Семён Афанасьев

Размышления русского боксёра в токийской академии Тамагава, 2

***

Примечания автора:

Повторюсь: Автор ничего не знает о Японии, так как в ней не жил. Пока что. Потому Япония - чистая стилизация сеттинга.

Обложка - как обычно, Шелест

https://author.today/u/kod_100

Страница книги

Глава 1

- Не заговаривай зубы! – злобно шепчет Ю. – И не ори! Мать с Мивако дома!

- Я ровно на пятнадцать минут. Пожрать, переодеться и валить дальше по азимуту.

- ТЫ же к себе в комнату сейчас?

- Ну да.

- Пошли. – Она, чуть ли не подталкивая меня в спину, неотступно сопровождает по всему коридору.

После чего плотно закрывает двери моей комнаты изнутри.

– Ты не понимаешь, что, отказывая женщине, ты её унижаешь? – рубит в лоб моя местная вроде как местами сестра, толкая меня на низкую кровать и усаживаясь на полу, напротив. – И что нам с тобой ещё, чисто теоретически, тут жить и жить? После всего этого?

- Жёсткий аргумент, - соглашаюсь. – А самое главное – типично бабский. Я тебя услышал.

- Лучше бы ты ночью вёл себя как мужик, а не… ! – в запале изображает шипением кобру Ю.

- Прикольно. Я ещё и виноватым получился. А давай посмотрим на это всё с моей стороны? Ну, пусть на неделю вперёд. Или на две?

- Я чё-то не поняла, ты сейчас о чём?! – непонимающе хмурится она. – Тебе вообще какая печаль?! Вставил, вынул, счастливый захрапел!

- Ну допустим. Допустим, всё как ты говоришь. Вставили, вынули, захрапели. Потом через неделю или две мы оба наигрались, а у тебя заводится парень. Может такое быть?

- Вполне. Нормальный ход событий. И чё?

- А ты от него про нас с тобой всё скрывать будешь? Или – каждый раз коситься на меня, когда он сюда приходит будет?

- Э-э-э…

- А если пойти чуть дальше и предположить, что он будет очень серьёзно к тебе относиться? И - потенциально - будет очень болезненно воспринимать, к-хм, как бы тут поделикатнее… твои некоторые смелые эксперименты, оставшиеся в прошлом? Сказать тебе, что будет дальше?

– Что? – уже гораздо более озадаченно и почти конструктивно спрашивает Ю.

Демонстрируя даже подобие некой мысли во взгляде

– Сейчас у нас с тобой практически нет друг от друга секретов, согласна?

– Да, - помолчав, отвечает она.

- В некоторых моментах, пожалуй, мы действительно как брат и сестра. В том смысле, что ты вон ради меня каких-то мужиков даже организовывала. Когда с Сэем дуэль была. Хотя и не без мата, - смесь, припоминая неподдельные и искренние впечатления Ю в тот момент.

- Попросила знакомых мужиков с отцовской работы, - хмуро констатирует она, качая головой, словно маятник. – есть там одна бригада… Они периодически подкатывают деликатно, когда я в тех местах бываю. Вот, как раз пригодился номер бригадира. Когда сказала, что у брата могут быть сложности, они без проблем вписались. Бы. Но ты всё сам отменил.

– Потому, что сам справился… Думаем вместе дальше. А вот если бы ночью мы с тобой, как ты хотела, ты-дым-ды-дым, то что бы сейчас было? – Просто смотрю на неё и ничего не объясняю.

Некоторые вещи в этой жизни нужно проходить своими ногами и самостоятельно.

- Ну, у тебя и сейчас стояк, - не задумываясь, выдаёт она. – После ночного, ты бы относился ко мне, как … кхм…

- Как к скорой помощи, - подсказываю. – Вполне определённого плана. Говорят, у нас в школе есть такая девочка. Я, правда, лично с ней не контачил на эту тему, но всё возможно. Но ты продолжай, продолжай.

- Относясь ко мне, как к скорой помощи, ты бы сейчас втихаря затащил бы меня к себе. Под предлогом того, что всё равно моя комната занята Мивако, - начинает доходить до неё. – И вообще, мог бы пользоваться каждой подвернувшейся ситуацией, хоть в ванной хоть где. Бля-я-я-я…

- «Добро пожаловать в сексуальное рабство», - изображаю голосом фрагмент одного мультипликационного сериала весьма определённого содержания. – Причём, заметь. Мои мозги работали бы в эту сторону независимо от меня. Просто потому, что мозги всегда думают и хотят по пути наименьшего сопротивления.

- Бля-я-яя…

- Ну и следующий вопрос: а у тебя были бы шансы увернуться? Либо – ты бы себя после этого как вела?

- П#здец был бы, - озадаченно выдаёт сестра, откидываясь назад и задумчиво разваливаясь на полу. – Один раз побалдеть – это одно. Особенно если по пьянке и по приколу. А на каждый день попадать, как на работу… ещё и без вариантов… бля-я-я-я… И ведь не откажешь! Предложила сама – постоянно тебя ублажай. Если ты сам не уймёшься.

- А с чего мне униматься?! – резонно возражаю ей. – Возраст самый то ни на есть мозголомный. Когда все эти гормоны реально крышу рвут.

– Откуда ты такой умный? – хмурится Ю, пялясь в потолок.

- Это ещё не всё. Даже если бы я проявлял чудеса такта, деликатности и предупредительности, с каждым днём мы всё равно больше и больше сторонились бы друг друга. Объяснять, почему?

- Почему? – заторможено выдаёт она.

- Потому что некоторые действия в нашей жизни носят невозвратный характер, - припечатываю. – И если ты не понимаешь этого на тему того самого, то я просто подожду, пока тебя не проймёт.

- Слушай, а ты вот это всё прямо тогда, ночью сообразил? – она отчего-то оживляется, садится на полу и хватает меня за ступню, начиная с силой вдавливать ноготь моего большого пальца. – Ты ж сам говоришь, гормоны крышу рвут. Чего не стал тогда…? Возможность же шикарная? Ну и я тебе нравлюсь, в том самом плане.

– Если отвечать твоими словами, то мне сейчас любая понравится. В том самом плане. Лишь бы было, куда. И без обязательств. Не понимаешь?! Если говорим о чистой физиологии, то мне сейчас всё равно, какая баба будет рядом на этом этапе – главное, чтоб симпатичная. А у тебя, кстати, чудесная подруга! С большими сиськами, которая мне и телефон даже оставила. Вот теперь ты скажи: если в уме держим обязательства, то кого бы ты выбрала сама на моём месте из вас двоих?

– Не смей! – непоследовательно вспыхивает Ю.

– Почему? – тут я искренне удивляюсь.

– Потому что я тебе запрещаю! – запальчиво шипит она и начинает выкручивать мою ногу в суставе.

– Пф-ф-ф-ф-ф… Ну-ну… - перевернувшись на живот, пытаюсь выдернуть у неё иммобилизованную конечность.

Это мне частично удаётся, правда, в её руках остаётся мой носок.

Именно в таком положении нас застаёт неожиданно входящая ко мне мама (слава богу, что мы при этом находимся на более чем пристойной дистанции).

- О, вы помирились? – вроде как с облегчением вздыхает она. – Мы с Мивако проедемся к ним в офис. Не теряйте нас.

*********************

Мао Курата была обескуражена: как ни парадоксально, но, похоже, ничего ночью не было. По крайней мере, как заснула тогда по пьянке рядом с Ю, так с ней же и проснулась. И одежда вся на месте без изменений.

Ч-ч-ёрт. Из такой хорошей идей подобраться к пацану поближе, совмещая приятное с интересным и полезным, ничего с наскока не вышло.

Ладно. Есть же сказка о черепахе, обогнавшей на соревнованиях по бегу зайца?

А не набрать ли нам в этой связи подругу? Тем более, та сегодня с утра валялась пьяная, не вязала лыка и до занятий в университете так и не добралась.

На звонок Ю ответила сразу. Камера её смарта показала, что она находится в комнате своего брата, тот сидит без носка и задумчиво с ней о чём-то разговаривает.

Хм. А сам носок через секунду обнаружился в руках подруги. Интересно, да чем это они там занимаются?!

Поболтав о приличествующих случаю отстранённых моментах типа погоды и самочувствия, Мао Курата в следующий момент сделала предложение, которого сама от себя не ожидала:

- Ю, хочешь, я с материалами лекции приеду? Позанимаемся вместе? Ты же пропустила сегодня, - добавила участия в интонации представительница одной из младших ветвей Ходзё.

- Давай, - чуть удивлённо согласилась подруга. – Если тебе самой удобно – конечно приезжай.

Вот и отлично.

___

К удивлению самой Мао; когда она, бросив всё, как малолетка понеслась в дом к Асадам через добрую половину города, кроме самой Ю, она там никого не застала.

В первый момент Курата, как дура, поначалу даже разволновалась в предвкушении. Когда сестра белобрысого деловито предложила в прихожей:

- Погнали к Масе в комнату? Там удобнее будет, моя пока занята.

А в итоге всё вышло донельзя банально: в комнате самой Ю сейчас жила кандидатка во вторые жёны их отца. Младший брат уступил сестре комнату, а сам временно обитал на кухне.

Последнее – потому, что пошёл в какой-то спортивный зал, где и пропадал сейчас всё время.

В данный момент светловолосого поганца тоже дома не было! Вот же сволочь малолетняя!

Задохнувшись поначалу от обиды (ехала, как идиотка, через весь город!), Мао быстро взяла себя в руки:

- Смотри, тут вот что разбирать долго… ничего, если задержимся? – Из-за неуместного азарта, пробный шар был брошен.

Оставалось дождаться ответа.

- Если хочешь – оставайся и сегодня у меня. – Уверенно предложила подруга. – Только в этой комнате ночуем, если что. Не в моей.

- А какая разница? – поторопилась выпалить представительница семьи Ходзё. – Меня всё устраивает, комната как комната. Это же брата твоего, да?

Дела надо доводить до конца. Даже такие смешные и несерьёзные.

*********************

- Разрешите попросить вас об одолжении! – белобрысый гайдзин, до удивления чисто говорящий на языке, поклонился в почти безупречном ритуальном поклоне.

- Двери всех храмов всегда открыты для тех, кто жаждет знаний, - обтекаемо ответил сенсей одной из не самых известных в городе школ. – Чего хотел?

- Мне ваш до-дзё рекомендовала одноклассница. У меня есть одна прикладная задача; вот она говорила, что вы можете помочь. Если…

- КАК ЗВАТЬ?

- Асада, Масахиро.

- Не тебя! Одноклассницу, которая тебе рекомендовала прийти сюда, как звать?

- А-а-а-а-а, извиняюсь. Не сразу понял. Кимишима, Цубаса.

- А-а-а, красноволосая, - лицо сенсея просветлело. – Понял. Какая у тебя проблема? И чем, по её словам, тебе могут помочь тут?

- Цубаса говорит, у вас постановка ног – самая академичная во всей провинции. И учитывает не только традиционные жёсткие стили, где… м-м-м, не знаю, как сказать… в общем, она говорит, что у вас вроде фехтования – только ногами.

- Подожми правую ногу. Попрыгай на левой, - коротко уронил сенсей. – Так, теперь наоборот.

Белобрысый, добросовестно выполнив распоряжение, выжидающе смотрел на старшего.

- До фехтования ногами лично тебе лет десять. – Вынес короткий приговор наставник. – При условии регулярных занятий, естественно. Если вдруг окажется, что талантлив, как она, то года три – пять. Это без учёта закалки тела, только постановка техники под первый дан.

- Благодарю за участие, - вежливо кивнул гайдзин. – У меня более короткий горизонт просьбы. Если возможно, то мне нужно, чтоб любой из ваших учеников с хорошей техникой просто меня погонял. Ногами. По ограниченному пространству примерно шесть на шесть метров. Плюс-минус.

- Хочешь пристреляться к противнику «с ногами»? – мгновенно сообразил сенсей. – А сам кто?

- Боксёр. Да, хочу пристреляться к противнику «с ногами». – Пацану явно понравилась формулировка старшего. - Это возможно? Я оплачу эту услугу. В любом разумном объёме.

– Договаривайся со старостой группы, - пожал плечами старший, теряя ко парню интерес и кивая на ученика с чёрным поясом. – Вон тот угол – твой. За красные маты не заступать, будешь мешать другим.

– Сколько? – белобрысый по незнанию полез за деньгами.

– Мне ничего не надо, - поморщился наставник. – За время бросишь в коробочку у входа, когда будешь уходить. А ему дашь, как договоритесь.

___

К удивлению немолодого наставника, странный гайдзин выдержал полноценный час. Добросовестно снося пропускаемые по незнанию попадания, не останавливая тренировочного процесса и явно отрабатывая при этом что-то своё.

Староста, поначалу поставив «на заработок» одного из учеников послабее, буквально через пару минут сменил того сам. И выложился за этот час почти полностью, с интересом отдаваясь именно что фехтованию ногами: с белобрысым было интересно.

- Заходи ещё, - неожиданно для себя, услышал сенсей слова ученика, сказанные на прощание гайдзину. – Но я бы на твоём месте всё же занялся бы постановкой ног. Ты в Японии.

Сенсей коротко кивнул прощающемуся поклоном белобрысому, а про себя подумал: тот ни черта не смыслил в технике, это было видно. Но откуда-то имел такой обширный опыт явно реальных боёв, причём не обусловленных, что и сам мог, в паре узких фрагментов, быть весьма полезным его собственным продвинутым ученикам.

Таким, например, как староста секции. Мало ли, на какого соперника попадешь. А белобрысому явно было что показать на коротких дистанциях.

**********************

- Эй, ты, да-да, ты. На, купи билетик. – Обступившие меня четверо крепких парней, лет за двадцать каждый, явно представляют организацию того же рода занятий, что и работодатели моего местного отца.

Навязывание ненужных товаров и услуг, как эти вот билеты на благотворительный спектакль не пойми какой труппы, тоже один из видов занятий якудзы.

- Мне не надо. И денег нет.

- У тебя полный карман денег, - кажется, их предводитель настроен более чем серьёзно.

Потому что, не отрываясь косится на мой карман.

- Не в своём районе живёшь по тем правилам, которые приняты, - внешне миролюбиво добавляет второй из четверых, отрезающий мне дорогу к супермаркету.

Идущим мимо людям нет никакого дела до происходящего.

Глава 2

- Ты плохо слышишь? Я же внятным языком тебе говорю: на спектакль такой не пойду, мне не актуально. Покупать ничего не буду.

- Похоже на неуважение к хозяевам территории, - вроде бы как безукоризненно вежливо подступает ко мне главный этой четверки.

- А кто тебе сказал, что ты здесь хозяин? Ты вообще в курсе, что когда сам на себя вешаешь титул, это потом может очень плохо заканчиваться? Как и одна очень нехорошая привычка считать деньги в чужом кармане?

- Да чего ты с ним разговариваешь?

С этими словами, на первый план выходит здоровяк, в их отработанных комбинациях явно призванный настраивать убеждаемых на нужный лад.

***

Этот переход в торгово-развлекательном центре был очень удобным местом. С одной стороны, здесь было удобно заранее определять потенциальных "клиентов". Пока они шагали по Z-образной стеклянной галерее, можно было подготовиться к разговору с ними.

С другой стороны, до ближайшей полицейской будки было достаточно далеко. И, даже реши полиция вмешаться, всегда было время исчезнуть.

Самое интересное, что эта территория принадлежала совсем другой организации, хотя к ней и присматривались. Именно сегодня поступила команда пощупать эти места за молочное вымя, решив попутно задачу распространения билетов на концерт одной начинающей дочерней труппы.

Белобрысый пацан-гайдзин, по идее, должен был испугаться самой перспективы "тесного общения" с ними.

Ему впарили бы десятка три билетов на спектакль (потому что примерно такая сумма находилось в его нагрудном кармане) - и, в общем-то, всё. Лично для него.

У старшего четвёрки была специальная и не совсем законная программа-приложение, прокачанная через собственный концентратор до хорошего пятого уровня. Смешной навык; но сумму банкнот в чужом кармане он мог определить достаточно точно. Именно потому он этой работой и занимался, никогда не оставаясь без хорошего навара.

Белобрысый, выглядящий иностранцем, на самом деле оказался своим. По крайней мере, говорил он по-японски чисто и явно на родном, а не на иностранном языке.

Бык, чьей сильной стороной никогда не были мозги, на речь без акцента в исполнении белобрысого среагировал предсказуемо - попытавшись заехать ему в ухо.

А дальше началось самое интересное.

Уха гайдзина в месте удара Быка не оказалось.

Ещё через секунду прыткий белобрысый каким-то образом выбросил вперёд свой хилый кулак так, что самый большой участник четвёрки просто упал вперёд, лицом в стенку.

Вместе с двумя оставшимися другими товарищами, старший группы, плюнув на этикет и на чужую территорию вокруг, от «прощупывания вымени» перешел к вполне конкретным действиям - обрушивая на белобрысого град ударов.

В дальнейшее было сложно поверить. Крепкие парни возрастом за двадцать не просто не смогли справиться с одним старшеклассником (это уже судя по его виду). Они буквально в течение половины минуты присоединились к Быку, тоже с повреждениями разной степени тяжести.

А самым печальным было то, что полицейские из казавшейся такой далёкой будки очутились рядом намного быстрее, чем можно было ожидать.

Не разбирая ни правых, ни виноватых, всех участников инцидента вначале оттащили в это самый кобан, а затем, буквально через четверть часа, специально оборудованным микроавтобусом перевезли в полицейский участок.

_________

Несмотря на то, что первым пытались ударить меня, полицейские волокут в эту будку нас всех, не разбирая на правых и виноватых.

Попытавшись хотя бы перемолвиться с обычными рядовыми сотрудниками, я натыкаюсь на полную стену непонимания. В принципе, в местной жизни я уже ориентируюсь достаточно, чтобы понимать: стражи закона работают исключительно по инструкции, и любые разбирательства - просто вне их компетенции.

Буквально через четверть часа к кобану подъезжает специально оборудованный микроавтобус, где нас размещают в разделённых решетками секциях; и везут уже в нормальный участок.

Что интересно, смартфоны и прочие средства связи были у всех изъяты ещё по пути в кобан. Так что, я даже позвонить никому не могу.

В участке нас быстренько сортируют по одному и запирают каждого в своей клетушке.

Слава Богу, это всё оказывается частью каких-то общих и продуманных процессов, потому что лично меня достают из-под замка уже через три минуты.

***

- Ю Асада? - появившаяся над столом в результате входящего вызова голограмма какого-то полицейского инспектора была почти что приветлива на вид.

Только что не улыбалась во все тридцать два.

- Да, это я, - удивлённо кивнула Ю. - А что случилось?

- Мы не смогли дозвониться ни до вашей матери, ни до вашего отца. - Вежливо пояснил офицер.

После чего перенёс фокус камеры на одну из стен крошечного рабочего помещения, где на деревянном топчане сидел, привалившись к стене, Маса.

- ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?! - ещё шире открыла глаза Асада-младшая.

- Ваш брат оказался замешан в одном достаточно неприятном инциденте. В итоге, сейчас к нему нет претензий, но передать его из участка мы можем исключительно на руки кому-либо из совершеннолетних ближайших родственников. - Инспектор был безукоризненно вежлив. - Которые бы могли расписаться в документах.

- Он что, сам домой не доедет? - сварливо отозвалась Ю, которой не хотелось никуда выходить из дома.

К тому же, к вечеру разыгралась головная боль после вчерашнего.

- Правила есть правила, - улыбнулся служащий. - Вы могли бы за ним подъехать? Выпустить одного не имеем права.

- Ты что?! Это же твой младший брат! - Мао, сидевшая рядом, неожиданно проявила крайне необычную для неё заботу. - Считайте, что я тоже его сестра! - влезла она в фокус. - Где вы находитесь? Мы сейчас приедем!

- Я отправил местонахождение Ю Асаде, - спокойно кивнул полицейский.

Смарт старшей сестры Масы тут же звякнул, подтверждая приём сообщения.

***

Вообще-то, у Мао Кураты по пути в полицейский участок начали зарождаться некоторые интересные подозрения.

Понятно, что Ю была с похмелья, которое очень плохо переносила. Но даже с учетом этого, её отношение к ситуации, в которую попал её же младший брат, нормальным назвать было нельзя.

- Ты что, за него совсем не переживаешь? - в лоб спросила представитель младшей ветви семьи Ходзё после того, как подруга чуть не отказалась ехать в полицию, да после звонка ей от полицейского инспектора.

- Вот раз он такой самостоятельный, то пусть и выкручивается сам, - фыркнула Ю.

Явно имея ввиду младшего брата.

И непоследовательно начала одеваться.

***

- Что у тебя там произошло? – Ю сейчас эмоциями напоминает закипающий чайник.

- Ничего особого. Шёл в магазин, купить кое-что для тренировок. По пути пристали люди из… - говорю название их организации. – Предложили купить билеты на какой-то идиотский концерт. Я, естественно, отказался. Они полезли драться.

А дальше сестра начинает язвить и изливаться желчью.

Мне не совсем удобно затевать семейный скандал при посторонних, потому по пути домой я только отмалчиваюсь. Тем более что виноватым себя не считаю.

- Похоже, родители застряли в офисе капитально, - констатирует Ю, когда по возвращении нам приходится отрывать двери своими ключами.

- О, так я вас и сегодня не стесню? – на ровном месте почему-то оживляется её подруга, бросая мне из-за спины сестрицы загадочные взгляды.

*********************

Цубаса сама не смогла бы объяснить, из-за какого такого порыва она набрала Асаду в это достаточно позднее время.

Товарищ, впрочем, ответил ей на вызов тут же.

- О, а чего это ты среди ночи в ванной, и одетый? – искренне удивилась красноволосая, разваливаясь поудобнее на диване и готовясь поболтать с другом минимум минут пятнадцать.

- Мать сегодня ночует у отца в офисе. Прислала сообщение, что у них всё в порядке и что они там общаются друг с другом. – Хмуро принялся рассказывать Маса, сидя на полу и привалившись спиной к стене. – При этом, она прислала сестре чуть другое сообщение. В общем, у неё тоже будет ребёнок, у них с батей наконец получилось. Это семейная тема, очень узкая, извини, - он словно извинился за недосказанность.

- Ничего, я понимаю, - подбодрила его Цубаса. – Рассказывай, что можешь.

- Ну они с Мивако вначале заехали в клинику и сделали какие-то анализы по схеме секретарши. Оказалось то, что я тебе говорю. Сейчас они в офисе у отца, выводят его из, кхм, одного интересного состояния прямо там, на месте. Процесс займёт до двух суток: батя уже в возрасте, и очень резво выходить из пике по каким-то медицинским показателям ему уже и нельзя.

- А в ванной ты чего одетый? – напомнила Кимишима, не скрывая любопытства.

- У сестры в гостях опять подруга. Вчерашняя. Я по пути из того зала, что ты называла, попал в полицию, так они меня вдвоём забирали… - а дальше Асада рассказал очередную историю, от которой его одноклассница только что ногами в воздухе не принялась изображать велосипед.

- Душевно, - отсмеявшись, выдохнула сквозь слёзы она. – Так они обе тебя сейчас домогаются?

- Угу. Опять нажрались, - а дальше Маса грязно выругался. – Ходят бухие по дому, считай голые. Ну, точнее, напялили какие-то купальники, которые в целях нравственности лучше снять, чем держать на теле надетыми… Знаешь, такие полосочки? Под которыми всё видно и дрожит при ходьбе?

- И-и-и-ии-хи-хи-хи-хи… - повторно не сдержавшись, закатилась тихим смехом Цубаса. – Ы-ы-ы-ы-ы… Слушай, ну я правда не знаю, чем тебе сейчас помочь. М-м-м, ты же в курсе, что женщины способны простить всё, что угодно? Кроме одного?

- Это чего это кроме? – насторожился одноклассник.

В двери его ванной тут же, как по заказу, раздались удары двух пяток. И чьи-то откровенно пьяные женские голоса вдвоём принялись требовать наружу некоего мелкого поганца. Которого они сейчас, как старшие, примутся воспитывать со всем соблюдением правил этикета.

- И вот такая чушь уже второй час. – Пожаловался Маса. – Я вначале в комнате родителей от них спрятался, там двери на символический замок запираются. Вернее, запирались. Но эти… две дамы и замок тот с мясом свернули. Теперь там дырка в двери…

- И-и-и-хи-хи-хи-хи… у-у-у-у-у… ы-ы-ы-ы-ы… - Цубаса решила не сдерживаться и сейчас вовсю болтала ногами в воздухе, лёжа на спине. Изображая того самого перевёрнутого таракана.

- Угу. Я бы на твоём месте тоже веселился, - кажется, обиделся одноклассник. – Так чего там женщины не прощают? Ты так и не договорила – ржать начала.

- А отсутствия к себе внимания. – Серьёзно ответила красноволосая через полминуты, уже повторно справившись с собой. – Я, честно говоря, даже не знаю, что тебе сейчас посоветовать. С одной стороны, я тебя отлично понимаю…

- ТЫ о чем? – Асада, перебив, вопросительно поднял бровь.

- О нежелании идти на поводу у чужих хотелок, хе-хе. - Важно подняла вверх указательный палец Кимишима. - Но, с другой стороны, тебе с «сестрой» и дальше жить. А она у тебя, похоже, целеустремлённая. Ы-ы-ы-ы-ы… всё, не могу. Ы-ы-ы... Извини! Утром увидимся! Так ржать перед сном нельзя…

Двери ванной, казалось, сейчас подпрыгивали вместе со стеной, раскачиваясь всё больше и больше.

Маса, затравлено глядя на дрожащий запор, задумчиво чесал за ухом.

Глава 3 две коррекции цветом

Чат двух неустановленных абонентов.

***: Асада, тебя там не ссильничали?! :-D,ы-ы-ы-ы-ы ты так потешно таращился на дверь! Хе-хе, когда в неё ломились…

“””: Нет. Чего не спишь среди ночи?

***: Я спала. Вернее, уснула, но через час проснулась. Опилась чаю перед сном, в общем, я на три минуты проснулась… В телефон просто так заглянула. Гляжу – а ты в сети. Что у тебя там происходит?

“””: Да ничего не происходит. Я не дома.

***: 0_0 а ты где???

“””: Слушай, ты не слишком ли много вопросов задаёшь для воспитанной девочки? :-P Ещё и среди ночи

***: Ладно. Не хочешь – не отвечай… Извини…

“””: Сбежал я из дома… Сейчас в одном из заведений.

***: А чего сбежал-то? А как сбежал? А как тебя пустили в заведение, ты же несовершеннолетний?! Хотя да, последний вопрос – тупой…

“””: Сбежал через окно в ванной :((( это по поводу «как». А насчёт «чего» - сама что, не догадываешься?!

***: ы-ы-ы-ы-ы, :-D догадываюсь. Но ты тоже скажи :-D

“””: Они уже замок и на ванной доламывали…

***: Фотку места не хочешь прислать, где ты?

“””: #photo #photo #photo

***: прико-о-о-ольно 0_0 я удалила фотографии, удали и ты у себя.

“””: ???

***: незаконно же… ты ж несовершеннолетний, в таком месте…

“””: Если ты не заметила, я вообще сок пью. И ничего больше

***: Закону ж всё равно, что ты пьёшь, Асада. Сам факт, что ты в такое время… Ладно, спокойной ночи! :-*

_________

Усилиями Мивако и Нозоми, к утру Ватару был приведён в нормальное состояние прямо в офисе.

Вообще-то, Мивако специально для этого вызывала бригаду врачей; и финансист не один час пролежал под капельницей.

Но на утро, несмотря на явную напряжённость атмосферы, его самочувствие того стоило.

Что не менее важно – к нему вернулась способность соображать здраво.

- Что у нас случилось? – морщась от вида собственного отражения в большом стеклянном панорамном окне, спросил он. – Вы обе здесь. Такие экстренные меры… - он кивнул на обломки ампул, жгуты, детали систем в мусорном ведре.

- Ничего плохого. Только хорошее, - поторопилась успокоить его секретарша. – Но ты нам нужен трезвый.

- Между собой вы уже что, без меня поладили? – сварливо спросил мужчина и потянулся к чайнику с чаем. – Спасибо, - искренне выдохнул он через полминуты и две пиалы.

На его лбу мгновенно гроздьями повисли капли пота.

- О, интоксикация снимается, - отстранённо заметила Нозоми. – У нас будет ребёнок.

- Да я некоторым образом в курсе, - осторожно напомнил Ватару. – И я рад тебя видеть, правда. Вас обеих, - тут же поправился он.

И снова потянулся к чайнику.

- Ты её не понял, - хохотнула Мивако, наливая себе и Нозоми из второго заварника, стоявшего к ним ближе. – У неё от тебя тоже будет ребёнок. Итого, ожидаем пару карапузов.

- Э-э-э? – озадаченно выдал финансист, ошарашено переводя взгляд с одной женщины на другую.

- Никаких поисков виноватых. Никаких сцен. Просто прими, как данность, - спокойно продолжила информировать жена. – Мивако мне очень помогла кое с чем разобраться. Я сама себе всё срывала, если коротко. Извини не хочу о неприятном сейчас…

- Конечно! – мгновенно вскинул вверх пустые ладони Ватару. – М-м-м, так что? Может, отметим?

Под двумя парами глаз, в абсолютном молчании он неловко поёрзал на стуле:

- Ладно. Пошутил.

В этот момент зазвонил его смарт.

- Гэнки, - удивилась Мивако, первой склонившаяся над низеньким столиком. – Привет! – сказала она родственнику, отвечая на вызов.

- Ух ты. Вы все там? – удивился оябун голограмме из двух жён и одного мужа. – Весело… А я звоню Ватару на удачу, вдруг он уже оклемался.

- Он оклемался, и может говорить, - уверенно кивнула секретарь. – Нам с Нозоми выйти?

- НЕТ! – мгновенно среагировал кумитё. – Я как раз по общему вопросу. Лично мне вы не помешаете.

- Что стряслось? – напрягся Ватару.

Такой звонок, как бы ни было, был явным отклонением от устоявшихся правил и традиций.

- Я насчёт твоего сына, - хохотнул Томиясу. - Ты в курсе, что он этой ночью в игровом доме четвёрку толстопузых богатых девок распропагандировал? И вывел из заведения?

- В каком смысле толстопузых?

- С деньгами. Наличными. Игравших по-крупному.

- Не дав доиграть в нашу пользу? – сообразил Ватару. – Они оставили у нас не все деньги?

- Угу. Обменяли фишки обратно на монеты и ушли. Вместе с ним.

– Дело молодое, - пожал плечами озадаченный отец. – Может, понравилась ему какая девка из тех?

– Охранники клуба на выходе пытались ему объяснить, что уводить клиентов заведения нехорошо. – Спокойно продолжил начальник. – И что ради своего члена портить налаженный на иностранцах бизнес серьёзным людям – тоже нехорошо. Тем более, твой сын и сам выглядит, как гайдзин; а там смена была новая… так что его за такого и приняли…

- И что? – повторно напрягся только что слишком рано расслабившийся Ватару.

- Ну зашёл он сам знаешь через кого. А потом Рюсэй отвалил дальше, другие точки проверять. А твой сынишка остался за гостевым столом, в зеркальной комнате. Сказал, что до утра хочет представление посмотреть.

- А-а-а, а смена на входе в четыре утра сменилась, да? И заступила новая? Которая не видела, с кем он и чей он? – восстановил события уже постепенно приходящий в себя финансист.

- Точно. – Оябун выдержал театральную паузу.

- Молодцы ребята, что делают всё, как надо. Не оглядываясь на личности, - ровно сказал Асада. – Если они и ему объяснили, что так неправильно…

– Да нет, не делают они как надо, - перебил товарища Гэнки, коротким смешком выдавая эмоции и своё отношение к вопросу. – Твой принялся спорить. – Намекнул он. – Что указывать ему никто не будет; девушкам, которые с ним – тоже.

– Дальше?

– Ну они его стукнуть и решили. Разок. Сейчас в больнице.

– Что с ним? – все тем же ровным тоном уточнил отец, не выдавая истинных эмоций. – Ты же наверняка узнал уже?

– Ты опять не понял. Не сын твой в больнице. Ребята в больнице. Там что-то случилось в разговоре такое, что всё очень быстро завертелось. В общем, бах-бах, и они без сознания.

– Сын был неправ, - тщательно подбирая слова, заговорил Ватару через долгую минуту взаимного молчания. – И дома я ему устрою… но у меня вопросы и к тем ребятам, и к бригадиру тогда: за что мы им платим деньги, если их может отпинать старшеклассник?! Гэнки, давай честно. Мой сын – кто угодно, но отнюдь не крутой боец! Я его с детства ращу. Всю жизнь был рохлей… Откровенно говоря, я всерьёз подумывал отправить его учиться дальше на Запад, чтоб он там где-нибудь и осел в тех странах.

Слова лились из Асады-старшего непрекращающимся потоком.

Оябун молча слушал.

- Добрый он слишком, и мягкотелый. И труслив был всегда! Мне за него всю жизнь было стыдно, начиная с самой младшей школы. Только девки его не колотили… хотя, и они тоже колотили. – Вздохнул финансист, переводя дух. - А сейчас ты рассказываешь какие-то… весьма невероятные вещи. Которые не могут не радовать меня, как отца. Но, именно потому же, что я отец, я отлично понимаю: это невозможно. То, что ты говоришь, просто невозможно, - твёрдо повторил Асада.

– Я помню, что твой сын звёзд с неба не хватал… – загадочно поиграл бровями оябун.. – Именно потому тоже удивился, не меньше твоего. Поначалу подумал точно так, как ты: это что ж парни с ним сделать должны были, или пообещать сделать, чтоб он так преобразился в секунду?! Но результаты налицо.

- Да ну, дичь какая-то, - передёрнул плечами Ватару.

- И тем не менее. Они делали обычное предупреждение, первая форма, утверждённый скрипт. Чтоб максимально дать ему сохранить лицо при бабах. Они, повторю, не знали, кто перед ними. Ну, скорее всего не знали… Думали, тоже богатый иностранец, с которым не стоит конфликтовать. Чтоб потом полиция трясти никого не приехала за гайдзина.

– А запись инцидента есть?! – внезапно оживился Асада. – Давай поглядим?!

– Твой сын её уничтожил.

– КАК? – глаза отца увальня-Масахиро раскрылись так широко, что на мгновение отец стал похож на сына.

– А вот так, - с явным наслаждением принялся смаковать детали кумитё. - Вырубил тройку на выходе. Вошёл в стакан оператора, затем лично стёр запись. Вернее, заставил оператора удалить её безвозвратно.

– Знаешь, я впервые в жизни не знаю, что тебе сказать, - откровенно признался старший Асада ещё через минуту молчания, перемежавшегося глотками чая. – Как член Семьи, я полностью на твоей стороне. Я сейчас о заведении. Но как отец своего непутёвого болвана-сына, еле удерживаюсь. Чтоб не вскочить и не ринуться ставить свечки в ближайших храмах.

– Ладно. Давай пока не обострять. Я тоже озвучил там именно что твою позицию: если они не могут втроём справиться со школьником-ботаником, то пока не доросли до дел. Я чего звоню-то: ты с сыном поговори? Не все злачные места в городе наши. Может и на кого из конкурентов нарваться…

В последний момент Гэнки Томиясу не стал рассказывать, что в заведении пацан Асады ещё и выпил две или три порции водки. То ли красуясь перед теми бабами, то ли из-за собственных мыслей и желаний.

Впрочем, после третьей стопки Маса остановился и демонстративно перевернул свою рюмку верх дном. Как его те бабы ни уговаривали, продолжить пить вместе с ними.

Оябун не был идиотом. Он отлично видел подоплёку: если мать и секретарь отца, вместе с самим родителем, вместо воспитания пацана решают свои проблемы; а на самого отпрыска в трудный для него период махнули рукой, то тот и оторвался по полной.

С другой стороны, в душе, кумитё был только рад за товарища: наконец его сын начал занимать периодически и жёсткую позицию.

*********

- Ты куда сейчас собираешься? - удивилась Нозоми.

Поскольку муж, завершив разговор, принялся лапать сложенную рядом одежду.

- Вы же на машине? Надо съездить туда, выяснить детали. - Решительно заявил Асада. - Что-то там не так.

- Как выяснять? - заинтересованно подключилась Мивако.

- Оператор в стакане должен был слышать. Гэнки скорее всего только с одним человеком разговаривал. Сама знаешь с кем. А он не заинтересован признавать, если охранники были неправы. Мне для себя всё понять надо.

Глава 4

За некоторое время до этого.

- ... сейчас спущусь! - бросил Рюсэй в динамик и, прикрыв за собой двери рабочего кабинета в этом здании, легко сбежал по металлической лестнице с внутреннего балкона вниз.

Возле выхода перетаптывался с ноги на ногу Асада-младший, пытаясь укрыться от порывов ветра и дождя за поднятым воротником брендового плаща.

- Специально оделся, чтобы взрослее казаться? - хохотнул аналитик, поворачиваясь к старшему поста охраны. - Это ко мне и со мной.

- Не поверишь, реально больше одеть нечего было, - пожаловался на жизнь Маса, боком проходя внутрь.

Охранники на входе специально даже на сантиметр не сдвинулись, что было некоторым нарушением установленных правил приличия.

- Не любят они меня, - продолжил Асада-младший уже внутри, указывая взглядом на троих сотрудников службы безопасности организации.

- Они не только тебя, они вообще всех подряд не любят... - против своего желания, откровенно ответил аналитик, направляясь по лестнице наверх и даже не оглядываясь назад. - Но это наши внутренние тёрки, тебе будет неинтересно.

- Мне до утра абсолютно нечего делать. Так что мне сейчас всё интересно, - хмыкнул Маса, следуя по пятам.

- Ну ладно, рассказывай уже! - в кабинете Рюсэй ткнул кнопку электрического чайника и бросил на стол коробочку с пакетиками заварки. - Надеюсь, против западного ширпотреба ты не возражаешь?

- Да нечего рассказывать особо, - поморщился пацан. – Против чая не возражаю… Дома только старшая сестра с подругой сейчас. Ну, как сестра... Не кровная; такая же, как и я, приёмная.

Рюсэй молча кивнул. Он был в курсе некоторых семейных обстоятельств главного финансиста организации.

- В общем, даже стыдно о таком говорить. Девки перепились, их потянуло на приключения. Ну не воевать же с бабами?

- Я подписан на твою сестру в сети, - сообщил аналитик. - На твоём месте, я бы из дома не убегал. Интересная девица. Если подруга хотя бы в половину такая же внешне...

- Слушай, ну хоть ты не нуди! – обиженно вскинулся Маса. - Ты что, не понимаешь? Как потом вместе жить после всего …?

- Да я-то понимаю, - вздохнул Рюсэй. - Тут странно, что ты это тоже понимаешь. В твоём возрасте ведь обычно мозгами не думают.

- Вылезал через окно в ванной, оно у нас во внутренний дворик выходит. Дотянуться мог только до тех вещей, которые находились в прихожей. На улице как раз дождь начинался, а кроме этого отцовского плаща больше ничего не было, - посмеиваясь, сообщил школьник, протягивая руку к закипевшему чайнику и распечатывая одноразовый пакетик.

- А-а-а, ну тогда окей. А то я уже в недоумении: что у тебя там такое произошло, что ты в плаще от Кензо за сто пятьдесят тысяч среди ночи по городу попёр.

- Я у тебя до утра побуду?

- Да без проблем, - удивленно пожал плечами аналитик. - Только если ты есть хочешь или чего-то посерьезнее, чем чай, то вниз придётся идти. Ко мне сюда официанты ничего тащить не будут.

- Не возникнет проблем, что я такой молодой - и в заведении в это время? - мгновенно заинтересовался Асада. -Потому что да, есть тоже хочется.

Рюсэй только презрительно фыркнул в ответ на такой наивный вопрос.

- Слушай, так а что у вас с охранниками за беда? Оно, конечно, не моё дело, но интересно.

- У нас есть начальник службы безопасности, - подумав, решил всё-таки ответить Рюсэй. - У многих служб к нему свой перечень вопросов, переходящих в претензии. Твой отец достаточно невовремя взял отпуск, - аналитик, словно извиняясь, посмотрел на пацана и отхлебнул из чашки. - А лично моё впечатление – сам Курого решил встать на лыжи.

- В смысле, уйти из организации?

- Угу. Но только сделать ему это надо как-то так, чтобы на новом месте работы была чем похвалиться.

- Ты считаешь, что он - потенциальный перебежчик? - мгновенно ухватил суть парень.

- Не я один так считаю, - пожал плечами Рюсэй.

- Слушай, а почему тогда никто ничего не делает? - искренне удивился младший Асада. - Если все всё знают, но никто ничего не пытается изменить – это вообще нормально? Тем более, человек на таком посту…

- А ты считаешь, что у нас полный беспредел и отсутствие формальных процедур? - развеселился аналитик. - По одному желанию оябуна, назначаются на посты и летят головы?

- Честно говоря, да.

- Нет. В реальности всё несколько сложнее. Конечно, мы не кабинет министров и ни парламент, где на должность выбираются голосованием, на ограниченное количество лет. Но местами всё к тому очень близко. По крайней мере, именно в нашей организации так. Соответственно, чтобы его сместить законно, с соблюдением общепринятых процедур, необходимо соблюдать эти самые установленные правила. А отчётный совет, на котором этот вопрос можно поднимать, будет только через два месяца.

- Обычно то, что ты говоришь, происходит только в одном случае: если человек сел на должность благодаря главному боссу, а главный босс боится уронить собственный авторитет, отменяя собственное же решение. - Задумчиво выдал Маса под отвисшую нижнюю челюсть Рюсэя.

- Есть и такой элемент, - не стал спорить с очевидным аналитик. - Может, процентов пятнадцать от общей суммы проблемы.

- Блин, тогда понятно, почему охранники на входе меня так цепляли.

- Расскажи?! - мгновенно загорелся любопытством менеджер.

А, выслушав детали, он прикинул шансы и заговорил в ответ.

***

Там же, через 5 минут.

- ... вот тебе весь расклад с моей стороны. - Решительно хлопнул себя по коленям Рюсэй. - Да, это где-то провокация. И да, самая главная и тяжёлая работа достаётся лично тебе. Причём, на добровольных началах. Но если оно сработает, это будет очень хорошим индикатором всего происходящего. И лично я, со своего места, смогу инициировать кое-какие разбирательства. Не дожидаясь этих двух месяцев.

Через некоторое время менеджер и сам удивлялся собственной смелости: как это он решился на такой экспромт.

Но именно в момент разговора его не покидала железная уверенность: всё получится, как надо.

- Да я-то не против, тем более что девчонки красивые, - как-то слишком рассудительно для такого текста согласился младший Асада. - Тем более, если я хоть чуть-чуть разбираюсь в жизни, к этому вашему отчётному собранию уже поздно будет кого-то ловить.

- Солидарен… Тогда действуем так. Вот тебе деньги, часть из них проиграешь в третьем зале. - Рюсэй бросил на стол банковскую пачку в двести тысяч. - Девчонок тоже угости, не нужно экономить. По счетам заплатишь наличными.

- Этого хватит? Или наоборот - этого не много? - пацан скользнул взглядом по пачке, не протягивая к ней руки.

- На поиграть и поесть-попить и точно хватит, хотя стоп. Они же белые, - хлопнул себя по лбу менеджер. - Значит, выпить могут намного больше. Ты прав!

Рюсэй тут же метнул на стол ещё сто пятьдесят тысяч.

- В конце вечера, вернее, утром, просто отправь мне сообщением суммы: сколько ты заплатишь на баре, сколько за еду, и сколько потратишь в игровом зале.

- Банкноты меченые? - с любопытством вскинулся парень. - Потом сделаешь сверку по кассе и поймешь, не уходит ли выручка?

- Зачем меченые? - удивился аналитик. - Просто номера известны. В банке же можно взять и квитанцию с номерами банкнот в пачке. При инкассации и пересчёте, машинка по команде может зафиксировать список сдаваемых банкнот. Просто выведу два столбика и запущу сверку, - Рюсэй кивнул на монитор. - Если каких-то номеров будет не хватать, для меня это уже сигнал.

- А если этими деньгами кому-то сдачу выдадут? И номера совпадать не будут, а сумма честная?

- Я включил трекинг банкнот в кассовом аппарате, - мягко улыбнулся аналитик. - Все наличные, которые сейчас будут попадать в ящичек, следующие несколько часов фотографируются. Если случится, как ты говоришь, потом можно будет просто поднять фотографии только тех банкнот, которые нужного достоинства. Но по моему опыту, после ночи уже никто рассчитываться деньгами не будет.

Он не стал в ненужных подробностях объяснять парню, что в этом заведении расчёт за бар производился через каждый календарный час. Это строго регламентировалось правилами заведения.

Те клиенты, которые останутся до утра, тоже с высокой степенью вероятности уже находились внутри: никто из новых посетителей в такую погоду после двух часов ночи сюда скорее всего не войдёт (у менеджера, помимо прочего, была чёткая маркетинговая статистика по теме).

Ну объяснять это всё Масе было бы излишним.

- Технический вопрос, логичный от пацана моего возраста, - хохотнул Маса, аккуратно убирая деньги в задний карман джинсов. – А если дамы на меня не клюнут? – он кивнул на второй монитор, где система видеонаблюдения транслировала панораму зала.

Подсказанная аналитиком группа девушек сидела за отдельным столом и явно искала развлечений. Судя по характеру их взглядов и мимики.

- Маса, я тут не первый год работаю, - вздохнул хозяин кабинета. – И если такие девицы, да с такими лицами, да сидят за тем столом – то намерения у них весьма определённого настроя. И это никак не посещение храма в выходной, поверь… Ты только платить после четырёх утра начинай! - ещё раз повторил Рюсэй на всякий случай. - После того, как новая смена заступит. Для чистоты эксперимента. Договорились?

_____________________

По раннему времени и благодаря месторасположению района, до заведения добрались очень быстро.

- Может быть, я один туда схожу? - Ватару вопросительно посмотрел на своих женщин, занимавших передние сидения.

- Я не думаю, что один ты сейчас будешь эффективнее, - деликатно намекнула на известные обстоятельства секретарша, положив ладонь на руку Нозоми и останавливая ту от какой-то уже готовой сорваться фразы. - А Нозоми будет скучно одной сидеть в машине, согласен? К тому же, твой сын - и её сын тоже.

- Мы же не в порту! - удивлённо поддержала новую подругу жена. - Чего ты опасаешься, если мы с тобой пойдём?!

- Да это я так, по привычке. - Вздохнул Асада-старший.

И полез из машины.

***

Оператор системы видеонаблюдения, в отличие от всего прочего состава охраны заведения, дежурил не по двенадцать часов, а целыми сутками.

Даже не кивнув мгновенно пододобравшимся и отчего-то занервничавшим охранникам (срочно заступившим на смену выбывшим), Ватару уверенно направился в прозрачный стакан, располагавшийся между лестницами на внутренние балконы.

Лицо оператора при появлении финансиста мгновенно отразило испуг, а глаза забегали, избегая смотреть прямо перед собой.

- О-о-о, - многозначительно подала голос сзади Мивако. - Так вот оно что, оказывается. Ватару, ты позволишь, я первая его спрошу?

Секретарь сейчас точно и деликатно приходила на помощь своему шефу. Дело в том, что некоторые подразделения компании в периоды запоев старшего Асады могли получать распоряжения, позволявшие ограничивать свой с ним контакт в одностороннем порядке.

Отношения между финансовым департаментом и безопасностью на данном этапе были далеки от идеала. Соответственно, и этот оператор видеонаблюдения, чисто теоретически, тоже мог иметь в запасе такой приказ. Как следствие, он мог законно отказаться отвечать на прямые вопросы начальника, имея на то формальные и оправдывающие его основания.

В случае же с Мивако Когой, вариантов соскочить у него не было: она и формально находилась при исполнении; и, в случае чего, могла пойти на принцип - и без затей набрать напрямую оябуна. В том числе, пользуясь положением близкой родственницы.

Излишне говорить, что на дальнейшем характере беседы для допрашиваемого сотрудника это сказалось бы не лучшим образом.

Глава 5

- Я скоро стану второй женой господина Асады. Потому проблемы его сына, можно сказать, уже являются и моими проблемами, - безукоризненно вежливо и, словно извиняясь, начала Мивако.

Словно в подтверждение своих слов, она легонько коснулась кончиками пальцев плеча финансиста, стоявшего сбоку от неё.

- Потому логичен вопрос: что именно наш мальчишка здесь натворил? Господин Томиясу лично звонил, чтобы сообщить о неподобающем поведении нашего сына, - со вздохом завершила секретарша, демонстративно глядя на настенные часы и намекая на неурочное время упомянутого звонка. – А тебя, говорят, Масахиро вообще заставил удалить видеофайлы.

Ответственный за видеонаблюдение покраснел, на его лбу выступили капельки пота:

- Э-э-э, о ком сейчас речь? Был инцидент только с одним гайдзином. При чём тут ваш сын?

- Этот гайдзин и есть наш сын. Не надо ничего бояться, - внешне приветливо продолжила Кога. - Мы полностью на стороне порядка. Чтобы соответствующим образом наказать мальчишку, нам нужно всего лишь не со слов третьего человека точно представлять случившееся.

- А почему третьего человека? - взгляд оператора снова вильнул в сторону.

- Ну давай посчитаем вместе, - покладисто кивнула Мивако. - Охранники, которые пострадали из-за самоуправства сына господина Асады, это раз. Далее они доложились начальнику безопасности, так? Потому что ситуация явно нештатная, и о таких вещах необходимо докладывать лично, без промедления. Это два. Далее начальник безопасности доложил уже оябуну. Итого, получается цепочка из трёх звеньев.

- Охранники не звонили оябуну напрямую. Они вначале доложили дежурному офицеру внутренней службы охраны объектов, - казалось, сотрудник покраснел еще больше.

- Ой, как интере-е-есно, - поощрительно улыбнулась секретарь. - А почему так?

- Я не могу сказать... - замялся оператор, старательно глядя в сторону.

- Ты сейчас зажигаешь во мне огонь любопытства, - весело тряхнула волосами в воздухе Кога. - А почему не можешь сказать? Ладно, не говори. Ну тогда хотя бы скажи причину, по которой не можешь поделиться? Тем, что напрямую касается нашего ребёнка?

- И причину я тоже не могу назвать, - было видно, что сотрудник словно разрывается на две части, затрудняясь принять какое-либо окончательное решение.

- Я боюсь, что вынуждена буду тебя очень огорчить в этом случае. - Вздохнула Мивако. - И начну, возможно, прямо здесь. Ты веришь мне? - на последней фразе она поймала подбородок оператора пальцами и решительно развернула его к себе.

- Я маленький человек! Зачем вы впутываете меня в свои дела?! - кажется, какие-то эмоции у дежурящего целыми сутками клерка начали наконец прорываться наружу.

- Ты сейчас ничего не путаешь? - безукоризненно вежливо уточнила Мивако. - Потому что у меня тогда возникает уже второй вопрос: а на кого ты здесь работаешь? На организацию? Или на себя лично? Потому что, если первое, то я сейчас не поленюсь потревожить кумитё ещё раз, несмотря на время. А если второе, то мы с тобой будем продолжать этот разговор уже совсем в другом месте. Итак, повторяю вопрос: на кого ты здесь работаешь?

- Ууууу... , - раздался сзади голос Нозоми. - Мивако, дорогая, да тут даже мне видно. Хотя я ни разу у вас и не работаю.

- Я досчитаю до трёх, затем позвоню, - секретарша спокойно подняла вверх свой смартфон. - Сейчас мы ещё можем обойтись с тобой разговором, что бы за всем этим ни стояло. Но твоё поведение уже заставляет меня очень бояться. Твоей дальнейшей неискренности. А если я боюсь, то…

- Мне нужны гарантии, -сглатывая слюну, ответил оператор.

За стеклом, позади стакана, за происходящим напряженно наблюдали трое с поста охраны возле входа.

- Едешь с нами, - прикинул что-то, решительно заявила секретарша. - Собирайся.

********************

Как ни парадоксально, но даже такой двусмысленно начавшийся вечер может перерасти во что-то интересное.

Четыре иностранки европейской внешности, на которых меня сориентировал Рюсэй, вопреки всем опасениям пускают меня за свой стол вообще без разговоров.

Две из них являются студентками токийских университетов, ещё одна учится в Осаке, а последняя приехала проведать сестру из Китая.

По-японски говорят трое из четырёх, потому проблем в коммуникации с самого начала не возникает. А ещё через три минуты, когда они начинают переводить четвёртой содержание беседы на английский, удивляюсь уже я. И, хлопнув себя по лбу, перехожу на тот же язык.

Уже не знаю, на чём основывались смелые ожидания Рюсэя, но именно в этом случае его прогноз совпадал с моим невысказанным на сто процентов.

Абсолютно трезвый и почти непьющий мужик лет под сорок, имеющей внешность семнадцатилетнего, с достаточно немалой суммой денег в кармане - это с одной стороны. Как по мне, уникальное преимущество.

А с другой стороны - четыре девчонки едва за двадцать, которые пришли сюда откровенно в поисках приключений. И, попутно, в финансах тоже при этом ограничены.

Следует добавить мою европейскую внешность и контраст - то, как я выгляжу, с тем, что я понимаю и говорю.

В общем, предсказуемо, общение приобрело характер обнимашек и братаний буквально через полбутылки. Кстати, когда официант подходил, чтоб закрыть счёт календарного часа (это здесь практика), я, следуя твёрдым заветам Рюсэя, не позволил им платить за себя, расставшись с первой частью выданных мне денег.

Мой товарищ в этом здании настаивал, что это - единственная правильная тактика. Даже если европейски выглядящие женщины и будут порываться платить за себя самостоятельно.

Видимо, произведенное мною впечатление оказалось даже сильнее, чем я рассчитывал в самых смелых ожиданиях. Потому что, когда мы уже собираемся отсюда выходить, дамы настаивают на вызове одной-единственной машины такси на всех:

- Поехали к нам? - предлагают они наперебой.

- Ну, кто я такой, чтобы отказываться в этой ситуации? - откровенно ответил я вслух, переводя взгляд с одной на другую.

Их многозначительное хихиканье и четыре щипка моих коленей под столом чётко показали, что я на верном пути.

- Чёрт, у меня четыре фишки не потрачены, - спохватилась одна из американок уже перед выходом. - Сорок баксов.

Поскольку за счёт из денег Рюсэя было уплачено во много раз больше этой суммы, я молча кивнул на окошко обменной кассы.

А когда мы покидали заведение, один из охранников на входе откровенно намекнул о чаевых, причитающихся с моей стороны лично охране.

Честно говоря, это было нарушением всех возможных и невозможных правил заведения. В рамках общения с Рюсэем пару часов назад, я очень тщательно выспросил его обо всём, что мне следует знать.

Вежливо отказав, я уже собирался открыть двери, чтобы выпустить девушек на улицу. Именно тогда этот охранник и хлопнул меня по затылку свёрнутой в трубочку газетой. Сопроводив свой жест достаточно неприятными словами.

Честно говоря, именно такого варианта даже многоопытному Рюсэю заранее в голову не приходило. По крайней мере, такой сценарий вообще нами на этапе планирования не рассматривался.

Слава богу, я и без подсказок очень хорошо знаю, что надо делать, когда кто-то тебя прилюдно оскорбляет. Маскируя это под внешне нейтральные жесты.

*********************

- Мы уже поняли, что ты не хочешь говорить на рабочем месте, - мягким и вкрадчивым голосом заворковала Мивако в машине после того, как они вывели сотрудника на улицу, усадили в машину и тронулись с места. - Мы сейчас поедем к нам в офис, туда, где мы работаем с господином Асадой. Ты же не возражаешь, если мы побеседуем откровенно? - с этими словами, не отвлекаясь от управления машиной, секретарша правой рукой извлекла смартфон оператора из его же нагрудного кармана. - Пожалуйста, активируй любое из приложений достоверности в ментальном блоке, - всё также вежливо продолжила она. - Ты чем-то очень напуган. А когда человек боится, он может формулировать ответы не совсем точно. Знаю по себе! - доверительно фыркнула Кога, на мгновение поворачиваясь в сторону сидящего рядом специалиста и дружелюбно ему улыбаясь.

Её глаза при этом оставались холодными и безэмоциональными.

___

Офис директора по финансам. Через некоторое время.

Оператор видеонаблюдения из игрового заведения сидит на балконе, в глубоком мягком кресле. Он держит в руке стакан с виски и задумчиво глядит на панораму города.

Дверь из офиса на балкон закрыта. Ватару Асада пьёт крепкий кофе, чашку за чашкой, подаваемые ему женой.

Мивако Кога сосредоточенно работает с терминала своего начальника. Через три минуты она с облегчением выдыхает и говорит:

- Слава богу. Они не всё удалили.

- Что осталось? - тут же вскидывается финансист.

- Первичная информация о расчетах с клиентами в наладонниках официантов, - дисциплинированно отвечает секретарша. - Да, часть информации тут же удаляется. Но на наладонниках из старой партии, из-за обновлений программного обеспечения, остались полные блоки данных.

- И видна разница между принятыми деньгами, и сданными в кассу? - удовлетворённо интересуется Ватару.

- Угу... Даже более того... у нескольких человек прямо присутствует такая директория на персоналках: "Сумма сдана старшему охраны по объекту". Примерно от десяти до тридцати процентов выручки, смотря от точки.

- Ничего себе, - Ватару откидывается на спинку стула.

Нозоми, уловив это его движение, начинает массировать его плечи и спину.

- Да. Это уже не просто шалости. Это не просто некомпетентность безопасности. Это - существующая параллельно схема инкассации с наших точек, - безжалостно припечатывает Мивако.

- Причём инкассируемое идёт в чей-то чужой карман, - задумчиво соглашается финансист. - И что делать? У меня сейчас мозги ещё точно не соображают. Не хочешь лично позвонить Гэнки? К моему резюме по ситуации он именно на данном этапе может не прислушаться, считая, что я ещё не протрезвел.

- Я ему уже всё отправила на личный терминал, - вежливо улыбается секретарь. - С пометкой "срочно". Он прочтет сразу, как проснётся. Часа через три.

- Мне сейчас кажется, что тот разговор, когда функции безопасности предполагалось отдать на аутсорс, вовсе уже не такая и шутка. - Задумчиво говорит старший Асада после очередной чашки кофе.

- Это всё мелочи, - вклинивается в разговор его жена. - Всё равно раннее утро. Сейчас мы все поедем домой и поговорим с Масахиро, это первым делом. Согласны?

- Это если он ещё дома, - тихо бормочет Мивако себе под нос, знающая чуть больше других присутствующих.

По понятным причинам, она не собирается сообщать родителям о тех деликатных деталях биографии их сына, которые она лично узнаёт от младшей сестры своей подруги, Цубасы Кимишимы.

Красноволосая отправляет свои отчёты аккуратно и в режиме реального времени. Новое обновление пришло вот буквально ночью.

Глава 6

Когда они добрались домой, то достаточно долгое время не могли попасть внутрь: изнутри в комбинированном замке торчал механический ключ.

- Вообще-то, в таких действиях детей есть своя логика. - Неуверенно предположила Нозоми. - Они же ночевали сегодня одни. На всякий случай, очевидно, заблокировались: ну мало ли... Видимо, ради безопасности.

- Да-да, конечно-конечно, - скептически покивал Ватару, которого посетили некоторые абсолютно пророческие, хотя и беспочвенные, догадки.

Наконец, минут через восемь, из глубины дома раздался недовольный голос дочери:

- Кого там чёрт принес?!

Финансист удивлённо раскрыл глаза и переглянулся с женой:

- Кажется, мои подозрения наполняются основаниями.

- Немедленно открывай! - рассердилась Нозоми и принялась стучать по двери ладонью.

- Ааа, это вы... – тон с той стороны двери моментально сменился на противоположный.

Еще через полминуты сражений с замками, на пороге показалась заспанная и взъерошенная Ю.

- Что с тобой? - мать поначалу успокоилась, увидев дочь воочию.

Но, сделав ровно полтора шага внутрь, Нозоми уже не была уверена, что всё в порядке:

- А ну, иди-ка сюда! - госпожа Асада-старшая, уловив вполне определённый запах, идущий от Ю, мгновенно припомнила события, имевшие место накануне.

Неожиданно сзади, от двери, раздался голос секретарши:

- Нозоми, могу попросить срочно минуту твоего времени?

Мивако, мгновенно сообразив, чем чреваты свежие впечатления старшей жены от внутренней картины в доме, решила, что меньшим злом будет частично засветить собственный информационный источник.

- Никуда не уходи! Нам надо поговорить! - бросила мать дочери, после чего послушно проследовала в кухню за Мивако.

- А ведь в принципе, тут можно ничего тебе уже и не объяснять, - задумчиво потерла затылок младшая де-факто жена, обозревая изменения в кухонном интерьере.

Недопитые бутылки пива соседствовали на столе с немытой посудой. Часть закусок была рассыпана по столу и по полу. Одна разбитая рюмка и одна частично наполненная откровенно намекали: крепкие напитки тоже расписывались. Вперемешку с пивом. Только бутылку куда-то дели.

- Маса тут вообще ни при чём, - поторопилась очертить круг причастных секретарша, обращая внимание Нозоми на количество приборов за столом.

Которых было ровно два.

- Это понятно, раз он дома не ночевал, - мгновенно сориентировалась женщина. - Где находится твой гость? - спросила она у Ю уже совсем другим тоном.

- Спит в моей комнате, - хмуро пробормотала Ю.

- Я не буду сейчас устраивать сцен при чужих людях. Чтобы через... ай, иди спать! - мать выплеснула раздражение в повышении тона. - Проспишься - тогда поговорим!

Когда Нозоми и Мивако на втором этаже догнали Ватару, тот лишь рассеяно переводил взгляд с одного вырванного с мясом замка на другой.

- Я крайне удивлен. - Ошарашено сказал финансист, сдерживаясь изо всех сил. – А с другой стороны, не мне сейчас, конечно, заикаться о порядке... – он жизнерадостно хохотнул своему отражению в настенном зеркале, с которого смотрело небритое и неухоженное лицо пребывающего в длительном запое человека. - Будем последовательны и самокритичны...

Поддаваясь внезапному порыву, он обнял за талии своих женщин и сгрёб их к себе поближе.

- Масы нигде нет, - констатировала Нозоми ещё через минуту, высвободившись из его рук и последовательно проверив все возможные помещения.

- Вообще-то, именно этого и следовало ожидать, - не сдержавшись, коротко хихикнула себе под нос Мивако.

И, незаметно для остальных, полезла за своим смартом, закрываясь в комнате для сушки верхней одежды.

*********

Если быть с собой до конца откровенным, такого развития событий я не ожидал даже в самых смелых мечтах: четверка подруг без малейших колебаний потащила меня в гости к одной из них.

Не могу сказать, что я очень этому сопротивлялся.

Будучи избалованным относительно нормальными условиями в своей нынешний семье, я поначалу даже не сообразил, где мы оказались: настолько маленьким оказалось то жилище.

Чуть позже, помыв руки, я припомнил: бюджетные варианты так называемых квартир здесь начинаются примерно от десяти квадратных метров (а стоят при том, как полноценный особняк у моря в странах южнее).

Причём, в эти десять метров входят и санузел, и пародия на кухню, где кое-как можно приготовить пищу; и непосредственно спальное место, совмещенное с кабинетом.

Жилище, в котором оказались мы, было всё же чуть побольше стандартной десятки. Возможно, метров восемнадцать. Именно поэтому мы и не толкались локтями, когда стояли в очереди в ванну.

А с другой стороны, спальное место обнаружилось только одно: раскатанные на полу футоны просто кричали, что сейчас будет интересно.

_________

В принципе, первый раз за последнее время реальность удивила меня приятным образом. Что ни говори, но состоявшаяся в штатах сексуальная революция - это свой тип менталитета. Не имеющий ничего общего с тем, в котором жил я всю предыдущую жизнь…

В общем, если коротко, девицы были раскрепощенными и уже нетрезвыми. А проживание в японской культуре налагает вполне определённый отпечаток на менталитет в некоторых деликатных вопросах, это я даже по себе сужу.

От более чем интересных экспериментов меня крайне не вовремя оторвал входящий звонок Мивако. Почему-то, увидев, что звонит она, мне и в голову не пришло ей не ответить или отключить гаджет.

Вместо приветствия, она первым делом показала мне на камеру "подвиги" моей сестры и её подруги в доме: впору было грызть собственный кулак от смеха, настолько домашний разгром выбивался за рамки приличий.

Хорошо, что я к этому не имею никакого отношения – мелькнуло на заднем плане.

- Я думаю, лучше всего будет, если ты сейчас же приедешь домой. - Вежливо предложила она. – Насколько могу судить по твоим родителям, к тебе нет претензий в части интерьера, хи-хи… но лично мне необходима твоя помощь по происшедшему в клубе.

- Хорошо, сейчас буду, - только и вздохнул я, глядя на некоторые приятные взгляду моменты, находившиеся в этот момент ко мне вплотную.

И светившие белыми пятнами кожи в крайне интересных местах.

- Если за тобой надо заехать, скажи! - запоздало спохватилась секретарь отца. – Я приеду минут за двадцать!

- Не надо. Возьму такси, так быстрее получится.

Хм, а ведь я ей не говорил, где сейчас нахожусь.

А она в курсе, раз знает подлётное время до места.

А из всех, только красноволосая была в теме. Есть о чём подумать.

_____

Откровенно говоря, ещё час назад у меня было твердое намерение занятия в школе сегодня если и не пропустить вообще, то, как минимум, изрядно на них опоздать.

Любой, переживший пубертатный возраст, такое решение поймёт и не осудит: годы годами, но подросткового тестостерона тоже никто не отменял. С весьма немаленьким процентным содержанием – вон, даже нейроконцентратор принялся мне периодически об этом напоминать.

Как отключить именно эту часть программы контроля здоровья, я не знаю. А отключать весь медицинский программный блок не хочется – у меня регенеративные процессы в мышцах чуть-чуть на технику сейчас завязаны.

Посоветоваться тоже не с кем, потому что банально стесняюсь. К Цубасе с таким не пойдёшь, а Юдзи ещё маленький. Да и перед ним тоже неловко, если честно.

По приезде домой оказалась, что мои школьные занятия сегодня могут отмениться совсем по другой, уже независящей от меня причине: мой родитель был выведен из запоя своими женщинами, одной из которых была моя мать (повезло бате, чё – весело подумалось на заднем плане, вкупе с некоторыми ретроспекциями из той жизни).

Вместе с более ранним приходом отца в человеческое состояние, дали свои плоды и запущенные нами с Рюсэем в клубе процессы: оказывается, отец вместе с матерью и Мивако уже были там с утра. Примерно через пару часов после моего ухода.

В итоге, они увезли оттуда на политбеседу какого-то замазанного клерка и почти всю подоплеку случившегося выяснили у него.

- Но ряд деталей придётся осветить именно тебе, - деликатно обозначила отцовская секретарь по фамилии Кога, вводя меня в курс дел на разгромленной сестрицей кухне.

- А что интересует? Либо - с чего мне начать?

- Можешь рассказать лично мне, чего вы с менеджером хотели добиться? - Мивако, выбирая самый верный психологически путь, беседу со мной ведет наедине. – Какие задачи вы ставили изначально? Ты же явно действовал провокационно в некоторых моментах.

Со второго этажа слышны отдельные звуки общения матери с отцом, но к нам родители пока даже не спускаются. Кстати, общаются абсолютно мирно и где-то приязненно, если судить по обрывкам доносящегося текста.

- Повезло отцу! – хмыкаю вслух своим набежавшим мыслям, усаживаясь напротив Мивако. – Задачи… Я сейчас наберу Рюсэя. Мы предусмотрели тот вариант, когда кто-то из старших в Семье будет расспрашивать именно меня, имея на то право. – Под «семьёй» я сейчас имею никак не фамилию Асада.

Моя собеседница меня отлично понимает, поощрительно прикрывая веки.

- Мивако, могу попросить об одолжении?! – неожиданно для самого себя, сбиваюсь с нити, решив дать волю некоторым внутренним позывам.

- Да, - озадаченно кивает она.

- Ты можешь сейчас говорить со мной как с равным? А не как учительница с пятиклассником? Поощрительно кивая, глядя со снисхождением и вся эта прочая лабуда?!

- Ой, я не специально. Конечно. – Она в момент преображается и становится нормальной. – Внимательно тебя слушаю.

С другой стороны, какого чёрта. Подросток я или нет? Это был абсолютно искренний порыв души, хотя и не совсем мой личный – но уж никак для дела не вредный.

*********

- Рюсэй предполагал, что из ежедневной выручки тащат. Доказать этого он без подготовки не мог, а я удачно подвернулся под руку.

- Вы с ним говорили о начальнике охраны? - мгновенно ухватила суть Мивако. – Откровенно?

- Не о начальнике охраны, - покачал головой Маса. - О начальнике безопасности. Рюсэй сказал, что есть проблема...

- Есть, - вздохнула младшая сестра оябуна, поскольку только что пообещала вести себя с подростком, как со взрослым. Тем более что он теперь был с ней членом одной семьи, не только в фигуральном смысле. - Ладно, рассказывай дальше. Извини, что перебила.

- Да нечего особо рассказывать. Длинный насыпал мне три с половиной сотни тысяч бумажными деньгами, номера купюр которых он знал. Четверо девчонок иностранок сами ждали во втором зале, что к ним кто-то присоединится. Желательно, платежеспособный, - хохотнул Асада-младший. - Рассчитывался я, как и договаривались, за всё наличными. А на выходе охранник, словно белены объевшись, предложил мне отсыпать своих денег и ему. Типа чаевые.

- А драка между вами из-за чего началась?

- Там же камеры видеонаблюдения над головой висели! - искренне изумился Маса. - Я потому и не стеснялся, что надеялся: всё будет зафиксировано? И за разбором полетов дело не станет?

- Оператор видеонаблюдения тоже был замешан, - чуть приоткрыла один из секретов секретарша. - Без его содействия, регулярная выемка наличных перед инкассацией была бы невозможной: рано или поздно, кто-то обратил бы внимание на запись, в которой часть банкнот перекладывается из общего ящика в другой, совсем не по назначению.

- Он что, полностью удалил файл с нашими разборами?

- Да. Причём заявил, что сделал это под твоим нажимом.

- Да я его в глаза не видел! - Маса искренне вытаращил и без того немаленькие глаза. – Предполагал, конечно, что должен быть кто-то за пультом… Но где он находится – до сих пор не знаю!

Не удовлетворившись сказанным, он зачем-то полез за смартфоном и принялся шарить в блоке ментальных приложений.

- Не надо, - мягко остановила его Мивако. - У нас в офисе он честно рассказал, что ты ни при чём. Просто он деталей начала вашего конфликта не видел - с его места этот участок холла и пятачок перед входом не просматриваются. Так из-за чего вы драться начали?

- Охранник, которому я отказался давать деньги, хлопнул меня сзади свернутой в трубочку газетой по затылку. При этом, добавил пару унизительных сентенций. При всех.

- Ты сможешь подтвердить это при других людях?! - мгновенно среагировала, оживляясь, Кога.

- Да вообще без проблем, - фыркнул Маса. - Хоть и под приложение. - Он кивнул на смартфон. - Или ещё можно очную ставку нам устроить: пусть эти рахиты мне в глаза выскажут свою точку зрения, как всё было. А я со своей стороны прокомментирую, при третьем независимом арбитре.

- Думаю, не потребуется, - Лаконично заметила Мивако. - Тем более, насколько и я в этом всём что-то понимаю, наш Курога сейчас если не сам подастся в бега, то уж этих охранников из нашей досягаемости точно выведет... эх-х-х… Слушай, с тобой наверняка захочет всё это обсудить твой отец. Скорее всего, прямо сейчас, когда договорит наверху с твоей матерью. Можешь рассказать ему всё точно также, как и мне? Кроме того момента, что деньги тебе давал Рюсэй?

- Да могу, наверное, - парень твердо и вопросительно уставился на неё. - Если ты убедительно объяснишь причину такой своей просьбы.

- Я сейчас не хочу звонить Длинному, по целому ряду причин. Не в последнюю очередь, потому, что его телефон сейчас могут слушать. Те, кто нам не друзья. И если мы начнем какие-то моменты между собой согласовывать... - она многозначительно подняла взгляд на парня.

- Понимаю.

- Кроме того, я не знаю: он эти деньги взял из собственных запасов? Или же, полностью доверяя тебе, соответствующим образом оформил в электронном виде выдачу корпоративных финансов? Если окажется, что второе, черт, как бы тут поделикатнее... В общем, твой отец с начальником Рюсэя не совсем друзья. Тебя Ватару, сожалению, всерьез воспринимает далеко не во всём…

В этом месте Маса искренне и весело хмыкнул.

- Потому, чтобы во внутренних разборках приглушить начальника Длинного, твой отец может ситуативно использовать эту информацию и против их подразделения. - Мивако твердо решила быть со своим приемным сыном до конца откровенной. - Вот если рассуждать с моей женской точки зрения, то в итоге может пострадать твоя репутация. Потому что Ватару, сказать мягко, склонен её крайне недооценивать.

- У него есть основания, - тоскливо вздохнул Маса, глядя в окно.

- Ты меняешься. И лично мне всё нравится, - кажется, она хотела сказать что-то ещё, но осеклась в самый последний момент. – Твоя репутация – я б ещё промолчала. Но подвешенными могут оказаться и твои отношения с другом. Я о Рюсэе.

- Блин, а ведь батя может, - передёрнул плечами Асада-младший. – Хотя это и не совсем порядочно. Со всех сторон. Тем более что мы с ним не чужие люди.

- Когда это кого останавливало из взрослых? – резонно парировала Кога. - Особенно если речь идет о таких служебных делах... – здесь она неподдельно вздохнула.

- Спасибо. Понял. Сделаю. - Коротко кивнул Маса. - О, успели поговорить как раз...

На лестнице раздались шаги спускающегося со второго этажа Ватару.

Глава 7

- Привет, Длинный!

Сияющая от удовольствия физиономия Масахиро Асады никак не вязалось с происходившим сейчас во всей организации его отца.

- Я тебя не разбудил? - неуклюже изобразил вежливость подросток.

- Можно подумать, это что-то бы сейчас поменяло, - сварливо проворчал Рюсэй. - Слушаю тебя внимательно.

- Я о делах пообщаться. У меня только что был обстоятельный разговор с секретаршей моего бати, поскольку ваши с ней начальники не ладят между собой. - Маса многозначительно подвигал бровями.

- Я некоторым образом в курсе! - гоготнул, окончательно просыпаясь, Рюсэй. - Тем более что я тебе это и у себя говорил. Но ты же не за этим звонишь мне, когда я только лёг спать?

- Нифигасе, - озадачился подросток. - Я уже и к тем четверым девочкам съездить успел, и домой добраться. И с Мивако после того поговорить, и с отцом обстоятельно побеседовать. И даже с сестрой поругаться...

- Какое насыщенное утро! Так чего хотел?

- Во-первых, Мивако сказала сообщить тебе: никто не в курсе, что я у тебя эти деньги брал. Она говорит, если у тебя сейчас по ты сам знаешь какому фонду что-то не проведено, чтобы ты до обеда какую-то там строку в файл вставил. Ты сам знаешь, в какой. - Пацан перевёл дух. - Она со своего терминала, говорит, заблокировала до обеда вообще движение всей отчётности по всем компаниям. Якобы, из-за Курого – но на самом деле, не только. Говорит, вдруг у тебя что-то не проведено. Вот информирую.

- О, спасибо! - мгновенно оживился менеджер. - Погоди, прямо сейчас сделаю...

Он замолчал на четверть минуты, погружаясь в какие-то манипуляции прямо со смартфона.

- И у меня есть личная просьба, - неловко замялся подросток. - А, кстати! - спохватился он через секунду. - У меня же почти половина твоих денег осталась!

- При встрече отдашь... - кивнул аналитик, завершая редактирование какого-то файла по сети. – Что за просьба?

- Тут такое дело. Мой родитель, по итогам нашей с ним беседы, решил, что у меня слишком много ненужных мне карманных денег. Раз я по дорогим кабакам ночами шляюсь, через весь Токио на такси разъезжаю да счета бл#дей за бухло оплачиваю.

- Тебя неожиданно отрезали от финансирования? - повторно развеселился аналитик.

- Угу. Оно бы полбеды, я всё равно сейчас из спортзала вылезать не буду... Проблема в том, что мне надо до конца той недели погасить четверть миллиона задолженности в школе. Помнишь, я рассказывал? Чего-то после этого разговора даже говорить с отцом на эту тему не хочу. Понимаю, что это мой голый псих и неконструктивно, но душе не прикажешь… - подросток перевёл дух.

- Ну, как бы, это же не кабаки и не бабы? - с сомнением в голосе предположил Рюсэй. – Э-э-э, если хочешь, можешь оставить сегодняшнюю сдачу себе. Я оформлю, как выдачу нала тебе; ты просто потом подтвердишь, если спросят. Это почти половина набегает от того, что тебе нужно.

- Даже больше половины, спасибо... Блин, неудобно.

- Слушай, ты что, всерьёз думаешь, что твой отец может из принципа перестать платить за твою школу? - начал сердиться менеджер, которого сейчас отрывали от законного отдыха. - Давай ты с другой стороны подумаешь? Если ты эти деньги отнесешь в школу за своё обучение, а не на кабаки и на баб их спустишь, ты что, всерьёз думаешь, что отец огорчится?!

- А тебя это точно не подставляет? Ты имеешь право такие суммы выдавать мне на это, по своему единоличному решению?

- Если ты не станешь отказываться, что я тебе их дал, то с сегодняшнего утра очень даже имею, - неприкрыто порадовался пришедшим в голову мыслям Рюсэй. - У нас сейчас будет некоторый пересмотр целого ряда процедур. А ты теперь не чужой человек, по крайней мере, лично мне и моему департаменту. У начальства свои отношения друг с другом, у нас с тобой – свои... Или ты думаешь, что в конечном итоге твой отец за твоё обучение из каких-то других источников платит?!

- Я и не знал, что так можно. Чтоб ты напрямую мог меня профинансировать.

- Только с сегодняшнего утра стало можно, и, скорее всего, на очень ограниченный период времени, - напомнил аналитик. – Пока процессы заново не пропишут. Так что, не радуйся раньше времени надолго. И лови момент.

- Слушай, но я вообще не поэтому звонил! – спохватился, как обычно, Маса. - У тебя есть идеи, как я могу относительно законно заработать оставшуюся сумму на свой школьный штраф? Теперь, правда, с учётом того, что нужно уже девяносто шесть тысяч. А не четверть миллиона.

- А вот абсолютно случайно на эту тему хороший совет дать могу, - чуть подумав, кивнул менеджер. - Это не наша тема; но мы у них для всех кухонь кое-чем из полуфабрикатов закупаемся. Рыба, кальмар, морской гребешок... - Рюсэй добросовестно перечислил список морепродуктов. - Вот на сбор гребешка они точно регулярно ищут таких, как ты.

...

- ...это же браконьерство? - задумчиво покусал нижнюю губу Маса, выслушав предложение.

- Нет. Это лов без лицензии, - твердо возразил Рюсэй. – Воды, кстати, нейтральные и международные. С юридической точки зрения нашей с тобой страны, а не твоей бывшей родины, это совсем другая квалификация дела. Не буду врать: как они рыбу и головоногих ловят, я понятия не имею. Но колония гребешка в той бухте поддерживается ими вот уже более двух десятков лет, за свои деньги. Если бы не они, может быть, он бы там вообще передох. Они, если что, специально даже прикорм закупают! И зимой эту гадость специально подкармливают, по своей инициативе. Я об этом знаю потому, что они через нас оплаты делали. Чтоб никто не связал их ассортимент с возможными местами лова… Не веришь - уточни у отца. Или у его секретарши.

- Да нет, верю...

- Вот номер, кому звонить, - Рюсэй отправил в мессенджере короткое сообщение. – Скажи им, что ты от меня. Насколько знаю, пятнадцать тысяч за смену они железно платят, плюс питание на борту без ограничений. В четыре утра выход в море от пирса... - он назвал место и порт. - За час до заката уже возвращаются. Так что, вечером каждого дня уже дома будешь. Шесть рабочих дней - и закроешь свой вопрос. Я не знаю, где именно ты ещё можешь столько зарабатывать. Чтобы честно было. Ну или жди, пока мы с тобой турнир сделаем! - припомнил еще одну возможность менеджер.

- Нет, ждать не буду. Спасибо за номер.

*********************

За некоторое время до этого.

- Ты - мелкая и противная сволочь! Куда ты сбежал из дома на всю ночь?!

Закончив общение и воспитательную часть со мной, отец побрился, помылся, оделся в светлый костюм и куда-то испарился. Прихватив с собой мать и Мавако.

Ю, словно ожидая, что мы с ней опять останемся на оба этажа одни, тут же заявилась ко мне в комнату.

- Мать приходит домой - а там я, бухая, второй день! Замки сорваны на половине дверей! - продолжает выдвигать претензии сестра, искренне и незамутнённо негодуя.

- Слушай, ты сейчас ничего не путаешь? - аккуратно убираю её руку со своей груди. - Это что, я те замки срывал? Или это я в тебя спирт насильно заливал?

- Они меня при подруге отчитывали! - словно не слыша, продолжает возмущаться Ю. - Это чистая подстава с твоей стороны! Куда ты сбежал ночью, сволочь малолетняя?!!

- Ты дура? – сейчас озадачиваюсь не на шутку. - Это уже неприкрытая агрессия с твоей стороны. И полный неадекват в твоём исполнении. Уж не знаю, понимаешь ли ты, что такое внешний локус контроля... - добавляю себе под нос, отворачиваясь и продолжая собираться к выходу.

- Она понимает, что такое внешний локус контроля, - мгновенно сдаёт мою сестрицу её же лучшая подруга, которая методически грамотно дождалась ухода наших родителей и только после этого появилась из комнаты Ю.

- Мао, ты выглядишь адекватнее, чем она. Потому обращаюсь к тебе. А как они могли её, - киваю в сторону сестры, - при тебе отчитывать? Если ты из комнаты не выходила? Пока внизу дверь за родителями не хлопнула?

- А они так энергично орали друг на друга, что мне всё и в комнате слышно было, - хихикает Курата под злобным взглядом Ю. - А твоя сестра теперь дико этого стесняется, муа-ха-ха. Ей, кстати, карманные расходы порезали; а у нас с ней были грандиозные планы на конец недели. И она теперь без денег, похоже, пролетает.

- О, кажется, финансовая пропасть настигла не только меня, - замечаю где-то даже веселясь. Всегда приятно, когда не только у тебя проблемы… - Видимо, наши родители исчерпали парламентские способы борьбы с нами.

- Слушай, а правда: куда ты среди ночи исчез? - Мао подступает ко мне, вкрадчиво интонируя свои слова и кончиками пальцев касаясь моей груди в разрезе рубашки. - Мы тебя искали. Нам тебя не хвата-а-ало.

Если бы мне было лет на двадцать пять поменьше, или даже на двадцать, возможно, такой подкат и оказал бы своё неизбежное влияние. На неокрепшую подростковую психику, ещё и в период гормональных пиков.

Но, во-первых, мне всё же не шестнадцать на самом деле. Во-вторых, на уровне непередаваемых ощущений, мне категорически не нравится холодный и безэмоциональный взгляд лучшей подруги моей типа как сестры.

На закуску, в-третьих, приключения с четырьмя девицами у меня закончились вот только что. Номера двоих из них у меня записаны.

А связываться с этой сладкой парочкой - всё равно что добровольно разрешить каннибалам высасывать твой собственный мозг через трубочку. До тех пор, пока им самим это не надоест.

И какой взрослый мужик на это согласится? Правда, понимать такие вещи начинаешь никак не в шестнадцать.

- Какие планы на воскресенье? - продолжает ворковать Мао, демонстративно игнорируя моё сдержанное к ней отношение.

- Не поверишь. Это воскресенье расписано до самого часа ночи понедельника, причём поминутно. Дамы, если вы не возражаете, я в школу.

С этими словами, обогнув обеих подруг по дуге, я тороплюсь в Тамагава, чтобы успеть до окончания занятий.

Нужно выяснить один очень серьезный, и вместе с тем деликатный, вопрос с красноволосой подругой. Которая, кажется, не во всех деталях со мной до конца откровенна.

*********************

Первую половину дня Цубаса стеснялась признаться самой себе, что нового товарища ей где-то не хватает.

Когда же Асада появился на занятиях перед последней парой часов, она где-то даже обрадовалась.

Наплевав на тонкости этикета, красноволосая сама поднялась из-за парты и пошла парню навстречу:

- Привет! - она, не стесняясь, при всех приобняла его и похлопала по спине между лопатками.

Что само по себе было очень показательным жестом: такое могут себе позволить только достаточно близкие люди.

- Из-за тебя сегодня только и пришёл, - сообщил белобрысый, тоже никого вокруг не стесняясь и бросая свой рюкзак за одну с ней парту. – Пойдём, снаружи пошепчемся?

Отойдя с ним в дальний конец коридора, где никого не было, она вопросительно уперлась в него взглядом:

- О чём...?

- Секретарь моего отца с точностью до квартала знала, где я сегодня ночевал. - Спокойно сообщил Маса, глядя ей в глаза. - Кроме тебя, точного места не знал никто. Даже я сам - потому что отправил тебе локацию в электронном виде. А на адреса ночью не смотрел, куда мы ехали.

- Это моя вина... - мгновенно покраснела Цубаса, отводя взгляд. - Это не было случайностью и является полностью следствием моих действий.

***

На мой прямой вопрос, красноволосая и не думает запираться.

Для начала, она откровенно заявляет, что утечка имела место с её стороны.

Затем она приносит извинения и обещает вот буквально сейчас мне всё объяснить. Рассчитывая на моё понимание. Попутно, добавляются заверения, что подобное больше не повторится.

А перед самым началом объяснений, она за шею левой рукой притягивает меня к себе и впивается в мои губы своими.

Её правая ладонь при этом силой опускается на мои ягодицы и тоже сжимается.

Видимо, вид у меня какое-то время ошарашенный. Потому что секунд через пять Кимишима недовольно бормочет, не отстраняясь от меня:

- Прекрати глаза пучить, как камбала. Сказала же, сейчас всё объясню...

Глава 8

Видимо, прекратить пучить глаза как надо у меня сразу не получается. Судя по некоторой досаде на лице Цубасы, стоящей ко мне вплотную, чьё порывистое дыхание я сейчас ощущаю.

Самое смешное, что деликатных приключений определённого характера ночью у меня было более чем предостаточно. По идее, очень сильно волноваться от физической и физиологической близости красноволосой я сейчас не должен.

Однако же, реальность, как обычно, изрядно разбегается с теоретическими посылками.

- О, у тебя встал, - нагло хихикает Кимишима, не убирая левой руки с моей ягодицы.

Правой же она нахально лапает меня за то самое упомянутое деликатное место, после чего снова впивается в мои губы.

- Не чтобы я буквально возражал, но это всё несколько необычно. - Аккуратно пытаюсь вернуться к теме нашей беседы через тридцать ещё очень долгих секунд. - И не сочти за занудство, но порядочность в отношениях друг с другом для меня приоритетна. Обжималки - это здорово. Для этого возраста, - уточняю, чувствуя себя полнейшим кретином. - Но один нерешенный деловой вопрос между нами перевешивает любые личные симпатии. Согласна?

- Да, - вздыхает она, укладывая свой подбородок мне на плечо и перенося свою вторую руку на мою вторую ягодницу. - Я сейчас тяну время. Оттягивая неприятные объяснения с тобой.

- Обезоруживающе, - признаю вслух неожиданно для себя.

А затем, ещё больше удивляясь собственным действиям, отзеркаливаю её жест: располагаю свои ладони ниже её спины.

- Вот так хорошо. Так мне будет легче высказаться. - Крайне непоследовательно, как по мне, заявляет красноволосая.

Прижимаясь при этом ко мне ещё больше.

- Продолжим, - вздыхает она со сверхкороткой дистанции, словно ослик Иа из одного весьма популярного мультфильма там. – Ты согласен, что ты не просил меня никому об этом не говорить?

- Полагал, что это и так очевидно.

- Я поступила в данном случае исключительно по букве, а не по духу наших с тобой договорённостей... - вздыхает она. - Была неправа, согласна. Больше не повторится. Но у меня для этого были сразу два основания. Хотя и не бесспорных, если смотреть с твоей стороны.

Цубаса с потрясающей достоверностью изображает пресловутого ослика Иа. Такое ощущение, что она не просто на время вжилась в образ.

- У тебя жопа на ощупь приятная, - зачем-то добавляет красноволосая ещё через секунду. - Надеюсь, тебе моя тоже нравится.

- Ну и как тут не заржать? - спрашиваю с максимально серьезным выражением лица, но не справляюсь с собой.

И в итоге действительно смеюсь.

Что характерно, в одиночестве: моей собеседнице явно не дают покоя лавры того самого копытного на ниве самобичевания.

- Во-первых, у меня же действующий контракт по надзору за тобой, - напоминает она. - В его рамках, есть определённая отчётность. Если ты хочешь, я прекращу этот контракт прямо сейчас, но пока он действует.

- Ты что, среди ночи кому-то отчитываешься о надзоре за мной?! Не укладывается в голове, - говорю, что думаю. - Не слишком ли круто для обычной школьницы?! Ты что, штатный оперативный сотрудник государственной структуры?! С ненормированным рабочим днём? Кстати, мы ведь могли и не списаться, чтоб поболтать ночью.

- Тут другое, - хмуро ворчит она. - На самом деле, просто похвасталась...

Цубаса чуть отстраняется от меня и одной рукой достаёт свой смартфон:

- На, сам читай и смотри всё, что хочешь...

***

Она понимала, что сама подобная позиция крайне непрофессиональна. Но, взвесив все за и против, бывшая учащаяся Информационной Академии решила один раз в жизни не обращать внимания на то, что ей говорили собственные мозги.

Если верить теории, на исторической родине Масы подобный подход никогда не являлся чем-то из ряда вон выходящим. Почему бы не попробовать для разнообразия его и здесь? Тем более что сердце об этом достаточно настойчиво просило.

Она честно отдала в его руки свой смартфон на растерзание, разблокировав ему для чтения все директории мессенджера.

Когда Асада прочёл её ночную переписку со старшей сестрой, у него в прямом смысле отвисла челюсть:

- А чего вы среди ночи переписываетесь?

- Дурак? - не поняла она в первую секунду. - У неё своя комната, у меня своя. Мне захотелось с кем-то поделиться. Кроме сестры - по определению не с кем. Не ходить же по квартире среди ночи, чтобы языки почесать?

- Всё равно пока непонятно, - пожаловался белобрысый, к счастью, не убирая рук с её задницы.

Что было приятно. Во всех отношениях.

- Ну, если она спит, то я её не разбужу и не потревожу, - пояснила Цубаса. - Потому что все нормальные люди, когда засыпают, телефон на беззвучку ставят. А если она не спит, то сразу увидит моё сообщение и ответит мне. Родителей заодно не побеспокоим топотом по квартире: у нас не такие хоромы, как у вас.

- Блин, по мне, проще сходить в соседнюю комнату, чем сообщения писать, - предсказуемо продолжил тормозить одноклассник.

- Я уже заметила, что ты с техникой дружишь примерно также, как наш кот, - не задержавшись, парировала с сарказмом красноволосая. - Но нам как раз проще обменяться сообщениями, чем шататься по квартире. Как ты говоришь, ещё и среди ночи.

- Тут написано, что ты меня любишь. - Беспомощно захлопал глазами Асада, дойдя до того самого интересного места в письменном диалоге с сестрой.

Цубаса промолчала.

- Это правда? - похоже, одноклассник решил не успокаиваться на достигнутом и побить все возможные рекорды собственного идиотизма.

- Мне у тебя что, отсосать при всех в коридоре? Чтобы продемонстрировать серьезность своих намерений и чувств? - хмуро ответила она, делая движение, чтобы отстраниться.

А ведь старшие девчонки предупреждали: сильнее всего влюбляешься в самого неподходящего человека.

Тут явно были только два варианта. Либо он действительно настолько тормоз, что очень сильно вряд ли.

Либо же - он всерьез занозился и не собирается делать ей поблажек. Потому так убедительно и притворяется кретином.

Ладно, она хотя бы попыталась объясниться. Досадно, что всё это было зря. Да и от этого контракта всё равно сейчас надо будет отказаться...

Бывшая учащаяся Информационной Академии сделала движение, чтобы отстраниться от парня и успеть стереть из уголка глаза предательскую влагу: белобрысый не должен видеть того, что она сейчас чувствует на самом деле. Цубаса Кимишима для всех должна быть несгибаемой, как гранит.

Что она тоже может плакать, не должен знать никто.

Асада неожиданно удержал её, поднимая свои ладони с её жопы на талию:

- Эй, ты чего?!

Вместо ответа, она молча уткнулась носом в его плечо и прижалась к нему еще сильнее.

- Получается, ты просто поделилась с сестрой тем фактом, что мы с тобой достаточно близко общаемся? И что у меня нет от тебя секретов? А уже она настучала Мивако?

- Они с Мивако очень близкие подруги. Кога не один день расспрашивала самых доверенных знакомых, нет ли кого здесь в Тамагава, когда искала, через кого за тобой наблюдать. - Добросовестно упомянула все детали красноволосая. - И они достаточно долго учились вместе, плюс общались неформально и дружили. Потому вполне естественно, что сестра тут же переслала ей информацию о том, что ты пошёл шляться по бабам среди ночи.

- Ты и это каким-то образом знаешь? Даже про баб? Откуда? - предсказуемо напрягся Асада.

Слава богу, уже не делая попыток отстраниться от неё.

- Мой смартфон у тебя в руках, - напомнила Цубаса. - Приложение "рвнст". Мы с тобой целовались только что, плюс прямой тактильный контакт. Я в процессе сделала кое-какие замеры. У тебя сейчас кратковременное пиковое снижение сразу нескольких гормонов в крови. По наиболее вероятному прогнозу этого предложения, ты скорее всего всю ночь ё#bся, как кролик…

Она вздохнула.

Разумеется, ей это было неприятно. Но и недосказанности со своей стороны она решила не оставлять.

*********

Действительность оказывается занимательнее любых предположений.

Оказывается, Цубаса поймала себя на достаточно сильных эмоциях в мой адрес. В хорошем смысле.

Поболтав со мной под влиянием этих самых эмоций, она поделилась с сестрой самим фактом общения с любимым человеком: дескать, у нас и секретов друг от друга нет. Вон, пошёл туда-то и туда-то. Хотя наверняка будет там приключений искать, кобель такой.

Поделилась - и с чистой душой завалилась спать. Решив со мной сегодня поговорить об отношениях друг с другом. В том плане, чтобы начать встречаться как парень и девушка.

А уже её старшая сестра, в силу своеобразных отношений с секретаршей моего отца, добросовестно переслала Коге всё полученное от Цубасы.

- Что будешь делать дальше? - вроде как безразлично спросила она, но на самом деле здорово переживая. - Я от контракта всё равно отказываюсь. Это вне зависимости от твоего ответа.

- Повинную голову меч не сечет, - ответил я ей с лёгким сердцем.

И поцеловал её уже сам, по своей инициативе.

- Ты не сердишься? - сосредоточенно уточнила она. – Мы будем встречаться?

- А разве твой вопрос сейчас предусматривает мой отрицательный ответ? - не могу удержаться, чтобы не посмеяться.

Правда, скорее всего, в данном случае я смеюсь исключительно над самим собой.

- Ты странный, - жалуется она. - С тебя станется отказаться от самой классной тёлки курса, которая к тому же тебя любит. Идиота, - добавляет она непоследовательно, снова притягивая меня к себе.

- Ничего, что мы с тобой на виду у всей школы? - уточняю на всякий случай ещё через минуту.

Когда мы расцепляем наши губы.

- Насрать. Во-первых, я тоже безбашенная, как и ты. Тут мы с тобой из одного теста булочки. Во-вторых, это работает на твой авторитет в масштабах школы, - вздыхает она. - Если девка для тебя буквально на всё согласна, и вот прямо при всех... значит, ты крутой. Буду хотя бы повышать твой негласный рейтинг.

- Ты мне тоже очень нравишься, - говорю серьёзно, ничуть не кривя душой. - Хотя, с этим твоим приложением, определяющим, что я делал ночью, ты довольно опасная спутница. В том плане, что тебя не обманешь и от тебя ничего не скроешь.

- Не надо ни скрывать, ни обманывать. - Ворчит красноволосая. - Я оценила твоё великодушие... Я понимаю: заявить якудзе, что ты своими руками распространила о нём личную информацию - не самое удачное начало для завязывания личных отношений. Особенно если он оказал тебе уникальное доверие, в сравнении с прочими. Так что, не надо ни скрывать, ни обманывать. Просто будь самим собой... у тебя вон и батя, если что, полигамный. Говорила же тебе в самый первый день знакомства: это у вас семейное.

- Какая необычайная покладистость и тактичность с твоей стороны. Не могу не восхититься. Я не иронизирую, действительно впечатлён.

- Я - идеальная японская спутница, - заявляет Кимишима, удерживая меня за талию. - Просто мне сейчас надо вернуть частично утраченное доверие любимого человека. Слушай, а какие у тебя сегодня были планы после школы?

- Спортзал. Готовиться.

- Я хотела на старое место учебы съездить. Поснимать все лишние расширения к чёртовой матери, и забыть про них, как про страшный сон. Я серьёзно сказала, что разрываю контракт с твоим отцом. Можешь съездить со мной туда?

- Хорошо, - удивляюсь. - Если надо - поехали.

- Там могут быть некоторые неприятные для меня разговоры, - откровенно сообщает она. - И мне было бы намного проще, если бы ты присутствовал и был рядом.

- Хорошо. Конечно. Поехали.

- А ведь я боялась этого нашего с тобой разговора, - признаётся Цубаса. - Рада, что всё выяснили. Ты классный...

От достаточно деликатных проявлений взаимной приязни нас отвлекает только достаточно сердитый оклик преподавателя от аудитории.

*********************

Цубаса предполагала, что в Академии с кем-то из бывших соучеников придётся как минимум переругнуться в коридоре: здесь не любили тех, кто менял место обучения.

Но когда возле административного отдела их чуть не окружили сразу шесть её бывших однокурсников, даже она удивилась и где-то испугалась.

Глава 9

- О, а ты не одна явилась. Прямо с этим… , - начал с места в карьер один из одноклассников, который ещё в прошлом году подбивал к ней клинья (безуспешно).

- Твоё какое дело? – огрызнулась Цубаса автоматически, поскольку за словом никогда в карман не лезла.

- Двусмысленное положение, - Маса вежливо задвинул её за спину и сейчас обращался к ней одной через плечо.

Игнорируя этих шестерых и, получается, вроде как не считая их за равных.

- В чём ситуация двусмысленная? – свела вместе брови красноволосая, действительно сходу не понимая, что имеет ввиду товарищ.

Все вычислительные мощности её концентратора, плюс собственные мозги, сейчас были вовсю загружены попыткой построения прогноза: чего ждать? Насколько далеко зайдёт конфликт? На какой он стадии сейчас? Как и в каком порядке будут бить, если будут?

Она уже пожалела, что потащила парня с собой, потому мягко попыталась вернуться на своё место, чтоб тоже хорошо видеть всех шестерых.

Но Асада, кажется, видел её намерения и без аппаратной поддержки, и спиной; потому что в следующий момент его слова наложились на вопрос бывшей одноклассницы.

- Они хотят повыстёгиваться друг перед другом, но ещё не на что не решились, - сообщил её парень, даже не пользуясь никаким из расширений или приложений (тут она готова была что угодно прозакладывать – какой из Масы пользователь гаджетов и программного обеспечения, уж ей рассказывать не нужно). – Этот, первый – самый умный, ну, типа, - продолжил тем временем белобрысый, всё же задвигая её с усилием себе за спину. – Он искренне считает, что хочет в лидеры. Эти двое – с ним за компанию. Девка с толстой жопой считает, что ты ей соперница. Вот тут мне непонятно, - пожаловался он. – По идее, она наоборот должна радоваться, что ты отсюда валишь, нет? А чего она тогда тебе предъявлять пришла? А вдруг ты сейчас развернёшься – и передумаешь отсюда увольняться?

Повисло крайне неловкое молчание, поскольку одновременно с ним эта самая «девка» спросила того, что был назван умным:

- «С этим», это с кем? Кто этот белобрысый? Ты о нём что-то знаешь?

- А ещё двое? – Цубаса, решив махнуть рукой на последствия, неожиданно для себя поддержала позицию своего спутника. – Ну, я-то знаю… учились вместе… но интересно же услышать и твой анализ? Кстати, по всем предыдущим пунктам почти попал. Только толстожопая – не соперница. Она лесби, ну или би, точно не в курсе… вот она мне пару раз предлагала на учебных выездах пырым-пырым, но я её послала. Вот она до сих пор отойти не может; видимо, раньше никто не отказывал…

- Одна-а-ако, - присвистнул Асада, по-новому глядя на резко покрасневшую бывшую одноклассницу Цубасы. – Весело тут у вас… Да, я с таким раньше не сталкивался. Потому не сообразил. Те двое, что последние, типа быки. Ну, силовая поддержка. Не знаю, как по-вашему сказать. Они думают, что должны с тобой и со мной справиться. Кстати, этого с зубом я бы опасался, - Маса невежливо ткнул пальцем в сторону высокого представителя одной из школ фулл-контакта, у которого с детства на переднем зубе было светлое пигментное пятно. – Слушай, а что у него с зубом?

- Как родинка на коже, только на зубе, - не стала вдаваться в лишние сейчас подробности Кимишима.

- Кто он? – повысила голос полная, обращаясь к умнику повторно.

Из-за того, что они с белобрысым заговорили одновременно, её вопрос остался без ответа.

- А-а, это Масахиро Асада. Сын Ватару Асада… - а дальше инициатор беседы точно назвал и название Семьи, и список первых пяти компаний, и даже должность отца в структуре.

- Серьёзно у них тут информация поставлена, - предсказуемо впечатлился Маса, снова присвистывая и аккуратно пресекая попытки Цубасы выйти из-за его спины и стать рядом с ним. – Я этого гения, если что, точно впервые вижу. А он только что имя второй жены моего отца сейчас не назвал. Прикольно; я тут популярен?

- А он не знает о второй жене, - фыркнула красноволосая, мгновенно отследив непроизвольную реакцию того, кого они сейчас обсуждали, через концентратор. – И, кстати, это не «тут» серьёзно. Это именно он всегда работал с информационными базами, на очень высоком уровне. Остальным до него, как до луны… В принципе, в организациях типа Семьи твоего отца и усыновлённых-то немного. А уж среди самих усыновленных, детей-европейцев ещё меньше. В национальных масштабах, чтобы сказать мягко, - подумав, добавила Цубаса. - Видимо, он в своё время всерьёз на меня западал. Если так глубоко мониторил, в какой класс я попала и с кем учусь теперь. А ты всё-таки для японца недостаточно типичен, - она хихикнула собственной формулировке.

- Так, господа. Мы вам не рады, потому разошлись-ка поскорее с дороги и дали нам пройти, - принялся распоряжаться белобрысый, решительно сокращая дистанцию с импровизированным комитетом по встрече.

- Никаких активированных расширений либо серьёзных приложений на белобрысом. Импортированных программ тоже нет, - мстительно сообщил умник одному из быков. – Голые руки.

В этом месте курсанты Информационной Академии хохотнули: не надо было иметь семи пядей во лбу, чтоб понять: белобрысый своего тела никогда не закалял. Его кулаки и рёбра ладоней, конечно, хоть и не выглядели как принадлежавшие пианисту, но тем не менее…

- Сейчас дам в голову, - спокойно пообещал белобрысый. – Ещё можешь отойти. Три. Два. Один.

Лидер нападавших не двинулся с места. А затем в воздухе коротко сверкнул кулак – и умник молча повалился лицом вперёд.

- А ведь я предупреждал, - выдохнул якудза, запихивая в очередной раз норовящую вырваться вперёд Кимишиму себе за спину и начиная пятиться спиной в угол.

Туда, где его нельзя было атаковать с разных направлений.

- Как он это сделал? – чуть встревоженно спросил один из быков, ни к кому не обращаясь и делая короткие приставные шажочки вперёд.

- СТОП! – полная учащаяся неожиданно взяла командирские бразды в свои руки. – Мы не беспредельщики! – обратилась она к белобрысому. – Просто вали отсюда! Мы тебе ничего не сделаем. Оставляешь её тут, - она многозначительно кивнула в сторону красноволосой, - и можешь спокойно выйти! К тебе вообще вопросов нет.

- Да ну? – не согласился с её старшинством второй из быков. – Бандитик же, нет? Давайте и его заодно…

- Бандит, да. Раз якудза – то без вариантов, - вздохнула полная.

Мгновенно сдуваясь и вроде бы даже делая шаг назад.

- Эй, стоп-стоп-стоп! – решительно замахал руками приёмный Асада. – По морде я вам, так уж и быть, и так оформлю! Чёрт, тавтология… Но насчёт бандитика – тут я попрошу! В этом несовершенном мире далеко не всё - чёрное и белое. Упомянутых тобой беспредельщиков, - он красноречиво покивал единственной особи женского пола в лагере противников, - типа грабителей и насильников, та же якудза ставит на место гораздо эффективнее, чем ваша хвалёная полиция! Ты что, вообще новостей не читаешь?!

В коридоре повисло странное молчание.

- Полицейские трясутся за свои места, зарплаты, должности. Ещё они обязаны соблюдать законность и не могут выносить собственных решений, потому что за них это делает только суд. – Устроил настоящий экскурс чуть опешившим бывшим одноклассникам красноволосой пацан из другой Академии. – А в суде, говоря прагматично, возможные разные варианты… без деталей. Якудза же, имея часто гораздо быстрее вашей полиции реальный расклад с района о том, что натворил конкретный беспредельщик в квартале, буквой закона вообще не заморачивается. – Он явно с намёком похрустел суставами кулака. - Акцент в организации моего отца стоит исключительно на духе закона, а не на его букве. Ну, предполагается в теории, что так... Потому, на первый раз настоящий виновник чьих-то проблем вообще без судебных проволочек реально отделается переломанными руками и ногами.

- А это нормально? – первый из быков явно устал слушать лекции и, видимо, хотел перейти от слов к делу.

- Норма – понятие субъективное, - равнодушно пожал плечами белобрысый. – В любом случае, он хорошо подумает о том, протягивать ли ему руки и другие интересные части тела в адрес женщин среди ночи второй раз. Женщин, которые не могут защититься сами. – Высоко поднялся вверх указательный палец. - А на второй раз, утырка могут и вообще не найти – Залив-то большой… Либо – найдут его руки отдельно от остального тела, в назидание всем прочим, задвинувшимся наркотиками или спиртным. И решившим, что им море по колено. – Завершил, наконец, гипнотизирующее повествование спутник Кимишимы.

- Вы просто козлы, - подытожил один из тех, которые были «за компанию». – И хватит нам заговаривать зубы. – Непоследовательно добавил он.

- Мы не идеальны. – Педантично поправил его белобрысый. - Но иногда простой человек может получить реальную и действенную защиту без каких-либо условий только у нас. Особенно если этот человек - самая обычная средних лет женщина, которую по беспределу донимает бывший муж-полицейский. Ушедший к другой, более молодой, второй жене. Напивающийся регулярно; приходящий в старую квартиру вроде как пообщаться с детьми. А полиция не реагирует на заявления его бывшей жены из-за дурацкой корпоративной солидарности.

Он имел ввиду явно одну из нашумевших историй Осаки, судебные процессы по которой сейчас освещались доброй половиной каналов новостей, чуть не в режиме реального времени.

- Слушай, странные у тебя одноклассники, - белобрысый, воспользовавшись возникшей паузой, повернулся к красноволосой. – Можно я их уже того… ? Буду унижать?

- Да чего вы болтаете! – внезапно вскипел второй бык и, резко выбросив вперёд правую руку, мазнул по лицу Асады кончиками пальцев.

Активируя имитацию инфры и имея самые серьёзные намерения: с бывшей одноклассницей можно будет разобраться и потом, наедине. Без помех.

А то уж больно резвый у неё защитник. Судя по умнику.

Белобрысый, к удивлению присутствующих, на пущенную себе в скулу инфру не отреагировал вообще никак, вместо этого странно развернувшись и воткнув кулак левой руки в подбородок нападавшего.

Тот вздрогнул и мгновенно ослаб в коленях.

Якудза тут же выбросил правый кулак вдогонку левому откуда-то снизу – и уже второй член встречавшей Кимишиму шестёрки оказался на полу.

- Эй, убогие, вы полиции что, вообще не боитесь? – поинтересовался молодой якудза. – Я ж и в девятый отдел могу позвонить. У нас с ними нейтралитет и договор. Какие-то из камер, - он повёл рукой по коридору, - наверняка что-то да запишут. Может быть, - тут же поправился он, услышав, как вздохнула за его спиной красноволосая. – ну или я найду способ их убедить в том, что не я первый на шестерых военных со спецрасширениями в их же заведении бросился. Последний раз предлагаю: давайте говорить цивилизованно? Или надругаюсь без скидок, особенно если камеры не пашут.

_________

Там же, через непродолжительное время.

- А ведь я предупреждал. А вы не поверили! – явно куражился белобрысый.

Рядом с ним стояла Кимишима, отсвечивающая полуголыми сиськами в надорванной с мясом форменной рубахе.

Из противоборствующего лагеря на ногах оставался только один из быков.

Прочие лежали на полу. Кто-то подёргивал рукой; кто-то – ногой.

Полная девчонка сидела, привалившись к стене, и бездумно таращилась вверх, пытаясь остановить кровь: Цубаса, проигрывая в весе, врезала ей накоротке лбом и сломала нос.

- Его добивать нельзя! Последний! – повторно напомнила Цубаса парню, теряя интерес к происходящему и обращая внимание на повреждения своей одежды. – Бля-я, с голыми буферами как обратно через город ехать?

- Такси возьмём, - бросил ей через плечо одноклассник. – А почему этого последнего нельзя добивать?

- Другие процедуры разбирательства будут, - отстранённо пояснила красноволосая, задумчиво приставляя висящий в воздухе лоскут к основной части рубашки. – Хоть бы иголка с ниткой, а так…

- Ладно, пошли тогда, куда собирались. – Вздохнул белобрысый, подталкивая её в спину мимо стоящего у стены звезды фулл-контакта.

Бывшего звезды, судя по сегодняшнему дню.

*********

- Решил переметнуться? – сидевший напротив начальник службы безопасности соседней Семьи не давил, говорил открыто и даже где-то доброжелательно.

- У меня есть, что предложить взамен, - непроизвольно облизал пересохшую губу Курого. – Вы же подминаете строительство нового центра под себя. И почти кинули Томиясу и его людей? Я об этом знал с самого начала, никому не говорил. Давайте договариваться.

- Нам не нужна помощь в том проекте, - вежливо покачал головой коллега Курого, представляющий другой клан. – Давай на ты? – дождавшись подтверждающего жеста, он продолжил. – Откровенно говорю: мы оба с тобой – бывшие офицеры. К ним, - пренебрежительный кивок себе за спину, - я тоже без пиетета. НО, если я возьму тебя сюда, у меня над головой будет висеть постоянная мысль: ты имел опыт руководства гораздо более широкой структурой. Соответственно, кто станет моим главным конкурентом за эту должность?

- Боишься, что буду подсиживать? – быстро сориентировался Курого, хотя его мозги сейчас были заняты совсем иными мыслями.

- Конечно. – Без экивоков кивнул дважды бывший коллега. – А ты бы на моём месте думал иначе?

- Честно говоря, да, - машинально сказал правду бывший полицейский. – У меня там даже оябун не всё контролировал, так что…

- А у вас там и структура другая. Выборы, голосование, игры в демократию, - чуть улыбнулся собеседник, выпуская струю дыма в сторону.

- Есть второй вариант, - решился Курого. – Не вводи меня в структуру; оставь на аутсорсе? Просто заключи договор с моей компанией? Тогда ты в любой момент прервёшь сотрудничество. Когда захочешь.

- Не мелко для тебя? – засомневался безопасник конкурирующего (теперь) клана.

- Нормально. Мои, - неопределённый кивок себе за спину, - сейчас изо всех сил у вас будут половину подряда пытаться вернуть. Согласен?

- Да.

- Вот я, вернее, эта моя фирма, будет тебя предупреждать обо всех мероприятиях ещё на этапе их планирования. Стоит эта информация двух процентов исходной сметы по проекту?

Глава 10

Мию пришла сегодня домой раньше, чем планировала.

Не застав никого дома, она не стала закрывать входную дверь в квартиру на запор: датчик на входе в подъезд запустил бы в дом Цубасу по отпечатку пальца; а дальше уже ей самой бы пришлось вылезать из горячей ванной, чтоб открыть двери младшей сестре.

Хотелось расслабиться и не дёргаться.

Зарядив систему «умный дом» на оповещение об открытии квартирной двери (простенький встроенный датчик на размыкание), и аккуратно выводя изображение из прихожей на небольшой экран в ванной (вообще-то телевизор – но сейчас Кимишима-средняя собиралась подремать), Мию улеглась в ванне, вытянула ноги и задремала.

Разбудило её то самое оповещение. Взглянув мельком на экран, уже в следующее мгновение она прямо-таки прикипела к нему взглядом.

А ещё через секунду, заорав нечленораздельное, выскочила, в чём была. Шлёпая по полу босыми ногами и поскальзываясь на поворотах, она вылетела к входной двери, наверное, поставив личный рекорд по бегу.

- Ах ты, тварь! Что ты с ней сделал?! – набросилась она на белобрысого урода, рядом с которым стояла младшая сестра, в разорванной на лоскуты до пупа рубахе и со ссадиной на щеке.

**********

Завершать необходимые процедуры в Информационной Академии с неодетой Цубасой – это, кхм, сложные чувства…

Сама красноволосая, плюнув на все условности, откровенно заявила:

- Понимаешь, если я буду стесняться, ёжиться, сутулиться, получится, что у них вышло меня задеть. А я им такого удовольствия доставлять не хочу.

В её словах был определённый резон, потому я только перехватил и её рюкзак

Она же, застегнув на все пуговицы форменный пиджак, спокойно игнорировала встречные взгляды и ныряла из кабинета в кабинет, как дельфин в воду. Некомплект элементов в верхней части рубашки её, похоже, смущал меньше, чем меня.

Медицине здесь был отведён целый этаж. Местные эскулапы, выслушав её пожелания, раздели её вообще полностью и уложили в какую-то капсулу. Задраив следом люк.

Вылезла обратно Цубаса только минут через сорок; взгляд имела расфокусированный; шагала и двигалось первое время нетвёрдо, опираясь при этом на меня.

Посетив со мной под руку кабинет с древней старухой и надписью "Учебный сектор", красноволосая оставила там целый ворох бумаг, хлопнула ладонью по большому стеклу сканера и объявила мне через плечо:

- Всё. Больше я этому заведению ничего не должна. Вызывай такси.

Ехали к ней домой мы достаточно долго, потому что час пик и пробки. К счастью, у меня с собой оставались деньги Рюсэя, потому хоть тут неожиданностей не возникло.

В её доме мы спокойно поднялись на нужный этаж и даже зашли в квартиру.

- О, кажется Мию дома, - по каким-то только ей ведомым приметам объявила Цубаса.

А в следующий момент её голая и мокрая старшая сестра, разъярённой фурией вылетев в коридор, с криками и ругательствами попыталась вцепиться мне в волосы.

Я рефлекторно отшагнул в сторону, из-за чего Кимишима-постарше ухватила пятерней только пустой воздух.

- Ах ты, тварь! Что ты с ней сделал?! – не унималась не совсем одетая, кхм, старшая сестра.

Кажется, в этом доме у меня регулярно возникают повторяющиеся приключения на стандартную тему.

- Охолонись, - наконец ввинтилась между нами Цубаса, отталкиваю Мию. – Он меня как раз защищал! Там всё не так было…

_____

- … вот так это всё и было, - явно довольная собственной предусмотрительностью, младшая сестра в третий раз за одно чаепитие проиграла старшей видео того инцидента.

Хитрая Цубаса, предвидя разные интересные ситуации на старом месте учёбы, выставила свой гаджет в режим записи, через пару датчиков, включая инфракрасный, ещё когда мы входили в её академию.

Кое-как наскоро конвертировав изображение, она сейчас явно гордилась перед старшей Мию. По кругу.

- А как ты сумел их поотключать? Они же все с очень сложными наборами программ там? – почти искренне интересуется ближайшая родственница красноволосой уже у меня, то ли для поддержания разговора, то ли - удовлетворяя реальный интерес. – Цубаса говорила, ты не дружишь с прикладными расширениями? Ну, во всяком случае, на уровне Информационной Академии? – кажется, старшая только что проговорилась и тут же сама это поняла.

Она не в курсе, что я о многом знаю напрямую от Кимишимы-младшей после наших с ней некоторых интересных сегодняшних объяснений.

- Голый кулак, попадающий в голову противника, имеет свойство выключать сознание оппонента вообще без всяких приложений. Также – без нейро-концентраторов и прочих технических новшеств. Это знает абсолютно любой пацан, - пожимаю плечами.

За кадром оставляю дополнение, что об этом знает каждый пацан, после войны регулярно дравшийся на улице голыми руками.

Вот кстати. Не знаю, как это объясняется теоретически; но лично у меня с детства там всегда было большое подозрение: природа как-то так устроила человека, что один может выключить сознание у другого. Типа, вложенные заранее аппаратные возможности. Просто техника ни тогда, ни сейчас ещё не настолько совершенна, чтобы иметь возможность это всё измерять.

- Вот так просто? – кажется, Мию не до конца доверяет и, по согласованию с Мивако, пытается копать до конца.

Пользуясь моментом и пробуя на мне разные интересные женские приёмы.

Цубаса, мгновенно просекая ситуацию, без затей склоняется над столом и запахивает халат старшей сестры, угрюмо роняя:

- Документы при себе держи! – кивая при этом в сторону декольте Мию.

- А как ты имитацию инфры выдержал? – старшая, выполнив пожелание младшей касательно декольте, меняет уровень и закидывает ногу за ногу.

Халат при этом открывается с другой стороны почти что до того места, где эти самые ноги у неё соединяются.

- А тут вообще интересная история, - следуя за молчаливым хлопком Цубасы, растягиваюсь на тахте, укладывая свою голову ей на колени и выпуская таким образом из виду прелести старшей сестры. – Мы решили попробовать одну старую методу. Когда-то давно один адвокат, для аргумента в суде, за пару что ли месяцев приучил себя с микродозы чуть не до полновесной таблетки цианида.

Это чистая правда. Именно тот случай и подсказал нам с красноволосой экспериментальный путь.

- Когда он на суде съел смертельную дозу той гадости, он убедительно доказал потомкам, что привыкнуть моно если не ко всему, то ко многому, - продолжаю под округлившиеся глаза старшей.

- В общем, мы с ним несколько часов извели, - перебивает меня Цубаса. – Я его инфрой дёргала, постепенно увеличивая мощность. Вот он до четвёртого уровня и адаптировался.

- Но это же чертовски неприятно?! – явно деликатничая, продолжает изумляться Кимишима-постарше.

- Хочешь жить – умей вертеться, - с видом престарелого философа изрекает её младшая сестрица, выбираясь ногами из-под моей головы. – Ладно, мы ко мне в комнату. Если ты уже угомонилась и успокоилась. Маса, пошли!

*********************

Честно говоря, у неё были вполне определённые намерения насчёт некоторых интересных совместных экспериментов. Хотя бы потому, что если ты сама не удовлетворяешь своего парня – значит, его будет удовлетворять другая баба.

Это Цубаса знала отлично, пусть и не на своём опыте.

Тем более, они сегодня столько отчебучили вместе… то, что она запланировала, по большому счёту, должно было лишь знаменовать вполне закономерный этап их стремительно разворачивающихся отношений. А там, глядишь, вдруг Маса западёт на неё в комплексе. Может, и будет поменьше смотреть на других баб…

Хотя, если принять во внимание манеры его кобеля-папаши, то особо на это рассчитывать не приходится.

Вначале дома некстати оказалась Мию.

Это было бы половиной беды – всегда можно уйти к себе и запереть двери на замок… Но сестра с чего-то решила, что негодяй Маса вначале попытался, кхм, не очень порядочно поступить с ней прямо в лифте – оттого и одежда разорвана.

А потом Мию бросилась её защищать, выскочив из ванной с голой мандой и мокрой, как аквариумная рыбка.

В итоге, ещё час был безвозвратно потерян на совместное чаепитие, налаживание отношений заново и всё такое прочее.

Кроме того, у Цубасы было стойкое подозрение: проигнорируй она сейчас спешно одевшуюся и не вернувшуюся в ванную старшую (и уединись с Масой в своей комнате для того, что она задумала) – Мию бы и замок на дверях вырвала, чтоб войти внутрь любой ценой.

Как кое-что ещё накануне. Эти воспоминания, повеселив красноволосую, частично примирили ей с дурацкой потерей времени за чаем втроём.

Наконец, затянувшаяся и вынужденная прелюдия в виде общения с сестрицей у чайника осталась позади.

Буквально запихнув Масу к себе в комнату (и захлопнув дверь на замок), Цубаса мгновенно удалила с себя остатки и так испорченной одежды и молча толкнула Масу спиной на кровать.

Падая на него сверху и обхватывая его ногами, впиваясь при этом в его губы.

Следующие секунд тридцать всё было просто классно, во всех отношениях… можно было двигаться и дальше…

Некстати заревел сиреной её собственный смарт, который она впопыхах забыла поставить на беззвучный.

- Давай ты ответишь – и мы продолжим? – конструктивно предложил Маса, расцепляясь с ней на мгновение.

Правда, ладоней с её задницы он при этом, к счастью, не убрал.

- Или ты сможешь расслабится и под это? – он задумчиво кивнул на гаджет, своей вибрацией и имитацией работы дрели, кажется, разваливающий письменный стол.

- Не уверена, - честно призналась Цубаса. – Отвечу, быстро, - пообещала она и, не слезая с парня, потянулась одной рукой к столу. – Кого хер несёт?! – грубо выдала она, не заботясь о приличиях.

Судя по звуку, это был чат бывших одноклассников, с некоторыми из которых она только что виделась на старом месте учёбы и из конференций с которыми пока просто не успела повыходить.

*********************

Курого выходил из офиса новых партнёров (будем надеяться) в приподнятом настроении: что ни говори, но мозги в этом мире рулят.

Он и раньше подозревал, что с человеком своего уровня и такого же социального статуса договориться можно всегда.

Дважды-коллега его не разочаровал. Обговорив несколько острых моментов в первой части беседы, вторую половину разговора они общались уже неформально и ограничивая темы намёками, которые были понятны только им двоим.

Технический отдел конкурентов и партнёров в одном лице, даже если и записал эту беседу от начала до конца, на записи никакого компромата бы не обнаружил. Надо просто быть полицейским, чтоб понимать второе дно некоторых тонкостей между строк.

Кажется, его новый знакомый по фамилии Ишима был и сам не прочь записать на оперативные расходы да негласный аппарат некоторые лишние суммы, в виде фиксированного процента от будущего успешного проекта.

Собственно, они и расстались на том, что Ишима это будет обсуждать со своим начальством. Предварительно, если верить написанным в воздухе пальцем цифрам, вероятность успешного согласования процентов с руководством превышала девяносто процентов.

Понятно, что часть своих доходов придётся честно располовинить с новым товарищем. Но оно того стоит.

Курого, обычно зорко отслеживающий всё происходящее, сейчас не то чтоб расслабился. Он просто не ожидал такого нестандарта: в притормозившем рядом минивэне были только девушки.

Одна из четырёх, на водительском сидении, высунулась в окно и вежливо спросила его, открывая часть деликатной анатомии в пустившемся вырезе:

- Вы не подскажете, как тут найти…

Абсолютно рефлекторно подавшийся вперёд Курого был в мгновение ока обездвижен зарядом таззера из салона.

А три пары хоть и девичьих, но достаточно крепких рук мгновенно втащили его в открывшиеся двери внутрь.

Вэн с пробуксовкой стартовал с места и, повиляв по городу, выбрался на ведущее за пределы агломерации шоссе.

Глава 11

Справедливости ради, забросив тело в салон, ему, можно сказать, оказали всевозможные почести: две девицы таких форм подперли его с боков, что в другом случае этому можно было бы только радоваться.

На его руки быстро набросили пластиковые браслеты, причём в вежливом положении спереди. После этого, видимо, самая главная из всех положила ладони на его щёки - и Курого почувствовал, что оживает.

- Что это всё было? И что это всё значит? - абсолютно спокойным тоном поинтересовался бывший полицейский.

Лопухнулся сам, чего уж.

Обращаются с ним вежливо, где-то даже уважительно. А по роду бывшей службы он отлично представлял, как выглядят те же самые действия, если клиента ломают, в первую очередь, психологически.

Прижимающиеся вплотную молодые сиськи на попытки растоптать его личность никак не походили.

- Или таким красавицам захотелось от пенсионера того, что можно попросить просто так? - поддаваясь вполне объяснимому физиологическому влиянию находящихся рядом женских тел, сострил Курого.

- Не совсем нам, - вежливо ответила так, что сидела напротив, лицом к нему. - Сейчас подъедем в одно место, пообщаемся кое с кем. Мы - только доставка.

- Браслеты - обязательно? - нейтральным тоном поинтересовался бывший полицейский, поднимая руки перед собой на мгновение.

- Ты не простой человек с улицы, - покачала головой та, что сидела слева.

Вместе с головой качнулись и ещё кое-какие детали её анатомии.

- У тебя вполне могут быть расширения или программы, а также импланты, с которыми мы с ходу можем не справиться. - Завершила пояснение она.

- Да ладно! - фыркнул начальник службы безопасности одной из Семей. - Специальные расширения как раз у вас! Думаешь, я не понял, чем ты меня в порядок приводила? - он насмешливо посмотрел на ту, которая за считанные мгновения нейтрализовала все последствия воздействия таззера, явно задействовав на нём вполне определенные медицинские программы из не совсем открытого списка.

Кстати, он оценил этот жест тоже. Если бы с ним хотели действительно делать что-то нехорошее, о подобной заботе речь бы не шла: во-первых, самой "целительнице" для такого нужно немало напрягаться. Во-вторых, светить такие расширения - не самый лучший способ не привлекать внимания.

- Наши расширения - это наши расширения. Мало ли, какие стоят у тебя? - дипломатично пожала плечами предположительно главная. - Мы тебе не враги, заказчик - тем более. Иначе за тобой бы посылали совсем других людей. Но подстраховаться явно лишним не будет.

- А почему просто не предложили проехать? Если этикет на таком уровне и всё полюбовно? - бросил ещё один пробный шар Курого.

- Представь. Выхожу я говорю, что следующие три часа тебе надо провести с нами, - улыбнулась углом рта та, что сидела справа. - Ты бы всё бросил и поехал бы с нами?

- После таззера, видимо, мозги не варят, - покладисто согласился бывший полицейский и прикрыл глаза.

Всю оставшуюся часть дороги он дремал, по ощущениям - минут сто пятнадцать. Меньше двух часов, но ненамного.

Смотреть на часы на смартфон он специально не стал.

_____

Попетляв по пригороду, минивэн притормозил возле большой огороженной частной территории.

- Вон туда, - старшая указала взглядом на открытую беседку, расположенную вообще снаружи.

Курого всерьёз озадачился. С одной стороны, малейшие сомнения по поводу собственной безопасности только что рассеялись окончательно.

С другой стороны, даже не приглашая его войти внутрь, ему тоже на очень многое намекали.

- Ладно, посмотрим, - после неуловимой паузы согласился он и занял одно из мест в беседке.

Девицы, что интересно, избавили его от пластиковых браслетов, но сами при этом остались в машине. На наличие оружия, насколько он успел заметить, его тоже не осматривали. Ну, разве что, может быть, весьма технично ощупали, когда забрасывали в салон. Но маловероятно.

Изумление бывшего полицейского возросло по экспоненте тогда, когда рядом с ним в беседке появилась ещё одна женщина, вышедшая наружу сквозь калитку в глухом заборе.

Несмотря на то, что она была лет на пятнадцать старше доставившей его группы, и по возрасту приближалась к самому Курого, какого-то необъяснимого магнетизма в новой собеседнице было больше, чем в четырех молодых из вэна, взятых вместе.

- Если бы вы просто пригласили меня, я бы мгновенно оказался здесь, причём по собственному желанию, - обтекаемо и многозначительно улыбнулся половиной лица бывший полицейский.

- К сожалению, я была лишена возможности приглашать вас лично. - Ослепительно сверкнула зубами в ответ инициатор странной беседы. - Мне надо вам представляться? Или вы уже догадались, с кем имеете дело?

- Особняк в четыре этажа, примерно сто с лишним миль от города, в сторону гор, - пожал плечами начальник безопасности. - Учитывая мой нынешний род занятий, есть только один вариант. Особенно принимая во внимание наличие электронных картотек в полиции, и достаточно большие объемы установочных данных. Не предполагал, что со мной захочет говорить сама Кано.

- Вы находитесь в не самой лучшей ситуации, и мы можем друг другу помочь, - хищно улыбнулась собеседница.

- Какая трогательная заботливость об отставном полицейском, - почти искренне и светлой улыбкой ответил Курого. - Это чертовски мило с вашей стороны, держать в голове проблемы каждого такого, как я. Ничего, что мы так неформально?

- Если мне будет что-то не нравится, вы уже об этом узнаете, - серьёзно ответила Кано. - Посмотрите, пожалуйста, это.

Она придвинулась к нему свой смартфон и запустила интересную служебную программу.

_____

Там же, через три минуты.

- Я всё также искренне благодарен вам за заботу обо мне, - бывший полицейский, ознакомившись с информационным пакетом, невольно вытер внезапно вспотевший лоб. - Как я могу быть уверен, что это всё не фабрикация?

- А у нас есть репутация людей, которые могут подобным образом шутить? - более чем натурально удивилась женщина.

- Согласен, погорячился... - мгновенно сдал назад Курого. - Из корабельных орудий по чайкам не стреляют... Логичен следующий вопрос: а зачем вы меня предупреждаете? Вам не кажется, что это похоже на утонченное подталкивание меня в глухой угол? Из которого нет выхода?

- В этот угол вы себя загнали сами, - повела бровью собеседница. - Наш интерес крайне прост. Вам скорее всего всё равно придётся объясняться с теперь уже бывшим начальством. И даже если вы сами попытаетесь избежать этого разговора, Томиясу - не тот человек, чтобы не разыскать вас даже на другом краю земли. Просто чтобы поговорить на тему, "...как же так?!", - сейчас в её словах звучала неприкрытая ирония.

- Сложно не согласиться, - проворчал Курого.

- Откровенно говоря, я рассчитывала, что вы сами станете инициатором объяснения со своим шефом. С которым расстаётесь таким интересным способом.

- Допустим, - осторожно предположил начальник безопасности, который, похоже, прямо сейчас заочно терял должность. - Могу спросить, откуда у вас все эти данные? Ещё и в режиме реального времени?

- Мы наблюдаем за подготовкой к выборам в муниципалитете со всех направлений. Скажем, пришлось задействовать определённые сетевые программные продукты, - Кано уклончиво намекнула на ужасно дорогие разовые услуги одного клана хакеров. - Если хотите, проверьте по своим каналам, насколько правдива моя информация?

Для этого было достаёточно глянуть всего лишь на финансовые показатели сегодняшней утренней инкассации. Что Курого тут же и сделал, спасибо современному уровню коммуникаций.

- Похоже, что вы говорите правду, - удручённо признался он минуты через три.

Когда обнаруженное ему очень не понравилось.

- Я прямо еле сдерживаюсь, чтобы не спросить у вас совета. - Он в упор и без тени иронии посмотрел на женщину.

- А я бы дала вам такой совет, - также серьезно ответила она. - Пригласите своё бывшее начальство и нового партнёра объясниться втроём. В какое-нибудь нейтральное место, которое не будет вызывать сомнений ни у одной из тех сторон. А больше от вас ничего и не требуется.

- Не самая лучшая стратегия дожить до спокойной старости.

- А вы не доживете даже до следующей недели, если не сумеете объясниться с Томиясу. Или вы рассчитываете на похвалу с его стороны? - не задержавшись, невежливо хохотнула она. - Впрочем, если хотите, можете попробовать как ни в чём ни бывало вернуться на своё рабочее место.

- Я проверю всё в течение полусуток удалённо. Если сказанное вами подтвердится, я могу рассчитывать на ваше сопровождение на этой встрече? - мгновенно принял решение бывший полицейский.

Разумеется, у него сформировались более чем точные догадки об истинных целях Кано. Которая славилась тем, что никогда не упускает ни одного мало-мальски подходящего момента.

Кстати, сегодняшний разговор раскрыл глаза именно ему на то, каким образом она постоянно ухитряется держаться в курсе всего.

Но сейчас, похоже, у него первостепенными были собственные проблемы. Из-за цепи случайностей, его небольшой параллельный бизнес, паразитирующий на общем, был крайне не вовремя раскрыт.

Причём, если верить этой суке Кано, каким-то образом финансисты даже договорились с кем-то из операционистов: уж больно точными выглядели сегодняшние утренние действия по нейтрализации его собственных программ.

Теперь, кстати, становилось понятно, почему Томиясу до сих пор не позвонил и не поинтересовался, куда это на половину дня пропал его начальник службы безопасности.

- Я сообщу вам место, где будет назначена встреча, до конца сегодняшних суток, - решительно сказал он собеседнице, прокрутив в голове немногочисленные варианты. - Меня отвезут обратно в город?

С таким сопровождением, как от Кано, можно не переживать за то, что доживёшь до конца беседы. А там будет и следующий день.

К тому же, он отлично понимал: не просто так она хочет собрать в одном месте всех, представлявших добрую половину реальной власти в районе.

Но не обо всех своих догадках стоит говорить вслух. Опять же, если планируешь дожить до того самого пресловутого рассвета.

*********

Гэнки чувствовал, что закипает.

Внешне на нём это никак не отражалось: в его положении, видимые проявления эмоций были непозволительной роскошью вот уже много лет. Особенно в ситуациях, когда хотелось рвать и метать.

Самое смешное, что сегодня на высоте оказались все подряд, кроме него.

Асада - потому, что мгновенно протрезвел и включился в работу. Мивако - мгновенно найдя общий язык с его супругой и семьёй.

Аналитики и финансисты - потому, что совместно с операционным департаментом, договорившись о взаимодействии, на время забыли имевшие место раздоры и внутреннюю конкуренцию.

- Прямо хоть от дел отходи, раз вы без меня так шикарно справляетесь, - пробормотал он себе под нос.

- Позиция страуса в данном вопросе ничего не решает, - невежливо подал голос со своего места Ватару.

Впрочем, он сейчас был единственным в этом кабинете, кто мог себе это позволить. Видимо, до конца ещё не протрезвел: неформальное общение наедине вовсе не обязательно демонстрировать при посторонних.

- Мы уже перестроили процедуры так, чтобы безопасность с самого утра была отстранена от информации, финансовых потоков и кадровых вопросов, - проинформировал оябуна главный операционист.

- Неужели даже с ним договорились? - кумитё кивнул в сторону главного финансиста.

- Уважаемый коллега Асада вовремя оказался на высоте, владея вопросом и конструктивно строя коммуникацию, - продемонстрировал высший пилотаж дипломатии один из самых серьезных конкурентов Ватару во внутренней табели о рангах.

- Нам несложно было договориться, поскольку наши взгляды на проблему совпали до мельчайших деталей, - подал голос со своего место бывший школьный товарищ.

- Да. Это тот самый редкий случай, когда наши взгляды на проблему практически не отличаются, - поддержал финансиста операционист.

Первый раз в жизни, на памяти самого Гэнки.

- Ладно. Какие будут предложения? - оябун логично предположил, что если подчинённые договорились о единой позиции по поводу прошлого, то и варианты будущих контрмер они между собой уже обсудили.

- У нас согласованное видение, - подтвердил догадку школьного друга и по совместительству начальника Ватару. - Смотри...

_________

Цубасе позвонили из школы.

Те самые то ли одноклассники, то ли однокурсники (чёрт его знает, как оно у них называется), с частью которых мы сегодня уже виделись.

Я поначалу даже не понял, о чём речь: так рьяно обе стороны переругивались.

На каком-то этапе, противная сторона перешла к неприкрытым угрозам, что, в свою очередь, не смог терпеть уже я.

Преодолевая сопротивление красноволосой и с силой выдавливая из её рук смартфон, я в итоге всё же отобрал его и лично обратился к странной депутатской делегации:

- Могу вам всем головы открутить, прямо по вашему месту учёбы. И, кстати, это сделаю, если не уймётесь. Но можем поступить и цивилизованным образом.

Глава 12

- А что гайдзин понимает под цивилизацией? – явно пытаясь зацепить меня, язвительно ответила толстуха.

Которой Цубаса сломала нос лбом.

- Зависит от того, вы собираетесь с нами воевать скопом – как тогда? Или – по какому-либо подобию дуэльных правил?

Взгляды с той стороны экрана на время опускаются вниз.

- У нас в Тамагава, если что, есть специальный зал. И – надлежащим образом оформленные в школе дуэльные правила, - продолжаю минутку просвещения, в которой, похоже, никто не нуждается.

- Что конкретно ты предлагаешь? – не выдерживает повисшей паузы тот каратек, что остался последним на ногах в итоге.

- Я тебе ничего не предлагаю. Информирую. Просто подай заявку на турнир в открытом чемпионате нашей Академии, я сейчас о Тамагава - и тогда я тебе набью морду абсолютно законно, в рамках турнира. А даже если кто-то из нас кому-то чего сломает, или более того, - многозначительно смотрю только на него, - то издержки спишутся на недостаточное обеспечение. Ну, организацию турнира.

Тип на той стороне канала связи неожиданно задумывается.

- Потому что сейчас ты, понятно, смелый, - продолжаю, давая ему обдумать слова. - Ибо любое последующее разбирательство будет по определению пристрастно, так как происходить будет на вашей территории либо руками полиции – многие офицеры которой выходцы из вашего заведения. А я - сын своего отца. И у нас на носу – муниципальные выборы.

Толстуха с каратеком неуверенно переглядываются.

- Ничего, мы можем решить наш с тобой вопрос по дуэльным правилам в специально отведенном помещении, - задумчиво предлагает собеседник. – Хоть и у нас. По уставу, я не могу драться на чужой территории, по крайней мере, запланировано…

- Вдруг ты его нокаутируешь – а потом его импланты с мясом повырываешь, - зловеще подаёт голос со своей стороны Цубаса, ухая филином. – Ну или спишешь уникальные достижения и показания личной нейросети курсанта каким-то особо сложным прибором. А потом этим извращённым способом овладеешь его тайными секретами смертельного касания, гы-гы…

- И ничего смешного! – по-детски вспыхивает толстуха. – Правила есть правила!

- Так хочешь по голове получить? – уточняю у самого парня, не давая дамам увязнуть в бесконечной перепалке. – Я вижу два варианта. Первый: ты записываешься на наш турнир. Кстати, он не бесплатный. По предварительным прикидкам, призовой фонд финалистам под пятьсот тысяч будет.

- Это только первому месту заплатят? – заинтересованно вскидывается бывший соученик Цубасы, тут же забывая о режиме нашей конфронтации.

- Нет. С гарантией платят финалистам и полуфиналистам, - качаю головой. – Первое и второе места – восемьдесят процентов призового фонда, делёжка пять к трём. Третье место не разыгрывается. Остаток – равными долями третьему и четвёртому

- Какой второй вариант? – ради порядка уточняет он.

Хотя лично мне никаких нейро-концентраторов не надо: я вижу, что он «поплыл». Заинтересовался предложением.

- Я делаю тебе одолжение и приезжаю к вам. Как я понял, у вас больше претензий ко мне, чем к Цубасе?

- Да.

- Ну вот… Я приеду к вам, чтоб ты не нарушал эти ваши правила. Только имей в виду: я не дерусь бесплатно. У меня есть свободная сотня тысяч, ставлю всю сумму на себя. Ваша сплоченная и единая в порыве справедливости школа ответят чем-то соответствующем? – ну а вдруг.

О его личном уровне я представление составил. Глядишь, недостающую сумму удастся быстро заработать таким образом.

Участники беседы на той стороне экрана переглядываются.

- Нет, таких денег у нас нет. Даже если будем скидываться, - озвучивает общее мне6ние толстуха. – Но к моменту вашего турнира, именно на ваш бой можно было бы набрать.

- А кто у вас берёт на себя функции распорядителя?! – запоздало спохватывается каратек.

- А в организации моего отца есть специальная онлайн услуга на эту тему. Договорим – вышлю ссылку. Вы же все там такие продвинутые технические? Процедура простая: создастся виртуальный счёт, на которой можно будет всё бросить в электронном виде. Учётка будет на одном из наших финансовых серверов, - выделяю слово интонацией. – Но доступ к счёту и специальные права будут у того, кого назначите вы.

- Это же незаконно? - с интересом отзывается одна из девчонок, посимпатичнее толстухи. - Мы же несовершеннолетние!

- Ну так я ж якудза, воплощение дьявола на Земле. – Пожимаю плечами. - У меня же должны быть инструменты на различные незаконные решения? Особенно в среде наивных школьников?

_____

В отличии от начала, дальнейший разговор превращается исключительно в обсуждение технических деталей и подробностей.

Благодаря Рюсэю, я чувствую себя почти что академиком на фоне собеседников. В итоге, останавливаемся сразу на двух договоренностях.

Во-первых, на турнир этот последний из могикан, оставшийся на ногах во время драки в коридоре, всё-таки записывается. Рюсэй говорил, чем больше участников такого плана, и чем выше их средний индивидуальный уровень, тем больше в итоге будет касса.

Во-вторых, независимо от того, доберемся ли мы до финала с ним вместе, в рамках приложения к турниру состоится и наша с ним отдельная схватка. По финансам пока неясно; но сотню тысяч они твердо намерены набрать. Победитель этого боя получит всю сумму.

- Мы ждем официального объявления о турнире на сайте вашей академии, - недовольно итожит толстуха. - Заявку тут же подвесим.

- Насколько я знаю от начальника образовательного процесса, регламент будет висеть уже до окончания завтрашних суток.

На этой мажорной ноте мы заканчиваем общение с бывшими соучениками красноволосой и я поворачиваюсь к ней.

- Выключила вообще полностью, - зачем-то рапортует Цубаса, запуская свой смартфон скользить по полу в самой угол комнаты.

А затем деловито начинает стаскивать с меня уже мою одежду.

_________

Честно говоря, она не ожидала, что Маса окажется местами тормозом.

Поначалу он чуть ли не цеплялся за свои шмотки, словно не желая раздеваться. Окончательно сдался только после того, как она захихикала, пообещав вообще заржать вслух. Если он не откинется на спину и не предоставит действовать хозяйке.

Потом, правда, он искренне восхищался её фигурой, попросив даже повертеться перед ним – в эстетических целях.

Хм, ей не жалко. Пожалуйста.

Затем, когда уже подошли к самому главному, его неожиданно разбил паралич нравственности – и он с четверть часа выносил ей мозг нравоучениями о необходимости хорошо думать перед решительными шагами.

- Хорошо, что твой организм думает независимо от своего хозяина, - не смогла не повеселиться она, указывая на одну его вполне определённую часть тела.

- Э-э-э, да, - тут же озадачился белобрысый. – Не вся анатомия поддаётся волевому контролю.

- Ну и как тут не заржать? – честно предупредила она, а потом действительно перестала сдерживаться.

Во всех смыслах.

_________

- … какие ухаживания?! Ты что, с другой планеты?! – искренне недоумевает Цубаса, перевернувшись на живот и похлопывая меня ладонью по груди. - Да в куче онсенов бабы с мужиками голые, и это норма! Ты что, никогда в таких местах не был?!

- Честно говоря, нет, - держу в голове, что врать вообще не стоит, поскольку какая-нибудь хитрая программа у неё запросто может работать, пусть и в фоновом режиме.

Не говоря уже об искренности в отношениях. Честно говоря, будучи по факту намного старше, я не ожидал от школьницы всего такого… чему даже не могу сходу подобрать правильные слова.

На память приходят только строчки из дневника Антона Павловича Чехова. Где он, как профессиональный врач, описывает, к-хм, собственное посещение одного весьма определённого японского салона на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков.

Признаться, раньше, даже будучи взрослым, я не полностью его понимал. Искренне считая, что он слишком эмоционально воспринимал любую экзотику.

Я ошибался. В отличие от Чехова.

- А в некоторых барах официантки на полном серьёзе ртом удовлетворят! Правда, только японцев, - она с сомнением окидывает меня взглядом. - Тебе туда, может оказаться, вход по определению воспрещён. Ты что, от работников своего отца никогда ничего не слышал?! У вас точно должны быть такие заведения!

- Какой-то узаконенный расизм… - ворчу, имея ввиду упомянутые ею бары. – И нет. В семье мы о таком как-то не додумались говорить.

- Зря, - пожимает плечами она. – Образование вообще никому не вредит, по любой тематике.

- Там, откуда я родом, девочки крайне строго и серьёзно относились ко всему такому… - недоговариваю.

Но она меня понимает с полуслова:

- Ну так мы с тобой и не в тех краях! А у нас наоборот, каждая понимает: если своего парня не удовлетворяешь ты, значит, это делает другая баба. – Красноволосая искренне вздыхает. – Правда, даже в случае, если ты его удовлетворяешь, вы, кобели, всё равно не отказываетесь от случайных возможностей… Кто из нас лучше? Я? Или твои волосатые ночные обезьяны? – спрашивает она без перехода, имея ввиду американок.

- С тобой всё было иначе, - очень осторожно подбираю слова.

Опыт говорит, что даже с учётом возраста, такой разговор может быть весьма чреват разными интересными последствиями, в виде обид и огорчений.

- А что у нас иначе? – тут же требует она, утыкая палец мне под ребро.

- Знаешь, такое ощущение, что ты более безбашенная, - не могу сходу подобрать нужных слов, чтоб не ударяться в обесценивающий натурализм.

- У нас же нервные окончания чуть иные, в некотором смысле, - довольно щурится она без тени стеснения. – И в определённых местах… отличаются от ваших лупоглазых баб.

Хм. Ну и кто из нас более взрослый?

- Слушай, а ты безбашенный? – неожиданно загорается нездоровым интересом красноволосая и ложится на меня сверху.

- Э-э-э, ты сейчас о чём?

- А вот допустим…

*********

- Хм, это Курого звонит, - слегка удивился оябун входящему звонку уже в самом конце импровизированного несколькочасового совещания.

Затем Гэнки ответил на вызов.

- Ты уже наверняка сам в курсе обо всём? - без предисловий, опуская даже элементарные правила вежливости, откровенно заявил бывший полицейский.

Находящиеся в кабинете подчинённые с любопытством посмотрели на голограмму теперь уже бывшего начальника безопасности.

- Да. И с удовольствием встретился бы с тобой лично, чтоб обсудить некоторые нюансы наших дальнейших взаимоотношений. - Абсолютно спокойно предложил Томиясу.

Как бы намекая: развитие событий может идти разными путями.

- Я потому и звоню. Я ухожу из вашей организации и не хочу оставлять за собой хвостов, в любом смысле. Предлагаю встретиться где-нибудь на относительно нейтральной территории и подбить баланс, подводя черту. - Предложил Курого, уверенно глядя в глаза собеседнику.

- Что придумал? - спросил кумитё, вопросительно поднимая бровь.

- Открываю своё дело. С кем буду работать дальше - тебя не касается. На встрече можем обсудить взаимные гарантии, поскольку я тоже могу огрызаться. Если ты будешь давить.

- Ты так смел? - просто уточнил Томиясу, имея ввиду именно то что сказал. Без подтекстов.

- Нет, дело не в смелости. Кано - гаранты самой нашей встречи, - пожал плечами бывший полицейский. - Вцепиться другу в глотки мы всегда успеем. А вдруг получится о чём-то договориться?

- Определённая логика есть, - признал очевидное оябун. - По крайней мере, попробовать поговорить точно можем. Давай тогда, чтобы не тянуть, где-нибудь через час-полтора и пересечёмся?

*********

Неустановленный разговор двух абонентов. Оба голоса принадлежат женщинам.

- Кано, они договорились!

- Где? Когда? - говорящая на другом конце линии женщина явно принимает какие-то водные процедуры, поскольку на заднем плане отчётливо слышен плеск воды.

- Сегодня, через два часа, - обеспокоенно выпаливает собеседница. - Правда, место именно то, которое вы планировали…

- Хорошо, спасибо.

Разговор обрывается.

На фоне плеска воды, вторая собеседница отчётливо произносит, ни к кому конкретно не обращаясь:

- А иначе и быть не могло. Такие разговоры никто никогда не откладывает надолго.

*********

- Вот же тварь бесчестная, - Томиясу, нарушая сразу пару законов, выдернул из подмышки пистолет.

Следом за ним, словно бросаясь в воду, этот же жест повторил и его старый школьный товарищ.

- Хотя такого я здесь не ожидал, - абсолютно спокойно прокомментировал происходящее Ватару.

А ещё через секунду стёкла сорок пятого этажа неожиданно взорвались брызгами.

И помещение принялось наполняться ещё и полицейскими, влетающими внутрь снаружи, словно под ногами не было сотен метров высоты.

В суматохе первый выстрел прозвучал глухо. У кого первым не выдержали нервы, было неясно.

Но ровно через секунду в достаточно небольшом помещении огонь вели уже более двух десятков стволов.

Глава 13 (не уверен. Буду пречитывать)

- Ну, что там? - начальник муниципальной полиции, лично прибывший на место чрезвычайного происшествия, нетерпеливо глядел через плечо командира специального подразделения.

Командир специального взвода, вооружённого гораздо более серьезно, чем обычные полицейские оперативники, на специальном планшете сейчас лично обрабатывал данные, поступающие от дронов.

- Не мешай, - пробормотал он сосредоточенно, не отрываясь от экрана и даже не глядя назад.

Вообще-то, именно эту работу полагалось сейчас делать отдельному расчёту. Но недостатки финансирования на уровне префектуры наложились на штатные отпуска соответствующих специалистов – и теперь приходилось напрягаться самому командиру отряда.

Затеявшая перестрелку в замкнутом пространстве друг с другом якудза тоже была ещё тем клиентом.

- Это моя земля, - через минуту напомнил о себе муниципальный. – Я должен быть в курсе, что происходит.

Формально, вооружённый спецотряд подчинялся префектуре. Вместе с этим, действуя на земле муниципалитета, чуть ли не каждое действие до присвоения ситуации специального кода спецотряд обязан был согласовывать на местном уровне. А до специального кода при нынешнем законодательстве было, как до луны – по целому ряду деталей обстановки.

- Да подожди ты... - повторно отмахнулся работающий с планшетом. – Та-а-ак, а если датчиками подсветить... готово. - Он наконец оторвался от гаджета из заозирался по сторонам. - Камура! Готовьте штурмовые щиты!

Находившийся рядом подчиненный коротко кивнул и рысью убежал сторону двух больших автобусов.

Ещё через четверть минуты из специального транспорта посыпались на асфальт полтора десятка тяжело экипированных "специалистов". Группируясь тройками, они разделились на юниты за пятью тяжёлыми штурмовыми щитами.

Надо головой стрекотнула тройка дронов, заходя на посадку в специальные крепления на крышах автобусов.

- Ты мне скажешь, что происходит? Или нет? - напомнил о себе муниципальный начальник. - Давай не будем ссориться?.. - в его голосе прозвучало явственное предупреждение.

Опять же, если говорить о букве закона, командовать специальному отряду он не мог. Но запретить проведение операции, либо вмешаться в её ход после запуска - на это муниципальных полномочий вполне хватало, по крайней мере, на собственной земле.

Видимо, только что работавший с дронами сотрудник это и сам прекрасно понимал, потому что в следующий момент развернулся к коллеге:

- Извини, - он с усилием протёр глаза и потряс головой. - Я через расширение на дронах сосредотачивался. Трудно следить за чем-то ещё было. Я тебя не слушал, теперь могу говорить. Так что ты хотел?

- Это вы что задумали и что затеваете?! - муниципальный полицейский запоздало сообразил, что коллега вообще не обращал на него внимания, вплоть до последнего мгновения.

- Ну смотри. Там изначально было три активных группы. Давай говорить, первая, вторая и третья; по крайней мере, если судить по гильзам и позициям, так. Первая и вторая, частично уцелевшие, до сих пор перестреливаются между собой. И где-то даже не вяло. – В подтверждение его слов, сверху раздались звуки выстрелов. – Третья, такое впечатление, выпалила по паре раз в обе стороны, плюс по твоим орлам, а затем свалила через запасной выход. - Быстро доложил командир специального отряда. - Гражданских внутри нет, вообще. Критически раненых, которым необходима срочная медицина, тоже нет: либо померли, либо пару часов вполне ещё протянут. Там один даже вполне профессионально перевязанный вовсю воюет...

- Ты это всё со своих дронов понял?! - неподдельно удивился муниципальный.

- Ну да, - отзеркалил удивление его собеседник. - Видно же по гильзам, по температурной диаграмме, по следам на полу! Эй, слушай, я же тебя не учу, как кражи в супермаркетах расследовать?!

- Да я без претензий, - мгновенно сдал назад местный начальник. - Просто удивлён вашими возможностями…

- Эпоха нейро-концентраторов, - вздохнул одетый в полевую форму. - Сейчас многое иначе, чем даже пять лет тому. У кого аппаратное и программное преимущество, тот и рулит. Кстати! Я тебе уже сбросил наше экспертное заключение по обстановке через центральный сервер. Сейчас подтвердится – и ловите. Можешь не благодарить…

- Это для суда, для доказательной базы? - тут же оживился муниципальный, мгновенно выхватывая из услышанного главное.

- Угу. - Вооружённый представитель префектуры хлопнул себя по бёдрам и поднялся. - Ладно, мы пойдём. Их погоняем.

- А почему газом не хотите обезвредить?! Если, как ты говоришь, мирных и гражданских там никого нет?! – непосредственно засуетился местный, следуя в кильватере более боевого коллеги.

- Да если честно, своих потренировать лишний раз хочу. - Понизив голос, почти шёпотом ответил командир специального отряда. - Там четыре с половиной калеки на ногах, но обстановка вполне себе соответствующая. Как раз, в качестве обкатки...

- Красиво жить не запретишь, - уважительно покивал муниципальный. – А я бы своих, если честно, под выстрелы не погнал бы.

- Да какие там выстрелы, - отмахнулся представитель префектуры. - Их стволы против нашей седьмой степени защиты не пляшут. Только если что-то на идиота залетит… Говорю же, разомнемся. Мне вот другое интересно: где они с собой столько патронов набрали, столько времени палить?

*********************

- Ответь на вызов! - весело отозвалась снизу Цубаса, на время прекращая одно своё очень интересное занятие. - А то я ещё полчаса до судорог в челюстях трудиться буду! Пока ты решаешь, что важнее, хе-х.

- Ну, - с сожалением отозвался Маса, кивнув. Затем, поднявшись, потянулся за своим смартфоном. - Кто тут такой настойчивый...

- Не говори, - хихикнула красноволосая. - "Они поменялись местами".

Она сейчас имела в виду, что их второй раз подряд отвлекал от дела телефонный звонок. Правда, на этот раз звонили уже ему, а не ей.

- Эй, видео убери! - зашипела Кимишима, в броске доставая упавшую на пол простынь и тут же ею оборачиваясь.

- Упс... - слава богу, её парень не успел принять входящий вызов в полноценном видео режиме.

- Угу!.. - Многозначительно покивала она Масе, явно не блиставшему гениальностью в работе с гаджетами.

*********

Там же, через пять минут.

- Ничего себе. - Цубаса, не стесняясь, полноценно присвистнула.

Затем, подумав, уронила с себя простынь и полноценно обняла Масу сзади, старательно прижимаясь к нему всем телом и пробегая пальцами по его груди.

- Я могу что-то сделать для тебя прямо сейчас? - уверенно спросила она, опускаясь руками ниже.

И старательно контролируя его пульс, дыхание, эмоциональный фон и некоторые гормоны в крови, через тактильный контакт.

- Если только закончить начатое, - криво улыбнулся одноклассник.

- Конечно. Без проблем. Закончу, - уверенно кивнула Кимишима-младшая, сводя брови вместе и кое-что прикидывая про себя. - Давай обсудим это всё? И я тут же закончу. Так что будешь дальше делать?

- А что делать? Тренироваться! - фыркнул одноклассник. – Турнир – наше всё! А если серьёзно… Насколько я понимаю, это стандартная для отца и его бизнеса ситуация. Тем более, ты слышала? Мивако говорит, всё под контролем лично у неё. Оябун – вообще её брат… Адвокаты заряжены, уже работают. Прокуратура предварительно разобралась, у полиции претензии только по незаконным стволам. Дней пять-семь максимум. Если верить предварительным итогам экспертизы, лично отец никого не убил; только защищался.

- В школе могут пойти разговоры, - многозначительно намекнула Цубаса. – Хотя-я-я, говорят, ты уже давно привык к разным интересным разговором за спиной? За всё предыдущее время учёбы?

- Угу. Тот случай, когда нет худа без добра. Чёрт, а ведь как я вовремя на ловлю морского гребешка записался... - сообщил товарищ то, чего раньше не говорил.

- Сейчас я закончу, что обещала; а потом ты мне всё расскажешь! - потребовала красноволосая, возвращаясь к своему предыдущему занятию.

- М-м-м… Хорошо-о-о-о... Расскажу-у-у-у… Разве я могу тебе в чем-то отказа-а-а-ать...

*********

Жизнь очень часто бывает похожей на анекдот. Причём, проявляется это в такие моменты, когда тебе самому не до смеха.

Мы с Цубасой продолжали заниматься кое-чем интересным в её комнате, когда мне позвонила Мивако и сообщила, что отца арестовали.

Втройне интересным было то, что поймали родителя с оружием в руках, в момент какой-то перестрелки.

Да, у меня с ним сложные отношения; и к нему тоже сложное отношение. Но, как бы там ни было, это мой отец. Здесь. И не самый плохой, если разобраться.

Красноволосую, как и всех женщин, в первый момент озаботил только один вопрос: а что скажут люди?

А я, стараясь не подавать виду, поймал себя на том, что здорово испугался.

По словам секретарши, отец отделался какими-то царапинами и легким испугом. Видимо, у пьяных есть свой бог: споткнувшись после входа в какое-то интересное помещение, отец крайне удачно грохнулся на пол сам, затем подбил своего начальника.

Они, оказавшись на полу, абсолютно случайно пропустили над головами предназначавшиеся им приветствия от местного торжественного комитета по встрече.

А ещё через секунду оказалось, что это вообще всё подстроено: через окна внутрь посыпались надлежащим образом экипированные стражи порядка из муниципального департамента.

Кто-то из приглашавшей стороны "не растерялся" и принялся тут же палить в другую сторону, уже по полицейским.

Те, не будь дураками, моментально пристрелили инициатора переполоха (ну или кто это там был), но и сами вынуждены были отступить, кто обратно в окна, а кто в коридор: огонь комитета по встрече был, вроде как, достаточно плотным. Потому что вёлся вообще из автоматического оружия.

Попутно, это уже лично мне интересно: как можно отступить в окно, находящееся на сорок пятом этаже? Надо будет расспросить об этом Цубасу после того, как... Она наверняка знает...

В общем, Мивако меня одновременно и испугала, и успокоила. Главное - что батя был жив и здоров, не смотря ни на что. Относительно. Издержки похмелья и пара царапин - сущая мелочь в сравнении с тем, что могло бы быть.

Я сейчас остаюсь вроде как единственным мужчиной в семье и на хозяйстве.

Судя по некоторым деликатным намёкам секретарши отца и стоявшей у неё за спиной матери, некоторые финансовые вопросы будут нам актуальны как минимум несколько дней. Потому что они спросили, сколько денег у меня осталось на карте, с которой я хожу по магазинам.

*********************

Узнав о случившемся, Ю бросила вечеринку и понеслась домой.

Поскольку ехать пришлось через весь город, ещё и «против шерсти», дорога заняла чуть не три часа. Вбежав домой, она обнаружила мать и секретаршу отца на кухне, мирно пьющими чай.

Перемыв по шесть раз в разговоре всё известное, она в итоге попрощалась и направилась к себе – переваривать случившееся.

Что ни говори, но приятным это назвать было сложно.

По пути, Ю неожиданно для себя передумала: сполоснувшись в душе на втором этаже, она, не одеваясь, направилась не в свою комнату, а к брату. Мать сказала, что он пришёл намного раньше и уже лёг спать.

Дверь была закрыта мелким поганцем на задвижку изнутри, но эту задвижку она лично, своими руками, вышибала буквально день тому.

Дёрнув двери комнаты Масы особым образом, Ю с удовлетворением отворила её через секунду, подхватив падающий на пол запор.

Нырнув в темноте под плохо видимое и смутно зашевелившееся одеяло паршивца, она крепко обхватила его под одеялом и многообещающе зашептала паршивцу на ухо:

- Вот сейчас я тебе устрою сладкую жизнь…

В следующий момент ей в глаза зажёгся фонарик смарта – и красноволосая одноклассница брата упёрла твёрдый указательный палец Ю под челюсть:

- Руки от меня убери! Извращенка… Маса, проснись! Тут к тебе сестрица пришла, пообщаться. Не совсем одетая.

Глава 14 (добавление выделено цветом)

Вообще-то, Сэй бы никогда не согласился на подобный альянс, тем более в открытую. Но буквально накануне у него состоялся один неожиданный разговор, который и сделал сегодняшнюю беседу со спортсменами возможной.

*********

Вчера, после тренировки, когда он зашёл в привычный спортивный бар припасть к здоровому питанию, на его номер неожиданно позвонили. Он не успел ответить, поскольку пару секунд усиленно соображал, кому мог бы принадлежать этот незнакомый номер.

Пока он перебирал в голове варианты, звонивший изменил намерение - и вызов прервался.

Он уже собрался перезванивать неизвестному торопыге сам, когда по его плечу сзади хлопнула чья-то рука:

- Нагано, Сэй? - выдохнул прямо в ухо, с расстояния в сантиметр, незнакомый женский голос.

Усилием воли сдержавшись (и не подпрыгнув на метр вместе с барным стулом), каратек медленно обернулся. Чтобы увидеть перед собой примерно двадцатилетнюю брюнетку.

Та была одета в расстегнутую кожаную куртку и глубоко декольтированную майку, под которой нижнее бельё только угадывалось.

Абсолютно случайно Сэй опознал в аляповатых серьгах и кулоне крайне недешёвый гарнитур из новой коллекции третьего в регионе кутюрье, имевшего, в том числе, и своё ювелирное производство.

- Да, это я, - он искренне удивился. - Могу ли поинтересоваться, с кем имею честь?

Нагано наклонился вперёд в порыве встать со стула для приветствия, но незнакомка уверенно придержала его за плечо:

- Я присяду рядом? Есть разговор.

- Да, конечно, - озадаченно кивнул Нагано.

- Если ты не против, давай на ты? - продолжала развивать наступление брюнетка, делая знак бармену подать ей ровно то же, что за стойкой ел и пил Сэй.

- Кто б на моём месте стал отказываться, - фыркнул каратек, оценив не самый простой макияж, маникюр в виде собственных портретов на каждом ногте (выполненных каждый с разного ракурса); и простые на вид туфли, стоявшие на самом деле дороже платинового гарнитура. Сделанного, кстати, с прицелом имитации нержавеющей стали.

- Меня зовут, м-м-м... - незнакомка словно бы замялась, намекая, что имя выдумает прямо сейчас.

- Эээ, только врать не надо! - мгновенно среагировал спортсмен. - Я, если что, на это знакомство не напрашивался! Хотя и вполне ему рад. - Он уже собрался с мыслями и сейчас демонстративно отклонился назад, разглядывая свою собеседницу в полный рост.

- Вот ты зануда, - вздохнула незнакомка, обернувшись вокруг своей оси на вращающемся стуле на триста шестьдесят градусов. - Это чтобы тебе всё в подробностях было видно. Разглядел?

Вместо ответа, Сэй только поднял вверх оба больших пальца.

Словно по мановению волшебной палочки, перед незнакомкой тоже появились тунец с рисом и овощами (как и у парня), смесь из нескольких соков в высоком стакане и бутылка воды.

- Ладно. Можешь звать меня Мао, - кажется, уже серьезно предложила незнакомка. - М-м-м, вау! А здесь вкусно!

- И готовят быстро. И стоит относительно недорого, - поддержал беседу парень, с удивлением наблюдая, как Мао в три присеста расправляется с порцией, которую сам он обычно ел минут пять.

- Дай. - Явно не страдающая комплексами незнакомка бросила на свою тарелку половину овощей с тарелки Сэя.

- Могу ещё заказать, - развеселился почему-то тот. - Я не нищий.

- Деньги ни при чём, - покачала головой брюнетка. - Могу и тебя угостить, причём не только здесь, - она задумчиво обвела взглядом заведение. - Слушай, нет. Неправа я. Место более чем пристойное, по крайней мере, кухня… Просто они тут почему-то в интерьер вкладываться не стали.

- Это обычный спортивный перекус для тех, кто тренируется на той стороне улицы, - пожал плечами каратек, указывая на панорамное стекло заведения за своей спиной. - Сюда будут ходить почти круглые сутки, в любом случае, какой интерьер они тут ни сделай. Потому хозяева и остановились на уровне разумной достаточности, вместо дорогой мебели вложившись в более чем качественную и недорогую кухню. Я, кстати, отсюда пару порций с собой и домой беру: даже родители с удовольствием едят, - зачем-то признался он.

- Да. Я погорячилась, - встряхнула волосами в воздухе Мао. – Нормальное место.

Подумав пару мгновений и пощёлкав в воздухе палочками, она уверенно выбросила на пальцах просьбу бармену о еще одной добавке.

Разделив через полторы минуты поданное между собой и Сэем, она довольна погладила себя по животу;

- Наелась почти. Хм, а ведь и вправду, наредкость пристойное заведение... Кто бы мог подумать.

- Это всё, конечно, очень интересно, - хмыкнул парень, не торопясь доедать свою порцию. - Но «Я - Мао» - это слишком мало для моего понимания нашего знакомства. Ты вообще кто?

- Двадцатилетняя студентка технологического университета; умная, весёлая, спортивная и неплохо образованная. В будущем, - добавила она, снова примериваясь к тарелке Нагано. - Ну и ещё я из Ходзё, - завершила брюнетка пояснение, забирая у каратека кусок его омлета. - Целого не съем, а кусочек яйца хочется!

- Да на здоровье, пф-ф. Ходзё... муниципальные выборы! - мгновенно сообразил Сэй. - Эх, вот так всегда! - он делано посокрушался и покачал головой.

- Ты о чём? - искренне не поняла его собеседница, даже переставая жевать и поворачивая голову в его сторону.

- Всё хорошее всегда заканчивается, не успев начаться по-настоящему, - пояснил он, указывая взглядом в разрез её футболки. - Я-то по началу подумал, что какая-то сногсшибательная фемина заинтересовалась мной, как мужчиной. А речь, скорее всего, пойдёт об интересах одного непростого семейства в соседнем муниципалитете. Хотя искренне и не соображу, каким местом я леплюсь ко всему этому.

- Одно другому не мешает, - буднично пожала плечами брюнетка. - Э-э-э, ну завязывай тормозить! Как, думаешь, я тебя нашла?!

- Хотел именно об этом сейчас спросить у тебя, - рассудительно улыбнулся Нагано. - Как и на всякий случай поинтересоваться причинами твоего ко мне визита.

- Ну-у, может, ты выставил свои достаточно откровенные фотки на личном сайте? - предложила Мао, поощряюще поднимая бровь. - Может, меня впечатлили торс и мышцы? И я захотела проверить, а такие ли они в реале, как на фото?

- Настолько впечатлилась, что поехала сюда? - продолжил вежливо улыбаться парень. - Как-то не сильно достоверно. Двадцатилетние студентки технологического университета очень редко едут через половину города вечером только для того, чтобы познакомиться с семнадцатилетним школьником.

- И да, и нет. - Вздохнула незнакомка. - У меня к тебе действительно есть деловое предложение, и изначально я здесь из-за него. Но, посмотрев на тебя в реале, подумала: почему бы и нет? Одно другому иногда действительно не мешает. – Она поощряюще и многозначительно провела рукой по щеке каратека.

- Звучит, как в сказке, - искренне и открыто улыбнулся спортсмен.

- М-м-м, ну давай докажем тебе сперва серьезность моих намерений? - иронично похлопала ресницами девушка в платиновом гарнитуре, имитирующем нержавейку. – В качестве задела нашего с тобой будущего взаимного доверия. Как насчёт прошвырнуться в ближайший лав-отель на часик?

- Так не бывает, - энергично потряс головой Сэй, словно отгоняя наваждение. – Хотя идея соблазнительная, чего уж. С моей субъективной точки зрения.

- Через час повтори мне эти свои слова о том, как и чего не бывает, - фыркнула Мао, бросая на стойку крупную купюру и обращаясь уже официанту. - Это за двоих!

Зачем она легко соскочила с высокого стула и уверенно сдёрнула за руку собеседника со второго.

- За лав-отель тоже плачу сама, - весело улыбнулась она. - Как старшая. С эрекцией у нас всё в порядке?

- Пока не жаловались, - озадаченно ответил Нагано, давая себя увлечь к выходу. – Э-э-э, но так не бывает! Сказок нет!

- Расслабься. Для тормозов: повторишь мне это всё через час…

_____

А ещё через полтора часа Сэй Нагано, шагая домой пешком, продолжал искренне про себя удивляться и думать: ради такого приключения, можно пойти и не на такое сотрудничество.

Тем более что эта Мао из младшей ветви семьи Ходзё ничего особенного и не требовала. По крайней мере, ничего такого, что расходилось бы с его личными планами или интересами.

Попутно, парень сделал еще один парадоксальный для себя вывод: оказывается, и в выкладывании персональных деталей в сеть тоже может быть свой неожиданный плюс.

Например, если взрослая красотка, за каким-то непонятным дюделем, решит с тобой встретиться лично, то она как минимум может подойти в заведение, которое ты регулярно посещаешь в одно и тоже время.

*********

- Давай договариваться. – Бывшие конкуренты и соперники со спортивного отделения ожидали его ответа. – На всякий случай. Предлагаем для начала забыть всё, что было раньше. И начать с чистого листа.

- Не то чтобы я возражал, - хмуро ответил новый учащийся математического отделения. - Но как-то это всё не очень красиво звучит. Не находите?

- Зато приятно!

- А пердеть на всю столовую очень красиво?

- А по голове изо дня в день от дурачка получать очень красиво?

Камада, Итакура и Уэда тут же наперебой не полезли за словом в карман.

- Да вы просто асы дипломатии, - скептически ответил каратек. - Специально уроки брали? Как расположить к себе собеседника с первых слов и склонить его к своей позиции? Насчёт «каждый день по голове» – это случайность. Долбаная случайность!

- Эй, у нас же были предварительные договоренности! Чего ты сейчас включаешь заднюю?! - с досадой поморщился староста спортивного отделения.

- У нас были чуть другие договорённости, - выделил предпоследнее слово Сэй. - Во-первых, я с бабами воевать не подписывался. Во-вторых, предложение слишком уж хорошо совпадает с тем, что мне подсказали вчера, в другом месте. А я отчего-то, чем дальше, тем более недоверчив ко всякого рода совпадениям, потому что…

- СТОП! - Уэда решительно поднял руки. - Свои секреты держи при себе! От нас могу только намекнуть: нас тоже могли заинтересовать со стороны. Хотя-я-я, возможно, и не так, как тебя, - он оценивающе смерил взглядом бывшего соперника. - Ты только что не цветешь и не пахнешь, как апрельская хризантема. Кто-то тебе вчера здорово поднял самооценку. Боюсь даже догадываться...

- Какой идеальный анализ для тупого физкультурника! - восхитился Нагано.

- Щас в морду двину, - вяло огрызнулся староста спортивного отделения. - Так что, работаем вместе? Там, если что, прямо сейчас суетиться не нужно! - напомнил он. - Вот когда тот самый момент настанет, тогда надо будет просто очень быстро поразвлечься с красноволосой.

- Заодно на камеру снимем, чтоб наши лица в кадр не попали, - искушающим бесом добавил Итакура. - Все в итоге довольны; чистое хулиганство, если что. Но – шикарный масс-эффект.

- Давайте вначале того самого момента дождёмся, - раздражённо кивнул бывший гуманитарий. – Ладно, чёрт с вами… Тогда я пока просто учусь, никого первым не трогаю.

*********

По всем правилам, до суда их должны были поместить в предварительную полицейскую тюрьму. И это ещё в том случае, если бы содержание под стражей сочли целесообразным.

Там, несмотря на спартанские условия, в камере обычно находятся несколько человек и разрешены встречи с родными и адвокатами. При известном желании и некотором негласном финансировании, на последнее можно было бы вообще тратить по нескольку часов в сутки. Что, в условиях даже самой либеральной японской тюрьмы, является почти роскошью.

Наличие же хоть каких-то сокамерников тоже являлось потенциальным плюсом, по вполне определенным причинам. И Ватару, и Гэнки вполне представляли бы, что делать в этом случае.

Однако, с места так и не состоявшейся встречи с бывшим начальником безопасности их, попетляв по городу, привезли к отдельно стоящему зданию, где вот уже лет двенадцать как размещались борцы с терроризмом.

- Однако, почёт оказывают, - пробормотал оябун в коридоре.

И тут же получил сильнейший разряд электричеством.

- Говорить не разрешали, - спокойно и почти доброжелательно произнес тот из охранников, который и применил шокер.

В нарушение достаточно четких (и им самим весьма неплохо известных) правил, и Ватару, и Гэнки с самого начала запихнули в одиночные изолированные камеры. Несмотря на то, что в одиночки без поводов не сажали вообще.

Попутно их лишили возможности общаться друг с другом и согласовывать позицию.

Асада-старший, успокаивая себя мысленно, добросовестно просидел, как и полагается в этом помещении, следующие несколько часов на корточках, прижавшись спиной к стене и глядя перед собой.

Звуковой сигнал, оповещающий обычно о возможности сменить положение тела, в этот раз сработал вхолостую.

Либо кому-то было очень неплохо уплачено за то, чему финансист пока не мог найти рационального объяснения.

- Странно, - почти неслышно пробормотал Ватару сам себе, что уже было нарушением регламента.

Затем, недолго думая, он выпрямился и подал голос на весь этаж (благо, звукоизоляцией здесь и не пахло):

- Эй, давайте соблюдать правила! И следить за временем!

Буквально через пару минут Асада-старший оказался предсказуемо избит тройкой молодых и крепких охранников, причём один из них всё это время удерживал его удушающим приемом, пока финансист в середине экзекуции не потерял сознания от удушья.

В себя Ватару пришел в камере той архитектуры, где, по логике, должен был оказаться с самого начала: стоящие вдоль стенок двухъярусные кровати чётко говорили, что помещение рассчитано на шесть человек.

Самое смешное, что здесь всё равно никого не было.

- А ведь я не террорист, я только защищался... - хмыкнул он, поднимаясь с пола и занимая одно из нижних мест.

Сказать по правде, попытки нагнать на него жути работали сейчас далеко не в полном объёме.

Формально, на стороне желающих их с Томиясу изолировать были двадцать три дня предварительного заключения. В потенциале.

В течение этого времени, по закону, прокуратуре и полиции официально разрешалось собирать материалы для так называемой всеобъемлющей правовой оценки случившегося.

А с другой стороны, само отдельно стоящее здание борцов с терроризмом никак не располагало к затягиванию правовой квалификации происшествия. По роду занятий, Ватару отлично знал: у прокуроров тоже есть свои инструкции. Каждый потенциально обвиняемый никогда не задерживался именно по этому адресу более, чем на сорок восемь часов. В течение первых же двух суток его либо обвиняли официально, с последующим переводом в ту самую полицейскую тюрьму до суда.

Либо - если речь шла о взятых места происшествия свидетелях, для отработки горячей информации - отпускали восвояси, честно извинившись.

Это место (как и остальные тюрьмы Японии, всех пяти видов) было рассчитано на максимальное подавление попавшего сюда.

Спорить или протестовать было глупо, особенно если учесть, что в адрес финансиста сейчас достаточно серьёзно нарушались целые параграфы законодательства.

Приведя мысли в порядок, Ватару усилием воли расслабился и решил просто подождать. Электронных систем фиксации никто не отменял: в течение самое большее двух суток с момента, как он переступил здешний порог, всё так или иначе решится.

Тот случай, когда система, работая против тебя, работает и для тебя.

Кормить, что интересно, его никто не стал. Слава богу, что вода в кране была для питья относительно пригодна. За неимением любой иной альтернативы.

Была уже поздняя ночь, когда его разбудили открывающиеся замки и громкие команды охранников.

Ещё через пять минут, попетляв по коридорам и сопровождаемый, как на казнь, Ватару к своему удивлению оказался в самой обычной переговорной комнате.

Ну, насколько обычным можно было считать её здесь.

Втолкнув его внутрь, сопровождающие без лишних слов захлопнули противоударные и прозрачные двери снаружи.

А в помещении его уже ждали.

- Я искренне извиняюсь за те неудобства, которые вам пришлось стерпеть ради этой беседы. - Холодно глядя на вошедшего глубоко посаженными рыбьими глазами, вроде как поприветствовал его сидящий за столом иностранец.

Несмотря на азиатское лицо и вполне японский костюм собеседника, в голосе того был ощутим узнаваемый и достаточно сильный акцент.

Китаец, понял Ватару буквально после пары фраз.

Не дожидаясь приглашения либо команды, он прошёл к второму стулу и уселся напротив. После чего так же молча принялся рассматривать инициатора беседы.

Попутно, Асада-старший задавался вопросом: а что вообще происходит? И как это всё возможно в принципе?

- Я не буду ходить вокруг да около и сэкономлю ваше и своё время, - продолжил обладатель японского костюма и китайского акцента. - Формально, я в этом здании представляю некоторую государственную структуру другой страны. Это вполне официальная функция, хотя и неизвестная широко простым людям. Мне стоило очень большого труда устроить нашу с вами встречу.

- Видимо, не только труда, - заметил Асада. - Предполагаю, что это удовольствие ещё и далеко не бесплатно.

- Вы даже не представляете, насколько, - согласился китаец. - Но не в том виде, в котором вы думаете. Администрация этого изолятора не имеет ни иены и всего лишь выполняет приказы и долг, вместе с инструкциями. Но вот на уровне всей вашей префектуры, диалог с моей страной ведётся уже гораздо более живо.

- К делу, - насмешливо перебил собеседника финансист.

А про себя дал самому себе честное слово по выходу отсюда разобраться: каким это образом на японской земле хозяйничает кто-то другой, не будучи японцем?

- Я мог бы долго рассказывать и пояснять хитросплетения муниципальной политики и префектуры, - не обратил внимание на грубость китаец. - А также, я мог бы проиллюстрировать связи вашей организации с коллегами у себя дома, - упоминая про коллег, он буквально выплюнул это слово. - Но мы с вами будем конструктивны. Мне от вас нужно всего лишь одно.

Ватару, не тратя сил и времени на слова, иронично и вопросительно изогнул правую бровь.

- Ключи от анонимных счетов вашей организации. – Твёрдо сказал китаец, холодно глядя на финансиста. – На нашей территории. Просто ключи от анонимных счетов в банке… - а дальше прозвучало название финансового института, которое Асада-старший никак не ожидал услышать от кого-либо вообще, в связи с деньгами организации.

Поскольку сам факт нахождения там счетов,по определению, никому не должен был быть известен

Глава 15

Финансист, несмотря на текущую внешнюю непрезентабельность, когда было надо, умел думать очень быстро.

Какая-то часть мозга Ватару даже принялась прямо сейчас, несмотря на изъятый на входе нейро-концентратор, прикидывать альтернативные варианты развития событий. Учитывая правовые и финансовые последствия сразу для нескольких денежных цепочек, включая оценку рисков.

Производительность расчётов, ввиду отсутствия гаджета, местами явно страдала.

Через пару секунд молчания Асада-старший, повинуясь второму независимому порыву, саркастически хмыкнул:

- До чего странные времена. Ведь ожидается, что в этих стенах защищать кое-какие интересы буду совсем не я. А чуть другие люди.

Несмотря на его достаточно спорный род занятий, флаг страны никогда не был для Ватару пустым местом.

В отличие от своих приёмных детей, он был японцам не только по месту проживания и цвету паспорта, но и по происхождению, до последней капли крови. А также по образу мыслей.

- И ведь как занятно будет, если я - единственный на такое солидное заведение, кто точно знает, что делать в этой ситуации. - Как-то слишком серьёзно сообщил он китайцу. – Знаете, если бы речь шла только о моих деньгах, я бы, возможно, ещё подумал, что вам ответить. Как минимум, попытался бы поторговаться на тему перспектив. Причём, неважно, есть у меня упомянутые вами деньги или нет.

- А мы ведём речь не о ваших, а о каких-то иных деньгах? – одной половиной лица улыбнулся китаец.

Глаза его оставались холодными.

- Боюсь, что в данном случае вы слишком вольно трактуете понятие юрисдикции, - искренне ответил японец. – Я бы мог много чего на эту тему прямо сейчас сказать, но не буду…

А в следующий момент финансист, чуть удивленно пожав плечами, просто плюнул через неширокий стол. Безошибочно попадая в лицо своему собеседнику.

Как оказалось ещё через несколько мгновений, незаметность видимого наблюдения вовсе не равнялась его отсутствию.

Материализовавшиеся в помещении пятеро охранников, сбив задержанного со стула, принялись приводить его в чувство по вполне социальной и разрешённой здесь процедуре.

Подставить голову под удар ноги в суматохе было делом техники. Утирающийся (во всех смыслах) китаец был последним, что с удовлетворением наблюдал якудза перед тем, как окончательно потерять сознание.

*****

- Ну что? Как всё прошло, даже неудобно тебя спрашивать? - офицер-японец, глядя на своего иностранного коллегу, откровенно сдерживает смех.

- Иди в задницу, - спокойно отвечает китаец. - Досадно, конечно, что ничего не получилось... Но мы хотя бы попытались.

- Да. Лучше попробовать один раз - и ни о чём не жалеть, выбросив из головы... Слушай, а с чего ты вообще решил, что у них там есть какие-то счета? Вы что, на самом деле присматриваете за свободной экономической зоной?

- Не прямо. Просто у нас недавно прихватили одного интересного человека в регионе... - китаец произносит географическое название. - При нём была достаточно солидная сумма наличными. Стали разбираться, откуда деньги.

- Да ну?! - искренне вскидывается японец, перебивая собеседника. - Где этот ваш регион - и где мы?!

- Понятно, что там вы точно ни при чём, - с досадой морщится китаец. - Но из того банка не так давно уволили целую половину отдела, какие-то работники с клиентами из операционного управления. К кое-кому из них, особо обиженному на несправедливость, деликатно подкатывали мы. Список анонимных клиентов получили… Хотя и не полный; но с перечнем неких интересных неформальных организаций из вашего девятого бюро местами пересекается.

- А-а-а, вы же теперь и из девятки всё получаете, - спохватывается чин, ответственный за международное сотрудничество в этом здании. - Да, точно…

Откровенно говоря, китаец и сам не особо рассчитывал, что из затеи что-то получится (хотя и такого вот завершения беседы тоже не ждал).

Но, кроме декларируемых интересов, у него были и неафишируемые. Именно в их продолжение он и задал следующий вопрос:

- А сколько вы теперь этих двоих тут продержите?

- Не знаю, - искренне ответил местный, отвечая на неправомочный вопрос. - По идее, на проверку квалификации уйдёт максимум до трёх суток. Это я тебе по опыту говорю: там один отдел в прокуратуре всё отложит, а этим в первую очередь займётся.

- А потом что?

- А потом, скорее всего, это дело у нас заберут: ну какой тут в одном месте терроризм? Стопроцентная тема для той самой девятки, а не для нас. Требования ими не выдвигались; замес был в изолированном месте, - японец отгибает от кулака пальцы. - Ладно, не переживай, - он хлопает знакомого по плечу. - Все варианты надо отрабатывать всегда. Просто попытались.

- Спасибо за помощь, - нейтрально кивает иностранец. - Если возникнут вопросы, действуем, как договорились.

___

Из-за ярко выраженной специфики работы в этом здании, периодически могли возникать правовые коллизии.

Так, иностранные граждане и сотрудники аналогичных иностранных служб, имеющее сюда физический доступ в рамках межправительственного сотрудничества по теме (и при отработке региональных программ), имели формальное право по собственной инициативе инициировать процессуальные действия с фигурантами.

Разговор китайского офицера с японским финансистом, если опираться на правила этого здания, не являлся нарушением каких-либо процедур до тех пор, пока этаж содержания задержанных не получал иного приказа от японского руководства.

Китаец не стал говорить коллеге, что, кроме объявленных служебных интересов, у него могут быть ещё и никому не известные личные.

*********************

Для того, чтобы из комнаты брата дойти через весь коридор до своей, ей ночью пришлось одевать на себя его куртку: в маленькой верхней гостиной среди ночи некстати принялась возиться мать.

Видимо, ей не спалось на почве переживаний за отца.

Ю, кстати, и так чувствовала себя ниже плинтуса. А если, по пути из спальни этого паршивца, в одном полотенце, ещё и встретить мать - вот уж тогда точно программа по приключениям будет выполнена на триста процентов. Причём приятными эти приключения никак не назовёшь.

Что интересно, красноволосая не полезла за словом в карман и предложила сделать фотосессию, прямо на месте, в главной роли с самой Ю. На собственный смартфон, старательно прихватывая в кадр дремлющего Масу.

- Давай открыто, - рубанула в лоб явно нестеснительная одноклассница так называемого брата. - Твоя мать не знает, что я здесь, это правда. Моя тоже думает, что я сплю в своей комнате дома. Хотя-я-я, - задумчиво протянула Цубаса, - если моя меня среди ночи и хватится, то на моём письменном столе она найдёт мою записку. И тут же перезвонит мне. – Стерва потрясла своим смартфоном в воздухе.

- Ты это к чему? - Ю хмуро смотрела на вторую девчонку в постели, рядом с собой, пытаясь придумать в этой ситуации что-нибудь искрометное.

В голову, как на зло, ничего не приходило.

- А я это к тому, что твоё присутствие здесь компрометирует тебя гораздо больше, чем наше - нас, вместе взятых. - Рассудительно пояснила Кимишима. – Логичен такой мой вопрос: ты сейчас сама отсюда умотаешь? Или займёмся акробатикой? - красноволосая демонстративно похрустела суставами правого кулака. – Заодно и твоя мать на шум подтянется.

- Я могу ведь решить и рискнуть, - зачем-то пригрозила Ю.

Ей очень не хотелось идти на попятный в собственном доме.

- Давай, - равнодушно пожала плечами пассия Масы и тут же деловито полезла из-под одеяла. - Если что, я здесь только ради того, чтобы его успокоить… Во всех смыслах. Ну так что? Ты вылезаешь?

***

Наутро брат с этой паршивкой свалили ни свет, ни заря. К счастью.

Ещё только взаимных многозначительных взглядов для полного удовольствия не хватало бы.

У Масы вроде были запланированы какие-то тренировки, прямо спозаранку; а красноволосая ему в чём-то там помогала.

Ну пусть. Наконец, мелкий взялся за ум – это можно было утверждать с известным оптимизмом.

Когда Ю сама выбралась на кухню, она застала там мать вместе с секретаршей отца. Они явно обсуждали что-то эмоциональное, потому что при её появлении мгновенно замолчали, неловко переглядываясь и беззвучно открывая рты.

- Эй, ну вы чего? - недоуменно покосилась на них Ю, протягивая руку за заварником. - Я взрослая! Я вам что, помешала так сильно?! Что за секреты?!

- Мы о финансах, - явно смущаясь, ответила за двоих мать. - Из-за этого происшествия с твоим отцом, у нас все карты заблокированы.

- Ч-чё-ё-ёрт, вот это номер, - искренне огорчилась Асада-младшая. - И что теперь делать? Опять все планы псу под хвост.

- У твоего брата на карте, с которой он ходит в магазин, должны остаться какие-то деньги. Он в течение получаса посмотрит остаток, - нейтрально ответила Мивако. – Он сейчас на уроке, не может лезть в приложение до перемены.

- Да, - подхватила мать. – Ну и какие-то продукты в доме есть! Как-то проживем несколько дней.

- Всё осложняется тем, что дела абсолютно всех наших организаций заморожены, - невпопад вздохнула секретарша. - Недоступны ни основные, ни резервные возможности. Так бы я и сама управилась, но сейчас… Понятно, что это всё недоразумение и блокировка незаконна, по большому счёту. Но мы пока даже предсказать не можем, как долго это всё затянется. Хотя юристы и называют максимальный срок в неделю, со вчерашней даты.

- А мелкий вчера у меня разделся, так что его куртка сейчас в моей комнате, - технично перевела стрелки Ю. - Сейчас сбегаю наверх. Может быть, его карта в кармане?

Ещё через полминуты Асада-младшая спустилась вниз с широко открытыми глазами, разинутым ртом и курткой и брата в левой руке. В правой она держала три надорванные банковские пачки наличных:

- Карты в куртке не было, но было вот это. - Она озадаченно свалила деньги на стол.

Мивако от чего-то улыбнулась и присвистнула:

- Кажется, я знаю, как нам дожить неделю, пока не отпустят Ватару.

Затем принялась что-то лихорадочно набирать в мессенджере, явно Масе.

*********************

На входе в заведение, что интересно, стоит уже совсем другая охрана.

Ну, это где-то логично, учитывая некоторые последние события.

Вежливо интересуюсь, на месте ли такой-то и такой-то.

В отличие от предыдущих, охранники вежливо кивают и через минуту я падаю спиной на диван в уже знакомом кабинете:

- Рюсэй, дай взаймы?

- Дал же вроде? И в выходной ты едешь собирать гребешка, - сосредоточенно отвечает товарищ.

Который, кажется, может делать несколько дел одновременно.

- Ты что, с ними общался обо мне? – доходит до меня через секунду.

- Да. Вернее, они со мной. Звонили спрашивали, ты ли это. После твоего им звонка.

- Ну, да. Я – это я. Я им действительно звонил, узнать, что да как.

- Что насчёт взаймы? Тебе на что на этот раз? – он наконец отрывается от монитора.

- А сейчас я вообще не от себя. Мивако просила тебе передать, что и её, и Томиясу, и отца все аффилированные не то что юрлица, а даже частные счета заблокированы. Даже те, которые записаны лично на них. В рамках какого-то там производства…

- Я В КУРСЕ, - кивает он, перебивая меня. - Вполне привычное дело, пока твой отец и Гэнки сидят. Ну, или до суда так останется, как вариант. Но это бодяга не на час и не на день! – Кажется, он сейчас разговаривает сам с собой. – Да, я ждал, что кто-то придёт за наличными. От Гэнки точно ждал. Окей, могу, конечно. Вам сейчас сколько надо?

– Упс. Я спрошу Мивако. – Тянусь за смартфоном. – Я сказал, что после школы к тебе, по делам. А она попросила провентилировать, что у тебя и как. Плюс насчёт наличных поговорить. А то, говорит, телеметрия от тебя утром какая-то интересная пошла. Она решила не звонить лично, на всякий случай.

Рюсэй весело смеётся, затем лезет в свой гаджет:

- Я и тебе, и ей отправил видеоотчёт. Можете смотреть.

*********

Таймер в углу записи показывает сегодняшнюю дату, раннее утро.

На главном экране, поверх пары десятков окошек, транслирующих изображения с каждой из камер, виден вход в трёхэтажное здание клуба.

Возле входа стоят несколько человек в форме токийского департамента полиции плюс пара человек, одетых в штатское.

- Рюсэй Обути? Вот ордер на прекращение деятельности этого заведения. Пожалуйста, прикажите охране выполнять наши требования.

Зум послушно приближает изображение и показывает листок со штампом прокуратуры и дежурного судейского чиновника.

Рюсэй вежливо берёт бумагу и читает.

- Недействителен ваш ордер, - доброжелательно улыбается менеджер через четверть минуты. – Вот, прочтите сами внимательно, что пишете… «…всех образований, аффилированных с GT-GROUP…». Я же правильно понимаю?

- Да. Всё так. Что не так с ордером? – кажется, старший из чиновников немного напрягается.

- Всё не так. Этот клуб уже два с половиной часа как не является членом GT-GROUP, - вежливо поясняет менеджер. – Это теперь моя личная собственность. Вот выписка из реестра, - он, словно готовился к этому разговору, протягивает смартфон полицейским.

- Не надо, у меня свой… - чиновник лезет в карман за своим гаджетом. – Но как же…? – он растерянно поднимает глаза на новоиспечённого единоличного владельца клуба.

Полицейские в формах явно скучают, оттого вертят головами по сторонам.

- Доверенность на управление генеральная. Зарегистрирована в юстиции и продляется регулярно. В рамках доверенности, делаю с заведением, что хочу. – Всё так же доброжелательно поясняет Рюсэй. – У вас, видимо, просто база не прогрузилась. Я теперь не менеджер, я владелец. И заведение теперь принадлежит не группе, а лично мне. Сделки с недвижимостью и объектами бизнеса стоимостью до… на электронном портале круглосуточно. По крайней мере, в нашей префектуре.

- Вы готовились, - с нечитаемыми интонациями выдаёт после паузы второй из присутствующих, тоже одетый в штатское.

- Мы живём в свободной стране, уважаемые, - вежливо кланяется Рюсэй малым поклоном. – Давайте соблюдать законодательство?

*********

- Твоей предусмотрительности можно только удивляться, - говорю после того, как отсматриваю по присланной Рюсэем ссылке утреннюю запись. – Это ты что, заведение успел технично из-под удара вывести?

- Стандартная процедура, - отмахивается он. - У меня, помимо нагрузки за всю группу, есть что-то вроде дополнительной программы. Этот если говорить вашими школьными категориями. Блокировка счетов – она в нашем деле вообще, как здрасте. Наличка в этих случаях – это, по аналогии, резервный генератор запитать. Есть процессы, которые не прервёшь без ущерба.

- Например, юридические процедуры?

- На все без исключения процедуры, которые в первом списке. Включая жизнеобеспечение семей правления... Так сколько вам надо в итоге? Точно?!

- Погоди, набираю Мивако. Она говорила у тебя уточнить, есть ли что с тебя взять в принципе. По сумме команды не было. - Я действительно уже набрал номер, но секретарша отца почему-то не отвечает.

- Это она на самом деле другое проверяет, - смеётся Рюсэй. - Это она проверяет, насколько я адекватно себя вести буду. Она же у нас относительно недавно, лично со мной пересекалась ограничено. Сейчас переживает, всё ли с совестью в порядке. У меня.

Наконец, Мивако поднимает трубку. Она явно принимала какие-то банные процедуры, потому что вся мокрая, распаренная и на голове её красуется завязанное чалмой полотенце.

- Сколько?! - увидев её голограмму, без перехода спрашивает Рюсэй.

- А можешь к нам домой подъехать?! - что-то на ходу меняет в своих планах Кога. - Поговорить бы! И Маса чтоб один такую сумму с собой не таскал в руках?

- Да. Приехать могу. Но ты, пожалуйста, сейчас всё же уточни сумму? - терпеливо вздыхает менеджер. - Которую мне надо взять с собой к вам домой? Потому что я к вам приеду, мы с тобой поговорим; а потом окажется, что мне надо ехать туда-обратно ещё раз. Уже за наличными.

- Ой, да, ты прав. А сколько сейчас в кассе?..

***

Честно говоря, поначалу ехать в дом Асады не хотелось: и поспать сегодня не вышло, а туда на три минуты не зайдёшь.

И необходимые занудные разговоры с секретаршей и женой главного финансиста тоже грозили отнять время. Которое можно провести с гораздо большей пользой для себя, хотя б и почитать кое-что интересное.

Теперь вот придётся лицом торговать пару часов.

К удивлению менеджера, дома оказались не две, а целых три женщины: третьей была старшая приемная дочь Ватару.

Взглянув ей в глаза, Рюсэй понял: он сюда ехал не зря.

Разговор с Мивако, хотя и занял полтора часа, но его, на удивление, не утомил. Жена Асады, Нозоми, вообще в дела не лезла, уступив им спальню, совмещённую с кабинетом.

Затем, чтоб не терять времени, Рюсэй махнул на весь свой вечер рукой и предложил Масе дорешать оставшиеся по турниру вопросы, вот прямо сейчас: всё равно час пик. Выедешь сейчас – в одиннадцать дома. Выедешь через два часа – всё равно будешь дома в одиннадцать.

Проработав полвечера с Масой по организации турнира, Рюсэй три раза пил чай. Два из них, Ю была на кухне с ними.

Маса ближе к вечеру убежал на свою тренировку, а менеджер, под напором Мивако и дочери Асады, ещё задержался.

В коридоре, уже провожая до двери, Асада-младшая, воровато оглядевшись по сторонам, неожиданно втолкнула его в нишу для одежды.

- Э-э-э… - от неожиданности Обути озадачился.

Помещение два на два, тут же закрытое разбитной девицей изнутри, надёжно скрыло все звуки.

Он, конечно, видел её готовность к кое-чему весьма определённому, но не ожидал такого резкого перехода к делу. Прямо сегодня и тут.

- Заткнись, - коротко пробормотала девица, переходя к вполне определённым действиям.

А через пару секунд и сам Рюсэй пробормотал:

- А и ладно. Какого чёрта…

Стащившая с него и себя штаны, повернувшаяся спиной и упёршаяся ладонями в стенку дочь финансиста возможностей для двоякого толкования происходящего не оставляла.

А ещё через секунду и последний штрих был решён за него. Хотя, сам он был далеко не против.

*********************

Разговор в одном из ресторанов центральной части города. Беседа идёт по-китайски.

- … определённо. Я же объяснял. Доступ есть к их городской полицейской базе. По крайней мере, пока что.

- Странно. Я считал японцев не глупее нас. – Сидящий напротив моложавого и спортивного мужчины старик задумчиво глядит на кадку с живыми цветами у стены.

- Они и есть не глупее. Просто процедуры иначе устроены. Эти точки неприкрыты: в местном девятом бюро прошло с пометкой «Обратить внимание».

- Что это значит?

- Возможны эксцессы с конкурирующими группировками. Могут попробовать на крепость. Если что, полиция должна реагировать быстро: сигнал из этих заведений будет в приоритете.

- Хорошо. Я подумаю…

- Мой долг закрыт?

- Я же сказал: подумаю. Ответ дам в течение суток.

Глава 16

- Интересно, - раздаётся у меня за спиной. - И долго ты так его лупить будешь?

- А сколько времени на таймере? - выдыхаю, не оборачиваясь, чтобы не сбиваться с ритма и с дыхания.

- Так у тебя тут очень странный таймер. Он почему-то раз в две с лишним секунды на одно деление смещается. Вместо того, чтоб каждую секунду отсчитывать.

- Что конкретно сейчас на экране??? - кажется, полицейский еще больший тормоз, чем я. Временами.

Как назло, Цубаса куда-то отошла. Ну, вернее, я-то как раз знаю, куда она отошла... Но Садатоши, похоже, безошибочно угадал тот момент, когда он крайне не вовремя.

Так бы ему ответила сама красноволосая.

- Три тридцать на экране, - наконец, он отвечает, как требуется.

- Две минуты ещё.

- Все нормально?! - наконец, раздаётся голос Кимишимы, бегущей сюда рысью по проходу между снарядами.

- Да, мне надо поговорить с Масахиро, - полицейский присаживается на низкую лавочку, стоящую вплотную к стене. - Я из...

- Вижу. Помню. - Перебивает его моя подруга. - Но у нас по плану ещё куча мероприятий, - она задумчиво оглядывает тренировочный зал. - Он что, не сказал?

- Он сказал, что через две минуты освободится, - удивляется служитель закона.

- Ему лишь бы сачковать, - фыркает бывшая учащаяся Информационной академии. - Маса, анаэробный режим как раз и нужен для того, чтобы прокачивать, помимо прочего, качество гемоглобина в крови!

- И что? - выдыхаю снова односложно.

- Ты не освободишься через две минуты. У тебя будет ровно тридцать секунд подышать, а потом ты по кругу опять занят. - Хмуро напоминает Цубаса. - Вам же не хватит тридцати секунд? - обращается она уже к полицейскому.

- Эээ, боюсь, категорически нет. - Уверенно отвечает он и устраивается на скамейке поудобнее. - А всего, сколько времени он вот так будет? - видимо, сейчас на меня указывают пальцем либо подбородком.

- Ещё минимум полчаса активных. Смотря, как у него кислород в крови падать будет. Маса, если хочешь, можешь с ним говорить на ходу! - разрешает мне моя импровизированная тренер. – Лупи и разговаривай!

- Кабы мог бы... - выталкиваю из себя, достаточно сильно для этого напрягаясь.

- Ладно, я подожду! - машет руками инспектор и лезет в карман за смартфоном. - Мне даже интересно посмотреть краем глаза.

_____

Впрочем, через полчаса я тоже не освобождаюсь.

Цубаса, подключившись к моему нейро-концентратору, всё это время сразу через пару программ качает данные из моей нейросети.

Той самой, которая, как она говорит, у меня в голове отвечает за бокс.

Кстати, если верить концентратору, то бокс в перчатках и обычный мордобой – это у меня одна и та же нейросеть. Практически, с одним и тем же набором нейронных связей.

Интересно. А я думал, что действую по разным алгоритмам; оказывается, нет. Но мозгами в такие моменты всё равно не думаешь, хоть на ринге, хоть на улице. Потому, наверное, технике виднее.

После того, как заканчиваем работу с анаэробным режимом, Кимишима безапелляционно заявляет, что надо лезть в местное подобие ринга.

Какое-то время она усердно продолжает свои изыскания тоже с нейроконцентратором, но уже лоб в лоб.

*********

- Твои руки могут… Углы встречи кулака с целью... момент силы... ДАВАЙ ЗАНОВО! СТРАТИЛ!

Хидэоми, если честно, сердился только поначалу.

Вообще-то, то, что он сейчас делал, было чистейшей воды альтруизмом и бескорыстной помощью. Кто бы оценил.

Ещё и – кому…

Но пацан об этом не знал, как и его девчонка. Потому, легенду посещения приходилось отрабатывать по полной.

За пацаном, скорее всего, никакого пригляда не было, а вот за ним самим могли и наблюдать. Пусть и исключительно техническими средствами, три четверти которых завязаны на его же гаджеты связи.

Если сейчас выдернуть пацана наружу, а потом перейти к делу – это будет явно лишним.

Потому что слишком наглядно и читаемо.

А так – ну зашёл спрофилактировать «клиента». Тем более, в задачах это есть, да и лично уже пару раз пересекались.

К профилактике правонарушений начальство всегда относится со священным трепетом и старается сотрудников, отрабатывающих её добросовестно, вообще в такие моменты не напрягать. В том числе – излишней подозрительностью.

Придя в зал, инспектор застал там пацана, изо всех сил дубасящего мешок кулаками. Определить место, кстати, не составило труда благодаря трекингу его девайсов (ну и личной страничке в сети, чего уж).

Пока парень избивал набитый песком снаряд, красноволосая напарница что-то усердно качала с его же нейро-концентратора.

Кстати, сама девчонка до последнего момента училась в одном очень интересном заведении. В этой связи, усердие и профессионализм их тренировочного процесса совсем не удивляли.

Отойдя от мешка, белобрысый тут же получил новые вводные от своей подруги. И, сменив одни рукавицы на другие (более тяжёлые), кряхтя, полез внутрь ринга.

Что интересно, девчонка, кажется, успевала везде. На каком-то, этапе инспектору даже стало интересно.

Во-первых, она достаточно профессионально (насколько он сам мог судить) держала парня на лапах.

Во-вторых, в голове она явно держала ещё и какой-то цикл оговоренных упражнений, потому что одни задания сменяли другие - а в сумме всё было похоже на отработку тактического рисунка.

В-третьих, девица явно вывела себе на глазной нерв всю телеметрию с нейро-концентратора пацана: она явно то ускоряла, то замедляла темп упражнения, в зависимости от каких-то входящих параметров.

К счастью, всё рано или поздно заканчивается. Хотя, если честно, полицейскому стало искренне интересно наблюдать за учебно-тренировочным процессом: как говорится, на каторжную работу другого человека можно смотреть вечно.

К его удивлению, по окончании сладкая парочка не пошла ни в душ, ни в иные места гигиены.

Вместо этого, они сразу натянули на себя запасённые большие балахоны - просторные хлопчатобумажные штаны и куртки, в которых любители бега носятся по прохладной погоде.

- А здесь комплекс небогатый, потому душевые отключены, - гайдзин, кажется, прочитал мысли полицейского. - Извините за задержку. У нас с Цубасой договор: пока идет подготовка к турниру, я её раб. Беспрекословно исполняю всё, что она говорит.

- Я с полным уважением воспринимаю ваш подход к делу, - серьёзно кивнул Хидэоми (хотя тянуло сострить). - Вопрос. Вы сейчас побежите отсюда пешком? Или можем сесть где-то поговорить перед этим?

- Я бежать, если честно, не планировал, - парень многозначительно покосился на красноволосую и громко вздохнул, демонстративно покашляв. - Но посмотрим, что скажет медицина. Потому что я сейчас, кажется, лёгкие выплюну.

- Можем просто пройтись пешком, - тряхнула в воздухе волосами его подруга, явно сверяясь с показаниями нейро-концентратора.

- Я тоже без машины, - тут же среагировал инспектор. - Сюда ехал на метро. Пройтись пешком не возражаю.

- Мы можем разговаривать втроём? - уточнил младший Асада.

- Мне твоя спутница не помешает, - чуть поспешнее, чем следовало, ответил Садатоши.

У него были более чем твёрдые подозрения: в присутствии красноволосой, предстоящий разговор пройдёт гораздо легче. Хотя бы потому, что девчонка способна понимать его намёки гораздо лучше, в силу бывшего профильного образования, чем молодой якудза.

- Я здесь с небольшим нарушением регламента своей организации, - подал он откровенный сигнал к началу беседы, как только они оказались на улице и зашагали в направлении ближайшей набережной.

Девчонка мгновенно посерьезнела и кивнула. Пацан взял её за руку.

- Ты в курсе, где твой отец сейчас? - решил не ходить вокруг да около страж порядка.

- Да. - Спокойно кивнул парень.

- Вот оттуда, где он сейчас, его буквально завтра должны перевести к нам. А от нас его выпустят самое большее в течение трёх суток. - Садатоши беззаботно вертел головой по сторонам, наслаждаясь видами парковой части города. – Я чуть в теме, потому что сам участвую в его переводе. И приёме дела в производство, - зачем-то добавил он.

- Это радует, - серьёзно сказал младший Асада. - Но вы же вряд ли ехали сюда затем, чтобы мне это сообщить? Хотя – спасибо. Большое.

- Проблема в том, что какая-то часть информации об организации твоего отца несанкционировано утекла от нас наружу.

- Восстанавливаете справедливость? - нейтрально осведомилась красноволосая.

- Не хочу допускать обострений на подведомственном участке. – Педантично уточнил Садатоши. - К сожалению, информация внутри нашей структуры по всей префектуре доступна очень разным зданиям. – Он выделил последнее слово. - И вот в некоторых из них, некоторые работающие по другим темам сотрудники, могут...

_________

- Ты понимаешь, зачем он нам всё это сообщил? - спрашиваю у Цубасы после того, как мы расстаёмся с сотрудником девятого бюро.

- Вполне. – Солидно кивает моя подруга, перехватывая меня под локоть. - Если коротко. Во-первых, помимо видимой конкуренции на этих ваших будущих выборах, есть ещё одна сторона. Как минимум, одна. Подробностей он не знает, но в префектуре не так много семей, которые могут потянуть этот процесс. Ваши смогут вычислить, если захотят... Он говорит, что это уже точно есть, просто пока вам не видно. Во-вторых, во время содержания твоего отца в террористическом бюро, были допущены нарушения. Кто-то из борцов с террористами, в смысле, кто-то в их здании, скачивал файлы из его рабочего сектора. То есть, из девятого бюро.

- Пока понятно.

- Сюда же. Он сказал, что твой отец, как только его переведут к ним, выйдет дня через три…

- Это не так?

- Не так. На самом деле, он его отпустит в тот же день: согласовано даже с начальством. Но ваши должны будут, при случае, как-то ответно отблагодарить. Не в лоб, но если звёзды лягут… Так сказать, встречные услуги, которые ничего не стоят.

- Как ты это поняла?

- Он же сам два раза сказал: «Возможно, получится ускорить». - Кимишима с силой толкает меня в бок. – Эй, не заставляй меня думать, что ты перестал соображать!

- Да я не перестал. Просто твой дыхательный комплекс на ходу делаю. Сосредоточился на сигналах концентратора, вот и упускаю…

- В-третьих, есть какие-то партнеры организации твоего отца. Что-то связанное с капитальным строительством. Они настроены воспользоваться положением, пока вы ослаблены. Подробностей не знаю, вернее, он их не сообщил – но они ищут точки опоры как внутри муниципалитета, так и по префектуре. Партнёры эти. До девятого бюро дошли сигналы.

- На мой взгляд, звучит как-то однообразно и аморфно, - вздыхаю. - А главное, только в общих чертах обозначены направления угроз. Но ты не ответила на вопрос: зачем он мне всё это рассказывал?

- Даже не буду острить насчёт остроты ума, - фыркает Цубаса и прижимается ко мне на ходу. – О, тавтология... Тут как раз понятно. Третья сила в предстоящих муниципальных выборах - это передел территории, по-любому. Кидающий людей твоего отца партнёр - это уже фактически начинающийся передел территории. Прямо сейчас, а не в перспективе. Убежавшая куда-то на сторону через борьбу с терроризмом неопределённая информация о вас - это тоже потенциальный передел территории, но уже совсем на другом уровне. Слушай, может быть, вы не знаете! – спохватывается она. - Борьба с терроризмом - единственное полицейское здание в префектуре, где иностранцы имеют доступ ко многим секторам!

- Ух ты...

- А ты думал? Международное сотрудничество; региональная система безопасности; пускающая корни везде и всюду мафия. - Здесь красноволосая откровенно смеётся. - Организованная преступность, в смысле.

- Пока услышал от тебя, что передать своим старшим. Хотя оно и как-то неконкретно... Но не понял, зачем это было нужно инспектору.

- Дурак, что ли? - вздыхает Цубаса, видимо, утомившись играть в вежливость. – Они стандартно ставят на всех лошадей сразу. Ну смотри: зачем им откровенные войны в своей зоне ответственности? С вами у них уже сложились и стиль общения, и отношения, и даже какое-то подобие порядка. Судя по тому, что сейчас ваш район является весьма спокойным.

- А-а-а, дошло теперь…

В качестве иллюстрации, вспоминается один анекдот. Который, к сожалению, рассказать спутнице не выйдет.

В каком-то южном регионе одной нездешней страны колхозники дошли до обкома партии: дескать, председатель и ворует, и линию партии не исполняет, и вообще...

В ответ - игры в демократию.

От райкома присылают альтернативную кандидатуру. Назначают досрочные выборы председателя из двоих.

Новый кандидат, назначенный райкомом, жизнерадостно вещает с трибуны свою альтернативную программу:

- План пятилетки...! Задания партии...! Новый курс...!

Дождавшись, пока стихнут аплодисменты, после него на ту же трибуну забирается старый председатель:

- Что, настучали, сволочи?.. Ладно. А ответьте-ка мне, дорогие мои рядовые колхозники. Я себе в доме второй этаж в виде мансарды под чердаком построил? Из колхозных материалов?

- Да, - стройно и в едином порыве проносится по залу. – Ещё в том году, гад.

- А дочке квартиру в городе я купил?

- Да, сволочь ты старая. Двухкомнатную, - отзывчиво ведёт диалог собрание.

- А жене вторую квартиру в районе отремонтировал? А родителям её крышу перестелил?

- Да...

- Так в следующем году я вам как раз новую школу строить собирался. - Искренне сообщает старый председатель. - А если вы этого районного горлопана сейчас выберете вместо меня, то сами считайте: через сколько лет у вас новая школа появится? Пока он себе второй этаж построит, пока своей дочери квартиру в городе купит, пока родителям своей жены поможет...

Анекдот, правда, родом из южной республики. Но, кажется, мотивацию инспектора Садатоши передает на все сто. Или того, кто его посылал.

_________

- Как хорошо, что ты пришёл! Думала, не дождусь! – стоит мне появиться дома, как у порога меня встречает мать.

На которой нет лица.

Сзади неё, точно с таким же видом, круглыми глазами перепуганного крота глядит Мивако.

После экспресс-совещания с Цубасой, я как раз собирался по возвращении домой пересказать секретарше отца разговор с Садатоши - потому что больше некому. Но кажется, сейчас всем несколько не до того.

- Я не один, - сообщаю.

У меня из-за спины, вежливо кланяясь, вышагивает красноволосая.

- Это просто замечательно! – Мивако оживает и хватает мою подругу за руку. – У тебя медицинский профиль сохранился?!

- Только диагностика, - пожимает плечами Кимишима-младшая. – А что?

- Пошли!

_____

В своей комнате, достаточно профессионально зафиксированная вязками к кровати, дёргается в разные стороны Ю:

- Дайте мне моего мужчину… верните мне его… где мой мужчина… ну верните…

Её глаза не фокусируются на каком-то одном объекте, взгляд пребывает в постоянном движении.

Сама она, несмотря на рывки тела, бормочет монотонно и вообще похожа на работающий трактор. Целеустремлённостью и последовательностью.

- Уже час так, - всхлипывает мать. – У неё было в детстве острое психотическое расстройство, ещё до тебя… но говорили, что оно прошло…

Цубаса, выслушав мать, удивлённо поднимает брови в сторону Мивако:

- Ты что, не видишь, что она в психозе?! Врачей позвали?!!

- Нельзя бы сейчас врачей, - с досадой закусывает губу Кога. – Выборы, Вакару в тюрьме... ТЫ можешь точнее сказать диагноз?

- ЗАЧЕМ?! – а дальше красноволосая обкладывает матом батину помощницу и лезет за своим смартфоном. – Во-первых, Я НЕ ВРАЧ! Тем более, не профильный! - следует ещё несколько жёстких высказываний в адрес куриных мозгов некоторых секретарей и об их непонимании важного. - Мивако, какие ты причины этого, - кивок в сторону Ю, - знаешь?

- Я что, врач? - повторяет слова Цубасы та, растерявшись от напора.

- Вот тебе самая первая возможная причина из списка: интоксикация. – Припечатывает моя подруга. – В том числе, из-за функциональных дисфункций организма. Хотя есть и ещё две…

Пока они переговариваются, Цубаса, кажется, успевает отправить какой-то медицинский вызов в текстовом режиме, потому что через несколько секунд прячет гаджет обратно в карман балахона.

- А чем дольше вы тянули, тем... - Кимишима-младшая опять заканчивает логический посыл красноречивым матом.

_________

Извиняюсь за перерыв. По плану, продолжение теперь три раза в неделю.

Глава 17

Из предыдущей жизни я знаю достаточно хорошо: в любой нештатной ситуации очень важна роль лидера.

Что делать с сошедшей с ума Ю, я бы представлял только на уровне тех реалий, с которыми был знаком лично.

Мать, будучи старше и опытнее меня здесь, оказывается неспособной на точные решения из-за стресса.

Мивако, при всём к ней уважении, на Ю смотрит, как на ресурс: повредит или не повредит факт её госпитализации репутации отца перед выборами? Точно ли там серьёзная болячка – или, может, обойдётся и рассосётся? Без огласки и докторов?

- Мы вовремя, - хмуро сообщает мне красноволосая ровно через пятнадцать секунд разговора всех со всеми. - А НУ МОЛЧАТЬ! - она неожиданно повышает голос, и весьма удачно.

Ещё мгновение тому, мать говорила одновременно с секретаршей отца, пытаясь переговорить друг друга – а тут вдруг воцаряется тишина.

- Медицинская страховка?.. Где файл с предыдущей записью психотического расстройства? Которое было в детстве?.. Телефоны лечащего врача сохранились?.. Какой медицинский центр вёл пациента тогда?..

Примерно через три минуты руководства Цубасы, каждый из нас начинает делать что-то полезное. А всё в сумме образует стройный и единый план.

Мать, взяв себя в руки, начинает сосредоточенно созваниваться с тем доктором, который с нами уже знаком.

Мивако, под руководством красноволосой, срочно выясняет программу анализов, которые прямо сейчас можно пройти в ближайшем профильном стационаре. И сколько денег дополнительно к страховке туда надо взять с собой.

Я же, вооружившись сразу двумя нейро концентраторами (сестры и Цубасы – с выходом на мой смартфон), дисциплинированно выполняю какие-то тесты над Ю. Кимишима-младшая заявила, что ей осталась в наследство одна очень хорошая программа; и хуже от этого всё равно не будет. Глядишь, час-другой врачам сэкономить и получится. Если это то, на что думает лично она.

За суматохой, совсем незамеченным проходит звонок отца Цубасы нам. Моя подруга ему отправила какое-то текстовое сообщение пару минут назад, и её родитель решил убедиться, что всё под контролем (то есть, что она действительно у нас).

Поговорив ровно две минуты с матерью и с Мивако, отец красноволосой сосредоточенно желает нам всем успеха и соглашается с тем, что его младшая дочь сегодня заночует с нами. В том числе, чтоб посильно помочь.

Ещё через какое-то время прибывает минивэн частной клиники, специализирующейся именно на наших вопросах.

Врач наскоро осматривает сестру - и мы впятером тут же перемещаемся в салон импровизированной скорой помощи. После чего, зачем-то включив спецсигналы, несемся в отдельно стоящее трехэтажное здание за забором на другом конце города.

*********************

- Вы несильно озадачены, - констатировал достаточно немалый полицейский чин, среди ночи пребывающий на работе.

Вместо того, чтобы находиться дома и спать, обнимая жену. Или кого он там обнимает по ночам.

- Я стараюсь всегда и во всём быть рациональным. - Спокойно ответил Ватару. - У меня это не всегда получается, но я хотя бы стремлюсь.

Перевод от борцов с террористами в родное девятое бюро, занимающееся традиционно якудзой (и ничем, кроме неё), почему-то состоялся среди ночи.

Его везли отдельным транспортом, но он был уверен, что и Гэнки сейчас движется в том же направлении, другим минивэном. Почему-то, по инструкции их не должны были перевозить вместе.

- Вы неплохо держитесь для того, кто провел столько времени в каменном мешке, будучи отрезанным от информации и всего мира. - Ровно продолжил служитель закона. – Деликатно не затрагиваю иных аспектов…

- Ну, я не знал наверняка, но уверенно предполагал: под нажимом юристов, соответствующее подразделение прокуратуры занималось нашим вопросом без проволочек. - В тон ему пожал плечами финансист. - Думаю, они держали нашу тему настолько в фокусе, насколько это было возможно в их ситуации.

Он не стал заканчивать вслух того, что думал на самом деле.

Видимо, до туповатых служителей закона на каком-то этапе дошло: есть реальные виновники происшествия, и с GT-GROUP они не имеют ничего общего. А уж огнестрельное оружие, незаконно оказавшееся в его и Томиясу руках, так и вовсе мелочь.

Особенно на фоне нападения на них, с учетом последующих допущенных полицией нарушений.

«Видимо, сейчас начнут торговаться прямо здесь», - подумал Ватару, устраиваясь на стуле поудобнее.

- Прежде всего, лично я хотел бы абстрагироваться от всего, что имело место в ваш адрес по предыдущему адресу. - Удивил старшего Асаду чиновник.

- А вам что-то известно? - мгновенно перехватил инициативу в разговоре финансист, невежливо забрасывая ногу на ногу.

Вообще, этикетом это строго не приветствовалось. Таким образом Ватару просто хотел проверить, сколь глубоко чувство вины в их с Томиясу адрес уже тут, в девятом бюро.

- Я отвечу немного необычно, - помолчав, заявил собеседник. - Я вообще не должен вести подобных разговоров с человеком вашего плана, вы понимаете? Тем не менее… Несколько часов назад один из наших лучших сотрудников общался с вашим приемным сыном и был достаточно с ним откровенен. Не хотите ли вначале поговорить со своим ребёнком? Потом, если у вас ещё останутся какие-то вопросы, можно будет вернуться к ним здесь.

Асада абсолютно верно истолковал не прозвучавшей вслух намёк:

- Да, конечно. Возможно, так было бы лучше для всех.

- Наша машина доставит вас и господина Томиясу к вам домой.

_____

Дома Ватару, озадаченно перетаптываясь на пороге, минуты две вообще пытался звонить в звонок. А двери почему-то не открывались.

- Никого нет, - саркастически хмыкнул сбоку уставший ждать Гэнки.

Понятно, что полицейский транспорт был никак не такси. Оябун, зайдя к товарищу, планировал вызвать машину себе уже у него из дома.

- Видимо, и правда никого нет, - озадаченно согласился хозяин дома, доставая из кармана гаджет и активируя электронные ключи от дверей.

Дом встретил тревожащей пустотой и явным беспорядком.

- Вон, тебе сообщение мигает, - указал старший товарищ на двухметровую панель настенного экрана.

Проиграв сообщение от родни, старший Асада в первую минуту вообще не мог сообразить, что сейчас делать.

За что хвататься в первую очередь?

С одной стороны, сейчас требовалось срочно, не ложась спать, разбираться со всеми изменениями в делах и бизнесе. По молчаливой договорённости с Гэнки, они так и собирались поступить.

С другой стороны, оказалось, что и в семье не всё было гладко. Это чтоб сказать очень мягко.

- Так. До утра всё равно ничего не случится, - принимая решение за подчинённого, хлопнул его по плечу кумитё. - Я, честно говоря, за твою дочь тоже волноваться буду, если не выясним, что происходит. Тем более, мне кажется, это неслучайно…

- Думаешь? - заторможено закусил нижнюю губу Ватару. - У неё однажды было что-то подобное в глубоком детстве. Мало ли? Может, рецидивы какие?

- Ага, - покладисто кивнул товарищ. - А как тебе такое совпадение: "сумасшедшая дочь, бандит отец, террористическое расследование в адрес оппозиционной группы..."?

- Не слишком ли, для чёрного пиара? Если ты о выборах?

- Вот сейчас вместе поедем и посмотрим уже в клинике, - принял за двоих решение оябун. – Не слишком ли. Я, если что, там с тобой побуду. Обсуждать наши дела можем и по дороге начать.

*****

Ватару был благодарен товарищу за то, что тот его поддержал в непростой момент.

В клинике он застал не только всех своих, но и новую подругу сына. Она, кстати, разорвала контракт с самим финансистом - но только для того, похоже, чтобы сойтись с Масой уже в другой роли.

Не самый плохой вариант, если честно. Ватару уже не особо надеялся, что у его недотепы-пацана будет нормальная подруга. Не за деньги, а исключительно по взаимной симпатии.

Общество Цубасы Кимишимы позволяло, говоря прагматично, решать в параллель сразу несколько задач.

Гэнки, поздоровавшись с членами семьи финансиста в коридоре клиники, тактично расположился во втором ряду комнаты для ожидания, отгороженной стеклом от всего коридора. Там он вооружился смартфоном и время от времени выбрасывал старшему Асаде большой палец, видимо, в качестве моральной поддержки.

Сын на удивление взросло похлопал отца по спине:

- Всё не так плохо. Хотя есть и новости, немало.

- Давай не тут, - предложил Ватару, поскольку женщины, включая красноволосую подругу сына, едва поприветствовав его, наперебой принялись что-то обсуждать с появившимся в коридоре сотрудником отделения, принесшим какие-то результаты.

_________

Пока они ехали, Гэнки через юристов уже частично прояснил для себя ситуацию.

Ватару досталось если и не по полной, то, как минимум, весьма солидно.

Товарищ не подвел его ни в одном из узких и сложных моментов, хотя это было и непросто.

Было бы категорически неправильным заставлять его сейчас разрываться между семейным горем - и служебным долгом.

Томиясу прикинул: даже если они сядут за работу в девять утра, всё равно ничего страшного не произойдёт. И за ночь точно ничего не изменится: компании ещё заблокированы, люди прямо сейчас спят.

Кое-какие потери намечаются в потенциале, но среди ночи по этому поводу всё равно ничего не сделаешь.

А вот если разобраться с самой животрепещущей проблемой старого товарища до утра, то тогда финансист весь день будет трудиться совсем с другой производительностью.

В клинике вокруг лечащего врача уже явно не первые полчаса хлопотали жена Асады, Мивако и какая-то красноволосая девчонка. Порывшись в памяти, Гэнки припомнил: кажется, она училась в каком-то интересном учебном заведении и Ватару привлёк её сопровождать сына до выборов.

Сам белобрысый сын товарища спокойно поздоровался с обоими прибывшими, перебравшись из коридора сюда, в зал для ожидания.

Гэнки даже приподнялся, ответно приветствуя мальчишку:

- Я участвую в разговоре, рассказывай нам двоим.

- Новостей две партии. Первая - касается ваших выборов и бизнеса. Вторая - пока не окончательно, касается Ю. Возможно, связана с первой, - лаконично и уверенно сообщил Асада-младший. - С чего начинаем?

- Со второго пункта! - придержав Ватару за рукав, оябун отметил, что пацан вовсе не производит того впечатления, на которое постоянно жаловался его отец.

- Второй пункт... - кажется, Маса на ходу перестроился, поскольку собирался начинать с другой темы. - У Ю психоз, предположительно, острый. То, что острый, это как раз хорошо, - упредил он набирающего воздух отца. - В том плане хорошо, что уже есть предварительные анализы. Сейчас похоже, что причина - интоксикация, плюс спровоцированный сбой её нейро-концентратора.

- Что значит спровоцированный сбой? - Гэнки снова придержал за руку Ватару, хмыкнув про себя.

По всему выходило, что конструктивнее и быстрее сейчас будет общаться напрямую, без товарища. А Ватару, изрядно выложившийся за последние сутки, может спокойно понаблюдать за развитием событий.

Кажется, старый друг и сам принял это же решение. Потому что в следующий момент расслабленно откинулся на спинку казённого сиденья и поощряюще махнул сыну рукой.

- Это пока не точно. – Повторил парень. - Проверяется такая гипотеза: Ю употребляла в пищу либо с питьем какие-то компоненты, изначально безвредные. Но некоторые приложения биологического раздела её концентратора стали отдавать на гуморальном, что ли, уровне такие команды, которые в сумме с той пищей привели к критической интоксикации. - Как по писаному, оттарабанил сын Асады. – Причина психоза – программный вирус нового поколения. Ну-у-у, если это можно так назвать… Химия вперемешку с программами нейроконцентратора. Так-то, достаточно почистить последний – и ремиссия. По идее. Но шут его знает, что это вообще за продукт, и чей он. – Маса серьёзно переводил взгляд с одного взрослого на другого. – Понятно, что это не случайность, если это именно оно. Попутно: это как наркотик. Только не чисто химический. Химико-механический, если можно так сказать. Потому что образование ряда нейронных связей в мозгу, плюс эффекты привыкания, идут от комплекса инструментов. А дальше сознание неизбежно искажается.

- А как ты это выяснил так быстро? - против воли напрягся оябун.

В силу положения, ему было кое-что известно о новейших разработках в области бинарных закладок. Только вот имеющаяся в его руках информация говорила, что подобные продукты - вопрос будущего. Не настоящего.

Маса угрюмо уставился в пол:

- Я не могу назвать свой источник. Но именно эта версия сейчас отрабатывается персоналом клиники, как основная. Они, правда, считают сочетание бинарной компоненты случайностью.

- А ты так не считаешь? - настроение Гэнки стремительно улучшалось.

Начать с того, что ему импонировало то впечатление, которое производил сын его лучшего друга.

В отсутствие отца, пацан остался единственным мужчиной на хозяйстве и реально впрягся во все темы. Оябуну сейчас нравилось то, как развивается этот разговор.

- Совсем неважно, что считаю я, - по-взрослому вздохнул Маса. - Главное, что есть компетентные люди. Которые склоняются тоже к этому мнению. Поверьте, источник серьёзный. Просто вслух он не может быть назван. Я рассчитывал, что вы это наверняка понимаете, - он в упор посмотрел на кумитё.

- Понимаю, - ответным кивком Томиясу сбросил наметившееся напряжение в беседе.

Он припомнил, чем именно занималась одна из подруг Мивако, по совместительству - старшая сестра этой самой красноволосой девчонки.

Ладно. Хочет парень играть в серьезность - пусть. Тем более что он не так уж и неправ: его источник – это только его источник.

Правильные схемы в разговоре следует вырабатывать с детства. Тогда ты и с теми же полицейскими в будущем, как твой отец, будешь общаться ровно. И до предательства не опустишься.

- В общем, если это тот вариант, подтверждение будет через пару часов. По первому пункту доклад окончил. - Сообщил Маса.

- Переходи ко второму, - поощрительно кивнул Томиясу.

- Так... Рюсэй, каналы налички работают штатно... не завершаю тему, это первая. - светловолосый европеец прикрыл глаза, что-то припоминая. - Подрядчик торгового центра, который вас сейчас кидает. Это будет вторая тема. Ещё есть третий кандидат на муниципальных выборах, который заявится в самый последний момент. А пока вы его не ждёте и даже о нём не подозреваете. Это третья тема. Там, кстати, уровень префектуры, насколько я понял. И скачивание иностранцами информации о месте работы отца, - тут младший Асада кивнул в сторону Ватару, - причём эти иностранцы сидят в здании департамента по борьбе с терроризмом. Насколько я знаю, до последнего момента вас держали именно там. Это была четвертая тема. С какой из них начинаем?

Томиясу, поколебавшись ровно секунду, не стал сдерживаться: он три раза беззвучно хлопнул в ладоши и уважительно покивал. Затем сказал вслух:

- Интересны все четыре эпизода, причём весьма. Но не могу не начать с конца: я очень рад, что у твоего отца растёт достойный сын. Я бы даже сказал, что... Ой, ладно. Не буду лезть в ваши семейные дела... В общем, Маса. Ты наверняка что-то захочешь за такую информацию, - Гэнки хмыкнул. - По крайней мере, своему сыну, оперирующему подобными категориями, я бы в лоб задал вопрос: чем отблагодарить? По-родственному?

- Отдайте мне в управление строительство этого нового центра? Если всё пойдёт по худшему сценарию - и вас от него всё равно отодвинут? А я после этого смогу повернуть процессы обратно?

- Серьёзный разговор. Давай пересядем назад, - Гэнки, мысленно удивляясь, поощрительно хлопнул пацана по плечу и поднялся, первым подавая пример.

Во втором ряду, свесив голову на грудь и смешно сопя, спал Ватару.

Несмотря на всю внешнюю уверенность, последние пару суток дались ему не то чтобы легко.

Глава 18

- По наличке я с Рюсэем и сам всё выясню, причём в большем объёме, чем он может сказать тебе. – Принялся рассуждать вслух Томиясу. - М-м-м, ну, через твоего отца, по крайней мере, выясню, - тут же поправился он, сделав поправку на собственное невладение некоторыми узкими финансовыми вопросами. – Третий кандидат на муниципальных выборах – это точно или Номура, или Ходзё: больше просто физически некому. Этим будут заниматься специальные люди в предвыборном штабе, - он многозначительно посмотрел на школьника, намекая на некоторые неафишируемые ресурсы так называемой команды имиджа. – Но – спасибо за новость. Предполагать и знать наверняка – это две большие разницы. Так, на тридцать процентов бюджет там теперь точно подскочит…

- Не лезу в ваши дела, - ровно прокомментировал пацан возникшую паузу. – Кроме строительства центра.

- Что до слива из полиции, тоже спасибо. У нас уже есть мысли, что это может быть. – Гэнки прикинул что именно он сейчас может сказать парню, а о чём лучше умолчать.

Успев переговорить с Ватару по дороге, он уверенно предполагал: у пары объектов в этот период суматохи могут попытаться смениться хозяева. Направление угрозы тоже было понятно – «коллеги» с материка.

Непонятно только - что с этим делать прямо сейчас. Ведь, по традиции, минимум половина занятых в том деле были этническими китайцами. И время выбрано как нельзя удачнее, ч-ч-чёрт.

- Остаётся ровно один вопрос для нашего текущего обсуждения. – Гэнки покосился на спящего Ватару, затем в коридор, на женщин и врача. – Застройка центра. Скажешь, что задумал? Я так понимаю, ваши тут ещё надолго?

- Я посмотрел на сайте, что там вообще планируется. – Маса полез за смартфоном, но был остановлен рукой собеседника. – Если всё обстоит действительно так, как сказано, то это будет просто самый обычный комплекс, каких и без него много. Пара этажей развлекательных программ, этаж под магазины с продуктами, в общем, всё как обычно...

- А ты хотел что-то уникальное? Типа центра подготовки космонавтов? - хохотнул кумитё.

- Нет. Я бы просто развлекательный блок перепланировал так, чтобы под сектор для спорта место осталось.

- Спорт? Зачем? - удивился Гэнки. - Как его окупать?

- Я исхожу из других вводных, - чуть поморщился сын товарища. - Вы сейчас говорите, как будто ещё являетесь полноправным участником проекта. Как-будто по-прежнему полноценно участвуете в застройке и, соответственно, в дележе прибыли.

- Э-э-э... - оябун быстро не нашел, что сказать.

Маса действительно с самого начала обозначил: о своём участии он говорит только в том случае, и на том этапе, когда GT-GROUP от дела ототрут на вторые роли. Соответственно, вообще об участии в прибыли речь идти не будет.

Гэнки не строил иллюзий: если выдавливание их из проекта состоится, то это действительно будет сделано не затем, чтоб выделить им долю в будущих барышах…

- Моя же мысль была: предупреждение из девятого бюро, допустим, срабатывает. А у вас сейчас и без того намечаются сложные моменты, особенно в связи с выборами и случившимся, - парень деликатно покашлял в сторону. - Соответственно, полноценно бороться стандартными способами вы скорее всего не сможете.

- Можешь говорить открыто. - Хмуро кивнул Томиясу. - Войну из-за недостроенного котлована никто затевать не будет, даже если там уже будет возводиться коробка. Несмотря на все будущие теряемые перспективы. Ты прав, именно сейчас станет не до этого.

Они оба помолчали.

Маса явно давал боссу отца дозреть, а тот по привычке крутил в голове варианты. Чтоб не соглашаться впопыхах, даже со своими.

- А ты что предлагаешь? Ну, либо какие варианты видишь? – кумитё не видел смысла торговаться или ещё как-то принижать позицию собеседника.

- А я считаю, если нельзя зарабатывать деньги, то надо зарабатывать репутацию.

- Твой спортивный сектор, вместо части развлекательного, как этому помогает? - тут же уцепился за мысль Гэнки.

По правде сказать, он сейчас начинал предсказуемо жалеть о собственном альтруизме, в момент, когда согласился ехать сюда.

Это не значило, что он бы не отправился сюда повторно, верни его кто-то во времени на час назад.

Но сам товарищ сейчас спал, и будить его оябун не собирался. Уезжать же на машине, оставляя семейство Асада в клинике без транспорта, тоже было не очень красиво. Да и Мивако, если честно, этого бы банально не позволила.

Получается, ближайшие пару часов так и так предстояло провести здесь. А разговор с сыном друга, как минимум, развеивал скуку.

- А я считаю, если драки не избежать, а противник примерно твоих кондиций, то вопрос надо решать исключительно за счет плотности боя. - Удивил Асада-младший.

- Это как? – опешил Томиясу.

- Размен ударами, кто кого. Забежим вперёд. Допустим, я выигрываю тот турнир по фулл-контакту среди средних учебных заведений, который вы нам помогаете организовать. Вы же в курсе из отчетов Рюсэя...?

- Местами, - взгляд старшего вильнул в сторону.

Разумеется, Гэнки наверняка имел в папке ежедневных сводок и ту возню в песочнице, где один из менеджеров взял сына финансиста на буксир. Другое дело, что лезть сейчас в гаджет и при нём искать нужный файл...

А с другой стороны, какого чёрта.

Он достал смартфон и, потыкав в него пальцем, через полминуты разыскал ссылку на то, о чём шла речь.

- Ну, деньги там чисто символические... - по мере чтения, он решил быть предельно откровенным с парнем. - По крайней мере, на этом этапе. А с другой стороны, и расходов никаких. Хм... Только использование нашей инфраструктуры, чтобы делали ставки... но это как раз для нас бесплатно. Во всех смыслах.

Оябун задумался.

- Спорт, говоришь? - стянув с носа очки и закусив их дужку, он невидяще таращился сквозь стекло около трех минут. - Я сейчас представляю, куда мог бы пойти я сам в этом вопросе. В развитии ситуации с застройкой. Не скажу, что ты мне прямо открыл на что-то глаза заново, но идея действительно интересная. И неизбитая. Если доход так и так теряется, то оставшаяся в плюсах репутация - это действительно немало. Кстати, она в перспективе тоже конвертируется в деньги… со временем…

- При том, что заниматься этим будет свой человек, на которого можно положиться. - Напомнил Маса. - А никакого организационного ресурса вашей организации тема жрать не будет. Ибо – кадры решают всё.

- А теперь можешь делать своё неожиданное заявление полностью, - предложил Томиясу.

Кажется, он уже неплохо чувствовал парня. Тот явно готовил какую-то кульминацию в разговоре, не выкладывая все козыри на стол за один раз.

- А я бы, в самом смелом сценарии, предложил бы вам громко заявить прямо сейчас: Джи-Ти-Груп не рассматривает свою долю в застройке, как коммерческую.

- Дальше?

- Джи-Ти-Груп очень озабочены отсутствием полноценных спортивных манежей в округе и собираются эту ситуацию исправить. Джи-Ти-Груп меняют собственные планы на старте. И открыто заявляют: такая-то часть своего сектора, вот на этом этапе, перепланируется под спорт. Для тех, кто очень хочет заниматься, но периодически стеснен материально.

- Подробнее?

- Я сейчас нашёл самый дешёвый зал, в котором могу отрабатывать только что-то относительно элементарное. Причём вместо инструктора у меня вообще одноклассница, - Маса указал взглядом на красноволосую девчонку в коридоре. - Один час занятий при этом съедает у меня около трёхсот иен. Я принципиально не хочу брать деньги у отца дополнительно, потому кручусь из своих карманных расходов. Типа упражнения дополнительного, на психологическую устойчивость.

- Скажи мне! - хохотнул старший. - Уж на спортзал я тебе и сам подброшу, не ставя в известность твоего отца. Святое дело. Только ходи!

- Спасибо. - Серьёзно кивнул парень. - Но я именно что учусь обходиться самостоятельно... В общем, если бы я захотел тренироваться по два раза в день, и не по одному часу, а хотя бы по два...

- Четыре двести в неделю, - быстро сосчитал оябун. Которому начинало становиться интересно. - Или под двадцать тысяч в месяц. Ну, не ахти какие деньги, но для кого-то уже может быть и чувствительно. Особенно если ты только после университета; первая работа; не до конца рассчитался за учёбу…

- А ещё, если бы я ходил в спортклуб с горячей водой, - улыбнулся пацан. - И там дополнительно пользовался бы услугами инструктора…

- Стоп, а разве тренируют не бесплатно? - озадачился кумитё.

- Как где. В моём случае, пришлось бы платить. Потому что я отрабатываю только своё, а этого стиля в городе пока ни у кого не видел. Приходится многое додумывать самостоятельно на ходу. В чей-то наработанный и готовый тренировочный процесс встроиться не получится, - с третьего раза, ему наконец-то удалось пояснить ситуацию понятными старшему категориями. - А уход от стандарта в любом спортзале будет стоить денег. Просто потому, что сенсей занимается не своими учениками и программами, а непонятными исследованиями с тобой.

- Ну да. Плюс горячая вода, - весело поиграл бровями Томиясу. - Кстати, раз уж такой разговор, всё равно ведь свои. А как ты немытый, да ещё с девкой, по городу потом едешь? После спортзала?

- А мы не едем, - легко отмахнулся Маса. - Мы балахоны надеваем и до дома бегом. Моемся уже дома.

Гэнки жизнерадостно присвистнул, удивлённый такой целеустремленной оборотистостью школьника.

- Я из не самой плохой семьи, если говорить о материальных возможностях, - парень истолковал его реакцию абсолютно верно. - Но вокруг немало людей, у которых нет того, что имеет мой отец. Кстати, если брать с горячей водой и инструктором, то двадцать тысяч в месяц обращаются уже как бы не в двести. Раз в восемь точно будет больше, особенно если ездить куда-то на другой конец города.

- Да логично, чего уж... - Томиясу снова покусал с полминуты дужку от очков. - Давай так. Ты же наверняка до конца не просчитывал, получится ли у нас выходить хотя бы в ноль в итоге твоего спортивного этажа? Или - коммунальные платежи и поддержание инфраструктуры этого спортсектора будут ещё и убытки ежемесячные генерировать?

- Я и не просчитаю, - пожал плечами Маса. – Точно. Но люди Рюсэя уже прикинули. Если будет окупаться сам торговый и развлекательный блок, то и детей в спортивные секции взрослые тоже забрасывать будут. Регулярно. Даже для общего развития. Я не маркетолог, но длинный говорит, в ноль точно должны выйти. Особенно если организовать качественное обучение тому же плаванию, теннису, ещё по мелочи.

- Не вижу его расчётов на эту тему в папке...

Младший Асада промолчал.

- А что нам даёт сегодняшнее заявление на весь муниципалитет о смене профиля застройки? - Гэнки и сам чудесно видел ответ на этот вопрос, но решил не лишать себя удовольствия от беседы.

- А вы прилюдно откажитесь от части прибыли до выборов. Тогда, когда ваше будущее отстранение партнёром никому не очевидно, и это всё выглядит вашей жертвой ради общества. Добровольной.

- М-да…

- А ещё есть мнение, что, после вашего отказа от части денег, вашему хитрому партнеру может оказаться намного сложнее переоформить всё на себя.

- Это что, и был последний козырь? - уточнил оябун. - Возможно... Муниципалитету ведь действительно интереснее бесплатная социальная программа, чем прибыли структур, которые в ближайшие пять лет ещё и налогами нормально облагаться не будут... Сам додумался? - Гэнки внимательно следил за мимикой пацана.

Тот молча указал глазами на красноволосую:

- У нас подобралась команда в школе. Ещё три девчонки отличницы, это кроме нас двоих. Вот устроили мозговой штурм - и побросали идеи на доску. А потом продумали до конца самые перспективные из них.

- Что ты знаешь о хеджировании рисков? - без перехода спросил оябун, продолжая закусывать дужку очков.

Кажется, такими темпами они не доживут до стандартного конца недели. Потому что ходить в исцарапанных и надкусанных очках человеку его уровня - дурной тон.

- Ничего, - пожал плечами сын товарища.

- В общем, я попытаюсь проверить у себя, какие у нас перспективы с этой застройкой. Если неблагоприятный прогноз по партнеру подтвердится хотя бы наполовину, я предложу тебе лично создать свой подростковый клуб. И под это выделим участок в секторе комплекса, как ты говоришь. Не дожидаясь.

___

Там же, через некоторое время.

- ... а я смогу достроить комплекс. - Сын Асады смотрел настолько твёрдо и не мигая, что Томиясу даже не стал переспрашивать, на чём зиждется такая уверенность.

В принципе, парень только что из собственной головы выдал по памяти список контрольных точек строительства сходного объекта, включающего, помимо прочего, полноценный плавательный бассейн олимпийского формата. Сооружаемого в климатической зоне с низкими зимними температурами. И, соответственно, требующего колоссальных ресурсов на зимний подогрев. И теплоизоляцию.

- Если б не знал тебя с детства, подумал бы, что ты уже когда-то достраивал такой объект, - пошутил Гэнки, не обращая внимания на сверкнувший взгляд собеседника. - Итожим. Сходу соглашаться не буду, но мысль, возможно, толковая. Приди ко мне кто с улицы - это был бы один разговор. Но в случае именно с тобой, возможно, будет выгоднее набрать неубиваемые очки перед выборами. И выиграть эти выборы, несмотря ни на что, м-да…

- Заявив об отказе от коммерческой схемы? И о строительстве вместо неё социального объекта? Спортивного сектора в комплексе вместо...?

- Угу. - Плюнув на то, что до конца недели оставалось ещё несколько дней, Гэнки продолжил решительно грызть очки. - Давай, если ты так хочешь отработать эту свою самостоятельность в процессе, я с тобой на эту тему буду контачить либо напрямую, либо через Рюсэя. А окончательное решение скажу в течение двух суток, считая с этого момента.

Младший Асада спокойно кивнул.

- Маса, чтобы откровенно. – Оябуну отчего-то захотелось поговорить. - Мне сейчас было интересно. Но я хочу убедиться в том, что из застройки меня действительно выкидывают.

В этом месте парень просто поднял вверх пустые ладони, спокойно глядя старшему в глаза.

***

Гэнки никому в этом не признавался, но в душе искренне считал: многие чего-то добившиеся в жизни люди очень недооценивают роли постоянного самообучения.

В некоторые интересные курсы, предназначенные для средней руки бизнесменов, он втянулся с подачи Мивако.

Далеко не все из них были полезны. Но вот тот, который был посвящён мыслительным процессам, реально стоил своих денег.

В напряженные и кризисные моменты контролировать нужно только один параметр - это оябун знал хорошо и на своём примере в этом не раз убеждался.

То, что момент сейчас был острым и кризисным, в доказательстве больше тоже не нуждалось. Соответственно, и сейчас нужно было выбрать единственный параметр, на котором следовало сосредоточиться.

Он выбрал риски.

Чем от большего количества неопределённости сейчас удастся уйти, любой ценой; тем объемнее должны быть приобретения, когда это всё закончится.

Младший Асада каким-то сверхъестественным образом угадал тренд. Приди он со своим странным предложением...

Томиясу оборвал лишние мысли.

Иногда нужно жертвовать даже ферзем, чтобы добиться нужного результата всей партии.

Отказ от коммерчески прибыльного (потенциально) проекта - и замена его чистой воды благотворительностью - могли принести гораздо более скорые дивиденды, если об этом правильно заявить.

Если выиграть муниципальные выборы, это автоматом окупит любые жертвы подобного плана. Хм, а сам бы просто не стал думать в эту сторону.

По-хорошему, надо сделать всего две вещи. Запросить прогноз по точке самоокупаемости этой спортивной идеи – это раз. Два - просто встретиться со своим партнёром-застройщиком.

Посмотреть ему в глаза.

Гэнки знал, что лично ему не понадобится ждать неделю или две в этом случае: кое-кто слишком жаден, чрезмерно любит деньги, недооценивает роль простой человеческой порядочности и не умеет скрывать эмоций.

Ну и было ещё кое-что.

Наверное, он уже потенциально даже выбрал решение, просто не хотел сразу махать мечом.

Если это хоть как-то поможет сыну товарища, пусть.

Выборы, кампания по реанимации имиджа из-за попадания в анналы террористов… сейчас Джи-Ти реально не до борьбы за стройку. Да и реальных рычагов давления на ту сторону нет.

А так, даже если у пацана Асады ничего и не получится, хоть будет парню урок. Глядишь, можно будет и на другое дело его поставить со временем.

Опыт, особенно проигранных боёв - он очень дорого стоит.

Если вместо доступных женщин Маса, вон, на спорт нажмёт; да, в силу задачи, в бизнес окунётся…

Ну пусть реально повращается среди этих наёмных бригад, что поденные подряды берут! С ежедневной оплатой налом!

Такой опыт за спиной обогащает несоизмеримо с теоретическими школьными высасываниями из пальца. Которыми грешат все академические учебные заведения.

*********

- Как это случилось? – белобрысый, словно не был один против пятерых, по очереди посмотрел на каждого.

- Иди нахер, - коротко ответил Сэй. – Нам ещё в полиции объясняться. Вот я перед якудзой не стелился…

Красноволосой суки сегодня в школе не оказалось.

Асада, постоянно связываясь с ней через смарт (ну а с кем ещё?), выглядел довольным словно кот, объевшийся сметаны.

Что интересно, отсутствие Кимишимы не помешало белобрысому наслаждаться женским обществом, потому что подруги той облепили его втроём, даже сидя вместе на занятиях.

Мао, вежливо поинтересовавшись делами, расстроилась, когда узнала, что сроки отодвигаются на неопределённое время.

Никак его не упрекнув, она только закусила губу и грустно кивала в такт его словам.

Отпрыск семьи Нагано отчего-то разнервничался и, подумав, предложил замену.

Мао согласилась и посмотрела на него с такой надеждой, что он тут же побежал уведомлять спортсменов о возможной замене мишени.

Одну из этих подруг, Икару, подловили на галерее третьего этажа, в большой перерыв, когда она шла из туалета.

Ей тут же заткнули рот и руки вывернули назад – но дурочка рванулась вперёд, как будто ей убивать собирались.

Тварь.

Через перила третьего этажа.

Перелом позвоночника, разрывы внутренних органов. Реанимация, прогнозы сложные.

Хорошо, что Начальник образовательного процесса каким-то образом подыгрывает – записи с камер удалены.

А слово против слова – это они уже проходили. Только бы от полиции отбояриться.

Сэй и спортсмены нервничали и так, когда их в физкультурной раздевалке нашёл Асада.

- А с другой стороны, и этот сам пришёл, - Уэда староста отделения, многозначительно посмотрел на каратека.

Нагано понял, что заказ у союзника включал не только бабу.

Глава 19 (Утром перечитаю)

В следующий момент Нагано даже не удивился: белобрысый, игнорируя все без исключения канонические школы, своим крабьим приставным шагом подлетел к спортсменам.

Его дегенеративный и корявый удар, выполненный то ли от живота, то ли от бедра, пришелся Уэде четко в надгубную впадинку. Староста спортивного отделения, подломившись в коленях, опал на пол подобно проколотому воздушному шарику.

Сэй ожидал чего-то подобного, потому среагировал почти синхронно.

Он больше не собирался играть ни в благородство, ни в какие-то правила. Всем известно: от удара рукой, выполненного обладателем черного пояса со сверхкороткой дистанции, увернуться невозможно. Просто потому, что реакция человека занимает дольше времени, чем полёт бьющей руки к мишени. Если это - работа мастера, и скорость мастера.

Белобрысый, видимо, начал движение корпуса одновременно с Нагано… Угадал, что ли?

Сэй почти достал его! Его правый кулак, неся жёсткий акцентированный удар в голову противнику, кажется, даже задел его волосы!

Но достал именно что почти. Так как в следующий момент прилетевший сбоку какой-то нереальный и невозможный левый боковой врезался каратеку в висок.

Сэй рухнул на колени, но сознания не потерял.

Перед началом разговора со спортсменами он предусмотрительно выставил на нейро-концентраторе чуть иные параметры для сосудов головного мозга. Спроси его кто, зачем он это делает - он бы не смог объяснить связно.

Просто почему-то показалось, что так будет правильно. А возиться, если что, с такими вещами при свидетелях не стоит.

Потом случилось то, что случилось; и ему какое-то время было не до возврата сосудов в обычное состояние.

Сейчас забывчивость очень выручила. Удар был сильным, но оказался не нокаутирующим. Каратеку нужна была ровно четверть минуты, чтобы прийти в себя окончательно.

Глаза застилал странный красный туман. Сэй, несмотря на оглушенное состояние, даже успел коротко подумать: похоже, у белобрысого всё-таки стоят какие-то расширения либо программы. Ну не может у простого человека быть такого эффекта от попадания, после которого целый первый дан не чувствует кончиков пальцев.

К своему сожалению, Нагано не был ни биологом, ни медиком; даже в виде хобби или в форме увлечения. Потому каратек сделал ошибку: вместо того, чтобы проверить тип сигнала от своей нейросети (а он бы нашел там целый ряд ошибок), обладатель чёрного пояса решил усилить параметры мощности.

Чёткость сознания не хотела возвращаться, оттого он молниеносно вывел перед собой виртуальную клавиатуру. В следующий момент, Сэй чуть увеличил параметр давления. Вообще, такие «инструменты» не очень приветствовались, особенно в спортивной среде. Но – чего не сделаешь ради столь необходимой победы.

Перед глазами бывшего школьного чемпиона встало лицо Мао.

А затем микроскопические трещины сосудов головного мозга, спровоцированные ударом Асады, буквально в течение пары секунд превратились под выросшим давлением крови в полноценные разрывы.

Нагано почувствовал, что у него резко закружилась голова. Между висками, четко посередине, его прострелила страшная боль. Еще через секунду Сэя вырвало.

Лучшего каратека школы ещё не закончило тошнить, когда он потерял сознание и рухнул лицом прямо в собственные рвотные массы.

Муроя, нечленораздельно заорав и героически бросившись вперёд со своей поломанной и загипсованной рукой, неожиданно получил от белобрысого пяткой в колено. Споткнувшись, он растянулся на полу, ухитрившись при этом ничего себе не сломать.

Когда огромный регбист поднялся на ноги, с оставшимися двумя товарищами всё было окончено: они картинно лежали на полу и слабо подергивали кто левой ногой, кто правой рукой.

Судя по судорогам, пробегавшим по их телам произвольно, нокаут был глубоким.

Сжав зубы, регбист бросился на гайдзина повторно. Он даже успел увидеть левый кулак, разбивающий его губы перед тем, как последовавший за ним удар правой сломал ему челюсть, выбивая два зуба. И заставляя лопнуть третий прямо в десне.

*********

- Асада, твои выходки совсем уже вышли из берегов и перешли всякие границы. К тому же, ты не внёс оплату за нанесенный ущерб. - Начальник образовательного процесса старается выглядеть сурово и неприступно. - Я отстраняю тебя от занятий.

- Основания? - надеюсь, я сейчас выгляжу спокойным.

Не то чтобы я слишком нервничал, но увеличивать количество вопросов, требующих срочного решения, мне не хочется. А если меня сейчас вышибут из школы (даже временно) - это станет как раз-таки ещё одним срочным вопросом.

- У Сэя Нагано кровоизлияние в мозг. Ты напал на пятерых учащихся. Ты должен старшей школе четверть миллиона, которые пока не отдал. Этого недостаточно?

- Почему вы думаете, что это я на них напал? А не они на меня? Вам не кажется, что худому и мелкому гайдзину нужны очень веские основания для того, чтобы первому атаковать пятерых здоровенных спортсменов-японцев?

Я тут недавно выяснил, что начальник образовательного процесса - форменный расист. Его мозги повернуты таким образом, что первым сортом он считает только своих. Остальных, особенно европейцев, он мнит пылью под ногами.

Наверное, если говорить о букве закона, можно сказать, что затеял мордобой я. Но в протокол, увы, не подшить того очевидного факта, что они просто не успели ударить первыми. На месте это было видно очень хорошо.

- Я не возьмусь предсказать твои мотивы. Мне кажется, с этим вообще будет разбираться полиция, - к сожалению, он не покупается на мою уловку. – И потом, у меня есть запись.

- Ой, как хорошо, - мне даже не приходится изображать позитив. Если имеется запись, это действительно здорово. – Значит, на вашей записи есть и момент, когда эти мудаки напали на Икару?

Взгляд педагога тут же виляет в сторону:

- Не уверен, что я хочу это обсуждать с тобой.

- Вот же сволочь старая…

- Что ты сказал?

- То, что слышал. Ты же их форменным образом собираешься увести от наказания! – ситуация абсурдна, но имеет место именно она.

Мне не нужны хитрые программы нейро-концентратора, чтобы видеть правду по выражению его лица.

- Ты очень сильно заблуждаешься, - кажется, его голосом можно замораживать воду в лёд. - И ты меня сейчас просто вынудил принять те меры, которые... - он не договаривает, меняя тему. - Никто на Икару не нападал. По крайней мере, в записях видеонаблюдения ничего подобного нет. Это раз. Второе…

Я не знаю, зачем он это делает; но мои возраст и багаж за спиной тоже чего-то стоят, даже без местных модных технических штучек.

Тот случай, когда диагнозы пациента и ситуации ясны. И лично мне видны невооружённым глазом.

А в следующий момент я делаю то единственное, что вообще можно сделать на моём месте, в сложившихся обстоятельствах.

*********

Юто Кавасима, начальник образовательного процесса Академии Тамагава, не мог поверить в происходящее.

Подросток, которого он вызвал к себе, чтобы сообщить о его весьма вероятном исключении из школы, поначалу просто принялся дерзить.

Да, Юто где-то пользовался моментом, решая сразу несколько задач. Не последней в списке была дискредитация конкурирующей партии на выборах: если сын одного из заправил настолько туп, что вылетает с обучения в середине года, то избирателям следует очень подумать, доверять ли его отцу.

Тот, кто не сумел воспитать даже собственного ребёнка, едва ли сможет решать проблемы других людей. Как говорится, вначале реши собственные.

Наглец Асада сперва немыслимо перешёл на ты, совсем уже усугубляя своё положение. Если до этого момента Кавасима ещё колебался, то теперь сомнений не осталось: только исключать нахала.

Дальше малолетний якудза задал ему весьма неудобный вопрос.

Начальник образовательного процесса и так собирался почистить кое-какие записи, тем более что о том просили и серьёзные люди, и личные корыстные интересы. Но пока, увы, за всеобщей суматохой не успел этого сделать.

Ну а потом, после того, как он жёстко осадил несовершеннолетнего негодяя, тот выволок его из-за стола и принялся избивать.

Юто, будучи достаточно крепким мужчиной, попытался дать отпор. К сожалению, у него ничего не вышло.

Проклятый белобрысый, перемещаясь по кругу вокруг него, бил и бил.

Живот, рёбра, живот… Опять живот, сердце, плечо... Этот последний удар, кстати, отсушил преподавателю левую руку.

Кажется, Асада избегал бить по лицу, чтобы не оставить следов.

- Ты сядешь в тюрьму, тварь, - выдохнул педагог на последнем издыхании. – Это тебе так не сойдёт с рук!

- Нам не привыкать, - буднично ухитрился пожать плечами подонок.

Начальник образовательного процесса пытался отмахиваться, но получалось плохо. Асада каким-то образом легко находил бреши в его блоках, по три штуки за одну секунду.

Юто махнул кулаком, целясь в голову вертлявой твари, но снова не попал. После этого на живот преподавателя обрушился дальнейший град ударов.

*********

Цубаса, закусив язык от весёлого напряжения, внимательно следила за бегущей по монитору строкой.

После совещания в клинике врачи наскоро наметили три протокола коррекции, на выбор.

Самый первый был и самым надежным, но родители Масы не захотели оставлять его сестру в стационаре.

Второй вариант предусматривал чистку нейро-концентратора впавшей в психоз старшей сестры друга. Попутно, обильным питьем и кое-какими медикаментами, должна была снизиться интоксикация от одной очень интересной компоненты у неё в крови.

Тонкостью было то, что за работой нейро-концентратора предстояло неотрывно наблюдать больше суток. Профессионально.

Цубаса, не собираясь отсиживаться в стороне, откровенно предъявила врачам некоторые служебные программы, которыми владела на профессиональном уровне (спасибо предыдущему месту учёбы).

В общем, консилиум из родителей и докторов прямо на месте принял решение: в следующие сутки она побудет личной сиделкой пострадавшей. Это гарантировало и качество необходимого ухода, и, по словам отца Масы, позволяло избежать ненужной огласки.

В комнате Ю, где она разместилась на ближайшие двадцать четыре часа в роли поддержки и помощи, красноволосая, чтобы не ломать зрение и не занимать дисплей личного смартфона, вывела всю телеметрию на настенный экран.

Кого-то другого монотонная работа слежения за бегущей строкой, возможно, и утомила бы - но ей это занятие почему-то нравилось.

После обеда пришёл вызов от Масы.

Не планируя надолго выныривать из потока данных, Цубаса мазнула по экрану взглядом - а затем её брови поднялись едва ли не до затылка.

Маса звонил из кабинета начальника образовательного процесса.

Избитый преподаватель, привалившись спиной к стене, находился в полубессознательном состоянии.

- Помогай, - выдохнул товарищ, наводя камеру гаджета на экран персонального рабочего места педагога. - Спортсмены вместе с нашим каратистом сломали позвоночник Икару. Где-то здесь должна быть запись с камер видеонаблюдения, этот мудила не успел удалить.

- Ничего себе, - присвистнула красноволосая, пытаясь уложить в голове происходящее.

- Умоляю. Быстрее. - Каким-то слишком спокойным, потому нехорошим, голосом попросил товарищ. - Тут кое-кого черти в кабинет приносили в середине нашего воспитательного процесса. Потому, думаю, полиция из кобана уже сюда несется. Наверное, я и с ними справлюсь, но будет лучше, если я этот файл отправлю прямо сейчас в надежное место. Потому что он его удалять собрался, с-сучок.

_________

Утром буду перечитывать. Чего-то с трудом шло весь день – выкладываю, чтоб не мучить читателей.

Глава 20 (утром перечитаю)

- Я тебе голову оторву, когда это всё закончится, - спокойно пообещала Цубаса, запуская нужный пакет программ и сосредотачиваясь на передаваемой картинке.

- За что? - резко озадачился Маса. Потом, правда, спохватился. - Эй, женщина, как разговариваешь?

Они оба прыснули.

- Стой, не дергайся. Держи в фокусе экран. Так, иди в директорию "Расширения"...

Следующую минуту младшая Кимишима руководила поиском видеоархива на чужом рабочем столе, старательно абстрагируясь от подоплеки событий.

Разумеется, в глубине души она чертовски боялась. Но было бы очень большой глупостью сейчас проецировать собственный эмоциональный фон на происходящее.

Выяснить отношения с парнем, заодно сделав "работу над ошибками", можно будет и потом.

Ну и, она искренне хотела научиться быть идеальной спутницей. В будущем - такой же женой.

На примере своих родителей она знала: проблемы в любой семье и в любых отношениях семь раз из десяти начинаются тогда, когда женщина пытается поменяться местами в иерархии с мужчиной.

Иногда, чтобы поддержать своего мужчину, женщине стоит просто его слушать.

- Так, это оно. - Искомое обнаружилось далеко не сразу. - Перегоняй вот сюда... - параллельно, она вбила адрес ссылки и отправила его товарищу. - Ух ты, оно даже от копирования и пересылки никак не защищено...

Разумеется, Асада тут же начал тормозить:

- А что нажать сейчас?.. А почему этот червяк так и не пополз?..

Красноволосая вполголоса выругалась. Затем добавила:

- Быстро дай мне доступ через... - Цубаса продиктовала список икон на панели, которые понимал даже светловолосый.

Несмотря на то, что Маса был далеко не из бедной семьи (и нормальные гаджеты у него тоже водились!), как пользователь программных продуктов он регулярно оказывался на том уровне, на котором лично она была года в четыре с половиной. От роду.

И кто сказал, что сегодняшний интерфейс доступен всем интуитивно?

- Судя по некоторым гениям боевого кулака, бывают типы интуиции, на которых разработчики софта отдохнули, - хмуро проворчала она, делая всю работу со своего места.

Маса, кажется, понял, на что она намекает - и тактично промолчал.

- Ещё минуты две с половиной качать, - красноволосая позволила ноткам тревоги прорваться в голосе.

Начальник образовательного процесса заворочался у стены, кажется, приходя в себя.

- У нас нет двух с половиной минут, - кажется, до товарища тоже дошла серьёзность положения. - Я не засекал, но эти из кобана наверняка уже бегут по лестнице. Слышу.

- Бей экран, - предложила она. - Ты и так уже натворил... Полусотней тысяч больше, полусотней тысяч меньше...

- Логично. - Когда надо, Асада умел прислушиваться к голосу разума и не спорить, с кем не надо.

Несмотря на свой регулярный мужской шовинизм.

В следующий момент он без затей бахнул кулаком в середину недешевого монитора.

А ещё секунды через четыре трое постоянных обитателей стационарной полицейской будки, находящейся на территории академии, действительно появились в кабинете.

Маса, наскоро проинструктированый ею, как раз успел установить свой смартфон за стеклом книжного шкафа так, чтобы давать ей и картинку, и звук происходящего.

*********

- Господа, прошу вашего разрешения срочно связаться с инспектором Садатоши из девятого бюро токийской полиции, - не делая резких движений, к моменту входа полицейских в кабинет я уже сижу на стуле для посетителей.

Пустые и раскрытые ладони держу на столе, на виду.

Начальник образовательного процесса, которого назвать педагогом не поворачивается язык, только что пришёл в себя. Кажется, он сейчас порывается что-то сказать.

Будь на моём месте действительно шестнадцатилетний школьник-японец... ладно, эту мысль я додумаю как-нибудь потом.

- Попутно. Я могу попросить вас связать меня с начальником избирательного штаба партии, от которой баллотируется в муниципалитет уважаемый господин Кавасима? - не вставая со стула, вежливо киваю в сторону так называемого учителя.

Он тут же напрягается:

- Зачем тебе это?

- Будем торговаться, - пожимаю плечами. - Вы считаете, что всё нормально. Что всё идёт, как надо. Что имеет место просто нетрадиционный инструмент воспитания строптивого ученика. - Многозначительно сверлю его взглядом. - Я же считаю, что имеет место нарушение сразу нескольких пунктов действующего законодательства.

- Вот сейчас мы с ними и будем разбираться, - злорадно цедит горе-преподаватель, усаживаясь на свой стул.

И широко раскрывая глаза от удивления при виде разбитого монитора.

Ух ты. Так он и не особо соображал, что происходит, оказывается.

Значит, я слегка прокачался даже в этом теле. Нокаут в печень - никак не редкость. Особенно если голый кулак. Но вот нокаут в печень так, чтобы у него и соображение отключалось...

Кажется, можно начинать собой тихонько гордиться.

- Я буду разбираться в любом месте, определенном как прокуратурой, так и решением суда. - Спокойно смотрю на него, не делая движений. - Но есть один момент в законодательстве, который я бы не хотел откладывать.

Полицейские, всё это время с любопытством переводившие взгляд с меня на него, наконец, протирают мозги.

- Что у вас тут происходит? - говорит тот из них, который вошел первым.

- У нас с учителем есть взаимные пакеты обвинений. - То, что я перебиваю его и говорю сейчас первым, является явным нарушением как правил приличия, так и этикета.

К сожалению, иногда свое место в иерархии приходится обозначать и такими способами.

- Но есть одна претензия, которую я не могу себе позволить отложить. - Продолжаю под удивленными взглядами троих взрослых. - Это- нарушение закона о выборах в органы местного самоуправления.

А вот теперь, кажется, начальника образовательного процесса пронимает по-настоящему:

- Что ты несёшь?! - он весьма кстати и быстро краснеет, явно выходя из себя.

- Не нужно затыкать мне рот. - Говорю демонстративно вежливо и негромко. Затем поворачиваюсь к полицейским. - Я считаю, что, помимо прочего, имеет место недопустимый конфликт должностных интересов. Если я буду делать громкие заявления в суде, могут пострадать оба предвыборных штаба.

Не знаю, настолько хорошо обитатели нашего академического кобана ориентируется в предвыборных реалиях, но надеюсь, главных кандидатов они всё же знают.

- Пока не понял. Чего ты хочешь? - в отличие от педагога, служители закона ведут себя наредкость конструктивно.

Просто перекрыв единственный выход из кабинета, они не гонят коней и терпеливо разбираются в ситуации. Кажется.

- Господин Кавасима и мой отец являются конкурентами на будущих выборах, из разных партий. Уважаемый сенсей, - вежливо киваю в его сторону, - видит себе нашу с ним размолвку личной. Я же считаю, что имеет место недобросовестная битва между избирательными штабами. Поэтому предлагаю, во избежание глупостей в горячке - и будущих взаимных обвинений, не красящих обе стороны в глазах избирателей - позволить мне сказать ровно две фразы его начальнику. По избирательному штабу его партии. При вас, и при самом господине начальнике образовательного процесса.

**********

Гэнки отстраненно созерцал птиц за окном.

С одной стороны, свобода есть свобода. Что ни говори, но эти несколько дней в кутузке нервы ему напрягли. И не только нервы.

С другой стороны, видимых и серьезных провалов не случилось. Определенные потери, конечно, в будущем ещё предстояло понести - но ничего критичного на текущий момент не просматривалось.

Отдельным пунктом шла практически бессонная ночь. В офис он попал, считай, не заезжая домой, а подремать удалось едва ли полчаса - на неудобном стуле, в больнице.

Находясь в сомнамбулическом состоянии, он даже не удивился, принимая крайне нетипичный вызов от младшего Асады.

- Что-то случилось? - безошибочно угадал оябун, увидав пару нижних чинов полиции рядом с сыном товарища.

Сам звонок, кажется, производился откуда-то из учебного заведения.

- Я не смог дозвониться отцу. Потому прошу вашей помощи, - ровно сообщил Маса и многозначительно поиграл бровями.

- Говори.

- У меня возник конфликт по месту учебы. Скорее всего, я сейчас поеду разбираться в офис прокуратуры, и моего законного представителя пригласят уже туда. - Озадачил светловолосый. - Но есть два момента. Первый, поскольку я бы не хотел трогать мать: вы не знаете, где сейчас отец?

- Знаю. Он очень занят; и до него не смогу дозвониться даже я ближайшие три часа, - откровенно ответил Томиясу. - Но я пришлю тебе юриста, хорошего. Мивако прямо сейчас начнёт связываться с офисом вашего прокурора... Какой второй пункт?

Кумитё здраво рассудил, что задать все вопросы можно будет и потом, в более спокойной обстановке. Без свидетелей. Сейчас же следовало максимально сплотить ряды перед лицом любой внешней угрозы, какой бы смешной она ни была.

- Второй вопрос. Вы бы не могли, как представитель нашего избирательного штаба, - Маса выделил слово "нашего", - прямо сейчас связаться с начальником штаба... - он продиктовал фамилию главного конкурента.

_________

Окончив разговор, Гэнки почувствовал, что полностью проснулся.

Младший Асада за каких-то полдня, добравшись до своей школы, выдал на-гора целый клубок вопросов. Не сказать, чтобы неприятных.

Отец его и правда будет недоступен ближайшее время, потому придётся кое-чем заняться лично.

Во-первых, пацан абсолютно нормально вписался за девчонку из своего круга, пострадавшую неправильно. Если прозвучавшие обвинения подтвердятся хотя бы наполовину, Томиясу уже сейчас видел, как можно будет обыграть эту несправедливость в рекламных предвыборных роликах.

Во-вторых, как обычно и бывает, справедливость очень часто оказывается беззащитный в первую очередь в глазах закона. Гэнки, в силу опыта, несмотря на так и не прозвучавшие детали, сообразил: Маса банально отмудохал преподавателя и только благодаря этому получил доказательства своей правоты.

Собственно, помощь, о которой он просил, была логичной: кто-то из старших, имеющих права говорить от имени всего штаба, должен позвонить боссу этого Кавасимы и предложить размен.

Кавасима не выдвигает обвинений против пацана Асады - а предвыборный штаб Томиясу не поднимает волны в каналах коммуникации.

- А ведь может и получится, - хмыкнул оябун сам себе.

Понятно, что звонок пацана выбивался за рамки обычных процессов. Но и просить ему сейчас было некого - Ватару-то недоступен.

Мивако же находилась не на том уровне, хотя с пацаном и общалась близко и неформально.

- Шустрый, - многозначительно покивал сам себе Гэнки.

Маса в ходе разговора иносказательно дал понять, что готов какое-то время провести в тюрьме, если договориться не получится.

Но тогда сам факт его заключения будет вопиющей несправедливостью. А уж этот момент предвыборный штаб его отца разыграет, словно лишнюю фигуру в шахматном окончании. Собственно, это и было главной целью его звонка.

_________

Там же.

- ... вы меня не понимаете. У меня вообще беспроигрышная позиция. - Гэнки Томиясу абсолютно спокойно смотрел на своего собеседника. Разговор происходил в режиме видеозвонка. - Ваш явно подставился. Я не буду сейчас выкладывать все свои козыри, но некоторые видеоархивы вас не обрадует. Просто поверьте на слово.

- Вы совсем не беспокоитесь о своём человеке? - его собеседник иронично поднял правую бровь.

- Не козырь, - еле заметно, одним уголком рта, лишь обозначил снисходительную улыбку оябун. - Мой человек, если надо, и в тюрьме посидит. Но если это случится, то пострадает он за правое дело. Вы верите, что я смогу разыграть такую карту - и выиграть?

Тот, с кем он говорил, задумался. Явно не зная, к какому решению склониться.

- В общем, решайте сами. Или этот ваш преподаватель молчит о личном конфликте с пацаном - а всё остальное пусть разбирают по закону. Мы с вами не лезем. - Оябуну надоело тратить время на повторение уже сказанного. - Джентльменское соглашение. Либо, если ваш человек обвиняет нашего пацана, то наш сходит в тюрьму. На какое-то время. Скорее всего, только до суда, - здесь Гэнки немного блефовал, но именно что немного. - Однако в этом случае мы считаем свои руки развязанными. И наводить порядок будем всеми доступными средствами.

Не прощаясь, он разорвал соединение.

Если мыслить прагматично и цинично, младший Асада предоставил неубиваемые козыри.

Что бы ни решила противоположная сторона, лично он выиграет в любом случае.

_________

продолжение планирую завтра в первой половине дня

Глава 21

- Эй, у тебя входящий! Стол дымится! - всунувший голову сквозь приоткрытую дверь коллега четко дал понять, что закончить упражнение не позволит.

Инспектор Садатоши, вздохнув, выпрямился и опустил руки. Последнее время сидячая работа и не самый здоровый образ жизни давали о себе знать: пару раз в день теперь приходится заниматься лечебной гимнастикой.

Без этого боли в поясничном отделе позвоночника иногда даже мешают уснуть. Нейро-концентратор говорит что-то о недостатке кальция, но глотать пилюли в этом возрасте неохота.

- Оно что, настолько срочное, что не подождёт пять-семь минут? - недовольно проворчал он, на самом деле уже направляясь к двери.

- Коллеги, - индифферентно пожал плечами товарищ по работе. - Не дозвонятся тебе - начнут меня теребить. А у меня через две минуты созвон сам помнишь с кем, - второй инспектор многозначительно указал пальцем в сторону большого панорамного окна.

Хидэоми, скользнул взглядом по экрану, еще раз вздохнул и принял вызов.

- Кобан номер... территория Академии Тамагава... Старший офицер Хонма... - бодро затарахтел другой коллега, строящий головокружительную карьеру в одной из сотен стационарных будок, рассыпанных по городу и агломерации.

- Что случилось? - Садатоши, в принципе, уже предполагал ответ на свой вопрос.

Поскольку на заднем плане увидел маячащую физиономию одного белобрысого гайдзина.

Но уточнить всё равно стоило.

- Есть факт обвинения от лица, заявляющего, что имело место нарушение закона. Есть нежелание обвиненного комментировать это обвинение. Масахиро Асада, несовершеннолетний, сослался на вас во время первичного опроса. - В этом вместе взгляд невысокого званием коллеги вильнул в сторону.

- Ну-ка, дай мне поговорить с этим нарушителем, - быстро принял решение Садатоши. - По общей, при всех, выходить никуда не надо, - опередил он движение не в меру рьяного младшего чина.

- Коротко, в течение тридцати секунд. Что случилось? - Хидэоми здраво рассудил, что абсолютно всех прочих фигурантов, если потребуется, он легко застанет и опросит в любой момент хоть и завтра, хоть и по телефону.

А вот если младший Асада натворил что-то серьёзное, то для разговора с ним, возможно, уже через несколько часов придётся оформлять специальные документы. Ехать на другой конец города.

Потому что в заведениях для досудебного содержания под стражей несовершеннолетних даже сотрудника девятого бюро не пустят по одному лишь удостоверению.

- Я могу просить вас прибыть сюда лично, для разбирательства? - спокойно, как ни в чём ни бывало, заявил малолетний отщепенец.

- Ты решил, что можешь мне теперь ставить задачи? - не выказывая никаких эмоций, Садатоши лишь вопросительно поднял левую бровь.

- Мне кажется, имеет место конфликт сразу трех групп интересов. Причём из Семьи, - школьник выделил интонацией последнее слово, - только я один. Остальные - самые обычные, ничем не примечательные граждане.

- Мне нет дела до проблем, которые меня не касаются, - безукоризненно вежливо постарался отбояриться полицейский.

Хотя уже чувствовал, что придётся ехать. Такие моменты, как ни печально, являлись частью его работы и достаточно подробно оговаривались в различных инструкциях.

- Инспектор, боюсь, в случае официального разбирательства без знания вашей специфики, могут быть допущены ошибки. - Настойчиво набычился парень. - Я вынужден буду защищать справедливость так, как считаю нужным. И как меня учат в семье. Я очень прошу вашей помощи не лично, ради себя...

- Ну давай, расскажи о всемирной справедливости, - весело фыркнул Садатоши, невежливо перебивая собеседника.

-... а хотя бы ради шестнадцатилетней девчонки, которой пятеро мудаков сломали позвоночник. И которая сейчас в реанимации, без внятных перспектив, когда её оттуда отпустят. - Асада, завершив пассаж, выжидательно уставился на стража порядка.

- Кажется, у кого-то работы прибавилось, - весело подал голос сбоку коллега, который слышал разговор, хотя и не попадал в кадр.

Хидэоми глубоко вздохнул. Соседа по кабинету хотелось обругать, но этого явно не стоило делать при свидетелях.

- Офицер, никого не выпускать, никуда не расходиться. Ждать меня, - принял достаточно очевидное решение один из сотрудников девятого бюро, разрывая соединение. После чего повернулся к коллеге. - Я в Тамагава, в системе отмечусь по дороге.

*********

Садатоши предсказуемо не обрадовался моей просьбе подъехать.

С другой стороны, насколько я сумел разобраться в причинно-следственных связях, для первичной квалификации дела у него тоже есть полномочия.

Об этом не говорят вслух, но девятое бюро - это палка о двух концах. Инструмент, который призван не только сдерживать якудзу.

Инспектор с коллегами, помимо того, что не дают распоясаться коллегам отца, ещё и тщательно следят за соблюдением законности в адрес самих Семей. Насколько я увидел из источников массовой информации (включая сайт департамента полиции Токио), альтруизмом здесь не пахнет. Просто здравый смысл государства периодически способен перевесить голую букву закона, тщательно соблюдая его дух.

Если простые недобросовестные граждане допускают лишнего в адрес любой из Семей, они рискуют нарваться на очень жёсткий встречный ответ. Тоже далёкий как от законности, так и от гуманизма.

А беспорядки на улицах, ночная резня в тёмных местах, прочие возможные прелести никому не нужны.

Об этом не говорилось прямо, но я очень хорошо понял, плюс подсказала Цубаса: с офисом прокуроров, они же общественные обвинители и прослойка между нами и судами, лучше общаться через своего куратора.

Так-то, теоретически, этот самый институт полицейского кураторства не существует. Формально, на бумаге.

Но всегда есть личные знакомства и связи, которые, как минимум, могут посодействовать объективности рассмотрения твоего дела.

_________

Садатоши прибывает через долгие полтора часа. И, не приветствуя никого отдельно, сразу переходит к делу.

- Что произошло? - он обращается к одному из местных полицейских, на постоянной основе сидящих в будке на территории.

- Заявитель вот, - тот коротко кивает в сторону начальника образовательного процесса. - Предварительное заявление я с планшета уже загрузил в систему.

- Вижу механические повреждения техники, - сотрудник девятого бюро, похоже, мгновенно заметил разбитый мной монитор. - Больше ничего не вижу. В чём вы обвиняете своего ученика? - спрашивает он горе-педагога.

- В физическом нападении на меня и в применении насилия в мой адрес, - взгляд Кавасимы полон тоски и печали.

Ему явно неприятно признаваться в случившемся, но от него так и разит непреклонной решимостью.

- Тебе есть что ответить по существу обвинения? - Садатоши поворачивается ко мне.

- Только два момента. Даже, пожалуй, больше чем два. Первое. Я бы очень хотел увидеть доказательную базу по теме. Второе. Я считаю, что имеет место злой умысел со стороны начальника образовательного процесса. Он сознательно пытается вывести из-под обвинения чистую уголовщину... - дальше коротко пересказываю свою версию перелома позвонка Икару. - Это были парни со спортивного отделения, плюс один мастер каратэ из моего класса. Они просто выбросили девчонку с балкона третьего этажа вниз, в холл. На каменные полы. Она сейчас в реанимации и перспективы крайне неоднозначные.

- Ты каким местом к этому происшествию? - абсолютно бесстрастно уточняет представитель девятки. - И как это связано с обвинением в твой адрес?

- Икару - мой друг. Вы лучше других способны понять все обязательства, которые этот факт налагает на меня в данных обстоятельствах.

- Якудза... , - злобно шипит Кавасима со своего места.

- Я бы попросил вас воздержаться от ярлыков, - абсолютно спокойно останавливает его жестом Садатоши, после чего снова обращается ко мне. - Я берусь за это дело. На всякий случай, чтобы ни у кого не осталось разных интересных мыслей либо собственных трактовок. Департамент токийской полиции, в моём лице, считает: заявление о преступлении Масахиро Асады является частью более сложного процесса. - Он обводит взглядом всех присутствующих. - Предположительно, оно может быть связано с другим правонарушением, и не может рассматриваться отдельно. Со своей стороны, гарантирую полную объективность досудебного расследования. В обеспечение этого своего заявления, согласно статье... , параллельно будет проводиться независимое расследование. Офисом прокурора этой территориальной подведомственности...

Насколько я понимаю, инспектор сейчас зачитывает какие-то стандартные формулы, призванные поставить стороны в равные условия.

Лично мне выгодно тянуть время. Я понимаю, что босс отца может не сразу позвонить начальству абсолютно справедливо пострадавшего преподавателя.

Также, начальник избирательного штаба конкурирующей партии тоже может не сразу принять решение. Либо - он должен будет его каким-то образом оформлять или согласовывать. Что тоже занимает время.

Сам же Кавасима закусил удила и больше всего жаждет возмездия в мой адрес. Такое впечатление, что эта проблема его сейчас беспокоит сильнее прочего.

Вижу, что ждать от него объективности в адрес Икару - пустая надежда.

Он, кстати, делая вид, что общается, старательно и лихорадочно пытается чего-то добиться от своего смартфона.

Я уже понял, что неглупый совет Цубасы разбить монитор именно сейчас лишает его возможности оперативно отредактировать некоторые архивы.

С другой стороны, а какого чёрта... Если ему можно, то чем я хуже?

Недолго думая, извлекаю свой смартфон и открываю мессенджер.

*********

Диалог в приватном чате.

- что творишь?

- ооо, привееет :)) За твоей сестрицей наблюдаю.

- как успехи?

- нейро-концентратор почистили. Левых команд с него не поступает. Пытается периодически, как мне кажется, распаковаться какое-то странное расширение со смартфона, но я пресекаю, хе-хе. Ей сейчас только много пить надо, интоксикация сама спадёт. Ты как? Ещё не в тюряге? :-D

- да тьфу на тебя! Совсем с ума сошла?! 0_0

- эээ, шучу же! :)) понятно, что если пишешь, то ничего тебе не сделали.

- ааа, не подумал... Сидим в кабинете Кавасимы. Ждём моего адвоката, он же юрист от отцовского босса. И сотрудника прокуратуры тоже ждём - чтобы разбираться с обвинениями друг другу. А то мне полиция заявила, что я не могу от имени Икару заявления подавать. О, ещё родители физкультурников на меня пока ничего не подали. Так что, заявление нашего великого педагога о моем насилии в их адрес тоже пока только слова...

- они, возможно, и не подадут: мне всегда казалось, что у Сэя левые расширения есть.

- это на что-то влияет в нашей ситуации?

- ты тормоз. Да. Если выяснится, что это запрещённый программный продукт, то при добросовестной работе этого самого общественного обвинителя, которого ты ждёшь, возможны очень серьезные последствия. Без деталей здесь! ^¿^ это всё из новостей?

- да. Ааа, ещё Мивако обещала подъехать. Вроде бы даже уже едет, только я не понял, куда. Сюда - или сразу в прокуратуру.

- а она там зачем??? ^¿^ ???

- отец недоступен. Сестрица у тебя на руках. Мать в положении, чего ей сюда переться? А кто-то из взрослых нужен.

- о, так вот куда Кога засобиралась, оказывается... твой знакомый из девятого бюро дело взял?

- да. Но он говорит, что требует параллельного независимого расследования от этих самых прокуроров. Как бы, дублирование функций. Не знаю, зачем.

- это нормально. Не парься. Потом объясню.

- слушай, а как ты ухитряешься так быстро печатать??? У меня в три раза дольше почему-то выходит!

- :)))))))) значок клавиатуры в правом нижнем углу экрана видишь?

- да.

- это голосовой ввод. У меня, в отличие от тебя, полиции рядом нет :))))

- так ты голосом диктуешь?!!

- ... а ведь я сейчас ржу. Хотя у меня и больная рядом. Маса, тебе говорили, что ты чертовски продвинут в обращении с техникой?

- нет. Пока никто не говорили.

- и не скажут :))))) ы-ы-ы...А если скажут - ты не верь :)))

- так, отбой. Прокуроры приехали.

- эй, ты что, ушёл со связи?!! Напиши, когда что-то прояснится... Если прояснится... Если сможешь писать... :'-(

*********

В самый последний момент у него возникли опасения.

Юто Кавасима сообразил, что некоторые файлы со своего рабочего места лучше было бы удалить. Понятно, что, теоретически, автоматические копии лежали на сервере обеспечивающей компании, и не только там. Плюс, не в единственном экземпляре.

Но существовали и неизвестные широкому кругу обстоятельства. Он был более чем уверен: без его личного одобрения, ни прокурорское, ни любое иное расследование реальных записей не получит (под реальными имеются в виду материалы, пригодные в качестве доказательства в суде).

Разбитый негодяем монитор стал смешной помехой, которая не позволяла сейчас на всякий случай убрать ненужное уже из личного архива.

По ряду процессуальных моментов, в качестве доказательств, эти файлы были бы успешно оспорены любым мало-мальски неглупым адвокатом. Юто позаботился об этом заранее, на всякий случай, когда только принимал дела по системе видеонаблюдения.

Но зачем лишние неприятности и тревоги, если их легко можно избежать? Тем более что выемка и восстановление требуют особых процессуальных оснований в данном случае (которых он не собирался предоставлять противной стороне даже в виде шанса).

К счастью, экран удалось заменить собственным смартфоном. Войдя с его помощью во все нужные директории.

Когда прибыли представители прокуратуры, начальник образовательного процесса смотрел на всех присутствующих чуть свысока и с видимым снисхождением.

*********

Пока дописываю, цена на впроцессник 99рр.

Затем будет повышена.

Глава 22

- Приветствую. А вы здесь по какому поводу? - представитель прокуратуры протянул руку одному лишь инспектору.

Он знал, что его вызвали в Тамагава от имени девятого бюро; но не знал, почему.

- Вам официально? - Садатоши не договорил, но было понятно, что за кадром осталось "...или правду?".

- Второе, - мгновенно уловил намёк общественный обвинитель.

- Парень - член семьи кое-кого из Семьи. - Абсолютно не стесняясь присутствующих, пояснил полицейский. - Он сразу вызвал меня, экономя время департаменту полиции.

Правоохранители не говорили сейчас вслух всего контекста, отлично понимая друг друга с полуслова.

Так, сотрудник прокуратуры на автомате сообразил: даже если местные герои кобана передали бы заявление по каналам криминальной полиции, после сверки фамилии фигуранта со списками базы дело в итоге всё равно финишировало бы в здании борцов с якудзой.

А так, получается, школьник прокомментировал полицейским заявление на самого себя. Экономя время.

- Как трогательно и заботливо с его стороны, - еле слышно фыркнул себе под нос представитель общественного обвинения.

- Он вообще очень рациональный мальчик, - в тон ему слабо улыбнулся Хидэоми. - У меня уже есть своё мнение, включая предварительную квалификацию дела. Но я предвижу серьёзные досудебные дебаты, в том числе, в вашем офисе. Несовершеннолетние, Семья пацана... - полицейский многозначительно поиграл бровями. - Чтобы не допустить ошибок либо взаимоисключающих трактовок, предлагаю вашему ведомству сразу инициировать независимое расследование.

- У кого-либо из присутствующих есть возражения? - сотрудник прокуратуры, не теряя времени, посмотрел по очереди на педагога и школьника.

- Ждем моего юриста и законного представителя, - дисциплинированно поднял руку учащийся по фамилии Асада (как явствовало из заполненных местным стационарным постом электронных документов).

- Я бы пока, в рамках неофициального разговора, без протокола предложил пообщаться. - Уверенно ответил сотрудник прокуратуры пацану.

Садатоши понял его намерение и промолчал.

Дело в том, что у учеников с учителями достаточно регулярно случаются различные инциденты, по всей стране. Некоторые из них, в свою очередь, заканчиваются вызовом полиции.

Однако, после профилактических бесед и реального сбора характеристик, очень часто удается ограничиться тем наказанием, которое в ювенальной юстиции именуется "профилактическая беседа по предупреждению рецидивов". В принципе, даже приговоры суда есть с такой мерой наказания.

- Я не возражаю, - кажется, гайдзин или игнорировал правила приличия, или никогда не знал о них.

По-хорошему, первым должен был ответить начальник образовательного процесса.

- Мои обвинения в его адрес могут быть каким-то образом дезавуированы? Если я выдвину их сейчас, в отсутствие его взрослых представителей? - мгновенно сориентировался преподаватель.

- Нет, - коротко и однозначно ответил общественный обвинитель. - Вы сейчас вводите в курс дела меня. Это не судебные дебаты, не очная ставка в процессе дознания, вообще не процессуальные действия.

- Прелюдия к оным, - подсказал со своего места Хидэоми.

Вообще-то, его коллега из прокуратуры сейчас лукавил. Но в целях экономии времени, можно было пойти и таким путём, тем более что ни о какой предварительной предвзятости дознания речь не шла.

- Он избил меня в моём кабинете. - Твёрдо заявил преподаватель.

Было видно, что эти слова даются ему с трудом.

- Кроме того, его одноклассник находится в больнице с кровоизлиянием в мозг, не знаю, как это сказать по-научному. - Продолжил Садатоши. - Он, - кивок в сторону белобрысого ученика европейской внешности, - немотивированно напал на пятерых учащихся старшей школы, нанес им достаточно серьёзные травмы.

- Орудие? - коротко поинтересовался обвинитель, сверившись с показаниями своего планшета.

- Я не знаю, - с досадой в голосе констатировал педагог. - Учащиеся утверждают, что драка голыми руками. Но что это меняет?

Хидэоми не стал сдерживаться и весело фыркнул, стараясь звучать потише.

- Давайте по порядку, - поморщился представитель прокуратуры. - Где заявление пострадавших учеников? Вернее, их законных представителей?

- У меня ничего нет, - Садатоши быстро поднял вверх пустые ладони. - Меня вон наши вызвали, из-за якобы драки в этом кабинете. - Он кивнул на офицера кобана. - А кстати, и правда. Где официальные заявления остальных пострадавших?

Взгляды правоохранителей скрестились на начальнике образовательного процесса академии.

- Насколько я знаю, эти заявления ещё не были написаны. - Вынуждено признал тот. - Но я более чем уверен, что за ними дело не встанет.

- Звоните, - предложил общественный обвинитель. - Звоните родителям прямо сейчас. Пусть шлют в электронном виде, заверяют собственными цифровыми подписями.

- Моего слова недостаточно? - многозначительно поднял бровь преподаватель. - Если постараюсь, я даже видеофайл найду.

- Ну и я тогда прошу открыть дело на основании моего слова, - мгновенно среагировал белобрысый. - Икару выбросили с третьего этажа эти самые пятеро. Её родители сейчас вместе с ней в реанимации, перелом позвоночника. Ушибы внутренних органов. Сотрясение мозга, кажется, с кровоизлияниями... Они просто физически не успели написать заявления. Мы дружим, поэтому я в курсе! - упредил он неизбежные вопросы правоохранителей.

- Мы не будем забегать вперёд, инициируя производство авансом, - мягко ответил и ученику, и учителю сотрудник прокуратуры. - Лично мой опыт говорит, что в некоторых случаях закон надо соблюдать безукоризненно.

- Если нет заявлений от пострадавших, а сами они живы; их дееспособные законные представители в состоянии выполнять свои процессуальные функции; то дознание не видит оснований для квалификации обвинения, - перевёл на понятный язык Садатоши.

- Давайте лучше разберемся, что тут между вами произошло, - нейтрально предложил его коллега, косясь на разбитый монитор на учительском столе.

- Я уже говорил предварительно, - снова вылез первым учащийся, пожимая плечами. - Беру пятую поправку. Вы же не думаете, что я буду свидетельствовать против самого себя? Допустим даже, только допустим, - он многозначительно поднял палец, - что за позицией уважаемого господина Кавасима стоят какие-то реальные основания.

- Какой грамотный парень, - весело хохотнул общественный обвинитель, переглянувшись с полицейским.

- Доказывать нужно вину, а не невиновность, - вздохнул белобрысый. - Азы юриспруденции. Презумпция невиновности. Я, честно говоря, не имею опыта подобных разбирательств. Возможно, мои юрист и жена отца, когда приедут, как сказал преподаватель, дезавуируют мои слова. Но лично я бы сейчас, по целому ряду личных моментов, очень хотел услышать какие-либо более серьёзные свидетельства собственной вины, чем просто слово против слова.

- Слово против слова? - зеркально повторил последнюю фразу представитель прокуратуры.

Он уже справился с неуместным весельем и выглядел бесстрастным и безэмоциональным.

- Ну да. Моё слово против его слова, что не так? - заозирался по сторонам Асада.

Правоохранители, снова переглянувшись, оставили последнюю ремарку без ответа.

- Я действительно вынужден у вас запросить какие-либо подтверждения ваших слов, - словно извиняясь обратился к педагогу общественный обвинитель. - Вот что имею ввиду...

_________

Там же, через некоторое время.

- ... медицинскую экспертизу можно будет сделать в нашем здании. Попутно, снимается вопрос её валидности в качестве судебного доказательства. - Представитель прокуратуры, не мигая, смотрел на Кавасиму. - Забегая вперёд. Даже если медицинское заключение совпадет с вашими заявлениями, я пока не вижу, как привязывать указанного вами исполнителя к вашему диагнозу. У вас ведется видеозапись в кабинете?

- А сам факт нападения учащегося на меня не является противозаконным?

- Если он вас похлопал газетой по затылку, это хулиганство, - пожал плечами правоохранитель. - Можете исключить его из своего учебного заведения. Через суд добиться запрета, чтобы он приближался к воротам. Принципиален вопрос тяжести нанесенных повреждений.

- Еще штраф можно выдавить из родителей, - подал голос со своего места полицейский. - Если газетой по затылку.

- Да, точно. Ещё штраф.

- Это неслыханно... - было видно, что преподаватель пребывает в явном волнении. - То есть, даже видеозапись того, как он меня избивает, не будет являться доказательством его вины?!

- Факта вины - будет, её степени - нет. А где сама запись? - мгновенно вцепился в последнюю фразу сотрудник прокуратуры. - Вы пока только говорите о ней, но я её ещё не увидел.

- Вы же сами сказали, что это только предварительная беседа? Не процессуальные действия, - парировал начальник образовательного процесса. - Тем более, пока нет законных представителей несовершеннолетнего...

- Они сейчас будут, - подал со своего места голос Асада. - Мне жена отца написала только что. Господа правоохранители, а я могу задать вопрос со своей стороны?

- Да, конечно, - спохватился за двоих Садатоши.

- Мой вопрос прост. Допустим, уважаемый педагог предъявляет видеозапись, где мои кулаки выбивают пыль из его пиджака. А как вы будете доказывать, что имел место жесткий контакт?

- Ты о чем? - заинтересованно вскинулся общественный обвинитель.

- Ну, допустим, я только имитировал удары, - пояснил пацан. - Вот так.

Он встал, подошёл к Хидэоми и выбросил вперед кулак. Плотно касаясь костяшками плеча полицейского сквозь ткань пиджака, но не нанося самого удара.

- На записи это может выглядеть, как удар. А на самом деле я же вас не бил, - пояснил белобрысый.

- Возвращаемся к первому пункту. - Вздохнул сотрудник прокуратуры. - Да. Без медицинского освидетельствования такая видеозапись весит немного. Но это и с самого начала было понятно...

*********

Кавасима был практически взбешен, хотя и не подавал виду. Происходящее было настолько диким, что не укладывалось в голове.

А что, если эта долбаная экспертиза заявит, что он почти здоров? Кстати, если не считать ощущающихся синяков, вроде как и правда серьезных нарушений в организме не было.

Эта белобрысая тварь что, отделается профилактической беседой? И штрафом, в самом лучшем случае? Вернее, для него - в худшем.

Господи, какое унижение... Хорошо ещё, что запись доставать не стал. Сейчас, после прояснившейся ситуации, выглядел бы идиотом.

Чёрт, ну почему нет заявлений от пострадавших? Он же лично обзвонил родителей только что!

Ладно, спортивное отделение. Теоретически, тех ещё можно понять. Травмы заживут - а вот репутация, что их отделал один математик, будет волочиться следом долго.

Но как насчёт Нагано?! Он же реально в коме! Куда смотрят родители?!

В этот момент зазвонил его смартфон.

Скользнув взглядом по экрану, педагог подобрался: его вызывал заместитель начальника избирательного штаба.

- Я должен ответить, - кивнул он присутствующим и, поднявшись, вышел из кабинета.

- Я на минуту. - Звонивший явно не заморачивался приличиями и этикетом. - Шеф просит тебя не выдвигать личных обвинение против пацана. Что бы там между вами ни случилось.

- Как так? - растерялся Юто.

- Ты меня услышал?

- Да.

- Подробности при встрече, - далее товарищ по партии просто повесил трубку.

- Да что же такое?! - в бессилии простонал начальник образовательного процесса сам себе, пользуясь пустотой коридора.

Одновременно с этими его словами, раздался звук ещё одного вызова.

Поговорив со вторым звонящем буквально полторы минуты, Кавасима сменил выражение лица на злорадное.

Удовлетворённо прокрутив в голове новости, он решительно направился обратно в кабинет.

Родители Сэя Нагано не просто наконец подали иск, а были настроены бороться непримиримо и до конца. Ресурсы в семье были.

У начальника образовательного процесса мелькнула мысль, что кто-то подогревал эту ситуацию со стороны. Но он, в отсутствие информации, не имел ни малейшего понятия ни об интересах семьи Ходзё на будущих выборах, ни о личной позиции одной достаточно непростой девицы.

Мао Курата, узнав о случившемся c её новым молодым парнем от его родителей, тоже решительно нажала на кое-какие доступные ей рычаги.

*********

Как ни смешно, но в местном своеобразном обществе реальных прав у личности хватает с запасом. Не хотелось бы сравнивать с кое-каким другим опытом, да...

Я, честно говоря, не рассчитывал, что всё это всерьёз можно спустить на тормозах.

Оказывается, можно.

Пока гений педагогики Кавасима бродит в коридоре и с кем-то общается по телефону, Садатоши, быстро и твердо задав мне несколько вопросов по-взрослому, сообщает: хулиганка.

Причём, если у великого педагога нет серьезных травм внутренних органов или перелома ребер, то в нашем контексте хулиганка равна общественному порицанию. И профилактической беседе.

Это всё - в том случае, если преподаватель решит засветить запись. На которой я его воспитываю.

На мой вопрос, а если нет, полицейский разводит руками в том духе, что на нет и суда нет.

Кавасима из коридора возвращается неожиданно просветлевшим.

Мне это, разумеется, не нравится, потому что я рассчитывал, что ему звонят как раз из избирательного штаба.

Странно, неужели я что-то не так рассчитал?

- Пожалуйста, проверьте в базе заявления от травмированного ученика. Вернее, от его родителей, - со скрытым торжеством сообщает начальник образовательного процесса, обращаясь к полицейским. - Там более чем серьезные повреждения, а доказательства причастности Асады у меня абсолютно случайно в наличии. Сэй Нагано рискует остаться инвалидом или даже вообще не выжить.

Глава 23 (не читал. Утром коррекция и продолжение. Пардон за опечатки)

Инспектор Садатоши бесстрастно разворачивается в сторону сотрудника прокуратуры.

Тот, в свою очередь, с таким же точно каменным выражением лица лезет за служебным планшетом:

- Есть такое заявление, - сообщает он через минуту. - Итого, пока только один эпизод.

Они с полицейскими многозначительно переглядываются.

- Ни в чем признаться не хочешь? - с нечитаемым выражением лица спрашивает меня борец с якудзой.

- Даже если и захочу, без моего законного представителя это признание не будет иметь для вас никакой ценности, - в ответ изображаю его же скуку.

- Грамотный мальчик, - говорит общественный обвинитель. - И где тебя только учили.

- У них хорошо отточенны прикладные навыки ухода от ответственности, - плещет ядом со своего места начальник образовательного процесса.

В его голосе явно слышится торжество.

Хм, интересно. А что это был за разговор такой в коридоре по телефону, что он после него вернулся просто просветлевшим?

- Господа правоохранители. - Демонстративно игнорирую горе-педагога. - Если бы я не был знаком лично с уважаемым Садатоши, и если бы по роду занятий своей семьи не был осведомлён о кристальной честности общественного обвинения в нашем муниципалитете, - приложив руку к сердцу, кланяюсь в сторону сотрудника прокуратуры, - я бы сейчас заподозрил в ваших словах, в лучшем случае, вопиющую некомпетентность.

- А в худшем? - весело вскидывается полицейский, выпрямляя спину и чему-то искренне радуясь.

- В худшем случае я бы предположил, что вы выполняете чей-то оговоренный заказ со стороны.

- Не слишком ли круто ты загибаешь? - представитель общественного обвинения по-прежнему выглядит бесстрастным, но глаза его выдают.

- Насколько я понял, вы сейчас выступали с предположением. Я позволил себе ответить ровно такой же гипотетической, умозрительной, сослагательной конструкцией.

- Поясни свою мысль, - Садатоши обращается ко мне, но при этом хлопает коллегу по спине, останавливая какую-то его фразу.

- А с какой целью вы хотите пришить мне травму Сэя Нагано? У кого-либо из вас есть медицинское образование? - смотрю по очереди на правоохранителей.

- Вопросы здесь... - начинает сотрудник прокуратуры...

- ... задают все, кому не лень, - заканчиваю фразу за него, возможно, невежливо перебивая. - Потому что вы начали с того, что это не процессуальное общение. А неформальное и, так сказать, нейтральное. Эта ваша вводная в силе? Или вы берёте те свои слова обратно?

- Так, заявляю официально. - Садатоши хлопает себя ладонями по коленям, привлекая резким звуком всеобщее внимание. - Девятое бюро токийского департамента полиции обособляется в дознании. Мы будем давать оценку случившемуся независимо, самостоятельно. - Он немного думает, затем добавляет. - В том числе, правовую оценку. Масахиро, поясни, пожалуйста, свою последнюю мысль насчет медицины. Ты же явно хотел что-то сказать ещё?

- Сколько видов кровоизлияний в мозг вы знаете? - вежливо смотрю только на инспектора полиции, игнорируя всех остальных.

Исходя из служебной принадлежности, Садатоши изображает всё ту же непоколебимую отстранённость. На самом деле, я вижу, он в гораздо большей степени испытывает любопытство.

Не нужно иметь семи пядей во лбу и четырёх десятков лет за спиной, чтобы понять: тот, кому с тобой интересно, вовсе необязательно считает тебя виноватым.

К тому же, он только что открыто заявил о том, что дистанцируется от прокуратуры. Кстати, насколько я понял местное законодательство, в случае судебного разбирательства, и его, и прокурорские выводы рассматриваются судом параллельно.

- Не знаю ни одного, - с лёгким сердцем отвечает борец с якудзой.

- Остальных не спрашиваю... начнем с того, что лично я, школьник, на своём уровне задал бы вопрос. О каком именно кровоизлиянии мы говорим? Кровоизлияние в мозг? Или субарахноидальное?

- Второе - это какое? - несмотря на предвзятую позицию, сотрудник прокуратуры задает правильные вопросы.

- Субарахноидальное кровоизлияние, оно же САК - это кровоизлияние в субарахноидальное пространство. В полость между паутинной и мягкой мозговыми оболочками. Может произойти как принудительно, так и спонтанно. Обычно - вследствие разрыва артериальной аневризмы, или в результате черепно-мозговой травмы. - Даю короткую справку по памяти.

Представитель общественного обвинения многозначительно двигает бровью.

Кавасима начинает победоносно ерзать на своём стуле.

- А кровоизлияние в мозг? - подает голос полицейский.

- Внутримозговое кровоизлияние — это, соответственно, кровоизлияние в вещество головного мозга, обусловленное разрывом патологически изменённых стенок церебральных сосудов или... дальше неважно. - Осекаюсь, потому что ориентируюсь на реакцию слушателей. - Лично для меня является принципиальным вопросом: какой именно тип это болячки приключился с моим одноклассником?

- А это важно? - словно подыгрывает инспектор девятого бюро.

- Да. Если речь идёт о САК, то здесь может быть уместным говорить о моём участии. В том случае, если будет предъявлена какая-то запись нашей драки, - абсолютно не забочусь об этикете и указываю пальцем в сторону преподавателя. - Потому что без такой записи, извините...

- Что эта запись поменяет? - сотрудник прокуратуры как будто тоже включается в игру.

- А вы на ней просто увидите меня рядом с теми, на кого я, по мнению некоторых присутствующих, бросился с кулаками.

Кавасима, словно в замедленной съемке, хлопает в ладоши.

Зачем с победоносным видом выбивает дробь по клавиатуре - и чертыхается.

Потому что разбитый монитор ему не помощник.

Смазав эффект своего выступления, он вооружается смартфоном и через несколько секунд на его настенный большой экран выводится явный фрагмент какой-то записи.

- О, это я, - я действительно узнаю себя.

А в следующем кадре моё изображение действительно бросается первым с кулаками на собеседников.

- Могу с разных ракурсов показать, - вбивает гвоздь в мою будущую судьбу Кавасима. Лучащийся искренней и неподдельной радостью. - У нас хорошая система псевдоинтеллекта. На основании реальной записи, может показать с разных точек.

- Покажите с уровня моих глаз пожалуйста, - не поворачиваясь, прошу его со своего места.

Он меня игнорирует, потому мою просьбу повторяет уже полицейский.

- А так гораздо интереснее, - с этими словами подхожу к экрану и прикладываю к нему обе ладони.

Ребро левой упирается в мою виртуальную макушку, а правая отчеркивает рост одного из физкультурников.

- Вы согласны, что на каждого из этих жлобов, чтобы уравновесить вес, нужно минимум полтора таких, как я? - обращаюсь к борцу с якудзой.

- Да, они ощутимо больше. Как минимум, в размерах, - быстро оговаривается полицейский, продолжая фонить любопытством. - А есть ведь ещё и подготовка, согласен?

Он не говорит прямо о том, что видел меня с красноволосой спортзале. Но явно это подразумевает.

- Во-первых, Сэй Нагано ростом не ниже, чем они, - замечаю. - Во-вторых, давайте поговорим о подготовке. Мой одноклассник, якобы пострадавший от моего кулака мало не до смерти, имеет черный пояс по каратэ. Я не знаю, первый это дан или второй. В любом случае, в сравнении со мной у него - подавляющее преимущество.

- А ты не спортсмен? - задумчиво спрашивает представитель общественного обвинения.

Он отобрал смартфон у начальника образовательного процесса и раз за разом прокручивает запись по кругу.

- А на что похоже то, что вы видите? - отвечать вопросом на вопрос невежливо, но иногда приходится.

Как говорится, правильно поставленный вопрос - это власть. Как минимум, в беседе.

Отвечая на вопрос вопросом, ты эту самую власть но время перехватываешь.

- Похоже на деревенского олуха, который решил посоревноваться с профессиональным бойцом, - недолго думая, заявляет правоохранитель.

- Ну видите, вы сами себе и ответили, - пожимаю плечами. - Сколько у меня, деревенского олуха, шансов против боевого первого дана? Или даже вообще второго?

- Я бы сказал, что ни одного, - озадаченно отвечает он. - Если бы не то, чем всё закончилось. - Он остановил воспроизведение на том месте, где мой одноклассник падает в собственные рвотные массы.

- Знаете, меня так и подмывает сказать, что мои законные представители будут с минуты на минуту, - красноречиво сжимаю губы в узкую полоску. - Но могу и прокомментировать.

- Сделай одолжение, - врезается Садатоши. - Ты сейчас так себя ведёшь, как-будто видишь в происходящем что-то такое, чего не вижу я.

- Либо понимаешь что-то, что от нас ускользает, - присоединяется к нему сотрудник прокуратуры.

- Внутримозговые кровоизлияния, насколько известно мне, очень редко происходят вследствие удара в голову, - поясняю то, что знал в мои поздние годы абсолютно любой боксёр, начиная с первого разряда.

До наступления периода всеобщей медицинской грамотности, чтобы нормально тянуть тренировочные процессы в сборной, мне приходилось учить немало теории.

Позже, уже руководя кафедрой, я кое-какие специализированные знания углубил, получив доступ к медицинской статистике по всей стране.

Информация - вещь такая. Чем больше её возраст, тем больше она обесценивается.

Я уже давно закончил выступать, когда уровень функциональной образованности в боксе, даже на уровне сборных областей, вырос колоссально.

- А есть ещё те самые субарахноидальные кровоизлияния, - напоминаю. - Вот там как раз от изрядного удара в голову такое вполне случиться могло.

- Слушай, а что тебя в этой ситуации радует? - неожиданно напрягается полицейский инспектор. - Ты только что сам сформулировал, что по второму типу кровоизлияний это вполне может быть твоя работа. Если это оно.

- Если это оно, если твой одноклассник не придёт в себя, ты надолго сядешь. - Оптимистично влезает представитель общественного обвинения. - Я бы тоже послушал, что тебя так веселит.

- Ну, во-первых, на уровне моих личных ощущений, о втором типе речь не идёт, - киваю на картинку на экране. - А во-вторых, что вы знаете об укреплении сосудистой ткани? В частности, внутри черепа? Извините, сейчас не буду перечислять все типы тканей в голове.

- Продолжай, - недовольно роняет Садатоши. - Перед кем ты тут умника корчишь?

- В общем, мой одноклассник - мастер каратэ. Помимо прочего, это означает специальную закалку его тела в течение многих лет. - Я действительно подучил теорию по вопросу, поэтому чувствую себя уверенно. - Под закалкой тела конкретно в его стиле, мы понимаем не только твёрдые кулак, локти и что там ещё... Это, в том числе, укрепление именно сосудов головного мозга.

- А откуда же тогда взялось это кровоизлияние? - полицейский отобрал у коллеги смартфон преподавателя и ещё два раза прокрутил запись. Уже по собственной инициативе.

- Аневризма, - пожимаю плечами. - Если она у него была, то вероятность, что порвалась именно она - более семидесяти процентов. Вообще-то, зная Сэя лично, я бы дал все девяносто пять.

- Откуда такая точность? - недовольно морщится представитель прокуратуры.

- А он меня очень долго бил предыдущие годы, - охотно подсказываю. - При всех. День за днем, год за годом. А я безуспешно пытался огрызаться. Ну, до последнего времени - безуспешно. И о закалке его тела у меня своё особое мнение. Скажем, он ей не пренебрегал. А парень он добросовестный; соответственно, и голова у него тоже набита. В хорошем смысле этого слова.

- Необходима экспертиза, - словно каким-то своим мыслям, с моим словам кивает общественный обвинитель.

Я только молча хлопаю в ладоши.

- С этого надо было начинать, - добавляю через четверть минуты всеобщего молчания. - Я тоже согласен с тем, что даже намекать на мою вину до того, как вы сами заикнулись об экспертизе, было некорректным. Вы согласны, что это элемент давление на несовершеннолетнего? На предварительном этапе, ещё до расследования?

- Ты меня в чём-то обвиняешь? - сотрудник прокуратуры всем видам излучает эмоциональный холод и бесстрастие.

- Да, - буднично киваю ему в ответ. - Я не знаю, что стоит за вашей позицией. Но жена моего отца сейчас поднимается к нам по лестнице. Насколько знаю, юрист от родителей тоже вместе с ней.

- А сколько жён у твоего отца? - не к месту проявляет профессиональное любопытство Садатоши.

- Две... Возвращаясь к теме вашей добросовестности, - поднимаю взгляд на второго правоохранителя и уже не отвожу. - Я усматриваю вашу прямую заинтересованность либо в оговоре меня, либо в необъективной квалификации случившегося.

Мой собеседник краснеет, но ничего не говорит.

- Это достаточно серьезное заявление, - в неловкую паузу врезается полицейский.

- А у нас, если мне не изменяет память, о процессуальных действиях речи пока не идет. Мы же просто разговариваем? Сейчас появятся мои взрослые - и они уже вам озвучат официальную позицию моей семьи. Кстати, господин инспектор, - обращаюсь к Садатоши. - А что говорит ваш опыт на тему того, когда клоп типа меня бросается на пятерых здоровяков? Один из которых к тому же - дан по каратэ?

- Мой опыт говорит, что и клоп может оказаться непрост, - дипломатично уклоняется от прямого ответа полицейский. - Но ты явно на что-то намекаешь, насколько я успел тебя узнать. Развивайся.

- А я бы сейчас очень хотел задать вопрос господину начальнику образовательного процесса. А почему вы нам показываете только фрагмент записи? Во-первых, где звуковая дорожка к ней? Аудио там не менее важно, чем видео. Во-вторых, а где запись абсолютно с этих же камер, но на полчаса раньше?

Глава 24

- Присоединяюсь к вопросу. - Полицейский вежливо склонил голову к плечу, обозначая свою заинтересованность в ответе.

Разумеется, он был не глупее молодого якудзы и не хуже того понимал: грамотно отредактированная запись может сменить свой эффект на прямо противоположный.

Представитель прокуратуры, что интересно, технично промолчал в этом месте. У Хидэоми на задворках сознания даже мелькнула мысль, что школьник, возможно, не так уж и неправ в своём парадоксальном предположении.

Не откладывая в долгий ящик, инспектор сразу же отбил текстом вопрос кое-кому из коллег: "... этот ... из общественного обвинения... у нас есть список ближайших родственников? Фамилии?".

Ну а вдруг? Если совпадет с кем-то из пострадавших, уже будет интересно.

- Сейчас попытаюсь, - недовольно отреагировал на оба вопроса тем временем местный начальник образовательного процесса.

После чего принялся сражаться с ветряными мельницами в своём смартфоне.

Пацан, путём нехитрых психологических манипуляций уровня школьника, пару раз пытался в разговоре перетянуть полицейского на свою сторону в эмоциональном плане.

Сотрудник девятого бюро, снисходительно "не заметив" этих попыток минуту назад, сейчас решил встать не на сторону старшеклассника, а на сторону справедливости.

Кроме того, Садатоши был далеко не профаном в анатомии человека. Он не любил об этом вспоминать вслух, но в теории ориентировался достаточно простойно.

Ещё в университете, на втором и третьем курсе, для общего развития, он посещал кое-какие предметы на биологическом факультете. Разумеется, о лишнем дипломе речь не шла, но знаний никому из преподавателей не было жалко.

Для поддержания в студентах жажды к науке, практиковалось следующее. Если ты учишься, допустим, прикладной математике, но тебе интересна ещё химия и история - можешь посещать факультативно и те курсы. Бесплатно.

Аттестовать по непрофильным дисциплинам тебя, скорее всего, никто не будет; но если тебе нужны знания - то в аудиторию милости просим.

Как говорится, места под солнцем и воздуха никому не жалко.

Факультет, на котором учился в своё время инспектор, с самого момента своего основания традиционно занимался во вторую смену. На практике - с половины второго дня. Утро оставалось свободным как раз для посещения других зданий, если будущие юристы того желали.

Сейчас он с благодарностью вспомнил альма-матер. Пока светловолосый говорил, а преподаватель изображал поиски доступа к полноформатному видео на смартфоне, Садатоши на своём гаджете вывел кое-что из личных конспектов, хранившихся в облаке.

Просмотрев наскоро классификацию черепно-мозговых травм, полицейский мысленно присвистнул: в словах белобрысого пацана, возможно, была толика истины.

Обозначенная школьником классификация внутричерепных кровоизлияний, хотя и не совпадала с канонической, её логике тоже не противоречила.

Скажем, такой взгляд на вещи имеет смысл, если смотреть под чуть иным углом.

Попутно: интересно, неужели сын Асады настолько глубок в самообразовании?

Впрочем, в следующую секунду именно этот вопрос был отброшен, как абсолютно ненужный и паразитный.

- У нас имеются определенные проблемы с компанией - поставщиком услуг, - делано посокрушался начальник образовательного процесса через минуту. - К сожалению, выбор такой компании производится не мной лично, а решением попечительского совета. И я уже очень давно не могу сменить поставщика...

- Вспоминается анекдот. - Светловолосый ученик уже привычно невежливо перебил своего учителя. - Там, откуда я родом, м-м-м, рассказывали навроде байки. Директор крупного предприятия делает обход территории рано утром. Обнаруживает, что заморожена стройка нового склада. Он спрашивает ответственного: "Почему встали? Вам цемент завезли?". Тот отвечает: "Водитель заболел". Директор, уже громче: "Я не спрашиваю вас о болезнях водителей. Я спрашиваю: ЦЕМЕНТ привезли?!"

- Национальные байки? - нейтрально хмыкнул полицейский.

- Угу... ответственный за стройку отвечает: "А у нас только три водителя в штатном расписании". Директор завода, зверея, наливается красным цветом: " ЦЕМЕНТ ПРИВЕЗЛИ?! ДА?! ИЛИ НЕТ?! ОДНИМ СЛОВОМ!!!"

- Уже опасаюсь интересоваться, какой прозвучал ответ, - развеселился инспектор, неожиданно для себя мысленно занимая сторону пацана.

Под неожиданно косым взглядом представителя общественного обвинения.

- А тот ответственный и говорит, - как ни в чём ни бывало, продолжил Асада. - "Ну мы же не можем расширять штатное расписание без вашей визы!".

Представитель девятого бюро жизнерадостно заржал, сходу уловив аналогию.

Коллега вместе с педагогом холодно сжали губы и ничего не сказали.

Хидэоми подумал про себя: Асада-младший, несмотря на происхождение и социальную среду, выглядел сейчас гораздо более адекватно, чем местный школьный начальник.

Попутно, полицейский профессионально отметил: о выброшенной с балкона третьего этажа девочке все словно забыли. Это случайное совпадение? Или какая-то согласованная позиция? Или пацан брякнул для красного словца?

С одной стороны, идти против прокуратуры не хотелось бы. С другой стороны, сегодняшнее законодательство (и целый ряд поправок к нему) именно девятому бюро не просто позволяли, а прямо-таки предписывали занимать независимую позицию в подобных профильных ситуациях.

***

- Я так понимаю, полной записи мы не увидим? - не страдая излишним пиететом, озвучиваю вслух то, что в голове и так вертится последние пару минут.

- К сожалению, именно сейчас не вижу технической возможностью, - бесстрастно отвечает преподаватель.

- Что за неуместный интерес к посторонним моментам? - морщится общественный обвинитель, давая скрытым эмоциям прорваться наружу.

Хм. А ведь этого, по идее, не должно быть. Если объективность у нас хоть каким-то местом в приоритетах.

- Отрабатываю обе точки опоры под своей позицией, - пожимаю плечами, ориентируясь больше на полицейского. - Во-первых, суду наверняка будут интересные мотивы: с чего это бледная мышь вроде меня бросилась на пятерых здоровяков? Когда один только чёрный пояс из них легко размажет меня по ближайший стенке?

- Не размазал же, - вроде как доброжелательно роняет педагог.

- Это только сегодня, - пренебрежительно отмахиваюсь от откровенной шпильки. - Сколько лет размазывал же. Но самое интересное во всей этой ситуации - у Сэя Нагано проблемы наступили действительно никак не из-за меня.

Скажем, я это знаю с высоты своего достаточно немалого опыта. Но как это доказать другим - вот в чём вопрос. Впрочем, кто-то что-то говорил об экспертизе. Я в ситуации уверен, надо просто гнуть свою линию.

Попутно, масла в огонь подливает резкая смена оперативной обстановки. Кавасима, вернувшись после своего разговора непонятно с кем в коридоре, резко сбавляет обороты по поводу наших с ним отношений.

Это, кстати, было ожидаемо в свете моего разговора с начальником отца.

Вместо личных претензий, он ложится на курс педалирования травмы Нагано. И вот тут начинается самое интересное, если говорить о теории.

Если бы ударом кулака в голову было так легко убить человека, профессионально занимавшегося каратэ, этот мир был бы совсем иным.

Кстати, с подачи Цубасы я не поленился - и изучил то, что нашёл о годзю-рю в сети. Это действительно жёсткий стиль. Жёсткий в том плане, что система закалки тела продумана на много шагов в разные стороны. Скажем, уж сосуды-то в голове имеющего чёрный пояс точно просто так не порвутся.

Открывать здесь лекцию по сопромату сейчас не буду, но понятно даже ежу: конкретно у этого каратека вначале сломались бы кости черепа. Челюсть, скула над челюстью. Височная кость. Потому что сосуды намного эластичнее и прочнее на разрыв, чем кость на пробой.

Если же порвался его сосуд, а кости целы - значит, причина глубже, либо вообще не там.

Цубаса обещала порыться в кое-каких профильных библиотеках, как только освободится от ухода за Ю; но общую линию защиты я себе и так представляю. Другое дело - стоит ли её светить сейчас?

Дверь в помещение отворяется без стука и на пороге возникает взъерошенная Мивако. У неё за спиной возвышается парняга навроде Рюсэя, которого лично я ночью за юриста бы не принял никак, особенно в тёмном переулке.

- Маса, привет! - секретарша отца бросается ко мне, обнимаясь по-родственному.

Хм, в голове сами собой тут же возникают абсолютно не те мысли. Эх, где моя Цубаса. Шестнадцать лет есть шестнадцать лет.

Похожий на Длинного здоровяк тем временем въедливо изучает документы присутствующих, после чего сует общественному обвинителю свои:

- Я буду представлять интересы семьи Асада.

- У вас ограниченная по времени доверенность, - хмурится прокурор.

Полицейский неожиданно подмигивает мне так, что никто не видит.

- А зачем вы мне это говорите? - Мгновенно цепляется к словам правоохранителя мой адвокат. - Просто пообщаться? Или вы хотите поруководить моим доверителем, на какой срок и какие доверенности ему выдавать?

- Я сейчас буду вводить вас в курс дела, а через пару дней ваша доверенность закончится, - недовольно отвечает обвинитель. - Если семья заменит вас на кого-то другого, мне придется вводить в курс и его.

Наш юрист молча пожимает плечами, словно говоря что-то грубое.

- А что, уже есть какое-то дело? - Мивако отлипает от меня и поворачивается в сторону остальных.

- У независимого расследования, от имени общественного обвинения, в моём лице, есть обоснованные подозрения насчёт виновности ... - дальше чин прокуратуры обтекаемо формулирует, что я могу быть виноват.

Попутно, он усматривает во мне потенциальную опасность для окружающих, на основании только что отсмотренного обрывка ролика.

Дискуссия между высоким сопровождающим Когу и представителям закона за какие-то несколько секунд разворачивается в полноценный пожар конфликта.

Честно говоря, юридические категории, которыми они оперируют, от меня ускользают.

Из того, что я могу оценить лично, перед глазами напрягаются лишь плотно сжатые губы секретарши отца.

- Довольно, - одним негромким словом она останавливает адвоката. - Продолжим в суде.

Начальник образовательного процесса только что руки не потирает.

Инспектор Садатоши задумчиво молчит, барабаня пальцами правой руки по тыльной стороне левой ладони.

Похожий на Рюсэя здоровяк только пожимает плечами, оборачиваясь к ней:

- Как скажете.

- Давайте до суда он поедет на моей машине? Со мной? - это в неловкую паузу врезается представитель девятого бюро.

- С удовольствием! - чуть не подскакиваю со своего места, чтобы дать понять родне кое-что между строк.

- Маса, ты уверен? - задумчиво напрягается Мивако.

Кажется, у неё были какие-то свои планы.

- Более чем, - закрываю дискуссию, присоединяясь к полицейскому на выходе из помещения. - Так будет лучше для всех.

Глава 25

- Ты абсолютно не боишься, - не спросил, а скорее заявил полицейский.

Обитатели местного кобана, формально являющиеся коллегами, вместе с представителем прокуратуры довели пацана до его машины и проследили за тем, как они отъехали.

Попетляв по местной непростой парковке, Садатоши выбрался на трассу.

- А должен? - Асада-младший искренне удивился. - Меня что, расстреливать будут?!

- Исключено. Даже в самом худшем случае. - Не стал наводить тень на плетень правоохранитель.

- Ну так а чего тогда переживать? - непонимающе передернул плечами пацан.

- Если твой одноклассник не оклемается, останется инвалидом, есть варианты... Не самые приятные, с точки зрения ограничения личной свободы. - Хидэоми прикинул, что лучших вариантов наладить личные отношения с младшим Асадой не будет.

Полноценной вербовкой происходящий разговор назвать было нельзя. Начать с того, что подобный тип отношений в адрес несовершеннолетних строго запрещался.

Но если сформировать доверие с пацаном сейчас, то он рано или поздно вырастет. А вот уже тогда открываются разные интересные перспективы, в том числе, если он пойдет по стопам отца.

- На моём месте логично спросить: какие опасности, с вашей точки зрения, мне угрожают? Хотите ли вы что-то посоветовать в этой связи? И зачем вы всё это делаете? - последний вопрос намекнул, что намерения полицейского по части совместной поездки не были большим секретом ни для кого в этой машине.

- По опасностям... - Хидэоми ненадолго задумался. - Я сейчас не буду фильтровать свой профиль от остальных моментов. Самое первое: этот твой одноклассник врежет дуба. Либо, так и не придя в себя, до конца жизни останется в коме либо наподобие овоща.

- Я имею очень чёткое представление, как доказывать свою невиновность в этом случае, - твердо отбарабанил в ответ ученик.

- Я бы на твоём месте опасался не стороны закона, а его семьи в этом случае, - многозначительно хмыкнул Садатоши.

- Хм... логично... Спасибо.

- Тем более, если, как ты говоришь, этот народ не останавливается ни перед чем. Судя по рассказу о твоей однокласснице.

- А ведь эта тема так и не поднялась, - кажется, в голосе школьника прозвучала укоризна.

- Я думаю, что логичнее будет дождаться заявления от её родителей. Начать с того, что лично мне именно этот эпизод вообще не по подведомственности, - не стал скрывать собственной позиции сотрудник девятого бюро. - Я искренне сочувствую по поводу случившегося, но эта девочка - никак не мой профиль.

- Поясните? - напрягся парень. - Вы производите впечатление единственного адекватного во всем этом борделе. Не сказать, что у меня были на вас какие-то планы, но для дела всегда лучше, если дознаватель адекватен.

- Ты не забыл, чем я занимаюсь?! - удивлённо напомнил Садатоши. - Девятое бюро - это только организации типа ДжиТи Груп! С натяжкой - члены их семей, если ранг человека высок, как у твоего отца. Причём тут эта твоя девочка?! Я абсолютно искренне считаю случившееся недопустимым, особенно если всё было так, как ты говоришь...

- Все было именно так. - Асада-младший теперь перебил полицейского.

- Стоп. Завязывай. - Коротко обозначил правила приличия Хидэоми. - Со мной ты так разговаривать не будешь. Я понимаю, что ты ни во что не ставишь своего учителя. Согласен, что представитель общественного обвинения тоже далёк от идеала. Но если ты еще хоть раз перебьешь меня, я найду способ тебе напомнить о разнице в возрасте!.. И социальном статусе.

- Упс... тысяча извинений, вы же старше! - искренне спохватился белобрысый. - Не со зла! По тупости! Инспектор, но я что хотел сказать-то. Дело в том, что у меня есть запись...

- СТОП! Вот никаких деталей по теме, мне, здесь, и сейчас, - резко пресек ненужные повороты в беседе правоохранитель. - Все это - на суде. Если нужно посоветоваться - звони своей мачехе, звони своему адвокату. Они вон, сзади в ста метрах едут. Пускай кто-то из них пересаживается в мою машину и тебя инструктирует.

- Даже если оба? - уточнил пацан.

- Если вы потом от здания суда обратно на метро поедете - то и оба пусть садятся, без проблем, - фыркнул полицейский. - В первую очередь, прибереги эти детали для того, чтобы я с тобой с чистой совестью мог общаться и дальше.

Инспектор не стал вдаваться в процессуальные тонкости и правила, регламентировавшие их общение в том числе сейчас. Формально, если пацан заявит об известном ему преступлении, это лишний геморрой для самого Садатоши. А делом, судя по всему, и так рано или поздно займутся.

Асада звонко залепил себе ладонью в лоб:

- Точно... Извините, что перебил опять. Итак. Первая опасность - это если мой одноклассник не оклемается. Бояться в этом случае надо даже не столько закона, сколько разных интересных вариантов развития событий. Я понял. А ещё какие опасности есть? Если вы действительно хотели меня о чём-то предупредить.

- Тут скорее желание определить свою позицию в твой адрес. Можешь на раз-два объяснить, что у вас там вообще произошло? Спрашиваю не просто так. Я тоже не в восторге от действий общественного обвинителя, соответственно, собираюсь реализовать собственное право на независимое расследование.

- Перед тем, как отвечу, могу спросить? Зачем вам всё это? - неожиданно уперся на ровном месте учащийся.

- Просто выполняю свой долг, - искренне удивился представитель девятого бюро. - Ну и, мне тогда в спортзале показалось, что ты очень неплохо отрываешься от своей социальной среды. В хорошем смысле этого слова. Считай, что я просто хочу быть объективным и непредвзятым. Если я буду искренне считать тебя правым, возможно, пригожусь на каком-то этапе.

- Без проблем. Эти дебилы зажали Икару на третьем этаже. Я не знаю, что они с ней собирались делать на самом деле, но на записи...

- ... Получается, тобой двигало желание отомстить за товарища, - подвел итог услышанному полицейский через две минуты.

- А определение нарушителя закона в тюрьму - это месть? Или компенсация справедливости? - парировал белобрысый. - И потом, вы абсолютно справедливо заметили, из какой я семьи. Бытие определяет сознание. Тут просто все вектора в одной точке совпали.

- Поясни?

- Если бы я был всего лишь сыном своего отца, я бы не позволил обижать своих друзей безнаказанно. Тем более, сейчас перед выборами малейший чих не в ту сторону чреват потерями репутации.

- Хм, ещё же выборы, точно...

- Если бы я всего лишь был другом Икару, и носил другую фамилию, то и тогда я бы всё равно постарался дать им по голове. Даже если бы я не знал её близко, я бы попытался объяснить мудакам, что так в будущем делать нельзя. Ну как тут объяснить... Если вы увидите, что ваш сосед гадит на вашу дверь, станете вызвать полицию?

- Я и сам полиция, - Садатоши впечатлился образностью аналогии.

- Этого алкоголика будете сдавать в участок? - продолжал наседать пацан. - Или сами разберетесь для начала? Или вообще пройдете мимо - пусть и в следующий раз продолжает? Нет, ну а что, на первый же раз с рук сошло. - Асада разгорячился благодаря своим собственным словам.

- Примерно так и говори судье... - красноречиво покивал полицейский. - Не стесняйся, будь самим собой. Не могу не спросить, повторно. Ты сейчас ведёшь себя так, как будто действительно не опасаешься развития событий. Ты что, не понимаешь, что у Нагано возможности не хуже ваших?

- А почему это вас беспокоит? - мгновенно насторожился белобрысый.

- Затем, что я был тем человеком, которые выпускал из тюряги твоего отца. Буквально совсем недавно. Не я один - но и я тоже. И если, в отместку за тебя, люди вашей Семьи начнут пытаться свести счёты, мне такие приключения в зоне моей ответственности совсем не нужны. Считай, что я опять занимаюсь профилактикой.

Полицейский не стал упоминать, что из детских конфликтов, в которых участвовали дети семей якудза, иногда разгорались воистину причудливые пожары массовых беспорядков.

- Если я правильно понимаю ситуацию, максимум который мне грозит - тюрьма. - Равнодушно передернул плечом школьник.

- А этого мало? - искренне поразился Садатоши.

- Скажем, я бывал в ситуациях, когда моя личное свобода была надолго ограничена. Территорию покидать нельзя, очень строгий режим дня, минимум личного времени. Достаточно серьезный перечень задач и обязанностей. Серьёзные ограничения в питании и лишней еды взять негде. В общем, от той тюрьмы, которую я видел по сети, отличается крайне незначительно.

- И сколько времени ты провел таким образом? - Садатоши сообразил, что эти приключения имели место на исторической родине пацана.

Кроме прочего, ему стало просто любопытно. Да и информацию в такие моменты надо вытаскивать по максимуму.

- Несколько лет.

Сотрудник девятого бюро промолчал.

Видимо, на исторической родине мальчишки происходит и впрямь что-то дикое. Инспектор хорошо помнил, что белобрысого усыновили в двенадцать или в тринадцать лет. Соответственно, эти свои несколько лет он успел отмотать до этого возраста.

Может быть, какой-нибудь интернат? Но что у них там за порядки, если от тюремных не отличаются?

- Можешь рассказать мне, что ты будешь делать сразу после того, как выйдешь из суда? Если всё закончится благополучно и по плану твоих родственников?

- Пойду лечить Икару. И кстати, вы мне всё же дайте пару советов на тему предстоящего заседания. Я потому и к вам в машину сел, чтобы уточнить вот что...

***

Мивако не находила себе места. Возможно, Маса поступил и правильно. Если полицией инициировано альтернативное расследование, наладить личный контакт с одним из представителей закона будет очень неплохо.

С другой стороны, ей было бы намного спокойнее, если бы он сейчас ехал с ней в одной машине. Хотя бы просто поговорить...

- Да не нервничайте вы, - словно угадал её мысли юрист, выполняющий заодно функции водителя (поскольку свою машину она оставила возле школы). - По опыту, в нашем районе строгих ювенальных приговоров не бывает.

Кога красноречиво посмотрела на спутника, но ничего не сказала и отвернулась в сторону окна.

Когда они подъехали к зданию суда, Маса вместе с этим полицейским уже перетаптывались на парковке.

Представитель общественного обвинения ненавязчиво напоминал о своём присутствии, находясь в паре метров.

- Наш зал для заседаний там, - адвокат указал взглядом на один из корпусов.

- Откуда знаешь? - неподдельно заинтересовался Маса.

- Бывал тут, - спокойно пожал плечами сотрудник Семьи. - Ну а ты несовершеннолетний. Это только один зал. Вы уже отправили всю сопроводиловку? - здоровяк крайне недоброжелательно обратился к представителю прокуратуры. - Или нам опять полчаса ждать, пока у вас всё по базам прогрузится?

- Когда бы я успел? - огрызнулся общественный обвинитель.

- Мне понятно ваше манкирование своими служебными обязанностями. - Твёрдо заявил представитель якудзы. - О своём времени вы беспокоитесь, а о времени добросовестных налогоплательщиков...

Маса переводил взгляд с одного на другого, излучая искреннее и неподдельное любопытство.

Полицейский демонстрировал выражением лица вселенскую скуку и тоску.

- А что, всё как обычно, - пробормотала сама себе Мивако и, подхватив Масу под руку, решительно направилась в нужном направлении.

Глава 26

- ... таким образом, ваша честь, независимое расследование усматривает потенциальный злой умысел обвиняемого.

Сотрудник прокуратуры переводит дыхание после длинной фразы.

- Слушай, а почему этот суд-то - семейный? - раздаётся в повисшей тишине вопрос младшего Асады своему адвокату.

Тот недовольно отмахивается, демонстрируя, что занят.

- Потому что тебе нет двадцати, - вместо юриста, белобрысому тихо отвечает Мивако. - Если тут обвинения против тебя сочтут обоснованными, дело передадут в территориальный суд. Такой порядок.

- Мы в школе проходили; вроде бы у семейных и территориальных судов один ранг? Нет? - не унимается учащийся.

- Ранг один, полномочия не совпадают. Тс-с-с, - секретарша Ватару Асады укоризненно смотрит на парня.

- ... что заставляет вас так думать? - судья (невысокий, смуглый, сухой мужчина лет шестидесяти) за время разбирательства ни разу не поднял глаза на зал для заседаний.

- Здесь находится представитель девятого бюро департамента полиции Токио. Прошу уважаемый суд адресовать справочный вопрос по семье Асада профильному специалисту, - представитель общественного обвинения спокоен, собран и на вид абсолютно не предвзят.

- Полиция Токио, девятое бюро, - всё так же, не поднимая головы, тут же переадресовывает вопрос судья. - Будьте добры, прокомментируйте тезис общественного обвинителя.

- Не согласен, - не вставая, коротко пожимает плечами со своего места инспектор Садатоши. - Общественное обвинение пытается идти по пути наименьшего сопротивления. В данном случае, классифицировать мотивы фигуранта по его фамилии. Не принимая во внимание больше ничего. У нас в полиции чуть иные методики оценки социальной опасности, - в голосе полицейского звучит явная насмешка.

Юрист якудзы удивлённо и уважительно поднимает взгляд на полицейского.

- Поясните свои слова, - судья, надев очки, впервые за всё время смотрит на присутствующих.

- Не здесь. - Снова коротко и отрывисто отвечает Хидэоми. - По письменному запросу, и не в данном заведении. Мои извинения, ваша честь. - Полицейский ловит взгляд судьи, не мигая, двигает бровями пару секунд. – При всём уважении, не компетенция семейного суда.

- Не та компетенция. Классифицированная информация, - негромко поясняет здоровяк, работающей юристом у якудзы, школьнику и сопровождающей его молодой женщине.

- Девятое бюро, вы не поддерживаете предлагаемую общественным обвинением меру пресечения? Я правильно вас понял? - уточняет судейский чиновник, снова погружаясь в планшет и бумаги на своём столе.

Для чего снимает очки для близорукости.

- Поняли правильно. Независимое расследование девятого бюро будет оформлено до конца текущих суток надлежащим образом. После этого, оно будет находиться в служебном доступе, в том числе, для судов необходимой подведомственности. - Протокольными фразами, лениво и нехотя сообщает полицейский.

- Но вы можете сейчас сказать, есть ли у вас предварительные выводы? - кажется, судья испытывает нетерпение. - Я бы хотел принять предварительное решение по делу сейчас! Лишать свободы несовершеннолетнего даже на несколько суток не совсем правильно, если он этого не заслужил. С другой стороны, общественное обвинение усматривает социальную опасность в действиях конкретного субъекта. От этого тоже не отмахнёшься.

- Я воздержусь от объявления результатов нашего дознания до их подтверждения моим начальством, - вежливо отвечает Садатоши. - Ваша честь, мне кажется, мою службу сейчас пытаются втянуть во внутренние муниципальные дрязги, связанные с предстоящими выборами и не имеющие ничего общего с поисками справедливости.

- Поясните, - судья сухо роняет одно слово, при этом недовольно хмурясь.

- Я считаю, что опрос подозреваемого был сейчас произведен формально. Целью ставил не установление истины, а трактовку событий. Соответственно, его результаты не отражают фактического положения вещей.

- Асада Масахиро, есть ли у вас какая-либо информация, которую вы считаете важно довести до сведения суда? - абсолютно спокойно судья переносит фокус внимания на подростка.

- А вопросы задавать можно? – тот одновременно отмахивается от склонившегося над его ухом юриста.

- В части, касающейся нашего дела, несомненно, - поощрительно кивает судья.

- А у нас сейчас цель - определить и установить справедливость? С точки зрения общественной морали? Или что-то иное? – кажется, белобрысый гайдзин вообще не обеспокоен происходящим.

- Этот суд, хотя и оперирует категориями морали, в решениях скорее опирается на законодательство. - Судья без очков близоруко щурится, задумываясь вслух.

Видно, что то, как он всерьёз воспринял слова подростка, откровенно не нравится сотруднику прокуратуры. Тот досадливо морщится, изображая нетерпение и раздражение.

- Мои мотивы могут являться смягчающими обстоятельствами? - уточняет белобрысый.

- В известной мере, - лаконично кивает судья.

- Вы здесь рассматриваете мою драку со спортсменами, как отдельный эпизод. В то время как она, увы, не является самостоятельной, и продолжает инициированный пострадавшими предыдущий конфликт.

Общественный обвинитель морщится ещё больше.

Инспектор девятого бюро с любопытством на лице забрасывает ногу на ногу.

Адвокат и Мивако напряжённо хмурятся.

- У меня есть подруга. Близкая. Над нами с ней шефствуют три девочки нашего класса, которые учатся на математическом отделении с самого начала. Мы перевелись в этот класс только на той неделе, - Асада-младший опирается локтями на барьер. - Одну из этих девочек ваши так называемые пострадавшие выбросили с балкона третьего этажа. После неудачной попытки группового изнасилования. Так ситуация видится мне. Это случилось, пока меня рядом не было. Когда я появился, пошёл выяснять, что случилось. Драка – следствие этого разговора.

- Голословные утверждения, - замечает общественный обвинитель. – Попытка выгородить себя. К тому же, насколько мне известно, заявление от так называемой пострадавшей девочки ещё не подано.

- Потому что её родители вместе с ней в реанимации, - абсолютно невежливо перебивает белобрысый. – Как только выйдут – будет вам и заявление, и ведро изюма к чаю…

Представитель прокуратуры мгновенно краснеет, но ничего не говорит.

Судья с любопытством смотрит на каждого из них по очереди.

- Я могу попросить вас пригласить свидетеля с моей стороны? Начальника образовательного процесса Академии Тамагава? Насколько я заметил, он тут, в здании.

Судья молча переводит взгляд на представителя общественного обвинения и вопросительно поднимает бровь.

- Две минуты, - кивает тот, извлекая смартфон.

***

- ... только такая запись. Подробности - на сервере управляющей компании. Я не специалист по протоколам и массивам данных, а защищенное хранилище, по законодательству, находится только у сертифицированного поставщика услуг. - Юто Кавасима, давая пояснение судье, искоса поглядывает на своего ученика с нескрываемым превосходством.

- Хм... Подозреваемый Асада, - судья задумчиво вертит в руках свои очки. - Я где-то восхищаюсь вашей объективностью в собственный адрес, но не могу не спросить: а для чего вы приглашали этого свидетеля?

- Тем более что я являюсь свидетелем обвинения, - внешне бесстрастно, неизвестно зачем, добавляет педагог.

- А-а-а, так я думал, что у нас с ним записи совпадают, - вроде бы искренне изумляется ученик. - Это же неполная версия видеозаписи!.. Ваша честь, извините, у меня нет опыта в этих заседаниях. Я думал, что вы затребуете полную версию с этого блока камер! Который мы только что отсматривали.

- Увы. Я могу даже вам искренне посочувствовать, - спокойно отвечает судья. - В свою очередь, чтобы не оставлять безответной вашу попытку объективности, скажу: территориальный суд наверняка примет во внимание ваше добровольное упоминание о случившемся.

- Не понял? - продолжает добросовестно удивляться школьник. - Вы же сами согласны, что запись неполная? Картинка совсем иная складывается, если смотреть полную. Как насчёт двести тринадцатой статьи? Суд не имеет права выносить решения до рассмотрения всех имеющихся свидетельств! Вы же только что мои конституционные права нарушили!

- У суда нет иных доступных материалов для анализа, - мягко отвечает чиновник. - Я искренне сочувствую вам в сложившейся ситуации. Потому предлагаю: в суде следующей инстанции запросите экспертизу хранилища. Возможно, баг удастся ликвидировать и восстановить пробелы.

- Зачем такие сложности? - продолжает удивляться белобрысый. – Рвать зубы через жопу… пардон. Есть же полная запись.

- Где? - в отличие от прочих присутствующих, лицо судьи не выражает никаких эмоций.

Представитель общественного обвинения в этот момент начинает хмуриться.

Начальник образовательного процесса задумчиво поднимает глаза на своего ученика.

- Спросите меня, - обиженно поджимает губы гайдзин, упирая большой палец правой руки себе в грудь.

- У вас есть полная версия этой записи? - всё так же безэмоционально, вежливо улыбаясь уголком рта, уточняет судья.

- Знаю, где взять, - уверенно кивает школьник. - Вы бы не могли пригласить квалифицированного инженера категории... военно-учетная специальность... индекс в их системе кодировки... а если по справочнику безопасности, то…

Через пятнадцать секунд судья смотрит на светловолосого школьника широко открытыми глазами:

- Вы понимаете, что это далеко не самое легкое и простое мероприятие?

- Я требую соблюдения двести тринадцатой статьи в собственный адрес, - спокойно и устало говорит школьник, продолжая опираться локтями на разделительный барьер. - Я несовершеннолетний и прошу вести судебное заседание с уважением конституции нашей страны. С такой постановкой вопроса вы согласны?

Адвокат и Мивако наблюдают за развитием событий, чуть приоткрыв рты.

Хидэоми Садатоши озадаченно приподнимает правую бровь.

Представитель общественного обвинения встревоженно переглядывается с начальником образовательного процесса Академии Тамагава.

- Меня за шестьдесят с лишним лет ещё никто не обвинял в нарушении даже правил дорожного движения, не то что конституции. – Внешне спокойно парирует судья.

- Могу подсказать решение, - не обращая внимания на произведенное впечатление, заявляет учащийся из Тамагава. - Министерство обороны, отдел... Они доступны и онлайн, двадцать четыре на семь. Там как минимум штатный чел на тумбочке, по регламенту. Если вы запросите их участие в процессе через систему электронного правительства, за своей цифровой подписью, нужный специалист будет вам предоставлен в режиме реального времени. Минуты через три…

- Откуда вам известны такие подробности? - судья, активировав виртуальную клавиатуру, совершает каскады манипуляций, добросовестно следуя нечасто вспоминаемым инструкциям.

- Это имеет отношение к рассматриваемому делу? - набычившись, плюет на все возможные правила адвокат якудзы со своего места.

Судья коротко окатывает его нечитаемо взглядом и ничего не говорит.

- Моя подруга, Цубаса Кимишима, перевелась к нам из Информационной Академии при комитете начальников штабов. - Пожимает плечами младший Асада. - У них, кроме прочего, случаются учения. На какой-то там их замудрёной информационной безопасности, они абсолютно официально учились подключаться к сертифицированным государственным сетям первой и второй категорий. И приравненным к ним.

Школьник переводит дыхание.

- Она уже знала, что не пойдёт по армейской линии, - продолжает он через секунду. - Собиралась переводиться к нам. В качестве своей тестовой курсовой работы, она создавала подключения к сетям Академии Тамагава. Ну, чтоб приятное с полезным, так сказать… Потом её отчислили из того весёлого учебного заведения, а кое-какие допуски у неё ещё по инерции месяц активны…

- Специалист на связи, - перебивает судья. - Что от него требовать?

- Центральный учебный сервер министерства обороны. Директория Токийской Информационной Академии. Защищённое сертифицированное хранилище курсантов группы... – оглянувшись на Мивако и адвоката, Маса добавляет. – Заодно снимается вопрос подлинности данных: там у вояк же автоматом и шестнадцать проверок достоверности поступающего сигнала, и псевдо-интеллект что-то там обрабатывает. Цубаса объясняла – но я не понял. В общем, с армейского сервера – всё равно как если сами видели. У них протоколы проверки данных вроде как лучшие. Их сервер сам по себе является судебным свидетельством, или как это сказать по-научному.

- Источником автоматически достоверной информации, - включается Садатоши из второго ряда кресел, выныривая из своего сомнамбулического состояния.

Представитель девятого бюро только что мысленно погладил себя по голове: добросовестность всегда даёт свои плоды.

Не то чтоб он переживал за молодого якудзу. Особенно с учётом того, что тот и сам не сильно опасался тюрьмы.

Но вот то, что у ДжиТи Груп есть доступы к серверам военных… Девятому бюро эта информация не просто интересна.

И неважно, что доступ тот ситуативный и вроде как хорошо залегендирован.

Факт: такой доступ на текущий момент явно есть. Все прочее – личностные оценки и субъективные эмоции.

Глава 27

Там же, через некоторое время.

- … теперь картина случившегося более полная, - белобрысый учащийся из Тамагава говорит абсолютно спокойно. – Ваша честь, у меня небольшой опыт в таких заседаниях, отсюда вопрос. А мы можем объединить несколько дел в одно?

- Внимательно слежу за ходом вашей мысли, - судья удивлённо глядит на подростка.

- Преступное небрежение служебными обязанностями, оно же халатность. – Асада-младший загибает пальцы. – Я не знаю, кто виноват, но если администрация школы по уголовному делу не в состоянии представить видеофайл, который имеется у простого школьника, или школьницы, - тут же поправляется он, - по мне, это не совсем норма. ..

- Вне моей компетенции. – Перебивает судья. - Но вы договорите до конца. Соглашусь с тем, что суд в моём лице склонен к переквалификации. И разбираться это всё будет, скорее всего, не здесь.

- Я бы вёл речь о служебном подлоге! – вскидывает со своего места руку Садатоши. – Я уже набросал своим, - второй рукой он на секунду поднимает над головой служебный планшет. – Если начальство на месте, мне одобрят в течение четверти часа. Тогда сразу прошу вашей санкции на транспортировку второго задержанного в территориальный суд.

- Так быстро? – вырывается у общественного обвинителя.

- А чего тут возиться? – искренне удивляется полицейский. – Сервер - вояк. Все цифровые печати - на месте. Подлинность информации - стопроцентная. Вопрос в чём?

- Я не готов переквалифицировать первичное дело на сто восемьдесят градусов, с такой скоростью. – Откровенно признаётся сотрудник прокуратуры.

Он сверлит полицейского взглядом и не обращает внимания на окружающих.

- А мне сейчас ваш взгляд со стороны уже и не актуален, - делано удивляется сотрудник девятого бюро. – Когда я вас вызывал в Тамагава, была одна обстановка по делу. Сейчас она резко изменилась. С моей точки зрения, всё кристально ясно. Чисто наша подведомственность; вы подключитесь, если запросит любая из процессуальных сторон.

Сотрудник юстиции хочет что-то сказать. Но не решается.

- Готово! – судья со своего места, надев очки, обращается к полицейскому. – Вот санкция на перевозку в другой суд… Вы с нашим конвоем поедете? Или свой вызовете?

- Я спокоен за перевозку задержанного, - сдержанно комментирует Садатоши. - С точки зрения девятого бюро, имел место прямой служебный подлог. Это совсем другая квалификация дела, особенно с учётом того, в чей адрес был выпад.

Здоровяк-адвокат, не говоря ни слова, поднимает на секунду руку со своего места и тут же отпускает её.

- Если господин Кавасима попытается скрыться до разбирательства, у полиции Токио может не оказаться технической возможности защитить его и оградить от потенциальных несчастных случаев. - Подает со своего места голос приёмная мать школьника.

Вопреки предыдущему впечатлению, которое она производила на окружающих, сейчас в её интонациях откровенно звучит сталь.

- Похоже на угрозу, - лениво отзывается со своего места Садатоши.

Впрочем, по его внешнему виду понятно: сказано было исключительно для проформы.

- Готова обсудить данное обвинение в суде, - спокойно опускает ресницы Мивако. - В случае судебного приговора, отвечу по всей строгости закона.

- Эй, эй, эй!.. Мой батя, конечно, ещё тот воспитатель, - белобрысый вклинивается в разговор взрослых, придерживая удивлённую Мивако за локоть. - Ваша честь, но тут даже начальник отца, к-хм, четко выразит свою позицию. Подста... Извините. Фабрикация же?

- Это решение находится за пределами моей юрисдикции, - невозмутимо отвечает судья. - Так, дело против Асады Масахиро, о предумышленном нанесении... закрыто. Ввиду отсутствия официального представителя истца, оглашение мотивации суда производиться не будет. Девятое бюро! Подозреваемый Кавасима в вашем распоряжении. Заседание переносится в территориальный суд... района, в связи с ведомственной компетентностью. Все материалы отправлены вашему начальству копией, - судья кивает на большой монитор перед собой.

***

- Пожалуйста, разместитесь на заднем сидении. Пожалуйста, пристегните ремень и не совершайте резких движений во время езды. В случае вашего сопротивления во время транспортировки к месту судебного заседания... - Садатоши с занудным видом зачитывает начальнику образовательного процесса какие-то инструкции.

Вопреки моим личным ожиданиям, тот выглядит абсолютно спокойным. Он периодически бросает на меня взгляды, в которых нет и тени эмоций.

Странно. Я в нём такого самообладания не подозревал.

Посадка его в машину инспектора, с учётом лекции по правилам езды на пассажирском сидении в суд, занимает добрых пять минут.

После этого полицейский, не чинясь, отходит с нами на пятнадцать метров к машине Мивако:

- Мне бы вашего парня на следующее заседание, - он обращается к секретарше моего отца, игнорируя адвоката и меня. - Дело практически ясное, я просто не ожидал такой доказательной базы.

- Вы же сами запретили мне в машине сообщать вам подробности, - замечаю у него из-под руки и чуть сзади.

- Сглупил, - лаконично кивает он. - Вернее, неправильно оценил вводные. Но я сейчас всё очень быстро исправлю.

- Нас устроит любой вариант. - Мивако делает шаг вперёд и оказывается к нему вплотную. Настолько, что его дыхание шевелит кончики её волос. - Если он попадет под арест - бог судья. В том смысле, что спасибо...

- Вы христианка? - моментально вскидывается инспектор.

- Это что, так важно? - удивляется секретарша отца. - Если же его отпустят, мы... - она не договаривает.

Вместо слов, Кога красноречиво двигает правой бровью вверх-вниз.

- Ну да, либо ему на другую планету валить, - поддакиваю со своей стороны.

Иногда гормональная система этого тела влияет на мои мыслительные процессы гораздо сильнее, чем мне бы того хотелось. Как и на мою сдержанность.

Например, сейчас.

Поэтому у меня порой и вырывается изо рта то, что я-взрослый никогда бы не сказал вслух.

- Я понимаю, что имеет в виду ваш приемный сын. Но я бы настоятельно просил вас не предпринимать никаких резких шагов. - Садатоши безмятежно смотрит на Мивако, не двигаясь с места.

- Не могу обещать со своей стороны, - честно отвечает она. - Я могу косвенно повлиять на... вы понимаете. Но решать это будут совсем другие люди. И тут даже не в Масе дело, - она между делом приобнимает меня за плечо.

Касаясь его своей грудью.

Чёрт, где моя Цубаса.

- Мы испытываем давление, в том числе незаслуженное, сразу с нескольких сторон. - Продолжает она. - Есть общепринятые правила игры. Дети - вне войны. Я не уверена, что мне удастся убедить руководство закрыть глаза на такое. И вообще, ничего, что он слушает? - Кога коротко касается губами моей макушки, прижимаясь ко мне на долю секунды ещё плотнее.

(Цуба-а-аса-а. Эх. Поскорее бы домой).

- Я не вижу смысла от него скрывать то, что он и так узнает, - отмахивается Садатоши. - А вы согласитесь с тем допущением, что даже заслуженная расправа над педагогом может быть истолкована против вас? И повредить репутации перед выборами? Избиратели поймут великодушие и уважение закона, особенно с вашей стороны. Отказ от мести вполне можно выдать за вашу добровольную жертву. – Полицейский исполняет чеховскую паузу. - А вот резня в воспитательных целях... - он многозначительно глядит в глаза Мивако.

- Вас бы в наш избирательный штаб, - спокойно отвечает она, не меняясь в лице. - Хороший аргумент. Постараюсь его донести без искажений. На своём месте, я склонна согласиться. Но повторюсь: решение будет приниматься не на моём уровне.

- Когда мне так говорят люди вашего уровня, я знаю: на самом деле, решение уже принято. Просто мне его сейчас не сообщают. - Инспектор насмешливо фыркает и без тени эмоций выдерживает взгляд Мивако.

- Вы умный, - кивает она, разворачиваясь к машине.

- Так вы его до районного суда подбросите?! - с претензией в голосе напоминает правоохранитель. – Вслед за моей машиной?

- Я думала, он и отсюда с вами? - растерянно оборачивается Кога. - Да, конечно. Если надо - отвезем и туда. В какой роли на этот раз?

- Свидетелем обвинения… У меня на заднем сидении - обвиняемый, с которым ваш приемный сын более чем хорошо знаком. Я бы крайне не хотел, чтобы в поездке до суда они сидели так близко друг к другу, - обозначает иронию полицейский.

- Ч-ч-ч... Да, конечно, - Мивако подхватывает меня под руку и увлекает в свою машину.

***

- А тут всегда в это время пробки, - подаёт голос с водительского места юрист. - Ещё часа на полтора.

- Расскажешь подробно по поводу записи? И всего случившегося?

Первую четверть часа Мивако молчала, удерживая меня под руку и облокотившись виском о моё плечо.

Я уже был готов открытым текстом попросить её пощадить мои молодые гормоны. Слава богу, она на каком-то этапе сама сменила положение и затеяла серьёзный разговор, отвлекающий меня от интересных физиологических аспектов.

- Да нечего особо рассказывать. Ты же сама в суде всё видела, - на всякий случай, пользуясь моментом (пока она поправляет прическу обеими руками), отодвигаюсь в дальний конец салона.

- Каким образом ты использовал сервер министерства обороны? Какие у нас там знакомства? - в лоб спрашивает она. - Я уже поняла, что твоя запись подлинная. Но можно ли с кем-то поговорить, есть ли у них возможность редактировать заливаемое...

- Тебе откровенно? Или с соблюдением приличий? - перебиваю, не дослушав.

Самое печальное, что красноволосая предупреждала: как только моя родня вникнет, тут же начнутся разные интересные инициативы с их стороны, на эту тему. В ответ на которые она будет просто посылать матом, не глядя на чины и регалии.

Когда она мне это сообщала, попутно она ухаживала за Ю.

Выдаю это всё открытым текстом секретарше отца и отворачиваюсь.

Поскольку мы застряли в пробке, совместное нахождение в одном салоне затягивается.

Через пару минут Мивако поднимает стекло, отделяющее нас от водителя и изолирующие его от наших звуков:

- Маса, ты просто не понимаешь реальной стоимости такого канала. Это кто-то из окружения Цубасы помог? Давай по-взрослому... Семье очень нужна эта возможность. Просто скажи мне, что ты за неё хочешь?

- Я был о тебе лучшего мнения. - Констатирую, что думаю. - Ты вообще не понимаешь слова "нет"? Слушай, а ты сюда изначально ради меня приехала? Или - чтобы не выпустить событие из-под контроля? - меня с запозданием простреливает одна интересная догадка.

- Иногда события прошлого не имеют значения, - идиотским философским ребусом отвечает она. - Та возможность, о которой я не подозревала, благодаря тебе вскрылась только сейчас. Давай обсуждать её.

- Это не твоя возможность. Моя. И она была одноразовая.

Никогда не понимал этих наушников, в которых каждый второй в это время проводит большую половину жизни. Но сейчас вставляю их в уши с удовольствием, вкручивая музыку погромче.

До самого суда мы не общаемся.

***

В здании районного суда, через какое-то время.

- … вы согласны, что это было нарушение?

- Да. – Светловолосый подросток спокойно смотрит на судью. – Но я бы предложил не тасовать хронологию. В ситуации, когда мой педагог укрывает преступников, у меня нет надежды на правосудие. В той обстановке, с учётом известного, я считал: или – справедливость своими руками, здесь и сейчас. Без оглядки на закон, который не работает. Напоминаю: у Иоки Икару есть и подруги. И они потенциально тоже оказывались под ударом – сойди преступникам с рук первое…

- Они пока не признаны преступниками, - перебивает подростка адвокат обвиняемого, оперативно прибывший к началу заседания.

Глава 28

- Вот именно это я и имею в виду, - фыркает белобрысый мальчишка, косясь на перебившего его взрослого. - Уважаемый судья, я происхожу, возможно, из семьи с не самой безупречной репутацией. Если основываться на стереотипах... Но в чём никто и никогда нас обвинить не мог, так это в том, что мы на кого-то перекладывали ответственность. - Наблюдая задумчивое и удивлённое лицо судейского чиновника, пацан коротко завершает свою мысль. - Я действовал исходя из императивов, работающих в моей семье.

- Хочу, чтобы вы меня сейчас услышали. - Судья смотрит только на школьника. - Воспитание и привитие вам адекватного образа мышления - не моя обязанность. Но лично меня, как сотрудника юстиции, крайне беспокоит ваш порыв подменять собой узаконенное правосудие. Я сейчас одновременно и об обстоятельствах этого дела, и в качестве пожелания вам лично, на будущее. С позиции более старшего человека. Молодой человек, если вы не смените эти ваши императивы, на каком-то этапе вы можете оказаться в этом же зале, но уже совсем в другой роли!

- А можно тупой вопрос? На уровне школьника?

- Не раньше, чем я вынесу вам предупреждение. И задам свой вопрос... - ворчит судья. Затем продолжает громко и отчётливо. - Асада Масахиро, вы подтверждаете, что отказываетесь от услуг юриста своей семьи в данном заседании?

- Если выступаю в роли свидетеля - то однозначно подтверждаю, - категорично заявляет подросток, косясь на вторую жену своего отца и её сопровождающего, сидящих в зале.

- Дело в отношении вас закрыто судом предыдущей инстанции, - педантично замечает чиновник юстиции. - Потому - да, вы здесь исключительно как свидетель. Но вопрос в следующем. От девятого бюро токийского департамента полиции в суд поступило предупреждение: любое разбирательство с вашим участием может влиять на предстоящий процесс муниципальных выборов. Я уточняю, именно по этой причине: если вы, выступая сейчас самостоятельно, невольно нанесете репутационный вред своей семье - судебная система хотела бы заранее дистанцироваться от обвинений в предвзятости. – На пару секунд в зале виснет пауза. – Потому прошу вас ещё раз подумать.

- Без юриста, - коротко роняет подросток.

На его лице явственно написано раздражение.

- На правах опекуна, можно ли регулировать его участие в этом заседании? - подаёт со своего места голос Мивако Кога, подняв руку.

Судья, не обращая внимания на мелкое нарушение регламента, спокойно отвечает и ей:

- Не в этом случае. Не когда он свидетель. Если бы он был истцом или обвиняемым - его дееспособность принималась бы во внимание. В случае же свидетельских показаний, ни у какого второго лица, включая членов семьи, нет права говорить от его имени. Если только вас там не было вместе с ним, - он вопросительно поднимает бровь в конце фразы.

Мивако опускает взгляд.

- Каким был ваш вопрос, молодой человек? - судья возвращается к разговору со светловолосым.

- А если у вас в доме случится пожар... нет, даже не так. Допустим, квартира вашего соседа горит, а в ней маленькие дети. Пожар ну пусть второй или третьей категории. Вы будете спасать детей самостоятельно, сразу? Или вызовите пожарников, как и полагается; а время до их приезда потратите на созерцание?

- Я бы не назвал эту аналогию корректной, - судебный чиновник смотрит на подростка мягко и доброжелательно. - В приводимом вами примере, значение имеют секунды. В случае же вашего выяснения отношений с одноклассником и его товарищами, о подобном цейтноте речь не шла.

- Тут видите какое дело… мы сейчас все находимся здесь именно потому, что у меня, как оказалось, были более чем серьёзные основания сомневаться в справедливом разрешении ситуации иначе, как своими руками. Не мне выносить суждения, но что школа будет заминать все инциденты – лично мне было понятно с самого начала...

- ... мне кажется, вы несколько предвзяты. Но продолжайте.

- А история не знает сослагательного наклонения, ваша честь. Давайте исходить из того, что у меня был свой прогноз по ситуации? И он оправдался на все сто процентов? Вот уверенно прогнозируя будущее, я и действовал.

- Вы ступаете на очень тонкий лёд, молодой человек, - судья неодобрительно смотрит на младшего Асаду.

- Ваша честь, а давайте зайдем с другой стороны? У меня ещё вопрос: а на каком этапе в данный момент находится процессуальное производство по факту опасных для жизни травм, нанесенных Икару Иоке? За несколько часов до моей драки с физкультурниками?

- Протест! - вскидывает руку адвокат начальника образовательного процесса Академии Тамагава. - Не имеет отношения к делу!

- Как раз имеет, - мгновенно упирается школьник. – Просто вам невыгодно.

- Здесь я определяю, что имеет отношение к заседанию и к рассматриваемой теме, - вежливо отвечает адвокату судья. - Масахиро, ответ на ваш вопрос: из материалов предыдущего дела, я в курсе подоплеки. Отчасти. Процессуального производства пока не открыто, могу в виде исключения из правил пояснить причины.

- Я был бы очень вам благодарен, если бы вы это сделали, - кивает подросток. – И давайте сразу обозначу свою позицию. Всё случившееся является не суммой разорванных и несвязанных эпизодов. К сожалению, это звенья одной цепи, я ровно через минуту это докажу... Ваша честь, почему не открыто производство по факту нанесенных девочке травм?

- Пострадавшая жива, находится в сознании. Её дееспособные представители находятся рядом с ней и никаких заявлений не подавали. На базе существующих прецедентов, работает следующая процедура: до заявления её опекунов либо родителей, процессуальное производство не открывается. Если пострадавший жив и в сознании, возможно только "в отношении", а не "по факту". Я ответил на ваш вопрос?

- Да. Потому что у меня есть материалы по этому инциденту, которые я не стал предъявлять в предыдущем суде. - Хмуро заявляет младший Асада. – Уважаемый судья, это смешно, конечно, но я могу попросить и вас, как предыдущего судью, извлечь по процедуре файл? С главного учебного сервера Министерства Обороны?

***

Там же, через некоторое время.

Последние кадры демонстрирующегося на большом экране ролика.

Начальник образовательного процесса Академии Тамагава смотрит видео широко раскрытыми глазами. Его адвокат задумчиво теребит в руках карандаш.

- Вот как выглядел несчастный случай, в котором, якобы, кроме шутки ничего не было. - В полной тишине первым начинает говорить Асада-младший. - И теперь мои пояснения собственных действий, раз это так важно для квалификации чего-то там... Я был уверен, что в сложившейся обстановке апеллировать к справедливости обычными путями бессмысленно. Потому что вам бы и этот файл не достался, если бы не я. Как вы говорите, имелись прецеденты. Моё мнение было: или я исправлю ситуацию своими руками, или этот случай будет не последним. Если даже это видео, как я и предвидел, пришлось выцарапывать с немалыми ухищрениями.

- Вы сейчас признаетесь в том, что получили это видео не совсем законным образом? - хмуро спрашивает судья. – Кстати, от этого зависит и его валидность в качестве доказательства.

- Вам официально? Или честно? - школьник отрешен и безмятежно спокоен.

- Вы очень сильно рискуете, - с досадой констатирует представитель юстиции. – Таким образом ставя вопрос.

- Окей, тогда заявляю. Мне лишь абсолютно случайно стал известен путь, где искать. Файл был сохранён, с соблюдением определенных процедур, на внешнем источнике в рамках учений Информационной Академии Министерства Обороны. Точка.

- Самое печальное, что в случае с Икару Иокой, несмотря на этот материал, открытие производства без их заявления в полицию всё равно невозможно, - задумчиво говорит судья после паузы. - Но ваше выступление, как свидетеля, было неоценимо с точки зрения текущего дела... Асада Масахиро, благодарю вас за участие! Однако, отпустить вас так не могу. Административные дела - не профиль этого заседания, но вы продемонстрировали очень опасную тенденцию подмены системного правосудия собственной точкой зрения... решением суда первой инстанции вы приговариваетесь... ввиду малой значимости вопроса, приговор может быть обжалован в трехдневный срок...

***

- Привет! Иди сюда, выйти именно сейчас могу! - Цубаса освоилась со всеми системами умного дома в первые три минуты своего пребывания тут.

О приходе Масы она знала ещё до того, как открылась входная дверь на первом этаже.

Вместе с парнем вернулась и секретарша его отца. Красноволосая заметила даже через камеру, что друг с другом они не разговаривали и друг на друга не смотрели.

Интересно, что стряслось?

- Как она? - Маса, выбравшись из ботинок в прихожей, протопал сразу сюда, в комнату к сестре.

- Эй, помой руки сначала! - красноволосая быстро отстранилась от его ладоней, нацелившихся нырнуть ей под футболку. – Алло, ты меня слышишь?

- Да подумаешь...

- Нет. Ну мало ли, где тебя носило?! Руки помой?! Я же не убегаю!

- Она как? - повторил вопрос одноклассник через половину минуты, выходя из санузла и стряхивая воду с мокрых ладоней.

- Спит. Мне кажется, уже всё стабильно. - Добросовестно доложила Кимишима. - Организм молодой, здоровый. Печень работает нормально. Нейроконцентратор почистили, как и базу приложений. Проспится – и всё будет в норме. Эй, уверен?.. эй, что, прямо здесь?!.. блин, тогда не так... тс-с-с... нет, не стоя, падай на футон... развернись боком, не хрипи мне на ухо раненым кабаном... а то заржу...

***

- Что у вас в итоге с секретаршей? - спрашивает Цубаса чётко в середине одного интересного процесса.

- Тебе прямо сейчас интервью дать? - ворчу недовольно.

- А ты что, не можешь на вопрос ответить? Параллельно?

Перед моими глазами лишь её затылок, но я уверен - она в этот момент веселится.

- Это именно сейчас надо обсуждать?!

- Пф-ф, может, я хочу проверить, насколько ты разгорячен нетерпением, - да, она искренне насмехается. - Ты набросился на меня, как на скорую помощь. Где моя прелюдия? Хи-хи... Даже у африканских обезьян есть маленькая, плохонькая, но прелюдия!

- А причём тут скорая помощь? - кажется, меня только что озадачили.

- Эээ... такой быстрый контакт девчонки между собой зовут скорой помощью. Вполне определенного характера. Ладно, проявляю снисхождение. Цени!

***

Потроллив белобрысого в процессе кое-чего интересного, Цубаса затащила его потом вместе с собой в душ. Там, включив все виды воды в джакузи (и не только), она абсолютно серьёзно спросила:

- Что в итоге в суде? И что у тебя с Мивако?

- Против меня в первом суде вопросов не возникло, - пожал плечами Маса, задумчиво глядя на её живот. - Слушай, а у тебя тоже кубики на прессе... Не замечал раньше...

Цубаса фыркнула и тактично промолчала: говорить парню, что его пресс кубиками и не пахнет (пока что) - не самая лучшая идея.

- Засветил ту запись, где мы с физкультурниками воюем. - Продолжил он. - В итоге, дело переквалифицировали против Юто и отправили в районный суд.

- Предсказуемо, - кивнула красноволосая. - Из министерства вам сразу ответили?

- Да, сработал тот канал, который ты называла.

- Да министерство его раз в месяц рассылает, - не сдержалась Кимишима-младшая, припоминая кое-кого из преподавателей. - Просто юстиция и ещё пара министерств никогда ничего не запоминают. Ладно, рассказывай дальше.

- Да почти все рассказал. Слово за слово, Кавасима остался объясняться в суде. А мне десять часов общественных работ впаяли и из суда выпроводили.

- За драку? - мгновенно сориентировалась Цубаса, нисколько не удивляясь.

- Угу.

- Где отрабатывать будешь? Следилка - приложение на смартфоне?

- Эээ, ответ на второй вопрос - да, - озадачился товарищ. - Слушай, какая из тебя опасная жена будет! Ты всё на два шага вперёд видишь! Ну или назад, это как посмотреть.

- Стандартная ситуация, стандартные решения, - лениво пожала плечами бывшая курсант. - Ты не сказал, где будешь отрабатывать.

- Сиделкой у Икару. Кстати, ты с ней связывалась?

- С ней нет, - мгновенно поскучнела красноволосая. - Через сестру качнула из её медицинской карты диагноз и текущее состояние.

- Что там? - мгновенно напрягся Маса. - Какой именно тип перелома?

- А чего это тебя так интересует? - вдохнула Цубаса, быстро опускаясь из мажорного настроения в минорное. - Блин, мы тут с тобой... а она...

- Потому что я не уверен, что точно услышал диагноз по телефону, - как-то слишком серьезно ответил парень, глядя ей в глаза. - Но я абсолютно точно знаю, как выкарабкаться после компрессионного перелома поясничного отдела позвоночника.

- Повтори, - не заморачиваясь приличиями, Кимишима-младшая прямо при нем потянулась к смартфону.

Активировав программу и показав ему, какую, она требовательно уставилась в его глаза. Тщательно контролируя малейшие оттенки мимики.

- Был парень, шестнадцати лет. Упал с высоты четырнадцать метров. - Маса говорил твердо и уверенно, не отводя взгляда. - Парализация, попытка самоубийства, всё как надо. А-а, даже две попытки самоубийства у него было. Потом, разозлившись, он разработал методику и стал по ней заниматься. Через пять лет начал ходить и вернулся в такой спорт, что не все здоровые повторят.

- Что за парень? - боясь пропустить удар собственного сердца, Цубаса, не стесняясь, сверялась с показаниями программы. - Ты не врешь. Понимаешь всю стоимость твоего заявления?

- Более чем, - спокойно кивнул товарищ.

- В чём суть методики?

- Формирование дублирующей нейросети через периферические нервы. Я не медик, не знаю деталей; но я с ним был знаком. Достаточно близко. Помимо спинного мозга, есть же ещё нервы на руках, ногах и так далее? Вот он за пять лет переучил свою нервную систему - это раз. Типа, дублировать центральную периферической. А потом, с её помощью, через периферию каким-то образом восстановил проводимость позвоночника. В смысле, спинного мозга. И кость срастил. Это два.

- Медицина говорит, что это невозможно, - Цубаса твердо смотрела товарищу в глаза. - С диагностикой, где она лежит, не ошибаются.

- Вот и ему врачи в больнице сказали, что это невозможно, - хохотнул Маса. - Но ему было шестнадцать лет и он тогда просто не поверил. Потом он говорил, что с высоты опыта второй раз уложился бы года в полтора-два. Очень много упражнений делал лишних, потому что не знал, каким из путей идти.

- Как его звали? - автоматически спросила Цубаса, против воли погружаясь в собственные мысли.

- Валентин. Но его имя тебе ничего не скажет. Кстати, он со временем смеялся! Говорил: если бы не был шестнадцатилетним дураком и недоучкой, то точно поверил бы врачам. И остался бы в итоге парализованным.

- Каторжная работа, - она, не сдержавшись, принялась набрасывать программу замены сигнала прямо в джакузи. - Вообще, наверное, просто никто не пробовал... Теоретически, продублировав работу спинного мозга нейро-концентратором... хм... это работа для целой лаборатории, не на один месяц. Ты уверен, что это возможно?!

- У тебя же программа работает, - спокойно пожал плечами светловолосый, указывая глазами на смартфон в руках подруги. - Ты же и сама видишь, что да. Я уверен. Кстати, чуть не забыл... Он без нейро-концентратора справился. А концентратор вообще должен всё здорово облегчить и ускорить.

- У тебя будут свои рабыни, если мы это сделаем. - После трёх минут полного молчания сказала Цубаса. - И рабы.

- Да ну, тоже мне, замануха, - посмеялся товарищ. - Неинтересно.

- Оу, мы же переключились на другую тему... Что у тебя с Мивако?!

- Ты была права. Во-первых, она в организации отца решает намного больше, чем старается показывать. Во-вторых...

Дверь в ванну распахнулась.

- Это твой канал? Файл у министерства обороны ты залила? - Мивако, абсолютно не обращая внимания на сгустившуюся атмосферу, стояла на пороге.

- Давно подслушивала? - нехотя и равнодушно, не поворачивая головы, спросила Цубаса.

Глава 29 (не читал. Перечитаю чуть позже)

- Неважно, - взмахнула в воздухе волосами Мивако. - Ответь мне на вопрос?

- А между пальцами тебе не почесать? - Цубаса, поднявшись, переместилась внутри джакузи так, чтобы сидеть бедро в бедро со светловолосым.

- Не поняла, - на мгновение запнулась секретарша. - Между какими пальцами?

- Бл#... между большим пальцем правой ноги - и большим пальцем левой ноги, - абсолютно серьёзно ответила красноволосая. - Хоть сзади, хоть спереди.

Мивако резко покраснела, набирая воздух.

- О, у тебя эрекция, - школьница демонстративно запустила руку под воду, поворачиваясь к парню.

Тот ойкнул и подпрыгнул на месте в положении сидя.

- Ещё разок давай, что ли? - как ни в чём ни бывало, расслабленно предложила бывшая курсант Информационной Академии. - Или ты при ней стесняться будешь?

- Можно попробовать, - просипел парень.

- Ты так и будешь смотреть? - он недовольно повернулся в сторону второй жены отца. - Может, свалишь отсюда?!

- Извращенка, - весело бросила младшая Кимишима, уверенно забираясь сверху на белобрысого.

- Жду вас в комнате Масы, - зло уронила Мивако и хлопнула за собой дверью.

- Эй, ты чего, серьёзно?! - Маса, широко открыв глаза, удивлённо заерзал внутри джакузи.

- А чего потенциалу пропадать, - хозяйственно заметила Цубаса. - Или ты как-то иначе хочешь? Эй, ну не тормози! У тебя вполне вон всё пристойно напряглось... мррр, хррр...

***

Кажется, единственный, кому всё как с гуся вода - это Цубаса.

Вообще не заморачиваясь правилами приличия, на выходе из ванной она всего лишь заворачивается в полотенце. После чего терпеливо ждёт, пока я оденусь. Рубашка, носки...

- Давно не чувствовал себя так стрёмно, - сознаюсь, с трудом втискивая в штаны мокрые ноги.

- Ты просто стеснительный, видимо, из-за заниженной самооценки, - легкомысленно и философски замечает красноволосая, накручивая на палец мокрый локон.

- Не потому. С самооценкой у меня всё нормально. Я просто из другой культурной среды... Подскажи мне, как себя вести сейчас? Если бы она была парнем - я бы просто дал по мозгам. Чтобы отстала от тебя и не приставала к моей девчонке.

- Но она - баба, ещё и беременная, - не к месту хихикает Цубаса. - Еще и от твоего любвеобильного папаши. Нет, ты лучше молчи... Иногда бывают моменты, когда отношения выяснять надо самим женщинам. Блин, и ведь не ударишь её, точно... Особенно по пузу... - моя спутница озадаченно глядит на свои ладони.

В моей комнате нас уже ждут.

Мивако, поднимаясь с моей кушетки, игнорирует меня и направляется сразу к красноволосой:

- Ты должна...

Вместо ответа, Цубаса разворачивается к ней лицом и роняет на пол полотенце.

Оставшись полностью раздетой, если не считать этой тонкой местной полоски вместо трусов (а смотрится хорошо...), младшая Кимишима растопыренными пальцами правой ладони, буднично и между делом, берёт секретаршу моего отца за промежность:

- Это когда я тебе задолжать успела?

Кога, вопреки своей демонстративной уверенности и настойчивости, ойкает и подпрыгивает мало не до потолка.

Красноволосая, напирая на неё, проталкивает Мивако спиной вперёд до самой стены:

- По пузу дать?

- Пожалеешь! - видимо, первый шок у второй жены моего отца уже прошёл, потому что шипит она злобно и уверенно. - Это нужно для дела! Ты - просто малолетняя дура, которая ничего не понимает...

Таким идиотом я себя не чувствовал очень давно.

С одной стороны, между дамами имеет место физический контакт; и я вроде как должен вмешаться.

С другой стороны, как бить бабу в положении, ещё и от своего снова родителя беременную, я не представляю.

- Ты не учитываешь, что я тоже могу оказаться с пузом? От Масы? - продолжая удерживать Мивако спиной к стене, красноволосая упирается своим лбом ей в лоб. - Могу ведь и зарядить, на фоне нервов...

- Ты беременна?! - что мне нравится в секретарше отца, так это скорость реакции на изменение обстановки.

- А в боксе говорят, что реакция должна быть не только быстрой, а ещё и правильной, - бормочу сам себе под нос, поскольку на меня никто внимания не обращает.

Честно говоря, предположение Цубасы умозрительное и лишено каких бы то ни было материальных под собой оснований.

Видимо, звёзды всё-таки на моей стороне, потому что положение спасает мать.

Как будто что-то почувствовав, она один раз стучит в двери моей комнаты и сразу же заходит.

- Здрасте, - через плечо роняет Цубаса, продолжая удерживать Когу спиной к стене.

- Ой! - подпрыгивает на месте уже мать. - Вы что...?!!

- Если ты беременна, чтоб не смела даже рта раскрывать об этом до выборов! - не хуже дикого кота продолжает шипеть Мивако. - Отпусти меня!

- Тебя забыла спросить, когда и что мне сообщать. И кому, - из вредности оставляет за собой последнее слово красноволосая.

После чего, абсолютно не смущаясь, заворачивается в своё полотенце, подхватив его с пола.

- Извините, у меня одежда осталась в ванной, - ворчит она, обходя мою мать по дуге.

***

- ... Пожалуйста, задержись на полчаса. Давайте все вместе поужинаем и поговорим! - отец, не заставший и толики случившегося веселья, весел и оптимистичен.

На вид.

Несмотря на то, что возле двери его первой перехватила Мивако и о чём-то минут десять шептала в уши в ванной.

- У меня были чуть иные планы, - застываю на половине дороги, задумавшись.

- Чуть перенести никак? - отец не давит, а как будто предлагает. Пытаясь договариваться. - Правда, надо поговорить.

- Пошли ко мне в комнату?

- Что вообще произошло? - зайдя ко мне, родитель оглядывается по сторонам, словно рассчитывает кого-то обнаружить. - Цубаса ушла?!

- Она внизу, на детской площадке. Ждёт меня на скамеечке.

Дальше без слов показываю ему экран своего смартфона.

В нашей семейной группе мать, являясь одним из администраторов, добавила в качестве второго админа Когу. Та, в свою очередь, первым делом прислала картинку запрещающего знака из правил дорожного движения и приписала внизу : "Никаких чужих за ужином! Касается красноволосой!"

- Ты считаешь, это нормально? - мне правда интересно, что он думает по этому поводу.

- Я хотел расспросить тебя, как суд прошёл, - растерянно говорит отец. - Я сейчас вообще без связи, оставил смартфон в офисе. Какое-то время буду ходить пустой, наши дела...

- Суд прошёл нормально. Если коротко, дали десять часов исправительных работ которые я и так проведу с Икару... - в двух словах пересказываю подробности сегодняшнего непростого дня, с самого начала.

- Ты абсолютно правильно поступил, - хмуро кивает родитель, погружаясь в какие-то невеселые мысли. - Так а что за проблемы между твоей и моей?.. Тем более, твоя - младшая сестра подруги моей?

- Чем ты слушал? Цубаса, спасая доказательную базу по мне, закачала файлы на сервер министерства обороны. С этого сервера материалы признаются автоматически достоверными, могут использоваться в качестве доказательства в суде. Мивако требует объяснить, как проворачивать это самое уже без Цубасы.

- Б#... - отец, словно спущенный шарик, опускается на мою кровать. - Как же перед твоей девочкой неудобно... Она же и Ю практически в одиночку вытащила...

- Пап, я тебе сейчас одну вещь скажу, только ты не обижайся.

Сакраментальная фраза из одного старого фильма, совсем из другого мира, на моего местного отца не производит того впечатления, которое могла бы. Будь он в культурном контексте.

- Что? - удивляется отец.

- Твоя вторая жена слишком круто натягивает вожжи. Знаешь, если бы я был девчонкой, я бы тебе сказал что-нибудь типа "... или я, или она". Мне очень не нравится, что она в первую очередь думает о выборах, когда дело касается безопасности Ю или моей жизни.

- Подробнее? - родитель хмурится ещё сильнее.

- Я и так тебе сказал больше, чем следовало бы. Ты сейчас сталкиваешь нас всех лбами, понимаешь? Твоя вторая женщина ждёт от тебя ребёнка, родного, не приёмного. При этом, по отношению к твоим уже имеющимся детям, приемным, она ведёт себя слишком рационально. Знаешь, - перевожу дух. - Я бы и не подумал с тобой говорить об этом, если бы знал, что ты без телефона. Я думал, ты прочёл всё в группе и просто поддерживаешь её.

- Нет, не поддерживаю, - отец выглядит растерянно и потерянно. - Ч-черт, но начинать новую жизнь с ссоры между всеми... Ещё и когда обе жены ждут детей...

Минуты три мы переливаем из пустого в порожнее, не приближаясь ни к какому приемлемому решению.

Родитель, крайне нетипично для него, самым настоящим образом жуёт сопли.

Меня под конец разбирает самая настоящая злость, поскольку я первый раз в жизни его не понимаю.

Неужели и правда приемные дети - второй сорт? Паллиативное решение, надобность в котором отпала сразу, как только замаячила перспектива родных?

Сославшись на ожидающую внизу Цубасу, говорю меня сегодня не ждать и ухожу.

***

- Ну что? Чем закончились ваши тёрки? - Цубаса, болтавшая с подругами в чате, при виде парня тут же убрала гаджет в карман.

- Никак, - хмуро проворчал товарищ, не вдаваясь в детали. - У тебя сегодня можно переночевать?

- Пф-ф-ф, не рановато ли для молодой семьи? - искренне развеселилась красноволосая.

Затем, увидев угрюмое лицо друга, она тут же приобняла его за талию и поцеловала в шею:

- Да. Если надо - то конечно да. Хотя через два дня приедет мать; до этого времени нам лучше бы найти какие-то другие возможности.

- Если мы снимем квартиру с тобой? - на полном серьёзе предположил Маса.

- На документы кого-то из сестёр? Моей или твоей? - тут же оживилась младшая Кимишима. - Слушай, но звучит как-то слишком радикально. Меня не отпустят замуж в шестнадцать лет. Даже с сыном миллионеров...

- Считай, что я сирота. У которого за спиной нет ничего, - ещё больше надуваясь, пробормотал одноклассник. - Хорошо хоть Юто, даст бог, посадят. Смогу с новой администрацией об отсрочке штрафа договориться.

- Ты не стал у отца просить денег? - мгновенно сообразила Цубаса.

- Знаешь, он так странно себя вёл, выгораживая секретаршу, что у меня возникло одно серьезное подозрение.

- Тебе по пузу дать? - вежливо поинтересовалась красноволосая через пятнадцать секунд, поскольку товарищ замолчал на полуслове. - Рожай концовку.

- А-а-а, знаешь, они в один момент стали какими-то чужими. Как будто с этими двумя беременностями мы превратились в обузу. Я и Ю, имею ввиду.

- Да ну? Думаешь? - ради приличия посомневалась Кимишима-младшая.

- Нет. Но сегодня переночую у тебя.

***

Икару молча таращилась в потолок который час подряд.

Приговор врачей был однозначен, но верить в него не хотелось.

Достаточно поздно, после десяти вечера, дверь в её палату открылась. Девочка удивленно раскрыла глаза: Масу и Цубасу, своих новых одноклассников, она ожидала увидеть меньше всего.

- Вы зачем здесь? - с едва заметным любопытством в голосе спросила она.

- Ну видишь? А ты не верила, - Маса, игнорируя её вопрос, обратился сразу к Кимишиме. - Согласна, что она какая-то апатичная и потерянная?

- Сейчас спросим, - уверенно тряхнула в воздухе причёской красноволосая. - Эй, Икару, ты как? Помирать уже собралась? Или настроена побороться?

- С чем бороться? - отстраненно вздохнула отличница. - Мне шестнадцать, и это навсегда. Специально умирать не собираюсь, но и жить пока незачем. Впрочем, вам не понять. Ни семьи, ни детей, ни будущего...

- Она ещё в шоке, - словно издеваясь, заявила одноклассница.

- Угу. В нём. В эмоциональном, - согласился с ней парень. - И что делать? Валик чётко говорил: самое главное - психика. Если правильно настроена, можно не переживать. И наоборот: если сдался и сдулся, то и по пять лет в ремиссию можно пробиваться. Не всегда успешно...

- Есть один способ, - заговорщицки подмигнула им обоим по очереди Цубаса.

После чего накрыла ладонью рот Икару:

- Она сейчас может орать, держу. Оформим её по-быстрому, по очереди?

Отличница, удивлённо раскрыв глаза, действительно попыталась крикнуть, чтобы позвать на помощь - но руки красноволосой оказались неожиданно сильными.

- Ты же всё равно помирать собралась! - вроде как удивилась Кимишима. - Чего?! Тебе ж и так всё равно? Ну так и потерпи минутку? А то он меня так изъездил за сегодня, но ему ещё хочется...

Глава 30

- Ты совсем с ума сошла?! - неподдельно возмутился белобрысый в адрес своей подруги, к несказанному облегчению Икару.

- Не тормози! Она симпатичная тоже! - кажется, за психическое здоровье красноволосой было пора начинать переживать всерьёз.

Вместо ответа, Маса молча оттащил Цубасу от кушетки к стене:

- Сядь. Чтобы с этого стула не вставала!

- Вот ты зануда, - вздохнула Кимишима, устраиваясь на стуле поудобнее. - Нет чтобы подыграть. Она бы сейчас, как шёлковая, из своего депресняка вынырнула. Бы. Если бы кое-кто не протормозил.

- Она и так справится. За счёт высокой дисциплины ума, - уверенно заявил одноклассник, возвращаясь обратно и усаживаясь рядом с отличницей.

Да чего он без затей сдвинул её саму на край кровати вместе с половиной подвижной горизонтальной базы, отщёлкнув крепления.

- Долбанутые! - с облегчением выплеснула одним словом напряжение Икару.

С удивлением замечая резкую перемену в своих эмоциях.

- Хм, так что вы хотели? - то, что она смотрит на одноклассников уже совсем другим взглядом, от них не укрылось.

- Ты смотри, и правда ожила, - подала голос от стены красноволосая. - Но мой способ тоже хорошим был...

- Ты больная, - с опаской заметила Иока. Затем повернулась к Масе и сказала уже совсем другим тоном. - Чего хотели? Давай я лучше с тобой поговорю, ты как-то поадекватнее выглядишь...

- Я не силён в этих ваших нейро-концентраторах. Разговор будет серьезным, я по старинке, - предупредил парень. - Слушай, в теории, мне сейчас полагается найти у тебя какие-то якоря. В психике. Потом типа как установить их в роли мотивации на будущее, но я обо всём об этом только читал. Не всё понял, - признался он, вздохнув.

- Идиот, - хохотнула Икару, несмотря на не располагающее к веселью положение. - Кто же о таком рассказывает? Знаешь, её манипуляция потоньше была, - отличница почти весело указала взглядом на сидящую под стенкой Цубасу. - Ладно, прелюдии опустим... Я рада вас видеть. Но зачем приперлись? И кто вас вообще сюда пустил в такое время?

- Мне здесь одиноко и неуютно, - Кимишима решительно оторвала стул от пола и, не отрывая его от спины, прошла к изголовью кровати. - Не боись. Насиловать не буду, - успокоила она подругу.

- Идиотка, - красноречиво фыркнула та. - Один и тот же раздражитель на второй раз волнообразно ослабевает по влиянию... Так как вы сюда попали?!

- Цубаса показала, где через забор можно перелезть на заднем дворе. Он там каменный, метра два с половиной, - тут же сдал подругу белобрысый. – Подтягиваешься – и ты здесь.

- Там хозяйственные отходы с кухни, из операционных, ещё откуда-то в контейнеры складывают, - пояснила красноволосая уже нормальным тоном. - Всё-таки больница, не режимный объект. Пассивная система охраны; тем более что там - чистая мусорка. Что охранять-то?

- А на двери она каким-то образом сигнал подобрала к замку. - Завершил пояснение парень. - Но мы не о том говорим. Икару, давай сразу в лоб? Хочешь обратно ходить?

- Продолжай, - мгновенно подобралась отличница.

- М-м-м, вначале давай мы тебе видео покажем, - неудачно попытался повысить градус её эмоционального интереса Асада, используя нехитрый арсенал воспитательницы младшей группы детского сада.

- Давай, - нейтрально пожала плечами пострадавшая.

Мысленно отмечая, что любопытство в ней проснулось вовсю. Несмотря на всю прозрачность ситуации и простоту манипуляции.

На демонстрируемом видео Асада раздавал по сусалам тем, из-за которых с ней всё это и случилось...

- Я рада, - ровно сообщила она, посмотрев ролик.

- Это не всё. Твои родители заявления вроде бы ещё не написали, - продолжил странный отпрыск якудзы. - Эти, - он кивнул на погасший экран смартфона, - подсуетились с заявлением в суд на меня. В принципе, можно сказать, я только оттуда.

- Вау! Что в итоге? - отличнице действительно было интересно. – Родители боятся, - призналась она вдогонку. – Им звонили какие-то люди; они не говорят, кто…

- С теми людьми потом разберемся, - твёрдо вроде как пообещал Асада. - По мне дело закрыли, по Кавасиме открыли. Он хотел эту запись частично отредактировать и утаить ту, на которой...

- … я с балкона сверзилась. – Завершила за него неприятную часть фразы Икару. - У меня, конечно, спина сломана; но отсутствием сообразительности вроде бы не страдаю. Что ты говорил насчёт ходить?

- Она дозрела, - буднично подала со своего места голос Цубаса. - Любопытство на десятку, по максимуму. Можешь вить из неё веревки.

- Погоди. - Серьёзно остановил Маса подругу. - Ты пока тоже погоди, - добавил он пострадавшей. - На втором суде, который уже был в районном, а не в семейном здании, мне впаяли десять часов общественных работ. Я подписался, что буду их сиделкой при тебе проходить.

- Романтично, - задумчиво поиграла бровями Иока. - Мне и правда всё интереснее и интереснее. Так что там за история с моим излечением?

Она уже подозревала, что её подруга, несмотря на всю необычность, из Информационной Академии вынесла не только скверный характер, а и какие-то не совсем открытые методики. И техники.

Следующий момент показал, что Кимишима оказалась вообще ни при чём.

- Он не врёт. По крайней мере, искренне верит в то, что говорит, - с полуслова уловила намёк в голосе красноволосая одноклассница. - Но пусть он сам расскажет? У него это как-то убедительнее получается... Возможно, из-за личной причастности к результату.

- Э-э, никакой причастности! Просто человека знал лично. А в спортивных кругах... - светловолосый осекся. - Скажем, у меня на родине он был достаточно известен, именно благодаря этому случаю. Как говорится, был бы умный и взрослый, остался бы парализованным.

***

Там же, через полчаса.

- ... выглядит логично.

Икару, наплевав на апатию, вооружилась собственными смартфоном и нейро-концентратором.

Слушая одноклассника, она, по подсказкам Цубасы, набрасывала кое-какие расчёты.

- С точки зрения и физики процесса, и биохимии, концепцию уловила. - Отличница, прикрыв веки, прикусила угол гаджета зубами, напряжённо размышляя. - Но почему такое очевидное решение не проработано на уровне протокола лечения?

- А сколько лет эти ваши нейро-концентраторы вообще существуют?! – парировал Маса. - И как долго они находятся в широком обороте?

- Столько же, сколько и ваши. Года три как в широкой серии. До этого - пара лет предсерийных испытаний, - пожала плечами Цубаса со своего места.

- И что? Люди прямо научились использовать их потенциал на все сто? - в голосе парня прорезалась ирония. - То-то ты от моей сестры сутки не отходила, так хорошо мы их возможности знаем. – Он многозначительно покашлял. - И умеем использовать...

- От гипотезы до прикладной разработки, в лучшем случае, несколько кварталов. - Сбрасывая налёт шутливости, абсолютно серьёзно сообщила бывшая курсант. - Есть скорость протекания процессов, в том числе, при исследовательски лабораторных. Я, конечно, не в курсе деталей по медицине, особенно в таком разрезе... Но предполагаю, что от даже твоего бокса не сильно отличается. Какую часть своей нейросети ты смог откорректировать? За всё это время?

- Менее процента…

- Там ещё на обмен веществ очень много будет завязано, - добавила Икару. - Формирование дублирующей нейросети, завязанной на нервную периферию - это проект. Не процесс. Причём, на каждом организме этот проект пишется с ноля. - Под скрестившимися на ней взглядами одноклассников, она вжалась в подушку и удивленно раскрыла глаза. - Эй, чего таращитесь?!

- Кажется, клиент дозрел, - констатировала Кимишима, оценивающе глядя на подругу. - Маса, а как тот твой знакомый без нейро-концентратора с периферическими нервами работал?! На них же надо как-то сигналы подавать? Потом ещё обратную связь считывать. Каким образом он технику заменял-то?! Ты же говоришь, это ещё в другое время было, до нейро-концентраторов.

- У вас какие-то лабораторные комплексы были? - подхватила вопрос Икару. - Просто любопытно, - призналась она в следующую секунду. - Академический интерес.

- У него система блоков была. Механических, на стенках вокруг кровати. Он ноги и поясницу поначалу через блоки, мускульной силой рук, в разных проекциях сгибал, - пояснил одноклассник, доставая смартфон. - Я вам сейчас картинку набросаю, рисунок.

Девочки переглянулись, но ничего не сказали вслух.

Они обе уже имели возможность заметить, что светловолосый ни с гаджетами, ни с программным обеспечением не дружит от слова вообще.

Сейчас, например, он открыл тренажер для рисования, использующийся в детском садике.

- Я б dis-pro открыла, - зачем-то вдохнула над его плечом Кимишима.

- Я бы тоже, - хохотнула Икару.

Маса, не обращая внимания на их подначки, закусив губу, продолжал усердно выводить пальцем масштабирующийся схематичный чертеж.

- Раньше вообще карандашом на бумаге рисовали, - не отрываясь от своего занятия, отстраненно заметил он.

- До этого и бумаги не было. На песке палочками рисовали, - не удержалась Цубаса.

Потом, правда, обняла его и положила голову ему на плечо.

- Мужчине мозги не главное, - серьёзно сказала ей Икару.

- А что главное? - кажется, красноволосая искренне растерялась.

- Уверенность, - не стала вдаваться в подробности отличница.

- Сила воли главное, - Асада, оказывается, был не настолько поглощен своим рисованием. - Вот, - через некоторое время он протянул свой смартфон девочкам.

- Механика понятна, - едва скользнув взглядом по экрану, опустила-подняла веки Икару. - Но это же только механическая часть? А на что у вас была похожа установка подачи сигнала по нервам?

- Не было никакой такой установки, - отчего-то нахмурился одноклассник.

- Периферии этот твой знакомый, если не было установки, как сигнал-то подавал?! - разжевала вопрос Кимишима, снисходительно вздохнув.

- Усилием воли, - озадаченно нахмурился товарищ. - Говорю же: вообще электроники не было! Только эта механика - и сила воли.

***

Там же, через полтора часа.

- Самое смешное, что схема выглядит рабочей, - Икару задумчиво подняла глаза на подругу.

Маса был отстранён от глубокой проработки вопроса ввиду собственной дремучести.

- Теоретически - модель стройки, - подтвердила погруженная в расчёты Кимишима. - Первый этап - протезирование нервной чувствительности, на время. Через периферическую систему. Она-то, тьфу три раза, никуда не делась и вполне в рабочем состоянии?

- Потенциально - да. Второй этап - перенос управляющего сигнала из спинного мозга в перестроенную периферию, - подтвердила отличница. - Затем - самая обычная регенерация костной ткани, под управлением этого самого управляющего сигнала. Пардон за тавтологию.

- Теперь уже мне интересно, - хмуро подал голос отодвинутый в угол одноклассник. - А спинной мозг?

- Он у меня не разорван, не нарушен, только сжат... - задумчиво прокомментировала пострадавшая, не отрываясь от экрана собственного гаджета. - По логике, если убрать механическую на него нагрузку... вследствие залечивания и коррекции перелома… ну как порез на пальце тканями заполняется.

- Вообще-то, есть уже программные пакеты даже для нейро-регенерации, - с явной неохотой сообщила Цубаса. – Даже если спинной мозг фрагментарно повреждён до пяти процентов, принципиальная возможность регенерации нервной ткани есть. Об этом пока не говорят, но в нашей академии старшекурсники с медтехники об этом в столовой вовсю спорят. На них какой-то математический аппарат отрабатывали, - добавила она под удивленным взглядом подруги.

- А-а-а, ты про Информационную Академию... - поморщилась через секунду от собственной недогадливости Икару. - А то я думаю...

- Ну да. А где ты в Тамагава медтехнику видела?! Ещё и старшими курсами...

***

- Ты вообще не волнуешься? - Нозоми старалась говорить как можно спокойнее и мягче.

- Я с ним созванивался, - ответил Ватару. - Он сейчас в больнице, у этой пострадавшей девочки.

- Ночь же на дворе?! - удивилась жена. - Кто его туда пустил?

- Он не один был. Со своей красноволосой подругой. Они там как-то через забор перелезли и смогли двери открыть. Останутся до утра.

- Хм...

- Там достаточно большая палата. Они один комплект постели у стенки постелили. Я скрин сохранил; на, смотри.

Ватару не мог рассказать жене, что сейчас категорически не хотел спорить ни с Гэнки, ни с Мивако. Приходившейся боссу какой-никакой, а сестрой.

Были на то основания, о которых жене он говорить не собирался.

Ему самому было неприятно оттого, что он как бы не являлся полноценным хозяином в собственном доме, пусть и на время.

С другой стороны, сын - уже достаточно взрослый парень. Может о себе позаботиться и самостоятельно. Последние несколько суток это очень хорошо подтвердили.

Да и, если разобраться: Маса же сейчас ночевал не на улице, а в сертифицированной клинике (хотя и не совсем открыто).

К тому же, если вспомнить, что парень был наедине с двумя шестнадцатилетними девчонками, для отца ситуация вовсе не выглядела печальной. Как говорится, кто бы дал – Ватару бы и сам на его место…

Но кто даст.

Надо будет завтра не забыть ему чуть-чуть карманных денег на карту подбросить. Обещания строгости пусть остаются обещаниями; но, пожалуй, как отец он тогда погорячился.

Парень вон и учиться взялся, и спортом занялся, и даже где-то обществу старается быть полезным.

А Мивако завтра утром надо будет просто переубедить на свежую голову.

Её идея, конечно, хорошая; но забот хватает и без напряжённости в семье.

***

- Здравствуйте.

Президент университета и, по совместительству, директор Академии Тамагава оторвался от экрана.

На пороге стоял светловолосый парень из старших классов, европейской внешности.

- Я Асада. Мы созванивались сегодня утром, - напомнил вошедший. - Могу пройти?

Не дожидаясь ответа и разрешения старшего, гайдзин нахально двинулся в направлении стола для совещаний.

Глава 31 (не читал. Перечитаю утром)

- Я смотрю, воспитание вообще не для тебя? - Хидэмаса Фурукаси демонстративно нажал кнопку, отключая экран.

- Э-э-э, не понял? - весьма похоже изобразил дебила отпрыск якудзы. - На ты не обращаюсь, одет вроде прилично, - пацан удивлённо осмотрел свой костюм.

- Я об этикете, - без тени эмоций на лице пояснил президент. - Ладно, я готов предположить, что... - он осекся.

Фурукаси хотел сказать что-то вроде того, что в некоторые семьи и социальные слои образование и воспитание с трудом пробивают себе дорогу. Особенно воспитание.

Юто Кавасима был ему если и не приятелем, то, как минимум, многолетним коллегой, с которым они вместе слепили весьма немало в плане образовательного процесса старшей и средней школ.

Хидэмаса, конечно, не собирался опускаться до примитивной мести школьнику. Тем более что со стороны администрации имели место, мягко сказать, серьёзные нарушения.

Но и о приличиях напомнить лишний раз не мешало.

- Я тебя внимательно слушаю, - спокойно и вежливо кивнул директор.

Учащийся нисколько не растерялся:

- Я, откровенно говоря, считал, нам обоим есть что сказать друг другу. Но если вы так ставите вопрос, могу поработать и первым номером.

- Не понял? - правой бровью преподаватель изобразил вежливый интерес. - Кем ты можешь поработать?

- Это из спорта, - отмахнулся пацан. - Тот, кто изначально атакует в равноценной позиции, почему-то называется первым номером. Тот, кто защищается и работает от контратаки, вторым... Господин Фурукаси, а как вы смотрите, если мы с вами нашу беседу начнем с протокола намерений?

- Где ты такое слышал? - Хидэоми позволил удивлению пробиться сквозь маску невозмутимости.

- Мы живём во время стремительно развивающихся аналитических приемов, - продолжил удивлять его пацан. - Ну-у, я мог бы вам сказать, что я - сын своего отца. Протокол намерений - это общая схема, отправная точка в переговорах. Если стороны незнакомы друг с другом, но с ходу воевать не собираются и хотели бы попробовать договориться.

- Твоё объяснение выглядит убедительным, - не стал скрывать очевидного директор. - Я, конечно, не ожидал от, хм, вашего круга вовлеченности детей в процессы...

- ...но всё когда-то случается в первый раз? - хохотнул невежливый пацан, перебивая старшего. - Упс, извините. Я всё время забываю, что я младше... Честно. Давайте считать, что я просто невоспитанный гайдзин?

- Манипуляция, - отчего-то приходя в нормальное расположение духа, кивнул Фурукаси. - Ты авансом выдаешь себе разрешение нарушать правила, попутно пытаешься втянуть меня. Чтобы и я согласился с увеличением твоего веса в иерархии. Ответ - нет. Мы не будем считать тебя невоспитанным гайдзином. Ты - учащийся Тамагава, со всеми вытекающими последствиями.

- Вы хороший педагог, - удивлённо кивнул пацан. - Лучше того...

- Я буду тебе очень благодарен, если ты воздержишься от субъективных оценок и не будешь со мной обсуждать моих же коллег. Которых я имею честь знать долго и хорошо, в отличие от тебя.

- Пф-ф, судебному приговору вы так же ответите? - кажется, для семейства Асада правил приличия не существовало.

- А что, он уже есть? - вежливо поинтересовался президент университета. - Судебный приговор?

- Вчера Кавасиму оставили под стражей решением суда, - пожал плечами школьник, вроде как теряя интерес к теме. - Девятое бюро в таких случаях держит нас в курсе, - похоже, он решил быть откровенным. - Хотя, я понимаю и настоящую причину такого решения...

- Какова настоящая причина? - Фурукаси, несмотря на необычность ситуации, не видел смысла скрывать своего истинного интереса.

- Девятка, случается, использует инструменты, которые не декларирует. Ту неделю, которую по-минимуму Кавасима проведет в тюрьме, он будет в безопасности. А за неделю, даст бог, мы бы остыли, - пояснил пацан. - Полиция раньше, когда мой отец был таким, как я, могла арестовать кого-то, чтобы его сразу не пришибли в горячке. Так сказать, с благими намерениями. Для профилактики. Потом отпускали. Отец говорил, иногда таким образом жизни спасали.

- Ты думаешь, его в тюрьме спасают от вас?! - искренне заинтересовался преподаватель.

- Полиция и суд нам не докладывают, - резонно заметил учащийся. - Но по данным моих источников, как вариант, да. Там ещё выборы же примешиваются. А он здорово подставил свой штаб, если вам это о чём-то говорит...

- По уставу академии и университета, я не имею права заниматься политической деятельностью и, как следствие, лично мне на выборы плевать. - Открыто пояснил Фурукаси.

- Не знал... - разочарованно протянул пацан. - Кажется, мне сейчас придётся брать обратно своё предложение насчёт протокола намерений.

- Можем попробовать сыграть в игру, - отчего-то президент испытал необъяснимый приступ великодушия. - Ты говоришь свои цели и ожидания от этого визита. Я потом назову свои.

- Давайте синхронно и письменно? - оживившись, предложил школьник. - Я пишу, что хотел, на своём листке бумаги. Вы - на своём. Потом обмениваемся листиками?

- Где тебя такому научили, - проворчал Фурукаси.

***

Там же, через некоторое время.

- Это и есть твои цели? - директор растерянно смотрел на лист перед собой.

- Ну да, - непонимающе поднял взгляд на него Асада. - А что не так?

- Это какие-то стартапы социальных программ, - нахмурился педагог. - На личные цели непохожи. Если только не считать твою просьбу об отсрочке штрафного платежа.

- Я не стал поднимать вопрос о законности этого взыскания в суде, - собрано заявил школьник. - Решив, что по такому поводу мы и сами договоримся, я и академия. Я ошибся?

- Да нет, не особо. Можно сказать, что не ошибся. - Фурукаси не стал говорить, что в данном случае он был не на стороне своего подчинённого, находившегося сейчас в тюрьме. - Хм...

- У меня нет возражений по вашим целям. - Младший Асада мгновенно снял напряжение со стороны преподавателя. - Даже давайте развернуто. Моя семья инцидент с академией считает исчерпанным. Мои претензии в адрес Кавасимы на школу не распространяются, это два. К спортсменам лично у меня претензий нет. Вернее, не так... Если они вместе с нашим каратистом будут заниматься своими делами, и не лезть к нам, то я бы с удовольствием доучился, вообще не обращая на них внимания.

- Ты вот так просто откажешься от мести в адрес тех, кто покалечил девочку из твоего окружения?

- Вы так говорите, как будто этот вопрос для вас ключевой, - подросток вернул спокойный взгляд педагогу.

- Ключевой, - снова не стал ничего скрывать директор.

- Возможно, я смогу вас успокоить. Есть мнение, что Иока Икару восстановится. Не быстро, не со скоростью звука. Но её травмы в наше время не являются необратимыми. Молодой организм вполне может...

- Ты сейчас серьёзно? - как бы президент ни владел собой, но такая новость очень многое меняла.

- Более чем, - солидно кивнул пацан. - И это ещё один момент, о котором я хотел с вами поговорить. Икару будет посещать занятия, начиная с той недели. Какое-то время она будет ездить в инвалидной коляске. Я уверен, что она встанет на ноги даже до конца учебного года. Но мне бы очень не хотелось, чтобы нездоровые шуточки или просто повышенное внимание доставляли ей моральные неудобства. - Асада как-то по-взрослому и испытывающе посмотрел на директора.

- Кто бы спорил, - не менее серьезно поддержал налаживающееся взаимопонимание Фурукаси. - Знаешь, если это действительно твои цели, думаю, мы сможем договориться без особых проблем...

***

- Ну что? Как всё прошло? - Цубаса, подпиравшая в коридоре стенку минут пятнадцать, прихватывает меня под руку, когда я заворачиваю в учебный корпус из административного коридора.

- С ним гораздо приятнее иметь дело, чем с Кавасимой. Договорились по всем пунктам. Вроде бы, искренен и не врёт.

- Он не политик, - отмахивается красноволосая свободной рукой. - Ни по складу характера, ни по роду занятий. Он чистый учёный и бизнесмен, ему одной академии хватает для самореализации.

- Понимаю.

- Когда ты должен вернуть деньги?

- Будешь смеяться. Вообще не проблема. Сказал, что вычитает из аванса на обучение за следующий семестр. Получается, до конца этого могу спокойно рассчитываться.

- Хм, приятно, - моя одноклассница беззаботно встряхивает в воздухе волосами.

- Ещё Ю отписалась, - добавляю нейтрально.

- Быстро рассказывай.

- Тебе - спасибо. Передо мной, говорит, неловко. Говорит, не знает, как теперь жить вместе.

- Всё один к одному, - вздыхает Цубаса. - Такое впечатление что тебя и правда как из дома выдавливают.

- Знаешь, я бы не драматизировал. Впрочем, посмотрим.

***

- Ты сегодня собираешься домой? - Мивако, разговаривающая из окна медленно едущей машины, выглядит беззаботной.

Мы с красноволосой, выходя с территории учебного заведения, собирались прогуляться пешком. Но оказалось, что нас ждут.

- Мы не будем обсуждать этот вопрос с тобой, - отвечаю ей ровно и спокойно.

- Скажи же, когда мужик удовлетворён, эмоции контролируются гораздо легче? - демонстративно игнорируя секретаршу, Цубаса обращается ко мне.

- Я бы не сводил всё к физиологическому фокусу, - правой рукой, подчиняясь её порыву, на ходу обнимаю её за талию.

- Тебя дома ждать?! - уже более раздражённо уточняет Кога.

- Отвали, - я действительно не хочу с ней разговаривать.

- Неблагодарная скотина, - словно бы ни к кому не обращаясь, замечает в воздух Цубаса.

- Да пошли вы, оба, - взрывается моя вроде как вторая приёмная мать и нажимает на газ.

Взвизгнув покрышками, явно нарушая какие-нибудь местные правила в части скорости, машина скрывается за поворотом.

- И что это было? - задумчиво тру затылок.

- Как раз до этого момента всё понятно, - отчего-то неожиданно хмуро произносит красноволосая. - Она, похоже, пытается сражаться за приоритетное место в вашей семье. Если с тобой бы наладила отношения, получилось бы, что она всё контролирует.

- А так я у неё из-под контроля выбиваюсь?

- Угу. Но не только ты. Так бы она показала и твоей матери, и твоему отцу, что умеет ладить с тобой и находить общий язык во всех ситуациях. Даже когда она не права.

- Хм. А теперь, когда я сегодня домой ночевать не вернусь...

- Будет рвать волосы, не знаю в каких местах. Рано или поздно твои родители же спохватятся...

- Слушай, отчего ты такая хмурая? У нас куча дел. Две тренировки, если считать Икару; куча уроков; потом в бассейн же собирались?

- Я хмурая потому, что нас с тобой ждали после школы две машины. А ты заметил только одну, тачку своей родственницы, - все с тем же пасмурным выражением лица докладывает Цубаса.

- Почему сразу не сказала? - мгновенно подбираюсь.

- А ты бы принял помощь от Коги? - парирует одноклассница. - Тем более что я знаю, чья это машина.

Я только набираю воздуха, чтобы ответить, когда минивэн тормозит в трех метрах перед нами и из него выбираются двое здоровяков.

- Стой за моей спиной и не вмешивайся.

- Ага, давай, покомандуй, - недовольно ворчит Цубаса, продолжая удерживать меня под руку и не трогаясь с места.

Глава 32

- Тогда, может, просветишь, кто они такие? И чего хотят? - как ни в чём ни бывало, обращаюсь к Цубасе.

- Чего хотят - понятия не имею, - пожимает плечами она, не выпуская моей руки и прижимаясь к моей лопатке передними выпуклостями своей анатомии. - А вот на тему кто - машина из гаража Кано. Знаешь такую бабищу?

- Впервые слышу, - я действительно удивлен. - А что, я должен был о ней что-то слышать?

- Ну, она коллега начальника твоего отца, - уклончиво намекает подруга, делая совсем незаметные и микроскопические шаги вперёд. - Славится тем, что очень удачно подбирает крошки, падающие со стола...

- Асада Масахиро, - не спрашивая, а скорее утверждая, обращается ко мне один из громил. - Тебя приглашают на разговор в одно интересное место. - Он задумчиво таращится пару секунд на Цубасу, потом добавляет. - Девочки там не хуже. Брать с собой кого-то команды не было.

- Ты что-нибудь понимаешь? - игнорируя амбалов, спрашиваю красноволосую.

- Вообще-то, их хозяйка, Кано, что-то вроде альтернативы моему предыдущему учебному заведению...

- У тебя сейчас такой тон, как будто ты в чём-то признаешься. - В такт шагом смещаюсь, чтоб стоять удобнее.

- На неё даже в полиции нет установочных данных. Ходят слухи, что её организация является чем-то типа полигона моего бывшего учебного заведения, - Цубаса вроде как заканчивает пояснение, потому что вид имеет прыгнувшей в воду.

- Понятнее не стало, - вздыхаю.

- Программные продукты, как защиты, так и нападения, особенно интерактивные в наше время нуждаются в обкатке и доводке, - совсем прозрачно намекает красноволосая. - Говорят, дамочку не трогают до тех пор, пока она, на свой страх и риск, испытывает казённые продукты. Указывая на дырке и баги.

- Ничего себе! Это же организованная преступность! - играть изумление мне не приходится потому, что я и так поражён, дальше некуда.

- Пф-ф-ф, - мало не хрюкает от непонятного веселья Цубаса. - Моя ж ты радость. - Она звонко целует меня в щеку.

- Асада, ты бы придержал язык своей... спутницы, - хмуро врезается второй здоровяк. - В приличном обществе есть правило. Вернее, тенденция... Не все вещи нужно и можно называть своими именами вслух - ибо дурной тон.

- Недавно японо-английский словарь читал, - отвечаю ему. - Там в разделе физиологических оправлений так и сказано: "Есть феномены, события или процессы, о которых упоминать слух считается неприличным". Но дальше шли слова burp, sneese и им подобные. Причём здесь работа с программными продуктами?

- Ты едешь или нет? По-хорошему? - кажется, первый громила к беседе не расположен.

- Ты идиот? Конечно, нет. - Зачем-то отвечает за меня подруга.

- Вообще-то, я бы сформулировал чуть иначе, - тру нос. - Но только в плане формы. Что до содержания, то она вам правильно сказала.

- Твой родитель может пострадать, - хмуро сообщает второй. - Тебе так и просили передать. Если заартачишься - не узнаешь много интересного. Не сможешь рассказать отцу.

- Нетривиально... Зачем нужен я? Отец меня в дела не посвящает, - тут я нисколько не вру, если не считать последних судебных разбирательств.

- Ага, и Гэнки Томиясу с тобой тоже просто так периодически общается, - чуть свысока замечает первый.

- А вот это уже точно не ваше дело. Сами подвинетесь или вам помочь? - на всякий случай, приложив усилия, всё-таки сдвигаю красноволосую в сторону.

- Так, сел в машину. Девка может идти дальше, - видимо, ребята решили приличиями больше не заморачиваться.

***

Цубаса не расслаблялась, но и нервничала тоже несильно: всё-таки, центр города. Многомиллионного.

- Вот когда надо - так их нет никого, - вздохнул Маса на том этапе, когда буйволы этой суки Кано предложили ему без разговоров сесть в машину, а ей - молча шагать дальше.

- Ты о чём? - на мгновение сбилась с ритма дыхания красноволосая.

Откровенно говоря, такие действия частично работающего на государственные задачи клана из стандартной канвы здорова выбивались.

Цубаса могла очень многое рассказать об организации, во главе которой стояла единственная женщина в этом, с позволения сказать, "бизнесе".

К сожалению, раньше она со светловолосым этих вопросов не обсуждала. А сейчас атмосфера не располагала к затянутым вводным.

- О кобане и полиции я, - повторно вздохнул товарищ. - Вызывай их давай...

С этими словами он таки задвинул её за спину, хлопнув ей под ноги со спины свой рюкзак.

Здоровяки, весело переглянувшись между собой, с улыбками сделали синхронный шаг навстречу.

Когда вылетел первый удар, она даже не заметила.

Вроде бы здоровенные мужики, улыбаясь и переглядываясь, только что топали школьнику навстречу - и бах, один из них уже лежит. Только за долю секунды до этого в воздухе вроде как мелькнул кулак.

У второго явно стоял какой-то непростой программный пакет, судя по тому, как изменился его взгляд (а сам он ускорился).

Махнув рукой в воздухе, второй схватил только воздух. Маса, уже знакомым ей движением проскользнув под рукой противника, двинул корпусом вперед-назад.

Помогая корпусу ногами, тоже уже привычно, он сделал шаг вперёд - шаг назад.

В какой момент этого танца он успел ударить, красноволосая опять не заметила.

- Зато я уже полицию вызвала, - недовольно проворчала Цубаса, подхватывая с земли ранец товарища. - Погнали обратно в школу, к этому самому кобану.

- Что такое? - заозирался по сторонам Маса. - Я же справился?!

- У Кано главную работу обычно выполняют девки, - просветила одноклассника Кимишима, переходя на лёгкий бег.

К счастью, парень не стал спорить и порысил за ней.

- За рулём машины - баба, - продолжила она, переходя на шаг за воротами школы. - Когда вы сражались, она принялась кому-то звонить.

- Странно как-то это всё, - глубокомысленно выдал товарищ после паузы.

- Да ты просто гений, - хмыкнула она, но он иронии всё-равно не заметил. - Блин, и как с тобой общаться, - пожаловалась школьница, протягивая другу рюкзак. - На, забери свой чемодан обратно.

От кобана по аллее в их сторону уже бежали двое полицейских. Головных уборов на них не было.

***

- О, привет! - не отрываясь от работы, Рюсэй между делом хлопнул по виртуальной клавише ответа на входящий вызов. - Я как раз тарифную сетку забиваю по твоему чемпионату!

До оговоренного срока школьного турнира по мордобою времени оставалось немного. К сожалению, у организации возникли проблемы сразу на нескольких фронтах, потому перепоручить работу было некому.

Чтоб не подводить товарища, менеджер сегодня пожертвовал кое-какими собственными процессами - чтоб всё подготовить по проекту турнира.

- Ты по делу или так? - продолжил новоиспеченный владелец одного из клубов, если верить документам.

- Я посоветоваться. - Интонации собеседника и фоновый шум заставили Рюсэя поднять глаза.

А в следующий момент он весьма удивился: камера смартфона подростка вначале показало его самого, затем его красноволосую подругу и пару полицейских в нижних чинах.

После этого фокус выхватил двух здоровяков, валяющихся на асфальте и видом напоминающих вышибал из одного интересного заведения.

- Что? - мгновенно перешел к делу менеджер, отодвигая ноутбук.

- Выходил из школы, собирался домой. Остановилась машина, эти двое вышли из неё и предложили ехать с ними, - сообщил Маса. - Пройти не давали, загораживали дорогу. Я не один, с Цубасой, потому...

- Скажи, чья была машина, - хмуро подала голос его красноволосая подруга, параллельно что-то объясняя постовым.

- Что за машина? - реефреном повторил Рюсэй.

- Она говорит, Кано. Длинный, тебе это о чём-то говорит? - взгляд белобрысого был безмятежен и наивен.

- Говорит, - хмуро кивнул Рюсэй. - Если коротко, то... - он неожиданно осекся. - В общем, доказательств нет, и одна интересная должность у нас сейчас вакантна. Того человека, с людьми которого ты у меня в клубе утром воевал однажды...

- Я ПОНИМАЮ.

- В общем, дружеская перепалка, после которой твой батя несколько дней питался диетически и по строгому распорядку, по разным мнениям, дело рук этой самой Кано, - закончил обрисовывать картину менеджер. - Только вот чего она к тебе прицепилась, и откуда мужики... Твоя подруга точно уверена, что это именно Кано?

Красноволосая, не отрываясь от общения с полицией, уверенно кивнула, изобразив руками: номер на машине был определённой серии.

- В общем, мы сгоняли в школу за полицией - а машины след простыл, - завершил рассказ школьник. - А эти двое так и валяются.

- А ты их чем бил? - по инерции спросил Рюсэй, спохватываясь слишком поздно.

Некоторые вопросы обсуждать в режиме телефонного разговора явно не стоило.

С другой стороны, никаких запрещённых программных расширений у Масы не было и быть не могло. Как говорится, аксиома в доказательстве не нуждается.

***

Там же, через некоторое время.

- ... в общем, это к Гэнки, - уверенно подвел итог короткому разговору менеджер. - Дело какое-то мутное. Не мой профиль, раз. Не мой уровень, два. Ну и - ты у нас вроде как ребёнок непростого человека. У тебя с отцом по-прежнему напряги? - через мгновение догадался по выражение лица собеседника Рюсэй. - Не хочешь с ними связываться? Или ты и против босса что-то имеешь?

- Против него - ничего, - задумался белобрысый. - Но он же батин товарищ? Звонить через голову как-то некрасиво... Слушай, а давай считать, что я ответственность на тебя переложил? Не хочу я сейчас с отцом разговаривать...

- Звучит как неблагодарность, - твердо заявил менеджер, глядя пацану в глаза.

- Ты не в теме, - тот отзеркалил взгляд. - Если это и неблагодарность, то не с моей стороны. Ладно, извини за беспокойство...

- Я отправлю письменное уведомление о твоём звонке, с упоминанием содержания беседы, - вздохнув, сдал назад Рюсэй. - Не хочу лезть в ваши дела, потому звонить никому не буду.

- Что-то мы как дети, - неожиданно сменил стиль мышления светловолосый. Кажется, его мозги развернулись в конструктивную сторону. - Блин, серьёзный же вопрос, если подумать! Что-то я как пацан себя веду.

- Говори дальше, говори, - поощрительно кивнул маркетолог. - Я люблю, когда озарения происходят вовремя, хе-хе.

- Сейчас наберу отца. Ты прав. - На одном дыхании выдал школьник и отключился.

***

Звонок Масы был крайне невовремя.

- Я занят, мне не до тебя, - возможно, чуть более резко, чем следовало, бросил Ватару, отключаясь. – Мы не имеем никакого отношения к случившемуся, - сбросив звонок сына, он поднял глаза на сотрудников прокуратуры. – Во-первых, наверняка имеем алиби. Если вы сообщите, в чём дело и о каком времени идёт речь, можно будет по секундам восстановить лично мой маршрут. Во-вторых… - он чуть замялся. – Это не самый очевидный аргумент, но зачем нам его убивать?!

- Может, из-за нескольких лет будущей налоговой льготы? – спокойно ответил заместитель прокурора. – Которую получает застройщик, в соответствие с новыми согласованиями муниципалитета?

- Мы отказались от личной коммерческой выгоды же?! – непонимающе нахмурился финансист. – Вот только утром на сайте компании…

- Собирайтесь, - перебил его представитель общественного обвинения. – Я не считаю, что вы можете оставаться на свободе до выяснения всех обстоятельств. Прошу вас, по-хорошему, проследовать со мной в суд.

***

- Да и бог с ним, - выдыхаю, успокаиваясь и убирая телефон в карман. - Вольному - воля. Честное слово, я хотя бы попытался...

- Бывает, - философски косится на мой гаджет рассудительная Цубаса. – М-м-м, чем бы тебя сейчас успокоить… Эрекция есть? Вон спортивный магазин, там шикарная примерочная почти на два квадратных метра. Погнали?

Не дожидаясь ответа, она решительно подхватывает меня под руку.

***

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ.

Третью начну сегодня или завтра, потому ссылки на неё пока нет.

Можно на эти сутки на меня подписаться, тогда придёт уведомление о её выкладке.

Content

Семён Афанасьев
Размышления русского боксёра в токийской академии Тамагава, 2

***

Глава 1

Глава 2

Глава 3 две коррекции цветом

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13 (не уверен. Буду пречитывать)

Глава 14 (добавление выделено цветом)

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19 (Утром перечитаю)

Глава 20 (утром перечитаю)

Глава 21

Глава 22

Глава 23 (не читал. Утром коррекция и продолжение. Пардон за опечатки)

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29 (не читал. Перечитаю чуть позже)

Глава 30

Глава 31 (не читал. Перечитаю утром)

Глава 32