. э.

И в Библии эта идея сменяющих друг друга сверхдержав, заканчивающихся Римской империей, которая, как катехон (исторический субъект, как правило понимаемый в виде того или иного государства, имеющего миссию препятствовать окончательному торжеству зла в истории и приходу антихриста), будет удерживать мир до наступления финального царства, финальной империи, которая называется Царство Божие, где, собственно, воцарится сам Христос. Нельзя забывать, что Христос — это и есть царь по-гречески, или машиах (помазанник Божий, Спаситель человечества) еврейский.

Христианство — это царская религия, но это будет царство не от мира сего, это империя высших смыслов, а задача земных империй — просто подготовить ее пришествие. Так что эта идея очень древняя, восточная. Александр Македонский, римские кесари, цезари — они наполняли ее какими-то своими новыми смыслами, а Византия все это соединила в удивительный сплав самых разных концептов и идей. И высшая идея всей этой государственной конструкции — это, конечно, идея служения Богу.

Вся сегодняшняя современная структура общества, наука, в какой-то степени культура, общественное, юридическое право — все это было сформировано в Римской, Византийской и прочих империях. Классика литературы, да и любого искусства, — это все идет корнями сначала в Грецию, потом в Рим.

Российская империя — самостоятельная, православная часть христианской цивилизации, корнями уходящая в греческую и римскую античность.

Империя — битва смыслов

Но раз мы уходим корнями в древность и мы, собственно говоря, оттуда вышли, откуда возникло такое неприятие понятия «империи» у части нашего народа? Особенно в советское время термин «империя» исказился, и появились такие устойчивые выражения, как «империалистическая война», «империя — тюрьма народов». Почему так произошло?

Использование термина в разных политических суждениях, влияющих на общество, спекулятивно, потому что, когда, к примеру, употребляют слово «императив», то имеют в виду «нечто должное», в этом же нет ничего плохого. Большевики называли Российскую империю, и не только ее, неким образованием, которое эксплуатировало население как в метрополии имперского ядра, так и в колониях. «Имперский дух» в позитивном и, по крайней мере, в нейтральном смысле этого слова все равно пробивается в каких-то точках земного шара, в частности в России.

Неслучайно, большевики воссоздали Российскую империю в рамках СССР, а в ее границах фактически даже прирастили после Второй мировой войны. Это была империя в смысле миссии, высшей идеи. И эта советская империя так же, как и Российская, и даже в еще большей степени заботилась о благе не только коренного народа, но всех народов, которые вошли в ее состав. И эти независимые государства, которые затем возникли на обломках СССР, — абсолютное большинство из них не имеет собственной государственной истории за пределами Российской империи или Советского Союза. Фактически Российская империя и Советский Союз родили эти независимые государства, и некоторые из них, как свойственно бывает детям, ведут себя без почтения к родителям.

Эти образования, которые не имели своей государственности в рамках Российской империи и Советского Союза, сейчас являются государствами. Конечно, они могут нам возразить, что вы, русские, нас угнетали все эти годы, поэтому мы своей истории не имеем, в отличие от вас.

Но на самом деле нет смысла рассматривать время возникновения государств, потому что более или менее непрерывную линию от легендарного желтого императора до сих пор проводит только Китай. Все остальные давным-давно существуют на обломках какой-то государственности.

Любое современное государство по своей организации является потенциальной империей.

Другое дело, какой выбор оно делает потом, но в принципе оно способно стать потенциальной империей и по-другому существовать не может. Китайцы очень правильно и точно, задолго до нашей эры, задолго до появления империи Цинь Шихуанди, сформулировали этот главный имперский принцип: варвар, который мыслит и действует как ханец, — ханец; ханец, который мыслит и действует как варвар, — варвар. (Ханец — представитель крупнейшей народности в Китае.) Перефразируя, можно сказать так: если ты принимаешь имперские правила игры — ты имперец. Если ты их не принимаешь — варвар.

Для нас, живущих в современной России, важно понять, кто мы — варвары или имперцы.

Например, Александр Михайлов, член Совета по внешней и международной политике, генерал-майор ФСБ РФ в отставке, считает, что «империя — это изолятор временного содержания, потому что любая империя, какая бы мощная она ни была, в конечном итоге приходит к краху, разваливается на большое количество государств».

Нужно заметить, что первичным в формировании империи было ограждение своих народов от прихода антихриста, то есть религиозно-мистический характер объединял некоторые определенные территории под единую задачу — не допустить прихода антихриста. Поэтому, когда мы сегодня говорим об империях XIX века, то прекрасно понимаем, что формирование империи заключалось в том, чтобы максимально дальше отодвинуть от своих границ или от своих каких-то ценностей те угрозы, которые несут другие государства.

Те, кто служил в Советском Союзе, был внутри системы и знает хорошо все подводные тайные камни прошлых лет, этот термин не употребляли. Люди говорили о Советском Союзе как таковом, но тем не менее прекрасно понимали, что эта общность, которую они защищали, является тем, что, собственно, создали наши отцы и деды. То есть предыдущие поколения создали эту огромную общность людей, очень разную по религиозным, национальным, нравственным и иным категориям.

Каким образом можно объединить туркмена и эстонца, какие общие у них должны быть ценности, как их удержать вместе? Узбекистан и Украина, Беларусь и Азербайджан и прочие республики — это очень сложная конструкция, которая была создана много лет назад. Конечно, в рамках СССР удавалось находить баланс приблизительно до 1986 года, потому что после этого периода начался век феодальной раздробленности. Появилась возможность формирования «кланов удельных князьков» на отдельных территориях, например в Узбекистане, Казахстане, Киргизии, Грузии. То есть появились люди, которые стали заявлять свои претензии и входили в противоречие, условно говоря, с Москвой. Внезапно Москва стала не нужна, и империя рухнула, потому что возникли экономические причины, но самое главное в том, что было много личных причин. Весь этот популизм политических вождей, которые были членами партии, руководителями центральных комитетов республик, привел к катастрофе. Они практически развалили за счет своих амбиций «Красную империю» — Советский Союз.

А можно ли в наши дни называть империей Соединенные Штаты Америки (США) или Европейский союз (ЕС)? Ведь с экономической точки зрения, это тоже империи, как Римская или как Византийская, когда с окраин собираются в центр все ресурсы. Например, Рим строил дома с золотыми крышами, а Штаты сейчас аккумулируют материальные блага лишь для себя самих.

Советский Союз был уникальной империей, и отдавало это государство больше, чем собирало.

С экономической точки зрения любой едино управляемый рынок тоже можно назвать империей. Да, США — это безусловная империя, и обратите внимание, что в западной литературе это единственная империя, о которой говорится в позитивном смысле слова, а обо всех остальных — отрицательно. ЕС не имеет в достаточной степени централизации, чтобы его можно было считать империей. Он очень разнороден и, имея формальный центр — Брюссель, недостаточно сильно централизован. ЕС и не стремится к централизации: у него нет даже единой конституции. Так что ЕС — это «протоимперия» в стадии распада.

Империя обеспечивает своим гражданам, как любое государство, две базовые потребности: благополучие и свободу. Как только у нее перестает получаться удовлетворять эти потребности, она начинает погибать. Если ей это удается, то все снова стабильно.

Рустам Эврикович Рахматуллин,

культуролог, писатель, страновед

Империи оставляют разные следы, в том числе и материальные, например застывшие в архитектуре. В Риме это арка Траяна, Форум. Все это носит следы могущества, которое осталось от разрушения Рима варварами. Константинополь, нынешний Стамбул, тоже хранит следы имперского величия: великие стены, которые окружали этот город, Айя-София — знаменитый храм, построенный святым Юстинианом. В то же время есть следы периода Османской империи и влияния турецкой османской культуры в других регионах: на Балканах, Ближнем Востоке.

В Российской империи столицы Москва, Санкт-Петербург — это живой архитектурный пример имперского могущества, который мы все видим, когда ходим по улицам этих величественных городов.

Вспомните Лондон, замки Британии, знаменитые памятники, здания. Берлин и Вена — тоже яркие примеры былого величия империи. Понимают ли люди, которые живут сейчас в «огрызках» империи, в каких странах жили их предки? Откуда они сами произошли? Осознают свое имперское прошлое или нет? Или просто становятся такими вот глобальными средними людьми, думающими о суетном, мелком, погруженными в гаджеты и потребительство?

Безусловно, для большинства все это наследие — следы прошлого. Конечно, путешествующий по Константинополю ищет следы империи. Он, например, может посвятить всю неделю или десять дней только греко-римским памятниками, заходя в мечети лишь потому, что они оказываются на его пути. Но это ошибочный взгляд. На самом деле Римская империя никуда не делась и ее влияние по-прежнему велико.

Есть один интересный культурологический термин — «трансляция империи». Яркий пример — «Москва — Третий Рим». Империя в этом смысле переходит, но не уходит, не исчезает. Здесь нужно вернуться назад, к размышлению о природе власти, потому что происхождение власти и происхождение имперской власти — это разные темы. Например, в Африке существует огромное количество государственных образований, но нет до сих пор никакой Африканской империи, в Латинской Америке можно видеть то же самое, но весьма сомнительно, что Соединенные Штаты Америки являются центром для этих территорий. Да, они хотели бы, но Латинская Америка должна получить отдельный имперский центр, и, скорее всего, она об этом мечтает. Да, империя — это то, что возглавляется императором, но император — это царь царей, король королей, и, следовательно, империя — это не всякое государственное образование, а прежде всего надгосударственное образование.

Империя — это наднациональный, но очень часто и надгосударственный военно-политический контур.

Рустам Эврикович Рахматуллин,

культуролог, писатель, страновед

Совершенно не обязательно собирать все народы и царства, даже бывшие, в один государственный контур. Современный пример коллективного Запада показывает, что возможно более мягкое объединение при сохранении государственных контуров и одновременно при создании единых военных и политических надгосударственных структур. Это, конечно, имперская структура, и в данном случае структура, наследующая западному Риму.

Имперский язык

Для выяснения значения термина «империя» и его современного состояния важно понимать, существуют ли на данный момент имперские языки. В частности, английский язык — имперский или просто язык международного общения? Что для современной молодежи английский — язык общения или язык империи? Дает ли он перспективу работы в Штатах и можно ли его считать основополагающей ступенькой в карьере?

Когда люди начинают учить язык, то, конечно, представляют английский как язык общения, как возможность в дальнейшем расширять свой кругозор и возможности в карьере, но со временем многие начинают понимать, что знание языка — это огромная власть. Для людей будущего, которые хотят посвятить себя политике, знание языка — это в некоторым смысле и власть, и возможность иметь прямой контакт с людьми.

Язык — это, безусловно, инструмент управления, механизм управления, причем очень рафинированный. Украинские националисты, те самые бандеровцы, как их ни называй, абсолютно правильно борются против русского языка, потому что он представляет русское сознание, русскую историю, русскую культуру. Это логика патриотизма.

Виталий Товиевич Третьяков,

политолог, декан высшей школы телевидения МГУ

Когда Великобритания после Второй мировой войны перестала быть великой глобальной державой и передала свою англо-саксонскую империалистическую миссию США, а точнее говоря, США ее взяли, то что они получили в первую очередь от Великобритании? Англосаксонский эгоцентризм, расизм. Они получили систему политических навыков и, конечно, английский язык, который к тому времени был языком не только межнационального общения, одним из главных в мире, но он был языком уже государственным во многих странах, бывших британских колониях. Английский язык, безусловно, колонизирует всех остальных, кто начинает на нем говорить.

Язык — это идентичность

Многие заимствованные русским языком английские слова и короче, и звонче. Самое главное, что сегодня язык финансов и язык технологий, то есть язык настоящего и будущего, язык власти и перспектив — это английский. Можно называть его имперским, но если вы хотите заниматься чем-то передовым, то вам придется говорить на нем.

Но следует ли при этом вольно или невольно признавать, что мы все являемся в каком-то смысле колонией англосаксонской метрополии? Почему мы «финансовый долларовый придаток Запада» и «сидим на долларовой игле»? Потому что доллар — это то же, что и язык в этой финансовой сфере, для нас он сдерживающий фактор. Сырье — это ключевой элемент в политической ситуации. Когда Россия стала поставщиком сырья не только для Запада, но еще и для Китая, то с большим интересом обнаружила, что, начиная с определенного уровня китайцам значительно проще говорить по-английски и что они точно знают именно английский, а не русский, и знают его хорошо. Так что язык — это прежде всего вопрос сферы деятельности, и когда человечество сменит сферу деятельности, то, может быть, начнет лидировать другой язык. Например, на заре развития машиностроения и инженерии главным был немецкий, как сейчас английский.

Вернемся в глубокую историю, во времена языческой Римской империи и времена христианской Византии, где латинский и греческий играли такую же роль, как в современном мире английский язык. Есть совершенно четкая взаимосвязь: сначала возникает империя, в этой империи — культура, а культура, в свою очередь, зарождается на основе языка. Первым таким языком был арамейский, потом греческий, затем латынь, которая держалась очень долго. Многие страны Европы говорили на латыни до XIX века. А вот французский, английский, итальянский, испанский — это поздние латинские языки, наречия латыни. Английский язык просто «напичкан» латинскими словами. В XVII веке, к примеру, это был просто латинский язык с английскими предлогами и союзами.

Язык формирует уже не имперскую страну, он формирует цивилизацию и пространство смыслов. Империя без этого пространства смыслов не живет, она погибает.

Павел Владимирович Кузенков,

кандидат исторических наук, доцент исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова, специалист по Византийской империи

Сейчас мы, русские, находимся в очень опасной стадии: мы начинаем терять свои смыслы, переходя на английский. Здесь есть важный момент: русский язык всегда охотно черпал слова из всех языков мира, это наша, можно сказать, фишка, ноу-хау. Наш язык напичкан словами из китайского, немецкого, французского, греческого, то есть все языки мы берем и пользуемся ими без всяких комплексов, как, например, у греков, у французов. У них «аллергия» на чужие слова, комплекс древних народов. Например, возьмем слово «танк», которое можно встретить во многих языках. У греков же это «арма махис» — военная колесница. У нас этих комплексов нет, поэтому мы добились фантастических успехов в технике — мы сразу берем слово и пользуемся, но всегда сохраняем наш русский язык как язык смыслов, вот это важно. Когда мы потеряем русский как язык смыслов, а не как язык технологий, то тогда станем каким угодно придатком — не только финансовым, но и сырьевым. Тогда мы перестанем быть. Возможно, станем колонией.

В российской истории уже были прецеденты: достаточно вспомнить об использовании знатью польского языка в эпоху позднего Московского царства, о доминировании французского языка, как главного иностранного у дворянского сословия. Это не означало подчиненность, но, как ни странно, было предвестием вражеского нашествия. Преобладание немецкого языка вторым номером после французского к началу ХХ века оказалось предвестием двух войн. Так что преимущественное знание английского сейчас может быть сигналом большой опасности. Это реальный риск, потому что все языки, упомянутые выше, — это мировые языки, а следовательно, языки мировых империй.

И если говорить об империи и языке, то нужно также упомянуть письменность. Например, переход восточно-европейских, восточно-христианских стран, в том числе насильственный перевод некоторых народов на латиницу, — вот это гораздо более серьезная тема, чем знание вторых и третьих языков. Черногория сейчас уже сильно отличается от Сербии, как страна с латинским письмом от страны с кириллическим. Румыния, созданная в XIX веке, была немецкими королями переведена на латиницу, но знаете ли вы, что до этого Стефан Великий и Иван Третий общались без переводчика? Знаете ли вы, что все письменные памятники Древней Валахии и Молдовии, иконы и надписи в храмах — все кириллические?

И этот процесс продолжается: возможно, Грузии и Армении, обладающим своей уникальной письменностью, в скором времени тоже предложат перейти на латиницу. Не только кириллица, но и кириллическая традиция характеризует тот самый культурно-цивилизационный тип империи, на который стоит равняться. Дело не в едином письме, а дело в том, что каждый язык этого пространства признается священным. Не только латынь священна, каждый имперский язык освящается и получает власть. Поэтому держаться за кириллицу нужно, а учить языки невредно, особенно если это язык потенциального противника.

В чем для нас опасность перехода на латиницу? Меняется идентичность. Вот, к примеру, самая проблемная страна Восточной Европы — Румыния. В ней раньше всего начался процесс вестернизации, заимствования западноевропейской культуры.

Кто такой Дракула и почему так популярен его культ? Это уловка, чтобы соединить стороны Карпат, венгерско-германскую Трансильванию с православной Румынией и Валахией каким-то одним сильным образом. Образом упыря, который навязывается откровенно политически. Министерство культуры Румынии рассылает стенды с Дракулой в православные монастыри, где он никогда не бывал. Так что культурная политика в этом смысле — это имперская политика. И мы должны бороться за свою идентичность.

Рустам Эврикович Рахматуллин,

культуролог, писатель, страновед

Свобода и насилие

Советский союз многими воспринимается как «Красная империя», унаследовавшая характер имперской власти. Как мощное централизованное управление, которое в конце только сменилось парадом суверенитетов. Но и в Российской империи, и в Советском Союзе были все-таки противоречия, связанные с пониманием свободы.

Советский Союз возник в рамках Российской империи, которая в известной степени держалась не только на экономических, но и на определенных нравственных позициях. В русской армии существовала награда, знак военного отличия — Георгиевский крест, который печатался в двух вариантах: для мусульман и для православных. Для православных изображался Георгий Победоносец, а для мусульман — герб Российской империи. При этом, когда мусульмане получали Георгиевский крест, многие говорили: «Эй, ты мне с птичкой не давай, ты мне давай с джигитом!» Потому что это была цементирующая идея. Основополагающая. Которая связывала народы в рамках империи.

Как уже говорилось выше, есть мнение, что любая империя стоит на чьей-то крови. Но важно помнить, что любое государство — это насилие. Империя многим представляется изобильной державой, в которой происходит расцвет культуры и искусства, но в то же время империя стоит на крови, то есть, получается, империя — это узаконенное насилие. Людям не хочется связывать культуру и насилие.

Насилие может быть в определенные моменты в государстве, которое вообще не является имперским ни по сути, ни по истории, ни по каким другим критериям. Все государства создаются насилием, и не бывает так, чтобы люди сошлись все вместе и сказали: «А давайте будем государством!» Конечно, в этом вопросе важно не подменять понятия, считая, что во главе империи всегда стоит кровавый диктатор. Даже Римская империя, как уже было сказано, не называла себя империей, а считалась республикой.

Публика — это народ, общество, а не отдельные тираны. Безусловно, США — глобальная империя, во всяком случае, она претендует на власть над всем миром, а мы сопротивляемся этому с большим или меньшим успехом. А ведь США — тоже республика. Президент США может назначить, дав указание своим спецслужбам, президента той или иной страны за пределами США и уж точно свергнуть, но он не может снять с поста губернатора штата внутри собственной страны.

Виталий Товиевич Третьяков,

политолог, декан высшей школы телевидения МГУ

Наша страна называется Российской Федерацией по формуле. Это президентская республика, но она остается имперским образованием — одна из немногих в мире.

Насилие и империя — это не синонимы

При этом мнения молодежи на этот счет расходятся. Например, некоторые считают, что жестокость в империи просто необходима. Что империя сама по себе — это объединение множества культур, множества народов, взглядов и для того чтобы все это держать в единстве, нужен стальной кулак, чтобы не было хаоса. Но при этом такие молодые люди не хотят активных действий, забывая, что политика не только в белых перчатках совершается, политика — это еще и война. Война с Турцией или с Ираном, например. Представьте, что вы получили военную профессию и вас посылают на войну, вы должны отдать свою жизнь за Грузию, Азербайджан, Армению, которые имеют отношение к России, потому что являются частью империи. Пожертвуете ли вы своей жизнью ради них? В эпоху СССР люди разных национальностей служили вместе, не было никакой разницы — азербайджанец рядом в окопе или узбек, потому что все ели из одного котла. Для военнослужащих СССР не существовало принципиальной адресности защиты.

Существует утверждение: «Солдат защищает территорию, а воин — справедливость». Поэтому надо задавать себе вопрос «Отдадите ли вы жизнь за справедливость?», а не «Можете ли вы отдать жизнь за якута или татарина?».

Вспомните: оказавшись на Кавказе, Александр Сергеевич Пушкин был готов рискнуть собой, чтобы освободить жителей горного селения от османов и даже присоединился к эскадрону Уланского полка. Потом в «Путешествии в Арзрум» поэт нарисовал себя на коне с пикой. Это очень символично: Пушкин с пикой на коне защищает интересы Российской империи.

А разве военные действия, которые Россия вела в Болгарии, были завоевательными?

Вспомните о том, как высока планка целей империи. Империя Восточной Европы, Российская империя, преемственная от Византийской, является освободительной, когда она движется на освобождение стран восточного христианства.

В империи нужно различать не просто созидательное, а освободительное начало.

Когда империя соответствует культурно-историческому, культурно-цивилизационному, религиозному типу, насилия в ней меньше всего.

Рустам Эврикович Рахматуллин,

культуролог, писатель, страновед

В этом, например, принципиальная разница между Российской империей и Советской в самом ее начале: наследование формы, но не содержания.

Задача империи — создать военно-политические контуры в пределах культурно-цивилизационных типов и так расположить военные границы, чтобы достичь мира.

Имперская символика

Существуют и другие следы империи, ставшие ее символами. Например, российский герб.

Один орел смотрит на восток, другой — на запад. Это символ того, что Российская империя распространяется в разных направлениях. Этот герб самый что ни на есть русский. На самом деле никто не знает тайну его происхождения, и тут возможно очень много трактовок, но важно то, что в нем есть какая-то мистическая гармония. Это герб Палеологов (византийской династии), который пришел к нам вместе с Софьей, супругой Иона Третьего, московского Великого князя. Он символизирует единство Востока и Запада. Россия, как Византия, — на двух континентах, в двух культурах. Мы не Западная Европа и не Восток.

Павел Владимирович Кузенков,

кандидат исторических наук, доцент исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова, специалист по Византийской империи

В то же время герб символизирует единство двух начал, идею симфонии, царства и священства — это очень важная идея. Впервые в истории человечества государство поставило себя на службу мистической религиозной цели, ведь такого никогда не было. Либо была государственная религия, как в Риме, либо религиозная государственность, как в Египте, например, когда боги правили через фараонов.

Со времен Константина Великого, первого христианского императора, государство утверждает: «Мы оставляем принуждение только для преступников, а все остальные будут воспитываться через убеждение».

Это важнейшая веха в истории человечества, потому что если раньше был только закон, то теперь — закон и благодать. Что такое благодать? Это подарок: берешь — хорошо, не берешь — твое право. Это единство двух начал: начало закона и начало веры, совести. Это главная идея христианского царства. В конце концов государство должно уйти, и придет эпоха благодати.

Но почему символом стал орел? И снова обратимся к истории Римской империи.

В Римской империи главным символом был лабарум, то есть монограмма Иисуса Христа на военных штандартах. Орел — это символ Рима еще с дохристианских времен. Это птица Юпитера, бога, управляющего небом, поэтому Юпитер изображается с молниями в руке. Кстати говоря, на американском гербе тоже изображен орел: в одной лапе он держит стрелы, а в другой — оливковую ветвь, то есть он решает, с кем воевать, а с кем нет. А у нашего орла в лапах христианские символы — скипетр и держава. Держава в русской христианской традиции символизирует Царство Небесное, а скипетр — знак верховной власти, царский посох. Скипетродержатель — синоним к слову царь. Эти имперские символы интернациональны, они пришли к нам из Византии. Вместе скипетр и держава означают государственную власть и единое государство.

Имперская символика — это символика высокой идеи

На гербе над головами орла также изображены короны — это символ власти, олицетворяющий суверенитет как всей Российской Федерации, так и ее частей, субъектов Федерации.

На груди орла, в красном щите — серебряный всадник в синем плаще на серебряном коне, поражающий серебряным копьем черного опрокинутого навзничь и попранного конем дракона. Это аллегория поражения зла, поэтому символ империи — сила, поражающая зло. Что тоже очень важно, ведь коммунисты говорили: «Уберем государство, а люди будут сами управлять собой, и наступит святая анархия». Это одна из главных идей коммунизма — отмирание государства, самоуправление. Да, это было наследие христианской идеи, но ничем хорошим это не кончилось.

Здесь еще нужно вспомнить историю другого герба, советского. Кстати говоря, тот герб был более объединяющим, потому что на нем изображался земной шар в лучах солнца и в окружении колосьев с лентами, а также символы труда — серп и молот. Колосья означали процветание государства, а солнце — свет коммунистических идей, так называемое светлое будущее. Венчала герб переосмысленная коммунистами Вифлеемская звезда, ставшая символом единства мирового пролетариата всех пяти континентов Земли.

Кстати, те же утопические идеи глобального единства несет в себе и современная символика Евросоюза, разработанная еще в 1955 году, — 12 золотых звезд, расположенных по кругу на голубом фоне.

В 80-е годы члены Комитета государственной безопасности обратили внимание, что проявляется повышенный интерес к символам государственной власти СССР среди молодежи, но эти символы государственной власти нельзя было купить ни в одном магазине. И тогда поднимался вопрос, что необходимо их максимально распространять в самых разных формах, в том числе продавать гербы даже в газетных киосках. Даже по голливудским фильмам видно, что американцы повсюду распространяют свою символику. А у нас нельзя было приобрести флаг СССР или флаг Российской Федерации. Продажа была запрещена якобы из-за ненадлежащего использования государственных символов. И только в 1985 году, с приходом перестройки, появились в продаже и флаг, и герб, ставшие в определенный момент символом нового времени.

Необходимо также вспомнить, что на гербе США изображены не только орел с тринадцатью стрелами и оливковой ветвью, но еще и пирамида с глазом и доллар. Пирамида — это исторический масонский символ, но доллар тоже не так прост. В США, в одном из музеев, есть такая экспозиция: двенадцать главных, узнаваемых символов Америки. Среди них можно увидеть револьвер Smith & Wesson и Микки-Мауса. Отдельно представлен доллар, потому что это выражение идеологии капитализма. Доллар — это тоже своего рода оружие, при этом гораздо более эффективное, чем револьвер.

Сакральные символы Российской империи — двуглавый орел, Святой Георгий, поражающий зло — это духовная часть символики, мистическая. Это символы императорской власти, вообще империи, которая стремится к высшей цели. А все эти звезды, колосья, серпы и молоты, доллары и оружие — это все приземленное, материальное и никакого отношения не имеет к верхним сферам, к небесным.

Империя может менять все: идеологию, символы, даже народы. Эта форма бытия определенной цивилизации.

Наследники

Следы империи проявляются в наследии. Но ощущаем ли мы, русские, себя наследниками империи?

Да, мы наследники империи, которая была оформлена Вещим Олегом в момент завоевания Днепровского торгового пути (знаменитого пути «из варяг в греки»). Но необходимо, чтобы империя была не только наследством. Пусть Византийская империя будет прошлым Российской империи, но Российская должна стать актуальностью.

Ростислав Владимирович Ищенко,

политолог, дипломат

Символы — это не только геральдика, это еще и действия. Например, стоит вспомнить потрясающую церемонию «шествие на осляти», которая проводилась каждое Вербное воскресенье и символизировала вход Господень в Иерусалим. Сейчас «шествие на осляти» уже невозможно, к сожалению. Еще мудрый В. И. Суриков в своей картине «Утро стрелецкой казни» посадил Петра I на белого коня, показав, что царь собой подменил патриаршество, взобрался на ослять. Эти символические действия чрезвычайно важны для сакральной империи.

Главное — не просто наследовать империи, а понимать, что смысл империи в конечном итоге сакральный.

Империя как колониальное образование не имеет такого значения. Империя, не понимающая своих мотивов, просто не выживет. Мы должны провидеть настоящий замысел России. И это замысел имперского единства восточно-христианских стран.

Важно говорить даже не о наследии. Мы все строители империи. Так уж история распорядилась, что нам предстоит ее достроить, — другого выхода нет.

Природа произвела Россию только одну. Она соперниц не имеет. Мы русские, мы все одолеем.

Александр Васильевич Суворов,

полководец

Тайные пружины переворота: как влияли скрытые силы на ход российской истории

История — наука захватывающая, интересная. И что касается истории нашей страны, то участие в ней тайных сил можно проследить через века. Обратимся к интересному документу, так называемому «Меморандуму Парвуса»:

«Российская демократия может достигнуть своей цели только через окончательное свержение царизма и расчленение России на мелкие государства. Интересы германского правительства и интересы русских революционеров, таким образом, идентичны».

С помощью подобной аргументации революционер, делец и авантюрист Александр Парвус пытался убедить германский Генштаб выделить деньги на революцию в России и, согласно множеству исследований, убедил.

Гаврило Принцип — «черная рука» начала Первой мировой, убийца австро-венгерского престолонаследника Франца Фердинанда, Бильдербергский клуб — это не конспирологические теории. Недавно вышла в свет книга историка Фрица Фишера «Рывок к мировому господству. Политика военных целей кайзеровской Германии в 1914–1918 гг.», в которой он исследует крушение своей страны, Германской империи. Отдельные главы как раз посвящены плану Парвуса по революционизированию России. Этот план был принят на самом высоком уровне, под него давались деньги, шло финансирование — это невозможно отрицать.

Елена Николаевна Чавчавадзе,

журналист, общественный деятель

И в наши дни тайные силы пытаются фрагментировать государства, создавать хаос, активно воздействовать на политику России. Достаточно посмотреть на события, которые происходили в последние десятилетия — в Грузии, Киргизии, на Украине, в Беларуси, Нагорном Карабахе, а также в Ливии, Сирии, Ираке.

И снова у наших границ — Беларусь, Нагорный Карабах…

Мне пришлось наблюдать эти события изнутри в нескольких случаях — в Киргизии, Грузии, Украине. Я видел, как разворачивался хаос. По мере сил мы, русские, противостояли там, где могли, но не всегда успешно.

Что касается России, я думаю, что здесь очень многое покрыто тайнами, но чисто теоретически Россия — слишком лакомый кусок для того, чтобы в случае любой ее дестабилизации в этом как-то не участвовали внешние силы. Это было и до революции, и в 1917 году, и будет еще раз по одной простой причине.

Россия — слишком интересный приз и для разрушения, и с целью ее порабощения. Любая дестабилизация внутри нее по какому угодно поводу, под любыми лозунгами, несомненно, найдет поддержку на внешнем контуре. Как это будет происходить, по каким схемам, кто конкретно в этом будет участвовать — это, скорее, уже детали. Это вопрос выбора действующих лиц истории: один предает, другой сотрудничает по незнанию, третий не понимает, как им манипулируют. Но то, что внешние силы всегда участвовали, продолжают и будут участвовать в любой дестабилизации России, — это совершенно точно, я в этом уверен.

Сергей Александрович Михеев,

политолог

Обратимся к фактам истории и посмотрим внимательно на игры тайной власти в эпоху потрясений и переворотов начала ХХ столетия.

Тайная власть. Филипп Эгалитэ

В конце января 1919 года в Петрограде вместе с еще тремя царственными родственниками был расстрелян Великий князь Николай Михайлович. Таков был ответ большевиков на убийство в Германии видных коммунистов Розы Люксембург и Карла Либкнехта. Казалась бы, причем здесь несчастные представители Дома Романовых? С точки зрения нормальной человеческой логики абсолютно ни при чем. А с точки зрения революционной надо было как-то отомстить мировой реакции. Подобная казнь была вполне подходящим ответом.

Между тем сам Николай Михайлович реакционером не был. Наоборот, он приветствовал Февральскую революцию. И будучи внуком императора Николая I и двоюродным дядей Николая II, вел задолго до революции подрывную работу против самодержавия, представителем которого он являлся. Например, публиковал исторические исследования, представлявшие собственных его предков в весьма неприглядном свете. Состоял в дружеской переписке со Львом Николаевичем Толстым, которому признавался: «Все язвы режима мне очевидны и исцеление оных я вижу только в коренном переломе всего существующего».

Но подлинно важное содействие делу революции он оказал после Февраля. Отречения от престола Николая II и Великого князя Михаила Александровича Временному правительству было мало. Оно захотело обезопасить себя и от притязаний на престол других Романовых. От возможных претендентов тоже требовали письменного подтверждения отказа от подобных амбиций. Занимался этим вопросом министр юстиции Александр Керенский. А активное содействие ему оказывал как раз Николай Михайлович. В письме Керенскому от 9 марта 1917 года он сообщал о своих успехах:

«За сегодняшний день я получил согласие на отказ от престола и на отдачу удельных земель от великих князей Кирилла Владимировича и Дмитрия Павловича».

Но почему же тогда сложилась столь странная ситуация — Великому князю, пусть и бывшему, пришлось отчитываться перед совсем неродовитым министром? Вот здесь как раз и кроется секрет: Николай Михайлович был масоном, а Керенский — генеральным секретарем Верховного совета масонской ложи «Великий восток народов России».

И кстати, еще до революции Николай Михайлович приобрел знаковое прозвище — Филипп Эгалитэ. Это и правда был очень схожий с ним персонаж — Великий князь мистически скопировал его судьбу.

Филипп, герцог Орлеанский, был одним из близких родственников Людовика XVI, казненного во время Великой французской революции. Он тоже был противником монархии и тоже способствовал ее свержению. Филипп Орлеанский был одним из богатейших людей королевства и тратил внушительные суммы на поддержку борцов за равенство и братство. И опять же, все становится понятно, когда узнаешь, что в 1771 году он стал великим мастером масонской ложи «Великий восток Франции».

После революции он отказался от герцогского титула и объявил себя простым гражданином, приняв фамилию Эгалитэ. Эгалитэ (Égalité) по-французски означает Равенство. Филипп заседал в Конвенте и голосовал за казнь своего родственника Людовика XVI. Впрочем, это не спасло его самого от якобинского террора: в 1793 году гражданин Эгалитэ взошел на гильотину. Перед казнью в качестве последнего желания Филипп потребовал две бутылки шампанского. И когда палач собирался снять с него сапоги, гражданин Эгалитэ заявил: «Оставьте; они лучше снимутся после, а теперь поспешим». Ненавидевшие и презиравшие его монархисты так прокомментировали смерть бывшего герцога: «Жил как собака, а умер как подобает потомку Генриха IV».

Как именно умер Николай Михайлович и что он говорил пред смертью, достоверно неизвестно — большевики, убивая Романовых, избегали публичности. Известно только, что он вполне оправдал свое прозвище, ведь, как и его французский собрат, он был верен масонским клятвам и в соответствии с ними работал на разрушение державы.

Звезда разрушения

Когда мятежники в Париже захватили, а затем разрушили Бастилию — тюрьму, которая была для них символом власти короля, — появилась странная инициатива. На месте Бастилии революционеры хотели построить пирамиду. Как в таких случаях и бывает, не совсем понятно, кто был автором этой идеи. И если бы вскоре не началась война Франции чуть ли не со всей Европой, то ее наверняка реализовали бы.

Но то, что не сделали французские якобинцы, удалось воплотить в жизнь российским большевикам, которые не скрывали, что являются наследниками этих террористов XVIII века. В 1924 году на древней Красной площади у стен священного Кремля все-таки была построена пирамида — мавзолей В. И. Ленина. И тоже, как и в парижском случае, неясно, чья же это была инициатива.

Но почему масоны хотели построить именно пирамиду? Дело в том, что свои ритуалы они возводят именно к египетской мистической традиции.

Одна из самых загадочных их организаций — орден Баварских иллюминатов — еще в 70-х годах XVIII века сформулировала несколько принципов, которые в дальнейшем стали ориентирами абсолютно для всех последующих революций. Этих целей пять, как и лучей у большевистской звезды.

1. Упразднение монархии.

2. Упразднение частной собственности и отмена наследственных прав.

3. Упразднение патриотизма и национализма.

4. Упразднение семьи и института брака, создание системы детского образования в коммунах.

5. Упразднение религий.

Этот план антихриста стал реализовываться еще 200 лет назад.

Формально орден иллюминатов был ликвидирован тогда же, в XVIII веке. Однако факт, что его программа начала постепенно реализовываться буквально на всех континентах, говорит о другом. Адам Вайсгаупт, первый глава иллюминатов, ориентировал своих последователей на внедрение в другие тайные организации. Можно увидеть, таким образом, и во Франции, и в России одну и ту же схему: представители умеренного масонства активно расшатывают монархию изнутри самих государственных институтов. А когда они сами приходят к власти, то из-за их спины появляются радикалы. Они отправляют «отработавших» свой ресурс персонажей на эшафот и начинают реализовывать принципы Адама Вайсгаупта уже во всей полноте.

Многими считается дурным тоном говорить о роли масонов в истории. Но ведь все серьезные исследования подтверждают, что большинство видных деятелей Февральской революции в России принадлежали к каким-нибудь масонским ложам. Это не фантазии, не выдумка фанатичных сторонников «теории заговора». Это исторический факт. Так как же его можно не учитывать? Вспомните слова святых отцов: «Самая хитрая уловка дьявола — убедить нас в том, что его не существует».

Большевики в своей версии истории утверждали, что в феврале 1917 года в Петрограде установилось двоевластие: Временный комитет членов Государственной думы и Временный исполнительный комитет Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов. Но ведь и в том, и в другом органе треть членов были масонами. Так можно ли это называть двоевластием? Вряд ли, ведь участники этих комитетов в ночь с 1 на 2 марта успешно сформировали Временное правительство, среди членов которого масонов было уже около половины.

Как только стало известно об отречении Государя Императора Николая II, Временное правительство сформировало делегацию для переговоров с Великим князем Михаилом Александровичем, поскольку Николай II отрекался за себя и своего сына Алексея в пользу брата Михаила.

Для обсуждения вопроса о престолонаследии на квартиру Михаила Александровича явилась делегация, состоявшая из новоиспеченных министров. Павел Николаевич Милюков, лидер партии кадетов, который возглавлял в феврале Российский МИД, был весьма удивлен ходом того судьбоносного разговора. А. Ф. Керенский обещал ему, что до фактически нового императора будут доведены две точки зрения: позиция Милюкова о необходимости установления конституционной монархии во главе с Михаилом и республиканская программа Керенского. Когда же варианты были озвучены, стало заметно, что Михаил Александрович колеблется. И тогда Милюков услышал от своих коллег по правительству шквал чисто масонской аргументации, которой князь Михаил был просто сломлен. Он заявил, что примет престол лишь при условии, что будет приглашен на него Учредительным собранием. Так был реализован первый пункт программы масонов-иллюминатов — свержение монархии.

Судьба самого несостоявшегося императора была трагической. В 1918 году его сослали в Пермь под надзор Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем при Совете народных комиссаров РСФСР. В ночь с 12 на 13 июня Михаил Александрович был вывезен в лес и убит группой местных чекистов; место его захоронения неизвестно по сей день.

История, конечно, не имеет сослагательного наклонения, и не нам судить Великого князя, но окажись Михаил Александрович тверже, не поддайся на уговоры масонов, он, вполне возможно, спас бы не только свою жизнь, но и саму империю.

Князь Сергей Петрович Трубецкой вспоминал:

«Отречение Государя Императора наша армия пережила сравнительно спокойно, но отречение Михаила Александровича, отказ от монархического принципа вообще произвел на нее ошеломляющее впечатление: основной стержень был вынут из русской государственной жизни… С этого времени на пути революции уже не было серьезных преград. Не за что было зацепиться элементам порядка и традиции. Все переходило в состояние бесформенности и разложения. Россия погружалась в засасывающее болото грязной и кровавой революции».

Впервые в советской историографии участие масонов в революции осветил знаменитый советский историк Николай Николаевич Яковлев в своей книге «1 августа 1914 года». Мало кто знает, но он написал эту книгу во многом благодаря Юрию Владимировичу Андропову, который дал ему допуск в архивы ФСБ и КГБ.

Но как только вышла книга Яковлева, советские академики возмущенно усмотрели в ней возрождение «черносотенной масонской легенды», и в советской исторической науке эта тема была закрыта на долгие годы.

При Горбачеве, вернее, на самом взлете перестройки, опять началось исследование этого вопроса. Тогда за разработку темы взялся знаменитый ленинградский историк В. И. Старцев, который брал интервью у самой Нины Николаевны Берберовой. Нина Николаевна Берберова в своей книге «Люди и ложи. Русские масоны ХХ столетия» приводит много фактов, подтверждающих, что сама Февральская революция была осуществлена по форме заговора. Тогда в России были также опубликованы труды историка Бориса Ивановича Николаевского из серии «Летопись Революции» и переписка Керенского и Е. Д. Кусковой (активных участников масонской деятельности).

Сегодня в российской исторической науке признается, что действительно из 11 членов Временного правительства 10 были масоны, которые находились в прямой зависимости от ложи «Великий восток Франции».

Российский Калиостро

Всем, наверное, известен знаменитый авантюрист граф Калиостро. Музыкальная комедия о его похождениях в советское время была весьма популярна. Но немногие знают, что этот загадочный господин, судя по всему, имел отношение к подготовке Великой французской революции. По крайней мере фактом является то, что он вращался в тех же самых масонских кругах, которые способствовали падению монархии. Он активно перемещался по Европе и, скорее всего, выполнял функции некоего координатора, а возможно, и финансиста подрывных процессов. Буквально через месяц после взятия Бастилии он был схвачен в Риме и по обвинению в причастности к тайным организациям, приговорен к бессрочному заключению. Через несколько лет он скончался в папской тюрьме.

В русской революции тоже был подобный персонаж: звали его Александр Парвус. Он, конечно, не показывал алхимических фокусов, как Калиостро. Но фокус по переброске Ленина и его соратников через территорию воюющей Германии прямиком в революционную Россию имел куда более разрушительные последствия. По этому поводу очень образно высказался сэр Уинстон Черчилль: «Ленин перевезен в Россию, как палочка чумы».

В биографии Парвуса до сих пор много загадок. Подлинное его имя Израиль Лазаревич Гельфанд, а Парвус — это журналистский псевдоним, означающий «некто мелкий, незначительный». В выборе псевдонима видна явная самоирония: во-первых, он мыслил себя вершителем судеб всего мира, а во-вторых, был весьма внушительного телосложения. Немецкий марксист Карл Иоганн Кауцкий прозвал его за это «доктор Слон».

Но почему доктор? Согласно официальной биографии, он был сыном мелкого ремесленника, но каким-то волшебным образом в 1891 году со степенью доктора философии окончил Базельский университет. На какие деньги? На этот вопрос до сих пор нет ответа.

В политических кругах Парвус быстро стал авторитетной фигурой среди немецких социал-демократов. Но все его мысли и деяния были всегда направлены в сторону России, он жаждал ее разрушения. Именно Парвус разработал теорию «перманентной революции», которую затем взял на вооружение его ученик Лев Троцкий. Вкратце суть этой теории следующая: пусть с точки зрения классического марксизма Россия для революции не созрела, ее можно и нужно в ней устроить. Революция в России должна послужить импульсом для революций в Европе и далее по всему миру.

Парвус и Троцкий принимали активное участие в кровавых событиях 1905 года, были организаторами массовой вооруженной борьбы. После подавления мятежа Парвус был арестован, судим и каким-то загадочным образом всего лишь отправлен в ссылку. Причем он умудрился бежать за границу, даже не доехав до места назначения. Вот так «беспощадно» было царское правительство к ведущим революционерам.

О последующих нескольких годах его жизни достоверных сведений существует очень мало. Но доподлинно известно, что в 1910 году он очутился в Стамбуле. И мало того, каким-то удивительным образом стал экономическим советником нового турецкого правительства. Как раз незадолго до этого группировка, именуемая «младотурки», свергла султана и начала реформировать страну. Есть свидетельства, что в высокие правительственные круги Турции Парвуса ввел Мехмед Талаат-паша, министр внутренних дел Османской империи, который был великим мастером ложи «Великий Восток Турции». Так, беглый революционер Парвус таинственным образом стал финансовым воротилой и благодаря новым связям заключил сказочно выгодную сделку на поставку зерна из России.

Таким образом, к началу Первой мировой войны Парвус был очень богатым человеком, имеющим связи в разных политических кругах, в том числе и масонских, благодаря чему он чувствовал себя практически всесильным. Для реализации своих губительных идей он вышел на германский Генштаб и предложил его представителям обширную программу разрушения России. Парвус подробно расписал, как организовать кампанию в прессе, как поднять на борьбу с царизмом армию, флот и национальные окраины. На все это он потребовал 20 миллионов рублей.

Вскоре он вступил в контакт с Лениным, как с наиболее радикальным и циничным из социал-демократов, а для финансирования подрывной активности в России создал сеть агентов. И постепенно в процесс были вовлечены не только немецкие, но и американские бизнес-круги. В частности, благодаря братьям-банкирам Варбургам: один из них был советником кайзера, а другой — создателем Федеральной резервной системы США.

В 1917-м обе группы заговорщиков — и прогерманская, и проамериканская, — объединившись, вступили в схватку с Временным правительством. Тогда Керенский обнародовал шокирующие данные, из которых следовало, что большевики обладали серьезными финансовыми ресурсами и использовали их для подкупа участников беспорядков. За забастовочный день они платили заметно больше, чем хозяева за рабочий. Чьи это были деньги — немецкие, американские или самого Парвуса, — доподлинно не известно.

После того как Ленин и Троцкий взяли власть, Парвус был уверен, что его пригласят в советское правительство. Но он был слишком компрометирующей фигурой, и большевики отреклись от него. Российский Калиостро умер на своей вилле в Германии в 1924-м, одинокий и никому не нужный. В том же году, что и В. И. Ленин.

Но еще раньше оба они при помощи широкой закулисной поддержки все-таки убили нашу Российскую империю.

Масоны

В основе масонства лежат антихристианство и оккультизм, потому что механизм власти предполагает одурачивание людей с помощью мистического сознания. Власть, несомненно, является тем средством, которое позволяет разрушать религиозность и традиционное общество.

Вот почему масонство — это самая лучшая, адекватная форма для организации политического заговора, с помощью которого совершались буржуазные революции.

Артамонов Герман Анатольевич,

историк, профессор МПГУ

На протяжении столетий усилия масонов по разрушению российской монархии не завершались успехом, потому что в России они не встречали поддержки изнутри. Но к 1917 году комплекс сугубо объективных причин назрел внутри государства, что только способствовало успешному влиянию тайных сил. Этот процесс был поэтапным и включал в себя непосредственное участие многих наших известных соотечественников.

В 1822 году император Александр I запретил масонство и все тайные общества. Представители элиты, в том числе и такие, как художник Карл Брюллов, давали подписку, что они не состоят в тайных организациях. Но когда после Первой русской революции 1905 года разрешили все свободы, моментально Российская империя была охвачена масонскими ложами. Их членами стали далеко не последние люди в стране, которые жаждали власти.

Почему масоны внезапно стали популярны в России? Они предлагали справедливость для всех. Они утверждали, что при их светлом будущем человек будет жить на земле как в раю.

Внутренний конфликт в России назрел в конце XIX века, когда схлестнулись две финансово-промышленные группировки: имперско-банкирская бюрократия Петербурга и старомосковское купечество. Последние к тому времени стряхнули с себя пыль старообрядческого следования идеалам общинного капитализма и захотели получить свое место под солнцем.

Петербуржская банкирская элита к тому моменту практически контролировала всю банковскую систему, которая была «напичкана» иностранным капиталом. В начале XX века из десяти крупнейших банков России только один Волго-Вятский банк контролировался русским национальным капиталом. А во всех остальных крупнейших банках контрольный пакет принадлежал бельгийским, немецким, французским и прочим западным банкирам. А. И. Путилов — руководитель Русско-китайского банка — был заведующим личной канцелярии министра финансов Российской империи С. Ю. Витте. Такая ситуация очень не нравилась Рябушинским, Морозовым, Гучковым, Коноваловым — представителям московской буржуазии, многие из которых были старообрядцами и членами масонской ложи. Именно они начали эту многолетнюю борьбу с элитой.

Сначала они нашли союзников в лице известного семейства Нобелей, изобретателей и промышленников. Накануне Первой мировой войны Нобели получили полный контроль над нефтяной отраслью России. Кто им помог? Ротшильды и Рокфеллеры. Условия были такие: Нобели получают контроль над всем нефтяным рынком России с долей на мировом рынке, но обязаны резко снизить добычу нефти в Российской Империи.

Если посмотреть на статистику добычи нефти России 1909–1913 годов, то можно обнаружить удивительную вещь — везде шел гигантский рост промышленного производства, а в нефтяной отрасли — колоссальный спад добычи сырой нефти. Петербуржская банкирская элита, увидев это, пришла в ужас и начала операцию по скупке контрольного пакета акций Нобелей. Вот тогда-то Нобели и пошли на союз с московской буржуазией.

Результатом этого стало возникновение прогрессивного блока в Думе, который контролировал большую часть депутатов. Промышленник П. П. Рябушинский, старообрядец и член масонской ложи, в своей газете «Утро в России» даже опубликовал список Правительства народного доверия и Комитета общественного спасения, в котором фактически уже за два года до дворцового переворота указал, кто будет во Временном правительстве. Последней же точкой в развитии краха империи стали всем известные роковые события февраля-марта 1917 года.

Что было для XIX века константой, то для XX, а уж тем более для XXI века таковой не является. Да, действительно, в XIX и начале XX века масоны не только у нас, но и в европейских странах рвались к власти. Но в XXI веке масоны — это уже историческая данность, поэтому они и не скрывают существования своих организаций.

Евгений Юрьевич Спицын,

историк, публицист

Во имя доллара

США — это в чистом виде масонский проект. Портрет Бенджамина Франклина фигурирует на одной из долларовых банкнот. Это отец-основатель США и ее конституции. Он был членом французской масонской ложи «Девять сестер», в рядах которой были и Вольтер, и небезызвестный доктор Гильотен. Именно они создали за океаном экспериментальное государство с марионеткой, сменяемой каждые четыре года. Им не нужна была монархия, потому что выборными марионетками-президентами проще управлять. Отработав в США алгоритм создания альтернативного государства, они вернулись во Францию и разожгли огонь Французской революции.

На той же долларовой банкноте красуется и пирамида — известный масонский символ, да и сам доллар давно им стал. Это единственная валюта в мире, на которой написано «In God we trust» — «Мы верим в Бога». В какого же Бога они верят? Из денег сделали культ Бога и навязывают эту власть денег всему мировому сообществу.

Власть обеспечивается деньгами, и деньги сами по себе дают власть. Это одна из технологий завоевания или глобального доминирования. И доллар, единая глобальная денежная единица, и есть та самая власть, которая не ограничивается национальными границами, суверенитетами, политическими системами. К этому весь мир склоняют ультрапрогрессивные финансисты, предрекая наступление эпохи глобальной трансформации платежных систем. Царство блокчейна и биткойна. Таким образом, политическая власть в национальных государствах будет полностью сведена на нет. Станет просто филькиной грамотой, фиговым листочком — символическим институтом. А реальная власть будет только у тех, кто контролирует финансовые потоки. Вот почему все современные технологии сводятся к цифровизации. Их цель — создание глобальной тотальной власти через новые системы, в том числе и технологии осуществления платежей и новые форматы платежных систем. Все остальное должно постепенно раствориться.

Вот почему Россия должна противостоять постепенному уничтожению суверенитетов, низведению их до символов и переводу реальной власти в совершенно другую качественную плоскость: технологическую.

Известный политолог Сэмюэл Хантингтон в книге «Столкновение цивилизаций» выделяет ограниченное количество цивилизаций, среди которых определенное место занимает православная, куда относят Россию, и западная цивилизация, которая построена на совсем других принципах. В основе западной цивилизации лежит принцип мнимой свободы, который базируется на деньгах. Демократия западного образца построена на одной базовой подмене понятий: если поставить на место главной ценности свободу, то противоречие будет в том, что мы не свободны отказаться от этой свободы, то есть эта теория философски противоречива. Демократия — это власть денег, а не ценностей, поэтому доллар, конечно, становится символом западной цивилизации. Если этот теоретический опыт рассмотреть в практической плоскости, то достаточно вспомнить, что произошло в 1917 году. Наши базовые исторические ценности были заменены либеральными, западническими. В какой-то степени это же происходило и в 1991 году. И эта борьба продолжается до сих пор.

Борисюк Андрей Анатольевич,

историк, специалист по новейшей истории России

Так стоит ли нам бояться в современном мире влияния тайных сил? И что реально мы можем им противопоставить?

Почему нас, русских, так не любят в Европе? Во-первых, нас боятся. Наша огромная территория, наши мощнейшие ресурсы и наша великая судьба их пугают, потому что Европа, если честно — это история небольших государств, история мелких интересов «лавочников». В этом смысле Россия с ее в исторической протяженности невероятно успешной судьбой должна всех настораживать. Во-вторых, при всех наших проблемах мы имеем несомненный исторический успех, а это не может не вызвать раздражения. В-третьих, есть глубинные вещи, связанные с религиозным вопросом. Это разделение Православия и католичества, ведь Россия своей православной культурой порождает на любом этапе своего существования альтернативные смыслы. Для Запада, который утверждает, что он и есть конец истории, что его модель безальтернативна — это вызов. Мы, русские, являемся вызовом по факту существования.

Сергей Александрович Михеев,

политолог

Россия — это независимая цивилизация, основанная на нескольких базовых понятиях — это вера, любовь к Родине, семья и справедливость. Мы базируемся на этих ценностях, это наша историческая почва. Поэтому мы, русские, не должны ничего бояться. Ведь мы уверены в правильном выборе пути твоего народа.

Мы должны верить в настоящие русские ценности и не впитывать иллюзии Запада. А еще нам важно помнить, что если мы не будем активно заниматься своей историей, то она займется нами.

С лязгом, скрипом, визгом опускается на русскую историю железный занавес. Представление окончилось, публика встала. Пора надевать шубы и возвращаться домой. Оглянулись, но ни шуб, ни домов не оказалось.

Василий Васильевич Розанов,

философ

Русская армия и ее небесный покровитель

9 мая наша страна отмечает годовщину Великой Победы. И возможно, не случайно с этим праздником почти совпадает еще одна важная для православных христиан дата. 6 мая — День памяти святого великомученика Георгия Победоносца. Римский офицер, который ради Христа пошел на кровавые муки, стал символом мужества и самопожертвования. Недаром орден Святого Георгия Победоносца в русской армии считался самым почетным — им награждали за личный героизм, проявленный в бою. А сегодня георгиевская лента стала символом Победы и Русского мира.

В последние годы к нам возвращается историческая память, а вместе с ней и гордость за наши военные победы. Наша русская армия в веках была стержнем нашего Отечества и государства. Почему мы по-прежнему остаемся самым большим и мощным государством на планете? И какую роль в этом сыграла сила русского воинского духа?

Нынешняя российская армия — наследница вековых традиций русской армии. И подвиг для нашего народа, которому свойственен массовый героизм, — это всегда подвиг. Достаточно вспомнить пословицу «Сам погибай, а товарища выручай», которая говорит сама за себя, и массу конкретных примеров героизма русских воинов.

Подвиг — это преодоление себя, своей слабости. Может, даже где-то малодушия, но человек его преодолевает и совершает подвиг.

Юрий Альбертович Кнутов,

военный историк

В России на протяжении веков воспитывают русского воина как защитника своей земли, а не как агрессора. Он и в любом другом деле может себя проявить, что опять-таки наша история уже давно показала, но всегда останется именно русским офицером.

Участие России в войнах можно разделить на три определенные категории: первая — когда наша страна являлась участницей союзов. Даже если эта война была для нас, может быть, слишком тяжелой и даже в какой-то степени ненужной, как многие говорили про Первую мировую, но мы давали слово, поэтому участвовали в войне. Вторая — это защита угнетенных, например братьев-славян. Это войны с Турцией, освобождение Болгарии от османского ига. И третий тип — войны сугубо оборонительные, когда агрессор объявлял нам войну и мы должны были защитить нашу страну, наше Отечество. Это принципиальное отличие от многих тех войн, которые мы видим, безусловно, отражает нравственные качества и поведение наших офицеров и солдат.

Василий Жанович Цветков,

историк, профессор МПГУ

За други своя…

Двадцать шестого октября 1967 года под Ханоем был сбит американский самолет. Летчик успел катапультироваться, упал в озеро, откуда его выловили вьетнамские солдаты, и сдался в плен. Там он начал активно сотрудничать с вьетнамской, а затем и советской разведкой. Через некоторое время в прессе появилось его заявление:

«Я грязный преступник, совершивший акт воздушного пиратства, я почти умирал, но вьетнамский народ спас мне жизнь, спасибо вьетнамским докторам».

Летчик провел в плену 5 лет, на почве депрессии пытался покончить с собой, но все же вернулся на родину живым. Его имя хорошо известно россиянам — это ныне покойный сенатор Джон Маккейн, русофоб, лютый ненавистник России. В Америке его до сих пор считают настоящим героем. Среди многих его наград — Бронзовая звезда, которую вручают в США за героизм на поле боя.

А вот другая история другого летчика: 3 февраля 2018 года российский штурмовик Су-25 во время выполнения боевого задания в Сирии был сбит ракетой, летчик Роман Филиппов катапультировался и уже на земле принял неравный бой с террористами. Уничтожив несколько боевиков из пистолета Стечкина, майор Филиппов подорвал гранатой себя и еще двух из окружавших его бандитов. Его последними словами были: «Это вам за пацанов!» Роману Филиппову было присвоено звание Героя России посмертно. Узнав о гибели российского летчика, западная пресса писала: «Если они так сражаются за Сирию, представьте, как они будут сражаться за Россию». Впрочем, мы и так это знаем.

По свидетельству историков, две трети своего существования наша страна воевала в больших и малых войнах, в основном защищая свои рубежи. Это наложило отпечаток не только на наше историческое развитие, но и на русский национальный характер.

«Нет больше той любви, аще кто положит душу свою за други своя…» — говорит Евангелие (Ин. 15: 13). Столетия назад русские солдаты погибали «за други своя», сегодня — «за пацанов», а по сути это одно и то же.

Перед каждым человеком возникает выбор, как поступить в той или иной критической ситуации. Можно попытаться спасти свою жизнь или остановить врага — пусть даже на несколько минут задержать его, но это поможет твоим товарищам победить в бою, продержаться, спасти жизни. Здесь всегда срабатывает евангельский принцип «за други своя». Евангельские заповеди в нашей армии сыграли важнейшую роль. Александр Невский говорил: «Не в силе Бог, а в правде». Широко известна цитата Суворова: «Мы — русские, с нами Бог!»

Сама идея Православия, справедливости, добра глубоко сидела в наших солдатах. У военных есть такая поговорка: «На войне безбожников не бывает». Даже неверующие члены коммунистической партии в определенный момент вспоминали о Боге.

Россия спасала Европу несколько раз: от татаро-монгольского нашествия, от нашествия Наполеона и от такой страшной чумы, как фашизм. Мы это сделали, потому что добра в душе русского человека больше, чем тьмы. Именно поэтому русский человек идет на подвиг.

Юрий Альбертович Кнутов,

военный историк

Погибаю, но не сдаюсь!

В 1903 году Морским министерством Российской империи был утвержден боевой трехфлажковый свод — перечень сигналов, которые корабли подают с помощью специальных флажков. Среди этих сигналов был один, аналогов которому не существовало ни в одном флоте мира: «Погибаю, но не сдаюсь!» Лучше смерть, чем бесчестье — такой трагический выбор сделали сотни моряков в проигранной Россией русско-японской войне.

Подвиг крейсера «Варяг» воспет в легендах. Но мало кто сегодня помнит о том, как несколько десятков кораблей русской эскадры принимали неравный бой с японским флотом, превосходящим наш количеством и вооружением как минимум в 4 раза. Как шли они на дно, не покорившись, с развернутым Андреевским флагом. Трагедия Цусимского боя, в котором погиб цвет российского флота, стала настоящим жертвоприношением. Сотни безымянных и полузабытых героев совершили в том кипящем снарядами аду подвиг самопожертвования. Вдова лейтенанта Новосильцева, погибшего вместе с броненосцем «Суворов», писала:

«Со слов выживших я знаю, как невыносимо страдал покойный муж мой от жестоких ран и как он с одной рукой (другая была оторвана) и тяжело раненный в грудь, до последнего момента отдавал распоряжения, не переставая стрелять…»

«Суворов» принял не одну, а три смерти — он был расстрелян, сожжен и потоплен. Команде броненосца дважды предлагали сдаться, на что оставшаяся в живых кучка героев отвечала залпами из винтовок. Все пушки были разбиты. Последний выстрел из винтовки раздался тогда, когда корабль уже почти скрылся под водой.

Броненосец «Наварин» пытался прикрыть собой пылающий «Суворов» от японских бомб и, разбитый, почти разорванный на части, продолжал сопротивляться. Члены команды во главе с раненным в голову и грудь командиром, бароном Фитингофом, приняли решение умереть, но не сдаться. Офицеры перед самой гибелью судна простились с выстроенной командой и, готовясь к смерти, братски поцеловали друг друга, а изувеченный командир приказал вынести себя наверх. Они прикрывали «Суворов» корпусом своего корабля до последнего и вскоре сами пошли на дно. И это лишь один из многих эпизодов массового героизма, проявленного русскими моряками в том трагическом бою.

За что они гибли, если поражение было неминуемым и очевидным? За Веру, Царя и Отечество? Без сомнения. Но еще за боевых товарищей, «за други своя…»

Все помнят подвиг Александра Матросова, совершенный 27 февраля 1943 года, но 24 августа 1941 года на амбразуру немецкого дзота лег Александр Прокопенко. 29 января 1942 года под Великим Новгородом три красноармейца, Герасименко, Краснов и Черемнов, совершили первый массовый подвиг жертвенного характера — легли на амбразуры немецких дзотов. Под Волгоградом, возле одной из станиц, шесть красноармейцев тоже закрыли собой амбразуру. Среди них были русские, армяне, азербайджанцы. Всего подобный подвиг совершили в годы войны 455 военнослужащих, из них 166 стали героями Советского Союза. А некоторые и вовсе не были удостоены никакой государственной награды, потому что не за награду совершается подвиг, государство оценивает поступок потом. Ведь гораздо труднее умереть, зная, что ты потом попадаешь в списки без вести пропавших.

Вячеслав Алексеевич Бочаров,

Герой России

Март 2016 года, Сирия. Лейтенант Александр Прохоренко, окруженный террористами, вызвал огонь на себя. Существует расшифровка последних переговоров с командованием, вот небольшая выдержка оттуда:

«Они здесь. Запрашиваю атаку с воздуха. Пожалуйста. Спешите, это конец. Передайте моей семье: я люблю их и умираю, сражаясь за свою Родину… Расскажите моей семье и моей стране, которую я люблю, скажите им, что я был храбр и я сражался, но я не смогу больше ничего сделать. Пожалуйста, позаботьтесь о моей семье, отомстите за мою смерть. Товарищ командир, прощайте. Скажите моей семье: я очень люблю их».

Это были последние слова этого храброго русского офицера.

Какова цена жизни героя? Человеческая жизнь бесценна, мы это прекрасно знаем. Цена жизни — это не цена жизни солдата, это цена победы. Количество положенных жизней в том или ином сражении может быть неким оправданием или виной политического руководства государства или командования — того, кто отдает эти приказы. Насколько продуманно была поставлена задача? Задача солдата, задача воина — не рассуждать. Если в армии начинаются рассуждения о том, какой приказ хорош, а какой можно отложить, то эта армия небоеспособна. Когда солдат выполняет поставленную задачу, он делает это осознанно. И подвиг — это осознанный выбор. Подвиг по приказу совершить невозможно.

Вячеслав Алексеевич Бочаров,

Герой России

Христолюбивое воинство

Русское воинство не случайно называли христолюбивым. На протяжении столетий нашим боевым знаменем были хоругви. Русские солдаты шли в атаку с молитвой, крестом на груди, перепоясанные кушаком с надписью «Живый в помощи Вышняго». Уже после революции и гражданской войны один из белых генералов рассказывал:

«Помню сибиряков. Эти остроглазые и гордые бородачи ходили в атаку с иконами поверх шинелей, а иконы большие, почерневшие, дедовские…»

Полковой священник был не только духовным пастырем, но и товарищем в бою. Сотни священников награждены боевыми орденами за личную храбрость. Среди них отец Амвросий Матвеев, герой Первой мировой войны. По воспоминаниям очевидцев, «под огнем противника он благословлял стрелков и напутствовал умирающих. Все его просили неоднократно не ходить столь открыто и хоть немного себя беречь, но иеромонах Амвросий неизменно на это отвечал: „Моя жизнь в руках Божьих“, и продолжал по-прежнему пренебрегать опасностью».

Когда в тяжелом бою солдаты пали духом, мужественный священник повел полк в штыковую атаку. Он шел наравне с офицерами в первой цепи, в черном одеянии, безоружный, лишь с простым деревянным крестом в руке. И только перед самыми окопами неприятеля пал, сраженный пулей в голову. За этот подвиг отец Амвросий был награжден офицерским орденом Святого Георгия. Посмертно.

В 1769 году был учрежден высший военный орден Екатерины Великой, орден Святого Великомученика и Победоносца Георгия. И уже в 1779 году Иван Федорович Фабрициан первым был награжден орденом Святого Георгия третьей степени. Целый ряд священнослужителей получил эту награду. Например, Василий Васильчиков в 1812 году, и отец Иоанн Пятибоков — в 1854-м. Во время Первой мировой войны, в 1914 году, когда погибал наш военный корабль «Прут» и команда села в шлюпки, то иеромонах Антоний уступил место в шлюпке матросу, а сам с палубы тонущего корабля благословлял спасавшихся. Он стоял на палубе и молился, и немцы наблюдали за этим. За этот подвиг он посмертно был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени.

Вячеслав Алексеевич Бочаров,

Герой России

Возможно, вера в Бога и есть тот секретный ингредиент, который лежит в основе уникального феномена русского воина. И даже годы государственного безбожия не смогли истребить этот дух. Незадолго до начала Великой Отечественной войны в Советском Союзе была проведена перепись населения. 60 % граждан СССР в самый разгар репрессий бесстрашно признали себя верующими. И пусть далеко не все советские солдаты носили кресты на поле боя. И не все молились перед атакой. Но жертвовали собой за Отечество и «за други своя…» точно так же, как деды и прадеды.

Не случайно министр пропаганды Третьего рейха Йозеф Геббельс писал:

«На протяжении всей своей истории русские всегда проявляли необычайное упорство и стойкость в обороне. Оборона — суть их национального характера… Русские не так уж сильно цепляются за жизнь. Они были такими всегда и, скорее всего, всегда такими останутся».

И говорил он это вовсе не из уважения к противнику — нужно же было как-то объяснить своим солдатам, например, такие случаи.

Из письма немецкого артиллериста:

«Во время атаки мы наткнулись на русский танк Т-26 и тут же его подбили. Когда мы стали приближаться, из люка высунулся по пояс русский и открыл стрельбу. Вскоре выяснилось, что он был без ног, их оторвало взрывом. И, несмотря на это, он палил по нам из пистолета!»

У военных теоретиков-философов есть такой термин — постгероическое общество. Они утверждают, что либерально-цивилизованная Европа после Первой мировой войны перешла в постгероическое общество, а Россия осталась в героическом.

Что есть постгероическое общество, как это проявляется? Подвиги для него нехарактерны. Постгероическое общество живет не героями. Оно живет собой, и поэтому любая война — это навязывание своей позиции, прагматичное использование ракет, а не защита своей Родины. И героическое общество — враг для них, ведь в нем люди должны совершить подвиг, который в них заложен традицией.

Герой — это не тот, кто обагрил свой меч кровью, а тот, кто жертвует собой. Как писала Марина Цветаева: «Добровольчество — это добрая воля к смерти». Это человек, который готов отдать жизнь «за други своя», за Родину, за веру. В постгероическом обществе отдавать жизнь не готовы. И при этом все западные исследователи отмечают главную тенденцию: как только общество переходит в стадию постгероического, значение религии нивелируется практически полностью. Религия всегда связана с героическим обществом.

Константин Александрович Залесский,

историк, журналист

Наши противники не могли не заметить еще одну особенность русского солдата, которая помогала выживать и побеждать. Ее гениально сформулировал военный историк Ростислав Фадеев еще в XIX веке:

«Всякий европейский батальон, раз опрокинутый, рассыпается, так что скоро не соберешь. Наш же батальон, при самой страшной неудаче, не разбегается почти никогда. Люди жмутся друг к другу и отступают толпой. Это значит, что русский солдат — не одиночный боец. Он — человек сомкнутого строя».

Плечом к плечу, спина к спине. За други своя. И история не раз подтверждала этот вывод.

Живой мост

Сколько весит тяжелое артиллерийское орудие? И способно ли человеческое тело вынести эту ношу? Вряд ли думал об этом простой русский солдат Гаврила Сидоров, когда ложился в ров, под колеса тяжелой пушки, чтобы его товарищи могли переправить орудие на другую сторону.

Этот подвиг вошел в историю под названием «Живой мост». Во время Русско-персидской войны в начале XIX века маленький отряд полковника Карягина числом всего в 493 человека несколько недель сражался с персидским войском в кавказских горах. 500 русских спартанцев против 20 тысяч отлично вооруженных персов. Было все — и круговая оборона в лагере из выстроенных в круг обозов, и дерзкие вылазки в тыл врага с рукопашной и захватом персидских пушек, и отчаянные маневры среди горных вершин. Когда их осталось всего 175, голодных, измученных непрерывным двухнедельным боем, путь отряду преградил ров, непреодолимый для орудий. И тогда Гаврила Сидоров, а с ним еще трое неизвестных бойцов без слов легли в яму, выстелив своими телами дорогу к спасению товарищей. Тяжелые пушки прошли прямо по их спинам. Живыми встали изо рва только двое. Гаврила Сидоров не выжил, но легенда об этом подвиге пережила столетия.

Неизвестно, знал ли о нем 18-летний мальчишка-кадет Константин Трубецкой, когда, тяжело раненный на Перекопе во время отступления Белой армии, уступил товарищу место в последней санитарной подводе и остался умирать на передовой. За Отчизну, за Веру, за други своя — это было у него в крови. Он лишь успел передать письмо родным:

«Милые Папа и Мама, спасибо Вам за все, что Вы мне дали. Ради Бога не плачьте обо мне. Все в руках Божиих. Я страшно рад за такое дело положить жизнь. Верю в Царствие Небесное…»

Наша история помнит еще немало случаев, когда русский воинский дух поднимался на беспримерную высоту. Именно о таких победах великий Суворов сказал: «Не руки, не ноги, не бренное человеческое тело одерживает победу, а бессмертная душа. И если душа воина велика и могуча, не предается страху и не падает на войне, то и победа несомненна!»

Дух патриотизма вне времени

Вспомните конец 80-х — начало 90-х годов, когда Советский Союз был на последнем издыхании. Люди были разочарованы: одни ждали краха великой державы с нетерпением, другие — с ужасом. Как тогда служил человек, носивший погоны, дававший присягу? Правила, установки, что такое хорошо, что такое плохо, все традиции, вся система координат — вдруг все летит в тартарары и ломается. Вот что сказала в связи с этим премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер в те годы: «Русские всегда были великими воинами, и я не понимаю, кем они хотят стать теперь». Как вообще мы смогли пережить то страшное время, когда понятие героизма, патриотизма подвергалось шельмованию?

Мы пережили его благодаря нашему духу. Это генетический потенциал, который заложен в нашем народе, в наших мужчинах, он сыграл определяющую роль. Наши военные всегда служили делу, а не деньгам — в этом наше отличие. Мы, русские, служим Родине, и наша задача в первую очередь выполнить свой воинский долг, быть верными присяге. Ведь воин — это защитник. И быть воином, а тем более великим воином — это величайшее звание, которое человек заслуживает.

90-е годы — это один из страшных переломных периодов в нашей истории. Такая же ситуация, в какой-то степени, сложилась и в начале XX века, когда погибала Российская империя. Но необходимо отметить принципиальное отличие позиции русского офицерства в 1917 и в 1991 годах. Тогда, в 1917-м, Николай II своим отречением освободил офицеров от присяги — они присягали именно императору. И тогда в русской армии, в том числе и среди офицерства, начался настоящий хаос. Генерал Антон Иванович Деникин так описывал это время: «В Москве, Петрограде и Киеве — Правый Центр звал офицеров для спасения монархии и Родины в свою организацию, покровительствуемую теми, кого офицерство считало заклятыми врагами России — немцами; Савинковский союз — в свои отряды „для защиты Родины и свободы“ — свободы, олицетворяемой идеалами Савинкова; Союз Возрождения — в свои московские и местные организации для спасения революции и страны, Заволжские социалисты — для защиты Учредительного собрания…». А в 1991-м году никто не освобождал военных от присяги, и они обязаны были выполнять свой долг.

Я думаю, все смотрели фильм «Офицеры», и там есть такая фраза: «Взводный, есть такая профессия — Родину защищать». Я выбрал себе профессию, меня государство учило, и я должен сделать все для того, чтобы государство было защищено. А государство — это не границы, не площадь, определенная в квадратных километрах, это люди. И если я выполняю задачу, то делаю это как солдат Брестской крепости — они сражались до последнего, и не один, и не два дня, а месяц понадобился для того, чтобы немцы смогли туда войти — вот это сила русского духа.

Вячеслав Алексеевич Бочаров,

Герой России

Мифы и правда

Чтобы построить здоровое общество и благополучное государство, необходимо опираться на твердый фундамент. Этим фундаментом является патриотизм, а вот краеугольным камнем — память.

Вячеслав Алексеевич Бочаров,

Герой России

Широко известен подвиг Кузьмы Крючкова — о нем писали газеты, выпускались плакаты, листовки. 12 августа 1914 года разъезд казаков под командованием Крючкова столкнулся с немцами: 27 немецких уланов против четырех казаков. Вот как описывал бой сам Кузьма:

«Меня окружили одиннадцать человек. Не чая быть живым, я решил дорого продать свою жизнь. Хотел было пустить в ход винтовку, но второпях патрон заскочил, а в это время немец рубанул меня по пальцам руки, и я бросил винтовку. Схватился за шашку и начал работать. За каждую рану отвечаю смертельным ударом, от которого немец ложится пластом навеки. Уложив несколько человек, я почувствовал, что с шашкой трудно работать, а потому схватил их же пику и ею поодиночке уложил остальных. В это время мои товарищи справились с другими. На земле лежали двадцать четыре трупа, да несколько раненых лошадей носились в испуге. Товарищи мои получили легкие раны, я тоже получил шестнадцать ран, но все пустых, так — уколы в спину, в шею, в руки».

Память о подвиге очень важна. Патриотическая составляющая нужна не только для армии и фронта, но и для тыла, родителей, жен, мужья которых воюют, и они понимают, что те не напрасно жертвуют своей жизнью: она нужна для детей.

Может, и преувеличен был подвиг Кузьмы Крючкова, когда из него сделали чуть ли не, как говорится, «одним махом двенадцать человеков поднимахом», но это была составляющая, ориентированная на подражание, на то, чтобы подобного рода подвиги продолжались. Кстати, Кузьма Крючков потом служил в Белой армии и погиб во время Гражданской войны. Мало кто это знает, но этот факт тоже имел место.

Мифы об истории армии, о подвигах армейских, которые существуют у нас, в принципе не полезны для патриотического самосознания, если это мифы, созданные из ничего. Но если это может быть некое преувеличение реального факта, то это не то что допустимо, это даже необходимо. Мифологизация на уровне добрых народных анекдотов тоже хорошо работает. Всем известен великий русский полководец Александр Суворов — человек-легенда и его замечательные афоризмы: «Тяжело в ученье — легко в бою», «Пуля — дура, штык — молодец». Вспомните, как в рекламном ролике банка использовали образ Суворова, где он говорил, что «нельзя есть до первой звезды». Это значит, что человек не просто популярен, а что его личность, биография востребованы и на него ориентируются.

Когда подвиг Кузьмы Крючкова был необходим государству, то его при всей ограниченности средств массовой информации в начале ХХ века знал практически каждый, потому что изображение Крючкова можно было увидеть и на папиросных коробках, и на конфетах, выпускались фарфоровые статуэтки. Сейчас, при наличии многих средств массовой информации, мы забываем о наших героях, а некоторые вообще не появляются в информационном пространстве.

В истории нашей страны были полные Георгиевские кавалеры, получившие награды в Первую мировую войну — генерал Тюленев, маршал Буденный и капитан Недорубов, казак. Они потом стали героями Советского Союза. Или герои Советского Союза, которые стали героями Российской Федерации. У нас их четверо: Николай Майданов, Артур Чилингаров, Валерий Поляков и Сергей Крикалев. А потом герои Российской Федерации стали Георгиевскими кавалерами: Владимир Шаманов, Анатолий Лебедь. Преемственность служения своему Отечеству прослеживается и через награды. Даже если меняется политико-экономическая формация, то остается необходимость защищать свое государство, служить своему народу.

Очень важно не путать миф и пропаганду. Когда во время войны необходима мобилизация общества, какой-то подвиг многократно преувеличивается — это объясняется не исторической необходимостью, а обосновано политпропагандой или контрпропагандой. А вот когда мы относимся к мифу с точки зрения истории, тогда миф очень вреден, потому что он раздувается, а потом когда-нибудь он лопнет. И вред от того, что он лопнул, будет многократно выше того эффекта, что он дал.

Константин Александрович Залесский,

историк, журналист

Вот почему так важно уделять внимание патриотическому образованию и воспитанию подрастающего поколения. Чтобы дети понимали, кто такой русский воин и какая у него есть уникальная черта, которая не раз помогала отстоять границы и целостность страны — это христианская способность к самопожертвованию. Когда он защищает свою Родину, он понимает, что Родина у него одна и другой никогда не будет.

Воинское дело есть трудное, скорбное и трагическое, но необходимое и служащее одной цели. Средства его жесткие и неправильные, но именно поэтому дух, коему вручаются эти средства, должен быть крепок, непоколебим в своем истинном христолюбии.

Иван Александрович Ильин,

философ

Культурная экспансия: как русское искусство покорило Европу и Америку

Философский словарь дает такую характеристику понятию искусство:

«Форма творчества, способ духовной самореализации человека посредством чувственно-выразительных средств (звука, пластики тела, рисунка, слова, цвета, света, природного материала и т. д.)».

Исходя из этой формулировки, очевидно, что наши православные предки веками обходились вообще без искусства. Ведь ни иконописцы, ни строители храмов никак не стремились к «самореализации». Это была форма их служения Христу. Искусство в собственном смысле слова появилось у нас только в XVII веке, на заре имперского периода, когда западное проделало уже огромный путь. Тем не менее через пару веков русское искусство стало всемирно признанным и само начало оказывать огромное влияние на западное. Начало XX века часто называют Серебряным веком или культурным российским ренессансом.

Оба термина — «серебряный век» и «культурный, духовный ренессанс» — принадлежат одному человеку, потомственному русскому дворянину, русскому Гегелю XX столетия Николаю Александровичу Бердяеву. В своей последней работе («Русская идея») это рубежное время он назвал «культурным, духовным ренессансом». Время беспрецедентного подъема и развития всех искусств. Но не стоит забывать о том, что почва в отношении восприятия русской культуры была подготовлена задолго до XX века. Это сделали художники и писатели первой половины XIX века, которые жили и работали в Италии: Сильвестр Феодосиевич Щедрин, Орест Адамович Кипренский, Федор Антонович Бруни, Николай Васильевич Гоголь и многие другие. Русская художественная колония в Италии произвела огромное воздействие на культуру Европы. Нельзя забывать также триумфальные гастроли Федора Ивановича Шаляпина, русского гения, в марте 1901 года. Они состоялись не где-нибудь, в оперной Мекке — миланском театре «Ла Скала». Интересный факт: титул «король бельканто» получил в Италии только он, наш соотечественник Шаляпин. Никому и никогда из великих итальянцев, а ведь Италия — родина бельканто (итал. bel canto — красивое пение), этот титул ранее не присваивался.

Наш Серебряный век — это потрясающий расцвет поэзии, прозы, оперы, балета. Русский балет был взрывом, культурным шоком для всего остального мира. Можно сказать, что Сергей Дягилев привез балет на Запад и вернул Западу то, что в его культуре возникло, но пришло в упадок. Дягилев показал, какого высочайшего уровня достигло в России балетное искусство, которое состоит из музыки, живописи и хореографии. И, конечно, еще один вклад в мировую культуру — это наша выдающаяся русская актерская школа. Мы подарили Западу нашу теорию психологического театра.

К тому времени многие западные культуры были в этой области уже в значительной степени «выговорены». Все страсти перегорели еще при Шекспире, в XVI веке. А в России в развитии драматургии сыграли роль свежесть эмоционального восприятия, непривычка к открытости, откровенности, предельности чувства, потому что каждая культура живет, как один человек, своей жизнью — он должен прожить этот этап. Русской культурой этот этап прожит не был.

Глубокая внутренняя серьезность русской культуры, серьезность балета обязана своим существованием испытанию. Значение слова «искусство» восходит к искусности и к искусу, искушению. То есть искусство — это испытание, мастерство, и это чувство в русской культуре осталось.

Алексей Леонидович Расторгуев,

искусствовед

Уникальность российского искусства во все времена была в том, что оно было очень тесно переплетено с православными национальными корнями. Что собой представляет картина «Явление Христа народу» художника Александра Иванова? Да, это произведение светского искусства, но как его можно осмыслить вне религии? Русский религиозный ренессанс, который произвел колоссальнейшее впечатление на современников во всем мире, потом имел свое продолжение в ранние годы советской власти.

Что такое учение о ноосфере В. И. Вернадского? Это тоже следствие русского религиозного ренессанса, только переложенного уже на новые коммунистические, социалистические реалии. Такого переплетения смыслов не было нигде, вот почему русское искусство получило широкую известность.

Парсуна Никона

С чего же началось в России развитие живописного искусства? Сирийский священник Павел Алеппский так писал о результатах первых живописных опытов на Русской земле под руководством патриарха Никона в XVII веке:

«Во время проповеди Никон велел принести иконы старые и новые, кои некоторые из московских иконописцев стали рисовать по образцам картин франкских и польских. Так как этот патриарх отличается чрезмерною крутостью нрава и приверженностью к греческим обрядам, то он послал своих людей собрать и доставить к нему все подобные иконы, в каком бы доме ни находили их, даже из домов государственных сановников, что и было исполнено. Это случилось летом пред появлением моровой язвы. Никон выколол глаза у этих образов, после чего стрельцы, исполнявшие обязанность царских глашатаев, носили их по городу, крича: „Кто отныне будет писать иконы по этому образцу, того постигнет примерное наказание“. Это происходило в отсутствие царя…»

Реформатор Никон, Патриарх Московский и всея Руси, не считал возможным «самовыражение» в иконописи. Ведь икона — это образ иного мира. Они никак не должны копировать пропорции и реалии века сего. Это окна в Царство Божие. Образцом вовеки должен был оставаться канон Андрея Рублева. И вовсе не по причине личной его гениальности, а потому что его «Троица» — это отражение видения духовной реальности святым преподобным Сергием Радонежским, учеником которого был Рублев. Эта установка была закреплена решениями Большого Московского собора 1666–1667 годов. Причем, что характерно, сам Никон был этим же собором осужден. Но по поводу священных образов в русском духовенстве царил консенсус.

Наверное, это был единственный вопрос, в котором с Никоном был солидарен даже его самый беспощадный критик — протопоп Аввакум. Он писал: «Пишут Спасов образ Еммануила, лице одутловато, уста червонная, власы кудрявые, руки и мышцы толстые, персты надутые, такого же и у ног бедры толстыя, и весь яко немчин брюхат и толст учинен, лишо сабли той при бедре не писано. А то все писано по плотскому умыслу. ‹…› Ох, ох, бедная Русь, чего-то тебе захотелося немецких поступов и обычаев!»

Для Аввакума подобное «плотское» изображение Христа на кресте в образе иностранца (тем более какого-то опившегося, объевшегося) было неприемлемым.

Но влияние ренессансной культуры на жизнь Руси было слишком мощным. Главным его результатом стал интерес к отдельной человеческой личности. И в начале XVII века на Руси появились так называемые парсуны — портретные изображения, во многом еще следующие иконописной традиции. Само название парсуна произошло от искаженного латинского слова persona — личность, особа. И чем сильнее было влияние западной культуры, тем больше эти портреты стали походить на западноевропейские картины. И, например, парсуны, изображавшие самого Никона и царя Алексея Михайловича, весьма реалистично передавали характер этих персонажей.

Именно Алексей Михайлович покровительствовал новым художественным веяниям: парсуны писали мастера Государевой Оружейной палаты. Получается, что русская живопись зарождалась в Кремле, под покровительством самодержца.

И первые театральные представления на Руси были устроены там же — за зубчатой стеной, в царском дворце. При том же Алексее Михайловиче, с подачи видного боярина Артамона Матвеева, большого поклонника западной культуры.

Премьера самого первого спектакля в России состоялась 17 октября 1672 года. Пьеса именовалась «Артаксерксово действо» и была основана на библейской истории о спасении еврейского народа от происков персидского вельможи Амана. На представлении, длившемся целых десять часов, присутствовали царь и все его ближние бояре. Государь остался доволен, и уже в следующем, 1673 году, снова по мотивам библейского сюжета было поставлено «Олоферново действо».

Этот первый русский театр прекратил свое существование через три года, в связи со смертью царя Алексея Михайловича. Но впереди была эпоха его великого сына Петра. Вот тогда заграничные искусства Россия принялась осваивать системно и всесторонне. И очень скоро появились и живописцы, ничем не уступающие своим западным учителям, и театры, в которых ставились пьесы выдающихся отечественных драматургов.

Чехов и Мэрилин

Первый императорский театр открыла дочь первого российского императора — Елизавета Петровна: 30 августа 1756 года был официально учрежден «Русский для представления трагедий и комедий театр». А ярославский купеческий сын Федор Волков, незадолго до того создавший в родном городе частную труппу, был назначен «первым русским актером», а вскоре и директором.

Развитие русского драматического искусства шло в единстве государевой заботы и частной инициативы. Именно такой подход создал почву для появления в конце XIX века великих реформаторов театрального искусства — Константина Сергеевича Станиславского и Владимира Ивановича Немировича-Данченко.

Кстати, как и «первый русский актер» Федор Волков, человек, выбравший себе звучный псевдоним Станиславский, происходил из купеческого рода. Но фамилия Алексеев была слишком проста для того, кто буквально перевернул театральный мир и заставил его жить по новым, созданным им законам.

К. С. Станиславский говорил: «Если бы смысл театра был только в развлекательном зрелище, быть может, и не стоило бы класть в него столько труда. Но театр есть искусство отражать жизнь». А для того чтобы решить эту задачу, необходимо создать новый тип артиста. По его словам, «актер должен научиться трудное сделать привычным, привычное легким и легкое прекрасным».

«Система», созданная Станиславским, была «искусством переживания», в противоположность привычному «искусству представления». Он требовал от актера полного отождествления себя с персонажем. Учил искать и находить в собственном «я» того героя, которого тот играет.

«Понимать — значит чувствовать», — писал Станиславский. И он добивался от актеров созданного им Московского Художественного театра абсолютной достоверности на сцене. А если мастер ее не чувствовал, то тогда звучало его знаменитое «Не верю!». Звучало как удар бича, как призыв не лгать и не фальшивить ни единым жестом.

Наблюдая за жизнью, артист должен смотреть вокруг себя не как рассеянный обыватель и не как холодный статистик, которому нужна только фактическая и цифровая точность собираемых сведений. Артисту нужно проникнуть в суть наблюдаемого, внимательно изучать предлагаемые жизнью обстоятельства и поступки людей, понять склад души, характер того, кто совершает эти поступки. А это удается только по-настоящему заинтересованному, внимательному художнику.

Константин Сергеевич Станиславский,

театральный режиссер

В 1922 году театр под руководством Станиславского отправился в длительные гастроли по Европе и Америке. Его спектакли вызвали форменный фурор. Особенно сильное впечатление метод Станиславского произвел на американских театральных и кинодеятелей.

Ученики мастера, Болеславский и Успенская, решили остаться в США и создали там американский экспериментальный театр. Как раз из числа его актеров вышли учителя целой плеяды известных всему миру голливудских звезд. Вот он — русский след великой империи в искусстве.

В Америке сегодня есть две основные конкурирующие актерские школы, основанные на системе Станиславского. Первая — Институт театра и кино Ли Страсберга — прославлена такими выпускниками, как Аль Пачино, Роберт Де Ниро, Дастин Хоффман, Стив Бушеми, Анджелина Джоли. Вторая — студия Стеллы Адлер, единственной американской актрисы, которую Станиславский посвятил в секреты своего метода лично. Среди самых известных ее учеников Марлон Брандо, Бенисио Дель Торо и Стивен Спилберг.

А вслед за Станиславским в уже потрясенную русским театром Америку приехал его ученик и конкурент Михаил Чехов. Он был племянником великого русского писателя и драматурга Антона Павловича Чехова. Сам блестящий актер, он считал, что создал более совершенный метод. Он предлагал не пытаться искать общее между собой и персонажем, но наоборот, концентрироваться на отличиях. И не конструировать образ из характерных деталей, а изначально «схватить» его в целом.

Через «Систему Чехова» прошли Мэрилин Монро, Клинт Иствуд, Энтони Куинн, Юл Бриннер и многие другие. Считается, что именно Чехов сумел раскрыть талант Мэрилин Монро. На первом этапе мало кто верил в способности этой актрисы, которой впоследствии суждено было стать не просто звездой, но буквально символом Америки. Причем надо отдать должное американским звездам, следуя русской системе вживания в образ, они часто буквально не щадят себя. Так, Роберт Де Ниро для роли в фильме «Таксист» получил реальную таксистскую лицензию и отрабатывал 12-часовые смены, развозя пассажиров по Нью-Йорку. А Эдриан Броуди, для того чтобы перевоплотиться в музыканта-отшельника, героя фильма «Пианист», отказался от многих благ современной жизни: продал машину и квартиру, отключил телефон и все свое время посвящал совершенствованию в игре на фортепиано. И добился того, что для исполнения в кадре непростого произведения Шопена дублер ему не понадобился. Итогом стала не только премия «Оскар», но еще и ее европейский аналог — «Сезар». И это была очередная победа Константина Станиславского. Победа русского искусства.

Ни учебника, ни грамматики драматического искусства быть не может и не должно. В тот момент, когда станет возможным втиснуть наше искусство в узкие, скучные и прямолинейные рамки грамматики или учебника, придется признать, что наше искусство перестало существовать.

Михаил Александрович Чехов,

режиссер

Работа актера на крупном плане в кино — это психологическая школа. Да, когда надо, они идут и в забой шахтерами, учатся пилотировать самолет, чтобы понять степень риска, чтобы психофизикой почувствовать эту профессию и этот образ. Но сейчас многие голливудские актеры в одном и том же амплуа переходят из сериала в сериал с пустыми глазами и без погружения в образ.

Эта деградация связана с большими деньгами и очень жестким институтом звезд. В советском кинематографе, в русском искусстве ничего подобного не было. Да, были любимцы народа, но не было института звезд, потому что институт звезд — это продюсерская история, выстроенная на деньгах.

Интересный факт: отцы-основатели Голливуда являлись эмигрантами из Российской империи. Создатели «Warner Brothers» — четверо братьев Ворнер — приехали в США из Варшавы, тогда Польша входила в состав Российской империи в виде царства Польского. Совладелец «Metro-Goldwyn-Mayer» Луис Барт Майер — родом из Минска. Партнером же Майера стал уроженец города Рыбинска Николас Шенк. Почему же эти люди приехали в Голливуд и построили самую мощную киноимперию мира?

Только по официальным данным, в 1918–1922 годах из России эмигрировал миллион человек, а по неофициальным — до двух миллионов. Уезжали лучшие специалисты, сливки общества бежали от советской власти. В те годы расстреливали просто за то, что дедушка был священником или бабушка была дворянкой.

Почему, например, уехал Михаил Чехов? Он очень хотел работать в России, но, когда закрыли МХАТ II, он эмигрировал, потому что оставаться в Советской России было опасно. Достаточно вспомнить гибель Всеволода Эмильевича Мейерхольда, еще одного известного театрального режиссера, которого обвинили в контрреволюционной деятельности, пытали и расстреляли.

Наши посланцы русской культуры, оказавшись в другой стране мира, продолжали ощущать себя русскими и ставили перед собой задачу глобальную — сохранить вопреки всему себя русскими. Зинаида Гиппиус, поэтесса и драматург, писала: «Мы не в изгнании, мы — в послании». Эмигранты сознательно воспроизводили русскую культуру, и в этом их величие. Ни одна цивилизация в истории человечества не смогла решить те задачи, которые решила первая, после Октябрьской революции, эмигрантская волна из России. Эти люди в экстремальных условиях сохранили нашу великую русскую культуру и смогли вопреки всему поднять ее на еще более высокий уровень, тем самым продлив сущностное и временное пространство культурного ренессанса в России.

Смерть в Венеции

Но подлинной культурной интервенцией на Запад стали в начале XX века «Русские сезоны» Сергея Дягилева. Сам организатор этого прорыва не был ни художником, ни музыкантом, но он обладал гениальным чутьем и организаторскими способностями. И действительно, всему искусству XX века оказалось без него не обойтись.

Кто же такой Сергей Дягилев и какое отношение он имеет к империи? Никакого официального положения не занимал, был частным лицом с дипломом юриста, но 20 лет он пропагандировал на Западе русский балет. Как это возможно? Как это получилось?

Юрист по образованию, он тем не менее был буквально заворожен прекрасным. Причем во всех его проявлениях. Начал он с редактирования «Ежегодника императорских театров» и вскоре превратил издание из банального статистического отчета в подлинно художественный журнал.

Дальше — больше: в 1898 году он стал вместе с художником Александром Бенуа создателем и редактором журнала «Мир искусства». Это издание выходило при финансовой поддержке известного мецената Саввы Мамонтова. Журнал стал настоящим центром культурной жизни. Вокруг него группировались такие выдающиеся художники, как Исаак Левитан, Лев Бакст, Валентин Серов, Илья Репин. В литературном разделе печатались властители умов — Дмитрий Мережковский, Василий Розанов, Лев Шестов, Зинаида Гиппиус.

Став буквально узловым персонажем художественной жизни России, Дягилев почувствовал, что готов к вторжению в Европу. В 1906 году он организовал в Париже выставку «Два века русской живописи и скульптуры». Чтобы реализовать проект, то есть достать на него деньги и получить необходимые произведения, Дягилев провел успешные переговоры с Великим князем Владимиром Александровичем. В выставочном центре «Гран Пале» Дягилев арендовал 10 залов. Художники Лев Бакст и Александр Бенуа оформили подробно иллюстрированный каталог. На выставке был представлен самый широкий спектр русских живописцев: от классиков — Карла Брюллова и Дмитрия Левицкого — до новаторов — Николая Рериха, Игоря Грабаря, Михаила Врубеля.

Европейская публика была потрясена. Парижская пресса писала:

«Но могли ли мы подозревать о существовании величавого поэта — несчастного Врубеля?.. Вот Коровин, Петровичев, Рерих, Юон — пейзажисты, ищущие острых ощущений и выражающие их с редкой гармоничностью ‹…› Серов и Кустодиев — глубокие и значительные портретисты; вот Анисфельд и Рылов — пейзажисты очень ценные…»

Начав свое грандиозное наступление на Запад с живописи, тонкий стратег Дягилев продолжил его музыкой. В 1907 году он организовал серию из пяти «Исторических русских концертов». Со сцены парижской «Гранд-опера» звучали произведения Михаила Глинки, Николая Римского-Корсакова, Модеста Мусоргского, Александра Бородина, Александра Скрябина. И снова успех! Кроме того, именно этот сезон открыл для Европы гений Шаляпина. На следующий год Дягилев организовал постановку оперы Мусоргского «Борис Годунов».

И наконец, с 1909 года началось покорение Запада русским балетом. Дягилев открыл Европе гениального хореографа Фокина и великого композитора Игоря Стравинского. И конечно, неподражаемых танцовщиков — Вацлава Нижинского, Сержа Лифаря, Леонида Мясина.

Да, можно сказать, что Дягилев был антрепренером — он набирал в труппу русских артистов, которых взрастила система императорских театров. Первые два сезона Дягилев привозил в основном репертуар, который шел в Мариинском театре, и хореографом этих спектаклей был Михаил Фокин, он же был и танцовщиком. Остальные 18 лет Дягилев был фактически владельцем частной трупы — никакого отношения к официальным властям он не имел. У труппы не было ни финансирования от империи, ни постоянного пристанища. Артисты все жили «на чемоданах», ночевали в гостиницах — фактически это была бродячая труппа.

Не стоит забывать, что в России в то время развернулся террор — 20 тысяч погибших чиновников, жандармов, полицейских, убийства, взрывы, экспроприации. У Запада вызывало интерес все, что происходило в этой огромной «медвежьей» стране.

Такие страсти, которые бушевали в России, настолько сильно не бушевали нигде. Потому в русском театре, кино и, конечно, в хореографии есть смысл исполняемого.

Михаил Леонидович Лавровский,

балетмейстер, хореограф

На Западе Дягилева воспринимали как русского продюсера, режиссера из Российской империи. Как продюсер он гениально воспользовался значительными достижениями императорского балета. Дело в том, что Россия в конце XIX — начале XX века была фактически «заповедником» классического балета. В императорских театрах 50 лет работал обрусевший француз Мариус Петипа. Пригласил его, кстати, Николай I, а дожил он до Николая II и создал за это время 50 балетов.

Мариус Петипа был открыт миру и коллегам — он позволял, чтобы другие балетмейстеры ставили балеты на русской сцене, и поэтому в России бережно сохранялся «цвет французской хореографии». Например, «Жизель», «Эсмеральда», «Коппелия», которые шли на императорской сцене, ставили разные французские хореографы, а Мариус Петипа деликатно редактировал эти постановки. Они сохранились в России в первозданном виде, потому что существовала постоянная балетная публика.

В русских императорских театрах дважды в неделю давали балет, чего на Западе совершенно не было. В «Гранд-Опера», в «Ла Скала» существовали маленькие балетные трупы, которые обслуживали оперу. В «Гранд-Опера», например, шли короткие балеты, которые давались, когда оперная публика разъезжалась — кто-то, кто хотел больше впечатлений, оставался и смотрел балет, а большинство зрителей в это время садились в экипажи.

В России балет имел два полноценных дня в неделю — среду и воскресенье. В воскресенье чаще всего танцевала Матильда Кшесинская — известнейшая русская балерина. Балеты приносили большие деньги. Например, драматическая постановка произведения Еврипида «Ипполит» за день давала 700 рублей сбора, а балет с участием Кшесинской («Эсмеральда» или «Спящая красавица») приносил 10 тысяч. Сбор от балетного спектакля был равноценен сбору от оперного. На Западе это было абсолютно неслыханно! Можно сказать, что в России был «заповедник» российского балета, потому что казна выделяла колоссальные средства на этот вид искусства. Из казны также выплачивались деньги штатным музыкантам, которые писали десятки балетов и отдавали их Дирекции императорских театров, чтобы они потом могли многократно ставиться.

Крупнейшим заказчиком искусств в России был императорский двор. Яркий пример таких заказов — работы династии ювелиров Фаберже.

При этом балетные артисты получали очень мало в сравнении с оперными. Дело в том, что государство содержало их в течение 8 лет, пока они воспитывались в балетном училище, давало им возможность 20 лет выступать в театре, а потом всю жизнь платило пенсию. Таким образом, в России существовало социальное обеспечение артистов — такого не было нигде, ни в одной стране! Артисты оперы при этом получали громадные деньги. К примеру, гонорар Шаляпина в «Иване Грозном» был больше, чем гонорар всех балетных артистов, всего кордебалета — 55 тысяч рублей золотом.

Поэтому мы до сих пор должны быть благодарны российским императорам за то, что сохранился русский балет в том виде, в котором мы знаем.

Считается, что именно «Русские сезоны» произвели революцию в балетном искусстве. Прежде роль мужчины сводилась к «подпорке» для прекрасных танцовщиц. Но благодаря русским гениям исполнители-мужчины стали звездами мирового масштаба.

Разумеется, Дягилев и его артисты не вернулись в Россию после большевистского переворота. Триумфальные выступления труппы «Русского балета» продолжались вплоть до смерти ее основателя, произошедшей в 1929 году.

Серж Лифарь, артист балета, писал о Дягилеве:

«Он тратил миллионы и миллионы на своих артистов и практически ничего на себя. У него было два костюма, один серый и один синий, пиджак для приемов, полный вечерний комплект, летнее пальто и тяжелое зимнее пальто, изъеденное молью. Вот то, что он называл своим багажом, богатством, заработанным за жизнь, и умер он бедняком».

Похоронен Дягилев в Венеции, и до сих пор на его могилу поклонники вместе с цветами кладут балетные пуанты.

Судьба «Бубнового валета»

«Никакую живопись я не ценю так высоко, как наши иконы. Лучшее, чему я научился, научился я от наших икон, не только в плане художественном, но и религиозном».

Эти слова, как ни удивительно, принадлежат известному ниспровергателю всех и всяческих живописных традиций, одному из отцов русского авангарда — Василию Кандинскому.

Развитие русского искусства за триста с лишним лет совершило полный виток спирали. От стремления к правдоподобию и реалистичности, отрицавшего «иконность» ликов, оно пришло как раз к отрицанию наличной реальности, вдохновившись древней иконописью.

Русский авангард как новое, беспрецедентное явление заявил о себе в 1910 году выставкой под вызывающим названием «Бубновый валет». Позднее этим именем назвали свое объединение художники, ее участники. Они, казалось, отвергли все наследие русской живописной школы. Авангардисты пытались прорваться к тому сокровенному, что таится за поверхностью видимого мира. И отнюдь не случайно, что их эстетический бунт совпал по времени с «открытием» русской иконы. В эти же годы устраивались выставки отреставрированных древних образов. Их чистые, яркие краски, ни с чем не сравнимая выразительность поразили новое поколение художников. Они осознали, что это не «примитив», как считали живописцы XIX века. Это — прорыв в иное.

Греческая иконопись и греческое искусство вошли в плоть и кровь русского человека начиная с XI–XII веков. Если сравнивать это развитие с тем же греческим, которое знал священник Павел Алеппский, то интересно, что в Греции в XVII веке, когда они обратились к западноевропейскому ренессансу, был тоже откат к традиционному консерватизму, к живописи XV–XVI веков. Это общеправославная тенденция — желание удержать смысл в значительно более глубоких, внутренних формах.

Сама по себе эта тема обозначает разрыв, с одной стороны, между светской и церковной культурой, с другой — между церковной культурой и патриаршеством, затем синодальной культурой и старообрядцами. Тот самый разрыв, который, в сущности, привел к тому, что весь XIX век множество разных культур даже не подозревали о существовании друг друга. В этом и состоит уникальность ситуации начала XX века, когда происходило взаимопроникновение и слияние этих культур, открытие их друг для друга. Например, реставрация древнерусской иконописи, в ходе которой с икон было снято многовековое наслоение олифы и тьмы, открыла тот тип цветовой передачи, который художнику Матиссу как фовисту (fauve — «дикий» по-французски), форсировавшему цвет, был чрезвычайно близок. Получается, что уникальность ситуации XX века — это сближение и начало взаимопонимания этих культур. К сожалению, оно было жестоко оборвано революцией, в результате чего некоторые культуры оказались подпольными, некоторые — наполовину усеченными, некоторые — полностью усеченными.

Авангардисты творили иконы новой эпохи. Что такое серп и молот? Это стилизованный крест. Что такое звезда Троцкого, звезда Красной армии? Это старинный каббалистический символ. Почему Советская республика победила в Гражданской войне? В том числе и потому, что такого агитпропа, таких средств изобразительности и воздействия, которые создавали такие гении, как Маяковский, Шагал, Филонов, Малевич, у оппонентов не было.

Авангардисты стремились к прорыву в иное. Некоторые из них напрямую обратились к библейским сюжетам, разумеется, в своей специфической трактовке. У того же Кандинского не раз в его произведениях повторялся образ Георгия Победоносца. Наталья Гончарова написала картину «Четыре евангелиста». Однако были и другие поиски, которые приводили к совсем неожиданным результатам.

«У меня одна голая, без рамы (как карман) икона моего времени», — писал Казимир Малевич в мае 1916 года о своем ставшем всемирно известным «Черном квадрате». Созданный им стиль Малевич назвал «супрематизмом» — от латинского слова supremus — наивысший. На футуристической выставке он повесил «Черный квадрат» в красный угол, замещая им образ Спаса. И тем самым невольно продемонстрировал, что художественные поиски, не вдохновленные Святым Духом, приводят вовсе не к постижению истинного, надмирного света, но к провалу в черную дыру. Ровно через год, в 1917 году, в нее рухнула вся Россия.

Деструктивное искусство Малевича — это предвосхищение катастрофы. Писатель Андрей Платонов был сторонником советской власти, но ничего более страшного против советской власти, чем тексты Платонова, никто не написал, потому что он «слышал» эпоху — и Малевич тоже.

После революции некоторые авангардисты покинули Родину. Среди них были и Кандинский, и Гончарова, и основатель «Бубнового валета» Ларионов. Но некоторые остались, например Малевич. И это очень показательно, потому что именно автор «Черного квадрата» принял советскую власть. В 1929 году Малевич был даже назначен Луначарским «народным комиссаром ИЗО НАРКОМПРОСа».

Впрочем, принял он, видимо, далеко не все: согласно завещанию, после смерти тело Малевича полагалось поместить в супрематический гроб в форме креста, с раскинутыми руками. Конечно, это не было исполнено. Не полагалось такое в Стране Советов.

Вспышка «Русского авангарда», как нового художественного движения, была относительно краткой. Началась она с экспозиции 1916 года, где был выставлен «Черный квадрат». «Последняя футуристическая выставка 0,10» — так она называлась; организатором ее был художник-авангардист Иван Пуни. Другой конечной датой является 1932 год, когда ЦК ВКП(б) принял постановление о перестройке литературных и художественных организаций: все организации русского авангарда оказались под запретом, и был создан Союз художников СССР.

Однако влияние абстракционизма на мировую культуру оказалось огромным. Прежде всего след оставили два титана — Малевич (геометрическая абстракция) и Кандинский (биоморфная абстракция). Запад ценит этих художников, потому что их творчество было новым словом в искусстве. Наши авангардисты насыщали свои работы глубинным, «тяжелым» смыслом. А сейчас на Западе популярен авангард, порожденный наркотическим бредом. Например, один из таких «творцов» Жан-Мишель Баския умер от отравления наркотиками.

Сегодня абстрактные композиции уже никого не шокируют, они стали вполне привычными даже в качестве элементов оформления офисных помещений. Но никаким духовным прорывом они, конечно, не являются.

По каким бы путям ни шло русское искусство, в его фокусе или как полюс притяжения, или как объект отталкивания остается икона. И только с ней связана возможность подлинного духовного прорыва. Об этом русские люди знали издревле, вот только иногда надолго забывали.

Порой у многих из нас возникает ощущение, что искусство вообще кончилось. Что нет новых стилей, крупных талантов… Ведь, кстати, само слово «талант» пришло к нам из Евангелий — это была мера серебра в древности. Вес ее менялся. У древних евреев он одно время составлял около 44 кг. В Новом Завете содержится «Притча о талантах»:

«И́бо [Он поступит], как человек, который, отправляясь в чужую страну, призвал рабов своих и поручил им имение свое: и одному дал он пять талантов, другому два, иному один, каждому по его силе; и тотчас отправился. Получивший пять талантов пошел, употребил их в дело и приобрел другие пять талантов; точно так же и получивший два таланта приобрел другие два; получивший же один талант пошел и закопал [его] в землю и скрыл серебро господина своего». (Мф. 25:14–23)

Отсюда и пришло понятие «зарыть талант в землю». Господь за это наказывает. А теперь, похоже, вообще перестал наделять «талантами» народы, которые забывают о своих корнях.

Аз, буки, веди: каким было образование в империи и СССР

Мы все привыкли к тому, что 1 сентября начинается учебный год и миллионы российских школьников и студентов садятся за парты школ и вузов. Точно так же как садились за парты их предшественники и сто, и двести лет назад. Звенит звонок, учителя входят в классы, и кажется, что за эти годы ничего не изменилось. Тем не менее специалисты утверждают: современная российская школа не имеет ничего общего со школой императорской России. За последние сто лет мы потеряли нечто очень важное в системе отечественного образования. Неслучайно лучший российский вуз — Московский государственный университет — в рейтинге ведущих университетов мира до сих пор находится далеко не на самых ведущих местах.

Тогда как до революции российское образование по праву считалось одним из самых уважаемых и динамично развивающихся в мире. Что же произошло с российской школой, какой важный ингредиент мы потеряли?

Конечно, в основе различия царского и советского образования лежала концепция общества. Царская Россия была сословной структурой, и поэтому разным сословиям предлагался совершенно разный уровень образования. Дети дворян, как правило, получали до какого-то времени домашнее образование и затем поступали в классические гимназии. А низшие сословия должны были уметь читать, писать, но не более. Но нужно помнить, что Императорская Россия — это прежде всего общество православное, соответственно, целью любого образования, воспитания было спасение человека.

Задача православного образования — христианское спасение всего общества в целом.

Михаил Борисович Тишков,

директор православной гимназии «Радонеж»

Идеалом же советского образования было максимальное развитие каждого человека, вне зависимости от его стартовых возможностей. Оно было тоже гуманистическим, потому что в основе стоял человек, его развитие и максимальный идеал — достижимый результат для конкретного данного человека.

Многие соотечественники считают, что только советское образование было самым прогрессивным, самым правильным, направленным на всеобщее массовое просвещение. Благодаря чему можно было, даже родившись в глухой деревне, получить великолепное университетское образование.

Так какой же путь избрать современному российскому образованию — советский или дореволюционный? Чтобы ответить на этот вопрос, обратимся к истории.

Школа, которую мы потеряли

26 декабря 1919 года Совнаркомом РСФСР был издан декрет, который положил начало одному из самых стойких мифов советской пропаганды — о беспросветной безграмотности дореволюционной России, о спасительном ликбезе большевиков и в результате о бесспорных преимуществах советской системы образования. Декрет «О ликвидации безграмотности в РСФСР» обязал все население республики в возрасте от 8 до 50 лет, не умеющее читать и писать, обучаться грамоте на родном или русском языке. В качестве учителей к обучению в порядке трудовой повинности привлекались все более или менее образованные граждане. И это была далеко не мирная благотворительность. Документ за подписью В. И. Ленина заканчивался недвусмысленной угрозой: «Уклоняющиеся от установленных настоящим декретом повинностей и препятствующие неграмотным посещать школы привлекаются к уголовной ответственности».

Почему новая власть в разгар Гражданской войны, когда ее судьба висела на волоске, озаботилась грамотностью населения? Ленин дал прямой ответ на этот вопрос, заявив: «Безграмотный человек стоит вне политики». По его мнению, умение читать и писать было необходимо гражданам Советской республики прежде всего для того, чтобы читать большевистские брошюры и лозунги. Не случайно на кадрах кинохроники и фотографиях тех лет за партой можно увидеть в основном взрослых и пожилых крестьян, старательно выводящих на школьной доске ключевую фразу той эпохи: «Мы не рабы, рабы не мы».

В интенсивный 3-месячный курс обучения, помимо основ чтения, письма и счета, был введен и краткий курс политграмоты — учащимся доступно объясняли, что такое Интернационал, почему нужно уничтожать попов и помещиков, разрушать церкви и сдавать хлеб государству. За рубежом за валюту даже напечатали «Рабоче-крестьянский букварь для взрослых», где с каждой страницы огромными буквами в головы великовозрастных учеников вбивались следующие истины: «На смену старому миру идет мир труда», «Союз рабочих и крестьян непобедим». А для самых «продвинутых» было и такое: «Рабочий и крестьянин, в твоих руках новое оружие — грамота». Именно как оружие воспринимала грамоту советская власть и отлично его использовала в борьбе за умы и души измученного войной населения.

Парадокс в том, что быстро ликвидировать безграмотность так и не удалось. К 1927 году, даже по официальным отчетам, в России было обучено грамоте всего около 5 миллионов человек, что в масштабах страны крайне мало.

В 1930 году в СССР было введено всеобщее обязательное начальное обучение. Пропагандой это подавалось как огромное достижение советской власти. Однако мало кто тогда вспомнил, а коммунисты вообще попытались это скрыть, что именно этот рубеж — 1930 год — был обозначен как финальный в программе всеобщего начального обучения, которая разрабатывалась при Николае II накануне революции. Именно к этому году всеобщим начальным обучением должны были быть охвачены все губернии Российской империи. Разница лишь в том, что делать это предполагалось постепенно, без войн, революций и победных фанфар.

Более того, для обучения использовались новые методики. Художник Богданов-Бельский написал в 1895 году картину «Устный счет. В народной школе С. А. Рачинского». На ней он изобразил своего учителя Рачинского и детей, выполняющих задание. На классной доске написан пример, который ученикам необходимо решить в уме:

(10² + 11² + 12² + 13² + 14²) ÷ 365

Рачинский, ботаник и математик, профессор Московского университета, был автором теории математических последовательностей, он верил, что крестьянского ребенка можно этому научить. Он знал, что у такого ребенка не будет бумаги, не будет ручки, поэтому ему нужно уметь считать устно. Все последовательности сводились к тому, чтобы можно было найти простые алгоритмы, закономерности и научиться очень просто считать.

В Российской империи уже к 1916 году в некоторых губерниях, например в Вятской и Таврической, было введено всеобщее начальное образование. Но об этом предпочли забыть, когда в революционном угаре ломали старую школу. Под руководством Крупской вводились самые абсурдные экспериментальные методы, например, лабораторно-бригадное обучение. И только когда в 1929 году была проведена проверка знаний в школах, власть осознала масштаб катастрофы — школы в стране не было. Срочно пришлось возвращать хотя бы внешние атрибуты: дети снова надели форму и гимназические фартучки, вспомнили о пятибалльной системе оценок, планах уроков, классах. Но на этом сходство советской школы с имперской заканчивалось. Главного вернуть так и не удалось.

Питомник элиты

Что собой представляла классическая гимназия до революции? Какие знания она давала и почему в итоге была уничтожена большевиками?

Будущий вождь пролетариата Володя Ульянов ненавидел Симбирскую гимназию, в которой тем не менее с отличием переходил из класса в класс. Много лет спустя он вспоминал:

«Старая школа была школой муштры, зубрежки… Она заставляла людей усваивать массу ненужных, лишних, мертвых знаний, которые забивали голову…»

Недолюбливал классическую гимназию и его отец Илья Николаевич, который служил директором народных училищ — учебных заведений другого типа, попроще, ориентированных в основном на детей крестьян и ремесленников. Илья Николаевич, сам с отличием закончивший Астраханскую гимназию, сделал все, чтобы его дети получили именно классическое гимназическое образование. «Это необходимый мост, — объяснял он домашним, — без преодоления которого нет доступа в университет». И это была далеко не случайная фраза. В истории семьи Ульяновых, как в капле воды, отразились многие характерные проблемы той эпохи.

Два древних языка — латынь и древнегреческий, два современных — немецкий и французский (один — обязательно, второй — по желанию), плюс интенсивный курс математики — вот основа гимназической программы, по которой учился Володя Ульянов. Изучались и другие предметы — география, история, русская словесность, — но древние языки и математика были альфой и омегой, основой классического гимназического образования.

Само слово «гимназия» пришло в русский язык из древнегреческого языка и буквально переводится как «упражняться». Во времена Древней Греции это означало именно заниматься физическими упражнениями.

К концу XIX века классическая гимназия стала настоящим питомником российской элиты. В то время сословный уклад общества, как в зеркале, отображался и в укладе образования. Система работала слаженно, как хорошо сыгранный оркестр. Каждый подданный Российской империи мог выбрать, где учиться, в зависимости от своего желания, способностей, положения в обществе, материальных возможностей и амбиций. Для народа — крестьян, ремесленников, мещан — существовали школы грамотности, церковно-приходские и земские народные училища, ремесленные училища. Самые трудолюбивые и талантливые при желании могли дойти и до высших учебных заведений. Своя образовательная сеть духовных училищ, семинарий и академий была у церкви. Выходцы из армейской среды могли продолжить династию в кадетском корпусе. Легитимным было и домашнее образование, которое тоже строго регламентировалось законом. При этом получение образования не было обязательным. Просвещая народ, государство предпочитало действовать методом пряника, всячески поощряя грамотность и образованность, но не принуждая к учебе помимо воли. Так, срок службы в армии по призыву зависел от образования — чем выше образованность, тем ниже срок.

В этой сложной и хорошо продуманной цепочке классическая гимназия занимала особое место. Наряду с реальным училищем она находилась на средней ступени, между начальным образованием и высшим. Разница была лишь в том, что реальное училище готовило к поступлению в технические вузы, и только после окончания гимназии, пройдя узкое горлышко тяжелейшей учебной программы и жесткого отбора, можно было поступить в университет. А уж оттуда открывалась широкая дорога к государственной службе, чинам, карьере, высокому жалованью. Прав был Илья Николаевич Ульянов — без гимназии не видать бы его детям университетов. Но проблема в том, что именно так рассуждали тысячи и тысячи родителей, мечтавших устроить своих детей в тепленькое государственное местечко и видевших в гимназии лишь своего рода карьерный трамплин.

По свидетельству очевидцев, несмотря на строгие вступительные экзамены, гимназии были переполнены — в первые классы набивалось до 50–60 детей. С программой справлялись немногие, шел жесточайший отсев, но только к 5-му году обучения количество учеников в классах сокращалось до приемлемых тридцати в каждом классе. Остальным приходилось расставаться с мечтами об университетском образовании и престижной госслужбе и искать себе применение в других сферах. Можно представить, сколько в результате такого отсева оставалось обиженных. И не только среди тех, кто оказался за бортом, но и среди тех, кто, как Ленин, пусть и закончив гимназию, так и не реализовали себя на избранном поприще. Возможно, именно в этом кроется одна из причин того чудовищно несправедливого мифа, который усилиями интеллигенции сформировался вокруг классической гимназии в конце XIX века.

Оболганная классика

«У этого человека наблюдалось постоянное и непреодолимое стремление окружить себя оболочкой, создать себе, так сказать, футляр, который уединил бы его, защитил бы от внешних влияний. Действительность раздражала его, пугала, держала в постоянной тревоге… И древние языки, которые он преподавал, были для него, в сущности, те же калоши и зонтик, куда он прятался от действительной жизни.

— О, как звучен и прекрасен греческий язык! — говорил он со сладким выражением. И, как бы в доказательство своих слов, прищуривал глаза и, подняв палец, произносил: — Антропос!»

Карикатурный образ Беликова — героя рассказа Антона Павловича Чехова «Человек в футляре», убогого, жалкого и отвратительного преподавателя древних языков классической гимназии, — стал хрестоматийным. Вряд ли Чехов, в свое время оставленный на второй год из-за незнания греческого языка и таким образом отчасти сводивший личные счеты, мог предполагать, какое убийственное влияние окажет его рассказ на репутацию классического образования. Но вот уже более ста лет для большинства из нас именно беликовской духовной мертвечиной веет от всего, что связано с изучением латыни и греческого. Тогда как это всего лишь отголоски идеологической борьбы, развернувшейся вокруг среднего образования в конце XIX века.

В 1871 году по инициативе министра народного просвещения графа Дмитрия Андреевича Толстого была проведена реформа образования, в результате которой, в частности, программу гимназий привели к классическому образцу: в основе — много латыни, много древнегреческого, много математики и один современный язык. Почему именно такой перечень предметов? Дело в том, что на протяжении веков как в Европе, так и в России именно латынь и древнегреческий служили базой качественного образования. Древние языки — это идеальная гимнастика для ума, они лежат в основе всей европейской культуры и до сих пор преподаются на Западе в элитных учебных заведениях. Именно изучение древних языков воспитывало по-настоящему думающего, образованного человека. Как общая физическая подготовка для спортсмена, как гаммы и этюды для музыканта, древние языки формировали главный навык для получения образования — умение думать, сравнивать, воспринимать, анализировать и усваивать информацию из любой области знаний, будь то русская словесность, физика или медицина.

У классических языков есть несколько задач. Первая — интеллектуальная. Античный мир — это мир, где все причины дали свои следствия. Вся политическая мудрость Европы строится на том, что люди изучали следствия, которые созрели из определенных причин. Вторая — мертвые языки представляют собой некое культурное ядро, которое позволяет обеспечить единство. Для большинства из нас уже язык Пушкина или Гоголя не совсем понятен, а без базы в виде истории языка и тех же мертвых языков скоро станут непонятны Толстой с Достоевским. Если такого стержня нет — национальная культура «болтается» по воле волн и ее может изменить любое влияние со стороны.

Алексей Игоревич Любжин,

доктор филологических наук, автор книги «История русской школы»

Толстовская реформа 1871 года вызвала раскол в обществе. Учеба в гимназии, и ранее непростая, теперь требовала еще больше трудолюбия, усилий и наличия способностей. Это была поистине трудная школа, но при этом она оставалась общедоступной и всесословной. Тогда же еще раз было подтверждено правило: лишь выпускникам гимназий разрешается поступать в университеты. Представители консервативных взглядов радовались восстановлению лучших традиций европейского образования в России. В реформе они видели залог формирования образованной и патриотически настроенной элиты, способной самостоятельно мыслить и противостоять радикальным революционным взглядам. Демократическая общественность, напротив, негодовала, обвиняя правительство в охранительстве, элитарности образования, догматизме и даже в мучении детей и доведении их до самоубийства! Так, в минуту гнева М. Е. Салтыков-Щедрин как-то сказал о графе Дмитрии Андреевиче Толстом: «Он своим дурацким классицизмом отправил десятки юношей на тот свет…»

Действительно, в начале XX века по России прокатилась волна детских самоубийств: по статистике в среднем в год сводили счеты с жизнью 73 старшеклассника, как мальчики, так и девочки. И число их постоянно росло. Документы сообщают страшные подробности: мальчики чаще выбирали жестокие способы самоубийства, с помощью оружия или веревки, девочки принимали яд или топились. Это была настоящая эпидемия смерти безо всякой внешней причины. Россия совершенно неожиданно на короткий срок заняла одно из первых мест в мире по количеству детских самоубийств. Интеллигенция поспешила во всем обвинить древние языки. Якобы невыносимые перегрузки и зубрежка доводят детей до страшного шага. Это темное пятно до сих пор лежит на классическом образовании, хотя простой анализ фактов свидетельствует об обратном.

Резкий рост самоубийств впервые был зафиксирован в 1902 году, когда усилиями Константина Победоносцева классическая гимназия начала разрушаться и объем изучения древних языков был существенно снижен. Кроме того, по статистике среди самоубийц было примерно равное количество учеников как классических гимназий, так и реальных училищ, где древние языки вообще не изучались. То есть латынь и греческий были совершенно ни при чем. Конечно, в каждом частном случае причины ухода из жизни были разные: и страх наказания дома, и непонимание со стороны родителей, и несчастная любовь. Но вполне возможно, что роль «Синего кита», провокатора и подстрекателя эмоционально неустойчивых подростков тогда сыграл Ницше. Его взгляды, этот гимн суициду («Если тебе не удалась жизнь, удастся смерть»), подобно пожару, распространялись среди молодежи именно в тот период. А обвинили во всем классическое образование.

Но русская гимназия пережила и это, и к 1917 году в России по-прежнему можно было получить качественное среднее образование того уровня, до которого сегодня недотягивают даже некоторые вузы.

Лжесреднее образование

Что же должен был знать выпускник российской классической гимназии? Отбор начинался уже при поступлении. На вступительных экзаменах 9–10-летний ребенок должен был показать знание основных православных молитв и событий, изложенных в Ветхом и Новом заветах, умение читать тексты, написанные на церковнославянском, и в целом — навыки беглого чтения и письма. Также требовалось продекламировать стихотворение, разобрать текст по частям речи, определить их грамматические категории — склонения, спряжения — и устно решить арифметическую задачу. Конкурс был очень большим. Так, писатель Иван Шмелев, поступавший в престижную 1-ю Московскую гимназию, в которой смог продержаться всего три месяца, вспоминал, что из 400 претендентов тогда приняли лишь 60.

Обучение длилось 8 лет. По окончании курса сдавались экзамены. Сдавать их могли не только ученики гимназии, но и те, кто осваивал гимназический курс на дому, экстерном, не учась в школе. И таких тоже было немало. В конце XIX века гимназисты сдавали 5 предметов: Закон Божий (устно), русский язык (письменно), греческий язык и латынь (устно и письменно), математику (устно и письменно), историю (устно).

Каждое прошение об экзаменации рассматривалось индивидуально и очень строго. Учитывались не только достижения в учебе, но и нравственный облик ученика. Уровень знаний, который требовалось продемонстрировать на экзамене, поражает даже сегодня. Так, на экзамене по древним языкам нужно было не только свободно читать, писать и переводить с латыни и греческого, но и толковать философские сочинения Цицерона, произведения Овидия, Вергилия, Горация. Философ Алексей Лосев, закончивший с золотой медалью Новочеркасскую классическую гимназию, вспоминал, как на экзамене переводил текст с одного диалекта греческого на другой. Кстати, именно в этой гимназии произошло событие, которое стало причиной появления печально знаменитого «Циркуляра о сокращении гимназического образования», в народе прозванного «Циркуляром о кухаркиных детях».

Этот документ противники самодержавия часто предъявляли царскому правительству в качестве доказательства несправедливости режима. Он предписывал начальникам гимназий сократить число учащихся из низших слоев. Таким образом, пояснялось в циркуляре, «гимназии и прогимназии освободятся от поступления в них детей кучеров, лакеев, поваров, прачек, мелких лавочников и тому подобных людей, детям коих, за исключением разве одаренных гениальными способностями, вовсе не следует стремиться к среднему и высшему образованию».

Не заметив уточнения о гениальных способностях, открывающего путь к университетскому образованию талантливым детям из народа, интеллигенция набросилась на правительство и царя: вот оно — социальное неравенство! Но причина появления этого документа была вовсе не в аристократическом снобизме. Власти боялись проникновения в гимназии, а через них и в университеты, революционных идей. И имели для этого все основания.

В 1884 году в Новочеркасской гимназии прогремел взрыв. Кто-то из учащихся попытался совершить покушение на директора. Бомба была заложена в директорской квартире, но, к счастью, бомбист оказался неопытным, и дело закончилось лишь разбитым окном и упавшей чернильницей. Большинство гимназистов были шокированы случившимся не меньше педагогов, и по инициативе учащихся даже был отслужен благодарственный молебен о чудесном спасении директора гимназии. Тем не менее это было воспринято властями как серьезный сигнал. Результатом стало появление Циркуляра. Его главной задачей было остудить революционные настроения в студенческих массах, где основными их носителями были разночинцы. Проблему удалось решить лишь на время, и в 1905 году студенчество все равно оказалось на баррикадах.

Но обида надолго пережила Циркуляр. Так, Корней Чуковский, наш знаменитый писатель, через много лет в своей автобиографической повести «Серебряный герб» с горечью вспоминал о том, как был отчислен из Одесской гимназии именно на основании этого документа. И хотя кухарка в Циркуляре не упоминалась, Ленин использовал этот образ, чтобы в нужный момент надавить на больную мозоль:

«Мы не утописты. Мы знаем, что любой чернорабочий и любая кухарка не способны сейчас же вступить в управление государством. Но мы требуем немедленного разрыва с тем предрассудком, будто управлять государством в состоянии только богатые или из богатых семей взятые чиновники. Мы требуем, чтобы обучение делу государственного управления велось сознательными рабочими и солдатами и чтобы к обучению этому немедленно начали привлекать всех трудящихся, всю бедноту».

Целенаправленно уничтожая элиту Российской империи в классовой борьбе, большевики уничтожили и ее кузницу — среднее образование. Не стало мужских и женских гимназий, реальных училищ, кадетских корпусов, институтов благородных девиц. На смену им пришел уравнительный всеобуч, который дожил до наших дней. И диплом о среднем образовании сегодня дает школа, которая по набору предметов и уровню знаний сопоставима лишь с начальными учебными заведениями Российской империи.

Русский, литература, алгебра, геометрия, история, естественнонаучные предметы, один иностранный язык, и все на среднем уровне сложности — вот он, курс высшего начального училища императорской России, предел мечтаний для детей крестьян, рабочих и ремесленников. Теперь в России так учатся все. Настоящего гимназического уровня не достигают даже элитные спецшколы. Стоит ли удивляться тому, что в рейтинге ведущих вузов мира наши университеты находятся далеко не в первом десятке?

Современная школа: плюсы и минусы

Какие же есть у современного русского образования ориентиры? Не скатывается ли оно к классовому расслоению? И кого воспитывает — патриотов, интеллектуалов или потребителей?

Сергей Сергеевич Фурсенко, будучи министром образования России, говорил, что советская школа воспитывала творцов, а наша современная школа должна воспитывать квалифицированных потребителей. Конечно, нынешняя культура, как бы мы к ней ни относились, имеет значительную долю потребительства, может быть, даже в хорошем смысле этого слова, потому что современный выпускник должен быть грамотным заказчиком уже сегодня, и не только в товарно-денежных отношениях. Но эта модель образования была направлена на общую концепцию власти в 1990–2000-е годы, когда происходило уничтожение советского наследия любой ценой и вхождение в так называемое мировое сообщество. Создание из наших молодых людей не граждан, которые живут в социальном государстве, в обществе равных возможностей, а идеальных потребителей. Это была концепция привития школьникам навыков. Зачем знать, к примеру, химию, если ты не будешь химиком? Такая концепция полностью извращала классическую систему образования. Но это не означает, что происходила деградация образования в целом.

Современная социал-дарвинистская система воспитывает людоеда, потому что главные задачи сегодня, главные идеалы — это успех, деньги. Соответственно, воспитывают хорошие школы, а идеальная школа — это та, которая лучше всего подготовит своего выпускника к борьбе за будущие жизненные блага — у него должны быть локти, когти, зубы, он должен всех растолкать и как можно больший кусок общественного пирога урвать. Вот это задача современного образования, а все остальное — это такая пудра и мимикрия, когда говорят про какие-то ценности. Нет у современного общества внятно декларируемых официальных ценностей.

Михаил Борисович Тишков,

директор православной гимназии «Радонеж»

Что мешает сегодня любой школе, пользуясь нормативными рамками внутри закона, построить свою образовательную программу, сделать свою систему воспитательной работы вместе с родителями, где основой было бы служение, включение в общественную жизнь? Что мешает выстроить учебные планы таким образом, чтобы базовая часть в 70 % и факультативная — 30 % были подстроены под выпускника, который знает, какие курсы ему необходимы?

Прежде всего мешает система. В профильных школах ученики с 7-го класса могут выбирать как непрофильные классы, так и профильные, чтобы к 9–10-му классам определиться с будущей профессией. Профили могут быть историко-литературными, гуманитарными, социально-экономическими, математико-экономическими, естественно-научными и так далее. В таких школах есть углубленное изучение языков, ведь, как и математика, языки — это инструмент развития интеллекта. Но профильных школ в России не так уж и много.

Какие есть альтернативы? Уже на протяжении 30 лет в России существуют православные гимназии, дающие классическое образование, которое соответствует тому, что было до 1917 года. Например, в них изучаются древние языки. Латынь входит в обязательную программу, греческий изучается факультативно. В лингвистическую базу входят еще два языка — церковнославянский и немецкий. Углубленно преподаются предметы гуманитарного цикла, то есть история, литература, история искусств (мировая художественная культура). Есть предметы, которые отсутствуют в обычной школе: риторика — сплошной курс с 5-го по 11-й класс, логика, модули по истории философии, Закон Божий с 1-го по 11-й класс, литургика.

Необходимо отметить, что православная гимназия — это гимназия не в обычном понимании массами этого слова. Сегодня в профильных классах или в профильных школах при разделении на профильное математическое, или естественно-научное, или гуманитарное направление всегда сокращается количество часов для дисциплин другого профиля. В православной гимназии ничего подобного нет: все предметы преподаются в полном объеме. Задача православной школы — не выращивать односторонних специалистов, а дать широкое фундаментальное образование, гармоничное развитие личности. Как вы помните, в классических гимназиях очень важным элементом был спорт. Так и в православной гимназии ему уделяется много внимания.

Современная православная школа — это синтез: классическая гимназия плюс советская школа.

В православной гимназии нет обязательной фиксированной платы: в значительной степени она существует за счет пожертвований попечителей, есть, конечно, бюджетное финансирование от Министерства образования, но его не хватает.

Государство выделяет бюджетных средств на одного ребенка, обучающегося в государственной школе, примерно в 7–8 раз больше, чем на такого же, получающего образование в частной или в православной школе. И сложнее всего в этой ситуации именно православным школам, потому что они некоммерческие.

Кроме выбора типа школы есть еще и методическая проблема. Современные образовательные методики выросли из кризиса той дидактической модели образования, частью которой была советская школа. Эта модель возникла еще в конце XIX века в странах Западной Европы, когда учитель был транслятором знаний, а ученик — объектом воздействия, причем учебник являлся единственным носителем и источником этих самых знаний. Безусловно, советская модель на 100 % решала те задачи, которые ставило перед ней государство, через такую модель. Но изменились запросы общества, изменилась его модель, изменилось само знание — оно сегодня имеет буквально космические объемы, и загнать его в один учебник невозможно. И в этом смысле меняется миссия учителя, который должен стать навигатором в поле знаний и сформировать у ученика те компетенции, что помогут ему через 11 лет самообучаться, самому получать знания. Ведь те профессии, которые будут через 11 лет востребованы, сейчас имеют не вполне четко прогнозируемые варианты.

Наше время — это время равных возможностей, потому что есть новые системы, которые с помощью современных средств цифровых технологий дают равные возможности образования каждому ребенку. Любой ребенок вне зависимости от того, в каком городе он живет, может получить урок лучшего учителя.

Российская электронная школа и информационные технологии в целом — это не новые технологии преподавания. Это новые инструменты для учителя. Это какие-то интересные «фишки» для ученика, которые действительно повышают его мотивацию. Это также определенный инструментарий для родителя, помогающий контролировать учебный процесс с его стороны чуть более подробно и полно, нежели он делал бы это без информационных технологий.

В данном проекте участвуют все образовательные организации, в том числе частные, которые имеют возможность работать с электронным журналом, дневником и получать доступ в библиотеку. И поскольку применяются «облачные» технологии, это предоставляет учителям из других регионов возможность брать контент или загружать свой материал в эту «облачную библиотеку». По сути такая модель открывает возможности доступа для всех учителей к хорошему, конкурентоспособному контенту.

Вся цифровая программа обучения направлена на воспитание ученика-творца, а не потребителя, потому что ребенок имеет возможность помогать учителю выстраивать урок, делать его интересным.

Мы воспитываем гармонично развитую личность. Гражданина с большой буквы, а не потребителя.

Юлия Владимировна Федорова,

начальник управления развития цифровых технологий образования, кандидат педагогических наук

Наконец, главной задачей национальной системы образования сейчас становится формирование национальной идентичности.

Основная проблема школы — это не подход к знанию или выбор модели (царской или советской), главное — это вопрос воспитания и нравственного здоровья детей. Только в том случае, когда во главу угла ставится любовь к Отечеству, возможно развитие государства в целом. К счастью, в нашем обществе зреет понимание того, что необходима четкая, ясная инструкция по воспитанию неравнодушных людей, способных к жертвенному служению, а не тех, кто считает свою Родину просто территорией для заработка. Это нашло отражение в Законопроекте Президента о воспитательной работе в системе образования.

Так может ли какая-то одна дисциплина дать гармоничное духовное развитие личности? Вряд ли тот же Закон Божий в школе сделает православными всех детей. Да, безусловно, он даст пищу для ума, погрузит их в проблематику европейской, христианской культуры. Однако использовать Закон Божий в современном многоконфессиональном социуме как инструмент формирования национальной идентичности все же не стоит.

В советской школе вместо Закона Божьего объясняли, что такое хорошо и что такое плохо. Что воровать нельзя, надо быть честным человеком и любить свою Родину. В современной школе такая дидактическая модель не используется, так как она непродуктивна. Невозможно воспитывать человека без трансляции системы ценностей: их сначала надо проговорить, объяснить их взаимосвязь, природу, их происхождение, а затем привить моральные принципы через действие. Проводить, например, благотворительные ярмарки, в организации которых ребята принимают непосредственное участие, что-то делают своими руками. Оказывают реальную живую помощь отдельному дому престарелых людей в регионе, сами пакуют подарки, пишут письма, выступают с концертами.

Нельзя разделять два процесса — воспитание и образование, не должно быть отдельной дидактической единицы, какого-то одного часа в неделю, в течение которого детей будут учить любить Родину. Все образование должно быть проникнуто одной общей идеей, одним ориентиром.

Школа должна учить тому, что нужно ценить не только материальные, но и духовные отношения, и прежде всего быть человеком.

Семья против Содома

В основе идеологии любого здорового государства лежат семейные ценности. В России ежегодно отмечают День святых Петра и Февронии. Эти благоверные супруги издревле считаются покровителями семьи. Их любовь и верность были для наших предков образцом, нормативом супружеских отношений. И мы верим, что так будет и впредь.

Союз между мужчиной и женщиной, одобренный Богом, дает шанс выжить человечеству. Недаром в Священном Писании сказано: «Плодитесь и размножайтесь». (Быт. 1:28).

Однако сегодня мы слышим немало голосов, утверждающих, что время традиционной семьи миновало. Причем нередко под это подводят научную базу и в качестве альтернативы предлагается (а на Западе уже и навязывается) так называемый «однополый брак».

Каковы перспективы сохранения традиционной семьи в наш бурный век? Мнения на этот счет расходятся. Большинство считает, что, как только традиционная семья, состоящая из мужчины и женщины, исчезнет — на человечестве можно ставить крест.

Семья — это оголенный нерв современного мира, и в XXI веке именно то, как человечество будет смотреть на семью, и определит его будущее. Если победит доминирующая сейчас на Западе концепция из 54 вариантов гендера, когда дети рождаются в пробирках и подавляются те, кто считает, что брак может быть только между мужчиной и женщиной, — тогда человечеству ничего хорошего не светит. Если же восторжествует в мире здравый смысл, которого придерживается, к счастью, Россия и многие другие страны, только в этом случае у человечества есть шанс хорошо жить в XXI веке.

Алексей Константинович Комов,

журналист

Но не все разделяют эту точку зрения. Люди «прогрессивных» взглядов считают, что «должны цвести все цветы».

Для меня семья — это союз любящих людей, который будет всегда. А кто эти люди, иметь им детей или не иметь — пусть решают они сами. Я думаю, что классическая модель, когда мужчина и женщина встречаются, влюбляются, рожают детей, вечна. Но, тем не менее, многообразие форм и отношений будет существовать и дальше, ведь оно было и ранее, хотя в силу отсутствия соответствующего информационного поля о нем не говорили.

Ирина Изотова,

философ

Что же и кто наступает на традиционные ценности и как разрушается семья?

Мертвое море — это странное место, в котором не слышно птичьего пения, а воздух наполнен загадочной дымкой. И цвет моря необычный, с металлическим отливом, а при испарении воды в воздухе часто пахнет серой. Больше всего в Мертвом море хлорида натрия, то есть соли — в такой воде ничто не живет, поэтому море и называется Мертвым.

Библейское предание гласит, что на месте Мертвого моря тысячи лет назад стояли два города — Содом и Гоморра. Жители были богаты и тщеславны, они бесцеремонно обходились с приезжими: забирали у них все, что хотели. А еще они любили друг друга, но странной любовью. Мужчина — мужчину, женщина — женщину. На особом положении среди горожан были люди, которые в качестве наложников использовали детей — мальчиков и девочек. Сейчас таких называли бы педофилами.

Однажды в дом праведного Лота, жившего в Содоме с женой и дочерьми, пришли три ангела. Содомляне, узнав об этом, окружили дом и потребовали выдать им гостей на поругание. Лот отвечал: «Возьмите меня и моих детей, но не трогайте гостей». Горожане не отступали и взяли дом в осаду. Но когда стемнело, ангелы велели Лоту уходить из города. И как только семья Лота покинула пределы Содома, с неба на него и Гоморру обрушилось море огня.

С тех пор прошло 4000 лет, а кровожадный Молох, этот финикийский демон, насыщавший свое чрево человеческими жертвами, и сейчас пожирает молодежь и детей. Мир культивирует порок и создает ему официальное обоснование: ЛГБТ — лесбиянки, гомосексуалисты, бисексуалы и трансгендеры. Сообщество этих людей отвергает мораль и нравственные устои традиционной семьи. Зло называет добродетелью, тьму — светом. Порок и разврат возводят в культ, а грех пытаются оправдать эстетикой.

Самое страшное, что произошло с европейской христианской цивилизацией, — это подмена понятий. Гомосексуалисты теперь могут быть священнослужителями. Пастор Евангелистской церкви, некто Нильс Хухтхаузен, живущий в зарегистрированном партнерстве со своим мужем уже много лет, считает, что гомосексуализм — это нормально. Он искажает смысл Священного Писания.

Он проповедует о том, что лесбийские и гомосексуальные пары получают божественное благословение — тем самым им как бы предоставляется то, что есть в браке между мужчиной и женщиной, — и что якобы священнослужители имеют право на это.

Библейский хрестоматийный пример — Содом и Гоморра и гибель этих двух древних городов, где извращенцы жили точно так же, как в сегодняшней Европе, — не убеждает священника.

Содом и Гоморра — это история не о любви. Причем слово «любовь» в ней вообще отсутствует, то есть не говорится о любви в качестве ответственного партнерства. Там речь идет об изнасилованиях и унижении достоинства людей.

В Библии сказано, что мужеложество — это смертный грех. Апостол Павел утверждает, что таких не примут в Царство Небесное. Это глупость, я категорически возражаю. Иисус говорит: «Возлюби ближнего твоего, как самого себя». Апостол Павел таким образом противоречит Христу. И, руководствуясь словами Христа, я могу тут возразить Павлу и сказать: «Дорогой Павел, а прав ли ты тут?»

Нильс Хухтхаузен,

пастор

Подобное толкование Библии в корне неверно. Ведь в Священном Писании сказано: «Верный в малом и во многом верен, а неверный в малом неверен и во многом. Видишь ли, что верный есть тот, кому вверяется? Кто же не чувствует и не знает, чтоб ему вверено было что-нибудь, тот или не получил благодати Святого Духа, или бесчувствен, и по причине нечувствия его она отступила от него. Ибо Дух Святой, дающий людям мудрость, и ведение, и благочестие, и страх Божий, и веру, не хочет пребывать в нечувственных».

Сам Господь и апостол Павел предупреждали, что люди, искажающие истину, будут появляться. И они были всегда, а церковь все равно устояла, потому что люди всегда приходят к истине.

ЛГБТ как всемирный заговор

Можно ли было когда-то представить, что в XXI веке будут регистрировать семьи геев? И что на стенах загсов вместо традиционных свадебных фотографий появятся другие? Наши родители такое себе точно вообразить не могли даже в самом страшном сне. А сегодня это совершенно обычное явление для многих Западных стран.

Откуда же начал свое распространение вирус, разрушающий основной институт государства — семью? В Лондоне находится Тавистокский институт человеческих отношений, основанный в 1921 году в качестве клиники и ставший институтом лишь после Второй мировой войны. В те годы в этих стенах специалисты британских спецслужб создали новую методологию психологической войны, обращенную не только против фашистской Германии, но и против Советского Союза.

Меморандум о взаимопонимании был подписан между семьей Рокфеллеров, Тавистокским институтом и генералом Джоном Роллингом, который был его основателем. Идея Тавистокского заговора заключалась в следующем: необходимо подменить парадигму современного общества, другими словами — пытаться изменить все наши представления об обществе.

Здесь были придуманы и вскоре внедрены в сознание европейской молодежи такие новые культурологические акценты, как свободная любовь, свинг, гражданский брак. Совместно с ЦРУ в Тавистокском институте была создана программа «МК-ультра» для управления сознанием людей. Не исключено, что именно здесь была сформирована психологическая составляющая так называемой цветной революции: речевки, модели поведения, слоганы.

Когда речь идет о проектах, созданных в Тавистоке, мы имеем дело с людьми, которые строят планы на 50, а то и на все 100 лет. Они создают схемы, реализация которых переходит из одного века в другой. Большая часть проектов, которые реализуются сегодня, как, например, гомосексуализм, были задуманы не пять и не десять лет назад. Они были начаты еще до Второй мировой войны.

Раньше существовали только мужчины и женщины, а теперь есть гомосексуалисты, транссексуалы. Потом появятся транслюди, затем постлюди, человекороботы (киборги, как Терминатор) и, наконец, синтетические существа, потому что уже сегодня можно буквально создать человека в лаборатории.

Необходимости в отношениях между мужчиной и женщиной больше нет — можно синтезировать существо. Дойдет до того, что будут гены не только мужчины и женщины, а трех разных человекообразных существ, которые могут создать человека. И в будущем идея элиты — через генетические манипуляции уничтожить память.

Даниэль Эстулин,

автор книги «Тавистокский институт»

«Создают» новых людей в Клинике института рождаемости в Лос-Анджелесе — это первая больница, которая предложила суррогатное материнство для содомитов. Они могут выбирать, будет это мальчик или девочка. Из замороженных яйцеклеток и спермы в клинике получают эмбрионы — их выращивают в течение пяти дней, проводят анализы, чтобы понять, какого пола будет ребенок, имеются ли у него генетические отклонения. Затем эмбрион имплантируется суррогатной матери. Но попав в гомосексуальную семью, ребенок больше никогда не увидит свою маму. Разве это не страшно?

У содомитов в подсознании все же присутствует понимание того, что неправильно, когда у ребенка нет папы или мамы. Однако внешне они старательно изображают радость. Дети же в гомосексуальных семьях не выглядят счастливыми. Детская душа чувствует: все, что происходит вокруг, противно природе. Ведь там, где нет женщины, — нет продолжения жизни. Но содомиты пытаются обойти законы природы и тратят на живой товар огромные деньги. Сегодня в мире два миллиона детей воспитываются в однополых семьях, и это только начало.

Одно из самых страшных последствий гей-браков — прямое нарушение прав детей, чья психика коверкается в результате усыновления подобными парами.

Происходит подмена понятий: вместо слова «мама» в обиход входит новое понятие — «биоконтейнер». Все мы знаем такое выражение: «Впитал с молоком матери». А что впитывают дети содомитов? Геи утверждают, что ребенку мать не нужна. Что их отношения более стабильные, чем традиционные — они якобы заводят детей только тогда, когда готовы и с финансовой, и с эмоциональной точки зрения. Так они получают большое преимущество перед жизненной ситуацией, когда у традиционных пар случается незапланированная беременность. Более того, содомиты считают, что если их дети вырастут и станут геями, то от этого только выиграют.

Есть еще одна важная деталь: гомосексуалисты всегда хотят мальчиков, а лесбиянки — девочек. Для чего? Для их развращения с юного возраста. К примеру, по законам Германии, если вы запрещаете ребенку в своей школе ходить на уроки секспросвета, то за это можете попасть в тюрьму. Людей, протестующих против разврата, тысячи, но их голоса тонут в контрпропаганде извращенцев, которые специально следят за нормальными семьями и, как только узнают об акциях протеста, проводят свои контрдемонстрации.

Таким образом, построение нового Содома в XXI веке идет быстрыми темпами. Повсеместно внедряется в сознание людей мысль о том, что семья — это некий инкубатор, а понятия «отец» и «мать» уже устарели. Например, в департаменте образования Милана утвердили школьную анкету, при заполнении которой папа и мама обязаны подписаться как «родитель № 1» и «родитель № 2».

Движение ЛГБТ опасно не только само по себе. Главное — оно искажает понятие нормы. Угроза, которая исходит от глобальных тенденций к разрушению традиций и норм постепенно приближается и к России тоже.

Это является хорошо продуманной, спланированной стратегией по достижению мировой революции. В новой форме — политкорректности, толерантности и всех этих гендерных теорий. Пытаются разрушить сам образ человека, чтобы новое поколение приняло идеалы новой мировой революции. Все это делается для установления порядка, который в Библии христиане называют порядком антихриста: одно мировое государство, одно правительство, одна религия, одна валюта и полное забвение истины.

Алексей Константинович Комов,

журналист

Семья — пережиток прошлого?

Обратимся к истории человечества. В III веке жил такой древний римский император, Гелиогабал. Он был человеком с нетрадиционными предпочтениями: например решил жениться на своем партнере. Это вызвало дикое возмущение среди жителей Рима, где подобные отношения были в целом не под запретом, но их переход в законодательную сферу семейного кодекса даже в языческом социуме не приветствовался. Гелиогабал в конце концов свои дни закончил плохо — был убит в ходе мятежа. Но мы живем не в языческом государстве, поэтому для нас важно понимание: станут ли нетрадиционные отношения нормой или останутся андерграундом?

Формализация браков нужна с точки зрения экономического, социального выживания. Потому супруги обладают определенными правами и юридически защищены государством. Я думаю, что пары, которые хотят закрепить отношения, нуждаются в поддержке, потому что они хотят удивительным образом воспроизвести традиционную, по сути, ту же ценность — легальные взаимоотношения.

Ирина Изотова,

философ, куратор московского фестиваля феминисток FemFest

И это мнение далеко не меньшинства. Стамбульская конвенция о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием — это международное соглашение Совета Европы против насилия в отношении женщин и насилия в семье, подписанное 47 государствами. Казалось бы, отличное начинание. Но на самом деле она призывает противостоять насилию в обычной семье, где есть папа и мама. На Западе существует гендерная полиция, открываются уголовные дела против нормальных семей.

Широко известен пример многодетной семьи баптистов, выходцев из Советского Союза, живущих в Германии. Согласно их религиозным убеждениям дети не должны посещать уроки секспросвета. За это главу семейства четыре года назад посадили на двое суток. Сегодня в Германии законодательство еще более ужесточилось, и за такое сажают в тюрьму уже на две недели. Где же здесь свобода выбора, если государство заставляет верующих людей поступать против их убеждений и веры?

Второй пример. Верховный суд США отменил решение штатного суда в отношении кондитера, который отказался на основании своих религиозных убеждений печь свадебный торт для гомосексуальной пары. (Суд штата принуждал этого человека выплатить гомосексуальной паре сто тысяч долларов.) Потому что, согласно 1-й поправке конституции США, человек имеет право на выбор веры.

Когда государство влезает в семейную жизнь, в воспитание детей — это плохо для развития самого государства.

Христиане в Америке и в Европе еще 20 лет назад придумали такой стратегический ответ государственной пропаганде, как домашнее образование: homeschooling. Это единственный способ для христиан на Западе передать свои ценности детям, воспитывая их дома и давая образование. Оно на порядок лучше и по академическим стандартам: такие дети успешно сдают тесты, поступают в престижные вузы.

В Германии, к примеру, домашнее образование под запретом со времен Гитлера. И сейчас этот же закон используется на благо пропаганды нового толерантного тоталитаризма, который на самом деле навязывает всему социуму деструктивный образ жизни каких-то 2 % членов общества. А где же тогда права большинства?

Три года назад в Париже принимался закон о легализации однополых браков во Франции. Тогда на улицы города вышли десятки тысяч людей, которые протестовали против этого закона. И тем не менее закон продавили.

Так работает пропаганда секс-меньшинств: все эти гей-парады очень известны, а парадов нормальных людей, традиционных семей почему-то нет. Почему-то многодетная мать не так же известна, как какой-нибудь футболист или хотя бы как депутат Госдумы.

Государство должно пропагандировать не только многодетных мам, но и многодетных отцов. Благополучная семья — это прежде всего отец, который позволил этой семье стать благополучной, и мать, с которой он воспитывает замечательных детей.

Как создать моду на детей?

В дореволюционной России нормой была семья с большим количеством детей. В новом советском обществе семью пытались вообще отменить, сделать жен и детей общими. За последние 100 лет институт семьи претерпел большие изменения. Когда-то наши предки имели большие, многодетные семьи. Именно для России традиционна многодетная семья, обычная — мужчина и женщина. И детей всегда воспитывали, не искажая их гендер: мальчик должен ходить в костюме, а девочка — носить красивые платья.

Некогда на Руси был очень популярен «Домострой» — книга, определявшая весь строй семейной жизни — взаимоотношения мужа и жены, родителей и детей. Автором ее считается духовник Ивана Грозного — Сильвестр. Эта книга устанавливала поведенческие нормативы, основанные на старомосковском православном укладе. Конечно, она не может быть актуальна сегодня, но в нашей стране делается все возможное, чтобы активно внедрять духовно-нравственное воспитание.

И благодаря этому семья как образ жизни мужчины и женщины никуда не денется. Но, к сожалению, детей будет все меньше, потому что мать — это непрестижная профессия. Государство очень слабо поддерживает многодетные семьи. В нашей стране женщина, которая работает на любом производстве, от театра до завода, постоянно панически думает о том, что, когда она забеременеет, ее начнут осуждать. Как ты могла? У нас такие перспективы на предприятии, а ты забеременела и уходишь в декретный отпуск. Кроме того, современные женщины хотят реализовываться: сделавшая карьеру ощущает себя лучше, чем та, что родила двоих детей.

Сегодня в Москве зачастую можно увидеть молодую пару, которая выгуливает милую «модную» собачку. А приезжая в страны Азии, наблюдаешь другую картину: семья выводит на прогулку четверо или пятеро маленьких детей. Даже в Белоруссии замечен бэби-бум: детские площадки переполнены, мамочки с маленькими детьми или снова беременны. Так как же в России вернуть моду на детей?

Мать должна стать очень уважаемым человеком, глядя на которого женщины начнут понимать, что их самое важное призвание — это быть с любимым человеком, рожать детей, то есть создавать полноценную семью.

Петр и Феврония

В 2006 году по инициативе городских властей жители Мурома собрали около 20 тысяч подписей под обращением об учреждении «Всероссийского дня супружеской любви и семейного счастья в память благоверных князей Петра и Февронии Муромских». Именно на основании этой инициативы и был учрежден «День семьи, любви и верности», который стал отмечаться на общегосударственном уровне. Почему их образ любви и верности оказался так привлекателен для нашего народа?

Все сказание о Петре и Февронии наполнено глубоким смыслом — величанием честного супружества как великого дара, как пути к Богу. Сказание начинается с подвига князя Петра: он сразил своим мечом демона, который умел обретать облик его брата, князя Муромского, Павла, и в таком виде посещал покои его жены с самыми неблаговидными целями. Петр спас брата от позора, убил темного гостя. Тот, погибая, превратился в змея. Его ядовитая кровь попала на Петра — все его тело покрылось язвами и струпьями. Слуги Петра долго искали целителя и наконец нашли мудрую и сведущую врачевательницу — крестьянскую девочку Февронию. Она сказала, что сможет исцелить князя только в том случае, если сумеет стать ему истинной супругой.

В этом и заключается главная мудрость предания: христианский брак есть подлинное врачевание, он — путь к избавлению от гордыни и прочих смертных грехов.

Князь, получив исцеление, поначалу решил отделаться богатыми дарами. Как же можно жениться на простолюдинке? Но девушка не принимала плату, а к князю вновь вернулся недуг. И тогда он понял, что исцелит его только любовь, которая истинна лишь в христианском браке. Он женился на Февронии, и она стала княгиней, что, конечно, вызвало возмущение у муромских бояр. И те поставили князю условие: отречься от супруги или отказаться от власти. Но Петр помнил заповедь Христову: «Что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Мк. 10:9). И князь, не раздумывая, вместе с женой удалился в изгнание.

Не прошло и пары дней, как в городе вспыхнули беспорядки, бояре переругались друг с другом, народ взбунтовался. И тогда подданные смиренно попросили Петра и Февронию вернуться. Бунтовщики тоже осознали, что в городе не будет покоя, если они не отринут гордыню. Петр и Феврония вняли их мольбе и с тех пор праведно и мудро правили Муромом, являя пример безграничной любви и верности. А перед смертью по благочестивому обычаю супруги приняли монашеский постриг.

Петр и Феврония скончались в один день. Они завещали положить их в один гроб, который заранее приготовили, но их воля не была исполнена. И тогда жители Мурома внезапно обнаружили, что блаженные супруги чудесным образом все-таки снова оказались вместе. И по сей день мощи муромских чудотворцев покоятся в общей раке.

Повесть о Петре и Февронии — это не просто сказание о супружеской любви и верности, это еще одно знамение того, что любовь побеждает смерть. Что любовь наследует вечность.

В Священном Писании четко сказано: «Бог есть любовь» (1 Ин. 4:16). Эти слова означают, что любовь — двигатель жизни. Это та система, которая организует социум от маленькой семьи в большое государство. И Петр и Феврония явили нам пример самой настоящей любви во благо семьи и государства.

Существует ошибочное мнение, что Петр и Феврония — пример идеальной семьи праведников, у которых не было детей, что они только Богу молились и управляли городом. Но это была княжеская семья, и князь не мог позволить себе не иметь наследников. Истории известны трое детей Петра и Февронии, известны их внуки и правнуки. Так что это была нормальная человеческая семья, которая оставила свой след в истории нашего народа. И праздник Петра и Февронии появился в нашей истории именно тогда, когда в ней возник кризис, духовная необходимость.

Современное русское общество понимает, что в мире сегодня семья находится под ударом. И важная задача социума, церкви и страны в целом на данный момент — это сохранение традиционной многодетной семьи как основы государства.

Как счастлив дом, где все — дети и родители, без единого исключения — вместе верят в Бога… Такой дом как преддверие Неба. В нем никогда не может быть отчуждения.

Александра Федоровна (Романова),

царица-мученица

Русофобия: откуда эта ненависть к России?

Первым само явление русофобии гениально описал Пушкин в своем стихотворении «Клеветникам России». В нем он задается вопросом: за что Европа ненавидит Россию? Поэт пишет:

За что ж? ответствуйте: за то ли,

Что на развалинах пылающей Москвы

Мы не признали наглой воли

Того, под кем дрожали вы?

За то ль, что в бездну повалили

Мы тяготеющий над царствами кумир

И нашей кровью искупили

Европы вольность, честь и мир?

Но сам термин «русофобия» ввел в оборот другой русский поэт — Федор Иванович Тютчев. Он был первым, кто обнаружил, что русофобы есть не только на Западе, но и в самом русском обществе. И что ненавидят они Россию так же беззаветно, как и наши внешние враги.

Откуда же взялась эта почти иррациональная ненависть к России не только у многих на Западе, но и у некоторых наших соотечественников?

Русофобия — это тренд. Мы пугаем Запад тем, что мы для них непонятны. Внешне мы выглядим как западные люди, но мыслим совершенно по-другому. Там, где у нас с вами душа и сердце, у них — кошелек и расчет, поэтому они нас не любят.

Руслан Станиславович Осташко,

политолог, главный редактор интернет-издания PolitRussia.com

Дело в том, что мы живем в мире, который пронизан противоречиями, отчуждением — от слова «чужой». И пока мы чужие, пока дружба народов и интернационализм — это мечта, но не реальность, до тех пор будут фобии. Кто-то будет бояться американцев, кто-то — наоборот, любить Америку. Кто-то будет кричать, что все беды от России, а Россия заявит, что Америка — главный враг человечества, и у этого есть серьезные основания. А ведь когда-то, в горбачевскую эпоху, в 90-е годы XX века, Россия была лучшим другом Запада. Тогда казалось, что счастье не за горами.

Мир полон противоречий. До 1917 года Россия вместе с Францией воевала против Германии. Франция и Германия, бывшие тогда непримиримыми врагами, сегодня дружат.

Фобия, безусловно, есть, и она всегда обслуживает в тот или иной период чьи-то геополитические интересы. Это возникло по двум очень простым причинам: первая — это альтернатива, вторая — это неубиваемость. Другими словами, альтернативная неубиваемость.

Русофобия — это такая форма осмысления реальности в формате национальных отношений, которая при возникновении антагонистического противостояния быстро съезжает в национализм.

Людмила Алексеевна Булавка,

доктор философских наук, профессор философского факультета МГУ им. Ломоносова

Чтобы понять, как зарождалась и развивалась русофобия, давайте обратимся к истории.

Иван Ужасный

«Весьма мерзкие, ужасные, доселе неслыханные, истинные новые известия, какие зверства совершают московиты с пленными христианами из Лифляндии, мужчинами и женщинами, девственницами и детьми, и какой вред ежедневно причиняют им в их стране. Всем христианам в предостережение писано из Лифляндии и напечатано», — таково весьма обширное название «Летучего листка», изданного неким Георгом Бреслейном в Нюрнберге в 1561 году. Это один из характерных образцов антирусской пропаганды, впервые тогда захлестнувшей Европу.

Такие листки издавались в разных городах и разными авторами, но содержание их было весьма сходным. Они описывали беспримерные якобы зверства, которые чинят войска Ивана Грозного в ходе Ливонской войны. Для увеличения пропагандистского эффекта на обложках таких листков неизменно красовались детально прорисованные изображения немыслимых казней и истязаний.

Конечно, все мы помним, что Иван Грозный не был образцом гуманизма, да и любая война не обходится без проявлений зверской жестокости. Однако кому-кому, а не тогдашним европейцам было обвинять в ней русских.

К примеру, немецкий наемник Генрих Штаден, прежде чем перейти на русскую службу, находился на противоположной стороне — служил в ливонских замках. В 1563 году, то есть как раз в тот период, когда Европу наводняли «летучие листки» с описаниями зверств московитов, он оказался в Риге, где стал свидетелем жестокой казни Иоганна Арца, шведского наместника одного из городов. Обвиненный в измене, в том, что он намеревался сдать крепость русским, несчастный был растерзан раскаленными клещами. Вот уж действительно гуманизм, совсем не чета московитским зверствам!

Слово «фобия» можно трактовать по-разному — как страх и как ненависть. Ненависть к России родилась из страха. Родилась именно тогда, в ходе Ливонской войны, когда могучая русская держава впервые заявила о своих претензиях на участие в европейской политике. Появление нового мощного игрока, буквально одним движением смахнувшего с геополитической шахматной доски Ливонский рыцарский орден, ошарашило Европу.

Россия была чужой и лишней в западной картине мира. Ей полагалось пребывать где-то в неведомых просторах «тартарии», за пределами цивилизации. Поэтому в атаку на московитов пошли не только польские полки одного из лучших тогда полководцев Стефана Батория. В помощь ему была брошена мощь печатного станка, извергающего из себя продукцию массовой агитации, в которой для пущего эффекта использовались апокалиптические, библейские образы.

В Книге Иезекииля упоминается «князь Роша, Мешеха и Фувала» (Иез. 38:2), который предстает сугубо негативным персонажем. Естественно, со времен Ливонской войны эти имена стали ассоциироваться с Москвой и Россией. Самого же Ивана Грозного сравнивали с фараоном и царем Иродом. Таким образом, войну с Россией пытались представить священным, богоугодным делом.

С этой же целью рассказывали небылицы о якобы восточных, нехристианских порядках, царящих при московском дворе. Например, о том, что у царя имеется гарем, а надоевших жен он отправляет на эшафот. Между тем жен своих казнил совсем другой человек — чистопородный европеец, младший современник Грозного — Генрих VIII Английский. А вот Иван Васильевич в этом замечен не был.

Характерно, что в европейских языках прозвище «Грозный» переводится неточно. И дело, конечно, не только в том, что адекватного эквивалента этому слову нет, причина в другом. Опять же была поставлена задача нарисовать образ монстра. Именно поэтому выбрано слово «Terrible» — «ужасный». Оно лучше всего способствует культивированию фобии — двуликого явления, для которого характерны одновременно и страх, и ненависть.

Русофобы нас постоянно расчеловечивают и пытаются сделать нелюдями. Они открывают карту, смотрят на глобус и видят большую-большую страну, которой всех так удобно пугать. Кто во всем виноват? Мы разве виноваты? Да нет, вот, посмотрите, на карте страна, населенная варварами без образования. У них нет медицины, нет культуры — они не люди, а животные. А когда человеку угрожает какое-то животное, извините за грубое сравнение, его проще застрелить, оно же не человек.

Руслан Станиславович Осташко,

политолог, главный редактор интернет-издания PolitRussia.com

Прирожденные рабы

Отметим, что, пока Европа была христианской, русофобию подпитывали апокалиптической угрозой, якобы исходящей с Востока. В этом особенно преуспевали польские государственные деятели, историки и писатели, представители иезуитов. Их пропаганда была оружием в борьбе за прежде русские, а позже отошедшие Речи Посполитой земли. Поэтому надо было доказать, что «московиты» не христиане, а что они православные «схизматики», то есть раскольники, отвергающие авторитет единственно истинной католической церкви. Доказать, что это жестокие варвары-полуазиаты, сговорившиеся с турками и татарами разрушить христианский мир.

Но в XVIII веке Просвещения акценты резко меняются: сама Европа в лице ее наиболее «передовых» умов отрекается от христианства и начинает готовить масонскую революцию. И снова наступила пора обвинять русских в том, что они прирожденные враги свободы.

Вот что писал Вольтер о русских уже времен Петра Великого:

«Московиты были менее цивилизованны, чем обитатели Мексики при открытии ее Кортесом. Прирожденные рабы таких же варварских, как и сами они, властителей, влачились они в невежестве, не ведая ни искусств, ни ремесел и не разумея пользы оных. Древний священный закон воспрещал им под страхом смерти покидать свою страну без дозволения патриарха, чтобы не было у них возможности восчувствовать угнетавшее их иго».

Война Наполеона с Россией имела целью возродить единую Польшу как государство-буфер, призванное отгораживать «азиатскую» Россию от Европы. Пребывание Наполеона в захваченной Москве, кстати, яркое свидетельство его русофобии, иначе зачем были осквернены многие храмы и почему, покидая древнюю столицу, Бонапарт приказал взорвать Кремль и Новодевичий монастырь? Волей Божией большая часть построек, намеченных к уничтожению, была спасена. Но Наполеон явно хотел нанести удар по самому для русских святому месту.

Вот что писал генерал Бенкендорф о состоянии Успенского собора Кремля, когда в Москву снова вошли русские войска:

«Я был охвачен ужасом, найдя теперь поставленным вверх дном безбожием разнузданной солдатни этот почитаемый храм, который пощадило даже пламя, и убедился, что состояние, в котором он находился, необходимо было скрыть от взоров народа. Мощи святых были изуродованы, их гробницы наполнены нечистотами; украшения с гробниц сорваны. Образа, украшавшие церковь, были перепачканы и расколоты».

Отметим, что Карл Маркс называл Отечественную войну 1812 года, которую мы вели во имя защиты русских святынь и нашей государственной независимости, «войной против революции, антиякобинской войной».

По-своему он был прав. После победы над Наполеоном Россия стремилась приходить на помощь европейским монархиям, которым угрожала революция. Это дало новые козыри русофобской пропаганде. Особенно она активизировалась после участия русской армии в разгроме революции в Австрийской империи. Штабом агитации стал Лондон, Британию пугало усиление России. И снова вражеские сердца переполняло сочетание страха и ненависти.

Именно эти два сильных чувства заставили Францию и Англию вступить в альянс против России в преддверии Крымской войны.

Стремление России освободить балканских братьев-славян было неприемлемо для Европы. Они не могли допустить расширения влияния православного царства. Для революционеров это также было буквально «страшным сном», ведь они «исполняли» одну из ведущих партий в хоре русофобов.

Энгельс писал:

«Россия — безусловно, страна, стремящаяся к завоеваниям… если Россия овладеет Турцией, ее силы увеличатся почти вдвое, и она окажется сильнее всей остальной Европы вместе взятой. Такой оборот событий был бы неописуемым несчастьем для дела революции. Сохранение турецкой независимости или пресечение планов России… являются делом величайшей важности. В данном случае интересы революционной демократии и Англии идут рука об руку. Ни та, ни другая не могут позволить царю сделать Константинополь одной из своих столиц, и если дело дойдет до крайности, то мы увидим, что обе эти силы окажут царю одинаково решительное противодействие».

Мы, русские, не можем быть ксенофобами, поскольку мы родились в уникальной многонациональной стране.

Смердяковщина: ненависть к Родине

И действительно, Англия проявила себя откровенно русофобски. Джон Рассел, лидер Палаты общин, заявил: «Надо вырвать клыки у медведя… Пока его флот и морской арсенал на Черном море не разрушен, не будет в безопасности Константинополь, не будет мира в Европе».

Русский поэт и дипломат Федор Иванович Тютчев, ставший автором самого термина «русофобия», писал в то же время: «Давно уже можно было предугадывать, что эта бешеная ненависть, которая с каждым годом все сильнее и сильнее разжигалась на Западе против России, сорвется когда-нибудь с цепи. Этот миг и настал… Это весь Запад пришел выказать свое отрицание России и преградить ей путь в будущее».

Объединенные русофобские силы Европы нанесли тогда России тяжкое поражение — был взят город русской славы Севастополь. Но Россия сумела «сосредоточиться», собраться с силами и снова обрести военную мощь. И при царе Александре Освободителе ей уже не смогли помешать прийти на Балканы и силой оружия дать православным славянам независимость.

Но путь России к великому будущему преграждали не только внешние силы.

В XIX веке русофобия начала активно проявляться и внутри самого российского общества. Она получила со временем точное и хлесткое имя — «смердяковщина», в честь одного из героев романа Достоевского «Братья Карамазовы». Смердяков — это внебрачный сын Федора Павловича Карамазова, его лакей, самый омерзительный персонаж произведения. Смердяков однажды признался:

«Я всю Россию ненавижу… В двенадцатом году было на Россию великое нашествие императора Наполеона французского первого, и хорошо, кабы нас тогда покорили эти самые французы, умная нация покорила бы весьма глупую-с и присоединила к себе. Совсем даже были бы другие порядки».

Создатель образа Смердякова Федор Михайлович Достоевский так описал наших местных русофобов:

«Они ненавидят Россию, так сказать, натурально, физически: за климат, за поля, за леса, за порядки, за освобождение мужика, за русскую историю, одним словом, за все, за все ненавидят».

Но это самый низший, примитивный уровень внутренней русофобии. О более изощренном, интеллигентском писал Тютчев в письме к дочери: «Можно было бы дать анализ современного явления, приобретающего все более патологический характер. Это русофобия некоторых русских людей — кстати, весьма почитаемых. Раньше они говорили нам, и они действительно так считали, что в России им ненавистно бесправие, отсутствие свободы печати и прочее. Что потому они так нежно любят Европу, что она, бесспорно, обладает всем тем, чего нет в России. А что мы видим ныне? По мере того, как Россия, добиваясь большей свободы, все более самоутверждается, нелюбовь к ней этих господ только усиливается. И напротив, мы видим, что никакие нарушения в области правосудия, нравственности и даже цивилизации, которые допускаются в Европе, нисколько не уменьшили пристрастия к ней».

Именно эти внутренние русофобские силы при поддержке внешних агрессоров, спонсировавших большевиков, все-таки убили в 1917 году империю. Нет больше православной империи, а русофобия по-прежнему цветет пышным цветом. Сегодня нередко можно увидеть у части наших соотечественников беззаветную, слепую любовь к Западу и такую же слепую ненависть к своей Родине.

Самое страшное — это внутренние предатели. Конечно, великий предатель — это Владимир Ильич Ленин, всем известны его слова: «На Россию мне наплевать, лишь бы разжечь революцию во всем мире». В своей работе «Империализм как высшая стадия капитализма» он прямо пишет о том, что Россия угнетает Украину как колонию, хотя само понятие Украина было сфабриковано врагами России. Это Польша ввела термин Украина как окраина, а для нас Киев был «мать городов русских, откуда есть пошла русская земля». Это чистой воды манипулирование. Владимир Ильич просто выполнял политический заказ, ему надо было прийти к власти. И ошельмовать все имперское наследие. А сегодня мы видим шельмование главы государства современной России — повторяется все то же самое.

Елена Николаевна Чавчавадзе,

журналист, общественный деятель

Русофобия вчера и сегодня: как бороться?

Русофобия — это составная часть западной идеологии по отношению к нашей стране. Эту идеологию легко проследить на протяжении многих веков, в истории есть достаточно примеров. Виктор Гюго признавался, что его воспитывали, пугая казаками: если он будет плохо себя вести, то придут казаки, которые едят младенцев. А когда русские войска вошли в Париж, то он увидел, что казаки — это «кроткие агнцы», как он писал.

Всегда есть политический заказ, который спонсирует кучка интеллигенции. В частности, тот же Наполеон, когда уже покинул Россию, сожалел, что поверил этим полякам, которые его «подбили» идти на Россию.

Елена Николаевна Чавчавадзе,

журналист, общественный деятель

Не стоит, однако, думать, что существует какой-то «коллективный Запад» и русофобия разных народов имеет общие корни. Она развивалась в разное время, по разным поводам. Например, американская русофобия появилась довольно давно, когда был подписан договор между Российской империей и Соединенными Штатами Америки о выдаче уголовных преступников. Казалось бы, благое дело! Однако в Америке началась огромная свистопляска по этому поводу. Была развернута целая оголтелая провокационная кампания, в ходе которой уголовные преступники обелялись. И выдавать их американское общество не хотело.

Еще интересный пример: система ВВП (валовой внутренний продукт) была придумана Саймоном Кузнецом, американцем. Он же Семен Абрамович Кузнец, уроженец Российской империи, который сбежал от большевиков в Америку. Почему? Потому что туда до этого, прямиком в Нью-Йорк, эмигрировал его отец, прихватив с собой деньги Азовского банка. Получается, что та сторона была очень хорошим «отстойником» для различных преступников. Из-за них Россию и стали называть «тюрьмой народов».

Русофобия всегда двулична. В 1881 году с разницей в шесть месяцев произошли два трагических события: был убит российский император Александр II и смертельно ранен американский президент Джеймс Гарфилд. Революционная организация «Народная воля», которая погубила нашего императора, написала письмо с протестом. Что это был за протест? Как ни удивительно, в нем критиковалось покушение на жизнь американского президента. Люди, которые убили реформатора, давшего свободу, конституцию родному государству, называли событие, произошедшее в Штатах, вопиющим!

Как только происходят какие-то мощные сдвиги — войны или социальные потрясения — или необходимо принятие каких-то глобальных решений, где должен участвовать весь народ, возникают волны русофобии. И больше всего таких «волн» было в ХХ веке.

Большевики не только разрушили Российскую империю, но и заложили «русофобскую» мину замедленного действия, разделив единое тело страны по федеративному принципу. Причем «нарезали» границы так, что сразу после 1991 года начались межэтнические столкновения на Кавказе, которые не утихают до сих пор. Из большевиков Ленин был самым крупным, самым страшным русофобом.

Русофобия — это понятие-ловушка, в которую современная власть глобальной гегемонии капитала загоняет наше сознание. Капитал же не будет акцентировать внимание на том, что главное — это власть и получение прибыли любой ценой, поэтому он вытесняет наше сознание в поле национальных интересов. В действительности националистического противостояния, где вспыхивают войны, ситуация с Украиной — это достаточно яркий пример. Война для того, кто навязывает нам это понятие, на самом деле стала интересна, потому, что на ней можно делать деньги. Мы должны осмыслять противоречия современной реальности, но в понятиях более широких и более аутентичных, которые отвечают интересам того, кто это затевает.

Людмила Алексеевна Булавка,

доктор философских наук, профессор философского факультета МГУ им. Ломоносова

Да, метод русофобии всегда используется для достижения политических целей. Это формат сознания, в который загоняется представление современных противоречий, работающее на интересы капитала. Но как нам с этим бороться? Если мы станем отбиваться, то будем проигрывать.

Вспомним события 1925 года, мощную блокаду молодого СССР. В Париже тогда проводилась Всемирная выставка достижений разных стран. От Франции был представлен павильон с салонной мебелью, от Германии — с ювелирными украшениями. Что же показал Советский Союз? Он не пытался рядиться под Запад, он продемонстрировал всему миру избу-читальню для неграмотных крестьян и рабочий клуб.

Самая непримиримая советскофобия в те времена была именно в Париже, даже не в Праге и не в Стамбуле. И в ожидании выставки почти все газеты писали провокационные статьи о большевиках, которые ничего на выставке представить не смогут, кроме как награбленное из императорских коллекций. А советские люди привезли палехские миниатюры и фарфор с революционными сюжетами, новые советские книги (например, «Мое открытие Америки» Маяковского) и произвели фурор. Вот так преодолевалась советскофобия.

Мы должны создавать альтернативу, как это делал Советский Союз. И в этом была его сила — она породила ту культуру, которая стала не русской, не еврейской, не польской, не украинской, а советской. Это была всемирная культура, которая давала ответы на всемирные вопросы.

Сегодня русофобские настроения на Западе по-прежнему сильны, и пропаганда русофобии работает как часы.

Я читал положительную заметку в британской газете «Гардиан» о том, что у нас в России есть и хорошее. Знаете что? Бездомные собаки. Оказывается, у нас такие умные бездомные собаки, что переходят улицу по светофору, ездят сами на поездах, помогают нищим просить милостыню. Я все читал и ждал, где же они напишут, что собаки сами за собой смывают в туалете. И вдруг дальше вижу, что ужасные русские этих милых существ уничтожают к Чемпионату мира по футболу. И венчает все это призыв к ФИФА с требованием немедленно прекратить убийства.

Вот он, яркий пример пропаганды! Простой человек, читая эту заметку, проникается к нашим бездомным собакам, уже практически любит их всем сердцем. А в конце станет ненавидеть русских скотов за убийства несчастных собак! И вот интересно, писала вообще «Гардиан» что-нибудь про собак к олимпиаде в Корее? Думаю, вряд ли. Эти заметки идут обычно чередой. И люди читают одну, вторую, третью, четвертую, а потом на русского человека смотрят и говорят: «Мы к тебе хорошо относимся, но ты скажи, а где у тебя хвост?»

Михаил Юрьевич Синельников-Оришак,

журналист, политолог

Конечно, «Гардиан» — это одна из частей пропагандистской машины того самого капитала, который уже упоминался выше. И она работает сейчас и против России, и против Ирана или Ливии, а когда-то работала против Франции и Германии, когда они воевали между собой в XIX веке. Это мир, в котором дерутся между собой капиталистические хищники. И они будут это использовать.

Еще один яркий пример современной пропаганды. На прошлых президентских выборах кандидат в президенты Соединенных Штатов Америки Хиллари Клинтон в своей предвыборной речи говорила, в очередной раз подчеркивая, что американцы являются исключительной нацией. А великая роль других стран и наций заключается в одном — помогать им, американцам, быть исключительными. Но что делать, если мы не хотим помогать им, а хотим жить самостоятельно? Не быть придатком другого государства?

Очень важно, чтобы мы не стали подражать в самом плохом Америке. Чтобы мы не стали из нашей Родины делать страну, которую будут ненавидеть. Нам есть чем гордиться в нашей истории и культуре. Есть масса современных достижений, которыми мы по праву можем гордиться. Например, в Крыму строится трасса Таврида, возводятся модульные детские сады, больницы, люди стали жить лучше. Но нам будет нечем гордиться, если мы станем подражателями.

Но как быть с русофобией нового толка, которая нарастает на Украине?

Вспомним историю. Тот же русофоб Ленин сделал так много для Украины: присоединил к ней Донецкую, Луганскую области. А в 2014 году в Киеве вспыхнул Майдан, и первым делом снесли памятник именно Ленину.

То есть, несмотря на то что делали все для этой республики коммунисты, идет волной черная неблагодарность от современной молодежи. Эта молодежь выросла, получив от Запада «бациллу» жутчайшего национализма. Эти люди сжигали интернационалистов в Одессе 2 мая 2014 года. Разрушали памятники. Запрещали русский язык.

Печально сознавать то, что самые ярые русофобы на Украине сегодня — это русские, которые живут на восточных территориях этой страны. Те, что воюют в националистических батальонах «Донбасс», «Айдар», мечтают о резне в Крыму. Почему это происходит? Потому что они копируют и поддерживают западную идеологию. Как поддержали в свое время фашистское движение СС «Галичина».

Есть одна современная притча. Украинец спрашивает у Господа Бога: «Господь, почему ты так обидел наш народ украинский? Вот, смотри, у россиян есть большая территория, нефть, газ, алмазы, великая культура, история, достижения, а у нас этого нет. Почему ты нас так не любишь?» Господь отвечает: «Почему? У вас все это было. Когда вы были русскими».

Люди стали забывать, что русский — это намного больше, чем национальность. Русский — это даже намного больше, чем империя. Русский — это цивилизация, которая живет порой вопреки правилам, существующим в других великих цивилизациях. Мы, русские, пытаемся объединить в себе все лучшее и с Запада, и с Востока и жить по-своему.

Ведь почему люди вдруг решают оторваться от русской цивилизации, забыть о том, что они русские? Потому что каждый хочет построить свое маленькое княжество, феодальную деревню, город, страну. Для того чтобы перестать быть хозяйчиками, им всем нужно вспомнить, что мы — русские. И украинец — это тоже русский в большом смысле этого слова. И у всех нас одна история и, что самое главное, — одно будущее.

Руслан Станиславович Осташко,

политолог, главный редактор интернет-издания PolitRussia.com

Русофобия всегда активизируется тогда, когда определенным силам нужно совершить что-то в отношении России. И не только России, для других стран это универсальный абсолютно метод достижения тех или иных политических целей. Нам, русским, важно помнить, что любая вражеская политическая цель всегда разобьется о душу нашего народа. Ведь если сохраняется восприятие своей страны как единственного места, где ты чувствуешь себя дома, никакая русофобия не сможет сломать нас.

Эти бедные селенья, Эта скудная природа — Край родной долготерпенья, Край ты русского народа! Не поймет и не заметит Гордый взор иноплеменный, Что сквозит и тайно светит В наготе твоей смиренной. Удрученный ношей крестной, Всю тебя, земля родная, В рабском виде царь небесный Исходил, благословляя.

Ф. Тютчев

Россия и Америка

Сейчас мы все ищем национальную идею России. Русского человека волнует масса вопросов. Зачем мы живем? Что мы строим?

Нам решать, в каком государстве мы будем жить, какой идеологемы придерживаться и к чему стремиться. Перед нами стоит важный выбор, кем быть: имперским народом или европейским.

Россия когда-то была империей, а Америка — империя современная, сегодняшняя. Расстояние в Беринговом проливе между нашими странами составляет всего-то 4 километра 160 метров, а вот между столицами, Вашингтоном и Москвой, — 8000. Когда у нас день, там ночь. Обречены ли мы на вечное противостояние и соперничество или все-таки можем быть союзниками?

Сейчас между Россией и Америкой есть некий союз в борьбе против терроризма. Правда, отсутствует единая позиция по всем направлениям, например, организации, которые Российская Федерация считает террористическими, не признаются официально ни на уровне Конгресса, не на уровне исполнительной власти террористическими в США. Конечно, геополитические, особенно национальные, интересы России и США действительно противостоят. Но у нас будет окно возможностей для того, чтобы стабилизировать отношения.

Стабилизация отношений происходит в двух случаях. Первое, когда есть угроза уничтожения. И второе, что самое важное, это должна быть единая угроза. Но открытым остается вопрос, будет ли эта угроза важнее внешнеполитических составляющих в двух странах или нет.

Дмитрий Габитович Абзалов,

политолог, президент Центра стратегических коммуникаций

Если посмотреть на историю взаимоотношений России и США, то мы были союзниками тогда, когда решали совместно те проблемы, которые не могли решить поодиночке. А вот когда каждый боролся сам за себя, тогда, естественно, возникали отношения соперничества и элементы противостояния.

Россия и Соединенные Штаты имеют давнюю историю, и за этот период было, конечно, гораздо больше элементов сотрудничества и взаимодействия. И сейчас между Россией и Соединенными Штатами, как ни парадоксально, гораздо больше элементов сотрудничества, чем какой-то конфронтации. Я являюсь в этом отношении оптимистом, потому что мировой глобальный порядок и очень многие вызовы современности зависят от того, как Россия и Соединенные Штаты договорятся друг с другом.

Александр Юрьевич Петров,

доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института всеобщей истории РАН

Свидригайлов и адмиралы

Свидригайлов, один из героев романа Федора Достоевского «Преступление и наказание», говорит всем, что собирается уехать в Америку, а сам пускает себе пулю в лоб. Вот так великий писатель воспринимал заокеанскую страну — как нечто совершенно потустороннее для русского человека. Кстати, Достоевский наряду со Львом Толстым — самый популярный писатель среди американцев.

Между тем русские политики изначально не воспринимали Америку как нечто враждебное. Более того, Россия поддерживала борьбу бывших британских колоний за свободу. В XVIII веке английский король Георг III обратился к Екатерине Великой с просьбой о содействии в подавлении мятежа, но императрица ему отказала и объявила, что Россия будет придерживаться вооруженного нейтралитета. За этой формулировкой скрывалось ее решение не поддерживать торговой блокады, объявленной Лондоном своим колониям. Россия сохраняла за собой право вести с ними коммерческие операции, а безопасность торговых судов обеспечивали наши боевые корабли.

Наши народы на первых порах объединяли удивительные судьбы. На стороне повстанцев в те годы воевал человек, который стал позже контр-адмиралом российского флота. Отчаянный мореход Джон Пол Джонс совершал нападения даже на побережья самой Британии, за что был награжден золотой медалью Конгресса США. После окончания войны за независимость этот искатель приключений поселился в Париже. Между тем молодой черноморский флот России нуждался в опытных капитанах, поэтому имперский посол пригласил Джона на русскую службу. И в 1788 году тот отправился на совершенно новый для себя театр военных действий. Из рук Екатерины II он получил патент на чин контр-адмирала за ее собственноручной подписью. Оформлен он был на имя Павла Джонеса, при этом в российское подданство Джон не перешел, оставаясь американским гражданином.

Джон Пол Джонс геройски сражался с турками под Очаковом, командуя эскадрой из 13 кораблей, и был за боевые заслуги награжден орденом Святой Анны. В России он, впрочем, не остался и закончил свой жизненный путь в Париже. А в 1905 году останки контр-адмирала российского флота переправили в США и с высшими почестями перезахоронили на территории военно-морской академии в присутствии президента Теодора Рузвельта. В России чтут его память: в Санкт-Петербурге на доме, где он проживал, установлена мемориальная доска.

В 1809 году Россия и США установили дипломатические отношения. Первым американским послом в Санкт-Петербурге стал Джон Куинси Адамс, впоследствии — шестой президент США. В 1832 году, в царствование Николая I, между США и Россией был подписан торговый договор. Позже Николай I велел привлечь американских инженеров к своим проектам модернизации государства. Специалисты из США сыграли весьма заметную роль и в строительстве железной дороги Москва — Санкт-Петербург, и в оснащении ее подвижным составом, и в проведении первых линий телеграфа, и даже в перевооружении армии после Крымской войны. Кстати, во время этой крайне драматической для России кампании американское общество было на нашей стороне. И даже несколько врачей прибыло из-за океана в Севастополь, чтобы помочь делом далекой дружественной стране.

В свою очередь, во время американской Гражданской войны Россия поддержала северян и официальную власть президента Линкольна, в то время как Англия и Франция склонялись на сторону мятежных южных штатов. И тогда для противодействия возможным атакам британского флота в 1863 году в Нью-Йорк прибыла балтийская эскадра контр-адмирала С. С. Лесовского, а в Сан-Франциско — тихоокеанская эскадра контр-адмирала А. А. Попова.

Так что смело можно сказать: более половины XIX века наши страны были союзниками. Правда, уже в тот период к Америке присматривались не только официальные российские круги, но и резко оппозиционные. Например, конституция северного общества декабристов составлялась не без влияния основного закона США, и это неудивительно, ведь один из лидеров первых наших революционеров, Кондратий Рылеев, занимал должность правителя канцелярии торговой Российско-американской компании.

Форт-Росс и «Авось»

Российско-американская компания была основана Григорием Ивановичем Шелиховым и Николаем Петровичем Резановым в 1799 году. Первый был известным предпринимателем и организатором пушного промысла: у него тогда на Аляске был крупный бизнес. А второй благодаря своей богатой биографии стал прообразом героя лирико-драматической поэмы «Авось» Андрея Вознесенского. Эта поэма послужила основой для создания знаменитой рок-оперы «Юнона и Авось» А. Л. Рыбникова и снятых по ней телефильмов.

Николай Петрович Резанов принял участие в первой русской кругосветной экспедиции, будучи назначен послом в Японию. Но по прибытии в Страну восходящего солнца выяснил, что ее император не настроен устанавливать дипломатические отношения с Россией. Об этом со всеми восточными церемониями было объявлено несостоявшемуся послу. Резанов тогда не сдержался, наговорил сановнику дерзости и потребовал все это перевести с предельной точностью. В итоге экспедиция ни с чем вернулась в Петропавловск, где Резанов получил высочайший приказ проинспектировать русские поселения на Аляске. Прибыв туда, он обнаружил, что поселенцы буквально вымирали с голоду, что было неудивительно — продукты им доставлялись через всю Сибирь в Охотск, а далее морем. На место назначения продовольствие приходило уже испорченным.

Предприимчивый Резанов купил у американского торговца судно «Юнона», полное продуктов, и отдал их поселенцам. Но это, конечно, не решало вопрос организации снабжения. Резанов приказал построить еще один корабль, который не без черного юмора назвал «Авось». На двух этих судах он и отправился в ставшую легендарной экспедицию в Калифорнию, поскольку намеревался наладить поставку продовольствия на Аляску оттуда, с благодатного юга.

В марте 1806 года русские суда вошли в залив Сан-Франциско, принадлежавший тогда Испании. Резанов за шесть недель пребывания в этих местах сумел очаровать как губернатора Верхней Калифорнии, так и его дочь, так что у романтической истории, представленной в рок-опере, есть вполне реальная основа. Резанов сделал юной Кончите предложение, и даже состоялась помолвка. Однако для брака с католичкой требовалось ходатайство российского императора перед папой римским. Если бы план Резанова сработал, сложилась бы не только его личная жизнь, но и серьезно укрепилось бы положение российских колоний на новом континенте.

11 июня 1806 года Резанов покинул Калифорнию, увозя для поселенцев на Аляске сотни пудов пшеницы, ячменя и бобовых. А перед отъездом в Петербург Резанов поручил главному правителю русских колоний в Америке А. А. Баранову создать аграрное поселение в Калифорнии. Это обеспечило бы русскую Аляску регулярными поставками продовольствия.

Так был основан легендарный Форт-Росс. Во время долгого и трудного пути по Сибири Резанов заболел и скончался в Красноярске 1 марта 1807 года. Юная невеста узнала о его смерти через год, выйти замуж она больше не пыталась и в конце концов ушла в монастырь. Так закончилась печальная история любви, вошедшая в анналы, но не история русской Америки.

Форт-Росс просуществовал в качестве русской колонии вплоть до 1841 года. Коменданты крепости умудрялись выстраивать дружеские отношения сначала с испанцами, потом с мексиканцами и даже с местными индейцами. Кстати, дом коменданта сохранился до сего дня, а вокруг восстановлены прочие строения. Форт-Росс сегодня является частью национального парка: на его территории местные жители проводят фестивали и исторические реконструкции и с удовольствием наряжаются в русские костюмы XIX века.

Сами же русские покинули крепость, поскольку надобность в ней отпала. Продовольствие аляскинским колонистам стала поставлять канадская компания Гудзонова залива. Но продовольствие было на Аляске не единственной проблемой. Русским приходилось, например, сражаться с отнюдь не дружелюбными местными индейцами, которые совсем не были рады тому, что бледнолицые добывают в их землях пушного зверя. В 1851 году индейцы даже предприняли попытку захватить Новоархангельск, столицу русской Аляски.

Конечно, решение о продаже этой территории было принято совсем не из-за стычек с коренными жителями. Первым вопрос о продаже Аляски поднял генерал-губернатор Восточной Сибири граф Н. Н. Муравьев-Амурский. В своей записке 1853 года он сделал акцент на том, что этот шаг позволит укрепить отношения с США перед лицом противостояния с Великобританией. Граф писал:

«…теперь, с изобретением и развитием железных дорог, более еще, чем прежде, должно убедиться в мысли, что Северо-Американские Штаты неминуемо распространятся по всей Северной Америке, и нам нельзя не иметь в виду, что рано или поздно придется им уступить североамериканские владения наши. Нельзя было, однако ж, при этом соображении не иметь в виду и другого: что весьма натурально и России, если не владеть всей восточной Азией, то господствовать на всем азиатском прибрежье Восточного океана. По обстоятельствам мы допустили вторгнуться в эту часть Азии англичанам… но дело это еще может поправиться тесной связью нашей с Северо-Американскими Штатами».

Так или иначе, предложение о продаже исходило от российской стороны. И вот 16 декабря 1866 года прошло специальное совещание, на котором присутствовали император Александр II, Великий князь Константин, министры финансов и морского министерства, а также российский посланник в Вашингтоне — барон Эдуард Андреевич Стекль. Все участники одобрили идею продажи: добыча пушнины не оправдывала затрат на содержание колонии в столь суровых условиях и главное, Российская империя не рассматривала Северо-Американский континент как зону своей экспансии. Подписание договора о продаже Аляски состоялось 30 марта 1867 года в Вашингтоне. Она была продана за 7 миллионов 200 тысяч американских долларов.

Два полюса

В 1891 году, в связи с жестоким неурожаем, охватившим юг России и Поволжье, во многих губерниях Российской империи начался город. В Америке филантропом У. Эдгаром была организована массовая кампания агитации в помощь голодающим. Характерно, что велась она под лозунгом о необходимости отплатить России добром за поддержку, оказанную в годы Гражданской войны в США. Общественность самых разных американских городов и штатов снаряжала корабли с продовольствием, отправлявшиеся в российские порты. Собирались и внушительные денежные средства. Продукты, поступившие из-за океана, развозились по бедствующим русским селам.

Известный маринист И. К. Айвазовский в 1892 году запечатлел эти события на двух выразительных полотнах: «Корабль помощи» и «Раздача продовольствия», потому что он был свидетелем происходящего.

Наследник престола Николай Александрович тогда заявил: «Мы все глубоко тронуты тем, что к нам из Америки приходят корабли, полные продовольствия». А в резолюции, подготовленной видными представителями российской общественности, говорилось: «Посылая хлеб русским людям в годину лишений и нужды, Соединенные Штаты Америки проявляют наиболее волнующий пример братских чувств».

Так что же или кто разрушил эти братские отношения?

В конце XIX — начале XX веков в Америке жил один очень любознательный человек, журналист и путешественник, Джордж Кеннан. В 1885 году он отправился в Сибирь, желая познакомиться с русской системой уголовных наказаний. Там он свел знакомство со многими ссыльными революционерами, которые поведали ему об ужасах царской каторги и переубедили его, сказав ему, что царская власть в России — сущий ужас. Вернувшись в США, Кеннан развернул широкую кампанию по разоблачению тирании, царящей в России. Причем делал он это с применением эффектов из арсенала только нарождающегося шоу-бизнеса. Прослушав одно из его выступлений, Марк Твен воскликнул:

«Если такое правительство невозможно свергнуть кроме как с помощью динамита, что же, возблагодарим Господа Бога за динамит».

Петр Сергеевич Боткин, русский дипломат, тогда секретарь русской миссии в Вашингтоне, в своих воспоминаниях писал:

«В то время в Америке появился Джордж Кеннан. Он рассказывал, что приехал из Сибири, привез с собой ценные материалы для доказательства бесчеловечности русских властей и несостоятельности государственного строя в России.

Кеннан начал с того, что помещал в газетах и журналах сенсационные статьи о жизни каторжников в Сибири. Затем он стал разъезжать по Америке и читать лекции: выходил на сцену в кандалах, одевался каторжником, посредством волшебного фонаря показывал разные ужасы и плел невероятную чепуху на Россию.

— Что вы на это скажете? — спросил меня однажды Рузвельт.

— Скажу, во-первых, что 90 процентов того, что говорит этот человек — сплошной вздор, а во-вторых, что он сам не верит тому, что брешет, но делает так по заказу.

— Возможно, но верно во всяком случае то, что эта пропаганда сильно подрывает популярность и расположение американцев к России и русским».

Результатом активности Кеннана стало образование обществ «друзей русской свободы». Эти «друзья» стремились оказывать всяческую поддержку тем, кто жаждал свержения самодержавия. Но вот парадокс: когда оно пало, тот же Кеннан резко и негативно оценил большевистскую власть, заявив, что у нее нет знаний, опыта и образования для того, чтобы успешно разобраться с огромными проблемами, назревшими после свержения царя.

Возможно, Кеннан был самой яркой фигурой антирусской волны, поднявшейся в конце XIX века в США. Но он не был одинок. В этот период в Америке появились мигранты из Российской империи, среди которых были представители некоторых народов, недовольных своей участью при царской власти, в частности, евреи и поляки, а также революционеры всех мастей. Они активно подогревали нарождающееся в США представление о мессианской роли, уготованной Америке, о том, что она должна нести факел свободы, когда сочтет нужным, и поджигать то, что ей кажется несоответствующим принципам равенства и демократии.

Характерно, что эта перемена в общественном мнении полностью совпадала с новыми целями американской элиты, а она начала переходить к политике планетарной экспансии. США определили тихоокеанский регион как свою зону интереса. В 1886 году Конгресс провел слушание на тему о будущей стратегии в этой зоне, выводы были однозначными: из всех тихоокеанских стран только Российская империя потенциально может угрожать интересам США.

В период с 1900 по 1902 год американский военно-морской теоретик, контр-адмирал Альфред Мэхэн разработал теорию сдерживания России. В чем же она заключалась? Империи, как мощной континентальной державе, надо было противопоставить блок морских государств во главе с США. Воплощением в жизнь этой доктрины стала поддержка Японии в ее противостоянии с Россией. Синдикат американских банков, организованный американским банкиром Яковом Шиффом, предоставил Японии значительную финансовую помощь. Кстати, тот же Шифф взаимодействовал с антироссийским агитатором Кеннаном. Одновременно были предприняты усилия с целью закрытия России доступа к западным кредитам. То есть Америка уже тогда фактически начала войну с Россией руками Японии. Миновало меньше полутора десятков лет с тех пор, как американцы спасали русских крестьян от голода. Теперь они оплачивали убийство тех же самых крестьян, одетых в солдатские шинели.

Практически весь XX век прошел под знаком противостояния СССР и США, которое было с обеих сторон мотивировано идеологически. И только нацистская угроза заставила наши страны на время стать союзниками.

Но сейчас на дворе XXI век, и давно нет СССР, а отношения наших стран снова более чем проблематичны. Алексис де Токвиль, исследователь, которого считают классиком политической науки, опубликовал свою работу «Демократия в Америке» еще в 1840 году, и в ней были воистину пророческие строки:

«В настоящее время в мире существуют два великих народа, которые, несмотря на все свои различия, движутся, как представляется, к единой цели. Это русские и англо-американцы.

Оба этих народа появились на сцене неожиданно.

В Америке для достижения целей полагаются на личный интерес и дают полный простор силе и разуму человека. Что касается России, то можно сказать, что там вся сила общества сосредоточена в руках одного человека.

У них разные истоки и разные пути, но очень возможно, что Провидение втайне уготовило каждой из них стать хозяйкой половины мира».

Но уготовило ли нам провидение при этом вечное противостояние? Вот в чем вопрос.

Pax Americana

После окончания Второй мировой войны произошло размежевание сфер влияния СССР и США. Они стали центром американского мира — Pax Americana, а мы — Pax Sovietica. Две современных империи — аналоги самой стабильной империи в истории человечества — Римской, Pax Romania. Но СССР больше нет, а вот Pax Americana, американский мир, как был, так и остался.

В чем же его идеология? Она начала формироваться еще в 1823 году, с принятием доктрины Джеймса Монро — декларации принципов внешней политики США. Америка для американцев. Keep out — американцы не вмешиваются в европейские дела, а Европа — в американские. Так начался изоляционизм США, который продолжался фактически до начала ХХ века.

Американская «исключительность» формировалась не сразу, а постепенно. В ее основу легло понятие melting pot — плавильный котел, когда каждый, кто прибывает в Америку, является в первую очередь американцем, а уже потом, во вторую очередь, он исповедует свои внутренние убеждения, как русский, поляк, француз и так далее. Но в первую очередь он американец.

Александр Юрьевич Петров,

доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института всеобщей истории РАН

Затем американцы начали проводить «дипломатию доллара» через займы и помощь. Их влияние на международные финансовые организации усилилось благодаря росту позиции доллара и навязыванию правил работы национальным ЦБ. Также они активно злоупотребляли силой в ущерб дипломатии и пытались привить собственные стандарты другим народам (в том числе в политическом и юридическом устройстве). Использовали так называемую мягкую силу — эвфемизм вмешательства во внутренние дела других государств с помощью различных методов, чтобы влиять на правительства, законодателей, бизнес и прочие сферы. При необходимости осуществляли подрывную деятельность и перевороты («цветные революции»).

Американский национализм частично похож на советский. Это гордость своими политическими институтами, своей идеологией, которая якобы спасет мир. Народ, который верит, что выбрал самую прогрессивную идеологию, и навязывает ее другим, — великий народ. Такими себя считают американцы. Так же в свое время Сталин говорил: «Русский народ и советский народ велик, потому что он первым выбрал коммунизм и несет его всему человечеству».

Дмитрий Олегович Бабич,

политолог, обозреватель радио Sputnik

Сейчас в Штатах господствует ультралиберальная идеология. Как когда-то коммунизм взял неплохие лозунги социалистов XIX века — Бебеля, Маркса, Энгельса — и довел их до абсурда, так же современный ультралиберализм берет прекрасные лозунги либералов: свободные выборы, равенство мужчин и женщин, свобода идентичности личности, свобода предпринимательства. И доводит их до абсурда. Сводит к откровенному национализму, к поиску внешнего врага — любой крупной страны, которая с путем Америки не согласна. Как Россия или Китай, например.

Стоит привести высказывание замечательного актера, любимого в России, Леонардо Ди Каприо, как вы помните, имеющего русские корни. Вот что он сказал:

«Мне кажется, что главная проблема Америки в том, что она пытается устанавливать свои порядки в тех странах, про которые она абсолютно ничего не знает».

Good bye, Америка?

Почему же начиная с конца XVIII века этот российско-американский костер дружбы постепенно затухал? Почему от взаимосимпатии, уступок и взаимопомощи ничего не осталось и сейчас перед нами угли?

Прежде всего это связано не только с идеологическими формулами, но и с особенностями материального мира. В XX столетии произошло резкое изменение баланса сил, поэтому сегодня Америка считает, что имеет огромные экономические, социальные, даже идейно-идеологические преимущества.

Правящие круги США пытаются эту модель использовать уже по инерции. Они забыли, может быть, один очень важный, невыученный урок времен холодной войны. А урок этот состоит в том, что победителей в Америке отстранили от власти. Как буквально вынесли за рамки администрацию Буша, которая якобы победила в холодной войне и считала, что ее будут носить на руках вечно.

Владимир Сергеевич Васильев,

доктор экономических наук, научный сотрудник института США и Канады РАН

В Америке действительно полагают, что они — будущее политической сцены. Барак Обама так говорил об исключительности американской нации:

«Я верю в американскую исключительность всеми фибрами своей души. Америка должна всегда лидировать на мировой арене, а вооруженные силы всегда будут главной опорой нашего лидерства».

Он видел обязанность Америки в одном — помогать другим присоединиться к их системе ценностей. Но проблема в том, что Америка слишком поверхностно понимает чужие культуры и другие страны. Да и многие страны вовсе не желают стать американизированными. Это видно по проблемам продвижения НАТО на восток, в той же Югославии или в Ираке. Это видно и в России.

У американцев есть такое выражение: настоящий американец носится между Девой Марией и динамо-машиной. То есть это человек очень верующий, и если не в Бога, то в какую-то идеологию или мечту. И ради этой мечты он готов запустить страшную, мощную машину. Бороться с американцем, когда он взялся за динамо-машину, очень трудно и опасно. Лучше говорить с ним в тот момент, когда он кидается к Деве Марии. Нам, русским, сейчас нужно говорить с американцами. Бороться с русским, когда он взял дубину народной войны, тоже опасно. Поэтому сейчас любое слово, которое мы можем довести друг до друга, оно, может быть, спасает жизни.

Дмитрий Олегович Бабич,

политолог, обозреватель радио Sputnik

О том, что диалог возможен, говорят интересные исторические факты. Внук того самого Джорджа Кеннана, очернявшего Российскую империю, Джордж Кеннан-младший, является автором теории сдерживания. На самом деле это неправильный перевод, потому что containment — не сдерживание, а изоляция, когда нежелательный элемент помещают в контейнер. Вот именно такая политика проводилась в отношении России.

У Кеннана была потрясающая судьба: сначала он работал в американском посольстве в Германии во времена нацизма, потом был в Чехии, когда ее в 1939 году оккупировали немцы. Кеннан прекрасно говорил по-русски и работал послом в Советском Союзе сразу после войны. Когда он вернулся в Америку, родина ему не понравилась. В своих воспоминаниях он говорит:

«Это не моя страна. Это какие-то люди на машинах, которые друг с другом не общаются. Это какие-то потерянные души».

Lost spirits — так он назвал соотечественников. К 1990-м годам он стал горячим сторонником России. Его даже сравнивают с А. И. Солженицыным, потому что он написал очень критическую книгу в отношении США. Кеннан не принял Православие, но с огромным уважением относился к нему. Ему было уже около 100 лет, когда он выступил против расширения НАТО в 1999 году:

«Вы сумасшедшие, что вы делаете? Вы закладываете мину на десятилетия вперед. Почему вы говорите, что Россия — не демократия? Она большая демократия, чем ваши Польша и Венгрия, которых вы сейчас берете в НАТО».

Что произошло? Внук понял что-то, чего не понял дед. Внук понял, что нельзя страны ломать через колено.

Мы прекрасно можем жить без общего врага, как жили в XIX веке и неплохо, на мой взгляд, жили в 1990-е годы. Мы плохо живем тогда, когда одна из наших стран сходит с ума. Сейчас сошли с ума Соединенные Штаты, потому что там громят магазины, рушат памятники, шельмуют католических священников, наказывают людей за встречи с иностранными послами. Вспомните, в 20–30-е годы прошлого столетия так же сходила с ума Россия. А когда кто-то сходит с ума, начинается конфронтация. Надеюсь, что это безумие Америки пройдет, и тогда мы будем опять друзьями.

Дмитрий Олегович Бабич,

политолог, обозреватель радио Sputnik

Content

Аркадий Мамонтов
СЛЕДЫ ИМПЕРИИ
Кто мы — русские?

Кто мы — русские? Главный вопрос для каждого из нас

Одна судьба

Семья или «тюрьма народов»?

Европа или Азия?

Символ веры

Язык души

Крещение: выбор судьбы и как этот выбор повлиял на русскую историю

Крещение: выбор судьбы. Пророчество

Византийское наследство

Преображение

Русский — значит православный

Свет истины

Заговор против веры

Секты против России: всемирный масштаб

Игры декадентов

Хлысты и скопцы

Секта Ильича

Методы борьбы с заразой

Рождество: праздник веры или торжество потребления?

Рождество и мир потребления: «чудо» продажи

Николай Чудотворец и Санта-Клаус

Елка «нон грата»

Чудо и вера

Монархия. Русское самодержавие

Русское самодержавие. Диктатура совести

Мы не рабы!

Рождение самодержавия

Монархисты

Монархия — наше прошлое или будущее?

Империи. Феномен в мировой истории и культуре

Гражданин Павел

«Удерживающий»

Потомки Августа

Империя — битва смыслов

Имперский язык

Свобода и насилие

Имперская символика

Наследники

Тайные пружины переворота: как влияли скрытые силы на ход российской истории

Тайная власть. Филипп Эгалитэ

Звезда разрушения

Российский Калиостро

Масоны

Во имя доллара

Русская армия и ее небесный покровитель

За други своя…

Погибаю, но не сдаюсь!

Христолюбивое воинство

Живой мост

Дух патриотизма вне времени

Мифы и правда

Культурная экспансия: как русское искусство покорило Европу и Америку

Парсуна Никона

Чехов и Мэрилин

Смерть в Венеции

Судьба «Бубнового валета»

Аз, буки, веди: каким было образование в империи и СССР

Школа, которую мы потеряли

Питомник элиты

Оболганная классика

Лжесреднее образование

Современная школа: плюсы и минусы

Семья против Содома

ЛГБТ как всемирный заговор

Семья — пережиток прошлого?

Как создать моду на детей?

Петр и Феврония

Русофобия: откуда эта ненависть к России?

Иван Ужасный

Прирожденные рабы

Смердяковщина: ненависть к Родине

Русофобия вчера и сегодня: как бороться?

Россия и Америка

Свидригайлов и адмиралы

Форт-Росс и «Авось»

Два полюса

Pax Americana

Good bye, Америка?