Марлизе Арольд

Замок Вечности

Marliese Arold

Der Magische Achte Tag: Verborgene Krafte

© Edel Germany GmbH, Neumuhlen 17, 22763 Hamburg

© Таль Ж., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

* * *

Таинственные часы

– Пицца будет готова через восемь минут! – Донёсся снизу голос папы.

– Хорошо, буду через секунду! – отозвалась Лаура Лилиенштадт.

Тяжело вздохнув, она нехотя вложила серебряную закладку между страничек и захлопнула толстую книжку. Это было старинное издание замечательных русских сказок. Лаура просто обожала эту книгу. Какие в ней чудесные истории! А сколько картинок!

Мама снова начала бы ворчать, что Лаура слишком взрослая, чтобы читать сказки. Всё-таки ей уже тринадцать. Но для Лауры сказки были чем-то вечным, неподвластным времени. Она считала, что их можно читать и в восемнадцать, и в восемьдесят восемь – разумеется, если ещё позволяет зрение.

B который раз она с наслаждением вдохнула аромат бурой кожи старинного переплёта. Золотистый витиеватый шрифт уже изрядно потёрся и поблёк, но это совершенно не портило впечатления. Книга была прекрасна. Во всяком случае, в глазах Лауры.

Положив сказки рядом с собой на диван, она провела ладонью по красному бархату. До чего же он мягкий. Папа сказал, что этот диван не просто диван, а оттоманка. У оттоманок, как он пояснил, совершенно другие, особенные формы. У этой оттоманки, например, была косая спинка и округлые подлокотники.

Лаура очень гордилась отцом. Ведь он создаёт такие сокровища! Правда, в основном он ремонтировал или, точнее сказать, реставрировал старинную мебель. Это, конечно, тоже настоящее искусство. Ведь чтобы мебель выглядела совсем как раньше, необходимо подобрать подходящее дерево, найти похожую ткань. И, конечно, никаких новых гвоздей или шурупов, если что-то расшаталось. Только старинные, антикварные.

– Ещё четыре минуты!

– Дааа!

Взгляд Лауры медленно блуждал по комнате. Именно здесь, в этой огромной восьмиугольной комнате, расположенной в башне её любимого старого дома, ей было уютнее всего. Жаль, что теперь они с мамой живут в другом месте, а к папе она приезжает лишь на выходные и каникулы.

Через большие окна в форме античных арок, глядящие точно на север, юг, восток и запад, перед Лаурой открывалась сказочная панорама. Настолько сказочная, что порой она ощущала себя в этой башенке настоящей принцессой – хотя, наверное, для таких фантазий она и в самом деле уже слишком взрослая. Но девочка ничего не могла с собой поделать – среди изящных антикварных вещей, которыми папа наполнил эту комнату, просто невозможно было не мечтать.

Особенно выделялся среди всех этих вещей старинный письменный стол. Папа недавно отреставрировал его и с большим трудом затащил по крутой лестнице наверх в башню. Стол был настолько тяжёлым и громоздким, что папе понадобился специальный подъёмник и помощь двух человек.

Вообще-то это был не просто стол, а секретер. И ему было целых сто пятьдесят лет! В нём было много выдвижных ящичков и откидных досочек. И это Лауре нравилось больше всего, ведь в них так удобно прятать свои маленькие сокровища. Например, ракушки, которые она привезла из поездки на каникулах, или нежные письма, которые писали её прадедушка и прабабушка друг другу во время Второй мировой войны.

Мама не понимала Лауру. Для неё все эти вещи были чем-то бесполезным и, главное, занимающим много места. Она частенько издевалась, предрекая Лауре судьбу старьёвщика, если та не прекратит собирать и хранить весь этот хлам.

В комнате Лауры совсем не было книг. Только планшет для чтения электронных книг. Он не занимал много места, а это мама ценила в вещах больше всего. И если бы мама нашла у Лауры эти старые письма, она бы их тут же выкинула. А письма были такими трогательными. Начинались они часто вот так:

«Мой милый Хайнц, как же мне хочется верить, что ты жив и здоров. Я каждый вечер молюсь о тебе…»

А прадедушка отвечал:

«Моя маленькая Хельга, одна лишь мысль о тебе придаёт мне сил! И пока ты в моём сердце, я могу выдержать даже самое страшное…»

Лауре вдруг очень захотелось достать эти письма и перечитать. Прямо сейчас! Прежде чем они с папой усядутся за стол, после чего ей сразу надо будет возвращаться домой, к маме. Она решительно подошла к секретеру, открыла позолоченным ключом откидную крышку и окинула взглядом многочисленные ящички, скрывавшиеся за ней. И тут её внимание привлекло тёмное пятно на гладком полированном дереве. Оно выглядело как замочная скважина. И как она его раньше не замечала?

Лаура протянула руку, и её указательный палец коснулся пятнышка. О! Оно поддаётся! Это кнопка?

Лаура нажала посильнее. В самом деле! Ей удалось вдавить эту замочную скважину внутрь. И тотчас же в недрах секретера послышалось дребезжание, словно заработали старинные часы.

Лаура не верила своим глазам. Несколько отделений сдвинулись вправо. И в образовавшемся отверстии возник ещё один маленький ящик. Он словно выполз откуда-то снизу.

– Нет, не может быть! – воскликнула Лаура.

Тайник! Дрожащими пальцами она потянула за ручку появившегося ящичка.

Внутри лежал маленький бархатный мешочек, перевязанный чёрной шёлковой лентой. Сердце Лауры почти выпрыгивало из груди от волнения. Дрожащими руками она осторожно дотронулась до мешочка, и через мягкий бархат её пальцы почувствовали что-то твёрдое. Внутри что-то есть!

С едва сдерживаемым нетерпением она развязала ленточку и засунула руку в мешочек. Сначала её пальцы наткнулись на свёрнутую бумагу. Потом они нащупали тяжёлую цепочку и что-то прохладное и гладкое. Она медленно, как во сне, вынула руку и уставилась на лежащий у неё на ладони загадочный золотой предмет. У него было восемь углов, и висел он на такой же золотой цепочке.

Карманные часы!

Лаура уловила равномерное тиканье. С едва сдерживаемым любопытством она осмотрела часы и обнаружила, что крышечка открывается. Щёлк, и перед ней открылись сами часы…

Искусный циферблат с римскими числами мерцал серебром, и на его фоне завораживающе поблёскивали часовая, минутная и секундная стрелки – золотистые, вычурные, с завитушками. Секундная стрелка медленно двигалась по кругу. На большом циферблате Лаура увидела ещё один, совсем маленький циферблат. Но все его стрелки были неподвижны.

На внутренней стороне крышечки она обнаружила изящную гравировку: CARPE DIEM. Ка́рпэ ди́эм! Лови день! Папа когда-то рассказал ей, что означает это выражение. А именно – что надо жить здесь и сейчас, надо обеими руками хвататься за любой шанс, который тебе дарит жизнь, и непременно использовать его. Ведь любая жизнь рано или поздно заканчивается.

Под гравировкой Лаура увидела лежащую восьмёрку. Знак бесконечности.

Вот так находка!

Лаура обожала восьмёрки. Она родилась восьмого числа восьмого месяца, то есть восьмого августа. И, по иронии судьбы, ещё и в восемь часов восемь минут. Она как-то спросила маму, не подправила ли акушерка цифры забавы ради. Но мама поклялась, что всё записано правильно. Что так оно и было. До минуты!

– Пицца готова! Спускайся немедленно! Я жду! – Папин голос звучал уже гораздо громче и настойчивее.

– Да, сейчас!

Лаура захлопнула крышку и убрала часы обратно в мешочек. Потом развернула сложенную бумажку и обомлела. С листка на неё смотрели выведенные тёмными чернилами загадочные строки.

Разгадай тайну вечного календаря

Дано тебе не семь, а восемь дней.

Вот ключ от силы всеобъемлющей твоей.

В подаренные несколько часов

Откроешь ты от сотни тайн засов,

И многое увидишь ты иначе.

К добру иль не к добру – тебе решать задачу.

Будь с даром этим осторожен,

С умом ты вынимай кинжал из ножен…

А главное, чтоб не разбилось счастье,

Ты тайну никому не выдавай в веселье иль в ненастье…

Что это? Что такое, чёрт возьми, этот вечный календарь? И при чём тут восьмой день? Голова у неё пошла кругом.

– Лаура! – Папа, обычно такой терпеливый, был по-настоящему раздражён.

– Да иду уже.

Лаура спешно свернула листок, затолкала его обратно и опустила мешочек в свой рюкзак. А потом сломя голову сбежала с крутой лестницы на кухню, где папа уже накрыл на стол.

– Ну наконец!

Папа вынул из духовки противень, от которого поднимался ароматный пар.

– Опять не могла оторваться от книги, я угадал?

– Верно! – соврала Лаура и уселась за стол.

Честно говоря, ей очень хотелось рассказать папе о своей находке, но в голове всё ещё звучала последняя фраза стихотворения:

А главное, чтоб не разбилось счастье,

Ты тайну никому не выдавай…

Поэтому она промолчала, хотя обычно говорила с папой обо всём на свете. Например, о школе, о маме или даже об Элиасе, младшем братике, который часто действовал ей на нервы.

По комнате плыл чарующий аромат помидоров, лука и сыра. У Лауры потекли слюнки. Папа таки готовит лучшую пиццу в мире!

Они разделили пиццу на две равные половинки, и у Лауры на тарелке оказалась большая порция. На самом деле даже слишком большая. Но когда тебя целую неделю держат на строгой диете, можно же хоть иногда по-настоящему оторваться…

– Как вкусно! – похвалила Лаура, жадно, с наслаждением откусив первый кусок. При этом она чуть не обожгла рот.

Папа покраснел от удовольствия и улыбнулся. Красавцем его назвать было сложно. Круглое лицо, обрамлённое реденькими волосами, часто спрятанными под кепкой, большой нос картошкой и румяные щёки. Отрасти он бороду погуще, он был бы похож на гнома из сказки. Хотя коротышкой он не был. Наоборот, его метр восемьдесят шесть выглядели очень даже внушительно.

Раньше Лаура невероятно гордилась папой. Он был таким сильным! Он мог спокойно поднять самый тяжёлый шкаф. А как часто он подбрасывал в воздух саму Лауру, особенно пока она была маленькая.

– Лети, мой ангелочек, лети! – звонко приговаривал он, радостно подкидывая её ввысь.

И маленькая Лаура тогда на самом деле верила, что улетит в самые небеса. Сейчас, вспоминая об этом, она даже тихо посмеивалась над собой.

– О чём ты думаешь? – спросил папа.

– Я думала о том, как было раньше, – ответила Лаура, прожевав кусок пиццы. – О том, как ты меня подкидывал в воздух. И какой замечательный домик ты мне построил в саду. И как часто мы были вместе…

Стоило ей сказать это вслух, как она с болью почувствовала, как давно всё это было. То время осталось далеко позади… Время, когда они были настоящей семьёй. Когда Лаура жила с обоими родителями и маленьким братиком на этой старой прекрасной вилле с восьмиугольной башней.

– О! Ну тогда ты, наверное, уже не помнишь, как я действовал вам на нервы! – папа аж фыркнул от внезапно разобравшего его смеха.

Когда он смеялся, рот его широко растягивался, обнажая белые сверкающие зубы. И возникало ощущение, будто смеются не только губы, а всё лицо: особенно озорные голубые глаза, вокруг которых собирались весёлые морщинки.

Его смех был настолько заразительным, что все печальные мысли, как по мановению волшебной палочки, тут же исчезли из Лауриной головы. Папа словно прогнал их волшебным смехом, как солнце прогоняет ночную тьму. И, глядя в его смеющиеся голубые глаза, Лаура не удержалась и захохотала, почти подавившись последним кусочком пиццы. Откашлявшись, отсмеявшись и запив остатки пиццы апельсиновым соком, она уже спокойно возразила:

– Ничего такого не было!

– Ещё как было! Ты что, не помнишь, сколько раз ты просила меня почитать тебе или рассказать сказку? Но мне же постоянно надо было доделать очередной стол или шкаф! Читать приходилось маме, а ты вопила, потому что тебе не нравилось, как она читала.

– Неправда!

– Ещё какая правда! Потом ты, конечно, привыкла. А помнишь, как я по воскресеньям заставлял тебя и Элиаса ходить со мной в лес, когда вам так хотелось поехать в парк развлечений? И когда после долгой борьбы, во время которой мне приходилось подкупать вас игрушками, вы таки соглашались… Разве ты не помнишь, как вы скучали во время тех прогулок?

А… ну да, прогулки в лесу. Ну ладно, иногда они на самом деле были довольно скучными. Особенно утомительно бывало летом, когда приходилось часами ходить по жаре. А ещё они однажды устроили пикник прямо возле муравейника. Случайно, разумеется. И эти маленькие противные насекомые ползали по её ногам… потом всё так чесалось.

– И всё равно так жаль, что вы с мамой развелись, – тихо пробормотала Лаура.

– Солнышко… Мы ведь уже тысячу раз это обсуждали. – Папино лицо внезапно стало необычно серьёзным, а голубые глаза глядели на Лауру почти печально. – Ну не могло всё это так продолжаться дальше. Мы с мамой очень любили друг друга и провели вместе несколько по-настоящему замечательных лет. Но под конец, кроме споров и взаимных упрёков, ничего не осталось. Разумеется, ни ты, ни Элиас почти ничего не замечали, ведь в вашем присутствии мы старались сдерживаться. Но развод был лучшим решением для всех. Поверь мне.

– Ммм-ммм… – выдавила из себя Лаура.

Насчёт лучшего решения для всех – тут она могла поспорить. Но постоянно возвращаться к этой теме и пережёвывать её было, конечно, абсолютно бессмысленным занятием. Лаура пыталась, и достаточно часто. Но, увы, безуспешно. Мама и папа никогда больше не будут жить вместе, как бы сильно она этого ни хотела. И в тринадцать лет ты уже понимаешь, что желания не всегда исполняются, а чудес не бывает.

Чудеса… Непроизвольно у неё перед глазами возникли карманные часы, но она спешно прогнала эту мысль. Ещё не хватало, чтобы она себя возомнила обладательницей волшебной вещи. Вот из этого возраста она уж точно выросла!

– Чем будешь заниматься на следующей неделе? – спросил папа. Нить расплавленного сыра запуталась в его бороде, и он отчаянно пытался извлечь её.

– Ничем особенным. Школа и всё такое.

Она старалась говорить спокойно, но ей хотелось плакать, когда она думала об ужасном, безумно скучном однообразии, которое ожидало её у мамы. И если в школе ещё можно было найти хоть что-то интересное, то послеобеденные часы дома были совсем унылыми.

Мама составила для Лауры план питания и график тренировок. Она считала, что её дочь должна вести здоровый образ жизни. И хоть у Лауры не было ни грамма лишнего веса, мама не разрешала ей никакого шоколада, никаких сладостей, никаких перекусов. А ещё Лаура должна была три раза в неделю по два часа заниматься в спортзале. И в эти дни, понятно, ни о каких встречах с подружками не могло быть и речи. А поскольку у каждой из её подружек тоже были свои режимы и расписания, они, можно сказать, не встречались вовсе.

Ну и ко всему прочему мама недавно купила новый, суперсовременный домашний телефон. Когда кто-то звонил, на экране появлялось объёмное изображение собеседника. Как в 3D-фильмах. И всё бы хорошо, но эта крутая система своими суперволнами создавала помехи для Лауриного мобильного телефона. И любой её разговор, как и общение при помощи гаджетов, превращался в настоящее мучение. Разговаривать на фоне треска и шебуршания было почти невозможно, а часто связь вообще прерывалась в середине разговора. Так что Лауру лишили и этого удовольствия. Теперь даже с подружкой не поговоришь по душам. Даже в своей комнате! Лаура умоляла купить ей новые гаджеты, но мама была непреклонна – как мобильнику, так и планшету не было ещё и года. Оставались сообщения, которые можно было писать друг другу. Они пока проходили… Но разве это можно сравнить с доверительным разговором?

Наверное, именно поэтому у Лауры почти не осталось подруг. Собственно говоря, из всех осталась лишь одна – Оливия Маурер, её одноклассница.

– Как же у тебя хорошо, папа, – вымолвила Лаура, отодвигая пустую тарелку и нехотя поднимаясь из-за стола.

– Может, хочешь ещё что-то на десерт? У меня в холодильнике замечательный шоколадный пудинг!

Лаура на мгновение задумалась. Мысль о пудинге была, конечно, очень заманчивой. Она сомневалась. Но тут её взгляд упал на старинные часы, висевшие на стене папиной кухни. И этого было достаточно, чтобы отказаться. Ей уже давно надо было уходить.

– В следующий раз, ладно? – расстроенно ответила Лаура. – Мне, к сожалению, пора домой.

Домой. Это слово до сих пор ощущалось каким-то… фальшивым. Тут её настоящий дом! Эта старая вилла! А не та сверхсовременная квартира в сверхсовременном доме. Но родители приняли решение, и Лауре с Элиасом ничего не оставалось, как смириться.

Лаура поцеловала папу в щёку, коротко погладила его густую бороду. И, пытаясь не замечать подступивший к горлу комок, с трудом улыбнулась.

– Пока, пап! До следующей пятницы!

– До свиданья, малыш! Ты давай держись!

Странное утро

Лаура вышла на улицу и направилась по усыпанной гравием дорожке к калитке. Эту дорожку давно никто не полол, и всё вокруг поросло сорняками. Правда, папа предпочитал называть сорняки дикой травой. А кустов, которые росли по обе стороны дорожки, уже давно не касались садовые ножницы. Сад выглядел неухоженным, забытым. Лаура судорожно сглотнула, стараясь сдержать слёзы. И всё равно это был её сад, в котором они с Элиасом провели столько счастливых лет. И это был самый лучший сад на свете даже, несмотря на то что мама считает эти дикие заросли ужасными.

Прямо за калиткой на обочине дороги Лауру уже ждал красный автомобиль. Закинув рюкзак на заднее сидение, она уселась спереди.

– Домой!

Машина тронулась. Место водителя пустовало. Лаура до сих пор не могла привыкнуть к тому, что рядом нет шофёра. И каждая поездка была для неё маленьким приключением.

Этот автомобиль они приобрели всего четыре недели назад. И все соседи утопали в зависти. А вот папа, наоборот, лишь посмеивался. Он заявил, что приобрести такую штуковину – абсолютно типично для мамы. Ей же постоянно надо было выделиться и утереть всем нос.

Машина ехала почти бесшумно, лишь едва уловимо жужжа электрическим мотором. Она уверенно маневрировала по улицам города и через несколько минут остановилась перед домом номер 8 на улице Аквилегии. Это был совершенно новый высотный дом, похожий на огромный кубик с множеством окон. Окна, кстати, были особенные. Их не только не нужно было мыть (это они делали самостоятельно), но они ещё и автоматически затемнялись, когда солнце светило слишком ярко. А в ночное время окна светились всеми цветами радуги.

Но несмотря на всё это, Лауре дом категорически не нравился. Он казался ей уродливым. И пусть сконструировавший его японский архитектор получил какую-то очень престижную премию, дом всё равно был уродливым.

– В гараж! – скомандовала Лаура, выйдя из машины.

Автомобиль послушно тронулся, завернул в подземный гараж и скрылся за автоматической дверью.

Проводив машину взглядом, Лаура надела ранец и направилась ко входу. Коротко приложив палец к датчику на стене, она подождала несколько секунд, пока входная дверь не открылась. Девочка оказалась в огромном вестибюле. Причудливый цветок на длинном стебельке, похожий на летающую тарелку, выглядел ещё печальнее, чем в пятницу вечером, когда Лаура собиралась к папе.

– Бедная ты моя тарелочка… – пробормотала Лаура. – Никто тебя не любит.

Роботы-уборщики не справлялись с комнатными растениями. Они либо поливали их так щедро, что бедные цветы почти тонули, либо так скудно, что растения почти засыхали. Датчик, показывавший необходимое количество воды, был их слабым местом. И хотя поставщику роботов постоянно жаловались, ничего не менялось. Растения по-прежнему страдали.

Лауре повезло, лифт как раз был внизу. Она зашла и нажала на кнопку с цифрой 8. Двери закрылись, издавая мягкое «Ц-ш-шшшш…», и лифт поехал наверх. Ровно через восемь секунд он резко остановился. Так резко и жёстко, что Лауре пришлось «остановить» пиццу, съеденную у папы, которая сейчас тяжёлым комом лежала в животе. Наверное, всё же она была слишком уж жирной, подумала Лаура. Слишком много сыра и приправ. И главное, слишком уж большой кусок она съела… Но ведь было так вкусно.

С облегчением покинув лифт, Лаура медленно побрела по коридору к двери своей квартиры. К её изумлению, она была уже открыта, и у входа её ждала широко улыбающаяся мама. Как обычно, при параде – нарядная, идеально накрашенная, словно ждала гостей.

Мама всегда была такой. Лаура не могла припомнить, видела ли она маму хоть раз валяющейся на диване без косметики и в спортивном костюме.

– Привет, Лаура!

– Ты ясновидящая? Откуда ты знала, что я иду?

– Мне пришло уведомление, что машина снова в подземном гараже. Ну, я и вычислила, соответственно, когда ты примерно поднимешься. Как дела у папы?

– С лифтом непорядок. – Лаура попыталась уйти от ответа. – Он тормозит слишком резко.

– Да, мне тоже бросилось в глаза. Я уже сообщила в домоуправление. Есть хочешь?

– Нет, я поела у папы.

– Ах да. Ну и что же он тебе приготовил?

– Овощные котлеты с соевым соусом и кускусом, – не моргнув глазом соврала Лаура.

Она проскользнула мимо мамы в квартиру и спешно направилась в свою комнату. Дверь в комнату Элиаса была приоткрыта, и оттуда доносились звуки компьютерной игры – любимое занятие её девятилетнего брата.

Лаура только успела снять рюкзак, как тут же за дверью послышалось жужжание, и в комнату вкатилась Эми – робот-домохозяйка.

– Глязную одезду, позалста! Стилка! – потребовал механический голос. А ручки-телескопы сунули Лауре под нос корзину для белья, которую Лауре следовало заполнить.

– Секунду, Эми.

Лаура принялась рыться в рюкзаке. Пока она искала вещи, которые нуждались в стирке, красные глазки Эми беспрестанно мигали. И Лаура прекрасно знала, робот не сдвинется с места до тех пор, пока корзина не будет наполнена. Наконец она выудила из рюкзака любимую пижаму, джинсы и майку и положила всё в протянутую корзину.

– Благодалю! – прошепелявила Эми, а её глаза перестали мигать и стали нежно-зелёными.

Она уже было направилась к выходу, но внезапно заметила свитер, который Лаура как раз вытаскивала из рюкзака.

– Есё глязная одезда, позалста, сюда! – потребовал голос, а глаза вновь замигали красными лампочками. И вновь перед носом Лауры оказалась корзина.

Лаура раздражённо поёжилась. Этот дефект речи реально раздражал. И исправить его было невозможно, несмотря на все обновления и усовершенствования программы.

– Свитер не нужно стирать, я его ни разу не надевала! – пояснила Лаура. – А теперь марш из комнаты!

Эми продолжала стоять с протянутой корзиной. Ну что с ней делать! Лауре пришлось нажать кнопку «Далее по программе» на груди робота. И только тогда её красные глаза перестали мигать и снова стали нежно-зелёными, почти ласковыми, насколько это возможно у робота.

– Эми благодалит! – с этими словами робот, наконец, выкатилась из комнаты.

Лаура плотно затворила дверь. Потом положила свитер на диван, аккуратно развернула его и достала тщательно спрятанный в нём бархатный мешочек. И хотя её прямо-таки подмывало достать часы, она решительно перепрятала новые сокровища в ящик ночного столика. Ведь сейчас войдёт мама и начнёт расспрашивать, как там было у папы. Каждый раз одно и то же.

Совсем забыла! Лаура спешно нацепила свой фитнес-браслет. Мама заставляла носить его постоянно. Ей хотелось знать, сколько Лаура двигается, какой у неё средний пульс, какое давление и сколько калорий она сжигала. Но с тех пор, как одноклассник показал ей, как можно мухлевать с цифрами и остальными данными, Лаура его почти не носила. Так, время от времени, когда мама была рядом. И вместо того чтобы мучиться в спортзале, она всё это драгоценное время тратила на чтение. В рюкзаке как раз лежали две очередные книги от папы.

Лаура едва успела застегнуть ремешок браслета, как в дверь уже постучали. И, не дожидаясь ответа, через секунду в комнату зашла мама.

– Ну как прошли выходные? Ты довольна? – вопрос был задан необычайно милым, приветливым тоном. Типичный мамин «я-всё-из-тебя-вытяну» тон. Уютно расположившись на мягком красном кресле возле письменного стола, она вопросительно уставилась на дочь.

– Ну, так себе, – пробурчала Лаура. Со временем она уже поняла, что мама хочет услышать, а о чём лучше молчать.

– Кстати, у папы есть подружка?

Этот вопрос застиг Лауру врасплох. Его она уж никак не могла предвидеть. Её бросило в жар, и она почувствовала, как кровь стучит в висках. Папа и подружка? Эта картина не укладывалась у неё в голове, хоть она, разумеется, и знала, что многие люди снова влюбляются после развода и даже женятся во второй раз. Но чтобы в папиной жизни появилась новая женщина? Которая будет, как хозяйка, расхаживать по старой вилле, сидеть с папой за одним столом и… спать в одной постели?

– НЕТ! – Лаура произнесла это громко и отчётливо, стараясь говорить с убеждённым видом. – Совершенно точно – нет.

– Ну, а если ты получше подумаешь? Ты не заметила ничего необычного? – мама не сдавалась. – Может, новая зубная щётка в ванной? Или помада? Или флакон духов? Ну подумай!

Лаура яростно затрясла головой.

Она, если честно, проводила в ванной комнате немало времени – привычка читать в туалете. Но у неё и в мыслях не было осматривать её. А тем более проверять полочки над раковиной. Во всяком случае, не так тщательно, как этого явно хотела мама. Но нет! Никаких духов и щёток там точно не было!

– Нет! С чего ты взяла, что у папы есть подружка? – Эмоции переполняли её до краёв. – Откуда вдруг такие мысли? Зачем она ему?

Но уже на последних словах у неё сверкнула в голове страшная догадка. Мамины туманные намёки в последнее время… А ещё она время от времени куда-то уходила вечерами, оставляя детей на Эми, предварительно установив программу «Няня». Это было, кстати, по-настоящему смешно, так как бедный робот только и делал, что жужжал колыбельные песенки и ритмично толкал кресло-качалку, видимо, принимая её за колыбель. Но самое курьёзное – это когда Эми по несколько раз за ночь вкатывалась в комнату к Элиасу и будила его одним и тем же вопросом: «По-больсому хотим? Голсок плинести?»

Мама явно забыла указать в программе «Няня» возраст детей.

– Ну, я бы не отбрасывала эту возможность так уж радикально. У папы вполне может появиться подружка! – Мама нервно откашлялась, словно собираясь с духом. И Лаура поняла, что сейчас последует нечто, что она совсем не хотела услышать. – Возможно, ты и сама догадывалась, ты уже не маленькая… В общем, я уже некоторое время встречаюсь с мужчиной.

Лаура неимоверным усилием воли сдержала желание заткнуть уши и громко запеть «Ля-ля-ля!». Вместо этого она судорожно сглотнула и лишь тихо спросила:

– Кто это?

– Его зовут Бернд Ассхоф, – ответила мама. – Доктор Бернд Ассхоф. Мой шеф.

– О! – Лаура даже не знала, что сказать. В то время как в голове у неё зазвучал дерзкий голос: Бернд – баран, Бернд – баран, Бернд – баран…

Валери Лилиенштедт, мама Лауры, работала в крупной компании под названием «ТЕМП». Лаура не знала точно, чем она там занимается, но в любом случае мама отлично зарабатывала. Так хорошо, что могла себе позволить и эту шикарную квартиру, и дорогую машину, и робота. Помимо этого, она ежемесячно переводила папе внушительную сумму (о чём она постоянно напоминала), поскольку его доходы от реставрации были просто смешными.

– В ближайшее время я вас познакомлю с Берндом, – радостно сообщила мама. – Он, кстати, два года как развёлся. Это ведь наверняка был твой следующий вопрос.

Лаура пристально разглядывала маму. Та явно нервничала, этого не могла скрыть даже косметика. В остальном же она была в свои тридцать восемь очень привлекательной женщиной. Высокая, стройная, с потрясающей фигурой. Просто мечта, а не фигура! Ну и результат многих изнурительных часов в спортзале. У неё было нежное, идеальной формы овальное лицо, серые глаза, тёмные, почти чёрные волосы с изящной короткой стрижкой. А ещё полные красивые губы. Во всяком случае, когда они не были так сжаты, как сейчас.

– Ну и что ты молчишь? – мамин голос звучал напряжённо, так как Лаура за всё это время не произнесла ни слова.

– Почему я молчу? – медленно произнесла Лаура. И тут внезапно все чувства, которые она старалась в себе подавить: напряжение, ярость, обида, сомнения – всё это разом выплеснулось наружу. – Потому что у меня нет ни малейшего желания знакомиться с твоим Берндом! Тебе не нужен друг! A папе не нужна подружка! Вы не должны так поступать! Я хочу, чтобы вы помирились и чтобы мы снова переехали жить на нашу старую виллу!

Лаура судорожно всхлипнула. Комок в горле прорвался. И не в силах больше сказать ни слова, она бросилась на кровать и громко зарыдала, уткнувшись лицом в подушку.

Она чувствовала, как мама наклонилась над ней. Словно сквозь туман, до неё доносился мамин раздражённый голос: «Лаура, ну будь же благоразумна! Бернд очень славный, он тебе понравится!», «Мы просто не можем больше жить, как раньше!», «Я думала, ты уже достаточно взрослая, чтобы это понять!»

И, в конце концов, последний залп: «Мне надоело! Прекрати сейчас же это ребячество, ты не маленькая!»

С этими словами мама вышла из комнаты. Лаура услышала, как хлопнула дверь.

Она медленно подняла голову с мокрой от слёз подушки. Ещё пошмыгивая носом, она уселась на кровати, вытерла лицо и основательно высморкалась. У неё появилась идея. Достав из рюкзака планшет, она вошла в интернет и написала в строчке поисковика: «Вечный календарь».

Как же много она узнала! Даже за короткое время. И в первую очередь она поняла, что её находка – это действительно нечто особенное.

Как оказалось, вечным календарём называются часы, которые никогда не останавливаются. Ни на миг. И они всегда показывают правильный день. Независимо от того, сколько дней в месяце – тридцать или тридцать один. Или всего двадцать восемь. Или двадцать девять, если год високосный.

Создание таких часов испокон веков было крайне сложной задачей для мастеров. Им приходилось использовать самые крошечные часовые колёсики, чтобы привести в действие часовую и минутную стрелки и показатель правильной даты. Эти колёсики должны были постоянно взаимодействовать друг с другом, чтобы показатель даты в нужный момент безошибочно перескакивал на следующий день, следующую неделю, месяц, год. И то, что для обыкновенного наблюдателя выглядело крайне просто, было на самом деле чудом механики, скрытой в недрах часов.

В интернете она нашла много примеров, и стоили все эти часы, признаться, недёшево. Однако ни одни из них не были похожи на те, которые Лаура обнаружила у папы в секретере.

Переполняемая противоречивыми чувствами и обилием информации, Лаура захлопнула планшет и потянулась за школьной сумкой. Пора собираться на завтра. Положив в неё планшет и книги, она нехотя запихнула туда же спортивный костюм и кроссовки. По понедельникам у них была физкультура. Этот урок вела фрау Пилау, и Лаура ненавидела его лютой ненавистью.

Перед каждым уроком фрау Пилау проверяла у всех ребят их фитнес-браслеты. Причём не только проверяла, а заносила цифры в свой планшет, чтобы потом, на следующем уроке, можно было сравнить показатели. Только, в отличие от мамы Лауры, фрау Пилау прекрасно знала, что с цифрами можно мухлевать. И как это делается, она тоже прекрасно знала. И если ей удавалось вычислить обманщика или обманщицу, им грозила плохая оценка. И что хуже всего – фрау Пилау обо всём рассказывала родителям.

От одной лишь мысли об этом Лаура поёжилась. Наверняка снова будут проблемы с мамой…

Перед тем как лечь спать, она не удержалась. Её рука потянулась за бархатным мешочком, который был спрятан в ящике ночного столика. Достав часы, Лаура положила их себе на ладонь. Её завораживало в них всё – мерцающее золото часов, их восьмиугольная форма, изящная гравировка, сказочно красивый циферблат. И снова и снова она перечитывала таинственный рукописный текст, который по-прежнему был для неё неразрешимой загадкой.

Дано тебе не семь, а восемь дней.

Вот ключ от силы всеобъемлющей твоей.

В подаренные несколько часов

Откроешь ты от сотни тайн засов,

И многое увидишь ты иначе.

К добру иль не к добру – тебе решать задачу.

Будь с даром этим осторожен,

С умом ты вынимай кинжал из ножен…

А главное, чтоб не разбилось счастье,

Ты тайну никому не выдавай в веселье иль в ненастье…

Эти строки словно убаюкивали её. И постепенно веки Лауры отяжелели, и она крепко уснула.

– Эй, соня! Ну-ка просыпайся! – над её ухом раздался незнакомый чуть скрипучий голос. – У нас слишком много планов! И ты ведь не хочешь, чтобы мы теряли время?!

«Что это? Неужели Эми окончательно сломалась? – пронеслось в голове у Лауры. – Она так странно говорит!»

Лаура открыла глаза. Обычно по утрам её будила Эми. Она тихо и нежно жужжала, и под эти звуки Лаура возвращалась из царства снов в реальность. Но сегодня всё было иначе. У её кровати не было никакого робота, зато на одеяле сидел Самсон, её чёрный как смоль кот.

Когда родители разошлись и мама приняла решение переехать с детьми на улицу Аквилегии, Лаура выплакала все глаза – так ей хотелось забрать с собой кота. Она так рыдала, что мама вынуждена была уступить, несмотря на то что особой любви к Самсону не испытывала. Да и шерсти от него…

– Давай, вылезай из постели! – повторил скрипучий голос, но уже более настойчиво. – Поспать сможешь в другой раз!

Лаура несколько раз ущипнула себя. Этого просто не может быть! Ей это снится или губы Самсона на самом деле шевелятся? И почему её золотые часы висят у него на шее?

– Э… С каких пор ты умеешь разговаривать?

– Всегда умел! Не смотри на меня так! И давай просыпайся, наконец! Марш из-под одеяла! – Самсон изящно спрыгнул с кровати. Очутившись на полу, он обернулся. – Давай! Я жду!

Лаура сбросила одеяло и опустила ноги на пол.

– Секунду… подожди.

Её бархатный мешочек и листок лежали на полу. Как они туда попали, неужели мама?.. С этими мыслями Лаура подняла их и положила обратно на место.

Самсон был уже у двери комнаты.

– Поторапливайся! Уже четверть восьмого!

– С каких пор ты знаешь, который час? Ты умеешь определять время? – Лаура была в полной растерянности.

Кот бросил на неё обиженный взгляд и исчез за дверью.

Разумеется, он всегда умел определять время. Иначе откуда ему было знать, когда его должны были кормить? Появлялся он на кухне в любом случае всегда вовремя, минута в минуту, мелькнуло в голове у Лауры. И всё же она не могла отделаться от ощущения, что с её мозгами что-то очень не в порядке. С трудом стряхнув охватившее её оцепенение, она вышла из комнаты.

В коридоре было непривычно тихо. Не было Элиаса, который обычно орал как ненормальный и швырялся обувью. Не было и мамы, которая лихорадочно смотрела на часы и торопила детей, чтобы они не опоздали в школу. Зато у двери ванной комнаты, гордо распушив хвост, сидел Самсон. Его жёлтые глаза сверкали.

– Да, да… Я почти готова. Сейчас, – прошептала Лаура и прошмыгнула в ванную.

Зайдя внутрь, Лаура обомлела. Нет, наверняка она сейчас спит! Ванная комната выглядела совсем иначе. Над туалетом висела длинная старомодная цепочка, которую Лауре пришлось потянуть, чтобы спустить воду. А куда делся их современный туалет? А полотенца! Таких дома никогда не было! Орнамент явно не в мамином вкусе – куча пёстрых восьмиугольников в ретростиле…

Лаура снова ущипнула себя. Но ничего не изменилось. Покачав головой, она почистила зубы и оделась. Лаура выбирала одежду с вечера. Мама настаивала на этом, чтобы по утрам не надо было тратить время на долгие сборы и поиски, что надеть.

Но разве это её свитер? Лауре он показался странным, словно чужим. И голубые легинсы. Откуда они у неё, чёрт возьми? Разве она хоть раз надевала этот кошмар? При всём желании Лаура не могла припомнить такого… Да что вообще сегодня происходит?

– Ну, ты готова наконец?

За спиной у Лауры послышался скрип, и голова Самсона нетерпеливо просунулась в дверную щель. Похоже, он ещё и двери научился открывать. Хотя Лаура уже перестала удивляться.

В коридоре стояла пара сапожек, явно для неё. Недолго думая, она натянула их. Сапоги сидели словно влитые.

А Самсон был уже у двери кухни.

– Быстро забирай свой пакет с завтраком и пошли!

– Чёрт! Прекрати уже! Раскомандовался тут! – огрызнулась Лаура.

С тех пор как родители развелись, они никогда не завтракали вместе, всей семьёй. Так что ничего удивительного в пакете с едой не было. Настоящий семейный завтрак, с красиво накрытым столом и неторопливым общением, случался только у папы. А в течение недели на такую роскошь просто не было времени.

Эми каждое утро готовила для Лауры и Элиаса пакеты с бутербродами, которые они съедали уже в машине, по дороге в школу. Мама же пила утром лишь чёрный кофе, а по-настоящему завтракала уже потом, на работе.

Лаура торопливо вбежала на кухню и застыла. Вместо привычного робота между буфетом и столом проворно сновала совершенно незнакомая ей женщина. На ней было чёрное платье, белоснежный передник, а голову украшал миниатюрный чепчик. Как в старых фильмах, подумала Лаура. Вот там были именно такие служанки.

– Держи!

Приветливо улыбаясь, незнакомка протянула Лауре тяжёлый пакет с едой и пластиковую бутылку. Лаура механически взяла всё это, ни на секунду не отводя взгляд от женщины. У незнакомки были ярко-зелёные сверкающие глаза, а на платье было вышито её имя: Эми.

Этого не может быть! Лаура попятилась, едва не споткнувшись, а потом пулей вылетела из кухни.

Так, спокойно. Осталось взять школьный рюкзак. Она вихрем метнулась в спальню. А её мозг тем временем лихорадочно искал объяснение всему происходящему. Может, это мамины проделки? Наказание за вчерашний спор? Может, это она прикрепила к туалету длинную цепочку и подменила полотенца? И наняла актрису-служанку? А Самсона заменила говорящим роботом?

Ho такие усилия и затраты ради одного лишь дурацкого спора? Странное наказание. Обычно мама просто отключала Лауре интернет или сажала её под домашний арест.

Взвесив все за и против, Лаура отвергла эту теорию. Но вопросы в голове множились. Что же тогда произошло, если это не мама? И где она? Может, они с Элиасом уже внизу, в машине перед домом? И ждут Лауру?

Самсон нетерпеливо крутился у входной двери и раздражённо мяукал.

– Ну наконец… – буркнул он, увидев Лауру.

Как только они вышли из квартиры, кот стремительно ринулся вперёд, в сторону лифта. Висящие на его шее карманные часы качались туда-сюда, подобно волшебному маятнику.

Сейчас Лаура была больше чем когда-либо уверена, что она всё-таки спит и видит сказочный сон. Ей вспомнилась Алиса в Стране чудес. Она как раз недавно прочла эту книжку. Там ведь тоже была девочка, как она. Правда, вместо кота был кролик. Но у того тоже были карманные часы, и он тоже очень спешил. Алиса из книжки решила пойти с ним, и в результате её ждали захватывающие приключения…

– Но ведь это книга, а не реальность! – Лаура произнесла это вслух. B первую очередь, чтобы убедить саму себя, что ничего такого просто не может быть.

С этими мыслями она подошла к лифту, подняла глаза… и тут у неё окончательно пропал дар речи. Их суперсовременный лифт превратился в старинную, украшенную витиеватыми узорами из кованого железа кабинку. Примерно такую она видела в музее архитектуры.

Дверцы лифта, издавая дребезжащий звук, медленно отворились. И Самсон, обычно боявшийся лифта как огня, сейчас без малейшего колебания запрыгнул внутрь. Лаура машинально последовала за ним, лишь покачав головой.

Панель управления тоже выглядела иначе. Лаура нажала кнопку с надписью «1-й этаж». Дверцы, скрипя, закрылись, и лифт, дребезжа, как несмазанная телега, начал спускаться вниз.

«Хоть бы я поскорее проснулась», – с робкой надеждой подумала Лаура.

Резкий толчок, лифт остановился на первом этаже. Двери со скрипом открылись, Лаура вышла и очутилась в просторном вестибюле.

И тут изменения! Цветочек «летающая тарелка» гордо возвышался на своём длинном стебельке и выглядел сильным и здоровым. Лаура смотрела на него с открытым ртом, ведь с тех пор, как они сюда переехали, на нём ни разу не было так много листьев! Да и вообще все растения в зале выглядели пышнее и здоровее обычного. Словно их полили какой-то сказочной живой водой!

Не переставая удивляться, Лаура пересекла вестибюль и направилась к выходу. И как тут оказалась вращающаяся дверь? Она взяла Самсона на руки, зашла в отсек и толкнула её. Дверь начала вращаться, и Лаура с Самсоном вскоре оказались на улице.

Опустив кота на песчаную дорожку, Лаура огляделась.

Невероятно! Ещё вчера тут всё было вымощено бетонными плитами. А сегодня по обе стороны дорожки пышно цвели кусты шиповника. Розовые цветы нежно благоухали. Лаура с наслаждением вдохнула сладкий, чарующий аромат. Она обожала дикие розы. У папы в саду тоже был огромный куст. Но как они оказались тут? Ведь на улице Аквилегии никогда не было ни кустов, ни цветов. Только довольно скудная живая изгородь из самшита, не более двадцати сантиметров в высоту. Но сегодня всё было по-другому.

– Что же происходит? – Лаура растерянно посмотрела на кота. – Я что, с ума сошла? Ты можешь мне это как-то объяснить?

– Мааау! – издал Самсон. – Всему своё время. Потерпи ещё немного, скоро ты получишь ответы на все свои вопросы.

Урча от удовольствия, он потёрся о её ноги.

– Чёртов кот! – Лаура была в бешенстве. – Ты знаешь больше, чем говоришь! Почему ты мне ничего не рассказываешь?

Она обернулась, и сердце её замерло в очередной раз. Где она вообще? Что произошло с современным домом в форме куба? Вместо гладких белых стен она увидела старинную крупную каменную кладку, густо увитую плющом. А пёстрые окна стали похожи на старинные витражи. И форма их изменилась… теперь это были маленькие арки.

Лаура со стоном схватилась за голову. Какие ещё сюрпризы её ожидают?

Замок Вечности

Она осмотрелась. Ну и где же красный автомобиль, который каждый день отвозил их с братом в школу, а маму на работу? Улица была пуста. Правда, Лауру это уже даже почти не удивляло.

Она посмотрела в сторону подземного гаража. Его суперсовременная автоматическая дверь тоже исчезла. На её месте появились старинные ворота. Их огромные резные деревянные крылья были распахнуты, а за ними царила темнота.

Буквально через несколько секунд до Лауры донёсся стук копыт, и ещё через мгновение из ворот выехала чёрная карета, запряжённая парой вороных скакунов. Их чёрные лоснящиеся тела сверкали на солнце, будто алмазы, а длинные шелковистые локоны грив развевались. У Лауры перехватило дыхание от такой красоты.

Карета остановилась на том же месте, где обычно ждал красный автомобиль. Кучера не было, во всяком случае, Лаура его не заметила. Вместо этого дверь сама распахнулась, словно приглашая Лауру внутрь.

– Ну и чего ты ждёшь? – Самсон вопросительно уставился на неё. – Залезай!

Сделав элегантный прыжок, он исчез в недрах кареты. И после секундного колебания Лаура решилась. Так же, как это когда-то сделала Алиса из книжки.

Что-то подсказывало девочке, что карета появилась тут исключительно ради неё. Тем более она так любила лошадей! Больше всего на свете! К тому же это была единственная возможность узнать, что сегодня вообще происходит!

Перед тем как сделать первый шаг, она глубоко вдохнула. Пахнет лошадьми… «Интересно, а во сне можно чувствовать запахи?» – промелькнуло у неё в голове. Собравшись с духом, девочка поставила ногу на ступеньку и с трудом забралась в кабинку.

Самсон уже удобно расположился на одном из мягких сидений. Лаура уселась напротив, выбрав сиденье по ходу движения кареты. В кабинке пахло лавандой, будто кто-то обрызгал сиденья духами.

Дверь тихо закрылась, словно её тронула невидимая рука, лошади потянули, и карета тронулась. Кабинку трясло так сильно, что Лаура чуть не упала. Она судорожно огляделась в поисках чего-то, за что можно было бы ухватиться. Но не найдя ничего подходящего, она крепко вцепилась в подлокотник сидения.

– Куда мы едем? – Лаура с трудом пыталась унять дрожь в голосе. – Только не говори мне, что не знаешь, я тебе всё равно не поверю.

Самсон сладко потянулся, с наслаждением выгнул спинку и снова удобно улёгся на мягкие подушки сиденья. Его жёлтые глаза загадочно сверкали в сумраке кареты.

– Ты всё скоро сама увидишь, – промурлыкал он в ответ. – А теперь, будь добра, дай мне чуток вздремнуть. Я не спал всю ночь.

С этими словами он закрыл глаза и мгновенно погрузился в сон.

У Лауры от досады свело скулы. Она крепко сжала губы, чтобы не высказать ему всё то, что вертелось у неё на языке. «Ты маленький вредина! Я тебя всё время кормила, заботилась о тебе, гладила, любила! А ты даже не можешь ответить мне на самые простые вопросы!» Но, наверное, сейчас было гораздо мудрее не злить кота. Он явно знал, и что происходит, и почему это происходит. Лучше дождаться, пока он будет в настроении, и попытаться выудить хоть что-то.

Лаура откинулась на спинку кресла и попыталась расслабиться. Однако это было совсем непросто. Ещё бы… Говорящий кот! Да ещё и чёрная карета, которая везёт тебя чёрт знает куда!

Пытаясь понять, куда они едут, Лаура начала смотреть в маленькое окошко. Поначалу она ещё узнавала местность, по которой они ехали, несмотря на то что многое выглядело иначе. Некоторые дома исчезли. Нигде не было привычного асфальта – улицы были вымощены булыжником. Вокруг было гораздо больше деревьев и зелени. А новый мост, который совсем недавно открылся, и вовсе пропал. Вместо него Лаура увидела паром…

Карета с грохотом въехала на палубу парома. Они были единственными пассажирами. Лаура даже не была уверена, управляет ли этим паромом кто-то живой.

Волны, бегущие по реке, нежно мерцали в свете утреннего солнца. Лауре всегда нравилось ездить на пароме. Раньше, пока не было моста, это были самые приятные минуты её дороги в школу. А мама, наоборот, постоянно была недовольна.

– Как вообще в наше время можно пользоваться таким устаревшим транспортом! Когда же наконец построят нормальный мост! – часто ворчала она.

Когда они подплыли к другому берегу, карета, трясясь, съехала на землю. Самсон всё ещё спал. А Лауре бросилось в глаза, что они свернули с дороги, ведущей в школу, – вместо того чтобы повернуть налево, карета сделала крутой вираж направо. За окном простирался довольно скучный ландшафт. Ничего интересного, кроме бесконечных полей по обе стороны дороги.

Лауре вдруг очень захотелось перекусить. Пошарив в рюкзаке, она вытащила пакет с едой. Ну, посмотрим, что там приготовила новая служанка по имени Эми. Лаура с любопытством заглянула внутрь. О, не может быть! Свежая булочка с её любимым шоколадным кремом! А ещё сваренное вкрутую яйцо и персик! От наслаждения Лаура зажмурилась… Перед глазами возникли картинки из прошлого. Походы, которые они устраивали вместе с папой. Он настаивал, чтобы в продуктовом рюкзаке для походов были варёные яйца! А начинку для булочки Лауре давали выбирать самостоятельно. И, конечно же, она выбирала шоколадный крем. Еда в пакете выглядела так, словно её приготовил папа, своими руками.

Обычно, когда готовила Эми-робот, в пакете у Лауры была исключительно здоровая еда: тонкие ломтики чёрного хлеба с отрубями с невкусным кремом из протёртых овощей, а ещё пара листьев зелёного салата и морковка. Ну и в лучшем случае на десерт половинка яблока и два-три грецких ореха.

Лаура почистила яйцо и с наслаждением вонзила в него зубы. Она заметила, что Самсон на мгновение проснулся, посмотрел, как она ест, но потом снова свернулся калачиком и закрыл глаза. Правда, это её сейчас интересовало меньше всего. Она с удовольствием продолжала есть. Как же вкусно! И с чего это у неё сегодня так разыгрался аппетит? Может, потому что еда – это единственное нормальное, что «произошло» за этот сумасшедший день?

– Который час? – спросила она.

Ей казалось, что прошла целая вечность. Пейзаж за окном поменялся, они въехали в лес. Дорога была ухабистой, и карету трясло так сильно, что Лауру швыряло туда-сюда по всей кабине. Её даже затошнило.

– Сама глянь! – запрыгнув к ней на сиденье, Самсон подставил Лауре шею, где висели карманные часы.

Она с трудом поймала их и со щелчком открыла крышечку. Стрелки на серебряном циферблате показывали без трёх минут девять.

Но что это? И на маленьком циферблате сегодня происходило движение. Стрелки ожили. И они показывали то же время. Но самым странным было то, что показатель сегодняшней даты находился ровно между 15 и 16, а в окошке, где отображался день недели, стояло «Восьмиденье».

Лаура не верила своим глазам. Какое такое восьмиденье! Что за ерунда! Сегодня был понедельник, 16 мая! Этот вечный календарь совсем спятил! Он явно испорчен!

– Восьмиденье, – пробормотала она себе под нос.

– Совершенно верно! – Самсон снова открыл глаза. – Я вижу, ты постепенно начинаешь понимать.

Лаура покачала головой и снова уставилась в окно. Лес постепенно становился всё гуще. Тёмные, почти мистические деревья стояли плотной стеной. При виде их девочке становилось не по себе. Они будто поглощали солнечный свет.

Иногда мелькал папоротник высотой почти с человеческий рост. Временами Лауре казалось, что в этой чаще кто-то есть, она улавливала движение между деревьями. Но карета ехала слишком быстро, чтобы девочка могла различить, кто это или что это. Только один раз ей удалось отчётливо увидеть очертания огромного медведя. У неё пошёл мороз по коже. Куда же её везла эта карета?

И тут словно кто-то услышал её мысли… Карета резко остановилась.

Может, лошади устали? Может, им нужно поесть и отдохнуть, прежде чем они продолжат путь? Немножко овса и глоток воды?

Но Самсон, который уже окончательно проснулся (он сладко потянулся и круто выгнул спину), спрыгнул с сиденья. Дверца кареты со скрипом отворилась, и кот исчез за ней.

– Давай, Лаура! Поторапливайся! – раздался его голос. – Мы приехали!

Лаура осторожно поднялась с сиденья и высунула голову наружу. По одну сторону дороги был всё тот же густой лес, но зато по другую она увидела очень ухоженную изгородь. И ей даже показалось, что вдали она видит очертания ворот.

– Хм, какой-то парк? И зачем мы тут? – пробормотала она. Или это кладбище?.. От этой мысли у Лауры снова похолодело внутри.

– Ну давай же! – раздражённый голос Самсона прервал её размышления. – Мы все только тебя и ждём!

– Меня? – повторила Лаура и рассерженно обратилась к коту: – Может, ты наконец объяснишь мне, что происходит?

И тут она заметила, как из-за ограды вышли двое мужчин. В своих жёлто-голубых костюмах они напоминали Лауре солдат швейцарской гвардии, охраняющих Ватикан. Оба смотрели в её сторону. В глазах их отражалось нетерпение.

Лаура судорожно сглотнула, взяла свой рюкзак и выбралась из кареты. Коротко погладив одного из коней, она спотыкаясь побрела к воротам.

– Привет! – робко произнесла Лаура. Но тут же исправилась, ведь перед ней были взрослые люди. – Добрый день!

– Пароль! – это было сказано почти в унисон.

«Скорее всего, они близнецы», – подумала Лаура. Во всяком случае, выглядели они абсолютно одинаково.

– Эээ… Что за пароль? – Лаура была в растерянности.

– Давай, говори! – потребовал Самсон.

«Он уверен, что я его знаю», – сверкнуло у Лауры в голове.

Она судорожно начала копаться в памяти. Может, они имеют в виду пароль от её компьютера?

– Лаура13? – неуверенно спросила она.

Охранники покачали головой, их лица стали строже.

Лаура напряжённо думала. Что же они имеют в виду?

– Элиас9, – ещё одна робкая попытка.

И снова охранники покачали головой. Их лица потемнели. А глаза смотрели на Лауру почти со злостью.

– У тебя ещё одна попытка! Давай уже напрягись и не позорь нас! – прошипел Самсон.

Лаура зажмурилась, чтобы лучше сосредоточиться. Но у неё не было ни малейшей идеи, чего от неё добивались. Что им нужно? Неужели это как-то связано с часами, которые она вчера нашла у папы? Это же бред! Но догадка не оставляла её. А мысли вновь и вновь возвращались к бархатному мешочку и загадочным строчкам, написанным на листке. И к гравировке на внутренней стороне часов. Неужели… Она решительно открыла глаза. Ладно, была не была!

– Carpe diem…

Охранники облегчённо улыбнулись и закивали. А голубые пучки перьев, которыми были украшены их шлемы, весело закачались. Они расступились, и Лаура в сопровождении Самсона прошла через ворота.

И увидела огромный парк с озером. Посреди него виднелся остров, на котором возвышалось огромное здание, похожее на замок. Его восьмиугольные башенки поразительно походили на те, которые были на папиной старой вилле.

Лаура поняла, что они у цели. Её подсознание подсказывало ей, что тут, в этом замке, она наконец узнает, почему сегодня происходят все эти странные вещи. И что всё это значит…

Она направилась к озеру. Сладкие запахи, витающие вокруг, приятно щекотали ей ноздри. Тут было целое море цветов! Да таких прекрасных, каких она ещё в своей жизни не видела! Бесчисленное количество ярких пёстрых бабочек носилось по воздуху. И посреди всей этой красоты лежало огромное тёмное озеро… В лучах солнечного света оно выглядело загадочно, почти зловеще. Его гладь казалась совершенно неподвижной, над ней не ощущалось ни малейшего дуновения ветра.

– Мы пришли, – объявил Самсон.

– Ну, тогда, будь добр, скажи мне, как ты собираешься переплыть это озеро? – растерянно спросила Лаура.

Она уже подошла к берегу, но от одного взгляда на эту тёмную водную гладь ей становилось жутко. Как будто чернила разлили… Под поверхностью воды ничего не было видно: ни растений, ни рыбок.

Лаура прекрасно плавала, и обычно её невозможно было вытащить из воды. Но сейчас её бросило в дрожь. В этом озере она не стала бы купаться даже в самую невыносимую жару!

– Может, попробуем с другой стороны? – предложил Самсон.

Они медленным шагом направились вдоль берега. Под ногами у Лауры хрустел гравий. А одна из бабочек, ярко-зелёная, сопровождала её, бабочку перелетая с цветка на цветок. Самсон попытался поймать, но промахнулся.

Через какое-то время они увидели вдалеке на другом конце озера мост, ведущий к острову. Но пока они добрались до него, мост разошёлся в разные стороны, и обе его половинки скрылись под землёй.

– Ну, просто прекрасно! Мы опоздали! – Лаура расстроенно опустилась на траву. – И кто знает, когда этот мост вновь появится? Вот же не везёт!

Пока они шли, Лаура успела посчитать башни замка. Их было восемь. Этот замок её завораживал, ей не терпелось попасть вовнутрь…

Она всё ещё сидела на траве у кромки воды, когда к берегу неожиданно подплыл лебедь. Он был просто огромным! Гораздо крупнее всех лебедей, с которыми Лаура когда-либо сталкивалась. Его белоснежное оперенье было безупречно чистым, без единого пятнышка. И оно сияло…

«Какая красивая птица!» – подумала Лаура.

Он плыл прямо на неё!

– Мне кажется, кто-то приплыл за тобой! – сзади раздался голос Самсона.

– Что ты имеешь в виду?

– Забирайся к нему на спину!

Лаура была в замешательстве. То есть она должна сейчас просто усесться на спину лебедя, которого видит впервые в жизни? Да ещё такого громадного? А если он её просто сбросит посреди озера? Она же утонет в этих чернилах!

– Да никогда в жизни!

– Ну ладно, тогда ждём, – равнодушно промурлыкал Самсон. – Скорее всего, этот мост появляется только раз или от силы два раза в день. Надеюсь, у тебя с собой есть что почитать, чтобы скоротать время?

Лаура открыла рюкзак и достала планшет. У неё была большая электронная библиотека, и она уж точно найдёт, чем занять себя, пока мост не появится снова.

Однако Лауру ожидало горькое разочарование. Несмотря на её попытки включить планшет, экран оставался чёрным. «Да что же это такое? – с испугом подумала она. – Неужели сломался? Ему ведь от силы пара месяцев! А может, просто батарея разрядилась?»

Всё это время лебедь плавал у берега, а его чёрные глаза пронзительно смотрели на Лауру, словно призывая её.

«Вообще-то он выглядит достаточно мирным и… безобидным, – отметила девочка про себя. – Почему бы не попробовать забраться к нему на спину? На лошадях же я катаюсь, в конце концов…»

С этими мыслями она решительно захлопнула бесполезный планшет и убрала обратно в рюкзак. Тут ей бросился в глаза мобильный телефон, торчащий из бокового кармашка её рюкзака. Однако и его экран оставался чёрным, как она ни старалась его «оживить». Единственное, чем можно было пользоваться, так это фонариком – он работал.

– Ага, понятно! – Лаура с облегчением вздохнула и отправила телефон назад в кармашек. – То есть во всём виновато это чёртово место! Тут не работают ни телефоны, ни планшеты! Ну просто замечательно! – Она вскочила на ноги. – Ну и ладно. Если тут всё иначе и не работает ничего, что в нормальной жизни работает, то, наверное, кататься на лебедях тут как раз считается нормальным! Поехали, Самсон!

Она отважилась подойти к воде. Лебедь был совершенно неподвижен, и всё же у Лауры засосало под ложечкой. Пытаясь найти какую-то опору, она схватилась за его длинную шею, искренне надеясь, что не задушит его. Наконец ей удалось взгромоздиться к нему на спину.

Лебедь вёл себя безупречно! Он подождал, пока Самсон запрыгнул на колени к хозяйке, и только тогда тронулся и плавно поплыл в сторону острова.

Лауру трясло от волнения. С ума сойти! Она на самом деле сидит на спине у лебедя! Правда, его оперенье было нежным и мягким, как пуховая подушка. И она чувствовала себя, словно сидя на облаке, пока птица, подобно огромной лодке, мощно гребла по направлению к острову.

Когда они преодолели уже половину пути, Самсон вдруг резко вскочил, круто выгнул спину и яростно зашипел. Шерсть его встала дыбом. Таким Лаура его ещё не видела ни разу! И буквально в ту же секунду она заметила нечто, что повергло её в дикий ужас. Из тёмной воды появилось что-то очень похожее на чёрную руку с длинными пальцами. И эта рука попыталась схватить её за ногу.

Но не тут-то было! Лебедь мгновенно обернулся и, грозно шипя, напал на руку. Он долбил её своим мощным клювом с острыми зубами так яростно, что Лауре снова пришлось крепко ухватиться за его шею, чтобы не потерять равновесие и не упасть в воду. А Самсон, который чуть не соскользнул с её колен, вцепился ей когтями в легинсы.

Жуткая рука мгновенно исчезла в глубине озера. А водная гладь успокоилась и снова стала тёмной и неподвижной. Лебедь продолжил свой путь.

Самсон с трудом вскарабкался обратно к Лауре на колени и прошипел:

– Чёрт подери, пронесло. Я уже думал, что всё, пропали. Повезло…

– Что это было? – тихо, еле шевеля губами, спросила Лаура. Неужели в глубинах этого кошмарного озера прятались чудовища? Или злые русалки? Или утопленники? Которые преследовали людей и утаскивали их с собой на дно?!

– Поверь, лучше тебе этого не знать! – тихо ответил Самсон.

При других обстоятельствах Лаура надавила бы на него, но не сейчас. Её всё ещё трясло от пережитого ужаса. Она снова вцепилась в лебединую шею, но остаток пути прошёл без происшествий.

Когда они подплыли к берегу, Лаура, с трудом передвигая затёкшие ноги, слезла с лебедя. Тот пристально смотрел на неё, словно ожидая чего-то. Но чего? Какого-то вознаграждения? Но ведь покормить его она не может – нечем. Весь свой завтрак она съела… Да и острые зубы, которые она видела у него в клюве, вызывали у неё опасения. Лучше держаться от них подальше! Поэтому ей ничего не оставалось, как просто сказать ему:

– Спасибо, милый лебедь! За всё, а особенно за то, что ты защитил меня от этого… монстра.

Похоже, именно этого лебедь и ждал. Склонив на прощание голову, он развернулся и поплыл в другую сторону. И вскоре Лаура потеряла его из виду.

Проводив взглядом своего спасителя, Лаура обернулась. Перед ней возвышалась огромная каменная стена. Глядя на неё, Лаура испытала одновременно восхищение и страх. Что её ожидает?

– Идём поищем вход! – коротко бросила она коту и побежала вперёд.

Им пришлось идти какое-то время вдоль стены, и за это время Лаура насчитала три башни, мимо которых они прошли. Какие же они величественные! Её сердце готово было выпрыгнуть из груди от волнения и ожидания чего-то волшебного.

Наконец девочка увидела вход. Это были массивные деревянные врата. А над ними возвышалась каменная арка, на которой были написаны загадочные слова: Castellum Aeternum.

Это была латынь – по крайней мере, это Лаура знала. Она как раз заканчивала восьмой класс и уже почти два года учила этот древний язык. Castellum в переводе означало «замок» или «крепость». Однако слово Aeternum она, к сожалению, пока не могла перевести. Жаль, обидно.

Лаура поднялась по ступенькам к вратам и проверила, не заперты ли они. К её удивлению, тяжёлая массивная дверь поддалась, и врата открылись, впустив Лауру и Самсона внутрь. Перед ними находился тёмный проход. Миновав его, Лаура и Самсон оказались во внутреннем дворике. И тут у неё в очередной раз отрылся рот от изумления и восхищения…

Восьмиугольный, окружённый высоченной стеной двор был выложен каменными плитами. Такими же высокими были и башни, расположенные вокруг двора. Лаура заметила, что у каждой башни был отдельный вход. И в каждой из них – много окошек.

Задрав голову, девочка посмотрела на небо. Оно было нежно-голубым, почти прозрачным. На одной из стен сидели две вороны и с явным любопытством наблюдали за ними.

– Ну, это… просто круто! – Лаура была под впечатлением.

– Я рада, что тебе нравится, – позади неё раздался голос.

Лаура резко обернулась.

– Мама! – вырвалось у неё. Она прикусила язык. – Извините!

Женщина, стоявшая перед Лаурой, была очень похожа на её маму! Только гораздо моложе. И у неё, в отличие от мамы, были длинные чёрные локоны, которые, подобно пушистому облаку, обрамляли голову и мягкими волнами падали на плечи. Одета она тоже была совсем иначе, нежели мама. Валерия Лилиенштедт никогда бы не выбрала такую одежду! На незнакомке была длинная пышная многослойная юбка, сшитая из многочисленных кусочков разной ткани и украшенная рюшем и кружевами. Поверх строгой чёрной блузки – замшевая жилетка с бахромой. Этот наряд прекрасно дополняли замшевые ковбойские сапожки с такой же бахромой.

– Я магистр Элиза! – женщина протянула Лауре руку. – Добро пожаловать в Замок Вечности, Лаура Лилиенштедт!

Лаура пожала её руку и неуверенно, дрожащим голосом произнесла:

– Эээ… От-т-т-куда вы знаете, как меня зовут?

– Мне доложили о твоём прибытии! – с этими словами магистр Элиза поставила перед собой огромный чемодан на колёсиках. – Тут ты найдёшь всё, что тебе понадобится. И я очень надеюсь, что тебе тут понравится! – Она протянула Лауре чемодан, потом нагнулась и погладила Самсона. – Это замечательно, что ты пришёл вместе с ней, дорогой! Тут как раз развелось слишком много крыс и мышей!

– Но он же ест исключительно кошачий корм из банки! Мы покупаем самые дорогие консервы! – возразила Лаура, одновременно задаваясь вопросом, что же там, в этом огромном чемодане.

Элиза подняла глаза, посмотрела сначала на Самсона, потом на растерянную Лауру и улыбнулась.

– Потерпи немножко. А теперь я покажу тебе твою комнату. – Она встала и быстрым шагом направилась к одной из башен.

– Я буду тут жить? – прокричала Лаура ей вслед, отчаянно борясь с монстром-чемоданом, который она тащила за собой. – А что с моим домом? Что с семьёй? Со школой?

Элиза обернулась и снова улыбнулась.

– Не бойся, ты ничего не потеряешь, только приобретёшь!

О чём она? Что это значит, чёрт возьми? Однако на долгие размышления времени не было.

Подождав Лауру, Элиза распахнула входную дверь и зашла внутрь башни. Они вместе пересекли коридор, и магистр прямиком направилась к крутой мраморной лестнице, ведущей наверх.

– Сейчас мы находимся в первом доме. Мы называем его Mercurius, – пояснила Элиза. – Ты наверняка заметила, что в нашем замке восемь башен. Каждая из них получила латинское название одной из восьми планет: Mercurius, Venus, Terra, Mars, Jupiter, Saturnus, Uranus и Neptunus. То есть, как ты, наверное, догадываешься, Меркурий, Венера, Земля, Марс, Юпитер, Сатурн, Уран и Нептун. Тебя мы поселим в первом доме.

Лаура старалась слушать магистра, одновременно продолжая бороться с чемоданом. Какой же он тяжёлый! Задыхаясь и постанывая от напряжения, она тянула его наверх, но у неё не хватало сил.

Магистр уже поднялась на второй этаж. Только тут она заметила, что Лауры нет рядом.

– Лаура, гы где? Поторапливайся!

– Чемодан… Он такой тяжёлый… Я не могу… – Лаура почти плакала. Всё происходящее – это было слишком для неё. Что значит «поселим»? Она что, останется тут навсегда?!

– Ах да, забыла. Ты же пока не умеешь левитировать предметы… если вообще обладаешь этими способностями, – последние слова магистр пробормотала себе под нос.

Она спустилась на несколько ступенек вниз. Всё это время Самсон не отставал от неё ни на шаг.

– Что? Левитировать? – Лаура не верила своим ушам.

Элиза сделала едва заметное движение рукой, и чемодан приподнялся в воздух на несколько сантиметров. Теперь Лауре было гораздо легче. Чемодан сам плыл по воздуху, а ей нужно было лишь подталкивать его и направлять.

– Эээ… Спасибо. – Она терялась в догадках, как магистру удалось обмануть закон гравитации. Девочкой овладело стойкое ощущение, что она в каком-то захватывающем сне.

Так они дошли до третьего этажа. И только сейчас Лауре бросилась в глаза пёстрая бабочка, которая сопровождала её всё это время. Самсон время от времени косился на неё, но никаких попыток поймать, к счастью, не предпринимал.

Тем временем магистр свернула налево и остановилась у первой двери. Коротко постучав, она открыла её и зашла внутрь.

– Я привела вам новую соседку! Уверена, вы найдёте общий язык. – Она повернулась к Лауре: – Ширин тебе всё покажет и расскажет.

Лаура осмотрелась. Восьмиугольная комната, куда её привели, была чуть больше, чем её любимая комната в башне у папы. Лаура заметила две двухэтажные кровати, стоявшие у стены и у окна.

Три девочки, сидевшие на полу, пристально рассматривали новую соседку. Они явно не были в восторге. Во всяком случае, приветливым их взгляд назвать было сложно.

– Привет, меня зовут Лаура, – представилась она. Голос её прозвучал довольно хрипло. – Лаура Лилиенштедт.

– Привет, – последовало слабое эхо.

Позади неё раздался щелчок, дверь захлопнулась.

Лаура обернулась. Магистр ушла и бросила её на произвол судьбы. И Самсон, предатель, тоже смылся, вероятно, в надежде получить что-нибудь вкусненькое! Только пёстрая бабочка не бросила её. Она словно приклеилась к оконному стеклу. Но одна из девочек поднялась с пола, открыла окно и выпустила бабочку наружу. Затем она вернулась к подругам.

Под пытливыми взглядами девочек Лаура чувствовала себя крайне неуютно. Крепко сжимая рукоятку чемодана, она старалась казаться спокойной, но ей это плохо удавалось. Чемодан, кстати, больше не плыл по воздуху, а стал совершенно обычным – громоздким и тяжёлым.

Итак, на неё смотрели три пары глаз. Зелёные, голубые и карие. И такими же разными, как эти глаза, были и её новые соседки.

У девочки, которая понравилась Лауре больше других (она не смотрела на неё так враждебно), было широкое приветливое лицо с высокими скулами и чёрные блестящие волосы, заплетённые в две толстые косы почти до пояса. Она была довольно пухленькой. Поэтому, вероятно, на ней была свободная одежда зелёных тонов. Наверное, она любит природу! Ведь это именно она открыла окно, чтобы выпустить бабочку из неволи.

Девочка справа, прищурившись, рассматривала Лауру. Её лицо выглядело при этом совершенно холодным и равнодушным, почти неприступным. Светлые волосы мягкими волнами падали ей на плечи. В своём пушистом мерцающем шерстяном свитере с необычным узором и белых кожаных брючках она казалась очень худенькой, почти хрупкой. На её лице был неброский, на первый взгляд, макияж, словно почти никакой косметики. Но Лаура, которая часто наблюдала за своей мамой, прекрасно знала, сколько усилий и времени требуется для создания такого вот «естественного образа».

Третья девочка оказалась тёмной блондинкой с асимметричным боб-каре. Глаза, густо подведённые карандашом, выглядели очень тёмными. А губы были тёмно-лилового оттенка. Одета она была примерно в том же стиле, что и магистр Элиза: длинная юбка, сшитая из многочисленных лоскутов и украшенная пышными воланами, а к этому скромная блузка.

– Кто из вас… Ширин? – тихо спросила Лаура. У неё пересохло во рту. «Перспектива просто замечательная – с такими новыми подругами будет весело!» – подумала она.

– Я, – девочка с косами поднялась с пола и подошла к Лауре. – Меня зовут Ширин Фоке. – Она улыбнулась. – Я прекрасно знаю, что ты сейчас чувствуешь. Сама прошла через всё это, когда была новенькой в Замке Вечности. Но ты скоро освоишься, не переживай.

Лаура облегчённо улыбнулась в ответ.

– Это твой шкаф. – Ширин подошла к стене и открыла дверь, за которой оказался встроенный в стену шкаф. Подумать только, а Лаура и не заметила никакой дверцы! Хотя неудивительно, ведь она была выкрашена в цвет стен нежно-голубой краской и поэтому совсем не выделялась. И только теперь девочка обратила внимание, что, помимо этой двери, было ещё три.

– Верхняя кровать у окна свободна, – продолжила Ширин. – Оттуда прекрасно видны звёзды. Хотя… – тут она засомневалась, – будет видно и всё остальное, что ночью пролетает мимо.

Сперва Лаура обрадовалась такому прекрасному спальному месту, но при последних словах Ширин у неё тревожно засосало под ложечкой. Что такого может летать ночью вокруг башен? Или Ширин шутит?

– Совы? – осторожно спросила она.

– Ну, например. Или другие… существа, – Ширин сделала загадочную мину, потом улыбнулась. – Не волнуйся, они обычно только пролетают мимо. Но по-настоящему неприятно может стать, если ты заметишь, что кто-то глядит на тебя через стекло.

Лаура поёжилась.

– Может, тебе было бы спокойнее внизу? – заботливо предложила Ширин. – Можем поменяться, если хочешь.

– Нет-нет, не надо… всё в порядке, – Лаура замотала головой. Меньше всего она хотела выглядеть перед девочками трусихой.

– Ну как знаешь. Тогда, на твоём месте, я бы сейчас не медлила и начала раскладывать вещи. Через полчаса снова начинаются занятия, – с этими словами Ширин подошла к кровати у окна, плюхнулась на нижнюю койку и потянулась за книгой.

«Похоже, первый инструктаж на этом закончен», – с раздражением подумала Лаура. У неё оставался ещё миллион вопросов, но она прикусила язык. Видимо, с ними придётся повременить. Возможно, кое-что прояснится само собой, когда она откроет чемодан.

Лаура с трудом опрокинула эту громадину на бок и попыталась открыть замок. Обе девочки, имён которых она ещё не знала, молча наблюдали за ней. С восьмой попытки замок поддался.

Первое, что она увидела, – пару мягких плюшевых туфель. Они были кричащего розового цвета и все в блёстках. Какой ужас! Лаура взяла их в руки и тяжело вздохнула. Вот Оливии они бы точно понравились, она любит такое. Но самой Лауре не нравились розовые тона. Вернее, уже не нравились. Хотя ещё пару лет назад она была бы в восторге от таких туфелек.

– Мне действительно придётся это носить?

– Это школьная обувь. И каждый из нас обязан носить её во время занятий, – девочка со светлыми волосами подошла к ней. – Меня, кстати, зовут Анук. Анук Грюнберг.

– Приятно познакомиться, Анук, – Лаура протянула ей руку. И только сейчас заметила, что из-под кроватей выглядывают ещё три пары таких же туфель, только других цветов: салатовые, лиловые и ярко-оранжевые. И все с блёстками.

– Ага, поняла. Ну, просто это… как бы не совсем в моём вкусе…

Анук пожала плечами и отошла.

Лаура продолжила разбирать чемодан. Она обнаружила несколько пар брюк, блузки и футболки. Это всё вроде бы было вполне приемлемым. На дне чемодана Лаура нашла пижаму и нижнее бельё. А ещё розовую косметичку с туалетными принадлежностями.

В боковых отделениях находились книги и тетради. И если тетрадки ещё выглядели нормально – в клеточку, в линеечку и одна с совершенно белыми листами, – то книги… Несмотря на то что текст в них был набран обычными буквами, она не могла прочесть ни слова. Лаура потёрла глаза. Но буквы расплывались и постоянно блуждали с места на место. Словно заколдованные!

У неё за спиной раздался тихий смех. Лаура оглянулась. Позади неё стояла третья девочка.

– Даже и не пытайся. Эти книги можно прочесть, только когда ты готов. Ну а меня зовут Мерле Прехт.

– Очень рада познакомиться, Мерле, – Лаура приветливо улыбнулась. – А когда ты «готов»?

– Ну, это у каждого по-разному, – Мерле развернулась, пересекла комнату и скрылась за дверью, которую Лаура тоже заметила только сейчас.

– Я что-то не то сказала? – Лаура растерянно посмотрела на Ширин.

– Да брось! Она просто пошла в туалет.

Ширин посмотрела на неё поверх своей книги. Обычная, нормальная книга, с облегчением отметила Лаура. На обложке стояло: «Волшебник Изумрудного города».

– Когда она вернётся, ты сможешь отнести в ванную комнату свои вещи.

Лаура кивнула. У неё отлегло от сердца. В комнате была своя ванная! А то она уже боялась, что где-то посреди длинного коридора прячется общая душевая комната.

Как только Мерле вышла, Лаура с косметичкой в руках направилась в ванную. Но на пороге она застыла, поражённая тем, что открылось её взору.

Это была самая необычная ванная комната из всех, которые она когда-либо видела! Более того, такого она себе даже представить не могла!

И пол, и стены были разрисованы яркими узорами джунглей. Слева была расположена душевая кабина. Зелёная шторка оказалась лишь наполовину затянутой, и этого было достаточно, чтобы Лаура увидела всё, что находилось за ней. Вверху на стене была прикреплена огромная голова слона, с длинного хобота которого ещё капала вода. На левом ухе у него была голубая точка, на правом – красная.

– Вода включается сама, как только ты заходишь в душевую кабину, – голос Ширин раздался у неё за спиной. – А с помощью кнопок на ушах ты можешь регулировать температуру.

Туалетный бочок, расположенный справа, был таким же необычным. Он был серым, как кожа слона, с автоматически открывающейся крышкой и стоял на четырёх ножках в виде ног слона. На полу прямо возле него извивалась чёрная кобра с поднятой головой и разинутой пастью. На ней висела туалетная бумага. А чтобы спустить воду, надо было потянуть за искусственную лиану.

Посреди комнаты стояла раковина. Выглядела она как фонтан, выложенный диковинными камнями. На краю раковины сидели две лягушки, которые, стоило к ним прикоснуться, плевались холодной или горячей водой. Над раковиной висело огромное зеркало в позолоченной раме. А по обе стороны от него были расположены полочки для туалетных принадлежностей.

– Только не пугайся, когда будешь смотреться в зеркало, – предупредила Ширин.

– Почему? – Лаура едва успела задать вопрос, как ответ пришёл сам собой. Из зеркала на неё глядела не тринадцатилетняя девочка, а взрослая женщина, лет сорока. У неё были такие же рыжие локоны, такие же зелёные глаза… И она с изумлением смотрела на Лауру.

Лаура осторожно пошевелилась, и отражение в зеркале тоже пошевелилось. Она подняла руку, и женщина в точности повторила её движение.

– Это зеркало почти никогда не показывает твой настоящий возраст, – пояснила Ширин, всё ещё стоявшая позади Лауры. – И иногда это действует на нервы. Представь, ты хочешь накраситься, а твоему отражению от силы лет восемь. Или восемьдесят восемь – такое у меня тоже случалось.

– Ну да, к такому надо ещё привыкнуть, – пробормотала Лаура.

– Да, ты совершенно права. Меня это в первое время тоже раздражало.

С этими словами Ширин вышла из ванной, деликатно оставив Лауру одну. Лаура закрыла дверь и с опаской подошла к туалету, ожидая новых сюрпризов. Но, похоже, сюрпризы закончились…

Урок у магистра Дариуса

Едва только Лаура вышла из ванной, как зазвучала мелодия, словно играла арфа. А её соседки были заняты тем, что спешно натягивали мягкие туфли.

– Давай, Лаура! Быстрее! – поторопила её Ширин. – Сейчас у нас урок у магистра Дариуса.

– Эй, подождите меня! – Лаура кинулась к своей кровати за туфлями. Девочки были уже почти на выходе. – Я же не знаю, куда идти!

Быстро скинув сапожки, она натянула на ноги ужасные туфли. Они оказались её размера – 38. Ну хоть тут подошли, уже хорошо!

Надев их, она побежала за девочками к выходу. Но что это? С этими туфлями что-то явно было не так. Словно какая-то невидимая сила тянула её ноги назад. От неожиданности Лаура споткнулась и едва не упала, но в последний момент успела ухватиться за дверную ручку. Что это было?

Однако, как только она остановилась, туфли перестали сопротивляться и сами помчали её вперёд. По коридору, за угол, вверх по лестнице на третий этаж и снова вдоль длинного коридора. Они заставляли её ноги двигаться гораздо быстрее, чем она обычно ходила сама. И поэтому, когда они наконец остановились у нужной двери, Лаура задыхалась.

Тут же туфли преобразились из скороходов в совершенно нормальную обувь, и Лаура уже сама смогла перешагнуть через порог. Она оказалась в большой классной комнате, где уже сидели семь других девочек. Один стол был свободен, и Лаура поняла, что это её место. Подойдя к нему, она опустилась на старинный, деревянный, но очень удобный вращающийся стул.

Буквально через несколько минут в комнату зашёл толстый мужчина. Ростом он был не более метра шестидесяти, но с поразительно огромным животом. «Просто с ума сойти!» – подумала Лаура. На нём были бежевые брюки и чёрная рубашка. А поверх этого длинный чёрный жакет, выглядевший почти как смокинг. Редкие тёмные волосы были гладко зачёсаны назад. На носу у него были очки. Какие же они необычные! Стёкла были чуть затемнёнными, а форма позолоченной оправы походила на лежащую восьмёрку. Это же знак бесконечности, который она видела на часах, сверкнуло в голове у Лауры.

Диковинные очки отвлекали внимание от его пухлого лица. Как и густые чёрные усы, почти полностью скрывавшие его верхнюю губу. Сложно было угадать его возраст – ему могло быть и тридцать, и пятьдесят.

– С добрым утром! – пророкотал его раскатистый баритон. – А, я вижу, у нас новенькая! Добро пожаловать в нашу компанию, Лаура Лилиенштедт! Меня зовут магистр Дариус.

– Здравствуйте! – робко произнесла Лаура. Она собиралась с духом. – Я забыла в комнате книгу и тетрадки… это очень плохо?

– Плохо – это когда ты задаёшь вопросы! – последовал ответ.

С этими словами магистр Дариус повернулся лицом к доске, взял мелок и начал рисовать. На доске появилось несколько отрывистых линий. Потом он убрал руку, отпустив мелок, и снова повернулся лицом к классу. Но мелок не только не упал, но и продолжил рисовать самостоятельно. На доске появились очертания замка, а потом озера и парка. Лаура подняла руку, стараясь произвести хорошее впечатление.

– Это ведь замок, в котором мы сейчас находимся?

– Я же тебе сказал, что вопросы нежелательны, – раздражённо ответил учитель.

А мелок, которому, похоже, не понравилось, что его прервали, упал на пол. Тяжело дыша, магистр нагнулся за ним.

– Почему? – Лаура была в недоумении.

Её одноклассницы захихикали. Лаура ничего не понимала.

Магистр Дариус с трудом поднялся. Его лицо было бордовым.

– Л-л-любопытство… это… ох… ох… плохо, – он почти задыхался от напряжения. – Этто выввводит ммменя и-и-и-из ра-ра-вновесия!

– Извините, я не знала, – тихо пробормотала Лаура, сгорая от стыда. Что же это за урок такой, где нельзя ничего спрашивать? – Это только на вашем уроке так или на всех?

Магистр был вынужден присесть. Достав из внутреннего кармана жакета носовой платок, он промокнул им лоб, с которого градом катился пот. Класс уже почти хохотал. Девочки сдерживались из последних сил. Они отворачивались и закрывали рты ладонями, издавая булькающие звуки.

Лаура прикусила язык. Она твёрдо решила не задавать больше никаких вопросов, сколько бы их ни крутилось у неё на языке. Зачем она тут? Как долго ей тут придётся пробыть? А что с её настоящим домом? С мамой, папой, Элиасом? Она их вообще ещё увидит? Внезапно у неё брызнули слёзы из глаз. Она резко отвернулась, чтобы никто не заметил, что она плачет.

Так прошло несколько минут. За это время магистр более или менее отдышался и снова был в состоянии продолжить урок.

– Итак, на прошлом уроке мы с вами выяснили, что число восемь играет очень важную роль в архитектуре нашего замка. Сегодня же мы уделим особое внимание озеру, – магистр сделал короткую паузу и продолжил: – Озеро омывает наш замок со всех сторон. Чтобы попасть в парк, можно использовать мост, который появляется лишь два раза в день. Есть, правда, и другая возможность – попросить помощи у одного из лебедей. Однако эти животные довольно капризные и не всегда соглашаются перевозить пассажиров. Но запомните! Никогда не пытайтесь переплыть озеро самостоятельно! Вы рискуете своей жизнью!

– Почему? – чуть не спросила Лаура. Но в последний момент ей удалось сдержаться.

Анук подняла руку.

– Озеро кишит разными опасными существами. Они только и ждут, чтобы кто-то упал в воду. И тогда нападают…

– Правильно, Анук, – похвалил учитель. – Я не устану предупреждать вас об опасности, которую таит в себе это озеро и особенно чудовища, обитающие в нём. В прошлом году мы потеряли двух девочек, которые решили искупаться.

В классе воцарилось скорбное молчание. Неожиданно перед Лаурой приземлился бумажный шарик. Он упал прямо на её стол. Она мгновенно накрыла его ладошкой, чтобы учитель ничего не заметил. Дождавшись, пока магистр Дариус вновь повернулся лицом к доске, она быстро развернула шарик, расправила его и с изумлением прочла: «Не верь ни единому его слову. Он всё это рассказывает только для того, чтобы напугать нас. В озере абсолютно безопасно».

Лаура посмотрела по сторонам. От кого пришло это послание? Это точно не Ширин, в этом она была абсолютно уверена. Может, это Мерле?

Лаура не знала, что думать и кому верить. У неё перед глазами всплыла ужасная рука, высунувшаяся из воды и пытавшаяся схватить её за ногу. И девочка до сих пор помнила, с каким остервенением и яростью её защищал храбрый лебедь. Может, кто-то нарочно хочет внушить ей ложное чувство безопасности и заманить в ловушку?

Лаура судорожно сглотнула. Всё равно она никогда не зайдёт в это озеро! От одного вида этой тёмной кошмарной воды у неё холодело внутри. Скомкав записку, она засунула её в карман легинсов.

Тем временем мелок принялся вырисовывать на доске детали парка. Делал он это, однако, настолько небрежно, что Лаура при всём желании не могла разобрать, что означают эти каракули.

Её рука вытянулась вверх.

– Да, Лаура? – улыбнулся учитель. – Ты наверняка хочешь рассказать нам, почему после наступления темноты нежелательно выходить наружу.

Лаура не обратила внимания на его слова. Сосредоточенно рассматривая рисунок на доске, она спросила:

– А что это за многочисленные колечки? Это, должно быть, деревья?

Магистр Дариус со стоном схватился за голову. Лицо его перекосило, словно от боли.

– Нет! Это уж слишком! – он почти всхлипывал. – Целых два вопроса, о боже мой! Тебе, к сожалению, придётся покинуть класс!

У Лауры голова шла кругом. Что такого она сделала? Но задать этот вопрос она уже не успела. На последних словах магистра туфли снова ожили, и не успела она опомниться, как её ноги встали и заставили её выйти из комнаты. И ведь она этого совсем не хотела! Что за бред! Этот учитель не в состоянии ответить на простейшие вопросы, и за это он выгоняет её из класса? Это уж слишком!

За дверью туфли остановились и будто приросли к полу. Да так крепко, что Лаура не могла ступить ни шагу. Ну уже нет, этого она терпеть не будет! Переполняемая яростью и обидой, она решительно выпрыгнула из туфель.

– Идиотские туфли, да отстаньте от меня! И если мне до сих пор никто не смог объяснить, что происходит и что это за замок, значит, я выясню это сама!

Вообще-то Лаура никогда не отличалась чрезмерной храбростью – во всяком случае, в нормальной жизни. Но сейчас ярость придала ей смелости. Позволить каким-то туфлям диктовать ей, что делать и куда ходить? Да никогда в жизни! И, о чудо, в одних носках она была совершенно свободной и независимой! Она могла идти куда угодно, и никакое волшебство не могло ей помешать.

Воспользовавшись своей новой свободой, она быстрым шагом направилась по коридору в сторону лестницы. По её расчётам, она находилась сейчас в третьей башне – башне Терра.

Спустившись на один пролёт, она оказалась у входа в очередной коридор.

«Надо посмотреть, что тут находится», – подумала Лаура. Зайдя внутрь, она начала осторожно продвигаться вдоль стены. Возле одной из дверей она остановилась и прислушалась. То, что происходило за дверью, звучало крайне захватывающе.

– Каждый из вас обладает незаурядными способностями. Но только от вас самих зависит, насколько вы сможете развить свой дар. Чем больше вы будете тренироваться, чем упорнее будете оттачивать своё мастерство, тем больших успехов вы достигнете! И тем легче вам будет в один прекрасный день защищать наш замечательный мир восьмого дня… Ведь его главная защита – это вы.

Лаура навострила уши, но рассказчик явно отошёл от двери, и теперь до неё доносилось лишь нечто невнятное. Обидно… Она бы с удовольствием послушала дальше. Ведь это в миллион раз интереснее, чем глупая болтовня магистра Дариуса! Что за способности там обсуждались? И о каком сражении шла речь?

Неожиданно позади неё раздался тихий стук. Лаура обернулась. Её розовые туфли явно следовали за ней. И сейчас они нетерпеливо ёрзали, словно говоря: давай, надень нас поскорее! Лаура обречённо вздохнула.

– Как же вы достали меня… Ладно уж, у меня всё равно замёрзли ноги. Идите сюда!

Не успела она обуться, как туфли стремительно понесли её обратно – по коридору, вверх по лестнице… И так, пока Лаура снова не оказалась перед классной комнатой магистра Дариуса. Дверь была открыта, а сам учитель стоял на пороге. Лауру явно ждали.

«Теперь я могу войти в класс?» – едва не спросила Лаура, но вовремя спохватилась и поправилась:

– Спасибо, что я снова могу войти!

С довольной ухмылкой она проскользнула мимо учителя и вернулась на своё место.

Магистр ещё некоторое время говорил о всевозможных летающих тварях, которые по ночам выходят на охоту, а днём прячутся в парке. Но только он собрался рассказать, как от них защищаться, как уже прозвучали звуки арфы. Урок закончился.

Девочки быстро собрали вещи и ринулись к выходу. Лаура почувствовала, как кто-то коснулся её плеча. Обернувшись, она увидела Ширин.

– Мне очень жаль, что тебя выгнали из класса. Мы должны были предупредить тебя. Магистр Дариус терпеть не может вопросов.

– Ну да, я заметила, – ответила Лаура и пожала плечами. – Тут все учителя такие?

– Да нет, конечно! – Ширин замотала головой. – У других можно спрашивать всё что угодно! Они даже сами просят об этом. А магистр Дариус… ну он странноватый, в общем.

– Да уж…

Вместе они вышли из класса. Оказавшись в коридоре, Лаура почувствовала, что туфли снова ожили. Но на этот раз они вели её с той же скоростью, с какой шла Ширин. И девочки могли спокойно общаться.

– А эти ночные твари действительно существуют? – Лаура не удержалась и задала вопрос, который мучил её с того момента, как она получила записку.

– Да, но они далеко не настолько опасны, как он рассказывает. Это просто летающие существа. И охотятся они в основном за насекомыми. А мимо окон пролетают лишь потому, что там после наступления темноты часто горит свет. Ну да, признаться, некоторые из них выглядят кошмарно, но в большинстве своём они безобидны.

Ширин широко улыбнулась.

– Кстати, сейчас время обеда! Интересно, что сегодня дают!

Лаура почувствовала, как у неё урчит в животе. Как же она проголодалась! Неудивительно, ведь со времени её завтрака прошло много времени.

Между тем волшебные туфли привели их во внутренний двор. Лаура обомлела. Как же всё изменилось! Теперь тут появилось множество столиков. Возле каждого столика был огромный зонт в виде гриба, защищающий от солнца. Девочки сели за первый попавшийся столик. Сначала Лауре показалось, что его поверхность сделана из мрамора. Но приглядевшись, она увидела, что это были вовсе не мраморные узоры, а шрифт меню. Первое, что ей бросилось в глаза, было: «Рулеты из шпината и морковный пирог».

– Выглядит так, словно это меню составляла моя мама, – Лаура поморщилась.

– Ну, если ты хочешь что-то другое, просто прикоснись пальцем к поверхности стола, – посоветовала Ширин.

Лаура последовала её совету. И тут же надпись поменялась. Теперь в меню стояло: «Тефтели с картофельным пюре или овощами и шоколадный пудинг». Вот! Это ей нравилось уже гораздо больше.

– А заказать как? – спросила она.

– Если тебя всё устраивает, больше ничего не надо делать, – пояснила Ширин, в десятый раз касаясь пальцем своего меню. Видимо, ей самой пока ничего не нравилось.

Тем временем к столику подошли Анук и Мерле.

– У Дариуса снова было одно занудство! – Анук плюхнулась на стул и в одно мгновение пролистала всё меню. – Ох, каждый день одно то же! Неужели трудно приготовить что-нибудь новое? – она недовольно насупилась, но всё же что-то выбрала.

Мерле заказывала еду молча.

Двор между тем заполнился. Лаура с интересом разглядывала других ребят. По ощущению, их было около ста двадцати – примерно поровну мальчиков и девочек, ну и ещё несколько взрослых.

А через мгновение во дворе стало ещё теснее. Двери башен распахнулись, и оттуда выпорхнули чудесные сверкающие создания размером с маленькую куколку. Их прозрачные, похожие на стрекозиные крылья переливались на солнце. Лаура пригляделась и увидела, что это были миниатюрные хрупкие девушки в светло-голубых воздушных платьях. У каждой из них в руках был поднос, которым она изящно балансировала.

Одна из девушек подлетела к их столику. Лаура увидела перед собой прекрасное лицо и чудесные светлые косы, заплетённые в венок. Какая же она красавица!

– Кому тут фрикадельки? – у девушки был удивительно приятный звонкий голос, похожий на радостное щебетание птиц.

– Мне! – отозвалась Лаура.

– Приятного аппетита! – с этими словами миниатюрная девушка поставила перед Лаурой поднос и снова стремительно упорхнула, взмахнув крыльями.

– Ничего себе! – Лаура была в восторге. – Это просто потрясающе!

– Ну-ну… – Анук скривила рот. – У этих фей не всегда такое радужное настроение. Иногда они могут быть настоящими врединами.

Лаура не могла в это поверить. Да нет! Анук наверняка преувеличивает. Такие хрупкие, нежные, воздушные. Они просто не могут быть вредными!

Однако не успела она достать из своей салфетки приборы, как ей пришлось убедиться в обратном. К соседнему столику почти одновременно подлетели две феи с подносами, и, не заметив друг друга, они случайно столкнулись. На землю полетели тарелки, стаканы, блюдца. Раздался оглушительный грохот посуды и звон бьющегося стекла. Но это было ещё не всё… ко всему этому добавился ещё и жуткий визг, от которого звенело в ушах! Хрупкие феи затеяли настоящую воздушную драку. С остервенением вцепившись друг в друга, они царапались, кусались и яростно дёргали друг друга за крылья.

Вдруг откуда ни возьмись появилась магистра Элиза. Бросив на дерущихся фей суровый взгляд, она резко прикрикнула:

– Это ещё что за безобразие?! Прекратили немедленно! Обе!

Феи тут же отпустили друг друга, но продолжали обмениваться сердитыми взглядами. Подлетевшие к месту происшествия другие феи мгновенно собрали осколки, вытерли стол, и уже через пару минут порядок был полностью восстановлен.

Лаура не могла прийти в себя от неожиданности. «А ведь эти феи могут быть по-настоящему жестокими!» – подумала она, принимаясь за еду.

Тем временем её соседкам тоже принесли их заказы, и какое-то время царило молчание.

Доев второе, Ширин поднялась из-за стола, взяла свой пустой стакан и подошла поближе к зонту-грибу.

– Напитки у нас тут, – пояснила она Лауре, которая вопросительно посмотрела на неё. – Тебе нужно лишь заказать то, что тебе нравится. Яблочный сок!

Последние слова Ширин произнесла громко, одновременно приставив стакан к небольшой дырочке на ножке зонтика. Едва Ширин поднесла к ней свой стакан, как оттуда тут же вылез маленький кран, и уже через мгновение стакан наполнился бурлящей золотистой жидкостью.

Лаура была восхищена. Интересно, а с ежевичным соком такое получится? Подставив свой стакан под кран, она громко произнесла:

– Ежевичный сок!

На сей раз в стакан полилась густая тёмно-бордовая ароматная жидкость. И, попробовав её, Лаура должна была признать, что это лучший ежевичный сок, какой она когда-либо пила.

– Мммм… супер!

Она снова села за стол и потянулась за десертом. Вся еда была великолепной! Такого Лаура не ожидала. А шоколадный пудинг был просто божественным! Таким мягким, нежным… он прямо таял во рту!

Она едва успела доесть, как снова зазвучала арфа. Тут же появилась стайка фей, и уже через мгновение вся грязная посуда со столов была убрана. Лаура почувствовала, как туфли на ногах беспокойно завибрировали.

– Нам пора на следующий урок! – Ширин вздохнула и встала из-за стола. Лаура последовала её примеру. Эх, вот бы перемена была чуть подольше… Но туфли стремительно погнали её в башню. На этот раз в четвёртую – башню Марсианус.

Перед тем как зайти внутрь, Лаура оглянулась. И с изумлением наблюдала, как столы и стулья, подобно тонущим кораблям, уходят под землю, а зонтики-грибы сворачивают «шляпки» и тоже исчезают. Буквально в течение нескольких секунд двор опустел и снова стал таким, каким Лаура его увидела утром.

– С ума сойти! – прошептала она.

Но времени на долгие размышления у неё не было. В бешеном темпе туфли помчали её вперёд – через входную дверь в широкий холл, по лестнице наверх… Они остановились у широко распахнутой двери, ведущей в огромную восьмиугольную комнату, на полу которой были раскиданы маты.

– У нас что, физкультура? – немного отдышавшись, она обратилась к Ширин.

– Ну, нечто похожее, – ответила та. – Искусство движения. И, если тебя это утешит, в этом предмете я довольно бездарна…

Скрытые таланты

Лаура полагала, что они все усядутся на маты, но вместо этого девочки направились к длинной деревянной скамье возле стены и расположились на ней. Лаура заняла единственное свободное место – справа, на самом краешке, рядом с Ширин.

Им пришлось прождать достаточно долго, пока в комнату наконец не вбежала запыхавшаяся и взмыленная магистр Элиза.

– Простите за опоздание! У меня был долгий и серьёзный разговор с феями из отдела обслуживания… Но об этом я лучше помолчу. Это не относится к уроку, а мы и так потеряли уйму времени! Давайте начнём разминку!

Лаура по привычке чуть было не вскочила, ведь разминка – это обычно бег по кругу. Но никто из девочек не встал со скамьи. Лаура посмотрела на Ширин. Та сидела совершенно спокойно. Взгляд её затуманился, и она выглядела предельно сосредоточенной, словно ушла в себя. Так же выглядели и остальные девочки.

И вдруг Лаура почувствовала, что скамья под ней нагревается. Это тепло постепенно заполняло её. И одновременно с теплом она почувствовала мощный приток энергии. Ей казалось, что она способна свернуть горы.

Ух ты! Неплохо! Это было гораздо приятнее, чем уроки физкультуры в её школе. Там учительница заставляла их наматывать круги до тех пор, пока у Лауры не начинали подкашиваться ноги, а в глазах не темнело.

– Начнём с того, на чём мы остановились в прошлый раз, – произнёс тихий, мягкий голос магистр Элизы. – А именно: с прыжков в воздух. И попробуем как можно дольше удержаться наверху!

Девочки резво сорвались со скамьи, побежали к матам и мгновенно разобрали их. Что теперь? Увидев, как другие разуваются, Лаура сделала то же самое и аккуратно поставила свои туфли возле мата.

– Мы подпрыгиваем ввысь! Хоп! Хоп! Хоп! – скомандовала магистр. – И постарайтесь как можно дольше задержаться в воздухе! Не касаемся пола!

Лаура пыталась делать всё так, как требовала учительница. Но, видимо, что-то она делала неправильно, поскольку её ноги беспощадно повиновались закону притяжения и тяжело плюхались на мат. Снова и снова… Это просто невозможно! Прыгать и держаться в воздухе, как того требует магистр?! Может, где-нибудь на Луне такое и сработает, но уж точно не тут.

Или?.. Взгляд Лауры упал на Анук, которая тренировалась прямо перед ней, и от увиденного у неё перехватило дыхание. Лаура с восхищением смотрела, как с каждым разом той удавалось всё дольше и дольше парить в воздухе. Анук изо всех сил отталкивалась ногами от пола, стремительно взмывала ввысь и… парила несколько секунд. И только потом сила притяжения всё-таки побеждала, и она мягко опускалась на землю.

– Ваше тело – не главное! Всё дело в концентрации! – звонкий голос магистра вывел Лауру из оцепенения. – Девочки, сосредоточьтесь, пожалуйста! Попробовали снова!

Она хлопнула в ладоши.

Лаура старалась как могла. Делая глубокий вдох, она отталкивалась, что было силы, задерживала дыхание и отчаянно думала: «Оставаться наверху, оставаться наверху!» Но у неё ничего не получалось.

После тридцатой или даже сороковой попытки она сдалась. Уставшая и подавленная, она чуть не плача опустилась на мат и затихла. Ей больше ничего не хотелось, все её старания были впустую!

У Анук, напротив, дела шли, или, вернее сказать, летали, просто прекрасно. У неё даже получилось провисеть в воздухе целых восемь секунд! Лаура посчитала. Да как же ей это удаётся? Что она такого делает? Может, есть какая-то секретная техника, с помощью которой можно перехитрить законы природы?

Тем временем Ширин тоже сдалась, как и многие другие девочки. И теперь прыгали только Анук и ещё одна девочка, имени которой Лаура ещё не знала. Анук, правда, с запасом побеждала. Но и той удавалось продержаться в воздухе несколько секунд, что уже казалось Лауре недостижимым чудом.

– Анук, Катриона, просто прекрасно! Молодцы! Теперь и вы можете отдохнуть, – Элиза с довольным видом подошла к девочкам. – Если продолжите так же успешно тренироваться, то у вас есть все шансы достичь звания «мастер полёта».

Анук просто сияла. Щёки её покрылись румянцем, а глаза лихорадочно горели, когда она устало опустилась на мат. Достав из рюкзака бутылку с водой, она с наслаждением сделала несколько больших глотков.

«Может, это какая-то особенная вода? – подумала Лаура. – И именно из-за неё у Анук всё получается?»

Неожиданно чья-то рука коснулась её плеча. Лаура вздрогнула и обернулась. За спиной у неё стояла магистр Элиза.

– Не принимай это так близко к сердцу, – ласково произнесла она, с сочувствием глядя на Лауру. – Твои способности наверняка в другом. И со временем ты откроешь свой истинный талант…

Лаура почувствовала, как к глазам подступили слёзы, а в носу предательски защипало. Запрокинув голову назад, она попыталась сдержать их, но безуспешно. Сначала по щеке покатилась одна, потом другая… и в конце концов Лаура разрыдалась. Она чувствовала себя полным ничтожеством, абсолютной неудачницей. К тому же она до сих пор не знала, что она тут делает и зачем она здесь вообще! От всего этого у неё голова шла кругом… И ей так хотелось домой!

– Ширин, будь добра, отведи Лауру в комнату, – тихо попросила магистр. – Будет лучше, если она немного отдохнёт.

– Хорошо! – Ширин протянула Лауре руку и помогла подняться с мата. Встав на ноги, Лаура ощутила все свои мышцы. Она ведь действительно старалась!

– Пошли!

Девочки обулись. И туфли вновь повели Лауру к выходу, вдоль коридора, вниз по лестнице, потом ещё через несколько комнат, снова по лестнице наверх, в очередной коридор… Она поняла, что без их помощи, как и без помощи Ширин, она никогда в жизни не нашла бы дороги обратно, в свою комнату.

Едва переступив порог, Лаура первым делом направилась в ванную. С жадностью припав к крану, она сделала несколько глотков холодной воды. Потом вымыла лицо и вернулась к Ширин.

– Ну как, успокоилась?

– Да, – Лаура кивнула. – Но я всё равно не понимаю! Почему Анук может летать, а я падаю вниз, как чёртов булыжник?!

Ширин опустилась на пол.

– Садись рядом. Поговорим… – Девочки удобно расположились на мягком ковре, и Ширин продолжила: – Я пока ещё не всё знаю, но, как я поняла, эта школа должна помочь нам найти свой дар. И, по-видимому, дар Анук состоит в том, что она может летать.

– Ни один человек не может летать! – возразила Лаура. – Во всяком случае, без помощи техники!

– Ну… тут многое иначе, чем в нормальном мире, – загадочно произнесла Ширин.

Этого Лауре было недостаточно.

– Как ты сюда попала? – ей хотелось узнать о новой подруге как можно больше. – Ты, как и я, из нормального мира?

Ширин улыбнулась.

– Вначале мне было так же тяжело, как тебе сейчас. Откуда-то взялся этот дополнительный, восьмой день! А началось всё с того, что я купила на блошином рынке старые часы. Они стоили всего пять евро, и я просто не удержалась. И на следующий день началось… Всё стало другим! Ну то есть сначала всё было, как всегда. Я, как обычно, искала свою черепаху Ефимию. Не знаю как, но ей постоянно удаётся сбегать из загона. Она либо переползает сверху, либо каким-то образом умудряется прорыть себе туннель снизу. В общем, она просто гений побега! Наконец, после долгих поисков, я обнаружила её под кустом. И тут ко мне обратилась молодая женщина. Это была магистр Элиза. Разумеется, тогда я этого ещё не знала. Я лишь удивилась – она была так необычно одета. И мне было непонятно, почему она вдруг так интересуется моей черепахой. Но потом произошло нечто странное. Как только она взяла Ефимию в руки, та начала напевать чудесную мелодию! Я сначала подумала, что это не моя черепаха, а женщина – ну, что она фокусник. Но когда она вернула мне Ефимию, я отчётливо услышала, что мелодичные звуки издаёт именно моя черепаха! И мне неожиданно стало так хорошо, так спокойно… И тут магистра представилась и спросила, не хотела бы я увидеть ещё больше чудес? Для этого мне нужно было лишь пойти с ней. Я, конечно, сразу подумала о своих родителях. Они строго-настрого запретили мне разговаривать с незнакомыми людьми, а тем более идти за ними. Но магистр Элиза выглядела такой доброй. Я чувствовала, что ей можно верить. Она привела меня сначала в парк, а потом уже и в Замок Вечности. Меня поселили с Анук, и какое-то время мы жили вдвоём. Однако магистр сказала, что скоро прибудут ещё две девочки. Так оно и случилось. Сначала появилась Мерле, а потом пришла ты.

Лаура слушала Ширин с открытым ртом.

– А твоя черепаха, она тоже тут? – спросила она.

Вместо ответа Ширин нагнулась и вытащила из-под кровати картонную коробку. В ней, спрятавшись в ворохе листьев салата, сидела чудесная черепашка размером с ладошку.

– Я знаю, что картонка – это не лучший дом для Ефимии. Но я всегда выпускаю её, едва появляется возможность. И она получает самый свежий корм. Я просто не хочу расставаться с ней, – она нежно погладила шероховатый панцирь. – Когда мне бывает грустно или я злюсь, она утешает меня. Она тихо поёт свою мелодию, и мне сразу становится легче…

Лаура нахмурила лоб. Она ещё никогда не слышала о поющих черепахах! А не врёт ли Ширин?

Словно почувствовав её сомнения, Ширин достала черепашку из коробки и протянула её Лауре.

– Если ты ляжешь на спину и посадишь Ефимию себе на живот, она сразу начнёт петь. Попробуй!

Лаура сомневалась, но любопытство в конце концов победило. Она улеглась на кровать, и Ширин положила черепаху ей на живот. Та пристально посмотрела на Лауру тёмными умными глазками, и Лауре показалось, что эта черепаха прекрасно знает, как ей сейчас трудно и как неуверенно она себя чувствует в этом новом для неё мире…

А потом Ефимия начала петь. Она тихо жужжала чудесную мелодию. Лаура ощущала эти звуки всем своим телом. И Ширин была права, эти звуки успокаивали, утешали… Лаура вдруг вспомнила, как мама в детстве пела ей колыбельную. Как же давно это было! А какое чудесное ощущение тепла и надёжности она тогда испытывала. И вот сейчас она чувствовала то же самое. Лаура положила руку на тёплый панцирь. Как же хорошо… У неё начали тяжелеть веки.

– Можешь немного поспать, – предложила Ширин. – Твой мозг должен переварить всё произошедшее. Ты не поверишь, но когда мой первый день тут закончился, я проспала целых четырнадцать часов! Мама не могла добудиться меня. Ей даже пришлось позвонить в школу и сказать, что я заболела…

Ширин продолжала что-то рассказывать, но Лаура уже ничего не слышала. Вокруг неё был приятный туман. И в этом чудесном тумане звучала лишь тихая мелодия Ефимии. Она словно убаюкивала… Постепенно Лаура погрузилась в глубокий сон…

– Прос-с-сы-пайс-с-ся, прос-с-сы-пайс-ся! Уз-зе поз-з-но!

Лаура резко открыла глаза. Что это? Она прищурилась… На неё смотрели зелёные глаза Эми. Робот стоял возле её кровати, и ручки-телескопы стягивали с неё одеяло.

Лаура пристально посмотрела на Эми, потом крепко зажмурилась и снова открыла глаза. Эми всё ещё стояла над ней. Тогда Лаура приподнялась с подушки и огляделась. Она снова была в своей комнате. Так это всё-таки был сон?!

– Эми, какой сегодня день?

– С-с-сегодня понедельник, с-сэс-снадс-сатое мая, – прошепелявила Эми в ответ. – Ты с-собилаес-ся вс-ставать?

Лаура покорно свесила ноги с кровати, и робот, довольно жужжа, выкатился из комнаты.

Взгляд Лауры какое-то время блуждал по комнате и наконец остановился на ночном столике. Она пристально посмотрела не него, потом подалась вперёд и резко открыла ящик. Золотые часы пропали!

Совершенно сбитая с толку, она встала и побрела в ванную. Там было всё как обычно. Но пока она чистила зубы, мысли её вновь и вновь возвращались к ночному приключению. Она не могла поверить, что это был лишь сон, настолько он казался реальным! Она помнила каждую деталь. Её руки до сих пор ощущали шероховатые каменные стены замка. Во рту у неё до сих пор был потрясающий вкус мясных тефтелек. И она ведь чувствовала все запахи! Ах да, ещё и Ефимия – она вспомнила, как тёплое тельце черепашки лежало у неё на животе. И это ощущение было таким реальным! Разве такое бывает во сне?

Она растерянно покачала головой и сплюнула пену от зубной пасты в раковину. В коридоре послышался шорох, и через секунду она услышала, как в дверь ванной скребётся Самсон. Впустив его, она остолбенела – на шее у кота висела золотая цепочка с её часами. Лаура наклонилась и пристально посмотрела ему в глаза.

– Ну-ка признавайся, что это было? Мы на самом деле там были?

Жёлтые глаза сверкнули, но кот не сказал ни слова. Он лишь тихо мяукнул, потом запрыгнул на корзину для белья и принялся умываться.

– Не копайся, Лаура! – из коридора раздался голос мамы. – Элиас уже готов! Поторопись!

Лаура быстро натянула джинсы и голубую футболку с кошкой на груди и побежала на кухню. Самсон не отставал от неё ни на шаг. Перед дверью кухни Лаура остановилась. Наклонившись, она осторожно сняла часы с шеи кота и спрятала их в задний карман джинсов.

– Без понятия, как тебе удалось забраться в ящик… Но на будущее запомни: не суй свои лапы в мои вещи! Никогда!

Ей показалось или кот на самом деле выглядел сейчас немного виноватым?

На кухне Эми вручила ей привычный пакет с завтраком.

– Плият-т-т-ного ап-п-петита!! – пожелал механический голос, а зелёные глаза робота замигали.

– Спасибо. До вечера, Эми, и хорошего тебе дня! Без короткого замыкания!

С этими словами Лаура вышла из кухни.

Элиас уже стоял в дверном проёме и нетерпеливо пинал ногой входную дверь.

– Прекрати сейчас же! Это действует на нервы, – приказала Лаура.

– Не хочу в школу, – проворчал Элиас и продолжил бить ногой дверь как ни в чём не бывало. – Ненавижу понедельники! Понедельники – это отстой!

Валерия Лилиенштедт всё ещё стояла перед зеркалом и подводила губы ярко-красной помадой.

– Мам, ну давай уже! Ты выглядишь потрясающе, – раздражённо поторопила её Лаура.

– Ещё секунду, я почти готова! – Валерию окутало облако духов. Она подправила причёску, ещё раз припудрила лицо, смахнула остатки пудры с одежды, осмотрела себя со всех сторон и, оставшись, наконец, довольной, улыбнулась своему отражению. – Ну, что, можем идти!

Шпильки её туфель звонко зацокали в сторону выхода.

Лаура пристально разглядывала маму. Как же она похожа на магистра Элизу! Она вполне могла бы сойти за её сестру.

– Что ты на меня так смотришь? – спросила Валерия. – Что-то не так?

– Нет-нет, всё так, – быстро ответила Лаура и постаралась придать своему лицу восторженное выражение. – Всё просто идеально!

Сегодня на маме был строгий бежевый костюм. К нему она подобрала подходящие туфли на высоком каблуке. Длинную изящную шею обвивала жемчужная нить, а тонкую талию подчёркивал переливающийся пояс с серебряной пряжкой. Валерия Лилиенштедт обладала поистине прекрасным вкусом.

Наконец они втроём вышли из квартиры. Зайдя в лифт, Лаура обнаружила, что и он снова выглядел, как обычно. Элиасу, как всегда, нужно было нажать на все кнопки, до которых он мог дотянуться. Поэтому лифт останавливался почти на каждом этаже.

– Неудивительно, что лифт так часто ломается, когда Элиас постоянно жмёт на все кнопки! – раздражённо заметила Лаура.

– Ну да! Я снова виноват во всём! Тупица! – огрызнулся Элиас и показал сестре кулак.

– Ты забыла дать ему таблетки? – Лаура вопросительно посмотрела на маму.

– Я говорила с врачом. Мы попробуем какое-то время выдержать без лекарств, – ответила Валерия.

– Прекратите постоянно разговаривать обо мне, словно меня здесь нет! – заорал Элиас. – И ещё! Я НЕНАВИЖУ эти идиотские таблетки! Поняли?

– Милый, всё в порядке, – мама попыталась погладить его по голове, но он резко увернулся и с ненавистью посмотрел на неё. – Ты же знаешь, как мы тебя любим, солнышко.

Лаура закатила глаза. Ну да, у её брата были проблемы с вниманием, и он, ко всему, очень часто перевозбуждался и не мог успокоиться. То есть он не мог долгое время сидеть или стоять на месте, да и вообще вести себя спокойно. Для его окружения это было настоящей пыткой. Даже Эми страдала от него – её программы порой просто не выдерживали беспорядочного нажатия кнопок, и происходил сбой.

Наконец лифт остановился на первом этаже, и они вышли в вестибюль. Бедный цветочек-тарелочка выглядел ещё печальнее, чем вчера. «Может, лучше забрать его после школы домой, пока бедное растение окончательно не загнулось?» – подумала Лаура.

Выйдя на улицу, она на всякий случай оглянулась, чтобы удостовериться, что дом-кубик с цветными окнами никуда не испарился. Но сегодня всё действительно было, как всегда. Красный беспилотный автомобиль выехал из гаража и остановился перед ними. Мама расположилась спереди, а Лаура с Элиасом забрались на заднее сиденье.

Лаура очень проголодалась, и не успел автомобиль тронуться, как она уже развернула свой пакет с едой. А мама включила маленький кофейный аппарат, интегрированный в приборную панель автомобиля, и нажала кнопку с надписью «капучино». «И как ей хватает только кофе на завтрак?» – в который раз подумала Лаура.

– Как вы там? Всё в порядке?

Через минуту кофе был готов, и Валерия откинулась на спинку сиденья, с наслаждением потягивая горячий ароматный напиток. Как же приятно, когда машина сама знает, куда ехать…

– Я хочу зонт от солнца, который выдаёт напитки! – неожиданно выпалила Лаура, хрустя ненавистной морковкой. Сегодня в её пакете были только овощи и фрукты, а ей так хотелось булочек с шоколадом!

Мама обернулась и обескураженно посмотрела на неё.

– Милая, но ведь у нас нет балкона. Зачем нам зонт?

– Поставим в папин сад!

– А почему вдруг зонт должен выдавать напитки? У нас ведь есть холодильник! – мама ничего не понимала. – И в нём есть всё, что тебе необходимо!

– Ха-ха, а идея прикольная! – Элиас захихикал и при этом незаметно опрокинул содержимое своего пакета на пол, под переднее сиденье.

Лаура бросила на него укоризненный взгляд. Ну какое же безобразие! Наверняка мама подбросила ему денег – пусть ребёнок купит себе в школьном киоске что-нибудь вкусненькое! Ну да… а вот когда Лаура жаловалась, что не может больше видеть эти бесконечные яблоки, огурцы и морковку, ей читали лекции о витаминах. Разве это справедливо?

– Если я когда-нибудь стану кроликом, это будет твоя вина, – проворчала она. – Кстати, ты читала «Алису в Стране чудес»?

– Нет, а почему ты спрашиваешь? Что это за Алиса?

– Это что-то типа сказки. – Лаура вздохнула. На что она надеялась? Маму никогда не интересовали книги. Лаура не могла этого понять, ведь в папиной библиотеке было столько замечательных, захватывающих книг. – Это волшебная история о девочке, которая бежит за говорящим кроликом, у которого есть карманные часы, а потом оказывается в странном, перевёрнутом мире.

– Мммм… да? – мама была уже погружена в планшет.

Как правило, она начинала работать уже в машине, несмотря на то что официальное время работы у неё начиналось в восемь. А Лауре порой ужасно хотелось, чтобы мама не оставалась так часто на работе сверхурочно, а проводила бы больше времени дома, с ней и Элиасом. И как же часто у неё возникало неприятное ощущение, что мама её не слушает… Вот как сейчас.

Лаура глубоко вдохнула. Будь что будет!

– В общем, в книжке рассказывается о девочке, которая отправляется в путешествие с говорящим котом, у которого есть карманные часы, – это Лаура произнесла громко и отчётливо. Интересно, мама заметит, что она врёт?

– Мммм, – снова последовало с переднего сиденья.

Понятно! Маме плевать, что Лаура ей рассказывает, она всё равно не слышит. И Элиасу плевать – он с головой погрузился в новую компьютерную игру. И это несмотря на то, что мама в пятницу запретила ему играть целых две недели. Но вот такая она была… Когда дело касалось Элиаса, мама на многое просто закрывала глаза.

Лаура замолкла и уставилась в окно. Правда, она ничего не видела…

Её мысли перенеслись в Замок Вечности, к магистре Элизу, к Ширин, Мерле и Анук. Она вспоминала зловещее тёмное озеро и странного магистра Дариуса, которому нельзя задавать вопросы. Неужели ей это на самом деле лишь приснилось? Но тогда почему сегодня утром на шее у Самсона были её часы? Ему прежде никогда не удавалось открыть её ящик, а он пытался забраться туда далеко не один раз. Вот старый холодильник, кстати, он открывал мастерски – именно поэтому маме и пришлось купить новый.

Между тем на горизонте уже показалась начальная школа. Машина остановилась, и Элиас выкарабкался наружу. При этом он, разумеется, угодил ногой прямо в свой завтрак. Но мама сделала вид, что не заметила прилипшие к подошве его ботинка ломтики раздавленного огурца.

– Пока, милый! Удачи!

Но Элиас не слушал её. Сломя голову, он уже мчался к приятелям, стоявшим возле входа. И в знак приветствия они начали мутузить друг друга.

Автомобиль снова тронулся, и какое-то время они ехали молча. Только иногда мама издавала какие-то невнятные звуки и раздражённо фыркала – у неё явно что-то не ладилось с программой.

– Мам, а ты вообще любишь свою работу? – внезапно спросила Лаура.

– Конечно! А почему ты спрашиваешь?

– Ну… А тебе никогда не хотелось стать кем-то другим? Например… учительницей?

– Боже упаси! – мама громко расхохоталась. – Вот уж нет! Работать учительницей я не хотела никогда, честное слово!

Лаура разочарованно закусила губу. На что она рассчитывала? Чудес ведь не бывает. Хотя, если признаться, где-то в глубине души у неё теплилась надежда, что мама улыбнётся и скажет: «Конечно, милая, я магистр Элиза! Ты всё-таки узнала меня, несмотря на то что там я выглядела гораздо моложе. Это всё магия того мира». А потом мама обняла бы её и ответила бы на все вопросы…

Но ничего такого, разумеется, не произошло. Мама уже забыла про Лауру. Она достала зеркальце и сосредоточенно припудривала нос.

Лаура тяжело вздохнула. Наверное, это на самом деле был просто глупый, детский и очень длинный сон…

Теперь автомобиль остановился у её школы.

Ещё издали Лаура заметила Оливию Маурер. Та стояла у ворот школы и явно ждала её. «Эту пухленькую фигурку со светлым облаком кучерявых волос невозможно не узнать!» – подумала Лаура. Сегодня она снова была одета во всё розовое – это был её любимый цвет.

– Чао, мам!

Лаура схватила рюкзак, выпрыгнула из машины и побежала к воротам. Оливия встретила её ослепительной улыбкой.

– Представляешь, у нас теперь тоже будет робот-домохозяйка! – её светло-голубые глаза лихорадочно горели. Она обхватила Лауру за талию, и девочки медленно направились через двор в сторону школы. – Ура, ура, ура! Меня наконец освободят от стирки. И мне не надо будет разгружать посудомоечную машину! Разве это не прекрасно?

– Знаешь, эти роботы далеко не такие суперские, как в рекламе…

– Я думала, ты в восторге от Эми!

– Ну, вообще-то, да. Но, поверь, иногда это реально достаёт, когда в тебя сзади врезается робот с корзиной в руках и орёт: «Глязное бельё, пазалста!» А несколько раз она заехала мне прямо под колени. Довольно неприятно!

– Да ладно, это же весело. – Оливия прыснула от смеха.

Между тем они подошли к школе. Лаура придержала входную дверь и пропустила подругу вперёд.

– Слушай, как ты думаешь, а есть ещё другие миры, помимо того, в котором мы живём? Миры, о которых мы ничего не знаем?

– Ну… конечно! Планеты, галактики, звёзды. Миллионы звёзд! Там наверняка есть другие миры!

– Не-не-не, я не это имею в виду. Я о мире, где всё вроде как у нас, но в то же время всё иначе. Где люди умеют летать или даже колдовать. Как ты думаешь, такой мир существует?

Оливия обескуражено уставилась на неё. Потом внезапно облегчённо рассмеялась.

– Понятно. Ты же на выходных была у папы! И снова начиталась сказок… Я права?

– Ну да.

– Не думаю, что такой мир существует. Честно, не могу себе представить. Просто, наверное, каждый человек втайне мечтает обладать магической силой ну или хотя бы волшебной палочкой. Вот люди и выдумывают все эти сказки.

Лаура поёжилась. Оливия порой была просто невыносимой реалисткой. Лаура вспомнила, как однажды одолжила ей один из своих любимых сборников сказок. На вопрос, понравилось ли ей, Оливия сухо ответила: «Истории, конечно, занятные. Жаль только, что всё это детские выдумки».

Вот и сейчас, в точности, как тогда, Лаура была разочарована ответом подруги. Какие же они с ней разные! Она твёрдо решила ничего не рассказывать Оливии о своих ночных приключениях. А может, Оливия права? И верить в какой-то параллельный мир на самом деле абсурдно? Или в какой-то особенный восьмой день?

– Восьмиденье, – машинально произнесла она.

– Что ты сказала? – не поняла Оливия.

– Ничего…

Обе подружки взбежали по лестнице наверх и вошли в свой класс – 8Б.

Лаура и Оливия сидели за одной партой у окна. Постепенно классная комната начала заполняться ребятами. Девочки и мальчики, громко говоря и смеясь, стайками входили и с грохотом усаживались на свои места.

В их классе было больше двадцати пяти человек. И Лаура снова невольно вернулась мыслями в Вечный Замок – в её классе там было всего лишь восемь девочек. От одной мысли об этом у неё началась паника. Ей вдруг стало тесно, она не могла дышать. Резко поднявшись, она распахнула окно.

Оливия с тревогой поглядела на неё.

– Что случилось? Ты такая бледная!

– Ничего страшного, у меня просто немного закружилась голова. – Лаура вернулась на своё место. – Уже прошло.

– Может, ты подхватила вирус? Сейчас как раз ходит какая-то желудочно-кишечная инфекция, очень неприятная. – Оливия всё ещё выглядела озабоченной. – Клара её подцепила. Её сегодня даже в садик не пустили! И маме в срочном порядке пришлось организовывать няню…

Клара была четырёхлетней сестрой Оливии.

– Нет, я просто очень плохо спала, – Лаура попыталась успокоить подругу и в ответ была вознаграждена очередным сочувствующим взглядом.

Но уже через несколько секунд в класс вошла фрау Шлоссер, учительница латыни, и начался урок. Сегодня они проходили латинские названия планет. Удивительное совпадение! И поскольку Лаура прекрасно помнила все имена башен, сегодня она могла по-настоящему блеснуть знаниями. К искреннему удивлению всех одноклассников да и учительницы.

– Ты сегодня просто молодец, Лаура! Ставлю тебе твёрдую пятёрку! – с восхищением воскликнула фрау Шлоссер. – Так держать!

Лаура никогда не получала по латыни такую хорошую оценку! Как, впрочем, никогда активно не участвовала в самом уроке. Латынь казалась ей наискучнейшим предметом. Нудным и сухим. За последнюю контрольную работу она получила тройку. И то фрау Шлоссер поставила её из жалости, за что Лаура ей была безумно благодарна – ведь те, кто получил оценку ниже, должны были оставаться после уроков на дополнительные занятия.

Следующим уроком был английский язык, но господин Мальке, который обычно вёл этот предмет, отсутствовал. И поскольку у него обострилась межпозвоночная грыжа, это было явно надолго. Урок вела практикантка, которая позволяла ребятам работать самостоятельно, используя гаджеты. Но в конечном итоге всё сводилось к тому, что класс занимался чем хотел, а сама она сидела и проверяла контрольные другого класса.

Оливия погрузилась с головой в компьютерную игру. А Лаура попыталась найти в интернете хоть что-то, связанное с «восьмым днём» или «восьмиденьем». И пусть всё указывало на то, что это был сон, но вопросов у Лауры становилось всё больше и больше. Если это был сон, то откуда она знала латинские названия планет? Ну и до сих пор не было ясно, как её часы попали Самсону на шею…

Она отчаянно искала информацию, пока у неё не заболели глаза. Однако поиски не принесли никакого результата, и все вопросы так и остались открытыми.

К счастью, вскоре прозвенел звонок на перемену. Лаура ненавидела этот звонок – невыносимо громкий и пронзительный, он напоминал сирену пожарной машины. А ведь каким нежным, каким чудесным был звонок в Замке Вечности! У Лауры в голове зазвучала мелодия арфы.

– Ты сегодня какая-то не такая… просто на себя не похожа, – подозрительно заметила Оливия. Они как раз расположились на любимой скамейке под огромным каштаном.

Сейчас это прекрасное дерево было словно усыпано розовыми цветками, а меж его сочных листьев жужжали и гудели пчёлы. После того как несколько лет назад погибло огромное количество пчёл, в городе ужесточили правила по использованию пестицидов. И это явно пошло на пользу не только пчёлам, чья численность была полностью восстановлена, но и деревьям – Лаура давно не видела такого пышного, буйного цветения!

– Ты находишь?

Лаура сомневалась… Как же ей хотелось рассказать подруге о своих ночных приключениях! Но в то же время она опасалась, что Оливия сочтёт её сумасшедшей или, в лучшем случае, выдумщицей. К тому же на листочке было написано, что она никому не должна выдавать тайну восьмого дня.

– Мне кажется, ты что-то скрываешь. Какую-то тайну? – Оливия окинула её пытливым взглядом. – Мы ведь поклялись ничего не скрывать друг от друга! И я тебе всё рассказываю. – В голосе Оливии сквозила обида.

– Мммм… – Лаура не знала, что сказать. Действительно, такая клятва существовала. Но тогда-то речь шла о мальчиках! Лаура и Оливия поклялись честно рассказывать друг другу о чувствах. Например, если кто-то из них влюбится или даже поцелуется с мальчиком… Благо, у Лауры пока не было ни того, ни другого.

– Чем ты занималась на выходных? – Оливия не сдавалась.

– У папы была, как обычно! Чем я ещё могла заниматься?

– И там что-то произошло? Что-то особенное?

– Нет, ничего необычного. Разве что я нашла в секретере старые часы. И представляешь, они ещё на ходу!

Но, похоже, часы Оливию не интересовали.

– Может, кто-то приходил к вам в гости? Ну… какой-нибудь соседский мальчик?

– Ты прямо как моя мама! Она тоже постоянно спрашивает, не приходит ли кто к папе. Только её интересуют посетители женского рода, – Лаура поморщилась. – В общем, мама считает, что у папы появилась подружка. Но это неправда. Зато… – Лаура судорожно сглотнула. – Зато у мамы появился мужчина.

– О! – лицо Оливии приняло скорбное выражение.

– Ну да, ничего хорошего. Мама хочет, чтобы мы с ним познакомились. И наверняка этот тип будет до тошноты приветлив и мил с нами. А на самом деле, я уверена, будь его воля, он отправил бы нас куда подальше…

– Но ты же не знаешь этого наверняка.

– Меня мутит, когда я думаю об этом. И я ему не верю, хоть тресни!

Оливия погладила её руку.

– Ну, подожди. А вдруг он окажется действительно милым?

– Но я не желаю, чтобы у мамы был мужчина! – упрямо воскликнула Лаура и топнула ногой. – Я хочу, чтобы мама и папа снова жили вместе!

Она стиснула зубы, чтобы не заплакать. Это была больная тема. И теперь у неё ещё и глаза на мокром месте, чёрт подери! Только этого сейчас не хватало.

– Ну, может, когда-нибудь они и помирятся, – Оливия попыталась утешить её.

Лаура замотала головой.

– Да никогда! Даже через сто лет они не помирятся! Если бы ты слышала, как мама говорит о папе! – Лауру передёрнуло. – У них совершенно разные взгляды, разные вкусы, разные интересы… ну ничего общего! Я вообще не понимаю, зачем они когда-то поженились!

– Ну, как говорят, противоположности притягиваются, – тихо заметила Оливия. – А вообще, это очень даже волнительно, когда кто-то совсем не такой, как ты…

Взгляд её стал мечтательным, а щёки порозовели.

– Ты говоришь сейчас о чём-то конкретном? Рассказывай! – Лаура с радостью переключилась на другую тему. Теперь ей хотелось узнать подробности!

Сначала Оливия смущённо отнекивалась, но потом не выдержала. Она рассказала, что в соседнем доме поселилась новая семья. И в этой семье был пятнадцатилетний мальчик по имени Северин. Они ещё ни разу не общались, даже не были знакомы – Оливия видела его только издалека. Но, похоже, она по уши влюбилась.

Она призналась, что, когда он выходит из дома и садится на велосипед, у неё в животе порхают бабочки. А сегодня ночью она не могла заснуть, всё лежала и представляла, как бы это было, если бы она с ним заговорила. И от этих мыслей у неё снова в животе завелись бабочки.

– А ты уверена, что у тебя не эта желудочно-кишечная инфекция? – неуверенно спросила Лаура. – Может, ты заразилась от сестры?

– Это любовь, Лаура, – загадочно произнесла Оливия и мечтательно закатила глаза. – Но тебе этого не понять.

– У меня сейчас куча других проблем, – вырвалось у Лауры.

– Ага! Я же знала, что что-то произошло! – Оливия ликовала. – Давай, рассказывай!

Лаура медлила. Её мучили сомнения. С одной стороны, она помнила предупреждение на листке, что никому нельзя выдавать тайну. Но, с другой стороны, Оливия была её лучшей подругой. И ещё она знала, что Оливия будет молчать как рыба. Ладно, была не была!

Сделав глубокий вдох, она неуверенно начала:

– В общем… Мне сегодня ночью приснился странный сон. Самсон умел разговаривать. И в школу я поехала не на машине, а в карете. И вообще это оказалась совсем другая школа. А на физкультуре мы должны были парить в воздухе. А у меня ничего не получалось, я с треском провалилась. И ещё учительница там была как две капли воды похожа на мою маму. Вот как-то так, – Лаура выдохнула.

– Прикольный сон, – Оливия захихикала.

– Да ты слушай дальше, – продолжила Лаура, уже гораздо смелее. – Там был душ в виде головы слона, и с помощью его ушей можно было включать холодную и горячую воду. А ещё мне надо было носить розовые туфли, и они сами вели мои ноги, куда им было угодно. Например, на уроки… И я ничего не могла поделать, мои ноги слушались не меня, а эти туфли!

Оливия уже не просто хохотала, она задыхалась от смеха. Слёзы градом катились у неё из глаз, а сама она держалась за живот.

– Прекрати! Дай отдышаться! Я больше не могу! – она достала платок и промокнула глаза. – Ну ты даёшь! Могу себе представить, что ты вчера съела на ужин, раз тебе приснилась такая ерунда!

Она снова прыснула от смеха.

Глядя на подругу, Лаура тоже не могла не засмеяться. Может, всё это и вправду было сном, подумала она. Пусть живым, реалистичным, но всё же сном. И, наверное, самое правильное, что она могла сделать, – посмеяться над ним и забыть…

Мамин новый друг

Неделя пролетела незаметно – без особых происшествий. Всё было как всегда. У мамы, как обычно, не было времени. Лаура, как обычно, вынуждена была проверять домашние задания Элиаса и следить за тем, чтобы он не торчал часами в компьютерных играх. Эми перепутала программы в стиральной машине и постирала вещи, которые нужно было стирать не выше сорока градусов, в кипятке. В результате они сели, и теперь их можно было натянуть разве что на куклу. Мама вспылила и позвонила производителю. Эми получила очередное обновление программы, а мама – возмещение ущерба за испорченную одежду.

В среду Элиас подрался в школе с другим мальчиком, и оба попали в больницу. Маме пришлось сорваться с работы раньше обычного, чтобы забрать его домой. Врачи зашили ему разбитый лоб, и теперь он гордо щеголял пластырем. Другому мальчику повезло гораздо меньше. Помимо сломанного носа, врачи заподозрили у него сотрясение мозга. Поэтому его оставили в больнице для дальнейшего наблюдения.

А на следующий день маме позвонил классный руководитель Элиаса и попросил кого-нибудь из родителей прийти в школу для серьёзного разговора.

Маме удалось спихнуть эту неприятную миссию на папу. Хотя Лаура считала, что это несправедливо – Элиас почти никогда не приезжал к отцу, ведь на старой вилле ему запрещали даже подходить к компьютеру.

Лаура случайно подслушала телефонный разговор родителей. Около десяти вечера она пошла в туалет, а дверь в комнату мамы оказалась приоткрытой. Сама же мама в тот момент красила ногти и поэтому включила громкую связь. Вот Лаура и услышала всё. Ох, лучше бы она этого не слышала…

Папа:

– Классный руководитель жалуется, что Элиас совершенно неуправляемый. И с каждым днём всё становится хуже и хуже.

Мама:

– Этот учитель просто дурак. Как педагог он абсолютно бездарен! К тому же ему всего двадцать пять, он только закончил университет и совершенно без опыта. Ни малейшего понятия о детях!

Папа:

– Элиас принимает таблетки, которые прописал врач?

Мама:

– Господи! Петер, ты же не хуже меня знаешь, что далеко не все проблемы можно решить с помощью таблеток!

Папа:

– То есть он их не принимает. Почему ты считаешь себя умнее врачей? У тебя диплом физика, а не медика!

Мама:

– У этих таблеток куча побочных эффектов. И я не желаю, чтобы Элиас выглядел, как чёртова медуза! Его и так уже достаточно травят в школе.

Папа:

– Но драться – это не выход!

Мама:

– А что выход? Ты можешь предложить нечто лучшее? К тому же это вообще не твоя проблема! Тебе всегда было плевать и на сына, и на меня. И это я им занимаюсь всё время, не ты! А ты вообще прекрасно устроился – пилишь свою дурацкую мебель целыми днями, тогда как я должна зарабатывать деньги для всей семьи. И для тебя в том числе. И вообще, я уже всё обговорила с врачом, так что не вмешивайся. Элиас не будет принимать лекарства!

На этом месте Лаура не выдержала и зажала ладонями уши. Она и так знала, каким будет продолжение разговора. Мама назовёт папу никчёмным мечтателем. Потом пойдут упрёки и обвинения, что это она содержит его и это её заслуга, что он не голодает.

Лаура тихо ушла в свою комнату и крепко закрыла дверь, чтобы не слышать весь этот ужас. Потом легла и включила волшебную лампу – подарок папы. Когда её включали, она рисовала причудливые узоры на стенах, и комната превращалась в страну чудес. Лаура смотрела на узоры и мечтала… В её мечтах родители снова были вместе. Она представляла, как они снова всей семьёй живут на старой вилле. Они бы каждый день завтракали в саду, а Самсону было бы, где побегать, кроме как из одной тесной комнаты в другую. И вообще, они могли бы взять ещё животных… И ходили бы вместе в походы. Да и вообще всё делали бы вместе.

Представив себе всё это, Лаура улыбнулась. Но уже через мгновение вспомнила, что реальность выглядит совсем иначе. Слёзы брызнули из глаз, она сердито погасила лампу и повернулась к стене.

– Я надеюсь, вы будете вести себя прилично. Я хочу, чтобы вы произвели на него приятное впечатление!

Элиас кивнул с таким энтузиазмом, что у Лауры закралось подозрение – это неспроста. Мама наверняка подкупила его либо деньгами, либо новой компьютерной игрой.

В пятницу вечером должен был прийти мамин шеф, доктор Бернд Ассхоф. Из-за этого пришлось перенести Лаурину поездку к папе с пятницы на субботу, и за одно это Лаура уже сейчас люто ненавидела маминого нового друга. Она твёрдо решила, что будет вести себя с ним так дерзко, как только сможет.

Мама пристально посмотрела на неё. Похоже, она догадывалась, что у Лауры на уме. Во всяком случае, увидев дерзкое и упрямое лицо дочери, она недовольно нахмурилась, а глаза её гневно засверкали.

– Попробуй только испортить вечер своим поведением! Вообще больше никогда к отцу не поедешь, поняла? – зловеще предупредила мама. И она явно не шутила.

Запретить Лауре ездить к папе – это было самое страшное, что мама могла сделать! Ведь эти поездки были для Лауры как свет в окошке. Они помогали ей пережить нудную, серую неделю, бесконечные дискуссии с мамой и даже изматывающее поведение Элиаса. Одна лишь мысль о том, что она проведёт два дня с папой на старой вилле, давала ей силы. И ради этого девочка была готова на всё.

– Ладно, – обречённо пробурчала Лаура, хотя внутри у неё всё клокотало от ярости. И в глубине души она надеялась, что что-то произойдёт и этот вечер не состоится.

Мама очень нервничала. Ей очень хотелось, чтобы всё прошло без сучка без задоринки. Изучив не менее сотни страниц справочника по управлению роботом – большинство из них было на иностранных языках, – она попыталась запрограммировать Эми на «Изысканное меню». И чтобы убедиться в том, что всё выполнено правильно, она заставила Эми приготовить пробный ужин.

Лаура ещё никогда не видела, чтобы внутри у робота так трещало. Видимо, это было самое сложное испытание для Эми за всё её пребывание в их доме. Пока Эми сохраняла введённую информацию, её глаза бешено мигали красным цветом. Потом дисплей на груди показал «Начинается отправка данных».

– Ага! Теперь она заказывает продукты! – воскликнула мама. Её глаза горели от возбуждения.

И да, действительно, через двадцать минут в дверь позвонили. На пороге стоял курьер с огромным бумажным пакетом в руках. Там была и замороженная рыба, и морковь, и лук-порей, и вообще куча всего.

Теперь и Лауру пробрало любопытство. Что же Эми из всего этого приготовит? Обычно она готовила настолько скучно и, честно говоря, невкусно, что даже мама порой не выдерживала. Она звонила в биомагазин и заказывала готовую еду, или же на свет появлялась добрая старая микроволновка.

Эми добросовестно разложила покупки по шкафчикам и полкам холодильника – этим она владела в совершенстве! А потом открыла отделение для яиц, вынула шесть штук – и через четверть часа они могли наслаждаться самой вкусной яичницей, какую когда-либо ели.

И всё же такой результат маму не особо устроил.

– Ну, вообще-то, это не совсем то, что я себе представляла. Не могу же я кормить Бернда яичницей! Наверное, пора заменить Эми на более новую модель. Ещё хорошо, что мы её не купили, а лишь арендовали.

– Но ведь яичница получилась потрясающая! – Лаура встала на защиту робота.

Конечно, Эми и ей частенько действовала на нервы. Но она уже привыкла к её причудам. А к новому роботу снова придётся привыкать. И потом, где гарантия, что он будет лучше? Дороже, да, но лучше? На этот счёт у Лауры были серьёзные сомнения.

– У меня в доме Бернд не будет есть на ужин яичницу!

Мамин голос дрожал. Лаура почувствовала, что она близка к панике.

«Ну да, конечно, любимому Берндику должно быть всё самое лучшее, самое вкусное!» – подумала она.

С другой стороны, если успех отношений зависит от банального ужина и такая мелочь ставит их под угрозу, значит, всё не так плохо. Значит, отношения ещё достаточно хлипкие. Лаура воспряла духом.

Её настроение улучшилось ещё больше, когда мама начала подумывать о том, чтобы попробовать приготовить ужин самой.

– Конечно, попробуй! – с энтузиазмом поддержала она.

Дело в том, что мама готовила ужасно. Она готовила даже хуже, чем Эми. А это надо было очень постараться. К тому же она терпеть не могла стоять у плиты. Она наверняка пересолит, пережарит или даже сожжёт еду. И Бернд, попробовав её готовку, сбежит.

Лаура внутренне возликовала, но радость её быстро слиняла. Поскольку мама, проштудировав сотни рецептов и просмотрев столько же кулинарных видео в интернете, твёрдо решила:

– Ничего из этого не выйдет, даже пытаться не буду. У меня просто нет опыта в этой сфере.

– Папа может приготовить что-нибудь вкусное для нас всех, – коварно предложила Лаура. – Он прекрасно готовит. И у нас был бы замечательный совместный ужин!

Мама с изумлением уставилась на Лауру.

– Ты что, совсем с ума сошла? Папа и Бернд за одним столом? Да ты что? Это невозможно!

– Ах нет? Интересно, почему? – Лаура уже открыто издевалась. – Ты ведь предпочитаешь подходить к любой проблеме трезво и разумно. Так в чём проблема? Папа решит проблему готовки – разве это не разумно?

– Петер и Бернд… – начала мама, но, поняв, что Лаура смеётся, тут же оборвала фразу и яростно закричала: – Ты просто ничего не понимаешь! Всё, прекратили, это не обсуждается, и точка! А сейчас я позвоню в лучший ресторан города и закажу самый лучший ужин, какой они только смогут предложить!

Она лихорадочно огляделась в поисках телефона и, не найдя его, выбежала из комнаты.

– А почему бы тебе сразу не пойти туда со своим Берндом? – Лаура побежала за мамой. – И нам с Элиасом вовсе необязательно было бы присутствовать.

– Не делай вид, что ты не понимаешь! – мама раздражённо обернулась. – Об этом и речь – вы должны с ним познакомиться! Это очень важный шаг!

Лаура закатила глаза. Похоже, встречи не избежать. С этими мыслями она пошла к себе в комнату и расстроенно плюхнулась на кровать.

Дверь была приоткрыта, и Лаура прекрасно слышала всё, что происходило в гостиной. Мама позвонила в ресторан, долго обсуждала детали каждого блюда. И в конце концов заказала шикарный ужин на четверых. Его должны было доставить ровно в 18.00.

– Только не вздумайте опоздать! Пожалуйста, привезите всё точно в шесть! Не позже! – мама повторила это несколько раз.

Лаура сидела и ломала голову: зачем маме заказывать еду ровно на шесть, когда Бернд приходит в половине седьмого? Но потом она поняла мамину задумку. У неё будет целых полчаса, чтобы всё распаковать и сделать вид, что она всё это приготовила сама! Хитро!

– А впрочем, плевать, – Лаура поднялась с кровати и достала с полки «Алису в Стране Чудес», чтобы перечитать её в восьмой раз.

– Ты, должно быть, Лаура! Очень приятно!

С первой же секунды Бернд Ассхоф показался ей крайне несимпатичным. Особенно учитывая её предвзятое к нему отношение.

Это был высокий, ростом примерно метр девяносто, очень худой мужчина с седыми кучерявыми волосами. В своём ярко-бирюзовом костюме он выглядел ещё бледнее, чем он был на самом деле. Ему могло было чуть за сорок, хотя седые волосы заметно старили его. Рука у него была тёплой, мягкой и почти липкой. Лаура едва поборола желание сразу после рукопожатия побежать в ванную и вымыть руки с мылом.

– А ты, должно быть, Элиас!

– Нет, я Санта-Клаус! – ответил Элиас, за что был награждён маминым суровым взглядом.

Доктор Бернд Ассхоф натянуто рассмеялся:

– А ты, похоже, весёлый малый!

«Подожди, пока «весёлый малый» не примется за дело по-настоящему», – со злорадством подумала Лаура.

Ассхоф принёс маме огромный букет алых роз. Она понеслась на кухню, чтобы найти подходящую вазу, но так переволновалась, что напрочь забыла, где у неё что лежит. Она постоянно открывала не те шкафы и в конце концов впала в панику.

Эми пришлось забрать у мамы букет. Потом она спокойно прожужжала к комоду на другом конце кухни, открыла нижний ящик, нашла там нужную вазу, наполнила её водой и поставила цветы. После этого она так же спокойно прожужжала в гостиную и поставила вазу на середину празднично накрытого стола. Выглядело это просто волшебно!

– Безупречно! – в унисон произнесли Бернд Ассхоф и Валерия, одарив друг друга сияющими улыбками.

Итак, ужин начался. Доктор Ассхоф первым сел за стол, мама расположилась напротив. Элиас развалился на своём стуле. Лауре же наказали следить за Эми и, если что, помочь ей с подачей блюд, чтобы не произошло ничего непредвиденного. Мама не слишком доверяла своим навыкам программирования.

Но она могла быть абсолютно спокойна – Эми вела себя безупречно! Она принесла изысканный суп, не пролив ни капельки. Она мастерски наполняла бокалы, а потом в нужный момент убрала грязную посуду и подала второе. Словно она ничем иным в жизни не занималась, кроме как сервировала праздничные трапезы. Лучше любого официанта!

В точности как Лаура и ожидала, мама ни словом не упомянула тот факт, что еда была заказана в ресторане. Доктор Ассхоф поглощал всё с необычайным для его комплекции аппетитом, время от времени с восторженным видом восклицая: «Восхитительно, просто восхитительно!» – и щедро отдавал дань вину.

Лаура пристально наблюдала за ним. Может, он тайный алкоголик? Ну не нравился он ей! Она ему не верила. Его доброжелательность отдавала притворством и казалась фальшивой. А кто знает, какой он на самом деле? Может, он вообще мучает детей, когда его никто не видит.

Лауре едва удавалось скрыть свою неприязнь.

Наконец Эми подала десерт – французский шоколадный мусс. Вкус у этого крема был просто божественным, и всё было бы замечательно, если бы не одно «но»… Выбирая десерт, мама совершенно не подумала о том, как Элиас реагирует на шоколад. А он буквально зверел и становился совершенно неуправляемым. Врач объяснял этот феномен некой непереносимостью пищи. Но в любом случае даже самой маленькой порции шоколада было достаточно, чтобы его агрессивность возросла в разы.

И через десять минут после подачи десерта началось… Доев свой мусс, Элиас так агрессивно выпрыгнул из-за стола, что стул опрокинулся и с оглушительным грохотом ударился о пол. Ассхоф резко вздрогнул и побледнел, хотя казалось, что дальше ему бледнеть было уже некуда.

«Ну просто настоящий вампир, – подумала Лаура. – Он ещё высосет нам всю кровь».

– Элиас! – мама резко осадила сына.

В ответ Элиас ещё раз со всего маху ударил лежащий стул ногой и выбежал из комнаты. Бум! Оглушительно хлопнула дверь. Ассхоф снова вздрогнул.

– Прости, дорогой, это всё его болезнь, – мама виновато посмотрела на своего шефа. – Ты же это понимаешь.

«Дорогой» явно не был в восторге от того, что произошло. И Лаура снова втайне возликовала.

– Это всё моя вина, – мама отчаянно пыталась спасти ситуацию. – Я не должна была зака… готовить этот дурацкий шоколадный крем.

Мама густо покраснела. Правда, Лаура была не совсем уверена, почему. Возможно, потому что она соврала насчёт мусса? Или потому, что она была расстроена и разочарована?

Мама нежно погладила руку Ассхофа.

– Может, пройдём в салон, милый?

«Это никакой не чёртов салон! Это гостиная!» – чуть было не заорала Лаура, но вовремя сдержалась, подумав о папе.

Настоящий «салон» был у них на старой вилле. И то они с папой называли его так только в шутку. Это был «зелёный салон», потому что там стоял совершенно несуразный, уродливый зелёный диван. Папа нашёл его на помойке и решил спасти от неминуемой гибели. И не зря! Несмотря на всю свою уродливость, этот диван был необычайно удобным, и папа часто дремал на нём после обеда.

Ещё в «зелёном салоне» располагался столик на изящных изогнутых ножках, чаще всего заваленный газетами. Папа никогда не пользовался для чтения новостей планшетом или другими гаджетами, предпочитая старомодную бумажную форму. Он объяснял это так:

– Даже после прочтения газеты вдоль и поперёк с ней можно сотворить столько интересного! Ну, например, растопить ею огонь в камине. Или смастерить замечательного воздушного змея! Какой планшет мне всё это обеспечит?

Даа… А потом ещё была такая чудесная вещь, как папье-маше. Правда, если ты участвовал в его создании, то будешь перепачкан, как поросёнок, но оно того стоило.

Лаура вспомнила, как она, чувствуя себя маленькой волшебницей, раздирала газеты на маленькие лоскутки. Папа замачивал их в ведре с водой, куда добавлял клей для обоев. А потом всё это надо было долго месить, пока не получалась серая, гладкая, похожая на тесто масса, из которой можно было лепить всё что душе угодно. Созданные таким образом шедевры несколько дней сохли, а потом начиналось самое интересное и загадочное – раскрашивание. Какое же это было удовольствие! Даже Элиас с восторгом присоединялся, хотя по завершении процесса он выглядел, как настоящий свинтус.

Лаура при всём желании не могла себе представить элегантного Ассхофа в старом переднике, сидящего на корточках перед ведром и с руками по локоть в серой каше из газет и клея. Скорее всего, он уже лет двадцать газеты в руки не брал.

– А вы умеете делать папье-маше? – спросила Лаура.

Они сидели в гостиной – мама с её «дорогушей» на диване, а сама Лаура напротив, в кресле. Эми подала взрослым вино, а Лауре и Элиасу, хотя его не было в комнате, сок. И самым приятным было то, что на столе было любимое печенье Лауры. В обычное время оно не появлялось в их квартире.

– Ах ты ж господи, узнать бы сначала, что это ещё такое? – Ассхоф тут же потянулся за телефоном. – Никогда не слышал такого выражения! Что такое папье-маше? – последний вопрос был обращён к гаджету.

Ему мгновенно ответил завораживающий женский голос. Лаура чуть не рассмеялась! А тут эта «женщина» поясняет значение слова «папье-маше». Причём мамин шеф мог выбрать любой другой голос, их там много. Что бы это значило?

– О! Вероятно, мой ассистент снова играл с телефоном! – Ассхоф густо покраснел и тут же поменял настройки. Теперь о папье-маше рассказывал сухой мужской голос. Прослушав пояснение, он поглядел на Лауру и улыбнулся.

– Знаешь, папье-маше я никогда не делал. Но, если ты хочешь, я могу достать тебе очень качественную белую глину. И у моей младшей сестры есть печь для обжига. И я мог бы договориться, чтобы твои работы там обжигались. Никаких проблем!

– Извините, но у нас в школе есть своя печь.

«Ничего мне от него не надо», – подумала Лаура.

– Ах да? Ну, тогда…

Возникла неловкая пауза. Ассхоф положил телефон обратно на стол и сейчас нервно заламывал пальцы. Тишину прервал сигнал сообщения. Ассхоф нервно поглядел на свой телефон.

– Милый, ты можешь спокойно прочесть сообщение, – нежно проворковала мама. – А вдруг это важно!

– Извини, дорогая! – с этими словами он взял аппарат, вышел с ним в коридор, и оттуда донёсся его приглушённый голос. Он явно с кем-то разговаривал.

Мама воспользовалась его отсутствием.

– Ну, и как он тебе? – спросила она у дочери, пристально глядя ей в глаза и улыбаясь.

«Полный отстой!»

Лаура молча пожала плечами.

– Он ведь очень симпатичный, правда? – мама явно не уловила мыслей дочери.

– У него дети есть? – Лаура попыталась уйти от прямого ответа.

– Нет.

– Заметно. Были бы у него дети, он вряд ли поставил бы этот тупой голос на телефон!

– Но ведь это его ассистент…

– Видно же, что он просто нагло врёт!

Мама только хотела что-то ответить, как из коридора раздался вопль, полный боли. Что-то с грохотом упало. И тут же в комнату ворвался Элиас.

– Он первый начал!

Мама вскочила с дивана как ошпаренная. Тем временем в комнату зашёл Ассхоф. Лицо его выражало страдание. Он с укором посмотрел на маму, поднял руку и сказал:

– Он меня укусил…

– Элиас!!!

– Он меня задержал, когда я пробегал мимо! И ведь я только шёл в туалет, а он меня не пустил!

– У меня был важный разговор! А мальчик врезался в меня! Причём намеренно! И намеренно выбил у меня из рук телефон!

– Неправда! – заорал Элиас, с ненавистью глядя на Ассхофа. – Он всё врёт! Он противный!

Валерия в растерянности смотрела то на одного, то на другого, совершенно не понимая, как реагировать. Лаура прекрасно знала, что мама всегда становилась на сторону Элиаса. Всё равно, какую бы подлость он ни совершал. Он мог кусать, царапать и даже душить Лауру, ему всё сходило с рук. Но тут ситуация была совершенно иной. Если мама сейчас встанет на защиту Элиаса, она рискует оскорбить друга. И не только друга, но и СВОЕГО ШЕФА!

– Нам… в первую очередь нам всем сейчас необходимо успокоиться, – мама попыталась выиграть время. Она силилась улыбнуться, но Лаура видела, как дрожат её губы. – Элиас, ты можешь пойти сейчас к себе и поиграть в новую игру. Лаура, милая, может, ты расскажешь нам, как у тебя дела в школе? Что сегодня было интересного?

Они снова расселись по своим местам, тогда как Элиас исчез в своей комнате. С тихим злорадством Лаура отметила недовольную морщину, появившуюся у Ассхофа на лбу.

– Какой предмет у тебя любимый? – изобразив интерес, он обратился к Лауре.

Лаура пожала плечами. Как будто ему это важно…

– Я люблю языки и математику. Ну и рисование.

– И что вы сейчас проходите?

Но не успела Лаура ответить, как телефон снова издал сигнал, что пришло сообщение, и Ассхоф снова пропал в коридоре. Теперь уже и маме стоило огромных трудов сохранять любезную мину.

– Он мог бы, вообще-то, выключить свою штуковину, – пробурчала Лаура. Скорее всего, она высказала именно то, что крутилось сейчас у мамы в голове.

– Ну, понимаешь, он всегда должен быть на связи. Это очень важно для фирмы, – мама боролась с собой, но раздражение взяло верх. – Но да, иногда это адски действует на нервы, тут ты права.

«Ещё как я права! – подумала Лаура. – Хотя, может, и ты уже начинаешь понимать, какой он противный…»

– Наверное, я всё же слишком рано вас познакомила, – мама тяжело вздохнула. – Нам было бы куда лучше отправиться в ресторан…

– Ну да, а я сейчас была бы с папой, – вырвалось у Лауры.

Она забралась с ногами на кресло, обхватила колени и с мрачным видом уставилась в стенку. Вечер был испорчен! Окончательно!

Ассхоф явно был того же мнения. Поскольку когда он снова появился в комнате, то с деланым сожалением сообщил:

– Валерия, мне так жаль, но я вынужден сейчас вернуться на работу. Мы обязательно наверстаем этот вечер!

– Только не это! – пробурчала Лаура. Правда, не настолько отчётливо, чтобы другие могли расслышать её слова.

Ассхоф вежливо попрощался с Лаурой, и мама проводила его до двери. А Лаура шмыгнула к себе в комнату, плотно закрыла дверь и изо всех сил врезала кулаком по подушке, чтобы хоть как-то выплеснуть всю накопившуюся злость. Как только мама могла влюбиться в такого идиота! Ах, если бы она могла забраться к маме в голову и переключить там что-то…

– Ассхоф ПРИДУРОК! – громко произнесла она и так сильно заехала по подушке, что та пролетела через всю комнату.

Сюрприз

Воздействие шоколадного мусса на Элиаса сохранилось до самого утра. Он бесился как ненормальный и вёл себя так необузданно, что ему удалось добить даже Эми. У неё сломалась система. Она просто не успевала реагировать на его порой противоречащие друг другу приказы, которыми он сыпал, как из пулемёта. И в конце концов бедный робот встал посреди комнаты, бешено мигая красными глазами и не реагируя больше ни на что. Мама отчаянно пыталась перезагрузить Эми, но все её усилия были тщетны. Лаура отчётливо видела, что мама находится на грани нервного срыва, и поспешила собрать свои вещи и заблаговременно сбежать из дома. Лишь сидя на переднем сиденье беспилотного автомобиля, она вздохнула с облегчением. Наконец она едет к папе!

Папу она нашла в саду – он был занят тем, что шлифовал одну из скамеек. Вдохнув такой родной, такой любимый аромат дерева, Лаура улыбнулась. Он словно смыл все её переживания и тревоги, и ей сразу стало легче.

– Привет, папа, – она чмокнула отца в щёку.

Папа смахнул грязной рукой пот с лица.

– Привет, малыш! Завтракать будем?

Вообще-то Лаура уже позавтракала дома. Как обычно, мама поставила перед ней тарелку с полезными хлопьями. А пока она жевала, вокруг неё, надрывая глотку, бушевал Элиас. Да так, что, казалось, тряслись стены. Поэтому Лаура была совсем не против ещё одного завтрака, который обещал быть куда более приятным.

– А я купил шоколадные булочки! – сообщил папа и заговорщицки подмигнул. – Тебе осталось лишь пойти на кухню и разогреть молоко. И включи, пожалуйста, кофейную машину. Может, позавтракаем на террасе? Погода просто блеск!

Некоторое время спустя они уже уютно сидели на террасе, залитой солнечным светом. Посреди стола стояла корзинка со свежими, хрустящими булочками, а перед каждым из них – своя чашка. Воздух был наполнен пением птиц, прячущихся в тени деревьев, а солнце рисовало причудливые завитушки на деревянном столе. Дерзкий воробушек припорхнул к ним, заметив, что тут можно поживиться чем-то вкусным, и получил щедрую порцию крошек.

Лаура вздохнула от удовольствия.

– Я могла бы сидеть так целую вечность.

Папа тихо засмеялся.

– Вот поэтому я и люблю нашу старую виллу, – он потянулся за очередной булочкой. – Расскажи, что происходит дома? Какие-нибудь новости?

Лаура пару секунд сомневалась. Говорить или не говорить? Хотя какой смысл скрывать? Ведь он всё равно рано или поздно узнает. Сделав глубокий вдох, она посмотрела на папу.

– Мама вчера пригласила к нам на ужин своего нового друга.

– Дай-ка угадаю: ты его терпеть не можешь! Я прав?

– Как ты догадался?

– Ну, как-никак я тебя знаю уже целых тринадцать лет. Тебе меня не провести, как ни старайся.

– Этот вечер был одной сплошной катастрофой. Как и сам ужин. На десерт был шоколадный мусс, и Элиас взбесился. В общем, полный провал…

– Только не говори мне, что мама сама готовила.

– Нет, конечно. Она заказала еду в ресторане.

– Ага. Ну ладно. А её друг, чем он занимается? По профессии, я имею в виду.

– Он её шеф.

– Ох, – папа замолчал.

– Ну да, я знаю, всё это ужасно глупо и нелепо, – пробормотала Лаура и бросила воробью, нагло скакавшему по её ногам, ещё несколько крошек. Тот ей явно доверял. Схватив добычу, он попытался запрыгнуть к ней на колени. Лаура не удержалась и засмеялась.

– Вот же маленький разбойник! – теперь хохотал и папа. – Кстати! – он обернулся к дочери. – У меня для тебя сюрприз! После обеда увидишь!

– Сюрприз? Какой?

– А вот и не скажу! Иначе какой это сюрприз? – папа встал из-за стола и высыпал оставшиеся крошки с тарелки на землю. В одно мгновение появились ещё четыре воробья и накинулись на угощение.

После завтрака Лаура убрала со стола и вымыла посуду. Папина посудомоечная машина уже давно не работала, а мастера он не вызывал – по сути, она ему была не нужна. Сам он продолжил работу, и из сада доносилось его весёлое посвистывание.

Разложив чистую посуду по шкафчикам, Лаура поднялась по крутой лестнице наверх, в свою комнату. Сняв рюкзак, она широко расправила руки, словно это были крылья, и вихрем закружилась по комнате. Тут она была дома, тут она была счастлива! Это место из раза в раз дарило ей силы. Во всяком случае, ей так казалось. И дело было не только в отсутствии Элиаса, которому, к слову, было строго запрещено заходить в эту комнату, даже когда он приезжал к папе. Нет, это было само место… оно словно было магическим.

Лаура вальсировала и вальсировала… в конце концов у неё закружилась голова, и она с наслаждением опустилась на мягкую кровать. На секунду она закрыла глаза. Потом снова открыла и осмотрелась, словно желая убедиться, что это не сон. Она рассматривала чудесную оттоманку с мягкой красной бархатной обивкой, любовалась изящной, украшенной резными завитушками книжной полкой и чувствовала себя самым богатым человеком на свете.

Чуть успокоившись, Лаура встала и начала разбирать свои вещи. Разумеется, золотые часы она забрала с собой, не рискнув оставить их дома, из страха, что Элиас может взломать её ночной столик и переворошить всё. В его нынешнем состоянии от него можно было ожидать чего угодно. Теперь же часы были надёжно спрятаны в боковой кармашек её рюкзака.

Захватив с полки книгу, которую она ещё не читала, Лаура направилась вниз. В отдалённом уголке сада висел её любимый гамак, натянутый меж двух деревьев. Там её, благодаря папе, уже ждала мягкая подушка и пакетик любимых мармеладных мишек. Лаура улыбнулась – дома мишки были под строгим запретом. Тем вкуснее будет сейчас, подумала она, удобно расположившись в гамаке. И уже через несколько минут девочка перенеслась в мир эльфов и гномов и забыла обо всём на свете…

– Ух ты! Выглядит просто потрясающе!

На папе был строгий костюм и даже галстук. Таким нарядным его редко можно было увидеть. Но ради «сюрприза» он совершил этот подвиг и теперь выглядел необычайно элегантно.

И Лауре он приказал сменить её любимые рваные джинсы и застиранную, давно потерявшую форму, пусть даже и очень удобную футболку на что-то более праздничное. Лаура остановила свой выбор на короткой юбке и бирюзовой, расшитой блёстками майке, которую папа подарил ей на прошлый день рождения.

– Куда мы идём? – Лаура изо всех сил пыталась обуздать любопытство, но ей это плохо удавалось. Её глаза горели, а сама она дрожала от трепетного ожидания чего-то волшебного.

– Это же сюрп…

– Нет! – Лаура оборвала его на полуслове. Она притопнула ногой. – Я хочу это знать! Сейчас!

– Ну ладно, я тебя уже достаточно помучил, – папа хитро улыбнулся. – Мы идём в театр! – с этими словами он достал из внутреннего кармана своего пиджака два билета и протянул их дочери.

– Госпожа Метелица. Сказка братьев Гримм, – медленно прочла Лаура. На её лице отразилось глубокое разочарование. – Ох, пап, ну это же спектакль для маленьких детей!

– Нет, – папа покачал головой. – Не только для детей. Это великолепная постановка. Я немножко помог в оформлении декораций, и поэтому мы с тобой получили бесплатные билеты. Я уверен, ты будешь в восторге! Этот спектакль просто волшебный, поверь!

Ну, если папа за что-то ручается, то оно того стоит. В этом Лаура была абсолютно уверена. А если он ещё и участвовал в оформлении сцены, тогда спектакль должен быть просто невероятно красивым!

– Ну ладно… Поверю тебе на слово, – ответила Лаура, и лицо её вновь засияло.

В театр они поехали на автобусе. Поскольку приехали они достаточно рано, им не пришлось стоять в очереди, и они сразу прошли в огромный зал. Переодетый в Пьеро билетёр галантно проводил их на места. Они сидели в первом ряду, у самой сцены.

Лаура нежно погладила красный бархат сиденья. Прямо как у её любимой оттоманки. Тем временем зал постепенно заполнялся зрителями. В основном это были мамы с маленькими детьми. Иногда, правда, попадались и папы. К великому огорчению Лауры, в зале совсем не было детей её возраста, все были гораздо младше. Однако не успела она по-настоящему расстроиться, как внезапно увидела в толпе… – нет, такого не может быть! – Ассхофа. Он медленно шёл по проходу, толкая впереди себя инвалидное кресло. В кресле сидела девочка примерно её возраста. Тут же в голове у Лауры завертелась карусель мыслей. Это его дочь? Почему она в инвалидном кресле? И разве мама не сказала, что у её шефа нет детей? Или, может, это его племянница? Дочка его сестры?

Лаура коснулась папиной руки.

– Глянь туда! – прошептала она. – Видишь, вон там? Это мамин друг.

– Где?

– Да вот, в проходе! Мужчина с инвалидной коляской! Посмотри!

– Я не знаю, кого ты имеешь в виду, малыш. И вообще, глазеть на других неприлично.

– Я и не глазею! – обиженно буркнула Лаура.

Тут прозвенел второй звонок. Это означало, что до начала спектакля остались считаные минуты и зрителям пора занять свои места. Постепенно гул стих, и в зале воцарилась тишина.

Оркестр заиграл мелодию, похожую на вальс из любимой Лауриной сказки «Три орешка для Золушки». Бордовый занавес поднялся, открывая перед зрителем сцену.

Сначала на сцене было совсем темно. Но уже через несколько секунд её осветили первые робкие огоньки, и с каждой секундой свет становился всё ярче, словно там, на сцене, зарождался новый день. И вот Лаура уже могла разглядеть деревенский дом, её слух уловил кудахтанье кур и блеяние овец. А ещё через мгновение на крыльце появилась весёлая светловолосая девушка с косичками.

Разумеется, Лаура прекрасно знала сюжет сказки. Это была история про двух девочек, одна из которых была доброй и прилежной, а другая – ленивой и привередливой. Но всё равно спектакль захватил её с головой. А какие волшебные декорации! И многое смастерил её папа!

– Вот, смотри… Дом и забор, – тихо нашёптывал он ей во время представления. – И ещё во втором акте увидишь…

Лаура заворожённо смотрела на сцену. Она забыла обо всём на свете! Когда падчерица уронила веретено в колодец, и мачеха, обругав бедную девушку, заставила её прыгнуть за ним, Лаура от волнения искусала себе все ногти. И вот падчерица исчезла в колодце, а на сцене снова погас свет…

Несколько минут было совсем темно, а потом начался второй акт. Добрая падчерица с восхищением в глазах подошла к большим воротам. А невидимый хор тихо запел:

Используй все возможности с умом,

И всё происходящее вокруг мотай на ус.

В таинственные несколько часов

Откроешь ты от сотни тайн засов,

И многое увидишь ты иначе.

К добру иль не к добру – тебе решать задачу.

И вот ещё совет: чтоб боли избежать,

Ты сердце слушай, дай ему решать…

У Лауры пробежали мурашки по коже.

Что это? Она же знает эту песню! Но откуда?

Однако уже через мгновение она знала, откуда. Эта песня так была похожа на стихотворение, написанное на листке! Пусть не совсем слово в слово, но некоторые строчки совпадали полностью. Как такое может быть? Совершенно сбитая с толку, она посмотрела на папу, но его взгляд был прикован к сцене. Там падчерица уже попала в волшебный мир госпожи Метелицы. И Лаура тоже попала в совершенно другой, непонятный, почти безумный мир – только не на сцене, а тут, в зале. В голове её лихорадочно множились вопросы.

Папа знает эту песню? Он имеет какое-то отношение к стихотворению на листке? А может, он вообще сам его и написал? А потом спрятал с часами в потайном ящике секретера?

Лаура была в таком замешательстве, что её даже перестало интересовать происходящее на сцене. Спектакль был забыт. Неужели папа знает о том мире, в котором она оказалась в тот памятный день? Она крепко зажмурилась.

Этого просто не может быть! Не может! Он ведь не волшебник! И ни один нормальный кот не может разговаривать, хоть ты тресни!

Скорее всего, она сошла с ума…

В этот момент она почувствовала, как папа тихонько дёргает её за рукав.

– Глянь, вот эти ворота тоже построил я, – гордо прошептал он. – И большая печь в левом углу, видишь? Тоже моя.

– А ещё ты положил карманные часы в старый буфет, верно? – Лаура должна была проверить, ну а вдруг…

– Не понял, что я должен был сделать? Ты о чём? – рассеянно отозвался папа. Его взгляд был прикован к сцене, где прямо в этот момент раздалось громкое: «Девочка, девочка, вынь нас из печки, а то мы сгорим!», а из печки повалил густой белый, похожий на облако дым.

Пока падчерица отважно вынимала хлеба из печи, Лаура рискнула обернуться и окинуть взглядом задние ряды. И тут она снова увидела Ассхофа. Теперь он толкал инвалидное кресло в сторону выхода. Что случилось? Девочке стало скучно? Или, может, ей нужно в уборную?

Поняв, что ответы на эти вопросы она вряд ли получит, Лаура снова попыталась сосредоточиться на спектакле. Тем более на сцене происходило настоящее волшебство! И актёры, и режиссёр явно очень старались, чтобы зрители чувствовали себя, как в сказке. И им это удалось! Когда госпожа Метелица взбивала перины, с потолка в зал, словно маленькие парашютики, начали падать пушистые снежинки из ваты. А когда на падчерицу пролился дождь золотого цвета и она вся покрылась золотом, на публику с потолка посыпалось золотое конфетти. Это привело зрителей в восторг, и из зала послышалось восхищённое «Аааааах!!!!!».

– Я надеюсь, нас не будут поливать грязью, когда ленивица получит свою «награду», – улыбнулась Лаура и смахнула два золотых кружочка с папиного рукава.

Папа рассмеялся.

– Не волнуйся! Насколько я знаю, с потолка будут падать лишь серые ватные шарики.

Спектакль имел сказочный успех! Папа ни капли не преувеличил, Лаура была потрясена. Такого она не ожидала.

Когда они с папой, усталые от впечатлений, уже сидели в автобусе по дороге домой, Лауре задумалась:

– Знаешь, пап, я тут подумала. А ведь в сказках никто никогда не удивляется, когда сын или дочь, возвратившись домой, рассказывают о чём-то странном или волшебном, что с ними произошло, верно? В настоящей жизни их бы сразу отправили к психиатру.

Папа громко расхохотался.

– Да, тут ты, скорее всего, права!

– А если я тебе расскажу, что со мной неделю назад произошло нечто странное, ты мне поверишь?

– Ну, в зависимости от того, что ты мне расскажешь…

Лаура сделала глубокий вдох. Будь что будет.

– Ну… первое, что было странным, это то, что Самсон разговаривал.

– Вот тут поверю сразу и безоговорочно! – молниеносно ответил папа.

– Честно?

– Конечно! У кошек, знаешь ли, есть свой язык. И если с ними живёшь долгое время, то постепенно начинаешь понимать его. Например, ты точно знаешь, когда они голодны или когда хотят гулять…

– Но я вовсе не это имела в виду! – твёрдо произнесла Лаура. – Он НА САМОМ ДЕЛЕ мог разговаривать! По-человечески!

– О…

Лаура не поняла. Что это сейчас должно означать? Так папа ей верит или нет?

Но папа молчал, упёршись взглядом в затылок сидящего перед ним пассажира.

– Он действительно разговаривал, – упрямо повторила Лаура.

– Знаешь что? – папа повернулся к ней и хитро улыбнулся. – Когда он в следующий раз заговорит с тобой, сними это на камеру своего телефона, и мы выставим это видео на Ютуб! Как тебе идея?

Лаура крепко сжала губы и отвернулась, пытаясь скрыть горькое разочарование и не заплакать. Всё было бессмысленно. Ей так хотелось поговорить с кем-то о том, что с ней произошло! И папа был единственным человеком, кому она могла довериться. Но даже он, похоже, не воспринимал её всерьёз. Ей было так обидно, так горько, что за весь оставшийся путь она не сказала больше ни слова.

Когда они вышли из автобуса, папа пристально посмотрел на дочь.

– Ты обиделась на меня и поэтому молчишь?

– Нет! – соврала Лаура. – Я просто устала, и всё! И нет желания говорить.

– Глянь, это же майский жук! – папа показал в воздух. – Я их уже несколько раз видел в этом году! А ведь думал, они вымерли.

– Неинтересно, – буркнула Лаура. У неё было паршивое настроение, и она ничего не могла с этим поделать.

Дома её настроение ничуть не улучшилось. И, сухо отказавшись от ужина, она с делано равнодушным видом пошла к себе в комнату, захватив лишь бутылку воды.

Пусть папа сидит один! Её бесило, что он вёл себя с ней, как с неразумным, капризным ребёнком, которого надо просто отвлечь. «Детка, ну не сердись!» В эти игры пусть он играет сам! Как же ей хотелось сейчас собрать вещи и вернуться к маме… Но потом она подумала об Ассхофе, и злость затопила её с новой силой.

«Всё в моей жизни не так!» – подумала Лаура, с головой накрывшись одеялом.

Когда на следующее утро Лаура зашла на кухню, там никого не было. Она позвала папу, но ответа не последовало. На мгновение она жутко испугалась, а вдруг он собрал вещи и просто уехал? Но потом ей пришло в голову поискать его в мастерской.

Папа действительно был там. Он пытался разобрать какую-то сложную деревянную конструкцию. Приглядевшись, Лаура узнала в этой конструкции те сказочные ворота, которые она вчера видела на сцене.

– Ты что, украл их? – невольно вырвалось у неё.

– Ну, во-первых, с добрым утром, Лаура, – папа с трудом разогнулся и, тяжело дыша, вытер пот со лба. – Нет, ничего я не украл. Это была моя первая попытка, но ворота получились слишком большими для сцены. Вот я и подумал: а почему бы не установить их в нашем саду? А если высадить рядом бобовник, то вскоре они будут увиты золотым дождём. Это наверняка будет очень красиво. Как тебе идея?

– О да! – кивнула Лаура. – Давай помогу.

Ворота оказались насколько тяжёлыми и громоздкими, что даже вдвоём они с огромным трудом вытащили их в сад. С облегчением опустив свою ношу на траву, Лаура с отцом принялись искать подходящее место.

– Прямо под аркой я хотел бы поставить скамейку, – сказал папа, осматривая сад. – Кстати, ты её видела. Это та, над которой я вчера работал, когда ты приехала.

– Классная идея.

Наконец они выбрали укромное местечко между двумя кустами орешника. Для Лауры этот отдалённый уголок сада с детства был чем-то особенным, почти магическим. Он был её прибежищем. Когда Элиас становился совсем уж невыносимым или когда мама сердилась на неё, Лаура тихо сбегала сюда, пряталась в тени кустов и чувствовала себя в безопасности.

Внезапно из дома раздался телефонный звонок. Лаура хотела пойти и ответить, но папа остановил её.

– Оставь! Если это действительно важно, перезвонят. А нам есть чем заняться!

После долгих мучений они наконец подняли и установили тяжёлые ворота. Конечно, папе ещё предстояло как следует укрепить столбы, чтобы ворота не опрокинулись. Но это потом. Главное, ворота стояли!

– А теперь завтракать! Мы это заслужили! – потребовал папа.

Они снова сидели на террасе, и Лаура с сожалением думала, как же быстро летит время. Ещё пара часов, и ей придётся возвращаться к маме…

Телефон снова зазвонил. Папа поморщился.

– Видимо, это на самом деле важно. Пойду всё-таки отвечу.

Через несколько минут он вернулся на террасу. Лицо его выражало лёгкую озабоченность, но одновременно и радость.

– Это была Валерия. Она спросила, не могу ли я тебя оставить ещё на одну ночь. А завтра отвезти в школу. Ей нужно с самого утра к врачу… С Элиасом проблемы.

– Да! Да! Да! – Лаура ликовала. – Я могу остаться дольше! Ура! – Она готова была прыгать от счастья. – Но внезапно лицо её стало серьёзным. – А что с Элиасом?

– Как обычно, – коротко ответил папа. Его лицо по-прежнему было озабоченным.

– Хм…

Лаура подумала о брате. Какой бы он ни был и как бы он порой ни действовал ей на нервы, ей было жаль Элиаса. Наверняка ему и самому очень трудно. Это ведь кошмар, жить с таким хаосом в голове! Иногда он был таким милым, таким спокойным. И тогда они могли и играть вместе, и говорить обо всём. А потом в одно мгновение в него словно вселялся дикий зверь. И тогда страдали все вокруг. А самой Лауре вообще лучше было держаться от него подальше в такие моменты – её он мог и покалечить.

Лицо папы тем временем снова посветлело. Он улыбнулся дочери.

– У нас впереди длинный день! Ну, так чем мы займёмся?

– Давай пойдём в зоопарк? – с робкой надеждой предложила Лаура.

Вечером Лаура вернулась домой усталая, но счастливая. Они с папой провели в зоопарке целый день! Часами смотрели на обезьян, наблюдали за забавными сурикатами. И папа даже подарил ей шефство над новорождённой девочкой-сурикатиком! Малышку назвали Лаурой, в честь «крёстной». Лаура была на седьмом небе от счастья. Но в глубине души её терзали угрызения совести. Папа столько на неё потратил, а ведь она знала, что он еле сводит концы с концами.

Уже лёжа в постели, девочка внезапно подумала о часах. А что, если они из чистого золота? Имеет ли она право оставить себе такую дорогую вещь? Она так разнервничалась, что едва не вскочила с кровати с твёрдым намереньем спуститься к папе и рассказать ему о своей находке. Но что-то её удерживало. В голове, словно призраки, проносились последние строчки стихотворения:

А главное, чтоб не разбилось счастье,

Ты тайну никому не выдавай в веселье иль в ненастье…

«Я ему завтра расскажу про часы. Прямо за завтраком». Лаура снова улеглась и попыталась заснуть. Но уже через секунду вскочила и подошла к рюкзаку. А вдруг часы пропали? Но они были на месте, в том же боковом кармашке, куда она их положила.

Ладно.

Всё было в порядке. Теперь она могла спокойно лечь.

Одиннадцать часов…

Весь день Лаура тщетно пыталась не думать о восьмом дне. Но при всём желании ей это не удавалось. Даже вопреки зоопарку! Даже несмотря на обезьянок! Подобно назойливому насекомому, которое невозможно отогнать, эта мысль снова и снова возвращалась к Лауре и не давала ей покоя.

Ещё полчаса до полуночи.

Ещё десять минут.

Ещё две.

Ещё десять секунд.

Пять.

Две.

Одна.

Кровать словно покачнулась.

«Ничего не произошло!» – с облегчением подумала Лаура и спустила ноги с кровати. Но её ноги не почувствовали пола…

Прямо под ней зажёгся фонарик, и Лаура увидела маленькую фигурку, сидящую на нижней полке двухэтажной кровати. Фигурка пристально рассматривала свою ладошку.

Мерле.

Лаура боялась пошевелиться. Она была в шоке. Значит, это всё-таки произошло, несмотря на то что она не спала! Восьмиденье наступило. И она снова находилась в Замке Вечности, в комнате с двумя двухэтажными кроватями.

И, скорее всего, это будет происходить каждый раз, каждую ночь с воскресенья на понедельник.

Лаура не знала, смеяться ей или плакать. С одной стороны, это был совершенно другой, немножко безумный, но удивительно интересный мир. И ей так хотелось побольше узнать о нём, о мире восьмого дня! Но, с другой стороны, ей так же сильно хотелось поделиться своими впечатлениями хоть с кем-то. А рассказать было некому. И это приводило её в отчаяние.

– Тише, мой маленький мотылёк… – прошептала Мерле и ещё ниже наклонила голову к своей ладошке.

Лаура внимательнее присмотрелась и разглядела на её ладони бабочку. Бормотание Мерле стало совсем невнятным, но Лаура навострила уши, и ей удалось разобрать некоторые слова:

Ты закончил свой жизненный путь мотыльком,

Но смотри: если время обратится вспять,

Ты вернёшься в свой тёплый кокон

И снова сможешь гусеницей счастье попытать.

Чем это Мерле занимается? Неужели она действительно пытается повернуть время вспять?

Теперь Лаура увидела, наконец, откуда шёл свет. Это был телефон Мерле. Она повернула его так, чтобы он освещал её руку с бабочкой.

Мотылёк покачнулся и зашатался. Лаура затаила дыхание. Неужели Мерле удастся вернуть его в стадию куколки? Или даже превратить в гусеницу?

Но мотылёк внезапно вздрогнул, упал на спинку и теперь лежал на ладони абсолютно неподвижно.

– Ну что же это такое! – яростно прошипела Мерле.

Тут она наконец заметила Лауру, которая в ужасе наблюдала за происходящим. Мгновенно сбросив мёртвую бабочку на пол, Мерле одним махом вскочила с кровати и оказалась нос к носу с Лаурой. Её глаза с ненавистью смотрели на соседку.

– Только попробуй рассказать кому-то, что ты сейчас видела! – пальцы Мерле так крепко обхватили её кисть, что Лауре стало больно. Она чувствовала, какая неимоверная, почти безжалостная сила исходит от её соседки.

– Я… я ничего не видела! – соврала Лаура. Ей было не по себе от этого холодного, леденящего душу взгляда. – У тебя на руке сидела бабочка. Ну и что?

– Да тише ты! – осадила её Мерле. – Другим совершенно необязательно об этом знать. А если ты скажешь хоть слово, то горько об этом пожалеешь.

Лауру почти замутило от подступившего страха.

– Конечно. Я не скажу никому ни слова, обещаю.

Мерле медленно отпустила её руку и нагнулась, чтобы поднять лежащую на полу бабочку. Держа насекомое за крылья, она подошла к окну, распахнула его и выкинула мёртвого мотылька на улицу. Потом вернулась обратно в кровать, натянула одеяло до подбородка и выключила фонарик. Комната погрузилась в темноту.

Лаура тоже легла. Глядя во тьму, она отчаянно пыталась успокоиться. Но безуспешно. Слишком много вопросов, слишком много необъяснимого… Это мучило её. Так что же Мерле на самом деле сотворила? Это она своим заклинанием убила мотылька? Или это просто так совпало? Может, он уже сам умирал, когда она произносила эти слова?

Однако неоспоримым фактом было то, что она снова находилась в этом странном мире восьмого дня. И с этим ей надо было смириться. Своей попыткой не заснуть этой ночью она думала перехитрить судьбу. Но потусторонний мир дотянулся до неё и в бодрствующем состоянии и всё равно забрал её. И, скорее всего, эти переходы из одного мира в другой будут происходить постоянно, каждую неделю. Ей просто жизненно необходимо поскорее выяснить, как устроен этот странный мир и почему она сюда попала!

Но сейчас была глубокая ночь, а это не лучшее время для того, чтобы что-то выяснять. Здравый смысл подсказывал Лауре, что ей необходимо хоть пару часов поспать. Внезапно она почувствовала себя, как выжатый лимон. Это было ощущение какой-то обречённости. Она поняла, что сопротивляться судьбе бесполезно.

Лаура закрыла глаза и снова попыталась успокоиться. Но в её голове всё кружилось и гудело. Бесчисленные мысли, словно искры фейерверка, летали туда-сюда, хаотичные воспоминания мгновенно появлялись и так же мгновенно исчезали. Она думала об Элиасе и своих родителях, о спектакле и об Эми, которая вчера утром сломалась. Даже Ассхоф коротко всплыл в её мыслях: с ехидной улыбкой на губах он направлялся к ней. Пытаясь сбежать от него, она оказалась в папином саду, который почему-то был гораздо больше, чем на самом деле. Она бежала, бежала, бежала, пока в изнеможении не опустилась на скамейку возле ворот, увитых золотым дождём…

Когда Лаура проснулась, было уже совсем светло. В комнате царил утренний хаос, атмосфера была наполнена суетой и раздражением.

Из ванной вышла Ширин, завёрнутая в полотенце и с мокрыми волосами.

– Ну наконец, – вскипела Мерле. Она вскочила и, намеренно задев Ширин локтем, ворвалась в ванную, громко хлопнув дверью.

Анук сидела на стуле и красила ногти на ногах.

– Осторожно! Смотри, куда идёшь! – раздражённо фыркнула она, когда Ширин проходила мимо.

– Я и смотрю, – Ширин подошла к окну, открыла его и высунула голову наружу.

Сначала Лаура не заметила ничего необычного, но уже через несколько секунд она почувствовала, как из окна дует тёплый ветер. Он был похож на фен, только почти бесшумный. Ширин, похоже, и использовала его как фен. Поворачивая голову туда-сюда, она проводила руками по своим длинным волосам, словно проветривая их. А вокруг её головы весело порхал яркий нарядный мотылёк.

Лаура сначала уселась на кровати, а потом осторожно соскользнула вниз.

– С добрым утром! – Ширин приветливо улыбнулась.

– С добрым утром! – ответила Лаура.

Со стороны Анук послышалось лишь невнятное бормотание. Она сидела, вытянув ноги, и осторожно шевелила пальцами.

– У тебя не найдётся немножко тёплого воздуха для меня? Этот дурацкий лак всё никак не высохнет!

– Секунду! – Ширин повернулась к Лауре: – Если хочешь в ванную, придётся подождать. Там сейчас Мерле.

– Ладно. – Лаура достала из-под кровати свой чемодан (он ещё не был разобран до конца) и начала искать, что надеть. В конце концов она остановила свой выбор на чёрных легинсах и скромной тёмно-синей майке.

Тем временем Ширин закончила сушить голову и занялась Анук. Точнее, её ногтями. Лаура заворожённо смотрела, как она сделала быстрое движение рукой, и тут же непонятно откуда подул тёплый воздух. Он дул в сторону Анук, и уже через мгновение её лак полностью высох.

Как такое может быть? Каким образом Ширин удаётся просто так из ниоткуда наколдовать ветер, к тому же тёплый?

Пёстрая бабочка, сидевшая всё это время у Ширин на плече, сейчас взлетела и уселась под самым потолком.

Лаура смущённо покашляла.

– Слушай, как ты это делаешь?

– Ай, ерунда! – Ширин рассмеялась и принялась заплетать свои густые волосы. – Мне достаточно лишь представить в голове этот ветер, и он тут же появляется.

– Ширин на самом деле очень талантливая, – с уважением произнесла Анук. – Спасибо тебе! – Её ногти, по-видимому, совсем высохли – она как раз натягивала зелёные носочки.

В дверях ванной появилась Мерле с тем же раздражённым выражением лица, что и раньше.

– Фен? – заботливо предложила Ширин.

– Оставь, – Мерле грубо отмахнулась. – Хватит постоянно тыкать мне в нос своими талантами!

– Я ничего не тыкаю… Я просто хотела помочь, – Ширин обиженно опустила голову.

– Мои волосы прекрасно высохнут и без твоей помощи! – с этими словами Мерле повернулась спиной к Ширин, плюхнулась на стул и принялась сушить голову полотенцем.

Лаура с облегчением прошмыгнула в ванную. Ей хотелось сбежать от Мерле, от её грубости и побыть одной. Она разделась и с наслаждением встала под душ-хобот. Тёплые, мягкие, живительные струи воды потекли по телу, словно наполняя его новой энергией. От удовольствия Лаура закрыла глаза, и внезапно ей показалось, что она чувствует магию этого места, магию Замка Вечности! Вот именно сейчас! Может, и она обладает какими-то скрытыми волшебными силами, о которых до сих пор не подозревала?

Выйдя из душа, она подошла к зеркалу. Оттуда на неё смотрела шестилетняя Лаура. Лаура широко улыбнулась, и отражение сделало то же самое, обнажив при этом дырочку от выпавшего переднего зуба.

Лаура взяла расчёску и начала осторожно продираться сквозь свои мокрые рыжие волосы, пытаясь распутать их. Каждое мытьё головы сопровождалось такой адской работой… ну а что делать, если у тебя от природы вьются волосы? Её отражение в зеркале полностью повторяло все движения. Это было так забавно – наблюдать, как маленькая Лаура воюет с волосами и при этом корчит смешные гримасы.

Вернувшись в комнату, она обнаружила, что соседки уже умчались. Как же обидно, ей сейчас совсем не помешал бы фен Ширин! Но Ширин не было, и Лауре пришлось сушить непослушные волосы полотенцем. А это длилось так же долго, как и в нормальном мире.

– Вот тебе и магия… – недовольно пробурчала она, одеваясь и натягивая свои розовые туфли, которые тут же выгнали её из комнаты и помчали к лестнице.

Волшебные джунгли

Туфли привели Лауру во внутренний двор. Все столики были заняты, и ей показалось, что она пришла последней. Через пару минут ей удалось найти свой столик, за которым уже сидели Ширин, Мерле и Анук. Не успела Лаура опуститься на стул, как к столику уже подлетела фея-официантка и буквально швырнула Лауре под нос её завтрак. На тарелке лежали два прекрасных шоколадных круассана, правда слишком тёмных, словно их передержали в печи.

– Так, это ещё что такое было? – Лаура в недоумении уставилась на фею, которая с сердитой миной стремительно умчалась в сторону одной из башен.

– Наши феи слишком бурно провели ночь. У одной из них скоро свадьба, вот они и устроили девичник. И похоже, праздник несколько затянулся, – пояснила Ширин.

Лаура с недоверием посмотрела на подругу. Может, та шутит?

– Эээ… А что, есть ещё феи-мужчины?

– Конечно, – ответила Ширин. – Они поддерживают порядок в нашем парке.

– А… эм… – Лаура чувствовала себя крайне неловко. Она, оказывается, до сих пор почти ничего не знает об этом мире. – А феи-малыши тоже существуют?

– Да, есть и малыши, – на сей раз ей ответила Анук. – И они такие милые, когда только-только вылупились из яиц!

Из яиц.

Лаура сглотнула. Какой же это всё-таки причудливый мир! Как же ей хочется хоть разок увидеть такого новорождённого, или, точнее, нововылупленного, малыша!

– Если тебе не нравятся твои круассаны, я возьму их, – предложила Ширин, не отрывая взгляд от тарелки. – И ничего, что они слишком тёмные. Их просто немного передержали в печи, но всё же не сожгли до конца. Есть вполне можно!

– Ширин хочет сказать, что их вполне можно есть без риска для жизни, – с издёвкой пояснила Мерле.

– Конечно, держи один, – Лаура протянула Ширин тарелку. – Я всё равно не голодна.

Она встала из-за стола и направилась к зонтику-грибу.

– Ежевичный сок! – громко заказала она, приставив чашку к крану.

К её великому изумлению, туда полилась не ярко-бордовая ароматная жидкость, а какао.

– Ла-а-адно, – пробормотала Лаура, возвращаясь со своим какао обратно за столик. Может, она недостаточно отчётливо произнесла заказ?

– Не волнуйся, – Ширин явно угадала её мысли. – У нас у всех сегодня какао. Ничего другого нет.

Напиток выглядел очень аппетитно, но, сделав первый глоток, Лаура чуть не выплюнула всё обратно в чашку.

– Какая гадость! Молоко скисло!

– Да, – подтвердила Ширин, с сочувствием глядя на Лауру. – Это прокисшее молоко. Они действительно слишком долго и буйно праздновали сегодня ночью. Ну да ладно. У меня в комнате есть вода, можешь взять себе одну бутылку. И к тому же в залах на первом этаже можно найти питьевые фонтанчики. В каждой башне.

– А, поняла. Спасибо! – Лаура откусила кусочек круассана. Интересно, а как феи вообще празднуют? Как люди?

Внезапно сильный порыв ветра взлохматил её волосы, а с неба упало несколько крупных капель. Лаура подняла глаза и увидела, что небо затягивается тёмными грозовыми тучами.

– Это не я! Честно! Я тут ни при чём! – воскликнула Ширин и подняла обе руки, словно защищаясь от обвинений.

– Ты перед этим наколдовала ветер, – Лаура пристально посмотрела на неё. Она просто должна, наконец, узнать, что происходит! – Ты можешь управлять погодой?

Ширин кивнула.

– Во всяком случае, немножко. Но я должна ещё много тренироваться.

– Ну, тогда давай, разгони эти тучи! – Анук с раздражением посмотрела на небо. – У меня нет ни малейшего желания мокнуть под дождём.

– Ты прекрасно знаешь, что растениям необходим дождь, – твёрдо возразила Ширин. – Иначе они засохнут и погибнут.

– Да ну, ничего с ними не случится, если дождь пойдёт чуть позже! – подала голос Мерле. – У меня тоже нет ни малейшего желания возвращаться в комнату и переодеваться!

– Ну ладно, я попробую, – Ширин подняла глаза к небу. Потом сцепила пальцы и развела руки так, словно открывала невидимую раздвижную дверь. Среди туч действительно образовался маленький пробел, в котором мелькнуло ясное голубое небо. Но лишь на несколько секунд. Потом всё снова затянулось.

Ширин пожала плечами.

– Я же говорила, мне ещё учиться и учиться.

– Ничего страшного, ты обязательно справишься! – Анук с ободрением похлопала Ширин по плечу. – Знаешь, у меня тоже вначале ничего не получалось. И прошла целая вечность, прежде чем я смогла приподняться над землёй хотя бы на пару сантиметров!

– А я вообще пока что не знаю, какой у меня талант, – угрюмо процедила Мерле. Она сделала глоток из своей чашки, но тут же с отвращением выплюнула. – Тьфу, чёрт возьми, какая мерзость! Эту дрянь невозможно пить!

– Может, среди нас есть кто-то, кто может исправить дело? – хитро спросила Анук.

Три пары глаз с надеждой уставились на Лауру.

– Ой, нет! – тут же начала отбиваться она. – Вы что, всерьёз считаете, что я могу сделать прокисшее молоко снова непрокисшим?

– А вдруг это твой дар? – предположила Ширин. – Превращать испорченные продукты в съедобные. Лаура, ты, кстати, тоже можешь попробовать!

– Я наверняка не смогу, – Лаура колебалась.

– Пробуй! Немедленно! – потребовала Анук.

– Как? – Лаура была в замешательстве.

– Сконцентрируйся на чашке. И представь, что в ней вкусное какао. Выключи все остальные мысли, думай только о вкусном какао! И пусть твоя энергия течёт в чашку.

– Ладно.

Лаура попыталась сконцентрироваться. Её пристальный взгляд был направлен на чашку. Там должно оказаться вкусное густое какао. Сладкое, со вкусом сливочного шоколада. Такое, каким его всегда делал папа. Лаура представила себе поток энергии, плавно перетекающий из её сердца в чашку. Она инстинктивно задержала дыхание… Так прошло несколько секунд. Дольше оставаться без воздуха она не могла. Оторвав взгляд от чашки, Лаура перевела дыхание.

– Ну и? Получилось? – Ширин с нетерпением смотрела на неё.

– Без понятия, – честно ответила Лаура, взяла чашку и снова попробовала злополучное какао.

По-прежнему кислое! Какао было таким же отвратительным на вкус, как и прежде. Если даже не хуже.

– Отбой, – Лаура покачала головой.

– У меня также, – с мрачным лицом проворчала Мерле.

Ширин ободряюще погладила её по руке.

– Не переживай, ты ещё найдёшь свой дар. Обязательно.

«Почему я не могу отделаться от ощущения, что Мерле лжёт?» – подумала Лаура. То, что она видела сегодня ночью, никак не выходило у неё из головы. Мерле ведь на самом деле пыталась повлиять на время и отмотать его обратно! Может, она втайне надеялась, что это её дар?

– А как я узнаю, к чему у меня способности?

– Именно для этого ты тут и находишься. Чтобы узнать, где проявится твой дар, – пояснила Ширин. – В этой школе никто не требует от тебя высоких результатов по всем предметам. Главное тут – это найти себя, найти то, к чему у тебя лежит душа!

– А когда ты, наконец, найдёшь свой талант, тебе придётся долго и упорно трудиться! – дополнила Анук.

– А если ты понятия не имеешь, где твой талант, то ты можешь упражняться и упражняться, пока не рехнёшься окончательно! – зло передразнила её Мерле.

– Не нужно срывать на мне своё плохое настроение, – спокойно произнесла Анук.

Мерле резко вскочила с горящими от ярости глазами, потом молча развернулась и помчалась ко входу в одну из башен.

Лаура в недоумении посмотрела ей вслед. Мерле ушла, хотя официально завтрак ещё не закончился. То есть она делает что хочет, невзирая на правила? И почему её неоновые туфли не помешали ей? Или она была сильнее той магии, которая была заложена в них?

– Как она смогла уйти, несмотря на туфли? – Лаура повернулась к девочкам.

– Ой, туфли – это лишь небольшая помощь, – отмахнулась Ширин. – Они просто показывают нам, куда идти. Ведь в таком огромном замке можно запросто заблудиться. А идти ты можешь куда твоей душе угодно. Для этого необходимо лишь немного силы воли.

Лаура молча кивнула. Ей снова стало неловко: ведь она позволила этим дурацким туфлям командовать ею! Она возмущённо посмотрела на свои ноги. А туфли, которые явно прочли её мысли, гневно завибрировали. Как же ей сейчас хотелось швырнуть их куда-нибудь подальше! Но она взяла себя в руки.

– Что у нас сегодня на повестке дня? – делано спокойным тоном спросила она.

– Сейчас будет наука о растениях, – ответила Ширин, вытирая остатки шоколада с уголков губ. – Её ведёт магистр Элиза. В этом предмете я, к сожалению, полный ноль. Садовод из меня никудышный…

– А ведь ты могла бы сделать столько хорошего для растений! – вмешалась Анук. – Ты могла бы заботиться о том, чтобы они получали достаточно солнца или дождя! Чтобы им было уютно, тепло, комфортно! Хотя когда я вспоминаю твои последние тюльпаны… Ох.

– Ой, вот только не напоминай мне об этом кошмаре! – Ширин скорчила гримасу.

Обе девочки посмотрели друг на друга и расхохотались.

«Анук, оказывается, очень даже славная», – подумала Лаура. И вслух спросила:

– Анук, а ты как сюда попала? Ты тоже нашла карманные часы?

– Ха! Анук чуть не арестовали! Верно? – Ширин улыбнулась и с хитрым видом ткнула подругу локтем в бок.

Анук кивнула.

– Ага! И всё из-за Максика!

– Это её маленькая обезьянка! – пояснила Ширин.

– Моя маленькая серебристая игрунка! – уточнила Анук. – Мой дядя работает в зоопарке. И там одна из обезьян отказалась от своего детёныша. Вот мы с мамой и выкормили его из бутылочки. – Она тяжело вздохнула. – Раньше Максик был таким милым, таким воспитанным. Мы с ним часто гуляли вместе, и он спокойно сидел у меня на плече. Это было просто супер! Но потом он, к сожалению, начал воровать.

– И однажды во время прогулки он стащил из кармана пиджака одного господина карманные часы, – вмешалась Ширин, которая явно знала эту историю.

– А ведь я ничего не заметила! – перехватила рассказ Анук. – Максик просто запихал часы в мою сумочку. И обнаружила я их только дома. Но тот господин запомнил Максика и начал расспрашивать всех вокруг, кто тут держит маленькую обезьянку. И, разумеется, он вскоре нашёл нас. В общем, он просто позвонил к нам в дверь и устроил громадный скандал. Даже обвинил меня в том, что я специально выдрессировала Максика, чтобы он обворовывал людей.

– Что, разумеется, полнейшая ерунда! – поддержала её Ширин.

– Папа вынужден был заплатить этому негодяю 500 евро, чтобы тот не пошёл в полицию, – продолжила Анук. – А часы так и остались у меня, от них он наотрез отказался.

– 500 евро, ничего себе… – прошептала Лаура. – А теперь дай угадаю: не успели часы попасть к тебе, как ты узнала про восьмиденье?

Анук кивнула.

– И снова всё случилось из-за Максика. В ту ночь он сбежал из квартиры и забрался на крышу. Ну я и пошла искать его. Вылезла через окно, балансируя, прошла по карнизу. А потом вскарабкалась по черепице на самый верх.

Лаура слушала, затаив дыхание.

– Не волнуйся, я прекрасно лазаю по крышам, – успокоила её Анук. – В нормальной жизни я занимаюсь паркуром.

Лаура несколько раз натыкалась на фильмы о паркуре в интернете, в которых люди в бешеном темпе бегали по городу, карабкались на стены, преодолевали всевозможные препятствия, прыгали, кувыркались…

– К сожалению, той ночью ударил мороз, и крыша частично обледенела. И только я собиралась схватить Максика, как поскользнулась и полетела вниз… – Анук сделала паузу.

– А что потом? – еле слышно спросила Лаура.

– А потом я мягко приземлилась на мат, – Анук рассмеялась. – Вокруг была кромешная тьма. Но уже через несколько секунд зажёгся свет, и в зал вошла магистр Элиза. Это был, кстати, именно тот зал, в котором мы учились парить. Представляю, какое у меня было лицо, когда она представилась и рассказала мне, что я нахожусь в Замке Вечности!

– Ты, наверное, была в шоке, – предположила Лаура.

– Ну, в каком-то смысле да. Хотя, конечно, я была счастлива, что не сломала шею…

– А что случилось с Максиком?

– Он проскользнул сюда вместе со мной, – ответила Анук. – Я думаю, для него этот замок настоящий рай. Во всяком случае, в комнате он появляется крайне редко. Видимо, по мне он не особо скучает. Но если ты почувствуешь, что тебя кто-то дёргает за волосы, знай – это наверняка Максик!

– Мой Самсон тоже почти не появляется, – расстроено заметила Лаура, но потом с любопытством посмотрела на девочек. – Разве это не странно, что каждая из нас захватила с собой своего питомца? А что с Мерле? У неё тоже есть какое-то животное?

Анук сделала глубокий вдох.

– Да. Белая крыса по имени Брут.

Вернувшись после завтрака к себе в комнату (по дороге она несколько раз пыталась перехитрить розовые туфли, но закончилось это почти плачевно – два раза она споткнулась и чуть не упала), Лаура обнаружила перед дверью четыре пары резиновых сапог.

– Ага, ну что я говорила! – Анук всплеснула руками. – Сегодня явно будет очень грязно.

– Господи, как же я это ненавижу! – подхватила Ширин. – Нам наверняка придётся шастать по болотам, а магистр Элиза будет долго рассказывать, где растут разновидности болотных кувшинок. Ну или типа того.

– Назойливые мухи! – Анук продолжала пророчествовать. – Кусачие комары, противные жабы! И змеи!

– И главное, не забудь про аллигаторов! – дополнила Ширин, и обе девочки покатились со смеху.

Лаура с кислой улыбкой переводила взгляд с одной на другую. Шутки шутками, но в этом мире можно было рассчитывать на любую неожиданность. Ещё свежа была в памяти её первая переправа через озеро на спине у лебедя. И ужасная рука, которая пыталась ухватить её за ногу. И острые зубы лебедя, который встал на её защиту. Так почему бы тут не быть и аллигаторам, если даже малыши фей появляются из яиц…

Но она решительно отогнала эти неприятные мысли. Будь что будет. Следуя примеру соседок, Лаура натянула резиновые сапоги и дождевой плащ. Сапоги явно не обладали той магической навигационной системой, какой обладали туфли, поэтому она была рада, что девочки знали, куда идти.

За всё это время Мерле не произнесла ни слова. Лаура то и дело незаметно поглядывала на неё. Похоже, Мерле была очень сложным и ранимым человеком, с которым надо было обращаться, как с фарфоровой куклой. «Прямо, как Элиас», – подумала Лаура. Интересно, куда Мерле спрятала свою крысу?

Вместе они снова прошли во двор, потом вышли за ворота и некоторое время шли вдоль берега. Там, у самого моста – он как раз появился – их ждала магистр Элиза, тоже в полной экипировке. Однако её дождевой плащ не был таким скучным, как у девочек. Он сиял и переливался всеми цветами радуги, точно так же, как и её сапожки. У неё поистине экстравагантный вкус, с восхищением отметила про себя Лаура.

– Очень рада вас видеть! – улыбаясь, произнесла магистр. – Конечно, погода может показаться вам не самой приятной, но для наших планов она просто идеальна! Нам необходима высокая влажность. Ведь мы хотим увидеть, как цветёт болотная королева! Это потрясающее зрелище, которое должен увидеть каждый хоть раз в жизни.

– Пока вас не съел аллигатор, – с серьёзнейшей миной произнесла Анук.

Несколько девочек рассмеялись, но магистра не обратила на это внимания.

– Следуйте за мной! – приказала она.

Гуськом они перешли через мост. Деревянный настил поскрипывал под ногами. Лаура с тревогой вглядывалась в тёмную гладь озера. Из-за проливного дождя обычно неподвижная поверхность выглядела беспокойной, почти бурлящей. Временами на глаза попадались ветки папоротника, а пару раз из воды выпрыгивали серебристые рыбки. Лаура с облегчением вздохнула, когда они наконец оказались на другом берегу. Целыми и невредимыми…

Её нисколько бы не удивило, если бы из тёмной воды высунулась голова древнего динозавра. И она вполне могла себе представить, что тут водятся чудовища, вроде того из озера Лох-Несс.

Добро пожаловать в Замок Вечности, Несси!

Усыпанная гравием дорожка, по которой их вела магистр Элиза, вначале была достаточно широкой и удобной. Но вскоре они вышли на узкую лесную тропинку, прятавшуюся в густой высокой траве. Видимо, на этом месте феи-садовники прекращали свою деятельность, здесь начинались настоящие дикие джунгли. Трава была настолько высокой, что доходила Лауре до пояса. А бурно цветущие растения наверняка никогда не видели садовых ножниц.

Густая листва почти не пропускала дневного света, а сама дорожка становилась всё более грязной и болотистой. Каждый шаг давался Лауре с трудом, она чувствовала, как мягкая земля проваливается у неё под ногами. С листьев падали дождевые капли, и, несмотря на длинный плащ, Лаура вскоре почувствовала, что её легинсы совершенно промокли. Бррр… Неужели этот поход был так необходим? Неужели королева болот на самом деле так прекрасна, что ради неё стоит так мучиться?

Время от времени магистр Элиза останавливалась и вслушивалась в звуки леса.

– Послушайте! – она тихо обратилась к девочкам. – Это пеночка-теньковка! – Вся группа остановилась и прислушалась. Робкая, пугливая птичка не показывалась на глаза, но Лаура узнала её пение. Ведь она много раз слышала её у папы в саду. Ну хоть что-то родное в этом необычном, перевёрнутом мире!

Тропинка становилась всё более непроходимой. Как-то, случайно соскользнув с дорожки, Лаура так глубоко провалилась ногой в мокрую землю, что лишь с огромным трудом смогла вытащить её обратно. Не намного лучше обстояли дела и у других девочек. Мерле, которая шла прямо за ней, тоже поскользнулась и потеряла равновесие. Ей пришлось вцепиться в Лауру, чтобы удержаться на ногах и не упасть плашмя в грязь.

– Спасибо, – не глядя на свою спасительницу, пробормотала она.

«Ну наконец заговорила!» – промелькнуло у Лауры в голове.

– А ты уже была тут? – Лаура судорожно искала тему для разговора, чтобы Мерле вновь не закрылась.

– Нет, никогда. Мне эта дорога так же незнакома, как и тебе, – ответила Мерле.

– Тут всё так странно, даже дико… Я вообще ничего не понимаю, – Лаура жалобно посмотрела на Мерле.

– Тут ты не одинока, – прошептала Мерле. – Я себя чувствую так же.

– Как ты сюда попала? – неуверенно спросила Лаура. А вдруг Мерле снова огрызнётся? – Может, расскажешь?

Но Мерле лишь вздохнула.

– Это совершенно нелепая история. Тебе действительно интересно?

– Конечно!

– Я выросла в приюте. Вернее, в нескольких. Родителей своих я никогда не видела. Только знаю, что моя мать отдала меня сразу после рождения. Время от времени я жила у приёмных родителей, но заканчивалось это всегда плачевно. Меня каждый раз отдавали обратно, я не подходила. Я была слишком сложным ребёнком, но кому это интересно…

Лаура молча слушала, в глазах её было сочувствие.

– Сами приюты были реальным адом. Я постоянно сбегала, но полиция каждый раз возвращала меня обратно. Кроме последнего побега. Вот тогда они меня не поймали!

– Где ты спряталась?

– Ну, со временем я поумнела и набралась опыта. Я прекрасно знала, где полиция будет искать меня в первую очередь, и держалась от этих мест подальше. Чтобы меня не нашли, я ночевала под мостом, в туннелях метро или в парках. Я просила милостыню и воровала, чтобы у меня было что поесть. Я тебя шокирую?

– Да. Нет. Не знаю… – Лаура чувствовала себя неловко. – Ты ведь наверняка делала всё это не от хорошей жизни.

– Разумеется, нет, – Мерле коротко перевела дыхание. – По счастливой случайности я познакомилась с одной девочкой. Её звали Мона. Ей было шестнадцать, и она уже прекрасно знала, как выживать на улице. Она меня научила многим хитростям, а ещё показала, где лучше всего прятаться. К сожалению, её вскоре задержала полиция, и я снова осталась одна. Вернее, не совсем одна. Со мной был Брут, Монина ручная крыса. Я обещала Моне позаботиться о нём, если с ней что-то случится.

– И что было дальше? Как ты жила без Моны?

– Перебивалась как могла… Короче говоря, однажды я украла рюкзак у одного типа. Он уснул на скамейке в парке.

Лаура вздрогнула. Она до сих пор не могла свыкнуться с мыслью, что Мерле была воровкой.

– А дальше?

– Я нашла в рюкзаке несколько евро и золотые карманные часы. Мне стало стыдно. Ведь до сих пор я воровала лишь по мелочам, просто чтобы не умереть с голоду. А часы… они были слишком дорогие. Я твёрдо решила положить их обратно в рюкзак и вернуть его. Но когда я вернулась к скамейке, мужчины там уже не было. Я только собралась сесть на скамейку, как Брут вырвался у меня из рук и помчался прочь. Я побежала за ним, ведь его могла поймать какая-то бродячая кошка. Обнаружила я его у маленького пруда. Он сидел на задних лапках, словно ждал меня. А изо рта у него торчал лоскуток пёстрой ткани…

Лаура слушала, затаив дыхание. Она не могла дождаться развязки.

– И?

– И тут появилась магистр Элиза. Вернее, тогда я ещё не знала, кто это. Она выглядела очень недовольной, ведь Брут погрыз её юбку. Потом мы разговорились, и тут я заметила, как маленький пруд начал превращаться в огромное тёмное озеро, посреди которого был остров с огромным замком.

– Замок Вечности!

– Ну да! Магистр приказала мне следовать за ней, и мы перешли через мост. Представляешь, всё это время я думала, что это из-за порванной юбки. Поэтому я и не сразу сообразила, когда она начала мне рассказывать, что вообще-то это школа, и что тут я могу попытаться найти свой талант.

– А с Брутом что?

– Я должна была пообещать магистру, что буду внимательно следить за ним, – тут Мерле рассмеялась. – Но он настоящий беглец-виртуоз. Прямо как я. Он постоянно прогрызает себе ходы и сбегает на волю. Правда, потом он всегда возвращается ко мне. Кстати, с его помощью я изучила весь замок! – Тут Мерле придержала Лауру и чуть отвела её в сторонку. – Если хочешь, я устрою тебе сегодня ночью маленькую экскурсию. Я проведу тебя в те части замка, которые тебе никогда не покажет ни один учитель, – прошептала она ей на ухо.

Сердце Лауры бешено забилось. Ночная прогулка по замку – это ведь так увлекательно, хоть и рискованно! Она с радостью кивнула.

– Супер! Конечно, хочу!

Тем временем местность становилась всё более болотистой. Даже птицы, казалось, кричали гораздо громче обычного.

Время от времени магистр останавливалась и поясняла, чьи голоса звучат в воздухе. Но теперь она называла птиц, о которых Лаура в жизни ничего не слышала…

Что это ещё за зеленоротая муходушка? Или длиннохвостая полярная медвежатка? Или безголовый козлоростель? «Какие странные названия», – думала Лаура. Она вовсе не горела желанием встретиться с кем-то из них. Кто знает, что это за чудища…

– А это шершавоногий ядовитый дуб! – магистр подошла к огромному, выше её ростом, растению. Исполинские листья серебристо переливались, а их внутренняя сторона была утыкана громадными шипами. «Наверняка, с палец величиной!» – с ужасом подумала Лаура.

– Будьте осторожны, когда касаетесь его! – с этими словами магистр осторожно прикоснулась к длинному стеблю указательным пальцем. Тотчас растение наклонилось в её сторону и громко и хрипло раскашлялось, напоминая старого астматика.

– Его листья, однако, очень полезны. Их собирают, сушат и перемалывают в порошок, – продолжила магистр Элиза. – А потом из этого порошка делают мазь, которая прекрасно помогает при растяжениях и боли в суставах.

Группа продолжила свой путь. Воздух был уже настолько насыщен влагой, что Лаура даже не могла разобрать, дождь это или просто мокрый воздух. Ей было тяжело дышать. А тут ещё эти непонятные запахи вокруг… И далеко не все были приятными. Лауре казалось, что они, как цемент, вливаются в её лёгкие, в которых и так не хватало кислорода, и застывают там.

– Похоже, мне нужен противогаз, – у неё над ухом раздался задыхающийся голос Мерле. Видимо, ей было так же плохо.

Наконец они подошли к цели. Перед их глазами предстало маленькое болотистое озеро. Берега его поросли камышом и рогозом, чьи зелёные початки нежно светились изнутри.

– Биолюминесценция, – пояснила магистр Элиза. – Ночью эти початки сияют ещё ярче. Их уже пытались использовать как свечки, но, к сожалению, они теряют почти всю свою силу, как только их срываешь. – Она достала из внутреннего кармана плаща бамбуковую флейту. – А теперь внимание!

Она поднесла флейту к губам и заиграла простую мелодию. Через несколько секунд вода в пруду словно закипела. Она пошла крупными пузырями: блубб, блубб, блубб… И вот из воды показались длинные листья, словно какое-то растение вытянуло ручки вверх. Потом вслед за «руками» показался стебель, конец которого украшал огромный бутон.

Магистр продолжала играть, ни на секунду не останавливаясь. И как у неё только хватает воздуха, поразилась Лаура. Особенно тут, на болоте, где и так нечем дышать!

Бутон начал постепенно раздуваться. Внезапно его чашечка раскрылась зелёными листиками, обнажив ярко-жёлтый мячик, который, казалось, состоял из смятых цветочных лепестков. А пока они расправлялись, над бутоном кружились и порхали яркие пёстрые бабочки, появившиеся словно из ниоткуда. И наконец перед глазами изумлённых девочек предстал невероятной красоты цветок…

Он был величиной с футбольный мяч и источал свежий чарующий аромат. Аромат приключений, дальних стран, островов с пальмами и белым нежным песком, аромат моря… Лаура ещё в жизни не испытывала такого ощущения счастья! В эту секунду она была убеждена, что все её мечты сбудутся и что на свете нет ничего невозможного!

Тем временем магистр перестала играть. Настало время возвращаться. Девочки всё ещё заворожённо смотрели на королеву болот, не в силах оторвать глаз от такой волшебной красоты.

Оклик магистра вызвал раздражённые вздохи и ворчание, ведь девочки понимали, что им предстоял такой же тяжёлый путь назад, какой они преодолели по дороге сюда. Некоторое время все шли молча. И лишь когда они отошли на достаточно большое расстояние от пруда, магистр Элиза заговорила.

– Аромат королевы очаровывает, дарит ощущение счастья. Он такой соблазнительный, что от него трудно оторваться… Но если вдыхать его слишком долго, то можно потерять рассудок, – она очень серьёзно посмотрела на девочек. – И с магией точно так же. Если использовать её слишком часто, она рано или поздно получает неограниченную власть над человеком и становится опасной.

Несколько секунд стояла полная тишина, никто даже не смел пошевелиться. Но потом лицо магистра смягчилось, и она ободрительно улыбнулась девочкам.

– А теперь мы возвращаемся в замок, – решительно скомандовала она.

Лаура вздохнула с облегчением, когда полчаса спустя они покинули джунгли и она снова увидела родной парк. Дождь ещё не прекратился, но теперь он уже не лил, а лишь слабо моросил, окутывая воздух и окрестности серой вуалью.

Лаура заметила, что Ширин немножко отстала. Теперь она медленно шла в самом конце группы и пристально смотрела на небо. Её лицо приняло сосредоточенное выражение, а руками она сделала уже знакомое Лауре движение, словно хотела открыть раздвижную дверь. Через несколько секунд густая пелена облаков начала рассеиваться, а ещё через мгновение сквозь неё пробились яркие лучи солнца, и дождь прекратился. Лицо Ширин осветила довольная улыбка.

Кроме Лауры и Мерле, никто не заметил, что произошло. Лаура была просто восхищена. Вот бы и ей так уметь! Или, может, лучше уметь летать, как Анук? Она вынуждена была признаться самой себе, что немножко завидовала девочкам и их талантам…

Когда они подошли к озеру, моста уже не было. Магистр несколько раз хлопнула в ладоши и громко произнесла какие-то слова на непонятном языке. Но ничего не произошло.

– Ну, что поделать, значит, придётся ждать, – с недовольным видом сказала она. – Как бы я ни злилась из-за потерянного времени.

«А вот сейчас она выглядит в точности как мама!» – пронеслось в голове у Лауры. Суровая складка меж бровей, поджатые губы – ну прямо всё, как у мамы.

Некоторые девочки уселись прямо на землю, хоть трава была ещё мокрой от дождя. Они так устали и так вымокли, что им было уже всё равно.

Анук стояла на краю берега и задумчиво смотрела на озеро. К ней незаметно подошла Мерле. Лаура услышала, как она тихо спросила:

– Хочешь попробовать пройти по воде?

– Ну да, что-то в этом роде, – Анук нервно захихикала. – Но мне, наверное, ещё рановато. Даже если мне удастся преодолеть несколько метров, кто знает, насколько хватит моей энергии. А вдруг она закончится на середине озера, и я просто бухнусь в воду?

– И тогда тебя схватит злой водяной и утянет в своё ужасное царство! – Мерле насмешливо фыркнула.

– Никогда не шути над этим! – Анук с укором посмотрела на неё.

Мысли Лауры вернулись к уроку искусства движения. Может, попытаться ещё раз? А вдруг сейчас у неё получится приподняться хоть на несколько сантиметров? Итак, надо успокоиться и сосредоточиться. Глубоко дыша, Лаура закрыла глаза и представила, что становится всё легче и легче…

Но у неё опять ничего не получилось. Она не поднялась ни на миллиметр! Наоборот, в своих измазанных грязью резиновых сапогах она чувствовала себя ещё более тяжеловесной, чем тогда в зале.

Она снова повернулась к девочкам. Её взгляд упал на Мерле. Что-то с ней не так… Она стояла как деревянная, не говоря ни слова. Через мгновение Лаура заметила, как по плащу Мерле медленно карабкался маленький кузнечик. Видимо, он заблудился и случайно запрыгнул к ней на подол. Добравшись до рукава, он перелез на него и неуверенно пополз вверх. Взгляд Мерле был прикован к насекомому, а губы крепко сжаты.

Неожиданно кузнечик резко остановился, потом опрокинулся и камнем упал в траву.

У Лауры перехватило дыхание. Что это было? Она огляделась. Кроме неё, явно никто ничего не заметил. Что с кузнечиком? Он умер? Может, так называемый «талант» Мерле заключался в том, что она была способна убивать насекомых взглядом? От одной лишь мысли об этом у Лауры похолодело внутри. Как же ей сейчас хотелось спросить Мерле напрямую, что случилось! Но она не решалась.

Мерле не убивает, она лишь пытается повлиять на время, пыталась успокоить себя Лаура. В конце концов, она своими ушами слышала заклинание Мерле в ту ночь. И про «убивать» там ничего не было…

Чёрный мотылёк, порхающий у её ног, вывел Лауру из оцепенения. Подняв глаза, она обомлела. Анук стояла уже почти вплотную к озеру. И она не просто стояла… она вытянула ногу вперёд и занесла её над водой. Однако не успела её нога коснуться воды, как внезапно озеро будто ожило. На долю секунды из воды высунулось нечто тёмное, бесформенное, с огромными когтями. И это нечто попыталось схватить Анук за ногу. С диким воплем она отскочила обратно. А тёмное существо тут же исчезло в глубинах озера. Единственное, что от него осталось, это тихая рябь, пробежавшая по воде.

– Брррр, – лицо Анук заметно побелело. – Мерзкие твари! – Она нагнулась, подняла большой камень и с яростью швырнула его в воду.

Магистр Элиза мгновенно вскинула голову.

– Эй! Без провокаций тут, пожалуйста! – Анук виновато опустила голову. А магистр продолжила: – Озеро тут не для нас. Оно не принадлежит нам. И мы обязаны уважать его жителей и их интересы. Даже если они являются представителями тёмной стороны.

Лаура похолодела от ужаса. Её взгляд медленно блуждал по парку. Каким же тут всё кажется мирным и спокойным! Но теперь она прекрасно понимала, что тут властвуют силы, о которых она ещё ничего не знает. Да и о соседках своих она, по сути, ничего не знает.

«О чём они думают, что в их головах? Вот, например, о чём думает Анук в эту секунду?» – размышляла Лаура.

Та сейчас стояла у берега и молча, с непроницаемым выражением лица ковыряла носком сапога землю.

Да отстаньте вы… в один прекрасный… озеро… перейти…

Лаура вздрогнула от неожиданности. Что это? Словно какой-то посторонний голос заговорил у неё в голове. Или ей показалось? Лаура с силой потёрла лоб. Нет, голос был, и он говорил! И пусть это были лишь обрывки предложений, но некоторые слова звучали в её голове совершенно отчётливо!

Тем временем магистр Элиза поднялась и вновь громко произнесла что-то на неизвестном языке. И тут её заклинание наконец возымело действие. Обе половинки моста, громко скрипя, начали стремительно приближаться друг к другу. И уже через несколько секунд они резким рывком состыковались.

– Вот и замечательно, – с удовлетворением произнесла магистр. – Теперь мы можем, наконец, двигаться дальше.

К ней на нос уселась пёстрая бабочка. Магистр осторожно поднесла палец к мотыльку, подождала, пока он не перебрался на него, и, вытянув руку, дала ему улететь. И только тогда направила группу девочек гуськом через мост.

Через несколько минут они уже стояли во внутреннем дворе замка. Он был уставлен многочисленными ящиками, в каждом по нескольку цветочных горшков с молодыми растениями. А меж ящиков сновал одетый во всё зелёное фей-садовник и обклеивал растения белыми пустыми этикетками.

– Это будет вашим домашним заданием! – сообщила магистр. – Выберите себе цветок и ухаживайте за ним самостоятельно. Вы должны заботиться о нём так, словно это не просто цветок, а ваш друг или подруга. Мне очень интересно, каков будет результат…

Каждой девочке было позволено выбрать себе растение по вкусу. И, поскольку горшков было более чем достаточно, всё прошло без ссор. Лаура остановила свой выбор на крепком и уже достаточно крупном растении с листьями, похожими на перья. Наверняка она позаботится о нём лучше, чем какой-то робот!

– А теперь перемена! И обед! – объявил звонкий голос магистра Элизы. – Потом мы с вами увидимся на занятии по искусству движения.

С этими словами она большими шагами пересекла двор и исчезла.

Ночное приключение

Четыре цветочных горшка гордо стояли на подоконнике в восьмиугольной комнате с двумя двухэтажными кроватями. А на белых этикетках красовались имена их хозяек.

Лёжа на своей кровати, Лаура внимательно рассматривала их. Ей это только кажется или её цветочек на самом деле выглядит так, будто он печально повесил голову? Эх… А ведь она так долго и тщательно выбирала его! И она ещё думала, что прекрасно умеет обращаться с цветами! Ведь она спасла за свою жизнь уже немало растений! (Эми часто перебарщивала с поливом.)

Лаура вздохнула. Хотя, если честно, ей было сейчас абсолютно всё равно, как себя чувствует её растение. Она сама чувствовала себя совершенно разбитой. У неё болела каждая мышца.

На занятии по искусству движения она очень старалась! Просто изо всех сил! Но все её старания были впустую. У неё по-прежнему ничего не получалось. Зато Анук сегодня удалось взлететь аж на высоту двух метров! А потом просто парить в воздухе! Когда Лаура увидела это, она не поверила. Это же невозможно… А девочки зааплодировали. «Везёт же Анук!» – подумала Лаура.

А может, это она из-за утреннего похода такая выжатая? Может, она простудилась? К тому же на пятках у неё красовались огромные кровавые мозоли от резиновых сапог. И они жутко болели. И в горле саднило. Лаура потрогала лоб. Ей показалось, что он горит. Вот только не хватало, чтобы у неё тут поднялась температура! Она подхватила какую-то неизвестную лихорадку! Кто знает, чем она может закончиться? Возможно, лиловыми оспинами или какой-нибудь вонючей сыпью!

Лауру аж передёрнуло.

– Ты плохо себя чувствуешь? – с нижней полки раздался голос Ширин. Отложив книгу, она с тревогой смотрела на Лауру.

Всё это время Ширин была погружена в учёбу. Лауре удалось разглядеть название книги, которую читала её соседка: «Наука о погодных явлениях». Ширин явно пыталась выучить наизусть названия форм облаков, поскольку всё это время снизу доносилось тихое бормотание: «Перистые, перисто-кучевые, перисто-слоистые, высококучевые…»

– Мне кажется, я простудилась, – жалобно произнесла Лаура.

– Бедняжка, – Ширин сочувственно вздохнула и вновь углубилась в учебник.

В этот момент из ванной комнаты вышла мокрая и взъерошенная Мерле. Она полчаса провела там, пытаясь отмыть резиновые сапоги от засохшей грязи. Сразу после похода у неё не было ни малейшего желания заниматься этим, и она просто выставила грязные сапоги за дверь. Но когда Анук после обеда обнаружила это свинство, её чуть не хватил удар.

– Ты же прекрасно знаешь, что магистр Элиза нас проверяет! И я не желаю, чтобы мы из-за тебя получили нагоняй!

– Остынь! – огрызнулась Мерле, но всё же забрала сапоги из коридора и направилась с ними в ванную.

– Ты можешь высушить их? – она сухо обратилась к Ширин.

– Нет времени, мне надо заниматься. Извини, – не отрывая глаз от своей книги, пробормотала Ширин.

Этот ответ привёл Мерле в бешенство. Казалось, она сейчас просто вышвырнет эти сапоги в окно и разнесёт всю комнату в пух и прах. Лаура внутренне сжалась, приготовившись к взрыву.

– Чёрт бы тебя подрал! Когда ты мне нужна, ты, видите ли, занята! Носишься со своим талантом! Как мне это надоело! – она разъярённо схватила первое попавшееся полотенце (это оказалось полотенце Лауры) и принялась вытирать им сапоги.

Я вам всем ещё покажу… вы ещё не знаете, на что я способна…

Лаура вздрогнула. Снова этот посторонний голос в её голове. Второй раз за сегодняшний день. Но теперь, в отличие от первого раза, девочка отчётливо услышала не только отдельные слова, а целые предложения. И голос был так похож на голос Мерле…

Лаура резко поднялась, уселась на кровати и пристально посмотрела на Мерле, которая сейчас буквально жонглировала сапогами. Может, она просто разговаривала сама с собой? А Лаура случайно уловила пару фраз?

Словно почувствовав её взгляд, Мерле вскинула голову и резко спросила:

– Что уставилась?

Лаура вздрогнула и сжалась. Она так надеялась, что после утреннего похода Мерле будет с ней хоть капельку приветливее. Видимо, она ошиблась. Возможно, Мерле сейчас даже сожалеет о том, что открылась Лауре и рассказала так много личного.

– Это… это моё полотенце, – пролепетала Лаура.

– Откуда мне знать? – прошипела Мерле. – Или на нём стоит твоё имя? Не вижу!

– Немедленно оставь Лауру в покое! Она больна! – решительно вмешалась Ширин. Видимо, она всё же не настолько была погружена в свою книгу, как казалось.

– Правда? – внезапно лицо Мерле изменилось. Злобная мина сменилась участием.

– Ну да, – Лаура жалобно посмотрела на неё. – У меня болит горло, и, похоже, температура поднялась…

– Давай я гляну! – не дослушав до конца, Мерле прервала её и в одно мгновение оказалась возле её кровати. – Ложись.

Лауре ничего не оставалось, как подчиниться. Мерле пощупала лоб соседки, и лицо её приняло озабоченное выражение.

– Да уж… – пробурчала она. – Действительно горячий.

«Ну просто замечательно!» – с раздражением подумала Лаура.

– Что болит? – деловито спросила Мерле.

– Горло… Вот особенно, когда глотаю.

Мерле молча положила руку ей на горло. В первую секунду Лаура по-настоящему испугалась. Она представила себе, что бы сейчас сделал Элиас… Он наверняка начал бы душить её. Разумеется, «в шутку». Такое уже бывало не раз. Но рука Мерле лежала у неё на шее совершенно неподвижно. Так прошло секунд десять. И внезапно Лаура почувствовала, что боль ушла, а лоб снова стал прохладным.

– Что ты сделала? – с изумлением спросила она.

Мерле лишь коротко пожала плечами и вернулась к своим сапогам.

– Мерле, спасибо!

– Да не за что!

Лаура поднялась. Странно! У неё не только перестало болеть горло, но и от усталости её не осталось и следа. Она чувствовала себя свежей и отдохнувшей.

Так что же произошло? Неужели Мерле обладала целительским даром? Лаура украдкой посмотрела в её сторону.

Однако Мерле вела себя так, словно на свете не существовало ничего интереснее её сапог. Они наконец высохли, и она бросила их под кровать.

Оттуда раздался тихий писк. Мерле встала на колени, свернула губы трубочкой и поцокала, словно звала кого-то. И уже через несколько секунд из-под кровати высунулась мордочка белой крысы. Вскарабкавшись по руке хозяйки наверх, крыса удобно уселась ей на плечо. Это был очень симпатичный зверёк с умными глазками и любознательной мордочкой. Единственное, что его портило, был голый противный хвост. Лаура с трудом поборола отвращение. Ведь она знала, что крысы могут быть прекрасными домашними животными и что они очень умные. А для Мерле этот зверёк был ещё и памятью о Моне – её единственной подруге и защитнице.

«А как Самсон отнесётся к Бруту?» – с тревогой подумала Лаура. Как-никак он кот, хотя дома питается исключительно кошачьими консервами…

Мысли Лауры были настолько заняты Мерле и её крысой, что она даже не заметила, как дверь отворилась и в комнату вошла магистр Элиза.

– Всё в порядке? – заботливо спросила она. – Тогда завершайте все свои дела и ложитесь спать. У вас был очень непростой день, и вам необходимо отдохнуть. Не забывайте: если человек устал, то у него нет сил и на то, чтобы творить магию. Она требует немало энергии. Спокойной ночи!

Погасив свет, она вышла из комнаты.

– Девять часов! – послышался раздражённый голос Анук. – И на улице ещё совсем светло! Я же, в конце концов, не ребёнок, чтобы меня так рано укладывали!

И действительно, за окном только-только начало смеркаться. Лаура заметила несколько летучих мышей, которые зигзагами стремительно пронеслись мимо их окна.

«Если я сейчас засну, то проснусь уже наверняка у папы, на старой вилле. Через три часа восьмиденье закончится, и всё снова вернётся в нормальное русло». Лауре стало немножко грустно. Ведь в этот раз перемещение в пространстве и времени прошло гораздо лучше. Она поближе познакомилась с соседками и узнала много нового об этом странном мире… Девочка начала понимать его. И ей так хотелось узнать больше!

Под эти мысли она уже почти уснула, но внезапно почувствовала чью-то руку на плече.

– Ты как? Будешь спать? Или всё-таки хочешь посмотреть замок?

Голос принадлежал Мерле. А сама она стояла возле кровати. Из-под её воротника высунулась мордочка Брута, и его глаза тоже пристально смотрели на Лауру. Остатки сна мгновенно улетучились. Ещё бы она не хотела посмотреть замок! А то, что гулять они пойдут глубокой ночью и, возможно, это вообще запрещено, делает это мероприятие ещё более заманчивым!

Лаура тихонько спустилась со своей койки, стараясь не разбудить Ширин, которая спала внизу. Потом они с Мерле на цыпочках прокрались к двери. Розовые и неоново-зелёные туфли с обиженным видом увязались было за ними, но Мерле отшвырнула их ногой, да так, что они полетели через всю комнату.

– Вот они нам сейчас нужны меньше всего! Пошли, Лаура!

Девочки вышли из комнаты и оказались в тускло освещённом коридоре. Мерле повела Лауру в сторону лестницы. «А я уже неплохо ориентируюсь в замке!» – промелькнуло у Лауры в голове. И действительно, она уже многое узнавала. Но когда они добрались до первого этажа, Мерле изменила маршрут. Вместо того чтобы выйти, как обычно, во двор, она подвела Лауру к другой лестнице, ведущей вниз, в глубь замка.

– Туда, вниз? Ты уверена? – у Лауры засосало под ложечкой.

Внизу было темно, как в погребе.

– Что, испугалась? – ехидно спросила Мерле.

Брут вылез у неё из-под воротника и теперь карабкался по руке. Время от времени он останавливался и принюхивался, забавно вертя мордочкой по сторонам.

Лаура замотала головой. Меньше всего ей хотелось, чтобы Мерле считала её трусихой.

Мерле достала мобильный телефон и включила фонарик.

– Кстати, на случай если ты ещё не знаешь, на всей территории замка нет сети, – сообщила она.

– Я уже поняла, – ответила Лаура.

Девочки начали спускаться. Яркий белый свет фонарика освещал им путь. Становилось всё холоднее, и в воздухе запахло плесенью. Лаура старалась не думать о пауках, которые, возможно, ползали по стенам над её головой. Иногда ей казалось, что она видит мимолётную тень, скользящую по стене. Но скорее всего, это её воображение играло с ней злые шутки.

Лестница казалась бесконечной. По идее, они давно должны были попасть в подвал замка. Лаура надеялась, что батарейка телефона не сядет где-нибудь на полпути. Ведь без света они тут пропадут.

«А если она меня обманывает? Вдруг это ловушка?» – сверкнуло у неё в голове.

В ту же секунду Мерле повернулась к ней лицом.

– Ну что, боишься, что я тебя заведу куда-нибудь и брошу?

Лаура нервно прокашлялась.

– Нет… я тебе верю, – ответила она. Голос её, однако, прозвучал как-то неестественно и слабо.

Мерле улыбнулась – в темноте зловеще сверкнули её белые зубы, – и девочки продолжили путь. Мерле забавлялась тем, что играла с фонариком, то включая, то выключая его. Темно, светло, темно…

Лаура всеми силами старалась не споткнуться, отчаянно хватаясь руками за стены и стараясь не думать о том, что её руки могут наткнуться на что-то скользкое, противное…

Внезапно лестница оборвалась. Мерле так резко остановилась, что Лаура в темноте буквально врезалась ей в спину. Брут воспользовался моментом и перепрыгнул с плеча хозяйки ей на руку. Лаура вскрикнула от неожиданности и инстинктивно сбросила крысу на землю.

Свет вновь зажёгся, и она увидела, что они находятся в тёмном подземелье. Спереди была невысокая каменная стена, за которой струилась тёмная вода. Брут вскарабкался по ноге своей хозяйки наверх, снова уселся ей на плечо и пристально посмотрел на Лауру.

Ей это кажется или он на самом деле выглядит обиженным?

– Что это за речка? – чуть слышно прошептала она. Голос её дрожал, как и она сама. И не только из-за холода.

– Это часть озера, – ответила Мерле. – Замок построен прямо на нём.

Она свернула направо, и Лауре ничего не оставалось делать, как следовать за ней. Через некоторое время они наткнулись на деревянную лодку и словно на скорую руку сооружённый причал.

– Здесь можно спустить лодку на воду и прокатиться по озеру, – пояснила Мерле. – Идеально подходит для ночных пикников. Поверь, мы уже несколько раз проверяли. – Она хитро улыбнулась.

Лауру знобило. В подземелье было холодно и сыро, но озноб был не от этого, а от ужаса. Уж очень зловещим казалось это место.

– Неужели вы ни разу не встречались с этими… водяными тварями? – тихо спросила Лаура. Она невольно подумала о том, что сегодня днём произошло с Анук.

– Ещё как встречались! И не один раз! – Мерле громко рассмеялась. – И я могу тебя заверить, что с ними можно очень весело провести время! Хочешь, прокатимся?

– Эээ… я не… – у Лауры не было ни малейшего желания лезть в эту лодку, а тем более устраивать какие-то катания.

Её трясло от холода. А тёмная, как чернила, вода, зловеще мерцающая в свете фонарика, навевала на неё ужас.

– Слышишь плескание? – спросила Мерле.

Лаура прислушалась. Действительно, она уловила тихие звуки, доносившиеся из глубины. Казалось, там, в воде, что-то шевелится.

– Большинство из них ведут ночной образ жизни, – Мерле улыбнулась и с нежностью потёрлась щекой о мордочку сидящего у неё на плече Брута.

– Кто такие ОНИ? – Лаура решительно посмотрела на неё. – Давай уже рассказывай! Ты ведь знаешь гораздо больше!

В этот момент в воздухе раздался женский голос:

– Кто здесь?

Эхо голоса прокатилось под сводами и гулко отозвалось в каждом уголке подземелья.

– Чёрт! – рявкнула Мерле. – Быстро сматываемся отсюда! – Она побежала, не оборачиваясь. Лаура с трудом поспевала за ней. Внезапно они оказались у крутого поворота.

– Стоять, – чуть слышно прошептала Мерле.

Лаура послушно застыла. Её сердце почти выпрыгивало из груди. Мерле потушила свет. В кромешной тьме Лаура слышала лишь своё учащённое дыхание.

Неожиданно перед ними возникла магистр Элиза. Над её головой парил куб, переливающийся мистическим голубоватым светом.

– А, так это вы, – её лицо было непривычно суровым. – Что вы тут делаете? – Она сердито посмотрела на Мерле. – Ты же прекрасно знаешь, что ученикам строго-настрого запрещено спускаться в подвал! Это будет иметь последствия.

– Это была моя идея! – солгала Лаура. – Я… я хотела узнать, протекает ли озеро под замком.

– Теперь ты это знаешь, Лаура! – сурово произнесла магистр, чеканя слова. – Но ты точно так же могла обратиться с этим вопросом ко мне!

«Совсем как мама!» – мелькнуло в голове у Лауры. Её мама так же жёстко отчитывала её, когда считала, что Лаура поступает неправильно.

– Вы, девочки, будете, разумеется, наказаны, – объявила магистр. – На один день я вас отстраняю от уроков. Вместо этого вы отправляетесь на кухню. Будете помогать феям выполнять грязную работу: чистить картошку, мыть посуду… У вас будет достаточно времени подумать о своём отвратительном поведении.

– Ну просто прекрасно! – процедила Мерле.

Лаура закатила глаза. Господи, она же не чистила картошку целую вечность! Она и не помнит уже, как это делается! Дома всем этим давно занималась Эми.

– А теперь марш в кровати! – скомандовала Элиза.

Девочкам ничего не оставалось, как повиноваться. Они поднялись вверх по лестнице под пристальным взглядом магистра.

Несмотря на стыд, который Лаура испытывала, она не могла оторвать глаз от сияющего кубика над головой магистра. Он завораживал её… Вот это настоящая магия!

Магистр проследовала за ними до самой двери их комнаты, чтобы своими глазами убедиться, что они действительно легли спать. Потом она закрыла дверь, и девочки услышали, как её шаги удаляются по коридору.

– Чёрт, как же обидно! – проговорила Мерле.

– Вас что, поймали? – Ширин рывком поднялась на кровати и с любопытством посмотрела на девочек.

– Да кто же мог предположить, что магистр именно сегодня решит устроить обход там, внизу? – раздражённо произнесла Мерле. – Я думала, утренний поход её добил и она уже спит без задних ног! Но нет, ей, видите ли, надо было ещё обязательно побродить возле лодки!

Ширин засмеялась.

– Ха, если бы вы меня предупредили, я бы подослала к ней Ефимию! Моя черепаха уж точно бы её усыпила.

– Во всяком случае, не думаю, что она сегодня ещё раз спустится вниз, – теперь проснулась и Анук.

Лауру до сих пор лихорадило от испуга, пережитого при встрече с магистром. Да и Мерле вполне могла бы поблагодарить её! В конце концов, Лаура же прикрыла её. Но, похоже, она ждала от Мерле слишком много.

– Мы уже давно не устраивали пикники, верно? – Ширин с горящими глазами оглядела соседок. – Так сейчас самый подходящий момент! У меня осталась ещё пара бутылок веселящей воды.

– Очень кстати! – Анук тихо засмеялась. – Максик как раз сегодня стащил с кухни целый поднос маффинов. Видимо, феи ещё не отошли от вечеринки. Они ничего не заметили!

– Ну так чего же мы ждём? – с воодушевлением подхватила Мерле и вскочила с постели.

Лаура изумлённо поднялась в кровати. Неужели девочки на самом деле хотят устроить пикник? Несмотря на то что их с Мерле только что засекли? Они на полном серьёзе считают, что сейчас внизу никого не будет и опасность миновала?

– Ты как, Лаура? – Ширин насмешливо посмотрела на неё. – Идёшь с нами?

Идти или не идти… Меньше всего ей хотелось чувствовать себя изгоем. Но не успела она ответить, как кровать зашаталась. Это что, землетрясение?

– Чёрт возьми, уже полночь! – Мерле громко чертыхнулась. – Наступает переключение!

Комната завертелась. Какое-то время у Лауры в глазах всё двоилось. К горлу подступила тошнота. Потом внезапно всё вокруг начало распадаться на кубики, словно она находилась в какой-то плохой компьютерной игре.

А затем наступила кромешная тьма.

Тайны

Борясь с тошнотой, Лаура на ощупь пробиралась сквозь темноту, шаря руками в воздухе и стараясь понять, где она находится. Руки её нащупали нечто похожее на занавеску. Ну наконец хоть что-то знакомое! Ещё пару сантиметров вправо. Тут должен стоять её ночной столик с настольной лампой. Вот он! Пальцы нащупали кнопку выключателя, и она зажгла свет.

Она дома! Вернее, дома у папы, на старой вилле. Это её комната, любимая кровать с балдахином, оттоманка. А вот и книжная полка. Рядом рюкзак, из бокового кармашка которого выглядывают золотые часы.

Лаура взглянула на часы. Одна минута после полуночи. Она вздохнула. Она вернулась обратно в свой привычный мир. И в нём как раз наступил понедельник, 23 мая.

К своему удивлению, Лауре было жаль, что восьмой день закончился. Возможно, она таки рискнула бы принять участие в ночном пикнике… Может, они нагонят это в следующее восьмиденье?

Глядя на балдахин, она со смешанными чувствами подумала о том, что её ожидает… Снова всё будет, как обычно. Лаура будет каждый день ходить в школу, ей придётся выносить мерзкие выходки Элиаса, и наверняка её будет жутко бесить мамин друг. И как бы ей ни хотелось что-то изменить, у неё не будет ни малейшего шанса. Потому что в этом мире нет магии. Тут есть лишь правила. Ну, иногда приправленные капелькой удачи или невезения.

На следующее утро на старой вилле царил хаос. Лаура проспала. Она забыла включить будильник на телефоне. А папа, в свою очередь, с утра работал в мастерской и вообще забыл, что Лаура ещё у него и её надо отвезти в школу.

На кухню они зашли почти одновременно. Папа весь в деревянной пыли и со свежим порезом – соскользнул резец. Лаура – растрёпанная, немытая и зверски голодная. И ещё в жутком настроении из-за того, что проспала. Ко всему прочему, все её школьные вещи были у мамы. Об этом тоже вчера никто не подумал!

– Давай я позвоню в школу и скажу, что ты заболела? – предложил папа.

Лаура секунду сомневалась, но потом решительно покачала головой. Это было бы просто подарком для мамы, которая постоянно упрекала папу, что ему ничего нельзя доверить, что он ни с чем не справляется и вообще неудачник. Так подставлять папу Лаура не хотела.

– Ничего страшного, если я приду чуть позже, – слукавила она. – Первые два урока сегодня отменили.

Она солгала лишь отчасти. Первый урок не был по-настоящему отменён, но учитель математики, господин Мальке, всё ещё отсутствовал. Его межпозвоночная грыжа оказалась долгой историей, а найти ему замену так и не удалось. Так что 8-й класс практически остался без учителя, уроки вели практиканты. И Лаура была уверена, что не пропустит ничего важного.

– К тому же я понятия не имею, как довезти тебя до школы, – папа растерянно посмотрел на неё. – Ты ведь знаешь, что от машины я избавился, когда полетел мотор. Разве что фургон… можем поехать на нём.

– Спасибо, не надо! – молниеносно отказалась Лаура.

Этого ещё только не хватало. Фургон! Это была трёхколёсная махина с широким кузовом, куда папа обычно грузил мебель. А в кабине в лучшем случае могли уместиться два человека. Но лишь с горем пополам – слишком она была маленькой.

– Не волнуйся, я поеду на автобусе. Без проблем! – объявила Лаура.

Раньше, когда они все вместе жили на старой вилле, Лаура каждый день ездила в школу на автобусе. И то, что теперь её туда доставляет беспилотный автомобиль, это, собственно говоря, роскошь…

– Ну, тогда я спокоен, – папа нервно смахнул редкие волосы со лба. – Может, сначала позавтракаешь? Ох… совсем забыл. Мне же ещё надо в магазин! Хлеба больше нет… да и не только хлеба.

– Не переживай, – Лаура попыталась успокоить расстроенного папу. – Я себе что-нибудь куплю в киоске.

Услышав это, папа немедленно вытащил из кармана денежную купюру. Лаура хотела отказаться, ведь она прекрасно знала, как туго у папы с деньгами. Но папа настаивал, и ей ничего не оставалось, как скрепя сердце взять деньги.

– Что с тобой случилось? – Оливия бросилась к подруге. Как раз началась перемена. – Я уже думала, что ты заболела!

– Я ночевала у папы и проспала, – пояснила Лаура. – К тому же я забыла дома все свои школьные вещи. Поможешь?

– Да не вопрос! Получишь и тетрадь, и ручку! – Оливия взяла её под руку. – Как прошли выходные?

– Ох… суматошно, – неуверенно произнесла Лаура. – В пятницу вечером к нам в гости пришёл мамин друг. И Элиас тщательно позаботился о том, чтобы ужин закончился катастрофой.

– Ох ты… – Оливия сдержала улыбку. Она прекрасно знала, каким может быть Элиас, и искренне сочувствовала подруге. – Ну и как он?

– Элиас? Без понятия. Мама собиралась с утра отвезти его к врачу.

– Да нет, я имею в виду друга.

– Лучше не спрашивай! – Лаура закатила глаза. – Типичный господин суперважность! Ну ты поняла… Костюм, галстук и всё такое. И постоянно пикающий телефон! Сначала он был с нами сама вежливость и дружелюбие, а потом Элиас его укусил.

Тут Оливия не удержалась и захихикала.

– Мне он не понравился, – продолжила Лаура, не обращая внимания на смех подруги. – Я уверена, что в действительности он хладнокровный и бесчувственный. – Она вспомнила сказку, которую недавно прочла. Там у человека вместо сердца был камень. Вот примерно так она себе представляла Ассхофа. Возможно, у того даже не камень в груди, а кусок льда.

– М-да… Звучит печально. – Оливия перестала смеяться.

– Вдвойне печально! Он не только её друг, он её шеф!

– Однако! Да, ты права.

Тут прозвенел звонок. Перемена закончилась, и Оливия с Лаурой направились в сторону класса.

– А у тебя что нового? – спросила Лаура. Они уже расселись по своим местам, но учительница ещё не пришла.

Оливия густо покраснела и, пряча глаза, прошептала:

– Я общалась с Северином…

Лаура вспомнила. Северин – это был соседский мальчик, в которого её подруга влюбилась по уши.

– Давай, рассказывай!

– Ну, в общем, я всё это время размышляла, как бы заговорить с ним, но чтобы это не выглядело так, что я бегаю за ним. Ты понимаешь… Ну а в субботу я чуть не влетела в его велосипед.

– Умышленно?

Оливия замотала головой.

– Нет, совершенно случайно! Я шла в магазин, хотела купить себе новую футболку. Обычно я заказываю через интернет, но тут у нас за углом открылся новый маленький магазинчик. И у них такие чудесные вещички, ну просто прелесть. А суббота был последний день скидок. Ну вот я и направлялась туда…

– Ага, понятно.

– И я, честно, в этот момент даже и не думала о Северине! Просто шла, ну и чуть не угодила ему под колёса. Он едва успел затормозить. Ещё пару сантиметров, и для меня всё закончилось бы плачевно.

– Он рассердился?

– Да нет! Только испугался. Он раз сто спросил, всё ли со мной в порядке. А потом мы пошли в кафе и ели мороженое, – Оливия сияла. – Он такой милый… ты даже себе представить не можешь!

Они продолжали болтать и во время урока. Оливия не могла остановиться, и Лауре открылось ещё много подробностей их первой встречи с Северином. В конце концов учительнице эта болтовня надоела.

– Может, хватит? Или мне вас рассадить?

Девочки пообещали думать только об уроке. Но Оливии трудно было держать язык за зубами. И время от времени она шёпотом продолжала рассказывать.

Лауре это было только на руку. Рассказ подруги отвлекал её от собственных переживаний. Ведь, хоть Лаура и была уверена, что история с восьмым днём – это не сон, она ни с кем не могла ею поделиться. Даже с Оливией. Слишком уж неправдоподобно и даже абсурдно всё это звучало…

– Элиасу назначили новое лекарство, – сообщила мама. В кои-то веки она была дома в обеденное время.

Эми, всё ещё сломанная, неподвижно стояла в коридоре. Лауре было больно видеть её в таком состоянии. Несмотря на то что Эми частенько действовала ей на нервы, Лаура привязалась к ней. Она даже иногда забывала, что Эми не живой человек, а машина.

– Надеюсь, они помогут, – произнесла Лаура и погладила ручки-телескопы бедного робота.

Брови Валерии недоумённо подскочили.

– Я в этом уверена, – брови снова опустились. – Врач сказал, что эти таблетки творят чудеса.

Как часто Лаура уже слышала эти слова! И ей очень хотелось в это верить! Но при всём желании она не могла себе представить, что Элиас просто так возьмёт и превратится в нормального мальчика.

Сам он даже не вышел из своей комнаты. Мама купила ему новую компьютерную игру (как обычно после визита к врачу), и сейчас он был с головой погружён в неё.

– Как дела в школе? – спросила мама.

– Как всегда, – ответила Лаура. – Только я была без вещей. Они же остались тут.

– Ой, извини! Об этом я и не подумала, – мама хлопнула себя по лбу. Она явно нервничала, её глаза беспокойно бегали.

Лаура пристально вглядывалась в мамины черты. Так была она похожа на магистра или всё же нет? Лаура не могла определиться.

– Ну а у папы как дела? – мама продолжила допрос.

– Нормально. Мы были в театре. «Госпожа Метелица»! Папа помогал строить декорации.

– Боже мой. В твоём возрасте – и «Госпожа Метелица»? Это же для малышей. Ну а Петер наверняка опять всё делал для них бесплатно. Он иначе не может… Работает дни и ночи напролёт. И что он с этого имеет? Максимум пару билетов, и всё! Или, может, вам ещё и за вход пришлось платить самим?

Лаура покачала головой и пожалела, что вообще рассказала маме о театре. Хотя мама уже и сама переключилась. В руках у неё был телефон – она звонила в фирму, которая поставляла роботов. Технически эта фирма явно была оснащена прекрасно, поскольку мамин телефон тут же показал голову сотрудника в трёхмерном виде. Валерия была счастлива. Наконец-то она могла видеть собеседника, не зря же она купила этот суперсовременный телефон!

– «Робот-Тех», – приветствовала её голова в телефоне. – Меня зовут Йонас Баум. Чем я могу вам помочь?

Мама принялась объяснять.

– Я недовольна этой моделью. Несмотря на многочисленные обновления, у неё постоянно происходят сбои.

Сотрудник предложил прислать мастера, чтобы тот на месте посмотрел, в чём проблема.

– Я бы предпочла, чтобы вы сразу заменили Эми, – прервала его мама. – На вашем сайте я увидела новую модель, которая, возможно, будет лучше отвечать нашим требованиям.

Как же Лауре хотелось вмешаться! Мама же практически выкидывала Эми на помойку! Зажав уши, Лаура выбежала из комнаты. Но и в своей комнате она не находила покоя. Она то ложилась, то снова вскакивала с кровати, кружила по комнате, присаживаясь то туда, то сюда. В конце концов она потянулась за рюкзаком и достала из кармана золотые часы. Открыв крышку, она вслух прочла выгравированную на ней надпись Carpe diem и в который раз задала себе вопрос: зачем эти часы попали именно в её руки? Эти часы открыли ей врата в мир магии. Но зачем? Что Лауре там делать? Или у неё на самом деле есть какой-то дар…

Тик-так-тик-так-тик-так-тик-так…

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетела Валерия Лилиенштедт. Она была в ярости. Лаура мгновенно спрятала часы под подушку.

– Ты не могла постучать?

Не обращая никакого внимания на слова дочери, Валерия принялась бушевать.

– Эта фирма просто невозможная! Представляешь, они отказались заменить Эми. Хотят прислать какого-то техника, чтобы он её починил. И ведь в договоре аренды стоит, что у меня есть право на замену в случае неисправности! Но знаешь, что мне ответил этот сотрудник? Он начал плести какую-то чушь, что наша модель – это не просто робот, а «искусственный интеллект». И что такие роботы могут учиться, совершенствоваться и даже развивать собственное сознание! И поэтому их нельзя просто так выбрасывать! – она с возмущением посмотрела на Лауру. – Это ведь невероятная наглость, согласись?

Так. Эми спасена. Лаура с трудом смогла сдержать счастливую улыбку.

– Ну так это же прекрасно, если её можно починить. Разве нет?

– Пфффф… – фыркнула мама в ответ. – Новая версия подошла бы нам гораздо лучше! В описании сказано, что роботы новой модели прекрасно владеют «высокой кухней». И поскольку Бернд будет теперь приходить к нам достаточно часто…

Бернд Ассхоф! Лауре показалось, что её ударили ножом в грудь.

– Кстати, я видела твоего друга в субботу, – как бы невзначай обронила она.

– Да? И где же?

– В театре. И он был не один, – Лаура сделала паузу.

– Ну и кто же был с ним? – Валерия с любопытством уставилась на дочь.

– Девочка в инвалидном кресле. Примерно моего возраста, – ответила Лаура. – Вряд ли это была его дочь, если он нам, конечно, не соврал насчёт детей.

Лаура пытливо вглядывалась в мамино лицо. Как мама среагирует на такое?

– А вообще мне показалось, что они похожи, – дополнила она. Тут она откровенно лукавила, поскольку с такого далёкого расстояния она вряд ли могла это заметить.

Несколько секунд лицо мамы выражало неуверенность. Но потом она пожала плечами.

– Наверняка этому есть разумное объяснение. Это мог быть ребёнок знакомой или кого-то из его родни.

Она быстро сменила тему и вновь заговорила об утреннем походе к врачу и чудодейственной силе новых таблеток для Элиаса.

– Они будут действовать на него как мягкое успокоительное. К тому же они будут подавлять его чрезмерную активность, возвращая её на нормальный уровень. Это абсолютно новое средство, оно совсем недавно появилось на рынке. А в Америке с его помощью удалось достичь поразительных успехов! – восторженно рассказывала мама. – Правда, страховка его не оплачивает, я всё выкладываю из своего кармана. Но какая разница… Даже если эти таблетки будут забирать треть моего дохода, плевать. Лишь бы они помогли Элиасу.

– Ну тогда самое время попросить Ассхофа повысить тебе зарплату, – вырвалось у Лауры.

Ей было больно слушать, сколько всего мама делает для Элиаса и сколько денег она на него тратит. А вот когда папа в редких случаях просил чуть больше обычного, она всегда отказывала.

– Не говори ерунды. Я не могу просить об этом Бернда. Он подумает, что я его использую, – тихо ответила мама. – Особенно сейчас, когда мы вместе.

Лауру снова словно ударило ножом. «Быть вместе» – это звучало уже гораздо серьёзнее, чем просто «дружить». У неё яростно забурчало в животе. Но уже через несколько секунд она поняла, что это просто голод. Ведь у папы она не завтракала, в школе тоже ничего не ела и до сих пор не обедала.

– Я хочу есть, – Лаура решительно встала и посмотрела на маму. – Я пожарю себе картошку с яичницей. Ты будешь?

– Ты это умеешь? – мама с изумлением взглянула на дочь. – Ты знаешь, как это делается?

– Я часто наблюдала за Эми, – ответила Лаура. – Попробую.

– Подожди, я помогу.

И уже через несколько минут они стояли на кухне в передниках и чистили картошку. Украдкой наблюдая за мамой, Лаура заметила, что у той всё получается ещё более неловко, чем у самой Лауры. А когда первая почищенная ею картофелина упала в кастрюлю с водой, она вдруг вспомнила о наказании, которое назначила ей магистр Элиза. Похоже, это репетиция того, что её ожидает на кухне фей? Она улыбнулась про себя.

– Ты выглядишь по-настоящему счастливой, – мама заглянула ей в лицо. – Улыбаешься. Может, ты хотела бы поделиться со мной чем-то… особенным?

Её голос сразу стал мягким, вкрадчивым, почти ласковым. Как же хорошо Лаура знала этот голос! Даже слишком хорошо. Он всегда означал одно – мама хочет что-нибудь выпытать.

Лаура покачала головой. Она ни в коем случае не хотела посвящать маму в то, что с ней случилось. Она просто не могла рассказать ей ни о восьмом дне, ни о чудесах, ни о том странном мире, где она побывала. Мама наверняка сразу отвезёт её в психиатрическую клинику, чтобы там проверили, не потеряла ли её дочь рассудок.

– Может быть, твоя тайна учится с тобой в школе и она… мужского пола? – мама не сдавалась.

Давай, доченька, расскажи мне всё-всё-всё о том мальчике, в которого ты влюбилась!

Лаура вздрогнула. Мама сказала это вслух или это снова был тот посторонний голос в её голове? Лаура не была уверена. Хотя догадаться, о чём думала сейчас её мама, было совсем нетрудно.

– Я не… – Лаура внезапно остановилась.

Почему бы и нет? Почему бы не сочинить для мамы так называемую тайну? Это было в любом случае лучше, чем рассказать ей правду. Правду, которая была такой неправдоподобной…

– Ну и как же его зовут? – мама снисходительно улыбнулась.

– Северин! – это было единственное имя, которое пришло ей в голову. – Я чуть не влетела в его велосипед возле школы.

– О! Значит, он учится с тобой в одной школе?

– Да, в 10-м классе. Ему уже пятнадцать! – продолжала Лаура. Поразительно, как же легко врать!

Маму интересовали подробности, и Лаура выложила ей всё то, что ей самой на уроке рассказала Оливия. Маму это вполне устроило, во всяком случае, она выглядела довольной. А тем временем в кастрюлю падали картофелина за картофелиной… Когда они закончили, Лаура включила плиту и поставила кастрюлю на конфорку.

Через полчаса картошка была готова. Теперь оставалось лишь нарезать её и обжарить на сковородке. Как же Лауре нравилось готовить! По всей квартире плыл соблазнительный аромат жареной картошки, и даже Элиас не выдержал. Его голова показалась в дверях кухни:

– Ммм… Как вкусно пахнет! Что это?

– Жареная картошка с яичницей!

– А что случилось? Сегодня готовит не Эми?

Очевидно, он совсем забыл, что это именно его баловство в субботу и вывело Эми из строя.

– Нет, сегодня готовим мы с мамой, – ответила Лаура. – Давай садись за стол! Всё уже почти готово.

Спустя короткое время они втроём уютно сидели за столом и обедали. Без ругани, без крика, без нытья – настоящая идиллия!

Не хватало лишь папы.

Дорогое лекарство на самом деле оказалось очень действенным. И Лаура была почти счастлива, ведь её жизнь стала в разы проще и спокойнее.

Но счастье длилось недолго. В четверг Элиас попал в больницу с переломом руки и сотрясением мозга. Выполняя какой-то трюк, он сорвался с колец и очень неудачно упал. Его увезли на скорой прямо с урока физкультуры.

Маме снова пришлось сорваться с работы. А Лаура узнала обо всём лишь вечером. И, поскольку мама была в больнице, ей самой пришлось встречать техника из фирмы «Робот-Тех», который должен был починить Эми.

Лаура с интересом наблюдала, как он разобрал Эми, потом, через некоторое время, снова собрал её, перезагрузил систему и вставил в Эми чип с новой, исправленной версией программы. Когда он, наконец, нажал кнопку «Старт», робот открыл глаза, посмотрел на Лауру и прошепелявил: «Здлассствуй!»

– Привет, Эми, – ответила Лаура. – Как хорошо, что ты снова с нами.

Эми несколько раз мигнула.

– Я тозззе отттень лааада! – с этими словами она протянула к Лауре свои ручки-телескопы.

Лауре показалось, что робот хочет обнять её, но через мгновение Эми заверещала своё привычное: «Глязззную одезззду, позззалссста!», а её ручки настойчиво подёргали Лаурину футболку.

– Эми, нет! – Лаура еле освободилась из цепких рук робота. – Эту футболку я только сегодня утром надела! Её не надо стирать!

Тем временем техник сложил свои вещи в сумку и собрался уходить.

– Теперь она, по идее, должна работать без перебоев, – сказал он. – А если снова возникнут проблемы, скажи маме, пусть снова позвонит в нашу компанию.

Лаура кивнула, подписала бумагу, что Эми снова исправна, и на этом техник покинул квартиру. Эми стремительно покатилась за ним, настойчиво требуя от него грязную одежду. А когда дверь за техником закрылась, она обиженно замолчала и, как показалось Лауре, даже погрустнела. Она долго смотрела на дверь, потом, как в замедленной съёмке, развернулась, и её зелёные глаза уставились на Лауру.

– Эми, ну ты же не можешь просто взять и раздеть незнакомого мужчину! – с лёгким укором произнесла Лаура. – Так не делают!

– Эми хотет лаботать… – пробормотала Эми, но уже в следующее мгновение стремительно покатилась на кухню, где яростно набросилась на грязную посуду.

Из больницы мама вернулась в полном расстройстве.

– Эти таблетки никуда не годятся! – она всплеснула руками. Машинально сделав глоток кофе, который поставила перед ней Эми, мама продолжила: – Элиас сказал, что он просто уснул! Прямо во время тренировки на кольцах! Поэтому и сорвался.

– Но ведь таблетки так хорошо действовали, – возразила Лаура.

– Да, но теперь Элиас постоянно засыпает на ходу, – отпарировала мама. – Нам ещё повезло, что не произошло ничего худшего! Ведь он мог с таким же успехом попасть под машину!

Таблетки таки отменили. И уже на следующий день все медсёстры в больнице хватались за голову – такого невыносимого пациента у них давно не было! Ни минуты покоя!

В пятницу вечером, перед тем как отправиться к папе, Лаура навестила брата в больнице. Элиас лежал в постели, одна рука была загипсована. Он тупо смотрел в экран телевизора – там шли картинки без звука.

– Как ты?

– Паршиво.

– Тебе больно?

– Да! От каждого твоего слова, чёрт возьми! Ты почему не принесла мне планшет?

– Потому что тебе необходим отдых и полный покой. У тебя же сотрясение мозга.

– Пфффф… Ну, принеси мне хоть печенье из киоска, что ли?

– Ладно, – если это печенье порадует Элиаса и хоть немножко исправит ему настроение, конечно, она его купит.

Киоск находился на первом этаже, и ей потребовалось целых полчаса, чтобы сходить туда. Когда Лаура вернулась в палату, она застала брата с какой-то древней электронной игрой на коленях. Очевидно, за время её отсутствия ему удалось где-то откопать это старьё, и теперь он со счастливым видом тупо жал на кнопки. Правда, в его распоряжении была лишь одна рука, однако это обстоятельство ему, похоже, не особенно мешало. Комната была заполнена треском, визгом и душераздирающим скрежетом. И даже у вполне здорового человека от такой какофонии начала бы болеть голова…

– Вот твоё печенье, – Лаура положила упаковку на край одеяла.

Не отрывая взгляда от экрана и не обращая никакого внимания на сестру, Элиас здоровой рукой схватил печенье. Потом привычным движением разорвал зубами бумажную упаковку и запихал первое печенье в рот. И только тогда Лаура с ужасом увидела, что оно было покрыто шоколадной глазурью…

– Элиас, нет! Не ешь это, там шоколад! Тебе нельзя… – она попыталась отобрать у него упаковку.

Но если Элиасу удавалось что-то заполучить, забрать это было уже невозможно.

– Элиас, ну пожалуйста! Будь же благоразумен! Ты же знаешь, что тебе потом будет плохо! – Лаура отчаянно пыталась отнять у него печенье. Но безуспешно. Ей еле удалось спасти руку от его зубов.

– Купи ему намордник! – посоветовал голос Оливии из трубки мобильного телефона.

После посещения брата Лауре просто необходимо было кому-то выговориться. Поэтому, едва сев в автомобиль, который должен был доставить её к папе, она достала телефон и позвонила подруге.

Правда, разговор об Элиасе и его ужасном поведении занял не больше минуты. А потом Оливия переключилась на то, что её сейчас интересовало больше всего: Северин.

– Ах, Лаура, ты просто не представляешь, как это, когда любишь! – восторженно болтала она. – Кажется, весь мир сияет яркими красками! И у меня теперь столько энергии! Я могу горы свернуть! А самое потрясающее: я похудела на целых два килограмма!

Лаура вздохнула. У Оливии был пунктик: ей казалось, что она слишком толстая, хотя у неё была потрясающая фигура. Она постоянно сидела на каких-то диетах, была счастлива, если ей удавалось скинуть пару килограммов, и жутко переживала, когда они возвращались. Как-то раз она полностью отказалась от сахара, потом ела только клубнику и долгое время пила по утрам на голодный желудок воду с лимонным соком.

– Вы достигли цели поездки, – сообщила навигационная система беспилотного автомобиля. Они остановились возле папиной виллы.

– Мне надо заканчивать, Оливия, – Лаура с облегчением прервала подругу. – Увидимся в понедельник! Хороших выходных! Пока! – Положив телефон в карман, она выбралась из машины. А красный автомобиль тут же развернулся и вскоре исчез за поворотом.

Лаура прошла через палисадник и позвонила в дверь. Никто не открыл. Наверное, папа снова заработался в мастерской и не услышал звонка, подумала Лаура. Она обошла дом и направилась к заднему входу. Маленькая рыжая белочка едва уловимой тенью прошмыгнула мимо, почти коснувшись её ног, и тут же исчезла в листве. Это наверняка был Хайнер! Лаура часто наблюдала, как папа угощал его орехами. И этот зверёк не доверял никому, кроме папы, – только к нему он решался подойти поближе.

Дверь террасы была распахнута, и Лаура вошла в дом. Сбросив вещи в коридоре, она направилась на кухню. На столе стояла папина чашка с остатками кофе, который давно уже остыл. Рядом лежала развёрнутая газета и папины очки. Лаура привычным движением потянулась за очками и положила их в футляр, а футляр на полку. Тогда папе не нужно будет долго искать их.

На полке лежала стопка нераспечатанных писем. Лаура с любопытством начала просматривать их и с ужасом обнаружила, что в основном это были неоплаченные счета. И даже несколько предупреждений. Очевидно, папино финансовое положение было ещё хуже, чем она предполагала. У неё неприятно засосало под ложечкой. С тяжёлым сердцем она направилась в мастерскую.

– Привет, мышонок! – папа радостно посмотрел на неё поверх стула, над которым работал. – Как хорошо, что ты тут!

Лаура крепко обняла отца и вдохнула. Запах папы… Это был совершенно неповторимый запах – он дарил ощущение надёжности. Но история с письмами всё равно мучила её. И она решила честно поговорить с отцом.

– Папа, тебе нужны деньги?

– С чего ты взяла, золотко?

Лаура густо покраснела. Она знала, что вообще-то нехорошо читать чужие письма. Это же очень личное. Но речь шла о слишком серьёзной проблеме, и замалчивать её было нельзя.

– Я видела письма на полке, – тихо произнесла Лаура.

Казалось, лёгкая тень пробежала по папиному лицу. Но он быстро взял себя в руки и широко улыбнулся.

– Ты имеешь в виду счета? Не волнуйся! У меня в последнее время было столько работы, что я просто не успел зайти в банк и сделать необходимые переводы. Я всё улажу в понедельник! Обещаю!

Но Лауру было не так-то просто сбить с толку.

– Там было столько предупреждений…

Теперь уже покраснел папа.

– Да, ты права. У меня на самом деле сейчас несколько туго с деньгами. Дело в том, что некоторые мои клиенты ещё… не заплатили. Но деньги должны прийти в ближайшие дни, и тогда всё наладится.

Он врал. И она это прекрасно видела. Она обязательно поговорит с мамой. Если папа в беде, та просто обязана ему помочь! Иначе зачем вообще зарабатывать столько денег, сколько она зарабатывает в своей фирме? Чтобы купить нового робота? Или приобрести очередной беспилотный автомобиль?

– Давай сменим тему, ладно? – папа перевернул стул вверх дном, чтобы обработать ножки наждачной бумагой. – Что нового?

– Ты в курсе, что Элиас снова в больнице? – спросила Лаура. – Я сегодня навещала его. Ему уже гораздо лучше, во всяком случае, он снова начал грубить.

– Валерия сообщила мне, что он упал и разбился на уроке физкультуры, – складка между его бровями стала ещё глубже и резче. – И сказала, чтобы я не приходил в больницу, так как ему необходим полный покой. Хм… А ты говоришь, что только что была у него?

Лаура стояла, опустив глаза и кусая губы от возмущения и стыда. Она не понимала, почему мама всеми силами пытается предотвратить папины встречи с Элиасом. Правда, Оливия говорила, что это вполне естественное поведение для разведённых пар. Мол, они часто совершают совершенно бессмысленные поступки, и всё лишь ради того, чтобы позлить друг друга.

– У него сломана рука и небольшое сотрясение мозга, – Лаура снова посмотрела на папу. – Правда, перелом без смещения, но на какое-то время рука останется в гипсе. А из-за сотрясения врачи хотят подержать его ещё пару дней в больнице.

Папа кивнул.

– Понял. У Валерии это всё звучало гораздо более драматично. Я навещу его в понедельник. Или, может, вместе сходим в воскресенье?

У Лауры, честно говоря, не было ни малейшего желания видеть брата так скоро. Особенно после его сегодняшнего поступка. Как он себя повёл с ней… Вся эта история с печеньем, и то, что он пытался укусить её. Это было отвратительно! И она могла хоть миллион раз говорить себе, что он не виноват, что это всё его болезнь. Но иногда и её терпению наступал предел.

– Ты голодна? – папа бодро посмотрел на дочь. – Наверняка, ты ещё не ужинала. Как насчёт жареной картошки с яичницей?

Суббота пролетела, как одно мгновение. Казалось, что часы, которые она проводила в старой вилле, идут в каком-то совсем другом темпе, чем те, которые она проводила с мамой. Лаура даже в шутку предположила, что, похоже, существует ускоритель времени. И он включается, как только она приезжает к папе.

Она помогала папе реставрировать старые вещи. Этим вечером он разложил на столе механизм старинных напольных часов с маятником и пытался собрать его. Лаура восхищённо наблюдала за тем, как искусно взаимодействуют друг с другом маленькие и большие часовые колёсики и как папа орудует тонким пинцетом. С поднятыми на лоб очками и зажатой в глазу лупой он был сейчас похож на инопланетянина.

– Думаешь, тебе удастся их исправить?

– Надеюсь! – папа работал так сосредоточенно, что на лбу у него проступили капельки пота. – Кстати, а ты знала, что раньше наша вилла принадлежала старому часовщику?

Сердце Лауры сделало бешеный скачок.

– Серьёзно?

– Да. У него были огромные долги, видимо, из-за склонности к азартным играм. Вот виллу и выставили на аукцион. Нам с мамой удалось купить её за смехотворные деньги. Аааа! – папа уронил с пинцета крохотный винтик, и тот скатился со стола на пол.

Лаура с папой забрались под стол и принялись искать. В конце концов Лаура обнаружила винтик – он закатился в шов между кафельными плитками. Папа с облегчением вздохнул, и они снова вернулись к часам на столе.

Папа бился с механизмом почти до полуночи, но безуспешно. Ему никак не удавалось собрать его так, чтобы все частички подходили. И в конце концов он сдался.

– Ну, я же не настоящий часовщик…

В воскресенье они отправились в больницу к Элиасу. Его уже перевели в одноместную палату. Папа очень хотел поговорить с врачом, но его не было на месте.

Элиас лежал на кровати и на все вопросы отвечал односложно.

– Когда ты поправишься, обязательно приезжай ко мне! – папа погладил его руку. – Я бы смастерил для тебя что-нибудь. Хочешь?

Элиас лишь раздражённо закатил глаза. На лице его было написано: как вы мне надоели!

– Ты уже знаешь, когда тебя выписывают? – спросила Лаура.

– Вторник или среда, – угрюмо буркнул её брат. – Но мне ещё две недели нельзя будет ходить в школу.

– Мама возьмёт отпуск на это время? – поинтересовалась Лаура.

– Я, между прочим, тоже могу посидеть с тобой! – предложил папа.

На это Элиас лишь нахмурил лоб и уставился перед собой в пустоту. Он даже не посмотрел на книгу, которую папа принёс ему. Книги его вообще не интересовали.

– У меня есть для тебя ещё кое-что! На случай, если тебе будет скучно, – с этими словами папа потянулся за своей сумкой и вытащил оттуда деревянную коробку. Он положил её на край одеяла, и она тихо задребезжала.

Без особого интереса Элиас открыл коробку, и тут, к неимоверному удивлению Лауры, глаза его вспыхнули.

– Что это?

– Испорченный часовой механизм, – пояснила папа. – Может, тебе удастся его починить. Мне это, к сожалению, не удалось. Я положил внутрь парочку инструментов. А инструкцию ты наверняка найдёшь в интернете.

Лаура внутренне сжалась. Она ждала, что Элиас яростно швырнёт коробку на пол. Но, как ни странно, часовой механизм, похоже, завораживал его.

«Интересно, он действительно попробует исправить его?» – подумала Лаура. Ведь он ненавидел любую работу, которая требовала от него терпения и внимательности.

Когда Лаура с папой уже собрались уходить, Элиас схватил сестру за руку.

– Подожди, – с этими словами он протянул ей коробку. Сделал он это так бережно, словно расставался с ценным сокровищем. – Ты можешь забрать её домой и спрятать в моём шкафчике? Я не хочу, чтобы мама отняла у меня эти часы…

– Конечно, будет сделано, – Лаура не могла себе представить, чтобы мама отняла у Элиаса что-то, что ему дорого, но кто знает, в конце концов, часы-то Элиасу принёс папа.

– Спасибо. Я тебя люблю… – Элиас робко посмотрел на сестру.

Лаура покраснела. Элиас почти никогда не выражал свою привязанность так открыто…

– Я тоже тебя люблю, – пролепетала она и неловко поцеловала его в щёку, после чего они с папой покинули палату.

Вернувшись домой, Лаура, как обещала, спрятала коробку с часовым механизмом в шкафчик брата. Самсон внимательно наблюдал за ней. Его глаза, казалось, всё понимают.

– Только попробуй выдать меня! – Лаура пристально посмотрела на кота, но потом улыбнулась. – Хотя в этом мире ты всё равно не умеешь говорить. Я имею в виду, по-человечески.

Весь вечер Самсон не отходил от неё ни на шаг. Во время ужина он сидел у неё в ногах. Потом он уселся к ней на колени и терпеливо ждал, пока она наиграется со своим планшетом. А когда она наконец собралась в кровать, он калачиком свернулся у неё на подушке.

– Я прекрасно понимаю, откуда вдруг такая привязанность, – Лаура с улыбкой посмотрела на кота и ласково почесала его за ушком. – Ты боишься и в этот раз пропустить восьмой день, верно?

– Верно! – ответил Самсон.

Возможно, он просто сказал «мурррн…». Или это «верно» вообще придумало её воображение. Но Лауре было всё равно. Разве это важно?

– Я рада, что ты пойдёшь со мной, – засыпая, пробормотала она.

Лаура проснулась от того, что Самсон сидел у неё на груди и нетерпеливо топтал по ней лапами.

– Эй! Мне же больно! – мгновенно проснувшись, сердито воскликнула она.

Она попыталась сбросить кота, и её пальцы вновь нащупали висящие на его шее золотые часы. Она резко поднялась и осмотрелась. На этот раз её совсем не удивило, что лежала она не в своей постели, а на верхней полке двухэтажной кровати.

Восьмиденье.

Она потянулась за телефоном, который специально взяла с собой в постель, и включила фонарик. Потом, усадив кота на колени, потянулась за часами у него на шее, чтобы посмотреть, который час. Но кот опередил её.

– Двадцать минут первого. И твои соседки уже ушли, – сообщил он. – Ты же помнишь, они собирались на пикник? Скорее всего, ты в прошлый раз отказалась, иначе бы ты сейчас была вместе с ними.

– Что значит, я отказалась! – возмущённо воскликнула Лаура и спрыгнула с кровати. – Они просто ушли, не дождавшись меня! А я проспала!

Как же ей было обидно! Всё неделю она не могла дождаться восьмиденья! Ей так не терпелось предпринять что-то захватывающее со своими новыми подругами! Но, очевидно, другие девочки справлялись с «переключением» лучше Лауры и не спали в полночь. Ну почему Самсон не разбудил её раньше?

Она быстро надела вязаную кофту и огляделась в поисках подходящей обуви. Всё это время розовые туфли не давали ей проходу.

– Уйдите! Вы только мешаете! – прикрикнула на них Лаура. Она натянула сапожки и с телефоном в руках бросилась к выходу. Самсон не отставал от неё.

– Ты топочешь, как слон! – промяукал он. – Хочешь перебудить весь замок?

Этого Лауре, разумеется, хотелось меньше всего. Она на цыпочках прокралась по коридору к лестнице. Самсон тенью следовал за ней.

Спустившись на первый этаж, Лаура огляделась. Где-то тут должна быть лестница, ведущая в подземелье. Но её не было. Совершенно сбитая с толку, она остановилась и попыталась вспомнить, каким путём Мерле вела её ночью. Может, она перепутала пролёты? И не каждый из них ведёт в подземелье?

– Ладно. Тогда идём обратно и повторяем весь путь ещё раз с самого начала, – Лаура решительно развернулась.

Снова оказавшись на втором этаже, она остановилась и тщательно осмотрелась, с надеждой найти хоть какую-то зацепку. Тем временем Самсон удобно расположился на полу и принялся тщательно вылизывать шёрстку.

– Я заблудилась, – призналась Лаура. – Я не могу найти дорогу. Может, поможешь мне? Ты ведь знаешь каждый уголок замка.

– Ладно, пойдём, – спокойно ответил кот и побежал вперёд.

Лаура не отставала, но внутри у неё всё клокотало от негодования. Она еле сдержалась, чтобы не наорать на Самсона. Всё это время он прекрасно знал, что она идёт не туда! И спокойно наблюдал за этим! Но она взяла себя в руки и решила не рисковать. А вдруг он обидится и бросит её тут?

Самсон свернул в один из коридоров. Лауре показалось, что они уже покинули башню Mercurius и сейчас находятся в башне Venus. Но уверена она не была. Здесь всё было таким запутанным! Эти бесконечные углы, повороты и эти бесчисленные восьмиугольники!

Они дошли до очередного лестничного пролёта и начали спускаться вниз. Самсон легко перепрыгивал через несколько ступенек, и Лаура едва поспевала за ним.

– Подожди! Не так быстро! – окликнула она его.

Самсон резко остановился и обернулся.

– Так ты хочешь догнать своих подруг или нет? – обиженно промяукал он.

– Конечно, хочу, но…

– Тогда не ползи, как черепаха!

Он снова повернулся к ней спиной и уже через мгновение растворился в темноте. Лауре ничего не оставалось, как смириться. Крепко сжимая в руке фонарик, она побежала вслед за ним. Теперь она была уверена, что они на правильном пути. Это тот самый пролёт! Вон там, на стене – трещина! Она заметила её ещё той ночью.

Теперь, оказавшись на первом этаже, она моментально нашла вход в подземелье. Но тут ей бросилось в глаза, что Самсон куда-то пропал.

– Самсон! Ты где? – позвала она, вглядываясь в пустоту и прислушиваясь, не раздастся ли откуда-нибудь его мяуканье.

Но кругом была тишина. Он что, играл с ней в прятки? Или ему просто надоело опекать её и он отправился по своим делам? В конце концов, в прошлый раз он тоже только и делал, что гулял по замку.

– Ну нет так нет, – пробормотала Лаура. – Теперь я и сама справлюсь.

Лаура начала спускаться. Но уже через пару ступенек её смелость улетучилась. Это место действительно казалось зловещим, а лестница была намного уже и круче, чем все те, которые вели наверх. Она словно спиралью ввинчивалась в темноту. У Лауры закружилась голова. Ей казалось, что лестница не стоит, а движется по кругу.

Крепко держась за стену, она попыталась успокоиться. Глубокий вдох… «Не паникуй, Лаура! Всё в порядке!» – убеждала она себя.

Она медленно преодолевала ступеньку за ступенькой. От запаха сырости и плесени у неё разболелась голова. Господи, да когда же, наконец, эта лестница закончится? Сколько же можно? И другие девочки уже наверняка ушли. Самсон назвал Анук, Ширин и Мерле её подругами. Но были ли они подругами на самом деле? Разве дружба не означает нечто большее, чем просто общение?

Из всех девочек Ширин была самой приветливой. Анук показалась Лауре немножко заносчивой и высокомерной. А с Мерле… Лаура совершенно не могла понять, как та к ней относится. И вообще она была странной и какой-то… злобной. Хотя, учитывая её тяжёлую судьбу, это неудивительно. Интересно, всю прошлую неделю она тоже жила на улице?

«Сможем ли мы когда-нибудь стать настоящими подругами?» – размышляла Лаура.

Наконец она дошла. Вот они, знакомые своды! Теперь, когда она была одна, подземелье выглядело ещё более таинственным и устрашающим, чем в прошлый раз. Особенно её пугала тёмная вода. А что, если оттуда вылезет какое-то чудовище и попытается утащить её на дно? От одной мысли об этом у Лауры холодело внутри. Нет, о таком нельзя даже думать!

Она медленно шла вперёд, стараясь не обращать внимания на подкашивающиеся колени. Где же лодка? Где она стояла? Лаура вглядывалась в темноту. Тут она вспомнила о причале и продолжила путь.

Но когда она подошла к причалу, разочарованию её не было предела. Лодки там уже не было! То есть пикник состоялся без неё!

Совершенно подавленная, Лаура медленно развернулась. Ну да, она и сама отчасти виновата. Ведь она вначале сомневалась, идти или не идти. И откуда девочкам было знать, что она передумала и решила всё-таки пойти с ними?

Но всё равно она чувствовала себя сейчас такой одинокой! Она была одна в этом страшном подземелье. И из воды в любой момент могло появиться какое-то чудовище.

Внезапно она услышала шорох. Шаги. Позади неё. Она остановилась как вкопанная, боясь пошевелиться. Дыхание перехватило, а сердце бешено колотилось.

Шаги всё приближались. Что же делать? Бежать или обернуться?

Стоя как истукан, Лаура вслушивалась в темноту. Шаги неожиданно стихли. Может, это её соседки так развлекаются? Может, они прячутся тут неподалёку и решили попугать её?

Но вот шаги снова возобновились. И казалось, что тот, кому они принадлежали, был так же неуверен, как и она.

Лаура едва дышала. Что будет, если её поймают? Тем более она нарушала правила уже во второй раз. Она подумала было о том, чтобы выключить фонарик, но потом отбросила эту мысль. Тогда бы она осталась в полной темноте, а этого ей хотелось меньше всего.

В конце концов девочка собралась с духом. Будь что будет!

– Тут кто-нибудь есть? – прокричала она. Голос её дрожал.

Шаги остановились.

– Кто это? – раздалось из темноты.

Голос принадлежал какому-то незнакомому мальчику. Ага, значит, это всё-таки не Ширин, Анук и Мерле! И, в любом случае, тот, кто к ней сейчас приближался, не был кем-то из взрослых. И, разумеется, это никакая не водяная тварь. Те могли, наверное, лишь булькать. А этот голос говорил отчётливо.

Она глубоко вдохнула.

– А кто спрашивает? – теперь её голос звучал увереннее.

Шаги приблизились вплотную. И в свете фонарика Лаура увидела высокую худощавую фигуру мальчика. Он выглядел чуть старше её, на вид ему было лет пятнадцать. Заслоняя глаза ладонью от слепящего света фонарика, он представился.

– Меня зовут Северин. Северин Зюскинд.

Лаура поспешно отвела фонарик.

– Лаура Лилентштедт.

Почему это имя кажется ей таким знакомым? Лаура пыталась вспомнить, где же она его слышала. И тут словно молния блеснула у неё в голове. Это же влюблённость Оливии! Того тоже звали Северин… Но наверняка это всего лишь совпадение. В конце концов, имя-то не самое редкое.

Северин был очень высоким, около метра восьмидесяти. И всё в нём казалось слишком длинным – ноги, руки и даже лицо. У него были поразительно густые светлые волосы. Они делали его похожим на героя из манги – любимых японских комиксов Оливии.

Что она тут делает? Она ищет то же, что и я?

Эти слова прозвучали только в её голове. Но она была так взволнованна, что не поняла этого, и ответила:

– Я ищу своих подруг. Я думала, они тут.

– Если ты имеешь в виду трёх девочек, которые недавно уплыли на лодке, то ты опоздала.

Лаура кивнула.

– Это как раз то, чего я боялась. Они не дождались меня. А ты что тут делаешь?

Наверное, он тоже учится в этой школе и живёт в одной из башен, предназначенных для мальчиков. Видимо, в этом замке существовала какая-то схема подземных коридоров, которые соединяли башни друг с другом.

Какое-то мгновение Северин колебался. Он пристально разглядывал Лауру.

– Я пытаюсь раскрыть одну тайну, – неуверенно ответил он.

Как мне выкрутиться из этой ситуации? Я же понятия не имею, можно ли ей доверять?

И вот он снова тут! Этот голос в её голове! Лаура была в растерянности – она же точно видела, что губы мальчика не шевелились! Но тогда откуда она узнала, о чём он сейчас думает? Может, она просто угадала? Или вообще всё сама придумала в своём разгулявшемся воображении?

– Какую тайну?

Я же знал, что она продолжит расспросы…

На этот раз голос у неё в голове звучал несколько размыто, словно его заглушал шум моря.

– Ты из какой башни? – Северин попытался уйти от ответа.

– Mercurius. А ты?

– Neptunus. Когда ты получила доступ к восьмиденью?

– Это мой третий раз.

– Тогда ты, можно сказать, ещё новичок.

Лаура расстроенно кивнула.

– Да. И у меня столько вопросов… я ещё не понимаю очень многих вещей.

– Со мной было вначале точно так же.

– А ты уже давно здесь? – Лаура с интересом посмотрела на него.

– Примерно полгода, исходя из нормального измерения времени. То есть это моё 26-е восьмиденье. Я веду им счёт, – он широко улыбнулся.

– В этом мире всегда только восьмиденье, верно?

– Да. И ты всегда возвращаешься на то самое место, где был в прошлый раз. Чаще всего это твоя кровать, поскольку переключение обычно происходит в полночь.

Лаура снова кивнула.

– Ну да, это я уже заметила. Но ты перевёл тему. Какую тайну ты пытаешься разгадать?

Северин на мгновение замолчал.

– Пообещай сначала, что ты никому не расскажешь о том, что увидишь сегодня ночью, – тихо сказал он, глядя Лауре в глаза.

Лаура нахмурилась. С чего это она должна давать какие-то обещания совершенно незнакомому мальчику? Кто знает, что он ей вообще покажет?

– Ты требуешь слишком много. Я же тебя почти не знаю.

– Ладно. Доверять так доверять, – Серверин откашлялся. – Ты уже наверняка не раз задавалась вопросом, зачем этот мир существует и почему ты оказалась в нём.

– Я только знаю, что это как-то связано с золотыми карманными часами, которые я нашла у папы в шкафу.

– Да, конечно, часы – это ключ к этому миру. Но зачем он вообще был создан? Мне кажется, я кое-что нашёл… Идём!

Северин развернулся и направился в ту сторону, откуда он пришёл. Лаура последовала за ним.

Они шли вдоль берега. Сначала пейзаж оставался неизменным: слева журчала подземная река, с правой стороны возвышалась каменная стена, на которой Лаура время от времени замечала тёмные отверстия. Один раз это была маленькая арка, забраться в которую можно было лишь ползком. Другое отверстие имело форму круга. Всё это выглядит довольно зловещим, подумала она. Тёмные пятна на потолке оказались летучими мышами. Они иногда внезапно срывались со своих мест и стремительными зигзагами носились вокруг неё. Лаура испуганно втягивала голову в плечи. И хоть их крылья ни разу не касались её, чувствовала она себя крайне неуютно.

Куда же Северин её вёл?

Внезапно мальчик остановился и принялся ощупывать стену.

– Вот тут, кажется, что-то есть…

Не успела она спросить, что он имеет в виду, как за стеной раздался дребезжащий звук. Похоже, Северин запустил какой-то потайной механизм, так как стена раздвинулась, и на этом месте появился узкий проход.

– Туда? – дрожащим голосом прошептала Лаура. Её почти тошнило от страха.

– Да, – Северин решительно шагнул вперёд.

Лаура направила фонарик в проход, освещая ему дорогу и стараясь не думать о том, что батарейка её телефона может сесть в любой момент.

– Что именно ты ищешь?

– Я ищу создателя этого мира…

– Создателя? – повторила Лаура. У неё пересохло во рту. – Ты имеешь в виду…

Таинственный часовщик

– Нет! Я не имел в виду бога. Я имел в виду того, кто создал мир восьмого дня, – Северин повернулся к ней и улыбнулся. – Того гения, которому, похоже, удалось постичь тайну времени. Как правило, время движется лишь в одну сторону, точнее, только вперёд. Но знаменитый физик Эйнштейн доказал, что время и пространство – это два взаимосвязанных фактора и что в разных местах время идёт с разной скоростью. Люди издавна мечтали путешествовать во времени, увидеть прошлое и будущее, повернуть события вспять…

– Как в фильме «Назад в будущее», – прошептала Лаура. – Я видела все три фильма.

Она была единственной в классе, кто смотрел эти фильмы. Остальные даже и не слышали о них. Правда, это неудивительно, ведь эти фильмы были сняты в 80-е годы прошлого столетия. Но Лауре повезло – у папы ещё сохранился старый DVD-плеер и вся коллекция старых дисков.

– Ты полагаешь, что кому-то на самом деле удалось создать машину времени? – взволнованно спросила она.

– Насчёт этого я не уверен, но кому-то явно удалось растянуть время настолько, чтобы между воскресеньем и понедельником возникло место для ещё одного дня, – ответил Северин. Глаза его горели от восторга. – И из этого лишнего дня он создал совершенно особенный мир, в который вложил всю свою фантазию.

Лаура знала, что есть компьютерные игры, где можно создавать города или даже страны. Оливия как-то раз принесла ей такую игру, там можно было создать конюшню. Девочки провели тогда бесчисленное количество часов, выдумывая новые породы лошадей и вкладывая в них всё своё богатое воображение. Лаура до сих пор помнила своего белого жеребца Карузо, который не только был быстрым как молния, но ещё и справедливым. Он боролся против всех плохих людей. Например, против злого торговца лошадьми, который мучил и морил голодом своих животных. И ему всегда удавалось победить. Любимую лошадку Оливии звали Аннабель, это была золотисто-рыжая кобылка. И у Карузо с Аннабель только-только родился малыш… как игра сломалась.

Но ведь это была игра! Однако Лаура при всём желании не могла себе представить, как простой человек может создать целый мир! Мир, в котором всё настоящее, всё можно потрогать! На это даже её воображения не хватало. Как ему, к примеру, удалось создать настоящие джунгли, настоящий замок, настоящий парк? Да и всё, что было вокруг? А что с людьми, которые жили в этом мире? Они реальные или лишь плод фантазии создателя?

Лаура остановилась как вкопанная и пристально посмотрела на мальчика.

– А ты вообще человек, Северин?

Северин расхохотался.

– Конечно! А кем я, по-твоему, должен быть?

– Возможно, частью этого воображаемого мира?

– Я настолько же реален, как и ты! Можешь в этом убедиться.

– Убедиться? Как? – Лаура вопросительно посмотрела на него.

– Например, можешь меня потрогать, – он всё ещё улыбался.

Лаура разочарованно покачала головой.

– Нет. Я же могу прикоснуться и к этой стене, и к растениям в парке. И они кажутся реальными. Но ведь это не так? Так что это не доказательство!

– Тогда, я боюсь, тебе придётся поверить мне на слово, – лицо Северина стало серьёзным.

Лаура задумчиво посмотрела на него.

– Я учусь в той же школе, что и ты, – продолжил Северин. – И я знаком с твоей подругой Оливией.

Лаура вздрогнула. Ну и ну! Вот так совпадение! Это действительно тот самый Северин, в которого по уши влюблена Оливия!

Интересно, какая реакция последовала бы от Оливии, если бы Лаура рассказала ей, что встретила её Северина в том мире, в который ей самой вход закрыт? Или, может, Оливия тут ещё появится?

В голове у Лауры гудело, вопросы множились с невероятной скоростью. Но теперь она хотя бы была уверена, что Северин настоящий. Такой же настоящий, как и она сама. Как Анук, как Мерле, как Ширин…

– А как ты попал в мир восьмого дня? – теперь ей хотелось узнать о нём как можно больше.

– Разумеется, тоже с помощью карманных часов, – Северин коротко засмеялся. – Однажды я обнаружил в своём шкафчике посылку. Без адреса отправителя. Я вскрыл её, чтобы узнать, для кого она была предназначена.

– Дай угадаю! Внутри были золотые карманные часы? – вырвалось у Лауры.

Северин подмигнул ей и улыбнулся.

– Точно!

– И стихотворение было? – уточнила она.

– Да.

Они посмотрели друг на друга.

– Почему именно мы получаем эти часы? – спросила Лаура. Это был тот вопрос, который не давал ей покоя с самого начала.

– Мне сказали, что в этот мир попадают только избранные. Каждый из нас обладает незаурядными способностями, и мы приходим сюда, чтобы понять, в чём они заключаются. А потом, когда мы находим свой талант, нам необходимо постоянно тренироваться и оттачивать его. Для этого и существует наша школа.

У Лауры внезапно пересохло во рту. Опять эта история с талантом! Но ведь у неё нет никаких незаурядных способностей! Лаура снова почувствовала себя не в своей тарелке.

– А какой талант у тебя? – она нерешительно взглянула на него.

– Я всегда интересовался кодами, шифрами и замками. И тем, как их взламывать, – ответил Северин. – И тут я в этом весьма преуспел.

«А ведь он хвастун!» – подумала Лаура. Сама же она почувствовала себя жалкой неудачницей. Она была настолько обычной, насколько это вообще было возможно. Она выделялась на фоне остальных ребят, не вписывалась в этот мир. Может, эти часы вообще были не для неё? Может, это Элиас должен был их найти? Хотя он тоже не обладал никакими незаурядными способностями или талантами. Разве что талантом виртуозно действовать окружающим на нервы. Ну и ещё у него был настоящий талант постоянно ломать себе что-нибудь или, в лучшем случае, ставить себе синяки и набивать шишки.

– Вот у меня нет никаких талантов, – вырвалось у Лауры.

Северин бросил на неё короткий взгляд и тихо сказал:

– Каждый или каждая, кто попадает сюда, обладает чем-то незаурядным. Ты просто ещё не нашла свой талант, – он решительно повернулся с ней спиной. – Слушай, мы и так уже потеряли кучу времени. Нам пора, пошли!

Они двинулись вперёд. Но не успели они сделать и пары шагов, как свет Лауриного фонарика погас.

– Ну вот!

– Не волнуйся, без света тоже получится.

– Ха! Ещё скажи, что ты можешь видеть в темноте, – с насмешкой в голосе произнесла Лаура.

– Да, могу. И поэтому будет лучше, если ты мне сейчас дашь руку.

Лаура почувствовала, как пальцы Северина схватили её за руку.

Наверняка она сейчас заберёт руку…

– Нет, я не заберу её, – ответила Лаура.

– Я же ничего не сказал!

– Как не сказал? Я же слышала!

Северин был явно сбит с толку. Он нервно вздохнул.

– Идём. Туда. – Он потянул её вправо.

Это было просто ужасно – блуждать в полной темноте, несмотря на твёрдую руку Северина. Каждый шаг вёл в неведомое, пугающее пространство. Лаура боялась провалиться в дырку в полу или стукнуться головой о слишком низкий потолок.

Но Северин уверенно вёл её сквозь тьму. Наконец Лаура уловила впереди слабое голубоватое свечение. Они подошли к повороту, который, в свою очередь, вёл к развилке.

Голубоватый свет, который видела Лаура, исходил от висящих под потолком огромных круглых ламп. Ребята снова свернули в один из коридоров. Перед взором Лауры предстал целый ряд голубых дверей, выглядевших на первый взгляд совершенно одинаково. Но, приглядевшись, Лаура заметила, что на каждой двери был нарисован свой золотой символ. Она обнаружила тут и дерево, и скалу, и башню, и птицу, и даже инь и ян. А на одной из дверей была нарисована золотая лежащая восьмёрка – символ бесконечности. Именно возле этой двери и остановился Северин, приложив палец к губам. Значит, надо молчать… Лаура затаила дыхание. Северин достал из внутреннего кармана куртки отмычку и занялся замком. Не прошло и нескольких секунд, как послышался тихий щелчок, дверь открылась, и ребята зашли внутрь.

Комната, в которую они попали, была залита тем же мистическим голубоватым светом. И из-за него всё, что находилось в этой комнате, казалось ещё более странным и причудливым, чем было на самом деле. Перед глазами Лауры медленно вращались огромные золотые шестерёнки. Как в часовом механизме, который пытался починить её папа, подумала девочка. Только тут все детали были в миллион раз крупнее, массивнее…

Лаура и Северин осторожно продвигались вперёд, стараясь ненароком ничего не задеть. В центре комнаты находился огромный циферблат, разделённый на 24 деления. Вокруг него неустанно вращалось множество золотых шаров. Всё это выглядело, как модель Солнечной системы. Только вместо Солнца в центре находился циферблат.

По всей комнате тикало, дребезжало и шебуршало. Иногда до ребят доносился перезвон колокольчиков. И они зачарованно наблюдали за тем, как колоссальной величины молоток медленно ударил в гонг, от чего по комнате прокатился низкий гулкий звук, заставивший вибрировать пол и стены.

Лаура в растерянности стояла перед огромным механизмом, у неё глаза разбегались. Она не понимала того, что происходило, и не знала, какие функции выполняли все эти детали. Но одно она знала точно: они стояли у истоков мира восьмого дня. И именно тут билось сердце, подарившее жизнь всему, что в нём существовало.

– Вот это да! – прошептала Лаура. – Только гений мог создать такое!

– Это точно… – Северин кивнул.

В этот момент по ту сторону двери раздался шорох. Замок снова щёлкнул, а ручка двери начала опускаться.

Северин мгновенно сообразил, что надо действовать. Схватив Лауру за руку, он потянул её к двери. Там они, едва дыша, прижались к стене.

Дверь отворилась, и в комнату, шаркая ногами, зашёл маленький человечек. Он был таким старым, что, казалось, возраст придавливает его своим весом. Одет он был в длинное серое пальто, а вокруг головы сияли совершенно белые волосы, похожие на нимб. Сгорбившись в три погибели, он медленно направился к центру комнаты, что-то бормоча себе под нос. Там он остановился, упёрся руками в бока и принялся внимательно наблюдать за движением планет. С места, где они стояли, Лаура прекрасно видела его лицо. Она заметила, что старик нахмурился. Потом достал из кармана большой ключ и наклонился над одной из плит, которыми был выложен пол.

– Чёрт подери! Эта штуковина открывается с каждым разом всё хуже… Эх… Да, наконец!

Старик был так погружён в свою работу, что Северин принял решение – сейчас! Подав Лауре знак, он покрепче сжал её руку, и оба на цыпочках покинули комнату.

Когда они добрались до конца коридора, Лаура не выдержала.

– Кто этот человек? И чем он там занимается? – вырвалось у неё.

– Тише, не так громко, – предостерёг Северин. – Теперь и ты его увидела. Это и есть создатель нашего мира восьмого дня, магистр Гораций. – В его голосе послышались нотки чуть ли не трепетного благоговения и восхищения. – В этой школе о нём много говорят, но всё на уровне слухов и догадок. А точно никто ничего не знает. Мне посчастливилось несколько раз наблюдать за ним. Но ни разу мне ещё не удавалось подойти к нему так близко, как сегодня. Господи, ему же наверняка уже лет сто! А может, и больше.

Лаура ни разу в жизни не видела такого старого человека. Конечно, медицина не стояла на месте, и люди становились всё старше. Но пока никому ещё не удалось повернуть процесс старения вспять, не говоря уже о том, чтобы предотвратить смерть.

– Что он пытался сделать с этим ключом? – спросила Лаура.

– Я не знаю точно. Но подозреваю, что он с его помощью заводит этот огромный механизм, чтобы тот не останавливался. Скорее всего, это необходимо, чтобы наш мир существовал и дальше…

– То есть ты допускаешь, что наш мир может просто исчезнуть? Вот так, со дня на день? – Лаура пристально вглядывалась в его лицо.

– Не просто со дня на день. А с восьмого дня на восьмой день, – поправил её Северин. – Да, я думаю, это вполне вероятно. Ведь когда-то этот мир возник, и точно так же он может исчезнуть, если механизм, поддерживающий в нём жизнь, будет уничтожен.

У Лауры похолодело внутри.

– А что тогда произойдёт с нами?

– Я не знаю, – признался Северин. – Возможно, нас просто выбросит в реальный мир. Если повезёт… – он серьёзно посмотрел на неё. – Или же мы все погибнем.

Лаура сглотнула.

– Но вероятность этого минимальна, – продолжил Северин и ободряюще улыбнулся. – В любом случае, магистру Горацию удалось обрести власть над временем и создать этот невероятный мир! А ведь это просто гениально, Лаура! Раскрыв тайну времени, ты становишься всесильным! Ты можешь делать почти всё что захочешь!

Однако не успел он закончить предложение, как подземелья сотряс неимоверной силы толчок. Пол под ногами у Лауры закачался, и всё вокруг стало прозрачным. На долю секунды Лаура вновь оказалась в своей кровати, в комнате на улице Аквилегии. Но уже через мгновение какая-то неведомая сила рывком вернула её в Замок Вечности. Она снова была в подземелье, и напротив неё стоял Северин.

– Что это было? – вырвалось у Лауры.

Тут она заметила, что в панике схватила Северина за руку, и тут же смущённо отпустила её.

– Это доказательство того, что наш мир далеко не такой стабильный, каким он кажется, – тихо ответил Северин. – В последнее время я пережил подобное уже несколько раз. Похоже, что-то очень не в порядке!

Не успел он договорить, как из комнаты магистра Горация раздалась громкая ругань. Северин мгновенно схватил Лауру за руку, и они спрятались в нише. И как раз вовремя, поскольку тут же из комнаты выбежал и сам Гораций. Для своего возраста он передвигался поразительно быстро. Почти одновременно с этим с другой стороны коридора появился ещё один человек и стремительно направился к магистру. Он был маленьким, очень щуплым, на носу огромные совиные очки. Лицо его выглядело молодым, но совершенно белая шевелюра выдавала его не самый юный возраст. Он немного напомнил Лауре Альберта Эйнштейна.

– Дядя! – воскликнул он. – Что произошло? Скорее всего, ты снова слишком сильно перетянул механизм.

– Успокойся, Корбиниан! В конце концов, ничего страшного не случилось, – старик попытался проскользнуть мимо.

– Ты должен быть крайне осторожен с запасным ключом! Я тебе говорил это уже много раз! – человек, которого магистр Гораций назвал Корбинианом, удержал его за руку. – Ты действительно не помнишь, куда положил основной ключ? Это очень важно!

– Ну сколько же можно твердить, что это не я потерял ключ! – взорвался магистр Гораций. – У меня его украли, чёрт подери!

Корбиниан ещё крепче сжал его руку.

– Ты уверен? – тихо спросил он.

Магистр Гораций раздражённо вырвался и выпалил:

– Ты можешь мне поверить, племянничек! Я ещё в здравом уме и трезвой памяти. И я знаю, что делаю!

– Я не ставлю под сомнение твой разум, но в последнее время ты стал забывчивым! – воскликнул Корбиниан. – Послушай, если ключ на самом деле кто-то украл, то мы должны принять меры! Нельзя оставлять это без внимания, это очень серьёзно. Многие люди готовы душу продать, лишь бы получить доступ к нашим знаниям.

Гораций, ворча, замотал головой и попытался уйти, но Корбиниан вновь удержал его.

– Я понимаю, что ты и слышать об этом не хочешь. Тебе важен лишь твой механизм. Ты его создал, и он на самом деле гениален! Но для тебя это лишь забава! И, похоже, ты не совсем понимаешь, насколько это может стать опасным, если наша тайна попадёт в чужие руки…

– Да кого это может интересовать? – возразил Гораций.

– Господи, ты что, забыл, сколько денег тебе предлагали за то, чтобы ты раскрыл секрет нашего механизма? И ведь не только деньги! Тебе угрожали, тебя шантажировали. Ведь именно это и послужило главной причиной твоего возвращения в мир восьмого дня. Ты же хотел спрятаться от нападок. Ты хотел, чтобы тебя наконец оставили в покое! – Корбиниан сделал глубокий вдох, явно стараясь успокоиться. – Но я могу поклясться, дядя: эти люди никуда не делись. Они преследуют нас! И они не успокоятся, пока не добьются своего.

– Ты что, хочешь меня напугать?

– Ты должен бояться! – Было видно, что терпение Корбиниана на исходе и он вот-вот взорвётся. – Если твой секрет попадёт не в те руки, под угрозой окажется и весь реальный мир! Речь же вовсе не о том, что кто-то хочет украсть у тебя игрушку. И не о том, что кому-то понадобился этот фантастический мир со всеми твоими странными, почти абсурдными фантазиями и причудливыми существами. Ты же прекрасно знаешь, что с помощью твоих знаний можно изменять события и влиять на происходящее. А это будет иметь фатальные последствия для реального мира. Проснись, наконец, дядя! Твоё изобретение будет использовано во зло!

– Боюсь, я тебя не понимаю… – Гораций решительно скинул руку Корбиниана, потом обиженно развернулся и направился вдоль коридора.

– Ты не хочешь меня понимать! – Корбиниан побежал за дядей. – Мы, конечно, уже предприняли некоторые меры – привели сюда этих детей. Они помогут нам защитить твой мир. И всё же мы не имеем права расслабляться. Ни на секунду…

– Ты что-нибудь понял? – растерянно спросила Лаура, когда Гораций и Корбиниан скрылись за поворотом.

– Не всё, – признался Северин. – Но, похоже, у них пропал ключ, с помощью которого наш мир приходит в движение. Я имею в виду, настоящий ключ.

Лаура кивнула.

– И этот Корбиниан потому и появился, верно?

Лицо Северина приняло сосредоточенное выражение. Он явно размышлял о чём-то.

– Я примерно представляю, что Корбиниан имел в виду, когда говорил об опасности. Тот, кто владеет тайной времени, может им манипулировать. Может, например, изменить прошлое. Или подарить каким-то определённым людям ещё один день. Можно найти много примеров… Мне кажется, Гораций в таком восторге от своего творения, что даже не думает о возможных угрозах и рисках. Да, он создал мир, в котором существует магия! Мир, где мы с тобой можем развить свои незаурядные способности. Но кто знает, а вдруг кому-то удастся перенести эти магические силы и в реальный мир? Вот тогда может начаться полный хаос…

В голове у Лауры мелькнула картинка парящей Анук. Уметь летать, покорять воздух – разве об этом не мечтает почти каждый? И ведь ничего плохого в этом нет. Хотя… если такими способностями будут обладать лишь избранные, это, конечно, станет поводом для недовольства и конфликтов. В любом случае, некоторые люди будут тогда гораздо сильнее и могущественнее других.

Она продолжала размышлять. Но неожиданно Северин хлопнул себя по лбу и громко воскликнул:

– Я всё понял! Теперь я знаю, зачем они привели нас в эту школу! Не ради нас самих, не ради наших собственных достижений! – глаза его горели. – Как же я не догадался об этом раньше? На нас им плевать. Они хотят сделать из нас воинов! Воинов, которые будут защищать мир восьмого дня! Нас готовят к войне!

Лаура сглотнула.

– Или спецагентов… Это звучит как-то лучше, – пробормотала Лаура. Голос её был хриплым и заметно дрожал.

Ей вдруг вспомнились слова, которые она случайно подслушала, когда магистр Дариус выгнал её из класса. По ту сторону двери, возле которой она тогда остановилась, кто-то отчётливо сказал:

«Каждый из вас обладает незаурядными способностями. Но только от вас самих зависит, насколько вы сможете развить свой дар. Чем больше вы будете тренироваться, чем упорнее будете оттачивать своё мастерство, тем больших успехов вы достигнете! И тем легче вам будет в один прекрасный день защищать наш замечательный мир восьмого дня…»

Лаура не знала, кто говорил это. Но эти слова намертво врезались ей в память.

Значит, это правда. Значит, они должны будут защищать мир восьмого дня. Как же трудно себе это сейчас представить… Но, с другой стороны, всё логично. Тот, кто сейчас пытается овладеть секретом Горация, вряд ли захочет просто прогуляться по его причудливому миру. Наоборот. Скорее всего, он попытается исчерпать все его возможности. И, похоже, это несёт в себе огромную опасность.

Лаура подумала о водяных чудищах, о летающих тварях. Наверняка, создавая их, Гораций просто забавлялся – если верить словам Корбиниана. Но ведь он точно так же мог создать и драконов, и динозавров… и кто знает кого ещё? У Лауры по спине пробежал холодок.

Она подняла глаза и только сейчас заметила, что Северин пытливо смотрит на неё.

– Что ты собираешься делать? – тихо спросил он. – Ты продолжишь учёбу в этой школе?

– А у нас разве есть выбор? Мы попадаем в восьмой день так или иначе, хотим мы этого или нет.

– А если мы разобьём часы? – предложил Северин. – Тогда вся история с восьмым днём для нас закончится.

– Или же мы навсегда останемся в мире восьмого дня… – возразила Лаура.

После секундного колебания Северин кивнул.

– Да, такое тоже возможно…

Призвание

Северин проводил Лауру до входной двери её башни. Почти всю дорогу они молчали. После того что они сегодня узнали, всё остальное казалось уже неважным. Забыты были даже её подруги, ради которых Лаура спустилась в подземелье…

Стоя у двери башни, Лаура пристально посмотрела Северину в глаза. Ей очень не хотелось расставаться с ним. Ведь теперь у них была общая тайна. И у неё было так много вопросов, главным из которых был: какое решение примет сам Северин?

Сама Лаура ещё сомневалась.

– Эээ… Спасибо, что показал дорогу… – прошептала она.

– Да без проблем, – так же тихо ответил Северин.

– Ну… тогда… пока? Увидимся…

– Да уж точно не потеряемся! – Северин улыбнулся. – В конце концов, мы же можем общаться и в нашей школе. В реальном мире, я имею в виду. И нам обязательно надо будет обсудить, как мы поступим с часами.

– Договорились!

Северин ещё раз улыбнулся на прощание. Потом решительно развернулся и уже через секунду исчез в темноте.

Лаура взбежала по лестнице наверх. Мысли бешеным вихрем носились в её голове. Но она была счастлива! Ведь теперь у неё в реальным мире появился человек, с которым она может говорить обо всём! О восьмом дне, о Замке Вечности, о магии! Человек, который не подумает, что она сошла с ума…

Едва она подошла к двери своей комнаты и уже собралась нажать на ручку, как всё вокруг снова перекосилось, а стены стали прозрачными… Лаура вновь очутилась в своей кровати на улице Аквилегии. Она испуганно держалась за спинку кровати, а Самсон, громко мяукая, в панике прыгал вокруг неё. Это длилось несколько секунд, а потом так же внезапно прекратилось. Лаура обнаружила себя стоящей на коленях и вцепившейся в дверь.

– Ты должна была предупредить меня, что ходишь во сне.

Лаура вздрогнула от неожиданности. Подняв глаза, она увидела стоящую перед ней магистра Элизу. Её горящие глаза пристально смотрели Лауре в лицо. Протянув руку, она помогла ей подняться с пола.

– Что это было? – спросила Лаура, изо всех сил стараясь выдержать взгляд магистра и не отвести глаза.

– Я не понимаю, о чём ты, – магистр улыбнулась. – Скорее всего, тебе что-то приснилось.

Я надеюсь, она мне поверит. Мои ученицы ни в коем случае не должны бояться.

Голос в голове у Лауры звучал сейчас абсолютно отчётливо. И это был голос магистра Элизы.

– Вы лжёте! – решительно возразила Лаура. – Вы точно так же, как и я, видели, как всё вокруг стало прозрачным!

– Ну… может быть, это такой странный эффект от землетрясения. Под нами находятся две тектонические плиты. И порой возникает определённое напряжение…

Я надеюсь, она перестанет задавать вопросы!

– Когда происходит землетрясение, рушатся дома. А тут стены стали прозрачными, и я внезапно, на долю секунды, снова оказалась дома, в своей комнате! – Лаура не отводила взгляда от глаз учительницы.

Магистр нервно потёрла ладони друг о друга.

– Когда внезапно просыпаешься, порой видишь очень странные вещи. Я думаю, тебе сейчас лучше вернуться в кровать и попытаться забыть этот страшный сон, – магистр подтолкнула её в комнату.

«Она не хочет говорить мне правду, – подумала Лаура. – Прямо, как мама! Та тоже часто врёт и думает, что я ничего не замечаю…»

– Доброй ночи, Лаура! Я надеюсь, что ты скоро успокоишься и крепко уснёшь. Мы увидимся через несколько часов!

– Спокойной ночи, магистр Элиза!

Лаура закрыла за магистром дверь и забралась на свою койку. Только сейчас она почувствовала, как устала. Её тело словно было налито свинцом.

Но несмотря на усталость, она не могла уснуть. Бесконечные мысли о том, что с ней сегодня произошло, не давали ей покоя. Перед её глазами снова и снова возникал Северин. Она думала о том, как умело он взломал дверь в комнату Горация. Потом её мысли вернулись к странной комнате со всеми её шестерёнками, колёсиками и циферблатом. И она вновь увидела костлявые пальцы магистра Горация, сжимающие ключ…

Ей нужно определиться, что делать. Остаться тут, в мире восьмого дня, продолжать искать свой талант, а потом совершенствовать его? И, возможно, стать воином? Или же разбить золотые часы и вернуться навсегда в свой привычный мир? Если это вообще получится…

Она подумала о маме, об Элиасе, об Эми. О папе и Оливии. Её реальный мир был совсем неплохим, но порой таким сложным… Да и, признаться, однообразным. А тут, в мире магистра Горация, у неё был шанс стать героем, совершать подвиги. К тому же – а вдруг она действительно обладает каким-то даром?

Как это было бы замечательно – уметь летать, как Анук! Или исцелять, как Мерле! Лаура вздохнула. В любом случае, тут её ожидают невероятные приключения, в этом она была уверена. И к тому же она не теряет ни дня… Восьмиденье сделает её жизнь гораздо интереснее, хотя, возможно, и опаснее…

Лаура, должно быть, задремала. Проснулась она от шёпота и хихиканья, которыми неожиданно наполнилась комната. Девочки вернулись со своего пикника. И, очевидно, в прекрасном настроении. По комнате плыл сладкий аромат от нарванных ими цветов. Больше всего их насобирала Мерле. Она раскидала цветы по кровати, в то время как Ширин отправилась искать вазу для своего букета. Анук стояла спиной к стенке, лицо её выглядело умиротворённым, почти счастливым. Однако, приглядевшись, Лаура увидела, что она вовсе не стоит… Анук парила в воздухе – без малейшего усилия!

Лаура вновь почувствовала укол зависти.

Ширин вернулась из ванной комнаты. Не найдя вазу, она поставила свой букет в стаканчик для зубной щётки. А Мерле даже и не думала о вазе. Она с удовольствием окинула взглядом свою кровать, по которой были раскиданы цветы, а потом, смеясь, плюхнулась прямо на них.

– Разве ты не собираешься поставить цветы в воду? – Ширин с укором посмотрела на неё. – Они же завянут.

– Не лезь не в своё дело! – раздражённо огрызнулась Мерле. – Сама разберусь! – Она достала из-под воротника свою крысу и нежно погладила её. – Милый мой Брут! Как тебе понравился наш пикник? Мы обязательно скоро повторим его!

Ширин прикусила губу. Её лицо приняло обиженное выражение, но она не сказала ни слова. Поставив стакан с цветами на подоконник, она тихо забралась в кровать. Потом из-под одеяла высунулась её рука, потянулась вниз, и через секунду Лаура увидела черепаху Ефимию. Ширин молча положила её себе на грудь.

До Лауры донеслось фырканье черепашки. Оно успокаивало её бешеные мысли.

Анук тоже легла. Но сделала она это очень необычным образом. Поднявшись в воздух чуть выше своей койки, она приняла горизонтальное положение и плавно спланировала на кровать.

Ничего себе! Лаура аж присвистнула.

Неожиданно на её постель приземлилась лёгкая чёрная тень. Это был Самсон. Должно быть, он прошмыгнул в комнату вместе с девочками.

Кот мгновенно запрыгнул к ней на живот и свернулся калачиком. Лаура нежно погладила его блестящую шёрстку.

– Ну как? Ты уже приняла решение? – тихо спросил Самсон.

Лаура на секунду опешила. Откуда он знает, какие мысли её сейчас мучают? Но удивление быстро прошло. В конце концов, восьмиденье изменило не только её, но и её кота. В нём явно проснулись экстрасенсорные способности – теперь и он мог читать мысли.

– Да, наверное… – пробормотала Лаура.

У неё слипались глаза… Ефимия тихо пела, и под эту колыбельную она уснула.

– Почему вы не взяли меня с собой на пикник? – спросила Лаура следующим утром.

Девочки уже встали и приводили себя в порядок, собираясь на завтрак. Лаура спрыгнула с кровати, и тут же у её ног оказались розовые туфли. Они были похожи на собачку, которая виляет хвостом.

– Я хотела дождаться тебя, но другие были против, – Ширин виновато посмотрела на неё.

– Ну да, опять я виновата! – проворчала Анук.

Мерле была в ванной, поэтому не могла ничего ответить.

– Ерунда! Но ведь это действительно так и было! – Ширин попыталась защититься. – Или мне надо было соврать?

Она с сожалением посмотрела на свой букет. Головки цветов поникли и выглядели очень печальными. Как и цветочек, который Ширин получила от магистра после похода в джунгли.

– Я же говорила, садовник из меня никакой, – расстроено буркнула она.

Цветы Лауры и Анук выглядели не намного лучше. Зато цветок Мерле вырос за неделю минимум на десять сантиметров! Его сочные мясистые листья переливались всеми оттенками зелёного, а на стебельке даже появился первый бутон.

Лаура с изумлением заметила, что и те цветы, которые Мерле собрала ночью и на которых она спала, выглядели так, словно их только что сорвали.

– Теперь мы знаем, какой талант у Мерле, – Анук тоже с восхищением смотрела на кровать Мерле. – Возможно, когда-нибудь она станет знаменитым садоводом!

– А я вчера видела, как ты спланировала в постель! – Лаура не удержалась от похвалы, несмотря на зависть. – Это было просто супер!

Анук скромно пожала плечами. В этот момент на пороге ванной комнаты появилась Мерле.

– Поздравляю! – с улыбкой поприветствовала её Ширин.

– С чем? – проворчала Мерле. – У меня что, внеплановый день рождения?

– Похоже, ты обладаешь даром садовода! Цветы тебя явно любят! – пояснила Ширин.

– Ну и? – Мерле уселась на кровать и начала натягивать носки. – Тоже мне, замечательный талант! Может, мне ещё вырастить вокруг замка живую изгородь из розочек? – в голосе её была злая насмешка.

– Разве ты не рада? – Ширин смотрела на неё с недоумением. – Ты ведь так долго искала свой талант…

Мерле лишь презрительно фыркнула. А Лаура торопливо шмыгнула в ванную. Она проснулась последней, и ей надо было поспешить, чтобы не опоздать на завтрак. Быстро вымыв лицо, Лаура схватила зубную щётку и посмотрела в зеркало. Сегодня оттуда на неё смотрела Лаура-ровесница. «Даже как-то непривычно», – подумала она.

– А ты как думаешь, мне остаться? – спросила она своё отражение.

К её изумлению, отражение рассмеялось.

– В глубине сердца ты уже давно всё решила, – звонкий голос раздался из недр зеркала.

От неожиданности Лаура уронила зубную щётку. А когда, выудив её из раковины, вновь посмотрела в зеркало, там её ждала уже другая Лаура. Той было не больше трёх лет. Маленькая Лаура помахала ей рукой. И снова отражение изменилось. Вот Лауре из зеркала уже десять, двадцать, пятьдесят, восемьдесят… И всё это за несколько секунд.

Как заворожённая Лаура смотрела в зеркало, не в силах оторвать глаз.

«Это зеркало сводит меня с ума! – подумала она. – Но я бы ужасно скучала по нему в реальном мире…»

Из зеркала на неё снова смотрела её ровесница. Она улыбнулась Лауре.

Да, я тоже так думаю.

После этих слов отражение растворилось.

Лаура изо всех сил пыталась подавить смятение, охватившее её. Конечно, Лаура из зеркала была права! Она на самом деле хотела узнать о мире восьмого дня как можно больше. И в глубине души она рвалась защищать его, хоть и не знала, как. Ведь свой талант, в отличие от соседок, она пока ещё не нашла.

Анук умеет летать, Ширин может управлять погодой, Мерле обладает даром садовода… Лаура выплюнула в раковину пену от зубной пасты. На секунду перед её глазами возник мёртвый мотылёк на ладошке у Мерле. Может, она ожидала для себя совсем другой талант? Может, она надеялась, что может управлять временем? Это объяснило бы её болезненную реакцию…

В дверь постучали.

– Лаура, поторопись! – раздался голос Ширин. – После завтрака у нас урок ботаники с магистром Элизой.

Лаура открыла дверь.

– Увы, мы с Мерле наказаны. Нас отправляют до обеда на кухню, помогать феям!

Мерле мрачно посмотрела на неё и сказала:

– Чему ты радуешься? Тебе так хочется чистить картошку? У меня лично нет ни малейшего желания!

С этими словами она, громко хлопнув дверью, вышла из комнаты.

Во внутреннем дворике ярко светило солнце, и среди ребят царило приподнятое настроение. Словно начались каникулы. Даже феи, казалось, были сегодня приветливее обычного. По крайней мере, обошлось без происшествий.

Лаура искала глазами Северина. Через некоторое время она обнаружила его, он сидел за одним из отдалённых столиков. Он тоже заметил её и помахал рукой.

Ширин, пристально наблюдавшая за Лаурой, хитро улыбнулась.

– Я что-то пропустила?

Лаура почувствовала, что краснеет.

– Нет, я знаю Северина… мы вместе учимся в реальной школе.

– Ааа… И это всё? – Ширин улыбнулась ещё шире.

– А ещё он друг моей лучшей подруги, – добавила Лаура.

Она надеялась, что теперь Ширин отстанет со своими расспросами. Поскольку рассказать ей, как они с Северином блуждали этой ночью по лабиринтам подземелья и что они там вместе пережили, она не могла. Это касалось только их двоих.

– Ты действительно собираешься прогулять дежурство на кухне? – спросила Лаура у Мерле после завтрака, пока они шли в свою комнату.

– Я могу провести своё время с гораздо большей пользой, чем выполняя тупую однообразную работу, – фыркнула Мерле.

– Но магистр Элиза…

– Да плевать! Даже если она влепит мне ещё одно предупреждение!

Они как раз зашли в комнату. Мерле тут же подбежала к подоконнику, схватила горшок со своим цветком и с размаху плюхнулась на кровать.

Ха! Садовод! Размечтались! Если бы вы только знали, что я на самом деле могу!

Лаура застыла. Снова этот голос у неё в голове! Вне всяких сомнений, это был голос Мерле! И слова звучали сейчас так отчётливо, словно Мерле произнесла их вслух!

– Да, я в курсе, ты ещё обладаешь даром исцелять, – непроизвольно ответила Лаура.

Мерле буквально взвилась. Спрыгнув с кровати, она подскочила к Лауре. В глазах её сверкали молнии.

– Ты что, уже и мысли читать научилась?

Крепко прижав к груди свой цветок, она решительно направилась к выходу.

– Но ведь ты же сама недавно вылечила моё горло! – воскликнула Лаура.

На что Мерле сейчас обиделась? Почему она снова вспылила? Лаура была сбита с толку. Что она сейчас сказала не так?

Я должна быть осторожнее… Иначе она поймёт, что я могу и уничтожать!

Дверь громко захлопнулась. Лаура растерянно осталась стоять посреди комнаты. Уничтожать? Что Мерле имеет в виду? Но… этот мотылёк. Неужели Мерле могла убивать? Одной лишь силой мысли?

У неё всё похолодело внутри, она едва дышала от ужаса. И только розовые туфли, которые сердито зашевелились у неё на ногах, вернули её в реальность.

– Ты такая бледная… Ты что, привидение увидела? – Ширин как раз закончила кормить свою черепашку и теперь с улыбкой смотрела на Лауру.

– Я… эээ… – Лаура покачала головой.

– Слушай, с тобой всё в порядке? – теперь уже и Анук с тревогой вглядывалась ей в лицо. – Ааа, я поняла. Тебе, наверное, очень не хочется идти на кухню. Вот и настроение плохое, верно?

Ширин подошла со стаканом воды.

– Вот, выпей, – она протянула его Лауре. – Тебе сразу полегчает.

Лаура в несколько больших глотков осушила стакан. Постепенно её нервы начали успокаиваться.

Наверняка Мерле вовсе не убивала того мотылька. Это было просто совпадение… неудачное стечение обстоятельств. Лаура медленно опустилась на кровать. Внезапно у неё сверкнула в голове совсем другая мысль. А ведь Мерле высказала нечто очень важное! Лаура на самом деле могла читать чужие мысли! По крайней мере, иногда…

Лаура вдруг почувствовала, как счастье переполняет её. С сияющей улыбкой она посмотрела на девочек. Те переглянулись. В глазах их было непонимание.

– Я и не знала, что можно так радоваться перспективе чистить картошку, – пробормотала Анук. Потом, хитро улыбнувшись, повернулась к Ширин: – А у меня идея! Давай пойдём с ней на дежурство и скажем, что мы вместо Мерле?

– Прекрасная идея! – Ширин даже подпрыгнула от радости, потом подбежала к Лауре и крепко обняла её. – Мне всегда хотелось узнать, как фейская кухня выглядит изнутри! И что за чудеса там происходят…

Content

Марлизе Арольд
Замок Вечности

Таинственные часы

Странное утро

Замок Вечности

Урок у магистра Дариуса

Скрытые таланты

Мамин новый друг

Сюрприз

Волшебные джунгли

Ночное приключение

Тайны

Таинственный часовщик

Призвание