Максим Мамаев

Система Возвышения. Начало хаоса

Глава 1. Апокалипсис

* * *

Шёл дождь. Тот самый вид осеннего дождя, что я не любил больше прочих — унылый, средней силы, в который не тянет прогуляться, как при мелком, накрапывающем дождике начала осени, и не тот ливень, что бьёт яростно, демонстрируя всю мощь разгулявшейся стихии, когда даже зонтик не способен толком помочь. Сейчас же шёл самый обыкновенный, самый унылый ливень начала октября. Я ехал в автобусе, глядя на проплывающие в начинающейся пробке машины. Мысли мои крутились вокруг похода во всеми любимый магазин на букву Д****. Ничто не предвещало того, что именно этот серый денёк станет концом старой эры. Внезапно перед глазами загорелась надпись: Руслан Мераев, человек, 25 лет, уровень 1. Характеристики:

Сила — 4 (10)

Ловкость — 3(10)

Интеллект — 5(10)

Реакция — 6(10)

Выносливость — 3(10)

Дух — 0 (заблокировано)

Я удивлённо моргнул. Что это? Я перечитал фантастики? Галлюцинации? От соседей впереди, пары ребят лет 16, слышу возглас:

— Коль, у меня какая-то хрень перед глазами. Пишут, что я первый уровень… — начал один из них.

— Я тоже это вижу… — ответил второй.

Автобус резко останавливается. Оглядываюсь, вижу как люди начинают шептаться, некоторые уставились перед собой, в потоке машин началась свалка, сразу несколько аварий. Видимо, у всех перед глазами та же картина. Значит, крыша не поехала. Снова присматриваюсь к появившимся надписям. Добавилось кое-что новое.

До начала первичного отсева: 00:59:32

Мне кажется, что к концу этого отсчёта ничего хорошего нас не ждёт. Те несколько недочитанных мной книжек из жанра литрпг, указывало на то, что начнется какая-то жесть на манер зомбиапокалипсиса, тотального сумасшествия людей, вторжения чудовищ и т. п. И когда таймер обнулится, я точно не желаю находится в переполненном автобусе, застрявшем на мосту через МКАД.

Видимо, не я один фантастику читал. Какой то парень, на вид чуть старше меня, жмёт кнопку открытия дверей. Я встаю и начинаю продираться в сторону выхода, двери открываются, народ начинает выскакивать.

Выбираюсь. На улице люди покинули транспорт, дорога стоит. Лёгкой трусцой, пробираясь вдоль края дороги, начинаю бежать в сторону жилого района. По пути приходится оббегать идущих шагом или просто стоящих людей. Дождь, и не думающий прекращаться, настроения не добавляет. Надеюсь, я просто перестраховщик, и ничего страшного не случится, но подготовиться надо. Думаю, скоро, если не уже, тысячи «умников» вроде меня, начитавшихся литературы на тему конца света, рванут в магазины сметать продукты.

Добегаю до остановки. Вижу несколько небольших гастрономов, влетаю в ближайший. Внутри продавщица и пара мужичков, явно её знакомых, обсуждают выскочившие надписи. Не прислушиваясь, обрываю их разговор. Недовольная продавщица пробивает мне десяток банок тушёнки, 2 блока сигарет, несколько зажигалок, десять упаковок риса. Беру пакеты в руки и топаю в сторону дома. От остановки до моего подъезда минут 10 неспешной ходьбы, но я, снедаемый тревогой, добираюсь минуты за четыре.

Захожу домой, складываю пакеты на кухне, иду к окну. Закуриваю. Моя квартира на 5 этаже, дом наш семнадцатиэтажный. У меня небольшая однушка, доставшаяся от бабушки. Дёргаться и кому-то звонить не стал, родни у меня нет, особо близких друзей — тоже. Я общительный человек, у меня куча приятелей, и несколько подруг, с которыми переодически сплю, но те люди, что раньше были близкими друзьями, со временем отдалились, став просто хорошими знакомыми. Смотрю в зеркало: вижу высокого брюнета, которому до двух метров не хватает десятка сантиметров, не атлет, но пожаловаться на сложение не могу.

Время восемь вечера, на таймере осталось лишь 20 минут. Надо бы разобраться, что означают характеристики, что они дают и как всё это работает.

Стоило подумать о системе, и перед глазами вновь возникли данные моих характеристик. Насколько я понял, все тут заточено на интуитивное понимание. Никаких текстов с пояснениями, просто задумываешься о характеристиках, и в голове как будто само собой возникает понимание, что и как устроено. Что ж, весьма удобно.

Итак. Характеристики, показанные системой, взяты на основе моих данных. Десятка в скобках — это мой максимум, до которого я мог бы развиться самостоятельно, так сказать, идеал меня как человека. Заблокированная на данный момент характеристика дух — это, по сути, та же самая мана из игр.

Всё это окончательно убеждает меня в том, что скоро начнется резня. Слишком клишированное начало, в книгах тотальная задница наступает именно так. Из того, что мне известно, следует однозначный вывод — как только всё начнется, нужно максимальными темпами брать уровни, ибо с каждым днём промедления развиться и выжить будет всё тяжелее. Надо брать что-то в качестве оружия и внимательно смотреть в окно. Как только всё начнется, если твари будут не слишком сильны, сразу идти и устраивать охоту.

Остаётся десять минут. Иду на балкон, беру небольшой топорик для рубки дров, засовываю молоток за пояс. Всё, вооружиться больше нечем, огнестрела у меня отродясь не водилось. Подхожу к окну.

До обнуления 3 минуты Перед глазами всплывает сообщение:

«Внимание! Первая тысяча человек, достигших 10 уровня, составят мировой рейтинг. Вошедшие в рейтинг получат различные награды. За места с первого по десятое включительно — два масштабируемых навыка на выбор, активный и пассивный, 40 дополнительных очков характеристик. За места с одиннадцатого по сотое — один случайный масштабируемый навык, 25 дополнительных очков характеристик. За места со сто первого по тысячное — 20 дополнительных очков характеристик».

Жирный куш. Даже попавшие в тысячу, получив 20 дополнительных очков характеристик, на голову обгонят прочих на старте. Преимущество будет колоссальным. Что ж, не буду себе льстить — попадание в рейтинг мне вряд-ли светит.

Счётчик обнуляется. Гляжу в окно. Прохожие, спешно разбегающиеся по домам, люди, пытающиеся выехать, усадив в машину семью… Странно. Ничего не происходит. Зомби не видать, монстров тоже… Может, всё обойдется?

Внезапно слышу чей-то истошный крик с улицы. Начинаю искать глазами источник звука, и вижу, как какие-то крупные твари, вроде крысы, но размером с собаку, кидаются на прохожих, начинается форменный хаос. Гляжу с минуту на атакующих людей тварей. И тут я боковым зрением ловлю движение в воздухе. Перевожу взгляд…

Наверное, именно страх и растерянность спасли в этот миг мою жизнь. Я упал на задницу, быстро отползая к противоположной стене, в ахуе глядя на огромного голубя, несущегося прямиком к моему окну.

Здоровенная туша, размером с маршрутку, пробивает башкой окно, снося его вместе с рамой. В туче осколков и брызг дождя, огромный клюв пробивает пол в полуметре от моих ног. Тварь начинает трепыхаться, пытаясь освободиться. В ужасе начинаю орать и бить топором по башке этого гипертрофированного пожирателя крошек. Я понимаю, что если он выдернет сейчас голову — мне конец, тварь одним тычком клюва отправит меня на тот свет. Мысли о том, что стоит выбежать из комнаты, и я окажусь в безопасности, смывает волной паники. Топор соскальзывает по мокрым перьям головы голубя, не нанося урона, в направленном на меня глазе птицы мне чудится ярость в перемешку с голодом. Тварь меня совсем не боится, в её глазах я всего лишь кусок мяса, по недоразумению ещё не сожранный. И в самое ближайшее время она это недоразумение намерена исправить…

И тут до меня доходит. Глаз! Глаз, размером с чайное блюдце! Вот куда надо бить!

Вскакиваю и с размаху всаживаю топор прямо в глаз чудовищу, и, даже не думая вытаскивать, выхватываю молоток. Удар, другой по обуху топора — и лезвие добирается до мозга монстра. Бьющаяся в агонии туша в последнем, запредельном усилии выдергивает башку — но поздно, ты уже проиграл, уродец.

Голубь лежит мертвой тушей, от него расползается вонь помойки пополам с сельским туалетом, но меня это уже не волнует.

Руки дрожат от адреналина, колени подгибаются, дыхание сбито. Сползаю по стенке, непослушными пальцами вытягиваю сигарету из пачки, закуриваю. Присматриваюсь к мертвой твари, в голове возникает информация о получении уровней, но не обращаю внимания. Меня всего колотит, надо прийти в себя.

Закрываю глаза, медленно выпускаю дым через ноздри. С улицы доносятся крики людей, слышны рев и визг животных, доносятся звуки ударов, где-то что-то взрывается. Вдалеке раздается стрекот автоматов, видимо, полиция отбивается. Я понимаю, что на улице сущий ад, и выходить сейчас не стоит.

Открываю глаза. Присматриваюсь к поверженному монстру, интерфейс выдает пояснение:

Мутировавший голубь вожак, уровень 27.

И всё. Никаких дополнительных пояснений. Но самое главное я для себя понял — тварь является вожаком, явно что-то вроде мини-босса, если проводить аналогию с рпг-играми. Значит, к счастью, худшие опасения не оправдались — тварь явно не рядовая, значит, обычный уровень монстров значительно ниже. Перехожу к остальным сообщениям. Новости отличные!

За убийство пташки мне щедро отсыпали 11 уровень и 36 место рейтинга. Что ж, дуракам везёт! В качестве награды получен навык огненный плащ. В голове возникает описание его действия.

Суть навыка в том, что он создаёт вокруг меня трёхметровую неровную полусферу огня, не наносящую мне урона. Центром полусферы являюсь я сам, при движении она перемещается вместе со мной. Навык масштабируем, и по мере моего развития развивается и сам. Активация навыка стоит пять единиц духа, каждая минута действия — ещё две.

Разблокировался и дух. На данный момент он у меня равен 7 единицам. Всего нераспределенных очков у меня 58. Пора заняться распределением полученного. Добил все родные характеристики до 11, осталось 24. Вложил их в дух. Странно, но никаких изменений не ощутил. Ныне мои данные выглядели следующим образом.

Руслан Мераев, человек, 25 лет. 11 уровень.

Сила — 11(10)

Ловкость — 11(10)

Интеллект — 11(10)

Выносливость — 11(10)

Реакция — 11(10)

Дух — 31

Характеристики, почему то, мерцали, светясь серым. Появилась надпись:

— Внимание, в вашу ауру внедрён масштабируемый навык. Также, ваши характеристики резко повышены, необходимо 9 часов для перестройки организма и приведения к указанным показателям.

Черт, всё оказалось не так просто, как я надеялся. Чувствую, что меня потихоньку начинает клонить в сон. Я пытаюсь стряхнуть с себя сонливость, но ничего не выходит. Нужно найти безопасное место, но я чувствую, что далеко уйти не смогу. Да и где сейчас оно может быть, это безопасное место? Сомневаюсь, что хоть одно место на земле подпадает сейчас под этот критерий. Дверь в квартиру заперта, но это явно не гарантирует отсутствия незваных визитёров во время сна. Захожу в ванную комнату, решаю не включать свет, на всякий случай. Закрываю дверь, запираю на щеколду. Забираюсь в саму ванную, ложусь, согнув ноги в коленях. Засыпаю.

Прихожу в сознание резко, рывком. Ощущения очень не обычные. Никакой ломоты, тело даже не затекло от долгого сна в крайне неудобной позе. Хочется вскочить и бежать, прыгать, энергия требует выхода. Никогда, даже под наркотиками, я не ощущал себя так хорошо. Вызываю интерфейс.

Поздравляем, вы ступили на путь возвышения! Все ваши характеристики преодолели ваш естественный уровень ограничения. Навык огненный плащ успешно интегрирован в вашу ауру.

Не информативно, но что ж, и на том спасибо. Характеристики светились ровным золотым цветом, в левом верхнем углу появилась небольшая иконка с оранжевой полусферой. Ага, вот и мой масштабируемый навык, значит. Пора выбираться отсюда.

Закрываю интерфейс, прислушиваюсь. В квартире тихо, лишь негромко посвистывает сквозняк. Чувствую, что замёрз. Внезапно понял, что здесь ужасно воняет мертвечиной. Точно! У меня же эта огромная туша в квартире!

Осторожно отодвигаю щеколду, выглядываю в коридор. Пусто. Выхожу, заглядываю на кухню, хочется есть. На кухне разгром. Все консервы, крупы и прочая долго хранящаяся еда отсутствует. М-да. Не зря я в ванной лёг. Выхожу обратно, вижу входную дверь. Она вогнута, вмята внутрь, будто её тараном вышибали. Вот с-суки! Явно кто-то из соседей постарался, получив навык. Заглядываю в комнату с трупом, но, как я и ожидал, голубя уже кто-то полутал. Жаль, что вчера я так сразу вбухал очки в развитие. На будущее буду знать, что вкладывать много разом не следует. Мне бы сейчас совсем не помешало то, что выпало из пернатого. Я помню, там рядом валялись какие-то коробочки, там явно было что-то стоящее. Ну что же, то, что я уже получил — это уже огромная удача. А уж то, что я сумел выжить, выключившись сразу после схватки — вовсе чудо.

Я одел джинсы, куртку, достал из шкафа берцы, оставшиеся со времен службы в армии, прихватил бутылку воды, забрал верный топор, вытер его мокрой тряпкой и пошел на выход. Выйдя из квартиры, оглянулся. Прощай, мой дом, подумалось мне, едва ли я когда-либо ещё сюда вернусь.

Выхожу из подъезда. М-дааа… В предрассветных сумерках мне открылось весьма удручающее, но вместе с тем и завораживающее зрелище. Я как будто оказался в фильме про постапокалипсис. Перевёрнутые, местами оплавленные, местами просто разбитые так, будто их великан кулаками молотил, автомобили, раскиданные хаотично. Разбитые окна квартир, детская площадка, перепаханная как после пары десятков взрывов, всё в лужах. Но даже не это впечатлило меня больше всего, нет.

Трупы. Сотни разных тел всюду, куда бы я не посмотрел. Тут были и люди, и монстры, и я даже не могу сказать, кого было больше. Вороны, голуби, крысы, воробьи, в меньших количествах — собаки и кошки. Вот это да! О-х-р-е-н-е-т-ь! Самые мелкие твари были размером с обычную кошку. Самая большая — лежащий неподалеку пёс, до всего этого бывший обычной таксой — был размером с телёнка! Бойня была явно в формате королевской битвы — будь эти твари нацелены исключительно на людей, никто бы не пережил эту резню.

Слегка оправившись от изумления, я ощутил вонь. Нет, не так — Вонь, с большой буквы. Запах начавших разлагаться тел, плюс амбре, простите за грубость, фекальных масс, освобождённых из кишечников погибших, было омерзительно. Я всегда себя считал человеком крепким, мнил, что меня ничем не смутить. Ну что ж, сегодня я узнал, что смутить, и ещё как.

Пока я, согнувшись, извергал из себя скудные остатки вчерашнего обеда пополам с желудочным соком и полоскал рот, я чуть сам не присоеденился к трупам. Сбоку раздался шорох, я скосил глаза и увидел несущихся ко мне крыс. Над их тушками светились цифры, показывая уровни, от 3 до 7.

Выпрямляюсь. Нет времени на то, что бы ныть о судьбе человечества, пора доказывать тварям, что люди всё ещё вершина пищевой цепи. Крыс целых пять штук, многовато, но убежать я точно не смогу, уж слишком резвые твари. Самая большая из них мне по колено в холке, самая мелкая — с кошку размером.

Перехватываю топор поудобнее, врубаю огненный плащ. Крысы не успевают среагировать, я врываюсь в их кучку. Огонь моего навыка опаляет тварей вокруг меня, они пищат в от боли. Первым ударом проламываю череп самой большой гадине, остальные бьются в конвульсиях и пытаются отползти, но мой огонь действует не хуже огнемета, они дёргают обожжеными лапами, но уже ничего не могут. Ни напасть, ни сбежать они не в состоянии, ещё несколько секунд — и всё. Я был в самом центре кучи из пяти мертвых уже монстров.

Сердце бьётся как бешенное, слабости от зрелища бойни как не бывало. Я победил! Не как тогда, с пернатым уродцем, по чистой случайности и везению, нет. В этот раз я сам полез в схватку, зарубил одну и сжёг остальных тварей своими силами.

Я выключил навык. Схватка не заняла и минуты, а 7 единиц духа уже как не бывало. Затратно, однако. Но как оказалось, расслабился я рано.

Ничуть, видимо, не впечатленные судьбой, постигшей их товарок, ко мне со всех сторон неслись ещё твари. Вот ведь суки…

В крови забурлил адреналин, волной смывая страх и неуверенность, но в голове мелькает мысль: «Я победил вас раз, мрази, одолею и второй!»

Главное — не стоять на месте, их тут десятки, а я один. Включаю огненный плащ и бегу к ним навстречу. Мне нет нужды рубиться с ними, стоя на месте, мне нужно жечь их плащом, а его радиус — три метра. Полупрозрачное пламя вспыхнуло вокруг. Тело было лёгким как никогда, я даже не представлял, что могу быть столь быстр и ловок. Ворвавшись в набегавшую ораву, я начал игру в салки.

Монстры бесились, пищали и кидались со всех сторон. Я вертелся уворачивался, отбивался от самых удачливых топором, но ни на секунду не замирал. У моего навыка была одна слабость, едва не ставшая для меня фатальной — он не убивал тварей мгновенно, нужно было от пяти до десяти секунд, что бы если не убить, то хоть вывести этих тварей из строя. Меня царапали, кусали, мне кидались в ноги, в попытке вцепиться и повиснуть на них — и удайся это хоть одной, хоть самой мелкой твари, и мне бы пришёл конец. Меня просто погребла бы живая лавина.

Но я держался. Сон в ванной не прошел даром — сила, ловкость и реакция, превосходящие, пусть пока и не слишком сильно, человеческие пределы, окупали весь риск, через который я прошел ради них. Я отшвыривал ударами топора самых наглых, что пытались запрыгнуть на меня, уворачивался и отпинывал тех, что пытались вцепиться в ноги. Для меня было главным не дать сомкнуть кольцо вокруг меня и самому не удалятся от них больше чем на метр. Задачи практически взаимоисключающие, на первый взгляд, но я справлялся.

Запрыгнул на перевёрнутую легковушку, срубил на лету прыгнувшую в горло тварь, пинком скинул пару визжащих от боли тварей и…

Я понял, что стая, не выдержав напряжения схватки, обратилась в бегство. Хотел погнаться за ними, но крысы бежали врассыпную, и пока я решал, в какую сторону броситься, они уже были далеко.

Оглядываюсь. Я прибил десятка два с половиной тварей, прилично попетляв по двору. Иду по следам схватки, высматривая, не выпало ли чего. Вижу коричневую, светящуюся книжку рядом с одной из убитых мной крыс. Поднимаю, кладу за пазуху — разбираться буду позже, и так ясно, что в книге навык. Дух почти на нуле, хорошо, что я не кинулся в погоню за крысами, на ещё одну схватку меня точно не хватит.

Иду дальше, вижу странные серые коробочки, примерно 30на30 сантиметров. Их всего три. Подхожу к ближайшей, вызываю интерфейс, вглядываюсь, вижу пояснение. Оказывается, внутри предметы экипировки, нужно коснуться коробки и пожелать, что бы она активировалась. Удобненько, не поспоришь. Над коробкой тикает таймер, показывает, что осталось 26 минут. Так вот в чём дело, вот почему тут всё лутом не завалено. А я уж было удивляться начал — такая бойня, а предметов нет, не собрали же это всё.

Активирую коробку, на её месте появляются поножи. Читаю описание:

Металлические поножи пехотинца, ловкость +1.

Не бог весть что, конечно, но на безрыбье, как говорится… Торопливо экипирую их на себя, куски металла крепятся друг к другу при помощи кожаной шнуровки. Подхожу к следующей кобке, активирую. Передо мной возникает меч. Короткое, около пятидесяти сантиметров лезвие, сужающееся к рукояти, простая гарда и рукоять сантиметров на пятнадцать — передо мной гладиус, образчик военных технологий древнего Рима. Читаю описание:

Гладиус, меч пехотинца. +1 к силе.

Да уж, пояснения века. Но единичка к силе и сам факт того, что у меня наконец появилось хоть какое-то стоящее оружие, радует. Беру его вместо топора, активирую третью коробку. Передо мной появился простой кулон на кожаном ремешке, в качестве украшения — какой то камешек размером с голубиное яйцо, по виду — гранит. Быстро пробегаю глазами по описанию:

Примитивный кулон, дух +1

Вешаю на шею. Оглядываюсь, больше вроде нигде ничего интересного. Пора двигаться дальше.

Первым делом, мне нужны еда и вода, голод чувствуется всё сильнее. Моя бутылка с водой обронена и растоптана ещё в самом начале первой схватки. Немного ноют порезы и царапины, но серьезных ран нет, даже кровь уже почти не течет. Я понимаю, что так резко возросшие возможности имели свою цену, что-то подсказывает, что нужно срочно поесть и отдохнуть, да и очки характеристик не помешает распределить. Прошедший бой подарил мне три уровня, но я опасаюсь распределять их сейчас — не уверен, как это на мне скажется, но если вдруг снова вырубит — второй раз мне уже не повезёт.

Крысы, держась на приличном отдалении, жрут лежащие вокруг трупы. Ко мне уже лезть не пытаются, косятся с опаской, отбегают, когда я начинаю двигаться в сторону выхода со двора. Вокруг тонны пищи для них, и связываться со мной им нет резона. Будь я слаб — сожрали бы, а так, связываться со мной я тварям желание отбил.

Начинаю бежать. В паре кварталов находится супермаркет, доберусь до него, надеюсь, в нем что-то осталось. Соваться в разбитые дома и квартиры мне не хочется — хоть я и могу там найти пищу, но что-то меня в них пугает. Есть ощущение, что если я туда сунусь, назад не выбраться. Наверняка это просто разыгралась паранойя, основная схватка здесь давно отгремела, но… Пойду я отсюда, а лучше — побегу.

Я побежал к супермаркету. По пути, куда не кинь взгляд, везде та же картина, что и у меня во дворе — разгром, трупы и пирующие чудовища. Это далеко не всегда были крысы, тут была вся уличная живность больших городов. Где-то твари дрались между собой, но в основном — все, кто раньше был падальщиками, сейчас вовсю пировали.

Людей по пути не встретил. Вот и супермаркет, наконец. Здание выглядело удручающе — разбитые стекла, дверь, будто вбитая внутрь, искареженная и вся перегнутая, торчала, частично перегораживая проход. Зданию неплохо досталось. Я осторожно приблизился, начал перебираться по двери, и тут услышал:

— Стой, сука! Руки в гору! — раздается окрик.

Зашибись. Вот и первый контакт с новым человеством.

Глава 2. Первый контакт

Я медленно поднял руки. Посмотрел вперёд, но никого не заметил. Где же он?

— Меч брось внутрь. Медленно, без резких движений, — продолжает тот же голос.

Неторопливым, плавным движением бросаю гладиус внутрь. С глухим звоном клинок падает на кафельный пол, позвякивая, замирает возле кассы.

Слышу шорох справа от касс. Там, за сваленными грудой металлическими тележками, присев на одно колено, целится в меня из автомата молодой сержант полиции. Парню не больше 19, весь худой, вытянутый и нескладный, на такого взглянешь — глиста глистой. Но взгляд у парня злой, цепкий, лицо решительное. Такой, и вправду, может пристрелить, если попытаюсь дернуться.

— Меч я бросил, руки поднял. Можно войти? — уточняю я.

— Проходи. Но без резких движений, и руки держи на виду. Попытаешься применить навыки, начнёшь бузить — пристрелю.

Что ж, не знаю, что творилось между людьми, пока я отлеживал бока у себя в ванной, но доверием и помощью ближнему здесь и не пахнет.

Пролезаю, наконец, через дверь. Стою с поднятыми руками.

— Открой интерфейс, — командует парень.

— Зачем? — удивляюсь я.

Вместо ответа парень передёргивает затвор, и перенацеливает автомат с корпуса мне в лицо, и рявкает:

— Быстро, я сказал, пи***ла! Или завалю прямо тут н**уй!

Меня начинает бесить вся эта ситуация. Но между нами ещё метров 6, мой навык не сможет дотянуться на такое расстояние, а проверять, у кого из нас реакция, лучше меня не тянет. Уж не под дулом калаша точно.

Открываю интерфейс. Стою.

— Егор, что у тебя там? — раздается усталый мужской голос.

Из-за рядов разбитых стеллажей выходит ещё один полицейский. На бушлате видны старлейские звёздочки, но мужику на вид по 40, староват для старшего лейтенанта, уже хотя бы капитана должен иметь. На плече висит небрежно накинутый ремень калаша.

— Василий Игнатович, тут припёрлось тело, с железкой, вон она валяется. Приказал показать интерфейс, стоит, молчит. Что делать?

— Б**ть, да вызвал я интерфейс, что дальше-то? — воскликнул я.

— Скажи открыть доступ, парень, — поясняет второй. — Мы просто хотим знать, чего от тебя можно ожидать. Не переживай, если всё нормально — пропустим к нам.

— Открыть доступ, — проговариваю я.

Оба, прищурившись, смотрят на меня. Вижу, как водят глазами, читая. Значит, можно показывать другим, и самому смотреть чужие параметры? Интересная новость, как-то не ожидал подобного.

— Значит, 36 в Рейтинге, да? — протянул тот, что постарше. — А уровень как-то не впечатляет. Навыком обладаешь, правда, каким-то корявым. Характеристики вот впечатляют. Ладно, проходи, но ближе 5 метров не приближайся, уж не обессудь. Ты человек новый, какие у тебя тараканы в голове бродят, мы не знаем.

Паренёк опустил автомат, а старлей, договорив, махнул рукой, мол, топай за мной. В здании отсутствовало электричество. Мы прошли вглубь, к отделу с соками и прочей сладкой питьевой лабудой. Там, отодвинув холодильники и повалив один из стеллажей, подстелив куртки, спало 7 человек. Две пожилые женщины кассирши, мужчина лет 35–37, три молоденькие девушки, ровесницы сидящего у входа в магазин сержанта, и ещё один полицейский, старший сержант, примерно моих лет.

— Голоден? Можешь взять чего-нибудь пожевать, тут этого добра хватает, — предлагает он мне.

В магазине темно, скудный свет, идущий от включенных и расставленных по разным углам дешёвых фонариков, с трудом позволяет видеть происходящее дальше нескольких шагов от места, где лежат люди. Я иду вдоль полок, дохожу до тушёнки. Выбираю три банки говяжьей, открывающихся кольцом на крышке.

Иду дальше, нахожу хлеб. На полу повсюду разводы, кровь. Видно, что тут тащили трупы. Половина стеллажей и полок разгромлена, продукты и бытовая химия лежат вперемешку. Беру батон белого хлеба, минералку, с трудом нахожу в куче влажные салфетки и пластиковые вилки. Ну, можно и вернуться к остальным.

Вернувшись назад, сел в отдалении. Открыл тушёнку, вытер руки и царапины салфетками. Начал торопливо есть, отламывая хлеб большими кусками и цепляя вилкой куски мяса прямо с жиром, и жадно запивать большими глотками апельсинового сока, подобранного тут же.

— Как тебя звать, парень? — обратился ко мне старлей.

— Руслан, — ответил я.

Продолжать разговор особого желания пока не было, меня больше еда занимала. Но, видимо, мужику уж очень хотелось общения.

— Не расскажешь, как так вышло, что ты в Рейтинг попал, и при этом до сих пор всего четырнадцатый уровень?

Деваться было некуда, стал рассказывать. Коротко описал ситуацию с голубем, рассказал, что потом меня вырубило на девять часов, поделился мнением, что этщо из-за резкого развития характеристик, потом — про перебитых мной крыс. Мужик слушал внимательно, не перебивал.

— Так значит, дух разблокируется после десятого уровня, и он работает вместо маны… Насчёт того, почему ты уснул — дело вряд-ли в этом, тут, скорее, в навыке дело. У нас тут, конечно, ещё никто до десятки не дошел, но вот я, например, уже девятый. И характеристики вложил, почти всё до девятки поднял, кроме выносливости и интеллекта, но там уже тоже по восемь. Чувствую себя лучше, чем в восемнадцать, все болячки прошли, спина — будто новую поставили. Выше девяти пока вложить не выходит. И ничего, никто не вырубался.

— А навыки? Как у вас с ними?

— У нас всего несколько человек с ними, я да Егор, это тот, что тебя на входе встретил. И пока мы их активировать не смогли. Пишет, что только по достижению десятого уровня.

— А как вы тут вообще оказались таким отрядом? И вообще, что от властей слышно?

— А нихрена, парень, ничего пока не слышно. Нас, когда этот таймер появился, погнали всех на улицы города, для предотвращения беспорядков, как наш подпол выразился. Дали по четыре доп рожка к автоматам и отправили разбираться. Как только таймер дошёл до нуля, связь сразу сдохла — что рация, что мобильные. Мы тут недалеко находились, нас пятеро было. Как твари полезли отовсюду, мы сюда стали прорываться. Что тогда началось! Из канализации полезли крысы, сверху начали птицы огромные налетать — голуби, воробьи, вороны… Хорошо ещё, все перелетные уже улетели. Собаки на глазах в несколько раз увеличились, сходу на людей бросались, сворами начинали носиться. С кошками — та же херня. Нам, парень, до магазина этого метров шестьсот было. Еле пробились, Серёга с Димой там остались. Я думал уж всё, башкой тронулся. Сюда пробились — а тут крысы шастают, на людей бросаются. Перестреляли, потом с выжившими таскали тела, через служебный выход выкидывали, у них там и помойка рядом.

Мда. Весело тут народ время проводил. А у мужика, смотрю, накипело.

— Слушай, а чего вы тут расположились, а не где-нибудь в подсобке?

— Там часть здания снесло, как будто кто-то из РПГ жахнул, пролом в стене здоровенный. Мы забаррикадировали там вход как смогли.

— А входная дверь?

— Ломился кто-то, я и не разглядел, темно было. Мы немного постреляли, и тварь ушла. Слушай, парень. Мы тут, когда народ докемарит, собирались выбраться, попробовать с мужиками к отделению нашему пробиться. Там и оружие, и средства спецсвязи, экипировка разная, да и вообще много всего полезного найти можно. Ты с нами?

И ни слова о гражданских, которые лежат тут же. Хотя я его понимаю — там они хотят разжиться патронами да транспортом, а дальше, наверное, двинут семьи выручать. Ну или хоть для очистки совести заглянут по своим адресам. Все понимают, насколько малы шансы, что беззащитные женщины и дети (у кого из них они есть) сумели выжить в этом хаосе. А уж если сумели, то вряд-ли сидят там, где их это всё настигло.

Но меня это не касается. Мне нужна еда, мне не помешает оружие — всё остальное вторично. Собираются пробиваться к ментовке? Отлично, нам по пути.

— Я с вами, но есть просьба. Если есть выпавший из тварей лут, одолжите мне на время похода то, что сможете.

— Что за лут такой?

— Предметы из коробочек, — поясняю я.

— Ну, такое добро имеется, конечно, да вот толку… Они ж по факту ничего не добавляют, если характеристики уже на девя… Точно! А ведь у тебя они, парень, будут работать, ты ж за десятый перевалил! Так, пойдем со мной.

Мы отошли к углу. Мужик уже, видимо, сам забыл о «безопасной зоне» в пять метров, которую он мне назначил. В углу, сваленные кучей и накрытые какой то тряпкой, лежали добытые ими трофеи.

Порывшись в этой куче несколько минут, я подобрал себе набор разномастных доспехов. Чувствовал себя, если честно, по идиотски, но дополнительные статы меня примирили с этим.

Мне достались кольчуга, наручи, конический шлем без забрала, обитые металлом сапоги и пара неброских колец. Кольчуга и наручи добавили по единице выносливости, шлем и наручи — по единице силы, сапоги ловкость, кольца дали по единице духа. Снова взяв в руки меч, я заглянул в интерфейс.

Руслан Мераев, человек, 25 лет, уровень 14.

Характеристики:

Сила — 11 + 3

Ловкость — 11 + 2

Интеллект — 11

Реакция — 11

Выносливость — 11+ 2

Дух — 31 + 3/14

Когда я закончил бой с крысами, у меня оставалось 2 единицы духа. Пока добирался сюда, пока поел, пообщался и экипировался, прошел час, плюс минус минут пять. Следовательно, двенадцать единиц духа в час, единица в пять минут. Медленно. Мой единственный навык жрал просто неприличное количество духа. Одна активация и примерно пятнадцать минут работы — и я пуст, а эффект… Он хорош против многочисленных слабых противников, но сильные монстры меня прибьют быстрее, чем я их поджарю. Вся надежда на то, что по мере развития навык разовьётся во что-то более толковое.

Тем временем, остальная группа проснулась и начала завтракать. Меня представили остальным. Кассирш звали Тамара и Айша, мужчина представился Андреем, девушки — две Насти и Юля. Старший сержант оказался Мишей.

— Раз уж все знакомы, предлагаю обсудить план действий. — начал старлей. — Я с ребятами и Русланом собираемся добраться до отделения полиции. Идти туда минут 30, там укреплённой здание, имеется оружие и наверняка дежурная группа. Понимаю, вы все наверняка хотите в первую очередь добраться до дома, проведать близких, убедиться, что с ними все в порядке. Но судя по творящемуся вокруг, это бессмысленно. Если кто-то выжил, то они наверняка покинули город, идти их искать — самоубийство. Я не буду никого вынуждать идти с нами, но, как вы понимаете, гарантировать вашу безопасность, в случае если вы решите уйти самостоятельно, я не могу. Мы выходим через три часа. Думайте, решайте, советуйтесь — время ещё есть.

Воцарилась тишина. Люди сидели мрачные, на лицах у всех читалась обречённость. Вчерашние вечер и ночь явно не прошли даром, у девушек и женщин на лицах следы истерики — потекшая тушь, разводы от слёз, красные, опухшие глаза, всклоченные волосы. Это ж как их из колеи выбило, что им до сих пор плевать на внешний вид? Видно, каждая этой ночью думала о том, что привычного мира больше нет, и место в новом мире придется искать с нуля.

Оставшийся мужчина выглядел спокойным. Собран, сосредоточен, взгляд отрешенный — явно рассматривает интерфейс. Что ж, это хорошо — есть надежда, что он не будет балластом.

Глядя на них, я понял, что мне самому очень повезло. У меня не было времени думать и бояться за мир. Для меня всё произошло до смешного просто — подрался, уснул, проснулся — а мир уже накрылся медным тазом, получи и распишись. Сейчас, глядя на эту разношерстую компанию, разбившуюся на куски — три девушки отошли, о чем-то шушукаясь, продавщицы сидели и мрачно молчали, менты ушли к Егору, а Андрей возился с характеристиками — до меня начало доходить.

Я сегодня совершил все мыслимые ошибки. Поперся наружу, не поглядев даже в окно, что там творится — а ведь на кухне окно было цело. Вылез, устроил идиотское фаер-шоу с грызунами. А ведь любой полудурок с огнестрелом мог меня запросто пристрелить. Да, сейчас у людей, вроде бы, общий враг — монстры. Но после всего, что произошло этой ночью, я не удивлюсь, если люди вообще массово крышей поехали — после таких-то дел! А мой поход в магазин? Ладно, пару кварталов пробежать, обходя каждую опасную тварь — ещё куда ни шло. Но зачем я полез в эту дверь, как медведь в родную берлогу? Не разведал местность, даже элементарно здание по кругу не обошёл…

Честно говоря, на месте Егора, я бы, наверное, подстрелил того, кто так нагло лезет — мало ли, что это за псих, с мечом в руке, сюда лезет? В общем, собой я недоволен.

Нужно качаться и поднимать уровень, это ясно. Изначально я рассчитывал, что мне удастся делать это в одиночку, примыкать к каким-либо группам в самом начале не хотелось. Я рассчитывал, что пока буду развиваться, успеют возникнуть определенные анклавы людей, и уже среди них я сам выберу, к кому присоединиться. Но суровая реальность показала, что единственное, что меня ждёт в попытках самостоятельно прокачаться — стать чьим-то кормом.

Мои размышления были прерваны Андреем.

— Я с вами. У меня 11 уровень, навык огненный шар. Вкинул всё в дух и интеллект.

— Почему в интеллект? Он ведь не даёт немедленного эффекта.

— Внимательнее надо читать, молодой человек. Он отвечает за силу магических навыков, дальность применения и скорость восприятия.

Ого, да у нас тут ворчун обнаружился! Но пояснение к месту. И, кстати, отрубаться после изучения навыка он не спешит. Видимо, дело в том, что у меня именно масштабируемый. Остаётся надеяться, что он со временем раскроет свой потенциал.

Кстати, а как так вышло, что доблестный старлей, вооруженный калашом, — 9 уровень, а сей умник — 11? Решил уточнить этот момент. Андрей, поморщившись, ответил:

— Я, когда всё началось, выгуливал собаку своей, так сказать, дамы сердца. У нее был чихуа-хуа, противное, надо сказать, создание, лаяло круглые сутки, гадила на мебель. Злобы у этой твари на десяток маньяков хватит. Когда эта тварь начала внезапно расти, горло ей сдавливал ошейник. Денёк у меня выдался паршивый, настроение было отвратное… В общем, затоптал я её, да получил четвертый уровень сразу. Ну а дальше — увидел нашу доблестную полицию, решил пойти за ними, по пути прибил ещё несколько тварей. В самом здании их тоже оказалось множество, сами знаете, какая у нас в антисанитария в стране. Слава богу, ни одной твари крупнее кошки не оказалось.

Он замолк, задумчиво уставившись в угол. Да уж, этот мужик меня впечатлил. По-моему, в этой компании он самый опасный. Что в условиях наступившего апокалипсиса значит — самый перспективный.

Я вспомнил об отложенной до лучших времён книге навыка. Достал, под внимательным взглядом враз подобравшегося Андрея взглянул в описание.

— Пассивный навык среднего ранга 3 класса — Амбидекстр.

Ого, владение обеими руками на одном уровне — весьма неплохо. Можно будет подобрать либо второе оружие, либо найти щит и пользоваться в несколько раз эффективнее.

— Хороший навык? — поинтересовался Андрей

— Амбидекстр. Навык среднего ранга 3 класса. А твой огнешар какого?

— Низшего, но имеет потенциал развития до среднего. Он мне как раз за собаку достался.

Тут вернулся старший сержант.

— Итак, граждане, кто идёт с нами — пойдёмте подбирать экипировку.

Андрей с женщинами двинулись в угол. Спустя полчаса возни все подобрали себе артефакты. Оказалось, что полицейские озаботились этим заранее.

По здравому размышлению, решил отдать кольца духа Андрею, как единственному обладателю навыка дальнего боя. Было решено взять с собой запас питьевой воды, пищи и влажных салфеток. Нести это всё было поручено женщинам. Среди них не оказалось никого выше четвертого уровня. Они раскидали все имеющиеся очки в силу и выносливость, каждой достался рюкзак, взятый из отдела школьных товаров. Дамы положением дел были явно недовольны, но спор угас, даже не начавшись, после вопроса Андрея:

— А чем вы тогда намерены себя занять в данном походе?

Старлея фраза явно покоробила, но вмешиваться и читать лекции он не стал, увидев, что весьма прозрачный намёк поняли и оценили.

Собрались у выхода. Начали обсуждать порядок движения. Слово взял Василий Игнатович.

— Предлагаю в авангарде идти самому бронированному и развитому из нас. Это я о тебе, Рус. Основная группа будет идти в метрах семи от тебя, что бы в случае чего прикрыть тебя и не попасть под твой навык. Тебя прикрывать будем я, Егор и Андрей, за нами пойдут женщины, в арьергарде — Миша. Согласны?

Мне предлагали роль пушечного мяса, за спиной которого будут идти остальные. Интересненько. При таком раскладе я буду танковать, а они, отстреливая тварей, получать опыт? Ну уж нет, так дёшево себе на голову я сесть не дам. Если уж и идти в авангарде, ибо тут я согласен, больше всех шансов выдержать, в случае чего, первую атаку именно у меня, то не за хрен собачий.

— Тогда киньте приглашение в группу.

На лице троицы стражей порядка мелькнула тень разочарования. Ага, значит я был прав. Андрей глядел вопросительно, видно, что человек не особо понимает, о чём речь.

— Нам обоим, — уточняю я.

Перед глазами всплывает сообщение:

Вас приглашает в группу Василий Стрельцов.

Соглашаюсь. В правом углу появляются имена и уровни остальной группы. Старлей и Егор — девятые, Михаил — восьмой, Андрей — одиннадцатый.

Одна из девушек, кажется, Юля, потребовала–

— Меня тоже добавьте.

— Обойдешься, — отрезал я. — Опыт понадобится тем, кто вас защищать будет. Не согласна — остаёшься здесь или идёшь в любую другую сторону, но без нас. И это касается всех.

Мне только ещё и с балластом опытом делиться не хватало. Старлей нахмурился и недовольно посмотрел мне в глаза.

Я взгляд не отвел. После его попытки на моём горбу уровни поднять, уважения у меня к нему резко убавилось. Да и хмурился он явно не из-за того, что хотел девку добавить, а потому, что решил за него всё я. Хотя по идее, должен мне спасибо сказать — непопулярные решения за него проталкиваю.

— Вот теперь можно и в путь.

Глава 3. Раскол

Проползаю по двери, спускаюсь с крыльца. Остальная команда выбирается следом и строится согласно плану. Начинаем идти.

Я знаю дорогу к этому отделению полиции. Идти пешком — минут 40, но это до апокалипсиса. Сейчас же нам предстоит пройти дворами до железной дороги, перебраться и вновь двинуть дворами. Километров пять-шесть пути, заполненного неизвестными опасностями. Сорока минут тут явно не хватит.

Мы успели пройти метров триста перед первым столкновением. Миновав арку двора, мы хотели пройти вдоль края идущей между домом и детской площадкой дороги, но тут на нас налетела стая воробьев.

Тварей было десятка полтора, возглавляла их особь размером с крупного пса, остальные были помельче. Вожак был 10 уровня, остальные в пределах 5 — 7 уровней.

К счастью, мы не успели отойти далеко от арки. Бросаемся назад, забыв о строе. Я с перепугу активирую огненный плащ, кричу остальным:

— Стреляйте, сучьи дети, стреляйте!!! — ору я.

Дальше бежать нельзя, или опалю своих. Моим соратникам хватило ума выбежать из арки, прежде чем открыть огонь. Падаю плашмя на асфальт в середине прохода, мой огонь перекрывает большую часть арки.

Слышу грохот стрельбы и клекот горящих в огне пернатых, начинаю ползти назад. Птицы отлично горят, перья вспыхивают, будто бензином облитые. Ещё десяток секунд стрельбы, и остатки стаи разлетаются. Из напавших на нас полутора десятков улетели целыми лишь три, остальные в панике пытаются сбить пламя с перьев, не в силах взлететь.

Вожак катается в ближайшей крупной луже. Я бросаюсь к нему, нельзя дать ему прийти в себя, сейчас его не достать из автоматов, он откатился в сторону от арки, а моя группа всё ещё там, по ту сторону — я закрываю им проход своим навыком. Освобождая проход для своих, кидаюсь к птице. Надеюсь, мои товарищи догадаются перебежать на эту сторону и добить уже не способных взлететь пернатых засранцев. Вожак в ужасе пытается сбежать — но никуда не денешься, я и моё пламя уже здесь. Вгоняю резким выпадом клинок куда-то в крыло, наваливаюсь всем весом, не даю сбежать. Несколько секунд — и тварь окончательно обмякла.

Оглядываюсь по сторонам, но уже всё кончено, ребята справились. Мы прикончили дюжину воробьев, несколько улетели — для первого раза отлично. Менты получили по уровню, двое из них наконец добрали десятый. Я посмотрел на свою шкалу опыта — за эту схватку мне начислили сорок процентов необходимого для нового уровня опыта. Мало как-то, но если посчитать — опыт на пятерых делили, а твари сами уровнем ниже нас.

С воробьев нам достались две коробки лута и одна книга навыков. Там оказались небольшой треугольный щит добавляющий единицу силы, который без вопросов отдали мне, и кожаные перчатки с металлической пластиной на тыльной стороне ладони, добавляющие две единицы сил.

Навык оказался активный, причем не низшего, а низкого ранга. Это была молния, и я понял — от него никто не намерен отказываться, активные умения нынче слишком жирный куш, а патронов у ментов осталось по неполному рожку.

Пока мы, как идиоты, выясняли, кому и что достанется (понимаю, глупо, но жадность, она такая), стоя в арке, жизнь внесла свои коррективы — вдалеке раздался собачий лай, быстро приближающийся к нам.

— В ближайший подъезд, резче!!! — первым опомнился старлей

Мы чуть не опоздали. Вернее, не так — я опоздал, остальные успели. К моменту, когда остальные вбежали, псы уже были рядом, а мои товарищи, судя по шуму в подъезде, столкнулись с крысами. Я же оказался в тупиковой ситуации — отключу огонь, сожрут, не отключу — не войти, своих сожгу. Хорошо хоть у ребят дух разблокировался и теперь они не были ограничены одними автоматами — уж три обладателя навыков крысам проиграть не должны, надеюсь. Проблема была в том, что они все ещё не могли пробиться хотя бы дальше двери — так и кучковались там.

И тут явился вожак этой стаи. Здоровенный, выше двух метров в холке, алабай, не спеша подошёл к остальным. Вот это да, вот это красавец!

Пёс-вожак, 23 уровень.

Да он и с голубем потягаться смог бы! Ладно, чую, здесь всё так просто не кончится. Взгляд у пса какой то слишком разумный…

И тут я увидел то, чего совсем не ожидал увидеть. Пёс раскрыл пасть, и перед его мордой начал формироваться шар из закрученных потоков воздуха!! Магия! Зверь использовал магию!

Псу хватило трёх секунд для того, что бы скастовать свой скилл. Шар влетел в меня с такой скоростью, что ни о каком уклонении речи не шло — я лишь успел закрыть лицо щитом.

Потоки воздуха тянули меня в разные стороны, незащищённые кольчугой руки покрылись царапинами… И тут, во вспышке озарения, я пожелал усилить огонь. Сжечь нахрен этот ветер!

Время замедлило для меня свой ход, я будто увидел происходящее со стороны — высокий человек в центре полусферы пламени, которую рвут изнутри десятки острых воздушных порывов. Моё пламя борется, пытается сопротивляться чужому умению, и я понимаю — если бы не оно, меня бы сразу разорвало на части, никакая кольчуга бы не спасла. Будь навык вожака низшего уровня — и для меня он обернулся бы просто болезненными ударами воздуха, не более, но его умение как минимум низкого уровня. Шкала духа уже на четырнадцати единицах, он тратится в десять раз быстрее — примерно по единице в 3–4 секунды.

Я вывалился из странного транса, уже понимая, что делать. Нельзя стоять на месте, так я только зря потрачу энергию. К худу или к добру, но так уж выходит, что моя стихия — ближний бой, из меня не выйдет типичного героя жанра, повергающего врагов с безопасного расстояния.

Бросаюсь к удивлённо замершему вожаку, игнорируя стоящих между нами псов. Не только я удивился способностям противника — псина явно ожидала, что от меня останется мелко порубленный фарш.

С начала действия его навыка прошло секунд пять, а я уже бегу к нему. Ветер остался за спиной, пёс пытается отпрыгнуть назад, он начинает светиться неярким синим светом, защищающим от моего огня, но поддержание умения ему даётся тяжело. Первый мой удар соскальзывает по его шерсти, бью щитом по здоровенной морде, ту дёргает в сторону. Вожак рычит, остальная стая кидается в самоубийственную атаку, и мне приходится отступать, уворачиваясь и охаживая щитом самых прытких. Псы горят, им хватает пары мгновений, что бы вспыхнуть, но повышенная живучесть и приказ вожака творят чудеса, заставляя их бороться до последнего. Духа хватит ещё на пять минут схватки, после пламя погаснет, но на рядовых монстров мне времени хватит с лихвой.

Спасают новые, сверхчеловеческие возможности тела, но тут мы на равных — псы тоже превосходят себя прежних в разы по всем показателям. У меня уходит десяток секунд, прежде чем последний, самый крупный из псов превращается в хорошо прожаренный труп. Оглядываюсь. Алабай уже далеко, на другом конце улицы, смотрит на меня внимательным взглядом. В этом взгляде мне чудится обещание мести за сегодняшнее поражение. Ну что же, блохастый, зализывай свою обгоревшую гордыню и возвращайся — в следующий раз я буду готов.

Пора разбираться, почему эта свора мудаков до сих пор возится, но сперва прихвачу лут. За схватку я получил 3 уровня, остальные тоже меня уже почти догнали. Торопливо подхватываю валяющуюся книгу навыка, бегло просматриваю — начальная регенерация духа. Изучаю её, лишним не будет, позже посмотрю подробности. В трёх коробках оказываются ещё один меч, небольшая секира и кольцо. Сгребаю всё и подхожу к двери, стучу ногой. Мне открывают.

Внутри, встав тесной кучей, стоят мои товарищи. Тамара лежит на полу, горло разорвано, рядом с ней несколько крысиных трупов.

— И чего вы, ссука, встали? Стадо вы бесполезное, меня там чуть не сожрали, пока вы тут е******ками своими торговали!

— Тише, парень, тут свои проблемы были! Тут крысы с навыками, не дают дальше пройти. Одна из них ставит ледяные стены, мы прострелили, но она всё равно стоит, не осыпается.

Я пригляделся — и вправду, подъем на межквартирную площадку перегораживали стена льда.

— Ладно. Давайте поедим, восстановим дух и дальше пойдем. Со сворой псов я разобрался, распределите оружие. И ещё — я вам тут уровней набил, так что думаю, отдать мне молнию будет справедливо.

— За прокачку, конечно, спасибо, но молнию мы отдадим лучше Мише, — сказал Егор. — Он уже 11, а навыка нет. Так будет честно.

Я почувствовал, что закипаю. Эти му**ки тут пару крыс прибили и зашкерились, пока я делал всю грязную работу, ни один не попытался поддержать огнём. Да они, скорее всего, меня вообще в расход списали, а я им тут ещё и оружие тащу.

Мысленно желаю покинуть группу. Перед глазами всплывает сообщение:

«Внимание! Вы желаете покинуть группу. Подтвердить (да/нет)?»

Выбираю да. Колонка с именами в правом углу исчезает. Вижу удивлённые лица.

— Значит, так. Халява закончена. Или вы сейчас сами отдаёте навык мне, или сгорите прямо здесь и сейчас к херам. И не дергайтесь к автоматам, я успею первым.

— А ты попробуй, — окрысился Егор. — Я тебя…

— Тихо, тихо. Давайте не будем пороть горячку. Понимаю, нервы у всех шалят. Хорошо, мы согласны отдать тебе молнию. Вступай обратно. Пожрем, отдохнём и пойдем дальше.

Как ты запел сразу, ушлепок. Мир, дружба жвачка, да? Я смотрел на старлея и его двух мрачно сверлящих взглядом орлов. Нет, подставлять им спину я не готов. Может, я и погорячился с выходом из группы, да и рациональное зерно в предложении дать единственному, у кого навыка нет, эту молнию, явно была…

Но уже всё равно, конфликт произошёл. Я больше не смогу доверить им спину, а если соглашусь сдать назад и не брать навык — это воспримут как слабость. Знаю я таких, на шею сядут да ножки свесят. А вот хер вам, товарищи. На мне где сядешь, там и слезешь.

И вообще, чем я тут занимаюсь? Нахрена мне эта банда?

— Я всё сказал. Навык отдали. Ты, — указываю пальцем на Юлю. — Готов взять тебя в группу и помочь прокачаться. Идёшь со мной?

— Да.

— Вот и ладно. Бери рюкзак у трупа.

Забираю у старлея навык, сразу его изучаю.

— Позвольте, молодой человек, мне с вами? — удивляет меня Андрей.

Брать или нет? С одной стороны, помочь он мне не спешил, как и остальные, но мозги у мужика явно присутствуют, а какая-никакая огневая поддержка мне лишней не будет. В конфликте между мной и старлеем он не участвовал, уровень у него уже 14, навык есть.

— Хорошо. Бери что-то из этого, на всякий случай, — киваю на лежащие у моих ног артефакты. — И пойдем отсюда.

— Верни, что у нас в магазине взял. Так будет честно, — подал голос Миша.

— Верните мне полученный опыт с псов. Тогда и шмот отдам.

Кольцо уже у меня на пальце, вместе с ним у меня семь единиц духа. Андрей подбирает секиру, Юля хватает меч. Выходим и идём к соседнему подъезду, Андрей идёт повернувшись назад и вытянув руку в сторону того подъезда, где остались остальные. На мой вопросительный взгляд нарочито громко поясняет:

— Если кто-то высунется, сразу выстрелю навыком.

А он молодец, подумал я. Что-то я не сообразил, что при таких делах мне и пулю в спину послать могут. Подходим к подъезду, Юля берется за ручку двери, глядит на меня. Вся электроника, видимо, сдохла ещё вчера, даже магниты на домофанах.

— Не открывай пока. Сейчас я встану напротив двери, постепенно начнёшь открывать. Андрей, встань рядом и будь готов в случае чего сразу запустить туда свой огнешар.

Становимся, как договорились. Киваю Юле, та медленно открывает дверь. В подъезде вроде никого. Заходим по одному, я иду первый, за мной Андрей, последней идёт Юля. Ни крыс, ни шорохов, двери целы. Странно.

— Может, постучим к кому?

Стучим в дверь. Тишина. Повторяем стук. Пусто. Странно.

— Я тут подумала, ребят. Когда всё началось, много народа дома сидело. Конечно, те, у кого были домашние животные, вряд-ли выжили. Плюс время было — час пик, многие с работы домой возвращались, некоторые пытались по машинам разбежаться и уехать. Но ведь даже если всех этих людей забыть, по домам ну минимум процентов 30–40 сидело. Где они все? Я слышала, как ты рассказывал про голубя, который влетел тебе в окно, но таких здоровенных вряд-ли было много, вы же сами видели — редко какая птица больше собаки.

А ведь и правда. Где народ?

— Много людей смотрело на нас из окон, пока мы шли, — подал голос Андрей. — Я заметил, что людей уцелело немало. Думаю, люди сидят по домам. Вы забываете об одном немаловажно факте — в стране есть вооруженные силы. Армия не может долго бездействовать в таких обстоятельствах. У нас, по официальным данным, около миллиона солдат в сухопутных войсках, плюс два миллиона внутренних войск. Вокруг города полно военных частей. Думаю, у них у самих были проблемы, всё же происходило дело вечером, пока бойцам оружие раздали, пока разобрались, что к чему… Да и электронику повырубало, сейчас, думаю, только обычное огнестрельное оружие актуально. Уверен, потери были колоссальными. Но сейчас, думаю, они скоро перегруппируются и начнут брать ситуацию под контроль. И большинство как раз этого и ждёт.

— Тогда и нам лучше сидеть и ждать, пока армия наведёт порядок. — говорю я.

Мы устроились прямо на лестнице, вытащив тушёнку и воду из рюкзаков. Юля полила перекись водорода мне на царапины на руках.

— Идея не очень, Рус, — сказала она. — Во первых, пока не ясно, когда у них это получится. Может, они сегодня к вечеру перебьют всю живность, а может, у них вовсе ничего не выйдет. Это раз. Предположим, у них действительно выйдет взять город. Резня выйдет похлеще вчерашней, ведь, насколько я понимаю, твари тоже в уровнях растут. Ещё вчера навыки ни одна применить не могла, сегодня — уже крысы льдом управляют. Потери будут огромные, с обеих сторон, и в гуманизм военные играть не станут — лупить будут так, что дома сами рушиться начнут. Да и взяв власть в руки, военные окажутся с огромным балластом в виде гражданских. А за пределами городов всяких кошек-мышек-ежиков мутантов будет явно больше. В цене будут прокачанные эволы. Это два. Сидеть на попе ровно не выгодно в любом случае. Вообще, я думаю, стоит убраться из города до большой заварушки, податься в какой-нибудь небольшой городок в области. Там живности будет, думаю, поменьше. Пересидеть штурм города, посмотреть, кто победит. Возьмут город наши — вернёмся, попытаемся устроиться. Не возьмут — будем решать, как дальше быть.

— Возьмут или нет, в любом случае, скоро большинство выживших адаптируются. Начнут возникать различные сообщества, которые начнут борьбу за власть, территорию и ресурсы. Нам, молодые люди, стоит развиться как можно выше к этому моменту. Нужно обрасти навыками и экипировкой. Огнестрельное оружие эффективно сейчас, но скоро, по мере развития навыков, оно начнется становиться бесполезным.

А ведь девчонка и Андрей правы. И мозги работают у них получше моих. Я как-то не задумывался о том, к чему дело идёт, хоть все и лежало на поверхности. И если то, что Андрей человек умный, я понимал сразу, то девчонка сумела удивить.

Присматриваюсь к ней внимательнее. До этого я как-то вообще всех шедших с нами девиц воспринимал, как рюкзаки с ножками.

С удивлением замечаю, что девица хороша собой. Рыжие волосы, синие глаза, правильные черты лица, прямой нос…

— Тогда надо решать, куда двигаться. План с отделением полиции, насколько я понимаю, уже не актуален, — приводит меня в чувство голос Андрея. — Жаль, конечно, оружие нам точно бы не помешало.

— Привыкайте полагаться на навыки. Ты характеристики уже распределил?

— Ещё нет. Думаю, опять всё вложу в дух и интеллект.

— Не стоит. Доведи хоть до десятки выносливость и ловкость, нам явно ещё не раз предстоит удирать от монстров. В первую очередь нужно обеспечить себе возможность банально выжить. Насчёт тебя, — поворачиваюсь к Юле. — Сейчас ты только четвертый уровень, но это не страшно. Пока будем выбираться из города, ты успеешь качнуться. Следующий активный навык — твой. А сейчас давай распределим характеристики, восстановим силы и подумаем, куда двигаться.

Я открыл интерфейс.

Руслан Мераев, человек, 25 лет, 17 уровень.

Сила — 11 + 4

Ловкость — 11 +3

Интеллект — 11

Реакция — 11

Выносливость — 11 + 2

Дух 40 + 2

Ну, вот я и готов. Прочитал описание навыка молния. Умение было низкого ранга, с потенциалом дорасти до среднего ранга 1 класса. Требовало всего три единицы духа за удар, времени отката не указано — насколько я понял, хоть очередями пуляй.

— Андрей, а сколько у тебя духа? И сколько требуется для одного залпа навыком?

— Я в интеллект вложил десять, в дух двадцать. Вышло семнадцать одного и тридцать один другого. За залп требует две единицы духа.

Некисло. Он почти не уступает мне в запасе энергии.

Вкладываю все девять очков в дух.

Читаю описание доставшегося пассивного навыка. Он добавляет к регенерации духа десять единиц в час. Учитывая, что у меня теперь 42 очка духа, а с новой пассивкой я восстанавливаю 22 единицы в час, мне нужно ещё полтора часа отдых

— Так у кого какие предложения? — интересуюсь я

— У моей семьи дача в Фирсе. Это километрах в пятидесяти от нас. Если выйти к Ленинградскому шоссе, то вдоль него километров сорок пять, и потом поворот будет, и километров пять пути.

— Полсотни километров мы в таких условиях идти будем дня два, — возражаю я ей. — Да и вообще — какая нам разница, где чья дача? Думаю, мы сможем в любом доме устроиться, сейчас пустых дач хватает.

— Я склонен согласиться с девушкой, Руслан. За эти два дня мы можем существенно развиться. Да, риск велик, но сейчас каждый вариант несёт риск не меньший, а может, и больший. Сейчас мы одни из первых, вышедших на улицу, следовательно, в числе сильнейших. Мы не уступаем большинству тварей, а пробираясь к её даче, лишь усилимся. День-другой промедления — и мы уже можем оказаться отстающими. Это путешествие — риск, но риск, сулящий нам соответствующую выгоду. Плюс Фирсу и окрестности, как и дорогу к ней, хоть одна из нас знает.

Тоже верно. Первое время, первый день, мне придётся сражаться в основном самому. Но дальше, надеюсь, ребята станут достаточно сильны, что бы мы стали полноценной командой.

— Ладно, убедили. Отдых — два часа, мне дух надо восстановить.

Глава 4. Воздушная баталия

Через два часа мы вышли. Осторожно передвигаясь от подъезда к подъезду, мы миновали двор.

Первая стычка произошла, когда мы вошли в следующий двор. Десяток крыс кинулся к нам, стоило пройти два десятка шагов. Низкоуровневые тварюшки 6–8 уровней особой опасности не представляли. Андрей и Юля встали метрах в пяти от меня.

Первый удар я дал нанести Андрею. Он метнул три сгустка огня с кулак размером, дважды промахнувшись. Единственный удачный выстрел попал в морду твари, прибив наповал и оставив в ней приличную дыру. Неплохо.

Крысы набегают на меня, использую огненный плащ. Пламя взвивается вокруг меня, монстры начинают пытаться сбежать, но… Мой навык стал явно сильнее. Раньше мне требовалось секунд шесть, в среднем, что бы крыса сгорела, сейчас хватает и трёх. Прыжок в центр стайки, пара ударов… И бой окончен. Все твари мертвы. Вот это поворот, я ожидал очередной изнурительной схватки, после которой нам придется отсиживаться в подъезде, а вышло так, что даже молнию не испробовал.

— Сверху, Рус! Осторожнее! — кричит Юля.

Поднимаю голову — над нами кружит огромная стая ворон! Их сотни, от небольших, по нынешним временам, тварей с орла размером, до настоящего гиганта, что парит в центре стаи. Присматриваюсь к нему — ого, что-то новенькое:

Вороний вождь, 83 уровень

Матерь божья! Надеюсь, он не по нашу душу!

— В подъезд! Быстрее!!!

Девчонка хватает изумленного Андрея за руку и тянет к подъезду, они бегут, уворачиваясь от воздушных лезвий, летящих с неба. У меня выбор — бросить их и бежать самому или попытаться отвлечь птиц?

Ближайший к нам подъезд обвален, козырек завалил дверь. Следующий — метрах в ста, но под пока единичными, но учащающимися атаками птиц, от которых им приходится уворачиваться, у них почти нет шансов. Мне проще — навыки низшего ранга долетают до меня сильно ослабленными, миновав мой плащ, эти атаки для меня по силе сравнимы с простыми ударами дубинкой — больно, но не смертельно. Но это пока, в стае есть обладатели навыков и посильнее, навык уже низкого, а не низшего ранга, вполне способен меня прикончить.

Признаюсь честно, я не альтруист. При случае, если мне это будет не сложно, я готов просто так помочь ближнему своему. Но рисковать шкурой ради людей, которых всего день знаю…

Я уже начал бежать в противоположную сторону, когда краем глаза заметил, что Юлю задело. Не знаю, насколько рана серьезна, но задета нога, девчонка падает. Андрей останавливается, одной рукой помогает ей встать, другой посылает сгустки огня один за другим, но они почти обречены…

В этот миг я понял, что если брошу их сейчас и сбегу, то никогда не буду себя уважать. Не потому, что во мне взыграл комплекс героя, не потому, что у Юли оказалась смазливая мордашка и аппетитная задница, нет.

Этих людей забрал из прежней группы я. Я позвал одну и не отказал второму, они доверились мне, и, хотя об этом вслух не было сказано, признали меня своим лидером. А я взял эту ответственность на себя сам, добровольно. И если сейчас, при первой же серьезной опасности, я просто их брошу — то я подведу не только их. Я предам этим и себя.

Я разворачиваюсь обратно. С начала боя с крысами прошла минута, у меня ещё 35 единиц духа. Пора испытать мой новый скилл. Первая же молния превращает здоровенную тварь 22 уровня в опаленную кучу перьев, перескакивает на летящую рядом тварь поменьше, монстра передёргивает и тот падает на землю. Ворона ещё явно жива, но это я сейчас исправлю.

Стая переключает внимание на меня, пока я бегу к упавшей твари, в меня летят десятки навыков. От части уворачиваясь, часть задевает вскользь, но ничего серьезного. Добегаю до лежащей птицы, та вспыхивает. Жду две секунды и бегу дальше, к ребятам. Те уже близки к спасению, на них перестали обращать внимание, им осталось метров двадцать. На бегу пускаю ещё две молнии, какие-то совсем уж отчаянные твари пытаются добраться до меня сквозь пламя, но горят и гибнут под ударами меча.

Ребята уже в подъезде, Юля держит дверь открытой, Андрей прицельно бьёт своим навыком, стараясь проредить кружащую вокруг меня мелочь. Вокруг меня, вне зоны действия моего пламени, кружится несколько десятков монстров, сверху летят навыки. Ударов столько, что я не могу бежать, иду, прикрываясь щитом. Мне осталось метров двадцать пять, но сил может не хватить, дух тратится просто с бешеной скоростью, плащу нужно много энергии на мою защиту. Видно, тут мне, идиоту, конец…

И тут атаки внезапно прекращаются. Я убираю щит, и вижу, что между мной и подъездом лишь несколько птиц, остальные куда-то пропали, да и эти пытаются набрать высоту и удрать. Всаживаю, не скупясь, в каждую по молнии, огненный плащ гаснет от недостатка духа, залетаю в подъезд, едва не сбив Андрея.

Захлопываем дверь. Адреналин бурлит в жилах, я уже третий раз едва не помер, а ещё только утро! Меньше километра пройдено от супермаркета!

Заглядываю в интерфейс. Мы прибили с десятка два ворон, одна из них была выше двадцатого уровня, ещё пара — вроде семнадцатого. Остальные мелочевка, плюс крысы. Я получил 22 уровень, Юля — 14, Андрей 20. Но всё потом, сейчас есть вопросы поважнее.

— Ты как, красавица? Что с ногой?

— Нормально, просто глубокий порез, меня самым краем зацепило.

Выливаем остатки перекиси на тянущийся вдоль всего бедра порез. Девушка сидит, спустив джинсы до колен, но мне сейчас не до её прелестей — заматываю марлей её бедро и иду к окну на втором этаже. Надо понять, что отвлекло птиц от меня, с кем они там сцепились. Ветер воет так, что кажется, будто снаружи буря, стекла в подъезде дребезжат. Через узкое окно не выходит толком рассмотреть происходящее, обращаюсь к ребятам:

— Народ, я дверь открыть хочу, надо понять, что там творится. Андрюх, подстрахуй.

— Мы еле выбрались, Рус, нафига сейчас рисковать? — подаёт голос Юля.

— Да хотя бы потому, что там наш лут! Мы вообще ради чего этот поход затеяли? Вы сами меня убеждали, что надо качаться, брать уровни и добывать навыки. И сейчас там лежат вещи, выпавшие из того, здоровенного ворона, что я прибил первым, да и с остальных тоже. И вообще, я не предлагаю никуда идти наобум, просто приоткроем дверь, я посмотрю, какова обстановка. Что бы там сейчас не происходило, мы должны это узнать — нам ещё отсюда выбираться надо будет.

Больше возражений не было. Мы аккуратно приоткрыли дверь, и я взглянул на небо.

Мне предстало удивительное зрелище — в небесах над нами сошлись в бою голуби против ворон. Монстры вовсю запускали друг в друга навыки, вороны кружились, создавая в небе перевёрнутую воронку, на вершине которой парил тот самый, огромный вождь воронов, которого мы видели ранее. У голубей я нигде не увидел явного единого лидера, вроде вороньего, но было четыре птицы уровнем за пятьдесят (но никого шестидесятого и выше), которые, построив свои стаи клиньями, пытались опрокинуть строй ворон.

Никогда в жизни я не видел столь захватывающего зрелища. Несколько тысяч ворон против превосходящих их числом, по меньшей мере, вдвое голубей, сошлись в бою таких масштабов, что я ощутил всю свою ничтожность. Твари поменьше с обеих сторон сшибались в воздухе, сражаясь когтями и клювами, пока их более развитые сородичи обменивались ударами навыков. Летели огненные шары, сосульки и воздушные лезвия, сверкали молнии. Видел я и защитные навыки — полусферы голубоватой энергии, но ими могли пользоваться лишь сильнейшие особи. Я застал момент, когда один из голубиных клиньев, рассыпавшись, отлетел в панике, и вождь воронов, наконец, сказал своё веское слово.

Из распахнутой пасти птицы вылетела ослепительная шаровая молния золотого цвета, попав прямо в предводителя одного из голубиных клиньев, что до сих пор давили на воронью стаю. Продавив сферу барьера птицы, она сожгла почти половину её тела и рассыпалась на сотни молний поменьше, убивая и калеча ее подчинённых. Раздался оглушительный раскат грома, на землю посыпался дождь из обугленных тел.

Я с трудом проморгался, и, несмотря на резь в глазах, взглянул на это удивительное чудовище. Обессиленный вождь, вложивший всё в эту атаку, залетел вглубь вороньего строя, под защиту подчинённых. Но самое главное я увидеть успел:

Вороний вождь, уровень 86.

Боже! За эту атаку, уничтожившую сотни его врагов, он получил лишь три уровня! Я только сейчас реально осознал, насколько тяжело будет развиваться на высоких уровнях.

А тем временем, дела у вороньева воинства пошли в гору. Половина голубей обратилась в бегство, и чёрное воинство, перестроившив свою воронку горизонтально, начало теснить оставшихся врагов. Голуби пытались на ходу перестроится, объединившись в одну стаю. Бой в воздухе уходил в сторону, и вскоре птицы пропали из виду за оставшимися домами.

Я сел на землю, переваривая увиденное и оглядывая двор, заваленный телами птиц. Из шести девятиэтажных домов, что составляли двор, четыре выглядели, как швейцарский сыр, да и лишились от трёх до пяти этажей. Наш и соседний дома выглядели куда менее потрепанными, но лишь на фоне остальных. Этажей не лишились, но были недалеки от этого. А ведь основное действо творилось в воздухе! Сюда долетали лишь прошедшие мимо цели удары!

Нам очень повезло, что вороны изначально почти не обращали на нас внимание. Видимо, готовились к бою и решили не отвлекаться на мелочи, послав против нас горстку птиц, а когда началось столкновение — просто плюнули.

Но меня это зрелище лишь замотивировало. Мне остро захотелось стать сильнее, по-настоящему сильнее. Обладать силой, благодаря которой мне не придется всякий раз прятаться в подъездах при малейших признаках опасности, силой, что позволит, подобно этому вороньему вождю, чувствовать себя вершиной пищевой цепи. Я хочу перестать быть тварью дрожащей! И я пойду на всё, что бы стать сильным. Потому что настали времена, когда твоя боевая мощь — это всё, на что можно полагаться, и до меня это, наконец, окончательно дошло. Не так, как до этого, когда я понимал это умом, но в глубине души не верил. Теперь я всей душой принял эту простую, в общем-то, и довольно очевидную истину.

— Юль, Андрюх, поищите лут. Опасности больше нет, все улетели. Не бойтесь, я прикрою.

Ребята вышли из подъезда и начали бродить среди туш мертвых птиц. Я рассеянно оглядывался, погруженный в свои мысли. Минут через сорок ребята вернулись с найденным, и мы вернулись обратно в подъезд. На сей раз никакого желания отмораживать задницу на ступенях у меня не было, поэтому, постучав в первую же дверь и не дождавшись ответа, я заорал:

— Или открываете дверь сами, или я её сожгу к херам вместе с вами!

Честно говоря, я сам больше всех удивился, когда дверь открыл крепкий парень моего возраста. Грубо толкнув его вглубь коридора, я первым вошёл в квартиру. В коридоре, рядом с парнем, стояла девушка. Высокая фитоняша, с накачанными губами и приятными формами, она настороженно смотрела на нас, держась за спиной хмурого парня.

— Что вам тут нужно? Я… — начала недовольно выговаривать девка. Вот только слушать я её не собирался.

— Съ**али в комнату и не отсвечивайте. Не будете мешать — разойдемся по хорошему.

Видно, что-то во мне действительно изменилось. Раньше я никогда не стал бы грубить людям, не сделавшим мне ничего плохого. Но то было раньше. И если они сейчас не свалят покорно в свою спальню, я их затолкаю туда ногами.

Похоже, на моем лице были написаны все эти чувства. Парочка быстро ушла в спальню. Мы прошли на кухню, я сел за стол, бросил прямо на пол щит и меч, стянул шлем. Волосы пропотели и слиплись, хотелось есть и выпить. Ребята выложили всё добытое — три книги навыков да четыре коробки.

Андрей сел напротив, Юля достала из рюкзака бутылку коньяка. Кизлярский, пятилетней выдержки, неплохой напиток. Порывшись на полках, девушка выудила блюдо с мандаринами и три стопки. Молча разлила всем по рюмке, выпили. Замечаю, что они смотрят на меня как-то иначе, чем раньше, настороженно.

— Лута почти не было. Видимо, если монстры убивают друг друга, ничего не выпадает, — первой заговорила Юля. — А всё, что мы нашли, видимо, упало с тех, кого вы прибили.

Смотрю на навыки. Два пассивных, один активный. Кстати, обращаю внимание, что у навыков нет отсчёта до исчезновения, в отличии от предметов.

Активный навык оказывается лезвием ветра, один из пассивных — начальной концентрацией. Третья книга навыков отличается от всех, виденных до этого — она синего цвета. Вглядываюсь.

Техника преобразования духа, первый том. При использовании даёт десять единиц духа разом, в течении суток добавит ещё двадцать единиц. Ранг техники — средний, 3 класс.

Это был бесценный для любого из нас навык. Юля сразу получила лезвие ветра и даже этому была рада. Но вот преобразование духа…

— Андрюх, разыграем на камень-ножницы-бумага?

Мне не хотелось присваивать самый ценный навык. Целостность команды мне дороже, да и люди эти уже показали, что я могу доверить им спину — тогда, добежав до подъезда и держа его открытым для меня, рискуя жизнями. Андрей вообще стрелял по воронам, рискуя привлечь их внимание. Да, конечно, можно сказать, что я тоже спас их, да и в такой ситуации вообще оказался именно потому, что спасал их. Но сделать так — значит, перечеркнуть то хрупкое, начавшее возникать в команде настоящее доверие. Будь это другие люди, не они, я бы даже думать не стал. Мы знакомы всего пару часов, но пережитое за эти часы можно сравнить с годами дружбы в мирное время. И если ради того, что бы сохранить единство, мне нужно лишиться халявы в виде техники — то и хер с ней, добуду ещё.

Андрей с усмешкой посмотрел мне в глаза, и покачав головой, сказал:

— Не стоит, Рус. Мне и концентрация подойдёт. Ты главная боевая сила отряда сейчас, и чем больше у тебя энергии, тем больше наши шансы выжить. Я сам всё прекрасно понимаю, и обижаться не намерен. Тем более, концентрация у тебя и так есть, ты говорил.

Не могу сказать, что сильно удивлён. Андрей умный мужик, сам всё отлично понял. Подспудно я на это и надеялся.

Изучаю навык. Дух действительно увеличился на десять единиц. Надо вложить имеющиеся очки в интеллект, ловкость и реакцию. Первое увеличит силу моих навыков, второе позволит быстрее двигаться. Учитывая особенности моего основного навыка, мне просто необходимо быть быстрее и ловчее, ведь я играю роль танка. Реакция нужна для того же — нужно успевать заметить опасность, нельзя всегда полагаться лишь на то, что моё пламя ослабляет вражеские навыки. Однажды это может привести к тому, что в меня просто попадут атакой посильнее, и никакой плащ не спасет.

Вкидываю по пять единиц в каждую из этих характеристик. Я понимаю, что слишком распыляюсь, тратя навыки на неосновные параметры. Но думаю, лучше сейчас развить крепкую основу, которая позволит не зависеть целиком от запаса энергии, а уж позже вкладывать очки в дух.

Тем временем активируем коробки. В них ничего стоящего, две пары наручей, дающие единицу силы, такой же кулон как у меня и поножи, добавляющие ловкость. Беру себе наручи, Андрею достаются кулон и наручи, Юле — поножи.

Итак, полюбуюсь собой.

Руслан Мераев, человек, 25 лет, уровень 22.

Характеристики:

Сила — 11 + 5

Ловкость — 16 + 3

Интеллект — 16

Реакция — 16

Выносливость — 11 + 2

Дух — 50 + 2/3

Навыки:

Активные

Огненный плащ (масштабируемый).

Молния (низкий ранг).

Пассивные

Начальная концентрация духа (низший ранг) — 10 единиц духа в час

Техника преобразования духа, том первый (средний ранг 3 класс).

— Не знаю, как вы, ребят, но я снова проголодался. Юль, дай ещё банку тушёнки, по стопке и отдыхать. Мне нужно два часа восстановить дух.

Поев и выпив, ухожу в зал и ложусь на диван. Юля вызывается подежурить, пока мы отдыхаем. Время приближается к часу, мы в пути уже часа три, а прошли с километр. Надо ускориться. Засыпаю.

Через два часа меня будят. Чувствую себя на удивление бодрым, дух почти восстановился полностью. Собираемся на кухне.

— Предлагаю подытожить всё, что мы знаем о системе на данный момент, — предлагаю я. — Кто хочет высказаться первым?

— Давайте я, — вызывается Андрей. — Первое — за убийство монстров уровнем вдвое ниже себя, опыта даётся примерно десять процентов. За своего уровня — от половины уровня до полного, в зависимости от силы убитого. Мы пока на начальном этапе изучения этого вопроса, но ясно следующее — четкую систему, за кого сколько дадут пока не выстроить, слишком велико влияние фактора личных возможностей убитых монстров…

— Прости, что перебиваю, Андрей, но хочу кое что добавить.

Рассказываю о схватке с алабаем, описываю его силу, потом говорю о вороне, что уступал лишь на один уровень, но оказался на порядок слабее. Так же рассказываю, как проходила битва в воздухе и про вождя ворон. Андрей, нахмурившийся, когда его перебили, становится задумчив.

— Это важный момент. Похоже, у монстров есть ещё какая-то система иерархии, помимо банальной разницы в уровнях. Как минимум, нам известны три типа монстров — рядовые, вожаки и вожди. Наверняка в скором виде будут и другие, более высокие ранги. Второе — экипировка пока выпадает только низшего качества, во всяком случае с монстров вплоть до двадцатого уровня. В тре…

На улице раздается стрельба, автоматы бьют очередями, стреляет стволов восемь-десять. Выглядываю в окно и вижу на улице отряд из трёх десятков человек, треть с автоматами, у остальных холодное оружие и экипировка от системы, всё разномастное. Выглядят они довольно комично. Идут, расстреливая всю живность, что осмеливается на них кинуться, летят и пули, и навыки.

Разделившись на две равные группы, они начинают идти к ближайшим целым подъездам. Одна из групп идёт прямиком в наш.

Надо что-то делать. Оставаться не вариант. Отряд заходит в подъезд, начинают долбиться во все двери, мы молчим.

— Откройте! Мы — боевой отряд ордена архистратига архангела Михаила! — слышится густой бас. — Именем церкви, немедленно откройте двери!

Что, блять, простите? Суток не прошло, а тут уже целый церковный орден? Только этих сектантов тут нехватало!

Снова смотрю в окно. На улице трое автоматчиков, незаметно в окно не выпрыгнуть.

И тут даёт о себе знать позабытая нами парочка. Девка выбегает из комнаты, летит к двери и распахивает ее.

— Помогите, святые отцы, тут мародёры! Спасите!

Я уже на ногах. Ах ты тварь. Тебя пальцем никто не трогал, услали в спальню да велели чуток подождать, сложно было помолчать?

В комнату заходит первый мужик, лет сорока, с густой бородой, автомат смотрит мне в грудь. Следом проходят ещё два молодых парня, не старше двадцати, с короткими мечами, тоже направленными на меня. Они теснятся в коридоре, идеальная мишень для молнии, но доводить до боя не хочу. И что блин, теперь делать?

Глава 5. Гранд

— Бросьте оружие и на колени! Быстро! — потребовал бородатый.

— Я тебе в е*ло сейчас молнией пущу, боров, если ты пукалку свою не уберёшь, — спокойно отвечаю, поигрывая разрядами электричества в левой руке.

Повисла напряжённая тишина. Боров с его ребятами напряжённо замерли, а я неотрывно смотрел в глаза мужику. Если мне хотя бы покажется, что его рука сейчас дрогнет, всажу навыком. Я бы вообще это сразу сделал, да только опасаюсь, что в замкнутом пространстве квартиры от этого и сам пострадаю.

— А вы вообще кто такие? И что за орден? Никогда не слышала о таком, — спрашивает из-за моей спины Юля.

— Мы, орден архистратига архангела Михаила, новый орден в рядах православной церкви! Мы — объединение смиренных слуг божьих, что взяли на себя тяжёлую ношу очищения земли нашей от монстров и чудовищ.

— А царство Божие на земле строить будете? — поинтересовался Андрей.

Я не смог сдержать улыбки, Юля за спиной сдавленно хрюкнула, один лишь Андрей оставался серьёзен. Бородач сделал невозможное — нахмурился ещё больше, парни же покраснели. И что-то в их лицах мне подсказывало, что не от злости, а от смущения.

— Ты, умник, говори, да не заговаривайся, — начал отповедь он. — Если б не моё человеколюбие, я бы тебя…

— Если бы не молния в руках моего друга, ты бы сейчас застрелил всех мужчин в квартире, и затем со своими дружками тр**нул бы обеих девок. А когда вы всей кодлой наигрались бы, вы бы выгребли всё съестное и пристрелили бы девок. Я тебя, гнида, помню, церковная ты падаль. Ты один из местных попов, вы, уроды, девочку несовершеннолетнюю избили и изнасиловали, а когда она заявление подала в полицию, запугали её родителей. В целом — мне плевать на ваши делишки, хоть детей, хоть друг друга в задницу имейте, но мне очень не нравится, когда недоумки, подобные тебе, начинают трубить о том, что они спасители мира и, уж тем более, когда они прикрываются Богом.

Воцарилась гробовая тишина. Парни, пришедшие с мужиком, растерянно уставились на своего старшего коллегу. Видно, не в курсе подвигов своего шефа были. Андрей медленно поднял руку и протянул её сбоку от меня, нацелив на святошу, и вытянул указательный и средний пальцы, на кончиках которых разгорелся шар огня.

— Бросай автомат. Даже если успеешь застрелить одного из нас, второй вас всех поджарит.

Мужик помялся несколько секунд, но, видимо, было что-то в лице стоящего за мной Андрея, убедившее его не геройствовать. Я и сам удивился резкому тону и мату в речи нашего мистера спокойствие и вежливость. Бородач бросил оружие, парни тоже кинули гладиусы на пол.

Юркнувшая из-за наших спин Юля подобрала автомат, сняла с него подсумок с магазинами, и отошла обратно. С бородача сошла вся напыщенность, да и когда заговорил, пропала напускная басовитость.

— У нас тоже есть люди с навыками, и нас здесь больше. Во дворе сотня наших людей, выход под наблюдением, убьёте нас — и живыми отсюда вам не выбраться.

— Ты зубы мне не заговаривай. Где у вас база? Сколько вас там? Кто руководитель и у кого уровень самый высокий? Расскажете всё — отпущу и разойдемся краями. Нам тут с вами делить нечего, если сцепимся — вы нас, может, и перебьете, но и сами половины народа лишитесь. Кому оно надо?

— Ты прав, — доносится женский голос из подъезда. — Это никому не нужно. Позвольте я войду, обменяемся информацией. В знак мирных намерений войду одна и без оружия. Согласны?

Судя по скривившейся роже бородатого, он эту женщину не жалует, а это означает, что не все так монолитно в их группе. Послушаем, что она скажет.

— Заходи, но предупреждаю — если ты что-то задумала, у меня молния наготове.

— Вхожу, герой, ты только не дергайся, кусаться не буду, — говорит она со смешком.

В квартиру медленно проходит женщина с поднятыми руками. Оружия при ней действительно нет. Среднего роста, с приятным лицом, дама лет тридцати двух.

— Меня зовут Дарья. Может, пройдем в зал? Нам найдется, что обсудить, не делать же это на пороге?

— Андрей, проводи гостью. Мы пока упакуем наших пленников. И закройте дверь на замок, Дарья, будьте так любезны, — говорю я. — Не хотелось бы, что бы в процессе нашей беседы нас отвлекали всякие неожиданности вроде вломившихся сюда ваших товарищей.

Женщина с улыбкой запирает дверь и намекающе поднимает бровь — мол, ведите, хозяева. Андрей уводит её в зал, мы с Юлей загоняем незваных вместе с мрачными хозяевами квартиры в ванную. Меня не волнует, как пять взрослых человек вместятся в крохотном помещении — за что боролись, на то и напоролись. Подпираю дверь взятым с кухни стулом — решат выбить, он их, конечно, не удержит, но шум мы услышим.

— Итак, Даша, мы тебя внимательно слушаем. Что у вас за орден, где распо…

— Нет-нет, погоди, — начинает смеяться девушка. — Ты немного не правильно понял, я не из этих фриков. Давай так, я вам коротко расскажу, что и как у нас устроено, а вы зададите интересующие вас вопросы, хорошо?

— Мы все во внимании, — соглашаюсь я.

Со слов девушки узнаем следующее. В расположенных неподалеку, вдоль Ленинградского шоссе нескольких мебельных салонах(Гранд и Хофф), а так же в торговом центре Лига собралось немало выживших. Занявшая Лигу группа людей оказалась в наиболее выгодных условиях, так как в здании, помимо фудкортов и магазинов одежды, находился ещё большой сетевой супермаркет. Отбив первые атаки тварей, выжившие организовали из торгового центра настоящую крепость. Оказавшимся в двух других зданиях людям повезло куда меньше — очистив территорию от монстров к этому утру, они оказались банально без запасов пищи, ибо в мебельных центрах, кроме самой мебели, почти ничего и не было. Сама Дарья была из Гранда. По её словам, пока что единого руководства у них не было, вместо этого было что-то вроде народного референдума. Получив, на просьбу поделиться припасами, от выживших из Лиги категорический отказ, они решили отправить поисковые партии по окрестным магазинам и домам.

В Хоффе же, как раз, и возник этот самый ордена Михаила. Что у них там случилось, никто толком не знает, но к власти пришла группа священников. Каких-то особых догм и прочего они пока не сформировали (не до этого было во время ночной бойни), но пока они сюда добирались, бородатый успел поделиться с ней, что всё произошедшее — божье испытание, а система — шанс человека вознестись и стать ближе к божественному.

Как оказалось, отряд не был совместным изначально. Просто и Гранд, и Хофф выслал свои отряды во все стороны на поиски пищи, медикаментов и воды. А так как посланные отряды шерстили одни и те же районы, то наткнувшись друг на друга, решили объединиться — вместе безопасней.

— А много у вас народа с навыками? Да и вообще выше десятого уровня? — спросила Юля.

— Нет. Выше десятого всего двадцать человек было утром. Сейчас уже, за час блужданий, в отряде все выше десятого, отрядов было десять, по двадцать человек каждый. В каждый отряд вошло по одному человеку десятого уровня.

— А автоматы откуда? — интересуюсь я. — Такие вещи в мебельных салонах не продают.

— Мы по пути немало погибших полицейских обнаружили. Оружие досталось от них. Можно узнать, каких вы уровней и какие у вас цели? Откровенность на откровенность, так сказать. Лично я 14.

— Уровни у всех выше десятого. Навыки тоже есть у всех. Хотим выбраться из города до того, как его окончательно захватят твари или разрушат военные. С маршрутом пока не определились.

Тайны тут делать не из чего, про уровни и навыки она и так примерно всё понимала. Думаю, и откровенность такая именно от этого, смотрит заинтересованно. Сейчас нас будут вербовать, понимаю я.

— Тогда давайте так — что делать со святошами решайте сами, не собираюсь лезть не в своё дело. Но предлагаю вам подумать о том, что бы присоединиться к нашему лагерю. Иерархия у нас только устаканивается, а с вашими возможностями вы легко сумеете занять у нас достойное положение. В Лигу вас не пустят — там своих высокоуровневых хватает, к святошам вы сами вряд-ли хотите. Выбираться из города лишь втроём — безумие, велик шанс нарваться на открытой местности. Да и что вы там будете делать, за городом? Сидеть куковать втроем в каком-нибудь дачном поселке? Предлагаю присоединиться к нам. Мы ещё час будем обшаривать остатки домов в поисках необходимого. Если надумаете пойти с нами — дайте знать.

Проводив Дашу, решили отпустить пленников. Бородач потребовал назад свой автомат, на что ему было отвечено оттопыренным средним пальцем Юли. Девушка явно уже считала оружие своим, а мы с Андреем были не против. Хозяева квартиры, кстати, решили отправиться с орденцами.

Оставшись одни, стали думать что делать. С одной стороны, угроза попасть под раздачу при штурме города никуда не исчезла. С другой, как резонно заметил Андрей — такими темпами ещё не ясно, кто к тому моменту будет сильнее, три набитых людьми торговых центра, превращенные в крепости, набитые людьми с магическими навыками и улучшенными физическими возможностями, или стаи монстров.

— Я думаю, что если вступить в это сообщество, условно назовём его Гранд, сейчас, мы сможем занять одни из ключевых позиций, — высказался он. — Сейчас ты, Рус, благодаря своему месту в рейтинге и полученным бонусам, обладаешь рядом преимуществ. Я уверен, что среди них нет никого уровнем выше 12–13. У тебя место в первой сотне рейтинга, масштабируемый навык, который служит и для атаки, и для защиты, и помимо своего 22 уровня, у тебя ещё 25 дополнительных очков бонуса. Сейчас ты один из сильнейших бойцов в городе, если не в мире. Люди не смогут не прислушиваться к мнению настолько развитого… Мммм… Ну, назовём тебя магом. Плюс с тобой я и Юля, два мага с навыками… У нас будет влияние, за счёт которого мы сможем набрать группу бойцов. Ты ведь уже сам видел, один в поле пока ещё не воин, нужна команда. В общем, я за присоеденение.

— А что насчёт тех стай птиц, что мы видели? — подала голос Юля. — Вот закончат они разборки, вернутся сюда — а мы как мясо в консервах, сидим и их в помещении ждём? Это в подъезд они ради пары-тройки человек ломиться не стали, а набитый тысячей человек торговый центр или мебельный салон, с его просторными помещениями и стеклянными потолками они за милую душу раскурочат. Согласна, после того, что мы видели, я и сама сомневаюсь, что армия полезет отбивать город, скорее будут в мелких городках и поселках окапываться. Но ведь основной риск никуда не…

Я перестал слушать. Надоели эти переливания из пустого в порожнее. Если отбросить всю шелуху, мне нравится вариант идти в Гранд. Народу там много, пинками гнать всех, кого можно, мародерить, самим ходить в каждый рейд — и мы прокачаемся. Одно дело уходить из города, когда нас всего трое, и нет шансов выжить из-за малочисленности отряда. Другое — попробовать подмять под себя хоть как-то укреплённую базу, превратить людей в прокачанных бойцов — и тогда уже можно будет говорить с любой опасностью на равных.

— Я иду в Гранд, — прерываю я спор. — Если хотите, идите со мной, нет — тоже не обижусь.

Возражений не последовало. Мы прошлись по квартире, выгребли все запасы круп, специй и алкоголя. Добычей стали три бутылки виски, шесть кило риса да по пачке сахара и соли, ну и специй по мелочи.

Через час, присоединившись к отряду Даши, мы двинулись к их базе. Половина отряда несла на себе здоровенные сумки, набитые найденным добром. Каждый из носильщиков был нагружен как вол. Орденцы недовольно косились, но сказать ничего не решались.

— Я так понимаю, вы к себе народ особо не тащите из этих домов.

— А зачем нам лишние рты, когда мы себя прокормить не можем? Гуманисты сегодня с утра пытались что-то качать на тему общечеловеческих ценностей и взаимопомощи, когда Лига отказалась делиться едой. Так те их на. й послали и пригрозили следующего умника, который что-то подобное им вякнет, сразу поджарить. Больше эту тему никто не поднимал, как миленькие согласились идти мародерить.

В пути мы дважды сталкивались с крысами, но больше тридцати человек, среди которых полноценных бойцов оказалось полтора десятка, не считая моего отряда, играючи справлялись с тварями.

Лишь уже под конец пути встретился серьезный противник. Им оказался здоровенный, под два метра в холке, кот, 29 уровня. Внезапно выпрыгнув из-за опрокинутого внедорожника, он выпустил струю огня, мгновенно сжегшую тройку автоматчиков, и отпрыгнул обратно в своё укрытие.

Рванув вперёд, пока перепуганный отряд кинулся в рассыпную в поисках укрытия, на ходу активирую плащ, запрыгиваю на внедорожник и всаживаю молнию в кота. Перед ним успевает возникнуть полупрозрачный щит, молния бессильно стекает по нему. Всаживаю ещё три, защита исчезает и я едва успеваю прикрыться щитом от потока пламени. Меня опрокидывает с машины, кот пытается её перепрыгнуть и ловит сразу два навыка в бок, прыжок сбивается, когтистая лапа бьёт мимо. Откатываюсь, горящий кот пытается откусить мне голову, но я, отбросив щит, изо всех сил вгоняю гладиус в распахнутую пасть.

Кот мёртв. Мой щит — тоже, к сожалению. Я получаю три уровня, Андрей и Юля — один и три соответственно. Выпадает навык, читаю описание:

Навык: защитный барьер. Ранг навыка — низкий, потребление — 15 единиц духа.

Сразу изучаю. Кота прикончил я, так что всё справедливо. Принцип действия навыка прост — вливаешь 15 единиц духа, навык активируется. Если тебя бьют навыками, у которых ранг ниже, щит за две единицы духа во вражеском ударе расходует одну единицу духа, заложенного в него. Коэффициент 1 к 2 в мою пользу, в общем. Бьют навыком того же ранга(низкого, в случае щита) — коэффициент 1 к 1. Ну а если навык врага выше, то уже обратный коэффициент. Теперь я могу не опасаясь переть вперёд против большинства врагов — с моим огненным плащом и защитным барьером мне мало кто страшен.

Про себя гордо отмечаю — мои товарищи сработали как надо, именно их атака сбила атаку кота, пока остальные пачкали штаны от страха. Кстати, на примере этого монстра окончательно становится ясно, что именно добивший монстра получает большую часть опыта. В принципе, всё справедливо. Кстати, кот не был вожаком, несмотря на наличие навыков.

Во взглядах, бросаемых на нас, появились опаска и уважение. Этот кот подвернулся весьма кстати, теперь, когда придём на базу, найдётся, кому подтвердить мою силу. Дарья стала задумчива, видно, увиденный уровень сил спутал ей какие-то планы. Думаю, эта лиса рассчитывала, что мы станем частью её команды и поможем утвердиться у власти. Умная баба, мне даже в чем-то импонирует её амбициозность, но только с нами она прогадала — я слишком крупная рыба для её сетей. Когда на дворе апокалипсис, сила решает больше, чем политические хитрости. Я иду к ним вовсе не для того, что бы стать её ступенькой к власти.

На подходах к Гранду расстаёмся со святошами. Им останется пройти ещё с километр. Идём к входу, у пластиковых раздвижных дверей, сейчас разбитых, дежурило пять человек, три женщины и двое мужчин. Видимо, десятиуровенные, обладатели навыков, ибо никакого оружия я у них не заметил.

— Как сходили? — обратился к Даше высокий мужчина, с первой проседью в черных волосах. У него был жёсткий, требовательный взгляд карих глаз, массивный волевой подбородок и четкие скулы. Да уж, прям ожившая женская влажная фантазия.

— Потеряли четверых, но восемь человек перевалило за десятый. Навыки, правда, не у всех. С нами трое новеньких.

— Было ясно сказано, что никаких новичков! Нам самим есть нечего, что бы ты ещё сюда водила лишние рты, — выговаривает он.

Народное, значит голосование у них было. Вопросительно гляжу на Дашу, мол, что за дела?

Та пожимает плечами с недоумением, мол, сама не понимаю.

— Большая часть групп вернулась. Я собираю народ на голосование. Через пол часа на втором этаже. Новички — разворачивайтесь и возвращайтесь туда, где она вас нашла. И рюкзаки сдайте.

Дарья порывается что-то сказать, но я вскидываю руку в отрицательном жесте. Время говорить придёт позже, сейчас удобный случай показать мышкам, кто тут кошка. Вкидываю свободные очки в дух, у меня ещё две трети резерва, на бой с котом ушла треть.

Активирую щит, поднимаю левую руку, между пальцами пляшет электричество. Меч в правой обращён остриём вниз, но это только пока.

— Или ты сейчас очень вежливо попросишь прощения, или я тебя убью, — пафосно заявляю я.

Мужчина открывает рот, собираясь что-то сказать, но тут одна из женщин, стоящих за его спиной, выпускает в меня огненный шар, он растекается по моему щиту, отнимая единицу энергии.

Всаживаю в мужика молнию, но тот сумел удивить — перед моей молнией возникает такой же щит, а в меня летит сосулька в полметра длиной и сантиметров 20 в диаметре.

В его щит начинают врезаться огнешары Андрея, Юля всаживает очередь из автомата, но в обойме почти сразу кончаются патроны — девчонка не догадалась заранее проверить, насколько полон магазин. Отскакиваю к своим, прикрываю щитом. Юля переходит на воздушные лезвия, мой щит либо односторонний, либо это потому, что Юля с Андреем в моей группе, но он свободно выпускает из атаки. Даша с её людьми бросаются в стороны, лезть в эту заварушку они явно не намерены.

Противники сняли уже половину прочности моего щита, у них огневой мощи больше. Нельзя медлить, нужно быстрее продавить их щит. Бросаюсь вперёд, активирую плащ и бью мечом по вражескому щиту.

— Стой! Сдаюсь! — орёт мой визави, поднимая руки.

Не обращая внимания, кидаю ещё одну молнию, и щит моего противника исчезает. Отключив огонь, прыгаю к нему и упираю меч ему в кадык, прикрываясь им от его бойцов. Бой затихает.

— Думаю, пора перейти к переговорам, — спокойно говорит он, глядя мне в глаза. Несмотря на меч у горла, страха в его взгляде нет.

Опасный противник, очень опасный. Я совсем не ожидал, что здесь может найтись кто-то, обладающий защитным навыком, но даже это не главная проблема. Он быстро и трезво оценил свои шансы, понял, что не победит, и не колеблясь сдался. Может, это звучит совсем не мужественно, и кому-то покажется, что он просто струсил, но он даже не дрогнул, когда я приставил меч к его шее. Нужны стальные яйца, что бы провернуть такое. Я уверен, что сам бы на его месте так не смог, попытался бы отступить или увернуться. Жаль, что его не удалось убить сразу. К нам уже бежали люди из глубины здания. Убийство сдавшегося вряд-ли оценят.

— Я понимаю, что ты хочешь стать тут главным, — тихо говорю ему, пока меня слышишь лишь он. — Но я пришёл сюда не для того, что бы кому-то подчиняться.

— Тогда нам придется договариваться, — так же тихо шепчет он. — Но думаю, мы сумеем найти компромисс. Убери железку.

За нами наблюдает уже больше сотни пар глаз — всё боеспособное население общины, прибежавшие на звуки боя. Время заканчивать шоу.

Убираю меч и иду в здание, Андрей с Юлей идут позади. Народ молча расступается. Ну что ж, не совсем так, как планировалось, но себя я показал. Будем, как говорится, посмотреть, как на это отреагируют здешние аборигены.

Глава 6. Совещание

Проходим в холл. В здании несколько корпусов, плавно переходящих друг в друга, стены, как у высоток, из ростовых стекол везде, кроме центрального корпуса, самого высокого, десятиэтажного. В помещении сотни четыре человек, по корпусам, думаю, в остальных примерно столько же.

На нас настороженно смотрят. Ничего, думаю я, мы ещё зашагаем все вместе в кровавое светлое будущее.

Даша и мужик, встретивший нас, отошли в сторону и о чем-то общаются, видимо, расспрашивает, кто мы и откуда. Остальные ребята проходят мимо нас и идут дальше, к центральному корпусу.

Мы подходим к ближайшему дивану, рассаживаемся. Постепенно помещение начинает заполнятся людьми, видимо, сейчас будет раздача продуктов.

К нам подходит Даша и лидер встретившей нас пятерки, рассаживаются в кресла напротив.

— Мы не с того начали с вами знакомство, Руслан, — начинает он разговор. — Хочу извиниться за то, что пытался вас выгнать, представиться. Меня зовут Владимир, я возглавляю один из рейдовых отрядов.

Замолкает и внимательно смотрит на нас. Что ж, проявим ответную вежливость.

— Руслан, это мои товарищи, Андрей и Юля. Извинения приняты, я и сам отреагировал излишне резко, приношу свои извинения. Надеюсь, ты не будешь держать на меня зла, сам понимаешь, обстоятельства в мире вынуждают быть… Агрессивнее.

— Разумеется, никаких обид. Полностью разделяю твою точку зрения насчёт мировых обстоятельств, — улыбнулся он. Честное слово, у него такой вид, будто я ему просто на ногу случайно наступил, а не горло почти перерезал. Но намёк насчёт того, что если обстоятельства в его лице меня снова вынудят к чему-то, то я доведу начатое до конца, он понял. И сам намекнул, что в обратной ситуации поступит точно так же. Что ж, выходит, пока вооруженный нейтралитет. Это даже больше, чем я ожидал, после нашего конфликта, другой бы на его месте, скорее всего, относился бы ко мне враждебно. В этом он, видимо, похож на Андрея — сама рациональность, там, где можно всё свести к взаимной выгоде, он не станет с кем-то враждовать лишь из-за эмоций. С таким человеком можно иметь дело — пока вы в одной лодке, он не станет ее раскачивать. Полагаться на него полностью и безоговорочно ему доверять я не буду, но в вопросах общей выгоды он будет надёжен, как автомат Калашникова.

— Тогда не буду тратить ни ваше, ни своё время. Мы с остальными командами договорились, что из рейда возвращаемся через час. Прошло полтора, вернулись ещё не все команды. Через тридцать минут я хочу собрать всех лидеров команд и устроить совещание. Надеюсь, ты будешь там присутствовать? — уточняет он.

— Само собой, — киваю в ответ.

— Тогда я пойду, — сказал Владимир, поднимаясь. — Даша объяснит, где пройдет собрание.

Даша задумчиво смотрит на меня. Молчание затягивается почти на минуту. Наконец, она начинает говорить.

— Знаешь, Руслан, я совсем не ожидала, что ты окажешься так силён. Твоё появление меняет баланс сил, ты стал угрозой положению Володи. Что намерен делать?

— Мне кажется, ничего с ним делать не придется. Он вполне адекватный мужик, который понимает, что работая вместе, мы добьемся большего, чем порознь, — вполне искренне отвечаю ей.

— Ошибаешься, Рус, ошибаешься. Он до тебя был самым авторитетным из лидеров, в первую очередь потому, что первым взял десятый уровень. Все его считали сильнейшим до вашей стычки. Даже если ты не станешь ничего делать, то он…

— Даже если ты вдруг решила, что ты самая умная, это не значит, что все вокруг идиоты. Наличие пары сисек и смазливой мордашки не повод думать, что ты тут королева, — резко обрывает её Юля. — Рус, она просто на твоём х*ю в рай въехать пытается. Что, решила, если Рус с Володей начнут бодаться, сумеешь рыбку в мутной воде поймать? Зря, если так. Ты даже ниже меня по уровню, и в этом пруду ты ничего не выловишь.

Во взгляде Даши, брошенном на Юлю, мелькнула злость. Насмешливо улыбнувшись, она ответила.

— Зато я, в отличии от некоторых, поднялась сама, а не вцепившись в мужскую штанину.

Не дав возмущенной сопернице ответить, она встала.

— Пойду пока к своим. А ты подумай насчёт моих слов. Найду вас чуть позже.

И удалилась, гордо выпрямившись и покачивая попкой.

— Хорошааа, с*чка, — потянула Юля, пялясь ей вслед. — Я бы ей дала над собой «покомандовать» в кровати…

Мы с Андреем пораженно уставились на нее.

— Нет, ну а что?! Я человек свободных нравов!

— Лесбиянка? — уточнил Андрюха.

— Би, — гордо ответила та. — Так что не переживай, старик, у вас с командиром тоже есть все шансы, — подмигнула она.

Я засмеялся, глядя на весело усмехающуюся девку и надувшегося Андрея.

— Мне всего тридцать восемь, и я в самом расцвете сил, — уязвленно ответил он.

Ладно, посмеялись и хватит. Пора обсудить планы.

— Народ, обсуждать у кого какие шансы на секс будем потом. Что думаете по поводу собрания?

— Думаю, там сейчас сформируется и окончательно оформится руководство выжившими, но это из очевидного. Тебе нужно присмотреться к тому, какие сейчас расклады среди этих командиров отрядов, — сказал Андрей.

— Согласна, — кивнула Юля. — Себя ты уже показал, так что прошу тебя — больше ни на кого там не кидайся. Ты и в первый раз это зря сделал, на мой взгляд. Нам нужно, что бы нас не боялись и ненавидели, а опасались и уважали, командир. Репутация бешенного быка, который кидается на всех подряд, будет только в минус.

Отзыв о моей выходке, конечно, не самый приятный, но справедливый. Но тут нужно кое-что прояснить, а то меня так скоро за психа считать будут свои же.

— Вообще-то, я не хотел его убивать. Думал, пущу молнию над головой, если продолжит упрямиться, или просто пару тумаков дам. Та овца с огненным шаром мне все кары спутала, я атаковал на инстинктах уже. Но плюсы тоже есть — они своими глазами увидели наши силы, теперь нас игнорировать не выйдет.

— Я рада, Рус, что у тебя не начала протекать крыша, — серьезно сказала Юля.

— Пока ты будешь на совете, нужно посмотреть, какие тут царят настроения. Мы с Юлей постараемся присмотреть новичков в группу. Насколько я понимаю, больше двадцати человек в группу взять нельзя, именно поэтому они набирали именно такое количество людей в каждый отряд.

Пока мы общались, Даша успела вернуться.

— Готов?

— Как мифический пионер. Веди.

Я встал с дивана и пошел за девушкой. В холле уже начали разводить костры из разломанной мебели и вешать здоровенные котлы. Народ суетился и бестолково бегал, припасы несли из отдельного помещения, видимо, переоборудованного под склад.

— И на долго хватит имеющихся запасов? — поинтересовался я.

— Не знаю, Руслан, — вздохнула она. — Но вряд-ли. Сейчас поднимемся и там уж будет ясно, сколько чего есть и чего нам не хватает. Наверняка придется снова идти в рейды.

— В рейды — это хорошо, — усмехаюсь я. — Нужно побыстрее усиливаться.

Странно взглянув на меня, она промолчала. Пройдя мимо лифта, идём к лестнице. Поднимаемся на третий этаж, входим в одну из комнат. В помещении длинный прямоугольный стол, во главе которого сидит Владимир. Вдоль стола, по обе стороны, сидят четверо мужчин и две женщины. Моя спутница садится справа. У меня выбор — или сесть сбоку, как остальные, или со свободного края стола, напротив Владимира. Первое — косвенно подтвердить, что признаю его главенство. Второе — такой же, косвенный, вызов его положению. Одно сгладит наши с ним отношения окончательно, и даст остальным повод думать, что я признаю себя в их иерархии ниже, чем Володя. Другое, наоборот, может ухудшить наше шаткое взаимопонимание, но даст остальным понять, что в их обществе появился новый полюс силы.

Пару секунд подумав, сажусь напротив Владимира. Умные сами поймут, что это значит, а тупые… Ну, думаю, если такие и присутствуют, то им позже умные всё объяснят. Уверен, не все были довольны тем, к чему шло дело, так что факту моего появления некоторые обрадуются. Политика-с.

По довольным улыбкам на лицах Дарьи и ещё нескольких человек я понял, что мой расчет оправдался. По лицу Владимира ничего нельзя прочитать, если ему что-то и не понравилось, он сумел это скрыть. От меня, по крайней мере. Это наш новый соратник, Руслан, — представил меня он. — Командиры отрядов — Антон, Расул, Иван, Дмитрий, Алена, Ольга и уже знакомая тебе Дарья.

По мере представления, люди коротко кивали. Я кивал в ответ.

— Предлагаю обсудить вопрос провианта. Добытого сегодня, по нашим подсчётам, даже при жёсткой экономии хватит максимум на два приема пищи. Два отряда так и не вернулись, и с этим тоже надо что-то делать. Нам не хватает боевой силы, людей, получивших десятый уровень, значительно больше, чем людей с навыками.

— Нужно добрать людей в отряды и идти в ещё один рейд, — подал голос Расул. — Выбитые навыки распределять между самыми перспективными из тех, кто ещё без навыков. Мы же так и делали.

— Согласен, — сказал Иван. — И предлагаю количество самих отрядов пока не увеличивать, нужно максимально развить и усилить наших бойцов, затем уже можно будет подумать об увеличении количества бойцов. Не стоит распылять сильных бойцов, займёмся пока их качеством.

Ну естественно. Вы бы вообще количество отрядов уменьшили, удачный выход в город вас окрылил. Даже немного иронично, если задуматься — вчера вечером мир на****лся, сегодня к обеду мы уже делим власть. И пофигу, что все мы в опасности, плевать, что на улицах города бродят стаи монстров, которые в любой момент могут заглянуть на огонёк. Впрочем, одернул я себя, я ничем не отличаюсь от них. И цели у меня ничуть не благороднее. Так что молча киваю, подтверждая своё согласие.

— А сколько человек в магазине всего? — поинтересовался я. — И почему бы не занять остальных укреплением оборонительных рубежей?

— У нас не строительный магазин, — язвительно ответила Алёна, недовольно взглянув на меня. — Чем они тебе здание будут укреплять, умник? Да и как? У тебя есть знатоки полевых укреплений или фортификации?

Вот и первая сторонница Володи. Зря она так. Подобные наезды я терпеть не собираюсь, напрасно она решила попробовать меня на прочность. Остальные вмешиваться не спешили, заинтересованно поглядывая на нас.

— Таких специалистов у меня, к сожалению, нет. Но у меня есть сила, достаточная, что бы встать и вырвать тебе язык здесь и сейчас, мерзкая шлюха. И если ты ещё хоть раз своим еб***ником мне что-то в подобном тоне вякнешь, я это сделаю. Мы друг друга поняли?

Дарья и Ольга довольно заулыбались, да и остальные не спешили вступиться за эту идиотку. Та бросила взгляд на Володю, но тот сидел с равнодушным выражением лица, холодно глядя на меня. Подождав пару секунд, и поняв, что чем-то большим её никто не поддержит, та всё же ответила.

— А ты попробуй, посмотрим, что у тебя из этого выйдет, ушлепок.

Но гонору в голосе поубавилось. В принципе, я её понимал — решила показать лидеру, что она на его стороне, набрать очков доверия за чужой счёт. Но понять — отнюдь не значит принять. Я мог бы ответить без излишней экспрессии, мог попытаться свести всё к шутке или сделать вид, что не понял насмешки… Мог, но не собирался этого делать. Они меня видят впервые, и отношение ко мне во многом будет определяться тем, как я себя сейчас покажу. И если эта дура решила выделиться, то я с удовольствием готов ей показать, что в эту игру можно играть вдвоем.

Я медленно встал и начал обходить стол. Ольга и Дарья мгновенно отодвинулись от помрачневшей девушки, остальные, хоть и слегка напряглись, но тоже с интересом наблюдали. Делаю первый шаг к ней, она вскакивает, в глазах злость, в меня летит сосулька — но между нами возникает мой барьер. Делаю второй шаг, спокойно отбиваю в сторону вытянутую в мою сторону руку, сосулька срывается с её руки и влетает в стену. Хватаю её одной рукой за горло, начинаю душить. А кто-то у нас, смотрю, ни в силу, ни в ловкость не вложился. Зря. Её попытки освободиться для меня всё равно, что попытка младенца бороться со взрослым.

— Я думаю, она все поняла, Руслан, — наконец говорит Владимир. — Не мог бы ты её отпустить, пожалуйста?

Ну наконец-то! Я уж начал опасаться, что он не вмешается и мне эту дуру реально задушить придется.

— Мне бы хотелось услышать это от неё, — говорю я, чуть ослабив хватку и позволив воздуху медленно начать проникать в её лёгкие. — Учти, благодаря Владимиру, у тебя появился шанс выжить.

— Поняла я всё, поняла!! — Сипит она. Всё же для полноценного дыхания воздуха ей маловато.

— Я не услышал извинений, хабалка.

— Прости, я ошибалась!

Разжимаю ладонь окончательно. Она рухнула на колени, жадно глотая воздух, от пережитого страха её колотит. Во взгляде на меня ужас и ненависть, но ужаса больше, намного больше — до неё дошло, какая между нами пропасть в силе. Будь у меня такое желание, я бы её голыми руками, не используя даже барьер, прикончил бы, и, как погляжу, поняли это все. По лицам вижу, что прикидывают, как долго бы сами на её месте сопротивлялись. Выводы явно никого не радуют.

Возвращаюсь на своё место. Алёна, сама того не желая, выступила для нас с Владимиром отличной площадкой для переговоров. И говорили мы с ним на этот раз на языке действий, а не слов. Я показал всем собравшимся, что на другом уровне силы, до которого они не доросли — это раз. Показал, что пытаться меня провоцировать или ещё как-то за мой счёт подлизываться к Володе идея очень плохая — это два. Тем же, что начал душить её, а не сразу сломал ей шею, я дал Володе возможность вмешаться и сохранить лицо — это три. Ну а четыре — это то, как я ответил ему ответил. С одной стороны, я показал, что считаюсь с его мнением, но второй фразой, про шанс, показал — именно что считаюсь, а не подчиняюсь. Это был мой посыл ему — я не хочу устраивать глобальный передел власти. Я хочу именно сотрудничества на паритетных началах. Надеюсь, он примет нужное мне решение.

Конечно, я мог бы сделать и по другому. Я мог бы додушить девку, надавить на самого Володю и попытаться устроить свою диктатуру. Но зачем? Власть не ослепила меня, не столько ради неё я сюда пришёл. Зрелище воздушного боя всё ещё стояло у меня перед глазами. Мне нужны сильные соратники, нужны те, с кем я буду способен дать отпор врагам, которые непременно появятся в ближайшем будущем. А собравшиеся здесь — это самые умные, хитрые и сильные среди всех, кто есть в этом анклаве выживших. И убивать их ради власти над сотнями голодных, сломленных слабосилков в этом здании мне совершенно не хотелось. Со временем, может быть, и дойдет до реальной борьбы за власть в этом сообществе, и тогда, может быть, я пожалею о том, что оставил такого опасного противника, как Володя, с собой на равных, да ещё и подтолкнул Алёну к нему окончательно. Но для этого нам ещё предстоит выжить и встать если не на ноги, то хоть на колени, ибо сейчас Гранд вообще лежит пластом на земле.

— Я предлагаю следующее, — заговорил я. — Грабить квартиры мы всегда успеем. В окрестностях есть несколько супермаркетов. Доберем людей, как и было предложено, в боевые отряды, и выдвинемся к ближайшему. Зачистим дорогу к нему и будем его удерживать, тем временем группы носильщиков начнут перетаскивать всю добычу сюда. Из отрядов предлагаю вывести всех обладателей навыков, тем же, кто достиг десятого, но навыка не имеет, выдать огнестрел. В группах мы будем слишком медленно развиваться. Нам сейчас лучше сосредоточится именно на качестве бойцов.

— Огнестрельное оружие предлагаю раздать не всё. Наиболее полезные бойцы, на взгляд командиров, и сами командиры должны иметь его при себе. Так они будут эффективнее развиваться. В остальном с предложением согласен, — сказал Володя.

— А много вообще оружия имеется? — уточняю я.

— 36 автоматов и 27 пистолетов. Патронов, конечно, мало, особенно к пистолетам, но на одну операцию должно хватить.

— Тогда я за, — киваю ему.

— Возражения или вопросы имеются? — обвёл он остальных взглядом.

Молодец, дал право голоса остальным. Показал, что, по крайней мере пока, их никто права голоса не лишает. Конечно, с нашей с ним стороны это лишь хорошая мина при плохой игре, и всё это понимают. Надо кинуть им ещё какую-нибудь кость, а то они совсем приуныли

— Тогда голосуем, — брякнул я. Идиотизм, наверное, но фраза вырвалась сама. Не переигрывать же теперь.

Естественно, предложение было принято единогласно. Да и ещё бы — я предложил им вместо того, что бы медленно качаться толпой в двадцать человек, качаться в одиночку, ходя при этом всё теми же группами. Они просто не могли проигнорировать эту возможность усилить себя и своих приближенных, ведь у них и оружие на руках будет, и навыки при себе — кроши монстров только в путь. А то, что люди выйдут из группы — не беда, они и без них уже, после совместного рейда, стали командами.

Закончили обсуждением куда именно идти к магазинам. Ларьки на ближайших остановках уже были обнесены ими. Предложил тот супермаркет, в котором я был утром, кто-то сказал, что в том же направлении, только через пару домов, тоже есть несколько продуктовых магазинов, лишь чуть уступающих моему супермаркету. Договорились выступать через два часа, что бы бойцы успели поесть и отдохнуть. На том и разошлись.

Глава 7. Битва, часть 1

Спустившись обратно в общий зал, мы разошлись каждый к своему отряду. Дарья пошла со мной, в сторону облюбованного нами дивана. Там уже сидело несколько парней, которые были явно не в восторге от моей просьбы осводить помещение.

На их вопросы и претензии в ключе «а он чё, твой что-ли» и «на нём что, твоё имя написано» я ответил разрядами тока, побежавшими по левой руке. Диван и кресла мгновенно освободились. Сев в кресло напротив меня, Даша махнула рукой кому-то в снующей мимо толпе. К нам подошёл боец из её отряда, она что-то прошептала ему в ухо, и тот, кивнув, удалился.

— Сейчас принесут что-нибудь перекусить. Попросила своих отложить пару порций, — пояснила она.

— Спасибо. Но ты ж не за этим опять со мной пошла? Я тебя слушаю.

— Хочу предупредить. Ты, наверное, и сам это понимаешь, но Алёна теперь будет спать и видеть, как от тебя избавиться. И Володя ей, при случае, поможет.

— Даша, не разочаровывай меня. Не верю, что ты до сих пор думаешь, что у тебя выйдет навязать мне идею пободаться с Володей. Я в этом не заинтересован, скажу больше — считаю, что его наличие несёт сплошные плюсы. Мне не интересно, что ты с ним не поделила, и лезть в ваши тёрки я не собираюсь. Давай без этих дешёвых заходов, ладно? Поговорим о чём нибудь другом.

Мимо витрины магазина, в котором мы сидели, шёл целый поток людей. Слышался гул голосов, сновали бойцы разных отрядов, формируя очереди на прием пищи, воняло гарью в перемешку с запахом пищи. Такими темпами, тут скоро всё загадят, начнут испражняться и ссать по углам, вообще задохнемся.

— А что тут с водопроводом? Туалеты работают?

— Тебя сейчас именно это интересует? Нам, так-то, в рейд скоро, да и вообще — может, обсудим сложившуюся ситуацию? Я, если ты вдруг ещё не понял, на твоей стороне. И ещё несколько человек в совете, думаю, тоже в тебе заинтересованы.

— Да погоди ты с этой политикой! Нам обживаться здесь нужно, думать, как поудобнее обустроиться. Я пришёл сюда не на один день, это наша база, крепость! Мы итак в более хреновом положении, чем большинство тех, кто занял другие ТЦ. Тут кроме долбанной мебели и нет ничего — ни аптек, ни гастрономов. Если, не дай бог, начнутся инфекции — мы можем вообще большую часть народа потерять.

— Предлагаешь захватить ТЦ побольше? — с улыбкой спросила она.

— Мы на улицу выйти толком пока не в состоянии, какие тут захваты, — скривился я. — Не будем зариться на кусок, который нам не откусить. С намеченным бы справиться.

— Да я так, на перспективу… — всё с той же улыбкой сказала она. — Ладно, пойду я, раз о серьезном говорить не хочешь.

— Я думал, у нас романтический обед намечается? — усмехнулся я.

— В другой раз, красавчик, — рассмеялась она, вставая.

Через минуту после её ухода мне принесли две порции гречки с тушёнкой в пластиковой посуде, пол буханки нарезанного черного хлеба и литровый пакет яблочного сока с пластиковыми стаканами. Явно командирский паек, сомневаюсь, что обывателям выдавали такие же порции. Что ж, первый маленький плюс моего нового статуса.

Я заметил, что аппетит, после вложенных очков характеристик, у меня заметно возрос. При виде горячей каши я не смог удержаться и с аппетитом умял одну порцию.

Пока ребят не было, мне было о чем подумать. Первоначальный план набрать полную боевую группу сейчас уже не казался таким уж разумным. В перспективе сильный отряд, конечно, даст существенные преимущества, уверен, с определенного момента скорость развития упадёт в разы. Тогда уже сильный отряд прикрытия будет играть действительно важную роль, но в ближайшие дни стоит ускоренно набирать уровни и копить навыки самому. Хорошо бы подобрать набор хорошо сочетающихся способностей, но пока самый сильный навык, выпавший людям (из тех, что я видел), имел лишь низкий ранг. Уверен, все, сегодня присутствовавшие на собрании, поняли, что сегодняшний день превратится для нас в бойню. И судя по тому, что никто не возразил на моё предложение, они согласны с тем, что без этого не обойтись. Теперь, когда у нас есть хоть и небольшие, но силы, необходимо срочно брать уровни, навыки и экипировку. Кажется, я поторопился с предложением не брать лишних бойцов.

Нам понадобится пушечное мясо, как бы жестоко это ни было. Пусть многие из них погибнут, пусть даже погибнет большинство — они отвлекут на себя внимание монстров, дав нормальным бойцам возможность выжить. Те же, кто переживет этот день, уже сами станут полноценными бойцами. Здесь не нужны лишние рты, не приносящие пользу и неспобные драться. И надо бы донести эту мысль до остальных командиров.

Видимо, умные мысли приходят в светлые головы одновременно. Ко мне вошли Владимир в сопровождении Антона, Алёны и Дмитрия. Видимо, это и есть его сторонники.

— Есть разговор по поводу сегодняшнего предприятия.

— Тогда зовите и остальных командиров. Я и так понимаю, о чём ты хочешь сказать, сам об этом сейчас думал. Пушечное мясо, да?

— Да, — кивнул он. — Не хочу терять нормальных бойцов, которые рискнули пойти сегодня с нами добровольно. Пусть основные потери понесут дармоеды, которые решили отсидеться. За остальными я уже послал.

— Да я согласен, это мы дали, конечно, маху, с решением самим лезть в пекло. Там, по пути в супермаркет, крыс особенно много. А это твари такие, они если есть, то обязательно в больших количествах.

Тем временем подтянулись и остальное руководство. Пришли, наконец, и Андрей с Юлей.

— На выход, бойцы, — скомандовал им Антон. — Сейчас командирский совет.

— Ты бы поосторожнее с выражениями, — поднял я бровь — Андрюха парень резкий, душить он даже больше, чем я любит. Своеобразный человек, натура интеллегентная и ранимая.

Алёну перекосило от злобы, у Антона дернулся уголок губ. Андрей удивлённо посмотрел на меня, но промолчал.

— Думаю, как нибудь переживу его обиду, — холодно ответил Антон. — Не стоит превращать Совет, — выделил он голосом последнее слово — в проходной двор.

Я вздохнул. Вступать в перепалки по каждому пустяку не хотелось, но и гнать ребят я тоже не собирался. Он прав, устраивать балаган не стоило, но как минимум Андрей точно заслуживал право находиться здесь. И по причине своей силы, и потому, что я считал его очень умным человеком, и мнение его ценил.

— Если без глупых шуток, Антон, то скажу прямо — единственный из вас, у кого есть шансы против Андрея в случае боя, это Владимир. Не знаю, какие у тебя навыки и уровень, но вот он уже двадцать первого. И развивал, в отличии от многих, не только дух. Мы не в прежнем мире, пора начать привыкать, что сила даёт определенные права. Я не позвал их с собой на совет командиров, что бы, как ты и сказал, не устраивать балаган. Но сейчас вы пришли ко мне сами, с целью пересмотреть предложенный мной план. И при этом ты требуешь, что бы кто-то из моих друзей убрался отсюда? Я ведь могу тебе ответить схоже. Для меня твоё присутствие или отсутствие тоже не играет роли. Но я ничего подобного не говорю. Зачем же ты тогда нарываешься? Мне теперь что, каждого наглеца на место силой ставить?

Может, вы привыкли, что в ваших отрядах ваше слово закон, но в моём всё несколько иначе. Мы привыкли обсуждать наши решения, и я уже успел убедиться в том, что головы моих товарищей зачастую работают лучше моей. В том, что мы затеваем, ключевую роль будут играть именно сильные бойцы, на которых будут схватки с самыми сильными монстрами. Я не знаю ваших возможностей, но точно знаю, что Андрей будет одним из этих ключевых бойцов, как и Юля. Этого тебе достаточно?

Не уверен, что ему понравилось моё объяснение, особенно в той части, где я намекал, что мне хватило бы и одного Владимира для разговора, но он промолчал.

Дальше обсуждение пошло без эксцессов. Всего население ТЦ состояло из более чем полутора тысяч человек. Среди них было и около сотни детей до 14 лет. У детей система тоже появилась, но в бой их пока, разумеется, никто не пускал.

Насчёт пушечного мяса было решено набирать народ в добровольно-принудительном порядке, пообещав людям увеличенные пайки не только для «добровольцев», но и для их близких, с уверив в том, что основная опасность на улицах миновала. Ведь очень многие сюда попали если не семьями, то парами. Владимир, кивнув на несъеденную мной вторую порцию гречки, подтвердил, что таким кормят только бойцов, порции остальных примерно треть от этой.

Андрей предложил объединять новичков между собой в группы по три человека, ради того, что бы как можно большее количество человек получило опыт. В слишком больших отрядах они заработают слишком мало опыта, а по трое — если хоть один из тройки доживёт до конца боя, он уже с высокой вероятностью будет десятый. На том и порешили.

Через два часа из магазина начали выдвигаться наши «войска». Зрелище было не впечетляющее. Большая часть этих четырех сотен бойцов была вооружена самодельными битами с парой гвоздей, торчащих в навершии, металлическими прутьями и штырями. Доспехов не было ни у кого. Даже сто тридцать бойцов из первого рейда, стоявших чуть в стороне от этих четырехсот новобранцев, выглядели не сильно лучше. На их фоне даже я, в своих разнородных доспехах, несочитающихся между собой, выглядел как эдакий былинный богатырь.

Построившись в подобие колонны, мы пошли в глубь города, в сторону памятного супермаркета. Людей было столь много, что, глядя как наша «армия» входит во дворы, мне казалось, что это живая река.

Первый контакт с крысами произошел, когда мы пересекли треть пути. Я уже начал думать, что такая толпа народа спугнула оставшихся чудовищ.

Крыс оказалось немного, десятка три, ни одной выше десятого уровня. Новички, на которых те и нарвались, с перепугу и по неопытности потеряли сразу пяток своих бойцов и чуть не начали разбегаться, но Ольга, находившаяся на том фланге, пустила огнешар под ноги бойцам и пинками погнала назад. В итоге, потеряв ещё десяток, новички успешно забили несчастных тварюшек.

Эта, казалось бы, незначительная в таких масштабах стычка, так подняла боевой дух отряда, что полтора десятка убитых и то, что они вообще едва не разбежались от самых слабых из тварей, были забыты. Люди шли с таким видом, будто они не пару десятков крыс убили, а как минимум дракона завалили. Мне казалось, что это хорошо, что боевой дух на высоте. Что ж, жизнь показала нам, что боевой дух и самоуверенность, хоть и могут казаться иногда одним и тем же, всё же очень разные вещи. И последнее до добра на войне не доводит.

Через пару минут, когда мы уже окончательно расслабились, твари показали нам, что мы потропились с выводами. Как оказалось, пока мы бодро топали к цели, они умудрились обойти нас. Теперь в тылу разворачивалась целая армия, отсекая нам путь к базе. Отступить мы теперь могли лишь к супермаркету, в который пять сотен бойцов банально не влезли бы, либо попробовать забиться в подъезды и там держать оборону. И то, и другое было бы для нас гарантированным поражением. Монстров были сотни, и они всё пребывали, охватывая нас, в довольно большом дворе, с флангов. Большинство было низкоуровенными тварями, но виднелись и особи тридцатых, и даже пара пятидесятых уровней. Все командиры и сильные бойцы сразу начали продвигаться в тыл, к выстраивающимся в подобие строя тварям.

Мы чуть не проиграли в первые же секунды, ещё до начала основной схватки. Первые же навыки, выбившие пару десятков человек, едва не заставили людей броситься бежать. Я каким-то звериным, шестым чувством понял — если я не сделаю что-то прямо сейчас, нам всем конец. Трусы просто попробуют дать деру, и это погубит нас всех.

Не давая себе времени задуматься над тем, что я собираюсь сделать, (иначе никогда бы на это не решился) я, расталкивая людей, скачками вырвался вперёд. Я ворвался прямо в самую гущу чудовищ, врубая плащ.

Я говорил до этого, в других схватках, что никогда не сражался в таком напряжении и так хорошо? Если подобные слова звучали, забудьте — всё, что было до этого, включая долбанного голубя, было детским лепетом. Вокруг меня бушевало пламя, твари пытались прорваться сквозь него, и гибли пачками. В меня летели навыки, и я остро сожалел о том, что не удосужился найти замену утраченному щиту, или, на худой конец, взять второй меч.

— В атаку! — раздался сзади крик Владимира, и рядом пролетела сосулька, прибив нескольких тварей разом. — Не стоим на месте! За ним, на прорыв!

Люди, наконец, скинули оцепенение, ударив в просеку, что я устроил среди рядов тварей. Не обладающие навыками бросились в рукопашную, сзади их поддерживали огнем и ударами навыков более прокачанные бойцы, и вал тварей, грозивший смять меня и захлестнуть, несмотря ни на какое пламя, начал осыпаться.

Я понял, что нужно не просто прорваться и отступить. Важнее всего было оставить поле боя за собой, ибо здесь лежал лут. Уверен, после этого боя, если мы сумеем вырвать победу и собрать всю добычу, мы станем действительно серьезной силой. Эта битва либо окончательно нас похоронит, либо резко поднимет вверх.

Впереди замаячил один из предводителей крысиного воинства, здоровенная тварь полутора метров в холке и длиной метров в шесть, без хвоста. Видимо, тварь решила прикончить основную угрозу их рядам — я шёл на острие клина, разбивающего их ряды надвое. Присмотревшись, я прочёл его уровень и статус.

Крысиный командир, уровень 53.

Ну, это, конечно, не тот памятный ворон, но тоже внушает опасения. Тварь более чем вдвое выше меня уровнем, обладает явно незаурядными способностями. Твари расходятся с нашего с ним пути, образуется пустое пространство. Конечно, схватка совсем не остановилась, это не голливудский блокбастер, просто все понимали, что слабакам в этом поединке не место — просто подохнут, оказавшись между молотом и наковальней, а твари двадцатых и выше уровней, как и наши сильнейшие бойцы, были заняты друг другом.

К этому моменту я получил пять уровней, прибив десятки слабаков и штук пять-шесть крыс уровнем выше двадцатого. Рискуя, вызываю интерфейс и не глядя кидаю по пять очков в силу, ловкость и реакцию. К этому моменту я потратил только десять единиц духа, пассивный навык дал очередные десять из обещанных в течении суток двадцати очков, и общий запас был уже выше шестидесяти. На этот бой мне энергии хватит, тут важнее, что бы не подвело тело.

Бросаюсь вперёд и врезаюсь в щит, выставленный тварью. В меня летит каменный шип, выставляю свою защиту, в нее, следом за шипом, влетает здоровенный валун. Крыса начинает светиться неярким серым светом, в меня летит её хвост с кончиком в виде шара с шипами. Не принимаю атаку на щит, отпрыгиваю вправо, сузив защиту до размера два на полтора метра. Теперь щит прикрывает только пространство передо мной, но зато можно уклонятся, не расходуя его энергию лишний раз.

Хвост бьёт ещё дважды, но я снова уклоняюсь, затем в защиту бьёт огненная стрела, я пытаюсь обойти щит твари и прорваться непосредственно к ней, но та крутится следом за мной, не позволяя сократить дистанцию. Это уже бой на истощение, но мне нельзя драться так, иначе я просто погибну, задавленный её навыками.

Неужели я ошибся, вложившись в физические характеристики? Неужели я, вошедший в первую сотню Рейтинга, вот так и умру?! Мне некуда отступать, сзади тоже кипит бой, да и не тот это враг, от которого можно спрятаться в подъезде и отсидеться.

Внезапно в бок твари влетает огненная стрела, затем бьют пара воздушных лезвий, монстр отвлекается всего на пару секунд, но в нашей схватке существ, значительно превзошедших свои расы, даже пара секунд решает многое.

Мне, наконец-то, удается обогнуть её щит и ударить в саму тварь молнией. Как и ожидалось, ощутимого эффекта не последовало, лишь сияние крысы заметно поблекло. Не стоит забывать и о моем пламени, которое раньше упиралось в её щит — теперь монстра защищало от огня лишь это непонятное свечение. Ну что, уродец, поиграем теперь по моим правила?!

Глава 8. Битва, часть 2

Тварь злобно смотрела на меня глазами-бусинками. Она убрала свой щит, видимо, вложив дополнительную энергию в окружающее её защитное свечение, ставшее ярче. Моё пламя бушевало, накрывая половину её тела, существо быстро пятилось, пытаясь вновь разорвать дистанцию, но я преследовал, бил мечом, стараясь попасть по морде, задеть глаза или ткнуть клинком в приоткрытую пасть. Удары, в большинстве своем, попадали, но видимого урона не наносили, лишь причиняли ей явный дискомфорт.

В нашем поединке сложилось шаткое равновесие, я, наконец, прорвался вплотную и начал атаковать мечом и пламенем, но пробить защиту не удавалось. Тварь, видимо, из-за былых инстинктов пыталась отойти от бьющего её по морде острой железкой человека, но я понимал, что через несколько секунд до неё дойдет — ей нужно лишь пробить мой щит парой навыков и броситься вперёд, на меня, и тогда она просто задавит меня массой. Сомневаюсь, что сумею увернуться от её броска — даже отступая, та демонстрировала изрядную ловкость и скорость. Моё поражение снова становится вопросом времени, скорее всего, нескольких ближайших секунд.

Понимая всё это, я решаюсь на отчаянный ход. Если у меня сейчас ничего не выйдет, то мне конец. Да и всем, кто сейчас, прикрывая мне спину, рубится с крысиной ордой, тоже.

Я всаживаю первую молнию в лицо твари, за ней, одну за другой, ещё семь. Делаю это на безумной скорости, восемь атак почти слились в одну, интервалы между ними не больше секунды, пальцы звенят от прошедшего через них количества энергии. Последняя, наконец, пробивает её защиту и на остатках энергии выжигает ей левый глаз. Монстр верещит и пытается сбежать, плюнув на всё и, развернувшись ко мне задом, пытается рвануть назад, к своим, его охватывает моё пламя, но благодаря огромной живучести, он пока способен игнорировать его воздействие. Нельзя дать ему уйти! Я всаживаю молнию в заднюю лапу запаниковавшей крысе, прыгаю на спину и всаживаю клинок в спину. Плотная шерсть и крепкая шкура не позволяют гладиусу проникнуть глубже, чем на ладонь.

Я начинаю соскальзывать, шерсть крысы мокрая и склизлая, отвратительная на ощупь. Повезло, что меч её вообще пробил, думаю, рубящий удар бы вообще бы соскользнул, не причинив вреда.

Мне на помощь приходят остальные обладатели навыков, они догадались бить по лапам. Крыса отчаянным рывком скидывает меня на землю, упав, сразу откатываюсь в сторону, рядом падает её туша. Чудовище, понявшее, что обречено, отчаянно пытается достать меня, охваченное пламенем тело с покалеченными лапами прыгает на меня, я успеваю уйти с траектории броска, но меня достаёт её хвост — булава бьёт по рёбрам справа, чувствую хруст, меня словно пушинку отбрасывает к своим.

Чудом успеваю погасить огненный плащ. Я рухнул между рядами сцепившихся в рукопашной людей и крыс, меня рывком ставят на ноги, пытаются увести в задние ряды, но в голове лишь одна мысль — добить!

Развернувшись, вырываю лишённую меча правую руку из хватки оттаскивающих меня бойцов, и всаживаю молнию в голову обугленного, дымящегося тела. То дёргается и окончательно затихает. Меня, наконец, оттаскивают с переднего края боя.

Я выжат до дна, духа не осталось совсем, правая сторона торса ноет от боли. Силы в теле ещё, вроде, есть, но немного, схватка выпила все силы, да и с этой болью в рёбрах я бесполезен. В ближайшее время я не боец, теперь мне остаётся лишь верить в товарищей.

Меня оттащили в центр строя, к раненным. Хотя, говоря о строе, я сильно льщу нашей небольшой армии, мы скорее толпа, в центре которой легкораненные помогают идти раненным серьезнее. Совсем уж тяжело раненных здесь нет, тех мгновенно добивают крысы.

Пока что мы тесним врага, и кажется, что победа вот-вот упадет нам в руки, но это обманчивое впечатление. Сейчас всё зависит от того, что решит второй командир крыс. Если он продолжит бой и сам поведет тварей в контратаку, нам конец. Мне едва хватило сил одолеть одного, да и то, откровенно говоря, будь тварь поумнее и не помоги мне товарищи пару раз, всё кончилось бы совсем иначе.

Тем временем у наших стрелков начали заканчиваться патроны, да и навыки летели всё реже. Схватка начала выравниваться, крысы начинали отступать всё медленнее. Нам срочно требовалось выложить ещё какой-нибудь козырь на стол, но основной наш козырь уже вышел в отбой — я был пуст.

И тут, неожиданно, мы этот козырь выложили. Я увидел, как Владимир, вскочив на какую-то опрокинутую легковушку, послал на полтора десятка метров вперёд синее пламя, обратившее несколько десятков крыс разом в лёд. Видимо, это окончательно убедило командира крыс в том, что игра не стоит свеч.

Твари, пища кинулись в рассыпную, и мы, наконец, выдохнули. Я сел прямо там, где стоял, медленно отходя от пережитого. Позабытые было, от волнения, ребра, вновь налились тупой болью, кольчуга, хоть и выдержала удар, смягчить его не смогла. Судя по всему, как минимум пара рёбер сломана.

Ко мне подошли усталые, но целые Юля с Андреем. Я встал, и мы отправились к туше убитого мной монстра — этот лут в общую копилку не пойдет точно, наложить на неё лапу я никому не дам. И как оказалось, торопился я не зря.

У обгорелой, смердящей туши уже собрались стервятники. Антон, Алёна и Ольга. Антон и Ольга уже тянулись к лежащим рядом книге навыка и паре коробок, Алена пока лишь стояла рядом. С ними было десятка два бойцов, оцепивших тело.

— Руки убрали, — громко сказал я — Там был ещё один такой же, надо было самим его валить. Это моя добыча.

Алёна смогла меня удивить. Покачав головой, она обратилась недовольно уставившейся на меня парочке:

— Он прав. Он в одиночку свалил эту тварь, мы все это видели. В этом случае будет правильно, если трофеи достанутся убийце.

— Владимир сказал собрать весь лут для последующего раздела — возразил Антон. — Или ты боишься, что он тебя снова придушит? — едко усмехнулся он. — Так ты не бойся, мы тебя защитим.

— Какие мы смелые, когда наш душитель усталый и раненный, да, мышенок? — опасно сузила ярко зелёные глаза девушка. — Что же ты, защитничек, тогда, на собрании, таким не был? Коленки затряслись и встать не смог? Владимир чётко сказал его не провоцировать, и, как видишь, оказался прав — они с Русланом принесли нам победу. С твоей стороны я особых подвигов не видела. Есть что сказать?

А она та ещё язва. Честно говоря, я думал, что она просто дура, которая неведомым мне образом, за счёт смазливой мордашки или расположения Володи, оказалась в руководстве. Это будет мне уроком — не судить книгу по обложке. Надо уметь признавать свои ошибки, и в этом случае я, честно говоря, рад своей ошибке.

Антон налился кровью и уже порывался что-то выпалить в ответ, но вмешалась Ольга.

— Не хочу этого признавать, но она права. Пойдём собирать остальное и разбираться с потерями, — сказала она, взяв под руку парня.

— Тогда сразу говорю, что на другие трофеи ты можешь не рассчитывать, — выплюнул он, глядя на меня.

— Мне кажется, мальчик, что ты забываешься, — сказал Андрей. — Если я ещё раз что-то подобное услышу в наш адрес, гарантирую, я смогу привить тебе правила поведения в обществе.

Мой друг засветился синим, и подняв руку ладонью вверх, сотворил стрелу огня. Ого! А он не терял время даром! Раньше отсутствие защиты делало его уязвимым, несмотря на высокий уровень, но теперь, обладая этим навыком, всё резко менялось.

Понял это и Антон. Резко выдернув руку из ладошек Ольги, он быстро зашагал в сторону копающихся в луте бойцов. Ольга, виновато улыбнувшись, последовала за ним, с ними ушло пятнадцать бойцов. Смотрю, тут уже у каждого личная фракция образовывается.

Я подошёл к Алёне, деланно равнодушно смотрящей в сторону.

— Спасибо, — кивнул я девушке. — Как оказалось, мы могли бы и сами справиться, но я ценю твою помощь. Я у тебя в долгу. И это… Ты прости за тогдашнее, на совете.

Посмотрев мне в глаза, она кивнула, и, не сказав больше ни слова, ушла вместе со своими людьми.

— Андрюх, когда ты успел целых два новых навыка сцапать? — поинтересовался я, подходя к нашей добыче.

— Я только один, как ты выразился, навык «сцапал». Личная защита называется. Огненная стрела же у меня появилась из огненного шара, навык развился с низшего до низкого ранга.

— А ты чего такая тихая, Юль? Ничего не досталось?

— Досталось. Тоже защитный барьер, как у тебя. Просто устала очень, я в бою полностью выложилась, да и побегать тоже пришлось. Наш копуша стоял в снайпера играл, дух экономил, пришлось бедной девушке и его прикрывать, и навыки с пола самой подбирать, — устало улыбнулась она.

— В таких битвах энергию надо использовать экономно! Это тебе не дуэль, бить надо один раз и наверняка, а держать запас сил на случай разных непредвиденных обстоятельств жизненно важно! Сами только что видели, — важно поднял он палец.

— Зануда, — возвела очи горе наша стронница свободной любви.

Так, обмениваясь шутками, мы отошли к какому-то поваленном у дереву, и присев на ствол, оценили мою добычу.

Книга оказалась не совсем навыком. Она служила для повышения ранга любого имеющегося навыка. К сожалению, на основной мой навык это не распространялось — огненному плащу на книжку было пофиг. Оставалось либо усилить защиту, либо развить молнию. Мой защитный барьер прекрасно сочитался с огненным плащом, да и я рассчитывал подыскать среди общих трофеев навык личной защиты, а вот огневой мощи, как показала прошедшая схватка, против серьёзных противников мне не хватает. Крысы — слабейшие на данный момент монстры, соответственно, крысиный командир самый слабый из монстров своего статуса и уровня среди прочих зверей. И даже его я сумел убить лишь из-за того, что он оказался туповат и трусоват, плюс мне помогли в самые критические моменты боя, иначе я бы так и бился бы в его барьеры, пока не выдохся бы, или упустил бы, если бы Андрей и прочие не повредили ему остальные лапы под конец. Решено, улучшаю молнию.

Внимание! Навык молния развит с низкого до среднего уровня 3 класса. Расход духа повышен с 3 до 10 единиц.

Вот она, пропасть между навыком среднего ранга и низкого. Количество единиц духа, потребляемое навыком, определяло уровень урона. И судя по количеству единиц духа, защитные навыки ниже среднего ранга в спорах со мной становятся весьма неубедительным аргументом.

Дошла очередь и до коробок. Здесь меня ждал куда более приятный сюрприз. В коробках оказались парные мечи с ножнами, и если честно, эти два странных клинка с метровыми лезвиями, шириной сантиметров по десять, и полуметровыми рукоятями, были значительно ценнее, чем усиленная молния.

Рукояти клинков соединялясь между собой, вместе образуя оружие среднего ранга. Мне невольно вспомнился персонаж из звездных войн, Дарт Мол, вроде, у которого было похожее двулезвийное оружие. Клинки можно было использовать и по одиночке, но в этом случае они становились отдельными артефактами низкого ранга, добавляя один плюс пять к ловкости, другой плюс пять к силе. Вместе же они давали по десять единиц и того, и другого, плюс в соединённой форме в оружии имелся навык низкого ранга, разрез ветра. В этом состоянии артефакт имел так же двенадцать единиц духа, за счёт которого и можно было этот самый разрез использовать. Ножны тоже были частью артефакта, служа, своего рода, зарядными устройствами. Дух в артефакте восстанавливался лишь тогда, когда клинки были в ножнах. И да, класс у него тоже был 3.

— Это настоящий джекпот, Рус! — восторженно прошептала Юля. — Ты понимаешь, что теперь ты любого командира монстров легко на салат покрошить сумеешь?

— Сильнее я, конечно, стал, но вот про легко крошить командиров — забудь. Крыса была слабой и тупой, с её возможностями, на её месте, я бы себя размазал. Но ты права, я за этот бой взял 39 уровень, а учитывая эту красотку и новую молнию… Думаю, я встал на один уровень с этими командирами. Теперь, случись что, я безо всякой удачи и посторонней помощи на равных потягаюсь с большинством из них. А у крысиных по одному так и вообще шансов мало, тут ты права… Кстати, а почему вторая тварь тогда первой не помогла?

— Из-за Алёны, — сказал Андрей. — Когда вторая крыса попыталась прийти на помощь первой, Алёна со своим отрядом накрыла её огнём. Одна из атак оказалась столь удачной, что повредила одну из лап. А там и остальные присоединись, и ей не до того стало. Так что ты и вправду у неё в долгу.

— Нам про неё Дарья рассказала, пока шли, — добавила Юля. — Сказала, что ты чуть не задушил её из-за какого-то пустяка. Вот мы м Андреем и приглядывали за ней, на случай, если решит в спину ударить. Но, видимо, ты ей чем-то приглянулся. Наверное, ей нравятся игры с удушением, — хихикнула она.

— Даже не знаю, что на это сказать. Я тогда, на совете, использовал её, что бы дать всем пару намеков. Повод был пустячный, да и конфликт я сам раздул, намеренно.

— Да ладно, Рус, — неожиданно хлопнул меня по плечу Андрей. — Это бабы, у них зачастую больше эмоций, чем логики в поступках. Они и сами редко способы разобраться в своих тараканов.

Мы с Юлей удивлённо уставились на него.

— Ух ты, Андрей Батькович, — протянула Юля, выражая общую мысль. — Какой вы тонкий знаток женской натуры, оказывается. Уж от кого не ожидала, так от вас.

К нам подошёл один из бойцов и попросил следовать за ним, на командирское собрание.

Возле одного из подъездов, на непонятно каким чудом уцелевших лавках и лежащем на земле обугленное бревне, сидели командиры. В этот раз с каждым из них пришло по одному-два бойца, наверняка из самых доверенных и прокачанных. Сидячих мест больше не было, поэтому нам пришлось просто стоять.

— Уступите место нашему герою, — с холодной улыбкой сказал Владимр одному из бойцов, сидящему напротив него на бревне. Недовольно скривившись, тот молча встал и отошёл.

Присев на освободившееся место, я кивком поблагодарил Владимира и изобразил внимание.

— Из пятьсот сорока семи человек, вышедших с нами в поход, погибло сто пять. Раненных различной степени тяжести ещё пятьдесят три человека, но тяжёлых нет, сами понимаете. Итого, готовых продалжать путь бойцов у нас триста восемьдесят девять человек. Кто за то, что бы продолжить путь, кто против?

— Люди выдохлись, Володя, — устало сказал Дмитрий. — Я отправил нескольких человек из тех, у кого хоть немного духа осталось, на разведку, скоро должны вернуться. Но лично я против. Нужно вернуться, распределить выбитый лут и навыки, отдохнуть и перегруппироваться. И уже вечером можно будет выйти снова, с новыми силами. Мы будем уже, как минимум, в несколько раз сильнее. Те же крысы уже таких проблем не доставят, спокойно выгребем всё и уйдем.

— Я против, — сказала Даша. Вид у неё был не менее усталый, чем у предыдущего оратора. — Надо отправить людей за теми, кто остался дома, дойти с ними до магазинов и выгрести из них всё. Судя по размерам стаи, это их территория, и остальных они отсюда наверняка выбили. Если уйти сейчас, неизвестно, сколько их вернётся вечером и как сильны будут их командиры. К тому же, лично я не готова драться с крысами ночью, в темноте. Я за продолжение похода.

Все последующие высказывания, так или иначе, сводились к этим двум мнениям. Единственные, кто не высказывали никаких идей или мыслей, оказались я и Владимир. Ну и бойцы, естественно, ибо их мнение никого не интересовало. Попытавшуюся что-то вставить Юлю одернул Андрей, на предложение Владимира высказаться ответив, что за продолжение похода. Видимо, силу Андрея успели оценить.

Собственно, Андрей был последним из проголосовавших. До него за продолжение похода высказались Даша, Алёна, я и Володя. Против высказались Иван, Дима, Ольга, Расул и Антон.

Несмотря на, вроде бы, равенство голосов, все всё поняли. Если я и Володя сошлись во мнениях, остальным оставалось только приниматься за дело.

Крик навыков набралось аж пять больших сумок, коробоки с лутом вообще пришлось тащить двум десяткам человек с сумками. Отправив отряд бойцов за тягловой силой на базу, мы стали ждать возвращения разведчиков Димы.

Вернувшиеся вскоре разведчики отчитались, что путь и к моему, и к нескольким лежащим дальше супермаркетам свободен.

Ещё через двадцать минут посланные на базу бойцы привели больше тысячи человек, почти всё дееспособное население нашей общины. На защите здания осталось два десятка бойцов, плюс сотни раненных или вконец ослабших людей. Мы постарались ускорится, опасаясь, что в наше отсутствие базу могут атаковать.

Мы выгребли всё из магазинов за две ходки. Впрочем, во вторую пришлось идти исключительно из-за нехватки пакетов. Больше в пути нам никто мешать не пытался.

Глава 9. Делёж трофеев

Вернулись в Гранд. Уставшие люди, под контролем Владимира и его бойцов, складывали добытые припасы в помещениях четвертого этажа центрального корпуса. Логика была проста — это самый защищённый корпус в комплексе зданий, лишенный недостатка стеклянных стен. Закончив с этим, приступили к самому важному — дележу добытого. Сперва собрались именно руководящим составом, в той самой комнате третьего этажа, где до того проводили совет. В первую очередь разобрали имевшиеся навыки. Всем командирам, включая меня, досталось по навыку личной защиты. Дальше начал присматривать что нибудь для своих ребят.

Взял водяной хлыст низкого ранга, ещё одну личную защиту (для Юли), и сферу ветров — тот самый навык низкого ранга, которым меня едва не убил алабай. Больше ничего брать не стал.

После того, как каждый набрал активных навыков для своих бойцов, осталось ещё девяносто три навыка низшего уровня. Это уйдет наиболее высокоуровенным среди тех, кто не входит ни в чьи отряды.

Дальше мы перешли к пассивным навыкам. Тут всё было куда скромнее, всего двадцать три книжки, из которых семнадцать было начальной концентрацией. Остальные шесть давали различные физические характеристики, но это были такие слёзы, что мне, уже почти по всем показателям перевалившему за двадцать единиц (даже без учёта характеристик от экипировки), стало неловко от мысли бодаться за эти книжки с остальными. Пусть бедолаги усиливаются, больше шансов на выживание будет. Сегодняшний день показал мне, что в одиночку командовать войсками не выйдет, нужны командиры, что направят бойцов и их усилия в нужную сторону.

Единственное, во что я вмешался, это помог Алёне выбить для себя книги на силу и ловкость, по пять единиц каждая, за что получил разгневанный взгляд Даши. Кстати, к моему удивлению, Владимир к пассивным навыкам отнёсся равнодушно. Взял себе и своему отряду лишь четыре начальные концентрации.

— Мне в первом рейде все эти пассивки уже попались, — пожал плечами он на мой прямой вопрос.

— А что насчёт того ледяного пламени? — поинтересовался я. — Сразу говорю, я без претензий. Сам бы сразу подобрал, будь на твоём месте, просто интересно — навык среднего ранга?

Владимир задумчиво посмотрел на меня, обвёл взглядом навостривших уши отцов-командиров. Вопрос был интересен всем, просто спросить никто не решался.

— Откровенность на откровенность, — предложил он. — Расскажешь о своем огненном навыке — расскажу о своём ледяном.

— Не выгодное предложение. Я и так понял, что он среднего ранга, — покачал я головой.

— Твоё право, — пожал он плечами. — Но мне кажется, что нам лучше знать возможности друг-друга. Сегодня нам повезло, что среди крыс было мало высокоуровневых, поэтому нас не смяли. Но если так продолжится дальше, более серьезные противники нас сметут.

— Что именно продолжится? — поморщившись, уточняю я, хоть и понимаю, к чему он клонит. И признаю, что он прав.

— Мы ведём сражения почти вслепую, ничего толком не зная о способностях друг друга, — начал он. — Сегодня твоя удачная импровизация нас спасла, но сколько может продолжаться везение? У нас, как минимум, два козыря — наши с тобой навыки среднего ранга, и мы должны понимать, как именно ими лучше всего распоряжаться. Сегодня удачно совпало, что один из крысиных командиров недооценил тебя и сам пошел в атаку, но в следующий раз они будут умнее — когда ты снова влетишь в их строй, никого не предупредив, они просто закидают тебя навыками, не приближаясь. Предлагаю следующее — откроем друг другу интерфейсы. Мы сейчас сильнейшие бойцы, нам нужно понимание, на что можно друг от друга рассчитывать.

Я молчу. Как-то не тянет меня светить своим огненным плащом и почетным 36 местом в рейтинге, но, видимо, придется. Он прав, это вопрос тактики и стратегии, не зная, на что способны сильнейшие бойцы, эффективно противостоять врагам будет сложно. Да и есть в этом вопросе ещё один момент. Я с самого начала стараюсь показать Владимиру, что заинтересован именно в равноправном сотрудничестве. И для этого нам нужно доверять друг другу, а о каком доверии может быть речь, если я сейчас начну играть в тайны мадридского двора?

— Открыть интерфейс для Владимира, — говорю я.

Открыть интерфейс для Руслана, — повторяет он за мной.

Тут меня ждёт сюрприз. Володя, оказывается, тоже в Рейтинге, 400 место ровно. Он тридцать четвертый уровень. Читаю его характеристики.

Сила — 20 + 3

Ловкость — 20

Интеллект — 23 + 2

Реакция — 20

Выносливость — 20

Дух — 85 + 2

Активные навыки.

Ледяное пламя (средний ранг 3 класс) — 12 единиц духа.

Защитный барьер (низкий ранг) — 15 единиц духа.

Личная защита (низкий ранг) — 10 единиц духа

Ледяное копьё (низкий ранг) — 3 единицы духа.

Пассивные навыки.

Начальная концентрация.

Сила духа (низкий ранг) — 10 единиц духа

Улучшенная ловкость (низший ранг) — 5 единиц.

Улучшенная сила (низший ранг) — 5 единиц.

Улучшенная выносливость (низший ранг) — 5 единиц.

Внушительные показатели, очень внушительные. Сейчас они у нас примерно равны, но у меня ещё запас нераспределенных очков, так что я буду сильнее.

— Это многое объясняет, — сказал он задумчиво. — Это хорошие новости. С оружием тебе повезло.

Я промолчал. Нельзя сказать, что я думал, что он будет слабаком, но, признаться, я ожидал, что буду на голову сильнее. Теперь я понимаю, почему он так уверенно шёл к тому, что бы возглавить всех здесь присутствующих. Наличие навыка среднего уровня и четырехсотое место в рейтинге, дающее ему 20 дополнительных очков, даже сейчас даровало ему значительное преимущество перед остальными, а уж до сегодняшнего боя и вовсе делало его непобедимым. Остаётся радоваться, что он не использовал ледяное пламя в первую нашу стычку, ведь сомневаюсь, что оно появилось у него только во время боя — если задуматься, не было там никого, кроме командиров, с кого могло упасть подобное сокровище. Надо бы поинтересоваться.

— Почему ты не использовал ледяное пламя тогда, при нашей первой встрече? Не думаю, что сумел бы это пережить, — задал я вопрос.

— Пытаешься понять, был ли у меня тогда этот навык? Да, был. А не использовал потому, что хотел оценить твой потенциал, — ответил он. — Да и напал первым не ты, я хорошо разбираюсь в людях, ты не собирался драться. Я был уверен, что это бравада, и убивать ты меня не станешь, если я сдамся. Думал посмотреть, как ты себя будешь вести и что делать. Если бы решил, что твоё присутствие идёт нам во вред, у меня был бы козырь в рукаве. Согласись, лучше иметь что-то в запасе, чем не иметь, — усмехнулся он.

Боже, как же он потешался в глубине души, глядя на мои потуги показать себя альфа-самцом! Сидел с каменной рожей и знал, что в любой момент, если я перегну палку, он меня сможет прихлопнуть, как назойливую муху! И ведь не спасли бы ни плащ, ни защита — первое хорошо работает против навыков низшего ранга, но против навыка среднего ранга бесполезно, а второе против него будет работать с коэффициентом расхода энергии один к двум в его пользу, что в пересчёте на язык цифр значило — для отражения его навыка в 12 единиц духа моему барьеру потребовалось бы 24 просто для того, что бы выйти в ноль. А предельный объем энергии в моем барьере — 15 единиц. В общем, один удар, и досвидос, Русик, приятно было познакомиться. У меня аж мурашки по спине побежали от этих мыслей.

— Ты страшный человек, Володя, ты в курсе? — сказал я.

— Ты тоже не торопился со мной откровенничать, — парировал он.

Справедливо. Ладно хватит при всех обсуждать свои дела. Погрели уши, и хватит. Но кое что, всё же, добавить стоит.

— Но теперь мы действительно на равных, — твердо взглянул ему в глаза я. — Я увидел твои возможности, ты увидел мои. Перейдем к разбору коробок?

— Как скажешь, тридцать шестой, — отвесил он шутливый поклон.

Похоже, у мистера «всегда морда кирпичном» сейчас действительно хорошее настроение. Всё таки я не до конца его понимаю. По идее, обладая уже двумя навыками защиты и молнией среднего ранга, я как минимум не уступаю ему. Да, его ледяное пламя чуть сильнее моей молнии, но у меня огненный плащ и оружие среднего ранга, плюс, когда вложу скопившиеся очки в характеристик, у меня даже преимущество будет, пусть и не такое значительное, что бы назвать его решающим. Я бы скорее расстроился.

— Нам нужно будет позже переговорить наедине, — заметил он моё задумчивое состояние. — Обсудим всё подробнее.

Киваю, соглашаясь с ним. Переходим в соседнее помещение, там большой зал, заваленный добытыми коробками.

— Слушайте, а кто-нибудь считал, сколько мы там крыс убили? Как-то, по-моему, много лута вышло, — присвистнул я при этом зрелище.

— Сильно не обольщайся, — сказал Иван. — Тут в основном всё низшего ранга. Чем больше разница в уровнях между человеком и убитым им монстром, тем выше шанс выпадения лута, при условии, что у монстра был уровень выше. У нас большинство народа в первых рядах было первых-вторых уровней, а крысы, в основном, были в пределах десятого. Большая часть выпавшего выбита именно слабаками, так что и предметы там соответствующие — низший ранг.

Около часа у нас ушло на то, что бы активировать все коробки. Как и сказал Ваня, подавляющее большинство вещей было именно низшего ранга. Тем не менее, я нашел себе чешуйчатый панцирь низкого ранга, давший пять к выносливости, и перчатки грубой кожи, оббитые металлическими пластинами, тоже низкого ранга, добавивший мне ещё пять к силе. Из остального — отобрал по два десятка гладиусов, щитов, кольчуг, шлемов и сапогов с поножами для своего будущего отряда, и десяток колец духа для ребят. Мне своё, из-за перчаток, пришлось снять — неудобно.

Хотел уточнить, есть ли ещё какие-нибудь вопросы на повестке дня, но увидев, как народ самозабвенно растаскивает всё себе, понял, что всем не до этого. Оттащив в сторону свою кучу, привлёк к себе общее внимание и предупредил, что это моё и я пока ухожу.

Спустившись, пошёл в наш магазин с диваном. Обнаружил там Юлю с Андреем и десятком человек из тех, что ходили с нами в поход.

— У нас добровольцы, Рус, — пояснила Юля. — Просят принять в отряд. Изначально пришло больше, но я большинство завернула — там откровенно бесперспективные были, из носильщиков. А эти в бою уже побывали, все выше десятого. Что скажешь?

Что я мог сказать о семерых мужчинах и трёх девушках? Две руки, две ноги, торс и голова. Ни времени, ни возможностей устраивать собеседования у меня не было. С ними уже пообщались Юля с Андреем, шлак выбраковали. Я не думаю, что я великий гений, что поймет о них больше, чем ребята. Да и не умел я их вести, эти собеседования.

— Сейчас все дружно топаем за мной, — вздохнул я. — Выдам вам экипировку. Поселимся на втором этаже главного корпуса, отсюда утащите всю мебель. Подберём себе несколько помещений, перенесете мебель — думаю, хоть немного силу с выносливостью у вас скачаны. Те, у кого тут имеются близкие, приведёте их туда же. А пока — за мной, утята.

Вообще-то, я рассчитывал заняться распределением характеристик, едой и отложенной бутылочкой коньяка, но раз уж сюда притащились все эти люди, думаю, стоит сразу решить вопрос с отрядом.

Поднявшись наверх, я оставил всех бойцов, кроме Андрея, в коридоре. Войдя в зал я обнаружил, что каждый отобрал себе отдельную кучу экипировки. Самая внушительная оказалась у Владимира, самая скромная — у меня. Хорошо, что Юля этого не видит — уж она бы неприминула пересмотреть справедливость раздела трофеев.

— Ребят, я тут себе народ в отряд набрал, хочу забрать своё и предупредить — мне нужны ещё десять книг навыков, для моих бойцов.

Возражений не последовало, хотя я ожидал, что начнут торговаться. Мои бойцы зашли и споро экипировались, в том числе и Юля с Андреем. Забрав оставшиеся предметы, отправил бойцов подбирать апартаменты. Кстати, когда я уточнял вопрос с заселением главного корпуса, выяснилось, что я первый, кому эта мысль пришла в голову. Так что, пользуясь ситуацией, сразу забронировал за собой второй этаж.

Я отправился в конференц-зал, нагрузил пакет десятком навыков, прихватил то, что отобрал для Юли с Андреем, и отправился вниз.

Спустившись, выбрал себе комнату в центре этажа. Раньше это был чей-то рабочий кабинет — большой стол с шикарным креслом на колесиках, пара стеклянных шкафов, кулер. Велел притащить сюда так понравившуюся мне композицию из дивана и трёх кресел, отдал навыки Юле с Андреем.

Что же, пора заняться, наконец, личными делами. Я получил двенадцать уровней за этот поход, следовало раскидать очки. Кстати, обнаружил интересный факт, на который до того не обратил, почему-то, внимания. Предметы, начиная со среднего ранга, имели возможность привязки к владельцу. Как я понял из пояснения системы, привязанный предмет давал постоянный бонус к характеристикам, а не только тогда, держишь его в руках. Бонусы работали, пока привязанный предмет был в пределах трёхсот метров. Моё оружие, в этом случае, было довольно уникально — без привязки постоянный бонус был по пять единиц характеристик в разобранном виде, и то только пока оно у меня в руках. Нажимаю привязку.

Теперь оружие, даже находясь в ножнах, давало мне по десять дополнительных очков. Правда, разрез ветра всё равно можно было использовать лишь в собранном состоянии. Видимо, придется учиться им владеть, благо я хоть амбидекстр ныне. С этим разобрались.

Теперь надо было решать, как вложить 27 очков характеристик. Вновь просматриваю сами характеристики. С ними опять понимание приходит интуитивно, подсознательно. Понимаю, что у меня перекос в силе и ловкости — при таких их высоких показателях, моей выносливости просто недостаточно. Действуя на полную катушку, я просто очень быстро выдохнуть, а то и поврежу себя — Выносливость отвечает, как я понял, не только за запас сил, но и за крепость костей, эффективность работы внутренних органов и за живучесть в целом. В частности, высокий показатель выносливости даёт возможность регенерировать раны, вплоть до того, что то, что обычному человеку было бы смертельно, для развившего характеристику человека просто серьезная рана. Конечно, это были так, мысли в общем, но в целом — хочешь сильное, выносливое и красивое тело — не забывай эту характеристику. Причем в случае, если твоя выносливость повышена артефактами — дополнительные, артефактные очки лишь добавляют тебе запас сил. Прочие бонусы — только за счёт своих очков. Весьма замороченная, в общем, характеристика. Такое ощущение, что создатель системы просто решил не плодить сущности, дробя этот показатель на всякие там живучесть, запас сил, регенерацию, телосложение и прочую херь. И, признаться честно, поступил весьма разумно, ведь иначе никаких очков не хватило бы, что бы нормально развиваться. А так — вложи единичку в выносливость, и всё будет пучком.

Если задуматься, то вообще, происходящее убеждало меня, что подход из игр и некоторых прочитанных мной книг, тут несработает. Не выйдет развивать только что-то одно, принцип стеклянной пушки, когда у тебя развито что-то одно, вроде интеллекта и духа, тут приведёт только к гибели. Ведь даже использование навыков даёт нагрузку, пусть пока и не большую, на тело. Тогда, запустив в крысу очередь из молний, у меня онемела и устала левая рука, которой я это делал. А ведь я не поскупился тогда, в начале, поднял выносливость до 11 единиц. То есть при выносливости, на десять процентов выше той, которой я обладал бы, всю жизнь качая тело, те семь молний сумели доставить мне такой дискомфорт. А что было бы, оставь я её тогда на уровне в 5 единиц? Скорее всего, я получил бы травму.

С остальными характеристиками похожая ситуация. В большом сражении, дух у тебя может закончиться задолго до его конца, и тогда тебя смогут выручить лишь ловкость и сила — сбежать или дать деру, в обоих случаях слабый и медленный не выживет. Интеллект — он не делает тебя «умнее», когнитивные способности, к сожалению, так не разовъешь. Единственное — улучшится память. Зато интеллект влияет на другое — от его показателя зависит, как быстро твои навыки будут прокачиваться, так же, насколько я понял, от него же и будет зависеть скорость регенерации духа, плюс при высоких показателях интеллект способен позволять увеличивать урон имеющихся навыков, да и уровень контроля и дальность действия зависят от него. А без реакции, отвечающей за скорость твоего восприятия, остальное может оказаться вообще бесполезным — просто на высоких скоростях не успеешь осознать, как тебя прикончат.

Вот и выходило, что очень хочется вкладывать всё в дух, что бы почаще бить магией, да нельзя — схарчат. Возможно, это можно попытаться нивелировать, подойдя к вопросу так же, как современные армии — просто разделить бойцов на рода войск, что бы одни качались в рукопашников, другие в магов и т. д. Да только не знаю, к чему приведет подобный подход в этом вопросе — всё же с магией в живую люди ещё дело не имели. Ладно, это всё лирика. Пора распределить очки. Вызываю интерфейс, смотрю на свои показатели.

Пы. Сы. Пожалуйста, ставьте лайки и пишите комментарии, очень мотивирует))))) Больше лайков — чаще прода))

Глава 10. Секс и насилие

Открываю интерфейс вновь.

Руслан Мераев, 25 лет, человек, 39 уровень, 36 в мировом Рейтинге.

Сила — 20 + 19

Ловкость — 21 + 13

Интеллект — 16

Реакция — 21

Выносливость — 20 + 7

Дух — 84 + 2 / 32.

Очки раскиданы. Вложил в выносливость девять, в силу ещё четыре и четырнадцать в дух. Может показаться, что при даваемых артефактами дополнительных очках силы и ловкости, в них можно пока не вкладываться, но подозреваю, что с их влиянием та же история, что и с выносливостью. Есть понимание, что что-то не так, но нет чётко сформулированной информации, как в случае с последней. Такое ощущение, что система ещё не доработана, и оформляется на ходу. Точно понятно лишь то, что рассчитывать стоит в первую очередь на вложенные в себя очки — лишь они дают полноценное усиление. Вот теперь можно и выпить. Рюкзаки, с которыми мы выходили в поход изначально, свалены у меня в угу комнаты. Андрей сидит на одном из стульев, невидящим взглядом глядя перед собой. Ага, наш профессор тоже ковыряется в настройках себя, любимого. Юля умчалась с бойцами, рвется покомандовать нашими первыми подчинёнными. Ну, чем бы дитя не тешилось, как говорится…

Встаю из-за стола, иду к рюкзакам. Достаю пару банок тушёнки, бутылку коньяка и смятые пластиковые стаканчики. Поковырявшись в сумке, нахожу раздавленные пластиковые вилки. Печально, но идти за ними на четвёртый этаж, отданный под склад, мне лень. Наливаю огненной воды по пластиковым стаканам, открываю банку тушёнки. Оторванную крышку от неё сминаю и перекручиваю на манер ложки. Получается довольно коряво, но много ли надо от неё голодному мужику? Мясо черпает — и ладно. Заметил, что мял металл, практически не ощущая его сопротивления — не прошло даром развитие, нет.

Я успел съесть первую банку, трижды запив коньяком, и начал открывать вторую, к моменту, когда Андрей отвлекся от своего занятия. Взглянув на меня, он хмыкнул, достал из того же рюкзака ещё одну банку и пододвинулся к моему столу. Чокнувшись стаканчиками, выпили за здоровье.

— Обратил внимание, что все характеристики, так или иначе, взаимосвязаны? — начал Андрей, вскрывая свою банку и так же сминая её крышку. — Я хотел вложить всё в интеллект и дух, но решил ещё раз осмотреть характеристики, и мне попались новые данные. В первую очередь, о выносливости и её назначении.

— Я тоже заметил, что информации стало больше, — кивнул я. — Такое ощущение, что ее находу доделывают, эту систему.

— Мне кажется, Рус, тут скорее в другом дело. Я думаю, кто бы не стоял за этой системой, они не просто её дописывает на ходу. Тут, скорее, они оценивают, как это всё влияет на нас, и по мере получения сведений, выкладывают пояснения о тех или иных эффектах. Пытаются показать, что эволюционировать надо постепенно и как-то… Цельно, что ли. Я решил, что всё равно оставлю дух и интеллект в приоритете, буду вкладывать в них половину очков. Вторую половину буду вкладывать в остальное.

— Ты у нас, выходит, будешь по основному профилю магом? — улыбнулся я.

— Выходит, что так. Но и физически развиваться буду. Секиру я успел потерять, к сожалению, поэтому теперь буду осваивать меч и щит. Если уж у меня будет сильное тело, грех не использовать это, — заметил он. — Да и шансов выжить, в случае серьезной заварушки, так больше.

Из коридора послышались звуки шагов и пыхтение. Наше пополнение тащило мои диван и кресла. Возникла дилемма — либо оставить стол, но махнуть на кресла, либо наоборот. Решил выкинуть стол.

Раздал навыки бойцам. Ребята были от десятого до тринадцатого уровня, дух открылся у всех, и судя по всему, все они планировали вкинуть очки именно в него. Подумав, решил объяснить, что кидать всё в одну характеристику — самоубийство, по моему мнению.

Глаза людей начали сиять, когда они поняли, что сейчас получат навыки. Ещё бы! Все на своём примере сегодня увидели, какое преимущество они дают. Да и сам факт обладания скиллом существенно повышал твой статус. Без него — ты пушечное мясо, с ним — ценный боец, которого берегут.

Задавать тупые вопросы, типа уверены ли вы, что хотите этого, и произносить не менее тупые речи, что после этого пути назад не будет, и я их никуда не выпущу из отряда, я не стал. Не дети, все понимают, что за красивые глазки полный комплект экипировки, навыки и место проживания в самом защищённом корпусе Гранда им никто не даст. По глазам вижу, что они мои с потрохами. И они видели, на что я способен в бою — наивных надежд поиметь с меня что-то и свалить, они не питают — знают, что в случае чего я им легко шею сверну. И, собственно, абсолютно правы — надумают что-то похожее выкинуть, я действительно не оставлю подобное безнаказанным. Убивать, конечно, не стану, но отделаю, как бог черепаху. Вне зависимости от пола.

Открываю вторую бутылку коньяка. Начинаю отхлебывать с горла. Да-а уж, вот и неожиданные минусы от моей Выносливости — алкоголь стал действовать на меня значительно слабее.

— Ладно, бойцы. Всё, что необходимо, вы от меня получили. Идите собирайте своих, у кого они есть, и перебирайтесь с ними на этаж. Да и в целом — на сегодня пока отбой, но вообще, старайтесь больше сидеть тут, на этаже. Идите.

Они уходят, о чем-то шушукаясь между собой. Не прислушиваюсь, мне, если честно, совсем не интересно. Я даже имён узнать у них не потрудился. Алкоголь начинает, наконец, действовать. Поднимаюсь на ноги, иду на выход. Хочется пройтись в одиночестве, да и что-то в атмосфере между Юлей и Андреем мне подсказывает, что я третий лишний.

— Что бы у вас ни произошло, главное, что бы это было не на моём диване, — говорю я со смешком, вставая. — Найдите себе комнату, вы теперь мои замы, не тесниться же нам в одной конуре.

Сегодня был сверхнасыщенный день. Я сражался, устраивал переговоры, завоевывал себе авторитет, несколько раз строил и отбрасывал планы, играл в политику, снова дрался, и снова политика, заводил врагов и союзников, поучаствовал в роли главного героя в сражении, набрал свой первый боевой отряд… Это сильно утомило меня, не физически, нет — улучшенное Системой тело было ещё относительно бодро и готово к действиям. Усталость была другого рода — моральная и умственная. Сегодня со мной случилось больше, чем за всю предыдущую жизнь вместе взятую, и хотелось просто прогуляться, успокаивая утомленный разум. Я не замечал своего состояния течении дня, так как всё время был нагружен делами, не имея возможности отвлечься, но стоило появится свободному времени, и усталость начала брать своё.

Спустившись на первый этаж, я пошел вдоль частично разгромленных магазинов. Сейчас тут были последние партии забирающих свой ужин людей. Чувствовался неприятный запашок — немытые тела, гарь, запах из котлов… Почти ароматы средневекового города, с усмешкой подумал я.

Интересно, а кто руководит выдачей пищи? Явно чьи-то бойцы, но я не удосужился узнать, чьи.

Люди старались расположиться кучно. Места на всех в ближайшем из корпусов к центральному хватило лишь паре сотен человек, бойцы остальных отрядов, насколько я понял, уже заселили десятиэтажку. На всех выходах из здания попарно дежурили бойцы, но никакого контроля за порядком среди остальных небыло, патрулей — тоже. Как я понимаю, жилье делилось по престижности — чем ближе к центральному корпусу, тем лучше. Сейчас район, ближайший к казармам, (так я про себя назвал десятиэтажку, занятую бойцами) заселили те бойцы, что не входили в число бойцов изначальных отрядов, но пошли с нами в поход, закончившийся сражением с крысами. Скорее всего, хлебнув сегодня лиха, они попросту вышвырнули отсюда всех, кто обитал тут до похода. Вот и начала формироваться кастовая система. На самом верху — я и Володя, затем остальные командиры отрядов, за ними наши замы и сильнейшие бойцы, затем рядовые члены отрядов. Эти заселили казармы. Следом шли просто бойцы, не вошедшие пока ни в чей отряд — они заселили ближайшие районы к казарме, вторые по безопасности. К тому же на выдачу пищи они попадали первыми, так как готовили и выдавали еду именно тут. И затем уже шли все остальные — те, кто ничего за этот день не достиг. И таких было большинство, процентов семьдесят минимум. Как оказалось, мы сегодня ошиблись в подсчётах — население Гранда состояло из более чем двух тысяч человек, причем значительно более. В казармах и прилегающем районе сейчас, наверное, человек семьсот, при чем это считая некомбатантов — детей и жён тех из бойцов, у кого они были. Большинство семейных почему-то решило, что они лучше останутся с близкими, за что сейчас и расплачивались.

Повсюду царила атмосфера безнадёжности и отчаяния. Всего за сутки многие люди сломались окончательно. Слышалось рыдание и истерики женщин да немногочисленных выживших детей, валялись раненные… Но это были ещё относительно благополучные места близ «казармы», где расположились бойцы. Были тут, правда, и иные персонажи — более менее красивые девушки старались найти себе здесь покровителя, подкатывали к бойцам, стерегущим лестницу в центральный корпус. М-да, я, конечно, понимаю, что времена располагают к поиску сильного самца, но как-то они быстро…

Я даже усмехнулся — предприимчивым дамам предстоит конкурировать с жёнами, у тех, у кого они тут имеются, конечно. Интересное будет зрелище. Но это не моё, в принципе, дело. И осуждать я никого не собираюсь — каждый выживает как может.

Я уже миновал относительно благополучный район и гулял там, где ныне обретались все те, кого выкинуло на обочину жизни. Было темно, без электрического освещения было сложно что-то разобрать, тьму разгоняли лишь горящие тут и там костры. Благодаря своему улучшенному зрению я неплохо видел в темноте, и увиденное меня поражало.

Здесь было всё. Возле одного из костров лежал связанный мужчина и бессильно, слезящимися от горя и ярости глазами наблюдал, как троица мужиков насиловала красивую блондинку, судя по всему, его супругу или девушку. Она уже даже не кричала — хрипло выла от боли, пока двое имели её в зад и влагалище. Третий держал её за волосы и, неотрывно глядя в её заплаканное, покрытое растекшейся тушью лицо, дрочил… Меня разозлило увиденное, я хотел вмешаться, но в голове начала подниматься мутная тяжесть, что-то внутри меня словно шептало — не лезь, молчи и иди дальше…

И я пошёл дальше. Этот тихий голос завораживал, подчиняя меня себе, и позволял себе поддаться на его уговоры. Вот компания из пятерых мужчин насилуют симпатичную женщину лет тридцати и заставляют на это смотреть девочку лет двенадцати, видимо, это её дочь. Старшая рыдает, умоляет отпустить её дочь, обещает ублажить всех добровольно, только б отпустили девочку. Один из мужиков, видимо, главный, с хохотом отвечает, что их так больше устраивает и даёт пощечину ребенку, которого в этот момент держит за волосы. Сам ребенок уже ни на что не реагирует, она не стонет, не вырывается — только молча плачет. Видимо, шок.

В груди уже непонятный клубок из злобы, бешенства на людей и одновременно какого-то темного, омерзительного возбуждения. Я стыжусь этого, последнего чувства, я пытаюсь внушить себе, что я не такой, как эти животные…

Я продолжал идти. Вот уже какая-то сюрреалистическая картина — две женщины привязали молоденького паренька, лет четырнадцати, только недавно достигшего переходного возраста, к столу. Одна из них, стройная, эффектная брюнетка с прекрасными формами и волосами ниже задницы, сейчас распущенными, сидит, задрав платье и скинув обувь, на корточках, вцепившись в край стола, и быстро, яростно елозит влагалищем по лицу паренька. Она то стонет, то начинает хохотать, вот её сотрясает бешеный, безумный оргазм, по лицу паренька течёт ее моча…

Вторая, толстая, некрасивая баба, вцепившись одной рукой пареньку в яйца, бешенно ему отсасывает, заглатывая член целиком. Она просовывает вторую руку под зад паренька, и, судя по тому, как он в ужасе начинает дёргаться задом, пытается засунуть палец ему в анал…

Первая, брюнетка, вновь принимается терзать лицо паренька. Видимо, что-то почувствовав, она поворачивается ко мне, поднимает руку к потолку, и, хохоча, пускает молнию.

— Присоеденяйся, красавчик, мои зад и ротик свободны! — со смехом зовёт она, не прекращая двигаться.

Дальше… Я иду дальше… Я как в каком-то трансе, безумие происходящего цепляет и меня, оно начинает уносить мысли из моей головы. Я не могу сказать, что абсолютно все ведут себя, как эти животные, нет. Есть даже вполне достойные люди, что пытаются помочь ближнему своему. Некоторым это даже удаётся.

Но большинство старается тихо забиться по щелям и не подавать признаков своего присутствия. Я вижу ещё немало сцен, подобных описанным выше — насилуют как группами, так и поодиночке, как мужчины, так и женщины. Джин безнаказанности вкупе с темнотой и апокалипсисом — вот они, главные ингредиенты того блюда, что я наблюдаю. Бешенство и злоба всё больше уходят на второй план, мне все больше хочется из зрителя стать участником этого сумасшествия, в голове всплывает предложение брюнетки…

Вижу очередную сцену, что совсем выбивает меня из колеи — четверо мужчин насилуют мужчину и женщину, супругов, судя по обручальным кольцам, на глазах друг у друга. Блядь! Да что же это такое?!

Вспышка ярости, и я, не контролируя себя, бью молнией. Первая электрическая дуга полметра диаметром, бьёт в одну группу совокупляющихся людей, вторая — в другую. В порыве безумия я не делаю различий между жертвами и насильниками, мои атаки убивают и тех, и других. Шесть обугленных, дымящихся тел и топот удирающих свидетелей этой сцены — вот награда моему внутреннему зверю.

Я понимаю, что надо бежать. Мне некого здесь боятся, местный сброд, даже собравшись все вместе, мне не угроза. Бежать нужно от себя, от того безумия, что поднимает во мне голову, от мыслей на краю сознания, что подталкивают меня — ну же, давай, насилуй, бей, унижай и убивай, никто ничего не узнает. А если и узнает — кто сможет, да и вообще захочет, тебя осуждать из-за этого сброда, оказавшегося здесь как раз из-за своих слабости и безволия? До неудачников никому и никогда нет и не было дела, даже в куда более благополучные времена, не говоря уж о нынешних временах, временах конца света.

И я побежал. Побежал назад, не глядя больше на злодеев и жертв, не слушая мольб о помощи, не давая себе ни о чем задуматься… Я боялся больше всего одного — что тот внутренний шёпот, что становился всё громче, всё же сумеет подавить мою слабеющую волю.

Остановился я лишь у самых казарм. На меня удивлённо уставились четверо бойцов, дежурящих у лестницы, и Алёна с Дарьей, о чем-то, видимо, споривших. Гляжу сперва в пару карих глаз, затем в пару ярко-зеленых.

— Пойдём со мной. Нужно кое-что обсудить, у меня на этаже, — говорю я, хватая Алёну чуть выше локтя. Я слышу хрип в своём голосе, понимаю, как все это странно выглядит со стороны, но мне плевать. Зверь во мне лишь распаляется всё больше.

— Но я… — слабо пытается возразить изумленная девушка, но слова сейчас точно не способны меня остановить.

— Потом, всё — потом, — хриплю я и тяну её за собой.

Вижу охреневшие лица бойцов и недовольный взгляд брюнетки. Она пытается остановить меня, что-то хочет сказать, однако я лишь отмахиваюсь. Мне сейчас одинаково на***ть и на них, и на неё.

Буквально затаскиваю девушку на второй этаж. В коридоре парень с девушкой, из новичков, стоят возле моей двери. На стенах самодельные факелы, коридор неплохо освещен — для меня, с моими развитыми органами чувств.

— Н***й отсюда, — рыкнул я.

Ребят как ветром сдуло. Распахиваю дверь, в комнате нет факелов, но через открытые жалюзи сюда проникает свет из коридора.

Снимаю шлем, стягиваю панцирь, скидываю перчатки, остаюсь в рваной куртке. Девушка смотрит на меня широко раскрытыми, испуганными глазами. Толкаю ее на диван, раздеваюсь по пояс.

Она смотрит на меня взглядом, которым смотрит замерший в ужасе от осознания собственного бессилия кролик, глядя на приближающегося удава. Я чувствую, как меня захлёстывает похоть, чувствую злость на себя — я поступаю омерзительно с человеком, что сегодня спас мою жизнь, но ничего не могу с собой поделать. Ужас в её глазах пьянит меня хлеще любого алкоголя, любого наркотика…

Я срываю с неё кольчугу, рву на груди топ и лифчик под ним. Вижу небольшую, аккуратную грудь, с яростно торчащими, напряжёнными розовыми сосками. У неё примерно второй с половиной размер. Я хватаю её, она вскрикивает, но не сопротивляется. Стягиваю штаны с себя и с неё, яростно, грубо вхожу…

И чувствую, как она мокра. Боже! Да она завелась ничуть не меньше меня, её спина выгибается. Я хватаю её за шею, придушиваю и прижимаю к кровати, яростно вхожу в неё. Она хрипит, обвив меня ногами и двигаясь мне навстречу, дважды за пять-шесть её накрывает оргазм, мне совсем сносит крышу и я начинаю терять над собой контроль…

Я с трудом подхожу к креслу, падаю в него. Я выжат, безумие покинуло меня, я снова стал собой. Она лежит на диване, хрипло дыша, по её лицу текут слёзы, но на губах безумная улыбка. Даже в таком скудном освещении я вижу следы моих пальцев на её груди и шее.

Мне стыдно за сделанное. Вспоминаю картины, от которых я бежал, вспоминаю лица тех, кого сегодня убил…

— Давай повторим, — хрипит она, приподнявшись на локтях. — Ты на удивление неплох.

— Убирайся отсюда, — тихо отвечаю я, чувствуя, как что-то во мне отзывается ей. И даже чувствую, что именно.

— Твой дружок говорит мне другое — усмехается она, глядя на мой вновь готовый к подвигам член.

Нет уж, хватит с меня на сегодня безумия. Прочь, всё прочь!

— Проваливай, — повторяю я. — На сегодня мы закончили.

Она усмехается и грациозным, гибким движением поднимается с кровати. Её слегка потряхивает, пока она одевается. Накинув поверх разорванного топа мою куртку, она уходит. Ложусь на освободившийся диван, закрываю глаза и проваливаюсь в спасительное забытье.

Глава 11. Воля

Утро встретило меня сообщением от системы.

Внимание! Вы почти провалили испытание силы воли, но всё же сумели не потерять себя окончательно и сохранить свой разум. Вы открыли скрытую характеристику Отрицательная Воля + 3. Отныне вам предстоит идти путем разрушения.

Поздравляем! На данный момент вы один из немногих, кто нашёл тропинку к одному из ключей от царства трансцендентности! Система довольна одним из лучших своих сыновей. Награда — 20 очков характерхарактеристик.

Итак, надо подумать, что всё это значит. Лежу на диване, под теплым одеялом, мысли лениво ползут. Одеяла, кстати, когда засыпал, не было. Видно, заботятся о командире бойцы, надо бы похвалить. Не знают ещё, какая он у них свинья.

При воспоминании о вчерашнем, настроение тут же упало. Однако, от себя никуда не денешься, надо всё обдумать. Это не просто у народа крыша потекла и у меня тараканы расшалились, это, оказывается, было испытание. И я его с честью практически провалил, но при этом обрёл отрицательную волю и сохранил себя, да ещё и награду дали… Получается, что не совсем уж и провалил, верно?

Вспоминаю вчерашний вечер. Я действительно вёл себя очень нехарактерно. Я не святой, конечно, но в целом считал себя неплохим парнем. Родился в обеспеченной семье, отец — главный инженер в крупной компании, мать — юрист. Закончил школу, погулял годик, сходил в армию. Там тоже провёл год в войсках связи. Вернулся, отец устроил меня в университет, но учёба не задалась, меня больше влекло в клубы и к девушкам, чем постигать азы инженерного дела по стопам отца. Кончилось всё большим скандалом и моим отчислением из вуза. Ещё год безделья, и я окончательно рассорился с отцом. Мать пыталась нас примирить, но в худших своих чертах у нас с отцом удивительное фамильное сходство — мы становимся, как выразилась однажды мама, «упрямы, как стадо ослов», в ссорах. Нежелание искать компромисс привело к тому, что избалованный птенчик пинком под зад был отправлен на улицу. «Понюхаешь жизнь самостоятельно, тогда и поговорим, с-сопляк!» — сказал он тогда.

Первое время я, избалованное комнатное растение, выживал исключительно благодаря дотациям от матери. Я тогда не представлял, что на пятьдесят тысяч в Москве вообще можно жить. Мне в месяц на карманные расходы в полтора раза больше выделялось.

Мать пыталась устроить меня на работу у знакомых, но я нигде долго не задерживался. Постоянные опаздания и моё хамство никто терпеть не собирался, и мне быстро указывали на дверь.

Однажды, после очередного вылета, я, в мрачном настроении, встретил отца. Я шёл с бутылкой пива в руке, да и сам был уже не слишком трезв, несмотря на обеденное время. Увидев меня, отец не стал ничего мне выговаривать, просто взглянул в глаза и, покачав головой, прошёл мимо, не сказав ни слова. Но взгляд этот, короткий и разочарованный, обжёг душу хуже расплавленного свинца, что заливали в славные времена средневековья, в глотки фальшивомонетчиков. Он презирал меня, отчётливо понял я тогда.

Может, это и спасло меня тогда, не знаю. Я вообще давно замечал, да и мать не раз нам это говорила, что лучшая мотивация у отца — это гнев, обида или злость. Как со смехом рассказывала мама, он и ей заинтересовался именно от того, что она его отшила при попытке познакомиться на какой-то студенческой тусовке, на которую тот незнамо как попал, ибо был на восемь лет старше матери. После этого отец, видный парень, и начал преследовать её со всем своим ослиным упрямством. И преследовать ему пришлось больше года…

В общем, после этой встречи во мне и проснулось второе сходство с отцом. Гнев на себя и обида на отца придали мне сил, я перестал брать деньги матери, выселился из снимаемой ей для меня квартиры, снял на остатки денег койко-место в общежитии, где и начал по новой строить своё новое бытие.

Когда ты живёшь в общаге, рабочей, а не студенческой, ты видишь мир с самого дна. Вас в комнате двенадцать человек, кто-то постоянно съезжает, кто-то приезжает. Люди постоянно приходят и уходят, частенько бывают пьянки отдельных персонажей, длящиеся до глубокой ночи. Никого почти не волнует, что кто-то там устал и отдыхает, нередки конфликты. Здесь можно встретить кого угодно — от запившего, опустившегося поэта до работяг алкоголиков, что целый день пашут на износ за копейки, доползают вечером до общаги и парой чекушек горькой, дешёвой и вонючей водки пытаются залить тот беспросветный мрак, в котором им видится их будущее…

Именно в таких местах можно узнать во всех подробностях, почему и насколько в СССР трава была зеленее, а небо — голубее. Именно тут тебя могут научить, как украсть в супермаркете палку колбасы и пузырь водки, когда у тебя совсем нет денег. Здесь же тебя и уверят, что делать так можно, только когда денег нет совсем. Как оказалось, воровать тут не любят, но при нынешних доходах и росте цен, зачастую выбирать и не приходится…

Здесь можно было встретить как примеры благородства, когда с тобой делятся последним, когда нужно ещё хоть на пару дней проплатить проживание, а денег не осталось даже на еду, так и примеры откровенной мразотности и чёрной неблагодарности, когда человек, которого ты не раз выручал, тебя обкрадывает.

Работяги и бездельники, алкаши, наркоманы и уголовники, разного рода авантюристы из провинции и жулики неудачники, чьих талантов хватало лишь на койку в общаге да дешёвое пойло и дешёвые продукты по вечерам — здесь были все. Цитадель разбитых надежд, отстойник, последняя черта бедности, за которой ты уже просто бомж — вот в такое место отправился ваш покорный слуга, проживший почти двадцать один год жизни без особых бед и забот.

Конечно, когда я, в первом порыве окончательно стать независимым от маминых денег, загуглил цены и прочитал описание данных заведений, звучало всё куда благопристойнее. Общежития именовались хостелами, толчки полувековой давности и такие же раковины — оборудованными всеми удобствами санузлами, а душевая с мерзким, вечно почти забитым сливом, гордо называлась удобной и современной душевой.

Я могу, практически, вечно рассказывать об этом месте. Я перевидал в первые полтора года своего существования в этом социальном слое четыре общежития, и со всей ответственностью могу заявить, что в них могут меняться частности — где-то строже борются с проносом и распитием спиртного, где-то чаще пытаются потравить, наконец, тараканов, но итог везде один — и пьяницы, и тараканы есть везде.

Именно подобные места я могу назвать школой жизни. Давно известно, что понятие армия — школа жизни, уже отжило своё. Армия, хоть и не везде, но в большинстве своем ныне похожа на детский сад для великовозрастных детей. При годичном сроке службы до бойца к концу службы только, наконец, становится окончательно ясно, где он и для чего сюда призван — а ему уже домой пора. Армия научила меня немногому, лишь привила самодисциплину, но и то — ненадолго. Общага дала куда больше.

Она показала мне, что обмануть может каждый. Что прежде, чем кому-то доверять, нужно понять, что из себя представляет человек. Алкаши научили красть, бывшие зеки — общаться, ловить на словах и отмазываться. Жулики приучили не вестись на красивые слова, работяги показали, что без умения заставить себя оторвать зад от кровати и идти заниматься делом, ты — никто.

Многому научило меня это место, но если кто-то думает, что это обучение было похоже на розовые сопли о всяких избранных, то он крупно ошибается. Не было мудрых наставников, которые читали мне лекции и приводили примеры, нет, всё было проще. Меня просто обманывали, обкрадывали и пытались мной помыкать. А я просто отвечал на это, сообразно ситуации.

Не могу сказать, что ко мне там относились особенно плохо, вовсе нет. Просто так там было у всех, это было нормой. Сначала мне приходилось туго, я перебивался копеечными подработками на стройках, грузчиком на переездах и тому подобным. Потом появились дела поинтереснее.

Один из очередных соседей по общежитию оказался химиком по образованию. Молодой парень закончил вуз в мелком городишке где-то за Уралом и приехал покорять столицу. И, как это частенько бывает, вот уже четвертый месяц пытался покорить, но по специальности его никуда не брали, так что частенько мы с ним пересекались на подработках.

Уже и не помню, откуда в моей голове появилась эта идея. Может, сериалы натолкнули, может, ещё что-то. А может, уставший от постоянной нищеты и балансирования на грани бомжевания разум просто устал от этого дерьма, теперь уж не разобрать. Да и какая разница?

Я предложил ему варить амфетамин. Он, поупиравшись пару часов, сказал, что согласен, но с меня надёжное место, ингредиенты и доставка с распространением. Он был готов только варить и требовал за это половину дохода. Естественно, половину я ему отдавать не собирался, и через десять минут торгов мы условились на сумме шестьдесят на сорок процентов. Шестьдесят, естественно, было у меня.

И дело закрутилось. Не буду вдаваться в подробности, скажу лишь, что почти два года дела у нас шли весьма неплохо, я набрал сеть распространителей, смог устроить зелёный коридор для доставки товара в город, но в итоге нас, конечно, поймали на этом. Не помогли ни вовремя подмазываемые знакомые среди ментов, ни осторожность. Ловят всех и всегда, просто кого-то сразу, кого-то позже. Беда лишь в том, что пока подобный бизнес приносит деньги, на месте отрубленной всегда вырастет новая голова.

Отец был в ярости. Мать в горе. При помощи их связей удалось откупиться, но после этого отец, не скрывая ярости, заявил мне, что с этого дня у нас с ним ничего общего не осталось. Мать пыталась вмешаться, но в этот раз её никто не слушал.

Я не стал спорить с отцом. Я мог бы начать обвинять его в том, что это именно из-за него я оказался на улице, он сам вычеркнул меня из жизни, но…

Но я вырос за те годы, что мы не виделись. Я научился считать деньги, научился складывать картины из кусочков пазлов и видеть немного дальше своего носа.

Матери было просто не по карману из своих средств снимать мне хорошую двушку в центре Москвы и давать мне по пятьдесят тысяч ежемесячно. Она вполне неплохо зарабатывала, но на сто двадцать тысяч рублей такое не потянешь. Другое дело отец. Один из топов крупной компании, он такие расходы легко мог потянуть. Квартира была явно на его балансе.

Поэтому я молча ушёл. Я понимал, что подвёл его. Понимал, что это не он меня бросил, а я положил болт на все его попытки сделать из меня человека. Они явно следили за мной, пока я мыкался по общежитиям — в самые голодные дни мне иногда прилетали пять-десять тысяч рублей на карту от неизвестных мне людей.

Мне было стыдно, но при этом я понимал — я привык к лёгким деньгам. У меня ещё оставались четыре с лишним миллиона рублей, и я собирался придумать, как ещё можно заработать, не упахиваясь на работе.

Апокалипсис застал меня спустя год после этих событий. От умершей через месяц после этого скандала бабушки мне досталась квартира, родители погибли за пол года до этих событий в авиакатастрофе. Всё наследство досталось моим старшим сёстрам, живущим за границей, ибо разгневанный отец вычеркнул меня из своего завещания. Господи, да он его тогда вообще завести решил только для того, что бы показательно меня из него вычеркнуть. Наивный, он думал, что мне важны его деньги… Отец, отец, как же жаль, что я не смог перебороть стыд и гордыню и попросить у тебя прощения…

Но прочь эти воспоминания. Во мне много разных сожалений, во мне хватает и пороков, но что с того? Если задуматься, из вчерашнего мне жаль лишь того, что я сжег вместе с насильниками и их жертв. А в целом… Система вчера явно влияла на мой разум, да и не только на мой — все, кто участвовал во вчерашней ночной вакханалии, были явно под её действием. И тем не менее, она никому ничего не проталкивала такого, чего не было в наших головах изначально. Она лишь подтолкнула эти мысли, выразила нам их более ярко, а все остальное сделали мы сами. Мне всегда нравился грубый секс, и вот пожалуйста — я кинулся на идеальную жертву Алёну. Во мне кипел негатив и усталость, начался внутренний конфликт желаний и морали — и я сбросил напряжение убийством. Думаю, с остальными было так же. Мне стало легче от того, что я наконец понял — негативные эмоции, вроде вчерашних, можно и нужно контролировать, и тогда я не потеряю себя. Вчера я был не готов к подобному и сплоховал. Теперь я знаю, что это, и в следующий раз буду готов. Предупрежден — значит, вооружен.

Отрицательная Воля + 17. Поздравляем вас, дитя Системы! Вы один из немногих обладателей Отрицательной Воли, что успешно начали разрешать свой внутренний конфликт. Предупреждаем — вам следует на некоторое время прекратить самоанализ, дабы не столкнуться с отрицательным влиянием этой характеристики. Помните, этот параметр может стать как вашей тропой к величию, так и причиной падения!

Вот и подтверждение моим выводам.

Мои самокопания прервал стук в дверь.

— Командир, там, внизу, заявилась какая-то девка и требует встречи с вами, — раздался незнакомый женский голос. Кто-то из новеньких, видимо.

— Сейчас выйду, — ответил я.

«Интересно, кому я там понадобился?» — подумал я, начиная одеваться. Вряд-ли Алёне — командиров знали все, её бы пропустили без вопросов, да и «какой-то девкой» бы точно именовать не стали.

Натянув панцирь и водрузив шлем на голову, я прикрепил перевязь с мечами за спину. Всё, образ великого воина готов, можно идти.

Спустившись вниз, увидел Владимира и вчерашнюю брюнетку. Вот так встреча! Уж кого не ожидал тут увидеть, так это её.

Сейчас, при дневном свете, она была ещё более эффектна. Несмотря на холод в неотапливаемом здании, она была в коротком красном платье с откровенным декольте, на самом грани приличий. За спиной торчала рукоять меча, стройные ноги обтягивали чулки в сеточку, но вместо каких-нибудь туфелек на высоком каблуке, которые напрашиваются при таком наряде, на ногах красовались новенькие армейские зимние берцы. Интересно, каково в них ходить без носков? Сотрёт ведь ноги, дура.

От неё мне почудилось что-то знакомое, родное, что начало слабенько, на самой грани восприятия, резонировать с чем-то во мне. «Что за н***й?» — подумал я.

От Владимира тоже было что-то похожее, но не совсем так, как с брюнеткой. Не было ощущения близости, как с ней, я просто ощущал его, как нечто холодное и твёрдое, монолитно спокойное и уверенное.

— Предлагаю тебе вступить в мой отряд, — начал Володя. — Сразу поставлю своим замом. Со временем, возможно, станешь командиром своего отряда. Создам любые условия и выполню твои требования, в пределах разумного, само собой. Выдам полный комплект экипировки и навык по выбору, у меня есть три низкого уровня, готов отдать их тебе.

— Ты не тот, кто мне нужен, дядя, — легкомысленно отмахнулась она, и посмотрела мне прямо в глаза. Впрочем, несмотря на то, что смотрела она на меня, Володе свой ответ она договорила. — Мне не нужны навыки низкого ранга, а экипировку, что на твоих бойцах, мне ничего не стоит добыть. Просто стыдно носить такой мусор.

Ого, да тут вербовка идёт полным ходом!

— Я пришла к тебе, — обратилась она ко мне, окончательно утратив интерес к нахмурившемуся Володе. — Прими меня в свой отряд.

— Нет. Я видел тебя вчера. Не хочу себе таких людей в отряд.

— Не будь ханжой! — резко ответила она, шагнув ко мне так близко, что упёрлась грудью в мой панцирь и глядя на меня снизу вверх. — Ты сам знаешь, что и почему вчера происходило, я чувствую в тебе это, мы одинаковы! Мне нужен якорь, Система сказала, что сама я могу не справится. Я сорок пятого уровня, у меня два навыка и меч среднего ранга, я в первой сотне Рейтинга! Не говори мне, что тебе не нужны такие бойцы, ты, х**в сноб! Я тебе нужна ничуть не меньше, чем ты мне!

Сорок пятый уровень, два навыка и оружие среднего ранга, плюс место в первой сотне, что означает наличие масштабируемого навыка! Да она в одиночку стоит, как весь совет командиров, вместе взятый! Этой дамочке опасно отказывать. Судя по напрягшемуся Володе, он тоже не знал этого. На фоне услышанного все его предложения казались смешными. Но что мне с ней делать?

И тут я ощутил нечто странное. Моей души, моего разума, не знаю, как это описать… В общем, я почувствовал касание разумов, мне приоткрылись эмоции девушки, и я потянулся своей волей навстречу. Мне не то, что бы полностью открылся её разум, но я уловил отзвуки того, что в ней бушует.

В ней царил такой хаос, что то, что я считал большими проблемами, на фоне её эмоций блекло. Её раздирали жажда драки, похоть, тщеславие, в ней скручивались садизм и мазохизм разом, ей хотелось причинять боль и самой ее ощутить, но при этом она себя контролировала. Я ощущал её мощную волю, которая была сосредоточена на том, что бы держать себя в руках и сохранять ясность мысли.

Я не мог ей отказать. Я понял, почему она пришла ко мне — я обладал Отрицательной Волей, тогда как она — пока ещё просто Волей. И лишь я, своим умением направлять свой негатив, мог сейчас ей помочь. Ей требовалось, что бы я делился с ней этой энергией, и я чувствовал, что за эту помощь она готова на всё.

— Я принимаю тебя в отряд. Какая ты в Рейтинге?

— Четырнадцатая, — сказала она.

Я влил в неё свою волю, отчего ей явно полегчало. Безумие, подступающее из глубины её глаз, исчезло.

Голова резко начала кружиться, виски прострелило болью, навалилась апатия… Вот я и узнал, что бывает, когда тратишь волю разом и полностью.

— Как тебя зовут хоть, чудо? — прохрипел я подхватившей меня под руку девушке.

— Карина, — ответила она.

Глава 12. Анклав

Я истратил всю Волю на то, что бы ей помочь. Кивнув Володе, сказавшему, что через час ждёт меня на совете, я, поддерживаемый под руку Кариной, поднялся с ней на свой этаж. Мы молча прошли в мою комнату, я вытащил последнюю бутылку коньяка, достал стаканчики, разлил на двоих. Юля с Андреем то ли ещё не поднялись, то ли просто были заняты своими делами. Следовало поговорить с сидящей напротив меня девушкой, но перед этим я решил вкинуть пяток очков в Волю, что бы быстрее прийти в себя.

С удивлением узнаю, что, оказывается, такой номер с ней не пройдет. В голове всплыло, как это обычно и бывает с характеристиками, что Воля от системы зависит лишь опосредованно, напрямую влиять на её показатели она не может, лишь учитывать количество и определять тип. Какие ещё её типы существуют, было не ясно, но пришло понимание — она развивается по мере развития тебя как личности, преодоления различных препятствий и так далее. В общем, развивать её придется практически как и обычную, человеческую. В отличии от духа, она не была просто обозначением количества доступной энергии, от количества воли так же, в некотором роде, зависела и сила, с которой ты ею можешь воздействовать на мир.

— А где паренёк и толстуха? — интересуюсь я, прерывая затянувшееся молчание.

Мне, на самом деле, пофигу на обоих. После первой порции коньяка голова прояснилась, мысли стали чётче. «Как бы алкашом не стать,» — подумалось мне. Наливаю себе вторую порцию, доливаю и в её стакан. Она пьет маленькими, неспешными глотками, смакуя вкус. У неё взгляд человека, очнувшегося от долгого сна и не очень понимающего, где она вообще находится.

— Я убила ту корову. Она хотела засунуть кулак в задницу пацану, но он — моя добыча, и я оторву голову любому, кто попытается убить или сломать моё. Пусть скажет с того света спасибо, что я ей сосать у него разрешила. Сам Витя сейчас внизу стоит. Я предупредила местных, что с ними будет, если к моему возвращению с него хоть волос упадет.

Не завидую тем, кто проигнорирует её предупреждение, совсем не завидую. Ладно, это всё лирика. Надо посмотреть подробно, что же мне досталось.

— Покажи характеристики, — прошу я.

Ей не потребовалось даже проговаривать вслух своё желание. Они, её характеристики, сами развернулись передо мной.

Карина, человек, 21 год, 45 уровень.

Мировой рейтинг — 14.

Сила — 35 + 15

Ловкость — 40 + 15

Интеллект — 14

Реакция — 35

Выносливость — 35

Дух — 92

Воля — 41

Активные навыки.

Энергия меча (масштабируемый)

Лезвие бури (средний ранг 3 класс) — 9 единиц духа.

Молния (низкий ранг) — 3 единицы духа.

Личная защита (низкий ранг) — 10 единиц духа.

Водяная плеть (низкий ранг) — 3 единицы духа.

Пассивные навыки.

Техника тела воина, том первый (средний ранг 3 класс) — +10 единиц силы, ловкости и реакции.

Техника ловкости (низкий ранг) — 10 единиц

Техника силы (низший ранг) — 5 единиц

Начальная концентрация (низший ранг) — 10 единиц духа в час.

Экипировка.

Меч-бастард (средний ранг 2 класс) — + 15 к силе, + 15 к ловкости, вложенный навык — огненный серп (низкий ранг, 4 единицы духа), запас духа — 24 единицы. Владелец меча — Карина (привязан).

Она очень сильна. Даже я с Владимиром, на пару, едва ли сумеем одолеть её. У неё безумные физические возможности, хороший набор атакующих навыков, много духа и лучшее оружие, что я видел. Конечно, то, что у неё из защитных навыков лишь личная защита низкого ранга — это её уязвимость, но черт возьми! С её ловкостью и запредельной реакцией ещё попробуй по ней попади, не сдохнув в процессе.

Меня порадовало, что вчера я сорвался не на ней. Не уверен, что с её реакцией, вдвое превышающей мою, она не успела бы увернуться. А если бы увернулась — два к одному, что из нас двоих именно я не встретил бы рассвет.

— Налюбовался? Покажи и свои уже, мне любопытно, кому я в услужение попала. И не бойся, я держу своё слово — даже если ты окажешься слабаком, я не буду заставлять тебя прогибаться под себя, — покровительственно усмехнулась она.

А она стала куда самоувереннее после того, как я привёл её в норму. Хотя, надо признать, у неё есть повод и сила, что бы так себя вести. У меня двадцать нераскиданных очков, кидаю их в дух. Пытаюсь открыть ей характеристики усилием воли, судя по тому, как задвигались её глаза, у меня получается.

Пью медленными глотками, пока она просматривает мои параметры. Проходит минута, за ней другая. Она уже всё прочла и просто что-то обдумывает. Наконец, она отбрасывает стакан и встаёт.

— Это довольно странно, что мы с тобой встретились, тридцать шестой. Москва, конечно, третий Рим, порт пяти морей и так далее, но вероятность встретить на её окраине второго человека из первой сотни, как по мне, околонулевая. Хорошо, что мы встретились именно при таких обстоятельствах. Уверена, вместе мы сможем многого добиться. Скажу сразу — на лидерство в команде я не претендую, из меня никакой стратег и тактик, да и переговорщик так себе, как ты успел заметить. И это не потому, что мои тараканы в голове пустились в пляс и оргию, я и до всего этого была бездарна в этих вопросах. Но своё мнение, как ты понимаешь, я иметь буду, и, я надеюсь, ты будешь его учитывать. И ещё — тебе придется терпеть мои хотелки и выходки на подобии вчерашних, одергивая, если вдруг тебе покажется, что я перехожу черту. Я постараюсь превратить, пока не поздно, свою волю в отрицательную, но мне нужна будет твоя поддержка на всех этапах этих попыток. Такова моя цена. Если ты согласен, то со своей стороны обещаю — что бы ни случилось, с чем бы мы не столкнулись, я всегда буду на твоей стороне. Даже в том случае, если ты не прав. Согласен?

Я задумался. Я ей необходим, пока она не сумеет обуздать хаос в голове окончательно, это факт. Дальше — не смотря на все ей сказанное, это лишь слова. Меж нами нет пока такого доверия, что бы я поверил в её слова. Но и поводов не верить тоже нет — мы ещё слишком мало знакомы. С другой стороны, её присутствие в наших рядах и подчинение лично мне существенно увеличивает наш потенциал. У нас появляется третий боец уровня командиров у тварей, что позволяет нам рассчитывать на то, что в следующий раз нам будет ещё проще. Так что это, если подумать, ещё спорный вопрос — кому эта сделка выгоднее и нужнее. И у нас с ней самая крепкая, самая надёжная мотивация из всех возможных — взаимная выгода. Правда, учитывая её психическую нестабильность, придется всегда приглядывать за ней, ну да ничего, оно того явно стоит. А вот продолжится ли наше сотрудничество после достижения ей Отрицательной Воли, мы посмотрим потом. В конце концов, к этому моменту, думаю, мы уже притремся характерами.

Кивнув ей, предложил выпить за сотрудничество. Как я понимаю, о масштабируемых навыках в интерфейсе нельзя ничего прочесть. Рассказал о том, как действует мой, пообещав продемонстрировать позже — не жечь же собственную спальню.

Она поведала о своём навыке. Тот требовал, как и мой, пять единиц за активацию, но жрал больше — три единицы в минуту. Однако услышав описание его принципа действия, я позавидовал ей.

Оказалось, что каждый удар меча с активированным навыком был эквивалентен атаке навыком низшего ранга. А бить она, учитывая, что девушка в своё время занималась кендо, реконструкторством, плюс ходила ещё куда-то, где учили орудовать подобными мечами и сильно тащилась от этого оружия, могла сильно, метко и часто. Плюс, если принять навык противника на клинок, он либо нивелировался до простого толчка, если это был низший ранг, либо слабел до уровня низшего и гасился личной защитой — в случае, если это был навык низкого ранга. Навыки среднего ранга она мечем отбивать не пробовала и пробовать, по её словам, пока не собиралась.

До совета оставалось ещё с четверть часа. Решил отправиться туда заранее. Сказал девушке, что бы располагалась на этаже. Та, кивнув, сказала, что сходит пока за Витей. Не стал никак это комментировать, но парня было, если честно, немного жаль. Хотя, учитывая её внешность, даже не уверен, что пацан сильно против.

— Кстати, всё хотел спросить — а как ты вообще оказалась в здании и никак до сих пор не засветила свои навыки? — поинтересовался я.

— Просто подошла вчера вечером к магазину и вышибла навыком витрину. Зашла внутрь да пошла обустраиваться. Там и встретила толстуху с Витей, а дальше ты и сам видел. В какой то момент у меня появилась Воля, прикончила эту корову да расспросила пацана, какие тут порядки. А дальше система сказала, что надо бежать искать кого-то с Отрицательной Волей. Я и пошла, — пожав плечами, выложила она. — В общем, пойду я пока за своим мальчиком, если ты не против.

— Иди уж, — махнул я рукой.

В зале уже присутствовали все. Алена сидела с таким видом, будто вчера ничего не случилось, Даша же глядела на меня волоком. Честно говоря, сейчас меня мало занимали обе, в голове крутились мысли о том, как лучше использовать Карину.

Владимир начал совет с рассказа о том, что разведчики, которых он выслал сегодня утром в окрестности, вернулись и принесли новости. Крысиные стаи начали собираться с силами, вытеснив других животных с окружающих территорий. На Хофф, по их сведениям, вот-вот может начаться нападение стаи воробьев, что пока скапливаются за мкадом. В Лиге всё пока тихо. В районе, где мы вчера разбили крыс, никакого шевеления, плотность монстров там минимальная. Но все эти данные были лишь о ближайших окрестностях — для серьезной разведки посланные бойцы из неотрядных, в каждую группу которых Володя включил по одному сильному бойцу из своих, далеко продвинуться не могли, вынужденные отступать после первых же стычек.

Второй вопрос был поднят Расулом и Дмитрием. Они рассказали о начавшихся ночью беспорядках, которые едва не привели массовому хаосу. Пришлось брать бойцов и вырезать тех, кто двинулся головой.

Выяснилось, что у этих двоих тоже открылся параметр Воли, но, так же как у Карины — именно простой воли. У Володи она тоже открылась, и называлась Стальная Воля.

По расчетам, провианта у нас теперь было примерно на неделю. Требовалось озаботиться этим вопросом.

Я предложил вновь начать устраивать рейды, как они поступили в первый раз. Предложение поддержали, но условились, что в рейды отряды будут ходить через день, что бы не оголять базу. Каждый отряд, помимо основного состава, должен был брать с собой пару десятков новичков с площади или выдирать их среди живущих на окраине. Всё, добытое в рейде, доставалось отряду, лишь половину добытого провианта условились сдавать в общий склад. Так же было решено, что мы с Володей ходим в рейды по очереди, что бы не лишать базу обоих сильнейших бойцов разом. Договорились и о том, что выживших можно тащить к нам только в том случае, если они обладают потенциалом — сами добыли навыки и выше десятого уровня.

Внимание! Вы сумели ввести свод правил и обладаете достаточной властью и силой, что бы требовать их соблюдения. Ваш анклав выживших официально принят системой и внесён в её реестр. Система присваивает вашему анклаву название «Гранд»!

Видимо, сообщение получили все, так как зал погрузился в тишину. Открываю интерфейс, там появилась новая иконка, небольшой нарисованный домик. Концентрируюсь на нём. Передо мной разворачивается следующее.

Анклав Гранд, правители — Владимир и Руслан.

Члены совета — Расул, Иван, Алёна, Ольга, Дмитрий, Дарья, Антон.

Дальше шло перечисление жителей анклава 1 класса, коих оказалось 178 человек. Это, как я понял, бойцы из отрядов. За ними шли жители 2 класса, которых оказалось 563. Видимо, бойцы не из отрядов и члены их семей, у кого они были. Далее были, наконец, последние — жители 3 класса, которых оказалось аж 1543 человека. И это без учёта полутора сотен перебитых с утра.

На этом дело не кончилось. Я понял, что теперь у меня появилась карта в голове, на которой были показан Гранд и все его жители. Я и Володя были красными точками, командиры — синими, первый класс — зелёными, второй — желтыми, третий — фиолетовыми.

Мы тут же кинулись обсуждать перспективы. Анклав пока был первого уровня, как развивать его до второго было не ясно. Я заявил, что все равно пойду в рейд, заодно проверю, как будет действовать карта. Было решено, что ещё в рейды пойдут Алёна, Иван и Расул.

Пошёл на этаж, и, собрав всех в коридоре, огласил задачу. Все были возбуждены пришедшим сообщением об анклаве, но, как выяснилось, ни карты, ни миникарты ни у кого не появилось. Что ж, остаётся надеяться, что со временем это изменится.

Спустились вниз, кинул клич среди наших граждан второго класса. Обещал раздать четверть добытой еды среди тех, кто отправится с нами, пояснив, что половина идёт в общую казну. Ещё пообещал, что все добытые навыки низшего ранга распределю среди них, а по итогам похода приглашу самых успешных к себе на постоянную основу.

Быстро набрали три десятка желающих. Сегодня меня не смущало то, что у них туго с оружием — мой десяток, плюс Андрей с Юлей, не говоря уж обо мне и Карине — грозная сила по нынешним временам.

Повел отряд в противоположном от вчерашнего направлении. Нам пришлось пересечь открытое пространство парковки, перелезть через остатки металлического забора и прикончить кучу разной живности по пути. Мелочевку Карина, по моему приказу, просто калечила, позволяя самым слабым их добивать. И на лут шанс выше, и толку больше — за монстров десятого и ниже уровней ей давали лишь один процент опыта.

Добравшись до первого супермаркета, мы обнаружили его уже разграбенным. Вокруг были следы прошедшего боя, видно, здесь побывали либо ребята из Хоффа, либо из Лиги. Вонь стояла омерзительная, пошли вторые, а для каких-то — и третьи сутки, как трупы лежали и разлагались.

Рейд продолжали до самого вечера. Отступить решили, только тогда, когда, углубившись во дворы, едва не попали в окружение стаи крыс. К этому моменту я уже добрался до 51 уровня, Юля и Андрей — 41 и 43, а Карина взяла 57. Средний уровень наших бойцов подрос до двадцать третьего — двадцать пятого, всех, кто выжил, взял в отряд. Погибших было всего семеро. Так же взяли с собой две семьи выживших, в одной из которых глава семейства добрался до тридцать четвертого, делая короткие вылазки из своего подъезда, во второй же муж и жена, ребята лет тридцати, добрались до сорокового и сорок первого уровня, и пробивались в сторону Лиги. Впрочем, сменить маршрут на Гранд они согласились с радостью, узнав, что я там один из правителей.

Мы возвращались на базу, боясь не успеть до темноты. В процессе рейда мы обшарили мелкие магазинчики и квартиры, забирая лишь продукты долгого хранения. Особенно популярны были консервы и крупы, за ними шли бичпакеты. Брали и сигареты с алкоголем. В итоге, учитывая, что все в отряде были весьма прокачанными людьми, мы наделали десяток огромных носилок из подручных материалов. Нагрузив их, я велел тащить их самым низкоуровенным бойцам, сильнейшие встали в охрану. В таком виде мы и вернулись.

В целом, это был огромный успех. Наличие меня и Карины, с нашими навыками среднего ранга и сильным оружием, делало нас просто чудовищными противниками для небольших отрядов монстров. Для нынешнего меня монстры вожаки уже не представляли никакой угрозы, командиров же не попадалось. Мы прошлись метлой по ближайшим кварталам, правда, один раз нам всё же пришлось уносить ноги — видимо, мы вконец достали крыс в том районе, и они вышли нам на встречу целым войском. После того, как мы поспешно сбежали, преследовать нас никто не стал.

Сегодня я окончательно убедился, что с Кариной мне улыбнулась фортуна. Девушка была просто монстром в платье, ей почти не требовались навыки, она сметала большинство врагов лишь за счёт физических возможностей и качества оружия. Ради подобного козыря в обойме я готов был позволить ей трахнуть вообще хоть всех молоденьких мальчиков в Гранде, да хоть весь Гранд перенасиловать — она того стоила.

Вернувшись, сдал, как и было оговорено, половину добычи. Раздавать четверть добычи не пришлось — в мой отряд войти согласились все. Уточнил, были ли близкие у погибших в походе сегодня. Выяснилось, что у одной из женщин был ребёнок лет одиннадцати.

Я понимал, что выдавать пацану долю продуктов его мамаши и гнать пинком под жопу, как предложила Карина, не стоит. Во первых, парня жалко, у него просто все отнимут, и это в лучшем случае. Во вторых — раз уж началась такая пьянка с анклавом, и теперь у нас тут всё официально и завизировано лично Системой, то пора работать над имиджем. Репутация — наше всё. Играть, так играть. Лицемерно, но мне не привыкать.

Распорядился взять парня к нам на этаж, найти ему какую-нибудь несложную работу. Решил послезавтра взять его с собой на охоту, раскачать уровня до двадцатого да дать пару навыков. Будет у меня посыльным и вообще на роли принеси-подай, пока я в здании.

Бойцы отправились тягать мебель на этаж, обустраивать жилища. Я остался один.

По сравнению со вчерашним днём, сегодняшний показался вообще рутиной. Ни превозмоганий, ни серьезного риска и схваток на грани…

Мои мысли прервала Карина, вошедшая в мою комнату. Скинув берцы и отложив меч в сторону, она, не говоря ни слова, встала передо мной на колени и потянулась к моему ремню.

Ладно, подумать о делах можно и позже…

Глава 13. Выстраивая порядок

Карина, ничуть не смущаясь наготы, лежала, измятая, растрёпанная и тяжело дышащая, на полу моей комнаты, и пила большими глотками виски прямо из бутылки. С такой выносливостью, как у неё, алкоголь действовал на неё в разы слабее, чем на простого человека, и пить, соответственно, приходилось больше. Хорошо хоть вкусовые рецепторы остались прежними. Девушку била крупная дрожь, она была покрыта потом, несмотря на прохладу в комнате. От нас обоих шёл лёгкий, едва заметный парок. Она действительно выжала из меня все соки. Секс с ней напоминал стихийное бедствие, девушка была даже сильнее, чем я, и ей в голову могло прийти что угодно в любую секунду. Именно так я обзавелся разбитой губой, синяком под глазом и следами её зубов на ступне. Хотя, признаться, глядя на ответные синяки, следы удушья и разбитые губы, не уверен, что сам вел себя лучше. Приходилось периодически одергивать себя и понемногу вливать в неё свою волю, что бы удерживать её рассудок.

Наконец, отдышавшись, она поднялась, кое-как собрала свои растрёпанные, всклоченные волосы в хвост, и, подхватив меч и платье, даже не одеваясь, вышла из комнаты, бросив напоследок, что ей пора поиграть с Витей. Боже, она стихийное бедствие, а не человек. Чувствую, если Витя не справится, она отловит ещё кого-нибудь. И да, нимфомания в её голове тоже числилась.

Всё, пора спать. Завтра — на совет, а там уже можно будет и баклуши побить.

На утро меня разбудил стук в дверь. Спросонья уточнив, кого в такую рань черти носят, услышал голос давешнего пацана, взятого нами на этаж. Оказалось, мне завтрак принесли.

Поев и поблагодарив парня, унесшего мусор, посмотрел в интерфейс. С появлением анклава у нас, наконец-то, у всех появились цифровые часы в интерфейсе. Было девять утра с копейками. Совет назначен на десять, значит, самое время раскидать характеристики. Эх, что ел, что не ел — сейчас ещё придется за порцией отсылать парня.

Выглянув в коридор, крикнул дежурящему у лестницы бойцу, что бы отправил мне кого-нибудь за второй порцией завтрака. Зашёл в свой интерфейс, открыл параметры. Решил сегодня подтянуть все характеристики понемногу. Вчера, во время рейда, я во всей красе оценил, сколько даёт преимуществ сбалансированное развитие. Мне с Кариной не требовалось, подобно пулемёту, отстреливаться навыками и бегать от врага, меняя позицию и надеясь на товарищей, что смогут оттянуть на себя внимание. Мы легко могли сойтись в рукопашную, могли ударить навыком с расстояния, быстро отступить или быстро догнать… Конечно, скоро у тех, кто сосредоточился лишь на духе и навыках, появятся и свои преимущества. Возможно, даже окупающие все нынешние недостатки. Что ж, поживём — увидим.

Теперь мои характеристики выглядели следующим образом

Руслан Мераев, 25 лет, человек, 51 уровень, 36 в мировом Рейтинге.

Сила — 25 + 19

Ловкость — 25 + 13

Интеллект — 20

Реакция — 27

Выносливость — 20 + 7

Дух — 107/107

Отрицательная Воля — 20/20.

Заглянул в интерфейс анклава, увидел шкалу опыта. Для достижения второго уровня, оказывается, требовалось, десять тысяч единиц опыта. Сейчас в шкале было 1423 единицы опыта. В зачёт шло количество убитых монстров, качество жизни в анклаве, количество людей и общественный порядок. По данным, показанным системой, нам предстояла ещё гора работы. Всё, кроме монстров, приносило опыт раз в день, в зависимости от уровня показателей. Три последних показателя были тесно связаны между собой. В случае низкого качества жизни большое население долго содержать невозможно — голод разгонит людей, а уж об общественном порядке и вовсе можно будет забыть. И это только один пример. В общем, вариантов, почему тут всё может пойти по одному месту, масса. Тут же шли и блага, даруемые в анклавом. Лидерам анклава каждый день начислялось примерно тридцать процентов необходимого для уровня опыта, членам совета — пятнадцать, жителям первого класса — пять. Жителям второго класса не падало ничего, а с жителей третьего класса весь опыт, что шёл на эти блага, и изымался. Вот такая система налогов, только вот была загвоздка — наши будущие налогоплательщики были до сих пор не прокачанным сбродом, и брать с них пока было нечего. Но что-то мне подсказывает, что этот вопрос будет быстро решён на сегодняшнем заседании совета.

Вообще, очень продуманная схема, идеально подходящая под нынешние реалии. Лидеры получали опыт и миникарту, которые изрядно облегчали жизнь. Карта ныне показывала не только территорию Гранда, но и все разведданные с момента официального возникновения анклава территории. Конечно, она не показывала, есть ли там монстры, но тем не менее, она изрядно облегчит в будущем планирование операций. Плюс все жители Гранда отображались не только на самой территории, но и за её пределами.

Возвращаясь к анклаву. Система хорошо продумала вопрос, как вынудить слабых и ленивых развиваться. Для нас теперь жители третьего класса из лишних ртов начали превращаться хоть в пока и малополезный, но ресурс. Они приносили опыт каждый день нам самим, плюс они же были основной массой тех, кто нес опыт самому анклаву, являясь большинством его населения. Если подойти к вопросу разумно, если заставить их ходить с нами в походы, как мы заставили людей в первый день — кого посулами, кого добычей, кого силой затаскивая в общий строй… Плюс, наконец, четко разделить порции пайков, а не на глаз, как сейчас. Ввести систему поощрений, когда лучшие смогут повышать свой гражданский класс… Организовать ополчение, расширить отряды, введя в них бойцов из разных классов… Господи, этот Анклав — дар небес для нас, если к нему правильно подойти. Он заложил твердый фундамент под нашим сообществом, дав нам инструменты работы с массами. Выгода будет для всех, ведь теперь верха заинтересованы в наведении порядка среди жителей и улучшении им жизненных условий. С них потребуется наконец взять себя в руки, организоваться и начать ходить в вылазки. Выходило, что чем лучше им, тем лучше нам, все слои общества становились заинтересованы в общем развитии поселения. И это первый уровень, а что будет дальше? Подозреваю, что скоро наша база сумеет превратиться в полноценную крепость. Теперь осталось дать хорошего пинка остальным. От них никому не нужны великие подвиги, пусть берут хоть по несколько уровней, думаю, за недели две всё доползут до десятого. Правда, надо будет подумать, кому выдавать навыки — не хватало нам тут попыток переворота от толпы недомагов.

Опять я ушёл в свои мысли. Пора топать на совет, не дело опаздывать.

На третьем этаже, как обычно, уже сидели все, кроме меня. Что-то я постоянно последний.

Сегодня речь пошла об анклаве. В принципе, все пришли к тем же выводам, что и я. Встал вопрос об организации патрулирования и мерах пресечения.

— Какие ещё меры, побойтесь бога, — поморщился я. — Всех убийц, насильников и грабителей — под нож. Головы насадим на пики там, где они на своих косяках попались, что бы другим неповадно было.

— Что за изуверские методы, Руслан? — подняла удивлённо бровь Ольга. — Ты вроде порядок хочешь навести и убедить людей, что они в безопасности. Не думаю, что головы на кольях, людей в этом случае успокоят.

— Да пошутил я про головы, вы чего? — удивлённо оглядел я собравшихся. Хрена себе у меня тут репутация. — Не собираюсь я тут Трансильванию времён Влада Цепеша устраивать! Но без показательной жестокости к тем кадрам, что будут особо рьяно воду мутить, нельзя. Нужно дать понять всем маргиналам, что терпеть их выходки мы не намерены. У меня всего три варианта наказаний пока — убить на месте, взять как штрафников, что будут в рейде пушечным мясом, и лишение пайка на определенный срок. Правда, с последним будет сложно, не очень понимаю, как их помечать и запоминать, так что первое время, думаю, обойдёмся первыми двумя мерами. Будут знать, что чревато косячить — не дойдет и до банд, и до прочего. И предлагаю сразу уточнить один момент — наказывать будем только за действия против членов анклава. С остальными пусть делают что хотят, не буду ограничивать людей в возможности выпустить пар.

— А если преступления будет, скажем, со стороны жителя 3 класса в отношении жителя 1? — уточнил Иван.

— Тогда пусть занимает место жителя этого первого класса, ибо не вижу смысла держать в рядах основных бойцов слабака, который не в состоянии защитить себя или своих близких от дохляка третьего класса, — жёстко ответил Владимир.

Логично, хоть и грубовато, если честно. Вообще, слабо представляю, что бы кто-то из этих бойцов, у которых средний уровень перевалил за пятнадцатый, и каждый из которых имел хотя бы навык низшего ранга, огреб проблем от сброда первых-третьих уровней без навыков.

Дальше поинтересовался, кто у нас ведает едой и выдачей пищи. Володя пояснил, что этим занимаются незадействованные в рейдах родные и близкие отрядных бойцов, а выдачу контролируют сами бойцы. И предупредил, что раз сегодня он и его люди уходят в рейд, этим придется заниматься моим бойцам. Впрочем, тут же добавив, что персонал поваров остаётся тут же, от меня требуется лишь контроль и помощь от моих людей с тяжестями и присмотром за очередью.

М-да, а вот и обязанности подъехали. Володя довольно прозрачно намекнул, что раз мы с ним разделили власть, то и обязанности мне тоже пора на себя взваливать. Справедливо, не поспоришь. Сейчас еда не менее ценный ресурс, чем навыки, и контролировать его надо соответствующе.

Убив на обсуждения около часа, мы разошлись. Володя, Ольга, Антон, Даша и Дима уходили сегодня в рейд, я, Расул, Ваня и Алёна оставались стеречь базу. Оставшись в четвером, начали обсуждать, кто чем займётся.

В Гранде насчитывалось восемь выходов, до сегодняшнего дня из них контролировалось нашими силами лишь три. Мы решили выставить бойцов из неотрядных на остальные пять входов, и только перешли к обсуждению патрулей, как…

Внимание! Среди жителей второго класса появился официально выбранный представитель! Рекомендуется встретиться и провести переговоры, во избежание конфликтных ситуаций!

— Ого, интересно мишки пляшут, — протянул Ваня. — Это что за недобитки демократии? Официально выбранный? Кем, ими что-ли?

— А чему вы так удивляетесь? Там сотни людей выше десятого уровня, которых мы позавчера потащили в поход, обещав поделиться экипировкой и навыками, — сказала Алёна. — А в итоге всё, что они получили, это место рядом с центральным корпусом для ночлега да чуть увеличенную порцию еды. Да ещё и эксплуатируем их, будто они нам чем-то обязаны. Нам ещё повезло, что они два дня молча терпели, вы же не ожидали, что всё так и будет продолжаться? Людям нужна стабильность и понимание, что их не забыли, а ты с Володей начал строить наполеоновские планы, будто вы в какую-то игру по сети играете. Вот и результат.

Она, конечно, права. Что-то мы совсем начали терять связь с реальностью.

— А почему не напомнила, раз уж сама не забыла об этом? — поинтересовался, всё же, порядка ради, я.

— Я говорила Володе, тот отмахнулся, сказав что подумает. Тебе хотела сказать после собрания, но ты свалил в рейд самым первым, а вечером оказался занят.

Это она так намекает, что меня Карина трахнула? Ладно, это всё детский сад.

Спустились вниз. Там, у лестницы, уже стоял Володя со своим отрядом. Напротив них собралась огромная толпа, возглавлял которую некий Вадим Елисеев, 18 уровня. Пока вроде до конфликта не дошло. Подхожу к ним.

— А вот и Руслан. Теперь можешь говорить, что у вас за требования, — сказал Володя.

— Не то, что бы требования… Мы просто хотим договориться. В отряды вы всех не возьмёте явно, семейные вам особо не нужны, мы это понимаем. Поэтому хотим попросить помочь нам с навыками, как и было обещано. Мы понимаем, что в первую очередь вы выдали их лучшим бойцам, и не имеем претензий. Но мы хотим самостоятельно ходить в рейды, брать добычу и поднимать уровни, а без опытных бойцов на первых порах слишком многие погибнут. Мы просим выделить нам на первое время бойцов и помочь добить навыки, в обмен готовы сдавать часть добычи и помогать с обороной базы.

Мы с Володей отошли на пару шагов и обсудили предложение. Времени долго рассуждать не было, поэтому через пять минут уже решили, что стоит соглашаться, но с парой дополнений и условиями.

— Я готов выделить вам сейчас же три десятка боевых навыков и отправить с вами часть своих бойцов. По поводу добычи — мы будем брать треть в качестве налога. От вас нам требуется ежедневно пол сотни бойцов, что по пять человек будут контролировать выходы из здания. Во главе каждой пятерки будут наши бойцы. Так же, в случае крупных боевых действий, вроде того, что было позавчера, неважно, с монстрами или людьми, вы переходите в непосредственное подчинение совету.

С нашей стороны обещаю, что использовать вас как пушечное мясо не будем. В случае общих боевых действий, ваша доля будет от трети до половины, в зависимости от обстоятельств, и вы будете получать её немедленно по прибытию на базу. Ну, и в случае столкновений с представителями других групп, вы можете быть уверены в нашей поддержке. Вы согласны на такие условия?

— Я так понимаю, вы хотите сделать из нас ополчение и регулярный гарнизон базы? Тогда у нас встречное требование — нам нужно представительство в Совете.

— Будем брать представителя в Совет лишь во время тех ситуаций, в которых ваше ополчение будет участвовать, — пошёл на компромисс Володя. Этот пункт мы тоже обговорили, но я сказал, что мне без разницы, и предложил ему самому решать, нужен ли нам ещё один человек в говорильню. В конце концов, я признаю, что Володя лучший организатор, чем я, особенно в делах Совета.

— Тогда, надеюсь, у нашего представителя будет не только право говорить от нашего имени, но и накладывать вето, если предложенное будет нам казаться неразумным и опасным? — спросил Вадим.

Не знаю, чем занимался Володя до всего этого, как-то так вышло, что по «этикету Апокалипсиса», который начал формироваться сам собой, оказалось крайне невежливым спрашивать о прошлой жизни. Захочет человек рассказать — это одно, можно и послушать. Но самому лезть с вопросами было табу. Мы как будто боялись лишний раз напомнить друг друга о той, оставшейся позади спокойной жизни, о потерянных родных и близких. Таким же табу стало и требование показать характеристики. Это было, пожалуй, как требование раздеться полностью, рассказать о доходах и оскорбить семью разом в прошлые времена — тайна распределение характеристик ныне была сугубо интимным делом, и открывали её лишь равным, в обмен на такую же откровенность с их стороны. Даже совет и мы с Володей, несмотря на то, что были лидерами, получили в этом вопросе лишь одно преимущество — способность видеть уровни подчинённых. Уровни друг друга и членов совета были для нас скрыты.

Но я отвлекся от темы, опять уйдя в мысли. Так вот, не знаю, кем был Володя до всего этого, но как бороться с такими типами он, видно, не знал. Вадим загнал его в простую, но эффективную ловушку — отказать ему сейчас, при всех, после того, как Вадим преподнёс требование права вето как инструмент самозащиты будущих ополченцев от попыток послать их на убой, значило, значительно подорвать доверие электората. Сейчас, на этапе, когда народ и власть друг к другу только присматриваются, было очень важно выстроить взаимовыгодную систему. И потеря доверия сейчас грозила бы потенциально большими потерями.

— Так же, надеюсь, право набирать кандидатов на переход во второй класс, будет за нами? Разумеется, всех кандидатов будут представлять Совету. При участии представителя с нашей стороны, — продолжал вдохновенно вещать Вадим.

«Решил ковать железо, пока горячо? Молодец, верно мыслит.» — подумал я. По Володиному лицу, как всегда, хрен разберёшь, о чём он думает. Вот только его молчание сейчас говорило само за себя. Я уже успел немного понять, что он за человек. Сейчас Володя постарается перевести тему, не сказав ни да, ни нет, выиграв время на обдумывание вопроса. Вот только, Володя, твоя ошибка в том, что ты считаешь стоящего перед тобой болтуна умнее, чем он есть. Он не поймет намеков, а если поймёт, то начнёт об этом во всеуслышание заявлять, пытаясь получить ещё большую поддержку. И кончится все тем, что его придется убивать, а нам придется забыть о доверии со стороны этих людей.

Такой расклад меня совсем не устраивал. Пора взять ситуацию под контроль, пока этот клоун ещё что-нибудь не выдумал.

— А скажи мне, уважаемый, с каких пор у вас появилось мнение, что совет некомпетентен в вопросах боевых действий? — начал я. Услышав мой тон, толпа, с каждым сказанным мной, становилась тише, пока не повисла тишина. — В прошлом бою, о котором ты напомнил нам сегодня, именно я дрался впереди всех, взяв на себя самого опасного врага. Именно отрядные бойцы убили больше всех тварей. Именно Владимир командовал боем, пока я дрался. Именно члены Совета и их отряды дрались на самых опасных участках боя. Именно Алена, один из членов Совета, накрыла огнём вместе со своим отрядом второго крысиного командира. И только поэтому там погибла сотня человек, а не все собравшиеся. Так с чего ты вдруг решил, шкура, что имеешь право накладывать на что-то там вето? Я — не согласен! Далее — ты решил, что ты имеешь право решать, кто достоин входить во второй класс, а кто нет, представитель херов?!

Я чувствую, как моя Воля давит на толпу, гнетет их, заставляя людей опускать глаза. Вадим, стоящий в её фокусе, и вовсе побледнел и отшагнул от меня. Оказывается, я и так могу применять Волю?

— Если вы вдруг решили, что вы пуп земли, народ, предлагаю вам всем собрать манатки и валить с этой территории. Можете топать и сами добывать себе навыки, если несогласны. Во второй класс будет входить любой человек, взявший выше десятого уровня. И ваше желание кого-то видеть в нем или не видеть меня не волнует. Не согласны? Так мы можем забыть о договорённостях, и вы так же будете сидеть здесь и надеятся на два пайка в день. Если согласны, то наше предложение вы слышали. Всё мной перечисленное плюс ваш представитель в Совете с правом голоса. Так и быть, пусть он будет постоянным — будете держать нас в курсе своих телодвижений. И да, этот хрен, меня не устраивает, — ткнул пальцем я в Вадима. — Выберите кого-нибудь адекватного.

Тишина была мне ответом.

— Я не слышу ответа! — заорал я на толпу.

Народ проняло. Послышалось многоголосное ворчание, выражающее согласие. Повернулся к Володе.

— Дальше сам, дружище. Я их припугнул, теперь очередь «хорошего копа» — тихо сказал я ему и пошёл в сторону лестницы.

— А вы чего встали? — сварливо сказал я Алёне, Ване и Расулу. — Совет ещё не окончен, пойдёмте дальше языками чесать.

Глава 14. Послы

Пока возвращались обратно на третий этаж, взглянул на уведомление от системы.

Отрицательная Воля + 4.

Значит, чем чаще и эффективнее использую, тем больше, тем лучше. На то, что бы воздействовать на толпу, ушло десять единиц воли и столько же духа. Оказывается, для массового воздействия нужно и то, и другое.

Расселись по местам.

— А знаете, это может стать большой проблемой, — первым заговорил Расул. — Если их станет больше, и они наберут уровней, они вполне могут захотеть навести тут свои порядки. И тогда нам будет сложновато удержать власть, учитывая, сколько их уже сейчас.

— Разделяй и властвуй, друг мой, — ответил Иван. — Просто нужно, что бы у них было пять-семь своих лидеров, которые будут грызться между собой за влияние. Тогда им будет не до революций.

— Самое главное, что бы люди видели, что мы сильнее, — подхватил я. — И тогда мы получим нормальное, здоровое общество. Заведем, по заветам предков, среди них своих шпиков, и будем следить. Будут честно выполнять взятые на себя обязательства — и всё, что я им сегодня обещал, я буду неукоснительно выполнять. Попробуют мутить воду не по делу — отправлю по их души Карину.

— Кто это? Из новеньких? — поинтересовался Ваня.

— Ага. Уже почти шестидесятого уровня, в моём отряде. Её легко узнать — красное платье, чулки и берцы, плюс меч бастард за спиной. Говорю серьезно — не вздумайте её провоцировать, никогда и не за что. Нет, не потому, о чём вы подумали, — правильно истолковал я их взгляды. — Просто если её вывести и она нападет, даже я не смогу её остановить. Она очень опасна и не очень здорова психически, старайтесь не переходить ей дорогу.

— И зачем тебе в отряде эта бомба замедленного действия? — поинтересовалась Алёна. — Ты, конечно, спи с кем хочешь, я вовсе не против — просто, если у нас под боком бродит псих такой силы — это очень напрягает.

— У меня есть способы её контролировать. — заверил я их. — Давайте лучше решим, что с патрулями делать. Чьи бойцы пойдут и как часто будут ходить?

После небольшой дискуссии было решено, что каждые час будет выходить два отряда патруля, по четыре человека каждый, от каждого отряда по два человека, и проходить по всему маршруту внутри здания двумя путями.

Тут к нам поднялся боец с первого этажа, с новостью, что представитель от безотрядных выбран и вместе с Владимиром формирует команды для рейда.

— Там, собственно, в чём дело, — начал мяться боец. — Они от вас, Руслан, это… Книг хотят, представитель их этот настаивает, что вы обещали три десятка навыков. Гнать его?

— Нет, не надо, — улыбнулся я совсем ещё молодому, лет 17, парню. — Сходи на второй этаж, передай моим, что бы позвали сюда моих замов.

Книги я действительно собираюсь выдать. Это навыки низшего ранга, их не жалко. Только вот доберу ещё десяток самых пристойных бойцов в своё войско, им дам первый десяток книг, остальное — действительно, пускай раздают.

— Раз всё решили, расходимся? Где вас искать в случае чего? — уточнил я.

Оказалось, что Расул и Ваня заселили пятый этаж, а третий делили Алена и Даша. Лишь отдельный кабинет, под заседания Совета, не относился к их территории.

Дождался своих друзей. С ними, каким-то образом, увязались сияющая Карина с Витей, на шее которого девушка висела. Только сейчас мне, наконец, удалось рассмотреть пацана. Это был высокий, под метр восемьдесят, худенький парень с очень смазливым лицом. Такие лица принято называть женственными. У него были грязные, растрёпанные волосы светло-русого цвета и усталое, апатичное выражение лица. Бедняга, не знавший раньше проблем с девицами, наверное, уже жалел о своей привлекательности. Будучи человеком первого уровня, без развитых параметров, ему приходилось иметь дело с нимфоманкой, чей параметр выносливости многократно превышал все возможные человеческие пределы.

— Привет, ребята. У меня для вас работёнка, — обрадовал я их с порога. — Нужно раздать тридцать навыков низшего ранга среди безотрядных.

— С чего такие широкие жесты? — удивилась Юля. — Без обид, Рус, но на мецената ты не тянешь.

— Тут ты права. Слушайте, как ныне обстоят дела в Датском королевстве.

Рассказал о новом члене совета, о договоре с жителями, и о том, что хочу ещё с десяток бойцов в отряд.

— И кстати, Юля. На тебе контроль за выдачей пайков и готовкой, возьмёшь, сколько надо, бойцов, проследить, что бы всё прошло без эксцессов. Если кто-то начнет создавать проблемы — сразу ставь на место, я за тебя горой, если что.

— Хорошо, Руслан. У меня, кстати, есть предложение, — заявил Андрей. — Может, начнём сегодняшнего дня тренироваться? У нас семеро человек, помимо тебя, с защитным барьером. Барьер на три метра растягивается, как ты знаешь. Вот я и предлагаю отработать отработать командную работу. Одни ставят барьер, другие из-за него стреляют. Я думаю…

— Андрюх, побойся бога, какие тренировки, какие отработки? — удивлённо посмотрел я на него. — У нас дел невпроворот, патрули, контроль выдачи пайков, в любой момент кто угодно напасть может — а ты хочешь тренировки устроить. Мы не может тратить дух в пустую! Да и вообще — где нам тут такой толпой тренироваться? Нет, лучше уж завтра, в рейде этим займёмся.

Видно было, что Андрей идею не отбросил, но тут меня неожиданно поддержала Карина:

— Он прав. Люди устали вчера, сегодня они хотят отдохнуть. Я тебе как спортсменка говорю — результаты тренировок и учебы проявляются только после отдыха. Будете их гонять сегодня, завтра они начнут ошибаться. Там не профессиональные вояки, а вчерашние менеджеры, продавцы, грузчики и прочие.

На это возразить было нечего. Коротко кивнув, Андрей сказал, что, пожалуй, он действительно загоняется, и, обещав всё немедленно сделать, ушёл, забрав Юлю.

— Я слушаю тебя, Карина. И говорю сразу — устраивать с вами тройничек у меня пока времени нет.

— Я не за этим, с этим вопросом я к тебе вечером зайду. Предупредить тебя хотела, котик, мы с Витей хотим сходить поохотиться, я подумала, что стоит тебя предупредить. Или у тебя на меня какие-то планы сегодня имеются?

— В принципе, никаких. Но я хотел потренироваться с тобой часок с оружием, ты же фехтованием занималась, может, научишь чему?

— Я только по мечам, к сожалению. Но зна-а-аешь… — задумчиво протянула она и забавно наклонила голову на бок. — Пожалуй, я могу с тобой позаниматься, и мы вместе посмотрим, что можно сделать, но уже вечером. По меньшей мере поставим тебе удар клинками и посмотрим, как ими можно защищаться от других мечников. Идёт?

На том и порешили. После ухода этой донельзя странной парочки, я остался один.

Вернулся в свою комнату. По пути дёрнул одного из бойцов и сказал, что бы предупредил стоящих внизу, где меня искать.

Спустя час, когда я, лёжа на диване, докуривал третью сигарету и дожевывал уже, наверное, десятый банан (аппетит в последнее время не слабо возрос, видно, изменения в организме сказывались), ко мне пришёл боец с сообщением, что прибыли посланцы из Хоффа и просят встречи с руководством.

Я отправился на третий этаж, велев заводить их только после того, как все оставшиеся командиры соберутся в помещении. Через десять минут перед нами предстала довольно колоритная троица — здоровенный мужик, метра под два ростом, в рясе и со здоровенным золотым распятием на груди. Сопровождали его сурового вида девица, с автоматом через плечо и с саблей на поясе, в таком же, как у меня панцире, поножах и грубых кожаных сапогах, и невзрачный мужичок, с кулоном на шее и десятком колец на пальцах, в кольчуге и шлеме. Сам лидер этой, весьма приметной, троицы, был вооружен здоровенным молотом на длинной, метровой рукояти.

— Отец Кирилл, один из командоров православного воинского ордена архангела Михаила. Это мои товарищи — сестра Анастасия, старший витязь ордена, и брат Антон, старший чудотворец ордена. От лица ордена мы прибыли для переговоров о борьбе с общим врагом рода людского. Как вижу, здесь сейчас не все члены совета вашего анклава. Уполномочены ли вы принимать самостоятельные решения? — пробасил здоровяк.

Тон уверенный и требовательный, смотрит твёрдо. То, что их пустили сюда с оружием в руках, это провал наших охранничков. Мы, конечно, способны сами за себя постоять, особенно я, но это не значит, что мы должны позволять неизвестно кому шляться с оружием по зданию, где заседает совет. Навыки, конечно, сдать не заставишь, но разоружить — это показать, что они не на проходной двор явились. Ладно, займёмся этим потом.

— Изложите мне своё предложение. Я один из двух лидеров этого анклава, — ответил я. — Перед вами половина Совета. Вторая половина отсутствует, и точного времени их возвращения сказать не могу. Если хотите — можете подождать возвращения остальных и высказать свое предложение полному составу.

— Ты тоже сгодишься, сын мой, — начал он, но я перебил.

— Не «сын мой», а Руслан.

Я не собираюсь позволять этому клоуну навязывать мне его линию разговора. Да и это его пренебрежительное сгодишься… Я его первый раз сегодня вижу, и я ни разу ни православный. Я атеист, так что все его расчеты прикинуться мудрым батюшкой и начать мне х*й в уши выкручивать на религиозной волне, не позволю. И сразу дам ему это понять.

Он нахмурился и взглянул мне прямо в глаза. Я почувствовал, как что-то давит на меня, пытается заставить смирить тон, подавить… «Ах ты ссука, Волю задействовать решил!» — понял я.

Это он зря, я в такие игры теперь тоже играть умею. Напрягаю свою Волю, давлю в ответ. Мужик напрягся, встал в боевую стойку, перехватил поудобнее молот, но дёргаться не стал, видно, такая поза ему помогает сосредоточиться. Меж нами повисло напряжение, я тоже сосредоточился, чувствуя, как между нами повисло хрупкое равновесие. Собравшись, увеличиваю напор, от нашего противостояния воздух в зале слегка загудел, присутствующие слегка морщатся. Я медленно, но уверенно начинаю его продавливать, тот начинает рычать, но не может меня остановить. Раздается звонкий хлопок, он делает шаг назад. Всё, я победил.

— Не «сын мой», а Руслан, — повторяю я в образовавшейся тишине. Его сопровождающие удивлённо смотрят на меня, видно, не ожидали, что я могу передавить их лидера. — Либо говори, зачем пришёл, либо проваливай. Ты не у себя дома, и терпеть твои выходки я не собираюсь. Ещё раз такое попытаешься у нас такое выкинуть — вышвырну всех троих отсюда. И поверь, я справлюсь с этим один.

Тот настороженно и со злобой смотрит на меня. Видно, получив Отрицательную Волю, стал считать себя первым парнем на деревне, решил, что он уникален. А вот хрен.

— Простите, уважаемый Руслан, — заговорила единственная среди них женщина. — Мы, действительно, не с того начали. Отец Кирилл хотел…

— Мы хотим заключить союз, — перебил её Кирилл. Женщина сразу смолкла. — Пернатые твари скапливаются в паре километров от нас, за мкадом, в лесопарке. Они скоро перейдут в наступление, мы хотим объединить усилия. Если падем мы, следующий удар придется на вас.

Что-то такое я слышал. Помочь им, конечно, необходимо, но не просто так. Что там птицы делать будут после победы над Хоффом, ещё бабка надвое сказала, но вероятность стать следующей целью действительно велика. Но такие решения я действительно не могу принимать один.

— Приходи завтра. Мы действительно не можем дать тебе ответ сейчас, в таком составе. Требуется обсудить это полным руководящим составом. Сам понимаешь, ответственность велика.

— Мы говорим о борьбе с тварями, что питаются родом людским! — закипел он. — О врагах рода людского, порождениях Сатаны! Каждый день промедления может стать решающим, они могут начать атаку в любую минуту! Погибнут сотни людей, возможно, тысячи! И зная это, ты говоришь мне приходить завтра?!

И снова он начал выпускать Волю. Только в этот раз это было явно непроизвольно, негативного воздействия она сейчас не несла, просто придавала чуть больший вес словам святоши. Но пора заканчивать этот балаган.

— Да, святоша, именно так. Потому что здесь мои люди, ответственность за которых я взял на себя, и только потому, что ты, брызгая слюной пополам с пафосом, требуешь от меня спасти ваши шкуры, я их под удар ставить не намерен, — холодно осадил его я. — Мои бойцы и жители Гранда мне дороже, чем ты и твои товарищи. И учти — даже если мы решим вам помочь, это не будет бесплатно. А теперь убирайся!

Под конец я уже вышел из-за стола и стоял перед ним. Моё двухклинковое оружие было уже в руках, и я готов был силой вышвырнуть эту троицу.

Отец Кирилл выглядел так, будто вот-вот сорвётся, его товарищи, куда более адекватные, судя по всему, обеспокоенно поглядывали на него. Тот сжал рукоять молота так, что кожа перчаток жалобно заскрипела, лицо перекосило от ярости. И как он сумел обуздать себя и получить Отрицательную Волю? Только диву даюсь.

Надо отдать ему должное, он быстро взял себя в руки.

— Хорошо. Я приду за вашим ответом завтра. Во сколько вы будете готовы его озвучить? — мрачно уточнил он.

— Приходи завтра к одиннадцати. И возьми с собой вашего лидера — ответил я. — Нам нужно будет обсудить с ним условия сделки. Передай ему, что без этого переговоров не будет.

Не сказав ни слова, он резко отвернулся и пошёл на выход. Мужичок «чудотворец» сразу засеменил за ним, лишь Анастасия с извиняющимся выражением лица коротко поклонилась нам, прежде чем уйти. Ну, хоть один адекватный человек в их отряде нашёлся.

— Что думаете? — спросил я, возвращаясь на место и складывая оружие.

— Что проблемы индейцев шерифа не е**т, — пожал плечами Расул. — У нас всё только начало более менее организовываться, нехватало нам сейчас в какое-то побоище лезть. Я вчера в рейде столкнулся с одним из их отрядов. Они сажают на колья мусульман, мусульманок насилуют толпой на месте и потом уводят к себе. Мужчин христиан уводят, не спрашивая согласия. К нам вчера парочка перебежала, мужик с девкой. Рассказывает, что там всем заправляет магистр Филарет и пятеро командоров. Схему иерархии слизали со средневековых рыцарских орденов, только некоторые звания под себя переработали. У них там полный мрак — гаремы из «неверных» и для мужчин, и для женщин, из всех неправославных. Отбирают самых привлекательных. Где-то разграбили аптеки и варят амфетамин, выдают бойцам. И хоть звучит мерзко, но к ним многие идут. Бойцов там привечают и для них там все условия. Захотел — пошёл трахнул в кого-нибудь из общего гарема, если ты сильный боец или командир отряда — у тебя свои бабы есть. Люди, мусульмане и из других конфессий, сами начинают принимать православие, что бы стать бойцами, — презрительно скривился Расул. Видно было, что дагестанец презирает подобных перебежчиков. — Большинству нравится их порядки. И это только первая неделя Апокалипсиса.

Повисла тишина. Каждый думал о своём. Незнаю, как остальным, но мне такое положение дел чем-то особенным не казалось. Я точно знал, что бойцы из моего отряда сегодня ходили развлекаться «в народ», как они выразились. Невольно услышав своим обостренным слухом начало разговора, прислушавшись, я узнал, что, оказывается, в Гранде уже появился свой первый бордель. И принадлежал он, оказывается, Алёне. Услуги жриц любви там оплачивались просто — три банки консервов, рыбных или мясных, да упаковку любой крупы, и час любви тебе обеспечен. Принималась не только пища, бойцы, охраняющие бордель, готовы были принять вообще любую ценность — от патронов и предметов экипировки до прокладок и аспирина. Молодец девка, первая догадалась возглавить пьянку, которую не выйдет остановить.

— Ладно, если хотите — обсуждайте тут всё. Я пойду к себе, подумаю. Алёна, ты со мной?

Алёна, видимо, тоже была не прочь со мной подумать. Спустившись ко мне и едва закрыв дверь, я сразу грубо уткнул девушку лицом в стену, и, задрав юбку и порвав ей трусики, начал в неё «думать». И за такими размышлениями я планировал дождаться вечернего Совета. В конце концов, надо развлекаться, пока есть время и возможности — помереть можно в любой момент.

Глава 15. Вассалы

Когда-то я слышал, что жертва и садист могут чувствовать друг-друга независимо от тех масок, что они носят в обществе. И что их влечет друг к другу с такой силой, что помешать этому не способны ни нормы морали, ни строгие запреты, ни даже опасность, что таится в подобной связи.

Так ли это на самом деле, я не знаю. Но кое-какие основания начать в это верить давала мне лежащая сейчас у моих ног девушка. В целом, и до моей встречи с ней, я любил жёсткий секс и был грубоват в постели. Но с ней это обретало такой размах, что я понимал — это уже за пределами любых норм. Всё же случившееся в ту ночь, когда я обрёл Отрицательную Волю, многое во мне изменило. Я стал жёстче, темные стороны моего характера усилились, но одновременно с этим я постепенно обретал над ними контроль. Это была скользкая дорожка, что сулила мне многое, но и риск был соответствующий — я видел на примере Карины, к чему это может привести. Не подпитываясь от меня, девушка просто окончательно поедет ковшей.

С Алёной всё было иначе. Я подозреваю, что она и сама овладела Волей, просто не выдает себя. Наши же отношения… Я вёл себя с ней так, будто она вещь, причем вещь, которую не слишком и жалко сломать в процессе игр. И то, как она радостно на это реагировала, отдавая всю себя во время секса, меня начинало слегка пугать. При этом я уверен, что никакой любовью и возвышенными чувствами между нами не даже не пахло.

Блаженно улыбающаяся разбитыми губами и восторженно глядящая на меня покрасневшими, опухшим и слезящимися глазами Алёна была похожа в эти мгновения на сумасшедшую. Её тело было вновь покрыто синяками, причем в куда большем количестве, чем после нашей первой ночи, волосы всклочены и спутаны, идеальное тело дрожало, причем явно не от холода — температура в плюс десять градусов была неспособна доставить серьезные неудобства человеку с выносливостью больше десяти. А судя по тому, что уже сегодня на Алёне, когда я срывал с неё одежду, не было ни одного синяка, что я оставил прежде — с выносливостью у неё дела обстояли куда лучше, чем просто десять очков.

— Слушай, а что за история с борделем? Слышал, что ты там девок за еду и прочее в аренду отдаёшь. Выгодно хоть? — поинтересовался я.

— Не-а. Пока больше возни с ним, чем выхлопа. Еду туда только бойцы несут, а они и сами могут бесплатно пойти и кого-нибудь выдрать из местных голодранцев, так что, как ты понимаешь, особо они туда не рвутся. Только моралисты, которые никого заставлять не хотят. Пока много проблем с контролем, а единственное, что попалось стоящее — обойма патронов к калалашу, — промурлыкала она, тяжело дыша. — Но я уверена, это только пока. Я намерена основательно взяться за это дело. Уверена, скоро мы очистим приличный кусок города и наведём там порядок. Вот тогда мои бордели и выстрелят. Разберемся с электроэнергией и водоснабжением, выбью себе под заведение какое-нибудь здание и устрою там бар, казино, стриптиз и бордель разом. Вот тогда и будет толк. А сейчас так, тренируюсь и делаю себе рекламу. Считай, на перспективу работаю. Да и остальные начинают задумываться над тем, что делать дальше, когда мы расширимся. Личная сила и бойцы — это хорошо, но только этого в будущем может оказаться мало.

— Ну да, такими темпами скоро и валюта появится, — протянул я. — Причем, скорее всего, самой системой и предложенная. А деньги, как известно — это кровь любой военной машины. А ты предусмотрительная сучка.

— Ты мне льстишь, красавчик. Давай ты лучше продолжишь на том, на чём мы остановились? Ты вроде порывался меня задушить окончательно, вдавив лицом в этот милый диван и…

Тут входная дверь распахнулась от мощного пинка и на пороге показалась сияющая Карина. Девушка выглядела так, будто её кто-то сожрал, но она вырезала себе путь наружу мечом — вся покрытая кровью, без одной берцы и в порванным платьем, жалкие огрызки которого уже не способны были закрыть даже края чулков.

— Категорически приветствую, мой господин, — задорно и насмешливо поклонилась она. — Тебя приветствую тоже, красавица. Классные ножки, кстати, надо будет с тобой как нибудь вечерком выпить да пообщаться. Ты же не против? Вот и ладненько, — протараторила она, и, не дожидаясь ответа, повернулась ко мне. — Там, на пороге, посыльный мнется, боится отвлечь твой член от её дырки. Пока вы развлекались, народ вернуться успел. Вас на собрании ждут.

— А тебя кто умудрился сожрать и высрать? — поинтересовался я, улыбаясь. Выглядела она действительно забавно. — Как погуляли? Цел Витя?

— Витя теперь у меня не абы кто, а Виктор Павлович, видный молодой человек аж тридцатого уровня, с выносливостью в 44 единицы. — гордо подняла она указательный палец. — Так что на твоём месте я бы напряглась, скоро он тебя может и подвинуть в очередности к моей кровати.

— Думаю, я как-то переживу эту потерю, — со смехом ответил я. — Вот только зачем ты его столько очков в выносливость вложить заставила? Из него на одной выносливости ничего путного не выйдет.

— Я сама его от кого угодно смогу защитить, если понадобится. Его задача — радовать меня. Да и вообще — он по двадцать очков ещё в силу с ловкостью кинул и десять в реакцию. Сейчас я его ещё мечом и щитом научу работать, без всяких навыков кому угодно проблем доставит. Сейчас ещё пассивок ему найду, до тридцати силу с ловкостью и реакцию добьём, а дальше будет дух качать. Правда, он у меня хорошенький выходит?

«А ведь пацану повезло» — понял я. Что бы кто не говорил, а Карина к нему привязана. Да, качает она его очень криво, заставляет вкладывать очки лишь в то, что в первую очередь принесёт толк в кровати. Да, она любит его любовью хозяйки к красивому щеночку, но без неё, его тупо убила бы либо та толстуха, либо он до сих пор прозябал бы в третьем классе. А так, будет держаться моей нимфоманки — и она его паровозом по уровням протащит, до пятидесятого минимум. После пятидесятого качаться в пати становилось малоэффективно, по крайней мере с теми, кто ниже этого уровня. Выше пятидесятого, в случае, если, если монстра убивал высокоуровенным, девяносто процентов опыта уходило ему. А каждый раз только ранить, что бы твои товарищи могли добить, не выходило — это не компьютерная игра, тут, если ослабить бдительность, тебя и низкоуровенный монстр сгрызть может. Представляю, каких трудов ей стоило сделать так, что бы пацан до тридцатого за день поднялся — такое под силу только ей, с энергией меча. Остальные так не смогли бы — духа не хватит. В такие моменты начинаешь ещё больше ценить это чудовище в рваном платье.

Одевшись, наконец, мы с Алёной пошли на совет. Девушка натянула выуженную откуда-то бейсболку, натянув козырек на глаза. Опухоль с губ сходила на глазах. Всё же выносливость творила чудеса.

На совете первым делом подняли тему помощи Хоффу.

— Я не вижу ничего такого, что они могли бы нам дать в обмен на помощь, — сказал Антон. — Припасы у нас есть, навыков тоже хватает. Что они вообще могут нам ещё дать? Денег? Несмешно. Да и вообще, насколько я понял ваш рассказ, они хотят вообще за просто так нас в это втянуть. Я против.

— В целом, я с тобой согласна, — мягко улыбнулась любовнику Ольга. — Но после того, как птицы перебьют святош, мы — следующие. Глупо упускать эту угрозу из виду. А справиться с ними совместно будет куда проще.

— Но ведь можно просто добить ослабленных боем птиц. Собраться в момент начала битвы в крайнем корпусе, от него до здания Хоффа — метров сто, считай, наше бывшее КПП пройти да дорогу перемахнуть, а у них с той стороны вообще забор снесён. Одна атака в нужный момент — и мы на коне. — сказал Расул.

— Можно и так сделать, конечно, — протянул я. — Но…

Договорить я не успел. Внезапно пришло сообщение от системы. И если обычные сообщения приходили, скажем так, в фоновом режиме — захотел посмотреть сразу, оно разворачивается, занят — подождёт, пока не вспомнишь о нём, то это настойчиво маячило перед глазами. Разворачиваю.

Внимание! Система настойчиво рекомендует предложить общине «Орден архангела Михаила» принять вассалитет. В случае, если одно общество попадает в вассальную зависимость от другого, между ними образуются следующие обязательства:

Обязанности вассала:

Вассальный налог — форма регулярных выплат со стороны вассальной общины, выплачеваемая определенным количеством оговоренных договором товаров. В будущем, при появлении устойчивой и распространенной валюты, выплата товарами может быть пересмотрена. Размер налога не может превышать трети дохода вассала. Так же это касается опыта общины. Часть опыта, добываемого общиной вассалом, идёт общине сюзерену. Количество опыта варьируется от пяти до тридцати трёх процентов, в зависимости от заключённого договора.

Вассальный долг — по требованию сюзерена вассал обязан выделить от десяти до тридцати трёх процентов всех имеющихся у него военных сил, процент определяется условиями договора.

Вассальная политика — вассал не имеет права иметь союзных и торговых отношений с группировками, с которыми у его сюзерена идёт война.

Обязанности сюзерена:

Сюзерен не имеет права вмешиваться во внутреннюю политику своего вассала, кроме случаев, когда о данном вмешательстве просит сам вассал.

Сюзерен обязан поддерживать вассала в случае его военного конфликта с третьей стороной, но лишь в том случае, если зачинщик конфликта — противоборствующая сторона. В обратной ситуации, решение о вмешательстве принимает сам сюзерен.

Сюзерен не может запретить торговых и военных союзов вассалу с третьими сторонами, если те не находятся с ним в конфликте. В случае, если такой конфликт возникает, вассал может продолжить торговлю, но военный союз, если таковой имеет место быть, должен быть расторгнут.

Условия вассального договора касательно количества налога и количества выставляемых вассалом бойцов может быть пересмотрено, но лишь в двустороннем порядке.

Гарантом выполнения сторонами взятых на себя обязательств выступает Система. В случае, если одна из сторон нарушит данное соглашение, Система берёт на себя ответственность за наказание нарушителя. Система строго предупреждает, что гарантирует уничтожение фракции, предавшей её доверие, и уничтожения большинства её членов, в первую очередь тех, кто непосредственно участвовал в его нарушении, и лидеров фракции-нарушителя. Вассальный договор может быть расторгнут, но сторона, желающая расторжения, должна известить об этом вторую сторону посредством Системы. С момента извещения должно будет пройти тридцать суток, в течении которых обе стороны обязаны выполнять все обязательства по вассальному договору. На тридцать первые сутки договор будет считаться аннулированным. Сторона, инициировавшая расторжение, должна будет выплатить штраф, размер которого определит сама система. На выплату штрафа будет предоставлено до пятнадцати суток. В случае невыплаты штрафа, последуют санкции со стороны Системы.

После данного сообщения вопросы, что потребовать за свою помощь, отпали. Остался вопрос, нужно ли нам это вообще, но после того, как Володя уточнил, точно ли желающие готовы проигнорировать столь толстый намёк со стороны Системы о том, что она заинтересована в данном событии, этот вопрос тоже решился сам по себе.

Завтра было решено не идти в рейды. Судя по всему, битва за Хофф могла начаться в любой момент, поэтому войска решили держать собранными в кулак.

Как выяснилось, сегодня было добыто чуть больше сотни навыков низшего ранга. На битву с птицами было решено брать лишь тех, кто имел активные навыки, ибо возможности сойтись в ближнем бою могло и не представится, а терять людей попусту не было смысла. Пусть уж роль мясного щита на себя возьмёт пушечное мясо из ордена.

На следующий день явился и магистр ордена, с охраной из двух десятков бойцов. Отец Кирилл был с ним же. Судя по всему, у этого гиганта были весьма натянутые отношения с лидером своей фракции, и тот не решился оставлять его на базе без пригляда.

Сам Филарет впечатления грозного бойца не производил. Это был толстый, невысокий человек, с жидкой бороденкой и неприятным, мертвым взглядом светло-серых глаз. На нём был комплект отличной брони низшего ранга. Даже я носил лишь панцирь этого комплекта, но у толстяка же весь набор, включая нелепо смотрящийся на нем конический шлем, был низкого ранга. Оружием ему служили автомат и висящий на поясе макаров. Честно говоря, глядя на этого человека, мне стал куда симпатичнее отец Кирилл. Несмотря на нашу с ним первую стычку и его грубый нрав, Кирилл производил впечатление человека, которому можно доверить спину в бою. Такой, если решит тебя убить, попрет напролом, не выжидая момента, когда ты расслабишься. Если честно, такой священник мне нравился куда больше, чем его куда более высокопоставленный тёзка, руливший в своё время РПЦ.

Филарет был другим. Он был хитрым и изворотливым змеем, который везде искал свою выгоду и стремился поиметь максимум возможного из своего партнёра, дав тому при этом предельный минимум. Типичный делец, он был бы хорош, иди речь о торговле, неплох, наверное, и в политике. Но руководить общиной во времена Апокалипсиса… Ну не знаю.

— Вчера нам пришло сообщение от системы, — начал Володя после обмена любезностями. — В нём она уведомила нас, что она готова подвердить между нашими сообществами вассальный договор в обмен на нашу помощь в вашей войне. Мы хотели бы обсудить с вами размеры налога, который вы готовы нам платить. Предупреждая возможное возмущение, — повысил он голос, увидев вскинувшегося было возмущённо Кирилла. — Ни о какой помощи с нашей стороны, в случае отказа от вассалитета, речи быть не может. Не согласны — деритесь в гордом одиночестве. И, отец Филарет, я искренне надеюсь, что вы не будете сейчас пытаться нас убедить оказать вам помощь лишь из христианской любви и потому, что так завещал Христос. Мы уже наслышаны о ваших внутренних порядках.

Мы действительно вчера подробно допросили перебежчиков из Хоффа, что были с Расулом. И они подтвердили всё им сказанное.

Филарет задумчиво пожевал губами, и взмахом руки заткнув порывающегося что-то сказать Кирилла, ответил:

— Мы согласны. Насколько я понял, по договору мы будем обязаны выставлять по первому вашему требованию до трети наших военных сил. Предлагаю по этому пункту определить пятнадцать процентов наших бойцов как верхний лимит выделяемых сил. В связи с этим, предлагаю ограничить выплаты налогов десятью процентами от имеющихся у нас запасов провизии и амфитамина. Так же готовы отдавать часть налога рабами для утех из числа захваченных нами безбожников.

Тут начались торги. В этом во всей красе себя неожиданно показали Дарья, Ольга и Дмитрий. Если честно, я даже не подозревал, что эта четвёрка так развернётся. Филарет был хорош. Он стойко держал оборону, приводил доводы и взывал к справедливости, сетовал на сложную ситуацию и приводил множество путаных аргументов в пользу того, что и предложенные им изначально цифры — уже много.

Но троица наших торгашей была неумолима, подобно пираньям, почуявшим свежую кровь. Вцепившись в святого отца, и так практически загнанного в угол ситуацией, бульдожьей хваткой, они выжали из него двадцати процентный военный контингент, такой же процент в налогах и двадцать пять процентов общинного опыта.

Конечно, можно было бы постараться выжать максимум. Но это было уже рискованно — в конце концов, орденцы могли просто плюнуть на всё и бросить здание. Жизнь дороже, а устроится на новом месте им было бы проще, чем попадать к нам в полную кабалу или самостоятельно воевать с воробьями. Под конец торгов Филарет и так сидел с таким видом, будто готов махнуть на всё рукой и уйти.

От меня с Володей потребовалось, призвав Систему, проговорить все обязательства Гранда по заключенному соглашению, от Филарета — озвучить обязательства со стороны ордена.

Поздравляем! Вы заключили договор с Орденом архангела Михаила, приняв его в свои вассалы! Анклав Гранд получает 30000 тысяч единиц опыта в качестве бонуса от Системы!

Анклав сразу проскочил на третий уровень. Открылось меню возможностей.

Теперь раз в сутки можно было призвать благословение системы, что увеличивало на десять миут все характеристики призвавшего на пять процентов. Доступно оно было, правда, лишь жителям первого класса и выше, но сам факт того, что появилась такая возможность, говорил о многом! Значит, с повышением уровня общины действительно будут появляться и другие бонусы, теорию можно считать подтвержденной. Развитие анклава теперь нужно было ставить во главу угла. А вспоминая начало апокалипсиса, десятый уровень должен был открыть что-то действительно стоящее.

Сейчас, для перехода на четвёртый уровень, требовалось сорок тысяч единиц опыта. Две с половиной уже было, это был опыт, полученный за два дня рейдов. Тридцати тысяч единиц опыта хватило ровно на достижение третьего уровня, следовательно, каждый последующий уровень потребует удвоенного количества по сравнению с предыдущим. Не быстрое дело, но мы справимся.

В это время снизу вбежал боец и сообщил:

— Птицы летят!

Ну что ж, видно, самое время выполнить долг сюзерена и заработать немного опыта себе и анклаву. Заодно и посмотрим, как там новый бафф работает.

Глава 16. Битва за Хофф. Часть 1

Как оказалось, птицы ещё только начали кружить над зданием Хоффа. База ордена имела форму высокого, обшитого панелями квадрата в пять этажей высотой. Бежать от центрального корпуса Гранда, где заключался договор, до здания ордена было не больше десяти минут, но проблема заключалась в том, что нам требовалось ещё мобилизовать отряды и ополчение, прежде чем выдвинуться.

— Кир, ваши продержатся пол часа? У вас там как, к обороне всё готово? — обратился я к командору. Время мира вышло, так что общаться я сейчас предпочитал с человеком, что внушал мне больше доверия, как воин.

— Мы продержимся и больше. В здание тварям не влететь, так что им придётся ломится, разрушая крышу навыками. Но если дать им загнать нас внутрь здания, они его просто обрушат его нам на голову. Мы укрепили крышу, основные силы у нас будут там.

— Значит, часть тварей будет пробовать пробиваться через стены пятого этажа, разрушая их. — сказал я. — Берите людей, защищайте крышу, мы через пол часа выйдем всеми силами. Других идей нет.

Он понимал, что идей получше сейчас нет, и что бежать прямо сейчас, не собрав силы в кулак, не имеет смысла. С ним ушло ещё пятеро бойцов, остальные остались с Филаретом, заявившим, что останется с нами, дабы благословить на ратный подвиг во имя Господне наших бойцов. И судя по его кислой физиономии, благословлять он намеревался с как можно большего расстояния от сражения.

У нас не было тактики на этот бой. У птиц было огромное преимущество на открытом пространстве, за счёт их маневренности в воздухе, но был и обнадёживающий момент — для атаки навыками им было необходимо сблизиться хоть на пол сотни метров, дальше навыки низшего ранга не били. У навыков низкого ранга дистанция была метров восемьдесят. Дальность навыков среднего ранга никто не замерял, но их обладателей там вряд-ли будет много. Большая часть имеющихся навыков у них, надеюсь, именно таких рангов. Я помню сражение ворон с голубями, там, хоть сражение и происходило довольно высоко в небе, но твари атаковали друг друга в ближнем бою, развитых существ с навыками было не так много. Самое главное — что бы у врага небыло никого уровня вороньего вождя. Боюсь, та ультимативная атака, что мы видели, способна похоронить половину нашей армии. У нас просто не было ничего, что можно противопоставить такой мощи.

С другой стороны, в минус нам играл и тот факт, что масштабируемые навыки, что мой, что Карины, были бесполезны. Сильные враги вряд-ли сунутся в радиус их поражения.

Наконец, наше войско было собрано. Всего набралось, как и в прошлый раз, около пяти сотен бойцов. Но в отличии от прошлого раза, основную массу составляли три с половиной сотни бойцов из наших личных отрядов. Не все из них были жителями первого класса, кстати. Оказалось, что первым классом считались лишь люди выше 23 уровня, а второй класс начинался с десятого. Эх, начнись эта заварушка хоть на дня четыре позже, мы бы, наверное, и вдвое больше народу сумели бы выставить. Сейчас, когда мы набрали силу, до десятого-пятнадцатого уровня народ несложно прокачать. Крыс меньше не становилось, твари как будто не замечали потерь, и при этом были слабейшими обитателями улиц.

Но воробьи не дали нам этих пары дней, поэтому выставить массу слабаков со слабыми навыками, что давили б массой, мы не могли. Потому пришлось идти теми силами, что есть.

Мы постарались расставить людей так, что бы бойцы с навыком защитного барьера накрывали как можно большее количество народу. Я, Володя и Карина составляли сегодня резерв — нашей задачей было стать тем козырем, что переломит ход битвы в нужный момент.

Зрелище битвы за цитадель ордена выглядело впечатляюще. Огромная стая птиц, тысячи в четыре особей, хаотично обстреливали крышу здания, где расположились несколько сотен бойцов Ордена. Птицы старались держаться в недосягаемости от атак людей, снижаясь лишь для атаки навыками.

И, надо сказать, хоть я и не знаю, как было с этим вначале боя, может, эта тактика и приносила свои плоды, но сейчас птицы лишь теряли своих бойцов. На каждого снизившегося пернатого тут же нацеливалось минимум три бойца ордена. Если это и было попыткой заставить Орден растратить силы в панике, она явно провалилась. Кто бы сейчас не руководил обороной Ордена, он делал это весьма грамотно. Хотя, кого я обманываю — я догадывался, кто именно ею руководил.

К моменту, когда мы построились, командующий птицами, видно, пришел к тем же выводам, что и я — битвы на истощение не выйдет, они так раньше всех сильных членов стаи потеряют, чем люди выдохнутся.

На нас тоже обратили внимание. Стая резко пошла на снижение, рассредоточились. Вели птиц в атаку особи, обладающие защитным барьером, за каждой из таких птиц построились десятки птиц послабее. Я насчитал десятка полтора вожаков и трёх командиров.

Основной удар пришелся на крышу, но смотреть, что там происходит, времени у нас не было. Я снёс молнией барьер одного из вожаков, твари пятьдесят четвёртого уровня. В него и его группу сопровождения тут же ударили навыки наших бойцов, и если сам вожак, покрывшись личной защитой, отлетел в задние ряды, то его свита изрядно пострадала.

Обе стороны щедро расходовали навыки, летели сотни сосулек, молний, огненных шаров и стрел, мелькали водяные плети и лезвия воздуха с разрезами ветра. Наша троица, стоящая в задних рядах, под прикрытием аж пяти человек с барьерами, пока не участвовала в бою, ограничившись посланной мной молнией. С нами было около трёх десятков сильных бойцов — резерв.

Пока бой выходил в нашу пользу. Не понимаю, на что они рассчитывали? Если так пойдет и дальше, мы просто перебьем тварей. Наши барьеры неплохо держали удары навыков, влетающие в зазоры некрупные твари не имели шансов — мечи против них годились плохо, но у нас хватало и иного системного оружия — копья, пики, гизармы и алебарды неплохо работали против птиц, пытающихся проскочить между узких полос свободного пространства между барьерами. Конечно, были случаи, когда пробитый барьер было некому восстановить, немало было и тех, кого вообще некому было прикрыть, но тем не менее — мы быстро и уверенно перемалывали пытавшихся навалиться на нас тварей.

Интуиция не давала мне покоя. Меня терзали какие-то мрачные предчувствия, всё шло слишком хорошо. Да, если так дело продолжиться, мы просто перемелем всё пернатое воинство, а затем, поднявшись на крышу, спокойной прикончим всех, кто решит продолжить бой. Не на такое я рассчитывал, когда думал о том, с чем придется иметь дело. Я ожидал яростной битвы на пределе возможностей, а получил почти рядовой выход в рейд, с разницей лишь в масштабах. Мы отвлекли на себя около трети вражеских сил, но посланы они были явно на убой, тут в основном были слабые, низкоуровенные монстры, большинство даже без навыков. Из элиты — всего несколько вожаков и один командир 59 уровня, который пока даже в бой не лез. Что это? Попытка отвлечь внимание? Но зачем? Это просто бессмысленно, было очевидно, что наш отряд сильнее того, что на крыше, так нас было не задержать на достаточное для победы время. Или я просто переоценил интеллект тварей?

И тут всё встало на свои места. К нам во фланги устремились орды крыс! Тысячи тварей, среди которых был с десяток командиров, бежали с двух сторон. С тыла они ударить не могли, там стоял крайний корпус Гранда. Так вот чего они добивались! Это действительно был отвлекающий маневр, просто мы неправильно поняли его значение. Отвлекали нас не столько для того, что бы побыстрее закончить наверху, основной целью было дать время их хвостатым союзникам зайти нам во фланги и приблизиться на достаточную дистанцию для атаки! И теперь пытаться отступить было поздно, твари стремительно смыкали кольцо, ведь пока мы громили воробьев, наше войско отдалились от спасительного входа в Гранд. И теперь нам за это придется платить.

Вот теперь нас ожидает та самая битва на пределе возможностей.

— Нужно выиграть время, что бы перестроиться, — перекрикивая шум битвы, проорал я. — Володя, займись этим! Карина, мы с тобой отвлечем их внимание! И экономь дух! Парни, вы нас прикроете!

Володя побежал в толпу, заставлять людей перестроится. Мы с Кариной и тремя десятками бойцов резерва повернулись к левому флангу, крысы там уже преодолевали последние сто метров до нас. С правого фланга тварям было бежать ещё метров восемьсот, там было длинное пустое пространство, шанса подобраться незамеченными близко у них там не было, надеюсь, наши успеют.

Основная масса крыс бежала по асфальтированной дороге, между разбитых машин. Самые крупные особи прыгали прямо по ним. Справа и слева от дороги был кювет, твари бежали и там, но в целом нам повезло — это был не широкий фронт, на котором тварям легко реализовать своё численное преимущество. Приняв бой здесь, не давая им выйти на оперативный простор, мы могли небольшим отрядом на некоторое время устроить тут Фермопилы — только, надеюсь, всё кончится для нас не так, как для Леонида.

Я бросаюсь вперёд, сбоку и чуть позади меня Карина, метрах в шести. Мы с ней уже отработали в совместном рейде эту схему — я врываюсь первым, уничтожая основную часть мелочи, она же берет на себя всех, кто останется и выцеливает особенно опасных тварей.

Вал тварей врезается в меня, но вспыхнувший огнём плащ сразу начинает жечь окружающую меня мелочь. Я думал, что сегодня, в бою с птицами, он не сыграет большой роли, однако судьба распорядилась иначе. За эти дни плащ стал куда могущественнее, теперь мелочевка погибала в считанные секунды, тварям без личной защиты или барьера было нечего ловить в ближнем бою со мной.

Но крысы сумели удивить. Видимо, я у них уже пользовался дурной славой, и меры противодействия конкретно мне уже успели придумать.

Я врезался в барьер, с боков и с тыла мгновенно появилось ещё три, в меня полетели навыки. От части я уклонился, часть приняла личная защита, но долго так продолжаться не могло, ещё несколько десятков секунд и меня завалит шквал атак.

И тут до меня дошло. Идиот! Я же теперь в разы сильнее и выносливее себя прежнего! Так почему я до сих мыслю старыми критериями? Я ведь могу просто перемахнуть через него!

Обновляю защиту, прыгаю на стоящий сзади барьер, и, до того, как сила тяжести увлекла меня обратно на землю, мощно отталкиваюсь правой ногой от преграды, использовав её как опору. Легко перелетаю передний барьер и падаю прямо на спину крысиному вожаку, явно не ожидавшему такой подставы. Тварь верещит и вспыхивает, я для надёжности пронзаю её череп одним из лезвий своего оружия, и иду дальше. Мне приходится начинать хаотично метаться из стороны в сторону, что бы не попасть в ловушку вновь. Тот десяток секунд, что я провёл в ней, сожрали четверть моего резерва, больше так подставляться нельзя.

Конечно, в одиночку весь этот поток мне не перекрыть. Но на это я и не рассчитывал. Самые слабые твари погибали или калечились от нескольких секунд под моим плащом, те, что умудрялись проскочить, имели дело с Кариной, а уж самых везучих добивал отряд позади нас. Мы выиграли уже минуты четыре времени, на узкой, тридцати метровой в ширину полосе дороги я был настоящим богом смерти для тварей. Однако долго так продолжаться не могло.

Передо мной предстало разом три крысиных командира. Видимо, тварям надоело терять свою пехоту, разменивая её только на мои запасы энергии. Я замер, внимательно наблюдая за тварями. Я был куда сильнее, чем тогда, при первой схватке с тварью их статуса. Сегодня я бы размазал того крысиного командира секунд за пять, не больше. Удар молнией быстро поставил бы точку в нашем поединке, но сегодня их было трое, и все трое были выше шестидесятого уровня. 64, 66 и 70. Особенно внушала опасения последняя тварь.

Крысы низких уровней обходили нас стороной, но вот за спинами тварей начали скапливаться вожаки и крысы тридцатых уровней. «Если они сейчас ударят, мне конец!» — понял я.

И я ударил первым, метнув молнию в главную из крыс, и запрыгнул на стоящую рядом, с левой стороны перевёрнутую легковушку. Оттолкнувшись от неё, я длинным прыжком попытался войти в тыл тварям, одновременно с изумлением наблюдая, как моя молния бессильно стекает от барьера, выставленного кем-то из вожаков. Навык отличался от тех, что я видел прежде, он охватывал территорию вдвое большую, чем чем стандартный, а так же имел серый оттенок, а не синий. «Вот и барьеры среднего уровня появились» — обречённо подумал я.

Читая всё это, может показаться, что прошли минуты с начала моего прыжка, но всё это произошло, пока я ещё был в воздухе. Мой главный козырь, навык среднего ранга, был играючи бит, я сам находился в воздухе и летел в тыл этой троице, вот только хаоса, который я рассчитывал вызвать мгновенной гибелью одной из троицы главных тварей, там не было и в помине. И летел я прямиком в объятия своей смерти.

Положение спасла Карина, просто перепрыгнувшая выставленный барьер и фурией обрушившаяся на крайнюю справа тварь. Ее лезвие бури отсекло успевшей среагировать крысе одну из передних лап вместо головы. Монстр заверещал от боли, подавшись назад, внимание командиров было отвлечено на новую угрозу.

Однако не все отвлеклись но мою прекрасную и безбашенную валькирию. Вожаки и обычные высокоуровенные твари метнули в меня навыки, играючи сметя барьер и опрокинув меня обратно на машину.

Я вскочил на ноги и рванул к Карине. Рациональная часть меня шептала, что нужно уносить ноги, пока девушка отвлекла от меня внимание, что свою задачу мы даже перевыполнили и выиграли более чем достаточно времени, а потери в бою неизбежны.

Но я не поддался своей тьме. Мои страхи не будут мной управлять! Я не герой и не альтруист, не стану, как многие, оправдывать себя фразами о том, что я собственник, и полез её спасать лишь от того, что записал её в своё имущество. Не берусь говорить, что делаю это потому, что она моя женщина — уж не это точно, девчонка, надо признать, настоящая ш**ха, готовая переспать с любым, кто ей приглянется. Да и с толпой тоже. Так что и не это.

Можно вспомнить и момент с Юлей и Андреем, когда я в похожей ситуации рискнул собой ради них. Уверен, именно тот мой поступок сделал нас настоящими друзьями, именно из-за того, что я сделал в тот день, они так преданы мне. Но за прошедшие дни я весьма изменился, причем не в лучшую сторону.

Наверное, если быть честным, всё перечисленное выше разом плюс мой страх — вот причина, почему я полез за этой дурой. Спасая Юлю и Андрея, я делал это для того, что бы не потерять самоуважение. Идя сейчас за Кариной, я не думал о самоуважении. Я думал о другом — если я позволю умереть девушке, готовой за меня жизнь отдать, то я потеряю всё, что есть во мне человечного. Пусть не сразу, пусть не сегодня — но назад пути уже не будет. Только что Карина доказала мне, что ей я могу верить окончательно и бесповоротно, во всём. Никто и никогда не ставил ради меня свою жизнь на кон. Даже смешно — первая, кто так поступил — нимфоманка, садомазохистка и маньячка. Иронично, учитывая старую поговорку, скажи мне, кто твой друг — и я скажу, кто ты.

Я выбежал из-за легковушки и увидел битву Карины. В очередном красном платье, в неизменных чулках в сеточку и босиком, она крутилась юлой меж нарирающими на неё тварями. Нечеловеческие скорость и грация, постоянные передвижения и крайне скупые, но очень точные выпады навыками и мечом заставляли крыс в ярости бросаться на юркую девушку. В такой свалке её личная защита годилась лишь на то, что бы не дать прорезаться босым ножкам о разбитые стекла и прочий мусор. Если её хоть раз зацепят, она собьется с ритма, и тогда — конец.

«Ну что, девочка моя, зажжем в этой дыре?» — подумал я с неожиданной для самого себя нежностью.

Глава 17.Битва за Хофф. Часть 2

Твари действовали весьма слаженно. Троица отлично дополняла друг друга, владея тремя видами навыков среднего ранга.

Раненная крыса, что владела барьером, сейчас, с отсеченно лапой, отошла в тыл и прикрывала своим барьером главную из трёх крыс. Та, в свою очередь, владела атакующим скиллом, выглядящим как плевок магмой. Весьма, признаться, впечатляющее зрелище — вытянутый на манер копья с утолщением впереди масса длиной метра четыре и метра полтора в самой толстой части диаметром.

Третья тварь обладала навыком личной среднего ранга, выделяющимся куда более интенсивным свечением, чем наши. Она как раз и билась в ближнем бою, стараясь загнать девушку в угол. Остальные крысы, рассредоточившись полукругом, обстреливали девушку, но, опасаясь задеть одного из своих лидеров, были вынуждены действовать весьма аккуратно.

Лезть сейчас в рукопашную с тварью, что загоняла в угол даже Карину, я не собирался. Нужно было бы, по хорошему, достать тварь с барьером, но с моей стороны её защищал выставленный ею же барьер, как и тварь с атакующим навыком. Можно, конечно, попробовать провернуть тот же номер с перепрыгиванием, что и девушка, но… Я не она, я не вкладывал столько в физические характеристики, да и в этот раз, если тварь попадет в меня магмой, мне однозначно конец. На лету я точно не увернусь, а пока буду брать разбег, меня заметят.

Остаётся только ударить по всякой шушере, что обстреливает её вне барьера, и надеяться, что ей хватит ума дать деру, когда твари отвлекутся. Конечно, очень хотелось бы убить и залутать хоть одну тварь, но не в этот раз. Нам просто не по зубам этот враг, на что-то рассчитывать можно было бы, будь с нами Володя с его ледяным пламенем и отряд прикрытия, но чего нет, того нет.

Всё, пора действовать. Девушка уже полностью ушла в оборону, надолго её не хватит. Атакую ближайшую тварь клинком, резко наношу несколько ударов, бью разрезом ветра, личная защита монстра падает, и он вспыхивает. Бью молнией в напирающую на девушку крысу, та на секунду дёргается и отпрыгивает в испуге, ору изо всех сил:

— Бежим!!!

Не стал ждать её реакцию, всадил в крысу ещё одну молнию и кувырком ушёл от магмового копья. Всё, дело сделано, пора бежать.

Мы несёмся, петляя зигзагами, делая длинные прыжки и перекаты. Наше войско уже втянулось на подземную парковку, лишив птиц возможности атаковать сверху. На наше счастье, парковка была под землёй не в прямом смысле, просто здание было построено так, что первый этаж был открытой парковкой под зданием, сами магазины начинались со второго. Благодаря этому, наши отряды сумели быстро укрыться.

Орден задумывал парковку как первый ярус обороны от наземного врага, поэтому по краям её, там, где заканчивалось нависающие здание магазина, были расставлены автомобили, образуя некое подобие стен. Сейчас эти позиции спешно занимали наши бойцы, а наш отряд прикрытия пробивал нам коридор. Наши атаковали навстречу, помогая пробиться.

Нам удалось. Помятые, попятнанные и побитые, мы с Кариной и отрядом, не понесшим, к счастью, потерь (на них пришлась в основном мелочевка), прорвались к своим.

Крысы сходу пошли в атаку, наваливаясь разом по всему фронту. Полностью выдохшаяся Карина ушла в тыл, собираться с силами. Я тоже устал, но не настолько, что бы совсем уйти с линии столкновения. Многие истощили запасы духа в этой битве, людям требовалось выиграть хоть какое-то время, и сейчас каждый боец, что способен был выиграть это время, был на вес золота.

Атака продолжалась минуты три. Крысиные командиры пока в схватку не лезли, собравшись отдельной кучей, в бой тварей вели вожаки, и мы сумели отбиться.

Судя по звукам, бой наверху всё ещё шёл, и был в самом разгаре. Птицы, потрёпанный нами, улетели обратно наверх, и мы с крысами остались один на один. Твари, отступив из-за радиуса поражения наших навыков, готовились к новой атаке.

Они не дадут нам времени оправиться, это было ясно всем. У них было десять командиров, больше сотни вожаков, мелочи и рядовых крыс с низшими навыками — и вовсе не счесть. Нам просто нечего противопоставить такой мощи, и все это понимали. Я видел, как люди украдкой бросают на меня взгляды, полные тайной надежды. С того дня, когда мы разбили крыс во дворах, я стал чем-то вроде символа нашего могущества, своеобразным знаменем. Учитывая, что мы вновь противостояли именно этим тварям, люди надеялись, что я вновь сумею переломить ход битвы. Вот только у меня пока не было идей, что делать. Хотя одна мысль всё же приходила мне в голову…

— Филарет, у вас здесь есть запасы топлива? — обратился я к совсем унывшему бывшему попу, а ныне магистру целого Ордена.

— А? Что? Топлива? Ну да, есть, но… — вынырнул из своих мыслей тот.

— Бери всех своих охранников, я отправлю с вами ещё десятка два человек, и срочно тащите сюда. И поторопитесь, от этого зависит, выживем ли мы, — не дал я ему пристать с расспросами. — И заклинаю тебя, не задавай лишних вопросов и поспеши! От твоей скорости зависит наше общее выживание!

К чести святоши, он не стал задавать лишних вопросов. Я отправил с ним пару десятков окончательно истощивших дух бойцов, и они бегом рванули на вход. Не знаю, почему медлят крысы, но долго ждать они нас явно не заставят. Бойцы, стоявшие рядом и всё слышавшие, с интересом поглядывали на меня, но вопросы задавать не решались.

Через пару минут прибежали первые бойцы с канистрами.

— Обливайте позиции! Выстойтесь цепью от их склада и передавайте топливо! Зальем всю парковку!

Это был отчаянный ход. Не думаю, что у них так уж много топлива, так что зальем сколько сможем от наших позиций. Я планировал собрать всех перед входом с парковки в здание, залить на сколько хватит горючего остальное пространство и поджечь, когда они нападут. Весь мой расчет строился на инстинктивном страхе тварей перед пожарами. Вряд-ли это сработает против действительно развитых тварей вроде вожаков и командиров, но против большинства могло и помочь.

Топлива, как оказалось, святые отцы запасли с преизлихом. Крайний вход в здание с парковки находился в последней трети помещения, ближе к концу. За три минуты, сотни сверхчеловек, спешащих, как никогда в жизни, оказались способны практически на чудо. Топлива хватило на всю площадку, и даже осталось немало в запасе.

К этому моменту прошло минут шесть с начала передышки. Крысы, наконец, снова пошли в наступление. На этот раз твари, не встретив сопротивления, хлынули настоящим потоком. В основном шла мелочь и рядовые монстры приличных уровней, вожаки и командиры шли в самом конце.

— Надеюсь, мы тут все не задохнемся от дыма и не обгорим. Жар будет страшный, — тихо сказал стоящий рядом со мной Володя.

Что-то я в спешке об этом не подумал. Будет тупо и обидно умереть подобным образом, от своей же ловушки.

— Барьеры проставьте, — сказала на удивление тихая Карина. — Поставьте в форме стены, до потолка. Может, это поможет.

Девушка выглядела не очень. Усталая, с мрачным выражением лица, в рваном платье и без одного чулка, с длинным порезом на бедре и рассеченной скулой, она представляла сейчас жалкое зрелище. Даже безумие, вечно таящееся в глубине её глаз, исчезло, сменившись мрачной решимостью. Ооо, да ладно…

— Поздравляю, — сказал я. — Отрицательная Воля?

— Да, — коротко кивнула она.

Тем временем твари, наконец, достигли нас, врезавшись в барьеры. Пора. Момента лучше уже не будет, их здесь больше тысячи.

Я метнул через головы живого моря, накатившего на нас, молнию в одного из командиров, в того, без одной из лап. К сожалению, тварь была наготове, и барьер погасил мой удар, но свою главную задачу он выполнил.

Это было красивое зрелище. Искры от моего удара попали на залитый бензином пол, и тот вспыхнул. Вы когда-нибудь видели, как загорается бензин, разлитый на асфальте? Если залита большая площадь, огонь не вспыхивает повсюду разом, нет, ему нужно несколько секунд, что бы охватить всю площадь. В нашем случае площадь была преизрядной, но мы, естественно, не ограничились лишь мои ударом.

Всё, кто имел огненные навыки, ударили в толпу. Пламя вспыхнуло, сотни тварей заверещали в ужасе, навыки полетели было в барьеры, но им быстро стало не до нас. Твари горели, метались и гибли, гибли, гибли…

Конечно, вожаков и командиров было не пронять подобными фокусами. Каждая тварь класса вожак и выше имела в обязательном порядке личную защиту, им вполне хватало времени сбежать из этого огненного ада. Мы и сами немного не рассчитали — барьеры, хоть и защищали нас, но от того жара, что был в этой духовке, быстро истощались.

Огонь горел недолго. Меньше минуты, но за эту минуту крысы понесли колоссальные потери. На вскидку, твари лишились больше полутора тысяч своих, но даже это было не главное. Выйдя на разведку за пределы парковки, я увидел, что твари стремительно удирают, а их командиры, несмотря на отчаянный визг, с огромным трудом, едва-едва удерживают оставшихся подчинённых от окончательного бегства. Психологический эффект от инстинктивного ужаса, внкшенного им большим огнем, был колоссальный. видимо, генетическая память тварей сегодня сыграла против них. Да и методы, надо сказать, у их лидеров, были так себе.

Вожаки и командиры ударами навыков, хвостов и когтей с трудом наводили порядок среди тварей. Я понял, что если что-то не сделать прямо сейчас, они вновь атакуют и окончательно загонят нас в здание. И тогда поражение станет лишь вопросом времени, да и Гранд твари явно захватят, пока мы тут будем в осаде.

Я вспомнил о том, как надавил в прошлый раз своей Волей на толпу народа. Да, тогда, в Гранде, ситуация была иной, объектов воздействия было меньше, но… А что я теряю? В любом случае, хуже уже не станет. К тому же, думаю, на более примитивные разумы тварей должно быть легче воздействовать.

Решившись, я вышел к тварям из-за обгорелых остовов машин, за которыми прятался. Сейчас всё и решится.

Я включил огненный плащ, полусфера огня окутала меня, и применил Волю. За эти дни её запас подрос до сорока, и весь имеющийся ресурс я потратил на одно внушение. Я не знал толком, что делать, меня вели смутные представления о том, что нужно делать. Я представил ужас, заставил самого себя испугаться (а это было весьма несложно, стоя перед целой армией гигантских крыс, уставившейся на меня), и постарался внушить им тоже, что чувствую сам.

И это сработало. Твари дрогнули и бросились бежать, лишь их командиры избежали воздействия, но даже они, видя, как удирают их подчинённые, не решились продолжать бой.

Тут подоспели Карина с Володей, командиры отрядов и Юля с Андреем, за ними бежали, ступая по трупам, и остальные бойцы. Увидев их, враги не рискнули оставаться и сами бросились бежать.

Я устало потёр виски, отключив огонь. Как и в прошлый раз, с Кариной, расходование всего запаса воли разом вызвало головную боль.

— Спасибо, конечно, но чего вы всей толпой сюда набежали? — вяло поинтересовался я.

— Почувствовали твои манипуляции с Волей, — ответил Володя. — У меня она другого типа, но возмущения уловил.

— А что с твоей? Ещё не придумал, как использовать? — поинтересовался я.

— Вообще-то, мне стоило всех её запасов сделать так, что бы никто не побежал. Удержать народ от паники оказалось не просто, — парировал он.

И действительно, при таких обстоятельствах, в отличии от прошлого раза, всё работали на удивление слаженно, никто не пытался дать деру. Вот, оказывается, как работает Володин тип Воли. Весьма полезно, надо признать.

— Друзья мои, понимаю ваши чувства, но ещё рано праздновать победу, — прервал наши размышления Филарет. — С крысами, к счастью, на сегодня покончено, но мой Орден всё ещё бьётся с птицами. Прошу, помогите отразить эту угрозу.

Действительно, у нас над головой всё ещё кипел бой. Крышу здания словно облако окутывала туча птиц, раздавался грохот ударов.

Мы бросились к ближайшему входу, торопясь подняться по неработающим эскалаторам. Миновав все этажи, первые бойцы полезли наверх, на подмогу сражающимся.

Попав через люк на крышу здания, я увидел, как десятки птиц, пикируя, стараются достать бойцов, боевые порядки Ордена, если они и были, уже рухнули, и бойцы, кто разбившись на небольшие группы, кто поодиночке, из последних сил держали оборону. По всей крыше лежали десятки людских тел вперемешку с сотнями мертвых птиц. Враг платил за каждого убитого человека десятком птиц, но даже так было видно, что скоро людей додавят.

Мы пришли весьма вовремя. Многие уже окончательно исчерпали запасы энергии, их решили оставить на этаже. Хоть за этот бой все выжившие и взяли немало уровней, раскидав большую часть очков в дух, всё равно большинство и эти запасы успели истратить, удерживая барьеры. Боеспособны оставались около трети бойцов, и я был в их числе.

Выбираясь на крышу, мы начали по одному вылезать из люков. Вливаясь в бешенную канитель этой схватки, мы начали теснить птичью стаю обратно в небо.

Я не использовал плащ в этой схватке, боясь задеть своих. Я крутился, уворачивался и бил по птицам своими клинками, благодаря своим показателям, я почти не чувствовал их веса. С крысами моё оружие было неудобно из-за разницы в росте, но сейчас, в этой свалке, оно показывало себя во всей красе. У меня всё ещё кололо виски, запасов духа оставалось чуть больше сорока единиц, и то потому, что два десятка очков я вкинул по пути на крышу. Больше тратить не стал — ситуация может всяко повернуться, что именно мне сейчас понадобится, я не знал. Уже на крыше кинул ещё десяток очков в реакцию — не хотелось погибнуть от случайного удара в этом хаосе.

Наверное, со стороны я выглядел как пропеллер. Я непрерывно раскручивал над головой своё, периодически срубая пролетающих рядом тварей. Клинки мелькали с такой скоростью, что обычный человек бы увидел лишь смазанное движение полоски металла, напоминающее взмахи лопастей вертолёта.

Нам потребовалось ещё десять минут на то, что бы окончательно сломить дух тварей. Всё закончилось, когда Кирилл, взревев, отправил в одного из вожаков такой же сгусток магмы, каким атаковала нас одна из крыс. Птичий вожак, удерживающий в тот момент барьер, блокирующий ледяное пламя Володи, просто не сумел среагировать на накрывшее его жидкое пламя. Тварь не успела даже вскрикнуть, как упала наземь, лишившись крыла и головы.

На этом бой закончился. Меньше часа шло это сражение, но мне казалось, что прошёл целый день, а то и не один, так я устал.

Мы принялись собирать лут. Если с книгами навыков можно было особо не спешить, то остальной лут готов был ждать нас лишь пол часа. Те, кого мы не взяли на крышу, уже собирали трофеи с крыс. Части трофеев мы итак уже лишились, потому коробки активировали сразу.

Сегодняшний день показал, что защитные навыки низкого ранга уже не способны помочь в бою с сильным врагом. С птичьего командира не выпала ни одна коробка с предметом, но зато упало целых две книги навыков.

— Книги должны остаться у Ордена, — твердо заявил нам Филарет. — Именно мы понесли сегодня основные потери, и именно наши люди прикончили богомерзкую тварь, из которой они получены.

— Вы прикончили её лишь потому, что она защищалась от меня, — возразил Володя. — если бы не…

— Филарет, послушай меня внимательно и постарайся усвоить сказанное с первого раза, — перебил я Володю. — Мне не важно, что ты тут себе навоображал на тему раздела добычи. Мы привели людей, спасли вас от крыс и не дали сраным воробьям раз***ть вас окончательно. И если ты, му**да бородатая, вдруг решил, что вассальный договор тебя защищает, то напомню тебе, что в нём так же указано, что в случае, если вассал попросит вмешаться в ваши внутренние дела, мы вправе это сделать. Так вот, никто не говорит, что просьба должна исходить именно от тебя. Если ты продолжишь упорствовать, я просто сейчас задам вопрос выжившим бойцам твоего Ордена, не желают ли они сменить тебя, трусливое ничтожество, что за весь бой ни одной твари не убило, на кого-нибудь другого, более достойного из их рядов. И что-то мне подсказывает, что они ответят согласием.

И вот тогда, толстяк, я просто тебя прикончу. И заберу всё, что пожелаю. Мы друг друга поняли?

У меня не было никакого желания играть в переговоры и идти на уступки. Я несколько раз чуть не сдох, у меня болела голова, моей Алёне вообще досталось воздушным лезвием, серьезно ранив. Андрей хромал, Карина, несмотря на обретенную Волю, выглядела бледнее трупа, отдав последние силы тут, на крыше, Володя сломал несколько пальцев.

Я нанюхался вони обгорелых крысиных туш, насмотрелся на мертвые тела людей как ордена, так наших. Я проиграл в поединке тварям, которых ещё вчера уже не воспринимал, как серьезных противников.

И вот этот хомяк в доспехах, весь бой отсидевший за нашими спинами, что-то там будет мне не отдавать? Честное слово, если бы это мне сказал отец Кирилл — я бы просто предложил ему поделить навыки пополам. Он сумел заставить себя уважать тем, как он сегодня дрался.

— Руслан, это два навыка личной защиты. Прошу, оставь нам один, — устало попросил Кирилл. — Я понимаю, что без вас мы бы погибли, но пойми и ты нас — без этого мы не сможем выжить. Когда на нас в следующий раз навалятся твари с навыками среднего уровня, нам нужен хоть кто-то, кто полноценно сможет с ними сражаться.

Я посмотрел на него. У мужика одна из рук висела плетью, шлем был смят, да и стоял он явно с трудом. Я понимал, что может быть опасно усиливать этого человека, и без того обладающего навыком среднего ранга, но… Интуиция подсказывала мне, что если я отдам ему навык, он этого не забудет.

— Кому отдадите, если я соглашусь? — для порядка спросил я.

— Решим жеребьёвкой, — пожал тот плечами.

— Нет, — ответил я.

Тот устало вздохнул, и качнув головой, отвернулся от меня. Блин, так жалко отдавать им эту книгу…

— Я согласен только если лично ты возьмёшь этот навык. И выучишь при мне. Я хочу, что бы ты помнил — сегодня мы могли забрать всё и плюнуть на вас. Я не знаю тут никого, но я надеюсь, ТЫ не забудешь добра, — сказал я, глядя ему в глаза.

Он не стал играть в растроганную принцессу, лишь молча кивнул и выучил навык.

Вторую книгу Володя молча отдал мне.

— В рукапашку драться с монстрами придется тебе с Кариной. Так что и учить её одному из вас. Сами решайте.

Карина на мой вопросительный взгляд та лишь покачала головой, мол, забирай. Ну что ж, этот навык станет ещё одной моей ступенькой к силе.

Глава 18. Возвращение домой

Спустились с крыши. Филарет, видимо, совладав с эмоциями, предлагал нам, «дорогим союзникам», остаться и отдохнуть, но во взгляде читалось, где он нас видал и на чём он таких союзников вертел.

Да и здравый смысл подсказывал, что нужно быстрее вернуться на базу и срочно начать её укреплять. Крысы разбиты, но далеко не разгромлены, основа их мощи — высокоранговые твари, вожаки и командиры, по прежнему были живы, а набрать рядовой мелочи в пехоту, взамен погибших сегодня, им едва ли будет сложно. И тогда, я уверен, они вернутся закончить начатое. Сегодняшний трюк не сработает повторно, да и атака Волей не сумеет их разогнать, как сегодня. Для этого тварей надо хорошенько испугать, иначе всё будет пшиком.

Отправили гонцов в здание Гранда, требовались носильщики выпавшего лута. Крысы оставили воистину богатый урожай на парковке, по приблизительным подсчётам выходило, что погибло даже больше тварей, чем я полагал, не меньше двух тысяч.

Я взял семьдесят шестой уровень. Не интересовался как остальные, но думаю, тоже не мало. Особенно те, кто поджигал навыками бензин. Таких счастливцев оказалось десятка три, и думаю, теперь среди них едва ли найдется кто-то ниже сорокового. Мне дали, думаю, больше всех, за то, что я первым все поджёг.

По прибытию на базу, мы первым делом организовали обед. Выпивку бойцам обещали выставить вечером, перед отбоем.

Проблема с навыками была решена на ближайшее время. Нам досталось больше трёхсот навыков, из которых пятьдесят три было низкого ранга. Различную экипировку ещё подсчитывали, но я уже был уверен, что теперь смогу собрать полный комплект экипировки низкого ранга, включая колец и ожерелья на дух.

Наши потери оказались удивительно низкими. Сорок семь погибших и девяносто четыре раненных разной степени, но, как всегда, обошлось без тяжёлых. Вообще, теперь люди в первую очередь качали, помимо духа, именно выносливость, хотя бы до пятнадцати. При таком её уровне, если тебя не убивало сразу, ты обязательно выживал. По крайней мере, при лёгких и средних ранениях.

Но лишившись, на время, сотни бойцов, и полусотни окончательно, мы, как ни странно, лишь увеличили количество бойцов. Больше книг навыков — больше боеспособных бойцов, это правило уже не первый раз компенсировало наши потери. Понятное дело, что навыки низкого ранга уйдут бойцам, что бились сегодня. Но вот навыки низшего ранга уйдут именно тем, у кого их не было. И уже завтра у нас будет семь сотен бойцов, вместо пятисот сегодняшних.

Я поднялся в свою комнату, открыл бутылку коньяка, и, закусывая его дольками мандарина, лёг на свой диван. Сегодня мы не стали устраивать совет, лишь назначили патрули внутри здания из новичков, получивших навыки, да выставили из них же по десятку бойцов на каждый вход. Я даже не стал ковыряться в броне, из числа добытого лута. Просто попросил Володю, на чьем этаже всё и было решено складировать, отложить мне комплект. Тот заверил меня, что его люди сегодня же займутся осмотром добытого, и завтра я получу лучшее из того, что найдется.

Алёна отправилась к себе на этаж залечивать рану, Карину же, попытавшуюся ко мне зайти, я завернул. Понимаю, что ей требовалось снять стресс, но я так вымотался, что настроения тра****ся не было совершенно. И сейчас слушал её яростные стоны из соседнего помещения. Видимо, Вите пришло время доказывать хозяйке, что она не зря с ним возилась. Судя по её воплям, которые не мог перекрыть даже гвалт полусотни наших бойцов, сейчас отдыхающих, парень справлялся на все сто.

Я открыл интерфейс. Пришло время вложить полученные очки.

Руслан Мераев, 25 лет, человек, 76 уровень, 36 в мировом Рейтинге.

Сила — 30 + 19

Ловкость — 30 + 13

Интеллект — 20

Реакция — 37

Выносливость — 30 + 7

Дух — 152/47

Отрицательная Воля — 52/17

Добил Силу и Ловкость до тридцати, вкинув по пять очков, кинул десятку в Выносливость — лишней живучести не бывает. Десятка уже была в реакции. Остальные сорок пять очков кинул в Дух. У меня уже два весьма затратных навыка среднего ранга, Духа начинает нехватать. Снова вчитался в описание нового навыка, чувствуя глубокое удовлетворение от полученной добычи.

Личная защита (средний ранг, третий класс) — 30 единиц духа.

Тридцать! В личной защите! Среднего уровня! Учитывая коэффициент — навыки низкого уровня будут за попадание лишь полтора очка духа снимать. Да и минимум два удара среднего ранга — это очень много. Вот теперь заживём. Будь у меня этот навык сегодня утром, мы с Кариной вполне могли бы хоть одного из той троицы прикончить. Будь он у обоих — раскатали бы их тонким слоем.

А вообще, если мы хотим удержаться на гребне волны, нам нужно начать полноценную, целенаправленную компанию против крыс. Нам срочно нужны навыки среднего ранга, нужно, как минимум, что бы каждый в Совете хоть одним обладал. Пока нас, обладателей повышенной боевой мощи, лишь трое на семь сотен. Как показал сегодняшний бой, этого мало. Да и вообще…

Я вспомнил ту огромную тварь, вороньего вождя. Это явно был более высокий ранг у монстров, чем командир. И я помню его удар, перевернувший ход битвы в тот день — это был точно не навык среднего ранга. Наверное, высокого, вряд-ли высшего — рано ещё для высших.

Тогда этот удар, увиденный мной своими глазами, что-то изменил во мне. Я, член первой сотни рейтинга, ощущал себя просто никем в сравнении с существом, способным выдать подобный удар. Да, тогда я был слаб, не обладал и десятой долей той силы, что у меня сейчас. Но даже если птица с тех пор не повышала свой уровень, я для неё остался той же букашкой, что был. Ну, может, из таракана дорос до жука носорога, но сути это не меняло — она бы всё равно играючи меня раздавила.

Именно это зрелище заставило меня жаждать силы. Тогда я понимал разумом, что становится сильнее обязательно, не ещё не принял этого внутри себя, в душе, так сказать. Наверное, во мне ещё теплилась надежда пробиться куда-то в глушь, засесть там и отсидеться до более благополучных времён. Надежда, что армия и правительство разберутся, что придет кто-то сильный и умный, наведёт порядок и выбьет чудовищ сначала из города, а потом из страны.

Но увиденное заставило меня понять — эти малодушные чаяния приведут меня лишь к гибели. Надо брать судьбу в свои руки. Так я и оказался здесь.

Тогда я увидел лишь силу, но не задумался о втором, не менее важном факте — её разуме. В том бою вороны на голову превосходили голубей в тактике. Тогда я этого не понял, ибо не имел своего нынешнего опыта, но сейчас, побывав в двух больших битвах, у меня значительно прибавилось опыта.

Теперь я понимал, что голуби атаковали крайне не слаженно, тогда как вороны, выстроив идеальный защитный порядок, даже без помощи своего лидера, за счёт грамотных действий разбили один из клиньев. В том бою у них был лишь один шанс на победу, это разбить порядки врагов и не дать им оправиться. Ворон не случайно нанес свой удар именно тогда. В прошлый раз я считал, что всё дело в том, что он долго готовил свой навык, но сейчас я убеждён — он ждал. Ждал того мига, той бреши в атаке врага, когда его удар принесет максимальную пользу.

И сейчас, лёжа на диване и анализируя всё, чему я научился за эти бои, я понял простую, в общем то, вещь. Главная опасность для нас сейчас не то, что элитные твари становятся сильнее. Как показывает прошедший бой, если подходить с умом, их всё ещё можно бить. Опасность крылась в ином — чем выше ранг твари, тем они лучше соображают. Пока они не способны на сложные тактические приемы, всё, на что их хватает — договориться между, да ударить неожиданно. И то, всё это у них срабатывает лишь потому, что мы до сих пор недооцениваем их разум, считая всё теми же примитивными стайными тварями. И наше счастье, что у них не оказалось никого на подобии вождя, иначе бы просто размазали нас, переключив внимание птиц с крыши на нас. Ударь они тогда одновременно, хвати крысам мозгов на то, что бы их командиры шли в боевых порядках тварей — и мы просто не успели бы никуда отступить.

Твари уровня командиров, слава Системе, знали лишь две тактики — удар из засады и тактика истощения. Их куцых мозгов не хватало на то, что бы понимать, когда и где следует надавить, ударив кулаком сильнейших бойцов, не хватало им и ума организовать своих подчинённых так, что бы одни прикрывали других, не умели они делать и неожиданных манёвров…

Они могли слаженно действовать лишь сами, вступая в бой. И пока среди них не появился кто-то, способный сообразить, что слаженно действовать могут не только они сами, но и их армия, мы должны были успеть нанести им максимальный урон.

Под эти мысли, незаметно для себя, я уснул. Проснулся через пару часов, прогулялся по зданию, увидел, что царит относительный порядок.

И тут я сообразил, что именно не даёт мне покоя, что я упускаю. Нам ведь должен был капнуть уровень, а то и пара, в Анклав!

Открыв интерфейс, увидел, что он поднялся до седьмого. Открылись новая возможность, причём такая, что я изумлённо присвистнул.

Производство консервов, гласила надпись. Описание гласило, что у нас, при активации этой возможности, один из выбранных нами корпусов переоборудуется самой Системой в производственное здание, на котором можно будет задействовать до пятисот работников разом на производстве консервов из любого мяса, включая мясо монстров. Система гарантировала, что после обработки и консервации этого мяса оно будет вполне пригодно для употребления в пищу.

Это была великолепная новость. Отныне все убитые нами твари будут не только давать нам опыт, пополнять наши пищевые запасы. Плюс мы, наконец, сможем получать пользу от висящих у нас на шее жителей третьего класса. Для того, что бы процесс преобразования одного из корпусов был запущен, требовалось согласие обоих лидеров.

Естественно, Володя уже сам всё знал. И естественно, собирался затеять очередное заседание Совета по этому поводу.

— Володя, мой дорогой друг, — удивлённо глянул я на него. — А что здесь обсуждать? Активируем на третьем корпусе, выступив оттуда всех, он как раз примыкает к центральному и нашим казармам, если что, защищать будет легче.

На том и порешали. Выселив из корпуса всех, кто его заселял, мы запустили процесс.

Выглядело это не слишком впечатляюще. Не знаю, кто как, а я ожидал большего. Здание просто накрыло серым куполом, отрезав от остального комплекса, а изнутри начало звучать равномерное гудение.

Пошёл в свою комнату и там встретил Карину. Вид у девушки был необычайно серьёзный, такую я её ещё не видел.

— Надо поговорить, Рус, — сказала она.

— Ну, надо так надо, — пожал я плечами, заходя к себе. Девушка скользнула за мной и закрыла дверь.

— Я так понимаю, тараканы в твоей голове присмирел? — поинтересовался я.

— Да. У меня нынче двадцать четыре единицы Отрицательной Воли. Мои замашки и пороки, к сожалению, так и не исчезли, но теперь мне удается самостоятельно себя контролировать. Я хотела… — замялась девушка. — В общем, спасибо, что вернулся за мной сегодня. Я правда ценю, что ты не бросил меня там. Мне казалось, что у меня нет и не может быть друзей, и рисковать из-за меня никто не станет. Я, честно говоря, именно из-за этого смогла преобразовать Волю. Из-за того, что у меня появился первый друг.

— Карина, я сейчас слезу пущу, — ухмыльнулся я. — Сейчас, наверное, ещё и в любви признаешься? И мы должны будем, рыдая и брызгая соплями, обняться, уверяя друг друга, что нам судьбой было предназначено найти друг друга, а Витя за стенкой драл как козу кого-то другого, просто с похожим голосом?

Её лицо, по мере моей тирады, из смущенного становилось всё более злым. После последних моих слов она, вскочила, яростно сверкая на меня глазами, и выпалила:

— Нет! Я просто думала, что у меня есть друг, но оказалось, что это ё****ый м***к, а не друг!

Рыдать и жаловаться она явно не собиралась. Да и сам я понял, что перегнул палку. Даже самого циничного человека заденет, если он откроется тому, кого стал считать близким другом, а ему в ответ плюнут в душу.

— Погоди, — схватил я за руку собиравшуюся уйти девушку. — Прости, я думал обстановку разрядить, но палку перегнул. На самом деле, я хочу сказать, что тоже благодарен тебе за спасение моей жизни. Но не хочу, что бы ты заблуждались на мой счёт. Я вернулся не ради тебя, точнее, не только ради тебя. Я сделал это в первую очередь для самого себя.

— Я знаю, — кивнула она, и рассмеявшись, пояснила, увидев мой удивлённый взгляд. — Если бы ты действительно пошёл меня спасать только из-за меня самой, я бы, наверное, действительно в тебя втрескалась. Скажу больше, я сама полезла к крысам в первую очередь ради себя, что бы не исчез единственный человек, который похож на меня саму. Мы очень разные во многих вещах, Руслан, но самое главное в нас, основа наших Я — даже делая добрые дела, мы делаем их в основном для себя. Потешить эго, ища выгоду или ещё зачем — но для себя. Может показаться, что большинство людей такие же, но нас от большинства отличает то, что мы никогда не отступается от желаемого, будь то хорошо или плохо. Именно поэтому максимум, что помимо дружбы может быть у нас общего — это секс. Любить нам с тобой, к сожалению, предстоит свои прямые противоположности.

Боже, ну и дичь. У неё что, обострение? «Впрочем, — подумал я, швыряя девушку на диван, — какая разница?»

Я опять был груб. Я разорвал её платье, рывком порвал трусики, грубо проник пальцами в её влагалище. Она начала течь буквально через десяток секунд. Зарычав, она дернула меня на себя, повалив на спину, забралась как кошка. Вынув моё хозяйство из штанов, она принялась дразнить меня, водя киской по моему напряжённому члену и ловко виляя ей вверх при каждой попытке войти. Ах ты ссука шизанутая….

В общем, через два часа, после третьего захода, она всё же оказалась на полу, избитая и мокрая от пота, в превращенном в лохмотья платье и рваных чулках, сведя дрожащие, не слушающиеся ноги и облизывая, зачем-то, мне ступни.

Сам я от неё пострадал куда больше, чем от всех сегодняшних монстров, вместе взятых. Она разбила мне нос, искусала губы в кровь, едва не сломала пару пальцев на правой руке (причем, б**дь, влагалищем!) и, судя по всему, треснула мне несколько рёбер. К тому же чуть не задушила моим же ремнем, во время моего второго оргазма. Впрочем, глядя на её покрытое синяками тело, в котором я пару раз слышал подозрительный хруст, думаю, мы вполне квиты. Да и не собиралась она меня убивать… Наверное. Уж если мы с ней в чём и сходимся на все сто процентов, так это в жестокости к партнёру. И почему я, каждый раз, сплю с этой ненормальной? Хотя в удушении, всё же, наверное, что-то было…

Ну, ночь впереди долгая, — подумал я, открывая очередную бутылку коньяка, лежавшую рядом. Время проверить, что там с удушением, у нас ещё есть. Этим и займёмся.

Через некоторое время, полностью насытившись друг другом, мы начали неспешную беседу.

— О чём думаешь? — спросила девушка.

Я думал о том, что сегодня было настоящее чудо. Нам удалось перебить столько врагов столь низкой ценой, что впору было запасаться топливом и почаще пытаться устраивать подобные «духовки».

— Думаю, как бы ещё раз подловить таким же образом монстров, — честно ответил я. — А ты?

— А я думаю, что когда в следующий раз нам таким образом подловят, нам конец, — ответила она. — Ты же должен понимать, что сегодня нам повезло. В следующий раз, если мы попадём в засаду, нас просто сметут.

Справедливо. Если подумать, нас губит несработанность отрядов и отсутствие четкой системы командования. Всё наше сборное войско, по сути своей, кучка банд со своими лидерами, плюс определённое количество пушечного мяса. Такими темпами мы с Кариной просто рано или поздно умрём, пытаясь прикрыть или выиграть время для маневра этому стаду.

— И что ты предлагаешь? — мрачно спросил я.

— Я? — изумилась девушка. — Я, вообще-то, на данный момент психически неуравновешенная нимфонка. И пошла к тебе в подчинённые именно для того, что бы за меня думал и решал ты. Так что это я тебя спрашиваю — что делать будем?

— Справедливо, — нехотя признал я. — Нам нужно покончить с разделением на отряды, которые творят что хотят. И нужно единое командование. Нужно, что бы остальные в Совете поступились своей властью. Завтра я подниму этот вопрос.

— Тогда держи личную защиту включенной, когда будешь это предлагать, — усмехнулась девушка, переворачиваясь на другой бок и накрываясь одеялом. — Я бы на их месте после такого тебя прикончила. Просто на всякий случай.

Да я бы и сам того, кто мне такое предложит, прибил бы. Но и промолчать — тоже не выход.

Ну что ж. Ночь впереди долгая, время подумать есть.

Глава 19.Переворот, часть 1

На следующее утро мы собрались на Совет. Пошли обсуждения добычи, предложения по Хоффу, отправлять ли им помощь на время, пока они не восстановят силы, разговоры и предположения о заводе, что строит нам Система…

Я молчал. Меня не интересовало то, о чём они сейчас говорят. Все мои мысли до сих пор занимала необходимость перемен в нашем подходе к боевым действиям. Наконец, я не выдержал:

— Вы говорите о какой-то х**не. Добыча, завод, Орден… Если так охота поиграть в средневековых феодалов, то я вам напомню — нас вчера чудом не раз****ли драные крысы. Если вы вдруг не заметили, у нас проблемы с тактикой. На дворе наступает эпоха стратегий, и раз уж мы отказались от РПГ, в котором каждый за себя и качается самостоятельно, то давайте займёмся обсуждением главного.

Атмосфера в помещении с оживленной перешла в настороженную. Всех напрягло то, что я сказал. Кажется, они действительно считали, что вчерашняя победа — большое достижение.

— А в чём проблема? — поднял бровь Володя. — Да, битва была тяжёлой, но мы победили с минимальными потерями, армия усилилась и по навыкам, и по уровням, и количественно. Теперь у нас в вассалах благодарный лично тебе Кирилл с двумя навыками среднего уровня, плюс нас трое… Всё идёт неплохо. Если ты о крысиных командирах, то теперь, с личной защитой у тебя и Кирилла, это больше не является нерешаемой проблемой. Наши дела хороши, как никогда.

Я оглядел присутствующих. Они молчали, но по их взглядам я ясно видел, что они согласны с Володей. М-да, быстро же началось головокружение от успехов.

— Дамы и господа, ваша проблема в том, что вы до сих пор меряете тварей мерками обычных зверей, которые стали лишь чуть умнее. Такой подход может утянуть на дно всех нас. Твари учатся, учитывают свои ошибки, заключают союзы… Пока они способны лишь на самые простые уловки, мы ещё справляемся, но каждый раз на грани чуда. Так не может продолжаться. Мы должны с этого дня начать, наконец, мыслить масштабнее. Мне надоело тыркаться как слепому котёнку, каждый раз попадая в засады какого-то зверья. Я планирую сформировать на основе имеющихся сил подобие нормальной, единой армии, с помощью которой я сегодня же хочу начать полноценную военную компанию против засевшей рядом с нами стаи крыс.

Я видел, что моё предложение не находит отклика, даже Алёна явно против. Я понимал, чего они опасаются.

Они уже привыкли к своей власти и положению. Привыкли, что они цари в своих отрядах, что их желания — закон в Гранде. Да, я и Володя стали основной властью, но подчинятся лишь двоим и быть выше тысяч — это тоже весьма комфортно. И основой этого было то, что они могли положиться на силу своих отрядов, преданных лично им. Им казалось, что теперь мир крутится вокруг Гранда — как же, разбили крыс, подчинили соседей… Теперь вот завод строится, который решит проблемы с пищей… Наверное, в их головах уже крутятся мысли подчинить Лигу, став эдакими гегемонами района, затем пойти дальше…

— Я вижу, у вас головокружение от успехов уже началось, — покачал я головой. — Вам кажется, что мы теперь самые крутые в округе. Думаете, я с вами сейчас в дешёвую политику играю? Мол, расформирую отряды, перетасую бойцов, назначу себя главнокомандующим, а вы уйдёте лесом? Что ж, думайте, что хотите. Пусть ваши посты командиров останутся при вас. Произойди этот разговор дня на три раньше, я бы плюнул, забрал своих и ушёл бы, но теперь… Слишком много усилий мной приложено, что бы Гранд возник. И я не позволю ему рухнуть. Предлагаю расформировать отряды, объединить в одну армию всех бойцов. Ввести роты, взвода и отделения. Командующим буду я, замом — Володя, вас поставим ротными. Но вольница и игры в демократию будут окончены. Вы будете делать то, что я скажу и так, как я скажу. Никаких самостоятельных рейдов, никакой отсебятины. Понимаю, всё выглядит, как банальный передел власти, но я обещаю — вы увидите своими глазами, что я спас нас этим.

— То есть ты предлагаешь нам расформировать наши отряды, создать из них эти твои роты и стать командирами? Ну, допустим, мы заинтересованы. Но хочется уточнить, что получим от этого лично мы? И чего лишимся? — спросил Расул.

Воцарилось молчание. Восемь пар глаз настороженно уставилась на меня, лишь представитель безотрядных удивлённо глядел на всё это. «Умный мужик, надо его запомнить,» — подумал я, видя как тот засиял личной защитой и начал осторожно отодвигаться от стола.

— Бойцов под вашим руководством станет больше. У нас будет уже не куча разбойничьих шаек, а полноценная, хоть и маленькая, армия. С этими силами мы сможем уже не тыркаться наобум, как слепые котята, а полноценно зачистить окрестности. Взять округу под контроль, собрать ещё больше выживших, припасы, развить Анклав и получить больше возможностей от Системы. Превратить с её помощью Гранд в крепость, уверен, в её возможностях есть и это… — пытался завлечь их перспективами я, но меня перебили:

— Мы поняли, Мясник — прервала меня резко Даша. — но ты не ответил на второй вопрос.

Я вздохнул. Ну что ж, было бы странно, если бы мне удалось их заболтать.

— Вы потеряете автономность в вопросах своих отрядов. Никаких самостоятельных вылазок. Никакой собственной добычи выше той, что я оговорю заранее. Навыки среднего ранга, кто бы их не добыл, буду распределять лично я. В случае попыток утаить или присвоить — как минимум разжалование в рядовые бойцы. Никакой командирской неприкосновенности. Никаких вольностей во время службы. И это будет именно служба.

— И, само собой, в каждой роте будут твои доверенные бойцы, которые будут докладывать лично тебе, кто как себя вел и что делал? — деланно равнодушно заметил Ваня.

Мы молчали около минуты. Я спокойно сидел, не пытаясь больше ничего им объяснить. Они все неглупые люди, понимают, что даже поставив их ротными, я приставляю к ним своих людей для пригляда. Они всё ещё будут наверху социальной лестницы, но уже не как автономные аристократы со своими дружинами, а всего лишь старшие офицеры. И выбор здесь достаточно очевиден.

Лишь Алена осталась сидеть на месте. Остальные встали плечом к плечу с вставшим Володей. Несчастный мужик, представитель свободных, уже окончательно осознавший, в какой переплёт угодил, истекал потом. Бедолаге тяжело давалось напряжение в комнате, и столкновение моей и Володиной Воли ему спокойствия не добавляло.

— Нет, — ответил Володя, с холодом глядя на меня. — Я очень надеялся, Руслан, что до этого не дойдет. В знак моей признательности за всё, тобой сделанное — предлагаю тебе забрать своих друзей и уйти. Обещаю, тебя не тронут.

Холодная насмешка и презрение вперемешку со злостью и сожалением с моей стороны и ледяная, монолитная решимость Владимира сталкивались и перемешивались, словно два водоворота, в попытках продавить друг-друга.

— Нет, — повторил я его ответ. — И вам подобного предлагать я не стану. Я дал вам шанс. Карина! — крикнул я. — Войди!

В кабинет вошла девушка, с обнаженным мечом в руке. В открытую дверь была видна пара бойцов, лежащих мёртвыми.

То, что я собирался сделать, было жестоко. Несмотря на то, что я предложил им бескровный выход, я отчётливо понимал, что они откажутся. Я предложил им этот вариант лишь для успокоения остатков своей совести. Идя сюда сегодня, я предполагал, что они окажутся неготовыми к такому повороту именно сейчас, на волне эйфории от вчерашнего. Но судя по всему, они уже давно обсуждали подобный исход. И, вероятно, сами постарались бы на днях провернуть попытку моего убийства.

Я стал слишком заметен и влиятелен. А после вчерашнего сражения даже их собственные бойцы начали восхищённо поглядывать на меня. Вчера, после того, как Карина уснула, я пришёл Юле с Андреем. Я хотел предложить им поучаствовать в сегодняшнем, но… Пока я искал повод перевести разговор в нужное мне русло, Юля поведала, что среди бойцов ходят разговоры, что я куда лучший тактик и командир, чем остальные, и что мы с Кариной приносим удачу в бою. Как со смехом поведал Андрей, нам даже прозвища дали — Мясник и Бешенная.

— Почему Мясник-то? — удивился я.

— Потому же, почему и «великим» тактиком считают. Из-за вчерашней ловушки для крыс. Да и после — ты задумывался о том, как окончательное бегство тварей выглядело со стороны простых бойцов? — улыбаясь, спросил мой друг. — Про Волю и внушение ты нам рассказал, но для большинства это просто мистика. Что видели рядовые? Ты сперва сжёг всех крыс в ловушке, потом вышел наружу. Когда мы добежали, мы увидели тебя с твоим плащом и удирающую армию тварей. Вот и начинают люди шептаться, мол, приносишь ты удачу, хоть и человек жутковатый. Твоя репутация плюс удачное стечение обстоятельств — и ты Мясник. Забавно, правда?

Тогда, после этих слов, у меня окончательно исчезли сомнения в задуманном. А ещё я понял, что, несмотря на насмешливый тон, которым это было рассказано, мои друзья тоже начинают меня идеализировать. И, признаться честно, мне это льстило. Я не хотел рушить этот образ в их глазах, ибо, если честно, в глубине души испугался, что они разочаруются во мне, узрев меня настоящего. Плевать на других, пусть хоть весь мир будет считать меня сволочью, мне важно лишь мнение своих. И я промолчал.

Сегодня комнату покинет лишь одна сторона. Все это ясно понимали. Расклад был сложный — как только начнется бой, сюда тут же ринутся бойцы всех отрядов, что бы прояснить ситуацию. Это выгоднее им, но мой отряд был самым крупным, находился этажом ниже, и в случае массового побоища это могло обернутся ужасающими потерями с обеих сторон. Такого расклада не желал ни я, ни они. Пиррова победа не нужна никому.

— Алёна, на чьей ты стороне? — уточнил я.

— На стороне победителя, — пожала плечами она. — Без обид, Рус. Я не буду драться ни за кого из вас с Володей. Если честно, вы мне оба, по-своему, симпатичны как лидеры, поэтому я просто выйду сейчас отсюда. И не скажу ни слова о том, что здесь увидела.

Ай, лиса, ай, молодец! На оба фронта играла. Конечно, нейтралитет ей не забудут, но и риска погибнуть и лишиться всего никакого. Уверен, ущемление в некоторых правах она переживает.

— Тогда у меня просьба, — обратился к ней Володя. — Постарайся сделать так, что бы сюда никто не добрался раньше времени. Буду должен.

Алёна кивнула и встала. Проходя мимо, она остановилась, и грустно улыбнувшись, спросила:

— Есть какие-то просьбы напоследок, Рус? Передать что-нибудь твоим друзьям, если что?

— Нет. Главное — не допусти сюда никого. И да, забери мужика. Не убивай бедолагу, я думаю, он понимает, что ему следует молчать

— Да-да, понимаю, — кивнул нервничающий мужик.

Двери закрылись. Воцарилось молчание, обе стороны замерли. И я, и они впервые собирались драться не с монстрами, не с чудовищами, а с людьми. На совете мы всегда сидели в полном обмундировании. Глядя на противников, я наконец понял, что мне резало глаз — они все в комплектах низкого, а не низшего ранга. И оружие тоже низкого.

К моей Воле добавилась Воля Карины. Уверен, у них есть свои козыри. У нас тоже припасена пара. К Воле Владимира добавилась и Воля Расула с Дмитрием, не столь эффективные сами по себе, но суммарно неслабо давящих.

Первым сюрпризом стало то, что Волей овладели все члены Совета. Немудрено, в принципе — тут не было ни слабаков, ни тряпок. Давление усилилось, нас начали передавливать. Ну что ж, пора делать первый ход.

Включаю личную защиту и бью молнией в стоящего правее Расула. Перед ним возникает три барьера разом, два из них моя молния сносит, на большее её не хватает. Бросаемся вперёд, Карина держится позади, у неё слишком слабая защита, в помещении она уязвима. Нам нужно прорваться вблизь, навязать ближний бой, в котором мы сильнее, и тогда мы победим. Если они сумеют удержать нас дальними атаками, нам конец. Карину прикончат первой, а один я не справлюсь с этой семёркой.

Враг выкладывает второй козырь — в меня летит такая же молния среднего ранга, пущенная рукой Даши. Треть личной защиты снята, следом летят навыки низких рангов, но они не страшны, теперь в нас летит ледяное пламя Владимира. Ну что ж, пора выложить первый из наших козырей.

Моё пламя вспыхивает, касается и Карины, но, наполненное моей Волей, не причиняет ей вреда. Я концентрируюсь, мы уже в трёх метрах от стоящих рассредоточено врагов. Я скручиваю тугой воронкой пламя, сминаю в единую массу и отправляю его в форме гигантского шара огня в сторону Володи. Я очень надеюсь, что я ошибся вчера, что зрение меня обмануло и это был секундный обман зрения, но подстраховаться стоит. Поэтому первый шар тебе, мой друг. Просто на всякий случай.

К сожалению, зрение вчера меня не подвело. Тогда, в момент, когда многие щиты уже начали падать от жара, мне показалось, что перед нами возник огромный, среднеуровенный барьер. Это продлилось всего пару секунд, я увидел лишь мельком и не был уверен, в том количестве барьеров, что мы вчера ставили на пути жара, могло и почудиться. В тот момент из сильных бойцов рядом со мной были лишь Карина и Володя.

Мой же навык… Скажем так, усилив Волю до более чем сорока единиц, я осознал, что именно она ключ к усилению моего масштабируемого навыка. Интеллект не имел на него никакого влияния, лишь Воля. Правда, поэкспериментировав утром, я понял, что всё, что мне доступно — этот огненный шар.

Шар врезался в барьер, выставленный Володей, сметя заодно его ледяное пламя. Навык сожрал семнадцать единиц духа и десяток единиц Воли.

Из-за моей спины Карина выложила второй наш козырь — усиленные её масштабируемым навыком и Волей лезвия бури. Пока девушка била в барьер, я перехватывал направленные в нас атаки всех остальных. К счастью, ей хватило двух атак, после чего мы рванули в рукопашку. Мне навстречу рванул Антон, окутанный своей личной защитой среднего уровня. В руках Олин любовник держал длинный полуторный клинок простой работы.

Он не мог тягаться со мной ни в силе, ни в скорости, ни в реакции. У него ещё были бы шансы, будь наше оружие равного ранга и поддерживай его остальные, но те в этот момент разрывали дистанцию и сосредоточились на Карине, как на более уязвимой цели. Оле с Антоном ничего не оставалось, кроме как постараться выиграть время остальным, хотя бы десяток секунд, но… Я за пять обменов ударами пробил оборону парня и ударом в голову смел его со своего пути. Конечно, личная защита не дала мне его ранить, но законы физики никто не отменял. Целого и невредимого парня отбросило на пару метров в сторону, а разгадавший мой замысел Володя не сумел ничего сделать, вынужденный прикрыться барьером от моей молнии.

Я взмахнул своим оружием, посылая два навыка, заложенных в оружие. С каждого из клинков сорвалось по полосе воздуха, крестом ударившие в личную защиту Ольги. К сожалению для неё, она была лишь низкого ранга, и я, шагнув к ней, четырьмя быстрыми ударами снял последние две единицы прочности с него. И пока снявший барьер Владимир и несущийся ко мне Антон не успели вмешаться, а сама девушка не поставила новую защиту, я одним ударом вскрыл ей горло. Девушка рухнула, зажимая хлынувшую, из перерезанной на две трети шеи, тугой струёй кровь.

Меня сшиб на пол пронесшийся мимо Антон, бросившийся к умирающей подруге. Это меня спасло — там, где я стоял секунду назад пронеслось ледяное пламя Володи.

Я кувыркнулся вперёд, вскочил на ноги и краем глаза заметил на полу разрубленное наискось, от левого плеча до правого бедра, тело Ивана. Но времени оглядываться не было, Володя готовил новую атаку, и я обновил личную защиту. Запаса энергии было ещё около половины, и мне нужно было суметь быстро проломить его барьер и прикончить. Я планировал сделать это молниями и добить врукопашную, но мои планы пришлось менять на ходу.

Внезапно бросившийся на меня Антон сумел удивить — швурнув в меня свой меч, который я на автомате отбил взмахом одного из лезвий, он, обхватив меня руками, сделал мне мощную подсечку, и рухнув на меня сверху, прижал к полу, и сковав мне конечности, взревел:

— Убей эту тварь! Быстрее, б***ь!!!

Псих еб****ый! Да он решил собой пожертвовать! Это ломало мне весь рисунок боя.

Володя колебался лишь секунду. Коротко кивнув, он направил первую струю пламени на нас обоих.

Я пытался вырваться из хватки вцепишегося в меня парня, ужас охватил меня, умирать меня совсем не тянуло. Я был сильнее, и постепенно мне удавалось вырваться, но медленно, слишком медленно. Слишком уж много было в моём враге отчаянной решимости, и слишком неудобной была моя поза. Он молча давил сверху, глядя на меня с нечеловеческой, безумной, звериной ненавистью. Видно, он действительно сильно любил свою женщину. В моей личной защите, после пары атак, осталось лишь 8 единиц духа, следующий удар должен был стать для меня последним…

В отчаянии, я вложил всю энергию и Волю, что сумел, в плащ и направил его тугой струёй вперёд, через Антона, навстречу удару Володи. Мощная струя огня испепелила торс и голову самоубийцы, столкнувшись с навыком Владимира и уравновесив с ним друг друга. Несколько секунд противостояния синего и оранжевого потоков столь разных стихий, и обе атаки исчерпали вложенную в них силу.

Я резко перекатился и, оттолкнувшись от пола руками, взвился на ноги. Моё оружие лежало в стороне, отброшенное во время борьбы с Антоном, в руках Володи же был макаров. Я ещё раз обновил защиту, Володя выставил барьер, и мы замерли друг на против друга. В струю пламени я сумел втиснуть два десятка единиц духа и двенадцать воли. Обновление защиты оставило меня с запасом энергии на две молнии.

У Володи дела едва ли обстояли лучше. Скорее всего, он тоже сохранил сил на пару ударов. Не обнови он перед этим барьер, ему хватило бы сил поставить точку в нашем бою, но не теперь.

К сожалению, огненный плащ был мне теперь временно недоступен, видимо, я прогнал через него слишком много силы за раз. Я чувствовал где-то внутри тупую, ноющую боль, словно какая-то часть меня, уже ставшая привычной и незаметной, получила повреждение.

Сердце бешенно билось, пережитый ужас перешёл в яростное, бешенное исступление и гнев. Костлявая прошла совсем рядом, задев меня плечом, и за пережитый страх я собирался отомстить сторицей.

Мы простояли так, глядя в глаза друг другу, несколько секунд. Я впервые видел на лице Володи ярость, настоящую, звериную, ту, что делает людей способными на всё. Впрочем, сейчас меня это не впечатляло — я был зол не меньше.

— Она была моей племянницей, выродок, и я… — начал было он, но я перебил:

— Мне п**уй.

В этот раз наша Воля столкнулась с куда большей яростью, чем вначале. Сейчас у нас обоих она была переполнена злобой, а мы сами, не став ждать результата столкновения, начали действовать.

Я кувыркнулся в сторону моих клинков, и подхватив, встал. Володя открыл огонь из макарова, но стрелять начал уже тогда, когда я был в кувырке. Попал он лишь трижды, прежде чем кончилась обойма, но пули не сняли даже единицы прочности защиты. Я резко рванул в сторону, пытаясь обойти барьер, перепрыгнуть не было возможности, он упирался в потолок. Володя повернулся в сторону моего кувырка, барьер повернулся вместе с ним. Пат.

Я начал бить клинками, но не уверена, что от оружия был хоть какой-то толк. Метнул в отчаянии обе молнии, барьер потускнел процентов на семьдесят. Ссука!!!

И тут позади Володи возникла Карина. Видимо, девушка окончательно истощила дух, но своих противников убила всех. Личная защита Володи защитила его от ударов клинка, он ударил в девушку струёй пламени, но она успела среагировать. Самое главное она сделала, Володя перестал контролировать барьер, и я оказался за ним, обогнув его.

При большей прочности и более широком диапазоне воздействия, у барьеров был фатальный недостаток — стоило оказаться внутри, и навык становился бесполезен. Я использовал два оставшихся разреза ветра из оружия, пропустил мимо себя струю ледяного огня, и проткнул правым лезвием лоб. Прощай, Володя. Ты был близок к победе.

Мы с Кариной обессиленно опустились прямо на пол. Довольно большая комната, скорее даже небольшой зал, метров десять в ширину и метров сорок в длину, больше не существовал. Стены, потолок и пол были изрешечены, как швейцарский сыр, от мебели остались догорающие остатки, а в последней трети комнаты были семь разной степени поврежденности трупов.

Вернее, пока ещё шесть. Оля, всё ещё зажимая руками рану, отчаянно скребла ногами пол. Сейчас повышенная выносливость была скорее в минус девушке, лишь продлевая страдания.

— Добей её, — сказала Карина усталым, тихим голосом.

Моя соратница и сама была изрядно помята и зажимала глубокую рану в боку, из под её пальцев сочилась кровь.

— Ты сама как? — спросил я девушку, устало вставая.

— Рана несмертельная, отлежусь денёк и пройдет, — ответила она.

Я встал и подошёл к ещё дергающейся Оле. На душе было погано, и сколько бы я не напоминал себе, что это было необходимо и неизбежно, это не помогало. Заглянул в полные ужаса и боли глаза девушки, всё ещё пытающейся отползти от меня, я одним ударом пронзил её сердце. Прощайте, мои друзья и соратники. Мне жаль, что всё закончилось именно так.

Ну что ж, первая половина дела сделана.

Глава 20. Переворот, часть 2

— Слушай, а мне вот интересно, что мы будем делать, если сейчас вломятся бойцы Алёны? Я, конечно, сделала, как ты сказал, и наши собраны и ждут указаний, но могут и не успеть, случись что, — покосилась на меня девушка.

Как ни странно, двери уцелели, да и стены там оказались не слишком повреждены, так что мы не могли видеть, что там происходит, но прекрасно слышали, что там началась какая-то возня. В ушах до сих пор звенело после оглушительных раскатов грохота, вызываемого столкновениями могучих ударов магии. Поэтому разобрать, что же там твориться, не удавалось.

— Совсем тупенькая, женщина? — вяло поинтересовался я, подходя к одному из провалов в полу.

Дыра была на том месте, где Антон пытался удержать меня, подставив под атаки Володи. Ледяное пламя проморозило бетон насквозь, и кусок пола, на котором мы лежали, провалился под собственным весом. Вовремя я оттуда укатил.

— Я похож на дурака? На каком мы с тобой этаже сейчас? И кто живёт на этаж ниже? — ядовито поинтересовался я. — Я знал, что в этой свалке кто-нибудь пол проломит. В крайнем случае, сам бы это сделал. Так что вставай и прыгаем.

— Ах, какие мы умные, — слегка задето ответила она. — А если б не было проломов? И мы остались бы на нуле, как сейчас?

У меня было преотвратное настроение, перегруженный огненный плащ причинял тупую боль, будто больной зуб, плюс то, что мы сейчас сделали… Но срываться на человека, который, не задавая вопросов, пошла убивать, последнее дело.

— Извини, — сказал я, после того как поймал прыгнувшую вниз раненную подругу.

Та, встав самостоятельно, махнула рукой, мол, да плевать, ничего страшного.

— Я думал, Алёна и Расул будут на моей стороне. Так что рассчитывал на их поддержку. Но, как видишь, времени было слишком мало, не успел с ними пообщаться. Надеялся застать их всех врасплох, думал, эти двое сами примут мою сторону. Опыта госпереворотов у меня нет, поэтому дальше буду действовать по опыту мудрых книжек, прочитанных в детстве.

Пока мы разговаривали, мы вышли из зала-близнеца разгромленного наверху. В помещении было темно, потому выбирались медленно.

В коридоре нас встретили мои бойцы, отряд был в боевой готовности, с приказом что бы ни случилось не идти никуда и не слушать ни чьих распоряжений, до моего возвращения. К счастью, они послушались. Затянись схватка, они бы непременно сунулись наверх, но с начала боя прошло минуты четыре, максимум пять.

— Совет с Володей во главе попытались убить меня, — объявил я ошарашенным людям. — Карина, к счастью, оказалась рядом и успела прийти мне на помощь. Как видите, её ранили. Есть кто-нибудь, кто хоть немного разбирается в медицине?

— Я работала врачом в скорой… — несмело подняла руку одна из женщин.

— Отлично. Иди с Кариной, зайдёте в медпункт, займешься ей, — перебил я её.

— Я в порядке, лучше пойду отлежусь у себя, — попыталась возразить девушка.

— Это приказ, — твёрдо взглянул я ей в глаза. — Ты сделала достаточно, а теперь иди лечись.

Видно было, что та хочет мне возразить, но… Она промолчала.

— Как скажешь, командир, — шутливо козырнула она и ушла в сопровождении бывшего врача. Правда, в сторону своей комнаты, а не медпункта, но хоть врача не прогнала, уже успех.

— Всем остальным — идём вниз, к безотрядным. И отправьте кого-нибудь на третий этаж, пусть скажут, что бы отправили сюда представителя «свободных бойцов», так они вроде теперь себя называют?

У меня не было возможности пройтись сейчас по бойцам убитых мной командиров и что-то им доказать. Да и воспринять они это могут так, что угостят меня навыком в лицо.

С Алёной пока не ясно. Если честно, я совсем не ожидал, что у Совета окажется столько козырей. Я и Карину брал больше для того, что бы победить, не истощив силы полностью. Я планировал выйти на своих двоих и сказать, что защищался, а потом с теми, кто встанет на мою сторону на Совете, взять власть над оставшимися без лидеров войсками. Не вышло. Бой был, как говорится, «на тоненького», и мы даже чуть не проиграли. А я не хотел выходить из зала в таком виде и давать Алёне соблазн добить победителя. Той бы даже делать ничего не пришлось, просто объявила бы, что я перебил там всех, напав первым. Меня бы прикончили бойцы Даши, а она осталась бы чистенькой. Я не питал иллюзий — совместный секс не остановил бы Алёну, если бы она что-то задумала. Но, с другой стороны, ловить рыбу в мутной воде при нынешних обстоятельствах она тоже не должна…

Голову можно сломать, пытаясь понять, что там за тараканы у этой бабы в голове. Совсем меня с толку сбила этим нейтралитетом.

Тем временем, мы спустились вниз.

— Собирайте всех, кто сейчас не на постах, тут, перед зданием. И блокируйте пока выход из центрального корпуса.

Мои бойцы отправились собирать людей. Мой замысел был прост — я собирался поведать свою версию произошедшего, и объявить о том, что собираюсь реформировать армию, упразднив прежние отряды. Это им должно было понравиться, зависть — надёжный порок, на нём всегда несложно сыграть, а свободные бойцы явно завидовали более успешным товарищам из отрядов. С жадностью, конечно, ещё проще, но случай, к сожалению, не тот.

Народ собрался перед площадью. Алёна, сумев ещё раз меня удивить, сама привела выборного и привела семерых человек.

— Они представляют каждый свой отряд. Люди хотят понять, что случилось, — ответила она на мой невысказанный вопрос.

Надеюсь, она не собирается мне мешать. Хотя, спустилась она без своих людей.

— Сегодня на Совете меня пытались убить, — начал я. — Владимиру и другим командирам не понравилось, что моя популярность растёт, и что я быстрее остальных прокачиваюсь. Мне предложили покинуть Гранд, в одиночку, и никогда не возвращаться, — говорил я проникновенно. Жаль, Воля была на нуле. — Я не собирался и не собираюсь когда-либо бросать этот Анклав. Вы сами знаете, сколько я сделал для него. Именно я всегда вёл вас боях. Я побеждал самых опасных врагов, рискуя жизнью, пока остальные отсиживались за нашими с вами спинами, играя в командиров. И после этого они попытались меня выставить за дверь, словно я какая-то дворняга!!

Естественно, я послал их н***й. И знаете, что они сделали? Попытались убить меня! Мне пришлось защищать свою жизнь. К моему счастью, в тот момент рядом с комнатой, где шёл Совет, оказалась Карина, искавшая меня. Ну, я думаю, вы все в курсе, что нашей Бешенной иногда разная хрень в голову приходит, — сказал я, улыбнувшись. Прости, Карина, но внятного оправдания твоему там присутствию я так сходу не успеваю придумать, так что придется списывать всё на твою дурь в голове. Среди толпы послышались смешки. — Вдвоём нам удалось взять верх, но сейчас она ранена и отдыхает.

— Я хочу спросить, — начал один из пришедших с Алёной бойцов, недоверчиво сверля меня взглядом. — Как вышло, что она с ним оказались целыми и невредимыми? — кивнул он в сторону стоящих в стороне Алёны и Миши (представителя свободных бойцов).

— Они покинули зал, когда стало ясно, к чему всё идёт. Задерживать их никто не стал, — ответил я.

— А чем докажешь, что они не в сговоре с тобой? — сказал другой.

— А кто вы вообще, нахрен, такие, что бы я вам что-то доказывал? — пожал плечами я, старательно гася раздражение. — Вы вообще должны быть благодарны, что я стал что-то объяснять вам, ближайшим сторонникам предателей.

У них дернулись лица. По больному бью, если их командиров сочтут, как я и планирую, предателями, то их ближайшее окружение тоже попадет в опалу. А может, они потому и пытаются тут воду мутить, что боятся меня и того, что я устрою репрессии? Ведь послали узнать обстановку, конечно, не самих замов, но всё же тоже кого-то, стоящего высоко в иерархиях своих отрядов.

— Если вы боитесь, что я стану вам мстить, можете расслабить булки. Вы мне ничего не сделали, и никаких претензий у меня к вам и вашим товарищам нет. Но! — повысил я голос, вновь обращаясь уже ко всем присутствующим. — Прежние отряды я расформировываю. Все бойцы, что отрядные, что свободные, сформируют семь рот. В ротах будет по пять взводов, во взводе — четыре отделения. Я назначу ротных, взводных и командиров отделений в течении этого дня. Отряды будут смешанными, бойцы разных отрядов в равной степени будут составлять каждую роту. Я буду честен — с этого дня я беру власть в свои руки. И, что бы подобная нынешней ситуация больше не возникала, я намерен перемешать составы бойцов. Каждой роте я выделю свой этаж. Каждый боец каждой роты теперь будет жить в центральном корпусе. Больше не будет никаких свободных бойцов и прочего. Ё***ый мир изменился, ё***ые животные изменились, изменимся и мы. Я не обещаю лёгкой жизни, но обещаю — Гранд будет жить, а вы — побеждать.

Теперь вы, — обратился я к представителям. — Идите к своим, передайте им мои слова. Если кому-то что-то не нравится, я не буду никого ни к чему принуждать, пусть берут припасов из своих запасов и топают на все четыре стороны. И да, если объявятся умники, которые захотят занять места погибших начальников, передайте — не в мою смену. Даю час на размышления.

Теперь главное восстановить силы. Свободные бойцы, услышав мои обещания, были мои с потрохами. Центральный корпус, равное положение с отрядными, паёк повышенный… И я им не врал. В моих планах упрочить фундамент моих будущих сил в первые двое суток здесь, проведя реорганизацию. Командиры рот будут иметь те же миникарты, что имели члены Совета, они позволят значительно увеличить нашу маневренность и скорость реакции на изменения обстановки. Действующие по единому плану, собранные в полноценные отряды, где самая маленькая тактическая единица — отделение — будет сформировано из бойца с барьером, чья задача будет прикрытие отряда, и четырех бойцов с навыками дальнего боя. В каждом взводе будет минимум два бойца выше сорокового уровня. В каждом взводе обязательно будет и отделение, в котором все бойцы будут обладать личной защитой.

Таким образом, я собираюсь решить одну из главных наших проблем — мы слишком неэффективно действуем имеющимися силами. Пока у нас была просто толпа, которую в каждом бою приходилось чуть ли не тумаками совершать каждый манёвр. У бойцов не было чётко прописанных задач, не было налажено взаимодействие отрядных бойцов со свободными, и вся командная цепочка была неэффективна. Прежний подход ещё кое-как работал с небольшими группами бойцов, но сборное войско было слишком рыхлым. Крикнут барьер — одни ставят сразу, другие тупят, нужные бойцы не всегда оказываются на месте вовремя, вынужденные метаться туда-сюда, с фланга на фланг, при малейших изменениях обстановки, и так далее.

Ещё требовался особый ударный отряд, в котором будут лучшие. Я не намерен лично метаться всюду, перекрывая бреши. У меня под рукой должен быть отряд, который станет козырным тузом против сильнейших тварей. В него, в первую очередь, войдём я с Кариной, а так же самые высокоуровенные бойцы, которым я в будущем раздам навыки среднего ранга. Для этого я намерен устроить настоящий геноцид окрестных крыс. По хорошему, нужно снабдить ими всех командиров рот, но их снабжу по остаточному принципу.

Третье большое изменение — я открою двери анклава для всех. Мне нужны люди, из которых я соберу свои будущие легионы. Система уже показала, что развитый анклав имеет возможности выйти на самообеспечение. Осталось лишь прокачать его, но грядущая компания даст нам его столько, что можно не сомневаться в успехе.

Мои размышления прервали Юля с Андреем.

— Рус, скажи честно, — тихо попросила рыжая. — Когда ты через Карину приказал нам быть на готове… Я так понимаю, нападали не они на тебя, а ты на них. Стой, не спорь, пожалуйста, дай мне договорить, — не дала она мне перебить себя. — Скажи, зачем ты это сделал? Я ведь понимаю, да и наши не дураки, догадываются, что Карина не просто так наверх пошла… Так вот — это всё только ради власти?

Они смотрели на меня, а я не знал, что ответить. Я так надеялся, что этого вопроса удастся избежать… Я не хотел им лгать.

— Я бы тоже не отказалась услышать ответ на этот вопрос. Всё действительно из-за того, что ты нам сказал? — спросила незаметно подошедшая Алёна.

— Тебя сюда не звали! — сердито зашипела Юля.

— Успокойся, девочка. Я подпишусь под любой версией Руслана, что он озвучит толпе. А заварушка на Совете для меня не секрет, я там была.

— Она права, Юль. Так вот, скажу тебе так — я шёл на Совет с предложением, которое бы точно не приняли. И взял Карину как страховку. И я не врал — они действительно предоставили мне выбор — изгнание или смерть. Я выбрал третье — убить их самому. Алёна с Мишей просто заявили, что не полезет в нашу драку. Итог ты знаешь.

Я ведь не соврал — подумал я, утешая себя, — лишь немного сместил акценты.

— Если честно, мне не важно, почему ты поступил так, как поступил, Рус, — сказал Андрей. Но не успел я расстроится, как он продолжил. — Просто скажи, почему ты не предупредил нас. Мы бы помогли, Я бы точно помог!

И что ему сказать? Следующие слова были скорее мыслями вслух, вырвавшись помимо моей воли.

— Я догадывался, чем всё кончится. И готов был к этому. Впереди тёмные времена, я собираюсь вести выживших вперёд, навстречу буре. Мне предстоит ещё немало темных дел и жестоких, подлых решений. И я сделаю все, возможное и невозможное, что бы победа осталась за нами. Я ни за что не хочу, что бы в этой грязи замарались и вы, друзья мои. Пусть с чудовищами в людском облике бьются такие же чудовища. Кем бы вам не казались со стороны члены Совета, но все они были и есть монстры, готовые ради власти и своих убеждений идти по черепам. Я такой же, она — кивнул я на Алёну. — Тоже. Как и Карина. Вы другие, и я надеюсь, вы не изменитесь. Потому что вы — мои друзья.

Вышло сумбурно и излишне пафосно, я понимал это. Я ожидал, что хоть кто-то из них попытается пошутить над моей речью, но они молчали.

— Ты не чудовище… — начала жарко Юля, но её перебили.

— Нет, он самое опасное из нас, — резко сказала Алёна. — Монстр-фанатик. Ты куда опаснее, чем я думала. И куда более болен, чем Карина. Я надеюсь лишь на одно — что ты всё ещё помнишь, куда устлана дорога из благих намерений. Но знай — я с тобой.

Через час около полусотни бойцов из разных отрядов, взяв с собой припасы, объявили о своём уходе. Остальные выстроились передо мной. Шесть с половиной сотен бойцов — яблоку было негде упасть.

Я поручил пересчитать количество бойцов выше пятидесятого уровня, количество бойцов с барьером и количество тех, у кого была личная защита.

Глядя на воцарившуюся толкотню, я понял, что день будет долгим.

Глава 21. Армия

Выше пятидесятого оказалось семнадцать человек, включая меня, Карину, Алёну и Андрея с Юлей. Бойцов с защитным барьером — тридцать семь человек, с личной защитой — семнадцать. М-да, это будет куда сложнее, чем мне казалось.

— Я хочу кое о чём попросить, Рус, — обратилась ко мне Алёна. — Не мог бы ты вывести мой отряд из своей армии? Я хочу остаться вольной птицей. Пусть это будет моей наградой за то, что я осталась над схваткой, договорились?

Я удивлённо возился на эту… Эту!

— Ты берега не попутала, солнышко моё? Тем, что ты в драку не полезла, ты себе шкуру сберегла! За что мне тебя благодарить и вознаграждать?

В ответ девушка молча улыбнулась и её окутала личная защита, явно среднего ранга, а в поднятой ладони засиял огонёк ледяного пламени. У меня разом пересохло во рту. Да где эта ссука их взяла?! Она же самой слабой была, вроде!

— Ты правда думал, что будь я обычной, слабой девкой, я бы заняла своё положение? Каждая юбка в Совете была со своим секретиком. Когда ты придушил меня в первый день, это был спектакль. Своей дракой с Володей ты привлёк к себе внимание. А у нас как раз начинался кризис власти, не хотели отдавать её кому-то одному.

Поначалу, в первый день, мы договорились, что я тебя справоцирую, так как я была единственным обладателем личной защиты среднего ранга, — продолжала она. — Володя хотел убедиться, насколько ты адекватен. Тогда у нас только я и он обладали навыками среднего ранга, прошла только первая ночь с конца света, а мы уже готовы были начать дележу власти. Но тут появился ты, и события закрутились — сперва первая битва с крысами, где Володе пришлось раскрыться, потом делёж трофеев, где ты повёл себя на удивление скромно… Знаешь, а ведь ты начал нравиться Даше, она хотела тогда, той ночью, предупредить тебя. А я её перехватила. Но тут ты сам явился и чуть ли не на её глазах меня трахнул… Она, в общем, весьма обиделась. Мы уже ничего против тебя не имели, ты всё всем доказал в схватке с крысами, да и решения проталкивал не из личной выгоды…

Алёна умолкла, на секунду задумавшись, а я молчал, охренев от услышанного. Как глупо вышло… И Даша… Меня кольнуло острое сожаление. Мне и так было мерзко от сделанного, но теперь некоторые из погибших заиграли иными красками. Притащившаяся, несмотря на рану, Карина, с интересом слушала рассказ. Пока мы стояли в стороне, Андрей с Юлей и ещё пятёркой доверенных бойцов пытались распределять людей по ротам. Бессмысленное занятие, ребята ещё не в курсе, по какому принципу будут разделены люди на отряды, но сейчас мне было не до этого. Хоть рассказ Алёны уже ничего не мог изменить, я чувствовал какое-то болезненное любопытство. Это напоминало желание поковырять в ранке веточкой — глупо и больно, но любопытно, если ты идиот. Я, похоже идиот.

— Ты давай поскорее договаривай, дел до жопы ещё, — грубо поторопил я её.

— Ты что, обиделся, котик? — улыбнулась она, глядя на меня.

— Нет, что ты. В том, что факт того, что мы вместе спим, тебя никогда не остановит, если ты что-то задумаешь, я не сомневаюсь и не сомневался, — улыбнулся я в ответ. И тут же, уже серьезно, добавил. — Как и меня. Если ты думаешь, что твоя дырка даёт тебе дополнительные возможности, ты ошибаешься. Перейдешь мне дорогу, и я не задумываясь тебя прикончу.

— Гав-гав, — подала голос улыбающаяся Карина. — А я ему помогу. Рус, конечно, говнюк, но он мой друг. Так что если он вдруг начнет сомневаться, я сама сделаю тебе кусь-кусь. Насмерть, н***й. И не надо тут навыками понтоваться — ты сделала выбор, когда утащила задницу из комнаты. Мы чуть не погибли, убивая этих говнюков. Ты не предупредила о том, что у них есть навыки среднего ранга, хотя, как минимум, догадывалась. Не помогла в бою, хотя могла бы. Ты сама сказала, что покоришься победителю — так что молчи и покоряйся, шлюха.

— Да и рассчет у тебя, видно, был на то, что мы с Кариной проиграем, но при этом вырежем большую часть Совета. Выжили бы лишь те, кто уже обладал навыками среднего ранга. И положение при таких делах у тебя бы не пошатнулось. Так что Карина права, — погладил я ту по голове. — Не стоит сейчас пытаться меня разводить. Твой отряд я забираю. Сама вольна делать что хочешь. Скоро я сделаю так, что этих средних навыков нам будет достаточно.

— А если мои бойцы решат последовать за мной? — всё так же спокойно спросила она. Однако в глазах сверкнула злость. Видно, Карина это тоже заметила, судя по её довольной улыбке. — Силой удержишь?

Ну, тут она, конечно, права, силой их удерживать смысла нет.

— А ты вообще зачем уходить собралась? — поинтересовался я.

— Ты собираешься собрать армию. В ней будет жёсткая дисциплина и прочие армейские прелести, а мне нужна определенная свобода. Я готова подчиняться тебе, готова помогать, но я всё ещё не отбросила ни идею с борделем, ни остальные свои идеи. Мне будет тесно в тех рамках, которые ты планируешь очертить.

Лишаться Алёны я не хотел. И дело было отнюдь не в сексе. Просто члены Совета, как бы мне не хотелось это оспорить, тянули на себе действительно многое. Сортировка трофеев, подсчёт и систематизация продовольствия и питьевых запасов, контроль выдачи пайков… И это только то, что на поверхности. Мне предстояло создать службу обеспечения взамен прежней, найти людей, что будут этим заниматься, продумать и организовать быт всех тех, кто не войдёт в число воинов, да и самих воинов тоже… Организовать бойцов, просто перераспределив их по отрядам и переделав командную структуру, невозможно. Вернее, это лишь верхушка айсберга. А вот весь подводный его массив — это те самые быт, обеспечение и прочие гражданские вопросы. У нас будет полноценный полис, хоть и с военным уклоном, а не бригада солдат с кучей балласта на шее, так это вижу я.

К чему я привожу эти рассуждения? Да к тому, что сейчас Алёна единственный готовый руководитель любого направления. Андрей, Юля и прочие, конечно, то же неплохи, и со временем, я уверен, потянут все эти задачи не хуже прежних руководителей, но сейчас как раз времени лишнего нет. Я собираюсь сейчас организовать роты, все семь. Раненные бойцы, что тут присутствовали, уже отправились назад, долечиваться. Людей осталось на пять с половиной рот, но я решил, что пол сотни бойцов пусть останутся. Будут гарнизоном — стеречь входы в здания и патрулировать. Как раз выходило, что по пять человек на семь входов и пятнадцать для контроля обстановки в здании. Плюс легкораненные, если что, тоже помогут. Пусть тылы будут надёжно прикрыты.

Остальных же я собирался взять в первый наш выход. Если честно, я, хоть и продумал перегруппировку самих отрядов, но ещё весьма смутно представлял схему их работы в действии. Всё же это было ближе к средневековым и античным методам ведения войны. Прикрыться щитами, атаковать навыками и рубить в ближнем бою, если кто-то добежит. Посмотрим, что из этого выйдет — легионы Рима или фаланги ахейцев, а может, стены щитов тёмных веков. Надо пробовать и учиться, другого пути нет.

Я дал согласие Алёне на то, что два десятка её бойцов в будущем, когда им найдётся адекватная замена, выйдут из рот, как и она сама, если не передумает. И будут реализовывать её амбиции вместе с ней, любые, кроме тех, что пойдут во вред анклаву. Но первые три месяца она будет командиром одной из рот, плюс на ней будет всё то, что я поручу ей возглавить.

— Когда все механизмы у нас отладятся, можешь делать со своими что хочешь, если к тому моменту не передумаешь, — сказал я ей. — Но даже тогда будь готова к тому, что при нужде я буду задействовать и тебя, и твоих в боевых операциях. Будешь снова на том же положении, что во времена Совета. Договорились?

— Согласна, — с улыбкой кивнула она. — Три месяца поиграю в верного солдатика, если не увлечет — снова вернусь к прежнему положению.

Прямо сейчас мне была нужна её помощь, поэтому пришлось согласиться. В этом случае проще договориться, чем переть напролом и навязывать свою волю силой. Абсолютного доверия у меня к ней нет, и за ней я буду приглядывать особо, но всё же лучше уж так, чем заводить недоброжелателя в её лице. Жизнь сложная штука, и без умения найти компромисс в ней порой бывает крайне сложно.

Я разбил бойцов на роты. Командирами стали Андрей, Юля, Алёна, Миша и Павел. Последний — тоже из числа бывших свободных бойцов, только позавчера получивший свой первый навык, из тех тридцати, кому я их роздал. Мужик был бывшим военным, лет сорока пяти, прослуживший всю жизнь прапором в войсках ПВО. Юле и Андрею я доверял, они и так всё это время, фактически, руководили моим отрядом.

Назначение командиров взводов и отделений я доверил самим ротным. Это их будущие непосредственные подчинённые, пусть решают сами. Я не собираюсь лезть в каждую мелочь, лишь настоял, что бы в каждой роте был хоть один взводный из моего бывшего отряда. В случае Алёны их было двое, и один из взводов полностью состоял из моих бывших бойцов. Её бывших подчинённых в роте почти не было, на этом я тоже настоял. Доверяй, но проверяй.

— Ты не казался мне таким параноиком, Рус, — заметила она недовольно.

— Я теперь тиран, моя дорогая, — шутливо заметил я.

— А тиранов положение обязывает быть мнительными и осторожными, — подхватил Андрей. — Так что привыкайте, дамы и господа.

В тот день мы так и никуда не выступили. Сначала, в обед, заварушка с переворотом, потом двигал речи, час ждали решения от лишенных командиров бойцов, ещё дольше считались и делились на отряды…

В общем, к моменту, когда что-то внятное оформилось, уже начало темнеть. Выступать в темноте я, естественно, не собирался.

Нам катастрофически не хватало защитных барьеров, не говоря уж о личных защитах. Идею сформировать из последних по отделению на каждый взвод пришлось сразу отбросить до лучших времён, ибо их хватало максимум на три взвода. С защитными барьерами дело обстояло чуть лучше — тут почти на две полные роты людей хватило.

Я решил не раскидывать в каждую роту по чуть-чуть, а сформировать две максимально укомплектованные барьерами, одна из которых, вдобавок, будет обладать тремя отделениями с личной защитой. Усиленными ротами, естественно, командовали Юля с Андреем — фаворитизм никто не отменял. Рота Андрея, к тому же, обладала и тремя отделениями с личной защитой.

Штаб теперь был перенесён в кабинет у меня на этаже. Там я проводил первый инструктаж, объясняя ротным и взводным суть новой тактики.

— Идём походными колоннами, по-ротно. Впереди, в качестве разведки, взводы с личной защитой. На будущее — в каждом из таких отделений должен быть ещё и кто-то с барьером. Они что-то вроде отделений тяжёлой пехоты — стоят в первой шеренге строя, первыми принимают на себя удар. Остальной взвод бьёт из-за их спин. Рота будет действовать повзводно — каждый взвод отдельная тактическая единица. Хоть оборону держать, хоть наступать — так удобнее. В рейды ходим теперь минимум ротами. Во время больших операций — армия работает уже по-ротно. Каждая рота становится отдельной тактической единицей, отделения с личной защитой — впереди, остальные бьют сзади. Запомните, это важно — каждый взвод будет состоять в группе. Предел группы у системы — как раз двадцать человек. Это будут постоянные группы, говорю сразу. Поэтому предупредите всех, у кого есть барьеры — они не должны тратить дух ни на что, кроме барьера! Опыт им будет капать в любом случае, они в пати. Нельзя допустить такой херни как раньше, когда некоторые просаживали весь дух в бою, используя и барьер, и атакующие навыки!

Про бойцов первого ряда. Мы сегодня же должны выделить им всё лучшее из защитного снаряжения. Плюс из оружия у них обязаны быть копьё и меч — первое что бы бить из-за барьера, второе на случай рукопашки. Понимаю, те, у кого есть личная защита, в основном высокоуровенные бойцы, но им тоже придется экономить дух — в случае чего, именно им придется прикрывать отход товарищей. Поэтому эти отделения и дальше будут формироваться из самых прокачанных бойцов.

В будущем у нас будет сформирован ещё один, особый отряд, под моим командованием — туда будут входить бойцы с навыками среднего ранга. Это будет наша тяжёлая артиллерия, этот отряд вместе со мной будет бить сильнейших монстров. Пока у нас лишь трое обладателей этих навыков, я, Карина и Алёна. Поэтому, Алёна, будь готова — в случае возникновения необходимости, именно мы трое завтра будем убивать крысиных командиров. Я планирую завтра начать военную компанию против вчерашней стаи. На этом пока всё, можете расходиться на отдых. Главная цель на завтра — добыть как можно большее количество защитных навыков. Объясните своим новым подчинённым то, что я вам рассказал. И да, дамы и господа, — окликнул я двинувшихся на выход людей. — Я прекрасно понимаю, что навыки, выбитые в бою, частенько «случайно» выучивают, не внося в общую кассу. Или просто уносят, что бы отдать близким. Так что прошу — мне, по большому счету, насрать, что будет с атакующими навыками, но защитные нужно обязательно сдавать все. Донесите это до бойцов, прошу вас. Я не хочу устраивать репрессий и публичных порок, но если люди не поймут меня и будут продолжать их присваивать… Я очень, очень разозлюсь. Хотелось бы не прибегать к непопулярным мерам без крайней необходимости.

Надеюсь, они поняли меня. Я, конечно, не собираюсь никого казнить за подобное. И не собираюсь сильно лезть в святая святых — делёж лута бойцами. Это и раньше делалось по принципу — всё лучшее нашедшему или добывшему, остальное — в общую кучу. И я понимаю, что отнимать это право у людей — очень плохая и опасная затея. Поэтому я буду закрывать на это глаза, но не в случае со стратегически важными навыками и ресурсами. И если надо — я готов публично, перед строем избивать до кровавых соплей нарушителей.

Я заново распределил этажи. Теперь на втором жила рота Алёны — перебдеть будет не лишним, пусть будет под моим приглядом. Понимаю, что это уже паранойя, но тут ещё один фактор — я не собирался переставать с ней спать, так что проще заселить на своем этаже.

Андрея и Юлю с их ротами поселил на четвертом, контролировать продовольствие. Миша и Павел заняли третий.

На каждом этаже вполне можно было разместить и три-четыре сотни человек, и я собирался так и сделать в будущем. Времена, когда на пол сотни бойцов отдавали целый этаж, в прошлом. Теперь это будет большой казармой, совмещённой с донжоном.

Сегодня спать я отправился один. Не было никакого желания видеть кого либо. Этот день выпил из меня все душевные силы, ни одно сражение не изматывало меня так. Я лежал и не торопясь пил адскую смесь из коньяка, виски, водки и шампанского, залитых в здоровенную пивную кружку, литра на полтора объемом. Очень хотелось нажраться, но когда ты становишься сверхчеловеком, с этим начинаются проблемы. Поэтому пришлось идти на такие ухищрения.

Перед глазами проносились воспоминания о сегодняшней бойне. Вот Даша, зло сузив глаза, бьёт в меня молнией. Вот растерянное выражения лица Оли, когда мой клинок вскрывает ей глотку. Она ещё не понимает, что для неё всё кончено, тянется ладошками к шее, пытается остановить стремительно покидающую тело алую жидкость…

Вот и взгляд Антона, от которого меня сейчас бросает в дрожь. В нём отчаянная безысходность и жгучая ненависть ко мне, ему уже ничего не важно, только бы я сдох, любой ценой, любыми жертвами…

А вот Володя. На его лице ярость и сожаление, он явно укоряет себя, что не прикончил меня сразу, в первый день. Он, наверное, уже понял к тому моменту, что обречён, что последний шанс меня убить упущен…

И снова Оля. Девушка пытается отползти, она задыхается, глядит на меня, в глазах ужас и отчаянная, невероятная жажда жизни. В её глазах читается мольба, она все ещё на что-то надеется, до конца не хочет верить, что это конец, даже видя, как я опускаю своё оружие на её сердце…

Что бы ни случилось дальше, скольких бы я ни убил в будущем, эти лица теперь навсегда со мной. Они не будут являться мне каждую ночь, но иногда, темными ночами, они будут возникать передо мной и напоминать мне, что я чудовище и убийца…

Так, ворочаясь и пытаясь заглушить душевную боль алкоголем, я и уснул, крепко нажравшись, но так и не почувствоваший облегчения.

Глава 22. Победа

Проснулся я поздним утром, в одиннадцать. На полу стоял полупустой бокал с моим вчерашним коктейлем, в голове была лёгкая муть. Желания вставать и идти вершить великие дела не было совершенно. Сон не принёс особого облегчения, на душе всё ещё было погано.

Поздравляем! В течении суток после переворота никто вы удержали власть! Система признаёт вас лидером анклава Гранд!

Я потянулся к бокалу, сделал мощный глоток и громко рыгнул.

— Жалкое зрелище, — сказала, входя ко мне, Алена. — Лежишь, пьёшь и рыгаешь, вместо того, что бы заниматься делами. Что, кошмары мучили? А как же вчерашний пафос? Где же то чудовище, которое вчера собиралось пожирать других чудовищ?

— Тут оно, тут, — недовольно проворчал я, поднимаясь и начиная одеваться.

— Пока я вижу тут только чудовищную вонь. И грязь. Ты что, так и собираешься жить в этом свинарнике?

— Нормальная комната, что не так? — огляделся я. Ну да, чуть неубрано, немного хлама, но в целом…

— И вообще, у нас Апокалипсис. Не до такой херни! — попытался оправдаться я.

— Х*яапокалипсис! Это не повод жить как свинья. Я пришлю сюда кого-нибудь, что бы убрались. И гардероб тебе стоит обновить, ты эти тряпки уже неделю таскаешь под доспехами. Скоро врагов запахом будешь убивать! — обвиняющие ткнула она пальчиком. — Ты теперь лидер и лицо анклава, начинай соответствовать. В общем, отложим этот разговор. Если ты не забыл, сегодня после обеда ты первый выход планировал. Люди уже накормлены, подъем у всех в девять был. Ждём только тебя.

Мне даже немного неловко стало. Она ведь права — заварил кашу, а сам тут лежу, себя жалею, пока остальные готовятся к походу, из которого многие могут и не вернуться.

— Тогда пойдём, — бросил я, подхватив верные клинки.

Спустившись вниз, приказал построить на улице нашу мини армию. Собрав ротных, начал командовать.

— Андрей, твой бойцы идут первой колонной. Высылай три отделения, те, с личной защитой, в разведку. Пусть держат дистанцию метров триста от основных сил. Разошлешь их веером, одно отделение идёт по ходу движения основных сил, два разведывают фланги. Одиночных тварей могут бить, но если увидят скопления противника, пусть сразу топают к основным силам. Геройства проявлять не требуется.

Первыми будут идти роты Андрея и Алёны, затем Миша с Пашей, замыкает Юля.

Юль, твои бойцы идут в тылу. У тебя почти в каждом отделении бойцы с барьерами, ваша задача — следить за тылами. Если вдруг мы прохлопаем врага и нам зайдут в тыл, ты должна будешь сдержать первый удар.

Паша и Миша, на флангах тоже пусть идёт по отделению ваших бойцов. Расстояние — 200 метров. Их задача в случае опасности валить к основным силам и предупредить. Геройства не требую, просто пусть смотрят в оба. Всё, выступаем.

Мы дождались, пока разведчики выдвинуться, и, через пару минут, начали движение. Я с Кариной и Алёной шли в голове колонны. Вообще, я уже начал задумываться, а не предложить ли Алёне, хоть на время, перейти из ротных ко мне в особый отряд? Так явно будет удобнее, но как сама девушка воспримет такую идею? Это, как ни погляди, понижение…

Через десять минут похода у нас возникла новая проблема. Из уцелевших домов к нам тянулись худые, истощенные и измотанные люди, что покидали свои убежища. Попадались и целые группы, и одиночки. Я даже не ожидал, что в покинутых домах окажется столько людей.

— И что нам делать с этими оборванцами? — задумчиво поинтересовалась Алёна, когда беженцев скопилось уже больше сотни. — Бойцов и мало-мальски сильных духом людей среди них нет, те уже давно или погибли, или выбрались отсюда. Если сейчас напоремся на крыс, они нам просто всю тактику поломают. Начнут паниковать, драпать, под ногами путаться…

— Как бы прискорбно это ни было, но не могу не согласиться с Алёной, — поддержал её Андрей. — Поход превращается в фарс.

С этим было сложно не согласиться. Отправить их назад, на нашу базу, тоже было рискованно — одиночные твари либо бежали с пути нашего следования, не рискуя связываться, либо погибали от рук разведчиков. В любом случае, я уверен, что колонна этих бедолаг, как только выйдет из радиуса, на котором действуют мои разведчики и арьергард, станут чьей-то добычей.

Но, твою мать, и подвергать из-за них риску армию я не могу! И поворачивать назад тоже! Ладно, отправлю взвод сопровождения.

Прибыли разведчики из передовой группы. Это решило дело. Сейчас мне понадобятся все люди, до последнего бойца.

— Пусть топают в сторону Гранда. Что бы не вздумали спорить, скажи им, что сюда идёт армия крыс, и будет большая драка.

Андрей, к которому я и обращался, коротко кивнул. Подозвав одного из своих взводных, он отправил того проконтролировать, что беженцы уйдут.

— Ну, рассказывайте, что вы там увидели, — обратился я к бойцам.

Войско встало и начало перегруппироваться.

— Там их до жопы, командир, — начал командир отделения разведчиков. — Мы не стали походить близко, что бы не рисковать, но заметили, что их там меньше, чем в прошлый раз. Они там готовятся к атаке, к ним всё прибывают подкрепления. Сколько командиров, точно не скажу, но четверых видел своими глазами.

Надо идти самому. Между нами с пол километра, они через один двор. Нужно выстроить своих здесь, а самим справоцировать тварей на атаку, что бы бить их на наших позициях.

Оглядываю двор. Надо разместить своих так, что бы отряды с барьерами встали впереди, за ними — роты тех, у кого нет барьеров, что бы они били через головы наших. Место подходящее, местность идёт под уклон, хоть и не слишком сильно. Времени возводить полевые укрепления нет, есть риск, что твари ударят раньше, чем приготовимся. Нужно перехватить инициативу.

— Юля, Андрей — ваши отряды будут впереди. С вас барьеры. Рота Миши — резерв. Алёна и Паша — размещайте людей так, что бы они могли бить через головы своих. Задача ваших отрядов бить вглубь строя тварей. Андрей, Юля — ваши бьют непосредственно тех, кто добрался до барьеров. Побыстрее, на позиции!

Роты Юли и Андрея построились быстро, сложнее вышло с Алёной и Пашей. Но спустя минут семь и они заняли позиции.

Наш правый фланг прикрывал один из многочисленных домов. От левого фланга до соседнего было метров двести, и там наш строй загибался чуть внутрь. Резерв расположил ближе к левому флангу, как к самой уязвимой части строя. Теперь осталось заставить врага начать атаку именно тут.

Я с Кариной пошли вперёд. Нашей задачей было выманить врагов с их позиции. Углубившись в соседний двор, мы увидели стаю тварей. Среди них действительно было меньше командиров, лишь шестеро, но в остальном те не уступали числом прежней орде. Тут было тысячи четыре голов, не меньше.

— Волнуешься? — с нервной усмешкой спросила меня Карина.

— П***ец как, если честно. А ты? Рана точно окончательно зажила?

— Я сейчас, если честно, готова плюнуть на всё и свалить отсюда. Только ведь такая херня сейчас повсюду, верно? — Хохотнула она.

— Верно. Ладно, начнём.

Мы выскочили из-за остова легковушки, за которой прятались, и выпустили по навыку в командиров. Разрезая всех тварей на своем пути, лезвие бури и молния ударили в барьер, в последнее мгновение вставший у них на пути.

Старый знакомый Карины, чья передняя лапа уже, видимо, начала регенерировать, успел среагировать. Что ж, жаль, но главная цель достигнута — твари ломанулись за нами. Видно, им надоело ждать.

Мы с Кариной неслись, подобно ветру. О, как я был рад, что хорошо вложился в Ловкость!! За нами текла настоящая волна крыс, в след били навыки, мы петляли и уворачивались, моя личная защита потеряла половину запаса прочности.

Уже набегая, мы с разбегу, аккурат в специально оставленный бойцами для нас зазор между барьерами, нечеловеческим прыжком перелетели строй наших бойцов. За нашими спинами уже вовсю грохотали удары боевых навыков, волна тварей врезалась в барьеры и начала накрывать их подобно волне. Я даже испугался, что вал тел сейчас перевалит через барьеры, но тут наша армия заработала в полную мощь.

Сотни простых, но эффективных навыков, ударили разом, синхронно — вал тварей смело волной сосулек, молний, воздушных лезвий, огненных шаров и стрел, водяных плетей и каменных шипов. Эффект от синхронной атаки четырех сотен людей был ошеломителен, в одно мгновение погибли сотни крыс.

Следующая атака была уже не столь впечатляюща, былой синхронности уже не было. В течении десяти минут мы перемалывали прущих напролом тварей, и пока нам даже не пришлось вводить в бой резерв.

Правда, нашему строю пришлось отойти на семь десятков шагов назад, что бы твари не перехлестнули барьеров, перебравшись по трупам. Крысы откатились назад, замерев в сотне метров и обстреливая нас навыками, и я приказал передним ротам прекратить огонь. Третья и четвертая рота продолжали обстрел, но уже не так интенсивно, стараясь выбивать именно тех тварей, что стреляли навыками.

Мы получили передышку. Пока потерь у нас не было, резерв в бой не вступал. Нам с Кариной и Алёной тоже не нашлось работы. Быстрая перекличка показала, что у барьерщиков осталось от сорока до шестидесяти процентов энергии. На ещё одну такую стычку хватит вполне.

Твари потеряли около семи-восьми сотен своих. Стая сократилась почти на четверть, но этого всё ещё было мало. Сегодня мне была нужна решительная победа, мне нужны были головы их командиров, мне нужно было это поле боя и этот лут! Мне надоели половинчатые победы на грани фола, сегодня я был настроен идти до конца. Мне нужно было доказать всем, и в первую очередь себе, что всё, мной затеянное было не зря, что нам по силам вернуть себе этот город, а затем и этот мир. Иначе выйдет, что я просто так перебил своих соратников.

— Сейчас, если они в течении трёх минут не пойдут в атаку, двинемся вперёд сами. Идти в таком же порядке, строй не разрывать, барьерная линия не должна нарушаться, — обратился я к собравшимся вокруг меня командирам.

Самим идти в атаку не пришлось. Твари вновь пошли вперёд, и на этот раз в их рядах шли и вожаки, прикрываясь барьерами и прущим впереди мясом.

В этот раз удар был куда мощнее. Вожаки били, стараясь концентрировать огонь на отдельных барьерах, и у них начало получаться. То там, то здесь начали окончательно гаснуть барьеры, и в дело наконец вступили бойцы первой линии.

Крысы несли колоссальные потери, но всё же теснили и продавливать строй. Если так пойдет и дальше, то победа выйдет пирровой. Нужен был ход, что перевернёт игру, что-то, что радикально изменит ход битвы.

— Вводи резервы! Резервы, Рус, ёб твою мать, или нас сомнут! — орала мне в лицо Юля, мешая думать.

Звук хлесткой пощёчины, заставившей девушку заткнуться, удивил всех.

— Заткнись, макроще*лка недоразвитая, не ори ему подруку! — заорала взбешенная Алёна.

Пощёчина… Резкий, внезапный ход… Да, ничего иного нам не осталось.

— Алёна, Карина, и весь резерв — на левый фланг, за мной!

Мы побежали к стоящей в резерве пятой роте.

— Бойцы, прорывается к командирам тварей! Приложите нам коридор, остальное на нас!

Резервная сотня бойцов ударила по краю напирающей орды, рассекая неготовые к такому толпы крыс. Минута — и мы уже около крысиного начальства, оставшегося почти без прикрытия. Вот теперь и посмотрим, кто кого.

Барьер, поставленный одним из командиров, мы просаживаем одним совместным ударом — моё пламя в форме шара, усиленное лезвие бури и ледяное пламя. Барьер падает, наша сотня бойцов обрушивает шквал атак, твари изранены, но барьер возникает вновь.

И тут дали о себе знать простые бойцы, показывая, что царица полей — именно пехота. Барьер сметает вал атак, мы вновь бьём, и так раз за разом…

Невероятно, но четырех тварей нам удалось прикончить за пол минуты, просто забросав шквалом атак. Половина роты прикрывала нас от пытающихся помочь лидерам крыс, вторая половина била вместе с нами. Две последние, израненные и ободранные, бросаются бежать, мы же, плюнув на них, разворачиваемся к потерявшим управление тварям.

Дальше началась просто бойня. Без тварей командиров, каждый вожак тянул на себе командование до полусотни тварей. Однако никакой общей координации, никаких попыток совместных действий — каждая группа пыталась исключительно спасти себя.

Это было бойней. Окутанный своим огненным плащом, я носился от вожака к вожаку, срубая сжигая пытающихся выжить и сопротивляться тварей.

К моменту, когда я остановился, ни одной живой твари в пределах видимости уже не осталось. Три четверти стаи погибло. Четыре твари командирского ранга и больше сотни вожаков — сегодня я убедился, что иду по черному пути. Мои идеи требовали доработок, но, несмотря на это, показали, что у них есть будущее. Прежнее наше войско не было в принципе способно на это — я бы уже в первые десять минут боя выложился, затыкая точки прорывов.

И тут Система наконец дала о себе знать.

Поздравляем! Вы создали первое в мире войско, полагающееся лишь на Системные способности и предметы, с четко выстроенной тактикой, и доказали её жизнеспособность! Система убедилась в эффективности вашего подхода и и подтверждает ваш новый эволюционный статус — полководец! Все ваши характеристики повышаются на двадцать пять пунктов! Система дарует Гранду способность Легион. Отныне вся Армия вашего анклава объединена в единую структуру. Командирам даруется системная способность голосовой чат, для общения между собой в прямом эфире на расстоянии до пяти километров! Так же весь опыт, добытый в бою, будет распределяться между каждым бойцом каждого подразделения, в зависимости от вклада подразделения в битву. Командирам подразделений будет начисляться повышенный процент опыта. Командиры отделений — плюс двадцать пять процентов, командиры взводов — плюс пятьдесят процентов, командиры рот — плюс сто процентов, полководцу — плюс двести.

Поздравляем! Анклав Гранд достиг одиннадцатого уровня. Появилась возможность преобразования системой базы анклава в крепость.

Поздравляем! Открылся системный магазин!

Система внимательно наблюдает за вами. Надеюсь, вы оправдаете её надежды!

— Вот это мне отсыпали плюшек… — сказал я ошарашенно.

— Да и нас не обделили, — сказал Андрей. — собираем трофеи и раненных?

— Да. С плюшками потом разберёмся. Сейчас надо утащить это всё на базу, тут много что надо обсудить и переварить, — сказал я.

На усыпанном трупами тварей поле битвы лежал богатейший лут, что я видел. Погибло около трёх тысяч тварей, выпали сотни навыков и коробок с экипировкой. В этот раз успех был колоссальным. В сражении на открытой местности, без особых проблем, потеряв лишь пять десятков убитыми, половина из которых пришлась на пятую роту, что возглавила прорыв, мы истребили целую армию. Без всякой удачи, без чудес, просто пара тактических приемов, простых, но эффективных, и грозная орда обезглавлена. В своё время именно похожим трюком Александр Македонский разбил царя Дария — заставил всю армию последнего биться со своими главными силами и ударил по самому царю.

Так, интересно, а что там за Системный магазин? Открываю и рассматриваю предложенные товары. В принципе, ничего неординарного тут не оказалось. Экипировка и навыки низшего ранга. Вот только платить за них предлагалось Системными Клинками. Сосредотачиваю внимание на том, что же это и как их получить.

Оказалось, что с этого дня нам будут начислять эту валюту за каждого убитого монстра. Валюта была цифровой, её можно было использовать не только для расчётов с системой, но и между людьми. Однако начислялись коины лишь людям выше семьдесят пятого уровня или жителям первого класса сообществ выше десятого уровня. Жители остальных классов могли их получить лишь в сражениях в составе подразделений.

Кстати, жителями первого класса отныне считались лишь люди сорокового и выше уровней. Второго класса — двадцатого и выше.

Мы вернулись назад и приступили к разбору книг навыков. Навыков защитного барьера нашлось свыше сотни, сто девять, в частности, личной защиты — шестьдесят четыре. И ещё свыше трёх сотен атакующих навыков.

Отлично! Теперь у нас хватает барьеров на ещё пять рот!

— Полученные барьерные навыки распределить по отделениям тем бойцам, у кого самые высокие запасы Духа. Наше главное оружие на данный момент — щит, а не меч. Роты должны быть способно держать удар, и тогда мы справимся с любыми врагами. Через три часа устроим тренировку. Как показала практика, я не учел очень важный момент — крысы вполне могут перехлестнуть стену щитов, завалив её трупами. Сегодня бойцам удалось сносно бороться с этим явлением, но мы потеряли двадцать пять человек убитыми и вдвое больше раненными как раз из-за того, что во время отходов от этих завалов между барьерами возникали щели. Нужно тренировать синхронность этого маневра.

— Не только это. Нужно ещё заняться синхронностью атак второго эшелона бойцов, — заметил Павел. — Вы сами видели, какой эффект у синхронного залпа и какой у беглого огня.

— На этом и решим. А пока — отдых. После разделим выпавшие навыки среднего ранга.

Пять навыков среднего ранга и три предмета экипировки, доставшиеся нам, я оставил на сладкое.

Глава 23. Без названия

После перекуса начали выдавать барьеры и личную защиту бойцам. В идеале, конечно, последним навыком стоило бы снабдить всех, но на первое время придется обходиться одним отделением на взвод. Из семнадцати человек с личной защитой не погиб ни один. Отделения этих бойцов показали себя крайне эффективно, на тех участках, где они стояли, потерь не оказалось. В будущем, надеюсь, каждый боец обзаведётся этим навыком. Пока же эти навыки давали специально отобранным в отдельные отделения бойцам, у которых были лучшие физические показатели.

Как и кому будут выдавать атакующие навыки, меня не интересовало. Мы решили выделить пять отдельных взводов, которые наберут ещё людей в ряды бойцов и займутся их прокачкой. Из остававшихся бойцов без навыков, но с разблокированным духом, раненных в прошлом бою и полусотни оставленных в гарнизонах бойцов было решено компенсировать потери в ротах, в том числе и отделенные от них взводы.

Взводным же, подразделения которых я отобрал для набора новых бойцов, было обещано мной повышение до командиров рот, в случае успешного выполнения задачи.

Наконец, я собрал ротных для раздела добычи из крысиных командиров. Нам достались две личные защиты, молния, копьё лавы и ледяное пламя. К сожалению, барьера не оказалось.

Одна личная защита, разумеется, без разговоров ушла Карине. Вторую дал Андрею, как и копьё магмы. Я всё же решил, что в первую очередь нужно усилить своих ближайших соратников, затем командиров Мишу с Пашей, а уж затем собирать личный супер-отряд. Так что молния ушла Юле. Немного поколебавшись, отдал оставшееся ледяное пламя Паше — во время прорыва он хорошо себя показал, умудрившись распределить бойцов так, что часть нас прикрывала, а часть атаковала вместе с нами. Командиры должны быть в состоянии прикрыть свои отряды от крыс командиров, да и вообще от любых монстров этого ранга. В ближайшее время я хочу начать массово собирать беженцев в анклаве. Часть поселю у вассалов, часть уйдет в мою армию…

Надо расширять ареал наших территорий. Начну захватывать ближайшие многоэтажки, в том направлении, где мы сегодня сражались. Здания там двадцати семи этажей, больше половины среди них вполне целы. Конечно, есть угроза птиц, для них эти многоэтажки с людьми будут выглядеть, словно банки консервов. Но, с другой стороны, большинство птиц сейчас куда-то пропало. Переодически видны стаи пролетающих тварей, иногда доносятся отголоски их битв, но к нам пока не лезут. Только воробьи, и то, с ними бодается Орден. И судя по тому, что помощи не просят, справляются святоши неплохо.

Я пока не собирался брать у них оговоренных договором бойцов. Пока они и так делали то, что мне нужно — оттянув на себя внимание птиц, они развязали мне руки против крыс. Нужно в ближайшие дни зачистить полностью ближайший район. Укрепим, чем можем, дома, пустим патрули для контроля территории, и начнем окапываться. А потом уже можно заняться тотальной зачисткой города. Мне нужно хотя бы тысяч пять солдат, что бы уверенно двигаться вперёд.

Нам одновременно и повезло, и не повезло с расположением. Химки — это подмосковный город, который фактически сросся с Москвой, но официально считался подмосковьем. Будучи крепнейшим городом на территории Московской области, после самой Москвы, он насчитывал больше четырёх сотен тысяч жителей. От Москвы-города нас отделяла река Москва. Через неё, естественно, были мосты, как железнодорожные, так и обычные. Гранд находился на границе МКАДА, являясь ближайшей к Москве окраиной Химок. В случае, если из самой Москвы что-то попрет в этом направлении, мы, Орден, Гранд и Лига, будем первыми, по кому придется удар.

Ближайший к нашей троице крупный ТЦ, Капитолий, находится как раз со стороны Москвы. И если честно, я сейчас жутко завидую тем, кому он достался. Высокое здание, с несколькими уровнями подземной парковки, с огромнейшим гипермаркетом Ашан, вместительностью даже превосходящий наш Гранд, достаточно при этом компактный, в сравнении с нашей базой. Через дорогу — ещё более крупный гипермаркет Метро, тоже с огромными пищевыми запасами… Наша троица, на их фоне, выглядела откровенными нищебродами — два мебельных салона да откровенно затрапезный ТЦ Лига.

Понятное дело, что любые запасы провизии не бесконечны. Но тем не менее, иметь возможность хотя бы первое время не ломать голову на эту тему — огромное преимущество, реализовав которое, можно вполне успеть прокачать людей и свой анклав до достаточно высокого уровня. Как показывает практика, Система способна решить даже вопросы провизии. Уже на пятом уровне анклава появился консервный завод, на десятом — крепость… Что же дальше? Уровней впереди ещё много, и если каждые пять уровней будет даваться возможность что-то взять или улучшить, то теперь начинается уже гонка не просто личного раскачивания, а раскачивания анклавов. К счастью, это взаимосвязанные пункты.

Ладно, что-то я ухожу уже в дебри. Сейчас надо бы заняться раскидыванием очков характеристик.

Руслан Мераев, 25 лет, человек ранга полководец, 80 уровень, 36 в мировом Рейтинге.

Сила — 55 + 19

Ловкость — 55 + 13

Интеллект — 45

Реакция — 62

Выносливость — 55 + 7

Дух — 189/124

Отрицательная Воля — 74/17

Всего четыре уровня за бой. Скромный результат, по сравнению с предыдущими, но…

Как я понял, после достижения 80 уровня прогресс резко снижался. За существ ниже тридцатого опыт мне вообще давать перестали, а так же резко увеличилось требуемое количество опыта. Сказать точные цифры было затруднительно, ибо система отображала шкалу опыта лишь в процентах.

Значительно усложнял прокачку и новый эволюционный статус — полководец. Нелепое название, на первый взгляд, но оно действительно отражало суть моей основной деятельности. Однако дал мне этот статус тоже воистину многое.

Начнем с самого очевидного — дополнительные двадцать пять очков характеристик к КАЖДОМУ параметру, кроме Воли. А это, на секунду, шесть параметров, то есть сто пятьдесят очков. То есть пятьдесят уровней, если вкидывать очки равномерно в каждый параметр. Жаль, конечно, что не было возможности самому их распределить, я бы больше вложил в дух, но… Грех жаловаться, если честно. Я стал настоящей машиной смерти, вожаков каких нибудь сороковых-пятидесятых уровней я теперь способен прикончить без всяких навыков, просто засчет мощи тела. Оно, кстати, тоже явно менялось. Я сейчас ел уже девятую банку консервов, три тушёнки, шесть рыбных, бананы, цитрусы, зелень… Чувствую, изменения будут колоссальны.

Помимо усложнения развития, с получением восьмидесятого уровня пришло и осознание, что теперь за каждый следующий уровень я буду получать уже не 3 очка характеристик, а десять. Три дополнительных за то, что развитие с восьмидесятого уровня становилось сложнее, и четыре — за статус полководца. Стоило задуматься о новом статусе, как Система, в своей обычной манере, дала пояснение посредством пришедшего извне понимания.

Я пропустил три ступени дополнительных статусов. Оказалось, у людей они тоже отныне будут, как и у монстров. Первый, соответствующий вожаку у монстров — лидер. За него добавляли плюс десять к двум выбранным характеристикам, и плюс пять ко всем остальным. С момента его получения за каждый уровень начислялось уже четыре, а не три очка. Весомое преимущество.

Следующим шёл командир. За это давали уже плюс десять ко всему и дополнительные два очка за каждый уровень. Далее — генерал. За это уже начислялось плюс пятнадцать ко всем и три дополнительных очка за уровень.

А вот далее шёл уже ваш покорный слуга в своём нынешнем статусе. Двадцать пять ко всем характеристикам и четыре доп очка за уровень — шикарно. Жаль, статусы эволюции у людей определялись лишь по достижению восьмидесятого уровня.

Вообще, этот уровень, как выяснилось, был некой чертой, по достижению которой Система оценивала, чего ты достиг, и в соответствии с этим определяла, достоин ли ты поощрения или нет. Полководца мне дали за то, что я вошёл в Рейтинг, открыл, одним из первых, Отрицательную Волю, подмял под себя анклав и создал первую полностью Системную армию. Плюс, как оказалось, достижение восьмидесятого уровня и получение статуса полководца открывало возможность к использованию навыков высокого ранга. И чем выше статус, тем слабее будет отдача. Не получившие статуса хотя бы командир и вовсе не сумеют его не то, что использовать, а даже изучить. Лидеры сумеют изучить и применять максимум навыки среднего ранга первого класса, не получившие статуса — будут ограничены 3 классом среднего ранга. И, кстати, моим пределом до следующего пересмотра статуса будет второй класс высокого ранга. Как я понял, был ещё один, более высокий ранг эволюции, который можно было получить на восьмидесятом уровне, но до которого я не дотянул.

Последнему достижению, на тему системной армии, я и сам удивился. Я уверен, уцелела масса воинских частей, что сейчас наверняка стремительно прокачивались, в самой Москве тоже сотни, а то и тысячи вот таких анклавов, не говоря уж о том, сколько их сейчас в мире. И при этом — первая Системная армия.

Но с другой стороны — меня наградили не за то, что я собрал первое войско людей. Меня наградили за то, что в нём не было оружия старого мира. Лишенный возможности использовать огнестрел, по причине банального его отсутствия (имевшиеся запасы патронов к ментовским калашам мы истратили в первые же дни), я строил свою армию лишь на одних навыках. Вот за это и было дано это поощрение.

Ладно, с этим разобрались. Заглянем в Системный магазин. Мне нужны книги пассивных навыков низкого и низшего ранга, повышающие характеристики. Проблема этих книг была в их редкости, частота их выпадения уменьшалась с каждым днём, а ведь они могли дать до пятнадцати очков к каждой из характеристик. Огромный бонус, я должен его обязательно добыть. В магазине были, кстати, лишь пассивные навыки низшего ранга, и цены на них откровенно кусались. Для сравнения, в казну анклава поступило 3854 системных коина. В казну анклава шло тридцать процентов коинов, даруемые системой за убийство врагов.

У меня на руках сейчас, если не считать казны анклава, было 437 коинов. Атакующий навык низшего ранга стоил от 10 до 20 коинов, в зависимости от атакующей силы. Самые слабые в плане урона были воздушные навыки и сосулька, самая мощная же стихия — огонь. Так дело обстояло именно на низших рангах, чем дальше, тем сложнее становилась картина. Например, несмотря на самый низкий показатель урона, воздушные навыки были самыми скорострельными и быстрыми, огненные самыми медленными, но самыми разрушительными, лёд и вода отлично замедляли, молния была чем-то между ветром и огнём — скорость полета выше, чем у воздушных навыков, но скорость формирования навыка ниже, урон примерно урон ниже и не обладающий массовым эффектом, но скоростью значительно превосходящий… В общем, там долго можно было ковыряться. Кстати, навыки, которые можно было бы поднимать в ранге, там отсутствовали. Видно, такое можно лишь выбить.

Пассивные же навыки стоили две сотни коинов! Начальная концентрация — сто. Каждый элемент экипировки — от двадцати до пятидесяти, самым дорогим было оружие.

Надо будет обеспечить пассивками на характеристики как минимум бойцов с личной защитой, начальной концентрацией и пассивками на дух — барьерщиков… Да-а, геморроя впереди масса.

Заглянул в возможность возведения крепости и закатал губу, увидев, что строительство отнюдь не бесплатно. Вот это был жёсткий облом моим фантазиям! Видимо, на консервном заводе халява заканчивалась.

Да и крепость… Скажем так, её нужно было возводить, заказывая каждое строение по отдельности. Отдельно стена внешнего периметра, отдельно внутреннего, куполообразные башни противовоздушной обороны, укрепление и преобразование стен жилых помещений, превращение центрального корпуса в настоящий донжон, система защитный барьеров, система атакующих артефактов, сигнальные сети… Честно, у меня практически стояк случился, когда я увидел это великолепие. Господи, и ведь это лишь защитные сооружения.

Да, большая часть всего этого великолепия была сейчас недоступна по причине низкого уровня анклава. Но для себя я уже решил — у нас будет всё это. И если для того, что бы всё это у нас это появилось, надо будет превратить все Химки в мертвую пустошь, мы сделаем это.

А сейчас я решил сосредоточится на том, что бы собрать деньги на самое базовое. Мне были доступны сейчас стены и донжон, и то, и другое — лишь первого уровня. Возведение стен по всему периметру, что включал в себя огромную территорию парковку, стоило пятьдесят тысяч коинов, а донжона — тридцать пять. И то, и другое было без особых изысков и без вложенных Системой навыков, просто пятиметровой высоты и двухметровой толщины стена, с четырьмя воротами. Донжон — просто укрепление центрального корпуса, создание в нём бойниц.

Начнём с донжона, дальше стена. Однако для всех этих планов необходимы были коины. Сейчас я как никогда понимал фразу, сказанную Цезарем. Для войны действительно нужны лишь три вещи — деньги, деньги и ещё раз деньги. Это сейчас системный магазин не давал ничего серьезного, не считая пассивных навыков. Однако уже на следующем его ранге у нас появится возможность комплектовать роты сходу, не бегая в попытках выбить защитные навыки. Следующий апгрейд магазина ожидался лишь на двадцатом уровне, так что стоило ускорить процесс истребления живности в округе.

На сегодня, пожалуй, займёмся отработкой навыков строевых навыков рот и взводов, ведь первые пять рот наконец получили все необходимые навыки. Конечно, за один день никаких колоссальных эффектов добиться не выйдет, этим нужно заниматься неделями, а потом уже закреплять навыки в боевой обстановке, но… Надеюсь, война окажется хорошим учителем, потому что уже завтра я намерен повторить сегодняшний выход и сломать хребет местной стае крыс окончательно. Под землю к ним, я, конечно, пока не полезу, но поверхность отвоюю и все лазы, откуда они прут, возьму под контроль.

После этого сюда наверняка хлынут всякие коты, псы и прочие существа, которых потеснили за это время грызуны, но уж тех, кого победили грызуны, мы тем более одолеем.

— Ну что, Рус, на завтра планы готовы? — зашла ко мне Алёна.

— Да. Идём добивать остатки крыс и закрепляться на новых территориях. Начнём собирать выживших, — ответил я девушке.

— Хочешь наштамповать ещё рот? Уверен, что мы такое потянем? — поинтересовалась она, усаживаясь в одно из моих кресел и делая неспешный глоток из бутылки с каким-то ликёром.

— Почему нет? Да и что может быть важнее? Если ты насчёт запасов еды, завод послезавтра заработает, начнём консервировать мясо. Конечно, не могу сказать, что меня вдохновляет идея жрать мясо тварей, но…

— Рус, а ты смотрел на деревья? — перебила она меня. — У нас в паре километров отсюда лесопарк, если ты помнишь. Так вот, одна из групп выживших рассказывает, что там сейчас все деревья вымазали до размеров баобабов. Что видели кабана размером КамАЗ. Что сейчас там полно разных банд и боевых групп, что в лесу хоть монстры, в целом, и сильнее, но там не так много крыс, которые у нас всё никак не кончатся. Что там люди захватывают самые крупные из деревьев и обустраиваются на них в шалашах. И ещё много чего чудного рассказывают, но знаешь, что самое интересное?

Признаюсь, она сумела меня не только заинтриговать, но и немного привести в чувство. Я так зациклился на крысах и так погряз во влажных местах о своей крепости и армии, что просто позабыл об окружающем мире. А он, этот окружающий мир, не заканчивался лишь на торговых центрах, улицах города и канализациях, забитых крысами.

— Я тебя слушаю, — собрался я.

— Грибы и ягоды, — бросила она в ответ.

— Ты хочешь сказать… — начал я, но был прерван.

— Грибы, Русланчик, и, мать их бревном в задний проход, ягоды, как ты, судя по всему, и сам догадался, там сейчас в избытке! — резко выпрямившись, сказала враз посерьезневшая красавица. — У них там они в огромных количествах, огромные грибища, море ягод, растения цветут так, будто им вообще на**ть, что уже начало ноября! В лесу полно зверей, которые, пусть и куда мощнее и крупнее тех, что есть в городе, не ходят стаями в пять-шесть тысяч голов! Нам нужно срочно разведать обстановку в тех краях. От нас до леса, если напрямую и без препятствий в виде монстров, минут сорок ходьбы. Надо послать кого-то. При нынешних делах, конечно, времени уйдет больше, наверное, примерно сутки — дойти, изучить происходящее, саму местность, посмотреть, что там к чему… Что скажешь? Ты же понимаешь, какие это перспективы? — возбуждённо говорила она.

А перспективы действительно впечатляющие. Если всё так, как она говорит, то грибы, ягоды и мясо тамошних тварей могут кардинало решить одну из важнейших проблем нашего анклава — продовольствие. Наверняка ведь, при таких делах, там и фрукты какие нибудь расти начали, да и мало ли чего ещё? Она права, надо заняться этим вопросом.

— Тогда я беру Карину и ухожу. Вернусь через сутки, — сказал я, вставая.

— Нет, — покачала она головой. — Ты не вольный охотник-одиночка. Ты взял на себя обязательства лидера, и не можешь покидать базу по таким пустякам, как разведка. Твоя задача — руководить и контролировать происходящее, а грязную работу делать будут другие.

Она встала, большим глотком допила свой лике, и потянулась. Без доспехов, в обтягивающей блузке и обтягивающих кожанных штанах она выглядела весьма аппетитно…

— Нет-нет, не сегодня, — рассмеялась она, заметив мой взгляд. — Я планирую отправиться в разведку с Кариной, и пришла просто спросить разрешения. Потом со мной наиграешься, о мой грозный повелитель, — усмехнулась она. — А после тебя мне весь вечер раны сращивать придется. Делу время — потехе час.

Ну, с этим было сложно поспорить.

— Тогда и Андрея возьмите, — вздохнул я. — Он тоже и с личной защитой, и с атакующим навыком. Что там будет — неизвестно, так что лишней его помощь не будет. Возвращайтесь через сутки.

— Хорошо.

Она ушла, а я остался сидеть, думая о том, что быть большим начальником — не всегда хорошо.

Глава 24. Катастрофа, часть 1

После ухода этой троицы в разведку, пришлось гонять бойцов с барьерами весь день. К вечеру пошёл дождь, сильно похолодало. Пока с затеей с одновременными отходами барьерщиков дела шли откровенно туго. Не добавляло настроения и то, что дальше пяти километров от донжона связь, дарованная Системой, не работала, так что с определенного момента я перестал получать от ребят сообщения. Ну, радует хоть то, что у Карины появился второй меч-бастард и кольцо среднего ранга, повышающее дух на двадцать. Мне досталось ожерелье, давшее двадцать пять духа.

— Жаль, у меня личной защиты нет, — сказала за ужином Юля. Я сидел у них в комнате, так как в мою заявилась тройка девушек, из бывшего отряда Алёны. Оказалось, про уборку она не шутила, и теперь те приводили в божеский вид моё логово.

И, кстати, девушки были не из её роты, так что их приход был щелчком меня по носу — мол, ты, конечно, здорово придумал перемешать отряды, но мои бойцы всё ещё мои.

В принципе, будь это кто-то другой, я бы мог напрячься. Однако смысла в этом не было — всё же она не присоеденилась к Володе, когда был шанс, и действительно сдержала слово — оказалась полностью нейтральна. А во вторых — этим щелчком она давала мне понять, что никаких секретов от меня таить не намерена. Опять политика, мать её за ногу.

— Рус! Ты вообще меня слушаешь?! — возмущённо воскликнула Юля.

— Да. Мне тоже жаль, что у тебя нет личной защиты среднего ранга, — кивнул я с улыбкой, понимая, к чему она клонит.

— Я бы смогла отправиться вместо этой… Курицы! И чего ты ей доверяешь? Неужели не видишь, как она опасна? — продолжала обработку девочка.

Я уже начал слегка раздражаться. Но ладно, сперва послушаем.

— Для начала — ты о ком вообще? О Карине или Алёне? — уточняю я.

— Об Алёне, конечно! Карина, хоть и слегка… Своеобразная, но человек она непло…

Я расхохотался, слушая эти наивные выводы. Во честно, Юля неглупая девушка, способна рассуждать здраво, но… Как выяснилось недавно, девушке всего семнадцать, а не двадцать, как мне казалось поначалу. И в такие моменты это чувствуется. Она комнатный цветок, такой, каким был я до пинка из дома. С началом Апокалипсиса она, конечно, изменилась, но разбираться в природе людей ещё не научилась. Для этого мало быть умным или сообразительным, для этого нужен опыт.

— Юленька, деточка моя, — всё ещё похохатывая, начал я. — Во первых, уметь видеть словесные манипуляции со стороны и уметь это самой — это разные вещи. И во втором ты пока слабовата, так что не пытайся на меня повлиять этими заходами. Во вторых, знаешь, при каких обстоятельствах я встретил эту твою «неплохую» девушку? Она на пару с одной огромной бабищей, за полтинник возрастом, привязала Витю к столу так, что бедолага даже руками шевелить не мог. И пока толстуха отсасывала пареньку, засовывая ему пальцы в задницу, Карина своей п***ой его рот насиловала. Когда я проходил мимо, она кончила от этого так, что обоссалась прямо ему на лицо и от восторга в потолок навыком всадила. А через пару часов она эту толстушку прикончила.

Я с насмешкой смотрел на девушку, которая, видимо, так и не удосужились погулять по Гранду в те дни, когда наши патрули ещё не перебили всех маргиналов. У нас и сейчас всякое могло произойти с наступлением ночи, а уж тогда… Я на всю жизнь запомню ту дикую ночь. И Карину в ту ночь я тоже не забуду.

— Если Карине вдруг не понравится что-то, что ты говоришь или делаешь, она в лучшем случае тебя от***дит так, что ты пару дней отлеживаться будешь. И то, только потому, что ты моя подруга. Если Алёне не понравятся твои слова или действия — она даже слова не скажет, если это не несёт ей ущерба. Я не пытаюсь сказать, что Карина хуже Алёны, нет. Карина неуравновешена и вспыльчива, Алёна хладнокровна и эгоистична. Хочу, что бы ты понимала — у меня нет никаких иллюзий, и я знаю, что от них ожидать. Алёна будет со мной до тех пор, пока я силён и учитываю её интересы. Карина — пока со мной весело и пока считает меня другом. Просто на будущее — не стоит пытаться меня поучать. Я знаю обеих куда лучше, чем ты, и они обе — эгоистичные, самовлюбленные дряни, как две стороны одних и тех же пороков. Но они — наши дряни. А я сам как минимум не лучше, чем они.

Девушка обиженно молчала. Чёрт, резковатая отповедь вышла, не умею я нормально такие вещи людям говорить. Ладно, попробую ещё раз.

— Юль, помнишь тот день, когда мы с тобой и Андреем только начали совместное путешествие? Первое утро после апокалипсиса, я, ты и Андрей?

— Конечно помню, всего неделя прошла, — пробурчала девушка.

— Помнишь, тогда, в подъезде, когда у ментов молнию отнял, я предложил тебе тебе пойти со мной? Как думаешь, почему именно тебе?

— Я так понимаю, дело не в моем неземном обаянии и длинных ножках? — хмыкнула та в ответ. О женское любопытство, как легко порой на тебе играть!

— Нет, хоть с этим у тебя тоже всё в порядке, — улыбнулся я. И уже серьезно продолжил. — Дело в том, что тогда ты единственная решилась попросить добавить тебя в группу, когда мы выходили из супермаркета. Пусть ты тогда была лишь рюкзаком, пусть это было нагло с твоей стороны (поэтому я и отказал, кстати), но ты сразу сообразила, что к чему и попыталась что-то сделать. Я увидел в тебе потенциал, решив, что раз ты так быстро ориентируешься в обстановке, от тебя будет со временем толк.

Девушка польщенно заулыбалась. Ну что же, пора вернуть её с небес на землю.

— Но сейчас я вижу, что ты расслабила булки. Помнишь, как ты одернула Дашу, когда та пыталась настраивать против Володи? — упоминание убитой по моему приказу девушки кольнуло меня, но я продолжил. — А что сейчас? Пытаешься указывать мне, кому верить, кому нет. Не вытягиваешь командование ротой, пренебрегаешь совместными тренировками…

— Я просто…

— Не перебивая меня! — слегка повысил я голос. — Мне неважно, почему ты так сделала! Факт налицо — ты ушла уже через час, даже не поставив меня в известность! Почему я там остался торчать и мое с остальными под дождем, хотя и мог вообще не приходить на них?! Андрей ушёл с Кариной и так нелюбимой тобой Алёной в опасный рейд, они там жизнью рискуют, я рву здесь задницу от усилий сделать из наших бойцов что-то путное, а ты — назначенная мной руководить людьми, показательно плюешь на мои распоряжения. Люди и так скоро начали бы шептаться, что ты получила звание и навык по блату, а теперь они ещё и подтверждение получили. Я не могу оставить тебя на нынешней должности. Теперь будешь, на пару с Кариной, бойцом особой группы. На роту назначу кого-то из проявивших себя за это время. Я не устроил тебе разнос при подчинённых, что бы не топить твой авторитет, который итак пострадал. Будешь вне походов ведать материальной частью нашего хозяйства. На тебе склады с военной амуницией и прод склады. Я надеюсь, ты подумаешь над моими словами. Ты нынешняя лишь зря погубишь и людей, и, что для меня важнее, себя.

Я встал из-за стола и пошёл в свою комнату.

К сожалению, девушка явно обиделась. Надеюсь, когда Андрей вернётся и она побежит ему жаловаться, тот ей вправит мозги. Я не мог поступить иначе, не после того, как через пол часа отработок этого долбанного маневра та просто ушла. Представляю, что чувствовали бойцы, возвращаясь назад через четыре часа, усталые, мокрые и голодные. Я и сам был зол, что уж тут говорить об остальных.

Юля действительно расслабилась. Пока Андрей и она рулили мои отрядом, я особо не лез в эту кухню. Как оказалось, зря. Иначе понял бы, на ком именно из этой пары всё держится, и просто сразу впихнул бы Юлю в подчинённые Андрея, предоставив тому самому напомнить девушке, в каком мире мы живём. А теперь, сняв её с должности, я топлю её авторитет пусть не окончательно, но весьма глубоко.

Пришёл в комнату и обнаружил девушек, уже заканчивающих с уборкой. Мусор бы собран в мешок, бельё застелено чистое, беспорядочно рассованые в пакеты бутылки с алкоголем расставлены в появившихся шкафах. Даже пол помыли, а не просто подмели.

— Мы развешали и сложили одежду в том шкафу, командир, — обратилась одна из них. — Еда здесь, вода и соки — тут, — показывала она. — Приборы и стаканы в отдельном шифанере. Можем идти?

— А одежда откуда? У вас же моих размеров нет, — удивился я.

— Это к Алёне вопрос, — пожала плечами она. — Она сама нам принесла и сказала тебе отдать. Думаю, у нее было время определить твои… Размеры, — двусмысленно усмехнулась она.

— Не поспоришь, — рассмеялся я. — Топайте уже, уборщицы.

Девушки ушли, и я наконец, лёг спать. В теле происходили странные перемены, я за сегодня схомячил недельный свой рацион. Спать тянуло неимоверно.

Сон был, пожалуй, впервые за все это время, здоровый и крепкий, но вот пробуждение… Вы когда-нибудь просыпались в насквозь мокром от пота одеяле? Омерзительное ощущение, особенно учитывая, что в моём случае пот был кровавый. Но вот чувствовал я себя на удивление хорошо.

Внимание! Ваше тело и душа окончательно перестроились в соответствии с новым эволюционным статусом!

Так вот оно чё, Михалыч! — как говаривал один персонаж известной телепередачи.

Собрал постельное вместе с одеялом и велел сжечь к хрена. И новый диван принести сюда взамен провонявшего. Блин, и почему у меня не как в нормальных литрпг? То ли дело там знай получай новые возможности, и никаких потных одеял и прочего дискомфорта…

— Тревога! Командир, там крысы! — вырвал меня из раздумий панический вопль дежурного.

Вот б***ь! И как раз тогда, когда сильнейшие бойцы отсутствуют!

Лечу вниз, бойцы в спешке и панике пытаются строиться, но мы не успеваем. Только четвертая и пятая, под руководством командиров, разбившись на взводы, бьются в правильных порядках. Нас подвело то, что большая часть здания на первых этажах — сплошное стекло. Твари просто разбивают его вдребезги и влетают внутрь, нам здесь негде выстроить сплошной строй, максимум — взводы, в тесных помещениях не развернуться.

Миша и Паша, молодцы, не стали и пытаться. В относительно узких коридорах вставали в правильном порядке взводы, разбивая отряды чудовищ, но те всё равно пролезали всюду — через бывшие помещения магазинов, пробивая стены, с боков, через разбитые с улицы витрины…

Три другие роты, без командиров, действовали не так слаженно, но быстро начали теснить от нашего донжона. Но вот обычные люди, третий класс, не бойцы… Там шла бойня, люди гибли сотнями, счастливчики умудрялись прибежать сюда, устраивая давку, пытались вбежать в донжон.

Признаюсь, я тогда позорно растерялся. Моё детище, мой анклав погибал, и я не знал что делать. Меня погубила самоуверенность — я так привык, что твари никогда не атакуют нашу базу, что даже не подумал о такой возможности. Ещё повезло, что всё это случилось сейчас, в десять утра, когда бойцы готовились снова заняться тренировками и были собраны и готовы.

— Первая и третья рота, за мной! Прорываемся на улицу! — передал я командирам взводов по Системой связи. Вот и пригодилась, родимая. — Остальные — держите оборону, по возможности помогайте выжившим, но вглубь здания не суйтесь!

Мы не сумеем спасти всех. Единственный способ помочь людям — прорваться, как и вчера, к тем, кто ведёт монстров, как и вчера. Убью их — стае конец. Здесь мы зажаты в западне своих стен. Вспоминаю о системном благословении, что так и не успел ни разу задействовать. Активирую его и приказываю остальным тоже применить этот бафф.

Люди строятся за моей спиной в колонну, коробками по взводу. Пять шеренг коробок, по две коробки вширь. По другому не встать, места слишком мало.

Я веду людей в бой, подобно великим воинам прошлого. Одинокая фигура, светящаяся красным светом личной защиты, я врываюсь в ряды чудовищ. Сегодня я не могу попусту расходовать ни капли энергии, поэтому прости, мой верный огненный плащ, твой час придет позже. Сейчас время моих клинков.

Усиленный завершенной эволюцией, я иду сквозь орды крыс, подобно самой смерти. Моё странное оружие вертится с невероятной скоростью, от меня не в силах защитить даже личная защита встречающихся монстров более менее высоких уровней. Меня медленно, но верно начинает захлестывать безумие боя, я набираю шаг. Вижу впереди, за ордами тварей, силуэт того, кто привёл тварей к порогу нашего дома.

Крысиный вождь, 93 уровень.

Тварь уровня того ворона! И наверняка имеет навык высшего ранга! На что я вообще рассчитываю? Даже если мы дойдём до него, нам просто не совладать с ним!

Все эти мысли хаотично проносятся в моей голове, но я не останавливаюсь. Здравый смысл уже явно покинул меня, ярость кружит голову. Я не отступал до того, не отступлю и сегодня! За мной люди, которых я подвёл своей беспечностью. Тысячи человек, и лишь от меня зависит, будут ли они ещё живы к концу дня, или все погибнут.

Пожалуй, я смог бы при желании прорваться и сбежать в одиночку. Но… Я, может, и жестокий садист, с манией величия и жаждой власти, но точно не трус. Во многом меня можно обвинить, но не в трусости и нерешительности.

На меня накатывает чужая воля. Крысиный вождь явно не уступает интеллектом людям, и посредством Воли ему удаётся общаться со мной.

Давай же, человече, насмехается он. Рискни, но знай, ты и твой вид обречены.

Моя ярость выходит из под контроля, Воля неосознанно вырывается из под контроля, щедро делясь моим гневом с дрогнувшим было бойцами моим гневом. Мы наваливается, бойцы, четким клином следуют за мной. Мы словно становимся единым многоруким организмом, моё сознание воспаряет над нами, я успеваю и командовать бойцами, заставив их выстроиться четким ступенчатым клином и прикрывшись барьерами, и своим прущим в бой телом.

Я чувствую, что воины поняли свою задачу, им больше не нужно моё руководство, и я возвращаюсь обратно, в своё тело. Нам навстречу бегут десяток крысиных командиров, с ними ещё два генерала, и три-четыре сотни вожаков. Огромная сила, а впереди идет мне навстречу сам вождь монстров. Мелочь разбегается, в наш клин летят навыки среднего ранга, наши барьеры не держат удар, гибнут бойцы, но и враг, заваленный шквалом ударов, несёт потери. Бойцы разбиваются по моему указу, переданному Волей, на пятёрки, и летят на вожаков.

Я призываю плащ. Пришло твоё время, верный друг. Крысиный вождь использует свою способность, его покрывает что-то вроде доспеха из земли, поверх него начинает светиться личная защита. Между нами один из командиров, тоже светится личной защитой. Глупец, решивший, что можно встать меж мной и моим Врагом!

Зарычав, пускаю две молнии, напоенные Волей, прыгаю наполненные волей лезвия вскрывают первым ударом защиту, второй взмах — и монстр бьётся в агонии с разрубленной накрест башкой.

Вот теперь потягаемся силами, мразь!

Глава 25. Катастрофа, часть 2

Стоя напротив твари, я бодался с ней Волей. К сожалению, я чувствовал, что и в этом ей уступаю, начинаю сдавать, тварь превосходила меня даже в этом.

Первый ход сделал крысиный вождь. Стоящий передо мной монстр и без того был в холке метра три и длиной метров тринадцать, а уж с активированным навыком, облачившим его в доспех из земли, стал в полтора раза крупнее. Из его пасти в меня вылетело ледяное пламя, но куда гуще и мощнее того, что я когда-либо видел. Помимо урона от самого вложенного в навык Духа, я почувствовал и Волю, значительно увеличившую атакующий потенциал. Моя защита потеряла половину запаса прочности за ту короткую секунду, что я потратил, разрывая дистанцию. Навык был как минимум второго класса среднего ранга, не успей я выйти из зоны действия — мог и пострадать.

Отпрыгиваю назад и в бок. В стороны бьёт волна Воли твари, и командиры с генералами разбегаются в стороны.

Я закручиваю шар из пламени моего плаща и вливаю Волю. Нет того напряжения сил, что было прежде, когда я пытался управлять пламенем посредством Воли, навык удаётся преобразовать почти без усилий. Бью шаром в лицо твари, бросаюсь вперёд и в бок — надо обойти уродца по кругу, попробовать найти слабость в броне. Сейчас пытаться прорвать личную защиту не имеет смысла, на твари броня, что легко отразит все мои потуги нанесите ей хоть какой-то ущерб. В этом бою нет смысла от молнии, к сожалению, она слишком слаба для такого врага. Сегодня не твой день, моя верная подруга, в этом поединке тебе нет места. Мне остаётся лишь положиться на свой огненный плащ да на Волю, и надеяться, что этого хватит. План, конечно, не сказать, что проработанный, но всё же… Будем импровизировать и надеяться на лучшее.

Доспех из земли, несмотря на все свои преимущества, обладал и одним, значительным недостатком — тварь была сильно замедлена, и не успевала поворачиваться за мной. Если честно, увиденное не добавляло оптимизма, даже хвост твари был покрыт землёй, даже огромная морда, не было просвета даже для глаз или носа. Передо мной словно ожившая статуя огромных размеров, и куда её бить, где броня тоньше — я не знал.

Внезапно по твари забегали разряды… Ну, это было похоже на ток, но только энергия была серой, а не синей. Движения твари ускорились вдвое, теперь уже я едва успевал уворачиваться, существо наступало на меня, мелькали удары лап и навыков земли, пару раз совсем рядом свистел её хвост.

Я был предельно сконцентрирован. Воля была направлена исключительно на тварь, я перестал обращать внимание на то, что происходит вокруг. Сейчас существовали лишь я и она, и в нашем странном танце моей задачей было любой ценой не дать себя коснуться, иначе разница в массе сказала бы своё веское слово.

Мне нельзя было терять подвижность. Если бы тварь сумела зацепить меня, сбив с ног, я мог бы уже не подняться, её скорости хватило бы, что бы прижать к земле окончательно и закидать навыками и простыми ударами. Моя личная защита была бы сбита двумя атаками, причем вторая атака меня бы и прикончила. Я пока не увидел ничего похожего на навык высокого ранга, но даже так — ледяное пламя, доспех из земли и серые молнии, что ускоряли врага, были как минимум второго класса.

А что мог противопоставить этому я? Личная защита и молния — третий класс. Это неплохие навыки, но подобного врага можно ими убить, только если вас хотя бы несколько человек, обстреливающих его разом, при этом сковав его движения и будучи полностью уверенными, что сумеешь отразить его атаки. В общем, нужна целая толпа.

Я же дрался один. Ещё вчера я бы и нескольких секунд не выстоял против вождя, но эволюционировав, я получил не только вдвое усилившееся тело, но и возможность свободно манипулировать пламенем и Волей. И сейчас именно своим огненным плащом я отражал те удары навыков, от которых не успевал увернуться.

Р-раз! Едва успеваю отклонить голову вправо, рядом с лицом свистит хвост, которым враг орудовал на манер копья.

Два! Ледяное пламя сталкивается с моим огненным плащом, я уплотняю навык, передо мной появляется словно щит из алого пламени, и синий огонь, яростно зашипев, бессильно разбивается об него

И тут же, как только столкновение скиллов заканчивается, на то место, где я стоял ещё долю мгновения назад, приземляется прыгнувшая на меня тварь, но я уже в десятке метров. Ярость выплескивается наружу, и в бок твари летит копьё из племени, но та тоже не стоит на месте, принимает удар и делает ответный выпад — какой-то гравитационный, судя по всему, навык, тараном бьёт в меня, разом осушив на две трети личную защиту.

Кувыркаюсь в воздухе и бью в землю струёй огня, отшвыривая себя в сторону, мельком вижу — в место, куда я должен был приземлиться, прилетает пара копий магмы.

Кувыркнулся и, вскочив, замер. Вся схватка, с момента, когда тварь активировала серые молнии, заняла около трёх десятков секунд, битва шла на таких скоростях, что мы выглядели для стороннего наблюдателя, не обладающего высоким уровнем развития Реакции, двумя смазанными тенями, меж которыми то и дело вспыхивали разноцветные вспышки.

Меня охватило чувство дежавю. Когда-то я точно так же бился с крысиным командиром, в нашем самом первом сражении с крысами. Тогда тоже был слишком крепкий для меня враг, тоже сложная ситуация, в которой я оказался на грани смерти. И так же, как и сейчас, это был поединок.

Вот только тогда против моей молнии была лишь одна личная защита того же ранга, что и мой навык. Тогда были товарищи, что вовремя поддержали меня атаками, и противник был глуп и труслив.

Сейчас всё не так. Ни в тупости, ни в трусости эту тварь не заподозришь, да и навыками она пользуется достаточно толково. Я с каждым мгновением всё отчётливее понимаю, что шансов у меня нет. Но сдаваться или бежать я не хочу.

Мы начинаем второй раунд. Я срываюсь с места, уходя от атак пытающейся достать меня передними лапами твари. Мы движемся примерно на одной скорости, только я более верток и подвижен за счёт меньшего размера тела, но тварь компенсирует это бронёй и размахом лап и хвоста.

Теперь мы носимся, не используя атакующих навыков, экономя дух. На удары лап твари я отвечаю взмахами клинков, пропитанных волей, удары не наносят твари физического ущерба, но моя Воля причиняет ей боль, я чувствую это в её эмоциях. Однако и он не отстаёт — её физические атаки меня не достигают, но, одновременно с каждым ударом, его Воля меня словно колет в мозг иголкой — не сильно, но чувствительно.

Удар по пронесшийся лапе, уворот, прыжок назад, чувство укола в разум, новый обмен тычками, но теперь отпрыгивает он, уклоняясь. И так по кругу, раз за разом, мы кружимся уже минут семь, которые для нас — как несколько часов. Сильно превосходя все мыслимые пределы физических возможностей своих видов, в бою мы словно выпадаем из общего потока времени, сражаясь в своём, отдельном мире, давя друг друга своей яростью, жаждой победы и ненавистью. Наша Воля бушует подобно урагану, распространяясь на десятки метров вокруг нас, и это сражение не менее важно, чем битва физическая — поражение в столкновении Воли неминуемо приведет к поражению в схватке.

Я начинаю всё лучше и лучше понимать свои новые возможности. Этот противник — настоящая находка для меня, в бою с ним моё мастерство боя растёт, как на дрожжах, я всё глубже понимаю принципы противостояния Воль, осознал, как её использовать через оружие, дарую ему большую мощь. Владение огненным плащом вышло на принципиально иной уровень, я могу и нападать, и защищаться, и даже использовать его для смены траектории прыжков. Я понял, как нужно сражаться, и осознал, сколь ущербены были мои прежние попытки выстроить собственный стиль боя. Помимо высоких характеристик и сильных навыков не менее, а то и более важным оказалось умение их правильно использовать, выжать из них весь их потенциал.

Теперь я оценил, ЧТО значит масштабируемый навык. Раньше я наивно полагал, что это всего лишь скилл, чей ранг будет расти со временем. Просто умение, которое можно будет тащить по рангам, не заморачиваясь поиском навыков соответствующего уровня

Но теперь ко мне, прямо в бою, начало приходить что-то вроде озарения. Я не просто так отрубился в ту ночь, получив его. Это было не просто рядовое умение, это было нечто большее, куда более высоких порядков. Словно семя, что прорастало во мне, сливаясь с душой и дарую невероятные возможности. Навык действительно рос вместе со мной, но зависело это не только от уровня, характеристик и эволюционного статуса. Не меньше, а то и больше, он зависит от развития моей воли, воображения и силы духа. Пламени требовался сильный хозяин во всех смыслах, слабый не сумел бы его покорить. Сейчас я был слишком слаб даже для того, что бы осознать, сколь велик потенциал доставшегося мне дара, не говоря уж о том, что бы его полностью реализовать. Сейчас я ещё только осваивал верхушку этого айсберга, о подводной части оставалось лишь гадать.

Может сложиться впечатление, что я начал уверенно теснить своего врага, познавая новые грани своих сил, однако, к сожалению, это было далеко не так. Я, наконец, понял, почему мой враг лично вышел на бой, приняв мой вызов. Дело было не в каком-то рыцарском благородстве, не в самомнении и уж тем более не в глупости, нет. Крысиному вождю этот бой был нужен не меньше, чем мне, он тоже познавал новые грани своих сил, его тонкие манипуляции Волей становились всё увереннее, атаки быстрее и продуманнее, он начал не просто махать хвостом и лапами. Обманные движения, блоки конечностями и хвостом, усиленными Волей, что бы невилировать мою, приносящую ему боль, комбинации, пока простенькие, ударов… А ещё явно росло его мастерство управления доспехом земли.

Если раньше это было похоже скорее на налипшую бесформенным слоем грязь, лишь весьма приблизительно повторяющую её очертания, то теперь степень детализации выросла в разы. И чем более детальным становился этот доспех, тем быстрее и ловчее двигалась тварь, тем сильнее были удары. Вот на конце хвоста появилось каменное лезви в форме прямого клинка в метр длиной, вот на лапах стали появляться пальцы, затем когти…

Да у него, видимо, тоже масштабируемый навык! В отличии от моего, скорее защитного типа, чем атакующего, но всё же!

С этим пора было что-то делать. Все мои мелкие преимущества, вроде большего проворства и большего урона Волей, начинали сходить на нет, и скоро я так проиграю. Я резко разорвал дистанцию, отпрыгивая спиной вперёд. Вокру нас было пустое пространство в пару сотен метров, сражение рядом с нами прекратилось само собой, моих людей оттеснили обратно в здание, командиры с генералами бились где-то там, внутри, бой там тоже разгорелся не на шутку — стеклянные купола ближайших корпусов были снесены начисто, гром, вспышки и удары навыков создавали там настоящее светопреставление.

Видимо, к нам пришла подмога со стороны Хоффа. Иначе, без полноценных бойцов высоких рангов, вроде Карины, Алёны и Андрея, крысиные командиры, да с двумя генералами, давно бы смяли наших бойцов. Видимо, Кирилл оправдал мои надежды, не забыв своего благодетеля.

Итак, между нами около полусотни метров. Вождь не последовал за мной. Он стоял, поднявшись на задние лапы и воздев передние к небесам. Мощный ливень заливал нас обоих, я тяжело дышал, приходя в себя. Облачка пара вырывались у меня изо рта, капли дождя, шипя, испарялись от моих раскаленных доспехов, приятно холодили голову. Шлем был давно отброшен — сейчас от только мешал, ухудшая обзор, да и защитить меня, в случае чего, стальной горшок не сумел бы.

Я поднял лицо к небу, пытаясь понять, что происходит. Приглядевшись, я сразу заметил на высоте в пару сотен метров над нашими головами странные световые искажения. Интуитивно потянулся к ним Волей, и с ужасом понял — там сейчас формируется нечто, не уступающее в своей мощи увиденному мной неделю назад навыку вороньего вождя. Что-то из той же категории силы, что и золотая шаровая молния, вот-вот обрушится на меня, и я шестым чувством, какой-то звериной интуицией осознал — мне не увернуться.

Меня вела холодная, злая ярость и отчаянная, упрямая гордыня. Я представил себя кем-то огромным, сильным и неуязвимым, кем-то, кого подобным ударом не пронять. И тогда случилось ЭТО.

Я почувствовал, что огненный плащ откликается на моё желание, по жилам побежал жидкий огонь, а разума коснулось что-то чуждое, не похожее ни на что, мной ранее виденное, но при этом странно знакомое.

Я помогу, — пришла мысль извне, от того, что сейчас сливалось со мной. Время замедлилось, почти не двигаясь, я понял, что что бы это ни было, оно на моей стороне, и всей своей оставшейся Волей направил весь оставшийся Дух в огненный плащ, преобразуя его в нечто совсем иное, невиданное ранее.

Я отчётливо ощутил, что расту. Становлюсь всё выше и сильнее, раздаюсь в плечах. В какой то момент я понял, что моих запасов Духа недостаточно, они слишком ничтожны для задуманного, и то, другое, что вело меня сейчас, сливаясь со мной, подсказало потянуть энергию извне. Наша объединенная Воля потянула Дух из окружающего мира, и десятки, а затем и сотни единиц духа стали вливаться в меня.

Я осознал, что стал исполином в семь десятков метров ростом, полностью сотканным из огня. Моё тело парило в центре созданного нами конструкта, что ощущался… Как второе тело, как бы это странно не звучало.

Я понял, что в руках нехватает оружия, и тут же в руках исполина появилось моё двухклинковое орудие смерти.

Всё происходящее, с момента, как крыса встала на задние лапы, до момента, когда я оформил огненного исполина, заняло не больше семи или восьми секунд. Мы закончили практически одновременно, но в такой ситуации любая лишняя секунда может решить исход боя. И лишняя секунда выдалась у крысы.

Ощутив, что навык твари пришел в движение, я понял, что не успею защититься. И потому не стал даже особо пытаться, ударив в ответ.

Наши удары достигли цели одновременно. Удар моего клинка в защиту твари вызвал мощнейший взрыв, вся энергия мгновенно разошлась на две цели — ослабить атаку врага и прикончить саму тварь.

Отразить навык твари полностью мне, разумеется, не удалось. Всё, на что хватило моих сил — частично отклонить удар, что представлял из себя нечто вроде клинка из гравитации. Навык врага отрубил мне левую руку повыше локтя, задев меня самым краем, и оставил позади меня, в земле, ровный разрез, будто оставшийся после удара гигантским мечом. Ширина разреза была метров десять, толщина около метра. Глубину видно не было и вовсе, но думаю, не меньше сотни метров.

Я рухнул рядом с этим провалом. Приземление с трёх десятков метров могло и убить в моём нынешнем состоянии, но я сумел на последних крохах сил огнём немного замедлить своё падение, так что дело ограничилось тем, что я услышал хруст в правой ноге.

Я лежал, истекая кровью из обрубка руки, полностью опустошенный, и глядел в глубину кратера в пол сотни метров диаметром и десятка два глубиной. Лёжа на самом его краю, я увидел, что вождь тварей не погиб. Монстр полз, с трудом передвигая лапами, от каменной брони не осталось даже воспоминаний, шкура страшно обожжена, судя по рваным, неровным движениям, у чудовища был поврежден позвоночник.

Я проиграл. Сейчас я обессилен и выжат, как лимон. Даже ярость, что давала мне сил и толкала вперёд, угасла окончательно. Страха тоже не было, но я отчётливо понимал, что сейчас меня будут убивать, и ничего я поделать с этим не могу.

Неужели это конец? Ну, давайте хоть посмотрим, что там мне Система писала.

Поздравляем с открытием пассивной способности «воплощение стихии»! Вы обрели второй ключ от царства трансцендентности, Система гордится вами! Следуйте этим путем, и награда будет соответствующей.

Поздравляем! Вы создали свой, уникальный навык высокого ранга, Система даёт ему названия — пламенный гигант. На данный момент навык обладает третьим классом, потребление Духа пользователя — 120 единиц, потребление Духа из окружающей среды — 600 единиц.

Поздравляем! Вы получили + 48 дополнительных единиц Воли, ваш параметр превысил отметку в 100 единиц

За все эти достижения система награждает вас + 50 очками Духа, и + 20 свободными очками характеристик.

Система внимательно следит за вами и надеется, что вы сумеете выжить!

Наград дали много, и подумать есть о чём, но сейчас важно другое — у меня появился шанс выжить!

Вкладываю все двадцать полученных очков в Выносливость. Гляжу на моего врага.

Тот, очевидно, тоже получил какие-то бонусы от Системы. Крыс замер, его окутала личная защита.

Я чувствовал, что не способен сейчас толком использовать ничего из по настоящему стоящего в моём арсенале. Воля была почти на нуле, огненный плащ, который теперь ощущался частью меня, едва отзывался. Молния сейчас не годилась, четыре её удара не сумеют прикончить тварь, у той личная защита явно второго класса. Но и бежать… Да мне теперь, наверное, и некуда бежать. На базе идёт бой, я в тылу армии противника, впереди и позади — враг. И что теперь?

Обидно умирать, достигнув силы уровня приснопамятного вороньего вождя, на которого я равнялся. Но то, что я погибну, не значит, что я буду умирать как слабак, покорно дожидаясь своей участи. Дать сожрать себя этой твари — удовольствие ниже среднего.

Я начинаю подниматься. Перед глазами проносятся лица матери с дочерью, которым я не помог, остальные люди, которых пытают и насилуют поехавшие крышей утырки, от воздействия Системы на психику и обстоятельств апокалипсиса вконец двинувшиеся на почве своих внутренних демонов. Эти воспоминания неприятны, но не более того. Дальше проносятся убитые мной и Кариной члены Совета. Деяние, которое мне стыдно и о котором я уже начал в тайне сожалеть. Затем вспоминаю лица матери и отца, которым разбил сердца своими поступками…

Наконец, я выпрямился. Прочь сантименты, последнее столкновение должно забрать тварь со мной! Прежний я, до Апокалипсиса, в этой ситуации наверняка сбежал бы. Да что там! Я бы, осознав расклады, и вовсе не вступил бы в бой. Но сейчас моя Воля тверда, а страх, что бьётся в груди, вместе с трепещущим сердцем, не способен затмить разум. С моими ранами бегство не даст спасения, монстров, желающих добить полководца восьмидесятого уровня, выстроится очень отсюда и до Китая, за такую добычу, как я, Система любую, самую мелкую и слабую тварь в то ещё чудовище превратит. Да, совсем маленький шанс на бегство есть, но гордость наступает на горло инстинкту самосохранения — и в моей правой руке медленно начинает собираться пламя. У меня уходят все силы, все ресурсы организма и души на то, что бы собрать огонь для последнего удара, он раздувается в огненный шар, диаметром метр, что сияет, словно солнце.

Вождь замер, явно заколебавшись. Было заметно, какое опасение вызывает у него это пламя, что и так искалечило его.

— Ну давай! — хохочу я, глядя на замешкавшуюся тварь. — Вот он я, иди ко мне!

Импульс его Воли доносит до меня его гнев. Он начинает находу покрываться тем самым каменным доспехом, замерзали вокруг серые молнии — и он прыгнул. Я метнул пламя вперёд, и от его столкновения с монстром грянул взрыв, разметавший нас в разные стороны. Моё пламя не обожгло меня, однако взрывная волна меня не пожалела, и, пролетев десятка полтора метров, я грохнулся в какую-то ямку, одну из тех, что возникли тут повсюду за время нашего боя.

Тварь через минуту показалась над краем воронки. Её Воля била по мне бешенством и болью, доспех из камня опять был уничтожен, ран прибавилось, из-под ожогов текла кровь, но она всё равно уверенно направлялась ко мне, я же не мог пошевелить больше и мускулом. «Ну, вот ты и отбегался» — подумал я.

— Рус!!! Держись! — услышал я вопль Карины, а затем мимо меня, в сторону твари прошелестел вал ледяного пламени.

Ну, теперь можно и отдохнуть — подумал я, отключаясь…

Глава 26. Эпилог

В тот день я всё таки выжил. На наше счастье, выйдя из лесу, наши бравые бравые разведчики углядели взрывы и грохот со стороны базы, и отбросив осторожность, рванули на помощь. Собственно, к моменту, когда они достигли Гранда, моя битва с вождём крыс достигла апогея.

— Это выглядело очень здорово, Рус! — взахлёб рассказывала Карина. — Огненный великан бьёт огненной же глефой по здоровенной каменной крысе, и одновременно с неба его пронзает наискось какая-то сероватая херь, что в длину ещё больше великана! А потом — бабах! И и пар вперемешку с дымом. Мы сперва решили, мол, всё, труба. Андрей рванул тогда в здание, Юлю спасать, а мы с Алёной решили крысу добить. Бежим к ней и тут снова — херак! И ты из кратера вылетаешь и в какую-то ямку. А следом крыса! Мы то, если честно, тебя уже списали, думали, тебя его навык убил.

— А что крыса? И чем вообще дело кончилось? Времени много прошло? — засыпал я вопросами сидящих напротив меня девушек.

Голова уже почти перестала болеть, да и чувствовал я себя, в целом, неплохо. Правда, отсутствие левой руки меня изрядно напрягало, как и странная боль и чесотка на месте среза.

— Крыса дала по тапкам, к сожалению. Мы бы её догнали, но там из здания два генерала вылетело, сами насилу отбились. Мы тебя цапнули и рванули назад, но так просто уйти нам не давали. В общем, Карине пришлось один на один с генералом сцепиться — отхлебнув из исходящей паром кружки, ответила Алёна. Аромат зелёного чая расходился по комнате, судя по запаху, чай отнюдь не из пакетика. — Насчёт чем дело кончилось… Тут, Рус, новости не самые лучшие. Скажем так, хуже, чем хотелось бы, но лучше, чем могло бы быть.

Девушка замолчала, отведя взгляд. Карина тоже не спешила внести ясность. Видимо, дела совсем хреновы.

— Не тяните с драматической паузой, говорите уже, — вздохнул я устало. — Сам понимаю, что дела плохи. Мной вытер пол сраный крыс, а Гранд взят ими штурмом. Вряд-ли я услышу что-то сильно хуже того, что знаю.

Ответила мне Карина:

— Не то, что бы прям взяли штурмом. Центральный корпус удалось отстоять, — неохотно начала она. — Но потери огромные. Из трёх тысяч гражданских выжило четыре сотни. Из семисот с лишним бойцов — две сотни. Да и… Юля погибла.

Юля… Молодая, живая и яркая девчонка, которую я за день до того злосчастного боя ругал за беспечность. Внутри закипела злость на самого себя — накаркал, идиот!

— Нам сильно повезло, что Кирилл, как только увидел происходящее, повёл своих бойцов на помощь. Он теперь генерал, 82 уровень. Говорит, они прикончили генерала, рулившего той стаей воробьёв, там и взял 80. Система посчитала, что окончательное уничтожение стаи плюс то, что он внёс наибольший вклад в бой, достаточным, что бы сделать его генералом. В том бою он получил навык личной защиты второго класса и атакующий навык первого. Благодарю этому он и смог, считай, в одиночку, на равных драться с двумя крысиными генералами. Если бы не он, никто б не выжил. Юля погибла, помогая спастись детям. Мне тоже её жаль.

— Что с Андреем? — спросил я.

— Который день уже молчит. Сжёг её тело, засыпал прах в какую-то фляжку и носит с собой.

Который день? Значит, я не один день в отрубе провёл?

— Так сколько прошло времени?

— Пятый день идёт, Рус, — сказала Алёна.

Пятый день… Долго ж я спал. Что ж, итог первой кампании против крыс неутешителен — мы проиграли. Но раз я жив, раз остались ещё уцелевшие — жди, крысиный вождь. Я приду.

Конец первой книги.

Content

Максим Мамаев
Система Возвышения. Начало хаоса

Глава 1. Апокалипсис

Глава 2. Первый контакт

Глава 3. Раскол

Глава 4. Воздушная баталия

Глава 5. Гранд

Глава 6. Совещание

Глава 7. Битва, часть 1

Глава 8. Битва, часть 2

Глава 9. Делёж трофеев

Глава 10. Секс и насилие

Глава 11. Воля

Глава 12. Анклав

Глава 13. Выстраивая порядок

Глава 14. Послы

Глава 15. Вассалы

Глава 16. Битва за Хофф. Часть 1

Глава 17.Битва за Хофф. Часть 2

Глава 18. Возвращение домой

Глава 19.Переворот, часть 1

Глава 20. Переворот, часть 2

Глава 21. Армия

Глава 22. Победа

Глава 23. Без названия

Глава 24. Катастрофа, часть 1

Глава 25. Катастрофа, часть 2

Глава 26. Эпилог