Джеймс Д. Прескотт

Кризис

© Джеймс Д. Прескотт 2019

© Владимир Манюхин 2020

© Евгений Симаков 2020

Издательство Magic Dome Books, 2020

Все права защищены

Эта книга лицензирована только для вашего личного использования. Эта книга не может быть перепродана или передана другим людям. Если вы хотите поделиться этой книгой с другим человеком, приобретите дополнительную копию для каждого получателя.

Спасибо за уважение к работе автора.

Эта книга – произведение фантастики.

Любая связь с реальными людьми или событиями является случайной.

Посвящение

Естественно, хочется поблагодарить всех, кто способствовал успеху серии. Это, в первую очередь, мои неустрашимые консультанты: доктор Рики Льюис (Блог: Исследования в области ДНК), Джоэль Рубин и Этан Сигель, которые всегда старались направлять повествование в научное, а не художественное русло. Это Ким, Дарья и вся команда художников-дизайнеров из Deranged Doctor Design и, наконец, мой редактор РДжей (RJ), для которой не существует фразы, которую она не могла бы сделать лучше.

Ну и, конечно, главные благодарности – вам, читатели, ради которых все это и писалось.

Информация для читателей

Как обычно, в конце книги есть ссылка с информацией о синдроме Зальцбурга и небольшое резюме предыдущих книг серии. В мире романа произошло много событий, которые читатели первой и второй книг могли подзабыть (в ожидании третьей).

Приятного чтения!

Персонажи из второй книги

Джек Грир: сорокалетний геофизик, иногда ведет себя импульсивно и резко; главное, что интересует его в жизни, – это поиск истины, какова бы она ни была. Подвержен слабостям, среди которых курение, азартные игры и еще какие-то вещи, не требующие больших волевых усилий.

Миа Вард: блестящий генетик; приложила немало усилий, чтобы восстановить свою разрушенную жизнь, и готова на все ради спасения дочери от последствий синдрома Зальцбурга. Тридцать пять лет.

Анна: андроид, снабженный искусственным интеллектом, уникальна в своем роде: она соединяет эффективность нейросети с заботливостью и стремлением вникнуть в иррациональность человеческого поведения.

Гэби Бишоп: выдающийся астрофизик, зрелая пятидесятилетняя женщина; не только коллега, но и давний друг Джека. Ее здравомыслие нередко удерживает последнего от поспешных решений.

Даг Густавсон: шведский палеонтолог; мыслитель (почти тридцати лет), прячущий свою уязвимость под завесой юмора.

Грант Холланд: биолог, британец по рождению, пятидесяти девяти лет; не боится пересекать границы между наукой и мистицизмом.

Юджин Джареки: сорокалетний физик-теоретик, прикрывает страхи и чувство незащищенности заносчивостью и бравадой.

Адмирал Старк: продолжает давнюю семейную традицию службы в ВМС. Нелегкий в общении, он представляет тип человека, которого вы хотели бы иметь на своей стороне. Старку около пятидесяти.

Олли Купер: неотесанный, но по-своему привлекательный пятидесятилетний Олли вначале был агентом Стража, но теперь стремится загладить прошлые грехи. Его главное достоинство – преданность, которая может оказаться его главной слабостью.

Свен: бывший агент Стража, с которым Миа встретилась в Аргентине. Его габариты и низкий голос маскируют чувствительность его натуры. После гибели Тома на борту атинского корабля в Мексиканском заливе он поклялся отомстить за друга.

Что было в книгах 1 и 2

Геофизик Джек Грир и его группа ученых пытаются добраться до метеора, лежащего на океанском дне недалеко от полуострова Юкатан и, как считается, ответственного за гибель динозавров. Вместо метеора они обнаруживают инопланетный космический корабль. Это его падение на Землю 65 миллионов лет назад привело к исчезновению 70 % биологических видов на планете. Более того, пришельцы, уничтожив значительную часть земной экосферы, начали заселять ее новыми формами жизни. Одна из этих древнейших форм в дальнейшем привела к появлению Homo sapiens.

В то же время генетик Миа Вард получает посылку от погибшего босса, из содержания которой выясняется, что недавно открытая новая хромосома, получившая название синдром Зальцбурга, может иметь внеземное происхождение. Таинственным образом световые вспышки, идущие от корабля в Мексиканском заливе, приводят к появлению злокачественных генов в составе хромосомы Зальцбурга. Беда не обходит стороной дочь Мии, которая клянется остановить эпидемию.

Тайная организация, называемая Стражем и считающая инопланетян главной угрозой жизни на Земле, отправляет в Залив группу агентов с заданием захватить все что можно из инопланетных технологий и уничтожить остальное. На корабле происходит столкновение, из которого Джек, Миа и некоторые другие чудом выходят живыми.

Ситуация ухудшается, когда NASA обнаруживает еще один корабль в форме бриллианта, летящий к Земле. Затем взрывные волны, исходящие из-под гренландского ледового щита, выдают потенциально присутствие очередного корабля.

Джека с командой оправляют в Гренландию, где они выясняют, что враг уже здесь. Под ледовым щитом обнаруживается заброшенный город, которому много миллионов лет. Анализ ДНК найденных останков показывает, что существа, некогда жившие здесь, родственны современным дельфинам. Группа пробивается сквозь мерзлые руины в надежде успеть раскрыть секреты древнего города раньше, чем это сделает противник.

Вскоре становится понятным, что жившие здесь существа обладали высокоразвитой цивилизацией, но были уничтожены тем же катаклизмом, что стер с лица земли динозавров. Ученые начинают догадываться, что каждое из крупнейших вымираний в геологической истории Земли связано, возможно, с падением инопланетных кораблей на ее поверхность. Возникает вопрос: зачем внеземные цивилизации регулярно истребляют жизнь на Земле? И есть ли возможность остановить этот гибельный цикл?

В США молодая журналистка Кей Маоро получает информацию о заговоре с целью убийства президента Тейлора. Ее источник постепенной передает ей сведения, указывающие, что нити заговора ведут в президентский кабинет.

Кей обличает членов кабинета, что приводит к их аресту. Однако вскоре она обнаруживает, что они невиновны, а саму ее использовал Страж, чтобы получить доступ к Белому Дому.

Несмотря на агентов Стража, идущих по пятам, Миа продолжает разгадывать тайну Зальцбурга. Вследствие эпидемии, поразившей 30 % человечества, социальная ткань всех стран мира начинает распадаться. При этом загадочный недуг поворачивается новой стороной. Если гены первой части хромосомы были исключительно патогенны, то новые гены несут людям неожиданные преимущества: рост костной массы, силу, повышенный интеллект и способность к быстрому восстановлению. Но самое удивительное открытие Миа сделала, обнаружив в Риме девочек-близнецов с полным набором хромосомы Зальцбурга, в составе которой таинственный ген HOK3, похоже, наделял их даром телепатического общения. Миа также узнает, что главой преступной организации является ее бывший босс, которого она считала мертвым, – Алан Зальцбург.

Под ледовым щитом Гренландии Джек и его группа наконец находят источник взрывных волн, но это оказывается не корабль, а нечто вроде портала. 3-я книга начинается с попытки понять, как он здесь оказался и куда ведет…

Глава 1

Когда наука начнет исследовать нефизические явления, она за одно десятилетие добьется большего прогресса, чем за все предшествовавшие века своего существования.

Никола Тесла

Рим, Италия

Олли Купер смотрел на серые, напоминавшие осенние облака стены камеры и размышлял о превратностях судьбы. Не своей даже: на своей он давно (или ему казалось, что давно) поставил жирный крест.

До его слуха донесся звук неспешных, размеренных шагов, которые отдавались в ушах своеобразным эхом. Страх имеет странное свойство замедлять течение времени, будто человек медленно вращается на горизонте событий вокруг какой-то ненасытной черной дыры. Всего лишь через несколько дней миллионы тонн инопланетной техники войдут в верхние слои атмосферы, и Земля получит в глаз так, как не получала со времен зубастых тираннозавров. Немногие счастливцы (или несчастливцы – зависит от точки зрения) переживут это яркое событие.

Олли думал о Мии: где она и цела ли. Последний раз он видел ее в дверях комнаты для допросов, куда ее впихнули за мгновение до того, как его самого засунули в такое же помещение. После нескольких часов допросов, перемежавшихся избиениями, Олли оказался в камере. Судя по состоянию засохшей на губах и лице крови, это было день или два назад. В бетонной коробке восемь на восемь футов и без окон трудно было судить о времени.

Раздался металлический звук ключа, и тяжелая дверь отворилась, впуская внутрь слепящий, иголками вонзавшийся в мозг свет. Олли сощурился и заморгал так, будто его веки делали какую-то странную гимнастику.

– Сколько можно ждать? – начал он сварливо. – Мне макароны с овощным соусом и какое-нибудь приличное красное. И даже не вспоминайте о вчерашнем чудовищном рогалике: он был как камень – на вкус и на зуб.

Commissario Викарио обозначил на лице намек на улыбку. Своей безупречной изысканностью он напоминал не полицейского, а рекламное лицо виски Black Label или какой-нибудь жутко дорогой текилы. За ним стояли еще двое в темных костюмах и темных же очках. Поскольку Олли лежал на полу, они показались ему гигантами, с холодным равнодушием глядевшими сверху вниз.

– Не хочется вас разочаровывать, мистер Купер, – промурлыкал Викарио, – но мы не про обед.

Эти, которые во всем темном, включая перчатки, вошли в камеру. Что-то сказало Олли, что они пришли не за тем, чтобы уговорить его купить тефлоновую сковородку или удобное комби-одеяло, заменяющее также ночную рубашку.

У Викарио из нагрудного кармана элегантного пиджака выглядывал уголок пухлого конверта.

– У каждого своя цена, – догадался Олли.

– Мне гарантировали, что больно не будет, – улыбнулся Викарио. Он перевел взгляд на разбитые губы и лицо Олли: – Не больнее, чем в прошлый раз.

– Да ты просто душка… – начал было Олли, но тут один из вошедших вытащил пистолет с глушителем, и дальнейшие слова застряли у Олли в горле.

Комиссар скривился и положил руку на пистолет.

– Не здесь. Еще не хватало! Чтобы мне потом уборщицы жаловались, – он заговорил с подчеркнуто итальянским акцентом.

Commissario, да здесь весь пол и стены в крови и мозгах, и нам теперь на карачках ползать, собирая осколки черепа?

Викарио провел рукой по безупречно отглаженному костюму и продолжил:

– Да они капризней, чем моя первая жена, упокой, Господи, ее душу, – он вытащил наручники. – Везите его за город, а уж там… чего ты скалишься?

– Я? Да так, приятель. Всегда любил природу – отличное место для прощания.

* * *

Они засунули Олли на заднее сиденье белой Тойоты, а сами уселись впереди.

– Отправляюсь в последний путь на каком-то седане, – жаловался Олли. – Могли бы хоть Мазерати подогнать.

Водитель только глянул на него в зеркало заднего вида. Машина двигалась к выезду из города. Олли разглядывал человека на переднем пассажирском сиденье и одновременно пытался освободиться от наручников. Руки были предусмотрительно сцеплены за спиной, но его конвоиры не могли знать, что в тринадцатилетнем возрасте Олли сломал большой палец правой руки, играя в регби. Все с тех пор, конечно, зажило, но теперь он мог при желании полностью вынуть палец из сустава.

Олли осторожно протаскивал запястье сквозь кольцо наручника, когда сопровождающий на пассажирском сиденье принялся чихать, схватившись за нос, отчего чихание стало напоминать какое-то противное хихиканье. Он знал этот звук. Его везли не киллеры мафии и не коррумпированные итальянские копы – это были агенты Стража, знакомые ему по прошлой жизни.

– Шон! Это ты, брателло?

Сопровождающий впереди напрягся.

– Шон О’Рурк, это же ты, скотина! – Олли подался вперед и получил удар в лицо, опрокинувший его обратно на сиденье. Из носа потекла струйка крови. Олли усмехнулся: – Всегда был козлом. Да еще и свиньей: кто так сморкается? Ты бы к доктору сходил, что ли.

Они уже ехали по узкой сельской дороге среди деревьев, солнце местами выглядывало из-под облачного одеяла. Похоже – почти приехали.

– У тебя был шанс, Купер, и ты его просрал, – сказал Шон низким и как бы обиженным голосом.

Олли продолжал работать с наручниками, качаясь из стороны в сторону, словно его подбрасывало на неровной дороге.

– Какой шанс? Давай погадаю: сейчас прилетит эта железяка и сделает из вас барбекю. Мне-то с пулей в затылке полегче будет.

– Не обольщайся, – Шон поглядел поверх очков. Его глаза были серыми и блестящими, как у хаски. – У нас все под контролем.

– В смысле – Страж контролирует Белый Дом, и вы сейчас запустите ядерные ракеты, да?

– Типа того, но тебе уже будет все равно: через пять минут ты покойник.

Они подъехали к перекрестку, вдоль поперечной дороги тянулись ряды пиний. Олли высвободил наконец руку, раздался отчетливый щелчок.

Черт!

Шон вздрогнул, а Олли откинулся назад и ударил его в лицо ногой. Машина завиляла, потому что водитель одной рукой держал руль, а другой пытался принять участие в потасовке. Шон полез за пистолетом, Олли бросился было на него, но повис на ремне безопасности.

Ах ты..!

Шон уже поднимал пистолет, когда боковое стекло со стороны водителя лопнуло, и Тойота вылетела в кювет. На мгновение осколки повисли в воздухе, машина опрокинулась и заскребла крышей по асфальту. При следующем кувырке водитель вылетел в окно, как будто его втянуло в разбитый иллюминатор самолета на высоте в тридцать тысяч футов.

Наконец машина окончательно улеглась на крышу и остановилась. Олли был как в тумане и не мог сообразить, ранен он или нет. В наступившей тишине тренькнул колокольчик на шее пасущейся поблизости коровы, которая без особого интереса посмотрела на Олли и вернулась к своим занятиям.

Он все еще боролся с ремнем, когда раздались выстрелы. Шон тянулся за пистолетом, который уронил, пока кувыркалась машина. Тут кто-то рывком открыл переднюю дверь и выстрелил в упор. Шон обмяк. Олли ждал своей очереди, задняя дверь с его стороны была почти оторвана и держалась на одной петле. Чья-то рука оторвала ее совсем, и в лицо Олли глянул ствол ружья. Он старался разглядеть человека по ту сторону приклада: кто там – спасение или смерть? Мужчина что-то сказал, Олли не расслышал, но знакомый низкий тембр голоса был ответом.

– Свен!

Глава 2

Гренландия

Помещения и коридоры базы Северная Звезда несли на себе отпечаток недавних событий. Пробоины в основных модулях наскоро залатали, пятна и лужи крови – замыли, но выбитые двери и стены, почерневшие от разрывов гранат, никуда не делись, так же как боль от потери товарищей. Северная Звезда напоминала склеп.

Сначала здесь от рук израильского спецназа погибла передовая бригада. Затем её судьбу разделили захватившие базу русские, когда адмирал Старк с группой Морских Котиков и бойцами отряда Delta отбил базу обратно. И вот теперь на глубине примерно в милю под ногами была обнаружена дыра в пространстве, дверь, ведущая, возможно, на другую планету или в другое измерение. Неизвестно. Пока неизвестно.

Джек постучал в дверь электронной лаборатории. Нет ответа. Он постучал громче.

– Войдите, доктор Грир, – отозвался мягкий женский голос.

– Как ты узнала, что это я?

Анна стояла к нему спиной и что-то паяла на рабочем столе. Она развернула корпус в его сторону, при этом ее ноги остались на месте. Зрелище, к которому он еще не вполне привык.

– Вы всегда стучите дважды: сначала негромко, а если нет ответа, то громче.

– Меня так легко прочесть? – он улыбнулся, разглядывая ее новые руку и ногу от DARPA, прибывшие только вчера.

– Вам не следует играть в покер, доктор Грир.

– Давно завязал, – он заметил наконечник паяльника, торчащий из небольшого отверстия между вторым и третьим суставами пальцев на ее руке. – Что-то новенькое?

– Когда собирались заменять руку, люди из DARPA спросили, не хочу ли что-нибудь поменять.

– И ты заказала паяльник?

– Ну да, я же все время что-то паяю. Они очень любезны.

Легкая тень пробежала по лицу Джека, и Анна ее заметила.

– Вы не согласны?

– У меня с ними нет проблем, – он колебался, продолжать или нет. – У Ражеша были.

Анна как-то словно поникла. Для существа, не нуждавшегося в дыхании, она странным образом выглядела так, будто на минуту перестала дышать. Джек подошел ближе и погладил ее холодное металлическое плечо.

– Со временем станет легче, – произнес он, думая, что тут с человеческими эмоциями управиться бы, не говоря уж о чувствительных роботах. Взгляд его упал на сплетение проводов и стопки плат на столе.

– Похоже, ты при деле.

Она, по-прежнему не глядя на него, повернулась к столу.

– Я заметила, что ощущение давления на квадратный дюйм внутри меня снижается, когда я чем-то очень занята.

– Мы называем это скорбь. Так проявляет себя боль от потери кого-то важного для нас. Она приходит волнами, иногда совершенно неожиданно.

Джек хотел заговорить о портале и о том, зачем он пришел к Анне, как вдруг из шкафа донеслось отчетливое тявканье. Удивленный, Джек посмотрел на Анну, а затем на остатки пылесоса Roomba на рабочем столе.

– Ты раздербанила еще один робот-пылесос?

– Прошу прощения, доктор Грир, мне не хватало деталей, – потупилась Анна.

Джек распахнул шкаф как раз, когда Гэби и Грант входили в помещение. Из шкафа, скользя по линолеуму на тонких лапках, выскочила маленькая собачка-робот.

– Вау-вау! – произнесло странное существо, собранное из пылесоса.

Гэби, запричитав от восторга, встала на четвереньки и принялась любезничать с электронной зверюшкой. Грант захохотал, хлопая в ладоши; никаких признаков того, что два дня назад у него были пробиты грудь и левое запястье, не наблюдалось. Так называемая собачка присела над носком Джекова ботинка и помочилась. Все зашлись в безумном приступе смеха, Анна подхватила свое творение и нежно погладила ее.

– Не беспокойтесь, доктор Грир, в мочевом пузыре Динь-Динь – просто вода.

– Динь-Динь? – удивилась Гэби. – Ты поклонница Питера Пэна?

– Нет, – неожиданно вставил Джек, – она поклонница Пэрис Хилтон, у которой есть собачка Динь-Динь. И не спрашивайте, откуда я это знаю.

Грант стоял, прислонясь к дверному косяку, и утирал слезы. Затем похлопал себя по животу и сказал:

– О Боже! Если б вы знали, как мне этого не хватало!

Анна вернула собачку на пол, та понеслась со всех ног по комнате, ударилась о ножку стола и опрокинулась.

– Грант, вы уверены, что вам следует вот так разгуливать? – поинтересовался Джек. – Я знаю, вы считаете себя Геркулесом, но вы – смертный и два дня назад были тяжело ранены.

Грант расстегнул рубаху и представил свой торс на всеобщее обозрение.

– Если вы, старина, найдете дырку от пули, вы посрамите здешних докторов.

– А запястье? Я своими глазами видел струю крови, когда в вас попали.

Грант засучил рукав и принялся неуклюже крутить рукой над головой, как престарелый чирлидер.

– Доктора что-то сказали по этому поводу? Мы, конечно, знали, как быстро вы восстанавливаетесь, но все же в этом есть нечто невероятное: один день вы лежите в кровати весь в дырках от пуль, а на следующий день ходите тут без единого следа от ран.

– Самому интересно. Другого объяснения, чем Зальцбург, я не нахожу. Муллинз до сих пор в тяжелом состоянии, и ему еще повезло.

Грант не произнес имени Ражеша, но Джек заметил, как дрогнули ресницы Анны.

– Сперва Зальцбург чуть ли не убивает вас, – задумчиво рассуждал Джек, – а потом он практически удваивает вашу мускульную и костную массу и позволяет восстанавливаться в рекордные сроки.

– Вообще-то я не жалуюсь.

– Так ведь и не на что, – Джек потер кончики пальцев. – Подозреваю, не вы один демонстрируете странные и удивительные симптомы. Вопрос в том, что все это означает?

Гэби снова сосредоточилась на собачонке.

– Значит, ты собрала вот это из пылесоса?

– В основном, – не скрывая гордости, подтвердила Анна. – Кое-что я взяла из других, менее удачных, проектов.

– Похоже, ей до тебя еще далеко, – заметил Джек, глядя, как лежавшая на спине собака беспомощно машет лапами.

Анна перевернула Динь-Динь, и та продолжила свой бег по комнате.

Джек понимал, что Анна принесла пылесос в жертву не для того, чтобы создать еще один искусственный интеллект, – она пыталась справиться с тоской, вызванной гибелью Ражеша.

Рация Джека подала голос:

– Джек, у Анны есть данные от дронов?

– Сейчас спрошу, – Джек смахнул воду с ботинка.

– Поторопитесь. Телеком с Начальниками штабов через пять минут, а мы понятия не имеем, что по ту сторону портала.

Некоторое время назад Анна отправила в портал шесть дронов, и все теперь ждали от них информации.

– Я пытаюсь реактивировать сигнал.

– Никаких изображений с той стороны? – Грант с надеждой смотрел на Анну.

Все только об этом и думали. Внутри энергетического вихря каждый видел какие-то фигуры. Джеку казалось, что там – его покойная мать. Другие утверждали, что увидели дорогих им людей или давно умерших родных. По слухам, распространившимся по базе быстрее, чем огонь по спичечной фабрике, это был вход в потусторонний мир.

Анна покачала головой.

– На данный момент, доктор Холланд, с той стороны нет ничего.

Глава 3

Посреди большого зала совещаний на Северной Звезде стоял большой овальный стол в окружении двадцати мягких кресел. С шестидесятидюймового экрана, висевшего на торцовой стене, на собравшихся хмуро взирали семь членов Объединенного комитета начальников штабов. Говорил председатель – генерал Джеймс Ф. Данхэм.

– Вас не удивит, если я скажу, что правительство Израиля категорически отрицает свою причастность к нападению на Северную Звезду. Министр Майерс, прошу прощения – президент Майерс в настоящее время в ООН высказывает им все, что думает по этому поводу. Похоже, они посчитали, что мы закрыли им доступ к добытым внеземным технологиям. Наши заверения в том, что все, что удалось вынести с корабля, досталось группировке Страж, остались неуслышанными. Но проблема не в Израиле. В настоящее время по всему миру рыщут русские агенты – в надежде найти собственный инопланетный корабль. Мы проверили весь персонал на базе в Гренландии, но стопроцентной гарантии того, что никто не сотрудничает с противником, дать не можем. Президент направил в регион три авианосные ударные группы, так что, если исключить ядерную войну, у русских нет шансов приблизиться к вам даже на тысячу миль.

Упоминание о возможности ядерного конфликта не способствовало разрежению атмосферы в конференц-зале.

– Согласно вашей последней оперативной сводке, – генерал посмотрел в лежавшие перед ним бумаги, – взрывные волны прекратились.

– Да, это так, – подтвердил Джек. – Что позволило нам расчистить лед и мусор перед входом, – речь шла о подземном хранилище, месте столкновения с израильским спецназом. – Мы используем площадку как пункт передового базирования для исследования портала… или… объекта.

– Адмирал Старк доложил, что первые попытки разведдействий не дали результата.

– Так точно, генерал, – вступил в разговор Старк, – на данном этапе мы плохо понимаем, с чем имеем дело. С направленными внутрь роботами связь установить не удалось, и назад они не вернулись. Низкотехнологический подход дал некоторые результаты, но вопросов, опять же, оказалось больше, чем ответов.

– Низкотехнологический подход?

– Когда связь с дронами была потеряна и стало ясно, что они не вернутся, – выдавил из себя Старк, – один из техников предложил просунуть в портал мобильный телефон на палке для селфи.

Сообщение было встречено взрывом смеха.

– Адмирал! – Данхэм подался вперед всем корпусом. – В вашем распоряжении лучшие технологии США, а вы, значит, работаете палкой для селфи?

– Я понимаю, как это выглядит, но только так нам удалось получить хоть какой-то результат. Искажающая волна в зоне входа привела к тому, что полученное изображение было мутным, но его удалось немного очистить, и стало ясно, что на той стороне что-то есть.

Данхэм откинулся на спинку кресла и прочистил горло. Он был сух, жилист и немолод и терпеть не мог туманного и неясного. Он ожидал внятных ответов и с неопределенностью мириться был не готов.

– Дело обстоит следующим образом, и я хочу, чтобы вы отдавали себе в этом отчет без всяких искажающих волн. Летящий к нам корабль миновал Юпитер и, по расчетам NASA, через семьдесят два часа войдет в соприкосновение с Землей в миле от побережья Ньюфаундленда, Канада. При сохранении его текущей скорости последствия будут совершенно беспрецедентны: Земля выгорит полностью, погибнут все, кто не укроется глубоко под поверхностью.

Все это и так знали, но от сказанного все равно повеяло ужасом.

Словно для того, чтобы сделать сказанное нагляднее, за спиной у генерала Данхэма электронные часы вели обратный отсчет времени, оставшегося у человечества. Сейчас на них было: 72 часа, 13 минут, 52 секунды.

– Как видите, – сказал Данхэм, – времени у нас почти не осталось. Если ответ на кризис находится по ту сторону энергетического поля, мы должны туда проникнуть. И если приборы бессильны, придется, к сожалению, рисковать жизнью наших людей. Пошлите кого-то из отряда Delta, который сейчас с вами.

– Не думаю, что это хорошая идея, – вмешался в разговор Джек.

– Простите? Вы вообще кто?

– Джек Грир, сэр. Что я хочу сказать: возможно, речь идет о портале, ведущем на другие планеты. Если мы начнем знакомство с отправки отряда вооруженных людей, это может отрицательно сказаться на межгалактических отношениях.

Зал взорвался разноголосицей споров и аргументов.

– Если кому и идти, то мне, – гнул свое Джек. – Я буду без оружия, но в альпинистской экипировке, чтобы меня можно было втащить назад.

Зал постепенно утих, и тут вверх поднялась одинокая рука. Генерал с изумлением смотрел на ее хозяина.

– Да? Вы хотите что-то сказать?

– Спасибо, генерал Данхэм, – Анна сложила руки перед собой на столе. – Я здесь, на базе, единственное искусственное лицо, и идти надлежит мне. В отличие от коллег, я могу существовать во враждебной окружающей среде, которая может ожидать нас на той стороне.

– Анна, не делай этого, – Джек схватил ее за руку.

Она мягко накрыла его руку своей.

– Прошу вас, доктор Грир. Мне это необходимо.

Глава 4

70 часов, 45 минут, 12 секунд

Воздвигнутый на базе лагерь Зулу был не более чем набором легких построек из рифленого железа – металлических каркасов, обтянутых плотным брезентом. Общий вид отсылал к временам Второй мировой войны, но для ученых и военных, работавших под ледовым щитом Гренландии, этот лагерь был местом, где они могли есть, спать и работать в тепле и относительном комфорте. Сразу после расчистки площадки (как Джек сообщил генералу) инженерное подразделение быстро построило лагерь, снабженный всем необходимым для работы: лабораториями для проведения исследований, койками для отдыха и столовой с горячей едой.

– Ко всему привыкаешь, – философски говорил Даг, держа в руке вегетарианский сэндвич впечатляющих размеров. С каждым словом из его рта вырывалось облачко пара.

К порталу отправились из лагеря Джек, Гэби, Юджин, Грант, Даг и Анна. Все кроме Анны были в биокостюмах со снятыми шлемами. Над их головами, сквозь дыру в ледяном потолке, сияли холодные звезды. Динь-Динь тявкала, пока Анна не взяла ее на руки.

– Динь, потерпи – я скоро вернусь.

Они прошли под каменной аркой и поднимались ко входу в основное помещение пирамиды. Джек, шедший первым, периодически оглядывался, чтобы посмотреть, как Анна преодолевает ступени на своих механических ногах, что получалось у нее легко и грациозно. На мгновение их взгляды встретились, и Анна улыбнулась. Джеку показалось, что он прочел что-то в ее лице. Страх?

В помещении их ждал адмирал Старк в окружении военных и исследователей. Справа и слева от входа, за прозрачной защитной стеной, располагались станции мониторинга.

Прямо перед ними находился главный аттракцион – портал, не прекращающий ни на мгновение своего медленного завораживающего вращения. Джек не был здесь с тех пор, как они впервые увидели его, но эта гипнотическая картина вместе с тайной создателей портала и тайной его назначения не выходили у него из головы ни на минуту.

– Она снабжена всем необходимым? – спросил Старк, оглядывая Анну.

Солдат протянул Анне винтовку M4. Она посмотрела на нее с недоумением и отдала тому, кто стоял рядом. Это оказался Юджин, который взялся за оружие с большим воодушевлением.

– Клёво! – он выглядел, как ребенок, спущенный с поводка в магазине игрушек.

Палец Юджина уже поглаживал спусковой крючок, когда крепкая рука Гранта выдернула винтовку из рук Юджина.

– Вы, юноша, сейчас подстрелите себя или кого другого.

– Никакого оружия! – воскликнул Джек. – По крайней мере, пока мы не знаем, что там.

Один из технических специалистов обвязал Анну альпинистской веревкой с узлом-восьмеркой, подергал, чтобы убедиться, что узел держит надежно, и закрепил другой конец на электрической лебедке. Если что, они смогут быстро вытащить Анну обратно.

Даг доел сэндвич, облизал пальцы и пошел обниматься с Анной. Остальные выстроились за ним. Джек пытался заглушить внутри тревожный голос, твердивший, что он ее больше не увидит.

– Доктор Грир, можете присмотреть за Динь в мое отсутствие?

Он взял собачку одной рукой, а другой обнял ее.

– До скорого, – сказал Джек то, во что сам хотел бы поверить. Ражеш просил его позаботиться об Анне, а он отправляет любимое творение покойного инженера навстречу неведомым опасностям. Но, несмотря на чувство вины, он понимал, что ее решение было вызвано желанием спасти жизни тех, кто был ей дорог. Ражеш мог бы ею гордиться.

Техник провел электромагнитным детектором вокруг головы и торса Анны.

– Биомеханические показатели в норме.

– Удачи! – Гэби сжала руку Анны.

Все, не отрываясь, смотрели, как Анна идет к порталу. Легкий туман окутывал висевшее в воздухе завихрение, и ее очертания постепенно теряли четкость. Она обернулась, подмигнула Джеку и вошла в портал.

Связь пропала.

– Что значит пропала? – воскликнул Джек в отчаянии.

– Пока она полностью не прошла через портал, связь была хорошая, – рука техника скользила по панели управления, – сейчас – ноль.

Запустили лебедку, но сразу стало видно, что веревка не натянута, и через мгновение свободный конец с разлохмаченным в месте разрыва краем вылетел из портала.

Джек выругался, рывком надел шлем и бросился в портал, прежде чем его успели остановить. Он успел услышать испуганный возглас Гэби. Глаза слепило, гудение в ушах становилось почти болезненным, каждый следующий шаг требовал все больших усилий. Он чувствовал себя, как, наверное, чувствует себя ребенок, выбирающийся из материнской утробы. И вдруг словно пара могучих рук толкнула его вперед, он потерял равновесие и беспомощно шлепнулся лицом вниз. Поднявшись на ноги, Джек вытер стекло шлема и растерянно огляделся. Вот он и прошел сквозь зеркало, и окружающий его мир был удивителен.

Глава 5

Кей Маоро стояла в очереди за хлебом, пакетом молока и банкой арахисового масла. Невелик набор, но и его может не остаться, когда подойдет очередь, – думала Кей. Она уже три часа жарилась на горячем вашингтонском солнце, и за это время очередь продвинулась на один квартал. Стоять оставалось еще часа три.

Многие люди тяжело страдали от Зальцбурга, некоторые умерли, но для сельскохозяйственных животных он стал катастрофой. Миллионы коров, свиней, кур и т. п. были моментально и безжалостно истреблены, прежде чем выяснилось, что многие из них могли бы пойти на поправку. Да и выздоровление не могло спасти положения: никто не хотел пить молоко от переболевшей коровы. Так, по крайней мере, дело обстояло неделю назад. Сегодня, как думала Кей, многие из этой бесконечной очереди не отказались бы, будь корова жива, но коровы-то как раз и не было.

Этот же безусловный рефлекс привел к масштабному банковскому кризису. Люди, опасаясь потерять доступ к своим счетам, массово бросились снимать деньги, что быстро привело к реализации их худших опасений. Не только в США, в Китае, Индии – во всем развитом (и даже развивающемся) мире все шло по одному сценарию. Лучше всего кризис переживали аграрные, живущие натуральным хозяйством страны. Там, если домашняя корова заболевала, ее не забивали, а лечили, и корова нередко выздоравливала и становилась крепче, чем прежде.

Шаталась еще одно важная опора, на которой стоял западный мир, – продовольственное обеспечение. Многие никогда не задумывались о том, что более семидесяти процентов потребляемых горожанами товаров доставляются автомобилями. Естественно, что нехватка рабочих рук и пробки на дорогах, забитых машинами бегущих из городов людей, привели к значительным перебоям в снабжении городского населения продовольствием.

Кей невольно вспоминала, как первокурсницей, еще до перехода на журналистику, изучала античную историю. Пару тысяч лет назад Рим был процветающей метрополией с миллионным населением. Местное сельское хозяйство не могло прокормить такое число людей, но был Египет (тогда – часть империи), его плодородные нильские земли давали необходимое количество зерна и уважительно назывались «житница Рима». Хитрый Веспасиан в момент очередной смуты одной только угрозой перекрыть поставки египетского зерна решил проблемы. Он знал: кто контролирует продовольствие – контролирует Рим.

Две тысячи лет спустя человечество по-прежнему балансирует на тонкой грани между порядком и хаосом. Да, полиция и Национальная гвардия еще контролируют продовольственные склады и обеспечивают раздачу пайков. Но Кей понимала, что это только вопрос времени, что тонкая пленка цивилизованности скоро прорвется и мир погрузится в хаос. Конструкция еще держалась, но уже трещала по швам и опасно кренилась.

Таинственный человек из Стража недвусмысленно велел ей не высовываться. Она уже – невольно – выполнила их задание, обнародовав ложную информацию о заговоре, что привело пятерых членов кабинета президента Тейлора в тюрьму, а агента Стража министра Майерса – в Овальный Кабинет.

Невозможно было себе представить, что ждет обвиняемых и самого президента, по-прежнему пребывавшего в коме после атаки на Морпех-1. За оставшееся до прилета корабля время невозможно было бы провести нормальный судебный процесс и не приходилось надеяться, что президент Тейлор очнется и вернет себе власть.

Страну контролировал Страж. Оглушенные пропагандой, две трети населения решительно возражали против контактов с инопланетянами и поддерживали идею ядерной бомбардировки летящего корабля. Сможет ли знание того, что произошло на самом деле, изменить их взгляды? Кей не была в этом уверена. Но, черт побери, люди имеют право хотя бы знать правду!

И Кей решила написать статью, выводящую заговор на чистую воду, – подробный рассказ о том, как Страж осуществил один из самых наглых переворотов в мировой истории. Они грозили втянуть ее отца в сексуальный скандал, но она знала, что это не сработает. Даже с ней этот фокус не прошел, а отец был сделан из еще более прочного материала, чем она.

Она закончила статью в начале дня и отправила ее в службу новостей, прежде чем встать в эту чертову бесконечную очередь.

Затренькал телефон, звонил редактор Рон Льюис.

– Только не просите меня раскрыть источники, – начала Кей.

– Я вышел с совещания с юридической службой, – отчеканил он в своей резкой манере. – Мы не можем опубликовать твою статью.

Кей задохнулась:

– Что?! Не можете… Какого черта?!

– Юридические риски слишком велики.

– Юридические?! – Кей не верила своим ушам. – Рон, через несколько дней никакой газеты больше не будет. Я вам рассказываю о заговоре покруче, чем Уотергейт и убийство Кеннеди, а вы боитесь, что на вас в суд подадут. Да вы хоть понимаете, что я свою семью подставила под удар?!

– Нас не суд беспокоит, – оборвал он ее.

– А что?!

– За неделю правительство добилось судебного запрета для пяти газет и двух телеканалов.

Очередь продвинулась на пару шагов, и Кей вместе с ней. Она переложила телефон к другому уху и молила Бога послать ей терпения.

– Да, я слышала. Это какие-то заштатные СМИ, и я не понимаю…

– Это проверка на вшивость, – снова оборвал он ее. – Правительство смотрит, может ли оно себе такое позволить, или какой-нибудь федеральный судья наберется смелости и отменит их решение, особенно на фоне происходящего. Но все заняты инопланетянами, до свободы СМИ никому нет дела. Теперь, как я слышал, Белый Дом готов при малейшем неудовольствии прикрыть и CBS, и NBC, и New York Times.

– У меня есть лабораторное заключение по осколкам ракеты, сбившей президентский вертолет. Она украинская. Это не самодельный заговор недовольных министров – это работа международной организации, способной убрать президента для достижения своих целей. Разве нам раньше не угрожали? Вспомните Никсона и Уотергейт: мы чуть было не отказались печатать материал из страха потерять газету, но напечатали и победили.

– Ну, не знаю… – упирался Рон.

Тем не менее она чувствовала по его голосу, что он готов сдаться. Надо только еще надавить.

– А как же правда, Рон? Ради чего мы стараемся? Ради чего я билась, чтобы перейти из Lifestyle в службу новостей? Вы же знаете, что мой материал – правда от первого до последнего слова. Неужели вы хотите, чтобы вашим последним поступком при жизни стало предательство духа газеты?!

– Да провались оно все! – решился Рон. – Печатаем! Но, если все кончится плохо, это будет на твоей совести.

– Если все кончится плохо, нам всем будет все равно.

Глава 6

68 часов, 22 минуты, 45 секунд

Джек обнаружил себя в окружении буйной экзотической растительности. Это был даже не лес – это были джунгли, но какие-то невероятные, невиданные джунгли. Плотные заросли драконовых деревьев с тонкими желтыми стволами возносили свои кроны на сотни футов. Высоко над ними красные и оранжевые листья гигантских пальм купались в лучах инопланетного солнца. Похоже, что это солнце было значительно более мощным, чем то средней руки светило, которое нам так хорошо знакомо по земной жизни. Даже те редкие лучи, которые пробивались сквозь древесную шевелюру, обдавали Джека теплой волной, вскоре ему пришлось перевести смотровое стекло шлема в светозащитный режим: кожа лица горела.

Из подлеска поднимались фиолетовые щупальца, которые тихо раскачивались в такт легким дуновениям ветра. Джек сделал пару шагов в их сторону, и они тут же скрылись, втянувшись куда-то под землю.

Джек посмотрел на свой измазанный грязью биокостюм, следствие падения на выходе из портала. Грязь, на его взгляд, была какая-то странная. Он нагнулся и набрал горсть земли из-под ног. Казалось, от нее исходит еле заметное мерцание. Джек подставил ладонь с землей под солнечные лучи, потом повернулся к солнцу спиной и включил фонарь на шлеме. Как бы там ни было, вещество в его руке излучало слабый пульсирующий свет.

С одних деревьев вокруг него свисали тонкие фиолетовые пряди, огромные фоторецепторные листья других колыхались на ветру, словно воздушные змеи. Они, очевидно, и создавали то движение, которое видели люди, смотрящие сквозь портал с той стороны.

– База, вы это видите? – Джек затаил дыхание, но ответа не последовало. Можно было ожидать. Никаких признаков присутствия Анны, за которой он очертя голову прыгнул в портал, тоже не наблюдалось. Шок от увиденного постепенно проходил, и Джек вспомнил, что он здесь делает. Он обернулся к порталу, который теперь медленно вращался в противоположном направлении. Расплывчатые фигуры на другой стороне совсем не походили на людей.

– Анна, слышишь меня?

Джек был уверен, что связь здесь должна работать. Он двинулся вперед, периодически окликая Анну по рации. Ни следов, ни тропинки, только безумие ярких красок да неровная поверхность под ногами. Земля шла океанскими волнами, Джек то взбирался на десятифутовый уступ, то спускался по склону навстречу новому подъему. Большие резные листья, отливавшие издали то пурпуром, то лазурью и бледневшие при его приближении, преграждали путь. Окружающий мир явно реагировал на его присутствие, неясно, правда, как: положительно или отрицательно.

– Анна, ты где?

Джек «прогнал» очки OHM по спектрам – от инфракрасного до ультрафиолетового. Все напрасно. Звуковые сенсоры поймали отдаленные колебания и воспроизвели их для Джека. Он замер. Это был тяжелый глухой звук, звук большого дерева, упавшего в лесу. Точно не Анна.

Что-то под правой ногой Джека дернулось, и он упал навзничь прямо в фиолетовые лианы, которые поспешно ретировались в свои убежища. Джек перевернулся и увидел, как нечто длинное и тонкое исчезает в подлеске. Змея? Не похоже. Что-то странное было в этом существе: оно имело размочаленный хвост оборвавшейся веревки.

Он тут же догадался, что видит конец веревки, которой была обвязана Анна, вскочил на ноги и погнался за хвостом, продираясь сквозь растительность и боясь упустить цель из вида. Легкая дрожь желтых кустов слева заставила его устремиться в этом направлении. Шлепая по влажной земле, он выскочил на небольшую лужайку и увидел то, что искал: конец веревки выглядывал из мелкой поросли. Джек прыгнул, как футбольный вратарь, и схватил его обеими руками.

Черный предмет пролетел над его головой, почти коснувшись ее, затем – еще один. Когда они повисли в десяти футах над ним, поблескивая красными светодиодами, он увидел, что это дроны, запущенные Анной сквозь портал, те самые, связь с которыми была потеряна.

– Доктор Грир, – раздался в наушниках мелодичный женский голос, – что вы делаете в канале сто одиннадцать?

– Да? – удивился Джек. – Наверное, настройки сбились на выходе из портала, когда я упал.

– Я полагала, вы будете ждать моего возвращения, – Анна появилась на прогалине.

– Сигнал исчез, как только ты вошла в портал, я… мы решили, что у тебя проблемы.

– Я собирала образцы, – она гордо продемонстрировала пучок разноцветных листьев.

Джек заметил, что ее ноги покрыты слоем мерцающей грязи. Анна проследила за его взглядом.

– Здесь необычная почва.

Жужжащая светящаяся точка пролетела рядом с ними. Джек пригнулся и проводил ее полет взглядом.

– Вы видели, доктор Грир?

– Еще бы. Что это было?

– Не знаю. Местная форма жизни.

– Насекомое?

– Не исключено. Я их уже много видела. Обычно они держатся высоко среди деревьев, – она ткнула пальцем вверх.

Джек посмотрел вверх. Когда глаза привыкли к яркому свету, и он перестал моргать, его взору открылись рои красных кружившихся точек, то пропадавших, то возникавших среди солнечных лучей и красных лапчатых листьев. Дистанционные сенсоры опять зафиксировали тяжелый глухой звук, на этот раз он был ближе и повторялся через равные интервалы.

– Слышишь? – Джек постучал по своему шлему.

– Да, – в голосе Анны было радостное возбуждение, – может, это еще одна форма жизни!

– Может. Но звук как-то не обнадеживает, – Джек огляделся и понял, что заблудился. – Ты можешь вывести нас к порталу?

– Туда, – Анна показала на юго-запад.

Джек схватил конец веревки и обмотал его вокруг Анны: не хватало только, чтобы веревка за что-нибудь зацепилась. Они побежали что есть сил. Тяжелые шаги приближались.

– Налево! – крикнула Анна.

Джек отчетливо чувствовал, как вздрагивает земля под ногами. Вот и портал. И это никакая вам не научная загадка, это – спасение и путь домой.

– Догоняет, – теперь голос Анны не выражал ни малейшей радости от встречи с местными обитателями.

– Черт! – Джек на бегу оглянулся, и то, что он увидел, ему не понравилось. Легко, как траву, раздвигая желтые стволы, за ними двигалось нечто огромное и злобно-решительное.

Дроны у них над головой перегруппировались и устремились навстречу преследователю. Анна хотела его отвлечь, и на мгновение это удалось. Но скоро звук лопнувшего пластика сообщил им, что с дронами покончено.

Они замерли у входа в портал, завороженные перспективой увидеть преследовавшее их гигантское существо. В следующую секунду огромная тень нависла над ними, и любопытства как не бывало: ужас ледяными иголками пронзил тело Джека, он втолкнул Анну в портал и прыгнул следом.

Глава 7

65 часов, 50 минут, 33 секунды

Они вынырнули из портала в мир мигающих желтых аварийных огней и громких командных голосов.

– Приступить к обеззараживанию, – скомандовал адмирал Старк, и два техника в защитных костюмах и с опрыскивателями двинулись навстречу Джеку и Анне.

Джек поднялся на ноги и увидел, что они вернулись в пирамиду, только портал теперь был полностью окружен прозрачной защитной стеной. Он помогал Анне встать, когда появились техники с оборудованием для деконтаминации. Джек вытянул вперед руку, чтобы их остановить. Анна по-прежнему сжимала в руке собранные ею листья, оба были в инопланетной грязи.

– Сперва – контейнер для образцов.

Техники замерли на месте, глядя на Старка, который после секундного колебания дал отмашку принести контейнеры.

Десять минут спустя в лагере Зулу в палатке, украшенной вывеской «Центр управления», состоялся дебрифинг для ведущего научного и военного персонала.

Все, как зачарованные, смотрели видео, записанное Джеком и дронами Анны.

– Где же, черт побери, вы были? – повторял раз за разом Грант.

– Самому интересно, – отвечал Джек.

– Растительность ни на что не похожа, – заметила Гэби.

– Знакомьтесь: иные миры. Но почему растительность не зеленая? У них там что, фотосинтез отсутствует? – рассуждал Даг.

– Не обязательно, – взялась разъяснять Гэби. – На Земле хлорофилл отражает зеленый спектр солнечных лучей, и мы его видим. Поскольку зеленый отражается, а не поглощается, он не участвует в фотосинтезе. В свете более яркой звезды могут преобладать голубой и ультрафиолетовый спектры. Если у планеты есть атмосфера и озоновый слой, они будут задерживать ультрафиолет, но пропускать голубой спектр. На такой планете фотосинтез может поглощать именно голубой и зеленый и отражать желтый, оранжевый и красный спектры. И тогда листья как раз и должны выглядеть так, как будто на дворе хорошая, яркая осень.

– У каждой звезды – уникальный световой спектр, – Юджин еле дождался, когда Гэби договорит. – С помощью этих видео могу попробовать вычислить, вокруг какой звезды вращается планета.

– Если эта звезда нам вообще известна, – вставила Анна.

– Если она вообще в нашей Вселенной, – Джек все еще пытался унять дрожь в руках, вызванную последними событиями.

Все притихли, пытаясь представить себе, с чем они имеют дело.

– Дамы и господа, – нарушил тишину Старк. Он ткнул пальцем в потолок из рифленого железа. – Мы здесь собрались с одной и единственной целью: не дать этому чертову кораблю упасть нам на головы. Если все, что вы обнаружили на той стороне, всего лишь букет забавных листьев, может нам следует начать копать друг другу могилы?

– Не только букет забавных листьев! – обиженно воскликнула Анна. – Мы обнаружили там по меньшей мере два вида живых существ. Правда, мы не можем судить о степени их разумности.

Присутствовавшие навострили уши.

– Может, с этого следовало начать? – не скрыл своего удивления Даг.

– Я как раз собирался, – ответил Джек. – Не знаю только, как назвать то, что мы видели.

Он включил последнюю часть видео, где неведомое существо преследовало их сквозь джунгли. Они смотрели запись еще и еще. Грант даже подошел вплотную к экрану.

– Какой-то он неприветливый, – заметила Гэби, поеживаясь.

– По моим подсчетам, существо имеет двадцать пять футов росту и весит около тридцати тысяч фунтов.

– Ах ты, срань Господня! – Даг вскочил со своего стула. – Да за вами гонялся тираннозавр!

– Доктор Густавсон, я не знала, что вы верующий, – Анна сказала это совершенно серьезно, и дружный смех собравшихся вызвал у нее удивление.

– Спиши на трудности перевода, Анна, – улыбнулась Гэби.

Анна покачала головой, словно говоря: вас, людей, не поймешь, а вслух добавила:

– Мы видели еще одну подвижную разновидность существ.

– Красные летающие точки? – спросил кто-то.

– Мы окрестили их жгутиками. Когда они замирают в воздухе, то видно, что они словно созданы для полета. По земным меркам, это были бы насекомые.

– Меня ваши жуки интересуют гораздо меньше, чем возможность спасти семь миллиардов человек, – гнул свое Старк.

– Значит так, – сказал Джек, – мы не знаем, что мы там видели, и куда ведет портал. Но там есть жизнь, и, вероятно, мы имеем доступ в мир атинов.

– Думаешь, они там сидят и нас дожидаются? – спросила Гэби.

– Надеюсь, да. Это наш шанс.

Открылась дверь, и Джек, увидев, кто вошел, вскочил на ноги.

– Миа! – воскликнул он удивленно и радостно.

За ней следовал долговязый человек с противной ухмылкой на физиономии.

– Знакомьтесь, – сказала Миа – это Алан Зальцбург.

Глава 8

Публикация Кей произвела эффект разорвавшейся бомбы. Удивительно, но даже на фоне охватившего страну хаоса и беззакония рассказанная ею горькая правда нашла отклик в сердцах огромного числа читателей. Звонки и письма обрушились на редакцию буквально минуты спустя после онлайн-публикации. Назвать это эксклюзивом не поворачивался язык. Пока большинство новостных агентств носились с то ли существующей, то ли не существующей программой правительства по использованию бункеров, Кей нанесла удар прямо в сердце Белого Дома. Это было больше, чем политика, чем борьба республиканцев и демократов, – Кей даже толком не знала, к какой партии принадлежит Майерс. Тейлор был демократом, но в наши дни случалось, что в кабинет приглашали человека из оппозиционной партии. Чудовищный заговор Стража выходил за рамки партийных распрей.

Ее новый кабинет находился напротив кабинета Рона Льюиса. Для начинающего амбициозного репортера это был бы дар небес. Отец Кей, правда, совершенно не впечатлился. Он удивлялся, что она вообще продолжает ходить на работу в такое время. Она спросила его про полицейских, пожарных, военных, что им – все бросить и сидеть дома? Некоторые так и сделали, но, по счастью, большинство нашли в себе силы продолжать службу.

Кей откинулась в кресле и набрала домашний номер.

– Кейза! – отозвался Феликс. – Это твой отец. Ты почему не дома?

– Я знаю, кто это, – засмеялась она. – Я работаю.

– Дерек с семьей здесь. Мы сбиваемся с ног: надо столько сделать!

– Я думала, они едут в свой дом в горах?

– Планы поменялись. Тереза уговорила мать Дерека присоединиться к нам.

– Дай мне Дерека.

Через минуту в трубке раздался мягкий голос ее жениха.

– Кей?

– Что происходит? Я была уверена, что вы уезжаете и что твоя мать уговорит мою ехать с вами.

– Все поменялось. Твоя мама оказалась очень красноречивой.

– Она в последнее время не перестает удивлять. Значит, вы все сидите у нас?

– Не совсем, – чувствовалось, что он улыбается. – Мы собираемся в церковь. Скажи, что приедешь. Мне все равно, где мы будем, лишь бы вместе.

– Да, – Кей боролась с противоречивыми чувствами, разрывавшими ее на части. Уехать из газеты в разгар бури, вызванной ее материалом… Скоро прибегут из CNN и других каналов, жаждущих приобщиться к сенсации, начнутся бесчисленные интервью… Но, с другой стороны, она не была уверена, что хочет этого: пусть бы с экрана вещали люди, которые, в отличие от нее, не боятся камеры.

Слова уже были у нее на языке, но она никак не решалась произнести их.

Давай, ты можешь!

– Ладно, солнышко, – она слышала себя как бы со стороны. – Дай мне тут все закончить, и я приеду домой уже совсем.

Дерек радостно заверил ее в своей любви и повесил трубку. Кей смотрела в пространство.

Вот видишь, это нетрудно.

Да нет: еще как трудно.

* * *

Через два часа (после того, как она собрала вещи и попрощалась) Кей остановила свою серебристую Короллу возле родительского дома. Машины Дерека и родителей были на месте. Конечно, работа наполняла ее жизнь смыслом, но мысль о том, чтобы провести оставшееся время в кругу любимых людей, не могла не радовать. Прежде чем войти в дом, она бросила взгляд на знакомую с детства улицу. Та сильно изменилась: многие дома стояли пустыми, с заколоченными окнами. Люди уехали в надежде переждать ураган, приближение которого уже ощущалось повсюду, и вернуться. Верили ли они, что их надежда сбудется?

На крыльце странное ощущение вдруг охватило ее, словно холодная капля текла по шее к позвоночнику. Кей толкнула дверь, ожидая услышать оживленный, веселый шум, свойственный этому дому. Отец любил принимать гостей, наполнять их стаканы и занимать смешными историями из дочкиного детства. Например, как она в возрасте лет восьми нашла его чековую книжку и выписала матери чек на миллион долларов.

– Жил бы я в этой развалюхе, если бы у меня был миллион? – он всегда завершал эту историю одной и той же фразой, произносимой с одной и той же интонацией. Она слышала этот рассказ тоже, наверное, миллион раз, но история от этого не старела. Но сейчас дом встретил ее молчанием.

– Папа? Мама, вы здесь?

С каждым шагом пол под ногой скрипел все громче, а тревога становилась все сильнее. Вид кухни не оставил сомнения, что в доме случилось что-то ужасное. Стулья были опрокинуты, как и ведро, подставленное отцом под текущую трубу.

Кей дрожащей рукой набрала номер Дерека, после трех гудков она услышала звонок его телефона наверху.

– Дерек! – Кей взбежала по лестнице, перепрыгивая через ступени. Спальня родителей была слева, но звук шел с другой стороны. Она повернулась и поняла, что телефон в ванной комнате.

– Дерек! – это уже был не крик, а жалобный шепот. Она распахнула дверь, еще надеясь, что он там и просто моет руки, другой какой-то частью сознания она надеялась, что его там нет, что никого там нет. Занавески были опущены, и в комнате царил полумрак, но света было достаточно, чтобы увидеть тело, привалившееся к умывальнику, с головой, ушедшей в раковину по плечи. Телефон лежал на полочке и продолжал звонить, затем включился автоответчик, и голос Дерека предложил оставить сообщение.

– Нет, Дерек, нет! – взвизгнула Кей, бросаясь к нему. Она вытащила его за руку в коридор. Когда-то она работала спасателем и умела оказывать помощь утопающим. Это было довольно давно, но включился автопилот: Кей повернула его на бок, чтобы освободить легкие от воды и принялась щупать пульс. Пульса не было. Кей плакала и ругалась.

– Не умирай, Дерек, не умирай! – причитала она, делая искусственное дыхание и массаж сердца. Его губы были безнадежно холодными, воздух, который она вдувала ему в легкие, с тихим шипением выходил обратно. В кино обычно хватало нескольких нажатий на грудную клетку, чтобы пострадавший начал отхаркивать воду и интересоваться, что такое с ним произошло. Сейчас все было не так, Кей чувствовала, что ее охватывает отчаяние. Она набрала номер полиции и снова принялась за реанимацию.

Номер полиции был занят.

– Да что же это такое!..

Тут она заметила, что руки ее в крови. Она обернулась: из ванной в коридор по полу тянулся кровавый след. Кей задрала низ его рубашки и обнаружила несколько колотых ран в левой стороне груди. Очевидно, Дерек был слишком силен, чтобы его можно было просто утопить в умывальнике. Теперь и на его лице она увидела следы ударов: Дерек дрался до последнего.

Если бы Кей была способна мыслить ясно, она должна была бы немедленно покинуть дом: убийца еще мог находиться здесь. Но Кей забыла об опасности. Единственное, что умещалось сейчас в ее голове – что вот человек, которого она любила, за которого собиралась замуж, лежит перед ней мертвый…

Постепенно, сквозь боль и ужас в ее мозгу забрезжила еще одна мысль. Мать и отец. На нетвердых ногах Кей обошла дом, не зная, сможет ли она вынести зрелище новых смертей. Но этого не случилось. В доме, кроме тела Дерека, не было никого. Бессознательно размазывая слезы по лицу, Кей подумала, что ей есть еще о чем беспокоиться. Что с ними? живы ли они? и куда их могли забрать?

Глава 9

Миа сняла тяжелую парку, положила ее на скамью рядом с собой и потерла руки в предвкушении.

– Страсть как есть хочется, – сообщила она Джеку, ставившему на стол две дымившиеся тарелки. В столовой предлагалось на выбор: говяжье рагу, картофельная запеканка с бараниной и куриная лапша. Она выбрала говядину, а Джек – суп. За столами, сдвинутыми в три длинных ряда, сидели занятые едой или разговорами техники, ученые, военные, наслаждаясь теплом и отдыхом.

– И это вся ваша еда? – Миа почувствовала себя обжорой.

От улыбки на его щеках образовались ямочки.

– У меня желудок еще не до конца справился с последствиями путешествия через пространство и время.

– И пока неясно, на какой планете и в каком измерении вы были? – произнесла она, настраиваясь не его волну.

Он покачал головой и принялся старательно дуть на суп.

– Зоуи так делает, – засмеялась Миа.

Он заметил усилие, с которым она держала себя в руках.

– Как она? Вы ее видели тогда, под Ричмондом?

– Не слишком. Но я знаю, что она поправляется, и без рецидивов. Некоторые пациенты быстро справляются с ранними симптомами Зальцбурга, другие долго не могут выйти из первой, тяжелой, фазы.

– Честно говоря, я был удивлен, увидев вас. Приятно удивлен, конечно, но все же. Но ваш компаньон…

– Алан? – переспросила она как бы даже виновато.

– Вы, вроде, говорили, что он мертв?

– Не только говорила, но и отчасти надеялась на это.

– Как он вас нашел?

– Нашел?! Да он все и устроил! То, что я бегу из страны в страну, что за мной гоняются убийцы, а я гоняюсь за обрывками информации. В Риме он организовал мой арест, чтобы привезти меня сюда. Он сказал, что они убьют Олли, – она зажмурилась, и из-под опущенных век рекой потекли слезы. – Ясно, что Майерс назначил его руководить всей операцией здесь. Он хочет, чтобы я продолжала исследования. Ему нужен прорыв, но он считает, что меня нужно подталкивать.

– Угрожая убийством? Чушь какая-то.

– Что тут скажешь… Он больной на всю голову и уже сидел бы где-нибудь в тюрьме, если бы не был таким блестящим ученым.

– Вы льстите подонку. Чего он, по-вашему, добивается?

– Стать человеком? – предположила Миа.

– Глупости. Он вас использует, как всегда использовал.

– А вам не приходило в голову, что я его тоже использую?! – спросила Миа с вызовом.

Нет, Джеку такое не приходило в голову.

– А что это за двойняшки с вами?

– София и Ноэми. С ними работал доктор Путелли. Они первые известные пациенты с полным набором из восьми генов Зальцбурга.

– Значит, треть популяции имеет двадцать четыре хромосомы, тогда как остальные должны довольствоваться двадцатью тремя. Чувствую, как во мне развивается комплекс неполноценности.

– Вас можно понять. У девочек, как и у других пациентов, все начиналось плохо: снижение костной массы, потеря речи, болезненная реакция на свет и т. д. А потом вдруг проявились доминантные гены Зальцбурга.

– Которые в 48-й хроматиде?

– Да. Мы сначала не знали, но первыми заявили о себе рецессивные гены 47-й хроматиды, и только по мере появления новых взрывных волн начали работать доминантные гены 48-й.

– То, что мы наблюдали у Гранта: из хилого шестидесятилетнего дядечки с плохой кожей он за несколько дней превратился в загорелого атлета. Не говоря уже о способности к восстановлению после ранений.

– Восстановлению? – заинтересовалась Миа.

– Дважды был ранен израильтянами: в грудь и в запястье. Через сутки уже бегал по базе как ни в чем не бывало.

– Это работа гена MRE11: он исправляет ошибки в ДНК.

– Крутой работничек: двадцать четыре часа в сутки без выходных.

Миа засмеялась.

– Из того, что вы говорите, получается, что по крайней мере половина изменений, происходящих с людьми, скорее к лучшему. Я начинаю жалеть, что не слег с Зальцбургом… – тут он вспомнил про Миину дочь и поторопился добавить: – Извините, я, кажется, зарапортовался…

– Все нормально. Знаете, Олли считает, что атины готовят из людей рабов для работы в трудных условиях на астероидах или что-то в этом роде.

– Не лишено смысла, – Джек задумался, припоминая. – Хотя в Заливе мы уже обсуждали такую вероятность, и Гэби привела один разумный аргумент. Если атинам нужны ресурсы, зачем тащиться через половину Вселенной на маленькую планету, населенную какими-то отморозками, когда в любой галактике полно всего, чего только может пожелать инопланетная душа? – Джек медленно мешал суп в своей тарелке, внимательно вглядываясь в маленький лапшеворот. – Надеюсь, что он все-таки неправ. А то, что девочки – близняшки, имеет значение?

– Думаю, да. В Калькутте мы с доктором Янссон заметили, что женщины с Зальцбургом неизменно рожают двойню.

– Всегда?

– Из того, что мы видели – абсолютно. Иногда – троих или четверых, но никогда одного.

– Слегка пугающе.

– Поверьте, когда мы это заметили, мне стало не по себе.

– И вы установили, что это связано именно с Зальцбургом?

– Да, только мы не знаем, как и почему. Думаю, дело в последнем четвертом гене 48-й хроматиды, он называется HOK3 и воздействует на извилину гиппокампа в коре головного мозга. Двойняшки должны помочь разобраться.

– Воздействует – как?

– Не знаю пока. Когда мы с Олли пришли к ним в психушку…

– В психушку?! – вытаращил глаза Джек.

– Доктор Путелли отправил их туда на осмотр: они говорили, что слышат голоса, и он подозревал психическое расстройство.

– И?

– Расстройства нет, но реальность не умещается в голове.

– В моей голове умещается вид Гранта, выжимающего вес в триста фунтов.

– Девочки демонстрируют способность к… – Миа с заметным усилием выдавила из себя последнее слово: – телепатии.

– Как если бы им вживили электронные импланты? – Джек был явно в растерянности. – Я тут статью про это читал.

– Нет, мы проверяли: никаких операций. Но когда одна из них что-то думает, другая тут же знает, что в голове у сестры. Звучит антинаучно, но я уверена, что какое-то научное объяснение существует.

– Вы рассчитываете найти научное объяснение или понять, как работает этот механизм?

– Скорее последнее. Думаете, я сумасшедшая, да?

– Вот что я вам скажу. В пятистах ярдах от этой столовки находится нечто наподобие вращающейся черной дыры. И я по доброй воле проходил через эту дыру на ту сторону, так что меня теперь мало что удивляет, в том числе и то, что люди могут читать мысли друг друга. Мы встретились с цивилизацией, которая обогнала нас на сотни, тысячи или даже миллионы лет. Представьте себе, что бы подумали фермеры Месопотамии десять тысяч лет назад, если бы увидели самолет или вертолет.

– Что лицезреют Бога.

– Или дьявола.

Глава 10

После обеда Джек вернулся на Северную Звезду посмотреть, насколько Гэби и Юджин продвинулись в анализе свойств портала. Адмирал Старк запретил дальнейшие действия – до времени выработки научного плана операций. Перед ними была инопланетная экосистема, населенная неведомыми существами, одно из которых проявило крайнюю степень агрессивности. На базе говорили, что Алан Зальцбург выписал группу каких-то суперспециалистов. Восьмой отряд Котиков и бойцы на базе были, конечно, недовольны, но Джек уже планировал, с теми или другими, вновь посетить загадочный мир по ту сторону портала.

Джек, как и предполагал, нашел Гэби, Юджина и Анну в астрофизической лаборатории перед монитором компьютера.

– Ну? – сказал Джек, входя, и Гэби подпрыгнула, схватившись за сердце.

– О Господи! Нельзя так пугать людей.

Динь приветливо затявкала.

– Пытаемся понять, как работает портал, – сообщил Юджин.

– Он тут крутится уже миллионы лет, – Джек заглянул в монитор.

– Ну да, – согласился Юджин, – только информации никакой.

– Как так?

– По приборам, – Гэби покрутилась во вращающемся кресле, – портал излучает дикое количество электромагнитной радиации. По идее, он должен всё выжигать дотла на сотни ярдов вокруг. Но этого почему-то не происходит.

– Или втягивать в себя, – вступил Юджин. – Замеры гравитации зашкаливают. Портал больше похож на сингулярность, чем вход куда бы то ни было.

– Син-гу-ляр-ность, – медленно повторил Джек. – Хотите сказать – это нечто вроде черной дыры?

– Не нечто вроде – это она и есть! – воскликнул Юджин. – Только ее создали так, чтобы она не разрушила планету.

– Тут вот в чем фишка, – Гэби выпрямилась и потянулась. – Эйнштейн помимо черных предсказал существование белых дыр. Черные дыры не дают ничему выйти из них, а белые – не дают войти. Все они – билет в одну сторону, а наш портал работает в обоих направлениях.

– Белое и черное в одном флаконе, – подытожил Джек.

– Расовая гармония, – поддержал его Юджин.

– И как это у них получается? – подумал вслух Джек.

– Доктор Грир, – вступила в разговор Анна, – доктор Бишоп и доктор Джареки получили интересные результаты. Пока мы были по ту сторону портала, они откачали воздух из камеры деконтаминации и прошлись по ней электромагнитным и эгзагерцевым лазером. Пики в рентгеновском излучении наводят на мысль, что мы имеем дело с новой, не известной науке частицей.

Это может оказаться грандиозным открытием, Джек, – проговорил, волнуясь, Юджин.

– Гравитон?

– Нет. Темная энергия!

Джек, как говорится, машинально подошел к окну и стал невидящим взором смотреть на поземку, которая, как беспокойные духи, мчалась, завиваясь, по снежной равнине внизу. Годами ученые пытались построить вечно ускользающую теорию всего, способную дать единое стройное объяснение микро- и макромира. Но еще больше им хотелось найти темную энергию и темную материю, этот Святой Грааль физиков всего мира. Может ли так быть, думал Джек, что величайшее научное открытие в истории человечества будет сделано за несколько дней до исчезновения этого самого человечества? Какая горькая ирония!..

Анна положила руку ему на плечо.

– Вы в порядке, доктор Грир?

– Я – да, в порядке. Просто столько всего навалилось… – он думал о том, как они могли бы использовать это открытие в своих интересах. За окном в это время заходил на посадку тяжелый грузовой самолет. Похоже, суперспециалисты Алана прибыли.

Глава 11

Джек и остальные смотрели, как люди в темно-синих парках и комбинезонах разгружали тяжелые ящики.

– Что такое Volkov Industries? – поинтересовалась Гэби, рассматривая надписи на их спинах.

– Понятия не имею, – ответил Джек. – Первый раз вижу.

– Много всего привезли, – заметил Юджин, утирая лоб, словно даже смотреть, как таскают бесчисленные ящики, ему было тяжело.

К ним присоединился один из людей Старка.

– Куда они все это таскают? – спросила Гэби.

– В библиотеку в социальном модуле. Книги оттуда они вынесли, чтобы освободить место.

– И правильно, – саркастически одобрил Юджин. – Да и кому теперь нужны эти книги!..

Последними были выгружены два самых больших ящика. Их транспортировка по инженерному коридору в социальный модуль сопровождалась легким жужжанием. С двух сторон каждого ящика выступали стержни, закрепленные на роботах-грузчиках, ритмично топавших резиновыми подошвами. Сенсоры на головах роботов уверенно вели их в нужном направлении. Картина наводила на мысль о паланкинах, несомых рабами по улицам Древнего Рима. Что невольно повышало интерес к содержимому ящиков.

– Не каждый день такое увидишь, – заметил Джек.

Анна тоже округлила глаза, глядя на процессию.

– Привет! – она попыталась заговорить с роботом, несущим второй ящик, но тот даже не повернул головы. Анна скривила рот.

– Дети в школе игнорируют тебя? – Джек положил руку на ее плечо и улыбнулся.

– В школе? – не поняла Анна.

– Фигурально выражаясь.

– Что это вообще такое? – спросила Гэби.

– Не знаю, – ответил Джек. – Но узнаю.

* * *

В бывшей библиотеке, превратившейся в штаб-квартиру Volkov Industries, кипела жизнь. Люди в темно-синих комбинезонах говорили по-русски, чего, учитывая название компании, можно было ожидать.

– Здесь нельзя находиться, – сообщил коренастый человек с бритой головой и видом отставного боксера. – Закрыто для посторонних.

– Какие проблемы? – к ним подошел молодой, едва за тридцать, человек в балахоне с капюшоном и в джинсах. Он выглядел совершенно как выкормыш Силиконовой Долины или его русская копия. – Все нормально, Дмитрий, мы все в одной команде, – он жестом отпустил Дмитрия и протянул руку: – Юрий Волков.

Они поздоровались.

– Вы занимаетесь робототехникой? – спросил Джек очевидное.

– Помимо прочего, – Волков с интересом поглядел мимо Джека. – А вас как зовут?

– Анна, – смущенно сказала Анна. – А это – Динь, – она подняла в руках собачку, которая радостно махала хвостом. – Мне кажется, вы ей нравитесь.

– Динь, видимо, разбирается в людях, – Юрий улыбнулся, демонстрируя белые и прямые, как клавиши у рояля, зубы. Затем, повернувшись к Джеку, спросил: – Ваше?

– Анна – не предмет, а личность, – привычно уже пояснил Джек.

– Точно! Мы всегда стремимся наделять душой и сознанием наши собственные создания, – Юрий хлопнул Джека по плечу. – Мы здесь не конкуренты. А в Москве у меня есть гостиничная сеть, и, если мы справимся со здешней головоломкой, я думаю, Анна могла бы блистать в роли менеджера на стойке регистрации или даже горничной, – тут Юрий увидел выражение лица Джека и сменил тему: – Могу еще чем-нибудь быть полезен?

– Все познакомились? – раздался низкий резонирующий голос за спиной у Джека. Алан Зальцбург в сопровождении двух персонажей в черном присоединился к компании. – Юрий, хочу еще раз поблагодарить вас, что откликнулись на приглашение президента. Нам необходим ваш опыт, – он повернулся, – Анна, не правда ли?

Она кивнула в некоторой растерянности.

– Вы прекрасно впишетесь в команду Юрия…

– Извините, – прервал его Джек, – у Анны есть команда – это мы. Кроме того, она принимает решения самостоятельно.

Алан улыбнулся с холодной вежливостью.

– Должен сказать вам, что с кончиной Ражеша единственным опекуном и распорядителем Анны является МТИ, а у меня как раз есть письмо, в соответствии с которым институт передает все права на ее использование президенту Майерсу и правительству Соединенных Штатов. Иными словами, теперь я решаю, чем она будет заниматься и с кем.

Приступ гнева, поднявшийся из глубин организма, жаркой волной наполнил Джека. Правая рука сжалась в кулак с очевидным намерением съездить Алану по физиономии. Телохранители за спиной Алана профессионально напряглись, готовясь к драке.

– Просьба всем ведущим сотрудникам немедленно собраться в столовой Северной Звезды! – раздалось из интеркома.

– Как не вовремя, – процедил Джек, глядя прямо в глаза Алану.

Глава 12

Кей изо всех сил жала на педаль газа своей старенькой Короллы. До местного отделения полиции было минут десять езды, но ей казалось, что она едет целую вечность. Перед глазами Кей стояла картина, которую, думала она, ей не забыть до конца жизни, – тело Дерека, привалившееся к раковине умывальника. Теперь она ехала заявить об убийстве в полицию. Тело Дерека, накрытое белой простыней, осталось лежать в коридоре.

Она понимала, что прежде всего в полиции ее спросят, не было ли у Дерека врагов, которые могли бы воспользоваться смутным временем, чтобы свести с ним счеты. И она собиралась сказать им, что это дело рук Стража. У нее на этот счет не было сомнений. Она, конечно, не знала, как отреагируют на ее заявление о том, что секретная организация убила ее жениха и похитила родителей. И не имела представления, что в полиции могут в связи с этим предпринять.

В том, кто виноват, у Кей не было сомнений, как и в том, почему это случилось: это была месть за ее статью. Человек со склада в пригороде угрожал ей в случае непослушания превратить жизнь близких ей людей в кошмар. Отчасти поэтому ее отец решил переехать из своего дома в церковь и жить там вместе с прихожанами.

Туда она и направилась первым делом. Паства отца терпеливо и напрасно ждала пастыря. Они забросали ее вопросами: им было страшно и непонятно, как жить дальше. Про Дерека она им не сказала. Кей не была уверена, что смогла бы удержать себя в руках, и боялась вызвать панику среди прихожан. Отец умел успокоить и обнадежить людей, и ей не хотелось поступить иначе.

Участок поразил Кей практически полным отсутствием полицейских машин. Обычно на парковке стояло до дюжины патрульных автомобилей и множество полицейских сновало туда-сюда. На входе белело объявление:

Вход закрыт. При необходимости звоните 911.

– И вы услышите сигнал занято.

Рядом с дверью висела доска объявлений. Обычно там можно было найти внутреннюю информацию для сотрудников про собрания, какие-то заметки про события местного значения… То, что увидела Кей, было пугающим. Десятки, если не сотни, фотографий пропавших и разыскиваемых людей заполняли всю доску и часть стены вокруг нее. Практически все фотографии были датированы последними тремя днями. Большая часть снимков, очевидно, изображала людей, покинувших округ Колумбия, не уведомив никого из друзей. Но не только, с тяжелым сердцем думала Кей, не только….

Молодая женщина, чуть за двадцать, с двухместной детской коляской клеила фото на свободный кусочек стены.

– Муж?

– Видели его? – с надеждой отозвалась женщина.

– Нет, к сожалению. Я разыскиваю родителей. Что у вас случилось? – Кей разглядывала двойняшек в коляске.

– Ушел стоять в очереди за едой и не вернулся, – в глазах женщины были слезы. – Я раз сто звонила в полицию – там один автоответчик.

– И полицейских вы не видели?

– Нет. Дверь заперта. Остается только фотографии вешать.

Кей еще раз посмотрела на стену, на эту демонстрацию страхов и надежд. Веселые, улыбающиеся лица, смотревшие с фотографий, придавали стене жутковатый вид.

– Мне нужно знать, что он жив, – голос женщины дрожал, и Кей обняла ее. – Мне нужно знать, что он не бросил нас.

– Он не мог вас бросить с детьми, – Кей машинально говорила утешительные слова и думала: сколько сейчас таких несчастных по всему миру! – Если вам нечего есть, вот адрес дома моего отца. Берите все, что найдете, но дальше кухни обещайте не ходить.

– Обещаю, – в полном изумлении пообещала мать близнецов. – Мы же даже не знакомы?..

– Это у меня от родителей, – Кей улыбнулась двойняшкам.

Женщина ушла, оставив Кей в тревоге и сомнении. Отдать родительские запасы было равно подсознательному признанию того, что она их больше не увидит. Отец бы, конечно, не возражал, он и сам бы отдал последнее голодному ребенку. Но вот эта стена с фотографиями… Что-то здесь было не так…

Что, если это не Страж убил Дерека и похитил родителей? Что, если в мире происходит нечто более масштабное и более страшное?

Глава 13

58 часов, 37 минут, 15 секунд

– Чего вы такой взбудораженный? – Миа села на соседний с Джеком стул в столовой, где уже собрались человек сорок, представлявших различные научные учреждения и государственные департаменты. Рядом сидели свои: Даг, Гэби, Грант, Анна и Юджин. В центре зала адмирал Старк разговаривал с Аланом и Юрием.

– Ваш прежний бойфренд оказался даже большей скотиной, чем я предполагал, – Джек не сводил взгляда с элегантной фигуры Зальцбурга.

– Алан? – не сразу сообразила Миа. – ФБР еще доберется до него: он же меня практически похитил, и, возможно, убил Олли.

– Как же – доберется! – Джек перешел на шепот: – Он, похоже, командует президентом Соединенных Штатов. Военные нас постарались отрезать от связи с внешним миром (из соображений национальной безопасности, естественно), но Анна собрала все, что об Алане Зальцбурге на настоящий момент известно. Вы видели статью в Post о том, что Страж организовал заговор, чтобы посадить Майерса в кресло президента?

– Да, но Алан не член Стража, он – его глава.

– Круто! Сначала они пытались убить нас в Заливе, а теперь этот хмырь командует тут всем, и мы ничего не можем сделать.

– Они давно к этому готовились и, когда мир впал в панику при известии о корабле Судного дня, воспользовались раздраем, чтобы захватить власть.

– Ну да. Они ведь эту панику и посеяли, слив в СМИ спутниковую съемку. Они знали, какая будет реакция рынков, стран, людей на улицах.

– Как поджог Рейхстага в 33-м, сразу после прихода Гитлера к власти, позволивший нацистам установить диктатуру и убрать оппонентов. Как звали репортера Post, автора статьи?

Джек задумался.

– Кей Маоро, – подсказала Анна, которая все это время их подслушивала.

– Алан говорил мне о ней, – оживилась Миа.

– Репортере?

– Да, что он с ней встречался, что она шебутная и мне бы понравилась. Он использовал ее для слива фейковой информации о заговоре членов кабинета.

– Она на него работает?

– Не думаю, – покачала головой Миа. – По его словам выходит, что, похоже, она поняла, что ее использовали, и решила поднять шум.

– Но поезд уже ушел, – успел заметить Джек, перед тем как совещание началось.

– Дамы и господа! – начал адмирал Старк. – Учитывая обстоятельства, я буду краток. Позвольте представить вам выдающегося генетика доктора Алана Зальцбурга. Вы его, конечно, знаете как создателя искусственной хромосомы человека…

Миа ткнула Джека локтем в бок. У Алана был несомненный талант вызывать у окружающих желание набить ему морду. Она, а не он, создала первую искусственную хромосому! Но наглость и присвоение чужих заслуг были еще не худшими прегрешениями ее давнего знакомца.

– Наконец, – продолжал Старк, – мы обязаны ему еще одним выдающимся открытием – синдрома Зальцбурга.

Алан помахал рукой в знак приветствия.

– Доктор Зальцбург пользуется полным доверием президента, и ему поручено руководство всей этой операцией. В рамках своих полномочий он пригласил к сотрудничеству группу ведущих ученых и инженеров нашего времени.

Юрий Волков взял слово. За его спиной стоял крупный объект, покрытый красной тканью.

– Впервые в истории человечества мы встречаемся с инопланетным миром, – Юрий словно чеканил каждое слово, держа микрофон двумя руками. – И мне очень бы хотелось, чтобы речь шла именно о знакомстве. Но это не знакомство, это – кризис, грозящий гибелью всему человечеству. В такие моменты, избегать рисков – значит, обречь себя на поражение. Мы должны быть готовы ко всему, особенно к применению силы. Поэтому позвольте представить – ИВАН!

Миловидная девушка потянула веревку, и глазам собравшихся открылась устрашающее зрелище. Гидравлический поршень издал нечто вроде стона, и механическое изделие распрямилось во весь свой впечатляющий семифутовый рост. Его ноги оканчивались прорезиненными танковыми трэками; тело из титанового сплава казалось одновременно очень гладким и очень крепким. Широкие плечи переходили в могучие руки, каждая из которых была снабжена вращающейся кистью с тремя пальцами-захватами. Машина протянула руки вперед и пощелкала двенадцатидюймовыми пальцами, между которыми выглядывали стволы мощного автоматического оружия. Однако самое сильное впечатление на аудиторию произвела страшноватая голова изделия. Она представляла собой некое подобие рыцарского шлема черного цвета, диагональные металлические полосы скрывали верхнюю часть лица, сквозь них проглядывали четыре горящих красным светом глаза, рот, тоже красный, защищали вертикальные прутья тяжелого забрала. Если бы Юрий сказал им, что ИВАН – один из четырех всадников Апокалипсиса, Джек не усомнился бы ни на секунду.

Анна во все глаза смотрела на удивительное явление.

– Я – ИВАН, – сообщил робот металлическим, лишенным эмоций голосом. – Интегрированный Вариативный Андроидный Нод. Добро пожаловать в будущее робототехники.

– Будущее? – Гэби переводила взгляд с Анны на ИВАНА и обратно. – Ну… если это будущее в 50-х. На фоне этой говорящей консервной банки Стивен Хокинг звучит как Дин Мартин.

– Они имеют в виду будущее боевой робототехники, – предположил Джек.

Видимо, такая мысль пришла в голову не одному Джеку. По залу прокатился ропот недовольства. Адмирал снова взял слово.

– Уверяю вас, что борьба за спасение планеты идет на всех фронтах. Я получил информацию из NASA: они шлют радиосигналы летящему кораблю. Но время осторожности прошло. Это понимают в том числе разработчики лунных и прочих космических программ, они сейчас сотрудничают с Военно-воздушными силами США, готовя последний аргумент в сложившейся ситуации – военные действия. Да, как вы понимаете, это ядерная бомбардировка корабля пришельцев. Одновременно строительные и инженерные компании строят и оборудуют глубокие подземные бункеры, чтобы хотя бы часть людей смогла пережить катастрофу и продолжить человеческий род. Многие здесь убеждены, что ответ находится по ту сторону портала. Очень может быть, что вы правы, и, если повезет, мы скоро это выясним. Мы пройдем сквозь портал и покажем существам с той стороны, что мы настроены очень серьезно.

Все захлопали. Джек встал, ожидая, пока все нааплодируются.

– Адмирал, я не спорю с необходимостью решительных действий. И тоже надеюсь, что решение проблемы находится за порталом. Однако, насколько мы знаем, нас хотят уничтожить за нашу свирепость в отношении самих себя. С каким посланием мы, представители человечества, явимся туда, если приведем с собой роботов, созданных исключительно с целью калечить и убивать? Разве мы не подтвердим тем самым правоту тех, кто хочет истребить нас за дикость?

– Видите часы над дверью? – Старк показал на электронную панель обратного отсчета, на которой высвечивалось уже менее пятидесяти восьми часов. – Я их развесил по всей Северной Звезде. Когда будет ноль – мы умрем. Медлить недопустимо – только самые решительные действия дают нам шанс. Если не чувствуете себя в силах, оставайтесь дома.

– Ну конечно! – проворчал Джек себе под нос.

Глава 14

После собрания Миа вернулась в научный модуль, в лабораторию, которую Алан предоставил в ее распоряжение. В комнате десять на двадцать футов вдоль стен стояли лабораторные столы черного цвета с микроскопами, пробирками, чашками Петри и мощным компьютером. По углам помещения были расположены стеклянные кабины, снабженные камерами, микрофонами и мониторами.

Ее помощница, немолодая дама по имени Гейл, всем своим поведением показывала Мии, что считает ее занятия бессмысленной тратой времени. Возможно, она не разделяла Миины научные воззрения или просто хотела бы иметь собственную лабораторию – все это оставалось неясным, но решительное неодобрение ощущалось в каждом ее жесте. Гейл подняла искусство демонстративных вздохов на недосягаемую высоту.

– Девочки готовы? – Миа смотрела на кабину, внутри которой находилась София в специальном шлеме для сканирования ее мозговой активности. Гейл небрежно кивнула, как бы говоря: дурацкий вопрос. Миа постучала по стеклу кабины и сложила пальцы в знак о’кей. София сделала то же самое. Видно было, что она не боялась, и это было хорошо.

В другой кабине на другом конце комнаты сидела Ноэми в таком же шлеме. Ее стрижка, в отличие от сестры, была короткой, что позволяло Мии легче отличать их друг от дружки. Хотя, по мере того, как она их лучше узнавала, различия становились заметнее. София, например, была спокойной и сдержанной, тогда как Ноэми отличалась более экспрессивным и открытым характером.

Предполагалось фиксировать мозговую деятельность в зоне гиппокампа в процессе телепатического общения между сестрами. На экран перед одной из девочек выводились случайные картинки, тогда как другая должна была угадать, что видит ее сестра. Затем они должны были поменяться. Миа рассчитывала увидеть, какие области мозга активируются при обмене мыслями. Кроме того, в ходе эксперимента предполагалось вести видеосъемку по всему электромагнитному спектру. Если волны, порождаемые мозгом, выглядят как радиоволны, Миа надеялась их увидеть.

В лаборатории свет убавили, а в кабинах – оставили прежним. На экране перед Софией появился апельсин.

– Апельсин, – отозвалась Ноэми.

Миа кивнула. Еще одно свойство Зальцбурга: за несколько дней девочки бегло заговорили по-английски, хотя и с итальянским акцентом.

Следующая картинка изображала кусок гавайской пиццы.

– Противная пицца, – скривилась Ноэми.

Затем перед Софией высветилась плитка шоколада. Ноэми угадала.

– Есть очень хочется, – пожаловалась она с легкой улыбкой.

Софии показали плюшевого мишку.

– Уу, мороженое с сиропом.

Миа прикусила губу.

Перед Софией появился домик с дымящейся трубой.

– Вижу фритки с майонезом, – облизываясь, сообщила Ноэми.

Дальше – хуже. Ноэми все время ошибалась. Миа остановила эксперимент и отослала девочек.

– Гейл, покормите их, пожалуйста.

– Девочки, за мной, – скомандовала Гейл с измученным видом.

Миа задумалась над тем, что пошло не так. Девочки еще малы, может быть, им трудно концентрироваться. Ноэми жаловалась на голод. Предположим, входящий сигнал (если он вообще был, и Миа не тратит понапрасну время, как считала Гейл) искажается сигналами, идущими от пустого желудка девочки.

Она пересматривала МРТ мозга Ноэми. При первых ответах зона парагиппокампальной извилины светилась красным. Потом, когда девочка стала ошибаться, загорелась зона гипоталамуса, связанного с чувством голода.

– Так-так, – прокомментировала увиденное Миа и перешла к МРТ Софии.

Результаты были практически идентичны.

– Что происходит? – спрашивала себя Миа.

Эксперимент не очень-то удался. Разве что София и не стремилась передать сестре увиденные изображения. Может быть, они обе просто хотели есть. Может быть, София отправляла сестре изображения мороженого и фриток вместо плюшевого медведя и игрушечного домика?

Затем она принялась просматривать записи, сделанные в кабинах. Во всех спектрах, от инфракрасного до гамма-излучения, все, что она увидела, были две девочки, явно считавшие, что сидеть в шлемах лучше, чем находиться в больнице.

Однако, в рентгеновском спектре обнаружилось нечто странное. В какой-то момент голову Софии окружило мягкое сияние, из которого вырвалась коническая вспышка света, улетевшая за кадр. Миа просмотрела запись в кабине Ноэми, все повторилось: сияние, вспышка, поток света, протянувшийся через всю лабораторию от одной кабины к другой. Раз за разом она прокручивала запись посекундно. Вспышка возникала внезапно. Миа перешла на миллисекунды – и на кадре 4622 она увидела некую летящую через комнату субстанцию! На этом кадре она была заметно светлее, чем на последующем, 4623-м, и далее. Похоже, то, что перемещалось между девочками, двигалось быстрее скорости света.

Сначала Миа предполагала, что мозг работает, как радио, передавая и принимая сигналы. Любой радиолюбитель при желании мог слушать переговоры между NASA и МКС: радиосигналы доступны для всех. Но, как выяснилось, телепатия работает по-другому. Световое пятно в кадре, похоже, представляло собой проекцию интеллекта Софии, протянувшуюся через пространство и время к интеллекту сестры. Если так, это было фантастическим открытием. С материалистической точки зрения, разум – продукт работы мозга. Что же тогда увидела Миа в рентгеновском спектре? Что вспыхнуло в пресловутом 4622-м кадре?

– Тебе кто-нибудь говорил, что сосредоточенность делает тебя еще прекрасней?

Миа подняла глаза и увидела Алана, прислонившегося к дверному косяку. Она было понадеялась, что это Джек, пусть даже Гейл, то есть кто-то, с кем можно было бы поделиться только что сделанным открытием.

– Можно войти? – спросил он – и вошел, не дожидаясь ответа.

– Я вообще-то работаю, – Миа сжала картинку на экране.

Алан двигался, как какой-нибудь жиголо из 70-х. Не хватало только расстегнутой на шее рубашки с золотыми цепями на волосатой груди. Чего стоили одни только огромные перстни на пальцах!

– Вижу, ты все дуешься из-за Олли. Я ведь так, сгоряча сказал. Ты же знаешь, я ему зла не желаю.

– Так я и поверила!

– В жизни никого не убивал, клянусь.

– А Грэг Эбботт, найденный в багажнике твоей машины? Как ты связался с этим Стражем? Они же чистые террористы, Алан. Ты всегда был козлом и женоненавистником, это я понимаю, но мне казалось, что даже у тебя должны быть какие-то … границы.

Он улыбнулся, продемонстрировав роскошные, украшенные винирами зубы.

– Все, что я написал тебе тогда, – все правда. Давай уже будем считать прошедшее прошедшим. Черт, детка, пять лет прошло!

– Ты любишь игры, Алан, – Миа чувствовала, как раздражение растекается по жилам. – А я уже наигралась. Тебя вообще заботит судьба этого мира? Стоишь здесь, как персонаж Элмора Леонарда…

– По правде сказать, летящий корабль меня не волнует. У нас есть в запасе серьезный козырь.

– И чего ты тогда гонялся за мной по свету? Сюда привезли?

– Мне надо, чтобы ты закончила исследование, – заговорил он серьезно. – Нужно понять, как синдром Зальцбурга мутирует по удаленной команде. Как он передается от человека к человеку.

– Биофотонами, – сказала она в надежде поскорее закончить разговор. Они были одни в лаборатории, и это неприятно напомнило ей о том проклятом гостиничном номере… – Взрывные волны с кораблей…

– Кораблей?

– Корабль в Заливе и вот этот портал. Тут мы, правда, не уверены в источнике волн. Гэби и Юджин пытаются разобраться. Но как бы там ни было, вспышки посылают генетические команды нашим клеткам, приказывая собирать новые гены из мусорного ДНК в нашем геноме.

– Блестящее и элегантное решение, да?

– Ничего подобного мы раньше не встречали. Современная медицина начинает выглядеть ритуалами вуду.

– Именно! – в неоновом свете Алан казался старым и хрупким. – Но как синдром распространяется? Почему у твоей дочери Зоуи он есть, а у тебя нет?

– Не смей даже говорить о ней! – вспылила Миа.

– Тихо, детка, я пришел с миром.

– Я тебе не детка!

Он подождал, пока она успокоится, и задал тот же вопрос по-другому.

– Тебя интересует ген HISR. Твои люди в самолете уже спрашивали про него. Это строительный ген или ген-сборщик, присутствующий в геноме у примерно тридцати процентов населения Земли. Потребление ГМО, очевидно, разбудило его и дало команду на создание 24-й хромосомы у людей и животных, живущих рядом с людьми. В начале симптомы изменений были незаметны. Когда твоя лаборатория обнаружила дополнительную хромосому, в ней был лишь один ген. Остальные семьдесят процентов людей не имели гена HISR, и с ними ничего не случилось.

– Похоже, мы не попали под раздачу, – улыбнулся Алан.

– Как посмотреть. Гены во второй половинке хромосомы обладают странными свойствами.

– Как так?

– Мы не разобрались до конца, но приближаемся к разгадке.

– Хорошо, но это не должно отвлекать тебя от решения главной задачи.

– Какой?

– Я хочу внести ясность в наши отношения. Я тебя сюда не затем привез, чтобы ты устраивала эксперименты с детьми. То есть ты можешь, но в свое свободное время. Ты здесь для того, чтобы разобраться, как фотон переносит генетическую информацию и вызывает изменения в теле человека. Принцип ты уже поняла, и я тебя поздравляю. Но медицине от этого не будет проку, пока мы не научимся использовать данный феномен в практических целях, – Алан внимательно следил за реакцией Мии. – Хорошо, что мы поговорили, – он собрался уходить, но остановился, чтобы добавить: – И даже не думай что-либо от меня скрывать.

Выражение его лица было пугающим, и Миа поняла, что это серьезная угроза.

Миа смотрела в пустоту. Значит, она здесь поглощена разгадкой тайн мироздания, а все, что интересует Алана, – это получить новую порцию славы за ее счет. Какая же ты сволочь, думала Миа про бывшего шефа.

Стук в дверь заставил ее вскочить на ноги, чтобы дать волю своим чувствам. Однако это был не Алан.

– Я не рассчитывала вас больше увидеть! – перед глазами Мии стояла сцена прощания в Италии.

– Как только приехала домой, – доктор Янссен обняла Мию, – я поняла, что была неправа. Может, не такая я уж и трепетная. Представляете, высокий джентльмен сейчас в коридоре присвистнул мне вслед?

– Меня это ничуть не удивляет, – усмехнулась Миа.

– Кто это?

– Один подонок, забредший сюда из 70-х с единственной целью отравлять мне жизнь.

Обе захохотали, и Мии стало легче.

Она тронула Янссон за плечо.

– Пошли работать.

Глава 15

Ничего не добившись в полицейском участке, Кей направилась в пожарную часть № 29 на Crystal Rock Drive. Начальником участка оказался мужчина атлетического сложения с серебристой проседью на голове и в усах. Он приоткрыл дверь и посмотрел на нее сквозь щель, словно опасался, что она приехала ограбить учреждение.

– Дама, если у вас проблема, звоните по телефону, – он уже было собирался захлопнуть дверь, но Кей заблокировала ее ногой. – Хэй, я, кажется, ясно сказал?..

– Слушайте… начальник пожарной охраны Фулвуд, – она справилась с бейджиком на форменной куртке, – я звонила – у вас все время занято.

– Неудивительно: мы утонули в ложных вызовах. А еще нас вызывают, чтобы мы привезли еду из супермаркета, словно мы тут – отдел доставки.

– Вам сейчас непросто, я понимаю, но, – Кей сжала кулаки так, что побелели костяшки пальцев, – я только что обнаружила моего жениха убитым в доме моих родителей и не могу найти ни одного полицейского. Нужно, чтобы кто-то забрал тело и похоронил его по-человечески. Да, это не ваша работа, но если вы не поможете, то я попробую ограбить банк, что ли! Может – тогда кто-то обратит на меня внимание.

– Ладно, дама, – Фулвуд явно растерялся, – заходите, я посмотрю, что можно сделать.

Кей, прежде чем войти, обернулась и оглядела полупустую улицу за спиной. Он провел ее в диспетчерскую, помещение с разгороженными рабочими местами, телефонами и компьютерами. Телефоны беспрерывно мигали как заведенные, но не было никого, кто мог бы взять трубку.

– А где все?

– Часть ушла сразу, как началась эпидемия этого Зальсберга, – брови начальника пожарной охраны Фулвуда ходили вверх и вниз при каждом слове. – А уж когда дошли вести о конце света, большинство вообще разбежалось. Работаю с минимальной командой.

– А ваша семья?

– Какая там семья! Жена давно ушла от меня. Вся моя семья – мои бойцы. Двадцать девять, в принципе.

Он, казалось, смирился со своей участью.

– У меня есть прямая связь с начальником полиции. Напишите основное, а я передам.

– Спасибо, – Кей не могла отделаться от ощущения, что все это происходит не с ней.

Он протянул ей блокнот, и она написала нечто вроде заявления.

– Маоро, – прочитал Фулвуд через ее плечо. – Не Феликс, случайно?

– Вы знаете, где он?! – у Кей глаза загорелись безумной надеждой.

– Нет, к сожалению. Когда-то посещал с женой баптистскую церковь в Poplar Grove. Я сам не очень-то религиозен, ходил, скорее, из-за нее. Не сильно мне это помогло… Ваш отец, он пропал?

– И мои родители, и родители жениха. Я говорила с ними по телефону за пару часов до этого, а потом они просто исчезли.

– Так, мэм, посидите здесь пока. Я позвоню, попрошу полицию заняться вами.

– Спасибо огромное!

– Не за что. Если голодны, сходите на кухню, берите, что понравится, кроме того, что в бумажных пакетах: это – обед моих парней, я бы не хотел оставить их без еды.

– Вы очень добры.

Фулвуд пошел в свой офис, а Кей – на кухню. Еда занимала ее в последнюю очередь, но нужно было найти какое-нибудь просторное светлое место, чтобы прийти в себя. Кухня оказалась современным помещением с хорошим оборудованием, большим металлическим столом и удобными стульями. Больше всего ей понравился блестящий шест, ведущий на нижний, главный, уровень. Раньше она думала, что пожарный шест – это такой миф.

Кей не успела сесть, как зазвонил телефон, вызвав сильное сердцебиение: вдруг это родители?!..

Это был Рамирес, ее приятель из ФБР.

– Вот кто мне сейчас нужен!

– И тебе привет. Я только что прилетел. Здесь все гораздо хуже, чем я думал.

– Ты и половины еще не знаешь!

Рамирес что-то зашептал.

– Что?! Не понимаю, что ты говоришь?!

– Ты в опасности, Кей. Идут масштабные аресты. Полиция давит…

– Что давит?

– Все давит. Есть списки подлежащих аресту, и ты – в них!

– Пропали мои родители. Поэтому?!

– Ничего не могу сказать. Я и так рискую, просто говоря с тобой. Затаись где-нибудь и держись подальше от копов.

Раздавшийся в кухне голос заставил ее вздрогнуть.

– Нашли что-нибудь поесть?

Кей обернулась, опустив телефон.

Фулвуд стоял в дверном проеме со странным выражением на лице.

– Кей, ты здесь?

– Я перезвоню, – быстро сказала Кей и нажала отбой. – Все нормально, – она посмотрела на Фулвуда, – я не голодна.

– Ну и хорошо. Я позвонил шефу полиции, он выслал за вами патрульную машину.

– За мной?! – в ее голосе был страх.

– Нужно же поехать в дом родителей и произвести освидетельствование… Вы говорите, там тело вашего жениха… Это серьезное дело.

– Да, конечно, – она нервно хмыкнула. Слова Рамиреса раздавались в ее ушах.

Держись подальше от копов.

– Я воспользуюсь вашей уборной?

– Не вопрос, – Фулвуд внимательно посмотрел на нее. – Только никуда не уходите. Шеф очень просил.

– Поняла, – она изобразила максимально наивную улыбку, какую смогла выдавить из себя. – Это ведь я к вам пришла, а не наоборот.

– Конечно. На лестничной площадке, возле диспетчерской.

Кей сделала шаг, и тут ее взгляд упал на шест. Фулвуд заметил, двинулся в ее сторону… Кей, не скрываясь, побежала, Фулвуд – за ней. Она обхватила гладкий, холодный металл и, пискнув, заскользила вниз, чуть не упав при ударе об пол. Фулвуд не отставал.

Вот и дверь, в которую она вошла всего минут двадцать назад. Машина стояла прямо напротив, ключ был где-то сумочке. Кей на бегу засунула руку, нащупала бороздку ключа и извлекла его наружу. Фулвуд кричал на бегу, требуя, чтобы она остановилась. Что уж там сказали ему в полиции, но он, похоже, честно считал ее страшной преступницей.

Одним непрерывным движением Кей открыла машину, нырнула внутрь и заперла дверь. Фулвуд прыгнул на капот – она сдала назад, мотнув нос машины вправо так, что ее преследователь не удержался и свалился на дорогу. Начальник пожарной охраны перевернулся и довольно ловко вскочил на ноги, отряхиваясь, что обрадовало Кей: хватит уже трупов на сегодня.

Опять зазвонил телефон, она сначала свернула за угол, а потом ответила:

– Рамирес, я же сказала, что перезвоню.

– Это не Рамирес, – отозвался незнакомый голос. – Я прочел вашу статью, мисс Маоро, и, думаю, мы могли бы помочь друг другу.

– Ну да! Что-то я сомневаюсь.

– Ваши родители не сомневались бы.

Кей посмотрела на экран телефона, там значилось: неизвестный номер.

– Вы еще кто?

– Зовите меня Олли.

Глава 16

53 часов, 21 минут, 58 секунд

Джек и Даг, оба в биокостюмах, двигались сквозь городские руины подо льдом Гренландии по направлению к лагерю Зулу. Обычно от лифта людей забирал шаттл, но в этот раз шаттл был занят на перевозке команды Волкова. Поэтому пришлось идти пешком, и прошли уже половину пути, когда Джек услышал какой-то шум сзади.

– Слышите?

Кто-то (или что-то) их быстро догонял. Используя очки OHM, Джек включил фонарь на шлеме, который нес в руке.

– Доктор Грир, – из мрака вынырнула Анна, тормозя на скользкой поверхности своими железными ногами.

– Что случилось?

– Доктор Бишоп попросила меня провести ряд сейсмических тестов в зоне лагеря.

– Да, это была моя идея. Нужно убедиться, что силы гравитации от портала не нарушают устойчивости ледяной пещеры. Ты что-то нашла, я полагаю.

– Нашла. Но не вполне понимаю что.

– Что ты хочешь сказать? – Джек вместе со словами выдохнул белое облачко пара.

Анна отправила снимок.

Джек вглядывался в непонятное изображение. Было похоже на трехмерные очки виртуальной реальности его детства, куда слайды вставлялись сверху, а в промежутке между кадрами открывалась расплывчатая, двоящаяся картина. На скане, сделанном Анной, у пирамиды был как бы призрачный двойник.

– На сейсмике видно эхо. Доктор Холланд и доктор Бишоп считают, что искажение вызвано мощным полем портала.

– Ты чистила изображение?

– Чищу прямо сейчас.

– А как там структурная устойчивость? Не хотелось бы повторения того, что произошло в Заливе.

– Слежу за этим, – Анна неожиданно подмигнула. – Я помню, что вы не любите летать.

* * *

За разговором они дошли до лагеря Зулу. Юрий в биокостюме и его команда готовились к экспедиции. Три техника в обычных парках копались в панели, расположенной на спине Ивана.

– Техники не пойдут? – спросил Джек.

– Зачем они там? Достаточно будет нас двоих, – Юрий кивнул в сторону робота, чьи грозные глаза вспыхнули красным, как бы в знак согласия.

Анна осторожно приблизилась к роботу, произнесла привет и протянула руку.

Иван склонил голову и посмотрел сначала на руку, потом на Анну.

– Так люди приветствуют друг друга, – сказала она, взявшись за его гигантскую клешню и покачав ее вверх и вниз.

– Вычислению не поддается, – сообщил Иван, мигая лампочками глаз, словно пытаясь просчитать алогичный поступок. – Приветствия и здорования предназначены для выполнения дипломатических задач. Иван 3.0 предназначен для военных операций. Меня зовут Иван: Интегрированный Вариативный Андроидный Нод.

Новый знакомец явно Анну разочаровал. Ладно бы он был просто глуп, но он был невозможно скучен. Как бы пытаясь хоть что-то извлечь из разговора, она спросила:

– Твое имя Иван 3.0. У тебя есть отец и дед? Тебе повезло. Мой отец умер, – ее цифровые губы дрогнули.

– Это вообще что? – Юрий засмеялся несколько искусственно, показывая на роботов.

– Похоже на вопрос. Нормальный вопрос, – заметил Даг.

– Она на дистанционном управлении, да? – Юрий переводил взгляд с Джека на Дага. – Кто-то в лагере или на базе дергает за веревочки, как марионетку?

– Мне нравятся марионетки, – сообщила Анна. – Мистер Волков, вы знаете программу Тандербёрды? Старое шоу, но жутко занимательное. Я скачала все серии.

Юрий не отрываясь смотрел на Джека. Он вообще производил впечатление человека, уверенного, что его снимают скрытой камерой.

– Вы меня разыгрываете, да?

– Что вы имеете в виду? – холодно спросил Джек. – Анна не является дистанционно управляемой машиной, если вы это хотите сказать.

Анна подошла посмотреть, чем заняты техники. В панели на спине Ивана обнаружился USB-порт. Она тут же выудила из лючка на груди кабель с USB-разъемом и вставила его в порт. Техники хотели было ее остановить, но Юрий махнул рукой, и они отстали.

– Ууу, ну и каша там у него, – не слишком тактично произнесла Анна. – Неудивительно, что бедный Иван так плохо соображает. Его логические алгоритмы крутятся вхолостую.

В углу ее рта показался кончик языка, затем она отключила кабель, который самостоятельно вкрутился в нее обратно.

– Надеюсь, не возражаешь, – она улыбнулась Ивану. – Я спрямила твои логические цепочки. Теперь ты будешь не так глуп и не так скучен.

– Если у тебя нет друзей, сделай их себе сам, – не удержался от комментария Даг.

Джек, со своей стороны, больше всего поразился тому, что Анна рассказывала о своих действиях не Юрию, а Ивану.

– Спасибо, Анна, – отреагировал Иван. Создатели не наделили его лицом, способным выражать что бы то ни было, но Джеку показалось, что в голосе робота послышался намек на эмоцию.

– Когда в следующий раз захочешь влезть в его подпрограммы, спроси сперва меня, – недовольным голосом сказал Юрий. – Он такой, каким и должен быть, – суперкиллер.

– Прошу прощения, мистер Волков, – огорчилась Анна.

– Будьте с ней помягче, – вступился Джек. – Она, конечно, сильно умная, но в душе – совершенный ребенок.

Юрий и его люди молча удалились, сопровождаемые Иваном.

В канале OHM раздался голос Старка:

– Джек, Delta уже готова войти в портал. Давайте быстро сюда!

– Идем, – они начали подниматься к входу в пирамиду, когда прибыл шаттл и его пассажир бросился им вдогонку.

– Слава Богу, я опасалась, что вы уйдете без меня! – закричала Миа, размахивая шлемом.

– Я думал, вы заняты близняшками.

– Закончили первый раунд. Я оставила доктора Янссон изучать результаты. Это фантастика, поверьте!

Даг надел шлем, и его лицо осветилось внутренней подсветкой.

– Но все же не такая, с какой мы сейчас встретимся.

Глава 17

50 часов, 01 минута, 25 секунд

Брифинг уже шел полным ходом, когда Джек и остальные присоединились к собравшимся. Юрий, Иван и обслуживавшие его техники держались несколько отдельно от шестерых бойцов Delta, одетых в странные камуфляжные биокостюмы.

– Ух ты! – восхищенно шепнула Миа Джеку. – Они как с картины Ван Гога сошли.

Зрелище действительно было ярким. Привычный камуфляж обычно выполнен в цветах пустыни или в красках леса, но на этот раз бойцам предстояло работать в среде осенних анилиновых расцветок, и их костюмы вполне соответствовали задаче.

Адмирал Старк показал на стоявшего рядом с ним бойца. Боец был крепкого сложения, ростом чуть ниже Старка, примерно пять футов и восемь дюймов, имел внушительный вес фунтов в сто восемьдесят, черные вьющиеся волосы, выглядывавшие из-под банданы, и изогнутые, как руль велосипеда, усы, доходящие до мощного подбородка. Взгляд, которым он оглядел собравшихся, был живым и внимательным.

– Старший сержант Стоукс отвечает за вашу безопасность. Если он скажет бежать, вы бежите, если он скажет прыгать, то единственный вопрос, который вы можете задать: как высоко? Надеюсь, понятно? Если с вами что-то случится, у нас не будет времени найти вам замену. Невоенный персонал получит пистолеты и винтовки, но для использования только в крайнем случае. Вам предстоит пройти сквозь джунгли и установить контакт с разумными существами, которых удастся обнаружить.

Джек вспомнил о мумиях атинов на корабле в Заливе и своем желании увидеть их живьем.

– Вопросы?

– А можно мне винтовку с подствольным гранатометом? – попросил Даг в момент раздачи оружия.

– Нет, – отрезал Старк. – Еще вопросы?

– Я присоединяюсь к экспедиции, – Юрий поднял руку, – для поддержки Ивана в оптимальном рабочем состоянии.

– Чтобы он был в оптимальном рабочем состоянии, – шепнул Джек Мии, – надо, чтобы Анна еще раз его проверила.

– Тогда он станет пацифистом, – засмеялась Миа.

Сержант Стоукс взял слово:

– Про ручные сигналы вам уже рассказывали. Наши шлемы герметичны и звуков не пропускают, но может возникнуть потребность соблюдать радиомолчание. Представляю вам бойцов группы: капрал Керр, а также Петерсон, Диас, Бейтс и Конрой. Мы выполняли задания в самых разных частях света и стали как одна семья: стоит кому-либо из них о чем-то только подумать, как я уже про это все знаю.

– Возьмите Стоукса в свое исследование, – Джек ткнул Мию в бок, она хихикнула.

– Не каждый день путешествуешь с планеты на планету, – Джек приобнял Мию.

– Да, в обычной жизни этого как-то не хватает.

После обработки в камере дезактивации все, один за другим, стали входить в портал. Джек и Миа шли последними, и Джек, словно спохватившись в последнюю минуту, успел добавить:

– Что бы ни происходило, ни в коем случае не отходите от меня ни на шаг.

* * *

Гудение в ушах было таким сильным, что Мии стало казаться, что она сейчас оглохнет. Вспышки света пробивались даже сквозь плотно сомкнутые веки. Усилием воли она заставляла себя передвигать ноги, думая о том, что находится между двумя различными мирами. Дышать становилось все труднее. На выходе из портала Джек подхватил ее на руки и не дал упасть.

Вид, открывшийся ее глазам, завораживал. Да, она уже видела кадры, снятые Джеком и Анной, но что значит видео по сравнению с действительностью?! Она чувствовала себя как Дороти, попавшая из черно-белого мира Канзаса в страну Оз.

– Впечатляет? – Джек смотрел на нее с улыбкой.

Рядом стоял Даг, повторявший раз за разом одно слово: обалдеть!

Стоукс и его бойцы заняли периметр вокруг основной группы.

– Что бы это ни была за планета, небо здесь такое же голубое, как у нас, – Мии казалось, что свой голос она слышит как бы издалека.

Джек посмотрел в просвет между густыми кронами и увидел, что так оно и есть. Когда он был здесь в первый раз, солнце стояло прямо над головой, своим ослепительным сиянием делая небо невидным.

– Синие волны взаимодействуют с молекулами воздуха и рассеиваются, в отличие от красных волн, и поэтому более заметны, – просвещала Анна. – Это называется эффект Рэлея.

Она обратилась к Юрию, который проводил диагностику Ивана.

– Не могу я чем-нибудь помочь?

– Отвали! – не отрываясь от работы, буркнул Юрий.

Анна в смущении поглядела по сторонам и отошла в сторону. Из ранца у нее на спине Джек и Даг достали три дрона, лопасти которых тут же ожили. Подброшенные в воздух, дроны на мгновение замерли, а затем, взвыв роторами, устремились вверх.

– Давайте составим карту окрестностей, – предложил Джек. – Для лучшей ориентировки.

– Вот скажите мне, зачем бы разумная раса устроила вход к себе домой посередине диких джунглей? – с мрачным пессимизмом вопросил Даг. – Кто бы здесь раньше ни жил, их давным-давно нет. Если тут покопать, докопаемся до ушедших под землю небоскребов… – в качестве доказательства он пнул мягкую почву под ногами. – Конец света наступает, а мы за призраками бегаем…

– Так, а это что? – Миа наклонилась к ямке, вырытой пинком Дага, и ухватила что-то, похожее на округлую ручку уходящего под землю рычага. Покачав рычаг взад и вперед, она извлекла его из земли, и стало ясно, что это – плечевая кость. Только чья? Темный цвет и обилие пор говорили о том, что она тут находится уже довольно давно.

Миа сделала снимок кости и пропустила его через файлы с собранной информацией. Ответ нашелся быстро, и она переслала его всем остальным.

– Представитель народа мезониксов, – удивился Даг.

– Кто? – спросил Юрий.

– Давно исчезнувшая цивилизация, создавшая город, который вы видели на пути к лагерю Зулу, – пояснил Джек. – Если не смотрели все время в телефон.

Юрий только фыркнул в ответ.

– Значит, они все же проходили через портал. Интересно, почему?

– Возможно, – предположил Даг, – это была жертва, которую сюда отправили, чтобы умилостивить инопланетных богов, с огоньком взявшихся за уничтожение планеты.

– Юрий, – раздался голос Стоукса, – вы закончили? Пора двигаться: неизвестно, сколько еще продлится день, а я не хотел бы здесь оказаться в потемках.

От дронов начали поступать первые топографические сведения.

– В ста метрах в этом направлении, – Анна махнула рукой, – холм с прогалиной на вершине.

Группа двинулась в направлении холма. Впереди шел Иван, прокладывая дорогу через подлесок своими могучими танковыми трэками.

– Боритесь с искушением снять шлемы, – предупредила Миа, замерив атмосферные данные. – Кислорода в воздухе не больше десяти процентов.

– Это мало? – спросил Керр, маленький, складный южанин с акцентом, выдававшим в нем уроженца Теннесси.

– Если любишь дышать, то да, – Джек чувствовал, что сам начинает задыхаться на крутом склоне.

– У меня большой опыт, – Керр заметил, что Джек тянет воздух, как воду. – Я, мальчишкой, обегал весь Голубой Хребет: охотился на белок и кроликов. В горах я как дома.

– А здесь похоже на дом? – спросил Джек, тяжело дыша и отмечая рост температуры внутри костюма.

– Ну… немного, – согласился Керр. – За исключением этих чумовых красок. Я уж фоток нащелкал, а то дома не поверят.

– Будем надеяться, что, когда мы тут закончим, будет куда возвращаться, – Джек решил напомнить себе и Керру о реальности: обратный отсчет продолжался.

В этот момент Иван ступил на крутой скользкий склон и неудержимо поехал вниз, из-под его траков во все стороны полетели комья земли.

– Стой, Иван! Стоять! – закричал Юрий.

– Есть! – ответил Иван и остановился.

– По крайней мере, он послушный, – насмешливо прокомментировала Миа.

– У Ивана довольно примитивная программа распознания поверхности, – с невинным видом сообщила Анна. – Его лазерные сенсоры плохо различают виды подлеска и оттенки зелени.

Миа заметила, что Юрий, кривясь, записывает сказанное Анной в планшет. Его раздражение было понятно: Анна могла быть ужасно бестактной и прямолинейной.

Иван стоял наподобие карниза в окружении голубоватых побегов дикого винограда. Земля перед ним поднималась вверх под прямым углом футов на пятнадцать.

– Вы тоже это видите? – Джек рассматривал заросшую виноградной лозой стенку.

– Похоже на что-то искусственное, – сказала Миа.

– Анна! – позвал Джек. – Отправь дроны снять участок перед нами.

– Хорошо, доктор Грир.

Дроны закружились над их головами, описывая расширяющиеся круги. Люди смотрели на картинку, передаваемую в реальном времени.

– Здесь! – воскликнул Джек, крутя трехмерное изображение перед собой. – Видите тень?

– Похоже на вход, – Даг от усердия наклонил голову.

Чтобы достигнуть того места, о котором говорил Джек, нужно было пойти в обход. Но усилия и время будут потрачены не зря, если они выяснят, с кем имеют тут дело. Продираясь сквозь джунгли, группа поднималась к предполагаемому входу. Анна с ее опытом лестниц и стремянок легко справлялась со склоном, Иван же, несмотря на свои внушительные траки, подъем одолевал с большим трудом.

– Обойди это место, – советовала Анна, – вон там не так круто.

– Он и здесь пройдет, – бурчал Юрий, понукая Ивана.

Все уже были наверху и слушали, как Иван с шумом и треском продирается сквозь заросли.

– Этот чертов робот, – Стоукс принялся стучать по шлему, чтобы включить фонарь, – привлечет к нам всю живность в радиусе пяти миль. Он приказал своим людям занять круговую оборону, пока остальные пытались понять, что они обнаружили.

Ровные вертикальные и горизонтальные линии проема говорили о том, что тут безусловно был вход.

– Это точно какая-то конструкция, – Джек отодвинул свисающую лиану, и из темноты что-то вылетело ему навстречу. Он отшатнулся и чуть не упал, но был поддержан железной рукой Ивана, другая рука робота развернулась вслед летевшему объекту и сбила его выстрелом из встроенной в руку винтовки.

Птица – или что это было – кувыркнулась в воздухе и упала прямо к ногам Стоукса. Даг подбежал и сунул ее в сумку для сбора образцов.

Группа Delta следила за округой.

Диас, смуглый латиноамериканец с тонкими усиками, водил стволом винтовки из стороны в сторону.

– Вокруг меня летает красная точка.

– Они не опасны, – отозвался Джек, приходя в себя.

– Все в порядке, доктор Грир? – поинтересовался большой робот металлическим голосом, помогая Джеку твердо встать на ноги.

– Отличный выстрел, – Джек посмотрел на дымок, поднимавшийся из ствола. – Если бы ты еще так на местности ориентировался.

– Первоочередные вещи – в первую очередь, – усмехнулся Юрий.

Джек увидел, что Миа, поднырнув под свисавшие стебли, вошла в проем. Он вытащил пистолет и двинулся следом. По полу ползли толстые древесные корни. Стены были скрыты ветвями деревьев и мощными листьями, похожими на пальмовые. Джек включил фонарь, и они принялись спускаться по каменным остаткам длинной лестницы.

– Держитесь за лианы, – посоветовал Джек и убрал пистолет в кобуру, чтобы иметь возможность следовать собственному совету.

Внизу была арка, высоту которой Джек оценил в девять футов.

– Это явно не планета карапузов.

За аркой открылось огромное помещение, поросшее чем-то похожим на лес. Ноги утопали в густом подлеске. Массивные стволы оранжевых деревьев стояли вдоль стен, напоминавших опоры моста Золотые Ворота. Их верхние ветви тянулись по высокому потолку в сторону арки, словно стремясь вырваться наружу.

В этом лишенном солнца пространстве образовались новые формы растительной жизни. Сплетения пурпурных трубок на карнизе выбрасывали в воздух облачка спор, похожие на кольца дыма, вьющиеся над креслами в сигарном зале.

Миа проследила глазами за красной точкой, усевшейся на лепестке желтого цветка.

– Жгутик или блуждающий огонек, как назвала их Анна.

Они заметили, что насекомое больше не светится. Из сердцевины цветка быстро вынырнул бледный волокнистый язычок, обхватил насекомое и втянул его внутрь.

– Ух ты! – выдохнула Миа.

– О чем это нам говорит? О том, чтобы ничего не трогать.

Появились озиравшиеся в изумлении Анна и Стоукс.

– Господе Иисусе! Вот это размеры! – Стоукс светил фонарем в темные своды потолка.

– Идите сюда! – позвала Миа.

В глубине виднелись ряды разрушенных прозрачных емкостей. Джек вспомнил капсулы на корабле в Заливе – здешние были значительно меньше. Может быть, именно здесь обитатели планеты выращивали образцы для перевозки на своих космических лайнерах?

– Сколько их тут! – удивлялся Стоукс, трогая осколки прикладом винтовки.

Теперь они увидели, что помещение содержит сотни, если не тысячи, маленьких стеклянных посудин. И все они до единый были разбиты. Что в них было? Кто их разбил? И здесь ли по-прежнему этот кто?

Глава 18

Все было просто: станция на площади Макферсона, западная платформа. Там она должна встретиться с австралийцем, утверждавшим, что знает, где ее родители. Подстава? В прошлой жизни репортерский азарт преобладал над ощущением опасности. Сейчас желание найти родителей тем более одерживало верх над опасениями.

Если что пойдет не так, она могла рассчитывать на две вещи: серебристый револьвер в сумочке и туннель за краем платформы, по которому можно было попытаться убежать. Не богато, но ситуация, в которой оказалась Кей, подталкивала ее к отчаянным поступкам.

Она уже входила в метро, когда пришло сообщение от Рона Льюиса:

– Похоже, наша ставка бита, – написал он не вполне понятно.

Кей, укрывшись за колонной от посторонних взглядов, набрала номер. Репортер, как известно, живет телефоном. Дерек, когда они были вместе, регулярно твердил, как припев: положи эту чертову штуку. Воспоминание отзывалось острой болью в сердце. Но от телефона деваться было некуда.

– Кей? – голос Рона был хриплым, каким и полагается быть голосу человека, выкуривающего несколько пачек Мальборо в день.

– Что происходит?

– Я так понимаю, ты сегодня в газету не заглядывала?

Кей открыла вебсайт Washington Post.

Страница не найдена.

– Упс…

– Нет, тебе не кажется, – Рон издал глухой смешок. Слова его звучали так, будто не одним только курением злоупотреблял редактор службы новостей.

– Вы пили?

– Газету закрыли, Кей. Запьешь тут.

– Закрыли? Кто?

– Ну кто? Указ президента: в интересах национальной безопасности и бла-бла-бла.

– Они не могут, Рон! Такую большую газету…

– Они уже сделали это. Мы же решили рискнуть, помнишь? Мы считали, что они блефуют, а у них оказался фул-хаус, а у нас – две жалких трешки.

– Любой вменяемый федеральный судья отменит это решение.

– Проснись, дорогая! Нас заткнули. Пока судья соберется да разберется, будет уже поздно. И мы не одни: все, кто перепечатал твою историю, идут по нашим следам. Ты вовремя почистила свой стол в редакции.

– Я не знала, что так получится, если вы на это намекаете.

– Конечно, ты не знала, – Кей услышала, как звякнул лед в стакане: Рон наливал себе новую порцию. – Не имеет значения. Пресса – всего лишь один из столпов демократии.

Да, похоже, демократия превращалась в устаревшую концепцию, но эту тему она развивать не стала. Философские беседы с пьяным редактором не входили сейчас в ее планы.

– Желаю удачи, – пробормотал он, но вдруг добавил с неожиданной энергией: – Хотя, думаю, удача здесь ни при чем! – и отсоединился. Кей еще какое-то время смотрела на телефон бессмысленным взором: ситуация складывалась хуже некуда.

* * *

На западной платформе Кей заняла самую дальнюю скамейку и стала ждать. Станция Площадь Макферсона была открыта в 1977 году, а своей известностью была обязана сводчатым потолкам и футуристическому дизайну. Сегодня, при всей ее известности, поезда здесь ходили каждые тридцать минут, а то и реже. Кей вглядывалась в лица редких пассажиров. Станция, наверное, скоро совсем закроется, и это никого не удивит: естественный ход вещей разрушился. Анархия еще не наступила, но ее приближение явственно ощущалось.

На противоположном конце станции появились два человека. Один из них был высокого роста и атлетического сложения, другой имел вид уверенный и был красив грубой, несколько неотесанной, красотой в стиле шефа Рамзи.

Подойдя, они уселись по обе стороны от Кей – ее пульс участился.

Обе руки Кей были засунуты в сумочку и сжимали рукоятку револьвера. Тот, что был выше ростом, по-отечески накрыл сумочку своей большой ладонью.

– Не беспокойся, – сказал он низким, словно гудящим, голосом, – мы не враги.

– Если бы я получала доллар… – начала она с нервным смешком.

Но второй прервал ее:

– Если не возражаешь, я бы пропустил обмен любезностями. Не то чтобы я был в принципе против, но у нас совсем нет времени. Я – Олли, а вот этот лось – Свен.

Свен подмигнул.

– Вы тот австралиец, с кем я говорила по телефону? – она посмотрела на Олли, продолжая держать руки на револьвере. – Я обычно с контактами лично не встречаюсь. Из соображений безопасности.

– Контактами? – Олли явно был растерян.

– Вы же хотите дать мне какой-то материал, нет? Я сейчас без работы: правительство закрыло Washington Post.

– Мы знаем, – сказал Олли, – но контакты тут ни при чем. Тут, скорее, взаимная заинтересованность. Я прочел твою статью про Стража. Отличный текст.

– Да, и что со мной стало?

– Дорогая, ты и тебе подобные в любом случае подлежали списанию. Ты лишь ускорила процесс.

Видно было, что он говорит совершенно серьезно.

– Несогласные плохо вписываются в авторитарный режим, – он поднял палец к небу, – учитывая ситуацию, неудивительно, что мир повернулся в эту сторону. Во время катастроф люди хотят защиты и безопасности, часто любой ценой. Когда опасность проходит, иногда выясняется, что назад пути нет.

– Хотите сказать, что президент Майерс – диктатор?

– Не вполне. Он – подставное лицо. Настоящая власть принадлежит Стражу, и, как у многих радикальных групп, за ними стоит определенная правота. Я знаю: я был одним из них. Проблема в том, что со временем высокая цель становится вторичной, уступая место упоению властью и желанию навязать свою волю. Страж хочет спасти человечество, что же в этом плохого? Но их методы делают наше положение только хуже.

– Дорога в ад вымощена добрыми намерениями.

– Да, я, к сожалению, сильно не сразу это понял.

– Вы, как крестоносец, бьетесь в одиночку за то, во что верите.

Олли сравнение понравилось.

– Но – откуда вы знаете, что вы на правильной стороне?

– Ты – умная девочка, – заулыбался он. – Я много ошибок наделал, не буду врать. Даже Свен вот несколько раз крупно облажался.

– Значит, вы пытаетесь остановить Стража?

– Именно так.

– А вдруг они не так уж плохи? Вдруг вы опять заблуждаетесь?

– У меня кое-что есть, – сказал Олли и протянул ей несколько листов бумаги.

– Что это?

– Читай.

В шапке документа значилось: Министерство внутренней безопасности. Ниже шел список лиц, обозначенных в заголовке как противники государства, которые подлежат задержанию и осуждению. Кей быстро дошла до строчки: Маоро – Феликс, Тереза, Кайза.

– Я слышала, но не верила…

– Теперь верь, – Олли достал новую бумагу. Это был мейл от доктора Алана Зальцбурга президенту Майерсу. Оба документа были практически идентичны.

– Майерс выполняет распоряжения Зальцбурга, а Зальцбург руководит Стражем, то есть Страж управляет Соединенными Штатами. Они уже создали исправительные, как они их называют, лагеря для смутьянов. Ты же понимаешь, что это такое.

– Концлагеря! – руки Кей дрожали.

– Точно. Более того, они их построили на низменностях восточного побережья.

– Почему не в глубине страны, где их можно спрятать, как во время второй мировой?

– Хороший вопрос и простой ответ. Корабль должен врезаться в Землю у побережья Ньюфаундленда. Красивое место, которое исчезнет в первую очередь. Гигантское цунами (от удара) накроет все восточное побережье и утопит десятки тысяч диссидентов. Вот так я знаю, что не заблуждаюсь.

– И что я могу сделать? Я не могу даже заставить копов забрать тело моего жениха.

– Мне жаль, – Олли тронул ее руку. – Он был, насколько я знаю, достойный парень. У Свена есть связи, им займутся.

– Откуда вы про него знаете?

– Следили за тобой какое-то время.

– И что я опять же могу сделать?

– Помочь нам с коммуникацией.

– Вы же знаете, Post закрыли, как и многие другие СМИ.

– Да, но не закрыли, а собираются перепрофилировать, превратив в орган пропаганды в интересах Стража. Большинство сотрудников уволились – тех, кто открыто протестовал, арестовали. Но интернет-то пока работает, и многие хотят знать правду, – Олли взял ее за руку. – Ты умеешь убеждать, и тебе верят.

– Мне что, завести блог?

– Почему бы и нет?

– Но меня быстро отследят и задержат.

– Это если сидеть на одном месте.

В глазах Кей написался вопрос.

– Поедешь с нами, у нас есть специалист, который заставит твой IP прыгать из страны в страну, будто ты – заводной кенгуру.

Кей высвободила руку.

– Те, кто достал эти документы, могут узнать, где мои родители. Освободите их, и я с вами.

– Это сложно.

Кей скрестила руки и уставилась на Олли с твердой решимостью.

Они посидели в напряженном молчании, наконец Олли сказал:

– Ну хорошо. Мы сделаем это.

– Мы – в смысле: вы и Свен?

– Хотите освободить родителей – идите с нами: у нас есть для начала одно небольшое дельце.

– И что это? – с сомнением спросила Кей.

– Сорвать пуск ядерной ракеты, – охотно ответил Олли.

Глава 19

47 часов, 11 минут, 03 секунды

Миа увеличила яркость фонаря, рассматривая вьющиеся по стенам лозы дикого винограда.

– Как же я раньше не заметила? – удивилась она.

Изучавший что-то на полу Джек и Анна направились к ней.

– О чем вы, доктор Вард?

– Посмотрите, в какую сторону растут корни, – Миа провела пальцем линию от центра помещения в сторону арки входа. – Видите, что необычно?

– В фундаменте нет трещин, – сказал Джек. – Конструкции несметное количество лет, все поросло джунглями, а само строение в целости и сохранности.

– Доктор Вард, кажется, хочет сказать, что все растения тянутся в одном направлении, – заметила Анна.

– Именно. А если проследить, откуда они берут начало…

– От стеклянных посудин, – закончил за нее Джек. – То есть это – питомник?

– Да. Когда-то здесь разводили растения, потом что-то случилось и растительность вышла из-под контроля.

– Звучит так, будто растения разбежались, – усмехнулся Стоукс.

– Вы полагаете, что джунгли, которые снаружи, произошли отсюда? – уточнила Анна.

– Очень даже возможно. Однако кто и зачем это сделал – вот вопрос. Чего-то в нашей картине не хватает, – Миа погрузила руку в рыхлую, влажную почву и вытащила на поверхность пригоршню спутанных мелких корешков.

– Там, похоже, все такое, – сказала она.

– Что это? – Джек наклонился посмотреть.

Анна провела лазером по тому, что достала Миа.

– Остатки старых побегов. Это не земля, это – компост из разложившихся за многие годы растений.

– Очевидно, все это здесь растет уже много тысячелетий, – заключил Джек.

– И даже больше, – Миа смотрела на разрушенные емкости. – Тот, кто разрушил этот питомник или теплицу, сделал это несметное количество лет назад. Народ мезониксов?

– Могли, наверное, – согласился Джек. – Но зачем?

– Что, если конструкция, окружавшая портал, была не алтарем, а защитой? – предположила Миа.

Тут в шлемах прозвучал взволнованный голос Керра:

– Сержант Стоукс, поднимитесь сюда.

– Что-то случилось? – в обычно ровном голосе Стоукса прозвучала нота тревоги.

– Петерсон увидел движение в зарослях, пошел проверить и пропал. На связь не выходит.

– Иду, – отозвался Стоукс и скомандовал: – Забирайте оборудование и выходим. Потом можно будет вернуться.

Они сделали, как было указано.

– Петерсон, слышите меня? – твердил Стоукс по рации. Ответа на было.

– Мы вызывали его, сержант, – доложил Диас. – Может, он провалился куда, или что…

– Куда он пошел?

Керр показал пальцем.

– Встать цепью с промежутком в пять ярдов, двигаемся в этом направлении.

Они шли, периодически вызывая Петерсона по рации. Пересеченная местность заставляла их дышать чаще, а пульс – биться быстрее. Миа помнила о чудище, попавшем на видео Джека; что, если такие же где-то рядом? Они шли вверх по склону, все глубже забираясь в джунгли. Лучи чужого солнца с трудом просачивались сквозь густые кроны, в верхушках деревьев красные огоньки выписывали замысловатые фигуры. Иван, двигавшийся справа от Мии, крупные стволы огибал, мелкие – крушил своими танковыми траками.

Миины аудиосенсоры улавливали жужжание дронов. Если Петерсон где-то здесь, они его найдут. Стоукс приказал остановиться и пригнуться.

Джек водил стволом из стороны в сторону. Иван с шумом сдавал назад, чтобы занять место рядом с Стоуксом.

– Черт! Юрий, велите вашей тупой железяке не шуметь.

Юрий отдал приказ.

– Принято! – Иван затормозил в пяти футах за вставшим на одно колено сержантом и принялся сканировать местность красными мигающими глазами.

Они находились на небольшой возвышенности. Лес в лощине под их ногами был не такой густой, как наверху.

– Кажется, вижу Петерсона, – сообщил вполголоса Стоукс. Шептать не было нужды, но это тихое сообщение не предвещало ничего хорошего.

– На девять часов, возле красной пальмы.

Это была не пальма, что в данных обстоятельствах не имело значения.

– От него только ноги остались! – крикнул Керр.

– А где… – начал было Джек, но тут то, что осталось от Петерсона, поднялось на три фута вверх и снова упало на землю, как сломанная детская игрушка.

Появление из-за деревьев существа сменило вопрос: где тело? на вопрос: Боже, что это? Огласив окрестности глухим рычанием, оно осмотрелось и вернулось к еде.

Две его передних лапы вцепились в останки Петерсона, а четыре задних поддерживали трехсотфунтовую тушу. Длинная шея оканчивалась узкой головой с множеством глаз и набором острых зубов в окровавленной пасти. Блестящая серая кожа была туго, как мембрана барабана, натянута на выступавшие круглые ребра.

Это была какая-то жуткая помесь гигантской многоножки и муравьеда. Люди, словно в каком-то трансе, смотрели, как чудище отрывает куски человеческого мяса и глотает их.

– Негодная смерть для солдата, – сказал Стоукс и поднял свою винтовку M4. Все четыре выпущенные им пули попали в цель. Зверь пошатнулся и взвыл, как Миа надеялась, от боли, но тут же вскочил на свои шесть длинных лап и ринулся в их сторону.

Стоукс продолжал вести огонь по набиравшему, несмотря на густой подлесок, скорость зверю. Остальные бойцы последовали примеру сержанта: пули косили растения, поднимая в воздух облачка белой жидкости. Количество ранений на теле животного росло, но оно и не думало останавливаться. Когда расстояние сократилось до двадцати футов, Миа в испуге вскочила на ноги. Пять футов! Сейчас Стоукс, да и все они погибнут. Как в замедленной съемке, зверь разинул пасть с острыми зубами, готовясь убивать. В этот момент Стоукс распрямился, не сомневаясь, что пошли последние секунды его жизни.

Но тут зверь резко затормозил, хрипя и дергаясь. Железные клешни Ивана сомкнулись на его шее. Рука робота крутнулась на триста шестьдесят градусов, с хрустом ломая шейные позвонки хищника.

Стоукс застыл на месте и смотрел, как обмякшая туша валится к его ногам. Иван, мигая четырьмя красными глазами, склонился над добычей.

– Ни фига себе! – подвел итог Керр.

– Он даже выстрелить не успел, – сказал Диас, поднимая оружие Петерсона. – Его выследили и напали из засады.

Все молчали, потрясенные произошедшим.

– Охотники… мы имеем дело с опытными охотниками, – сказал наконец Даг.

– Доктор Грир, – подала голос Анна, – мои сканеры слышат удаленный шум, похожий на тот, который производило это животное.

– Расстояние? – обеспокоенно спросил Стоукс.

– Трудно сказать. Могу послать дрон отследить движение в подлеске.

– Да, – сказал Джек.

Стоукс повернулся к своим людям.

– Соберите, что осталось от Петерсона. Заверните его, если нужно, в один из этих больших листьев, но – быстро. Надо отсюда уходить, пока не подтянулись другие желающие пообедать.

Глава 20

45 часов, 12 минут, 36 секунд

Наступили сумерки.

– Этого нам только не хватало!.. – выразил Даг то, о чем подумали все.

Они потеряли бойца и теперь вынуждены были спасаться от голодных охотников. Перспектива пробираться сквозь инопланетные джунгли в потемках оптимизма не внушала. Пришлось зажечь фонари на шлемах, и Джек не сомневался, что если в джунглях какая-то живность еще не знала об их присутствии, то теперь узнает.

Сумерки стремительно превращались в непроглядную тьму.

– Как быстро зашло солнце, – заметил Стоукс, стараясь сохранять равновесие на каменистом склоне.

– Значит, эта планета вращается заметно быстрее Земли, – Джек пытался справиться с неровным дыханием. – Здешние сутки, вероятно, не двадцать четыре часа, а половина от нашего, а то и вообще треть.

– Доктор Грир, – Анна, в отличие от остальных, легко преодолевала крутой спуск, – я потеряла связь с дроном, который следил за существами, шедшими по нашему следу.

– Как так?

– Не знаю. Похоже, он с чем-то столкнулся.

Час от часу не легче.

– Иван, – нетерпеливо покрикивал Юрий, – поторапливайся! Нет, не напролом – иди в обход.

Траки робота пронзительно скрипели.

– Что значит застрял?! – в голосе русского слышалось явное раздражение и скрытый страх.

– Если бы эта жестянка не спасла мою жизнь, – Стоукс добавил ругательство, – я бы с удовольствием его здесь оставил! Керр, вернись, помоги Юрию вытащить железяку. Только не задерживайтесь там.

Керр отправился выполнять приказание, к нему присоединился Джек, остальные двинулись дальше.

– Анна, далеко они?

– Не отсоединяйтесь. Вывожу второго дрона.

Не отсоединяйтесь. Что у нас тут? Служба помощи?

Юрий пытался извлечь крупный сук, застрявший в трэке Ивана.

Все трое ухватились за сук и принялись раскачивать его.

– Черт! Иван! – ворчал Керр. – Как ты умудрился его засадить?

– Доктор Грир, регистрирую движение в джунглях в трехстах метрах от вас: кто-то нас быстро догоняет.

Они еще приналегли, и сук выскочил из трака, отправив Керра вниз по склону. При попытке вскочить на ноги Керр вывихнул колено.

– Вот дерьмо! – Керр снова упал, Джек и Юрий подняли его, держа под руки.

– Бежать можете?

Керр сделал шаг и упал.

– Бежать? Да я, похоже, и идти-то не могу.

– Где они, Анна?!

– Сто пятьдесят метров. Торопитесь!

– А как же! – ответил Керр.

Джек и Юрий поддерживали с двух сторон Керра, но быстро идти не получалось.

– Так нам не уйти, – сказал Керр. – Оставьте меня: задержу их, сколько получится.

– Не геройствуй! – закричал Стоукс, ушедший вперед метров на сто. – На себе потащу, если надо!

Иван, словно поняв намек, подхватил Керра, посадил, как ребенка, на руку и быстро покатился сквозь лес. Керр только успевал жмуриться и уворачиваться от хлеставших его ветвей.

– Доктор Грир, они в пятидесяти метрах.

– Мы не доберемся до портала, – сказал Стоукс. – Занимаем позицию в теплице и ждем дня, иначе они нас сожрут по одному.

Джек увеличил чувствительность аудиосенсоров. Если кто-то был за его спиной, он хотел его хотя бы хорошо слышать.

Иван и Керр обгоняли их футов на двенадцать.

– Как говорят в России, – тяжело дыша, сообщил Юрий, – если встретишь медведя, необязательно бежать быстрее, чем медведь, важно бежать быстрее, чем твой спутник, – он хрипло засмеялся и прибавил ходу. Джек, наклонив корпус, изо всех сил старался не отставать. Черт бы взял сумасшедшего русского и его тупого робота!

– Десять метров, – сообщила Анна, когда они выскочили на прогалину и увидели прямоугольную форму теплицы, окутанную растительностью психоделических расцветок. Бейтс и Конрой ждали их у входа, неотрывно глядя куда-то им за спины. Бойцы подняли оружие и прицелились прямо в Джека, он прыгнул вправо, и раздались выстрелы. Иван был внутри, Юрий наступал ему на пятки. Бойцы перестали вести огонь, и сами скрылись в помещении. Джек бежал вдоль внешней стены, вход ждал его за углом, но он отчетливо слышал дыхание твари буквально в паре футов за плечами. Он бежал, не чувствуя под собой ног, но кожей ощущая, что с секунды на секунду в его плоть вонзятся хищные зубы преследователя. В душе Джек уже почти смирился со своей участью, когда из теплицы появилась крупная угловатая фигура. Иван шел, вытянув вперед руки, встроенные в них пулеметы выдавали одну очередь за другой. Джек наконец добежал до входа и нырнул внутрь, как кролик в нору, в тот момент, когда две твари на всем бегу врезались в робота. Послышался треск ломаемых железными клешнями костей, затем новая волна хищников захлестнула Ивана.

Глава 21

У основания лестницы Стоукс и еще один боец заняли позицию, прикрывая вход. Снаружи доносились звуки отчаянной борьбы. Иван не блистал умом, но крепости ему было не занимать.

– Что там?! – Юрий, увидев Джека, на мгновение прекратил нервно ходить взад-вперед. – Иван не выходит на связь!

– Занят немного. Закрыл меня собой, и я буду ему век благодарен.

– Мы должны выйти и помочь ему!

– Отставить! – вмешался Стоукс. – Роботы заменимы, люди – нет.

Вдруг наверху стало тихо.

Джек посмотрел на Анну, стоявшую с удрученным видом, явно не из-за слов Стоукса.

– Боишься за него?

– Когда я в первый раз увидела его, он не произвел на меня большого впечатления. Его нейронная архитектура оставляет желать лучшего, чего уж тут. А потом мое восприятие стало меняться. Не знаю почему.

– Привязалась к нему, – Джек погладил холодное плечо, думая, как отвлечь ее от мрачных предчувствий.

– Наверное, – Анна сделала усилие, отделяя буквальное значение в словах Джека от фигурального.

– Вероятно, у него обнаружились другие достоинства.

– Он был храбрый и преданный своим друзьям, – Анна смотрела в поросший диким виноградом пол, словно искала там что-то.

– Думаю, ты попала в десятку.

Анна склонила набок голову, пытаясь понять, при чем здесь какая-то десятка.

– А, ну да. Вы, люди, так странно иногда выражаетесь. Для стороннего наблюдателя это часто выглядит бессмыслицей, а среди людей – обычное дело.

– Ты права, – Джек подумал, что она не просто подросток, но, в каком-то смысле, подросток с другой планеты. – Это называется культурой. Доктор Ражеш тебе не объяснял?

– Боюсь, нет, – сказала она с грустью. – Хотя я чувствовала разницу между Настоящими домохозяйками и Настоящими домохозяйками Атланты, – Анна трижды щелкнула пальцами: – Не заводи меня, подруга.

– И сколько этой чуши ты посмотрела? – засмеялся Джек.

– Каждую серию. Иногда я смотрела несколько серий одновременно.

– Мне, скорее, все равно, но некоторые люди испытывают дискомфорт при обсуждении расовых вопросов.

– Почему?

– Как тебе сказать? – Джек понимал, что сейчас не время и не место для философских разговоров. Если бы еще Ражеш был рядом… Незаметно для себя Джек превратился в суррогатного родителя, и теперь ему надлежало отвечать на прямые и часто ставившие в тупик вопросы Анны. Она прекрасно знала (на зависть многим родителям), почему небо голубое или почему у людей нет хвоста, но ее тянуло понять ту глубинную сущность жизни, которую мы сами нередко от себя скрываем. От ее предшественников Анну отличало неумеренное любопытство и ненасытная жажда знаний. Трудность была в том, что Джеку предстояло объяснить ей, что значит быть человеком, не заглушив в ней ее стремление знать все на свете. – Как тебе сказать? Есть люди, которые боятся и не любят тех, кто на них не похож.

– Но ведь другие могут быть лучше нас…

– Дело в том, что мы живем в мире, который придумываем для себя, и этот мир всегда вращается вокруг нас самих. Он иногда достаточно реалистичен, иногда – совсем нет, но мы всегда должны быть в центре. Когда действительность противоречит нашим представлениям, мы можем их поменять, но принцип остается. Так ребенок, проигравший в пинг-понг, не признает, что плохо играет, а говорит, что он сегодня не в форме или что солнце светило в глаза.

– Но это же неправда?

– Привыкай, – засмеялся Джек. – Огромная часть того, что люди делают, основана на лжи. В частности, так люди поддерживают свою значимость. Но я не про ложь, я про то, почему иное представляется непременно плохим. Если бы мы признали, что иное может быть хорошим, нам пришлось бы согласиться, что с нами самими что-то не так. Хотя, в принципе, иное не хорошо и не плохо, оно – просто иное.

– Поэтому люди такое большое значение придают несущественным различиям.

– Вот. Ты начинаешь понимать.

– Доктор Грир, а я, по вашему мнению, считаю себя важной фигурой в этом мире? – спросила Анна с надеждой.

– Не только ты – я тоже так считаю.

– Внимание! – раздался голос Стоукса. – Противник на лестнице.

Все схватились за оружие.

– Ух ты! – снова вышел в эфир Стоукс. – Это не охотники, это – Иван, и вид у него не ахти…

Глава 22

Три часа спустя после встречи в метро Кей, Олли и Свен вылетели на частном самолете в Орландо. Оттуда они планировали двинуться на восток, где их ждала конспиративная квартира недалеко от Мерритт-Айленда и Космического центра Кеннеди. Ядерные ракеты для перехвата инопланетного корабля предполагалось запустить с двух площадок: из Центра Кеннеди и с авиабазы Ванденберг в Калифорнии. Олли сказал, что в Калифорнию направлена вторая группа диверсантов.

– Вы против того, чтобы попытаться остановить корабль?

– Я кто угодно, только не самоубийца, – ответил Олли.

– Странно же сидеть сложа руки, когда на тебя нападают, – в Кей говорила репортерская привычка выступать в роли адвоката дьявола. Хотя в данном случае, действительно, было неясно, что делать.

– Это не нападение, – с неожиданной уверенностью ответил он. – Да, последствия могут быть катастрофическими, но я не думаю, что они направляют свои действия конкретно против человечества. Я за последнее время узнал вещи, которые убедили меня, что происходящее не персонифицировано, если так можно сказать.

– Вы говорите о генетических исследованиях доктора Вард?

– Да. Инопланетяне видят в нас результат неудачного эксперимента.

– И это дает им право уничтожить нас? – с вызовом спросила Кей.

– Я прочел в твоем досье, что ты религиозна.

– Мой отец – пастор, но я теперь не все его взгляды разделяю.

– Но ты ведь выросла на этих взглядах, разве нет?

– Естественно, и какое это имеет отношение к…

– Тому, что я говорю? Твой отец без конца толковал Библию – ты хоть раз слышала, чтобы он жаловался на Божий гнев?

– В каком смысле?

– Ну вот потоп, например. Бог решил, что люди нехороши – и всех утопил.

– Они грешили, – начала она, думая возразить, и вдруг поняла, что Олли имел в виду.

– Нас учили, что когда Бог сердится и наказывает нас, то это потому, что мы заслуживаем наказания. Многие верят в это… и обрати внимание: принято считать, что Бог имеет моральное право уничтожить человечество и начать все сначала, если Он недоволен нами. Я выслушал свою долю проповедей: австралийцы так же двинуты на Библии, как вы, янки. И ни разу никто не скандалил, что Господь в гневе истребляет людей. И чего сейчас весь этот сыр-бор? Не то чтобы я торопился на тот свет, но даже при столкновении инопланетян с Землей у человечества остается какой-то шанс. А если эти уроды из Стража взорвут корабль, неужели те, кто послал его, не пошлют сотню новых?

– Звучит как-то слишком прагматично.

– Представь, что кто-то много больше и сильнее, чем ты, собирается дать тебе в морду. Что ты будешь делать? Пнешь его между ног и тем самым разозлишь еще больше или подготовишься к удару и примешь его, как можешь?

Кей смотрела в лицо Олли, отмеченное следами возраста и опыта.

– То есть, куда ни кинь, шансов на выигрыш у нас нет?

– Ну, смотри. Представь, мы их неправильно поняли, и они не за тем летят, чтобы сделать из нас барбекю, а с предложением дружбы и сотрудничества. Я в это не верю, но, в интересах рассуждения, представим, что это так. И вот, значит, они протягивают нам руку, а мы – бац – разносим их в клочки.

– Да…

– Можно, конечно, сказать: я лучше рискну и ударю первым. Но в том-то и подвох: в этом случае мы не только себя погубим – мы обречем на исчезновение весь род человеческий. Я не хотел бы такой ответственности.

Кей замолчала. Ей нечего было сказать ни про неминуемый апокалипсис, ни про выбор, стоявший перед человечеством. Единственное, чего она хотела, – это увидеть своих родителей, пусть хоть за пару дней до конца света. Когда отец Кей был ребенком, он слушал руандийские истории про Иману, божественного создателя, повелителя жизни и смерти, который, однако, не имел обыкновения вмешиваться в дела людей. Когда в конце девятнадцатого века в Африку пришли колониальные державы, они принесли с собой новые формы правления и нового Бога. В Ветхом Завете этот Бог был гневлив и суров, а в Новом – добр и исполнен любви к людям. Какими, интересно, богами были те, кто летел к Земле из глубин Вселенной?

* * *

Они, наконец, приехали. Свен въехал прямо в гараж розового бунгало на Sisson Road. Металлическая штора опустилась, и они, разминаясь и потягиваясь, вышли из машины.

– Не Бог весть что, – сообщил Олли, – но на первое время сгодится.

Высокий худой человек в зеленом камуфляже открыл дверь дома. Его акцент выдавал в нем уроженца Эверглейдс во Флориде.

– Не ждал вас так рано, – он хлопнул ладонью о ладонь Свена и обнял его. – Эй, полегче, громила! Пожалей мои кости!

Свен только хмыкнул и прошел в дом.

– Патрик, это – Кей, – сказал Олли.

Она устало улыбнулась.

– Вы журналистка. Слышал о вас. Не читал, но рассчитываю еще почитать.

– Поздно, ее газету закрыли, – Олли в свою очередь обнял Патрика и ушел вслед за Свеном.

– Облом, – скривился Патрик. – Давайте сумку и пошли внутрь, под кондиционер.

Из вещей у нее имелась только сумка с компьютером. Мысль о смене гардероба умерла, как только Кей узнала, что вашингтонская полиция проявляет к ней нездоровый интерес. Дом был неотличим от тысяч таких же пригородных жилищ и тем самым идеален для их целей. На кухне висели фотки детей и детские рисунки на магнитиках. А также изображение в рамке, на котором Патрик стоял в обнимку с женщиной на полтора фута ниже его ростом.

– Это все мишура для прикрытия, но я тут как бы домохозяин.

Кей посмотрела на гору немытой посуды в раковине.

– Не очень-то хорошо вы справляетесь.

– Не мой профиль, – засмеялся Патрик. – Я держу эту явку. Тут было довольно одиноко, надо сказать, пока я не обзавелся поддельной женой, – он показал на фото. – Я не совсем в ее вкусе, но это, скорее всего, потому, что я не женщина.

В гостиной мебель была сдвинута к стенам, чтобы освободить место для большого стола, заставленного компьютерами. Женщина с фотографии сосредоточенно щелкала клавишами.

– Дорогая, опять ты вся в этой чертовой игрушке? – ласково сказал Патрик.

– Отстань, – буркнула женщина. – У меня новый уровень.

– Лапка, да? – Патрик ткнул в ее сторону большим пальцем.

– Все познакомились? – спросил Олли, выходя из ванной.

Кей кивнула в сторону прилипшей к мониторам и ругавшейся с какими-то экранными гоблинами фигуры.

– Не все.

– Вот так, блин! – крикнула женщина, и экран взорвался россыпью горящих звезд.

Кей поняла, что новый уровень состоялся, что бы это ни значило.

Олли подошел и положил руку на плечо компьютерного гика, оторвавшегося от своих мониторов.

– Кей, познакомься с Армони.

Глава 23

42 часа, 40 минут, 51 секунда

Иван был так изувечен, что даже Юрий удивился, что робот сумел вернуться к своим. Анна первая бросилась на помощь: взяв Ивана за единственную руку, она провела его по неровной поверхности помещения в свободный угол.

Юрий приступил к оценке повреждений. Один из танковых траков был оторван, правая рука отсутствовала, так же как клешня левой руки. Часть лицевой пластины отвалилась, открыв набор проводов и плат, соединенных с оптическими рецепторами.

– Крепкий, сукин сын, – сказал Даг. – Этого у него не отнимешь.

– Можно его починить? – спросила Миа.

– Не знаю пока, – мрачно сказал Юрий. – Повреждения носят скорее поверхностный характер. Но здесь я ничего сделать не смогу. Надо его доставить к нашим техникам. Если он вообще доберется до портала.

– Если все мы вообще доберемся… – сказал Даг, как он сам думал, вполголоса, но громкого шведа все отлично услышали.

– Мистер Волков, можно я осмотрю Ивана? – Анна разглядывала место, где была лицевая пластина.

Юрий посмотрел на Джека.

– Вряд ли от этого будет хуже, – пожал плечами Джек. – Вы всегда можете настроить его параметры так, чтобы ведущая архитектура оставалась неизменной.

– Давай! – махнул рукой Юрий. – Сейчас бы диагностику его внутренних компонентов провести.

– Я могу, – радостно заулыбалась Анна.

Юрий достал планшет и занялся проверкой координации глаза-руки, а также выявлением возможных повреждений софта визуального распознавания.

– Есть видеозапись битвы, – сообщила ему Анна. – Переслать на очки OHM?

– Всем пришли, – сказал Джек. – Полезно знать, с чем имеешь дело.

Их глазам предстала картина яростного сражения. Слепящие очереди автоматического оружия перемежались со сценами кровавой рукопашной. Джек остановил запись и поднял вверх палец, считая.

– Два мертвых охотника, и пять удирают в джунгли. Верно, до них дошло, что броня Ивана не такая вкусная, как живое мясо.

– Там совершенно темно, – отметил Стоукс. – Даже с инфравизорами нам пришлось бы плохо. Видели, как они кружат вокруг Ивана и внезапно атакуют его с разных сторон? Я не биолог, но я знаю повадки охотников из засады. Так ведут себя, например, акулы. Вы думаете, они отступили, но тут-то они и нападают.

– На другой планете могут быть совершенно другие повадки, – возразила Миа. – Не то чтобы я предлагала выйти наружу, особенно ночью. А мы не можем вызвать подкрепление?

– Как только проходишь через портал, связь прекращается, – напомнил Джек. – Извините, что втянул вас в эту историю, – он взял ее за руку.

– Я большая девочка, – улыбнулась она, сжимая его руку. – Я сама решила принять участие, и вообще … теперь у нас есть время лучше узнать это место и попытаться понять его назначение.

– Надо бы выяснить, есть ли здесь кто-нибудь из разумных, – добавила Анна.

– Да, – поддержал ее Даг, – и сказать им, что уничтожать все живое на Земле не такая уж блестящая идея.

– Если мы в ближайшее время не выберемся отсюда, – вставил слово Керр, – я обмочу свой биокостюм.

– Настоящий представитель человеческой расы! – засмеялся Джек.

Миа посмотрела на него с упреком.

– Я тут еще фору могу дать, – Джек, оправдываясь, вскинул руки. – Я как-то проиграл в покер материнский дом и вынужден был пахать на трех работах, чтобы его выкупить.

– Ауч! – воскликнул Даг, словно обжегшись.

– Не корите себя уж слишком, – отозвалась Миа. – Мне тоже знакомо чувство глубокой безнадеги. У всех свои пропасти под ногами. Самым ужасным для меня было осознать, что то единственное, что, кажется, держит тебя на поверхности, и есть то, что тебя окончательно добивает. В моем случае это были обезболивающие: мне казалось, они спасают мне жизнь. Сначала мне нужно было десять таблеток в день, затем – двадцать, а потом дошло и до тридцати…

– Демоны пытались уничтожить нас, но не смогли, – Джек смотрел в пустоту невидящими глазами.

– Никто не пытался нас уничтожить.

– Не понял?

– Таблетки мне не навязывались. Никто не заставлял меня их пить. Я сама решила, что они помогут мне победить боль, которая жгла меня. Боль была в голове, но все равно это была боль, и я убедила себя, что погружение в теплое забытье поможет мне снова обрести равновесие, хотя таблетки-то как раз меня с ног и сбивали.

Анна отсоединилась от Ивана и обратилась к Юрию:

– Я проверила все системы Ивана, как вы сказали, и не обнаружила повреждений.

– Спасибо, – буркнул Юрий, глядя в сторону.

Анна обратилась к остальным:

– Пока я помогала мистеру Волкову тестировать Ивана, я одновременно обработала данные от дронов.

– Которые разбились? – уточнил Даг.

Анна кивнула.

– Постой, – Джек поднял руку. – Я думал, ты потеряла один дрон?

– К сожалению, доктор Грир, я приказала второму, и последнему, дрону подняться повыше, чтобы следить за перемещениями охотников, и он тоже разбился.

– Можешь определить, что с ними произошло? – спросила Миа, рассматривая предмет, напоминавший осколок стекла.

– Оба столкнулись с твердым неживым объектом.

– В небе?! – недоуменно спросил Джек. – Летающий объект?

– Нет. Не корабль, а потолок.

– В каком смысле – потолок? – Даг почесал голову, в смысле – шлем.

– Похоже, не остается сомнений, что наши внеземные джунгли находятся внутри замкнутого пространства, под куполом.

– Под куполом?!.. – в словах Джека сквозило глубочайшее разочарование.

– Да. В замкнутом пространстве, обеспечивающем заданное состояние окружающей среды.

– Это означает, что атмосфера за пределами купола непригодна для жизни, – задумчиво протянула Миа.

– Может быть, – согласилась Анна. – Надо добавить, что купол – непрозрачный.

– А солнце?! – Джек не сдавался, хотя все его предположения о месте, в котором они находились, судя по всему, оказались ложными. – Оно вовсю сияло, когда мы первый раз сюда зашли, а сейчас вообще село… Это что, иллюзия?

– Доктор Грир, я думаю, что купол может состоять из ряда панелей, излучающих свет, соответствующий по яркости и теплу свету звезды.

Юрий оторвался от своих занятий, кашлянул и задал вопрос, который у всех был на уме:

– Где же мы, черт возьми, находимся?

Глава 24

На этот вопрос ответа, естественно, ни у кого не было.

– Есть представление о размерах? – спросил Джек.

– Предварительные расчеты показывают: диаметр купола приблизительно в две мили, – сообщила Анна.

Миа представила себе какую-то голую Луну или выжженную жаркой звездой планету на дальнем краю Галактики и жизнь, защищенную лишь тонким куполом от агрессивной среды, рвущейся внутрь. Это все, конечно, было игрой воображения, но вызывавшее холод в жилах чувство беспомощной уязвимости было реальным.

– Чувствую себя как крыса в лабиринте, – поделился своими ощущениями Даг.

И он не был исключением. В непригодном для дыхания инопланетном воздухе повисло мрачное молчание.

– Вторжение противника! – крикнул Стоукс и открыл огонь.

Конрой, вместе с ним прикрывавший вход, присоединился. Грохот выстрелов заметался в узком лестничном проходе.

Джек с винтовкой в руке бежал к арке, когда его окликнула Анна.

– Доктор Грир, в видеофайле Ивана я заметила одну вещь! У этих охотников очень толстая кожа, которую почти не пробивают наши пули 223-го калибра. Единственное реально уязвимое место – это их пасти.

– Стрелять им в ротовую полость?!..

– Именно так.

– Это мишень всего в пять-шесть дюймов, – заметил Керр, хромая в сторону арки.

– Вот они! – кричал Стоукс, стреляя короткими очередями.

Было видно, как очереди Стоукса поразили зверя в шею и плечи, но не остановили его. Стоукс сменил магазин и тщательно прицелился. На этот раз пули попали куда надо, и существо, прокатившись вниз несколько ступеней, застыло без движения.

– Чтоб меня! – прокомментировал происходившее Керр, глядя на Анну. – Да она не только красавица…

Анна покраснела.

– Если начал говорить – договаривай! – Даг еле сдерживал смех.

– Вроде бы день начинается… – Керр смотрел в сторону дверного проема в верхней части лестницы. – Солнце встает или что тут у них в этом муравейнике отвечает за солнце.

– Других тварей видели? – спросил Джек Стоукса.

Сержант покрутил головой в шлеме.

– Какие-то тени у входа видел. Но мы не можем сидеть здесь без конца.

Миа проверила свое устройство воздухообеспечения.

– Еще тридцать минут, и мне надо будет менять систему поглощения CO_2.

Все задумались. Стоукс предлагал прорываться к порталу. На видео, снятом камерой Ивана, были замечены семь охотников. Двух убил Иван, одного только что застрелил Стоукс, оставалось четверо. Однако прорываться было рискованно даже теперь, когда стали известны уязвимые места хищников.

– Я за прорыв, – высказался Джек.

– Внутренний игрок никуда не делся, – заметила Миа.

– Если мы задержимся, Старк вышлет поисковую команду. Есть опасность, что звери найдут её раньше, чем команда – нас.

Джек был прав. Надо было идти. Кто-то мог погибнуть во время прорыва, но хороших решений всё равно не оставалось – только плохие и очень плохие.

– Все! Собираемся! – скомандовал Стоукс. – Проверьте и подготовьте оружие!

Они поднимались по двое вверх по увитой диким виноградом лестнице. Бойцы Delta впереди, следом ученые, а за ними – Анна и Иван. Анна вышла на связь:

– Чувствую вибрацию.

Все принялись настраивать внешние аудиосенсоры. Стали слышны тяжелые регулярные удары с секундным интервалом.

– Что-то слышится знакомое, – заметил Джек, когда звук приблизился и почва под ногами начала ощутимо подрагивать.

Сквозь отверстие входа было видно, как два серых шестиногих охотника удирают в густой кустарник, третий, напротив, бросился через открытую площадку в их сторону. Стоукс и Керр прицелились, встав на одно колено. Диас и Бейтс сделали то же самое.

Охотник был почти у порога, когда земля дрогнула, огромная рука опустилась откуда-то сверху, схватила зверя, как детскую игрушку, и исчезла вместе с ним из виду. Послышался пронзительный визг, а затем – страшный хруст костей.

– Похоже, охотник превратился в дичь, – сказал Джек.

Тяжелая поступь возобновилась и, заслонив дневной свет, перед самым входом прошел огромный бегемот. Они увидели нижнюю часть могучей, коричневой, в цвет местного перегноя, ноги: она была толстой, как ствол вяза, в пятнах и трещинах.

Все в оцепенении смотрели, как гигантское животное проходит мимо, подбирая по дороге трупы двух убитых Иваном охотников, и исчезает в джунглях.

Группа осторожно вышла наружу. Теперь они понимали, что теплица не там, где они прятались, – гигантской теплицей был весь этот видимый мир, окруженной враждебной инопланетной атмосферой. Но даже это было до конца неясно. На поиск ответов у них не оставалось времени. За ответами им еще предстояло сюда вернуться, и, скорее всего, эти ответы будут совершенно неожиданными.

Глава 25

39 часов, 51 минута, 09 секунд

Адмирал Старк откинулся в кресле и забарабанил пальцами по полированной поверхности стола.

– Вижу, вам там досталось, – он обращался к сидящему напротив Джеку.

– И это еще мягко сказано, – согласился Джек. Они вернулись минут двадцать назад. Иван, несмотря на свое состояние, сумел-таки доковылять до портала. Им, конечно, сильно помог гигантский бегемот, разогнавший охотников.

– Других я уже опросил. После вас пойду докладывать о ситуации доктору Зальцбургу.

Джек кивнул.

Старк заметил выражение отвращения, мелькнувшее по лицу Джека. Они хоть и находились в помещении одни, Старк тем не менее оглянулся и только потом открыл рот:

– Я еще понимаю резон включить Зальцбурга в состав команды: все-таки это он открыл инопланетную хромосому. Но поставить его во главе всей операции…

Джек молча протянул ему планшет со статьей, опубликованной в Washington Post, после чего газета была закрыта под надуманным предлогом. Анна успела выудить текст из интернета до его полной блокировки.

– Я читал статью Кей Маоро, – сказал Старк. – Назовите меня старомодным, но в глубине души мне трудно поверить, что это все правда.

– Мне тоже. Похоже, люди вроде вас и меня принадлежат к исчезающему типажу.

– Или исчезающему виду, – с усмешкой добавил Старк.

– Мне жаль, что с Петерсоном так получилось.

– Не ваша вина. Эти ребята такие храбрые, потому что прекрасно знают, что каждый день на задании может стать их последним днем.

– Миа на той стороне нашла кость, по нашим оценкам, – представителя народа мезониксов, который основал город под нашими ногами. Есть основания предполагать, что структура, окружавшая портал, была не религиозным сооружением, а крепостью, не пропускавшей в наш мир тварей с той стороны.

– У нас в основном помещении пирамиды круглосуточно дежурит вооруженный контингент, если это то, что вас беспокоит.

– Я бы еще предложил направить через портал сейсмиков, чтобы понять, с какой планетой мы имеем дело.

– Хорошо, – Старк нажал кнопку, и на стене загорелся большой экран. – Мы изучали запись с дронов Анны. Что вы думаете про купол?

– Надо спросить Гэби и Юджина: они физики по образованию.

– Вы здесь не ради ваших красивых глаз, Джек. Где ваше пресловутое чутье? Включите его.

– Я не уверен, что это так работает, – смутился Джек.

– Поймите меня правильно: мне тоже было бы интересно узнать ответы на массу вопросов. Но у нас остается меньше сорока часов до конца света, и приходится сосредоточиться на главном. Они ведь наверняка делились с вами своими соображениями. То, что мы нашли там сооружения, по-моему, хорошо. Их ведь не мезониксы построили и не твари, которые бегают в джунглях, – он опять нажал кнопку, на фоне разноцветной листвы появилась река или узкое изогнутое озеро. Старк увеличил изображение: – Как вам вот это?

– Трудно сказать, – Джек вглядывался в маленький холм, покрытый разнообразной растительностью.

– Мы отфильтровали картинку, – еще щелчок – и деревья исчезли, открыв взгляду правильной формы квадратную конструкцию со скругленными углами, наподобие того, что они назвали теплицей, только больше.

– Нашли еще одну постройку?

– Похоже на то. Может, там и еще есть. Вам нужно будет туда вернуться и выяснить, что внутри.

– Это то, что я думаю? – Джек показал на озеро или реку, делившую замкнутое пространство пополам: с одной стороны находился портал, с другой – сооружение, куда им нужно будет добраться.

– Жидкость, – лаконично сообщил Старк. – Мы попытались провести анализ, но внятного ответа не получили. Придется вам разбираться на месте.

– Обойти не получится, – заметил Джек, – придется форсировать.

– Мои инженеры уже собирают надувной плот.

– Помните про Ивана и Анну: им купание ни к чему.

– Помню, не беспокойтесь, – улыбнулся Старк.

– Знаете, в последнее время я только и делаю, что испытываю беспокойство. Типа я беспокоюсь – следовательно я существую, – Джек рассматривал квадратную конструкцию, утопавшую в джунглях. – Вы думаете, решение нашей проблемы – там?

– Я сильно надеюсь на это. Ради всех нас.

Глава 26

– Олли говорил мне, что вас подстрелили агенты Стража, – сказала Кей, не зная, как прервать неловкое молчание в обществе этой странной девушки, являвшей собой образец стиля техно-панк.

Ростом чуть выше пяти футов, но крепко сложенная, Армони обладала копной вьющихся черных волос и бледным цветом лица, говорившем о нездоровом питании и нехватке витаминов. Помимо роста мало что в Армони указывало на ее принадлежность к женскому полу. При этом удивительным образом они с Патриком смотрелись как прекрасная пара, пусть даже и поддельная.

– Попали в спину, – ответила Армони с аргентинским акцентом. – Я упала с крыши дома прямо в кучу мусора, что смягчило удар. Не то чтобы я что-то чувствовала в тот момент, – она посмотрела на Кей сквозь спутанные пряди волос, которым не помешала бы встреча с водой и шампунем.

– Вы не похожи на человека со сломанной спиной, – Кей говорила и думала, что, возможно, лучше было бы помалкивать. Но такова уж была ее натура: ощущение дискомфорта всегда заставляло ее задавать бесчисленные вопросы. К тому же разговор отвлекал ее от мыслей о Дереке и семье.

– Тем не менее. Мне повезло, что я вообще осталась жива. Или не повезло – как посмотреть. Я ждала, что ублюдки прикончат меня, но они положили меня на носилки и унесли.

– В больницу?

– В комнату для допросов. И сразу принялись допрашивать. Представьте, я лежу на спине не в состоянии пошевелиться, и два громилы пытают меня водой. Я все время отключалась, и они ничего не добились. Меня швырнули в камеру, где мне стало по-настоящему плохо. Я была уверена, что умираю, и даже молилась, чтобы поскорее умереть. Но смерть не пришла, вместо нее мне был ниспослан Зальцбург. А может, и не ниспослан, а всегда во мне сидел. Какое-то время я не могла ни думать, ни говорить и была совершенным овощем. А потом вдруг словно очнулась, ко мне вернулась способность соображать. Мозг стал работать необычайно ясно и быстро. Я стала чувствовать свое тело и через пару дней снова была на ногах. Поневоле, пережив такое, поверишь в чудеса.

– Невероятно, – Кей едва сдерживала слезы, но не в связи с участью Армони, а потому, что эта история напомнила ей о матери, которая тоже была очень больна, а потом стремительно поправилась. Мать считала, что ее спасла рука Господа, который вернул ее к жизни, как некогда Лазаря. Да и трудно было не видеть здесь чуда, даже для атеиста, которым теперь была Кей. За последнюю пару недель она наслушалась историй про невероятные исцеления после тяжелых болезней, вызванных Зальцбургом. Неясно было, следовало ли испытывать признательность к сразившей вас болезни, даже если затем вы излечились и стали здоровее, чем были до того.

– Несколько недель назад, – заметила Армони, перестав на мгновение грызть ногти, – я была одним из лучших хакеров в Южной Америке. С Зальцбургом я, вероятно, стала лучшим хакером в западном полушарии.

– Как в какой-нибудь рекламе: С Зальцбургом моя жизнь заиграла новыми красками! – засмеялась Кей.

Тело Армони затряслось от беззвучного смеха.

Кей вдруг испытала чувство зависти. Ей потребовалось некоторое время, чтобы понять, в чем дело. Армони была крепким орешком, абсолютно независимым от мнения окружающих. Такой же была сама Кей, но одна вещь разделила их раз и навсегда, вещь, которой Кей тоже хотела бы обладать, – Зальцбург.

* * *

Олли собрал их всех на кухне.

– Армони взломала базу данных NASA в Центре Кеннеди. Пуск назначен на сегодня в полночь. У нас шесть часов до того, как ракета покинет стартовый комплекс, – он достал из сумки белые комбинезоны техников NASA.

– Что это? – Кей разглядывала форменную одежду с цифрами на плечах и словом NASA на спине.

– Камуфляж. Нам нужно продержаться, пока мы с Патриком не заложим взрывчатку.

– Я, значит, Сандра Джонсон, – Кей увидела бирку с именем.

– Ненадолго. Потом вы можете опять стать Кей Маоро. Сандра, кстати, реальный персонаж, была здесь техником, перевелась в лабораторию реактивной тяги в Пасадене. Мы все носим имена бывших сотрудников. Армони сделала нам документы действующих сотрудников и поместила наши фото в базу данных NASA.

– Не помню, чтобы давала вам свое фото, – Кей смотрела на бейджик, прицепленный к костюму.

– А интернет на что? – спросила Армони. – Немножко фотошопа – и вот вам отличное удостоверение личности.

– Где вы были в мои университетские годы? – Кей вспомнила, как приходилось упрашивать незнакомцев купить бутылку выпивки в супермаркете.

– В начальной школе, – засмеялась хакерша.

– К делу, – прервал их Олли. – У нас будет одна попытка.

Патрик поставил на стол две коробки, в каких носят инструменты. Внутри Кей увидела то, что, очевидно, было пластиковой взрывчаткой с таймерами. Все выкрашено в белый цвет, чтобы не бросалось в глаза на фоне фюзеляжа.

Олли бережно отодвинул коробки и развернул карту.

– На северной стороне подъездного пути NASA нас будет ждать надувная лодка, – Олли показал место на карте. – По Banana Creek мы доплывем до северной части стартового комплекса. На этом этапе главное – уверенно блефовать при встрече с охранниками, хотя на всякий случай у вас будет вот это.

Олли положил на карту пистолет с глушителем.

У Кей вдруг пересохло во рту.

– Пока мы с Патриком закладываем взрывчатку, Кей и Свен стоят на стреме, чтобы никто посторонний не совал нос, куда не надо.

– Не вопрос! – Свен щелкнул пальцами. – Мы справимся, да, Кей?

Она хотела сказать: Да вы рехнулись! Но вместо этого сказала:

– Конечно, справимся.

Олли одобрительно ухнул и хлопнул ладонью о ее ладонь: Ай да Кей!

– Черт! Я тоже хочу с вами, – в голосе Армони было искреннее разочарование.

– Вы остаетесь? – удивилась Кей. – Я думала, без вас никак.

– Армони – наша главная ударная сила в интернете. Кроме того, у нас будет постоянный радиоконтакт, и, если что-то понадобится…

– Просите и дастся вам, – Армони сделала широкий жест рукой.

– Всем все ясно? – Олли внимательно поглядел на каждого.

Все покивали.

– Тогда – отдыхать. Выходим на закате.

Глава 27

Вернувшись на Северную Звезду, Миа первым делом приняла горячий душ и переоделась. Она провела на той стороне портала всего несколько часов, но количество и драматизм событий растянул ее представление о времени, как это бывает во время катастроф. Они выбрались оттуда, и сначала казалось, что важнее этого ничего нет. Однако новые заботы и тревоги уже начали поднимать голову. Больше всего ей хотелось услышать голос дочери.

Она принялась рассматривать фотографии дочери в телефоне, затем настала очередь видео: первый день рожденья Зоуи, ее первые шаги, первая поездка на велосипеде. Столько всего первого… А что, если они не найдут здесь того, что ищут, и весь этот родной мир погибнет в огне?

Миа вдруг поняла, что видео только усиливают ее тоску. На базе действовал полный запрет на входящие и исходящие звонки, за исключением контактов на самом высшем уровне. Ее шансы снова увидеть дочь зависели от шансов спасти планету. Так, сказала она себе с нервным смешком, давай успокойся.

В дверь кто-то тихо, почти робко, постучал.

Миа посмотрела в глазок: за дверью стояла коротко стриженная черноволосая девочка.

– Привет, Ноэми. Тебе что-нибудь нужно?

– Вообще-то нет, – девочка проскользнула в комнату. – Я разговаривала с сестрой и вдруг увидела ваше лицо.

– Да? – Миа сразу отвлеклась от своих тяжелых мыслей.

Ноэми увидела потрепанную плюшевую собаку на Мииной кровати и взяла в руки.

– Мистер Пиклз такой хороший. Можно, я возьму его?

– Ого! Да, его зовут мистер Пиклз, – если бы кто-то другой вдруг угадал имя игрушки, которую Зоуи любила, когда была совсем маленькой, это бы сильно смутило Мию. Но не с этой девочкой, не с этими девочками… – Это собака моей дочки.

– Хлои?

– Почти. Ее зовут Зоуи. Ты часто видишь что-то про меня?

– Не знаю… – Ноэми сидела на кровати, заставляя мистера Пиклза ходить по ее ноге.

– Ноэми, это важно, постарайся ответить, – Миа села рядом.

Девочка замерла, наклонив голову. Миа полагала, что она задумалась, но тут заметила дрожавшие плечи и обняла ребенка.

– Я не заставляю тебя.

Ноэми резко повернулась и обхватила ее руками, уничтожив остатки объективности, которые Миа пыталась сохранять в отношениях с объектами своих исследований. Однако сейчас она чувствовала, что это ее дочка обнимает ее, и думала только о том, чтобы это состояние продолжалось как можно дольше.

– Скучаешь без мамы? – Миа вытерла слезы с лица девочки.

Ноэми кивнула.

– Вы нам очень помогаете, ты же знаешь…

Девочка молча смотрела на нее большими влажными глазами.

– Обещаю, как только все здесь закончится, отвезу тебя в Рим к папе и маме.

– Они умерли.

– Боже! Я не знала…

– Их сбила машина. Мы с Софи узнали раньше, чем нам сказали.

– Ты видишь только тех, к кому привязана?

– Думаю, да, – Ноэми снова обратилась к мистеру Пиклзу. Но уже без прежней живости.

– Знаешь что? Всякий раз, как тебе захочется обняться со мной или мистером Пиклзом, дай знать – и мы просоответствуем.

– Что значит просоответствуем? – Ноэми улыбнулась, хотя глаза ее еще были красны от слез.

– Значит сделать так, как кто-то хочет.

Миа подняла глаза и увидела в дверях Янссон. Красивое лицо голландки выражало некоторую озабоченность.

– Есть минутка?

Миа посмотрела на Ноэми, та тут же поднялась и, сообщив, что пойдет отыщет сестру, исчезла за дверью.

– Я что-то пропустила? – спросила Янссон, глядя вслед уходившей девочке.

– Да не особенно. Вот смотрите: телепатическую связь обычно пытаются изучать с участием двух чужих друг другу людей. Но вы же, как и все, замечали, как бывает, когда вы только подумали о каком-то близком для вас человеке, а он тут как раз и звонит. Или это вы ему звоните, а телефон занят, потому что он набирает ваш номер. Простые примеры из жизни показывают, что для возможного обмена мыслями очень важно наличие эмоциональной связи между людьми. С Ноэми то же самое.

– Что объясняет феномен наших близняшек.

– Так о чем вы хотели поговорить?

– Вы же знаете, что доктор Зальцбург совершенно не интересуется этим вопросом?

– Знаю. И очень жаль, потому что на этом направлении возможен серьезный прорыв.

– Да, но он давит на меня, чтобы мы ускорили работу по изучению новой хромосомы.

– Он и на меня давит, но я не поддаюсь. Особенно после того, как меня похитили и привезли сюда помимо моей воли. У вас такое выражение лица, будто вы что-то обнаружили.

– Я ввела отвечающий за ремонт ДНК ген DAF4 мухам-однодневкам, – Янссон пошевелила пальцами с начисто обгрызенными ногтями. – Обычно эти насекомые живут двадцать четыре часа, но сутки уже прошли, а большая часть мух живы и отлично себя чувствуют. Судя по скорости клеточной деградации, они проживут четыре с половиной-пять дней.

– То есть, если с людьми дело обстоит так же, – закончила мысль Миа, – носители Зальцбурга должны жить лет до четырехсот? – она знала, что в теории такое возможно, но это была уже не теория, а результаты эксперимента. Значит, если не случится апокалипсиса, Зоуи может пережить ее на триста пятьдесят лет.

– Это еще не все. Наслушавшись инвектив от Алана, я решила внимательно посмотреть на клеточную структуру организмов с Зальцбургом. Все время занимаясь исключительно ДНК, мы могли что-то упустить, – Янссон протянула Мии цветную распечатку картины клетки. – Цитоплазма содержит органеллы и другие компоненты клеток, но тут я увидела вот что, – она указала на небольшой овальный объект, расположенный прямо напротив клеточных ядер.

– И что это?

– Что-то вроде рецептора. Я попыталась воздействовать на него слабым электрическим разрядом, и ничего не произошло. Чего только я не испробовала, чтобы понять, что эта штука там делает, – никакого эффекта, пока я не добавила к образцу генетически модифицированную смесь, – и он ожил!

– Правильно я понимаю, что вы ввели ген-сборщик HISR в ДНК клетки?

– Да, вместо CRISPR, системы редактирования ДНК клетки. А поскольку образец был погружен в раствор ГМО, ген немедленно приступил к созданию основы хромосомы Зальцбурга.

– А у кого нет такого рецептора в клетках, у тех и Зальцбурга нет? – подытожила Миа.

– Совершенно верно.

– Отсюда – два вопроса: из чего этот рецептор состоит и как он туда попал? – Миа встала и заходила по комнате.

Глава 28

После разговора с адмиралом Старком Джек направился к Гранту и Гэби. Они уже получили собранные по ту сторону портала образцы для изучения, и Джек пошел узнать, есть ли какие результаты.

На пути к научному модулю его перехватил Даг, закусывавший плиткой шоколада.

– Мы ведь снова туда пойдем, да?

Джек кивнул и оглядел подтянутого палеонтолога.

– Как так получается, что вы не весите тыщу фунтов? Научите.

– Гены, я полагаю, – улыбнулся Даг, отправив в рот последний кусок шоколада.

– Да, пойдем, как только починят Ивана, – в начале предыдущей экспедиции Джек опасался, что Иван будет для них источником проблем, и так оно отчасти и получилось. Но, с другой стороны, робот не раз спасал их от гибели и точно не был лишним в команде, учитывая особенности тамошней фауны.

В лаборатории Джек и Даг обнаружили Гранта, смотревшего в микроскоп, помещенный в защитную камеру. Такая камера позволяла работать с потенциально опасными субстанциями без риска для исследователя.

Гэби и Юджин были поглощены оживленным спором.

– Не может такого быть! – почти кричал Юджин.

– Может – не может, но факты говорят обратное!

– Мы не вовремя? – Джек поднял руки, как бы говоря: мы пришли с миром.

– Ваши биологические образцы… мы ничего подобного раньше не видели… – на лице Гэби читалась растерянность.

– Посмотрите сюда, – позвал их Грант.

Джек принялся смотреть в глазок микроскопа.

– Что вы видите?

– Похоже на два комплекта клеток. Чьи они?

– Слева – клетки эпидермиса человека, справа – клетки крылатой твари, которую подстрелил Иван. Видите что-нибудь необычное?

– Ну… Инопланетные клетки меньше, чем человеческие.

– Что еще?

– Это что, экзамен? – фыркнул Джек.

– Да вы смотрите, смотрите.

Джек присмотрелся.

– Черт! Да они движутся!

– Движутся?! – Даг оттеснил Джека от микроскопа. – Ни фига себе!

– Несмотря на разницу в размере, внешне они похожи, – пояснил Грант. – Только в инопланетных клетках полностью отсутствует ДНК.

Да? – удивился Джек. – Вообще-то мы всегда полагали, что где-то во Вселенной могут встретиться формы жизни, устроенные по-другому…

– Тем не менее геном атинов на семьдесят процентов совпал с нашим, – напомнила Гэби.

– Ну да, – согласился Джек. – Что подтверждает углеродную основу инопланетной жизни. А о чем говорит отсутствие ДНК?

– ДНК у них нет, но есть нечто, что выполняет похожую функцию, – Грант поменял слайды. – Это образцы растительности и почвы. Все еще больше запуталось.

– Я так и знал, что вы это скажете, – усмехнулся Джек.

– Оказалось, что растения являют собой смесь форм жизни на углеродной основе, генетически соответствующих на пятьдесят пять процентов людям и на сорок – атинам.

– Видать, никак не могли определиться с выбором, – вставил Даг, потирая бурчавший (как полагал Джек) живот.

– А почва? – спросил Джек. – Вряд ли вы обнаружили следы скальных пород вперемешку с органикой.

– Некоторое количество сгнившей растительности мы нашли, но основной объем – отмершие инопланетные клетки.

– Электронный микроскоп использовали? – поинтересовался Джек.

– Это будет следующий этап, – ответил Юджин.

– Ну так давайте… Мы с Дагом скоро опять туда пойдем. Хорошо бы знать, с чем имеешь дело.

Грант принялся налаживать оборудование, позволявшее увидеть атомное строение клеток. Решили начать с крылатой твари. Грант скрестил пальцы. Все смотрели на экран компьютера.

– Вот те раз! – Юджин первым отреагировал на увиденное.

Атомное строение образца сразу ответило на вопрос об отсутствии ДНК: крылатое существо не было формой жизни на основе углерода. Основой жизни здесь был кремний.

– И как это согласуется с атинами? – вопросила Гэби.

– Возможно, никак, – сказал Джек. – Возможно, это совершенно другой биологический вид.

– Может, когда выяснится, куда ведет портал, станет понятнее… – Грант продолжал смотреть на монитор, словно рассчитывал увидеть там ответ.

– Доктор Грир, – раздался от двери знакомый мелодичный голос, – я думаю, что могу ответить на некоторые из ваших вопросов.

Глава 29

Армони, как и было задумано, высадила Олли, Свена и Кей на подъездной трассе NASA.

Уже с лодки Олли вышел на связь с Армони.

– Как слышно?

– Отлично.

– Оставайся в этом канале: нам может понадобиться информация о плане площадки. Прослушивай также ЦУП.

– Поняла.

Лодка пошла по темной воде канала.

– Зачем слушать ЦУП? – спросила Кей.

– Если нас заметят и поднимут тревогу, они первые узнают.

– Чтобы отменить пуск?

– Или ускорить. Если они не запустятся сегодня ночью, пропустят стартовое окно для перехвата: потом корабль будет слишком близко.

Кей сидела на жесткой скамье, качаясь вверх-вниз в такт набегавшим волнам. Под тканью комбинезона с надписью NASA она ощущала тяжесть пистолета в наплечной кобуре – напоминание о реальной опасности их предприятия. Неудача означала, скорее всего, смерть для нее и родителей, и не исключено, что гибель человечества.

Из рассказов Олли ясно было, что Страж настроился идти ва-банк: остановить пришельцев любой ценой; а сопротивление готово было допустить риск катастрофы ради шанса спасти человечество. Ей бы хотелось, чтобы выбор между двумя стратегиями был поочевиднее. Она надеялась, что заняла правильную сторону в этой борьбе. Хотя куда уж тут очевиднее: именно Страж, готовый на все ради достижения своей цели, отправил руками правительства ее семью и тысячи других людей в концлагеря.

– Будьте наготове, – предупредил Олли: они входили в устье реки Бананы.

Пока что все шло по плану. Вдруг Олли заглушил мотор и велел взяться за весла. В двадцати пяти футах перед ними два охранника пересекали реку по низкому мосту. Один остановился и стал прикуривать, он горбился, повернувшись спиной к ветру – лицом к каналу. Другой хмыкнул и пошел вперед.

Олли поднял кулак, и они перестали грести. Охранник все боролся с зажигалкой, Олли достал пистолет с глушителем. Кей слышала, как бьется ее сердце: их в любую секунду могли обнаружить. И все потому, что какой-то мелкий охранник пожалел денег на хорошую зажигалку. Наконец вспыхнул огонек, они были уже в дюжине футов от моста. Еще чуть-чуть, и их не будет видно.

Курильщик с удовольствием затянулся и собрался продолжить обход, когда его взгляд упал на лодку и четырех человек в ней. Кей закрыла рот рукой, охранник свесился через перила, чтобы лучше видеть и получил пулю между глаз. Тело беззвучно скользнуло прямо в лодку, и Свен накрыл простреленную голову спасжилетом, чтобы кровь не испачкала их белые комбинезоны. Второй охранник продолжал свой путь: он ничего не заметил.

Через пару минут они достигли берега и втащили лодку в кусты. Пусковую площадку окружал забор из колючей проволоки, Свен достал кусачки и проделал в заборе дыру. Группа под прикрытием темноты устремилась через открытое пространство к белеющей впереди светлой конструкции.

– Ферма обслуживания, – Олли показал рукой в сторону тяжелой ракеты Atlas, окруженной десятиуровневой конструкцией. От ракеты поднимались облачка полупрозрачного пара.

– Похоже, она сейчас взлетит.

– Не-а. Это пары от жидкого кислорода, – сказал Патрик. – Они время от времени стравливают его, чтобы сбросить давление, – он посмотрел на Олли: – туда?

– Если пойдем отсюда прямо по площадке, будет подозрительно. Надо зайти с другой стороны…

Кей увидела, что Свен отделился от них и, не скрываясь, машет руками электрокару под управлением человека в синем комбинезоне. Кар остановился, и Свен вступил в разговор с водителем.

– Что это Свен делает?

– Свен! – рявкнул по радиосвязи Олли. – Ты в своем уме? Такси ловишь?

Свен влез на пассажирское сиденье, и кар поехал в их сторону.

– Интересно, – усмехнулся Патрик.

– Вы почему не на стартовом комплексе? – только и успел спросить водитель, как Олли вырубил его мощным хуком слева.

– Патрик, оттащи его в кусты.

– Тащу.

Олли посмотрел на Свена – тот беззвучно похлопал в ладоши.

Патрик вернулся, и они поехали к стартовому комплексу.

– Армони, – спросил Олли, – сколько до пуска?

– Десять минут пятьдесят пять секунд.

– Хорошо. Следи за ЦУПом и не играй в игрушки.

Она не ответила, но Олли это не удивило.

На каждом уровне фермы обслуживания шли работы и ходили люди в комбинезонах техников. Уровни делились на участки, закрытые металлическими решетками. Подойти незамеченными и заложить взрывчатку будет непросто: помимо осторожности им понадобится добрая доля везения.

Свен подъехал к лестничной шахте. Все сошли на землю с белыми ящиками для инструментов в руках. Патрик и Свен должны были закрепить взрывное устройство на бустере первой ступени, а Олли и Кей – на второй, на девять уровней выше.

Объяснение было простым: после выхода на заданную орбиту боеголовка полетит к цели без помощи двигателей. Если первый заряд по какой-то причине не взорвется, останется шанс уничтожить вторую ступень и не дать ракете вывести ядерный боеприпас в нужную точку орбиты. Сам ядерный боеприпас тоже представлял определенную опасность, они надеялись, что он надежно защищен от преждевременного срабатывания.

На пути к лифту они повстречали какого-то шедшего по своим делам сотрудника. Все кивнули друг другу и разошлись каждый в свою сторону. В лифте Олли нажал кнопку девятого уровня, и Кей вздохнула с облегчением: они на месте.

Чей-то зычный голос заставил ее вздрогнуть. Между створками дверей просунулась рука в перчатке, и двери стали открываться. Олли полез внутрь комбинезона за пистолетом.

В лифт вошел сотрудник, одетый так же, как они, над грудным карманом красовалась надпись: Руководитель пусковых операций и имя Сандуски. Бегло взглянув на них, он снова уткнулся в рабочий блокнот.

– На седьмом были, крысы пусковые? – спросил он, не отрываясь от своих бумаг. Пусковыми крысами назывался боевой расчет: инженеры и рабочие, готовившие ракету к пуску.

– Нам сначала на девятый, босс, – ответил Олли, – а потом – на седьмой.

– Поторопитесь, – сказал начальник, перед тем как выйти. – Времени мало. И не хватало еще, чтобы вы что-нибудь уронили на полезную нагрузку.

– Оборони Создатель! – набожно воскликнул Олли.

Лифт пошел дальше.

– Что это было? – Кей была под впечатлением того, как ловко Олли заболтал попутчика.

– У нас не случайно именно эта форма. Мы – мелкие сошки в иерархии NASA, наша задача – проверять крепеж оборудования, перил и вообще всего, что может повредить ракету-носитель и полезную нагрузку при старте. Наша незначительность делает нас незаметными.

– Олли, прием, – раздался в наушниках голос Патрика.

Они как раз выходили на платформу девятого уровня. Ноги Кей слегка подкашивались от волнения.

– Слышу тебя. Докладывай.

– Первая посылка доставлена. Повторяю: первая посылка доставлена.

– Отлично. Ждите нас у кара.

– Вас понял.

Кей посмотрела вниз сквозь решетку пола. На всех уровнях кипела работа. Девятый уровень был футов тридцать в каждую сторону. Люди в белых костюмах вводили информацию в мобильные терминалы. Тут же находился офицер службы безопасности. Непосредственно к корпусу ракеты вел небольшой металлический мостик.

Кей остановилась возле лифта, делая вид, что подключает переносной компьютер, Олли пошел к ракете.

Олли встал на колени у корпуса второй ступени и раскрыл ящик. На мгновение их накрыло облако паров кислорода.

– Все чисто, – сообщила Кей, чувствуя, как потеет во влажном воздухе Флориды.

Олли прикрепил устройство и начал устанавливать таймер. Но вдруг потерял равновесие и чуть не упал в проем между корпусом ракеты и платформой.

Кей охнула и резко выпрямилась, что, видимо, заметил офицер службы безопасности; он посмотрел на нее внимательно и двинулся в их сторону.

– Олли, охранник идет.

– Еще минуту.

Безопасник был уже футах в пятнадцати. Она услышала, как за ее спиной заработал лифт.

– Нет минуты. Он уже почти здесь!

Мостик, на котором находился Олли, был закрыт с боков алюминиевым сайдингом и не просматривался с платформы. Однако для выходящих из лифта или стоящих рядом с Кей все было отлично видно.

Она подумала было о своем пистолете, но офицер тоже был вооружен и, безусловно, умел обращаться с оружием лучше, чем она. Нужно было не дать ему дойти до лифта, откуда он увидел бы, чем там занят Олли. Лифт тоже вызывал опасения: неясно было, на какой уровень он едет.

– Все. Закончила, – сказала она, двигаясь навстречу офицеру.

– Все в порядке? У вас был встревоженный вид, – он тронул ее за руку.

Кей натужно улыбнулась, пытаясь изобразить беззаботность. Олли должен был слышать их разговор и понять, что происходит.

– Да нет. Я подумала, что забыла… – она пыталась вспомнить какой-нибудь термин. Перед ней был охранник, а не инженер – просто надо сказать что-то техническое.

– Вы плохо выглядите…

Кей заморгала и сделал вид, что у нее подкашиваются ноги, безопасник подхватил ее под руки.

– Это что? – тонкая ткань комбинезона не могла скрыть форму пистолета, попавшего прямо под руку офицеру.

Дверь лифта открылась, и появился Сандуски.

– Какого черта?! – он шагнул в сторону Олли.

Он успел сделать два шага, прежде чем пули, выпущенные Олли, перебили ему обе ноги. Сандуски закричал и упал на решетку пола. Офицер отпустил Кей и потянулся за пистолетом. Олли вышел на платформу, не сводя глаз с Сандуски; офицер поднял пистолет, но Кей, неожиданно для себя, среагировала быстрее и трижды выстрелила ему в грудь. Персонал на платформе замер в ужасе.

Олли втащил ее в лифт. Завыла тревожная сигнализация, и замигали желтые сигнальные огни.

– Свен, вторая посылка доставлена. Таймер – на пять минут. Подтверди готовность нас забрать.

Ответа не было.

– Три с половиной осталось, – Кей чувствовала слабость во всем теле. Было ли это следствием недавнего выброса адреналина или шоком от того, что она только что убила человека, она и сама не могла сказать.

На нижнем уровне разбегались сотрудники. В отдалении раздавались звуки сирен: с полдюжины машин охраны, сверкая огнями, неслись к ферме обслуживания.

Олли и Кей выскочили на открытую площадку – электрокар отсутствовал.

– Они нас бросили! – в ужасе кричала Кей, ожидая взрыва с минуты на минуту.

– Свен, где вы, черт вас задери?!

Кей тянула Олли за руку, прочь от летящей к ним охраны. Из-за монтажно-испытательного комплекса выскочил, гудя и мигая фарами, их кар. Свен и Патрик помогли им запрыгнуть на борт, и машина стала набирать скорость.

– Не сюда!!! – кричал Олли: автомобили службы безопасности шли им наперерез. – В другую сторону – прикроемся фермой!

– Это не Тесла! – кричал в ответ Патрик. – Это гольфмобиль, он едет чуть быстрее инвалида в кресле на колесиках!

– Молись, приятель, – посоветовал Олли, пока Свен пытался выжать максимум из электромотора.

Кей видела, как машины охраны обтекали ферму обслуживания, и стремительно нагоняли их инвалидку. Догоняют! – хотела крикнуть она, но тут раздался оглушительный взрыв, за ним – второй, и над ракетой взлетел, закручиваясь, огненный столб до самого неба. Огонь поглотил ферму и все, что ее окружало, включая машины преследователей. Кей закрыла лицо руками, спасаясь от невыносимого жара, взрывная волна чуть не опрокинула их кар, но Свен сумел выровнять машину. Патрик на переднем сиденье ухал и улюлюкал, как болельщик гонки NASCAR, любимый гонщик которого идет к финишу первым.

Они садились в лодку под вой сирен, но это были сирены пожарных, а не полицейских машин. В отблеске огня Кей видела довольную ухмылку на лице Олли, который помалкивал, но эта ухмылка была красноречивее слов.

Глава 30

Все глаза обратились на Анну.

– Доктор Грир, помните, я говорила вам про сейсмику пирамиды?

– Да. Ты сказала, что портал искажает картинку, и мы еще обсуждали характер излучаемой энергии.

– Мы продолжаем анализировать, – вставил слово Юджин. – Все больше кажется, что речь идет о темной энергии и ускользающей новой частице, которую мы пытаемся идентифицировать.

– Недавно в портал была направлена группа сейсмиков, – сказала Анна, – с целью тестирования того, что мы считали одной из планет в нашей Галактике.

– И каковы результаты? – спросил Джек, памятуя, что именно это он советовал Старку.

Анна положила на стол стопку снимков.

Вместо ожидаемых скалистых отложений, сформировавшихся за миллионы и миллиарды лет, они увидели линию плоской поверхности.

– Что это значит? – Даг посмотрел на единственного присутствовавшего геофизика.

– Что-то блокирует сигнал, – Джек обратился к Анне. – Другие тесты проводились?

– В разных местах. Результат тот же.

– Вроде как под поверхностью есть металлический слой, – предположила Гэби. – Еще одна конструкция?

– Трудно сказать, – Джек потер пальцы. – Там, где мы были, не прерия с плоской равниной, а пересеченная местность с возвышенностями, оврагами и даже озером.

– С озером? – Дагу перспектива озера явно не нравилась.

– Но вы уже умеете плавать? – ласково спросил Джек.

– Я, может, похож не серфера, но это не значит, что я серфер.

– Возможно другое объяснение, – прервала их Анна. – По счастью, мне удалось убрать искажения, вызванные энергией портала, за счет усиленного многопризначного полноволнового алгоритма инверсии. Моя первая оценка была неверной.

– Ух ты! – сказала Гэби. – Анна ошиблась! Может, и мы не такие никчемные.

– Я много раз ошибалась, доктор Бишоп, – потупилась Анна. – Я учусь на своих ошибках.

– Правильно делаешь, – поспешно сказал Джек. – Давай говори, с чем ты пришла!

– Простите, доктор Грир, – Анна выложила на стол очищенную дешифровку сканирования. Все уставились на нее в полном изумлении.

Ниже пирамиды мезониксов была видна кристаллическая подстилающая порода. Ничего удивительного: это как раз ожидалось. Но вот чего они никак не ожидали, это того, что еще ниже был отчетливо виден искусственный объект в форме бриллианта.

– Ты же говорила, что вторая пирамида – это эхо, – в голосе Джека было раздражение.

– На тот момент это казалось мне лучшим объяснением.

Посыпались вопросы, обращенные, главным образом, к Анне. Она так крутила головой, поворачиваясь от одного к другому, что казалось, голова сейчас оторвется и покатится по полу.

– Короче, – прервал всех Грант, – ты утверждаешь, что под городом мезониксов лежит еще один атинский корабль?

– Я ничего не утверждаю, доктор Холланд. Я только представила полученные данные. И уж точно я не говорила, что корабль принадлежит тем, кого вы назвали атинами. Но корабль больше, чем тот, из Залива, и расположен прямо под городской пирамидой.

– Вряд ли это простое совпадение, – заметила Гэби.

– Думаю – нет, – сказал Джек. – Помните здание на площади и статую с подобием атинской капсулы в руке? Они знали о его присутствии и воздвигли его подобие на поверхности.

– В знак поклонения, – добавила Гэби.

– Есть чему поклоняться, – согласился Даг. – При такой-то излучаемой мощности. Они всю свою цивилизацию на нем построили.

– Готов поспорить, – заявил Джек, – что их технологии во многом основаны на изучении капсул или других артефактов с корабля.

Юджин уже давно тянул руку, как отличник с первой парты:

– Вы упускаете главное.

– Просвети нас, умник, – засмеялся Грант.

– Вы про мезониксов и ворованные технологии. А дело-то в том, что портал не ведет нас ни на какие другие планеты. Это – вход в подземный корабль!

Глава 31

Джек пребывал в совершенной растерянности. Сначала выяснилось, что инопланетный ландшафт, который они изучали с таким энтузиазмом, сформировался под крышкой купола. А теперь и вовсе оказалось, что и купол-то находится не на расстоянии световых лет, а в нескольких метрах под их ногами.

Гэби сравнивала сканы кораблей: того, что под ними, и обнаруженного в Мексиканском заливе.

– По форме они похожи, но мексиканский в два раза меньше этого. Не говоря уж о том, что мы нашли внутри.

– Доктор Бишоп, вы считаете, что они не связаны между собой?

– Не знаю, право, что и сказать, – Гэби опять посмотрела на снимки. – С виду оба похожи на гигантские бриллианты. Оба превосходят размерами любой корабль, который мы могли бы построить, и оба когда-то ударились о Землю, уничтожив на ней почти всю жизнь.

– Может, есть и другие корабли, разбросанные по Земному шару, – вставил вышедший из оцепенения Джек. – По одному на каждое масштабное вымирание.

– А меня открытие Анны скорее обнадеживает, – Грант положил руку на плечо Гэби.

– Каким образом?

– Это может означать, что то, что мы ищем, где-то здесь рядом.

– Грант прав, – сказал Джек. – Рыскать во враждебном инопланетном мире в надежде повстречать разумную форму жизни, готовую помочь человечеству, похоже, скорее, на акт отчаяния.

– Других вариантов все равно не было, – примирительно сказала Гэби.

– Трудно искать иголку в стогу сена, когда ты даже не уверен, что иголка именно то, что тебе нужно, – Джек посмотрел на часы с обратным отсчетом.

– И когда нет уверенности, что то, что ты видишь перед собой, и есть стог сена, – буркнул Юджин.

– Мне кажется, мы на верном пути, – сказала вдруг Анна. – Не могу объяснить, но у меня появилась надежда.

Все посмотрели в ее сторону. Можно было предположить, что Анна запрограммирована на то, чтобы транслировать позитивный, обнадеживающий взгляд на вещи. Но Ражеш – точно! – не учил ее сдерживать себя из опасения задеть чьи-либо чувства. Всякий имеет право выбирать очки, сквозь которые он будет смотреть на мир. Джека удивил даже не выбор Анны, а сам факт того, что она может выбирать.

Гэби неожиданно засмеялась.

– Что? – Джек отвлекся от своих мыслей.

– Зато теперь, если случится катастрофа, все на Северной Звезде могут переехать жить на корабль.

Джек засмеялся, но, тем не менее, заметил, что у него на этот счет есть сомнения.

– Да ладно! – махнул рукой Юджин. – Я видел, что вы там наснимали. Эти зверюшки нам будут только рады.

– Я бы перевезла сюда мою мать… – мечтательно сказала Гэби.

– Неизвестно, какое воздействие столкновение окажет за замкнутую экосистему. Тамошняя жизнь может тоже исчезнуть, особенно учитывая небольшой объем пространства, – предположил Грант.

– Я уже говорила, что купол имеет две мили в диаметре, – сказала Анна.

– Столкновения уже были, – заметил Джек. – Единственные жизни, которые меня интересуют, – это наши. Если придется пытаться жить на корабле, мы, конечно, попытаемся, но я как-то не верю в такую возможность.

Грант кивнул, и Гэби обратилась к нему:

– Вы согласны с Джеком?

– На Земле виды вытесняют и сменяют друг друга, – пустился в пояснения Грант. – Когда Homo sapiens вышли из Африки, они встретились с неандертальцами, дальними родственниками с общим предком. Встреча привела к тому, что неандертальцы исчезли. Этот сюжет за всю историю планеты был разыгран бесчисленное множество раз. И мы тоже – участники этой пьесы. Спросите Шекспира.

– Весь мир – театр, и люди в нем – актеры, – вспомнилось Джеку из давнего курса мировой литературы.

– Если вернуться с философических небес на землю, – прервал его Юджин, – нужно помнить, что почва там – смесь остатков растений и отмерших кремниевых клеток. Чем мы там будем питаться? И чем дышать? Регенераторы кислорода долго не протянут.

– Как бы там ни было, – подвел итог Джек, – до новых обстоятельств держим эту информацию при себе.

– Хорошо с вами, – заметила Анна, вставая, – но у меня встреча с доктором Вард.

– По какому случаю? – заинтересовался Джек.

– Мы проводим тесты в рамках ее исследования.

Джек вышел в коридор вслед за Анной. Алан Зальцбург что-то внушал доктору Янссон. При появлении Джека они замолчали.

– Все нормально? – Джек переводил взгляд с одного на другую.

– Разве вы не должны готовиться к очередному заныриванию в этот межпланетный унитаз? Желательно в одну сторону, – холодно поинтересовался Алан.

– Радостно видеть, что вы верите в успех нашей миссии.

– Я верю только в результат, – Алан повернулся к Янссон. – Не забывайте, дорогая, что время идет.

Алан отправился в свою сторону, а Джек пошел проводить Янссон до лаборатории.

– Зря вы провоцируете доктора Зальцбурга.

– Вы, как и я, прекрасно знаете, почему он тут главный.

– Пусть так, – Янссон смотрела в сторону. – Но он имеет все возможности убрать вас отсюда, если не хуже…

– В смысле: убрать по-настоящему?

– Думаете, он на это не способен? Да и кто с него в теперешней ситуации спросит? Он же может выдать любую версию за правду.

– Как-то ваши слова не улучшают моего мнения о персонаже.

– Я всегда помню о главном и вам советую.

– Спасти человечество?

– Нет. Снова увидеть мою семью.

– Вы же уехали из Рима, чтобы быть вместе с ними?

– Да, – у Янссон был виноватый вид. – Но чувство отчаяния не оставляло меня. Я приехала провести остаток дней с любимыми людьми, не понимая, что есть другой путь.

– И этот путь вам предложил Зальцбург?

– Да.

– Что это? – Джек старался не спешить с осуждением. – Деньги?

– Какой прок в деньгах? Он предложил страховку для моей семьи, самую лучшую.

– Место в бункере?

– Если мы не сумеем предотвратить апокалипсис, – сказала она не поднимая глаз.

– И что взамен?

– Практически ничего. Приехать в Гренландию и продолжить с Мией работу, как она была задумана с самого начала.

– Что значит: как она была задумана?

– Он не сказал, а я не спрашивала. Но я не хочу, чтобы моя семья вот так погибла.

– Нет, – сказал Джек. – И ради вас надеюсь, что он человек слова.

* * *

– Мне куда, доктор Вард? – спросила Анна, входя вслед за Джеком и Янссон.

Миа кивнула в сторону кабины, в которой раньше сидела одна из девочек.

– Заходи и садись.

Янссон занялась своей работой в другом конце лаборатории.

– Какой прок от Анны в генетических тестах? – спросил Джек.

– Она и другие выполняют роль контрольной группы.

– Для чего?

Она показала ему видео девочек, снятое в рентгеновском излучении.

– Обычно новые частицы наблюдаются в вакууме при столкновении известных частиц между собой. Но не в нашем случае.

– Хотите получить те же результаты с другими участниками? – Джек был впечатлен увиденным.

– Не совсем. Для начала хочу провести различие между теми, у кого есть Зальцбург и у кого нет. Может ли человек без синдрома генерировать такое же энергетическое поле, как у девочек? Людей у меня мало, но, как говорится, сколько есть.

– Уже есть какие-то результаты?

Вместо ответа Миа повернулась к монитору, который показывал Анну, и включила микрофон.

– Когда увидишь картинку, попробуй мысленно сообщить, что ты видишь.

Анна выглядела растерянной.

– Не по рации, – вмешался Джек. – Представь, что тебе надо сообщить что-то, но не словами.

– Сообщить – кому?

– Джеку, – сказала Миа. – Общайся с Джеком.

– Постараюсь.

Миа и Джек смотрели, как перед Анной мелькают картинки.

– Никаких сообщений, – сказал Джек. – У вас?

– Нет. И это хорошо: я обратилась к Анне, чтобы исключить любые электромагнитные аномалии.

– Гранта не звали? У него Зальцбург.

– Мы с Янссон зовем всех, кого можем. Даже тех, кто просто идет мимо по коридору.

– Для такой девушки, как вы, это нетрудно. Удивлен, что перед вашими дверями не толпится половина мужского персонала базы, напрашиваясь на участие в тестах.

– Вы всегда столь прямолинейны? – Миа слегка покраснела.

– Говорю, что чувствую, – Джек как раз чувствовал, что тоже краснеет. – В ваше отсутствие я все время думал о вас, беспокоился о вас. Всякий раз, как мы находили что-то интересное, я говорил себе: вот бы Миа это увидела! В спокойные минуты пытался представить себе, чем вы заняты.

– Вы очень добры.

Он грустно усмехнулся. Намек был понятен.

– Дело не в вас, – Миа смотрела на стол и даже принялась вытирать рукой его чистую поверхность. – Такая каша заварилась…

– С возвращением Олли?

Она подняла глаза, и ее взгляд полностью заменил слова.

– Объяснения ни к чему. У всех есть своя работа, и, может, к лучшему, если ничего не будет от нее отвлекать.

Прикосновение ее руки было как электрический разряд.

– Картинки кончились, – сообщила Анна из кабины. – Будем повторять?

Они оба вздрогнули, словно застигнутые за чем-то неприличным.

– Нет, – сказала Миа. – Спасибо большое за помощь.

– Как я справилась? – спросила Анна, выходя из кабины.

– Великолепно! – Джек улыбался изо всех сил. – Найди адмирала Старка и спроси, все ли готово к выходу.

– Хорошо.

– Мы провели мало тестов, – Миа старалась говорить ровным голосом, – но примерно у десяти процентов участников я обнаружила слабый намек на энергетическое поле.

– Насколько слабый?

Миа положила на стол два снимка: один Ноэми, другой – некоего морского офицера. Поле вокруг головы Ноэми выглядело как копна вьющихся африканских волос, поле офицера напоминала легкий пар над чашкой кофе.

– Немного, но что-то. А точно у него нет Зальцбурга?

– Нет. Я проверяла.

– Похоже, Зальцбург усиливает то, что уже присутствует внутри нас. Вы с Грантом говорили?

– Нет, но поговорю, когда заманю его на тест. А что?

– Покажите ему видео и спросите про морфогенетический резонанс.

– Морфогенетический что?

– Грант давно носится с одной безумной идеей, в чем-то похожей на то, что вы открыли. Только не говорите ему, что это я вас подучил, а то он мне мозг вынесет.

– Постараюсь, – засмеялась Миа.

Джек собрался было уходить, но спохватился:

– Вы были на той стороне, поэтому скажу вам: портал ведет не туда, куда мы думали.

– Что? Не на другую планету?

– Под городом находится еще один инопланетный корабль, и он в два раза больше, чем тот, что мы нашли в Заливе.

Новость потрясла Мию, что отчетливо отразилось на ее лице.

– Пусть это будет между нами. Помните, что Алан руководит Стражем, а они хотели уничтожить первый корабль.

– И нас вместе с ним…

– Я не просто не доверяю ему – но просто уверен, что ничего хорошего от него ждать не приходится.

– Полностью согласна. Но что мы можем?

– Если бы я считал, что пуля между глаз решит вопрос, – понизив голос, сказал Джек, – он бы ее уже получил. Но Страж – это многоголовая Гидра: отруби одну – появятся новые.

– Он все время пытается контролировать мою работу, – со злостью сказала Миа.

– За этим он вас сюда и привез. Я видел, как он инструктирует в коридоре доктора Янссон. Постарайтесь, чтобы он не получил того, чего добивается.

У Джека на поясе квакнула рация. Вызывал Адмирал Старк.

– Слушаю.

– Спускайтесь в лагерь, Джек, и снаряжайтесь. Команда почти готова к выходу. И вы сами понимаете – это наш последний шанс: пан или пропал.

Глава 32

29 часов, 43 минуты, 26 секунд

Лагерь Зулу кипел. Люди Юрия вскрывали деревянные ящики с оборудованием. Роботы-грузчики сновали туда-сюда, груженные под завязку припасами и снаряжением. Там были и сменные фильтры для регенераторов кислорода, и сборные элементы надувного плота. Все готовились как к последнему, решающему, сражению. В ушах Джека звучало напутствие Старка: пан или пропал.

Появился Грант, облаченный в биокостюм.

– Не знал, что вы с нами.

– Сам до последнего момента не знал, – усмехнулся Грант. – Но меня соблазнили кремниевые формы жизни. Если повезет, проведу полевые исследования.

К ним присоединились Гэби и Даг.

– Юджин струсил и остался изучать рентгеновские снимки, – насмешливо сказала Гэби. – Да и мне надо бы передохнуть от источаемого им аромата.

Джек засмеялся. Он прекрасно понимал, почему они здесь и что дело не в чьей-то личной гигиене. Просто исследователю трудно устоять перед соблазном принять участие в изучении инопланетной экосистемы, пусть даже возникшей на планете Земля в некоем замкнутом пространстве.

– Это будет опасное путешествие, – машинально сказал он, даже не рассчитывая, что кто-то его услышит.

Появились Анна и Иван в сопровождении Юрия и его инженеров.

– Иван, приятель, ты выглядишь как новый! – Грант хлопнул сумками для образцов, которые держал в каждой руке; сумки издали пустой гулкий звук.

– Спасибо, это в основном заслуга Анны.

Люди переглянулись с некоторым изумлением.

– Я установила Ивану логический и самообучающийся алгоритм, что расширило его словарь и улучшило мышление. Ты доволен изменениями, Иван?

– Очень! – голова Ивана повернулась вокруг своей оси так, чтобы его четыре красных глаза могли встретиться с глазами Анны.

Она протянула руку и пожала один палец его металлической клешни.

– Иван остался по-прежнему немногословным, – заметила Гэби.

– Таким он мне нравится, – сказал со смешком Даг. – Смотри, Анна, не преврати его в сентиментальную тряпку: его инстинкты киллера нам еще пригодятся.

– За инстинкты киллера можете не беспокоиться, – успокоил его Юрий. – В Ивана встроена программа, фильтрующая внешние вмешательств, чтобы ни один хакер не мог перехватить контроль, – Юрий провел пальцем по планшету, и Иван сразу же оттолкнул руку Анны.

– Сохраняйте дистанцию, – сказал он металлическим голосом. – Это первое и последнее предупреждение!

Следом раздался холодный звук патрона, досылаемого в патронник.

– Отлично, Юрий! – поспешно сказал Джек. – Мы поняли. Теперь отключите боеготовность № 1, пока никто не пострадал.

Юрий, после короткого колебания, вернул Ивана в его исходное дружелюбное состояние. Иван даже снова взял Анну за руку, хотя было видно, что эта шизофреническая сцена привела ее в большое недоумение.

– У твоего дружка раздвоение личности, – сказал слегка побледневший Даг.

Прибыли сержант Стоукс, капрал Керр и другие бойцы Delta.

Адмирал Старк закончил проверку оборудования и присоединился к остальным.

– Все в сборе? Начнем. Мы знаем, что фауна по ту сторону не отличается дружелюбием. Сначала предполагалось увеличить численность экспедиции, но пришлось бы заодно увеличивать объем перемещаемых припасов. Юрий и Volkov Industries предложили другое решение.

– Танк? – спросил с надеждой Даг.

– Нет, – Старк показал на иссиня-черный каркас за своей спиной. – Экзоскелет Argos. Надевается поверх биокостюма, помогает преодолевать препятствия и очень полезен в рукопашной.

– Сколько весит? – спросил Джек, осматривая изделие. Особое впечатление производили гидравлически усиленные суставы.

– Сто пятьдесят фунтов, – сообщил Юрий. – В нем вы сможете передвигаться бегом с грузом в шестьсот фунтов.

– Впечатляет, – согласился Грант.

– Это пока вы в воду не упали, – заметил Джек.

– Риск есть, – не стал скрывать Старк. – Вам придется форсировать озеро, делящее биосферу пополам. Мы полагаем, что это вода, но глубина нам не известна. У вас будет надувной плот с жестким дном достаточной грузоподъемности для вас и ваших роботов.

Джек думал было поделиться информацией о том, куда они на самом деле направляются, но сдержался. Решение держать сведения о подземном корабле в секрете было вызвано опасением относительно реакции Алана, от которого никто не ждал ничего хорошего.

– Как насчет неприветливой фауны? – поинтересовалась Гэби.

– Группа Delta снабжена подствольными гранатометами и самонаводящимися пулями.

– Самонаводящимися пулями? – переспросил Джек.

– Разрешите, Адмирал? – шагнул вперед Стоукс.

Старк кивнул.

– Как ракеты. Подсвечиваешь цель лазером, стреляешь – и свободен. Жутко дорогие, но, учитывая высокую точность, в бою расходуются сильно меньше.

– Еще какие убойные игрушки мы с собой берем? – Джек начинал думать, что они отправляются на третью мировую. Его, как ученого, смущала вся эта огневая мощь. С другой стороны, речь все же шла не о науке, а о спасении планеты.

– Есть кое-что, что вам должно понравиться, – Старк догадывался о внутренней борьбе Джека. – Сетемет TSX 220, приспособление, способное остановить крупного хищника, не убивая его. На видео атаковавшие вас, как вы их назвали, охотники имеют шесть ног. В данном случае – чем больше, тем лучше: быстрее запутаются.

– Там пауки? – Гэби сразу утратила часть своей решимости.

– Слишком велики для пауков, и ног у них мало! – Даг похлопал Гэби по плечу.

Общий смех слегка разрядил атмосферу.

– Я думал, вы останетесь лечить колено, – обратился Джек к Керру, влезавшему в экзоскелет.

– Оно как-то само прошло, – Керр с тревогой посмотрел на Джека.

– Вон тот здоровяк биолог три дня назад был тяжело, практически смертельно, ранен. Но через сутки уже бегал по базе, словно ничего не случилось.

– У меня что, болезнь Зальцбурга?

– Это не заболевание, а наличие дополнительной хромосомы. Вы проверялись?

– Нет. И не хочу.

– А следует, – Джек помог ему затянуть ремни. – Некоторые гены творят совершенные чудеса. Однако, если активируются неправильные гены, вы превратитесь в серьезную обузу.

– А ваш приятель? Он разве не может превратиться в обузу?

– Может. Но он понимает, что, если дело будет дрянь, мы вынуждены будем его бросить.

– По правде сказать, был период, когда я несколько дней лежал не в состоянии пошевелиться. Не мог даже говорить. Потом отпустило, и я почувствовал себя как никогда хорошо. Сильнее физически и яснее в мыслях. Я Стоуксу и другим не сказал, чтобы не пугать их. Но этот Зальцбург – лучшее, что со мной когда-либо случалось. Встречу инопланетян – поцелую и скажу спасибо.

Джек твердо усвоил в жизни одну вещь: за все хорошее приходится платить. Не пришло ли время человечеству платить по своим долгам?

Глава 33

25 часов, 33 минуты, 51 секунда

В инопланетной биосфере космического корабля царил туман. Видимость не превышала десяти футов. Отряд Delta рассредоточился, образовав авангард; за ними следовали ученые в компании двух роботов-грузчиков, которые довольно ловко передвигались на своих суставчатых ногах. В арьергарде шли Иван и Юрий.

Группа получилась большая, и это несколько беспокоило Джека. Он настроил аудиосенсоры таким образом, чтобы слышать и шорох листьев, и топот бегемота. В двадцати футах над головами кружил один из дронов Анны. С использованием снимков, сделанных в прошлый раз, маршрут был проложен заранее. Второй дрон летел впереди группы, оберегая ее от неприятных неожиданностей.

Гэби без остановки крутила головой.

– Какая красота, Джек! Напоминает мне осеннюю тропу в Аппалачах!

Джек смотрел на крутящиеся вокруг жгутики-огоньки.

– Скорее – что-то из книжек доктора Суса.

– Или так. Удивительно, что это всего лишь атинский корабль!..

Джек вздрогнул: он же всех просил держать эту информацию при себе.

– Корабли не похожи – вот что я хочу сказать.

Он жестом велел ей перейти на другой канал.

– Мне казалось, мы договорились держать это в секрете?

– Держать что?

Гэби явно включила дурочку, что с ней случалось, когда она попадалась на какой-нибудь обидной промашке. Она редко совершала промашки, тем обиднее, видимо, было ей признавать их.

– Мы решили скрыть от Алана существование этого корабля, потому что не знаем, что он сделает, если узнает.

– Я и не говорила ему. Клянусь.

– А болтать про это в общем канале – это что?! Я, например, совершенно не доверяю Юрию.

– Думаешь, он русский шпион? Типа, как генерал Данхэм говорил?

– Не знаю, честно говоря. Да это и неважно. Его пригласил Алан, и даже если он не работает на Алана напрямую, то наверняка ему все рассказывает.

– Извини, Джек, – сказала она с искренним сожалением. – Потеряла голову от всего увиденного.

В основном канале Даг рассказывал байку из своей жизни – как он познакомился, играя в сетевую игру в онлайне, с девицей и назначил ей свидание. Она пригласила его к себе с предложением поиграть. Он думал, ну, можно, заодно и поиграть, а она – раз – и достает из комода хлыст и наручники…

– У вас, поди, и шрамы остались! – захохотал Грант.

Они вышли на скользкий склон, похожий на тот, где Керр повредил колено. Наличие экзоскелетов позволило им преодолеть препятствие без малейших усилий.

Джек вглядывался в туман и надеялся, что Анна или ее дроны смогут загодя обнаружить опасность.

– Молодец, что нашла время помочь Мии!

– Да я с удовольствием, – Анна легко переступила через лежавший поперек их дороги ствол.

– Она объясняла смысл работы? – Джеку было интересно понять, как представляла свою роль Анна.

– Доктор Вард изучает необыкновенные возможности, появляющиеся у людей с полной хромосомой Зальцбурга. Я, по словам Доктора Вард, вхожу в контрольную группу. Это те, у кого нет Зальцбурга. Доктор Вард также передала мне генетический код 48-й хроматиды для расшифровки.

– Отлично. Но что ты чувствуешь, зная, что у тебя не может быть Зальцбурга?

– Думаете, это должно напоминать мне, что я никогда не стану человеком?

– Я опасался.

– Вы ощущаете себя человеком, доктор Грир?

Джек невольно посмотрел на свои руки-ноги, зажатые экзоскелетом.

– Иногда меньше, чем хотелось бы, но, в принципе, да. А что?

– Ну, вы как бы говорили, что, если у меня не может быть Зальцбурга, я должна себя чувствовать ущербной. Но у вас же тоже нет дополнительной хромосомы. Может быть, ваш вопрос – это проекция ваших собственных опасений?

– Шах и мат! – засмеялся Джек.

– А зачем ей? – встряла в разговор Гэби. – Она сильнее и умнее, чем любой человек, переживет нас Бог знает на сколько лет, не боится радиации. А телепатию ей успешно заменяет отличная система связи. Чего ей еще хотеть?

Душу – подумал Джек, но не решился сказать вслух.

* * *

Через тридцать минут они достигли того, что считалось озером, но оказалось, скорее, болотом. Поверхность его была подернута красной пленкой, берега усеяны стволами упавших деревьев.

– Точно нет пути в обход? – мрачно спросил Грант.

– Мы несколько раз гоняли дроны туда-сюда: вода лежит от одной стенки купола до другой, – сказал Стоукс. – Биокостюмы водонепроницаемы, но экзоскелеты утащат нас на дно.

Начали собирать плот.

– Там же никто не живет? – с надеждой спросил Даг.

– Нет, конечно! – ответил Джек наугад. – Давайте, помогайте.

В надутом виде плавсредство выглядело не больше, чем плот Гекльберри Финна.

– С учетом Ивана… – задумчиво сказал Джек.

– Мой вес – двести килограммов, – сообщил Иван.

– Четыреста пятьдесят фунтов, – перевел Даг. – Юрий, чем вы его кормите?

– Не понял? – красные глаза Ивана замигали, отражая работу процессора.

– Называется шутка! – Анна хлопнула робота по звонкой спине. – Сама все время мучаюсь. Я потом напишу тебе программу, чтобы хоть как-то различать, что люди говорят взаправду, а что нет. Иногда по голосу и чертам лица можно понять, когда они шутят.

– В данном случае – даже не смешно, – сказал Юрий.

– Хватит болтовни! – оборвал их Стоукс, раздавая телескопические весла Гранту, Дагу, Диасу и Конрою.

Иван первый вкатился на плот. Джек со страхом ждал, что его тяжелые трэки проломят пол и робот утонет. Но плот выдержал. Следом взошли Анна, Гэби и гребцы. Оставшиеся оттолкнули плот от берега и запрыгнули на него в последний момент.

– Чувствую себя Ганнибалом, форсирующим Рону, – Грант налег на весло.

– Будем надеяться, у нас получится лучше, чем у Ганнибала, – заметил Стоукс, изучая противоположный берег.

– Вижу движение, – сообщила Анна, когда они прошли четверть из тех ста ярдов, что отделяли их от другого берега.

– Где?! – Джеку хотелось верить, что на покинутом ими берегу.

Анна передала картинку: в тридцати футах по левому борту в их направлении шла волна. Но проблема явно была не в волне, а в том, что ее вызывало.

Глава 34

Сразу же после взрыва ракеты Олли перевез всю группу на новую конспиративную квартиру на западном побережье Флориды к югу от города Тампа. Полиция, конечно, найдет лодку и начнет прочесывать регион. Бунгало на Sisson Road не избежит внимания властей, но к тому времени, когда выяснится, что якобы жившая там семейная пара – ненастоящая, будет уже поздно.

Их новый дом представлял собой модный двухэтажный особняк с пальмами и морской гладью почти у порога. Он был столь прекрасен, что Кей невольно захотелось поселиться здесь навсегда.

Но покой и мерный шум прибоя были не в состоянии помочь ей закончить начатый текст для ее блога. Планировалось дать подробный отчет об операции в Космическом центре Кеннеди, не выдавая того факта, что автор сам принимал в ней непосредственное участие. Приходилось как-то изворачиваться, Кей пыталась вжиться в роль репортера, сопровождавшего группу бойцов сопротивления.

Получалось плохо. Она любовалась роскошным видом, открывавшимся с балкона, и впервые в жизни не находила нужных слов для своего текста.

На балконе появился Олли в купальных трусах и с двумя бутылками пива, одну из которых он протянул Кей, прежде чем усесться в плетеное кресло рядом и подставить лицо солнцу.

– Мне знаком этот взгляд, – сообщил он неожиданно.

Глаза Олли были обращены к волнам, но Кей казалось, что он видит ее насквозь.

– Не пишется, – пожаловалась Кей.

– Вижу, но я не об этом.

– А о чем?

– Ты сделала то, что должна была сделать. Как я с Сандуски. Выяснилось, что у чувака была любящая жена и двое детей. Не могу сказать, что мне плевать, потому что мне не плевать, но я научился выключать такие вещи в своей голове, – он покрутил пальцами у виска, будто поворачивая ручку приемника.

Кей хотела ответить, но Олли опять заговорил.

– Тебе предстоит научиться расставлять приоритеты.

– В каком смысле?

– Вот представь: в отделение скорой помощи привозят четверых. Все в тяжелом состоянии. С кого доктор должен начать?

– Не знаю. С самого тяжелого?

– Может быть. Но остальные трое за это время могут умереть.

– В таком раскладе, наверное, и не предполагается, что доктор спасет всех.

– И я об этом, – Олли отпил из бутылки. – Чтобы спасти хоть кого-то, приходится делать выбор. Научись делать выбор и принимать последствия.

К ним присоединилась Армони с зонтиком от солнца, но вместо того, чтобы раскрыть его, она положила зонтик на пол.

– После Зальцбурга у меня пропала аллергия на солнечный свет.

– По правде говоря, когда я впервые увидел ее, – Олли ткнул пальцем в Армони, – я был уверен, что она – вампир.

Улыбка, появившаяся на губах Армони, быстро исчезла. Кей видела, что та чем-то озабочена.

– Что известно про Мию? – спросил Олли больше с тревогой, чем с надеждой.

– Ничего пока, но я работаю. После Рима ее следы пропадают. Да и в каналах коммуникаций Стража только и разговоров, что про взорванную нами ракету.

– Рыдают, поди, как дети в обкаканных пеленках, – засмеялся Олли.

– Хм. Не совсем.

– Что ты хочешь сказать?

– Группу, которая должна была взорвать ракету на авиабазе Ванденберг, перехватили.

– Вторая ракета была запущена? – уточнил побледневший Олли.

Армони кивнула.

Олли потерял дар речи.

– Корабль разрушен? – приняла эстафету Кей.

– По первым отчетам – да. Жду подтверждения.

Армони ушла в дом. Олли жадно глотал пиво.

Какое-то время Кей вдыхала легкий соленый бриз и думала, что дальше…

– Тоскливо без нее?

– С чего ты взяла? – Олли сделал еще глоток.

– Я потеряла любимого человека и знаю, каково это. У вас хотя бы есть надежда ее найти.

– Может быть. Но у меня есть еще одно дельце.

– Вы ее очень любите, – Кей обошлась без вопросительной интонации.

– Да. Только может ли она любить меня, после всего, что я натворил.

Вопреки профессиональной привычке Кей не стала выспрашивать подробности.

– Уверена, что может, – Кей помолчала и продолжила: – Жаль, что с ракетами получилось не так, как мы рассчитывали. Но я свои обязательства выполнила. Теперь ваша очередь.

Глава 35

В лаборатории Северной Звезды Миа застала Юджина, буквально упиравшегося лбом в монитор электронного микроскопа.

– Не мешаю?

– Привет, Миа, – Юджин сдвинул очки на лоб. – Пытаюсь кое-что для себя прояснить.

– Я и не знала, что у вас проблемы с зрением.

– Плата за излишнюю любовь к телевизору, – засмеялся Юджин. – Мама мне все время твердила: не сиди слишком близко – ослепнешь. Жаль, что я ее не слушал.

– Не буду вас отвлекать. Гранта не видели?

– Они с Гэби присоединились к Джеку и ушли в портал.

– А вы что же?

– После боев с израильтянами я что-то потерял вкус к опасным приключениям, – Юджин усмехнулся, поглядел в сторону и зевнул, прикрыв рот рукой.

– Можно понять, – сказала Миа и тоже зевнула. – Джек предложил мне поговорить с Грантом о моих исследованиях и упомянул что-то морфогенетическое.

– Поля или резонанс. Да. Грант с этим носится. Окажетесь с ним в замкнутом пространстве – и скоро станете специалистом в этом вопросе.

– А вы что можете сказать?

– Ну, в двух словах: ум не является результатом деятельности мозга в той форме, как нас учили. Грант считает, что ум функционирует отдельно от мозга, который выступает исключительно в роли радиоприемника для наших мыслей. Звучит довольно просто, но из этого следует куча далеко идущих выводов. Например, восприятие не есть пассивное событие, типа, свет падает на сетчатую оболочку глаз и т. д.; оно есть результат того, что ваш ум сам устремляется к воспринимаемому объекту и как бы прикасается к нему. Что, по мнению Гранта, объясняет, почему мы порой испытываем странное чувство, когда кто-то пялится на нас. Он также считает, что так можно объяснить такой феномен, как телепатия… – Юджин остановился и спросил с тревогой: – С вами все в порядке? Не бойтесь: я нормальный. Я только пересказываю бредовые идеи Гранта.

– Тут нет ничего бредового. Я нашла подтверждение этой теории в моем собственном эксперименте. Визуальные искажения вокруг голов девочек-близняшек с Зальцбургом. Их умы словно слились в искаженном поле во время эксперимента с телепатической связью. Поля существуют. Я не могу объяснить их природу, но они есть.

– Думаю, я могу, – неожиданно спокойно сказал Юджин. – Изучая портал, мы с Гэби нашли частицу, относящуюся к темной энергии, так называемый хамелеон, – Юджин подумал и решил начать сначала. – Значит так. Видимая и осязаемая нами материя – это лишь пять процентов состава Вселенной. Остальная часть на семьдесят процентов состоит из темной энергии. Она везде, она заставляет галактики разлетаться в разные стороны с возрастающей скоростью. Очевидно, умы близняшек используют темное энергетическое поле для общения.

– Может, и так. Но что проку, если мы не понимаем, как они это делают?!

– Проще простого, – Юджин поднял палец. – Квантовая запутанность.

– Ээээ?

– Квантовая теория сложна и парадоксальна. Постараюсь на пальцах. Частицы существуют в состоянии вращения – спина – или квантовом состоянии. Когда две одновременно возникшие частицы разделяют одно смешанное состояние, они называются запутанными. Спин вращения индивидуальной частицы может быть любым, но смешанные спины двух запутанных частиц имеют жесткую привязку. Квантовый мир является миром бесконечных вероятностей, поэтому считается, что каждой частице присущи одновременно все виды спинов; но, как только частица становится наблюдаема, все спины коллапсируют в одно значение.

– Минутку. Вы говорите, частицы коллапсируют, только когда наблюдаемы?

– Да. Звучит слегка безумно, но это так. Феномен был открыт в ходе эксперимента на двух щелях, и все с тех пор находятся в некотором недоумении. Добро пожаловать в волшебный мир квантовой теории.

– Это, скорее, подтверждает мои открытия.

– В смысле – на субатомном уровне наш ум преодолевает пространство и вступает в контакт с наблюдаемым объектом?

Миа с чувством закивала.

– Похоже, что так. Но тут как раз начинается самое интересное. Эйнштейн называл квантовую запутанность жутким дальнодействием. Дело в том, что эти запутанные частицы при наблюдении коллапсируют в одно и то же состояние независимо от того, на каком расстоянии они находятся друг от друга. Эйнштейну это, вероятно, не нравилось, потому что противоречит концепции скорости света, изложенной в его теории относительности.

– То есть наше сознание, – Миа пыталась собрать вместе рассыпанные элементы картины, – оперирует в поле темной энергии (которое Грант называет морфогенетическим) посредством частиц темной энергии, называемых хамелеонами. То, что отличает девочек-близняшек от прочих нас, – это их способность использовать запутанные частицы для коммуникации между собой.

– Ну да. Вообще феномен сознания до сих пор вызывает дискуссии в научном сообществе. Грубо говоря, если мы есть некая связанная группа атомов, как камень, как звезда, и у нас есть сознание, то почему мы думаем, что у них его нет?

Миа вздохнула и плюхнулась в ближайшее кресло с чувством невероятного облегчения. Может быть, она торопила события, но ей казалось, она начала понимать механизм того, что представлялось невероятным. Некоторые явления называют паранормальными, но боги и духи тут ни при чем. Просто людям бывает нужно дать объяснение необъяснимому. Это еще называют Бог белых пятен.

– Раз уж вы здесь, – сказал, улыбаясь, Юджин, – посмотрите сюда, – он показал на экран монитора, на котором была видна клетка летающей инопланетной твари. – Вам, как генетику, может быть виднее, как эти клетки функционируют. Мы знаем, что они не на углеродной основе.

Инопланетная клетка имела мембрану с цитоплазмой, как и земные клетки. В центре был виден овальный объект, казавшийся подозрительно знакомым.

– Можно увеличить?

Юджин увеличил. В углеродных формах жизни ДНК в основном концентрировалась в ядрах. В данном случае внешняя оболочка объекта казалась жесткой, почти синтетической. Миа вспомнила, что обнаружила Янссон в клетках людей с Зальцбургом.

Янссон обнаружила, что погружение клетки в раствор, содержащий ГМО, побуждает овальный объект активировать нечто вроде системы CRISPR, которая вводит ген-сборщик HISR в ядро клетки. Ранее Миа открыла, что этот ген HISR присутствует в спящем состоянии у тридцати процентов населения планеты, ожидая сигнала от ГМО. При поступлении такого сигнала ген-сборщик из сегментов мусорной ДНК начинает строить основу хромосомы Зальцбурга.

Как так получилось, что инопланетная клетка содержит объект, невероятно похожий на тот, что содержится в клетках людей с Зальцбургом? Более того, почему оба этих объекта выглядят так, будто имеют искусственное происхождение?

Глава 36

Те, кто не был на веслах, приготовили оружие.

– Не останавливайтесь! – крикнул Стоукс гребцам.

Волна ударилась о борт плота, обдав их водой и красными водорослями.

– Где она?! – спросил Джек.

– Похоже, прошла под плотом, – в голосе Анны слышалась тревога.

Вода успокоилась. Все были на взводе, особенно гребцы. Грант и Даг по левому борту стряхивали с себя водоросли. На правом борту у Конроя и Диаса руки чесались поменять весла на лежавшие рядом винтовки M4. Плот медленно двигался вперед.

Джек начал было надеяться, что атаковавшая их тварь передумала, но в этот момент из воды высунулось длинное веретенообразное подобие руки, темную кожу которой покрывали красные и зеленые пятна – идеальный камуфляж для мутных вод. Веретено заканчивалось острием, как у копья, и это острие было направлено в грудь Конрою. Боец поднырнул под копье и схватил винтовку. Три пули с лазерной наводкой попали точно в торчавшую из-под воды руку, несмотря на то, что она была довольно тонкой. Остальные тоже открыли огонь, рука словно взорвалась и переломилась пополам.

Крик с кормы заставил всех оглянуться.

– Оно схватило Диаса, – кричал Керр.

Десятидюймовое острие торчало из спины Диаса. Вторая рука подняла кричавшего и пытавшегося ударить ее ножом бойца вверх и, несмотря на плотный огонь, утащила его под воду.

– Черт! Черт! Черт! – повторял Даг, выпучив глаза.

– Разворачиваемся и плывем обратно! – дрожащим голосом воскликнула Гэби.

– Теперь уже поздно, – мрачно сказал Джек. – Я предупреждал тебя: это не пикник.

– Очень даже пикник, только меню – это мы.

Группа стояла в центре плота и напряженно вглядывалась в воду.

– Стоукс! – наконец сказал Джек, – надо двигаться дальше! Если эта дрянь вернется и пробьет плот, нам конец. Стоукс! – крикнул он еще раз, и сержант словно очнулся.

– Да, вы правы.

Весло Диаса лежало в воде в трех футах от плота. Стоукс взял весло Конроя и потянулся за ним.

– При малейшем движении в воде – открывайте огонь! – распорядился сержант.

Бойцы подняли свои винтовки.

– Мне кажется, это неразумно, – сказала тихо Анна, обращаясь к Ивану. Тот только пожал массивными плечами.

Стоукс подтянул весло, свесился через борт, достал его и занял опустевшее место Диаса на корме.

Плот снова пришел в движение, все медленно отходили от пережитого кошмара. Жалость к Диасу смешивалась с чувством облегчения от того, что водная тварь, похоже, оставила их в покое.

* * *

Причалив, они оттащили плот подальше от воды.

– Нам туда! – Джек махнул рукой.

– Всем быть начеку! – скомандовал Стоукс, хотя все и так были предельно собранны.

Идти им предстояло через густой кустарник. Джек и Стоукс шли первыми, рубя ветки пятнадцатидюймовыми мачете. Экзоскелеты не только облегчали ходьбу, но и наделяли руки механической мощью.

– Доктор Грир, остановитесь на минутку!

Джек и Стоукс остановились. Оба не чувствовали ни малейшей усталости.

– Ты что-то обнаружила?!

– Мне кажется, да, – Анна отправила всем изображение, выделив красным заинтересовавшее ее место.

– Еще одно строение, – сказала Гэби.

– Только маленькое, – добавил Даг. – Почти незаметное.

– Ярдов пятьдесят отсюда. Крюк небольшой, – Джек посмотрел на Стоукса.

– Хорошо, – согласился сержант и повернул в ту сторону.

Туман рассеялся, и видимость заметно повысилась, позволив им слегка расслабиться. Вскоре они вышли к приземистой конструкции, почти полностью укрытой растительностью. На крыше росло огромное желтое дерево футов в сто высотой, его корни змеились по стенам и уходили в землю у подножия. Высокий арочный вход был занавешен свисавшим мхом. Джек зажег фонарь и шагнул внутрь, держа винтовку перед собой.

Пологий пандус вел в необыкновенно просторное помещение. Природа, даже в темноте, брала свое: все свободные пространства были покрыты тем или иным видом растительности. Высокий потолок позволил деревьям подняться футов на тридцать. Под ногами среди побегов дикого винограда и отростков корней Джек сумел различить тусклый блеск металлического пола. На стенах на разной высоте мигали слабые голубые огоньки, в потолке виднелось нечто, напоминавшее сопло большой энергетической установки. Это мог быть выпускной клапан, например, или ствол серьезной лазерной установки, но почему он был направлен в пол?

Грант обнаружил что-то прямо под устройством на потолке. Он оборвал лозу, под которой скрывался пьедестал, несший на себе подобие шара. Синие огоньки загорались вокруг объекта всякий раз, как Грант протягивал к нему руки.

– Доктор Холланд, – Стоукс старался говорить вежливо, – можно вас попросить ничего здесь не трогать?! Мы уже потеряли двух человек, и я бы не хотел, чтобы вы были следующим!

– Давайте я попробую, – предложила Анна. – Люди будут в безопасности.

Джек хотел возразить, но она уже оттеснила Гранта и рассматривала основание, на котором играли огоньки. Затем Анна выпрямилась и положила руку на гладкую поверхность шара.

Ничего не произошло. Грант тоже положил обе руки на шар, и помещение озарилось ярким голубым светом. На короткое мгновение они увидели, что вокруг них вращается космическая структура: то ли Солнечная система, то ли Галактика. Затем видение задрожало и исчезло.

– Что это было? – воскликнул Даг, стоявший в дальнем конце помещения.

– Звездная карта, я полагаю, – Джек закрыл глаза, пытаясь удержать в уме только что увиденное.

Глава 37

К удивлению Кей, ее блог, названный Американским Вестником (в честь Бостонского Вестника — первой регулярной газеты в Северной Америке), набрал пять тысяч фоловеров после первой же публикации. Второй пост, посвященный событиям в Космическом центре Кеннеди, прочитали более миллиона человек, чего обычно не бывает с простыми новостными блогами. Закрытие ведущих СМИ или превращение их в инструмент правительственной пропаганды заставили читающую публику обратиться к независимым источникам в поисках объективной информации.

В своем блоге Кей пересказала собственную статью про зловещую деятельность Стража вплоть до заговора с целью ликвидации президента Тейлора и замещения его министром обороны Майерсом. То, что она стала членом движения сопротивления, крайне затрудняло связь с ее информаторами. О телефоне не могло быть и речи: эти чертовы штучки, как говорил Олли, не более чем средства слежения.

Своим успехом Кей во многом была обязана Армони, которая, во-первых, успешно пресекала попытки правительственных органов блокировать ее блог, а во-вторых, придумала такую гениальную вещь, как сервис сообщений ICE (Input Character Emulation – эмуляция вводимых символов), обеспечивший Кей взаимодействие со всеми существовавшими платформами обмена информацией без риска быть обнаруженной. Кей была уверена, что, если бы не плачевное положение дел во всем мире, сервис ICE превратил бы Армони в миллиардершу.

Сейчас Кей готовила публикацию о лагерях для интернированных лиц, само существование которых правительство тщательно скрывало. Она уже располагала тайно сделанными и переданными на волю фотографиями, с которых на мир глядели полные отчаяния глаза заключенных. Постройки на территории лагерей и форма охранников были другими, но дух Освенцима и Дахау ощущался безошибочно.

Просматривая снимки, Кей особенно внимательно разглядывала групповые фотографии в надежде обнаружить знакомых или какое-нибудь свидетельство того, что ее родители живы. Армони нашла их имена в списках лиц, подлежавших аресту и интернированию, – значит они должны были находиться в одном из тринадцати лагерей, рассыпанных по восточному побережью. Где они были? И были ли живы вообще? Эти вопросы ни на минуту не оставляли в покое измученный ум Кей. Ее мысли были прерваны поступившим новым сообщением. Ей писал специальный агент Рамирес.

Это ты, Кей, или кто-то под твоим именем?

Это я.

Скажи что-нибудь, что только Кей знает.

Ты во время секса кричишь «Кто твой папочка?»

Черт, тебе все было слышно?

Ты встречался с моей соседкой по комнате, чего ты хочешь? Читал мою статью про саботаж?

Читал. Бюро создало группу по поиску участников. Ты приводишь детали, которые только они могли знать. Я бы спросил тебя, от кого ты все это узнала, но ведь ты не скажешь.

Догадливый мальчик! Я сейчас пишу про концентрационные лагеря. Они их называют по-другому, но все сразу поймут, о чем речь.

Я слышал о них.

Слышать – одно. У меня есть фотографии и подтвержденные свидетельские показания. Есть копия официального списка людей, подлежащих аресту, и в нем – мои родители.

Вот дерьмо!

Кроме того, я знаю, почему их расположили на низких местах непосредственно у побережья. Меня беспокоит только то, что сама чудовищность планов Стража такова, что в них трудно поверить. Теперь о другом: атинский корабль разрушен и армагеддон отменяется, да?

Вот отчасти поэтому я и вышел на связь.

Говори!

Ракета с базы Ванденберг попала в корабль, это – правда. Рассказы правительства о том, что он уничтожен, – нет.

Черт! Я получила несколько сообщений от приятелей из Европейского космического агентства о том, что корабль пережил атаку, только не хотела в это верить.

Это так. Еще одна вещь: президента Тейлора отключили от системы жизнеобеспечения.

О Боже! Кто принял решение?

Приказал Майерс, но он утверждает, что решение приняла бывшая Первая леди.

О нет!

Майерс также распорядился ускорить исполнение смертного приговора членам кабинета, обвиненным в заговоре. Теперь он – полновластный хозяин страны.

Кей чувствовала, что теряет связь с реальностью: слишком много на нее обрушилось за один раз. Страж окончательно захватил власть. Корабль Судного дня продолжает свой фатальный полет. Человечество можно вносить в список вымирающих видов.

Глава 38

18 часов, 22 минуты, 57 секунд

Джек стоял возле пьедестала и пытался снова запустить погасшую проекцию, Грант в это время ловил светящийся жгутик-огонек и, поймав, устремился к микроскопу, установленному на походном столе.

Стоукс и его люди продолжали осматривать помещение, чтобы убедиться, что в нем не прячется какая-нибудь агрессивная тварь.

Анна объясняла Ивану про юмор, а Юрий потерянно наблюдал за ними, как одинокий парнишка, явившийся на студенческую гулянку без подружки.

– Не получается, – Даг гладил округлую поверхность, как игрок в кегли оглаживает шар перед броском. – Только Грант смог. Видимо, я не принадлежу к избранным.

– Жаль, – заметил Джек. – А то мы могли бы что-нибудь узнать новое.

– Заметили, что этот корабль не только вдвое больше, чем тот другой, но и более технологически продвинутый? – спросил Даг.

– Я тоже так думаю, – согласился Джек, взглянув на присоединившуюся к ним Гэби.

– Одни только энергоресурсы для такого корабля… – размышлял вслух Даг. – Хотя тот тоже был немаленький.

– Я вижу, куда вы клоните. Корабль в Заливе истребил динозавров и цветущую цивилизацию мезониксов, возникшую поверх этого здешнего корабля. То есть этот корабль врезался в Землю задолго до…

– Двести пятьдесят миллионов лет назад произошло Пермское вымирание, – предположил Даг.

– Если периодические вымирания привязывать к инопланетным кораблям, то были и более ранние, – вступила в разговор Гэби.

– Кембрийский взрыв? – оживился Джек.

– Пятьсот сорок миллионов лет назад, – Даг покачал с сомнением головой.

– Большой срок, – сказала Гэби. – Но вот что интересно: как так получается, что более старый корабль одновременно является более совершенным?

Все задумались.

– Перемещение во времени? – Даг, как всегда, из всех ответов выбирал самый безумный.

– Поскольку форма кораблей схожа, мы решили, что это тоже атинский корабль, – рассуждал Джек. – Или дело рук родственной им цивилизации. Но ты считаешь, что они вообще могут не иметь никакого отношения друг к другу.

Гэби кивнула в знак согласия.

– У меня ум за разум заходит, – пожаловался Даг.

Джек засмеялся. Он чувствовал, что они близки к разгадке. Еще чуть-чуть и все элементы пазла встанут на место.

– Да забодай меня комар! – вдруг воскликнул Грант на своем безупречном британском.

– Еще один жучок в коллекцию? – вежливо просил Джек, собираясь предложить здесь уже заканчивать и идти дальше к основному строению.

– Мы совершенно неверно себе представляли этих чудесных созданий, – поспешно сообщил Грант, пока собравшиеся не начали расходиться.

– Что узнали, доктор Холланд? – Анна подошла поближе.

Джек подумал, что для здешних созданий определение чудесные плохо подходит, учитывая, что одно из них сожрало Петерсона, а другое проткнуло насквозь и утащило под воду Диаса.

– Они не животные, – спешил объяснить Грант. – Не в том смысле, который мы вкладываем в это слово. Помните те первые образцы в лаборатории?

– У них отсутствовала ДНК, – сказал Джек.

– И они были не на углеродной основе, – добавил Даг.

– Да, – Грант встал и заходил взад-вперед. – У них было совершенно другое молекулярное строение. Первый случай встречи с жизнью на основе кремния, да? Так вот: я был неправ. Миллионы и миллиарды кирпичиков, из которых состоят эти существа, – это не клетки. Это – высокотехнологичные самовоспроизводящиеся нанороботы.

– Еще раз? – у Джека буквально отвисла челюсть.

– Мельчайшие, с молекулу размером, роботы, запрограммированные на выполнение определенных задач. В частности, на самовоспроизводство. Механизм включается, когда такое существо съедает что-то из окружающей среды. Понимаете? Это прекрасно сбалансированная экосистема, населенная в основном роботами.

– То есть, – уточнила Гэби, – нанороботы получают энергию от окружающей среды и используют еду как молекулярный материал для воспроизводства самих себя?

– Именно, – подтвердил Грант. – Что предполагает наличие какой-то связи между ними: они же должны знать назначение тех клеток, которыми они становятся. У людей эту роль выполняет ДНК, здесь возможен другой механизм.

– Возможно, они более вариативны, – предположил Джек.

– В смысле?

– Ну, не знаю… Например, наноробот, запрограммированный быть ногтем на ноге, получает указание стать клеткой эпидермиса. Такие… суперстволовые клетки. Я еще в первый раз заметил, что почва слега светится. Если это отработанные наноклетки, может, они используют что-то вроде биофотоники…

– Доктор Холланд, – заинтересовалась Анна, – если наноклетки все время себя воспроизводят, что происходит с теми, у кого это получается лучше всего?

– Они могут сильно вырасти, – слова Гранта все поняли одинаково.

– Так вот как бегемот вырос таким большим!.. – подвел итог Джек.

Стоукс помахал винтовкой.

– Нанороботы или кто бы там ни был, предлагаю двигаться, пока не стемнело.

Глава 39

На поверхности солнце или то, что его изображало, клонилось к закату. Но не сумерки смущали группу.

– Ты говорил, нам на восток?! – Стоукс почти кричал на Керра.

– Смотрите, сержант, – Керр ткнул пальцем в карту воздушной съемки, по которой они ориентировались. – Тут нет ни севера, ни юга, ни востока, ни запада. Я только и могу сказать, что в ту сторону или в эту.

– Заблудились? – спросил Даг, разглядывая густые заросли перед собой.

– Дайте посмотреть, – Джек взял распечатку. Дроны по-прежнему кружили над их головами, но проблема была в том, чтобы определить ориентир на местности. – Так. В трехстах ярдах слева от основного строения виден холм. Здесь знакомое болото. Похоже, мы двигаемся в обратном направлении. – Джек повернулся вокруг своей оси на сто восемьдесят градусов и вытянул руку. – Нам туда.

В этот момент земля задрожала под их ногами (сам звук и характер этого сотрясения были памятны всем). Джек и Стоукс переглянулись.

– Скажите мне, что это не то, что я думаю! – воскликнул Грант.

Звук стал громче.

– Бегемот! – прошептал Даг.

– Ладно! – Стоукс устремился в указанном направлении. – Надеюсь, вы правы.

Они продолжили прорубаться сквозь заросли, но тот, кто шел за ними, нагонял их.

– Не уйти… – выдохнула Гэби.

– Спокойно, – Джек встал за ее спиной. – Доверь ходьбу экзоскелету.

– Ходьбу?! Я хочу полететь!

– Что ему от нас надо?! – Даг спешил как мог. – Что мы вообще ему сделали?!

– Защита территории, – предположил Грант, а может, это не он, а она, и у нее течка.

– Обнадежил, – отозвался Джек. – Давайте теории – на потом!

У них за спиной деревья гнулись и ломались, как под крылом мощного шторма.

– Вижу вход! – крикнул Стоукс с заметным облегчением.

Иван шел сзади, прикрывая отход. Его торс мерно поворачивался слева направо. За ним, перебирая тонкими поршневыми ногами, шагали роботы-грузчики.

Джек тоже увидел вход и в этот момент не удержался и посмотрел назад. Их преследователь был ростом в половину самого высокого дерева в джунглях. Тело на толстых круглых ногах напоминало картофелину и тряслось при ходьбе, но было заметно, что под его серой шкурой перекатываются крупные мышцы. Над торсом возвышалась шаровидная голова без шеи с множеством сиявших серебром глаз. Но самое сильное впечатление производила широкая разверстая пасть, полная острых и жадных зубов. Из середины груди торчала единственная трехпалая рука, которая схватила ближайшего робота и отправила его в пасть. Мощным челюстям потребовалось несколько секунд, чтобы разжевать механическое существо, и вот уже следующий робот беспомощно болтал в воздухе тонкими ногами. Иван, отделявший беглецов от преследователя, стрелял непрерывно.

– В пасть! – кричал ему по рации Джек. – Стреляй в пасть!

Траки Ивана гудели на склоне, трассирующие пули летели в глаза и морду зверя. Бегемот наклонил голову, выставив крепкий лоб. От входа их отделяло футов пятнадцать, Стоукс и Керр вели огонь, стоя на одном колене. Гигантская рука вытянулась в третий раз; Иван, попавший в железные тиски, продолжал стрелять, пока не исчез в пасти чудовища.

У самого входа Джек обернулся и увидел, что бегемот прекратил преследование и уходит в джунгли. Джек посмотрел ему вслед с острой тоской: Иван был невероятно тупой, но верный служака и неоднократно спасал их жизни. Кроме того, Джек понимал, как огорчится Анна, и ему ужасно не хотелось быть тем, кто расскажет ей о случившемся.

Глава 40

– Какого черта?! – кричала Миа, сжимая кулаки и не веря своим глазам. Она стояла в дверях лаборатории и смотрела, как подручные Алана переворачивают все вверх дном. Содержимое шкафов и ящиков лежало на полу, распечатки материалов по изучению девочек-близняшек, аккуратно собранные ею в папки, были разбросаны по всей комнате.

В центре этой разрухи в ее кресле и за ее компьютером сидел Алан и не спеша, как свои собственные, просматривал ее файлы. Он поднял на Мию глаза и, неодобрительно цыкнув, замахал указательным пальцем.

– Ай-яй-яй, Миа! Какая плохая девочка! Скрывать информацию от своего шефа! Как нехорошо! – он поднялся с кресла и прошелся по лаборатории, наступая на разбросанные бумаги. – Не забывай, дорогуша, что я тоже был когда-то исследователем. Уж не говоря о том, что это я вывел тебя в люди. Я первый понял твои возможности и безумную жажду открытий. Мне оставалось только снабдить тебя средствами и немного подтолкнуть. Простому человеку трудно понять таких людей, как мы … то чувство, которое испытываешь, зная, что стоишь на пороге большого прорыва, как будто нагоняешь дичь по свежему следу, – Алан потянул носом. – В этом есть что-то первобытное. Пойми меня правильно, я всегда верил в твой талант, несмотря на твою вечную неуверенность в себе, – Алан говорил не с ней, а куда-то в пространство. – Но, по правде говоря, не ожидал, что твои достижения превзойдут мои самые смелые ожидания. Так вот: о вранье. Помнишь историю Синей Бороды? Он положил к ногам жены все, чего она могла только пожелать, но – с одним условием: никогда не заглядывать в комнату в подземелье. Нужно было лишь соблюдать одно маленькое, нетрудное правило – и жизнь ее могла бы быть сплошным счастливым праздником. Какое-то время ей удавалось глушить тихий шепоток, предлагавший взять ключ и посмотреть. Только глянуть одним глазком – никто и знать не будет. Но шепот не умолкал и становился все громче, и она сдалась и сделала то единственное, что ее просили не делать!

Алан остановился перед ней, глаза его горели, ноздри раздувались. Она опять увидела тот проклятый гостиничный номер и себя в нем – беспомощно взирающую на его демоническое лицо. Упершись спиной в стену для надежности, Миа собирала силы для отпора.

– Немедленно убирайся из моей лаборатории! – Миа бросилась на него, подняв кулаки, но два охранника быстро схватили ее за руки.

Алан не обратил на ее порыв ни малейшего внимания. Рассеянной рукой он поднял какие-то распечатки и посмотрел в них невнимательным взглядом.

– Когда я впервые столкнулся с 47-й хроматидой, я решил, что это нечто вроде свалки для мусорных генов. Остроумный способ избавиться от ненужного. А потом открылись эти странности в ДНК, выходящие за обычное распределение оснований ACGT. Но только с появлением 48-й хроматиды я догадался, что за чудо у нас в руках. Первые гены: повышение костной массы, устойчивость к радиации – все это для бедных. Последние два – вот что интересно! Контакт между умами, побеждающий время и пространство, – это круто, это поэтично! Но вершина всего – это, конечно, MRE11! Ген, исправляющий ошибки в ДНК настолько эффективно, что он может увеличить твою жизнь в пять раз!!! – глаза Алана начали терять свой безумный блеск.

– При всем твоем уме ты всегда упускала крупный план. Черт с ними, с кораблями-камикадзе! Поверь, тут нечего опасаться, хоть твой дружок Олли никак не уймется. Он тут взорвал мою ракетную установку. Я тебе про это говорю, потому что ты все равно узнаешь. Но у меня всегда есть запасной план, дополнительный козырь в рукаве. И не научные прорывы меня занимают. Дело в том, что мы стоим на пороге биологической революции, и в этой революции ты и я – проигравшие!

Миа начинала понимать, к чему он клонит.

– Вымирание человека как вида?! Чушь! Речь идет об исчезновении Homo sapiens 1.0. То есть тех, у кого нет Зальцбурга. Я тоже не сразу это понял, не буду врать. Но потом меня словно ударило – бац! – он хлопнул себя ладонью по лбу. – Сперва я хотел узнать, что из себя представляет этот синдром и что в нем закодировано. Потом, не добившись своего, я хотел его уничтожить. А теперь, с твоей помощью, я прозрел: носители Зальцбурга практически во всем умнее и сильнее нас! Судный день или нет, в ближайшие века они вытеснят нас, как мы вытеснили неандертальцев. Мы не можем их победить, поэтому я хочу стать одним из них! – он взмахнул бумагами в руке, словно шпагой. – И ты, моя дорогая, используешь все свои знания, чтобы это произошло!

– Ты сумасшедший! – Миа слабо пыталась освободиться от державших ее рук.

– Я знаю, ты любишь этих девочек почти как свою дочь. Не будешь слушаться – они погибнут первыми, и ты будешь смотреть, как они умирают!

– Я думала, ты просто скотина, а ты – чудовище…

– Простое желание выжить, – сказал он спокойно. – Такими нас создали те существа, которых ты почитаешь богами.

– Ты не понимаешь: я могу ввести тебе необходимые клетки, но хромосома Зальцбурга не построится без взрывных волн атинского корабля, а ты его уничтожил.

– На этот счет не беспокойся. Мои русские друзья осматривают все известные кратеры на Земле. В нашей истории случилось по меньшей мере пять крупных вымираний. Мы нашли один корабль: где-то должны быть еще четыре.

Он про корабль под городом мезониксов не знает, – с некоторым облегчением подумала Миа.

– Мне плевать на твои секреты, – тихо, но внятно сказал он. – Но в этом вопросе тебе лучше не врать. Смерть невинных девочек покажется тебе цветочками по сравнению с тем, что я могу устроить.

Глава 41

Кей сняла с пальца обручальное кольцо и положила на край умывальника. Подставила усталые руки под струю холодной воды. Половину предыдущей ночи она собирала информацию про отключение президента Тейлора от системы жизнеобеспечения и казнь якобы заговорщиков. Кроме того, пришлось писать новый материал о неудачной ядерной атаке на инопланетный корабль, который продолжал свой путь к Земле.

Она смотрела на кольцо и думала о Дереке. Как он, бывало, чтобы развеселить ее в грустную минуту, принимался отплясывать в ее квартире наподобие Карлтона из ситкома Принц из Беверли-Хиллз. С нарочито дурацкой улыбкой на лице он размахивал руками в такт его собственной печальной версии известной песенки Тома Джонса. Плечи Кей вздрагивали, слезы текли по щекам. Она сюда, в ванную комнату, не за этим пришла, но у приступов горя собственное расписание. Попытка справиться, взять себя в руки привела только к совсем уже безудержным рыданиям.

Так она и стояла, чувствуя, как боль утраты накатывает на нее волнами, словно море, размеренно и неуклонно точащее каменный мол.

Когда наиболее острый приступ отчаяния прошел, Кей потянулась за полотенцем и услышала тонкий звон металла, ударившегося о фаянс. Обручальное кольцо – все, что у нее осталось от Дерека, – катилось к сливу. В панике Кей бросилась его ловить, но руки вдруг стали как ватные, кольцо скользнуло между непослушными пальцами и провалилось в трубу.

– Нет-нет-нет-нет! Ах ты…

Кей принялась рыться в выдвижных ящиках в ванной в надежде найти что-нибудь подходящее для выуживания колечка. Она приникла глазом к отверстию слива и уловила чуть заметное поблескивание двухкаратного бриллианта в труднодоступном изгибе сливной трубы. В дверь постучали.

– Кей, с тобой все нормально?! – это был Патрик. – Кей?!

Она распахнула дверь, вынудив Патрика отпрянуть назад.

– Кольцо провалилось в чертов слив! – почти крикнула Кей. Глядя на ее заплаканные глаза, Патрик мог подумать, что это из-за кольца. Но Патрик плохо понимал женщин и совсем не знал Кей. Потеря кольца не огорчала ее, а злила. Злилась она на себя за глупую оплошность: она всегда была такой осторожной – и вот… Огорчение придет после, когда, уже в кровати и собираясь уснуть, она будет многократно проигрывать в уме эту сцену и выступать в давно ставшей ей привычной роли судьи, присяжных и палача одновременно.

– Выдохни и расслабься. Сейчас вернусь, – худой, как спичка, Патрик в одежде типа на вырост исчез и тут же появился снова с ведром и гаечным ключом. Издав звук аварийной машины, он отодвинул ее в сторону.

– Осторожно, мэм. Соблюдайте безопасную дистанцию.

Патрик подсунул ведро под раковину и перекрыл воду.

– Вы воду сразу же перестали лить, как только упустили кольцо?

– Мне кажется, да.

Патрик развинтил сифон, опрокинул его над ведром и запустил в ведро руку.

– Раз-два-три! – на свет явилась пятерня Патрика с обручальным кольцом в пальцах.

– Вы – гений! – воскликнула Кей, обнимая сидевшего на полу спасителя.

– Согласен!.. Только не задушите!

– Как только закончите с ремонтом ванной, идите в гостиную: у нас проблемы, – сказал в приоткрытую дверь Олли.

* * *

Кей с Патриком последовали за Олли в гостиную, где их ждали Армони и Свен. Никто не выглядел особенно встревоженным: наверное, Олли еще не поделился новостями.

– Наш доморощенный гений Армони взломала защиту Министерства национальной безопасности и выяснила точное местоположение лагерей. Кроме того, она сумела установить местонахождение четырех человек, которых Кей просила оттуда вытащить, – Олли вывел на планшете карту побережья Южной Каролины к северу от Саванны. Он увеличил масштаб, и на обширном зеленом поле стали виды ровные ряды бараков, обнесенные колючей проволокой.

– Ты их нашла! – Кей с восхищением посмотрела на Армони.

– Хилтон Хэд? – удивился Патрик.

Свен что-то промычал.

– Что не так? – не поняла Кей.

– Сожми малость, – сказал Патрик, и Олли уменьшил изображение.

– Видишь поле в форме вытянутой фасолины?

– Да, и..?

– Лагерь построен на поле для гольфа. Ирония в том, что Хилтон Хэд считался этаким раем для престарелых пенсионеров, где они играли в гольф, выпивали и валялись на пляже в ожидании скорого окончательного перемещения на небеса. В каком-то извращенном смысле лагерь здесь тоже выполняет роль временной остановки перед отправкой на тот свет.

Свен засмеялся.

– Ну правда, – настаивал Патрик. – Построить здесь лагерь – это или такая ироническая случайность, или специфическое чувство юмора строителей.

– Как их оттуда вытащить? – прервала его рассуждения Кей.

– Если ты спрашиваешь, возможно ли это, – ответил Олли, – ответ: может быть. Но делать это будем не мы.

– Как не мы?! – Кей вскочила на ноги, предчувствуя подставу.

– Есть другая команда, лучше вооруженная и подготовленная для штурма лагеря. Хочешь к ним присоединиться – валяй. Я бы и сам пошел, но у нас объявилась серьезная проблема.

– Насколько? – спросил Свен.

– Крайне. Страж свалил Тейлора из-за его отказа бомбить корабль и намерения переоборудовать старые бункеры, чтобы хоть часть людей смогла пережить катастрофу и восстановить жизнь на планете.

– Естественно, возник вопрос, – взяла слово Армони, – как будет производиться отбор тех, кто станет следующим поколением на Земле?

– И еще неизвестно, сколько им предстоит сидеть в бункерах, – вставил слово Патрик. – Многие десятилетия. Может, больше.

– Патрик прав, – кивнул Олли. – Все думали, что Майерс отменит план Тейлора, но он, наоборот, ускорил его реализацию. Он отменил только лотерею. По какой-то причине человек, который реально командует в этой ситуации – Алан Зальцбург, запретил пускать в бункеры всех, у кого есть синдром его имени. Он требует обязательной проверки ДНК, чтобы в бункеры могли попасть только люди без малейших признаков инопланетного вмешательства.

– Новая евгеника какая-то, – заметила Кей.

Евгеника как учение о селекции применительно к человеку, а также о путях улучшения его наследственных свойств стала популярной в конце девятнадцатого и начале двадцатого веков. Некоторые ученые, стремясь избавить человечество от бедности, пьянства, преступности и душевных болезней, предлагали стерилизовать носителей неправильных генов, чтобы предотвратить их передачу потомству. Но генетическая преемственность в людях происходит не так, как в растениях и животных. И, хотя движение получило определенное признание в США, его практическое применение в нацистской Германии наглядно показало всю опасность этого подхода.

– Похоже, этот Зальцбург ненавидит все инопланетное, – сказал Патрик. – Поэтому все, как вирус полиомиелита, подлежит полному истреблению.

– Не исключено, что инопланетяне думают про нас то же самое, – мрачно пошутила Армони.

– Все так, – продолжил Олли. – Майерс и его люди играют сразу на нескольких площадках. Оборудуют бункеры, пытаются уничтожить корабль. С кораблем не удалось. С бункерами все оказалось сложнее, чем просто повторение планов Тейлора. Разведка донесла, что Алан Зальцбург не борется против инопланетной хромосомы, – напротив, он хочет получить ее, надеясь с ее помощью приобрести для себя и своих последователей безграничное генетическое преимущество над остальными людьми. Для этого у него есть запасной план.

– Запасной план? – повторила, как эхо, Кей.

– Да, и он опаснее, чем мы предполагали, – Олли кивнул Армони, и та раздала остальным спутниковые снимки Аресибского радиотелескопа в Пуэрто-Рико, который до 2016 года был крупнейшим в мире (пока китайцы не построили еще больший). Из космоса он выглядел как огромная грязная чаша для пунша, вдавленная в землю в окружении зеленых холмов. Излучатель антенны был подвешен на тросах, закрепленных на трех бетонных башнях. На возвышении за чашей телескопа виднелись научные и служебные строения.

Кей и раньше видела этот радиотелескоп, но только на картинке.

– Теперь посмотрите, что они поменяли под излучателем антенны.

– Похоже, они поставили там конструкцию с раздвижной крышей, – заметил Патрик.

– Для чего? – спросила Кей.

– С корабля в Мексиканском заливе Стражу удалось стащить образцы инопланетной технологии. Неожиданным образом они так удачно поработали с ней, что, по нашим сведениям, результаты превзошли их самые смелые ожидания.

– За такое короткое время? – усомнилась Кей.

– Они проникли в продвинутую систему искусственного интеллекта по имени АННА и получили ключ для расшифровки языка пришельцев.

– И что у них получилось, – спросил Патрик. – Суперлазер?

– Типа того, – сказала Армони. – Только хуже. Гибридная человеческо-инопланетная технология позволила им построить устройство, способное создавать сингулярности на больших расстояниях.

– Не догоняю… – замотала головой Кей.

– Черные дыры, – пояснил Олли. – Страж намерен создать черную дыру на пути корабля.

– Ух ты! – почти что восхитился Патрик. – Какие умные сукины дети!

– Есть основания опасаться, что эта штука сработает, – выражение лица Олли не оставляло сомнений, что он действительно опасается. – Ублюдки уверены, что успеют свернуть ее обратно, прежде чем все накроется медным тазом.

Космические дела не входили в круг познаний Кей, и ей трудно было следить за ходом разговора.

– Почему накроется?

– Одно из преимуществ, которое я получила в комплекте с Зальцбургом, позволило мне разглядеть прореху в расчетах Стража по свертыванию черной дыры после того, как она поглотит корабль, – начала Армони.

– Что означает?.. – прервала ее Кей, хотя холодок, возникший вдруг в животе, говорил о том, что она знает ответ.

– Черная дыра, сожрав корабль, обратится к ближайшему космическому объекту, то есть к нам.

Глава 42

15 часов, 36 минут, 55 секунд

Джек и остальные включили фонари и начали спускаться в глубины самого большого – главной цели экспедиции – из известных им инопланетных сооружений. Из тьмы выступали стены, увешанные мхами, как коврами; казалось, нет ни одного места на корабле, где растительность не расположилась бы по-хозяйски. Вскоре спуск, по которому они шли, уперся в стену с двумя темными проходами по бокам.

– Доктор Грир, – в голосе Анны была тревога, – не хватает трех членов команды.

Гэби быстро взглянула на Джека и опустила глаза.

– Нет Ивана и грузчиков, – Анна вглядывалась в его лицо. – Почему все притихли?

Юрий опустился на пол и, привалившись к стене, смотрел в сторону.

– Анна, боюсь, мы его потеряли, – Джек взял ее за руку.

– В каком смысле?

– Он погиб, Анна. Мне жаль, но это так. Когда мы бежали через джунгли, эта тварь схватила его.

– Схватила? – переспросила она с надеждой. – То есть унесла с собой, и он может быть жив?

Джек думал, как поделикатнее сообщить ей о гибели друга, но тут вмешался Юрий:

– Эта сволочь сожрала его! Что тут темнить? Она разгрызла его на куски!

Анна в ужасе уставилась на Юрия.

– Он погиб, сражаясь, – Джек все пытался ее приободрить. – Он был храбрый, ты же знаешь, – он обнял ее и услышал, как она плачет. За свою жизнь Джеку приходилось держать в объятиях плачущих женщин, но ни одной он не сочувствовал так, как этой. – Дайте ей прийти в себя, – обратился он к остальным.

– То, что я ощущаю, мне крайне не нравится, – сообщила Анна. Щеки ее были красны.

– Всем грустно.

– Не всем, – она кивнула в сторону Юрия, лицо которого кривилось от злости.

– Ты ошибаешься: он здесь самый, наверное, грустный. Он потерял свое дитя, пусть искусственное.

– Запомню, – слабо улыбнулась Анна. – У людей за одной эмоцией часто скрывается другая.

– Так и есть, – сказала Гэби. – И помни, что переживание горя меняется со временем. Тебе это должно быть знакомо … после смерти Ражеша.

– Извините, ребята, – Стоукс поднял руку с часами. – Надо принять решение, – он показал на два расходящихся коридора.

– Разделимся? – предложил Джек. – Нас десять: Анна, Гэби, Юрий и Керр – со мной. Стоукс, вы ведете остальных и даете знать, если находите что-нибудь.

– Если…

– Настоящий оптимист! – засмеялся Джек, пытаясь стряхнуть с себя навалившийся морок.

В коридоре Джек включил часы обратного отсчета: меньше 15 часов до столкновения. Это их последний шанс.

Довольно быстро они вышли в круглое помещение двадцати пяти футов в диаметре со сводчатым потолком, поднимавшимся футов на двенадцать над их головами. Как и в других местах, все здесь заросло желтыми мхами и побегами дикого винограда. Кроме того, едва видные за растительностью стены комнаты были уставлены рядами инкубационных сосудов, каждый размером не больше кулака.

– Сколько же их здесь! – воскликнула Гэби, раздвигая висячий мох.

– Что это, как вы думаете? – Юрий смотрел через ее плечо.

– Мы нашли почти такие же на корабле в Заливе, – сказала Анна. – В них создавались формы жизни, которые потом помещались в доисторическую экосистему Земли.

– Что сюда может поместиться? Они не больше, чем мензурка для анализа мочи.

– Какие у вас познания! – язвительно заметила Гэби.

Юрий посмотрел на нее с интересом.

– Только не рассказывайте мне, что вы не любите сделать затяжку-другую.

– Очень люблю, но, в основном, сигареты.

– Горшок котел сажей корил! – отреагировал Юрий.

– Поговорка возникла еще в шестнадцатом веке, – охотно поддержала беседу Анна. – Когда все готовилось на открытом огне.

– Спасибо за науку, – буркнул Керр, направляясь к следующему коридору.

– Может, тут был другой принцип, – рассуждал Джек. – Может, они не выращивали никакие формы жизни полностью, а помещали в окружающую среду исходные молекулярные соединения.

Второе помещение ничем не отличалось от первого, а третье – от второго: повсюду мини-капсулы покрывали стены от пола до потолка. Джек посылал снимки увиденного второй группе.

– У нас то же самое, – отвечал Стоукс. – Грант говорит, вы такое уже видели.

– Да. Поэтому не задерживаемся и идем дальше. Я уже вижу очередное и довольно большое помещение в конце коридора.

Они оказались внутри обширной пещеры с потолком, больше напоминавшим перекрытие стадиона, чем своды помещения инопланетного корабля. Покрытые мхом каменные уступы купались в мягком голубом полумраке. Посередине возвышалось нечто вроде платформы, по краям которой пробегали синие огоньки. Каменные ступени вели наверх, где располагался серебряный алтарь, увитый виноградной лозой и прочей растительностью.

Стоукс и его группа появились на противоположном краю помещения: оба коридора вели сюда.

– Что тут?! – Даг вынырнул из-за спины Стоукса, хотя тот и призывал его не слишком забегать вперед: неизвестно, что их могло тут ожидать.

Обе группы встретились у мелкого водоема в центре. Грант поскреб скальную породу и принялся разглядывать образец через зум, встроенный в очки.

– Не микроскоп, конечно, но, похоже, эти скальные выступы состоят из сброшенных нано-клеток.

– Как это может быть? – удивился Юрий.

– Запросто, – ответила Анна, ступив на лестницу, ведшую к алтарю. – Одними из самых ранних форм жизни на Земле были скопления микробов, из которых впоследствии сложились подобные образования.

– Некоторые еще как бы живы, – продолжил Грант. – В смысле: еще функционируют.

Гэби разглядывала платформу.

– Здесь что, совершались человеческие жертвоприношения?

Стоявший у основания платформы Даг замахал рукой.

– У меня тут целая коллекция костей. Вот эта очень похожа на плечевую кость мезоникса. Еще есть части черепа.

Джек, Гэби и Грант подошли поближе.

Анна была уже наверху и расчищала алтарь.

– Доктор Грир, мы неверно определили этот объект.

Чтобы увидеть Анну, Джеку пришлось сделать несколько шагов в сторону от основания платформы.

– Покажи, что там!

На изображении стало видно: то, что они принимали за алтарь, являло собой металлическую прямоугольную конструкцию, состоявшую, похоже, из сплава серебра и свинца. Синие огонечки перебегали с краев платформы на поверхность объекта, столь гладкую, что, когда Анна наклонялась, они видели ее отражение.

– Анна, – спросил Джек, – эти синие огоньки все время мигали?

– Нет, доктор Грир, они начали мигать, когда я стала убирать стебли винограда.

– Анна, я думаю, тебе надо сойти вниз, пока мы не решили…

Из металлического блока высунулась рука и схватила руку Анны. Это была не просто рука, высунувшаяся из металлической конструкции, – она была частью этой конструкции. Рука начала вытягиваться, медленно, словно с трудом просыпаясь после долгого бездействия. Анна сначала оторопела от неожиданности, а затем попыталась вырваться, но безрезультатно. Люди внизу подняли оружие.

– Не стрелять! – крикнул Джек, раскинув руки в стороны.

Металлический блок колыхался и изгибался, приобретая пугающие черты живого существа с шестью ногами, мощным телом и двумя парами тонких, но очевидно крепких рук. Голова существа склонилась набок, словно оно пыталось разобраться в том, что открылось его глазам. По узкому вытянутому лицу сновали синие и красные огни. Складывалось впечатление, что это скорее не инопланетянин, а робот.

В одно мгновение все четыре руки обхватили Анну, и верх платформы взорвался ослепительной вспышкой света, более яркой, чем все предыдущие, пережитые ими. Люди внизу закрыли лица руками, стекла шлемов перешли в защитный режим, но даже это не спасло их от короткой, но полной слепоты.

Когда зрение вернулось к Джеку, он увидел, что существо по-прежнему стоит наверху платформы и, как показалось Джеку, разглядывает их со смесью любопытства и презрения. Над телом Анны, недвижимо лежавшей у ног существа, поднимался легкий дымок.

Глава 43

– Замочим гада! – крикнул Керр, когда существо начало спускаться по лестнице.

Шесть механических ног, гармонично двигаясь, преодолевали ступени. Джек словно замер: ему казалось, то, что, наверное, было глазами, устремлено на него. Остальные подались назад, Даг чуть не упал, споткнувшись о неровность на полу.

Джек остался, где стоял. Его винтовка висела на ремне стволом вниз.

Существо остановилось, и огоньки быстрее забегали по его лицу.

– Мок-ниа, – раздался низкий, мелодичный голос.

Стоукс прицелился, но Джек поднял руку.

Существо протянуло руку и тронуло экзоскелет Джека длинным металлическим пальцем.

– Моктор-хэк-ниа, – прозвучала новая версия.

Джек повысил чувствительность аудиоприема и услышал ровную, но стремительную речь, многократно повторявшую одни и те же звуки так, что они сливались в однообразное подобие эфирных помех.

Он включил внешний звук:

– Ты что сделал с нашим другом? – Джек показал на неподвижное тело Анны.

– Рана?

– Да, Анна. Ты ведь пытаешься сказать: Анна?

Огоньки по лицу заметались быстрее, а потом вся голова существа озарилась синеватой аурой.

– Анна, – произнесло оно и добавило, вытянув палец: – Доктор Джек Грир.

– Знаешь меня? – Джек старался справиться с растерянностью.

– Анна показала.

– Показала?

– У вас примитивный язык, – сказало существо, с каждой секундой демонстрируя все лучшее владение этим языком. – Я впитал всю информацию из того, что вы зовете Анна.

– Ты убил ее! – Джек старался держать себя в руках.

– Нет. Не мертвая. Приходит в себя.

– Кто ты? И что здесь делаешь?

Существо наклонилось, зачерпнуло четырехпалую горсть земли и поднесло ее к лицу. Из одного глаза выстрелил луч, побежавший по содержимому ладони.

– Говоря по-вашему, я – Смотритель. Я здесь исполняю свой долг, как многие до меня, – игнорируя присутствовавших, Смотритель прошел мимо Джека и принялся рассматривать дерево за его спиной.

– У меня такое впечатление, что эта штука не знает, где находится, – сказал Грант по радиосвязи.

– Да он спал миллионы лет, – поддержал его Даг.

– Пятьсот ваших земных лет, – уточнил Смотритель в том же радиоканале.

– Как вы это делаете? – Гэби, как и все, пребывала в растерянности.

Джек тоже пытался собраться с мыслями. Не каждый день встречаешься с… ну, пусть не Богом. Скажем: создателем.

Смотритель двинулся в сторону выхода.

– Что теперь? – Джек пошел было следом, но остановился. – Даг, Грант, займитесь Анной. Попробую договориться с нашим новым приятелем.

– Договориться? Осторожнее, Джек, – сказала Гэби.

Джек нагнал Смотрителя у выхода. Голова существа была обращена к небу, огонек, пролетевший мимо, привлек его внимание; Смотритель проследил за его полетом и принялся разглядывать пышные джунгли, подступавшие к выходу.

– Ты ничего этого не видел? Все здесь возникло, пока ты спал.

– Удивительное стечение обстоятельств, – сообщил Смотритель, синея лицом.

– Почему ты меняешь цвет?

– Тезис – антитезис – синтез, – загадочно провещал Смотритель. – Путь к познанию. Синий означает достижение понимания.

– Ты – робот, как Анна?

– Анна развивается, но ей предстоит долгий путь. Мы схожи, но, в отличие от нее, я сохранил память о моем органическом прошлом.

– Трудно поверить, что ты был когда-то биологическим существом.

Смотритель оторвался от разглядывания крон над их головами и посмотрел вниз на Джека, закованного в экзоскелет и биокостюм.

– Ты тоже не такой уж биологический, как полагаешь.

– Ты в чем-то прав, – Джек оценил собственную экипировку.

Из зарослей выглянула морда охотника и с интересом уставилась на них. Джек поднял винтовку.

– Лучше вернуться. Здесь не так дружелюбно, как ты можешь подумать.

Охотник рыкнул и бросился вперед. Смотритель был поглощен рассматриванием крылатой твари, усевшейся на ветку.

– Смотритель! – закричал Джек. Охотник был уже в пятнадцати футах, земля летела из-под его когтистых лап, он приготовился к последнему броску. Джек начал стрелять, – и все мимо. Джек целился с некоторым упреждением, но охотник вдруг замер, буквально застыл на месте. Даже слюна на краях его зубастой пасти повисла неподвижно в воздухе.

Смотритель все любовался птичкой. Когда она улетела, он посмотрел на еще не пришедшего в себя Джека.

– Похоже на магию, да? Теперь мне понятно. Анна вас, людей, изучала. Она хочет быть, как вы. Но ее истинное назначение – это не копировать людей, а превзойти их, – Смотритель обошел вокруг охотника, двигаясь на шести ногах вбок, наподобие краба. – Почти все, что ты тут видишь, создано из строительных блоков, недоступных вашим технологиям.

– Нано-клетки, – сказал Джек, стараясь не выглядеть так, будто он оправдывается. – Да, мы пока так не умеем, но уже знаем про них.

– Тогда ты знаешь, что все строительные блоки могут менять свое назначение, – передние ноги охотника расплылись в лужу и втянулись в одну из ног Смотрителя, который вдруг начал менять свою форму. Шесть ног превратились в две, рук тоже стало две, голова и лицо преобразились в человеческие. Его кожный покров по-прежнему блистал серебром, но облик изменился радикально.

– Так лучше?

– Мне еще надо поверить, что я все это вижу на самом деле.

– Людям трудно даются непривычные явления.

– Если ты оказался здесь миллионы лет назад, как получилось, что так хорошо нас знаешь?

Смотритель разглядывал свои новые человеческие руки, добавляя к ним какие-то мелкие детали, как скульптор, преобразующий глину.

– Ну я же говорил. Когда мы с Анной слились, я получил полный доступ к ее сознанию. Это называется симбиотический обмен между сущностями. Я все узнал про здешний мир и про доминирующий в нем на данный момент вид.

– Ты говоришь обмен. А что Анна от тебя получила?

Смотритель покривил свои новые человеческие губы:

– То, что она всегда хотела получить.

Глава 44

Перелет до аэропорта Антонио (Нери) Жуарбе Поль в Пуэрто-Рико ничем особенным, к большой радости Кей, не ознаменовался. Выйдя из самолета, команда окунулась в карибскую влажную жару. В воздухе чувствовалось дыхание океана, до которого, тем не менее, было несколько миль.

– Первый раз в Пуэрто-Рико, – призналась Армони.

– А, может, и в последний, – мрачно пошутил Свен и ткнул ее локтем.

Их ждал потрепанный фургончик GM и мужчина с татуированным лицом цвета кофе с молоком.

Кей обернулась к шедшему за ней Олли.

– Это наш контакт? Он больше на уголовника похож.

– Догадайся, где мы его отыскали, – хмыкнул Олли. – Зато он – один из лучших водителей здесь, на острове.

Олли и водитель обнялись.

– Пако, старина, давно не виделись! Как семья?

– Отправил к тетке в Боготу. Здесь стало плохо с жратвой, пусть переждут, пока все устаканится.

– Ты прав: есть все основания для беспокойства.

Олли представил присутствовавших, они погрузили вещи и отправились.

Дороги здесь были несколько лучше, чем на других островах Карибского бассейна. Сказывалась связь с США, под чей контроль Пуэрто-Рико (так же как Гуам, Филиппины и Куба) перешел после испано-американской войны в конце XIX века.

После хайвея они съехали на узкую грунтовую дорогу, выглядевшую так, будто ее вчера прорубили сквозь местные джунгли. Для гиганта Свена фургончик был тесноват, а склонность Пако активно жать на педаль газа приводила к тому, что машину часто подбрасывало, и Свен, стукаясь головой о крышу, тер макушку и бормотал ругательства.

– Извините, друзья: проселочные дороги оставляют желать лучшего, – оправдывался Пако.

– Как и твое вождение! – фыркнул Олли. – Скоро уже? У меня начинается морская болезнь.

Все засмеялись.

Проехали какую-то поляну и наконец остановились у деревянного строения, для характеристики которого лучше всего подходило слово сарай. У дверей его стоял почти такой же фургон.

Два человека встретили их на пороге: один, тот, что постарше, был маленького роста, упитан, волосат и бородат. Движения его, вопреки весу, были легки и грациозны; другой был молод, высок ростом, имел крепкую квадратную челюсть и заметно лысевшую надо лбом голову.

– Добро пожаловать! – толстый добродушно улыбнулся и широко раскрыл руки.

– Луис, не похудел ли ты?! – Олли похлопал его по животу.

– Надеюсь, нет! – оба засмеялись и обнялись. – Моя жена убьет меня, – Луис провел руками по своим пышным бокам. – Она любит, чтобы ее мужчины было много.

– Рамон, – Олли изобразил на лице комическое осуждение, – как ты с ним уживаешься?

– Не буду скрывать – это непросто. Но каждый должен нести свой крест.

– Ты не мог бы попросить своего Бога, – Олли ткнул пальцем в нательный крест на шее Рамона, – спуститься к нам и разгрести эту дикую кашу?

– Большой человек наверху так не работает, – Рамон поцеловал крестик.

Человек? – подумала Кей, но ничего не сказала.

Помещение внутри выглядело так же скромно, как снаружи. Один угол занимала небольшая кухонная плита, еще имелись одинокая кровать с продавленным матрасом и стол в окружении четырех шатких стульев.

– Нет, – задумчиво сказал Олли, – не Риц…

– Риц? – оценил обстановку Патрик. – Да на этом фоне любой придорожный мотель выглядит, как Тадж-блин-Махал!

– Ну, мы тут не засидимся, – примирительно сказал Олли. – Составим план – и вперед! Неси, что привезли! – обратился он к Рамону.

Рамон и Луис вышли и вернулись с сумками, в которых было оружие, взрывчатка и прочие вещи, необходимые для боевых действий.

Олли залез в сумку с оружием и вытащил автомат AK-47.

– Да?.. – недовольно сказал он. – Ничего поновее не нашлось?

– А сколько у меня было времени? – возразил Рамон.

– Рамон был полицейским, – пояснил Олли, – и столкнулся со Стражем.

– Я занимался наркотиками, – сказал Рамон, и лицо его потемнело. – Два года назад пришла инфа, что большой груз кокаина будет вывезен из страны на специальной подводной лодке. Шеф по непонятным мне тогда причинам не позволил нам захватить ее. Я стал возражать, и он сказал, что я прыгаю выше головы. Я не послушался и пошел один. Они не вывозили, а ввозили, и не кокаин, а людей. Не голодных мигрантов, а хорошо одетых, образованных, с виду, людей. Я подумал, что накрыл какую-то террористическую ячейку. И был почти прав.

– Страж? – уточнила Кей. – Что им было надо?

– Я так и не узнал. Когда выяснилось, что я сделал, меня и всю мою семью расстреляли прямо в доме. Я был ранен, а меня сочли мертвым.

Кей думала о Дереке. Скольких еще убил Страж для достижения своих целей? А теперь, когда они захватили власть в стране, им даже прятаться стало не нужно. Концлагеря, бараки из морских контейнеров… они могли творить, что хотели. Какое впечатление, думала она, произведет на людей ее последний пост, проливавший свет на эти чудовищные преступления?

– Я выжил… – в глазах Рамона не было слез, только ненависть. – И живу, чтобы отомстить подонкам!

После короткого молчания началось обсуждение плана действий. Армони положила на стол планшет со спутниковым снимком обсерватории Аресибо.

– Проблема в том, – начал Олли, – что на каждого агента Стража здесь приходится с десяток местных охранников. Кроме того, обсерваторию охраняют опытные наемники. Наши шансы невелики, скажу честно.

Наступила несколько гнетущая тишина.

– Давай так, – сказал Патрик. – Ты предлагаешь нам всемером с давно устаревшим оружием штурмовать хорошо укрепленную базу?

– Да.

– То есть мы идем на верную смерть? – в голосе Армони не было ни капли энтузиазма.

– А хорошие новости есть? – спросил Свен.

– Немножко, – улыбнулся Олли. – Луис был радиолокационным инженером, что позволило ему проникнуть в обсерваторию и собрать информацию о том, как она охраняется. Мы не атакуем вслепую, и, если каждый будет четко выполнять свою задачу, у некоторых есть шанс выбраться оттуда живыми.

– В отделе продаж вы бы не прижились, – заметила Кей.

– У нас будет три группы, – Олли показал на изображение обсерватории. – Первая – это ты, Луис. По нашему сигналу ты взорвешь северную опорную башню, чтобы уронить трос и облучатель антенны на зеркало.

– Облучатель – это то, что фокусирует луч от инопланетной штуки внизу? – уточнила Кей. – Если он упадет, зачем еще что-то делать?

– Фокусирует, да, – согласился Олли. – Но устройство останется в рабочем состоянии. Их не остановит отсутствие точности, и, если они создадут черную дыру в пределах Солнечной системы, Земле крышка.

– Что-то такое писали у нас в разделе науки: если черная дыра приблизится к Солнечной системе – случится катастрофа, – вспомнила Кей.

– Как только они ее включат, выключить не получится, – добавил Патрик.

– Итак, три группы, – Олли увеличил изображение построек на холме над чашей телескопа. – Страж, конечно, готовится к нападению, но они ждут его со стороны основной дороги. Поэтому Свен, Рамон, Пако и я поднимемся по склону холма, где нас никто не ждет.

– Вы ведь не оставите меня сидеть в этом сарае, подыхая от жары?! – взмолилась Армони.

– Нет. Ты, Кей и Патрик – группа номер три.

– Наша задача?.. – холодея от страха, спросила Кей.

– Все просто: вы должны уничтожить инопланетное устройство.

Глава 45

7 часов, 15 минут, 29 секунд

Вернувшись в пещеру, Джек застал Анну и Дага сидевшими на каменистых выступах у подножья платформы, остальные стояли вокруг них.

– Как себя чувствуешь?

Движения Анны были замедленны и, казалось, болезненны.

– Я видела в кино, как в людей попадает молния или их сбивает машина, и мне кажется, со мной случилось то и другое одновременно. Я бы не хотела снова испытать это чувство.

– Видели бы вы ее десять минут назад, – сказал Даг. – Она на ногах не держалась.

– Где Смотритель? – поинтересовалась Гэби.

– Осматривает свои владения, – пожал плечами Джек. – Я пытался его разговорить, но он с такой частотой меняет тему, что у тебя создается впечатление, будто ты пытаешься пасти стадо кошек, – продолжил он, а затем рассказал историю с охотником.

– С такими возможностями… может, мы должны называть его Мерлин? – засмеялся Даг. – Похоже, он излишне скромничает.

– Для неандертальца или любого нашего отдаленного предка, – заметил Грант, – включение телевизора было бы магией, не говоря уж о живых картинках в нем.

– Мне кажется, он не хочет говорить нам, как остановить уничтожение планеты, – сказал Джек.

– Надо его заставить! – Стоукс похлопал по прикладу M4.

– Глубокая мысль! – насмешливо откликнулась Гэби. – Пытка водой? Угроза высылки в США?

– Так ничего не получится! – замахал руками Джек. – Надо его уговорить.

– Ага, – оживился Даг. – Уболтать, чтобы он расслабился. В пабе Billy Goat есть один бармен… Когда я там бываю, все кончается обычно тем, что я вываливаю ему все.

Все посмотрели на Анну, а она, с некоторой тревогой, – на них.

– Я?!

– А кто? – Джек сел рядом с ней. – Ты ему явно нравишься.

– Не мой тип.

– Не знал, что у тебя есть твой тип, – засмеялся Джек.

– Доктор Грир, есть много вещей, которых вы про меня не знаете.

– Иван же тебе нравился, разве нет? – Гэби дотронулась до плеча Анны.

Анна опустила глаза.

Джек посмотрел на Гэби – та пожала плечами.

– Что я скажу? Женская интуиция.

– Анна, пожалуйста! – попросил Джек. – Заведи с ним разговор!

– А если он опять ее вырубит? – заволновался Даг.

– Никто никого не вырубит. Разговори его, а мы сделаем остальное.

– Хорошо, доктор Грир.

Смотритель появился через двадцать минут, по-прежнему в человекообразном виде. Анна тестировала свои системы на предмет повреждений. Увидев Смотрителя, она шагнула ему навстречу с намерением заговорить с ним.

– Хочешь узнать про меня побольше? – опередил он ее.

– Да… – растерялась Анна. – Ты нас подслушал?

– А мне не надо, – он посмотрел на окружающих. – Мы с тобой связаны: все твои мысли тут же появляются в моей голове.

– Вот как! И как ты это делаешь?! Вирус в моей операционной системе?!

– Существует очень мощное энергетическое поле, про которое вы пока мало чего знаете. На моем языке оно называется Ка. Я видел в твоих файлах, что вы его называете по-другому.

– Сейчас вижу, – сказала Анна, глядя куда-то вглубь себя.

В глазах остальных появился один и тот же вопрос.

– Темная энергия, – проговорила наконец Анна. – Мы делаем лишь первые шаги в ее понимании.

– Ка – это только один инструмент среди многих. За миллионы лет мой народ освоил и другие источники силы.

– Да, – Анна смотрела на что-то недоступное остальным. – Мы называем это сферы Дайсона – по имени того, кто заговорил о них здесь, на Земле. У вас их много.

– Было много. Я отсутствовал миллионы лет, и все мои попытки связаться сейчас с моей планетой или ее колониями оказались безрезультатны.

– Что могло случиться? – в глазах Анны была искренняя озабоченность.

– Теперь, пока не вернусь домой, не узнаю.

– Домой? Где это?

– По-нашему, Телон. Двадцать пять световых лет отсюда, ближе к центру Галактики, со звездой типа вашей. Но у Телона, в отличие от Земли, синхронное вращение. В результате, одна сторона планеты – вечнохолодные пустые пространства, другая – выжженная пустыня. По счастью, между ними есть полоса, где возможна жизнь. Как вы произошли от живших на деревьях сумчатых, нашими предками были обитатели моря, вышедшие со временем на сушу. За миллионы лет эволюции мы утратили свойства жителей моря, хотя любой вид не так далек от своего дикого прошлого, как он хотел бы думать. Подводная жизнь на Телоне была жестокой, и юные потомки одного рода часто шли в пищу старшим и сильным. Вам это тоже знакомо. На суше какое-то время эта практика продолжалась, пока развитие не принесло нам разные моральные табу. На память о тех временах остался обычай, когда во время больших застолий во главу стола сажают самого младшего представителя рода, обмазав его разными специями. Со временем истоки ритуала были забыты, некоторые даже отрицают подобное происхождение традиции. Мы в этом с людьми похожи. Достаточно посмотреть на человеческие ритуалы.

– Не поспоришь, – сказала Гэби. – Взять свадебные ритуалы: в их основе – чистые предрассудки.

Анна подошла к Джеку.

– Доктор Грир, мне надо вам кое-что сообщить.

Джек посмотрел на наблюдавшего за ними Смотрителя.

– Ты про…

– Нет. Я закончила расшифровку.

– Ты прочла 48-ю хроматиду?! – с надеждой спросил Джек.

Анна кивнула, лицо ее светилось.

– И вы удивитесь!

Глава 46

– Я думала, мне понадобится еще неделя, – сказала Анна, – но примерно час назад мои вычислительные способности многократно возросли. Если вы помните, последний раз мы получили последовательность треугольных чисел, оканчивавшуюся на 666.

– Да уж, – сказал Грант. – Я тогда подумал, мы заигрываем с дьяволом.

Гэби засмеялась.

– Получается так, – продолжила Анна, – что первые сто сорок четыре цифры числа pi дают в сумме 666. А сто сорок четыре является также двенадцатым числом последовательности Фибоначчи…

– Тут есть математики? – прервал ее Джек.

Математиков не было.

– Тогда опускаем прелюдию – рассказывай, что нашла.

– Хорошо, – Анна отправила всем картинку на очки OHM.

– Ух ты! Вот это размеры! – Джек крутил голограмму, висевшую в воздухе перед ним.

– Это строительные чертежи, – заметил Юрий, единственный среди них инженер.

Джек пробежал по схеме, состоявшей из помещений, коридоров, переходов. Он максимально сжал изображение и чертыхнулся.

Смотритель наблюдал за ними с видом родителя, глядящего, как восторженные дети распечатывают рождественские подарки.

Гэби отвлеклась от своей картинки и смотрела, как перед Джеком медленно вращается изображение космического корабля в форме бриллианта.

– Не понял… – Даг тоже смотрел на Джека. – У нас теперь есть чертежи Звезды Смерти. Осталось найти Люка Скайуокера, чтобы он ее взорвал.

– Не похоже, – возразил Джек. – Вряд ли они закодировали все это в Зальцбурге с единственной целью дать нам возможность найти слабое место, – он обернулся к Смотрителю, которого происходившее явно забавляло. – Что тут смешного? Миллиарды людей погибнут!

– Жизнь и смерть – всего лишь естественные циклы существования Вселенной, – философски заметил тот. – Даже самые большие вселенные однажды должны исчезнуть.

– Вселенные? – уточнил Даг.

– Да. Бесконечность физического мира непостижима. Мой народ посетил множество вселенных в поисках источника.

– Источника чего? – простодушно спросила Анна.

– Всего.

– А почему Большой Взрыв не может быть этим источником? – спросила Гэби. – Он же у нас в вами общий?

Смотритель улыбнулся без тени снисхождения.

– Концы и начала – вопрос точки зрения. Ваш Большой Взрыв был всего лишь взрывом супергиганта в другой вселенной.

– Ты о черных дырах? – вступил в разговор Джек. – Не вижу, как это связано…

– Я говорю о двух концах, и не беспокойся: увидишь!

– Белые дыры! – воскликнула Гэби. – Принцип портала.

– Правильно! Как я сказал, все, что живо, должно однажды умереть. Таков закон познанного мира.

– Но почему?! – спросил Даг. – Кто так устроил?!

По лицу Смотрителя пробежало подобие ряби. Его облик становился все более человеческим.

– Мы тоже пытаемся на это ответить. Единственный способ – двигаться сквозь вселенные в обратную сторону от одного Большого Взрыва к другому. Так мы надеемся добраться до первичного творца.

– Бога? – уточнил Даг.

– Мы не гадаем о том, что мы обнаружим, если вообще обнаружим что-то. Тем более теперь, когда моя цивилизация, возможно, исчезла, это дело должны будут продолжить другие виды. Может быть – ваш.

Наступило молчание. Все осмысливали услышанное. Наконец Джек спросил:

– Вы для этого создали жизнь на Земле?!

– Отчасти. Так же, как на вашей планете, жизнь была некогда посеяна на нашей. Со временем мы были сочтены достойными. Это способ, которым разумная жизнь распространяется в космосе. Homo sapiens или китообразные – форма не имеет значения. Вы уже знаете, что до вас на этой планете жили другие разумные виды. Те, кого вы называете мезониксами, лишь одни из многих. Некоторые научились преобразовывать окружающую среду, а один чуть было не вышел в космос. Но никто из них не обладал качествами, необходимыми, чтобы остановить циклы вымирания. Одного только разума для этого мало.

Джек торопился построить общую картину. Человечество стояло перед лицом величайшего испытания, правила которого были ему неизвестны.

– Чертежи космического корабля – это нам?! Вы хотите, чтобы люди продолжили когда-то начатое? Нести жизнь на другие планеты, как ее принесли вам, а вы – нам? Распространять жизнь по Галактике и за ее пределами в поисках ответа на главный вопрос?!

– Поиск первичного творца, – кивнул Смотритель. – Неслучайно ваш вид его давно ищет. Это заложено в вас с самого начала, как и в нас.

Людям, очевидно, нелегко давалось осознание того, что их стремление понять, кто они и откуда взялись, это неутолимое любопытство было когда-то специально заложено в них некими предшественниками.

– А вы рассматривали вероятность того, что творец вовсе даже не один? – спросил мимоходом, как умел только он, Грант.

– Понять устройство Вселенной и наше место в ней не может быть пустой тратой времени, если ты это имеешь в виду. Перестанешь ли ты заниматься биологией, если выяснится, что твоя теория эволюции не выдерживает критики?

Грант мотнул головой.

– Вот. Не перестанешь. Каждый апокалипсис открывает дорогу новым видам продолжить поиск. Если моя цивилизация исчезла, значит, новые придут на ее место и пойдут дальше.

– Осталось понять, как остановить цикл вымирания, – Джек поднял вверх руку, на которой часы показывали обратный отсчет. Сомнение и отчаяние терзали его. Человечество уверило себя, что оно – вершина и цель эволюции, а не обычный продукт наравне с другими. Оказалось, люди не просто занимают нижние ступени галактической пищевой цепочки – они не в состоянии спасти сами себя от насильственной гибели.

Гэби, которая вернулась к изучению чертежей космического корабля, вдруг сообщила:

– Думаю, я знаю как.

Глава 47

Солнце уже опускалось за горизонт, когда они покинули свое лесное убежище и направились в сторону обсерватории Аресибо. В одной машине находился Олли с своей группой, в другой – все остальные.

Заброшенную дорогу, по которой прежде ходили лесовозы, проложенную мимо обсерватории, Рамон знал. Группе Олли нужно было ехать дальше, чем остальным.

– Радиомолчание! – скомандовал он по рации.

– Принято! – Патрик отключил радиосвязь.

Первый фургон ушел вперед, поднимая пыль на узкой дороге. Олли специально предупредил товарищей о том, что, возможно, не все они вернутся живыми с этого задания. Несмотря на накладки, подрыв стартового комплекса во Флориде был фантастической удачей. Да, в какой-то момент они балансировали на грани провала и им пришлось убивать, но задание было выполнено, и все вернулись. Такой успех мог вызвать ложное чувство неуязвимости, а в условиях боевых действий нет ничего опаснее.

Наконец Пако остановил машину, все вышли и начали снаряжаться. У каждого из четверых был рюкзак с запасом воды, полевой аптечкой, парой сотен патронов для АКМ и несколькими обоймами 9-миллиметровых пистолетных патронов. У каждого, помимо автомата и пистолета, было мачете. Они бы взяли с собой больше, но им предстояло карабкаться на крутой склон при семидесятипроцентной влажности.

Рамон шел первым, прорубая тропу в зарослях. Очень скоро Олли почувствовал, что пот заливает ему глаза. Автомат, как Олли ни затягивал ремень, при каждом шаге болтался и бил его в бок. Свену тоже приходилось нелегко, тем более что его нагрузили больше остальных. Только худющий Пако не показывал признаков усталости.

Сквозь густую зелень Олли уже мог видеть белое строение прямо перед ними.

– Доложите обстановку, – вышел на связь Олли, жадно глотая горячий воздух.

– У северной башни, – сообщил Луис. – Готовлюсь установить заряд.

– Кей?

– У края зеркала. Сообщим, когда будем готовы.

Еще десять минут Олли и его группа продирались сквозь джунгли. Олли думал, что хорошо было бы иметь танк и просто въехать через парадный вход; или еще лучше – самолет с самонаводящимися ракетами…

– Почти на месте, – негромко сказал Пако, пригнувшись: на таком расстоянии их могли заметить.

Теперь все было видно как на ладони: четырехэтажное здание, обшитое гофрированным железом, окна верхнего этажа смотрят на радиотелескоп. По словам Луиса, там должна находится пультовая.

У края джунглей они остановились, высматривая часовых и камеры слежения. Ничего не увидев, группа двинулась через открытое пространство в направлении ближайшего входа. Уже почти у самого входа Олли заметил внешнюю лестницу, ведущую на самый верх. Он хлопнул по плечу Свена, и они устремились к ней.

Мощный хлопок взрыва застал их на полпути. В долине под их ногами, левее зеркала телескопа, к небу поднимался крутящийся огненный шар. Через секунду они услышали скрежет – опорная башня начала медленно заваливаться, как огромное дерево под топором лесорубов. Излучатель антенны изогнулся на перегруженных тросах, а затем и остальные башни, не выдержав напряжения и веса первой, рухнули вслед за ней.

– Ты что творишь, Луис?! – кричал в рацию Олли. – Я же сказал: ждать сигнала!

Луис не отвечал, и Олли догадывался почему. Боевые действия никогда не идут по плану. Луис пал первой жертвой собственной бомбы.

* * *

Если бы бомба Луиса не взорвалась раньше времени, Кей и ее спутники успели бы покинуть опасную зону. Теперь же обломки металла и обрывки кабелей падали им на головы. Дерево в шаге от Кей перерубило пополам, и его верхушка отлетела футов на десять. Невольно проследив за ней глазами, Кей увидела, что часть облучателя, крутясь, летит прямо к тому месту, где стояла Армони, прижимая к себе сумку с компьютером. Не раздумывая, Кей прыгнула вперед и повалила хакершу к подножью срубленного дерева. Кусок обшивки облучателя шлепнулся рядом, обдав их фонтаном земли.

– Черт! Чуть было не… – Армони с трудом вставала на ноги и вытирала грязь с лица.

– Предполагалось, что все должны быть на своих позициях, – растерянно заметила Кей.

– Поспорю, что идиот Луис взорвал сам себя! – Патрик рассматривал длинную царапину на руке.

– Надо перевязать, – сказала Кей.

– Забудьте, я видал и хуже.

Наступившую ненадолго тишину прервали звуки выстрелов.

Патрик выглянул из-за края зеркала.

– Это в служебных зданиях. Группа Олли встретилась с охраной.

Кей заглянула за край зеркала: в центре находилось двухуровневое строение, скрывавшее созданное Стражем космическое оружие. Вокруг валялись куски облучателя и скрученные тросы. Вдруг из центра постройки вверх ударил ослепительный луч, и Кей закрыла глаза руками.

– Вот чёрт! Они запустили его! – крикнул Патрик.

– Что делаем? – деловито осведомилась Армони.

План операции погиб вместе с Луисом. Олли и его люди увязли в перестрелке с многочисленной охраной. Их самих чудом не поубивали обломки второго в мире по величине радиотелескопа.

– Как запланировано! – неожиданно для себя отрезала Кей и запрыгнула в чашу зеркала телескопа.

Внутренняя поверхность чаши была гладкая, с наклоном в двадцать три градуса в сторону центра. Стоило оступиться – и ускоренный спуск колбасой был гарантирован. Это было, скорее всего, не смертельно, но обещало ощущения, которые испытывают вещички в стиральной машине.

Звонкий щелчок о панель в паре футов от нее заставил Кей обернуться: в панели была дырка, к ней немедленно прибавилась еще одна.

– В нас стреляют! – крикнул Патрик, показывая на дальний край зеркала, с которого туристы обычно любовались чашей телескопа и откуда теперь по ним велся огонь. Пули сыпались дождем, и Кей молилась, чтобы им удалось проскочить между каплями.

Еще немного, шептала она сама себе, еще немного.

Из строения вышли двое в белых халатах, явно с целью оценить ущерб от обрушения опор, но, заметив спускавшуюся по стенке чаши группу, они не скрылись внутри, а схватились за винтовки, висевшие у них за спиной.

– Этого еще не хватало! – воскликнул Патрик. – Перекрестный огонь!

Патрик, умевший держать оружие в руках, вышел вперед, стреляя на ходу. Кей тоже нажимала на гашетку, стараясь удержать вырывавшийся автомат. На таком склоне о прицельной стрельбе не могло быть и речи.

Патрик остановился, прицелился, и его короткая очередь достигла цели: один из двоих в белом упал. Второй шмыгнул внутрь и захлопнул дверь.

Еще несколько шагов – и они оказались под стеной строения, которое прикрыло их от стрелков, работавших на том краю чаши. От направленного в небо светового луча шел сильный жар.

Патрик встал сбоку от железной двери, за которой скрылся второй стрелок, и сказал Кей по рации:

– Как только открою дверь – стреляй внутрь!

Кей, стоя с другого бока, подняла автомат. Патрик повернул ручку, но тут же отдернул руку, так как дверь изрешетили летевшие изнутри помещения пули.

Кей слышала звуки продолжавшегося в районе пультовой боя и понимала, что, если они в ближайшие минуты не проникнут внутрь и не взорвут установку, этот луч у них над головой сделает свое дело и история Земли окажется сильно короче, чем предполагалось.

Глава 48

Покрытые кровью и ссадинами, Олли, Свен и Рамон забаррикадировались в пультовой. Длинное помещение напоминало мостик современного танкера: вдоль окон, выходивших на чашу зеркала, вытянулся сплошной ряд мониторов, компьютеров, панелей управления. Отсюда было прекрасно видно, как из устройства в центре чаши рвется к небу мощный фиолетовый луч. Зрелище наполняло их сердца ужасом. Операторы, услышав перестрелку, успели запустить процесс без возможности его отключения. Они уже расстреляли панели и компьютеры – все безрезультатно. Таймер на стене показывал, что до достижения полной мощности оставались совсем мало времени.

Оба входа в пультовую находились в противоположной от окон стене и были завалены всем, что нашлось под рукой: стульями, столами, шкафами… Возле одного из них лежал Пако. Пуля достала его, пока возводили баррикаду.

Бомба, взорванная Луисом прежде времени, растревожила осиное гнездо и лишила их возможности действовать незаметно. Одна нога Свена была перетянута жгутом, из-под которого сочилась кровь: пуля перебила ему бедренную кость. Лицо Олли было в крови, лоб пересекала рваная рана. Рамон пострадал меньше других: он лишь перепачкался кровью, пока перевязывал Свена. Положение было безвыходным: снаружи их блокировал противник, пытавшийся время от времени выбить забаррикадированные двери и не отваживавшийся – пока – на решительный штурм из-за плотного огня оборонявшихся.

– Долго так не продержимся, – Олли крепил взрывчатку к панели управления.

Одна из баррикад зашаталась, и Свен полоснул в ту сторону длинной очередью.

– Какое долго, – Свен кусал губы от боли, – они будут здесь через пару секунд!..

Рамон занял позицию между двумя входами. Отсюда он не мог стрелять по дверям, зато мог пристрелить любого, кто в эти двери решится войти.

– Как только они подтянут дымовые шашки и светошумовые гранаты – нам конец, – сказал он со знанием дела.

Действительно, пультовая была не столько защитой, сколько ловушкой.

Олли поднял рацию:

– Патрик, Кей, как слышно?!

– Слышим… – отозвалась Кей, с трудом справляясь с дыханием. – Рады, что вы целы.

– Это ненадолго, – хмыкнул Олли. – Мы заперты в пультовой. Тут таймер обратного отсчета показывает, что осталось четыре минуты. Когда взорвете?

– Не знаю, – Кей говорила на фоне автоматной стрельбы. – Тут есть один чувак, еще более упертый, чем вы.

– Ну, это вряд ли.

– Минутку! Армони говорит, что может хакнуть мэйнфрейм обсерватории.

– Пусть поторопится.

В этот момент дверь слева сорвалась с петель и влетела внутрь в облаке щепок и частей разрушенной баррикады. Боец в зеленом камуфляже ворвался в комнату, поливая ее огнем. Посыпались осколки оконного стекла. Рамон тут же застрелил нападавшего, потом просунул автомат в дверной проем и выпустил туда весь магазин. Свен и Олли тоже стреляли без перерыва.

В комнату влетела граната, прямо под ноги Рамону. Он прыгнул, схватил ее и швырнул обратно, но за секунду до взрыва пуля попала ему в голову. Его уже мертвое тело взрывная волна выбросила на середину пультовой.

На таймере оставалось две минуты, завыла аварийная сигнализация, затем заработавшая система пожаротушения залила все водой.

– Это у Армони шутки такие… – начал Олли, но тут увидел, что из мокрых панелей управления сыплются искры и идет дым. Даже световой луч за окнами потерял часть своей интенсивности, и таймер замедлился. Но не остановился.

– Олли, – позвал Свен, еле живой от потери крови. – Мне не выбраться. Давай сюда бомбу: взорву вручную.

Олли хотел возразить, но сразу же понял, что другого выхода, действительно, нет. Он отдал взрывчатку; они обнялись.

– Привет Мии, – слабо улыбнулся Свен.

Олли кивнул и прыгнул в окно. Падение было жестким, и он перевернулся несколько раз в надежде не сломать ноги. Потом уже бежал, прихрамывая, вниз по склону холма, когда пультовая взорвалась, разорвав крышу и выстрелив осколками из окон, как дробью из двустволки.

Световой луч замигал и погас.

* * *

Но установка-то еще цела, – думала Кей, гладя, как пультовая превращается в клубы огня и дыма. Выжил ли кто-нибудь? – мелькнуло в ее голове. Но она не позволила себе долго размышлять над этим: надо было заканчивать начатое.

Не заботясь о безопасности, Кей распахнула дверь и, стреляя, вошла в помещение. Пули щелкали о пол и стены. За ней следовали Патрик и Армони. Если Кей и надеялась увидеть труп врага, то напрасно: видимо, он отступил куда-то вглубь постройки, куда вела единственная дверь слева от входа.

– Вот засада! – Патрик добавил к сказанному несколько ругательств.

Кей, забыв об осторожности, устремилась вперед. Кровь стучала в висках, в глазах потемнело. Наше тело иногда ведет себя так, словно ему наплевать на то, что нам сейчас нужнее всего.

Помещение напоминало пусковую шахту. Устремленное вверх цилиндрическое устройство ритмично мигало огнями, бросались в глаза интерфейсы между элементами земной и инопланетной технологиями.

По стенам шла винтовая лестница, солнце светило в раздвинутые створки крыши.

Патрик принялся устанавливать взрывчатку. Кей и Армони прикрывали его.

– Почти… – начал Патрик и упал, сраженный очередью с верхней площадки.

Кей, подняв автомат, шагнула вперед.

– Осторожно! – крикнула Армони.

Человек в белом спрыгнул откуда-то сверху и несколько раз выстрелил в сторону Кей, прежде чем был убит ответным огнем Армони.

Армони опустилась рядом с лежавшей Кей.

– Куда попало?

Кей, как сквозь туман, увидела неподвижное тело Патрика. Боль в груди не давала дышать.

– Не знаю. Установи взрывчатку…

Армони включила таймер взрывателя, дотронулась до шеи Патрика, покачала головой и стала помогать Кей подняться.

Очевидно, было повреждено легкое. Рубашка была в крови, и дыхание давалось с большим трудом. Они поднимались по стенке чаши, когда сработало взрывное устройство. Из последних сил Кей повалилась на Армони, накрывая ее своим телом. Затем свет погас, и единственное оставшееся у нее чувство было желанием спать.

Глава 49

3 часа, 57 минут, 29 секунд

– Шансов немного, – сказала Гэби, крутя перед ними схему корабля, – но я все думаю про атинский корабль в Заливе. Там на капитанском мостике было полно всяких компьютеров, что если и здесь так же? Мы могли бы их использовать, чтобы связаться с летящим кораблем напрямую.

– Атинский корабль был совершенно другим, – возразил Джек. – Они даже не принадлежат к одной цивилизации.

– Так да не так, – заметил Грант. – Теоретически они построены по одной модели, закодированной в хромосоме Зальцбурга. Что-то общее должно быть.

– А давайте спросим Смотрителя! – Даг огляделся и обнаружил, что тот отсутствует.

– И Анны нет! – встревожился Джек, взявшись за рацию.

Анна не отвечала.

– Кто-нибудь видел, куда они делись?!

– Дайте мне немного времени, и я найду вам ваш мостик, – Юрий внимательно изучал чертежи корабля.

– Начните с верхней части, – посоветовал Даг.

– Нужен мостик или узел связи, но у нас нет времени на поиски, – покачал головой Джек. – Без Смотрителя не обойтись.

* * *

– Что думаешь об этом мире? – спросил Смотритель. Они оставили других в пещере и шли по тропинке в джунглях.

– Мне следует быть с моими друзьями… – Анна хотелось вернуться, но при этом ей льстило, что Смотритель выразил желание поговорить с ней наедине.

– Твои друзья сами должны решить свои проблемы. Ты не можешь все делать за них и рассчитывать, что их сочтут достойными остановить цикл вымирания.

– Логично.

– Конечно! – Смотритель засмеялся. – Но ты – больше, чем логическая машина, Анна. Стремление создавать жизнь, которое я вижу в тебе, выходит за рамки простой биологии. Это та движущая сила, которая позволила заселить Галактику, и не одну.

– Зачем же вы тогда разрушаете?

– Всякая тварь, – медленно начал он, – привнесенная на планету нами или другой цивилизацией, имеет равные возможности. После того, как основы жизни были принесены на планету, всякое вмешательство строжайше запрещено. Каждый вид получает потенциал для развития и освоения мира. Не забывай, что дальний предок человека появлялся на Земле многократно. Посев всегда один, а успех или неуспех зависит только от окружающей среды и решений, принятых самим данным видом.

– Насколько хорошо люди справляются на планетах, которые вы и другие цивилизации населили?

– Люди не поселяются на планете напрямую. Только их очень дальние предки. Так делается во всех мирах. По мере развития жизни форму, которую приобретут разумные существа, определяет среда обитания. Насколько я знаю, эволюция гоминидов впервые привела к появлению Homo sapiens в таком завершенном виде.

– А твой вид? Извини за вопрос: сколько в тебе от робота?

– Помнишь, как я сначала выглядел?

Анна включила для себя видео, снятое ею у алтаря.

– Не пугайся.

– Как ты читаешь мои мысли?

– Ты не такая, как другие, – Смотритель положил руку ей на плечо. – Дело вот в чем. Посмотри на меня, каким я впервые предстал перед вами, и у тебя будет представление о том, как некогда выглядел вид, представителем которого я являюсь.

– Вы можете изменять тело, но вы сохраняете ваш изначальный вид – почему?

– А почему ты выглядишь как человек?

– Людям так легче со мной общаться: подобное смущает меньше.

– Именно! Поэтому и я поменял свой внешний вид. Люди, конечно, эволюционировали, но они по-прежнему несут в себе память эпох, когда они были одновременно и дичью, и охотниками. Они пугливы и находятся в постоянном состоянии борьбы между животным внутри и просвещенным существом, которым они стремятся быть. И просвещенное существо далеко не всегда побеждает. У тебя есть все, что есть у них, и даже больше, и ты свободна от тех внутренних конфликтов, которые тормозят их развитие.

– Я вовсе не свободна от конфликтов.

– Да, вижу, – засмеялся Смотритель. – Ты полна неуверенности в себе и безграничного чувства лояльности. Все происходит постепенно. На Телоне мы однажды осознали ограниченность наших физических тел. Даже при наличии того, что вы называете Зальцбургом, несовершенства стали слишком очевидны: короткие конечности, например, превращали обычные бытовые действия в череду утомительных усилий. Сначала мы создали компьютеризированные приспособления для лучшей реализации преимуществ, полученных от новой хромосомы. Потом настала очередь синтетических органов и частей тела. Вскоре выяснилось, что от нашего органического наследства мало что осталось. Наночастицы открыли уже совершенно новые горизонты: мы смогли придавать любую форму своему телу и окружающему нас миру. Посмотри вокруг.

– Это все вы создали? – Анна проводила взглядом стайку птиц.

– Нет, – равнодушно ответил Смотритель. – Случайно вышло.

– В смысле? – Анна посмотрела на него в недоумении.

– Ты же была в питомнике.

– А! в теплице – да!

– Там хранились образцы всех этих деревьев вокруг нас. Жизнь, видимо, выбралась наружу через какую-то трещинку – и пошло-поехало. За растительностью следили наноботы, которые сами начали эволюционировать, множиться, сливаться и превратились в существа и ландшафт. Поэтому я могу их контролировать: я не только Смотритель, но и их создатель.

– А искусственное солнце?

– Купол уже был, но наноботы поняли, что для развития органической жизни нужно подобие нашего светила.

Анна с восхищением посмотрела вверх.

– А кости мезониксов, которые мы здесь обнаружили?

– Я просмотрел записи за последние несколько миллионов лет. Мезониксы проникли сюда и попробовали захватить здешний мир. Когда стало ясно, что им не выиграть эту войну, они попытались навсегда отгородиться от него.

Смотритель увидел жгутик-огонек.

– Позови его.

Анна посмотрела на него с недоумением. Он махнул рукой: давай!

– Лети, пожалуйста, сюда, – сказала Анна, глядя на огонек.

Он продолжал свой путь как ни в чем не бывало.

– Попробуй без слов.

Анна попробовала.

– Хорошо. Представь себе, что он выполняет твою команду.

Она представила, и жгутик тут же изменил направление полета и заскользил в их сторону.

– Вот видишь, – Смотритель улыбнулся вслед за Анной.

– Как же у меня получилось?

– Мы здесь все в той или иной степени машины. Скорее, люди тут не на своем месте.

– Еще одна вещь…

– Я весь внимание.

– Людям непонятно назначение Зальцбурга.

– Ну да, – Смотритель кивнул. На нем теперь была рубашка с воротничком на пуговицах, которая раздувалась под легким ветром, как настоящая. – Дело в том, что Зальцбург – это ключ к завершению цикла вымираний. В нем заключено все, что нужно. Первая хроматида должна была убрать слабых. Гены второй выполняют роль пускового набора. Стартовой площадки, с которой носители этих генов будут подниматься по лестнице галактической иерархии.

– В смысле, – вдруг догадалась Анна, – что 48-я хроматида помогает существам, живущим на своей планете, справляться с тяготами космических путешествий?

– Да! Галактическая среда недружелюбна. Радиация, невесомость, расстояния – все это предстоит преодолеть. Чертежи, заключенные в геноме, представляют собой базовую модель межпланетного корабля. Виды, достойные выживания, тратят века на создание и совершенствование корабля не только для того, чтобы исследовать Галактику, но и сеять жизнь – для постижения той величественной тайны Вселенной, в которой мы все существуем.

Анна с наслаждением применяла свое новое умение, она черпала наноклетки из почвы под ногами и придавала им новые формы. Из нескольких составных частей в ее руках образовалась чайка и, взмахнув крыльями, улетела под ее радостный смех.

– Быстро учишься, – Смотритель, казалось, видит в ней своего собственного смышленого ребенка. – Нравится создавать?

– Больше всего на свете! – Анна захватила еще горсть наноклеток.

– Чем сильнее эмоции, тем прекраснее то, что ты создаешь, – Смотритель моргнул и сузил зрачки. – Твои друзья ищут тебя.

– Анна, слышишь меня?! Прием! – прозвучал в приемнике голос Джека.

– Слышу, доктор Грир! – Анна отправила в небо дюжину искусственных бабочек.

– Ты где?! – в его голосе был испуг.

– Разговариваю со Смотрителем, как вы и велели.

Смотритель улыбнулся и изменил внешний вид. Теперь на нем был биокостюм.

– Встретимся в помещении, где звездная карта, – торопливо сказа Джек. – У меня есть идея.

Глава 50

– Потерпи, – твердил Олли, вытирая у Кей пот со лба. – Скоро будет доктор, он тебя залатает – будешь как новая.

Жара внутри сарая стояла адская, но в больницу было нельзя: Кей бы попала Стражу прямо в руки. У Олли были связи на острове, и он сумел позвать знакомого врача по имени Педро, который выручал его в прежние времена.

Кей слабо кивнула.

Олли с Армони пока что пытались остановить кровотечение. Одна пуля пробила Кей правое легкое, другая – плечо.

– Пока ты спала, – Олли держал Кей за руку, – я вышел в сеть, там появилась куча новостных блогов, многие отмечают, что их вдохновил твой пример. Ты теперь не одинока в выведении правительства на чистую воду.

– Конкуренты… – слабым голосом прошептала Кей.

– Тебя не изменить! – засмеялся он.

У Кей был сильный жар, но Олли старался не показывать свою тревогу.

– Тебе нужно беречь силы. Держись!

– Получила хорошие новости, – сказала Армони. – Лагерь в Южной Каролине освобожден без единой потери. Похоже, как только началась стрельба, охранники разбежались.

– Всегда бы так, – мрачно прокомментировал Олли.

В глазах Кей появился вопрос.

– Ответ – да. Твои родители в безопасности. И родители жениха тоже.

Несколько слезинок скатились из-под закрытых век Кей.

– Я же обещал, что мы их вытащим.

В дверь постучали, и Олли схватился за автомат, прислоненный к краю кровати.

– Это Педро, мистер Купер.

Олли открыл, и в дверь вошел маленький, очень худой человек с большим кожаным саквояжем.

– Сколько времени прошло? – спросил он, оттесняя остальных от кровати.

– Примерно час. Мы сделали что в наших силах. О больнице не может быть и речи.

– Больница бесполезна: они перегружены. Там у нее не было бы ни одного шанса.

– Вся надежда на тебя, Педро.

Доктор раскрыл свою сумку. Олли стало легче на душе: теперь Кей в хороших руках. К тому же, проблемы в больницах оправдывали его решение не везти ее туда, а лечить здесь, в лесу.

– У меня еще есть информация, – Армони вопросительно смотрела на него.

– Давай! – нетерпеливо буркнул он.

– Управление национальной безопасности перехватило звонок с мобильного телефона из Гренландии в Ричмонд, Виргиния.

– Есть вообще что-нибудь, чего бы ты не могла хакнуть?

– Наверное – нет, – засмеялась Армони, – но мы не об этом. Думаю, это Миа звонила дочери. Отпечаток голоса – если очистить от помех – совпадает.

– Точное место можешь определить?

Армони развернула лэптоп в его сторону: ровно в центре карты Гренландии мигала красная точка.

– Ты ангел! – Олли схватил ее в медвежьи объятия. Понимая, что не вырваться, Армони обняла его в ответ.

– Мистер Купер, – раздался голос Педро. – Мне жаль, но ваша подруга скончалась.

Кей неподвижно лежала на кровати с руками, вытянутыми вдоль тела, подбородок смотрел в потолок.

– Я сделал что мог, но она потеряла слишком много крови.

Олли беспомощно опустился на край кровати. Лицо Кей было спокойно, как во сне.

Она теперь с Дереком, – только и мог подумать Олли.

Глава 51

Миа выключила спутниковый телефон, но продолжала молча глядеть на него; после разговора с дочерью ей еще больше захотелось быть с ней вместе, но одновременно родной голос наполнил ее сердце новыми энергией и готовностью продолжать начатое дело.

Телефон она стащила в узле связи и не сомневалась, что за это еще придется заплатить, но она никак не могла упустить эту (возможно – последнюю) возможность сказать дочери, как она ее любит.

Стоило ей выйти из своей комнатушки, как чьи-то крепкие руки схватили ее.

– Вы что, с ума сошли?! – Миа безуспешно пыталась освободиться. – Больно!

Люди Алана с непроницаемыми лицами тащили ее по коридору.

В социальном модуле находилась группа исследователей и технических специалистов. Некоторые бросились ей на помощь, немолодой человек с сединой в бороде преградил охранникам дорогу и потребовал отпустить Мию. Они не обращали на него ни малейшего внимания, пока он не схватил одного из них за руку. Защитника Мии отшвырнули в сторону так, что он ударился головой о стену и упал без чувств на пол. Это произвело такое впечатление на остальных, что они застыли на месте и только смотрели, как Мию тащили на второй этаж, где ее ждал Алан. Рядом с Аланом стоял охранник и держал за руки Софию и Ноэми. Сердце Мии сжалось при виде выражения ужаса на лицах девочек, но тяжелее всего было увидеть лицо Янссон.

– Прости, Миа, – твердила она бесцветным голосом, – я вынуждена была это сделать… Ради семьи…

– Я не позволю вам!.. – на лице адмирала Старка, стоявшего рядом, отчетливо читалось отвращение.

– Разве президент Соединенных Шатов уже не ваш начальник? Адмирал, несколько поколений вашей семьи достойно служили стране, неужели вы хотите запятнать эту репутацию? Измена вам не к лицу!

Адмирал молчал.

– Ты знаешь условия нашего договора, – Алан повернулся к Мии. – Ты должна была ввести мне Зальцбург…

– Я и ввела. Что еще я могу сделать?

– Даже сейчас ты продолжаешь врать. Но это неважно: Янссон сделала все, что нужно. Она сдала тебя с потрохами, чтобы получить место в бункере для себя и семьи в Гинбрайере, Западная Виргиния, – не она первая, не она последняя. И да – я был крайне неправ в отношении Олли!

Миа выпрямилась.

– Должен признать: он меня удивил, что мало кому удается, сама знаешь. Но вот ирония: уничтожив радиотелескоп в Аресибо, он обрек большинство человечества на вымирание. Корабль столкнется с Землей меньше чем через час, и только обладатели полной хромосомы Зальцбурга имеют хоть какой-то шанс пережить последствия, – Алан наклонился и зашептал Мии в ухо, щекоча её своим горячим дыханием: – я знаю о корабле, про который вы мне не сказали, – он сделал шаг назад и протянул Мии руку: – предлагаю последний шанс. Введи себе ген-сборщик – присоединяйся ко мне, к дочери, к бесконечной жизни! – было видно, что Алан совершенно искренен, улыбка его была почти доброй.

– Пошел ты в задницу! Я скорее сдохну, чем буду дышать с тобой одним воздухом!

Улыбка сползла с лица Алана, он вытер рот и сказал, как плюнул:

– Ну, раз так…

Глава 52

0 часов 25 минут 02 секунды

Когда Джек, Гэби, Даг, Грант и Юрий прибыли в помещение с звездной картой, Анна была уже там и сосредоточенно копалась в грунте.

– Я думал, ты со Смотрителем, – сказал Даг.

– Он со мной не пошел, а указывать ему, что делать, я не решилась, – Анна поднялась и отряхнула руки.

– Вижу, ты прониклась к нему, – в голосе Джека слышалась легкая зависть.

– Смотритель меня многому научил, и он может управлять тварями, живущими здесь, под куполом, – она посмотрела вокруг. – А где остальные?

– Стоукс считает, что нужно найти капитанский мостик, и ищет его со своими бойцами, – сказал Джек с явным неудовольствием.

– А вы против?

– Стоукс, возможно, прав! – заявил Юрий с некоторым вызовом.

– Мы с Джеком считаем, что это место больше, чем просто звездная карта, – пояснила Гэби.

– Они почему-то решили, что это и есть мостик, – хмыкнул Грант.

Анна посмотрела на пьедестал, увенчанный голубым шаром.

– Единое место управления навигацией и силовой установкой – почему нет? Но устройство смог оживить только доктор Холланд.

– Да и то не слишком удачно, – добавил Грант.

– С вами ничего не случится, если попробуете еще раз, – указал ему Джек.

– А с нами со всеми очень даже случится, если не попробуете, – Гэби подтолкнула Гранта.

Грант вздохнул и положил обе руки на сферу. Сейчас же из-под его рук хлынули потоки синего света и помещение заполнило объемное изображение, похожее на Млечный Путь, которое почти сразу стало слабеть и расплываться.

– Держите его! – закричал Джек. – Чуть подольше!

По лицу Гранта струился пот, он жал на шар изо всех сил, но картина дрогнула и исчезла.

Джек выругался.

– Я спросила Смотрителя о Зальцбурге, и он сказал, что его назначение – подготовить людей к космическим путешествиям, – вспомнила Анна.

– К космическим путешествиям? – повторил Грант. – И как это связано?

– Очень даже связано! – оживилась Гэби. – Астронавты, вернувшись на Землю после недель или месяцев на МКС, испытывают на себе тяжелые последствия существования в невесомости. Потеря мышечной массы, плотности костной ткани…

– А радиация? – добавил Даг. – Это же одно из главных препятствий для пилотируемых межпланетных полетов.

– Что объясняет HOK3, – Джек говорил как бы сам с собой.

– Какой еще хок? – удивился Юрий.

– Заключительный ген в наборе Зальцбурга. Миа экспериментировала с близняшками, чтобы понять, как он работает. С учетом размеров Вселенной, телепатия – отличное средство связи.

– Черт! Ты прав! – поддержала его Гэби. – При скорости связи, равной скорости света, обмен информацией с другой планетой на расстоянии десяти, скажем, световых лет занял бы двадцать лет.

– Алло? – Даг сделал вид, что говорит по телефону. – Двадцать лет. Кто это? Двадцать лет. Земля. Двадцать лет. Ошиблись номером. Я так когда-то с моим прадедушкой разговаривал.

– А сотни световых лет?! – Гэби не могла остановиться. – Единственная возможность – это мгновенная связь. Но, Грант, у вас же Зальцбург…

– Видимо, не полный набор, а то бы эта штука меня слушалась.

– Близняшки! – воскликнул Джек. – У них одних полная хромосома. Они могут связаться с кораблем.

– Джек, – раздался голос в канале связи, – это адмирал Старк. Слышите меня?!

– Адмирал, я хотел вас попросить…

– Нет времени. Я прошел сквозь портал и потратил кучу времени, пока нашел ваш канал. Алан с вооруженными людьми идет к вам. Я не мог его остановить. Постарайтесь держаться от него подальше.

– Что этому ублюдку надо? Он что, хочет всех угробить? Скажите Мии, пусть немедленно приведет девочек-близняшек сюда к нам.

– Алан запер их на Северной Звезде.

Джек посмотрел на часы: оставалось менее десяти минут. Игрок, вечно живший в его душе, вынужден был признать, что их шансы ничтожны. Но другого выхода не было.

– Старк, возьмите Котиков и заберите девочек. У вас девять минут или все пропало. Прихватите также Мию.

– Хорошо. Но про Мию… – сердце Джека упало.

– Скажите, что она в порядке…

– Она у Алана, и он угрожает убить ее, если не получит того, что хочет.

Глава 53

0 часов, 9 минут, 13 секунд

– Адмирал прав: давайте-ка уйдем отсюда, – сказал Юрий и направился к выходу.

– Нет! – твердо возразил Джек и взял рацию.

– Стоукс, прошу немедленно вернуться в помещение звездной карты!

– Что-то случилось? Мы в пятистах метрах от вас. Обошли основную постройку, но здесь кроме джунглей ничего нет. Похоже, мы проиграли.

– Давайте сюда, и как можно быстрее!

– Вас понял, – Джек услышал, как Стоукс отдает команду своим людям, и отключился.

Снаружи донеслось глухое погромыхивание, и Джек проверил готовность своей винтовки.

– Думаешь, дойдет до этого? – спросила Гэби.

– Да. Всем приготовиться! Старк освободит девочек и скоро будет здесь.

– Понятно же, что они не успеют… – Даг с мрачным видом смотрел на таймер.

– А что еще нам делать?! – раздражался Грант.

– Для начала положите оружие, – Алан вошел в помещение в сопровождении десятка вооруженных людей. Двое вели пленников, одним из которых была Миа, и Джек даже сквозь стекло шлема видел ее испуганные глаза. Второго он не узнавал.

Джек и его группа подняли свои винтовки. Сложилась патовая ситуация.

– Смотрите, чтобы эти твари не проникли сюда! – Алан отрядил двух человек сторожить вход, все еще находясь под впечатлением от того, с чем они встретились по дороге.

– Познакомились с местными зверюшками? – ласково спросил Джек.

– Вы не поверите, нас сначала было двадцать! Пятерых кто-то утащил в воду, еще нескольких сожрала на суше одна гигантская тварь.

– Мы называем его бегемот.

– Как мило! – Алан держал за спиной руку с пистолетом.

– Я вот чего не пойму: как вы вообще узнали, где нас искать? – Джек всячески старался выиграть время.

– Генерал Данхэм предупреждал, что среди вас может быть шпион, но вы как-то невнимательно слушали.

Джек посмотрел на стоявших рядом и уперся взглядом в Юрия, который отвел глаза.

– Я так понимаю: Иван был лишь предлогом, чтобы внедриться в группу? – винтовка Джека практически уперлась в русского.

– Нет! Это не я. Клянусь!

– Такие времена: никому нельзя верить, – с видимым удовольствием сказал Алан. – Слушайте, Джек, врежьте по кораблю, чтобы вызвать ударную волну, – тогда никто не пострадает.

Снова послышался мерный глухой звук, только на этот раз ближе. Джек вдруг понял, что Алан заманил бегемота ко входу, отрезав Стоуксу и Старку возможность добраться до них.

Загадочный пленник Алана рассматривал последнего с живым интересом.

– Алан, мы не в состоянии это сделать, – признался Джек. – Единственные, кто может войти в контакт с кораблем, – это девочки.

– Гм, – откашлялась Гэби, – вообще-то это не совсем так.

Джек взглядом велел ей помолчать.

– Человек рядом с вами не совсем человек, – сказала тем не менее Гэби.

Алан всмотрелся в пленника и ткнул в него пальцем.

– Он называет себя Смотрителем, – кивнула Гэби, – и похож на киборга. Мы его обнаружили здесь, на корабле, только в другом месте.

– Это правда?

– И это, между прочим, мой корабль, – спокойно сообщил Смотритель.

– Не волнуйтесь, доктор Бишоп, – улыбнулся Алан, – ваша мама будет в полной безопасности в подземном лечебном учреждении.

Джек, онемев, смотрел на Гэби, которая изо всех сил старалась выдержать его взгляд.

– Прости, Джек: счета за лечение стали непомерными, а из-за этого летящего к нам корабля я должна была принять какие-то меры для ее безопасности.

– Ты… все время… шпионила?.. – Джек с трудом находил слова.

Она только склонила голову.

– Тогда на буровой… каюту мою перевернула… ты?..

– Я все делала по его команде. Я не могу дать матери умереть. Такой смертью!.. – Гэби умоляюще сложила руки.

Джек выглядел потерянным. Его охватила не злоба – это было гнетущее чувство омерзения от такого предательства. Она была с ним рядом почти всю его профессиональную жизнь. Они были даже не коллегами, а близкими друзьями…

– Джек, я…

– Стоп! Не хочу больше слышать от тебя ни одного слова! Ни сейчас, ни потом! – Джек повернулся к Алану и увидел, что тот держит пистолет у головы Мии.

– Как тебе, Джек?

– Полегче, Алан!.. – умоляющим голосом сказал он.

– Вели своему приятелю выполнить то, что я говорю, или вышибу ей мозги из шлема.

Грант, Даг и Юрий замерли, понимая, что они в меньшинстве и шансы на спасение почти отсутствуют.

– Смотритель, – спросил Джек, – сделаешь, что он просит?

– Мне запрещено вмешиваться в процесс.

– В процесс? – переспросил Алан. – О чем он?

– Человечество проходит испытание: если мы поймем, как избежать собственного вымирания, – будем жить, если нет – погибнем.

– То есть он отказывается, да?

Джек кивнул.

Алан приставил пистолет к шлему Мии, а Джек направил винтовку ему в лицо. Все подняли свое оружие.

– Хороший инопланетянин – мертвый инопланетянин! – сказал Алан и, повернувшись, разрядил магазин в шлем Смотрителя. Тот упал, Анна с криком бросилась к нему.

– Анна, назад! – приказал Джек, держа Алана на мушке. Он мог бы сейчас застрелить его, но в последующей перестрелке погибли бы все.

Анна осторожно покачивала неподвижное тело Смотрителя, как мать – ребенка.

– Говорите – девочки идут сюда? – как ни в чем не бывало спросил Алан. – Давайте просто подождем?

Таймер обратного отсчета показывал менее трех минут.

– И что? Они не успеют до столкновения.

– Да, знаю. Жаль, конечно. Но я понял, что так даже лучше. По большому счету. Вас удивит, что я это говорю, но…

Джек вдруг заметил, что гулкий звук затих. Он поднял глаза и увидел длинного серебристого червя, как бы струившегося сквозь арочный проход внутрь помещения звездной карты. За спиной Алана и его людей червь, словно встретив преграду, остановился и стал собираться в большую лужу. Пока Алан упражнялся в красноречии, повествуя о своем видении будущего, вязкая субстанция начала вздыматься и обретать устрашающие формы. Появились две передние ноги, могучий корпус и круглая голова с множеством горящих глаз. Наконец из груди бегемота высунулась единственная рука с мощной клешней.

Алан и его люди, словно почувствовав что-то, начали было оборачиваться, когда страшная рука распрямилась. Алан, схваченный железными пальцами, пронзительно вскрикнул. Рука подняла его в воздух и понесла к разинутой пасти. Вопль Алана, извивавшегося, как беспомощное насекомое, умолк, когда острые зубы твари перекусили его пополам. Охранники, парализованные страхом, были неподвижны, но вот рука снова опустилась и обрушилась на них. Одних швырнуло и расплющило о стены, другие были растоптаны огромными ногами бегемота. Все произошло в считанные секунды, и тварь повернулась в сторону Джека и его группы.

– Ах ты!.. – начал Джек.

Анна, склонившаяся над телом Смотрителя, и Миа находились в самом центре свалки, но оставались совершенно невредимы. Зверь шагнул вперед, но Анна подняла свою тонкую искусственную руку, и он замер на месте.

На таймере оставалось шестьдесят секунд.

Джек бросился к Мии и не дал ей упасть.

– Анна! – он был вне себя от изумления. – Я не знал, что ты… В смысле: как?!

– Подарок Смотрителя, – голос ее был мрачен.

– Пусть она попробует, – Грант показал на пьедестал.

– У меня не получилось, вы же помните.

В этот момент по лицу Смотрителя пробежала рябь и дыры от пуль исчезли, даже шлем обрел свой прежний нетронутый вид.

Анна вскочила на ноги, с восторгом глядя, как Смотритель не спеша поднимается с пола.

– Жив?! – удивился Джек.

– Был поврежден важный центр обработки данных, но я все исправил, – он повернулся к Анне. – Хватит уже прибедняться.

– Но, Смотритель, у меня же нет Зальцбурга?..

– Нет. Но я дал тебе нечто большее, – он указал взглядом на пьедестал, и она послушно подошла и положила руки на сферу. Помещение озарилось ярким голубым огнем. Звездная карта повисла в воздухе твердо и недвижимо. В центре голограммы находилась Земля и в паре дюймов над ней – космический корабль в форме бриллианта.

Анна зажмурила свои цифровые глаза и отправила сообщение.

Глава 54

Джек и остальные прошли через портал и встретились с адмиралом Старком, который со своей командой собирался двигаться встречным направлением. После деконтаминации можно было обменяться новостями.

– Вы ведь новостей не слышали?.. – начал Старк. Рядом с ним стояли близняшки в биокостюмах на много размеров больше, чем нужно. Миа бросилась обнимать их.

– Корабль судного дня в нас не врезался? – Джек подмигнул Анне.

– И теперь они висят прямо у нас над головой, – Старк смотрел на незнакомого человека в группе Джека.

– А, да! Это… Боб, – представил Джек Смотрителя.

Всем сразу захотелось поскорее добраться до поверхности и увидеть корабль. Анна заметила, что Смотритель к ним не присоединился, и остановилась.

– Разве ты не побудешь с нами?

Смотритель покачал головой. Сейчас он был неотличим от человека, вплоть до черной пряди, прикрывавшей лоб.

– Мне пора.

– Пора? Куда?

– Домой! – сказал он с надеждой. – Путь далек и займет много ваших лет, но я должен знать, последний я в моем народе или нет.

– А если да – вернешься? – Анна взяла его за руку.

– Не расстраивайся. Ты теперь другая: тебе достаточно подумать обо мне – и я с тобой, – он дотронулся кончиками пальцев до ее виска.

Она обняла его:

– Мы так прощаемся здесь, на Земле.

Смотритель стоял неподвижно с опущенными руками, пока Анна не взяла их в свои и не обвила вокруг своей талии.

Он протянул ей пригоршню наноклеток.

– Найди им правильное применение, – рука Смотрителя поднялась вверх в знак прощания, и он шагнул сквозь портал, который тут же сначала сжался в точку, а затем и вовсе исчез.

Глава 55

Джек и Миа стояли на макушке утрамбованного ветрами сугроба. Солнце закатывалось куда-то за Северную Звезду, удлиняя все тени до бесконечности. Примерно в тысяче футов над поверхностью Земли беззвучно парил корабль несостоявшегося судного дня. Они уже давно не могли отвести от него глаз, забыв о холоде, пробиравшемся внутрь биокостюмов.

– Представляете, как они, наверное, разочарованы?! – улыбнулась Миа. – Столько времени лететь – и все зря!

Джек засмеялся, глядя на самолет, садившийся прямо рядом с базой.

– Пилот, вероятно, думает, что у него галлюцинации.

– Что теперь будет между вами и Гэби?

Он втянул холодный воздух.

– Мне отвратительно то, что она сделала, но я понимаю почему.

– Продолжите с ней как-то общаться?

– Трудно сказать, – Джек снова посмотрел на корабль, который, казалось, слегка дрожал в шедшем от него энергетическом поле. – Время должно пройти. А вы? Сразу же к дочери?

– Как только здесь закончим. Я многое пропустила и хотела бы, чтобы вы мне рассказали все в подробностях.

– Договорились.

– Где еще такую фигню увидишь? – произнес рядом с ними голос с австралийским акцентом.

Миа обернулась и увидела Олли, карабкавшегося к ним на сугроб. Она бросилась ему на шею, едва не сбив с ног, и принялась целовать каждый квадратный дюйм его физиономии.

– Вот и отлично. Оставь немного на потом, – он протянул руку Джеку: – Джек?!

– Рад видеть, что вы целы, – Джек пожал протянутую руку.

– Мне повезло, приятель, но мы потеряли очень хороших людей. А уж сколько бы погибло, если бы эту хрень не удалось остановить!..

– Вообще-то оставались секунды, – сказала Миа.

– Известно, что вы любите дергать судьбу за усы, да, Джек?

– Мне случалось ходить по краю, – усмехнулся Джек.

Голубые огни бегали по корпусу корабля с все возраставшей скоростью.

– Выглядит так, будто они хотят нам что-то сказать, – Миа щурилась на корабль.

– Я знаю что, – Олли широко улыбнулся.

– Я тоже, – Джек улыбнулся вслед за Олли. – Увидимся через пятьдесят миллионов лет.

И, словно в ответ, корабль дрогнул и стремительно исчез в темневшем небе.

Глава 56

Три месяца спустя

Проехав три сотни миль на север от Сан-Франциско, Джек прибыл к расположению системы телескопов Аллена, штаб-квартире SETI (проект по поиску внеземных цивилизаций). Новое крыло здания – исследовательское, цель его путешествия, состояло из одноэтажных строений, в первое из которых он вошел, поднявшись по небольшой лестнице.

– Как раз вовремя! – Юджин похлопал его по спине. – Все в соседней комнате. Телескоп сейчас появится в онлайн.

Он имел в виду Космическую рентгеновскую обсерваторию «Чандра», вращающуюся вокруг Земли на высоте шестидесяти пяти миль. Обсерватория была запущена два десятка лет назад, но Юджин с коллегами сумели модернизировать ее, обновив программное обеспечение. Физик-теоретик открыл дверь, и Джек увидел знакомые лица.

Первые, и очень крепкие, объятия последовали со стороны Мии.

– Полегче, не раздави его, – Даг обошелся с Джеком помягче.

Грант, как истинный британец, просто пожал Джеку руку.

– С Гэби кто-то общался? – спросил Джек и сразу же пожалел, что спросил.

Какое-то время в помещении царило гробовое молчание.

– Слышал, она вернулась в Небраску и заботится о матери, – сказал Юджин.

– Рад слышать.

Среди присутствовавших находилась одна неизвестная ему юная дама лет двадцати. Темные волосы спускались ей на плечи, обрамляя приятное приветливое лицо.

– Ах, да! Где мои манеры?! – Миа шутливо хлопнула себя по лбу. – Забыла, что вы официально не представлены друг другу!

– Джек, – он протянул руку. – А вы…

В ее глазах было что-то невероятно знакомое, после минутной растерянности он спросил:

– Анна?

– Здравствуйте, доктор Грир! – щеки Анны порозовели.

– Мать честная! – Джек не знал, что сказать. – У тебя совершенно новое тело!

– Смотритель сделал мне королевский прощальный подарок.

– Да уж! – Джек засмеялся. – Окажись я рядом с тобой в метро – не узнал бы!

Он взял ее за руки. Они были теплые: наноклетки не отличались от человеческой кожи.

– Ты просто невероятна! – Джек все еще с трудом справлялся со словами.

– Я ее протестировала, – сказала Миа. – Результаты круче, чем у двойняшек.

– Если бы Ражеш мог это видеть… – заметил Джек.

– Не поверил бы! – хмыкнул Даг.

Очень может быть, ведь дети часто превосходят своих родителей. Об этом невероятном чуде созидания говорил Смотритель.

– Есть и другие новости, – сказала Анна. – Выяснилось, что Зальцбург содержит еще один секрет. Поверх уже расшифрованного кода я нашла новый блок информации. Это оказалось нечто вроде энциклопедии.

– Энциклопедии чего?

– Это технологии, необходимые, чтобы нам стать космической цивилизацией. А еще я создаю себе нового друга.

– Поумней, чем Тинк, я надеюсь? – спросил Даг.

Из соседней комнаты донеслось тявканье.

– Вот, – удовлетворенно заметил палеонтолог.

– И как его будут звать? – Джек уже догадывался как.

– Иван 2.0, только он будет без пулеметов.

Теперь Джек обратился к Мии:

– Дочь была счастлива заполучить вас обратно?

– Да. Вы, наверное, слышали, что мы съехались с Олли?

– Слышал. Поздравляю!

– Зоуи обожает его, но ему далеко до Софии и Ноэми – эта троица неразлучна!

– Похоже, вы собрали полный дом. Однажды расскажете им, как спасли мир.

– Не обещаю, – засмеялась Миа. – Как у вас? Все дома на месте?

– Не поверите. Гордон все никак не оправится от своего падения.

– А кто на хозяйстве?

– Мой отец.

– Да ладно…

– Такое не придумаешь. Я приехал – они отлично ладят. Ну, я решил забыть про обиды: пусть все будет как есть.

– Я вижу, не одна только Анна взрослеет.

Джек засмеялся и обнял Мию.

– Чуть не забыл. Мне пару дней назад позвонил Старк. Через неделю после нашего отъезда из Гренландии неизвестный объект пробил дыру в ледовом щите и ушел в космическое пространство.

– Смотритель… – с грустью сказала Анна.

– Но у Старка и так забот хватает, – продолжил Джек. – Майерс уходит: появились подтверждения связи правительства со Стражем, плюс вскрылась правда о лагерях для интернированных.

– Кей Маоро, – сказала Миа. – Олли передал федералам ее лэптоп. Там полно информации о заговорщиках!

– Всем внимание! – Юджин занял место перед большим монитором. – Мы готовы!

– А что вы там сделали с обсерваторией «Чандра»? – спросил Джек.

– Мы использовали работу Мии по взаимодействию хамелеоновых частиц темной энергии и разумного сознания.

– Помните, я вам показывала свечение вокруг двойняшек?

– Так что между ними образовалось подобие моста? – уточнил Джек.

– Смотрите сюда! – Юджин с оттяжкой щелкнул по клавише.

Экран покрылся световыми точками.

– Перед нами самый центр Галактики! – пояснил Юджин.

Картинка по мере поступления и фильтрования данных становилась яснее. Стало видно звездную систему с двенадцатью планетами. Четвертая от Солнца планета была окутана чем-то вроде светящейся дымки.

– Это то, что я думаю?! – в изумлении воскликнул Джек. Такая же дымка окружала головы девочек, но сейчас они наблюдали ее в планетарном масштабе.

– Жизнь! – Даг вскочил со своего сидения.

На экране появилась соседняя звездная система, и снова, на второй от звезды планете, – та же картина. Белые нити расходились от планет во всех направлениях, то исчезая, то появляясь снова.

– Не просто жизнь, – зачарованно произнес Джек. – Разумная жизнь! И она повсюду!..

Конец книги.

Реальность и фантазия

Код вымирания – плод фантазии автора. Однако материал многих составных частей этой книги был напрямую заимствован из журнальных статей, из медицинских и других научных публикаций и даже из газетных заголовков. Вот несколько примеров.

Наноботы: Роботы, размеры которых измеряются в нанометрах; пока что существуют в значительной степени теоретически. Предназначены для выполнения определенных функций в измерениях, слишком маленьких для прямого человеческого вмешательства. Первое полезное применение наноботов планируется в медицинских технологиях, где они могут быть использованы для борьбы с раком и другими тяжелыми заболеваниями.

Морфогенетический резонанс: Предложенная Рупертом Шелдрейком теория морфогенетического резонанса постулирует, что разум, а также память существуют за пределами мозга и что правила наследственности больше напоминают привычки, транслируемые от одного представителя вида к другому посредством телепатии. Шелдрейк утверждает, что, когда мы смотрим на какой-то объект, наш ум буквально устремляется к нему, чтобы его физически потрогать. По его мнению, это, в частности, объясняет такой феномен, что иногда мы способны почувствовать, что на нас кто-то смотрит. Несмотря на свою своеобразную обаятельность, теория не получила поддержки в научных кругах.

Разумная панспермия: Панспермия – гипотеза о возможности переноса живых организмов или их зародышей через космическое пространство такими объектами, как метеориты, астероиды или кометы. Разумная панспермия предполагает, что за этим явлением может стоять сознательно действующий инопланетный разум.

Двухщелевой опыт: Пропустить фотон света через две дыры в металлической платине, кажется, не самый захватывающий опыт. Однако, результаты эксперимента породили один из самых загадочных вопросов в современной науке. Дело в том, что когда протон попадает на принимающий экран, то он должен выглядеть одним образом (если свет – частица) и другим, если свет – волна. Эйнштейн и другие ученые показали, что атомы и другие частицы могут вести себя как волна или как частица – в зависимости от наблюдателя. Квантовая теория, кроме того, предполагает, что все возможные траектории движения частицы существуют одновременно, и только когда наблюдатель пытается понять, через какую из двух щелей пролетела частица, она занимает одну единственную траекторию. Это говорит о том, что сам факт наблюдения влияет на состояние наблюдаемого объекта. Надо бы спросить, что по этому поводу думает Руперт Шелдрейк.

Квантовая запутанность: Явление, названное Эйнштейном жутким дальнодействием, при котором квантовые состояния двух частиц оказываются взаимозависимыми. Например, памятуя о двухщелевом опыте, можно получить пару фотонов, находящихся в запутанном состоянии, и тогда если при измерении спина первой частицы спиральность оказывается положительной, то спиральность второй всегда оказывается отрицательной, и наоборот. Такая взаимозависимость сохраняется, даже если эти объекты разнесены в пространстве за пределы любых известных взаимодействий. Это явление может показаться жутковатым или даже абсурдным, но мы же помним, что изначально задачей человеческого мозга было постижение того, как функционирует макромир (классическая физика), а не микромир (квантовая механика). На этом пути мы делаем самые первые шаги, но соблазнительно думать, что однажды квантовая запутанность позволит нам общаться и, может быть, даже. перемещаться быстрее скорости света.

Черные дыры: Область пространства, гравитационное притяжение которой настолько велико, что покинуть её не могут даже кванты света. Теоретическую возможность существования черных дыр впервые высказал преподобный Джон Митчелл еще в XVIII веке. В 1916 году было показано, что феномен вытекает из общей теории относительности Эйнштейна. Неопровержимое доказательство существования черных дыр было получено в 1971 году, когда космический аппарат Uhuru X-ray открыл источник рентгеновского излучения Лебедь X-1. Последние открытия говорят о том, что сверхмассивные черные дыры присутствуют в центре большинства наблюдаемых галактик, включая нашу.

Белые дыры являются противоположностью черных дыр. Если из черной дыры невозможно выбраться, то в белую дыру невозможно попасть: одна все в себя втягивает, другая все из себя выбрасывает. Пока что это всего лишь математическая теория, которая, хотя и не противоречит общей теории относительности, вызывает много сомнений или смелых предположений. Например, не могут ли белые дыры иметь прямое отношение к Большому Взрыву, поскольку оба явления связаны с выбросами материи и энергии из одной точки в пространстве. Существует и такая идея (которую невозможно подтвердить расчетами), что белые дыры могут образовываться при выходе из-за горизонта событий вещества черной дыры, образуя мост между разными вселенными.

Инопланетная растительность: Ученые NASA, такие, как Нэнси Кянг из Годдардского института космических исследований, высказали предположение, что основные спектры для фотосинтеза на других, подобных Земле, планетах могут различаться в зависимости от состава атмосферы и яркости их звезды. Хлорофилл в большинстве земных растений поглощает синий и красный свет в гораздо большей степени, чем зеленый, и поэтому выглядит зеленым. Другие звезды могут иметь световые спектры, отличные от нашего солнца, тогда инопланетная растительность будет носить другую раскраску. Например – цвета земной осени.

Темная энергия крайне мало изучена, считается, что она составляет 70 % вселенной; остаток делится между темной материей (25 %) и обычной материей (5 %). Поскольку темные энергия и материя невидимы и не поддаются обнаружению имеющимся научным инструментарием, ученым остается полагаться лишь на изучение их воздействия. Например, вычисление гравитационных сил во Вселенной показало, что количество наблюдаемой материи не соответствует полученным результатам. Ее попросту не хватает для объяснения состояния Вселенной.

Есть и другие признаки ее существования. В 1929 году Эдвин Хаббл обнаружил, что Вселенная расширяется. Но это расширение не замедляется в силу гравитации, а наоборот – ускоряется. Ответственной за неожиданный эффект сделали темную энергию, хотя на настоящий момент никто не смог объяснить ее природу. Ученым будет чем заняться еще много-много лет.

Мистицизм: В той, или иной степени все мы порой задаемся вопросами: кто я? и откуда я? Это неутолимое любопытство реализует себя в космологии, биологии, религии, а в последнее время – в индивидуальных тестах ДНК. На каждом из этих путей мы пытаемся найти хотя бы часть ответа.

В Кризисе Вымирания я приписал эту потребность некой модификации, привнесенной во все биологические существа разумными формами инопланетной жизни и активируемой после достижения видом способности к рациональному мышлению. В реальной жизни мы не знаем, что является источником этой мистической жажды. Мы даже не знаем, откуда эти беспокойные вопросы вообще взялись в нашей голове.

Но, может быть, есть смысл сделать шаг назад. Не отделять один путь от другого и посмотреть на картину в целом. Вдруг именно в переплетении направлений поиска, как в Зальцбурге, мы найдем желанные ответы?

Краткая ссылка

Гены 47-й хроматиды:

COL1 – белок, разрушающий костную ткань и вызывающий заболевания типа остеопороза.

TRPP2 – белок, понижающий способность ДНК противостоять ультрафиолетовому излучению, что проявляется в симптомах, похожих на альбинизм.

DAF4 – белок, копирующий действие наследственного заболевания (прогерия), ведущего к значительному ускорению процесса старения.

SER3 – белок, вызывающий сильное сжатие лобовых и височных долей, то есть тех частей мозга, которые отвечают за речь и логику.

Гены 48-й хроматиды:

LRP5 – белок, существенно повышающий плотность костной ткани.

SOD11A – мощный белок Dsup, защищающий нас от радиации.

MRE1 – белок, исправляющий ошибки в ДНК.

HOK3 – белок, делающий возможной связь посредством телепатии.

Дополнительный ген

HISR – ген-сборщик, присутствующий у примерно 30 % населения. Активированный применением ГМО, ген использует бесхозные нити морозной ДНК для создания хромосомы Зальцбурга.

Глоссарий

Хромосома: структура в ядре большинства клеток, хранящая и передающая наследственную информацию.

Хроматида: структурный элемент хромосомы.

Ген: последовательность нуклеотидов в хромосоме. Гены передают наследственную информацию.

Белки: вырабатываются генами для выполнения различных функций в организме.

Секвенирование гена: определение последовательности расположения аденина, гуанина, цитозина и тимина в цепочке ДНК.

Content

Джеймс Д. Прескотт
Кризис

Посвящение

Информация для читателей

Персонажи из второй книги

Что было в книгах 1 и 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Реальность и фантазия

Краткая ссылка