Люро Полина

НА МОСТУ

Какая же жара! Воздух «плыл», казалось, ещё немного, и в небе появятся миражи как в пустыне. По мосту, соединявшему берега замусоренной неторопливой реки, мчались, стремясь поскорее покинуть душный и пыльный город, многочисленные автомобили. Но неумолимые пробки настигли их и здесь. И вот уже спешащие вырваться на волю резвые скакуны мгновенно превратились в еле плетущихся старичков. Водители, бессильно застонав, начали щедро делиться своим скверным настроением с жёнами, детьми, прочими родственниками и даже горячо любимыми собаками и котами. А во всём виновата проклятая жара.

Немногочисленные пешеходы на мосту, рискнувшие подняться так высоко, проклинали свои глупые головы, подавшие им эту ужасную идею ― взобраться на гигантский железный горб города. Пот лил с них в три ручья, сердца отчаянно колотились, готовые в любой момент устроить своим хозяевам неприятный сюрприз: остановиться прямо на мосту, куда и «скорая» не скоро доберётся. Поэтому отчаянные люди, взобравшиеся сюда в жаркий июльский день, молясь разным богам и засунув валидол под языки, осторожно несли свой крест, то есть старались потихоньку спуститься в желанную тень.

И лишь один человек не замечал жары. Мальчишка подросток, словно в насмешку над погодой одетый во всё черное: джинсы, рубашку с длинными рукавами, кроссовки и кепку с козырьком, проколотым многочисленными кольцами. Он стоял, скучая, у перил моста и плевал в реку. Но вскоре, и это занятие ему надоело, парнишка окинул мост ненавидящим взглядом золотистых глаз и широко зевнул.

— Да сколько же можно! Опаздывает, зараза. Вот ведь, ни стыда, ни совести, ― негромко бубнил он, положив локти на перила моста, ― прыгнуть вниз пока, что ли?

Он снял кепку, почесал затылок, тряхнул кудрявыми тёмными волосами и снова спрятал их под головной убор. Ни одной капли пота не пролилось по его гладкой смуглой коже, чувствовалось, что ему вполне комфортно, только ужасно скучно. Немногочисленные страдальцы медленно проходили мимо, не обращая внимания на странного паренька, словно совсем его не замечая. Он отвечал им тем же. Мальчишка ждал, но не их.

— Должны выполнять договор, раз подписали, ― не на шутку разошёлся он и скрестил руки на груди, ― что я скажу наставнику: «Нас продинамили», ― так что ли? Может кандидат для них недостаточно хорош? Мерзкие святоши! ― и он снова плюнул в реку.

В это самое мгновение в воздухе ощутимо похолодало, ненадолго, всего на несколько мгновений, но отчаявшийся было паренёк весь подобрался, услышав хрустальный звон колокольчика. Это был сигнал к началу битвы. Он прозвучал, а вот противник так и не появился.

— Так, значит, не хочет приходить, струсил. Тем лучше! ― выдохнул паренёк, ― победу автоматически присудят мне. Наставник будет недоволен, но всё равно, по правилам ― я победитель. С этим он ничего поделать не сможет, ― и ехидная улыбка скривила его губы.

Впрочем, продержалась эта улыбочка на юном лице недолго, потому что совсем рядом раздались возмущённые крики водителей и смущённый девичий голос пролепетал почти у самого его уха: «Простите, пожалуйста! Я пришла вовремя, просто встала на другую сторону моста. Мне никто не уточнил, где именно Вы будете меня ждать».

От такой неожиданности кандидат в чёрной кепке чуть не сел на мост, еле устояв на месте и побледнев, как отсутствующее в данный момент небесное облачко. «Невероятно, они прислали девчонку?» ― от удивления его золотистые глаза чуть не вылезли из орбит.

— Вам нехорошо, кандидат? ― заботливо промурлыкала она.

Всё, что он мог сделать в тот момент ― отрицательно покачать головой и сглотнуть. Это и правда была девчонка: светлые волосы неровно постриженной копной топорщились на голове. Огромные синие глаза, казалось, с трудом умещались на маленьком бледном, впрочем, симпатичном, личике. Она была одета в обрезанный по колено светлый джинсовый комбинезон. Широкая белая футболка, в огромных коротких рукавах которой терялись её худенькие ручки, казалась надетой с чужого плеча. Ну, хотя бы белые кроссовки не пугали размером.

Лямки комбинезона то и дело спадали с узких плеч, и девчонка постоянно их поправляла, а ещё она глупо улыбалась. Словно и не на битву пришла, а на свидание, при этом её носик морщился, и веснушки на нём забавно двигались.

«Что за дела, это что, новое испытание? ― размышлял кандидат, постепенно возвращая лицу первоначально смуглый цвет, ― мне вот с этой надо драться? Да так же нечестно, блин, я её одной левой, да нет, одним пальцем прибью».

— А Вы уверены? ― словно пропела она, таким нежным был её голос.

— Уверен в чём? ― он нахмурился, каждую секунду ожидая нового подвоха.

— Что сможете меня одним пальцем победить? ― она кокетливо улыбнулась и заморгала густыми ресницами. Затем протянула худенькую ручку к перилам моста, взялась за металлический прут ограды и легко вынула его, подкинув на ладошке. Но на этом представление не закончилось: блондинка переломила прут словно зубочистку.

— Серьёзно? ― лениво протянул мальчишка, ― это всё, что Вы можете? ― и демонстративно сплюнул в воду, запаниковав в душе: «Ну всё, мне кранты!» ― забыв, что соперница неплохо читала его мысли.

Она отреагировала мгновенно.

— На самом деле не всё, конечно, и это не самая сильная моя сторона!

«Врёт и не краснеет!» ― возмутился кандидат в чёрной кепке, а вслух протянул с презрением: «Знаем мы Ваши сильные стороны ― песенки, по большей части глупые, поёте».

Она обиженно надула губы.

— А вот и нет! И не глупые песни, а хоралы, хотите потом спою?

— Это когда «потом»? ― насторожился он.

— Когда с Вами разберусь, ― так же нежно протянула она и, выбросив половинки прута в реку, отряхнула руки от ржавчины. Двое одновременно склонились над перилами и проследили, как обломки тяжело плюхнулись в мутную воду и исчезли.

На минуту разговор прервался. Один не знал, что на это ответить, другая тоже помалкивала после явной демонстрации своей силы. Да и к чему разговоры, если пришли сражаться. Тут в воздухе снова прозвенел колокольчик, и его звук подстегнул обоих к началу действий.

Девчонка встала в боевую стойку, задрав подбородок, и закусила губу, но её коленки почему-то дрожали. Кандидат в чёрном заметил это и постарался расслабиться: «А ведь она дрейфит, надо этим воспользоваться!» Он перевернул кепку козырьком назад и нахально ухмыльнулся, с вызовом глядя ей в глаза, стараясь при этом крепче сжать зубы, так не кстати выбивавшие дробь. Да что с ними обоими было не так?

Ни один из них не решался начать первым. Это было странно. Нет, конечно же, они не трусили и давно были готовы к испытанию. Каждый из них много раз представлял, как победит противника и с гордостью доложит об этом своему наставнику, а тот радостно обнимет… хотя это вряд ли. Ну, или поздравит… что тоже маловероятно. Тогда возможно в этот раз не станет орать на него (или неё), что за последнюю тысячу лет у него не было более бестолкового ученика (или ученицы). И всё в таком же роде.

Что-то удерживало обоих на месте, не давая начать бой, а ведь времени оставалось совсем мало. Того и гляди колокольчик мог прозвенеть в третий и последний раз, что означало бы ― вам, ребята, крышка, экзамен не засчитан, провалились оба. И, как следствие, сначала трёпка от наставников с применением грубой физической силы, а потом пожизненное лишение возможности снова стать кандидатом в Элитную гвардию. И это ещё не всё. Впереди маячило наказание: о возвращении домой придётся забыть, вполне вероятна даже ссылка. И несмотря на вышесказанное, они застыли на мосту и попусту теряли время.

Внезапно и без того огромные глаза девчонки расширились, она опустила сжатые кулачки и пролепетала, от страха перейдя на «ты»: «Чувствуешь?»

— Это ты мне? О чём речь?

— Неужели не слышишь? Давай же, пошевели ушами, это они, ― её голос дрожал от ужаса.

Противник, потрясённый переменой, произошедшей с соперницей, стащил с головы кепку, словно она ему мешала, и прислушался. В раскалённом воздухе звенела тишина: не было слышно сигналов нетерпеливых водителей, ругани пассажиров и хныканья детей. Даже криков чаек, пролетавших мимо, ― ничего, словно мир оглох. Только тишина, а через мгновение, сначала еле слышный, а потом всё усиливающийся звук сотен ног, взбирающихся на мост.

Теперь и ему стало не по себе. Кепка выпала из его руки и упала на мост. Его счастливая кепка. Совсем скоро они будут здесь. Фанаты. Просто люди в плохом настроении, потому что любимая команда только что проиграла, потому что пекло так, что мозги плавились. Их гнев и обида искали выход и вот-вот должны были его найти, чтобы вылиться на ни в чём неповинных людей на мосту.

Их было много, тёмных теней, полных злобы, стоявших за обычными совсем неплохими людьми. Теней, подтолкнувших фанатов взять в руки биты и камни, чтобы совсем скоро начать жестокую игру.

— Этого нельзя допустить, понимаешь? ― в её голосе прозвучала такая боль, что он вздрогнул и кивнул. А потом сделал то, объяснения чему и сам не знал ― отодвинул девчонку себе за спину.

— Уходи, они не понимают, что происходит, поэтому готовы крушить и калечить. Сейчас это не люди, а толпа. Я постараюсь их остановить, хоть у меня не так много сил. А ты беги и попытайся хотя бы детей отсюда увести.

— Ага, прямо сейчас побегу, как же! Одному тебе не справиться, вон их сколько, и откуда только эти тени взялись на наши головы? ― её голос дрожал, но в нём чувствовалась решимость.

— Вот чудачка! Хоть понимаешь, что если мы не справимся, то погибнем, а?

Она проигнорировала вопрос, а просто взяла его за руку и закрыла глаза. Он тяжело вздохнул и сосредоточился. Подростки направили все свои силы на тени, безжалостно вцепившиеся в людей. Кто бы мог подумать, ещё несколько минут назад эти двое нерешительно топтались на месте, а теперь приняли бой.

Через пять минут противостояния девчонка обмякла и повисла на своем недавнем сопернике. Он еле успел её подхватить, и они с размаху плюхнулись на мост, где так и сидели рядышком, прислонившись спинами к перилам, тяжело дыша. Блондинка была совсем измотана: мокрая от слабости, она прижалась к чёрной рубашке своего противника и плакала. Ему вдруг так захотелось утешить её и погладить по голове, но руки не слушались ― сил совсем не осталось.

А на мосту всё было хорошо. Неудачливых кандидатов в Элитную гвардию никто не замечал. Водители по-прежнему стояли в пробке и лениво переругивались между собой. Фанаты медленно обтекали машины с двух сторон, живо обсуждая прошедший матч и посмеиваясь над забавными моментами игры. Теней, ещё недавно оседлавших людей, не было и в помине. Никто, кроме этих двоих, не пострадал.

Через полчаса пробка на мосту стала потихоньку уменьшаться, и, к всеобщей радости, вскоре движение полностью восстановилось.

Кандидат в чёрном с трудомвстал и протянул руку своей невольной соратнице. Она уже почти пришла в себя, вытерла слёзы, но его руки не приняла.

— Спасибо, я и сама прекрасно справлюсь! ― и, покачиваясь от слабости, поднялась, держась за перила злополучного моста.

— Ну и, пожалуйста, не очень-то и хотелось, ― фыркнул в ответ мальчишка. Он долго смотрел, как она медленно уходила, так ни разу и не оглянувшись.

— Пока, ― обиженно произнёс он так тихо, чтобы она его не услышала. «Хотя кто знает, с её-то слухом?» ― хмыкнул паренёк и оказался прав. Отойдя на приличное расстояние, гордячка развернулась и слабо махнула ему рукой, а потом снова побрела прочь. Интересно, о чём она думала в этот момент или о ком?

Мальчишка заметно повеселел, подобрал упавшую кепку, отряхнул её, и, прежде, чем надеть на голову, пригладил свои густые волосы, скрывавшие маленькие рожки. В это время неожиданно для всех на мосту послышались далёкие раскаты грома. Небо начало стремительно темнеть, и через пару минут словно из ниоткуда хлынул проливной дождь.

Кандидат поморщился, отряхнулся как собака и пробормотал: «Понятно, наверняка там наверху бесятся, ведь мы провалили задание. А я вот ни о чём не жалею. И точка», ― и развернувшись, быстро побежал вниз с моста. Внезапный ливень преследовал его, словно пытался стереть насмешливую улыбку с лица паршивца. Но безуспешно.

А в это время в подвале обычной многоэтажки на перевёрнутых ящиках, уставленных друг на друга, сидели их наставники и наблюдали за своими подопечными не через магическое зеркало, которое им порядком надоело, а через огромную плазму, свободно парившую в воздухе. Выглядело это, мягко выражаясь, дико и странно, впрочем, не более, чем два хорошо одетых господина, совместно распивающие кагор из гранёных стаканов.

Один из них ― смуглый и темноволосый, с хитро прищуренными глазами и тонкими усиками на породистом лице, хранившем печать лёгкого утомления и презрения ко всему сущему, одетый в шикарный чёрный костюм и лакированные туфли, напоминал владельца крупной корпорации или, на худой конец, престижного банка. Он иронично улыбался, переводя взгляд с экрана на своего собеседника. Другой, седобородый, но с сияющей лысиной, в светлом мятом костюме, сильно потел и постоянно вытирал белым платком гладкое, как у юноши, лицо и толстую шею.

Две пустые бутылки из-под кагора уже валялись на полу. Наставники посмотрели на экран, где в это время их подопечные кандидаты расходились в разные стороны. Потом одновременно довольно усмехнулись, чокнулись стаканами, наполовину расплескав содержимое, и опрокинули их в себя.

Тот, что в белом, довольно причмокнул и сказал: «Хорошо! Согласитесь, уважаемый коллега, вино просто прекрасное! Но, скажите, почему для нашей встречи Вы на этот раз выбрали такое ужасное место? Здесь жарко, как в преисподней», ― и он снова протёр платком взмокшую шею.

Его собеседник насмешливо ухмыльнулся.

— Приму Ваши слова как комплимент, ― взял с пластиковой тарелки ломтик сыра и съел его, смакуя, ― что же касается вина, уважаемый коллега, совершенно с вами согласен, оно хорошее, но, Вы только не обижайтесь, слабовато. Вот попробуйте-ка моей настойки, это ― вещь! ― и из воздуха материализовалась большая бутыль с сомнительного вида содержимым, которое господин в чёрном тут же разлил по стаканам.

Наставник в белом принюхался к предложенному напитку, потом махнул рукой и произнёс: «Ну, за успех!» ― и мутная жидкость быстро исчезла из его стакана.

Темноволосый засмеялся и осушил свой.

— За наших кандидатов! Они сегодня заслужили похвалу, ― и, хитро посмотрев на седого, одновременно с ним выпалил, ― которую они от нас никогда не услышат!

— Совершенно с Вами согласен, уважаемый коллега. Излишняя похвала только портит детей, ― седобородый снова протёр платком покрасневшее от горячительного напитка лицо и закусил настойку солёным огурцом. ― Хотя, должен признать, что сегодня ученики меня порадовали. Они справились с испытанием и хорошо поработали вместе.

— Ничего удивительного, ведь у них были такие наставники, ― господин в чёрном снова наполнил стаканы, ― этим детишкам сегодня определённо повезло, что всё так славно кончилось. Теперь им долго придётся работать вместе, хотя они об этом пока и не догадываются.

— Тогда за новых членов Элитной гвардии? И удачи новичкам, она им ещё понадобится!

Content

Люро Полина
НА МОСТУ