Корнелия Функе

Свинья для пиратов

Cornelia Funke

Das Piratenschwein

Text © Cornelia Funke, 1999

Illustration © Kerstin Meyer, 1999

© Набатникова Т.А., перевод на русский язык, 2018

© Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2018

Machaon®

* * *

морской дьявол

морская собачка

тарпон

корюшка

золотая макрель

треска

чехонь

пёстрый окунь

собачья акула

горбуша

ильная рыба

морской петух

Бену, маленькому пирату,

и Анне, которой иногда приходится его защищать

На острове Бабочек все знали Толстого Свена и его лодку с зелёным парусом.

Свен и юнга Пит жили вместе в маленькой хижине на берегу моря, под деревьями, на которых зрели самые сладкие фрукты на всём острове. Но одними лишь фруктами не проживёшь. Поэтому на хижине Свена висела табличка: «Межостровные перевозки». Это написал когда-то Пит. Толстый Свен тогда смотрел и дивился, бормоча:

– Чёртов черенок, дружище, какие сложные слова ты знаешь!

Работы у этих двоих и впрямь было много. Даже когда штормило так, что медузы выползали на сушу, Свен с Питом выходили в море и перевозили с острова на остров кокосы, бочки с ромом или ящики с вяленой рыбой. А вечером довольные возвращались к себе в хижину и валились в свои гамаки. Это была спокойная, мирная жизнь, и она им нравилась.

Но однажды утром друзья решили перед работой пройтись по берегу. Толстый Свен смотрел на море, а Пит искал в песке ракушки. И тут волной прибило им под ноги бочку. А когда Пит заглянул в неё, оттуда хрюкнула свинка. Она была не больше собаки, а её толстую шею украшала золотая цепочка, на которой болталась подвеска в виде черепа.

– Едрёна горбуша и ёрш! – удивился Толстый Свен. – Не бросать же здесь эту малютку – а, как ты думаешь, Пит?

– Какой тут может быть вопрос! – ответил Пит.

Они достали свинку из бочки и понесли в хижину.

Друзья назвали поросёнка Жюли́. И вскоре поняли, что нашли не простую свинью. И хотя Жюли любила валяться в грязи не меньше, чем другие свиньи, но ещё больше она любила сидеть на берегу и глядеть в морскую даль. Любимой едой у неё были песчаные червяки с водорослями. А когда Пит и Толстый Свен сновали на паруснике между островами, Жюли стояла на носу, наслаждаясь солёным ветром, и хрюкала от счастья. Вот только купаться она не хотела. Сильно боялась воды. Очень даже.

Однажды – Жюли всё ещё была малым поросёнком – Свен получил заказ доставить 23 ящика кокосовых орехов на соседний остров.

Тут-то и приключилось это: в открытом море Жюли вдруг начала визжать. Она верещала так, будто в хвостик ей вцепилась акула. Потом ринулась к рваной рыболовной сети, что лежала у мачты, и своим пятачком сбросила её в море.

– Чёртов черенок, Жюли! – растерялся Свен. – Что за дьявол морской в тебя вселился?

Но когда Пит вытянул сеть из воды, она сверкала и переливалась золотом и серебром. Чтобы увезти все эти сокровища, Питу пришлось высыпать в море два ящика кокосовых орехов.

– Тысяча золотистых макрелей мне на сковороду! – не мог надивиться Толстый Свен, почёсывая Жюли за ушком. – Ты когда-нибудь видел подобное, Пит? У нашей Жюли есть чутьё на сокровища.

Пит смотрел на ящики, полные золота и драгоценных камней, и становился всё бледнее.

– Капитан! – прошептал он. – Говорят, пираты специально ловят поросят и натаскивают их вынюхивать сокровища. Думаешь, Жюли как раз такая пиратская свинья?

Толстый Свен сплюнул в море.

– А что тут думать, – буркнул он. – Знаешь, как пираты поступают со свиньёй, если она не добудет им золота?

Пит отрицательно помотал головой и обнял Жюли за шею.

– Они сажают бедное животное в бочку и выкидывают за борт. Вот что они творят, эти морские собаки.

Жюли навострила уши и глядела на Свена так, будто точно понимала, что он сказал.

– Ах, так вот почему на ней эта штука! – воскликнул Пит, разглядывая её амулет. – Гнусные твари! – Он поцеловал Жюли в лоб и крепко обнял. – Мы не дадим тебя в обиду, Жюли, – заверил юнга. – Можешь не сомневаться.

– Сто процентов! – подтвердил Толстый Свен.

И они наконец направили лодку к соседнему острову.

Шли месяцы. Жюли росла и становилась толще. Почти каждую неделю она находила в море новый клад.

Многое Свен выбрасывал обратно в море. Серебряные кубки, драгоценные камни, серьги… На что им с Питом были эти блестящие безделушки? Они оставляли себе только золотые монеты, чтобы покупать корм для Жюли. Свинка постоянно хотела есть.

Как-то раз Толстому Свену пришла в голову одна идея. Неплохая, но очень глупая. Он подарил детям, играющим в порту, три кроны из тех, что были выловлены в море, и пару жемчужных ожерелий. Чтобы они могли играть в «Пирата и принцессу». Мило. Очень. Но лучше бы он этого не делал. Вскоре пошли слухи, что Толстый Свен своей сетью ловит не рыбу, а кроны и жемчужные ожерелья. А потом стали поговаривать, что за всем этим кроется свинка, с которой он не расстаётся.

– Да что вы, глупости какие! – ворчал Свен всякий раз, когда слышал подобное. – Поверьте мне, Жюли – обычная свинья. Не так ли, Пит, или я неправду говорю?

И Пит кивал изо всех сил. Но это не помогало. Никто им не верил. Скоро об этом знали даже рыбы в море: Толстому Свену подвернулась настоящая пиратская свинья.

Так случилось то, что и должно было случиться: о Жюли прослышал Морской Петух. Морской Петух был самым алчным и подлым пиратом, промышлявшим между островами.

– Так-так… – прорычал он, когда его рулевой Чехонь рассказал ему про Жюли. – Пиратская свинья, значит. Кажется, Одноухий Билл недавно выкинул свою свинью за борт?

– Выкинул, ваше негодяйство, – ответил рулевой Чехонь, – ведь она за всё время не разнюхала ему ни одного клада.

– Зато теперь эта свинья вынюхивает столько, что Толстый Свен выбрасывает обратно в море целые ящики сокровищ! – прошептал Жирная Борода, оруженосец Морского Петуха.

– Ну, тогда ясно, что нам делать, – сказал Морской Петух. – Понятно вам, кривоногие корабельные крысы?

Его люди осклабились во всю ширь своих золотых зубов.

– Понятно, ваше негодяйство! – гаркнули они и подняли паруса.

На следующий вечер Толстый Свен решил немного подышать свежим воздухом перед тем, как отправиться спать. Пит уже храпел в своём гамаке. А Жюли увязалась за Свеном.

Когда они шли вдоль портового мола, три пирата из банды Морского Петуха подкрались к ним сзади, швырнули Свена в грязную портовую воду, схватили хрюкающую Жюли и утащили с собой.

Толстый Свен был вне себя от горя, даже порвал свою любимую рубашку.

Они с Питом обыскали весь остров. Постучались в каждую дверь, осмотрели каждую свинью – да что там, Толстый Свен даже взгромоздился верхом на осла, чтобы поискать Жюли в горах. Но не нашли и волоска из её розовой щетинки. Опечаленные, они вернулись в порт. Их лодка будто осиротела без Жюли.

– Пираты наверняка уже увезли её с острова, капитан, – сказал Пит, когда они снова поднимались на борт. – Но мы продолжим поиски, как только взойдёт солнце. Возможно, её увезли на какой-нибудь вулканический остров на юге. Или на материк.

Толстый Свен лишь кивнул. Он сидел на палубе и печально смотрел на море. Пит не знал, чем бы его утешить, хотя и сам горевал, как никогда прежде.

– Может, принести что-нибудь поесть, капитан? – предложил он.

Но Толстый Свен лишь покачал головой.

– Не хочу, – буркнул он.

Тут уж Пит всерьёз обеспокоился. Через дорогу в портовом трактире под названием «Пьяная треска» по вечерам всегда бывали свежие «сливочные медузы» – любимые пирожные Свена. Может, хотя бы ими удастся его подбодрить.

– Я скоро вернусь, капитан! – крикнул Пит, прихватил из ящика горсть монет и убежал.

В «Пьяной треске», как обычно по вечерам, царила ужасная толкотня. Пит протиснулся между животами и локтями к стойке и заказал 12 «сливочных медуз».

Хозяйкой «Трески» была Худышка Лола. Увидев Пита у прилавка, она самолично пододвинула ему пакет с пирожными.

– Послушай, малыш, – шепнула она Питу, – ты же юнга Толстого Свена. Скажи ему, что ваша свинья у Морского Петуха. Он велел её доставить к себе на корабль. Сидит тут целый вечер и хвалится, что эта свинья сделает его самым могущественным пиратом островов! – Она пугливо огляделась и приложила палец к губам: – Никому не говори, что узнал это от меня. Понял, малыш?

И Худышка Лола быстро отошла к другому концу стойки.

Пит испуганно обернулся. Он ещё ни разу не встречал Морского Петуха, но все знали, что тот носит золотую повязку на глазу. В полумраке и вечерней тесноте «Пьяной трески» Пит не сразу разглядел главаря пиратов. Тот сидел в самом тёмном углу со своей бандой. Вид у них был устрашающий. У Пита сердце провалилось в пятки. «Подлые похитители свиней!» – подумал он, последний раз взглянув на пиратов, и с колотящимся сердцем выскользнул наружу. Пирожные для Толстого Свена он от волнения забыл на стойке.

Пит бежал со всех своих босых ног по тёмной гавани. Мимо кораблей, что покачивались на воде в бликах лунного света. Пока не очутился у парусника Толстого Свена.

– Капитан! – задыхаясь, крикнул Пит, запрыгнув на борт. – Капитан, я знаю, кто украл Жюли!

Толстый Свен, подняв голову, недоверчиво посмотрел на него. Сидя у мачты с траурной миной, он лепил из розового марципана свинку.

– Она у Морского Петуха! – выкрикнул Пит. – Он сидит в «Пьяной треске», ещё и хвалится, что украл Жюли.

Толстому Свену потребовалось время, чтобы переварить это известие. Он трижды сплюнул за борт, прежде чем к нему вернулся дар речи:

– Чёртов черенок! Морской Петух! Ты хоть понимаешь, с кем нам придётся мериться силой?

Пит кивнул.

Толстый Свен с глубоким вздохом поднялся на ноги.

– Ну, тогда идём, – сказал он и обнял Пита за плечи. – Готовь к отплытию шлюпку. Вернём себе нашу свинью.

Все знали, что Морской Петух никогда не швартуется на своём большом корабле в порту. Он ставит его на якорь в открытом море, а к берегу пираты плывут на шлюпке.

– Будем надеяться, он оставил на борту не так много охраны, – шёпотом сказал Толстый Свен, когда они шли из портовой бухты на вёслах.

Пит лишь кивнул, тревожно вглядываясь в темноту. Над водой не было ни ветерка. Тишина казалась такой зловещей, что сердце Пита забилось ещё быстрее.

И тут внезапно из темноты перед ними вырос большой корабль. Его корпус был чернее чернил, но палубу освещала луна. На верхушке самой высокой мачты висел пиратский флаг.

– Должно быть, это он! – прошептал Пит. Юнга едва дышал, когда Толстый Свен подгрёб к борту.

Над ними скрипели канаты, а на корме и на мачтовой платформе храпели двое вахтенных.

С носовой части зловеще скалился деревянный резной чёрт. На его ро́жках болталась верёвочная лестница.

– О, как мило! – шепнул Толстый Свен. – Оставили нам лестницу. Где они спускались, там мы сможем подняться.

– Ты видел? – пролепетал Пит, показывая куда-то наверх. – Они привязали бедную Жюли к лееру.

– Проклятые свиномучители! – прорычал Толстый Свен, подгребая к верёвочной лестнице. Конец её болтался в метре над водой.

– Лучше я пойду, капитан, – вызвался Пит. – Пока ты взберёшься со своим толстым животом наверх, пираты уже вернутся.

Толстый Свен было запротестовал, но Пит уже подтянулся на лестницу.

– Если эти вернутся, я трижды крикну чайкой! – тихо сказал Свен ему вдогонку.

Пит кивнул и полез вверх к деревянному резному чёрту.

Вахтенные всё ещё храпели, когда Пит перемахнул через поручни. Того, который спал на мачтовой платформе, он видел ясно, а от второго торчали из-за бочки лишь две босые ступни.

Жюли, привязанная к лееру, лежала к Питу щетинистой спиной. Он бесшумно подкрался к ней и зажал её розовую пасть.

– Ни звука, Жюли! – шепнул юнга. – Это я, Пит, и капитан тоже здесь. Мы заберём тебя отсюда.

Жюли с восторгом хрюкнула и ткнулась пятачком ему в живот. Пит достал из-за пояса нож и принялся перерезать толстый канат, которым она была привязана. У него плохо получалось, потому что Жюли тыкалась в него носом и взволнованно обнюхивала.

– Перестань, Жюли! – шипел Пит. – Я сейчас!

Но как раз в тот момент, когда он наконец перерезал канат, послышался крик чайки. Один. Второй. Третий. Толстый Свен подавал сигнал тревоги!

Пит испуганно бросился к поручням и прислушался. Он различил вдали плеск вёсел и гоготанье пьяных голосов.

И потом из темноты вынырнула шлюпка.

На носу стоял, пошатываясь, с фонарём в руке Морской Петух. У его пиратов уже не получалось грести в лад, и шлюпку мотало из стороны в сторону, тем не менее она приближалась. И даже очень быстро.

– Идём, Жюли! – шёпотом позвал Пит и бросился к другому борту корабля.

Но, когда Пит занёс ногу через леер, Жюли в страхе отпрянула.

– Давай, Жюли! – подбадривал её Пит. – Прыгай в море! Не бойся. Капитан ждёт нас внизу в лодке!

Но свинья застыла как вкопанная. И тут Пит с ужасом вспомнил, что Жюли боится воды.

– Пит, сюда! Где вы там? – окликал снизу Толстый Свен.

Пит хотел ответить, но вдруг проснулся вахтенный на платформе мачты. Зевая и потирая опухшие глаза, он сел.

– Капитан возвращается! – гаркнул пират так громко, что у Жюли от страха щетина встала дыбом. – Зарядить пушку для приветственного выстрела!

Пит потянул хрюкающую свинью под кучу старых парусов. Как раз вовремя, потому что, когда Пит выглянул из своего укрытия, второй вахтенный тоже был на ногах – пират с голым черепом и огромной золотой серьгой. Он пошатываясь двинулся к ближайшей пушке и сделал выстрел в открытое море. Приветствие для Морского Петуха.

Жюли, дрожа, прижалась пятачком к подбородку Пита. По палубе загрохотало множество ног, среди них пара-тройка деревянных, и потом Пит услышал хриплый рёв Морского Петуха.

– Дьявол! – орал он. – Ты что, хотел потопить нас пушечным ядром? А где свинья?

– С…свинья? – заикался бритоголовый, растерянно озираясь. – Да она… она… это… должно быть, потонула!

– Ты обязан был вахту держать, плешивая морская собака! – рявкнул Морской Петух, поднеся бедняге под нос перерезанный канат. – Что это такое? Неужто свинья прятала нож за своими вислыми ушами?

У Пита от страха чуть не остановилось сердце.

– Обыщите корабль, вы, тарпоны! – бушевал Морской Петух. – Приведите мне эту свинью! И того, кто её отвязал!

Чертыхаясь, пираты разбрелись кто куда.

– Жюли! – шептал Пит. – Жюли, надо прыгнуть! Иначе они нас зажарят!

Но Жюли только прятала голову, зарываясь поглубже в груду старых парусов.

– Три дня буду морить эту свинью голодом! – громыхал Морской Петух. – Да что там три дня – неделю! Посажу её на чёрствый хлеб и воду!

И тут Жюли словно обезумела.

Сорвавшись с места, она с хрюканьем налетела на Морского Петуха, повалив его, промчалась между ног лысого пирата – и перемахнула через поручни за борт.

Недолго думая Пит помчался за ней, мимо обалдевших пиратов с выпученными глазами, вскочил на леер – и ринулся вниз, в черноту.

Он плюхнулся в воду на расстоянии ровно в одну свинью от Жюли.

– Я здесь! – крикнул Толстый Свен и устремился к ним на своей лодке из-за пиратского корабля. Там он прятался, когда заслышал приближение шлюпки Морского Петуха.

Свен затащил в лодку Пита и Жюли, с которых капала вода, и налёг на вёсла так, как ещё никогда за всю свою моряцкую жизнь.

– В погоню, чего вы ждёте?! – гаркнул наверху у леера Морской Петух. – Сейчас же верните мне мою пиратскую свинью!

– Но… но… ведь мы же не умеем плавать, ваше негодяйство! – в отчаянии заскулил рулевой Чехонь. – Так же, как и вы!

– Тогда хотя бы стреляйте! – взревел Морской Петух. От ярости он чуть не свалился за борт.

Толстый Свен грёб как дьявол, пока пираты заряжали свои пушки. Но уже скоро пушечные ядра полетели одно за другим вдогонку беглецам, плюхаясь в воду прямо позади их лодки.

– Если они ещё прицелятся, то превратят нас в щепки! – пролепетал задыхаясь Толстый Свен.

И тут Жюли внезапно завизжала. Так громко и пронзительно, что даже перекрыла грохот пушек.

– Собачья акула и корюшка! – вскричал Толстый Свен. – Жюли, нам сейчас недосуг вылавливать твои сокровища!

Но Пит навострил уши.

– Да ты послушай, капитан! – прошептал он. – Они перестали стрелять!

Толстый Свен поднял голову и насторожился. И правда. Пит верно говорил. Внезапно воцарилась мёртвая тишина. Но потом над водой пронёсся пронзительный крик рулевого Чехони.

– Ваше негодяйство! – взволнованно вопил он. – Свинья заверещала. Вы слышали? Она и впрямь заверещала!

Пит перестал дышать.

Пираты Морского Петуха с раскрытыми ртами стояли за пушками и вслушивались в ночь. Тут Жюли вскинула голову и ещё раз завизжала так громко, что Питу пришлось зажать себе уши.

– Уррраааааа! – взревели пираты, и Пит со Свеном увидели, как они суетливо забегали по палубе, выбрасывая огромную сеть.

– Ну, на сей раз ты, надеюсь, не ошиблась, Жюли, – тихо сказал Толстый Свен, вновь налегая на вёсла. – Хорошо бы здесь оказалось столько золота, чтоб этим ребятам на неделю хватило его вычерпывать.

Жюли только хрюкнула, свернулась на носу лодки калачиком и уснула. А Пит сидел рядом с ней и ласково поглаживал ей щетинку.

Счастливые и усталые Толстый Свен и Пит пришли на вёслах в порт. Уже рассвело, когда они пришвартовались у причала.

– Может, ты проголодался, капитан? – спросил Пит и улыбнулся Толстому Свену.

– Я так проголодался, что мог бы умять целую свинью, – ответил Толстый Свен и тут же испуганно зажал ладонью рот. – О, извини, Жюли, это просто так говорится. Я, конечно, хотел сказать, что съел бы целый торт. Или два.

Но Жюли не обращала на него внимания. Она улеглась на причале, довольно похрюкивала и смотрела, как над морем восходит солнце.

– Я сейчас вернусь! – крикнул Пит и помчался к трактиру «Пьяная треска», где Худышка Лола как раз выметала за дверь мусор минувшей ночи.

– Ну что с вашей свиньёй? – спросила она, когда Пит хотел проскользнуть мимо неё внутрь.

– Она снова у нас, – ответил Пит, схватив пакет со «сливочными медузами», который так и пролежал всю ночь на стойке, и побежал назад к Жюли и Толстому Свену.

Те сидели рядышком на причале, и Толстый Свен почёсывал Жюли за ушком.

– Чёртов черенок, «сливочные медузы»! – ахнул капитан, когда Пит бросил ему на колени пакет с пирожными. – Где ты их раздобыл?

– Я думаю, мы их заслужили, – ответил Пит, а Жюли уже с интересом принюхивалась к пакету. – Хотя всё худшее только начинается. Морской Петух теперь ещё отчаяннее будет охотиться за Жюли, раз она принесла ему полную сеть золота. Я думаю, нам надо бы её спрятать, а?

– Да, я тоже этого боюсь, – вздохнул Толстый Свен. – Придётся, пожалуй, приискать себе какой-нибудь новый остров.

Спустя несколько часов они уже красили щетинку Жюли в чёрный цвет и рассказывали всем любопытным, что пиратская свинья от них сбежала. Потом они подняли паруса и вместе с Жюли уплыли в море.

– И какой же остров мы себе приищем? – спросил в какой-то момент Пит.

– Такой, на котором никогда не слыхали про Морского Петуха и его золотую повязку на глазу, – ответил Толстый Свен.

Они плыли целых пять дней и шесть ночей. За это время Жюли верещала трижды, но Толстый Свен ни разу даже не пошевелился, чтобы забросить сеть. Золотых монет у них на борту и без того были целые ящики.

На шестой день они нашли мирный остров, на котором не было ничего, что могло бы заинтересовать пиратов. И там никто не слышал про Морского Петуха.

Они присмотрели себе живописное местечко на берегу, Толстый Свен поставил там будку для Жюли, рядом с ней посадил кокосовые пальмы и банановые кусты, а потом построил хижину, в которой хватало места для двух гамаков. Пит, конечно, сделал новую табличку. А под конец они соорудили ещё и мостки, к которым можно было пришвартовать лодку и на которых Жюли могла по вечерам лежать и любоваться морем.

Если они ещё не умерли, то живут там и по сей день. И, по всей видимости, очень-очень счастливы…

Content

Корнелия Функе
Свинья для пиратов