Сумма нанотехнологий

Степан Вартанов

Watch your future ends.

The Borg Queen

Будущее заказывали?

Humans need fantasies to be human.

To be the place, where the falling angel meets the rising ape.

T. Pratchett

Мне надоели оптимисты. Знаете, те, которые не знают, как была устроена лампочка Ильича, которую изобрел Эдисон (а вы знаете?), но зато готовы кричать на каждом углу про торжество прогресса, не уточняя, правда, над кем именно. Мне также надоели пессимисты, которые твердят, что наша цивилизация катится… все катится. И еще мне надоело объяснять свою точку зрения на будущее. Меня часто об этом спрашивают, но мало кто готов мириться с тем, что я действительно пытаюсь что-то объяснить. Это насчет причин появления данного текста.

Будущее будет. Данный текст – это всего лишь точка зрения, и весьма субъективная. Это игра. Я так играю. Я делаю некие предпосылки о том, что можно выжать из той или иной технологии, и пытаюсь – опять же, субъективно, прикинуть, к каким последствиям это приведет для нас, потребителей. Скорее всего, все это будет не так. Скорее всего, все будет гораздо хуже (запомните эту фразу).

Возьмем фантастику шестидесятых. Герой заходит в роботизированное кафе, нажимает кнопку, и часть стены (а на стене ничего не написано, ни маркером, ни краской из баллончика) уезжает в сторону, открывая нишу с видеотелефоном. Герой набирает сороказначный номер… Подождите! А абонентская плата? А льготные тарифы, предлагаемые различными провайдерами? А полифонический звук? И вообще – зачем прятать в нишу в стене то, что можно засунуть в карман? Вот так мы и предсказываем будущее…

И тем не менее, этот текст написан. Наверное, потому, что мне было интересно. А впрочем, нет. Мне просто надоели оптимисты. Я буду циником.

Это не статья, это скорее тезисы глав книги, которая, если я буду продолжать ее писать с той же скоростью, что и сейчас, никогда не будет написана. Эти тезисы немного схематичны, и если нужно, я могу извиниться за их краткость. Что поделать, так получилось.

Все там будем

Может быть, все люди будут

Жить в одной большой стране…

А. Макаревич

Мемы

Придумайте антомим к слову «одиночество»

«Тень солнечного зайчика»

Прежде всего, поговорим о движущих силах прогресса. Куда мы движемся, и что самое главное – почему мы движемся вообще.

О прогрессе можно говорить с разных точек зрения. Можно говорить о вдумчивом планировании и тщательном исполнении. Но поскольку мы больше семидесяти лет вдумчиво планировали один общественный строй, а потом, из-за нескольких не к месту и не ко времени произнесенных фраз, оказались совсем в другом, мы не будем говорить о вдумчивом планировании. Человеческая способность строить планы может сравниться только с его же способностью их нарушать. Как говорил один герой комиксов, чем скорее мы составим расписание, тем скорее мы сможем от него отстать.

Есть такая история, не знаю, правдивая или нет, но по крайней мере, поучительная. Якобы, в конце девятнадцатого века, в одном из крупных государственных учреждений Санкт Перербурга был проведен опрос. Сотни чиновников – а в то время это были весьма образованные люди – ответили на один единственный вопрос. Что, по-вашему, спросили у них, будет самой крупной проблемой, стоящей перед разросшимися мегаполисами конца следующего, двадцатого, века? Ответ был практически единодушен. Проблемой, ответили чиновники, будет удаление с улиц разросшихся мегаполисов… конского навоза. Смелая, поистине смелая попытка проникнуть в будущее, но в целом, любой «четвертый сон Веры Павловны» приводит к столь же смехотворным результатам.

(Мне тут подсказывают, что, вроде, это была французская академия наук…)

Можно говорить о развитии технологий. Бытие определяет сознание. Спорить трудно, оно действительно определяет, но вот практической ценности для предсказания этот тезис не имеет никакой. Мы не знаем, каким будет бытие, каким – сознание, а предсказанные сторонниками этой теории блага так полным потоком и не полились. Увы, а может быть, наоборот, к счастью.

И все же теория есть. Правда, она не предсказывает, а объясняет настоящее, но имея на руках эти объяснения, несложно провести линию в «неведомое будущее», не опасаясь попасть пальцем в… словом, куда-то не туда. Теория эта называется меметикой.

Строго говоря, это не теория даже, а просто другой способ взглянуть на вещи. В жизни есть очень много вещей, на которые мы смотрим так, как привыкли, не задавая себе вопроса «а так ли это»? Например, пшеница (это пример не меметики, а другого способа взглянуть на вещи – не путайте).

Всем известно, что на заре своего существования человечество «приручило» этот злак, увеличило его урожайность, научилось выращивать его в разных климатических зонах, и стало, таким образом, меньше зависеть от охоты и собирания кореньев. Человечество осело, начало развивать ремесла и искусства, расщепило атом и полетело в космос – могло бы оно это сделать, продолжая скитаться по лесам в поисках дичи и ягод? Вероятно, нет. Даже странно, как сильно изменило нашу жизнь это невзрачное растение, и как сильно изменилось в процессе оно само…

Но что, если посмотреть на события с другой точки зрения? Представьте, на заре своего существования пшеница приручила человечество. Она вытащила этих одетых в шкуры дикарей из лесов, научила жить оседло, в результате чего у них развились искусства и ремесла. Она направила человечество войной на растения – конкуренты пшеницы в борьбе за существование, и пожалуйста, послушные люди принялись корчевать леса, чтобы расширить пшеничные поля, и искать средства защиты пшеницы от сорняков. Возникли окруженные полями города, системы орошения и машины для сбора – с целью последующей посадки – зерен пшеницы. Даже странно, как сильно изменила пшеница жизнь этих невзрачных дикарей…

Теперь о меметике. Это тоже другой способ смотреть на вещи, другая точка зрения… Другой МЕМ. Что такое мемы? Ну, скажем, жители мозга. Слишком загадочно? Хорошо. Попробуем по-другому. Можно рассматривать человека как венец творения, мыслящее существо, и хозяина собственной жизни. А можно – как вместилище мыслей. Мысли рождаются, живут и умирают в человеческом мозгу. Мысли возникают не просто так. Они зависят от того, чем мы «заполнили» свой мозг, какие мемы мы туда пустили. Мем – не мысль, мем – это скорее идея, способ думать.

Выйти на крыльцо, потянуться и сказать «Здравствуй, солнышко!» – это мем, точнее его проявление. Увидеть свободное место на стене и написать там «Все… (впиши недостающее слово) – козлы!» – это тоже проявление мема. Так же, как и погладить по головке малыша. Мы занесли этот мем в свой разум – когда-то. Занесли, как заносят инфекцию, и он теперь там живет. И будет жить, если только его не вытеснят другие мемы, например мем политкорректности (не трогай чужих детей).

Получается, что мемы – истинные жители нашего разума, и они же – истинная причина того, как мы себя ведем. Только имейте в виду, это всего лишь способ смотреть на вещи. Меметика – это не оккультная школа, а мемы… Да нет никаких мемов. Есть лишь связанные друг с другом цепочки условных рефлексов в невероятно сложной машине, именуемой человеческим мозгом. И все-таки…

И все-таки, если смотреть на нашу «разумную» деятельность с точки зрения меметики, то мы получим гораздо больше, чем просто новую логическую головоломку. Мемы ЖИВУТ в мозгу? Ими можно ЗАРАЗИТЬСЯ при общении? Они КОНКУРИРУЮТ друг с другом? Но тогда их поведение должно описываться законами естественного отбора, и к нашим услугам оказывается вся мощь проверенных временем и опытом методов эволюционной биологии.

И вот тут-то начинаются проблемы, потому, что с точки зрения эволюции, прогресс – это вовсе не построение коммунизма (правового общества, демократии, ядерной сверхдержавы с человеческим лицом…), пусть даже в одной отдельно взятой стране, которой не жалко. С точки зрения эволюции, прогресс – это выживание более приспособленных особей. Читай – мемов. Выживание в борьбе за человека.

Многие далекие от биологии люди думают почему-то, что чем сложнее организм, чем он более «развит эволюционно», тем лучше ему с точки зрения эволюции. Увы, насекомые имеют гораздо больше шансов пережить будущие катаклизмы, чем люди, а микробы, безусловно, переживут насекомых. Побеждает тот, кто быстрее размножается, захватывая ресурсы, территории, ну и вытесняя конкурентов, конечно. Вы знаете, что насекомых на Земле миллион ВИДОВ? Что на каждого человека их приходится много ТОНН? Что членистоногие – я не говорю уже о микробах – живут на нашей коже, даже когда мы здоровы, и мы ничегошеньки с этим не можем поделать – они нас потихоньку едят…

Выживает и побеждает, повторю, тот, кто быстрее размножается.

Кстати, о мемах – как вы думаете, кто быстрее размножается, вытесняя конкурентов в борьбе за место в человеческих мозгах – мем рэпа, или мем классической музыки? Вот мы и подобрались к предсказанию будущего…

Итак, сформулируем основные положения. Мемы проникают в наши с вами мозги, и влияют на наше поведение. Это не обязательно плохо. Например, я когда-то заразился мемом под названием «меметика», а сейчас передаю его вам. Мем «таблица умножения» тоже весьма полезет, а вот мем «чем круче – тем больше курит», кажется, все-таки вреден. Для здоровья. Впрочем, мемам наше здоровье безразлично.

Это второй момент, который я хотел бы подчеркнуть. Мем побеждает в борьбе за существование, если он передается от человека к человеку. Есть мемы безвредные – те же анекдоты являются хорошим примером. Есть мемы полезные, например, «по утрам надо чистить зубы». Есть мемы – мутанты, некоторые возникли сами собой, некоторые – по злому умыслу. «По утрам надо чистить зубы, но только блендамедом». И наконец, есть мемы вредные. В годы войны, стоило одному летчику пойти на таран, или одному солдату лечь на амбразуру, как у них немедленно находились подражатели.

В мирное время, стоит в газете появиться описанию аварии, как – внимание! – в регионе, где распространяется эта газета, возрастает (это строго доказано статистикой) опасность таких же аварий. То есть, если написано «легковая машина столкнулась с бензовозом», то ПОДСОЗНАТЕЛЬНО водители легковых автомобилей начинают выискивать в потоке встречных машин именно бензовоз.

Что же получается? «Носитель» мертв, но мему все равно? Он успел «перескочить» на других носителей? То есть, мемы живут не столько в наших мозгах, сколько в обществе? И жизнь отдельного человека для них не важна, как не важна для нас судьба отдельного зернышка пшеницы – перемололи – съедим, посадили – съедим его потомков…

Как тут не вспомнить современную мистику, с ее эгрегорами. Надличностные образования, контролируют разум, питаются нашей энергией… Не будем идти по этому пути – методы эволюционной биологии разработаны гораздо лучше, чем методы эзотерические, и их предсказания обычно точнее.

Повторим еще раз, что мы имеем. Мемы живут в наших мозгах, конкурируют с другими мемами и размножаются путем нашего друг с другом общения. Их процветание не зависит от нашего процветания. Идеи коммунизма, например, уничтожали своих носителей миллионами, и, тем не менее, захватывали все новые, так сказать, территории.

Пожалуй, стоит привести пример, чтобы показать, как мем может влиять на судьбу не вида даже – всей планеты. Мем, который мы выберем для этого примера, называется «крупный самец лучше». Все очень просто – при прочих равных самка выбирает более рослого самца. Все. Теперь посмотрим, как оно работает.

Крупный самец лучше, или Проклятие динозавров

– Что это у него в желудке – зубы?

С. Лем, «Странный гость профессора Тарантоги»

Итак, как уже было отмечено, при прочих равных, самка выбирает более крупного самца. Как правило. Не всегда, но чаще, чем наоборот. Не знаю, заложено ли это в генах, или привито воспитанием, наверное, и то и другое. Так или иначе, это правило поведения, иначе говоря – мем. Давайте посмотрим, что может сделать один отдельно взятый мем с одной отдельно взятой планетой.

Давным-давно, жил на свете зверек размером с кошку. Был он травоядным, и представлял собой нечто вроде суслика, хотя нор, кажется, не рыл. Был он шустрым, так что врагам было непросто его поймать, и неприметным, так что, наверное, желающих поймать было не так уж и много. И еще – как все живые существа – он иногда размножался.

Вероятно, брачные игры этих зверьков были похожи на все брачные игры вообще, а именно, несколько самцов бегали за одной самкой, и у самки – по крайней мере, в теории – была некоторая возможность выбора. Самцы были все как на подбор, конечно, мохнатые и юркие, но некоторые из них были крупнее – ну, скажем, на пару сантиметров, а некоторые мельче. Крупным удача улыбалась чаще.

Кстати, говоря «чаще», я вовсе не имею в виду – каждый раз. Чаще на полпроцента – это тоже чаще, и в играх эволюции это тоже считается. Потому, что у более крупного самца и детеныши будут крупнее – в среднем, как правило. Чуть-чуть крупнее. И так из поколения в поколение.

Прошли миллионы лет. Потомки зверьков – их звали эогиппусами – и поныне живут на нашей планете. Только размер их несколько изменился, да и называются они теперь по-другому – лошади.

С лошадьми палеонтологии повезло – у нас есть скелеты всех промежуточных форм этого животного, поэтому мы и можем вывести этот странный закон – из поколения в поколение лошади становились больше размером. Начиная с чего-то размером с кошку, они выросли до одних из самых крупных животных на планете.

Только ли лошади?

Трудно быть богом…

А. Стругацкий, Б. Стругацкий

Вспомним о динозаврах. Они господствовали на суше сотни миллионов лет, и за это время они только и делали, что увеличивались в размерах. Крупный самец лучше – и вот уже по Земле разгуливают сорокатонные чудовища, настоящие цари природы. Впрочем, не совсем цари.

Это оборотная сторона действия мема – он занимается увеличением размера животного, не заботясь о том, идет ли этот процесс на пользу как отдельной особи, так и виду в целом. А он на пользу не идет. На самом деле, и особи и виду наносится непоправимый вред.

Дело в том, что с ростом размера животного вдвое, его вес растет в восемь раз – пропорционально третьей степени роста. А сила мышц – пропорционально второй степени, то есть, медленнее, она, эта сила, пропорциональна сечению мышцы, а не ее весу. И если воробей, например, может легко подпрыгнуть на высоту, превышающую его рост, то гусь этого сделать уже не может. Слоны же, самые крупные из современных сухопутных животных, вообще не могут прыгать, как бы они не старались, одна нога всегда будет касаться земли (кстати, к вопросу об акробатике, которой занимался тиранозавр в «Парке юрского периода»). Это первый минус – крупный зверь относительно слабее мелкого. Относительно – это значит в пересчете на единицу веса.

Второе. Кто-нибудь видел мышь с грыжей межпозвонковых дисков? Полагаю, единственный способ для мыши заработать такую грыжу, это побывать в зубах у кота, то есть, получить травму. «Естественным» же путем мышь себя травмировать не может. Ее скелет, связки, хрящи – идеально подходят для существа ее размеров. Но затем в дело вступает мем «крупный самец лучше» – и размер начинает увеличиваться.

Тиранозавру жилось несладко. Мне повезло – я никогда не встречался с тиранозаврами, но я знаю наверняка – им жилось несладко. Они были вынуждены таскать тело, весом в несколько тонн, с почти горизонтальным – при ходьбе и беге – позвоночником – представляете, какие нагрузки это создавало на диски?! Если мы – крошечные, по сравнению с динозаврами, создания, и то жалуемся на радикулит, представляете, каково было «царю природы», когда у него схватывало поясницу?! До изобретения мануальной терапии – пятьдесят миллионов лет… Разумеется, они вымерли.

Под конец своего «золотого века», динозавры достигли небывалых размеров. Вот только строго говоря, это был не расцвет, а тупик – мышцы не могли перемещать такую массу с нужной скоростью, кости – выдерживать нагрузки. Однако мем продолжал работать. Крупный самец лучше – и все. Для маленькой мыши, кости сделанные из фосфата кальция подходят как нельзя лучше. Для брахиозавра нужны кости сделанные из углепластика, но ведь нет – природа применяла все те же фосфаты кальция! По макету тростниковой хижины нельзя построить небоскреб.

Разумеется, мы не можем говорить, что динозавры вымерли именно из-за нашего знакомого мема. В конце концов, были и маленькие динозавры, и они тоже вымерли… Мем просто внес посильную лепту.

Лошади, динозавры… Между ними пропасть в пятьдесят-шестьдесят миллионов лет. За это время на земле возникли и развились млекопитающие. Они начали свое развитие с крохотных зверушек, размером с хомяка. Затем они захватили мир, и достигли своего расцвета, создав так называемую мегафауну. Расцвета?

Действительно, по земле бродили ленивцы ростом со слона, доисторический медведь вдвое превосходил нынешнего гризли, а саблезубые тигры могли охотиться практически на любую дичь (нынешние тигры – не могут, например, напасть на носорога). Затем мегафауна вымерла. Угадайте почему? Все та же причина – размер особи вышел за пределы возможностей материалов, из которых природа строит живые организмы, гигантам стало труднее прокормиться, они рожают меньше детенышей, и роды у них проходят тяжелее… Но упрямые самки продолжают выбирать более крупных самцов – и так до последнего. Самца, то есть. Потом вид исчезает.

Кстати, насчет «царя природы». Это вовсе не объективное суждение, что большой и сильный зверь является царем. Это в нас говорит мем, под названием «крупный самец лучше», или в крайнем случае – один из его родственников. Вообще говоря, крупное животное беззащитно. Ему труднее прокормиться. Ему гораздо сложнее размножиться (как это делают кролики – знают все, а вот попробуйте представить, как это делают слоны!) Оно более уязвимо для травм. Лось со сломанной ногой скорее всего пропадет. Мышь со сломанной ногой может и выжить, да и ногу ей сломать не так просто, как лосю. И наконец… На крупное животное гораздо проще напасть.

Приведу лишь один пример, хотя подобных примеров много. Киты не любят подходить к берегу. Знаете почему? Нет, не из-за профиля дна, у китообразных прекрасные эхолоты, посадить их на мель довольно сложно. Кроме того, они не любят подходить к берегу даже там, где дно круто идет вниз. Из-за чаек.

Именно так. Чайки научились садиться на спину беззащитных «властелинов морей» и проклевывать в них дыры, питаясь подкожным жиром. Гигантам просто нечего противопоставить нахальной мелюзге – и они оставили, или почти оставили, прибрежные воды. Уверен, у гигантов древности дела обстояли еще хуже. Ведь кит, по крайней мере, может нырнуть, диплодоку же оставалось лишь покорно щипать травку, в то время, как сидящий у него на спине паразит (например, маленький птеродактиль) обедал им, диплодоком…

Вообще, интересно, что взгляд на эволюцию с точки зрения меметики переворачивает наши представления о жизни вообще. Всякая мелочь, устроенная просто и способная выжить в любом окружении оказывается важнее и «лучше», чем «совершенные» и высокоразвитые формы жизни. Любое усложнение – это первый путь к гибели вида, и особенно это относится к усложнению в сторону увеличения размера. Сложные формы жизни – это ошибка.

К сожалению, у меня нет данных по современным животным, кроме уже упоминавшихся лошадей. Однако, смею предположить, что мем «крупный самец лучше» не дремлет и здесь. Растут ли львы, стали ли нынешние слоны крупнее слонов шестнадцатого века? Скорее всего, да, хотя с появлением огнестрельного оружия (и вместе с ним мема «крупный ТРОФЕЙ лучше», которым одержимы некоторые люди), шансы более крупного самца на оставление потомства сильно изменились. Но сейчас бурно распространяется мем «охотиться – плохо», так что, может быть, для крупных самцов еще не все потеряно…

Кстати, о людях. То, из-за чего, собственно, и начался этот разговор. Одного взгляда на Интернет-форумы, посвященные знакомствам, достаточно, чтобы у нас зародилось страшное подозрение. Да-да, мы тоже заражены этим мемом. «Симпатичная (стройная, обаятельная…) девушка познакомится с молодым человеком без вредных привычек, от 180 см…» Крупный самец лучше. Может ли такое быть? Мы все-таки люди, венцы творения…

Заглянем в музей. Средневековье, рыцарские латы времен крестовых походов… Они что – детей на войну посылали? Нет. Эти латы сделаны по росту – по росту тогдашних рыцарей. Кто же виноват, что тогдашний крупный мужчина нынешнему поколению – в лучшем случае по грудь? Никто, кроме одного-единственного мема.

Кстати, не путайте действие нашего мема с так называемой акселерацией. Я не хочу вдаваться в объяснение того, что такое «стимулирующее действие малых доз радиации», и в обсуждение странного совпадения по времени начала акселерации и ядерных испытаний в атмосфере… В общем, «крупный самец лучше» здесь почти ни при чем. Почти – потому, что акселерат – это тоже крупный самец, и шансов у него больше… Интересная это штука – естественный отбор.

Но может быть, это лишь забавный курьез, который можно смело игнорировать? Может быть «проклятие динозавров» над нами не властно, а приведенные примеры – лишь редкие исключения?

Полистаем свежую статистику. С 1900 по 2000 годы на президентских выборах в США в 90 процентах случаев побеждал более высокий кандидат. Реформы? Ораторское искусство? Личное обаяние? Да полно, так ли это важно? Крупный самец лучше. Точка.

Да, вот еще что. Есть в биологии такое понятие – «давление отбора». В бедной феодальной стране крестьяне жили впроголодь, и «крупному самцу» могло элементарно не хватать еды. Это сдерживало работу мема «крупный самец лучше». Но затем люди освоили интенсивное земледелие, и еды стало много – впервые за всю нашу историю. Так что можно ожидать, что «рост» человечества не только не остановился – он ускорился. Косвенным подтверждением тому служит Япония. После второй мировой войны, благосостояние среднего японца резко улучшилось, и он смог, наконец, перейти с диеты, состоящей в основном из риса, на полноценную, включающую гамбургеры и жареный на животном жире картофель. Результат? Японцы выросли. Как нация. Почти на двадцать сантиметров, и уже почти догнали европейцев.

Что же будет дальше?

Предположим, мем будет продолжать работать. Тогда мы, люди, будем продолжать становиться все крупнее. Вопреки биологической целесообразности. «Почти у каждого ребенка школьного возраста можно обнаружить признаки остеохондроза»? Подождите, то ли еще будет через пару сотен лет, когда средний рост человека превысит два – два с половиной метра! Больше болезней, меньше сил, поскольку мышечная сила отстает от веса, меньше потомства… Повторим ли мы судьбу мегафауны?

Нет худа без добра

Если это нельзя съесть или тр…

На это всегда можно пописать.

Правило собачки

Справедливости ради, заметим, что есть у нашего мема и положительные «побочные эффекты». Речь идет о так называемом «эффекте Гира»: средний IQ человечества растет, увеличиваясь примерно на три единицы за десятилетие. Это – точные данные, полученные на основе огромного экспериментального материала (в США, например, IQ тесты проходят все поступающие в армию).

Почему-то никто не связал, или, по крайней мере, я не видел таких работ, рост IQ с происходящим одновременно ростом среднего объема мозга людей. То есть, не так. Связь между IQ и полученным при помощи магнитной томографии объемом мозга есть, она тоже выявлена статистически. А вот РОСТ IQ связать с РОСТОМ объема мозга, происходящим, в свою очередь, за счет увеличения среднего роста человечества, по-моему, никто не догадался. Впрочем, возможно, я просто недостаточно упорно искал.

Не то, чтобы этот «положительный эффект» был полезен человечеству с точки зрения эволюционной, скорее даже наоборот – «чтоб иметь детей, кому ума недоставало». Но все-таки, приятно. Приятно, впрочем, лишь потому, что мы заражены мемом «умный лучше, чем глупый».

Какими вы будете?

Ну что же, все было так,

Как нам и обещали…

Н. Васильева

Ну вот, пожалуй, хватит о меметике. Мы коснулись лишь одного мема, лишь одного из десятков тысяч, которые, как игрушками, управляют людьми. Что же это нам дает, с точки зрения предсказания будущего?

Во-первых, мы можем считать, что именно эволюция мемов будет определять будущее человечества. А значит, все, что мы знаем об эволюции – применимо.

Во-вторых – а что мы, собственно, знаем? Что выживает тот мем, который быстрее захватывает среду обитания, вытесняя конкурентов. Значит, чем быстрее идея переносится из мозга в мозг, тем больше у нее шансов выжить, и неважно при этом, будет ли это идея добра и созидания, или идея насилия. Главное, чтобы люди делились ею друг с другом. Впрочем, идеи насилия будут иметь преимущество.

Дело в том, что мы самой природой запрограммированы на выживание. Маленький ребенок постоянно лезет туда, куда ему лазить не следует, откуда можно упасть, где можно пораниться – почему? Одна из точек зрения – он «тестирует» своих родителей, он пытается методом проб и ошибок понять, что же ДЕЙСТВИТЕЛЬНО опасно (не выбегай на дорогу) и что просто не разрешено (не бери эти конфеты). А потом ребенок вырастает. Взрослый не может продолжать совать голову под топор при каждом удобном случае, чтобы выяснить, опасно ли это. Он использует другой – гораздо более удобный – метод. Он читает книги и смотрит кино, стараясь научиться на чужих ошибках.

Удивительно ли, что детективы (как убивают людей) и боевики (как убивают людей) пользуются большим спросом, чем учебники по биологии (откуда берутся пчелки). К сожалению, мемы конкурируют и на телевидении, так что – как результат этой конкуренции – в кино все больше убийств и все меньше историй из жизни пчелок.

Кстати, о пчелках. Помимо самосохранения, человек также запрограммирован на размножение. Я не буду продолжать это рассуждение – попробуйте догадаться, почему на обложках книг, в том числе и учебников о жизни пчелок, все чаще можно увидеть изображение полуобнаженной красавицы с гранатометом в руках?

Ну вот и все. Циничное получается будущее, но ничего не поделаешь. Строго говоря, элементы этого будущего можно видеть уже сегодня. А завтра… Завтра будет еще интереснее. Потому, что завтра в наш мир придут технологии, которые нам позволят – впервые за всю нашу историю – делать почти все, что угодно. Мемы подскажут нам, что именно делать.

Генетика с основами селекции

Это не ежик. Это просто (фигня) какая-то…

из анекдота

Эта глава стоит особняком, и я долго думал, стоит ли ее сюда включать. Она – не совсем о будущем. Она, скорее, об этике и прочих мифах (мемах?), на которых, как мне кажется, основано наше поведение. А генетику я выбрал просто потому, что…

Потому, что это развивающаяся область, не успевшая еще реализовать свой потенциал. В отношении жизни людей, конечно. В сельском хозяйстве она уже свой потенциал раскрыла, и тут особых потрясений ждать не приходится, а вот что касается медицины, а также связанных с нею областей, для которых у нас и названия-то еще нет, то потенциал еще не раскрыт, а значит, мы еще не создали (у себя в голове) соответствующий набор стереотипов. Я попробую его создать, с тем, чтобы немного расшатать ваши представления об этике, эстетике и тому подобной ерунде.

Строго говоря, предыдущий параграф немного грешит против истины. Стереотипы у нас есть. Они сложились под влиянием «научной» фантастики, которую, неизвестно за какие грехи, поставляют нам Голливуд и книжная индустрия. У авторов этого жанра, в свою очередь, стереотипы складываются на основе фильмов, которые они видели раньше, и фантастических книг, которые они читали. А также дешевых журналов с красивыми картинками. Стоит ли говорить, что эти источники информации не слишком надежны?

Получается некий заколдованный круг, в который научные данные если и прорываются, то только по крупицам, и всегда – в сильно искаженном виде. Чтобы не ходить далеко за примерами, возьмем стволовые клетки. В одной Москве десятки клиник предлагают услуги по омоложению и лечению всех болезней, с применением методик, основанных на стволовых клетках. При этом, на момент написания этого текста, ни одна геронтологическая методика подобного рода в России (и в мире) клинических испытаний не прошла, и ни одна из этих клиник, похоже, лицензию на подобную деятельность у Минздрава не получала. Но от клиентов нет отбоя. Здесь работает мем «дорого – значит качественно». Стереотип. Некое убеждение, принятое без доказательства, либо на базе доказательств, с реальностью связанных слабо.

Насмотревшись фантастических фильмов, люди представляют себе результаты генетических исследований в виде монстров, подозрительно похожих на… словом, на монстров из фантастических фильмов. Насколько этот образ отражает реальное положение дел? Ни на сколько. Ниже я попробую поиграть (помните – это игра, а не прогноз будущего) с генетическими исследованиями, клонированием и этикой. На самом деле, меня интересует этика, а генетика – лишь фон для анализа. Итак.

После стольких лет (тысячелетий), в течение которых нам повторяли, что способ размножения человека греховен, мы, наконец-то, подошли к созданию способа непорочного. Который немедленно окрестили «игрой в Бога», имея, видимо, в виду, что человеку следует продолжать делать это прежним, осуждаемым способом. Просто потому, что… Попробуйте закончить эту фразу. Затем перечитайте то, что получилось…

Но начнем с начала. Итак – эмбриональные клетки. Интересный и перспективный материал для исследований, практически бесполезный (не знали?) для медицины. В медицине используются стволовые клетки из костного мозга, пуповинной крови, жировой ткани, волосяных луковиц… Но эмбриональные – обычно нет (пока нет, все меняется). По двум причинам.

Во-первых, ими труднее управлять. Они не прошли тех изменений, которые делают их управляемыми (со стороны организма), и поэтому, применяя их, слишком легко получить осложнения (по некоторым данным, до 30 процентов случаев образования опухолей).

Во-вторых, чужие клетки организм отторгает. А СВОИХ эмбриональных клеток, СВОЕГО эмбриона нет ни у кого. Он вырос, этот эмбрион, и перестал быть эмбрионом. Стал пациентом. Но конечно, если подавать информацию подобным образом, то сенсация потеряет остроту (меметика, конкуренция сюжетов, выживают те газеты, которые публикуют более скандальные новости). Нет гибели эмбрионов, нет «узаконенного убийства» – нет сенсации. Плохо для бизнеса.

Кстати, альтернативой исследованию эмбриональных клеток является уничтожение абортного материала, но это, похоже, никого не волнует. Уничтожать – можно. Использовать – неэтично. А клонирование – это вообще грех. Даже слово страшное какое-то.

Теперь давайте поиздеваемся над нашим чувством справедливости. Есть в НЛП такой прием – если сначала расшатать убеждения человека, то потом ему проще привить новые. Нет, не так. Давайте привяжем это маленькое «упражнение» к теме данного текста. Мы ведь предсказываем будущее? А что может быть интереснее, чем прогнозирование грядущих демографических потрясений?

Позволю себе цитату из книги Патрика Дж. Бьюкенена «Смерть Запада»

«Давайте снова обратимся к прогнозу на 2050 год и попытаемся представить, как будет выглядеть наш мир. В Африке будет проживать 1,5 миллиарда человек. От Марокко до Персидского залива раскинется арабо-турецко-исламское море в 500 миллионов человек. В Южной Азии будет 700 миллионов иранцев, афганцев, пакистанцев и жителей Бангладеш, а также 1,5 миллиарда индийцев. Плюс 300 миллионов индонезийцев, а также Китай с его 1,5 миллиардами населения – некоронованный король Азии. Россия, население которой составит от силы 114 миллионов человек, окажется практически вытесненной из Азии. Почти все русские станут жить к западу от Урала, то есть в Европе. Западный человек, в первой половине двадцатого столетия доминировавший в Африке и Азии, исчезнет с этих континентов к середине двадцать первого века; следы его присутствия сохранятся разве что в крохотных анклавах наподобие Южной Африки и Израиля. В Австралии, с ее населением в 19 миллионов человек, при том что уровень рождаемости среди белых уже сегодня ниже уровня воспроизводства, европейское население также начнет вымирать.»

Процитировали? А теперь вспомним упоминавшиеся выше примеры «удачного» предсказания будущего, и с усмешкой скажем… ЭТО БУДЕТ НЕ ТАК.

Демографические проблемы для чайников

Я тут не просто режу – я потрошу.

М. Щербаков

Не поймите меня превратно. Этот текст – по-прежнему всего лишь игра. Она строится на доводах меметики, на замечательном тезисе «бытие определяет сознание» (читай – мораль общества определяется его потребностями) и на фантазии автора. Будущее может быть таким, как описал его Бьюкенен. Оно просто не обязано быть таким. Ибо если я могу за десять минут придумать, как решить демографические проблемы Европы, то надо думать, Европа тоже это сможет, и не хуже меня.

Итак – упражнение на гибкость нашей этики, применительно к генетике и клонированию…

Этично ли искусственное оплодотворение? В мире сотни тысяч женщин прибегают к этому методу, и очень часто, для них это единственный способ зачать ребенка. Наверное, этично. На всякий случай, уточним, как это делается. У женщины берется яйцеклетка, у отца будущего ребенка – сперма. В пробирке производится оплодотворение, и затем яйцеклетка возвращается в организм женщины, развивается, и через положенные девять месяцев рождается ребенок.

Что, если мы уничтожим оплодотворенную яйцеклетку? Тут мнения разделяются. Кто-то скажет, что эта клетка – еще не человек. Кто-то скажет – человек. Отказываются же набожные американские аптекари продавать противозачаточные «следующего дня». Интересно, были ли случаи, когда продавцы Макдональдса отказывались… впрочем, не будем отвлекаться.

Подсаженная матери (или оплодотворенная «на месте») яйцеклетка делится, затем делится еще раз, и так далее, образуя комочек, собственно, это и есть эмбрион на ранней стадии развития. Клетки его пока еще не дифференцированы, они «не знают», кому из них суждено стать руками, кому ногами, а кому, к примеру, нервной системой. Именно эти клетки использовались в опытах по клонированию (не во всех, и еще раз повторюсь – в будущем методов клонирования станет больше), и что интересно, любая (одна) клетка может дать начало целому организму. Смотрите: клетка делится, получается две. Они делятся еще раз – четыре. Ряд выглядит так: 1, 2, 4, 8, 16, 32…

И если взять этот, состоящий из 32 клеток, шарик, растащить клетки, и подсадить тридцати двум женщинам, то мы получим 32 близнеца. Идентичных. Каждый из них – это клон другого, но почему-то, создавать близнецов можно (это сплошь и рядом случается при оплодотворении в пробирке, да и в природе без этого не обходится), а клонировать взрослого человека нельзя. Еще один стереотип.

Не будем плодить близнецов. Вместо этого, возьмем ОДНУ клетку, а остальные 31 – оставим на месте, в организме матери, и позволим им развиться. Думаете, родится ребенок без руки? Ничего подобного, родится нормальный ребенок. Кстати, отдельные клетки эмбриона могут, а некоторые даже должны гибнуть – например, именно так образуются наши пальцы —сначала у эмбриона формируется нечто вроде варежки со склеенными пальцами, а затем клетки между пальцами исчезают.

Теперь вопрос – этично ли уничтожить ту одну (из 32) клетку, которую мы изъяли? Ребенку это не повредит, так что вроде убийства никакого нет… В конце концов, из клеток крови тоже можно делать клоны, что не мешает нам сдавать анализы на СПИД.

Сделайте глотательное движение. Да-да, проглотите слюну. Проглотили? Что вы наделали! Ежесекундно клетки эпителия слущиваются со слизистой оболочки рта, и каждая из них, в теории, может быть использована для клонирования. А вы… вы их проглотили! Каннибал!

Теперь давайте поступим наоборот. Оставим одну клетку, а остальные 31 уничтожим. Ребенку, по-прежнему, не будет нанесено никакого вреда, одна клетка разовьется в того же младенца, в которого развились бы 32! Ну, если у врача рука не дрогнет. Но тем не менее, мы только что уничтожили эмбрион. Убийцы! А кстати, кого мы убили? Вроде все живы…

Люди, знающие биохимию, могут меня упрекнуть, мол количество клеточных делений ограничено, и отнимая у эмбриона клетки, мы сокращаем ребенку жизнь. Но, во-первых, это еще надо доказать, во-вторых, если это так, то (это аргумент для тех, кто знает, о чем речь) укороченные теломеры можно и нарастить, кажется, в-третьих, несколько первых делений, похоже, в общем счете делений не участвуют, и наконец, в-четвертых, это мысленный эксперимент, так что не придирайтесь.

Итак, наша этика буксует на все четыре колеса, стоит нам перейти от простого (убить – не убить) к чуть более сложной (взять одну клетку, и убить ее, а ребенок пусть живет) сценарию. Теперь поговорим о будущем, просто чтобы расшатать заодно и наше (ваше) чувство прекрасного. Кстати, сценарий, о котором пойдет речь, на мой взгляд, весьма вероятен, так как очень востребован.

Этично ли использование суррогатных матерей? Насколько мне известно, примерно одна из семи пар в Европе не может иметь детей, причем динамика такова, что через десять лет этот показатель может удвоиться. Суррогатные матери используются сейчас, и, безусловно, будут использоваться в будущем. Выглядит это следующим образом: у женщины берется яйцеклетка, у мужчины – сперма, а после оплодотворения, яйцеклетка пересаживается в организм другой женщины.

Если принять меры против всевозможных неприятностей, вроде несовместимости по резус-фактору, то в результате родится нормальный ребенок, генетически с суррогатной матерью ничего общего не имеющий.

Вот только найти суррогатную мать не так просто, да и нередки случаи, когда они «нарушают контракт», пытаясь оставить ребенка себе. Законодательство на этот счет проработано довольно слабо, особенно если учесть, что суррогатных матерей обычно ищут в странах третьего мира, где дешевле.

И тут на помощь приходит генная инженерия, точнее – разработанная (уже существующая, хотя и не доведенная до идеала) порода генетически модифицированных свиней, совместимая с человеком (вздрогнули? ага!).

Кстати, у Ларри Нивена, писателя, на добрых четверть века обогнавшего остальную фантастику по предсказаниям, есть и этот сюжетный ход. Только там цивилизацией – паразитом, использующей для размножения «третьего партнера», принадлежащего другому виду, являются не люди, а кукольники.

Не буду вдаваться в детали, но рано или поздно (я бы сказал, в ближайшие лет пять) клонирование подойдет к рубежу, когда и о межвидовом клонировании можно будет говорить всерьез. Еще через пять лет это можно будет сделать в любой клинике. Пять плюс пять – те самые десять лет, через которые ожидается появление целевой аудитории – одна треть европейских семей. Что говорит ваша этика? И каковы шансы, что через десять лет она (эта этика) устоит? Учитывая спрос? Учитывая, что роды – процесс непростой, и, даже если медицинских противопоказаний нет – пугающий. А тут такая простая и доступная (свинина – 200 руб. за килограмм, визит к врачу – еще пятьсот долларов) альтернатива.

Просто упражнение на развитие воображения, не пугайтесь. Это игра. Будущее, скорее всего, будет гораздо… интереснее…

Влияние этой технологии на нашу культуру будет гораздо сильнее, чем может показаться на первый взгляд. Сколько плохих фантастических фильмов можно снять на эту тему! Сколько разбитых сердец и нарушенных врачебных тайн! Сколько судебных процессов! Что делать с выполнившей свой «долг» свиноматкой? Съесть? Похоронить за пределами кладбищенской ограды? Ну почему у индусов корова, а не свинья – священное животное?! И кстати – будет ли мусульманин здороваться за руку с европейцем, рожденным свиньей? А кто ему скажет? А будет ли он обязан говорить? А что, если такой человек захочет принять ислам? Или иудаизм? Словом, не удивляйтесь, если лет через двадцать правоверного мусульманина можно будет узнать по паре перчаток – на всякий случай.

А если таких «модифицированных» людей станет много, будут ли они создавать свои партии, борясь за свои ущемляемые права?

Впрочем, давайте не будем отбирать хлеб у Голливуда, к тому же, будущее будет другим, это единственное, что мы знаем точно. Здесь мы рассматриваем только потрясения, порожденные технологией, совершенно не трогая, например, расовых и религиозных конфликтов, которые ожидают (или не ожидают) Европу и Америку. Это всего лишь игра…

Matrix + Terminator = Apocalypsis

Интуиция верна всегда. Всегда.

Просто мы не всегда способны отличить ее

от шума случайных мыслей.

Ричард Бендлер

Если предыдущие главы были, в основном, о прошлом и настоящем, то в этой главе речь пойдет о будущем. В этом будущем мы ожидаем увидеть некоторые из сегодняшних технологий, развившимися и готовыми к употреблению конечным пользователем – человеком. Пожалуйста, имейте в виду, что это лишь один из вариантов развития событий, хотя и вполне вероятный. Итак, что мы предполагаем, и главное – что мы НЕ рассматриваем?

1. Война за мировое господство, взлет и упадок Европы, Америки, России, Китая. Мы не будем этого касаться, потому, что это неважно. Как бы ни старались политики, будущее создают не они, а мемы. Кстати, вероятность того, что мемы похоронят все новые технологии вместе с их носителями, тоже, на мой взгляд, весьма велика. Не пугайтесь – речь идет далеко не обо всем человечестве…

2. Звездолеты, телепортация и прочие фантастические технологии. Я понятия не имею, как это сделать, и в моем будущем их нет. Кстати, если они вдруг будут созданы, то на мое будущее они не повлияют, как не повлияло изобретение автомобиля на курение табака – курили, курят, и видимо, будут курить.

3. Чудеса медицины, бессмертие и отращивание хвоста взамен отрезанного. То же самое. Скорее всего, нечто подобное возможно, и если это случится, неизбежны социальные потрясения (в каком возрасте выходить на пенсию и можно ли призывать в армию в восемьдесят лет?). Но суть дела от этого не изменится.

4. Роботы, подметающие улицы и делающие всю остальную грязную работу. Возможно, особенно если учесть, что автоматические стиральные машины и роботы-пылесосы уже существуют. Это может быть важно, потому, что чем меньше работы останется человеку, тем больше энергии он сможет тратить на себя, на то, чего хотят его мемы. Впрочем, может быть, появление роботов, выполняющих черную работу, ничего и не изменит. Не знаю. Эту ветвь прогресса мы тоже не будем рассматривать, точнее, будем, но с несколько иной точки зрения.

5. И так далее. Просто, как всегда, мы не туда смотрим, просто наши представления о будущем основаны на кино и фантастике, а не на науке. А кино и фантастику создают люди, которые о науке, в лучшем случае, когда-то слышали. И по творчеству которых можно писать еще одну статью «меметика в современной фантастике».

Это становится особенно ясно, стоит посмотреть какой-нибудь фильм, например, «Красную планету» (или это была «Миссия – Марс»?). Помните? Робот с боевыми программами (кстати, зачем они на Марсе?), но без оружия… Бедняга вынужден убивать (мем – фильмы про насилие смотрят лучше) космонавтов голыми манипуляторами…

Или – вместо кино – посмотреть на президентов США, пытающихся запретить клонирование. Точнее – на их аргументы, тоже взятые из фантастических романов. Этические проблемы… Мемы, когда придет время, перепишут любую этику, а кто не верит, предлагаю вспомнить распространенный в наши дни мем «косметика – это нормально». Вот, например, в средние века за косметику женщина вполне могла угодить на костер – были прецеденты.

Есть только одна зарождающаяся технология, о которой стоит, на мой взгляд, говорить, применительно к ее влиянию на будущее. Точнее, две технологии, тесно связанные – компьютеры и «нано».

Сейчас мощность «пентиума» значительно уступает мощности человеческого мозга. Лет через десять – двадцать это будет уже не так, здесь действует так называемый закон Мура, который позволяет довольно точно (очень точно, если на то пошло, так точно, что даже не верится) предсказывать прогресс компьютерной техники. Через пару десятков лет мы, наверное, получим искусственный разум, или, по крайней мере, устройство, способное понимать, чего от него хочет человек.

Что касается нанотехнологий, то я буду исходить из того, что вышеупомянутый «псевдоразумный» компьютер со временем станет достаточно компактен, чтобы поместиться внутри человека. Скорее всего, это будет сеть искусственных нейронов, дублирующая или подменяющая естественную сеть в нашем мозгу. Или – еще более вероятно – микроскопических размеров частицы, способные объединяться в сложные вычислительные системы после того, как током крови их – независимо друг от друга – доставит в нужную точку человеческого организма, но не имеющие с нейронами ничего общего. Или это может быть просто вживляемый чип – такие технологии уже существуют, их надо только довести до ума.

Проблема терроризма

Мораль общества определяется его потребностями.

А. Мирер «Дом скитальцев»

Имея компьютер, более-менее способный понимать человека, давайте, наконец, решим проблему терроризма. Просто в качестве разминки. Это востребованное решение, а значит, если то или иное правительство захочет внедрить данные технологии на своей территории, все, что ему нужно будет сделать, это организовать несколько… впрочем, не будем о политике.

Итак, мы в законодательном порядке надеваем на голову каждому, я подчеркиваю – каждому, человеку обруч, в котором находится компьютер. Более-менее разумный, способный через встроенные камеры и микрофоны воспринимать окружающий мир и понимать, что делает его «носитель». После чего этот компьютер наблюдает за действиями своего подопечного, и если тот делает что-то незаконное (например, собирает бомбу) – поднимает тревогу (например, через Интернет).

Разумеется, первая мысль, которая придет в голову любому законопослушному гражданину – а что, если снять обруч? Тогда он поднимет тревогу, вот что. И приедет наряд полиции – разбираться.

Вторая мысль – а что, если обруч сломать? Тогда тревога поднимется «по факту отсутствия сигнала», и результат будет тем же.

Третья мысль, что если мысленно спланировать теракт, затем снять обруч, быстренько пойти и сделать? Тоже непросто, поскольку в таком случае тревогу поднимет обруч первого же человека, которого вы встретите, выйдя из дома – внимание, вижу человека без обруча, или с обручем, который не отвечает.

Наконец, что, если злобные хакеры взломают программу этого компьютера? Увы, как только они начнут работу, их обруч «поймет», что они делают, и поднимет тревогу.

Шах и мат.

Разумеется, люди не скоро согласятся всюду таскать с собой «личного полицейского», но общественным мнением довольно легко управлять, так что, если будет нужно, это решение будет принято. И все же, этот метод довольно коряв, и его можно, если постараться, обойти. Например, забраться под землю (абонент находится вне зоны действия сети) и только потом раскурочить обруч.

Впрочем, прогресс, как известно, не стоит на месте.

Прогресс не стоит на месте. Недостатки носимого обруча – наблюдателя очевидны – его можно снять, так почему бы не сделать устройство, снять которое невозможно? Так могут появиться вживляемые чипы-наблюдатели. Отмечу сразу, что вероятность такого сценария довольно мала. Вживлять чип в руку бесполезно – его будет легко извлечь или повредить, да и «видеть» такой чип ничего не будет. Подобная техника существует уже сейчас, и максимум, для чего ее можно использовать, это для регистрации местоположения человека.

Немного, особенно если вспомнить фантастические фильмы. Скажем, в фильме «Вспомнить все», герой извлекает у себя (Из носа!!! Нашли ведь, куда засунуть! Впрочем, могло быть хуже. Гораздо хуже, если вдуматься… Да и вытащить было бы труднее…) следящий чип, и отправляет его в самостоятельное путешествие в обществе местной живности, в данном случае – крыс.

Но подождите! Как получилось, что начав разговор с меметики, мы переключились на проблемы общества тотального контроля? Каюсь, виноват. Вероятность того, что нам всем в законодательном порядке вживят следящую аппаратуру существует, но она крайне мала. Однако развитие этой ветви технологии, в дальнейшем, может привести к очень интересным результатам, и вероятность того, что эти результаты будут использованы ПОСЛЕ того, как технологии разовьются, напротив, очень велика – если оценивать эту вероятность с точки зрения меметики. Так что запаситесь терпением, я просто разбираю ситуацию с самого начала, чтобы было понятнее.

Итак, чип, имплантированный в легкодоступную часть тела несложно извлечь или повредить. Его также можно обмануть, хотя, в отличие от фантастических фильмов, реальные чипы будут считывать биометрическую информацию носителя-человека, и повесить чип на собаку или крысу вряд ли удастся – он распознает подмену. И все же, без системы искусственного интеллекта такой чип почти бесполезен. А системе искусственного интеллекта нужны данные, ей нужны глаза. Как обеспечить глазами устройство, вшитое под кожу?

Существует два решения. Первое – плохое и неудобное, грубо говоря, человеку сверлят во лбу дырку и ввинчивают туда объектив. Надо ли говорить, что человеку это вряд ли понравится, несмотря на то, что бытие определяет сознание (см. эпиграф).

Второе решение более изящно – чип вживляется в голову, и в качестве органа зрения использует наши глаза. Либо от чипа тянутся тончайшие провода с микроскопических размеров фотоэлементами, которые встраиваются в сетчатку глаза, раздвигая палочки и колбочки зрительной системы, и получая часть изображения, сформированного на сетчатке, а либо информация считывается со зрительного нерва. <> И тот и другой способы достаточно футуристичны, но – даже с точки зрения сегодняшней науки – вполне возможны.

Итак, у нас в голове находится чип, получающий копию информации, которую воспринимаем мы сами, по зрительному и слуховому каналам, и обладающий достаточным «интеллектом», чтобы понять, что в данный момент делает человек. И если деятельность противозаконна, поднимается тревога.

Вспоминая дешевые фантастические фильмы, несложно придумать, как эту систему обойти. Наденем стальную каску, или будем работать в помещении, обшитом жестью, или просто под землей – и поднять тревогу чип не сможет. Не будет связи с полицией.

И тут логично – а значит, кто-то это обязательно предложит – сделать следующий шаг. Чип не просто поднимает тревогу – он блокирует противозаконные действия человека – носителя. Технически, это несложно – он имеет доступ к нервной системе, а значит, может не только считывать оттуда импульсы, но и подавать свои собственные команды. Человек может даже, вопреки своей воле, встать, и пойти в ближайший полицейский участок.

Хакеры? Вряд ли им удастся взломать такую систему. Ведь их собственный чип поймет, что происходит, и заблокирует попытку взлома. Тотальный контроль.

Единственная проблема с подобной системой, это то, что граждане свободного общества могут не согласиться на операцию по вживлению чипов – наблюдателей. В конце концов, проще смириться с терактами, чем с наличием «большого брата», постоянно следящего за твоими мыслями (и заодно мешающего уклоняться от налогов и перебегать улицу на красный свет).

И тут в игру вступают нанотехнологии. Ведь если размер следящего чипа соизмерим с размером живой клетки, точнее, если он может на месте «собраться» из клеточного размера микрочастиц, то совершенно незачем сообщать об этом человеку. Нас же не предупреждают – «внимание, мы заражаем вас насморком». Это просто случается само собой.

К вопросу о терминологии. В русском языке нет устоявшегося термина для нанотехнологических микрочастиц, внедряемых, в числе прочего, в человеческий организм. В англоязычной литературе есть термины «нанобот», «наноробот», «нанопроб», «нанит» («нанайт»). Да еще у Лема можно найти «микропов» и «пигмов». Я намерен использовать все термины вперемешку.

Представим себе гипотетическую картину – нанотехнологии развились до уровня, когда любой нанопрограммист может создать и запрограммировать свой собственный «нанобот». И выпустить его в мир, в котором, добавлю, бардака не стало меньше, по сравнению с сегодняшним днем. Когда у каждого гражданина в организме УЖЕ будут присутствовать нанороботы – ремонтирующие поврежденные органы, предотвращающие кариес, позволяющие производить в уме сложнейшие расчеты или играть в компьютерные игры, блокировать рекламу, которую «крутят» другие нанороботы… Стоит одной наночастице – хакеру проникнуть в такую систему, и она сможет перепрограммировать остальные. В современном мире это называется компьютерным вирусом. В будущем, это будет называться иначе, но суть от этого не меняется – в людей можно будет внедрять нанороботов, или использовать их собственных нанороботов для новых нужд.

Например, для нужд шпионажа.

Это была преамбула. Теперь зададим себе вопрос – что будет делать государство (или частная фирма), которое ПЕРВЫМ получит подобную технологию? Захватит ли оно весь мир? Просто вариант развития событий, подождите пугаться…

Кстати, для того, чтобы захватить весь мир, не обязательно перехватывать управление гражданами другой страны, превращая их в несчастных рабов. Есть лучший вариант, причем если «перехват управления» требует настоящих, мощных систем искусственного интеллекта, то второй вариант использует вычислительные системы лишь немного мощнее нынешних.

Речь идет о пропаганде вообще и о собаке Павлова, в частности. В качестве иллюстрации, представьте себе некую страну третьего мира, которая враждебно относится к одной из сверхдержав. Затем, в один прекрасный день, на территорию этой страны заносит ветром облако пыли, содержащей нанороботы. Или они попадают в эту страну с пищей, в рамках гуманитарной помощи. Или как-нибудь еще – неважно.

Нанороботы собираются в нужные структуры в мозгу человека, подключаются к зрительным нервам, и выискивают – это очень просто, современный компьютер легко решит такую задачу – в потоке информации слова и образы, связанные со сверхдержавой – противником. И обнаружив такой образ, этот, построенный из наноблоков компьютер посылает стимулирующий импульс в центр удовольствия своего подопечного – человека, и блокирующий импульс – в центр агрессивности. Все. Через очень короткое время отношение граждан государства третьего мира к сверхдержаве радикально изменится. Они станут лучшими друзьями.

Это называется условным рефлексом и широко используется в современной психологии, кстати.

Как уже было отмечено, это простое решение. Не нужно создавать искусственный интеллект, в истинном смысле этого слова. Во-первых, мы не знаем, возможно ли это вообще. Во-вторых, распознавание образов – скажем, лидера сверхдержавы, или его имени – не требует использования искусственного интеллекта, это можно сделать даже технологиями сегодняшнего дня. Увидел лидера сверхдержавы – почувствовал себя хорошо. Увидел его противника – почувствовал гнев. Все очень просто.

Мир – безумцу

Разумеется, все это я знаю только с собственных слов…

Т. Пратчетт

Способность нанороботов стимулировать центры мозга напрямую, открывает перед нами невиданные возможности по управлению мозгом, и тотальный контроль – это лишь одна, и далеко не самая интересная. Давайте поговорим о виртуальной реальности. Итак…

Современные технологии виртуальной реальности с реальностью «реальной» имеют мало общего, сходство в основном – в названии. Даже если мы будем продолжать развивать шлемы виртуальной реальности, и добьемся того, что созданный компьютером мир будет внешне неотличим от настоящего – как быть с осязанием и обонянием? Как передать ощущение ободранного локтя, если вы споткнулись и упали там, в виртуальном мире, в далекой-далекой галактике, передать, да еще и не поцарапать при этом локоть «реальный»? Как упасть в виртуальную реку, и почувствовать, как мокрая одежда липнет к телу?

Как это ни странно, решение есть, и лежит оно в сфере все тех же нанотехнологий.

Вообще, о возможностях нанороботов, а в особенности – макроскопических структур, созданных из них в организме, мы мало что можем сказать. Эта область просто еще не развита.

Появляющиеся в популярной литературе статьи откровенно безграмотны, ибо авторы не знают а) биохимии (природа создала много нанотехнологических устройств, но ни одного шпинделя от токарного станка размером с молекулу она не сделала, и это не случайно) и б) термодинамики (если создать шпиндель от токарного станка размером с молекулу, по схемам, приводимым в популярных статьях о нанотехнологии, он, этот шпиндель, разложится на составляющие его атомы с выделением большого количества энергии, иначе говоря – со взрывом). Так что будущие нанороботы будут… другими. Не такими, как их рисуют фантасты. Но они, скорее всего, все-таки будут созданы, и это главное.

Давайте представим, что компьютер, моделирующий виртуальный мир просто вводится в кровь «пациента» в виде суспензии нанороботов в физиологическом растворе. Что эти нанороботы движутся по кровотоку, достигают нужных мест, и объединяются в гигантские, по масштабам микромира, образования, размером со спичечную головку, а то и с горошину. И что горошина эта… Нет, не так.

Представьте себе, что мы протянули тонкий как паутинка провод к каждому нервному волокну, из тех, что вместе составляют пучок (нерв), идущий от глазного яблока к мозгу. Что мы научились подавлять идущие по этому нерву импульсы. Что произойдет? Человек ослепнет. Кстати, подавить нервный импульс просто – достаточно изменить натрий-калиевую проницаемость крохотного кусочка нервного волокна, впрочем, не будем вдаваться в биохимию.

Далее, представим, что незадолго ДО участка, где импульсы подавляются, мы их считываем. Тоже, в общем-то, несложно. Считываем, и по тоненьким проводам (нанотехнологии) посылаем к той самой макроскопической структуре, собранной (собравшейся?) из нанороботов. Помните пример с изменением отношения граждан страны третьего мира к супердержаве? Ну так вот, это один из вариантов того, как можно «узнать», что человек видит.

А теперь самое интересное. Подадим новый, сгенерированный компьютером, сигнал на участок нерва ПОСЛЕ точки, где импульс был подавлен. Бинго! Человек видит то, что мы хотим. Сделаем то же самое со слухом, осязанием, обонянием. Отключим мышцы (тем же способом, блокировав нервные импульсы), чтобы лежащий в кресле виртуальной реальности человек не размахивал руками, но будем обрабатывать идущие от них импульсы, чтобы виртуальный двойник человека, созданный компьютером, двигался, соответственно командам, поступающим из мозга и чувствовал напряжение виртуальных мышц… В мышцах есть рецепторы, сообщающие мозгу о том, в каком положении находятся конечности – фальсифицируем их сигналы тоже…

Да, это непростая задача, но она позволит нам создать виртуальную реальность ничем, подчеркиваю, НИЧЕМ не отличающуюся от настоящего мира. Вы опустите ладони в ручей и почувствуете холод воды, поднесете горсть воды ко рту, и ощутите запах воды, сделаете глоток, и у вас заломит зубы, и по пищеводу пробежит холодный комок… Любители компьютерных игр могут даже испытать на себе, каково это, когда тебя протыкают мечом. Полное присутствие.

Что, конечно, чревато новыми социальными потрясениями.

Мир

Вопрос: Может ли Бог сотворить камень,который ему самому не поднять?

Ответ: Может. Этот камень называется «Человечество».

«Тень солнечного зайчика»

Имеется в виду знакомые со школьных времен строчки «мир – безумцу, который навеет человечеству сон золотой». Поскольку с созданием эффекта полного присутствия в виртуальной реальности, «золотой сон» будет доступен каждому, возникает резонный вопрос – многие ли предпочтут спать «и видеть сны, быть может». Полагаю, многие. Если сотни тысяч человек уже сегодня предпочитают «онлайн» «оффлайну», и игру – реальности, даже с нынешними компьютерными играми, убогими, если сравнивать их с реальным миром, если уже сегодня (а точнее – лет пятнадцать назад) в США возник термин «компьютерные вдовы», как раз и характеризующий ситуацию, когда при живом муже жена видит лишь спину и слышит лишь веселый треск клавиш, что же будет, когда «тот» мир станет лучше этого?

Задавали ли вы себе когда-нибудь вопрос, почему мы смотрим «Гарри Поттера», и главное – почему мы отождествляем себя с ним? Ведь по любым меркам, жизнь этого ребенка – далеко не сахар… Почему мы с таким интересом смотрим фэнтезийные фильмы вообще? Что такого есть там, чего нету у нас, здесь… на Земле?

Дело в том, что писатели и сценаристы выстраивают для нас миры, жить в которых ИНТЕРЕСНЕЕ, чем в мире реальном. Это может получаться случайно, если писатель талантлив. Или это можно сделать нарочно, целенаправленно добавляя в вымышленный мир «завлекалочки» – современная теория литературы хорошо разработала эту область, а современный бизнес, особенно реклама, бессовестно ее (область) эксплуатируют.

Так было не всегда. Перечитайте «Гулливера» – захотелось ли вам оказаться на месте главного героя? Скорее всего – нет. Так и получилось, что «Гулливер», хоть и стал бестселлером в свое время, но исключительно по причине полного отсутствия конкуренции. Другое дело – «Гарри Поттер»! Махнул палочкой – и за тебя работает магия. Кому не захочется жить в таком мире?

Маленькое отступление о «магическом мышлении»

– Иди… со своим Гербалайфом!

автоматический ответ на вопрос «который час»

Есть много определений магии, поскольку для разных людей это слово означает разные вещи. Мы будем говорить ТОЛЬКО о магии фэнтезийной, не вдаваясь в мрачные и – для большинства адептов – невероятно запутанные дебри магии, практикуемой в реальном мире. Мы будем говорить о магии Гарри Поттера и ему подобных персонажей.

Впервые я столкнулся с этим феноменом, когда изучал пирамиды, не столько египетские, сколько сделанные в Америке. Видите ли, существует большой и ОЧЕНЬ хорошо разработанный раздел практической психологии, посвященный строительству пирамид, разведению (сельское хозяйство тут ни при чем) лохов и «цепным продажам». «Цепные продажи», кстати, жульничеством не являются, хотя иногда с таковым ассоциируются – это вполне легальный вид бизнеса. Тот же Гербалайф. Также не являются они разновидностью сектантства, поскольку некоторым признакам секты не удовлетворяют.

Пирамиды же являются схемой отъема денег у населения, причем оно, население, отдает эти деньги добровольно.

Большую роль в строительстве пирамид, и в заманивании новых клиентов в системы цепных продаж, если на то пошло, играет магическое мышление, а точнее одна из его разновидностей, называемая «американской мечтой».

Видите ли, в нашем мире жить довольно сложно. Есть квартира (за которую надо платить), машина (которую надо чинить), дети (которые совсем от рук отбились) и прочие непременные атрибуты реальной жизни. И так день за днем, а потом вы вдруг приходите на семинар некой парфюмерной фирмы, на котором вам объясняют, что вступив в ее ряды (и купив набор косметики), вы становитесь продавцом первого уровня, и получаете во-от этот бэджик (значок). А завербовав двух продавцов (таких же, как и вы, людей с улицы), вы становитесь супервизором (супервайзором), и получаете 20 процентов от их продаж. А если они завербуют…

Полагаю, не надо продолжать, все мы были в подобной ситуации, так или иначе, да и не в этом дело. Дело в «success stories», историях, которые вам в большом количестве рассказывают, демонстрируя, как такой же простой парень как вы стал миллионером, причем работал, когда хотел (а не с 9 до 18) и вообще – не очень напрягался.

В этом-то все и дело – вместо имеющейся у вас скучной и трудоемкой жизни, вам предлагают другую – ту, в которой можно легко и просто достичь всего, чего вам по-настоящему хочется. Не косметику вам продают, а мечту. Мир, в котором легко, в котором желания исполняются не вашим трудом (а количество труда в реальной жизни соизмеримо с достигнутым результатом, а если нет, то результат, как правило, уголовно наказуем), а по мановению волшебной палочки. Магически.

Вот это и есть магия, привлекающая нас в пирамидах, фэнтези, да и в «бытовой магии» тоже. Тебя обидели, а дать обидчику по морде страшно? Произнеси заклинание, он даже не поймет, почему все голуби теперь опорожняются именно над ним. Ты хочешь в Майами? Щелкни пальцами, и ты там. Надоела некрасивая жена… Ну вы поняли.

В реальной жизни «американской мечте» места нет. Точнее, я допускаю, что кто-то может воплотить ее в жизнь, но по законам экономики, этих «кого-то» не может быть много (иначе благ на всех не хватит, впрочем, строители пирамид как раз на «избранность» и напирают), а по закону подлости – это не будем мы с вами. Иное дело – виртуальная реальность – ведь, в отличие от мира реального, правила виртуального мира создаем мы сами, так почему бы не создать их в свою пользу?

Итак, суммируем то, что у нас получилось. Имеется виртуальный мир, с полным, подчеркиваю, ПОЛНЫМ эффектом присутствия. Мир, в котором любое ваше желание может быть выполнено магически, то есть вы не обязаны его зарабатывать. Повторю прозвучавший выше вопрос, в несколько иной формулировке – многие ли захотят остаться в реальной жизни? Ездить в набитом троллейбусе, дышать отравленным воздухом, предъявлять документы на выходе из метро и «проявлять повышенное внимание», входя ночью в темный подъезд?

Наверное, хотя и не обязательно, все начнется с мелочей. Больным, которым не может помочь медицина, пропишут «наноблокаду» – перехват нервных сигналов лучше любых обезболивающих. Затем… Ну вот скажем, я сижу за компьютером, набивая этот текст. Я бы лично предпочел делать это, сидя на борту виртуальной яхты, где-нибудь в Атлантике. Затем, вечером, я могу поехать в гости, час в одну сторону, через весь город. А могу подключить свою наносеть к сети своих знакомых, через Интернет – они увидят меня, я – их. Не выходя из дома. Я у них даже пива попью – воображаемого, с опьянением, но без похмелья.

Что приводит нас к мысли о связи нанотехнологии и наркомании, но об этом мы поговорим чуть позже.

Поход в виртуальные гости, это, конечно, здорово, но как-то мелко. А вот если ваш ребенок учится в одном городе, а вы живете в другом, то из забавы это становится очень полезной возможностью. Виртуальный туризм, виртуальные визиты глав правительств (никаких мер по охране принимать не нужно), виртуальные знакомства…

Об этом аспекте я вообще предпочитаю не говорить, чтобы лет через двадцать меня не высмеивали, мол наивный какой… был… Скорее всего, все будет еще хуже, чем я могу себе представить. Хуже – в плане морали, хотя – с точки зрения меметики – лучше, да и болезни соответствующего типа не будут передаваться, так что и вовсе хорошо получается…

Ну ладно. До сих пор мы осваивали, если так можно выразиться, мир реальный. Поход в гости, туризм… Следующим шагом будет переход в миры придуманные. Туризм по лунам Юпитера, игры в квидич, с полным эффектом присутствия, ролевые игры, исторические симуляции…

ИИ, или 200 отжиманий добровольно

– С тобой, свинья, не вякает, а разговаривает операционная система Виндоуз-Миллениа.

С. Вартанов, «Эй-Ай»

Здесь я должен сделать паузу, и подготовить читателя к наиболее спорной натяжке этой статьи. Искусственный интеллект, ИИ, он же AI. Все, что я описывал до сих, пор может, худо-бедно, быть сделано средствами современной технологии, просто надо позволить ей поразвиваться еще 20—30 лет. Искусственный интеллект – другое дело.

Проблема в том, что я не знаю, можно ли сделать такую штуку. Да, из общих соображений следует, что сделать его, в принципе, можно, но если в случае с нанотехнологиями я могу более – менее описать путь к цели, то в случае с ИИ – нет, не могу. Да, у нас есть интересные разработки, те же нейросети, например. Но этого мало. Мы не знаем, как работает разум (не мозг, как работает мозг мы, как раз, знаем), мы не знаем, как сделать такой же, мы не знаем, как сделать его КОНТРОЛИРУЕМЫМ (мы не хотим получить ИИ, подобный описанному в фильме «Терминатор», не так ли?).

Поэтому – натяжка. Поэтому – ДОПУСТИМ, что ИИ может быть создан в обозримом будущем. Когда это произойдет, наши виртуальные миры изменятся. Они оживут. Мы сможем создать виртуальные персонажи для нашего виртуального мира, достаточно разумные, чтобы вести с ними беседы «за жизнь», и достаточно воспитанные, чтобы нас куда подальше не послали, как сделают непременно живые люди, пожелай кто-нибудь воплотить свои мечты в виртуальном «мире без ограничений».

Создали ИИ, населили ими виртуальный мир, человек (настоящий, не виртуальный) становится в этом мире богом… Чем не мечта о волшебной палочке Гарри Поттера?

Впрочем, в любой бочке меда есть ложка дегтя, в том числе и в виртуальной. Нельзя уйти в виртуальный мир насовсем, реальному телу все равно надо питаться, лечиться, поддерживать мускулатуру в хорошем состоянии, платить за квартиру… Но с другой стороны, лень – по прежнему двигатель прогресса, не так ли? А если так…

Представьте, вы лежите на виртуальном пляже некоего мира, в левой руке у вас «провинциалка из села», в правой – «благоухающая фиалка». Вопрос – что в это время делает ваше тело? Правильно, выполняет предписанные инструктором по шейпингу двести отжиманий! Для этого даже искусственного интеллекта не нужно, достаточно простенькой – на уровне современных – программы.

Отжимания – это просто. А как насчет копания канавы, если конечно, именно за это вам платят деньги? Тело трудится, под руководством ИИ (встроенного, размером с рисовое зернышко, но кто знает – может быть не глупее нас с вами), а разум отдыхает. Невольно вспоминается бородатый анекдот – жене говоришь, что к любовнице, любовнице – что к жене, а сам на чердак, и – учиться, учиться и учиться.

Впрочем, как учит нас мудрая наука меметика, скорее всего, будет как раз наоборот, то есть, никакого «учиться» опять не получится…

Если бы я искал сюжеты для фантастических произведений, то ни за что не прошел бы мимо возможностей, открывающихся за счет вышеописанной технологии. Твой разум захватывают через Интернет, и заставляют твое тело совершить убийство – чем не сюжет? Впрочем, довольно избитый… Правда, обычно подобную чушь пишут с использованием мистики, а не кибернетики, но это – отличие в мелких деталях.

А может быть, подойдет такой сюжет – в разум главы правительства проникают наноботы, записывают программу – ИИ, осуществляя бескровный и незаметный государственный переворот. Ново! Впрочем, не совсем, нечто подобное уже написал Дюма в «Железной Маске», ибо в мире литературы ничего нового нет. Просто за неимением нанотехнологий, он использовал близнецов…

Или вот – эволюция порно жанра, один человек «сдает» свое тело в аренду другому. Сколько возможностей! Упс! Опять не ново, это было у Лема… Все уже было.

Впрочем, почему мы должны рассматривать только порно жанр? Переписывание ИИ, или подгрузка нужного ИИ из архива (кто знает, сколько виртуальных личностей поместится на острие иглы, то есть, простите, в нанотехнологическом рисовом зернышке), открывает воистину ошеломляющие перспективы. Вот скажем, произошел где-то оползень, и та же технология в несколько минут превращает проживающих на данной территории пастухов и почтальонов в высококвалифицированных спасателей, врачей и снабженцев, привыкших работать под сильнейшим стрессом. (Опять было, именно так ведет себя агент Смит из «Матрицы», просто в отличие от технически безграмотной «Матрицы» мы худо – бедно объяснили, как это делается).

Или, например, призыв в армию – вот этого, кажется, ни у кого не было… Но что-то мне не хочется об этом писать. Давайте не будем о грустном.

Итак, пришло время резюмировать опять. Управляемое встроенным ИИ, наше тело может (без нашего участия), ходить на работу, в спортзал, вести дела по хозяйству, служить родине и даже воспитывать детей, в то время как наш разум развлекается в вымышленных мирах, в которых «достичь цели намного проще, чем в мире реальном». В мирах, подчиненных нашим желаниям.

Право, жалко, что, став повелителями миров виртуальных, мы по-прежнему смертны в этом, единственном, «корневом». Как бы это обойти? Не может ли нанотехнология подарить нам еще и бессмертие?

Продление жизни

Вырваться к небу

В стремленье нелепом

Разрушить реальности плен

Элхэ Ниэннах

Чтобы ответить на этот вопрос, давайте сначала попытаемся понять, что, собственно, нам нужно.

Итак: бессмертие. Начнем издалека, возможно с того, что в НЛП называют субмодальностями (на нормальном языке – как мы оцениваем то, что воспринимаем органами чувств). Представьте себе красивое – ослепительно красивое – женское лицо. Представили? Хорошо. Теперь представьте на нем маленький, почти незаметный, шрам. Длиной около миллиметра. Например, на щеке. Осталось ли лицо красивым? Да, большинство людей сочтут, что шрамом длиной в один миллиметр красоту не испортишь. А как насчет одного сантиметра? А пяти сантиметров?

Немного поупражнявшись в этих умственных построениях, мы обнаружим, что понятия «красота» и «уродство» переходят друг в друга в зависимости от размера шрама. Меняя размер шрама, мы делаем то, что в НЛП называется сдвигом субмодальностей.

Одной красотой и одним размером дело не ограничивается. Чуть заметный сдвиг – и вкусное превращается в невкусное – сколько дегтя надо добавить в бочку меда, чтобы у вас пропал аппетит? И так далее, со всеми органами чувств.

Почему мы вдруг заговорили о субмодальностях? Да потому, что у нас почти на все есть свои шаблоны восприятия. Красиво – не красиво. Вкусно – не вкусно. Жизнь – смерть. Вот только далеко не всегда мы точно знаем, где проходит различие, а значит нас легко запутать. Ниже я собираюсь разобраться с вопросом продления жизни, но чем более сильные меры мы предлагаем, тем труднее становится понять, лечим ли мы пациента, или убиваем. Поэтому, давайте попытаемся покопаться в том, что (какие субмодальные фильтры, фильтры восприятия, да хоть горшком назовите!) для нас является смертью, что – жизнью, и как сюда вписываются всевозможные тонкости, вроде клинической смерти или переселения разума в компьютер.

Начнем, как во всяком уважающем себя исследовании, с раздела «материалы и методы», то есть, решим, какой из множества предложенных фантастами способов продления жизни имеет смысл рассматривать.

В главе, посвященной проблемам динозавров, я уже упомянул вскользь, что наше тело – не слишком совершенная штука. Возникшее в результате эволюции, оно просто не приспособлено для ремонта. Сначала наши предки были кольчатыми червями (точнее, у нас с кольчатыми червями были общие предки). Так у нас появились ребра и позвонки – видоизмененные сегменты червя. Потом были жабры. Потом они исчезли. У человеческого зародыша жаберные щели сначала образуются, потом зарастают. Были плавники – то же самое. Сначала образуется плавник, затем часть его растворяется, формируя пальцы. Был третий глаз – не буддистский, а тот, который по сей день сохранился у лягушек. Затем он ушел вглубь черепа и стал железой внутренней секреции. И так далее.

Представьте себе, что было бы, если бы мы строили автомобили по тому же принципу! Были оглобли… превратились в задний мост… Был кучер – стал рулевой колонкой, но сохранил сапоги… К счастью для автомобильной промышленности, современные машины сначала проектируют, затем строят. К несчастью для медицины, человеческий организм – это сборная солянка несовершенных органов, кое-как связанных друг с другом. Восклицать «человек – это венец творенья!» может только тот, кто не знаком с анатомией.

Поэтому, как это ни печально, мы даже рассматривать не будем биохимию, медицину и генетику как возможные источники нашего долголетия. Может быть, я не прав. Может быть, вакцина бессмертия будет создана именно генетиками, кто знает? Я, по крайней мере, не знаю, а значит, и писать не буду.

Итак, если человеческий организм нельзя починить, то – как учит нас богатый опыт, накопленный научной фантастикой – остается одно. Переселение сознания. Ниже я намерен немного пофилософствовать, дабы показать как этого делать не надо, а затем опишу один вариант того, как это сделать можно.

Начнем с вопроса попроще – что будет, если создать вашу точную копию? Будет ли это другой человек? Видимо, будет, так как жизненный опыт (с момента дублирования) у него будет другой. Тогда что будет, если создать его и одновременно уничтожить вас? Увы, вы погибнете, а ваша точная копия, которая останется в живых, будет – снова увы – кем-то другим. По крайней мере, субъективно, с вашей (а не копии) точки зрения. Нет разницы – просто умереть, или умереть, глядя на стоящую в углу свою точную копию, не так ли?

Дабы еще больше запутать дело, подумайте, что будет, если вас разложить на атомы, а затем те же атомы собрать в том же месте? Вы? Или не вы? В момент разложения вы умрете, так? В момент «сборки» – будет создана ваша точная копия, но не вы. Значит, этот путь ведет к смерти оригинала, а мы с вами умирать не хотим. Но… Что, если разложить и ОЧЕНЬ БЫСТРО собрать? За, скажем, одну микросекунду? Вроде, и осознать не успеем. А за час – успеем? А за секунду?

Здесь таится некое противоречие, связанное с тем, как мы, собственно, «себя» воспринимаем (субмодальности…). Любой процесс, который нас убивает, воспринимается как смерть. Но, поскольку детали тут, мягко говоря, отсутствуют (как и во многих других случаях, например, количество дегтя, которым можно испортить бочку меда, зависит от того, насколько вы голодны), то непонятно, где проходит граница между «убивает» и «не убивает». Клиническая смерть – это смерть? Человек умер, а кто ожил усилиями врачей, он или другой, пусть даже точно такой же? Субъективно, ожил тот же человек. Мы не воспринимаем клиническую смерть (с последующим воскрешением методами интенсивной терапии) как смерть. Получается, что дело здесь в разрушении физического носителя? Если умерло то же тело, что потом воскресло, то смерть не состоялась? Но тогда, разобрав тело на атомы, и собрав снова, мы получаем… себя? Или копию? Пройти через клиническую смерть, если есть гарантия возвращения к жизни, не так уж и страшно, а многие ли из вас согласятся, чтобы их растащили на атомы? Пусть даже на одну микросекунду?

Кстати, атомы ведь одинаковы. То есть, нет разницы между двумя атомами, например, водорода. Атом водорода из московской лужи и из туманности Андромеды одинаковы! Это открывает (в фантастике) путь к телепортации методом разборки в одном месте и сборки в другом. Но только в фантастике. С точки зрения логики, изложенной выше – это смерть в чистом виде, с последующим созданием копии, пусть точной, но оригиналом не являющейся. Не верите? Полагаете, что разложив вас на атомы и затем собрав, мы получим снова вас? Хорошо. Соберем копию и ЗАТЕМ разложим вас на атомы – чувствуете разницу?

Запутались? То-то. А вот еще. Допустим, мы уничтожаем не всего человека, а лишь его тело. Не трогая голову. И тут же воссоздаем тело – такое же, или молодое и здоровое, не важно. Нормально, говорит нам здравый смысл, это не смерть. Похоже, только физическое уничтожение мозга ассоциируется со смертью (интересно, а как обстояло дело в те времена, когда считалось, что люди думают сердцем?)

Попробуем уточнить. Что, если уничтожить не весь мозг, а лишь одно полушарие. Уничтожить, и тут же, секундой позже, воссоздать на его месте такое же, с точностью до последнего атома? Смерть или нет? На этом этапе наш «внутренний определитель смерти» начинает буксовать.

А что, если уничтожить один нейрон? Один единственный из миллиардов? Тем более, они гибнут ежесекундно и без нашего вмешательства? Ага, говорит здравый смысл, это другое дело. Это не смерть.

Странная это штука – здравый смысл. Получается, что уничтожить нейрон и тут же воссоздать на его месте такой же, с точностью до последнего атома – это не смерть. Это, значит, обратимая операция. Но тогда ведь можно проделать эту операцию со всеми нейронами, по очереди? Каждый шаг по отдельности – это не смерть. В каждое конкретное мгновение в мозгу не хватает лишь одного нейрона. В результате же – заменен (на точно такой же) весь мозг. Но «это не смерть», поскольку момента, когда носитель (мозг) был разрушен, не было.

Заменим все нейроны по очереди за год. Не смерть, говорит здравый смысл. Заменим за секунду. Но по очереди. Не смерть? Заменим за микросекунду. Кто не в курсе, за это время нейроны не успеют обменяться НИКАКОЙ информацией. Это то же самое, как если мы «разобрали их на атомы и собрали снова» одновременно. Но одновременно – однозначно воспринимается как смерть большинством людей, а «по очереди», пусть даже так быстро, что все равно как бы одновременно – не как смерть. Чудная штука – этот здравый смысл.

И тем не менее, хотите – верьте, хотите – нет, мы только что придумали способ копирования сознания с разрушением оригинала, при котором копия воспринимается здравым смыслом как исходное, то есть смерть не является частью процесса. Все, что от нас требуется, это заменить нейроны, по очереди, на точно такие же, причем, просто для успокоения нервов, не слишком быстро. Скажем, за год, или, хотя бы, за час.

Кстати, если нейроны будут зелеными, это ничего. Или в крапинку. Лишь бы сигналы передавали точно так же, как и исходный нейрон. Или если они будут сделаны методами нанотехнологии…

Помните микроскопические наночастицы, вводимые в кровоток, способные самостоятельно добираться до места назначения и самостоятельно собираться там в более сложные структуры? Значит так. Место назначения – мозг. Наночастицам предстоит проделать немало интересных вещей, например преодолеть (не травмируя его!) так называемый гематоэнцефалитический барьер и разместиться рядом с настоящими, «нашими» нейронами, не сдавливая их и не меняя их активности. Но это – дело техники, и видимо, может быть достигнуто.

После того, как каждый нейрон будет «оседлан» соответствующей наночастицей (впрочем, не исключаю, что одна наночастица будет «заботиться» о группе нейронов, или наоборот, на один нейрон придется несколько наночастиц – это не столь важно), они – наночастицы – должны будут начать моделировать нейрон. То есть, замерять тем или иным способом входящие и исходящие импульсы, и строить модель, способную на те же входящие производить те же исходящие.

Задача эта сложнее, чем может показаться, например, на активность мозга влияет не только состояние нейронов, но и состояние соединений между нейронами – синапсов, наличие и состав различных веществ – медиаторов, лекарств, наркотиков… Физическое устройство организма, в конце концов – вы можете сколько угодно моделировать состояние центра мозга, отвечающего за сердцебиение, но если у человека стоит искусственный клапан или, скажем, водитель ритма (такая коробочка с батарейкой), то смысла в этом моделировании будет немного.

И все же, с точки зрения сегодняшней науки, это возможно. Точнее, не невозможно, может В ПРИНЦИПЕ быть сделано.

Теперь – самое интересное. После того, как моделирование завершено, наночастица должна убить нейрон и подключиться к синапсам, идущим от окружающих нейронов, заменив его собой, точнее, моделью, которую она построила.

Когда это произойдет со всеми нейронами мозга (не одновременно, а, например, в течение года), мы получим того же (см. выше дискуссию о пересадке сознания) человека с искусственным и потенциально бессмертным мозгом. В качестве следующего шага можно предложить стягивание ново обретенных искусственных нейронов в одно место (в пресловутое рисовое зернышко), с тем, чтобы его, зернышко, можно было легко извлечь из устаревшего биологического тела и пересадить в тело механическое.

Альтернатива (без фазы стягивания) существует, и не одна, но они очень сложны технически, так что рассматривать их я не буду.

Резюмируем. Человеческое сознание может быть (в теории) перенесено на механический носитель, с разрушением оригинала но без разрушения личности. Звучит слегка парадоксально, но тем не менее это мы и проделали – ПРЕВРАТИЛИ человека в механизм без разрушения, собственно, человека.

В вышеупомянутом «рисовом зернышке» могут уместиться как человек, так и виртуальный мир, в котором этот человек живет. Таким образом мы подходим к следующей проблеме – реальный мир человеку вроде бы и не нужен. В принципе, все человечество можно уместить в ящике песка (где каждая песчинка – это целый мир). Так и напрашивается аналогия с песочницей…

Где-то, кажется, у Саймака, описана покинутая Земля, покинутая людьми, которые, обретя всемогущество, просто тихо разбрелись по вселенной. Очень мощный образ, даже если Вселенная эта – виртуальная горсть песка. И очень жаль, что скорее всего, все будет не так. Потому, что остался еще один слой, еще одна возможность, которую мы пока не трогали – контроль состояния сознания. Те самые наркотики.

Наркотики

Вот изобретенная не мною,

И не мне принадлежащая,

Цветная и наглядная вполне,

Как пасть вампира —

Картина мира…

М. Щербаков

Есть такой (очень известный) эксперимент, когда мыши вживляют электрод в центр удовольствия. Мышь нажимает на педаль – в центр удовольствия подается стимулирующий импульс – мыши становится хорошо. После этого мышь погибает. Она погибает от голода и жажды, в двух мышиных шагах от кормушки и поилки, погибает, потому, что еда и питье перестают ее интересовать. Она слишком занята – она нажимает на педаль.

Ни секунды не сомневаюсь, что такой же опыт был поставлен всеми мало-мальски себя уважающими спецслужбами разных стран и на людях, но – по понятным причинам – они не опубликовали результатов. И все же, полагаю, результат вполне предсказуем. Прямое воздействие на мозг сильнее любого наркотика, хотя бы потому, что при помощи прямого воздействия на мозг можно воссоздать эффект, оказываемый любым наркотиком.

А затем усилить этот эффект искусственно.

Будет ли это проделано? Неужели у нас не хватит ума держаться подальше от опасной педали, нажав на которую забываешь про все на свете? Ведь, в конце концов, наркотики тоже доступны, а наркоманами становятся далеко не все.

Проблема (одна из многих) здесь заключается в том, что, если уж мы научимся создавать нанотехнологические устройства, дающие нам контроль над работой мозга, то удержать их использование под контролем мы не сможем. Посмотрите на современные компьютеры – по Интернету гуляют вирусные эпидемии, и ведь не сами по себе гуляют – есть люди, которые эти вирусы пишут. В том числе и на заказ.

Когда вирусы станет возможно писать не для компьютеров, а для людей, положение только ухудшится. А когда наночастицы научатся проникать в наш организм без спросу, оно ухудшится еще больше. Произошла вирусная атака – и нам стало ХОРОШО. Пусть даже всего на несколько секунд, но после этого опыта удержаться от повторного применения «наркотика» может быть непросто (Тоже, кстати, не мое изобретение – описано у Ларри Нивена в «Инженерах Кольца»).

Кроме того, в жизни любого человека объективно есть моменты, когда воздействовать на активность мозга надо. Долой депрессии, шизофрению, мании… Нанотехнологии позволят сделать это легко и просто. Долой усталость… Вы отдаете команду вашим (находящимся у вас в организме) наночастицам: «освежиться» – и чувствуете себя так, словно только что вышли из под холодного душа. Какое замечательное ощущение. Его можно усилить… И еще усилить… И добавить это пьянящее чувство полета… Если вы не заметили, мы начали работу по созданию наркотика. Сможем ли мы остановиться? Отвер достаточно очевиден.

Заключение

Будешь слишком долго сидеть на берегу —

Смотри, как бы мимо тебя не пронесли

Твой собственный труп

Тень солнечного зайчика

Ну вот, на этой радостной ноте я, пожалуй, закончу. Как я уже говорил, это не попытка предсказания будущего, а скорее попытка выжать как можно больше из одной-единственной перспективной технологии. Вряд ли будущее будет именно таким. Скорее всего, оно будет хуже. Надо бы сказать – «все зависит от нас», да только это не будет правдой.

Ладно, поживем – увидим.

Content

Сумма нанотехнологий
Степан Вартанов

Будущее заказывали?

Все там будем

Мемы

Крупный самец лучше, или Проклятие динозавров

Только ли лошади?

Что же будет дальше?

Нет худа без добра

Какими вы будете?

Генетика с основами селекции

Демографические проблемы для чайников

Matrix + Terminator = Apocalypsis

Проблема терроризма

Мир – безумцу

Мир

Маленькое отступление о «магическом мышлении»

ИИ, или 200 отжиманий добровольно

Продление жизни

Наркотики

Заключение