Чермен Магкеев

Арина – дочь дракона

© Магкеев Ч.М., 2021

© «Центрполиграф», 2021

Пролог

Погода на Кипре обычно замечательная. Именно за эту особенность он полюбился российским бизнесменам. В определенных кругах стало модным приобретать недвижимость в греческой части острова. В середине девяностых туда уезжали так называемые новые русские, в надежде скрыться от правосудия или более удачливых конкурентов. Чуть позже к ним присоединились представители богемы. Нынешнему витку популярности домам на острове придала Роксана Дорогобужская, которая выкупила несколько дорогих вилл на побережье. Сложилось общественное мнение – раз уж светская львица не стыдится жить так близко от России, то почему бы и другим творческим натурам не поплескаться в Средиземном море?

Человеку, лежавшему в тени зонтика на частном пляже, было абсолютно безразлично мнение окружающих. Он прекрасно знал, что мода изменчива. Сегодня Кипр востребован, а завтра… Взрослые люди давно поняли, что не стоит обращать внимание на всплески популярности того или иного места. Понимание того, что тебе нужно от жизни на самом деле, приходит с возрастом. О том, что отдыхающий прожил много лет, говорили его поседевшие волосы и сетка мимических морщин в уголках глаз. Фигура атлетически сложенного мужчины выглядела превосходно. Мускулы в тонусе, и на теле не было видно ни капли жира или дряблости кожи, присущей людям в возрасте. Древний бог в теле генерал-майора ГРУ в отставке Вячеслава Викторовича Старобогатова следил за здоровьем. Во время тренировок он легко побеждал своих телохранителей Кхалма и Кхавка – могучих титанов, изображающих отставных офицеров ГРУ из группы особого назначения.

Из большого дома на пляж вышел молодой человек лет двадцати и произнес:

– Деда, ты же у нас все знаешь? Можешь кое-что объяснить…

– Однако, Мелкий, я и не знал, что ты подхалим! Это что значит: «Все знаешь?» – воскликнул генерал и добавил: – Разве вас в Суворовском не учили докладывать по форме?

– Товарищ генерал в отставке, разрешите обратиться? – вытянулся по стойке «смирно» молодой человек в плавках. Прекрасно понимая, как выглядит со стороны, он с трудом сдерживал улыбку.

Старобогатов усмехнулся и язвительно поправил:

– Майора пропустил.

– Товарищ генерал-майор в отставке! – исправил Виктор.

– Обращайтесь, – смилостивился Старый.

Мелкий, продолжая стоять по стойке «смирно», спросил:

– Что означает словосочетание «режим творца»?

– Пересечение двух разных временных континуумов, – ответил генерал. Заглянув в глаза молодого человека и осознав, что тот ничего не понял, Старый пояснил: – Представь себе коридор. Это время на Земле. Мы по нему движемся только вперед. Тут ты увидел дверь. Если у тебя есть ключ или отмычка, ты можешь заглянуть внутрь. Иногда это просто комната, а иногда такой же коридор. Ты можешь пройтись по нему, что-нибудь сделать и потом вернуться обратно. Помнишь, ты «мерцать» научился? На общей камере было видно, что ты пропал в одном месте и появился в другом, а когда мы смотрели твою нательную камеру, то запись с нее не прерывалась. Ты разогнался настолько, что создал свою собственную петлю времени. Ты вошел в такой же своеобразный коридорчик…

– Но разница хронометража была секунды полторы, – вспомнил парень ту тренировку, – за это время ничего сотворить нельзя…

– Мерцание так же, как и скольжение, используется воинами, а «режим творца» создается магом. Это тот же самый временной коридор, но уходящий в бесконечность, – объяснил Старый. – Чем ты сильней, тем дольше будешь находиться вне времени. Заметь, я ничего не говорю о пространстве. Вот смотри на волну и на чайку в небе. Что ты сейчас видишь?

– Они замерли, – с удивлением произнес Мелкий.

– Именно! Они замерли. Мы сейчас в «режиме творца». Я могу встать и пойти погулять. Потом могу что-нибудь починить или поломать. Или вот смотри. – Старый вытянул руку к морю, и вода, застывшая желеобразной массой, потянулась вверх. Этот полупрозрачный столбик принял форму привлекательной женщины с рыбьим хвостом. Фигура напоминала русалочку Ариэль из мультфильма. Рядом с ней вырос ее отец Тритон с трезубцем, и отдельно появилась фигурка краба-советника Себастьяна. – Ну что, похоже?

– Да! А как ты это сделал? – удивился Мелкий.

– Ерунда, обычный телекинез, – отмахнулся генерал. – Можешь сделать селфи. Стоит мне вернуться в обычный временной континуум, волна просто опадет и рассыплется тучей брызг. Чем больше сила, тем дольше ты поддерживаешь свой «режим творца». Если я захочу, то могу что-нибудь сейчас сломать. Если бы мы снимали это на камеру, то на записи было бы видно, что бокал стоит и тут же лежит сломанный. Никаких переходов и промежуточного состояния. Камера бы не смогла запечатлеть момент, как ломается предмет. Как там говорил Винни-Пух: «Вот он есть, и его уже нет!»

– Постой, если ты в этом режиме, то почему тут я? Почему я вижу, как ты двигаешься, в то время как волна замерла на месте? – продолжал удивляться внук генерала.

Старый усмехнулся и ответил:

– Я вытянул тебя. Ты не обращал внимания на то, что в тренировочном зале нет часов? Их специально там не ставили, чтобы ты не понял, что тренируешься гораздо дольше, чем три часа в день. Помнишь, ты удивлялся и говорил, что такое впечатление, будто махал мечом целый день. Именно так оно и было. На самом деле я добавляю тебе каждую тренировку по шесть–восемь часов сверху. За несколько лет ты повзрослел года на два-три, и физически тебе не девятнадцать, а приблизительно двадцать два.

– Но как так? – удивленно спросил Мелкий.

– Было бы желание, а возможности даже в режиме жесткой экономии энергии можно найти, – ответил Старый и вернул парня в реальное время. Волна с русалочкой и морским царем опала и рассыпалась на миллиарды брызг. – Кстати, а откуда ты узнал о «режиме творца»?

Внук генерала проследил за набежавшей волной и задумчиво произнес:

– А, ерунда, во сне Арсена видел. Помнишь того дядьку, которого мама представила как моего биологического отца? Я вначале даже поверил ей, пока мне так называемая бабушка не показала фотографии Арсена в молодости. Я потом проверил его резус-фактор и понял, что это всего лишь сказка…

– Не сердись на маму, это я ей приказал. Нужно было привязать его к нам, чтобы он выполнил свое предназначение, – сказал Старый.

– Так он же погиб? – удивился Мелкий. – Или я чего-то не знаю?

– Ты многого не знаешь, – усмехнулся генерал. – Я сделал ему предложение, от которого он не стал отказываться, так как в этом мире действительно погиб…

– Понимаешь, мне приснилось, что он ругался с какой-то потрясающей красавицей и оставил ее в спальне в «режиме творца», а сам уселся на трон под статуей этой самой девицы… – пояснил Мелкий.

– Однако! А Злой, похоже, выбрался из ловушки древних! – усмехнулся Старый.

– Что за ловушка? – поинтересовался внук.

– Его убили пару лет назад, – начал рассказ генерал, – так вот я предложил ему поработать стражем портала в одном сотворенном мире…

– Что значит сотворенном? – уточнил Мелкий.

– Миры, в которых мы с братьями слегка пофантазировали и сделали их под себя. Это работа творцов. Там и время течет по-другому. И если тут прошел год, то там легко могло пролететь несколько тысячелетий.

– Но ведь тогда он должен был давно истлеть, – неуверенно предположил молодой человек.

Старый отрицательно покачал головой и произнес:

– У него тело титана. При насыщении энергией оно становится тяжелее. Структура биологической клетки уплотняется и может стать абсолютно плотным веществом. Ты же учил астрономию, так вот черные дыры сделаны из такого же материала и ведут через портал в мой родной мир. Если бы мне удалось протащить на Землю такое тело, то я бы легко стал богом во плоти. К сожалению, Терра – дух Земли не пожелала принимать на своей планете ничего мощного, а потому мы сильно ограничены в возможностях.

– А как со временем? Ты говорил, что оно течет по-другому, – спросил Мелкий.

Генерал нарисовал на песке фигуру, слегка напоминающую снежинку: несколько отрезков пересекались в одной точке.

– Вот представь себе, что каждая линия – это временная спираль, – указал он на рисунок, – и в системе координат совершенно непонятно, которая из них главная. Для каждого сотворенного мира существует своя временная шкала. Я могу перемещаться между этими линиями. И как я тебе уже говорил, на Земле прошло два года, а там, где сейчас Арсен, – несколько тысячелетий. Чем тяжелее планета, тем медленней течет время.

– А почему ты не остался там? – спросил Мелкий.

– Однако скучно! – выдал Старый свою коронную фразу. – Через пару сотен лет мне всегда становится скучно, и я отправляюсь дальше.

– А я? – спросил внук.

Генерал усмехнулся и сказал:

– А ты рожден тут. И если захочешь отправиться в путешествие, то должен помнить, что в некоторых мирах все наоборот – время бежит гораздо быстрее, чем тут. Если ты сможешь вернуться, то может так случиться, что на Земле уже не будет твоих родных и близких…

– А у меня никого, кроме вас, нет, – пожал плечами молодой человек.

Тут на пляж вышла очаровательная светская львица Роксана и подала Старому трубку телефона.

– Слушаю. А, Макарыч! Как у тебя? Все нормально? Что значит – детка? Зачем пустил в герметичную камеру? Как просочилась? Куда просочилась? Макарыч, я тебя сожру! Где Арина?!

– Дед, что случилось? – спросил Мелкий после того, как генерал раздавил трубку и выкинул обломки в море.

Старый глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Проделав это незатейливое упражнение несколько раз, повернулся в сторону внука и произнес:

– Однако набрался я вредных привычек от Злого. Ладно, собирайся, поедем в Москву. Дочь Георгия и Энжелы пробралась в герметичную комнату и через портал ушла в свободный полет по мирам. Где сейчас эта хулиганка, я не знаю, но думаю, пора бы тебе заслужить свое собственное имя.

Глава 1

Марга, Несущая смерть, провела великолепную операцию по ликвидации двух подручных Могучего. И король Элфигара Тристан и архимаг Кораций эл Гортаро погибли одновременно. Если бы не подсказка экс-императрицы Белограгоры и своевременная реплика княжны Берсель на совете правителей, то у принцессы Бездны ничего бы не получилось и отец ее сына остался бы в своей темнице. Но случилось то, что должно было произойти.

Марга прибыла индивидуальным порталом в храмовый город и несколько дней ждала, когда же ее усилия принесут плоды. Наконец тот, ради кого она совершила много ужасных деяний, прошлепал босыми ногами к статуе богини и прокричал свою коронную фразу про тапку. Рыжая красавица сняла маскировку и вышла в центр большого зала, где на троне уже сидел бородатый и заросший Могучий. Его фигура была облачена в какие-то лохмотья, и он, скинув остатки рубашки, остался в одних рваных штанах. Для него не существовало такого понятия, как «стыдно». В свое время он довольно часто бегал по городу за туманом в чем мать родила или в шкурах, заменяющих набедренную повязку. Бывшая жена знала это не понаслышке, так как более тысячи лет назад пришла к нему в качестве жертвы-невесты. В то время он также никого не стеснялся.

Принцесса Бездны подошла к трону, заглянула в глаза экс-супруга и спросила:

– Пробудился? Как спалось? Кошмары не мучали? Я тут уже три дня жду, когда же ты соизволишь выбраться из своей темницы…

– А я тысячу лет пробирался до ядра планеты, так что, как видишь, слегка поизносился, – с ехидцей ответил гигант. – Это ты угробила Корация и Тристана?

Рыжеволосая красавица невинно похлопала ресницами и воскликнула:

– Не виноватая я! Они сами себя пронзили! У меня сотни свидетелей есть! И вообще, сработало же? Ты очнулся и вернулся. Кстати, а если местная богиня нагрянет, ты сможешь отбиться? Может, тебе уши воском залить, чтобы ты ее слов не слышал?

– Ей не до меня, – отмахнулся гигант. – Лучше вот что скажи, что у тебя такого срочного случилось, что ты провернула такую сложную комбинацию?

– Не я одна, – улыбнулась Марга, – еще Белограгора и Берсель поучаствовали. Твои волчицы тебе привет передавали. К сожалению, тут они появиться не могли, так как местная глава разведки приговорила их к смерти. Она даже уверена, что ей удалось осуществить задуманное. Но не это главное. Ты меня подвел. Ты говорил, что воспитаешь нашего сына. Что сделаешь из него настоящего мужчину. И! Где результат? Что молчишь?

– Ты же знаешь, что я много лет был не в себе, – пожал плечами гигант.

– Ты про него забыл! – воскликнула рыжеволосая красавица. – Ты про всех забыл, и, как результат, он пропал…

– Как пропал? Куда пропал? – удивился Могучий. – Когда это случилось?

– Декаду назад, – ответила Марга. – Мы вообще-то твое пробуждение долго готовили, а тут просто так совпало. Никто не мог подумать, что этот бездельник откликнется на призыв…

– Какой призыв? – воскликнул гигант.

Несущая смерть пояснила:

– Он же наполовину демон. Брат принца Бездны, пусть ныне покойного, но все же. У него уже наступило половое созревание, и темная сущность пробудилась. Кто-то с далекой планеты провел призыв, и этот оболтус откликнулся. Твой сынок от Орлен составил ему компанию, и они вместе перешли по пентаграмме в мир, где практически нет магии. Когда он понял, что попал в ловушку, то начал материться, и я почувствовала, что у него проблемы. Попыталась пройти по его маяку, но там стоит крупноячеистая сеть…

– Какая еще сеть? – переспросил Могучий.

Марга пояснила:

– Насыщенные энергией и силой личности не смогут проложить туда портал, потому что стоят помехи. Если бы я попыталась откликнуться на призыв, то у меня бы ничего не получилось, так как я слишком сильна…

– Ты хочешь сказать, что я слабее тебя? – поинтересовался гигант.

Рыжая красавица посмотрела на него рассеянным взором и отвернулась. Поморгав, она констатировала:

– Ты переполнен силой. Вернул себе доступ к пирамиде?

– Нет, – покачал головой Могучий. – Я даже не знаю, что происходит. Я ощущаю невиданную тяжесть…

– Плохо! Я на тебя надеялась. Думала, ты много лет без доступа к магии, а значит, легко пройдешь по маяку. Раз уж ты не сможешь перейти в тот мир, то подскажи, что сделать мне? – тяжело вздохнув, попросила Марга.

– Возьми десяток емких накопителей, слей в них энергию. Потом используй браслет вестников с именным мечом. В него помимо клинка можно спрятать камни, чтобы не фонили силой. Если у тебя есть связь с Младшим, то пусть проведет призыв. Так тебе проще пройти в его пентаграмму, – предложил гигант. – Ты будешь не настолько энергетически насыщенной, так что сможешь проскользнуть в ячейку сети. Кстати, а откуда там такое чудо?

– Видимо, их местный аналог Светлого Бога постарался, – пояснила Марга. – Раньше я пару раз встречалась с такой защитой от вторжения Лордов и Владык. Меня она не задерживала, так как полиморфы не самые сильные демоны и легко проходят сквозь такие щиты. А вот балоров и других истинных сеть надежно отсекает.

– Понятно, – отмахнулся гигант. – Когда пройдешь по маяку Младшего, используешь накопители для обратной дороги. Верни этих обалдуев, и я их как следует выпорю.

– Тоже тапкой по попе? – с ехидцей поинтересовалась Марга.

Могучий посмотрел на правую руку, и в его ладони появилась розга. Он скривился, и тут тоненькая палочка плавно превратилась в плетку. Гиганту снова не понравилось орудие наказания, и оно вновь изменилось, приняв форму длинного бича, по которому проскальзывали энергетические всполохи. Рыжая принцесса Бездны оценила фантазию бывшего мужа.

– М-да! После такого даже демоны-балоры бы спали на животе…

– Лишь бы спали, – проворчал Могучий, – а на пузе или на боку, совсем не важно. Ох, я им устрою! Это же надо, пройти на вызов демонолога…

– Ты же знаешь, я с ним мысленно общалась, – слегка замявшись, произнесла Марга. – Их призывала красивая ведьма. Девственница. Она обещала отдать невинность в обмен на что-то там. Наш оболтус насмотрелся на любовные похождения старшего брата и решил ощутить себя настоящим мужчиной…

– Какие любовные похождения? Им же лет десять! – удивился гигант.

– Старшему четырнадцать, а Младшему тринадцать, – поправила рыжая красавица, – кстати, оба выглядят значительно старше. Соответственно один сводит с ума не только малолетних девиц, но и взрослые кипятком писают, глядя на этого красавчика. Я его в прошлом году видела, решила обязательно познакомиться с ним поближе…

Марга с хитринкой посмотрела на бывшего мужа, но тот проигнорировал ее провокацию про знакомство поближе.

– А что, бордели в городе не работают? – поинтересовался Могучий.

– А здесь Орлен первая шлюха. Знаменитость. Большинство мужиков ее желают. Как же, как же, они спят с женой самого бога Тумана. Того, кто наводил ужас на жителей города на протяжении трех тысяч лет. Естественно, мальчишки не хотели показываться в борделе. Старший переспал с дочерями кормилицы, а нашему они не понравились. Так или иначе, но он клюнул на молоденькую девственницу. А другой за ним увязался. Они думали, что соблазнят девочку и вернутся обратно победителями. Но не тут-то было…

– Позволь, угадаю, это была ловушка, и девственница лишь приманка, – усмехнулся гигант. – И кто же их действительно вызвал? Какая-нибудь старая карга, которой захотелось покувыркаться с молодым самцом?

– Хуже, – проворчала Марга, – жрецы местного бога. Они захватили ведьму и предложили ей сделку: девка вызывает демона, которого торжественно сожгут на площади, и тогда она сама не попадет на костер. Когда инквизиторы напали на твоих сыночков и попытались их пленить, Старший устроил им показательное выступление мастера меча, и они втроем сбежали. Теперь прячутся по местным лесам и ждут, когда их папочка придет на помощь.

– Хм, сильно сомневаюсь, что они возлагают надежду на папочку. Скорее на мамочку. Какая-никакая принцесса Бездны! – хмыкнул гигант.

– Что значит никакая? – возмутилась Марга. – Я, между прочим, власть сама вернула! Без твоей поддержки! В то время как ты точно такую же власть потерял и сидел в долине, как тупой дикарь. И кто из нас никакой?

Гигант нахмурился и начал увеличиваться в размерах. Послышался треск каменного трона, ломающегося под тяжестью тела Могучего. Марга поняла, что в язвительности перегнула палку, и бывший муженек сейчас придет в ярость. В таком состоянии он совершенно неадекватный и легко может оторвать ей голову. Несущая смерть попыталась отпрянуть, но какая-то неведомая сила притянула ее к бородатому гиганту. Тут ножки трона, на котором он сидел, рассыпались и Могучий съехал на пол. При падении он случайно задел изваяние богини Аэрилис, которое простояло более трех тысячелетий неизменно. Гигант столкнул его, и статуя закачалась, норовя упасть на пол. Тот с большим трудом придержал потерявшую равновесие каменную деву и грубо выругался:

– Я сотни раз пытался сдвинуть эту фигуру с места, а сейчас случайно задел, и она чуть не упала! Марга, не зли меня, а то тапкой не отделаешься! Судя по инерции, я стал гораздо тяжелее обычных десяти тонн. Никакие накопители не смогут вместить мою энергию, так что спешить на помощь этим оболтусам придется тебе…

– Я поняла, – тяжело вздохнула Несущая смерть. – Все сама, все сама. Не те нынче мужчины пошли. А помнится, когда-то мой любимый бросился в Бездну ради моего спасения…

– Хм, было дело, а ты потом хотела мир этого глупого романтика под себя подмять, – хмыкнул Могучий. – Ладно, давай поищем накопители. Булинталия! Подь сюды, моя птичка!

Из-за колонны вышла верховная жрица богини Аэрилис. В свое время она числилась невестой бога Тумана, пока Могучий не объяснил, что сам служит духу этой планеты. Он рекомендовал обращаться к высшим силам напрямую без посредника в виде неадекватного стража портала.

– Могучий бог Тумана, – поклонилась жрица, – вы вернулись в город! А что на это скажет богиня Аэрилис?

– Моя драгоценная готовит себя к исполнению супружеского долга и просила пока ее не беспокоить, – усмехнулся гигант. В принципе никто не сможет добраться до комнаты с Воплощением богини, так как она находилась почти у самого ядра планеты.

– И как долго будет длиться подготовка к свадьбе? – тактично поинтересовалась Булинталия. – Просто без ее мудрого руководства могут начаться сбои в налаженной системе жизнедеятельности города.

– То есть ты считаешь, что я с возникающими сложностями справиться не смогу? – вкрадчиво спросил гигант, сидя на обломках каменного трона.

– Вы давно отошли от дел, а без постоянной практики становится сложно даже величайшим умам, – культурно опустила ниже плинтуса бывшего начальника жрица.

Гигант быстро похлопал ресницами и расхохотался. Булинталия закрыла уши ладонями и все равно не удержала выпитую жидкость. Когда-то давно Могучий развлекался тем, что шумел. Те, кто смог не обмочить штанишек, воспринимались веселящимся гигантом как великие люди.

– Эй, хватит! – закричала принцесса Бездны и выбежала из зала.

А вот верховной жрице можно было не спешить, и она, тяжело вздохнув, с тоской посмотрела на изваяние богини Аэрилис. Статуя проехала по полу на несколько шагов назад и слегка повернулась в сторону. Судя по всему, власть опять поменялась, и это не есть хорошо. Булинталия помнила, как Могучий вечно психовал, когда к нему обращались с каким-нибудь вопросом по благоустройству города. Его любимым способом решения проблем была фраза: «Делайте что хотите, только меня не доставайте». Да, никто не пытался воевать с ним, потому что он легко разрывал любого врага, но ведь и при богине Аэрилис проблемы тоже быстро решались. И пусть она не убивала противников лично, для этого у нее были драконы, Аэроны и каратели Шиввы. В городе царили мир и процветание. А что будет сейчас?

– Величайший Ум желает получить от верховной жрицы десяток емких накопителей и именные мечи с браслетами. Думаю, от ныне покойного главы совета вестников Архитона должен был остаться трофей, – с усмешкой произнес Могучий. – И когда переоденешься, пришли кого-нибудь, чтобы вытерли лужицу.

– Как вам будет угодно, – вежливо ответила жрица и удалилась во внутренние покои.

В зал с улицы вернулась Марга и язвительно сказала:

– Я залила уши воском, так что теперь можешь смеяться сколько угодно, я не обмочусь…

– Напрасно надеешься, – усмехнулся гигант, который продолжал сидеть на обломках трона. Тут послышался скрежет, и камень начал крошиться под весом Могучего. Сидя пятой точкой на полу, он заворчал: – Да что вообще происходит? Такое впечатление, что я стал тяжелее тысячи тонн! Я даже встать не могу. Дурдом какой-то. Так, Марга, сейчас Булинталия накопители принесет, и постарайся не задерживаться в том мире. Одна нога там, другая тут. А мне надо Кире и Шивве наказание придумать, а то совсем от рук отбились…

Верховная жрица вернулась достаточно быстро. Она принесла то, что потребовал гигант, и с удивлением констатировала, что Могучий стал крупней. Статуя богини Аэрилис, под которой раньше стоял трон, была в два раза выше обычной женщины. Судя по пропорциям, сидевший у ног каменного изваяния бородатый мужчина был ей под стать, то есть в нем метров пять. Булинталия знала, что когда Могучий превращался в Прародителя драконов, то превышал пятьдесят метров, но в данный момент он был в виде человека. Только очень большого человека. Он и раньше был размером почти как огр, а сейчас вообще кошмар. Верховная жрица старалась не смотреть на огромного мужчину, так как опасалась привлечь к себе его внимание.

А гигант продолжал медленно елозить пятой точкой по основанию, чтобы убрать из-под себя каменное крошево, оставшееся от трона. Наконец ему удалось удобно устроиться, и он оперся спиной на изваяние богини. Статуя покачнулась, но устояла. Он потрогал ткань, надетую на фигуру Аэрилис, и проворчал:

– Это что же получается, она одета в настоящую одежду? Булинталия, подойди и помни ткань между пальцами.

Жрица приблизилась к статуе и потрогала хитон богини. Булинталия пожала плечами и сказала:

– Могучий, видимо, ошибся, это камень.

– Марга, а ну ты пощупай! – обратился он к рыжеволосой красавице.

Несущая смерть так же пожала плечами и подтвердила:

– Простой мрамор.

– Тогда почему я могу смять его, как обычную ткань? – удивился Могучий и задрал нижнюю часть хитона наверх, обнажая стройные ноги. Он посмотрел на них и проворчал: – Оказывается, у нее фигура даже лучше, чем у Воплощения. И такая теплая бархатная кожа…

– Эй, очнись, – прервала его Марга. – Это же камень. Как ты его задрал наверх? Кстати, я бы на месте Аэрилис обиделась. Ты что, собрался раздеть ее, пока хозяйки нет?

– Да, об этом я как-то не подумал, – согласился Могучий, и каменный хитон опять прикрыл ноги изваяния. – Булинталия, давай сюда что принесла. Марга, значит, так, порежь правую ладошку о лезвие и, окропив браслет кровью, надень на рукоять меча. Потом хватайся и жди. Дух оружия может взбрыкнуть, так как ты из Бездны…

– Слушай, а зачем мне эти танцы с приручением меча? – спросила Марга. – У меня есть браслет с боевой косой. Я не думала, что, кроме нее, туда что-нибудь помещается.

– Как минимум половина твоего веса, – сообщил гигант. – Ладно, раз уж ты сама все знаешь и умеешь, то не смею тебя более задерживать. Я вот одного не могу понять: какая была необходимость убивать моих подручных? Я привык развлекаться, наблюдая за их жизнью; и тут на тебе: оба погибли. Неужели для того, чтобы скачать силу в накопители, тебе обязательно нужно было меня будить? У тебя даже собственный браслет с потайным карманом есть. Я тебе точно не был нужен.

– Ты чем-то недоволен? – возмутилась принцесса Бездна. – Я тут рискую, вытаскивая его из темницы, а он ворчит! У тебя совесть есть?

– Совесть – это богатство, а у меня финансовый кризис, – изрек Могучий некогда слышанную на Земле фразу. – Ты что, не видишь, сижу в лохмотьях. В штанах столько дырок, что если буду загорать, то стану пятнистым леопардом. Кстати, я пытался понять, почему мне жмет? Я, кажется, подрос. Точно, штаны по швам расползлись.

Он откинул остатки рванины в сторону и задумчиво рассматривал Маргу. Гигант сидел на полу, но его глаза были на уровне лица рыжей красавицы. Принцесса Бездны осмотрела его с ног до головы, громко сглотнула и неуверенно спросила:

– Ты что на меня так странно смотришь? Я вижу, ты очень рад меня видеть? – произнесла Марга, указав пальцем в центр его фигуры. – Даже не думай. Знаю я этот взгляд. Я сейчас не смогу заниматься с тобой любовью. Ты слишком большой. Ты даже меня порвешь, а я очень гибкая и живучая. Сейчас тебе по размеру твоя Аэрилис, вот на нее и смотри…

– А я чё? – делано удивился Могучий. – Я ничё! Просто смотрю на тебя и думаю, какая же ты красавица!

– Ты лучше на нее смотри, – указала на статую Марга, – она сейчас к свадьбе готовится. Ты же не хочешь начинать семейную жизнь с измены невесте?

– Хочу! Очень хочу, но если ты сбегаешь, то изменить благоверной не с кем, – вздохнул гигант. – Остальные точно не выживут после общения со мной…

– Вот тебе и способ наказать Киру и Шивву, – усмехнулась Марга.

– Ладно, топай за сыном, а я как-нибудь сам разберусь, что делать.

– Твоего старшего от Орлен спасать? Или сам как-нибудь? – язвительно поинтересовалась рыжая красавица.

Тут ее притянуло телекинезом в его объятия. К сожалению, сил у женщины было меньше, чем необходимо для активного сопротивления. Она вплотную приблизилась к его лицу, и он прошептал ей на ушко:

– Ты хочешь вспомнить наши безумные ночи?

– Нет, я помню и поняла, что твоего старшенького тоже придется брать с собой, – проворчала Марга, упираясь руками в грудь гиганта. – Может, отпустишь, а то, пока мы тут с тобой любезничаем, наш сын подвергается опасности.

– Пороть их надо, – тяжело вздохнул Могучий и отпустил Маргу, – но, к сожалению, слишком поздно. Ладно, иди. От меня сейчас что-нибудь требуется?

– Нет. Я, пожалуй, пойду, – сделав пару шагов, произнесла рыжая красавица.

Гигант кивнул и сказал:

– Если что, свисти.

– Обязательно! – уверила Могучего Марга и вышла из тронного зала.

Глава 2

Верховная жрица дождалась, когда принцесса Бездны покинет помещение. Булинталия вышла из тени колонны и обратилась к сидевшему гиганту:

– Могучий бог Тумана, позвольте спросить, что нас ждет в ближайшем будущем?

Гигант задумчиво приподнял левую бровь и почесал пальцем над правым глазом. Затем зевнул и спросил:

– А где сейчас прячутся мои бывшие единые? Кира, Шивва, Прим, Серида. Где они? Почему не принесли мою легендарную тапку? Кстати, и почему до сих пор не пришли драконы, чтобы поприветствовать Прародителя? Я тут что, просто так сижу?

– Могучий бог Тумана, – начала речь верховная жрица, – могу предположить, что они опасаются вашего гнева. Вероятнее всего, они боятся приближаться к вам. Жители города прекрасно знают, что в ярости вы себя плохо контролируете. Возможно, когда вы смените гнев на милость, тогда они осмелятся подойти к вам. А пока вы в дурном расположении духа, я не уверена, что кто-нибудь пожелает принять мучительную смерть…

– Как много слов, – тяжело вздохнул гигант и снова зевнул. – Да что ж такое? Я сейчас усну. Блин, Аэра! А ну, тащись сюда!

Перед небольшим возвышением, на котором стояла статуя богини и ныне поломанный трон, появилась обнаженная Аэрилис. Вместо нижнего белья у нее было заклинание «Печать невинности», которое прикрывало интимное место. Осознав, что она оказалась в собственном храме в столь неприглядном виде, женщина взвизгнула:

– Ай! Почему я тут без одежды? Ты что устроил? Мерзавец! Зачем повернул мое истинное тело? И чем тебе трон не угодил?

– Аэра, что происходит? Я стал тяжелым! Я встать не могу! – начал возмущаться Могучий. – И я слышу голоса. Ощущаю какие-то чужие эмоции. Что это значит? Объясни!

Аэрилис посмотрела на него рассеянным взором и возмутилась:

– Ты неблагодарная скотина! Ты отобрал у меня планету! Вот теперь ты поймешь, что чувствовала я эти годы! Поздравляю! Теперь ты как я. Ты – дух планеты! Ну что, Разный добился своего! Ты подлый и злобный вор! Ты украл мою мечту! Признайся, вы давно это планировали, запер меня в этом теле, а сам слился с Духом планеты! Скотина! Нет, ты гораздо хуже! Ты подонок! Я тебя ненавижу! Я и отца теперь ненавижу! Подкинул мне женишка! Какие же вы гады!

Гигант потянулся, чтобы зевнуть, и замер с раскрытым ртом, выслушивая отповедь Аэры. Потом он медленно сомкнул челюсть и спросил:

– Что ты сказала? Старый твой отец? Так вот на что я Кандидат! Это что же получается, он меня в зятья готовил? Говорил, что я должен помочь доброй и нерешительной девочке. Стать для нее опорой, чтобы она была за моей спиной как за каменной стеной. А то, что она сама меня в тюрьму упаковала, так это ерунда! Женского коварства никто не отменял! Ты только прислушайся к словосочетанию: «Зять древнего бога». Как думаешь, звучит? По-моему, как-то не очень. Отдает каким-то подхалимажем…

– Ой, только не надо говорить, что ты не знал, кто я! – скривилась Аэра.

– Я знал, что ты для него дорога, но то, что дочка!.. Интересно, а как размножаются боги? У них традиционно мальчик с девочкой или какой-то иной метод? Ну, например, почкованием! Хотя после того, как я увидел совершенных, мне даже страшно подумать. А может, боги рождаются без зачатия? Нет, согласись, что это очень интересная тема, – начал рассуждать бородатый гигант. – Я могу себе представить какую-нибудь богиню с пузиком, но чтобы такого солидного, древнего, как Старый, носящего в чреве дитя… Бр-р-р! Гадость какая! Аэра, а у тебя мама была?

– Моя мама – дух этой планеты! – злобно ответила Аэрилис. – Она умирала, но пришел древний бог и влил в нее силы. Так родилась я! Боги созданы из энергии. Слияние силы отца и матери породило меня. А потом мама отправилась искать новый дом, а отец восстановил ось планеты. Теперь тут нет резких перепадов температур. Климатические условия превосходные. Как раз для заселения разумными! Он тут наладил быт и отправился дальше, а я осталась!

– У меня возник вопрос: а зачем твоя мать ушла с планеты? Она же была ее духом? Я ведь правильно понял? – поинтересовался Могучий.

Аэрилис тяжело вздохнула и ответила:

– Она могла принять его как творца, но не как разрушителя. Мама очень ценила жизнь в любых ее проявлениях. Для нее было неприемлемо то, что Разный вытворял с теми, кто приходил сюда без спроса. У духа планеты не может быть физического тела. Оно ему не нужно. Я тут везде! В каждой травинке, в каждом камешке – я! И вот когда ты заманил меня в это убогое тело и я попалась в ловушку, ты отобрал у меня связь с планетой. Поздравляю! Ты – подлец! Ты и мой папаша! Его, видите ли, не устраивало, что я несу мир и процветание! Его раздражало, что я не убиваю тех, кто нуждается в помощи и ласке…

– И ты посадила нахлебников на шею, а они отстранили тебя от власти над разумными, – усмехнулся гигант. – Слушай, если боги – энергетические сущности, то почему у тебя есть эта статуя? Она же живая. Я это чувствую. Реально живая, так же как и я. Наши тела абсолютно идентичны! Кстати, и эта платформа, на которой мы сейчас сидим, тоже невероятно плотная штучка. Нам под стать. Зачем это тут?

– Раньше планета имела сильный градус наклона относительно плоскости Светила, – начала объяснять Аэрилис. – Поэтому тут стояли ледники. Нормальные климатические условия были только на экваторе. Древний исправил наклон оси и поставил эту плиту и мое материальное тело в качестве противовеса. Если я уйду с этого постамента, то на планете начнутся катаклизмы. Центр тяжести сместится, и планета совершит оборот вокруг продольной оси. Полярность может поменяться, и тогда Светило встанет не на востоке, а на западе…

– Эффект Джанибекова, кажется, – всплыло в памяти у гиганта. На Земле Арсен видел ролик космонавта, который крутил вокруг собственной оси какую-то гайку, и она несколько раз меняла полярность.

– Я не понимаю, о какой «бековой» ты говоришь, – сморщилась Аэрилис, – но если планета кувыркнется, то сотни тысяч разумных погибнут, потому что начнутся катастрофы на материках!

– Охотно верю, – кивнул Могучий. – Слезать с этого постамента мы не будем…

– А мне теперь не важно, где стоять, я ведь привязана к этому убогому телу, – проворчала Аэрилис.

– Что тебе мешает его покинуть? – полюбопытствовал гигант.

Аэра с сарказмом в голосе произнесла:

– А то ты не знаешь! Учти, супружеский долг я исполнять не собираюсь! Не дождешься!

– А что ты так упираешься? – удивился Могучий. – Миллионы женщин занимаются этим каждый вечер, и никто не умер! Или, может, ты пока невинна? Нет, серьезно! Ты покраснела! Что, ни с кем и никогда? Даже в этом теле? Ну, ты реально старая дева! Нет, я понимаю, целибат и тому подобные заморочки. Это нужно паладинам светлых богов, чтобы чистые помыслы не запятнались порочными мыслями. Но тебе-то это зачем? Неужели детские комплексы замучили? Или ты думаешь, что твой любовник будет хвалиться тем, что спал с самой богиней?

– Мне это просто не нужно, – спокойным голосом произнесла Аэрилис. Тут печать похоти дала о себе знать, и тело задрожало от неудовлетворенного желания.

Гигант усмехнулся:

– Ну-ну! Ты скорее с ума сойдешь, чем признаешься в том, что стоит мне только снять с тебя печать невинности, и ты запрыгнешь на первого встречного. И самое удивительное будет то, что им окажусь не я.

– Я ни на кого не запрыгну! Я – богиня Аэрилис! Я – дух этого мира! И ничто не сломит мою волю! – твердо заявила Аэра, и Могучий ей почему-то поверил.

Он посмотрел на страдающую девушку и спросил:

– Скажи, а Булинталия в качестве твоей верховной жрицы имеет право замещать тебя в каких-то определенных ритуалах?

– Да.

– Если благословить ее на исполнение твоих обязанностей, ты сильно расстроишься? – задал очередной вопрос гигант.

– Почему я должна расстраиваться? – с недоумением спросила Аэрилис.

– Ну, если она решит исполнить твой супружеский долг, – начал рассуждать Могучий, – который ты так упорно пыталась мне навязать в сотворенной комнате. Как ты там стонала? «Возьми меня, я вся твоя!»

– Про «вся твоя» там не было ни слова, – поправила Аэрилис. Она смутилась и покраснела. – Я передумала! Может женщина передумать?

– Ну, так то – женщина, а ты ребенок, – усмехнулся гигант. – Вот когда лишишься невинности, тогда и будешь говорить что-то про женщин…

– Я же говорю, теперь не имеет смысла выбираться из этого тела. Ты отобрал у меня планету, и я не смогу ощутить единения с этим миром. Получается, мне не нужно покидать Воплощение, так как мой мир мне теперь не принадлежит, – рассуждала Аэрилис. – Когда ты взвоешь от чужих чувств и голосов в голове, вот тогда и поговорим.

– Аэра, – проникновенно произнес Могучий и, положив подбородок на сцепленные в замок пальцы, широко улыбнулся, – ты совершенно не умеешь блефовать. Я легко могу заблокировать чужие эмоции и голоса. Тогда на планете начнется волна нерешенных проблем. Они будут скапливаться, и в результате налаженная система начнет сбоить. Мне это безразлично, так как я люблю разрушать, а вот у тебя сердце будет кровью обливаться. И вот тогда ты решишься на подвиг, потому что будешь стоять перед выбором: или брачное ложе, или разрушенный дом. И знаешь, что я думаю: мне почему-то кажется, что ты не захочешь доводить до такого.

– Ты – негодяй! Поставь тут какой-нибудь полог, и я выполню супружеский долг! – решительно заявила Аэра.

Гигант усмехнулся, и прямо на возвышении появилась огромная каменная кровать с балдахином. Аэрилис покраснела и легла поперек ложа. Она отвернулась и, закрыв глаза, слегка всхлипнула.

– И чё ты разлеглась? – поинтересовался Могучий.

– Жду супруга! – обреченно произнесла Аэрилис.

– Аэра, пока я общался с Булинталией и Маргой, мне удалось посмотреть на твое истинное тело. Слушай, я тебе скажу, это нечто. Помнишь, в комнате я говорил, что ты совершенство? Сейчас я могу признаться, что тогда ошибался. Воплощение, в котором ты сейчас находишься, лишь жалкая подделка под настоящую и самую-самую потрясающую Аэрилис! Я хочу заниматься любовью с тобой в истинном теле! Ты действительно совершенство! Я влюбился с первого взгляда! – расточал комплименты гигант.

Аэрилис смотрела на него с любопытством и звонко рассмеялась:

– Ха-ха-ха! Я впервые вижу, как ты пытаешься изображать романтичную натуру. Обычно самым нежным чувством у тебя было поглаживание тапкой по попе, но сейчас ты превзошел себя. Сравнивать тела женщин. Ты бы про стати, как у кобылок, напомнил. Про окрас не забудь. Кстати, как ты там говорил: «Губозакатка»? Ты действительно думаешь, что я отдамся тебе в истинном теле? Да я лучше в магму брошусь, чем лягу под тебя!

– Хм, уговорила бесхарактерного…

Огромная кровать с балдахином оказалась в раскаленной лаве, которая бултыхалась, выпуская на поверхность пузырьки воздуха. Аэрилис поджала ноги и озиралась по сторонам. Он действительно отправил ее в магму! Она так сильно удивилась, что даже не стала возмущаться. Ни тебе уговоров, ни каких-то условий, а просто взял и отправил к ядру, где она легко сгорит, не оставив и следа. Ее духу не удастся выбраться на поверхность, и она погибнет безвозвратно! Кошмар! Этот своеобразный плот медленно передвигался по лавовому потоку и начинал потихоньку нагреваться. Мысли Аэрилис метались из стороны в сторону. Она очень хотела жить, но нарушать собственное слово! Очень долго она размышляла на эту тему. Разумность, привитая отцом, рекомендовала поступиться принципами и выторговать себе наиболее приемлемые условия соглашения. Но честь, взращенная матерью, не позволяла принять диктатуру более сильного. К тому же того, кто раньше был значительно слабей. Почти подчиненного. Это неправильно – начинать отношения с тем, кто являлся твоим пленником. К тому же печать похоти доводила до истерики. Наконец богиня приняла решение. Она встала в полный рост и, зажмурив глаза, шагнула в раскаленную магму…

За то время, что она плавала по огненной реке, гигант частично освоился в управлении планетой, поэтому с помощью заклинания наблюдал за мимикой Аэрилис. Он старался предугадать, какое решение примет богиня, и искренне надеялся на то, что она одумается. Каково же было его разочарование, когда Аэра сделала шаг в горячую лаву. Он мысленно выругался и перенес ее на возвышение рядом с собой и статуей. Красавица открыла один глаз, затем второй и посмотрела на новый диванчик, который заменил разломанный трон. Могучий сидел с одной стороны и, похлопав по соседнему месту, пригласил ее присесть. Она примостилась на самый краешек, так как диван был рассчитан на тех, в ком более трех метров, в то время как рост Воплощения составлял обычные метр семьдесят пять. Он взял ее за плечи, как ребенка, и продвинул глубже к спинке дивана. Она облокотилась и ощутила невиданную мягкость. Только сейчас она осознала, что сидит не на твердой поверхности. Аэра удивилась, как ему удалось протащить сюда такой диван, который бы не ломался под его тяжестью. Но задавать вопросы первой богиня считала ниже своего достоинства. А Могучий, встав с трона, прошелся туда-сюда по возвышению и, посмотрев на нее сверху вниз, спросил:

– Как насчет работы управляющего планетой?

– Я хотела погибнуть, – упрямо заявила Аэра. – Почему ты вернул меня сюда?

– Я хочу, чтобы ты посмотрела кое-что, – усмехнулся гигант.

Он создал вокруг возвышения небольшой полог, который отсек их от единственного зрителя. Верховная жрица не возражала, так как понимала, что бог Тумана делает совершенно несвойственные ему вещи – он пытается договориться.

Аэра увидела, как Могучий подошел к ее изваянию и медленно снял с него «каменный» хитон. Фигура статуи вызывала восхищение, и теперь Аэрилис поняла, что он имел в виду, когда говорил о несовершенстве Воплощения. Тут богиня осознала, что гигант поднял статую на руки и перенес ее на диван. Каменное изваяние обнаженной женщины сидело облокотившись о спинку рядом с Аэрилис. Обе приняли позу скромницы: одна рука прикрывает обнаженную грудь, другая опущена на ноги, скрывая от взора интимное место. Гигант легко гнул конечности статуи и, когда добился полного сходства, отошел от них на край возвышения и начал любоваться.

– И что это значит? – не выдержала его наглого взгляда Аэрилис.

Могучий усмехнулся и произнес:

– Тебя, как и многих, пороть надо. Ты с этими дурацкими принципами довела до белого каления! Так, у меня вопрос, почему ты не вернулась в родное тело? Что тебе мешает? Исполнение супружеского долга? Вот смотри, я дал тебе подсказку, но ты почему-то ее проигнорировала.

– Какую подсказку? – спросила она.

Он устало произнес:

– Во-первых, Булинталия часто исполняет твои обязанности и ритуалы. Во-вторых, это тело служило Воплощением не только тебе, но и мне. И в-третьих, у мужчин не бывает таких специфических особенностей, как у женщин, так что девственности их никто не лишит. Потому твой детский комплекс «Я не хочу, чтобы кто-нибудь имел богиню, можно рассмотреть с другой точки зрения, и тогда фраза будет звучать так: «Я – высшая сила, дарую Достойной семя для сотворения новой жизни». Я устал договариваться с тобой. Сейчас мы позовем Булинталию, и ты вольешь в нее несколько капель крови. После этого благословишь на исполнение важного ритуала. Потом примешь внешний вид могучего бога Тумана и исполнишь супружеский долг. А затем вернешься в истинное тело. Я научу тебя пользоваться теми возможностями, которые ты так долго и упорно игнорировала! Я вообще не понимаю, зачем тебе нужно Воплощение? Я за короткий срок освоился в этом теле и, как видишь, могу передвигаться по возвышению, которое заменяет основной противовес на полюсе планеты. Ты же максимум на что была способна – легкая улыбка на совершенном лице. Это неприемлемо! Я объясню, что нужно делать, а то женщины и технические новинки – понятия почти несовместимые. Теперь ты не отвертишься от совместного управления этим миром!

– Я ничего не поняла, – хлопая ресницами, произнесла Аэрилис.

– Поймешь по ходу дела, – отмахнулся гигант. – Булинталия, подь сюды, моя рыбка! А скажи мне, радость моя, как ты смотришь на то, чтобы избавить богиню от позора и стать мамой замечательного полубожественного ребеночка? Он получит благословение от семейной пары Могучий—Аэрилис. Заметь, я тебя спрашиваю, и если ты откажешься, то принуждать не стану. Просто придется искать другую «достойную мамашу» для полубожественного дитя.

– А что на это скажет богиня Аэрилис? – задала закономерный вопрос верховная жрица. – Ей вы можете приказывать и принуждать?

– Воплощению Аэрилис могу, – усмехнулся гигант, – но зачем потом лишние сложности с обиженной женщиной? Давай определяйся, нужен тебе ребенок или ищем кого-нибудь другого?

– Я слишком стара, чтобы иметь детей, – произнесла Булинталия. – К тому же даже если бы не это, то где гарантия, что настали благоприятные дни для зачатия? У каждой индивидуальный цикл…

– Ох, Булинталия, любишь ты сложности. Фирма веников не вяжет! Если ты согласна стать мамой, то решение технических деталей мы оставим профессионалам, – отмахнулся Могучий.

Верховная жрица посмотрела на пятиметрового обнаженного великана и с сомнением произнесла:

– У нас с вами ничего не получится. Даже когда бог Тумана был обычного роста, он меня чуть не порвал, а сейчас вы в два раза больше!

– Да или нет?

– Я готова пойти на жертву ради моей богини! – решительно заявила Булинталия. – Что нужно делать? Куда лечь? Раньше тут кровать была…

– Сгорела в лаве, – усмехнулся гигант. – Аэра, благослови жрицу на ритуал…

Случилось именно так, как и расписывал Могучий. Аэрилис влила в верховную жрицу немного крови, и гигант провел ритуал единения. Взрослая женщина помолодела на глазах и стала напоминать Аэрилис. После бородатый великан влил в Воплощение кровь титана. Аэра, приняв облик бога Тумана, соблазнила Булинталию. В миг наивысшего блаженства богиня вернулась в истинное тело и сразу начала одеваться. Гигант оградил бездушное Воплощение от гнева богини и вместе с Булинталией заключил его силовую сферу. Он понимал, что эмоциональная богиня Аэрилис может уничтожить тело Воплощения, чтобы оно не напоминало ей о пережитом позоре.

– Это было своеобразно, – задумчиво произнесла богиня Аэрилис. Ее истинное тело облачилось в хитон, и она сидела на диване.

– Это ты про чувства мужчин во время слияния? – поинтересовался гигант. – А теперь вспомни, что ощущала жрица. Окунись в ее воспоминания, эмоции и желания! Ты сполна насладишься блаженством удовлетворенной женщины…

По мере того как говорил Могучий, богиня Аэрилис покраснела и закатила глаза. Бородатый гигант присел рядом с ней на диван и начал теребить мочку ушка. Он шептал разные непристойности. От его слов и возбуждающего запаха у Аэры закружилась голова. Она полностью расслабилась, решив, что напрасно отнекивалась от таких приятных ощущений.

– Да, продолжай шалить, – прошептала она, и тут случилось что-то странное.

Он отпрянул, и Аэрилис ощутила, что его кто-то вызывает.

– Кто это? Что надо? Марга, ты не вовремя! Что случилось? Какая ловушка? Что значит ты без сил? Хорошо, скоро буду!

– Что произошло? – спросила богиня Аэрилис у напрягшегося гиганта.

Он посмотрел на большие руки и тихо выругался:

– Я не могу уменьшиться до нормального размера.

– Эй, куда это ты собрался? А супружеский долг? – изобразила возмущение богиня.

Могучий махнул рукой и добавил:

– Потом.

На что она заявила:

– А потом не будет! Упустил ты свое счастье! Где это видано, от законной жены бежать к бывшим подружкам! Э-э нет, дорогой, или ты со мной, или гуляешь дальше, но теперь без меня! И не говори, что я тебе отказала! Я считаю, что раз мы вместе, то и изменять друг другу не можем. Это и есть семья! Ты со мной согласен?

– Ты что-то сказала?

– Ты меня не слушал? – воскликнула Аэрилис.

Он склонился к богине и, чмокнув ее в щечку, прошептал:

– Прости, задумался, как мне попасть в мир без магии, на страже которого стоит ячеистая защита. Там мои оболтусы застряли, а теперь и Марга оказалась в ловушке. На той планете какой-то Поглотитель сидит, и одаренных приносят ему в жертву. Так что ты там говорила?

– Ничего важного, это подождет, – улыбнулась Аэрилис. – А почему бы тебе не использовать тело Воплощения? Мне-то оно больше не понадобится, так что пользуйся на здоровье.

– Да, а это мысль, – произнес Могучий. – Сейчас Булинталия в себя придет, и мы попросим принести доспехи Архитона.

– Как скажешь, – улыбнулась Аэрилис. – Хочу спросить – ты же перекачал энергию из моего изваяния в себя? Именно потому я могу двигаться в истинном теле? Но если в тебе моя энергия, то, значит, ты должен быть невероятно тяжелым! Как ты можешь шевелиться? Меня в истинном теле больше чем на улыбку не хватало! Неужели ты настолько сильнее? Сила, которая раньше была сосредоточена в моем истинном теле, у тебя не вызывает чувства тяжести? Как ты можешь ею оперировать?

– Аэра, присядь рядом со мной, – попросил гигант и плюхнулся на широкий диванчик.

Она опустилась рядом, но ничего не почувствовала.

– Присела, и что дальше? – воскликнула Аэра.

Могучий улыбнулся и положил левую руку на подлокотник, при этом голова девушки уперлась в его локтевую впадину. И вот тогда она ощутила потерянное чувство слияния с планетой.

– Я вновь ощущаю мир! Как ты это сделал?

– Слил Силу в этот двойной трон, а себя сделал проводником. Так что теперь для того, чтобы ощутить слияние с планетой, тебе придется опираться на мое мужское плечо, – усмехнулся бородатый великан. – Пока моя статуя сидит на этом троне, ты при желании можешь походить по городу, и никакого смещения центра тяжести не будет. Сдвинуть мою тушу с места под силу только древним богам. Ты нужна мне, как мудрый управленец, а я тебе – как защитник-соправитель. Вот тебе и семья! А то, что ты не хочешь заниматься любовью, так это ерунда. Ты прекрасно помнишь ощущения Булинталии во время ее развлечений. Так что сама виновата, что не испытала радости слияния со мной. Я в этом теле могу только с тобой, но возвращаться в него буду в случае экстренной необходимости. Для остальных моментов у тебя есть Кира, Шивва, Серида и драконы. Правь как прежде, а мне надо разобраться с этим Поглотителем и найти Ангело́чку.

Богиня Аэрилис ощутила, что тело Могучего остыло и превратилось в каменное изваяние обнаженного бородатого великана. Она покраснела и накинула легкую шаль на его чресла. Вроде приличия соблюдены, так что можно расслабиться. Она получила даже больше того, на что рассчитывала. Теперь у нее есть вполне официальный защитник, которого лучше не будить, а то утомишься убирать растерзанные трупы неразумных врагов…

Глава 3

Маркграф Грайден из рода Драконов считался долгожителем. При среднем сроке жизни сорок–сорок пять лет он прожил более девяти десятков. Люди знали, что он был прямым потомком Воина-дракона, погулявшего в этих краях более пяти веков назад. О подвигах этого воителя слагали легенды, а современник героя поэт Чия написал сагу о Воине-Драконе. В этом повествовании он отобразил борьбу великого воителя древности за свободу города-государства Каридаростан с захватчиками завоевателя Хатала из королевства Бастор.

С тех пор почти ничего не изменилось. Люди продолжали воевать друг с другом. Короли заключали союзы и, если им было выгодно, били в спину вчерашним соратникам. Сейчас в том регионе опять крупная свара. Бастор вновь пытается подмять под себя Каридаростан и Чинзар. Война всех против всех. Поэтому Великий торговый путь сместился на север. Для того чтобы прийти в империю Калстахия, а оттуда дальше на запад, караванщикам приходилось садиться на корабли в портах султаната Артилия. Плыть по Степному морю до королевства Суролтар. А потом по государству с налаженной инфраструктурой и хорошими дорогами можно было добраться до Жемчужины Востока и Запада главного города империи Калстахиграда.

Маркграф смотрел на древнюю карту и пытался понять, как же так получилось, что их пограничный край стал таким популярным? Очень скоро город-порт его соседа, маркиза ла Парса́р, начнет заполняться разным человеческим отребьем вроде разбойников-пиратов. Наверняка понаедут аристократы и их свита. Обязательно подтянутся торгаши и маркитанты. И весь этот нарыв созреет недалеко от его земель.

На самом деле Грайден не любил общество себе подобных. Он им не доверял, поэтому предпочитал общаться только с теми, с кем часто делил тяготы и невзгоды боевого прошлого. Когда-то его родня жила в Каридаростане, но случилось так, что младший сын потомков легендарного воителя не оправдал надежд соперников воинственного рода – Грайден не свернул себе шею в первые двадцать лет своей жизни. Потомок Воина-Дракона отличался силой, выносливостью и абсолютной беспощадностью к своим врагам. Будучи юношей, он набрал отряд ровесников и начал нарабатывать авторитет. Потом была очередная война с Бастором, где он показал себя талантливым полководцем. И вот, вернувшись в родной город, он узнал, что его сводный брат погиб в стычке с разбойниками, а отец свалился с коня и свернул себе шею. Ближайшие соседи, которые считались почти друзьями, прибыли в поместье и под шумок попытались вынести все ценное, но сын брата воспротивился этому и был убит. Мать мальчика умерла при родах.

Грайден собирал информацию о том, что случилось несколько декад назад. Потом он вышел на след похитителей и убийц. В результате несколько уважаемых родов Каридаростана прекратили существование по причине полной ликвидации. Разумеется, у короля Карадрона IX возникли вопросы к оставшемуся представителю рода драконов. Грайден решил не отвечать на них и, собрав отряд, в составе охраны каравана отправился на восток.

Несколько лет он планомерно продвигался вдоль центрального горного хребта, который делил восточную часть континента на север и юг. На севере от предгорий шли степи, плавно переходящие в дремучие леса. А на юге от хребта лежали разные небольшие княжества и государства, словно бусины, нанизанные на Великий торговый путь. Главная дорога купцов начиналась от Восточного Кайтая. Там жили узкоглазые и невысокие люди. В тех краях было много небольших княжеств, которые постепенно покорялись Южной Империей. Грайден прожил в Кайтае несколько лет и вернулся на запад.

К сожалению, короля Карадрона IX сменил Альтист, а этот правитель совершенно не умел думать самостоятельно. Слушая чужие советы, он приказал схватить Грайдена. Когда воин прорвался из окружения и умчался, оставляя за собой цепочку мертвых врагов, король пришел в ярость. Он приказал принести ему голову потомка великого героя. Чем бы закончилось противостояние, никто не знает, но случилась очередная война, в которой король Каридаростана погиб смертью храбрых. А новому правителю Хастану V было неинтересно гоняться за отважным воином.

В результате Грайден во главе отряда переплыл Степное море и перешел на службу в королевство Суролтар. Его навыки наездника и великолепного мечника привели к знакомству с королем Киралором II. Правитель нанял отряд охранять наследника. Проблем не наблюдалось до того момента, как паладины и жрецы Единственного бога не устроили заговор, во время которого попытались возвести на престол второго сына короля. Если бы не воины из отряда Грайдена, то у жрецов бы могло что-нибудь получиться. Но не судьба.

Телохранители наследника совершили то, для чего их нанимали, – они сохранили старшего сына правителя, спрятав юношу в потайной комнате. А потом случилось страшное – младший сын короля поскользнулся и упал с лестницы. О том, что его уронил Грайден, люди шептались, но доказать никто не смог. Наследник не только захватил власть, но и смог ее удержать. Командир его личных телохранителей проявил талант полководца и умудрился при помощи ополчения разбить несколько дружин аристократов.

Наследник стал королем королевства Суролтар и стал именоваться Киралором III. Он назначил Грайдена главнокомандующим. Находясь на этом посту несколько лет, потомок великого героя реорганизовал армию и усмирил мятежных аристократов. О его свирепости слагали легенды. Его именем пугали детишек. Дошло до того, что молодая жена сына короля потеряла ребенка, стоило ей узнать, что Кровавый Жнец вернулся из похода. Это странное прозвище Грайден получил во времена покушения на наследника, – его доспехи, имитирующие чешую дракона, были покрыты коркой засохшей крови, которую он не успевал смыть, потому что постоянно участвовал в отражении атак. После того как Киралора III короновали, кто-то из придворных льстецов насчитал более сотни паладинов, которых поразили парные мечи Грайдена. Сам, тогда еще молодой мужчина, поверженных врагов не считал. Он думал, что честно заслужил этот знак отличия – легендарное имя воина. Спустя много лет это страшное прозвище сыграло с ним злую шутку, и новый король попросил не пугать его беременную супругу. Чем бы завершился этот конфликт, никто не знает, но, на счастье Киралора IV, случилось нашествие орды.

География королевства не предполагает частого общения с любителями кочевой жизни. На юге три моря – Степное, Срединное и Имперское – тянулись до самой империи. На севере сеть озер объединялась половодными реками. А между этими водоемами располагался горный хребет с одним перевалом, ведущим на обширные просторы степей. Сама природа позаботилась о том, чтобы избавить народ Суролтара от общества агрессивных дикарей. Но в тот год орды всадников преодолели перевал и вторглись в королевство.

Грайден собрал войска и погнал врагов обратно. Он так энергично взялся за уничтожение ханских родов, что представители кочевой аристократии дали ему имя Беспощадный Дракон. Он использовал тактику выжженной земли. Его воины скашивали сухую траву на территории, занимаемой его карательным корпусом, а потом десять всадников устраивали пожар в степи. После нескольких уничтоженных кочевий совет ханов попросил мира и клятвенно заверил Беспощадного, что они забудут дорогу к перевалу.

Вернувшись в королевство с победой, Грайден получил величайшую почесть – его удостоили звания Защитника Суролтара и дали титул маркграф. Во владение ему определили долину, из которой можно пройти на перевал и отправиться в степи. Король заявил, что только такой умелый полководец сможет защитить королевство от алчных кочевников. Предполагалось, что это великая честь, но каждый во дворце понимал, что Кровавого Жнеца просто сплавили подальше от столицы.

Территорию, которую определили Грайдену во владение, считали очень обширной. Шутка ли, от берега большого озера на севере до берега моря на юге. Три дневных перехода с севера на юг, а с запада на восток два дня пути. Некоторые свободные княжества не могли похвастаться такими размерами. Единственная сложность – всю подконтрольную территорию занимали горы. Более-менее пригодной для жизни была долина перед перевалом, а остальная площадь – голые скалы, на которых даже мох редко рос.

Осознав, что его наглым образом отстранили от власти, Грайден не стал впадать в ярость. Он понимал, что ему надо кормить его воинов. Брать пищу у жителей долины было бесполезно, так как им и самим едва хватало, чтобы не умереть с голоду. Первоначально он закупал зерно и муку на равнинах у барона из рода ле Хорстан, но для этого нужны деньги, которые быстро закончились. Грайден попытался обратиться к королю, но тот прислал послание. В нем говорилось, что пограничные территории освобождаются от налогов и поборов исключительно для того, чтобы маркграфы собранные средства пускали на содержание войск. Оказавшись в такой ситуации, Грайден совершил то, что никто до него не делал: он договорился с ханом Арултаем, и они совершили совместный поход на север в раздробленные княжества за озерами. Степняки не способны вести долгие боевые действия. Их тактика набегов была известна местным князьям, и они даже научились противостоять ордам кочевников. Когда маркграф предложил хану идти в поход зимой, Арултай только посмеялся над «круглоглазым» – так узкоглазые кочевники называли жителей запада. Теоретически родиной Грайдена было королевство Каридаростан. Коренное население этого ближневосточного региона также обладало округлым разрезом глаз, так что на это обращение маркграф не рассердился. Он предложил воинам хана самим решать, хотят ли они отправиться в поход под предводительством Беспощадного Дракона?

Желающих было немного. В основном бедняки, у которых даже заводных лошадей не было. Маркграф предупредил, что если они хотят идти с ним, то должны полностью подчиняться приказам, иначе он их сожжет. Надо сказать, что Грайден вызывал мистический ужас у многих кочевников. Он сумел провести несколько сотен степняков по обледеневшей реке в соседнее с Суролтаром княжество. Пройдя его территорию вдоль берега озера, кочевники вышли в степь, нагруженные добычей. Хан Арултай признал неправоту и поинтересовался, почему Беспощадный не брал пленников? Маркграф покачал головой и сообщил, что ему людей кормить нечем, так зачем лишние рты?

За долю добычи хан дал тучные стада, и проблема голода в пограничной долине отошла на второй план. С тех пор так и повелось, маркграф расселил в предгорьях наиболее бедных представителей степняков и с наступлением холодов отправлялся в походы на северные земли. Некоторые ханы попытались последовать его примеру, но их войска почему-то либо гибли на подходах, замерзая в степи, либо натыкались на княжеские войска. Дошло до того, что к имени Беспощадный добавилось прозвище Зимний. Никто не мог понять, отчего походы Грайдена проходил так удачно? Он словно знал какую-то тайну, которая помогала ему добиваться успеха. Спустя много лет постаревший хан Арултай наконец смог узнать секрет Дракона:

– Я хожу к тем, с кем летом договорился о поставках, и они не выполнили условий соглашения. Получается, я в своем праве и иду за тем, что принадлежит мне. То есть я знаю, что там что-то есть. Я не беру больше, чем смогу унести на лошади. Никаких пленников, они замедляют колонну и зимой просто погибнут. И главное, я не задерживаюсь, чтобы насиловать женщин. Мужчина со спущенными штанами – это не воин, а мясо. Твоих, пойманных на горячем, в первый раз я просто наказывал плетью, а вот тех, кто попадался повторно, выдворял из колонны. Если они настолько самостоятельные, что способны сами о себе позаботиться, да будет так! Вольному воля! Ты, наверное, часто расспрашивал воинов о наших походах, и к какому выводу пришел?

Пьяный хан сощурил глаз, икнул и произнес:

– Если бы ты был рожден нашим соплеменником, то мне почему-то кажется, что смог бы объединить наши племена в единую орду. Ты бы повел отважных воинов на завоевание мира! Ты бы придумал, как преодолеть центральный горный хребет, чтобы добраться до разжиревших княжеств Кайтая. Я благодарю Небо за то, что ты чужак и не сможешь стать нашим Учи-Каганом. Если ты захватишь мир, на кого потом ходить в походы?

Это было давно. С тех пор минуло много лет. Старый хан умер, и его место занял Ширкутай – старший сын Арултая. Новый хан проявил неуважение к Беспощадному соседу. Он говорил, что степи широкие и его люди прокормятся без подсказок Дракона. Кочевье разделилось. Многие степняки остались с Таргитаем – младшим сыном старого хана, который поддерживал маркграфа. Хан Ширкутай повздорил с братом и увел половину воинов и их семей. Спустя пару лет заезжий торговец принес весть, что те, кто отправился за старшим братом, погибли в стычке с более многочисленным кочевьем.

А дружба Таргитая и Грайдена продолжала крепнуть. Однажды они отправились в совместный поход за Степное море в султанат Артилия. Так как на небольшие суда много воинов не посадишь, маркграф совершил беспрецедентную акцию. Вдоль восточного берега моря выдвинулись конные воины хана. Сам Грайден выкупил у жителей озер несколько ладей и перетащил их посуху до моря. Потом приблизился к пограничному городку. Эта крепость охраняла границу номинально, так как горный хребет, разделяющий континент на юг и север, завершался скалистым полуостровом в море. Пройти по узкой тропинке вдоль берега довольно сложно. С северной стороны хребта располагалась торговая фактория. Но ничего ценного там не было, так как купцы совершали сделки с ханами и иными степняками, находясь на кораблях. А с южной части хребта стояла пограничная крепость. Пользы от нее не было никакой, так как за всю историю существования это каменное сооружение никто не штурмовал. Там просто жили разжиревшие воины пограничной стражи. Иногда бараки, расположенные рядом с казармой, арендовались различными работорговцами. Те переправляли купленных у степняков невольников из северных земель дальше на юг.

Грайден тогда придумал план по захвату и разграблению побережья султаната. Он порекомендовал хану Таргитаю отправить гонцов в торговую факторию с вестью, что ему удалось захватить караван невольников. Хан должен сообщить купцам, что хочет быстрей избавиться от рабов, так как отбил добычу у соседа. Ушлые торговцы привели к пирсам фактории несколько больших кораблей, рассчитанных на перевозку пленников. Ладьи маркграфа заблокировали суда торговцев в небольшой бухте, и степняки захватили морской транспорт. Вечером того же дня конные сотни переправились на южную сторону хребта и, стерев с лица земли пограничную крепость, двинулись дальше вдоль побережья.

Этот рейд завершился благополучно, так как Грайден дал команду степнякам Таргитая, и те без пререканий повернули на север к пограничной крепости. Обратно в степь переправились на судах работорговцев. Добычу погрузили на корабли и вернулись в родное кочевье, расположенное в предгорьях недалеко от владений маркграфа.

Когда в следующем году хан обратился с просьбой вновь вести его на юг, Грайден покачал головой и посоветовал приготовиться к походу, но пока подождать. Некоторые ханы решили, что Таргитай открыл отличную дорогу в султанат. Они попытались проделать аналогичный фокус, но участники похода попали в ловушку и были разбиты. Вот в их кочевья и отправился союзник маркграфа. Невольников из разбитых улусов Грайден забрал себе и расселил в предгорье с восточной стороны малого хребта. Там открыли месторождение железа, и Карадай – сын маркграфа от сестры хана Таргитая – занялся его разработкой. Он загорелся идеей выдавать готовую продукцию, так как торговать железными слитками гораздо выгодней, чем рудой. Увы, но для этого надо ставить специальные печи. Нужно дерево, чтобы их топить. К тому же оставалась вероятность набега степняков. Конечно, слава Беспощадного Дракона долго будет пугать ханов, но все течет, все меняется. Осознав, что построить завод по переработке железа он не может, Карадай показал деловую жилку и выкупил корабли работорговцев у маркграфа. Так как суда были достаточно вместительными, то в них легко помещалось много руды. Были построены причалы на берегу моря и проложена к ним дорога от самих шахт. Когда первый караван из пары судов отправился в султанат, бастард маркграфа сам сопровождал эту партию товара. В Артилии, используя официальную власть, подкупленную нечистоплотными купцами, молодого племянника хана ограбили.

На следующий год Грайден привел в султанат корабли, набитые вооруженными северянами. Обычно мореходы, отправляясь в поход, шли вдоль берега, но потомок дракона знал некоторые хитрости и повел флот напрямую, используя карту и звезды. Крупный город, в котором его сыну от сестры хана чуть не отрубили голову, был полностью разграблен. Градоначальник и его ближайшие подчиненные, приказавшие пленить Карадая, – казнены. Купцы, отобравшие руду, – повешены вверх ногами на реях. Справедливость восстановлена. Можно возвращаться.

Обратно маркграф вернулся настолько загруженный добычей, что Таргитай выразил возмущение тем, что его степняков не позвали в поход. Хан понимал, что на кораблях нет места для коней. Это можно денек потерпеть качку, а когда несколько декад мотает по волнам, никакая лошадь не сохранит боеспособность. К тому же всадникам на узких улочках приморского города делать нечего, а степняки без коней не самые хорошие воины. Ко всему прочему так получилось, что тем летом хан не ходил в поход, так как привык полагаться на мудрого и удачливого союзника. С некоторых пор Таргитай начал замечать за собой, что не хочет рисковать, как это было раньше. Теперь он поглядывал на Беспощадного, и если тот не советовал ввязываться в авантюры, то хан принимал его слова без лишних вопросов. Этот союз был выгоден обоим…

И вот сейчас Грайден смотрел на карту близлежащих королевств и потихоньку свирепел: постоянные войны в Басторе и Каридаростане привели к тому, что торговый путь сместился на север и теперь проходит через Степное море и городок маркиза ла Парса́р. Маркграф понимал что, несмотря на жестокость и коварство степняков, они честнее, чем благородные аристократы и жрецы Единственного бога. А этих белоплащиков в расширяющемся городке маркиза будет очень много. Он это по личному опыту знал.

Лет десять назад, когда средь бела дня в небесах зажглась яркая звезда, храмы Единственного бога лихорадило. Жрецы кричали о жутком Знамении, предвещающем очередной конец света и воцарение Врага людского в мире. Инквизиторы даже к нему в долину пришли. Они требовали от маркграфа ответа, откуда у него доспехи такой странной формы и какое отношение он имеет к Врагу людскому? Может быть, он его эмиссар? Может, маркграфу пора погреть старые косточки в очистительном огне? Жрецы настолько обнаглели от безнаказанности, что попытались распоряжаться в его замке. Эти убогие не знали, что Грайден набирал в отряд настоящих безбожников. Им что жреца прикопать, что инквизитора. Но кое-что из их задушевной беседы он вынес – оказывается, паладины Единственного бога обнаружили ведьму, которая призвала в мир двух демонов. Заручившись благословением Высших сил, воины бога попытались схватить пришельцев, но те оказали активное сопротивление и порубили нападавших. После этого Враги людские несколько дней убегали, и, вот когда их опять обнаружили, те призвали мать. Демоница в черном балахоне и с боевой косой проредила инквизиторов.

Один из верховных жрецов призвал божественный свет, и, хотя по официальной версии демоны были уничтожены, на самом деле демоница в балахоне позвала мужа. В небе произошел катаклизм с яркой звездой средь бела дня. Жрец перестал получать поддержку Единственного бога, так как тот был занят отражением вторжения главного Врага людского. Демоница с боевой косой что-то проворчала про какого-то Могучего. Потом, перебив большую часть паладинов и инквизиторов, благополучно исчезла в каком-то странном чародейском круге, напоминающем дверь. Двух демонических отроков и юную ведьму она забрала с собой.

А Грайден помнил, что в день, когда зажглась звезда, кое-кто из его людей видел, как она упала с небес где-то в его горах. Маркграф даже отправлял охотников поискать место падения, но поход по горам ничего не дал. После задушевной беседы с инквизиторами Грайден снова проводил поиск упавшей звезды, но опять безрезультатно. Он предположил, что если это действительно Враг людской или какой иной демон, то он должен себя как-то проявить, а за десять лет ничего плохого не произошло.

Вот только торговый путь пройдет по землям маркиза ла Парса́р. И вроде бы можно порадоваться за хорошего человека. У него жена и двое детей – мальчик и девочка. И это же будет замечательно, что маленький городок соседа станет богатеть. Вроде бы что может быть плохого в том, что маркизу будет хорошо? Но вот есть какое-то чувство, что ждут старого маркграфа в ближайшем будущем неприятности…

От тяжких раздумий его отвлек шум кавалькады, доносившийся из окна. Грайден вышел во двор крепости, которую построили в долине, и увидел, как в ворота въезжает его сосед барон ле Хорстан. Веселый и жизнерадостный здоровяк приходился родственником маркграфу – его тетушка была официальной женой Грайдена. Она умерла во время родов, но подарила отцу крепкого мальчика Гардора. Спустя определенный срок сын женился, но и его жена скончалась, произведя на свет наследника Грэга. Молодой вдовец с горя запил. Во время самостоятельного похода на север он вместе с отрядом угодил в западню и пропал без вести. Маркграф даже не знал, где похоронен его сын.

Грайден очень сожалел об этом, но перед свадьбой он честно предупреждал невесту и невестку, что род потомков героя проклят. У Драконов на свет рождаются только мальчики, а породившая ребенка женщина умирает от сильной кровопотери. У самого Грайдена был только сводный брат, так как его мать умерла во время родов.

Появление барона в замке говорило об экстренной ситуации, так как Клод ле Хорстан не любил приезжать именно в эту долину. Куда угодно, но только не в гости к маркграфу. Когда у него спросили, с чем это связанно, барон рассказал, что в детстве был пойман Грайденом. Мальчик наблюдал за любовными утехами тетушки и маркграфа. Ушей он не лишился только благодаря способности громко и жалостливо плакать. Но пока тетушка надевала халат, обнаженный Грайден успел так скрутить несчастное ухо, что с тех пор левое было чуть больше, чем правое. Всякий раз, когда барон приезжал в этот замок, его пострадавшее в детстве ухо начинало нещадно гореть. Даже сейчас, спустя столько лет, барон как огня боялся старого маркграфа, и то, что он приехал сюда лично, сильно настораживало Грайдена.

Клод медленно сполз с коня и сморщился от боли. Обычно он был более сдержан, но эта гримаса говорила о том, что барон ранен. Маркграф знал, что нынешний ле Хорстан балагур и бабник, но никак не трус. Ему стало интересно, что же заставило раненого аристократа пуститься в путь?

Тут с коня одного из дружинников барона сняли белокурую девочку лет десяти, облаченную в какой-то странный брючный костюм. Грайден присмотрелся к ребенку и нашел личико этой несомненной аристократки невероятно привлекательным. Блондинистая малышка с серьезным взглядом ярко-зеленых глаз.

– Клод, я и не знал, что у вас кроме мальчиков и девочка есть. Как зовут вашу дочку? – поинтересовался маркграф.

Барон ответил:

– Скорее вашу. Эта девочка помогла нам во время нападения на дороге.

– Какого нападения? – напрягся Грайден.

– Мы получили приглашение на коронацию короля Киралора V и отправились в столицу с семьей, – начал рассказ барон. – Я, жена и три сына подверглись нападению разбойников. И такие умелые попались, что складывалось впечатление – это либо дезертиры, либо наемники, решившие поправить дела на большой дороге. Тут из кустов вышла эта девочка и как зарычит! Вы представляете, она рычала, как истинный зверь. У большинства разбойников штанишки потяжелели, и они ретировались в кустики. При этом какой-то особо здоровый бродяга попытался схватить девочку, так она подпрыгнула и как засветила ему ногой в лоб. Тот с копыт моментально брякнулся…

– Она? – уточнил маркграф. – Ей же от силы лет десять.

– Именно она, – подтвердил Клод. – Кое-как смогли с ней поговорить. Какая-то иностранка. Местных языков не знает. Но при этом по-своему очень выразительно ругается. Когда она осознала, что ее не понимают, начала рисовать картинки в какой-то маленькой книге. А бумага там тонкая. Из ее рисунков я понял, что она дочка Дракона. Ее родители ушли, и она отправилась на их поиски. Только как она оказалась на границе моих земель? Вся такая чистенькая, ухоженная. Вещички из качественной ткани. Я такой даже не видел. И фасон не местный. Но самое главное то, что в девочку из арбалета стреляли, и причем не один раз. Так вот она от болтов увернулась. Мой десятник обратил внимание на то, что, когда стрела подлетала, вокруг девочки вспыхивал какой-то странный ореол. Малышку просто отталкивало с направления полета стрелы. Кто она такая – никак не пойму, но раз уж она спасла меня и моих близких, то меньшее, что я могу для нее сделать, – это помочь отыскать родителей. Вы же много где побывали? Языков побольше меня знаете, может, пообщаетесь с ребенком? А я по мере сил посодействую в поиске…

– Барон, я тоже получил послание короля, и вместо меня отправился Грэг. Я ему даже доспехи отдал, чтобы он покрасовался перед сюзереном, – как-то отстраненно начал говорить Грайден. – Я вот что думаю: а действительно это были разбойники или, может, кто похуже? Клод, прошу припомнить подробности схватки. Наверное, лучше у вашего десятника спросить. Он более приземленный человек. А насчет языка этой девочки могу сказать, что я его слышу впервые, так что везти ее сюда не было необходимости. Я не слышал, чтобы у кого-нибудь из рода Дракона рождались девочки и уж тем более чтобы были живы и мама и папа. Вероятнее всего, ее родители из какой-то побочной ветви, не имеющие никакого отношения к древнему герою. Но девочка хорошая. Я позабочусь о ней. Как, вы говорите, ее зовут?

– Арина – дочь Дракона, – ответил барон.

Глава 4

Глава разведки Серида Бор услышала зов Аэрилис и поспешила в тронный зал. Вслед за ней в помещение вошли приближенные: Глава охраны Шестикрылая Кира с аэронами – крылатыми гвардейцами богини, Глава отряда диверсантов марилит Шивва, черный дракон Шау-Кавкар со свитой крылатых огнеметов и другие разумные, имеющие вес в храмовом городе. Богиня сидела на диване рядом с каменным изваянием Могучего. Ее ровная спина говорила о том, что Аэрилис слегка напряжена и чего-то ждет. Глава разведки недавно вернулась из изгнания, длившегося более десяти лет. Ее вместе с тремя ведьмами отправили искать императрицу Белограгору и княжну Берсель, которые так удачно поспособствовали освобождению бога Тумана из заточения. Найти-то нашли, а вот поквитаться, к сожалению, не получилось.

День, когда безумный бог Тумана вырвался из темницы, запомнился надолго. Серида тогда услышала его крик про тапку и мысленно попрощалась с жизнью. Не только она осознавала грешки перед злобным монстром и хотела сбежать подальше отсюда. Шестикрылая Кира, марилит Шивва, тифлингесса Прим, вампирша леди Вамп и даже черный дракон вошли в ее кабинет и кусали когти, приняв боевую трансформацию. Они понимали, что Могучий как-то пленил богиню и отобрал ее силу. Было страшно. И если девицы имели хоть какой-то шанс отделаться традиционным наказанием тапкой по попе и неделей в постели, то Шау-Кавкару точно предстоит бой не на жизнь, а на смерть. Собравшиеся в комнате ждали, чем закончатся переговоры Безумца с Маргой. Появление Булинталии и ее просьба найти накопители и мечи покойного главы совета вестников привели их в недоумение. Зачем Могучему понадобилось трофейное оружие? А потом появилась сама Аэрилис. Она выглядела подавленной и почти смирилась с поражением. После ее исчезновения верховная жрица вновь вошла в кабинет Сериды и сообщила, что богиня предпочла сгореть в магме и Могучий выполнил ее последнее желание. Услышав эту весть, воительница Кира предложила напасть на бородатого гиганта, пока он не освоился с силами Аэрилис. Черный дракон поддержал идею и собрался идти в тронный зал, но Шивва предупредила, что бывших единых сдержит клятва или печать подчинения. Значит, Шау-Кавкар останется один на один с разъяренным Прародителем драконов.

Если напасть на Могучего внезапно, то он почувствует опасность и уничтожит врага с особой жестокостью. Безумец очень не любит, когда его бьют в спину. На традиционном поединке у черного дракона будет больше шансов погибнуть, как подобает в небесном бою. А Прим добавила жути, рассказав о том, как Могучий в тот день, когда появилась Ангело́чка, разорвал на части воинов в красной броне. Настроение стало значительно хуже, и тогда Серида достала бутылку настойки гномов и предложила хоть как-то снять напряжение. А потом возвышение с троном скрылось за пологом и они услышали стоны верховной жрицы. Прим сразу же опустила ладошки на пятую точку и нервно поежилась. Никто не понимал, почему Могучий наказывает Булинталию. Чем она провинилась перед ним? С чего вдруг его потянуло на женщину в возрасте? Вокруг столько потрясающих красавиц, а он позарился на обычную человеческую женщину. Когда-то давно ее омолодили, но с тех пор прошло много лет, а годы берут свое. Ответ пришел позже, когда полог пропал и они увидели ожившее изваяние Аэрилис и молодую, невероятно привлекательную Булинталию. Богиня, облокотившись на руку каменной статуи Могучего, призвала приближенных и провозгласила, что с этого дня она будет править, опираясь на мощь супруга. Никто не понял, что это значит, а Серида Бор не смогла этого выяснить, так как Аэрилис отправила главу разведки в изгнание. Ведь именно из-за ее пренебрежения непосредственными обязанностями случился этот своеобразный переворот.

И вот Серида Бор вновь в тронном зале, а рядом с ней приближенные. За прошедшие годы они почти не изменились. Какое-то время они ожидали того, что статуя Могучего оживет, но годы шли, а от безумца ни слуху ни духу. Постепенно жители города расслабились, и жизнь вошла в привычное русло. Богиня сама ходила по храмовому городу и благословляла Достойных. Рядом с ней постоянно крутился Кошмарик – сын Булинталии, которого начали обучать искусству боя на мечах. Богиня не хотела, чтобы из него вырос очередной убийца, но мальчик сбегал от учителей словесности в тренировочные залы мечников или на полигоны магов. Кошмарик, подглядывая за воинами, самостоятельно повторял приемы и заклинания. Верховная жрица гордилась ребенком и даже настояла на своем, когда Аэрилис попыталась запретить мастерам меча обучать малыша. Серида слышала от Киры, как богиня ругалась с Булинталией. Это было как-то странно, чтобы такая спокойная и уравновешенная верховная жрица отчитывала Аэрилис, как маленького и капризного ребенка.

И вот сейчас тоже происходит что-то странное. Для того чтобы собрать приближенных, нужен серьезный повод. После того как в тронный зал вошли около сотни вестников во главе с Архитретисом, стало ясно, для чего они собрались. Гости медленно прошествовали к сдвоенному трону. Глава совета вестников снисходительно улыбнулся, глядя на изваяние бородатого гиганта. Сериду поразило выражение его лица, такое надменное, самодовольное, будто он пришел в дом к даннику и пока не решил, полностью ли отнимет имущество или что-нибудь оставит на прокорм.

– Вот, значит, так ты соблюдаешь договор? – без приветствий сказал Архитретис и с презрительной усмешкой осмотрел присутствующих. – Воруешь мою силу? Неужели ты думала, что я не замечу уходящие ручейки?

– О чем ты говоришь? – напряженно спросила Аэрилис.

– Более десяти лет твои подданные сливают силу из моих алтарей в накопители аэронов, – обвинил Архитретис.

Серида никак не могла понять, что происходит. Почему глава совета вестников ведет себя столь вызывающе. Она посмотрела на него магическим взором и начала осознавать, что с гостями что-то не так. Она часто видела шестикрылых вестников и могла с уверенностью сказать, что у них не бывает столь яркой и насыщенной ауры. И самое удивительное то, что свечение у гостей было равномерным. А их здесь более сотни, и они сияют в магическом плане. Даже аэроны имели разную интенсивность, а они бывшие совершенные. Что-то странное происходило в этом зале.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – промямлила Аэрилис.

– Ты позвала драконов и этих полудемонов в надежде на моральную поддержку? – продолжал усмехаться глава совета вестников. – Напрасно, они мне на один зуб. Я разотру их в порошок! Ты наглая воровка! Тебе не место среди богов! Ты ничтожна! Спряталась в городке и думаешь, никто до тебя не доберется? Зря ты на это надеешься! Или ты решила, что меня остановит эта каменная статуя твоего любовника? Что ж, позови его! Я очень хочу поквитаться с ним за тот инцидент в Сторнитии. Меня никто не унижал так, как этот ничтожный дикарь! Сияющий долго смеялся над моим поражением! Я отомщу!

Серида ничего не понимала. Наконец она додумалась полностью расфокусировать взор и посмотреть на вестников не на каждого отдельно, а на всю сотню разом и тут же осознала, что они части одного целого. Только сейчас она обратила внимание на то, что говорил не один Архитретис, а сто вестников одновременно, потому и получался такой странный голос, разносящий эхо по залу. В храмовый город пришел Светлый бог!

* * *

Я спал. Честно признаться даже не спал, а валялся в бессознательном состоянии. Видимо, выпил лишнего и сейчас чувствовал себя в легкой прострации. Тело ломило от невероятной тяжести и жутко болело. Это как же надо было нажраться, чтобы не помнить, что было вчера?! Брр! Давно я так не напивался. Аж голова кругом идет. И во сне голоса какие-то слышатся. И такие странные, с эхом. Словно целый хор каких-то самодовольных придурков решил прочитать мне нотацию о том, что я себя плохо вел. Я бы поржал над этими жалкими потугами, если бы они реально не раздражали. А тут кто-то другой пытался меня добудиться. Тихо так, робко. Но очень даже миленький женский голосок. Слышалось: «Арсен, где же ты! Ты мне нужен! Отзовись! Защитник называется!» Нет, реально этот гремящий голос раздражает! Он мешает слушать музыку для ушей. Это же надо, я кому-то нужен! Иди ко мне, моя прелесть, я тебя прикрою. Обопрись на мое плечо. Не бойся, я с тобой! Пусть пока морально, но я точно с тобой! Ну, реально этот придурок достал! Пор-р-рву!

* * *

Серида услышала странное рычание и перевела взгляд на Могучего. Голова статуи слегка наклонилась вперед, брови сдвинулись к переносице, и поднялась верхняя губа, обнажая острые клыки. Вестники замолчали и разом вынули мечи. Богиня облокотилась на плечо изваяния и задорно рассмеялась. Ее журчащий голосок разливался под сводами тронного зала, отражаясь от поверхностей и создавая невиданное эхо.

– Светлый, ты рехнулся! Неужели ты думал, что если перельешь в сотню вестников сущность бога, то станешь сильнее моего Защитника? Какой же ты наивный! А знаешь, что самое смешное? То, что я тебя опасалась! Почти боялась! Как говорил мой папа, я пока маленькая девочка, и мне нужен тот, кто поддержит меня в трудную минуту. Теперь я признаю, что отец был прав, мне действительно необходим Защитник! Большой, сильный, свирепый! Кто не побоится встать против целого света! На кого я смогу опереться! И он вселит в меня уверенность в том, что я справлюсь с любой бедой собственными силами! Ты смешон! И вот что самое главное? Я знаю, где ты живешь! И я могу до тебя добраться, так как я дух этого мира и ничто не проходит мимо меня! Как сказал мой муж: «Подь сюды, моя жертва!» Я тебе покажу, что значит истинная мощь!

Аэрилис положила правую руку на бедро Могучего, а левую направила на вестников. Перед троном открылось окно портала, и в зале появился сморщенный Совершенный без крыльев, сидящий в позе лотоса с закрытыми глазами.

С ракурса Сериды было видно, как погасла равномерная аура вестников и яркий свет втянулся во вновь прибывшего гостя. Светлый бог раскрыл глаза, и тонкий луч ударил в грудь Аэрилис. Глава внешней разведки зажмурилась от интенсивного сияния и прикрыла лицо рукой. В зале стало очень жарко, и присутствующие отпрянули назад. Драконы приняли истинную форму, но даже для них этот свет был невыносим. Серида спряталась за колонну и тут услышала странный звук, очень похожий на зевок. Вслед за этим прозвучал голос Могучего:

– Это что за светомузыка? У нас дискотека? Аэра, выключи свет, у меня башка трещит. О, так гораздо лучше. «Сфера вечности» или «Сфера неизменности». Не зайти, не выйти. Висит себе, никому не мешает. А если незваный гость будет шуметь или брыкаться, то можно полностью затемнить. Отличная штука! Запитать можно от любого источника. Проходимость силы минимальна. Можно включить режим иссушения или поглощения. Идеальная тюрьма для любого магического существа. Духа, бога, кого угодно! Я и не знал, что умею такие делать! Только древнего не удержит, а остальных легко и непринужденно! Пусть повисит тут, пока я не вернусь, а потом мы с него шкурку спустим и как трофей на стену повесим. Аэра, у твоего отца очень богатая фантазия! Он это заклинание специально для твоей защиты разработал. Если какой-нибудь убогий к тебе с претензиями придет, ты мне ручку на коленку положи и закатай придурка в аналогичную сферу. Глядишь, скоро целая гирлянда будет!

– А раскрыть ее можно? – задала вопрос Аэрилис.

– Смогу только я и то только для того, чтобы шкурку спустить. А у тебя допуска нет! – послышался смешок Могучего. – А то знаю я твое милосердие. Захочешь проявить сострадание, а они этого не оценят и посчитают слабостью. И на будущее, если уж собираешься сражаться, то хотя бы научись защищаться, а то в хитоне дырочка появилась. Я-то, конечно, не против посмотреть на твои прелести, вон какой у тебя бюстик роскошный, но другим не показывай. Я ревную!

– Нахал! – воскликнула Аэрилис, и послышалось шуршание одежды.

– Ой, что я там не видел! – усмехнулся Могучий. – И вообще, жена ты мне или не жена? Кто в доме хозяин!

– Я!

– А тапкой?

– А в глаз? И вообще, спи давай!

– Ну ладно, уговорила бесхарактерного! – прозвучал голос Могучего. Он снова зевнул и мечтательно произнес: – Слушай, какой хороший сон! И Светлому бока намял, и Аэру опять обнял, осталось лишь поцеловать и можно баюшки в кровать!

– Арсен! Спать!

– А поцеловать?.. По-настоящему! Неужели я не заслужил хоть капельки твоей благодарности?.. М-м-м, совсем другое дело…

– Эй! Руки убрал!

– У-э-а! Отличный сон, а ты такая мягкая, как подушка, – зевнул Могучий и затих.

Серида вышла из-за колонны и увидела под потолком сферу, в которой сидел Светлый бог. Он что-то кричал, но звука никто не слышал. Всякий раз, когда пленник выпускал из глаз лучи, стенки сферы тускнели, затеняя яркий свет.

Богиня продолжала сидеть на троне рядом с изваянием Могучего. Поза гиганта слегка изменилась, и на его лице застыла довольная улыбка, напоминающая кота, обожравшегося сметаны. Аэрилис тыльной стороной ладони прикоснулась к покрасневшим щекам, потом покусала коралловые губы и начала поправлять складки хитона, в котором постепенно зарастала большая дыра. После столь яркой вспышки большинство присутствующих продолжали тереть глаза, пытаясь вернуть утраченное зрение. Поэтому никто не обратил внимания на ее манипуляции.

Наконец одеяние богини вернуло целостность, и она, выпрямив спину, окинула лежащих на полу вестников победным взором.

– Я не знаю, кто воровал силу из алтаря Светлого бога, но сейчас это не важно. Как вы слышали, этот убогий будет жить до того момента, пока не вернется мой муж и защитник. Поэтому рекомендую вам поискать себе нового бога, так как шкура этого займет почетное место на стене трофеев. Более вас не задерживаю. Вы можете убираться домой!

Серида слушала эту речь и пришла к выводу, что покушение на Аэрилис слегка изменило ее восприятие мира. Теперь богиня не станет настаивать на милосердии для каждого наглеца! Как там говорил Могучий? «С ханом по-хански, а с хамом по-хамски». И это правильно!

* * *

Арина стояла во дворе второго средневекового замка, увиденного ею после появления в этом мире. Она осознала, что прелесть этих мрачных сооружений сильно преувеличена. Двор тесный. Конюшня – со специфическим букетом ароматов сена, навоза и конского пота. От окружающих людей также слегка попахивало. И если от обычных мужчин в кольчугах вполне естественным запахом, то от барона и его семьи несло ужасающей смесью благовоний и чего-то непереносимого.

Не так давно из дома приемной матери Марины ля Клермон-Старобогатовой она сбежала в Москву. Нельзя сказать, что в новой семье было плохо. Нет. Просто сводные брат и сестра были другими, не такими, как она. Они жили обычной размеренной жизнью детей обеспеченных родителей. Вся их жизнь шла по расписанию. Везде чистота и порядок. Ни капли спонтанности. Чтобы совершить небольшую детскую шалость, приходилось уговаривать их часами. Дети начинали приводить кучу доводов, что это деяние нецелесообразно и может привести к нежелательным последствиям. К тому же «папа Филипп» отстранил «маму Марину» от воспитательного процесса, так как она вносила в жизнь детей чуточку сумасбродства и легкой экспрессии. Аристократ заявил, что молодое поколение должно воспитываться специалистами, которые научат будущих представителей рода ля Клермон рациональной практичности.

Чтобы не подрывать авторитет Филиппа в глазах детей, Марина, как и положено порядочной жене, соглашалась с его доводами. Но иногда ее энергичная натура брала верх и она устраивала тайные побеги на волю. Они технично скрывались от гувернантки и гуляли по городу, ели мороженое, катались на опасных каруселях и горках…

К сожалению, таких походов было значительно меньше, чем хотелось, поэтому Арина часто скучала, сидя за компьютером, и даже подсела на социальные сети. Но период бесполезного общения быстро прошел. В друзьях остались только те, с кем она была знакома лично.

Буквально на днях у нее пропали амулеты принцессы – семь полупрозрачных предметов, которые ей подарил Арсен. Браслеты на руки и ноги, пояс, ожерелье и диадема, из-за которой ее называли «странной девочкой с ободком». Как-то утром она проснулась и поняла, что их просто нет. Когда-то давно мама Марина предупреждала, что они впитаются в кожу. Но девочка не очень верила ее словам, и вот этот момент настал. Сначала она не поняла, что произошло, но когда, выйдя из комнаты, увидела вокруг брата странный переливающий разными цветами ореол, Арина слегка испугалась. Вокруг людей, находящихся в загородном имении, она видела эту радугу, и, что самое странное, только дети по-настоящему сияли, а остальные выглядели тусклыми и однотонными.

Арина позвонила маме Марине, но абонент оказался вне зоны доступа сети. Она не знала, что делать и к кому обратиться за помощью. Сначала поделилась секретом с сестрой, но та не поверила. Потом неохотно согласилась, что Арина не лжет, и рассказала старшему брату. Во время обсуждения расширившихся возможностей Арины рядом проходила гувернантка, которая с причитаниями позвонила месье ля Клермону. Тот, как только услышал новость, заявил, что не может связаться с женой. Вероятнее всего, она опять где-то загуляла, так что пусть девочка дождется его, и они вместе решат эту проблему.

Арина прекрасно знала, с какой дотошностью папа Филипп подходит к решению любой задачи. Она мысленно представила себя в медицинском центре на всестороннем обследовании, где ее вывернут наизнанку и сольют пол-литра крови и мочи. Она проходила через подобную каторгу, когда после смерти приемного отца ее записали на полный курс у психолога по адаптации в незнакомой среде.

Решив, что ей подобного «счастья» не надо, она подалась в бега. Забравшись в кузов пикапа, который привозил продукты, девочка добралась до города и совершила немыслимое турне по магазинам, оставляя четкий электронный след. Вроде бы хаотичные передвижения ребенка не имели никакой цели, но Арина точно знала, что делает. Те, кто отправится на ее поиски, должны заблудиться в разветвленной сети торговых центров.

Покатавшись по городу, она приехала в дорогой отель и вызвала мадам Полини. С этой своеобразной роковой женщиной ее познакомила мама Марина. Случайная встреча в магазине произвела на нее неизгладимое впечатление. Тогда Юна снисходительно похлопала Арину по щеке и, потрогав диадему, сказала:

– Приходи ко мне, когда эта штучка рассосется, поболтаем.

Вот Арина и пришла с вопросами. Мадам Юна Полини, увидев белокурую девочку без ободка, повернулась к подруге с внешностью привлекательной азиатки и промурлыкала:

– Инна, что ты скажешь на то, чтобы прокатиться на родину? Заодно и в Москву заглянем.

Арина не поняла, для чего ей нужно в этот город, но потом вспомнила, что именно там она получила эти странные украшения от Арсена. После этого она позволила уговорить себя на эту авантюру.

В тот же день мадам Полини наняла чартерный рейс в Россию и нелегально провела Арину на самолет. На борту Юна подарила девочке блокнот, в котором нарисовала несколько десятков странных знаков и объяснила, как их активировать при помощи силы. Сама брюнетка знала лишь теорию, и на практике у нее ничего не получалось, зато белокурая малышка быстро впитывала информацию. Создавалось впечатление, что она это знает, просто приходится вспоминать информацию заново. После рекомендации первой наставницы она научилась закрывать так называемый третий глаз. Ее удивила особенная аура этой женщины – создавалось впечатление, что от головы Юны куда-то в небо восходит тонкая энергетическая нить. Задав вопрос, Арина узнала, что мадам Полини бессмертная или, если быть точнее, самовосстанавливающаяся. Каждый вечер с восходом луны она становится такой, как была прежде. Восхитившись особенностью Юны, Арина попросила научить ее этому заклинанию, на что женщина горько рассмеялась и ответила, что это не дар, а настоящее проклятие.

По московскому аэропорту девочка прошла без задержек, так как применила какой-то знак для отвлечения внимания. Ее просто никто не замечал. Юна, Инна и большой Олаф привезли Арину к фирме «Невеброн», и мадам Полини на прощание сказала:

– Если Старый узнает, что я тебе помогла, то он с меня голову снимет, так что постарайся не попадаться!

Просочившись на территорию фирмы, девочка вспомнила, где находится герметичная комната, в которой когда-то давно слышала голос мамы. Ее тянуло туда, и она проскользнула почти незаметно. Только Макарыч случайно обратил внимание на «детку». Он не очень торопился гнаться за ребенком, потому что почти никто не мог подойти к этому помещению ближе чем на пять метров. Каково же было его удивление, когда девочка не только туда зашла, но и запустила механизм. Но страшнее было то, что она не вышла обратно. Трясущимися руками Макарыч взял телефон и сообщил генералу Старобогатову, что детка пропала!

А белокурая путешественница оказалась на полянке, окруженной каменными стелами. Вокруг росли деревья. Щебетали птички. Лес жил привычной жизнью, и его обитатели почти не обращали внимания на удивленную девочку. Первым делом она достала дорогой смартфон, но техническая новинка не подавала признаков жизни. У Арины остался только карандаш и маленький блокнот, подаренный Юной. Проходя в герметичную комнату, она-то надеялась сразу попасть в объятия мамы, но не тут-то было. Арина не часто гуляла на природе, и уж тем более ни разу не была в лесу без сопровождения. Утомившись бродить по зарослям, она свернулась калачиком под большим деревом и уснула. К великому сожалению, ей не приснились ни мама, ни папа, которые бы подсказали, куда двигаться дальше.

Удивительно было то, что среди ночи она проснулась от ощущения чужого взгляда. В темноте ничего не было видно, и девочка применила третий глаз. Мир мгновенно наполнился красками чужих аур. Их было великое множество. Маленьких, средних, больших. Как раз напротив нее стоял какой-то зверь, по форме напоминающий крупную собаку. От него пришло ощущение легкого голода и желания проверить маленькую добычу на вкус. Хищник сделал шаг в сторону Арины, и девочка моментально забралась на дерево. Она и подумать не могла, что может так высоко прыгать. Днем Арина ощутила какую-то странную легкость, будто с ног сняли тяжелые гири, мешавшие передвигаться. Зверь слегка подосадовал на нерасторопность и ушел искать менее резвую добычу.

До самого утра Арина сидела, схватившись за ветку, а на рассвете спустилась с дерева и, вооружившись какой-то палкой, продолжила путь. Уставшая, голодная и невероятно раздраженная девочка услышала журчание ручейка. Разумеется, никакой емкости у нее не было, поэтому пришлось утолять жажду, набирая воду в ладошку. Когда-то давно она слышала, что человек может прожить без еды долго, а вот без воды максимум пару дней. Арина приняла решение двигаться вдоль ручейка. Была вероятность, что он приведет ее к полноводной речке, а там, где есть вода, должны селиться люди.

Очень скоро она услышала голоса. Ориентируясь на звук, Арина вышла к дороге, где в кустах засели какие-то странные личности с допотопным оружием. Одежда спрятавшихся в лесу мужчин покроем напоминала нечто древнее: холщовые рубахи, надетые поверх кожаных безрукавок с нашитыми на них железными пластинами или колечками. У некоторых из мужчин в руках были арбалеты. Они кого-то ждали и тихо переговаривались на каком-то странном языке.

Тут послышался топот копыт, и голоса стихли. На дороге появились всадники, также облаченные в кольчуги. За ними катилась большая повозка, запряженная четверкой лошадей. Наверное, пружин и амортизаторов у нее не было, поэтому короб на колесах нещадно трясло. Послышался тихий свист, и арбалетчики произвели залп. Несколько всадников мгновенно выпали из седел. Вслед за этим на дорогу с двух сторон упали деревья, отсекая жертвам нападения пути к бегству. Кое-кто из воинов на лошадях, обнажив мечи, ломанулся в кусты, пытаясь перебить нападавших. Их встретили длинными жердями, которые одной стороной упирались в землю или в какое-нибудь дерево, а другой конец направлялся на грудь коней. Животные, напоровшись на преграду, вставали на дыбы и сбрасывали всадников на землю, где их без особых усилий добивали разбойники.

Арина ужаснулась, наблюдая за этой картиной. Она видела исторические фильмы с рыцарями и даже немного восхищалась отважными наездниками, но тут не было никакого ореола романтики, только кровь и крики боли. В глазах девочки потемнело, и она, выскочив на дорогу, закричала:

– Пр-рек-ратить!

Она и не подозревала, что может так громко кричать. Рычащие нотки в голосе сбили боевой настрой нападавших, многие побежали в кусты. Тут к ней подскочил здоровенный мужчина в броне, прикрытой холщовой рубахой, и замахнулся огромным топором. Действуя на рефлексах, девочка, опираясь на палку, подпрыгнула и нанесла ему прямой удар ногой в челюсть. Хорошо, что у противника не было шлема, иначе Арине был бы обеспечен перелом лодыжки. От неожиданности крупный мужчина сделал шаг назад и, споткнувшись о корягу, упал на землю. Арина ощутила опасность, и какая-то сила отклонила ее с траектории стрелы, выпущенной из арбалета. Вслед за первой мимо девочки пронеслись три или четыре оперенные посланницы смерти. Она их не считала, а продолжала громко рычать. Эта заминка позволила воинам на лошадях спешиться и выставить щиты в боевом построении. Рыцарями руководил крупный рыцарь, в боку которого застряла стрела. Он махнул рукой, подзывая девочку к повозке, и очень скоро воины слаженными действиями отогнали нападавших. Разбойники ретировались, оставляя на траве подельников. Тех, кто не мог передвигаться самостоятельно, предводитель, тот, кто получил от Арины в челюсть, приказал добить.

Так состоялось ее первое знакомство с реалиями этого мира…

Потом были поездка в замок барона Клода ле Хорстан и длительные расспросы маленькой девочки. Используя чистые страницы блокнота, Арина, как могла, объяснила, что ищет родителей. Барон, указав на щит, попросил нарисовать герб ее отца. Дракон получился красивым, и Клод, широко улыбнувшись, сказал, что знает, где могут быть родственники белокурой аристократки. Так Арина оказалась во втором средневековом замке. Глядя на старого, седого, но крепкого мужчину, она осознала, что это будут долгие поиски мамы и папы…

Глава 5

Какой приятный сон мне приснился. Я в восторге, но голова до сих пор болит. И такое впечатление, что кто-то рядом бубнит на неизвестном языке. Но если сосредоточиться, то можно понять смысл слов. И о чем же говорит очередной глюк? Ага, теперь понятно. А давай-ка послушаем…

– Дух Воина-Дракона, я давно не молился тебе. Знаю, что ты не слышишь, но мне нужно хоть с кем-нибудь поговорить. Жаль, что ты покинул этот мир. Твой потомок нуждается в благословении. Дай мне силы вернуть украденную святыню – твои доспехи и мечи. Мой внук погиб. Его коварно убили разбойники. Я не понимаю, как такое могло случиться, но, судя по рассказам барона, нападение было спланированным. Я учил Грэга сражаться в бою, но никак не ожидал, что он может погибнуть в мирное время по дороге в столицу. У драконов есть другие потомки. Только жаль, они из степняков, но хоть такие. Главное вернуть твои доспехи. Они святыня и гордость нашего рода. Твоего рода! Как жаль, что ты меня не слышишь! Я устал. Укажи врагов и дай мне силы на последний бой…

– Крайний, – поправил я. Терпеть не могу слово «последний» и поэтому не удержался.

Голос затих и неожиданно зазвучал вновь:

– Кто здесь?

– А кто спрашивает? – вопросом на вопрос ответил я.

– Грайден из рода Дракона! Я спрашиваю, кто здесь! Представься!

– Арсен, – ответил я и тут же услышал два голоса:

– Тристан.

– Кораций.

– Эй, а вы-то что тут делаете? Вас же в моем сне убили! – удивился я.

– Действительно, что мы тут делаем? И тут – это где? – прозвучал голос Тристана.

Вслед за ним проворчал Кораций:

– Почему тут так темно? Что вообще происходит?

– Кто такой Арсен?

– Тристан, это ты?

– Кораций, я не знал, что ты тоже тут!

– Эй, эй! А ну-как прочь из моей головы! – закричал Грайден.

– Кстати, а что мы делаем в его голове? – задал вопрос Кораций.

– Ничего не понимаю! – возмутился я. – Мне снилось, что Тристан и Кораций погибли в поединке! Как вы тут оказались? Может, я снова сплю? Да, наверное, я сплю. Только во сне могут сниться драконы и ангелы, которые испускают яркий свет.

– Немедленно прекратите говорить в моей голове! – зарычал потомок рода Дракона.

– Ты мне не командуй! Я – король Тристан I!

– Действительно, что это ты тут командуешь? Я – архимаг Кораций из княжества Магния, а по совместительству король королевства Бетроз!

– Это где? – спросил Грайден. – Я много ездил по миру. Побывал и на востоке в Кайтае, и на западном побережье, но о таком княжестве и королевстве не слышал. Эй, а может, вы демоны?

– Какие демоны! – возмутился голос Корация. – Мы живем на континенте, где обитают люди. Порождения Бездны живут восточнее, за темными княжествами…

– Ну да, а соседний материк в моем сне занимали эльфы, кстати, натуральные засранцы. Самодовольные и спесивые, – добавил я.

– А гномы? – спросил Кораций.

– Что гномы? – переспросил я.

– Гномы были? – продолжал задавать вопросы архимаг.

– Ну да, рядом с эльфами и эльдарами проживали. Кстати, во сне они мой дворец делали и стену вокруг портала. Мастера хорошие, но такие дотошные, что хоть стой, хоть падай, – ответил я.

Тут я услышал ворчание потомка Дракона:

– Вот же Враг людской! У нормальных людей безумия не бывает, а у меня сразу три демона в голове поселилось! Эй, Единственный, избавь меня от такой напасти, и я в тебя уверую! Я даже твоих паладинов и жрецов резать перестану, только убери от меня эти голоса!

– Сколько раз говорить, я – Тристан! Нынешний король Элфигара!

– Подожди, Тристан, не спеши злиться. У меня возникло несколько вопросов к Арсену, – постарался успокоить побратима Кораций. – Арсен, ты меня слышишь?

– Слышу, слышу. Какой-то странный сон, – проворчал я. – Не каждый день можно вот так запросто пообщаться с персонажем снов. Что хотел? Спрашивай.

– Скажи, Арсен, а говорят ли тебе что-нибудь имена Тира, Злата, Джалилития и Вильтэрия?

– Ну да, они во сне были моими едиными. Леди отвечали за лед и огонь. Вестница Злата людей лечила, а Тира была дочкой предыдущего архимага, которого она же при мне и прибила, – честно ответил я.

– Не знал про Тиру. Там какая-то мутная история была. А что можешь сказать про Беланию?

– Графиня эл Мараль, кажется, я ее во сне при твоей помощи от каких-то дознавателей спасал. У нее дочка Лия была. Шустрая такая. С темным даром. Ты же вроде бы ее удочерил? – вспоминал я персонажей снов.

– Да, удочерил. А что мы делали в княжестве, когда на него вестники напали? – продолжал спрашивать Кораций.

– Когда на тебя в Магической Академии или когда покушение на Тиру было? – уточнил я.

Архимаг тяжело вздохнул и сказал:

– Покушение!

– Я тогда здорово развлекся! Столько трупов было! Я «режим творца» включил и несколько сотен обезглавил. Конечно, не очень честно, но либо я, либо они! – ответил я. – А действительно, у меня очень реалистичные сны, как в жизни: кровь, боль и чьи-то вопли!

– Скажи, а как в твоем сне ты оказался тут? – задал очередной вопрос Кораций.

Я задумался и начал перечислять, что помнил:

– В том сне после того, как вы пронзили себя на поединке, я заманил супругу Аэрилис в ловушку, а сам выбрался в тронный зал. Потом общался с бывшей женой Маргой. Отправил ее на другую планету. Затем вытащил Аэру из сотворенной тюрьмы и договорился с ней. После собирался помириться на ложе любви, но со мной связалась рыжая. Ей срочно нужна была помощь, так как какой-то Поглотитель давал силы жрецу и тот почти пробил магические щиты Марги. Оставить ее в беде было нельзя, так как она пришла спасать моих сыновей. Поэтому я использовал Воплощение, которым раньше пользовалась Аэрилис. Я навелся на маяк и появился на границе защитной сети. Используя весь запас силы, я создал огненно-вакуумную сферу и под ее прикрытием рванул напролом. А что было дальше, не помню. Честно, не помню! Проснулся недавно и увидел в тронном зале драконов и каких-то светящихся крылатых людей. Я слегка их потушил, а сейчас очнулся под молитву этого Грайдена. Вроде больше ничего не было! Действительно странный сон!

– Тристан, кажется, у нас проблема, – произнес Кораций, и было слышно, что он тяжело вздохнул.

– Какая?

– Мы действительно погибли и оказались в чужом мире! – ответил Кораций.

Тристан выругался.

– А есть хорошие новости?

– Даже не знаю, порадует тебя это или нет, – произнес архимаг, – но мы тут оказались вместе с нашим покровителем. Арсен – это Ар-Шен. Так демоны называли врага, которого не смогли сокрушить в городе за туманом. А мы его знаем под именем Могучий!

– Я так и не понял, вы демоны или боги? – подал голос Грайден.

Арина сидела у камина в общем зале и смотрела на языки пламени. Никто с расспросами к ней не приставал, так как местные жители знали, что девочка не говорит на их языке. После того как она вместе с бароном приехала сюда, прискакал какой-то всадник и сказал что-то очень неприятное седому старику. Тот как-то сгорбился и удалился в покои. Слуги тоже вели себя тише воды, ниже травы. Даже Клод стал мрачнее тучи и, потребовав себе кувшин с чем-то спиртным, уселся за стол рядом с местным рыцарем Альтером, и они начали пить. В горах темнеет быстро, поэтому слуги спустили на веревке большую люстру и зажгли на ней несколько свечей. Замок погрузился в атмосферу траура и печали.

Девочка начала клевать носом, и какая-то женщина повела Арину в комнату с кроватью. Там оказалось менее комфортно, чем в замке барона. Помещение было сырым, неуютным и почти нежилым. Было видно, что тут довольно редко бывают гости. Девочка разделась и легла под одеяло. Поежившись от холода, она накрылась с головой, оставив только маленькую щелочку для носа. Вроде бы у камина она почти заснула, но стоило добраться до постели, и сна ни в одном глазу. Она поворочалась немного, посчитала овец и, когда дошла третьей сотни, вспомнила анекдот про человека, который считал таблицу умножения и при «семью девять» вынужден был встать за калькулятором.

Наконец Арина настолько расслабилась, что пришло пограничное состояние, когда человек, перед тем как заснуть, буквально несколько секунд слышит чужие голоса. Обычно она не успевала понять, о чем говорят, и просто проваливалась в омут сна. Но в этот раз ей удалось осознать, что беседу ведут четыре человека и один из них старый маркграф. Арину удивило то, что она понимала смысл сказанного…

– …строго говоря, бог тут только один, а мы находились под его покровительством, – произнес тот, кто представился Корацием.

– Слушай, а почему мы не отправились в мир мертвых? Или я чего-то не понимаю? – задал вопрос Тристан.

– Когда я учился в Академии Магии, мне на глаза попался труд одного жреца. Тот утверждал, что Воплощением может стать только тот, кто посвящен богу. Мы приносили ему клятву верности, а значит, перешли под его покровительство и в жизни, и после смерти! – пояснил Кораций.

– Ты хочешь сказать, что мы его рабы? – возмутился Тристан.

– Ну почему сразу рабы? – удивился архимаг. – Мы его соратники. Хоть раз в жизни он навязывал тебе свое мнение? Конечно, он иногда пользовался нашими телами и кромсал врагов с особой жестокостью, но ни разу не заставил меня сделать что-то против моей воли. Я знал, что он берет управление только в экстренном случае…

– Ну да, на экзамене с Кирой я дрался сам, а вот когда она нарушила правила и к ней на помощь пришли Шивва и вампирша, он отстранил меня. Я получил управление телом только утром в постели с крылатой и Силиией. Пожалуй, насчет рабов я слегка погорячился, – признал Тристан.

– Эй, демоны-боги или как вас там, – послышался голос маркграфа, – я хочу спросить, вы можете мне помочь или весь ваш разговор – простое переливание из пустого в порожнее?

– Теоретически если в этом мире есть магическая сила, то можно попробовать передать тебе часть, – начал рассуждать Кораций. – Получив энергию от покровителя, мы становились невероятно быстрыми и сильными, но для этого тебе придется стать Воплощением Могучего. Чтобы это случилось…

– Стоп, я потомок Воина-Дракона и ничьим слугой становиться не собираюсь! – резко оборвал его Грайден. – Если нет другого способа, то зачем вы мне нужны? Пользы от вас никакой, а если я захочу послушать сказки, то позову бардов и трубадуров.

– Действительно, зачем мы отвлекаем человека от молитвы? Он сейчас в трудном положении. У него внука убили. Святыню забрали, а мы ему про какую-то теорию говорим, – произнес Могучий. – Грайден, я так и не понял, почему мы тебя слышим. Ответь, там, где ты находишься, много людей?

– Да, я в замке, и тут сотни моих воинов, – сказал маркграф.

– И никто нас не слышит? – удивился Кораций.

– Я слышу! – неожиданно для себя произнесла Арина.

– Кто сказал «мяу»? – спросил Могучий.

– Я не кошка и «мяу» не говорила! – обиделась девочка.

– Кто ты? – поинтересовался Тристан.

– А, эта девочка сегодня с Клодом в замок приехала, – произнес Грайден и добавил: – Я и забыл о ней! Барон говорил, что она Арина – дочь Дракона, но у нашего рода не рождаются девочки! Только единственный мальчик от одной женщины!

– Почему единственный? – спросил Кораций.

– Вероятнее всего, женщины умирали от кровопотери во время родов или просто были не в состоянии выносить плод, – предположил Могучий.

– Именно так, – проворчал Грайден.

– У меня сотни жен так умерли, пока я не понял, что нужно делать их частью себя… – поделился Могучий.

– Как это? – спросил маркграф.

– Нужно напоить ее собственной кровью и мысленно представить женщину частью себя, тогда ты сможешь поделиться с ней силой, – пояснил Могучий. – Кстати, Арина распространенное имя в этом мире?

– Нет, я впервые такое слышал! – признался Грайден. – А как делиться силой с женой?

– Ты свечение вокруг тел видишь? – уточнил Кораций.

– Нет!

– Тогда это пустой разговор, – сообщил Могучий. – Арина, а откуда ты? И что тут делаешь?

– Издалека. Я ищу маму и папу. Они пропали много лет назад. Я вошла в одну комнату, попросила привести меня к ним и оказалась на какой-то полянке в лесу, – рассказала Арина.

– Если кроме тебя и Грайдена нас никто не слышит, то можно предположить, что вы одаренные и можете оперировать силой. Арина, скажи, а ты видишь какое-нибудь сияние вокруг людей?

– Да, на днях научилась, – сообщила девочка.

– И каково тебе ходить и видеть сияние вокруг людей? Сильно раздражает? Голова не болит? – с участием поинтересовался Кораций.

– Сложности были первые пару дней, а потом мне тетя Юна показала, как закрывать третий глаз, – поделилась Арина.

– Юна? Юна Полини? Белокожая брюнетка? – уточнил Могучий.

– Откуда вы ее знаете? – удивилась девочка.

– А твоих родителей зовут Георгий и Энжела? – продолжал задавать вопросы четвертый голос.

– Да! Вы их знаете? Где они? – воскликнула Арина.

– Арина, а почему ты не в Лондоне или, как минимум, не с Мариной?

– Я хотела найти маму и приехала в Москву, – прошептала девочка. – Но я не понимаю, откуда вы это знаете?

– Я – Арсен! И судя по всему, мой подарок впитался в твое тело. Потому-то ты и начала видеть ауру.

– Могучий, кто эта девочка? – спросил Тристан.

– Это моя давняя знакомая, – послышался смешок Арсена. – Грайден, позволь тебе представить дочку Воина-Дракона! Наверное, ее можно было бы назвать твоей прапрапратетушкой!

– Ничего не понял! – возмутился маркграф. – Какое отношение она имеет к моему роду?

– Она дочь основателя рода Дракона, – пояснил Могучий. – Ладно, это лирика. Меня интересует, где я сейчас нахожусь и почему не могу пошевелиться?

– Это что-то странное, – проворчал Грайден. – Если я правильно понял, то это именно ты лет десять назад напал на Единственного бога и это тебя назвали Врагом людским. Если это так, то ты находишься где-то в моих горах, но я посылал охотников найти место падения, и они ничего не нашли.

– Ты сам ходил на поиски? – спросил Арсен.

– Мне в то время было восемь десятков лет. Неужели ты думаешь, что в таком возрасте я буду скакать по скалам? – заявил маркграф.

– А если я научу тебя концентрировать силу? – спросил Могучий.

– Как это?

– Специальная печать для сбора энергии. Ты вырежешь ее на твердой поверхности, и когда сожмешь в руке, то в тебя польется поток силы…

– Это может быть опасно, – сообщил Грайден. – А вдруг ты собираешься меня проклясть?

– Зачем? Мы же помогаем тебе? – удивленно воскликнул Арсен.

– Демоны лжецы! Ты хочешь, чтобы я освободил тебя из плена, а потом просто обманешь меня! – предположил маркграф.

– Слушай, Грайден, мне не нужно тебя обманывать. Если не хочешь меня искать, не ищи. Укажи направление Арине, она сама пойдет на поиски моего тела…

– Ты хочешь задурить голову маленькой девочке, но я не позволю тебе!

– Я с ней знаком лично. Мы гуляли с Ариной по торговому центру вместе с ее телохранителями и моей соседкой Настей, – начал убеждать маркграфа Могучий.

– Значит, она тоже демон и ее нужно отдать инквизиторам, – заявил Грайден. – В очистительном огне горят все!

– Слушай сюда, старый хрыч! – зарычал Могучий. – Если с ее головы упадет хоть один волос, я тебя пор-р-рву!

– Ха-ха-ха! Действует! – рассмеялся маркграф. – Слушай, а у тебя в роду драконов не было? Уж больно интонации знакомые.

– Вообще-то Могучий – Прародитель драконов, – сказал Кораций.

– Я сам не видел, но тоже слышал, что он может превращаться в огромного дракона, – добавил Тристан. – Нам про него Карата рассказывала. Он армию Совершенных на клочки разорвал. Она тогда случайно под удар хвостом попала и отлетела в море.

– Прародитель? – уточнил Грайден. – Это получается, он старше Воина-Дракона?

– Я ученик Прародителя, – признался Арсен. – Твой предок старше меня, но это сейчас не важно. Отпусти девочку, или я за себя не ручаюсь!

– И как же ты собираешься меня достать? – спросил маркграф. – Ты же даже не знаешь, где сейчас сам находишься!

– Не зли меня! – почти рычал Могучий. – Я не знаю, как выбраться, но то, что доберусь до тебя, это я тебе гарантирую!

– Ха-ха-ха! Смешно! – рассмеялся Грайден. – Я одной ногой в могиле! Мне не жить и меня никто не напугает смертью! Я воин из рода Воина-Дракона! Мне ничего не страшно! Я готов сразиться с тобой, если ты доберешься до меня! И знаешь что, я принимаю твой вызов! Завтра на рассвете мы с этой девочкой отправимся в горы. Если ты знаешь, как помочь тебя отыскать, то подскажи. Коль мы и в этот раз не найдем тебя, то, значит, это судьба и я отправлюсь на равнину один, чтобы отыскать доспехи моего предка! Я все сказал!

– Если ты откликнешься, то я пойду на зов… – пообещала Арина.

– Да будет так! – произнес Могучий, и голоса в голове девочки стихли.

* * *

Утром маркграф распорядился готовиться к походу, а сам вместе с гостьей уехал в сторону подъема на скалы. Коня он оставил у начала тропинки, а сам пошел пешком. Верные воины предлагали сопровождение, но он отказался, мотивируя это тем, что должен поговорить с духами предков. Ратники переглянулись, предполагая, что старик от горя сошел с ума, но настаивать на путешествии по горам никто не стал.

Девочка уверенно вела старика наверх, легко перепрыгивая со скалы на скалу. Сам Грайден с трудом передвигался, и лишь сила воли вела его к вершине. Они не разговаривали вслух, так как девочка не понимала его языка, но, если ей нужно было что-то спросить, она концентрировалась и посылала в сторону маркграфа мысленный вопрос. Он впервые слушал о таком способе общения, но признавал его очень удобным. Особенно если дышишь как загнанная на скачках лошадь.

К концу второго дня Арина уверенно указала на большой валун, под которым находился Арсен. Судя по всему, он падал с большой высоты и пробил глубокую воронку, на которую сверху упал большой камень. Попытка сдвинуть кусок скалы оказалась безрезультатной. Поэтому девочка нарисовала несколько странных символов на поверхности камня, села в позу лотоса и закрыла глаза. Маркграф никак не мог понять, что она делает. Тут послышался равномерный гул. Каменное основание задрожало, и огромный валун медленно приподнялся в воздух.

Арина мысленно попросила Грайдена оттолкнуть его в сторону. Он удивился такой просьбе, так как понимал, что кусок скалы должен весить как сто человек. После того как маркграф уперся ладонью в шершавую поверхность, он осознал, что легко может сдвинуть валун с места. Грайден поинтересовался у девочки, как ей удалось поднять скалу. И почему пленник камня сам не смог освободиться из темницы? Она пояснила, что символы, которыми она расчертила поверхность камня, при наполнении энергией делают предмет легче в несколько раз, поэтому валун весил не десять тонн, а был даже немного легче воздуха. Сам пленник такую операцию проделать бы не смог, так как ему не добраться до сторон камня. Оставалось только ждать и копить силу. Со временем он бы и сам столкнул валун с импровизированной могилы. Но на это у него ушли бы годы.

Маркграф и девочка заглянули вниз. В глубокой нише они увидели темную сферу диаметром в три локтя. Арина произнесла:

– Колыбель Дракона! – и положила на нее руки. Стенки растаяли, и девочка сказала: – Это точно Арсен.

Грайден смотрел на того, кто собирался его порвать. Честно сказать, мужчина, свернувшийся калачиком, не производил впечатления какого-то могучего героя. Когда он распрямился, маркграф внимательно рассмотрел гостя. Чуть выше среднего роста, атлетически сложенный брюнет с короткими волосами. Он был облачен в доспехи странной формы: поножи и набедренники поверх ламеллярных штанов, широкий пояс с нашитыми на него металлическими пластинками, расположенными внахлест. Причем крепление как у кавалеристов – нижние пластинки перекрывают верхние. Выполненный из широких и прочных полос металла нагрудник. Его пластины соединялись на горжете с бувигером – наподбородник прикрывал нижнюю челюсть, шею и верхнюю часть грудины. Элементы ламинарной брони сходились в области сердца и крепились специальным медальоном с прозрачным камнем. Шлема и кольчужного капюшона не было. Наплечники с дополнительными пластинами плавно опускались на широкие наручни. Спина у этого доспеха была открыта, будто говоря окружающим, что этот человек не собирается показывать ее врагам. Именно там были прикреплены ножны с мечами, но не как на доспехах Воина-Дракона, а рукоятями вниз. Облачение гостя говорило о том, что его манера боя заточена под активное фехтование парными клинками.

Грайден присмотрелся и понял, что значительно крупнее этого так называемого Могучего. Он начал сомневаться в правильности принятого решения. Это не воин, а какой-то скоморох, изображающий из себя павлина или попугая. Зачем нужны были такие яркие контрасты на доспехах? Золото с белым! Словно на парад собрался или на турнир. Собираясь сказать какую-то грубость, маркграф увидел, как Арсен вскочил и, подбежав к старику, схватил его за горло. Ноги потеряли точку опоры. Их глаза встретились. Взгляд брюнета проникал в душу, и Грайден потерял сознание…

– Арина, этот старый хрыч много путешествовал и знал разные языки. Я буду давать тебе по одному каждый день. Ты понимаешь почему? – услышал маркграф голос брюнета.

– Да, чтобы мозги не закипели, – ответила девочка. – А почему ты зовешь его хрычом?

– Потому что он обозвал меня скоморохом! Меня! Самого кровожадного и беспощадного Бармалея назвать павлином и попугаем! Я оскорблен до глубины души! А душа у меня бездонная! – возмутился Арсен.

– А что значит Бармалей? – не поняла шутки девочка.

– А, я забыл, что ты в Англии воспитывалась! В одной сказке был такой разбойник. Он обижал маленьких детей и был плохим, – пояснил Арсен.

– А когда ты детей обижал? – серьезно спросила Арина.

– Нет, ну я так не играю! Что ты за человек! Шуток не понимаешь! – состроил обиженную рожицу Арсен.

– Я взрослая! Не нужно со мной как с ребенком! – возмутилась девочка.

– Уговорила бесхарактерного! Ты у нас взрослая! Значит, будем с тобой как со взрослой. Сейчас ты полностью разденешься и представишь себя такой, на какой возраст ты себя ощущаешь, – спокойно произнес Арсен.

– Зачем? – поинтересовалась Арина.

– Вот мне так хочется!

– А если серьезно? – не унималась девочка.

Арсен пояснил:

– Пока ты отдыхала после принятия знаний языка, я провел один сложный ритуал. Видела, как я вливал в хрыча часть крови? Тонкостей ты не поймешь, но смысл такой – нужно представить себя взрослой девушкой со сформировавшейся фигурой. Это магия совершенных созданий. Наполняя тело силой, ты сможешь вырасти…

– Так не бывает! – решительно заявила девочка.

Арсен хмыкнул:

– Хм, это магия, детка! Когда ты дорастешь, я тебя научу, а пока раздевайся и ложись на спину…

– А раздеваться зачем? – серьезно спросила Арина.

Он тяжело вздохнул и начал объяснять:

– Твоя одежда рассчитана на девочку десяти лет. Если ты начнешь сейчас расти, то вещи будут сдерживать тебя и причинят боль. Значит, ты потеряешь концентрацию, и придется начинать сначала. А запас сил на этой планете не безграничен. Если ты меня стесняешься, то отойди за скалу и постели плащ. Когда закончишь, в него же и закутаешься. Если я правильно понимаю, то ты станешь взрослой девушкой с женственной фигурой.

– Нет, я лучше под твоим присмотром это сделаю, – решила Арина и быстро разделась.

Арсен усмехнулся и положил ладонь ей на лоб. Девочка закрыла глаза и начала равномерно дышать.

Грайден приподнялся, опираясь на локти, и посмотрел в их сторону. Он увидел, как тело девочки начало сиять, словно луч небесного светила, отразившийся от зеркала. Постепенно свет погас, и брюнет накрыл тело молодой девушки плащом. После этого Арсен поднялся, посмотрел на маркграфа и с усмешкой поманил его пальцем. Грайден медленно встал и вынул мечи. К сожалению, это были обычные клинки, а не его родовое оружие. По старой привычке он носил их за спиной и перед боем, распуская ремни, скидывал ножны в сторону. У мечей Воина-Дракона такой проблемы не было, так как клинки были тонкими и могли сгибаться в дугу, в то время как специальные ножны словно выталкивали оружие наружу. К сожалению, мечи пропали вместе с доспехами предка.

Арсен пожал плечами, и тут в его руках появились два клинка, которые он моментально выхватил из-за спины. Он поманил маркграфа рукой и наблюдал за тем, как старик, вспоминая арсенал приемов, начал атаковать. Грайден прощупал оборону и перешел к активным действиям. Он полагал, что годы дадут о себе знать, но, к его удивлению, одышка не появилась, пульс почти не участился, рука ни разу не дрогнула. Маркграфа удивило, почему его противник только защищается. Арсен ни разу не перешел в нападение. Это разозлило Грайдена, так как он предположил, что молодой человек дает старику фору. Он ускорился, как мог, и начал замечать, что даже в молодости ему не удавалось так быстро проводить приемы. Осознав это, маркграф сделал шаг назад и спросил:

– Что произошло? Почему я не устал?

– Ты просил силу на крайний бой, я тебе ее дал! – ответил Арсен. – Ты стал моложе.

– Но у меня до сих пор седая борода! – констатировал Грайден.

– Не спорю, – усмехнулся Арсен. – Было бы странно, если бы ты ушел старцем, а вернулся добрым молодцем. Ты потерял внука, так что у тебя будет возможность жениться и завести не одного, а сразу нескольких сыновей. Ты же помнишь, что нужно напоить жену каплей крови…

– Но я не вижу сияния вокруг людей… – возразил маркграф.

– Ритуал, который я провел на тебе, позволяет видеть суть вещей. Магией ты, конечно, не владеешь, но твои возможности слегка расширятся. И раз ты не захотел быть моим Воплощением, я сделал тебя побратимом. Теперь я смогу смотреть твоими глазами и в случае чего подсказать выход из непростой ситуации. То же действует и в мою сторону: если мне понадобится твоя консультация, ты сможешь описать местные обычаи, – пояснил Арсен.

– Тогда такой вопрос: как ты объяснишь то, что я ушел в горы с девочкой, а вернулся с молодой женщиной? – поинтересовался Грайден.

– Скажешь, что встретил ее родителей, так как они ждали дочку именно в горах, на тайном месте рода Дракона. В благодарность за твою помощь родственники выделили тебе бойцов… – начал пояснять Арсен.

– У нашего рода не рождаются девочки, – четко отрапортовал маркграф.

– Объяснишь, что мы побочная ветвь, – отмахнулся Арсен. – Ребенок, давай решать, мы будем менять тебе имя или скажем, что у твоих родителей традиция называть дочерей Аринами?

– Я не ребенок и не хочу брать себе другое имя, – ответила девушка, закутавшись в плащ. – Мне нужна одежда. Моя прежняя на меня не лезет. Даже…

– Я понял, ребенок, – усмехнулся Арсен.

Он снял с себя доспехи, и оказалось, что пластинки были нашиты на тонкую белую ткань, напоминающую шелк с мягкой подкладкой. Поножи, набедренники, пояс, нагрудник, горжет с бувигером, наплечники и наручни он сложил отдельно. Оставшись в набедренной повязке, Арсен передал белую одежду Арине.

– Начерти пальцем на вещах вот такой знак и мысленно подай в него силу. Это бытовая магия. Она позволит очистить одежду даже без воды. Вот видишь, теперь вещи чистые, словно после стирки. Ты выросла, и тебе почти впору.

– Зачем ты отдаешь мне доспехи? – удивилась Арина.

– Изначально они были одного крылатого вестника. Видишь, спина полностью открыта, – показал Арсен. – Скажем так, это трофей. Я забрал его у должника по случаю, но мне такой фасон не нравится, а для тебя в самый раз. Видишь, камень накопителя разряжен. Когда там была энергия, то из наручней выскакивали пластины, имитирующие щит. Они разборные и гибкие. Сейчас я их сниму и повешу на спину. Это у вестников там крылья, а тебе защита нужна.

– А разве щит не важней? – спросила она.

– Ребенок, смотри, у этих лат полностью открыта спина. Там даже подкладки не бывает. Им просто не нужно. Крылья проходили между ножнами и не мешали друг дружке. Холодно вестникам не бывало, так как перья могли согреть даже высоко в небе, где постоянно дуют ветра. А тебе будет поддувать, и ты можешь заболеть. Сейчас щитки разберем…

– Не надо, – твердо решила Арина. – Я сейчас старую майку под доспехи надену, а на спину потом какую-нибудь железку прилажу. От холода пока плащом прикроем. Лучше вот что скажи: ты собираешься отдать мне одежду, доспехи и мечи? А сам что, голым будешь ходить?

– Ребенок, давай меняться: ты мне малую часть невербона, а я тебе латы. И возьми вот эти браслеты. Они обычно содержат мечи, но в этот раз я переселил туда двух духов. Их зовут Тристан и Кораций. Они тебе не слуги, а наставники. Судя по тому, какие знания тебе дала Юна, я могу понять, что магией ты владеешь на уровне ниже среднего. Архимаг Кораций знает заклинания с небольшим расходом сил. А Тристан будет вести тебя в бою, так как на мечах ему не было равных. И тебе нужно научиться резать людей.

– За-за-зачем? – заикаясь, спросила ошарашенная Арина.

– Смотри, первый бой за тебя проведет Тристан. Он покажет, что нужно делать, и его рука не дрогнет. Он давно не ребенок. Потом он будет только наблюдать и страховать. В случае чего подскажет, где ты ошиблась. Кораций также проведет твой первый магический поединок. Ты не должна бояться новых способностей. Это дар, а не проклятие. И запомни, что они твои соратники, так что обижать их не рекомендуется. Как только я пойму, что ты в состоянии за себя постоять, эти браслеты вернутся ко мне.

Арина полностью облачилась в доспехи и сверху накинула плащ, на котором спала в этом походе. Старые вещи она свернула и спрятала в сумку. После присела в позу лотоса и закрыла глаза. Было понятно, что она знакомится с духами Корацием и Тристаном. Арина поднялась на ноги и, мгновенно обнажив мечи, начала танцевать, проделывая комплекс разминочных упражнений.

Грайден понаблюдал за ней и даже попытался повторить какой-то сложный прием, замеченный у девушки. Осознав, что она движется слишком стремительно, он прекратил это бесполезное занятие и перевел взгляд на брюнета. Арсен так и остался стоять в одной набедренной повязке. Его тело было увито сплошными мускулами и сухожилиями. Он попрыгал вверх, и было видно, что ему это легко удается. Грайден сказал, что ходить без одежды не принято, и отдал ему плащ. Накинув обновку на плечи, тот сразу приосанился и будто стал выше. Потом проворчал, что силы в этом мире почти нет, поэтому придется остановиться на росте обычного высокого человека. Только сейчас маркграф обратил внимание на то, что не смотрит на Арсена сверху вниз. Теперь они были одного роста. Старый потомок Воина-Дракона считался довольно крупным мужчиной, впрочем, как и большинство представителей его рода. Арсен снова попрыгал и сообщил, что в этом теле, особенно в условиях практической потери доступа к энергетическим потокам, он становится всего лишь очень сильным и быстрым человеком. Теперь у него не получится принимать на расширенную ауру чужие удары, так что придется облачиться в доспехи. Маркграф практически ничего не понял из его речи, но пообещал подыскать ему что-нибудь из старого облачения.

Ночь они провели в небольшой пещерке, и, хотя тут был собран небольшой запас дров, этого не хватило на поддержание тепла до самого рассвета. Арсен замерз. Он начал ходить кругами, чтобы разогнать кровь. Грайден молча наблюдал за несуразными действиями этого странного человека. Потом указал пальцем на плащ и костер. Арсен оделся и присел поближе к огню. Очень скоро он перестал дрожать и даже улыбнулся. Арина с недоумением следила за Арсеном и никак не могла понять, как он мог так сильно измениться за прошедшее время. Вроде бы взрослый мужчина, а ведет себя как совершенно неподготовленный юнец, впервые оказавшийся на природе.

Утром она задала ему этот вопрос, и тот ответил, что хотел проверить, надолго ли хватит терпения старого хрыча. Оказывается, представитель рода Воина-Дракона совершенно нетерпеливый, поэтому с ним лучше не шутить. К вечеру они спустились в долину, и только тогда в качестве маскировки Арсен накинул плащ с капюшоном. Когда трое путников подошли к воротам замка, Арина обратила внимание на то, что Арсен светится в энергетическом плане. Он объяснил ей, что это стоит печать отвлечения внимания, чтобы никто не заметил, что под плащом нет одежды. Еще Арсен добавил, что привык к безграничным запасам энергии, а тут почти полная пустота. После рекомендовал особо не транжирить силу, так как восполнять ее придется мучительно долго.

Вернувшись в замок, они застали в общем зале пьяного Клода. Слуги подливали ему вино, и барон совершенно не задавал вопросов. Его не интересовало, куда делись девочка Арина и старый маркграф. Он просто пил и поминал молодого Грэга, бездарно погибшего по дороге в столицу.

Известие принес один из стражников свободного городка Прильск. Именно туда приезжал молодой отпрыск рода Дракона для продажи богатой добычи из северных княжеств или из-за Степного моря из султаната Артилия. Юного Грэга и его ратников многие знали, поэтому после того, как их обнаружили мертвыми на дороге, глава города отправил гонца к отцу. Маркграф собирался похоронить его в семейном склепе и послал десяток ратников, чтобы те забрали тело молодого господина. Пока они ездили, Грайден сходил в горы и теперь вернулся обратно с надеждой на то, что ему удастся обнаружить украденную святыню и отмстить за смерть внука.

Глава 6

Арина и подумать не могла, что ее детская мечта стать взрослой наконец-то осуществится. Втайне от взрослых она щупала выросшую грудь и радовалась тому, что ее миновал период прыщей. Вот так – раз, и чудо случилось! И она теперь взрослая! Это действительно какое-то волшебство. Но большее удивление вызывали ее нынешние наставники Тристан и Кораций. Она и подумать не могла, что сможет научиться махать мечом и так быстро колдовать. Разумеется, Духи ее поправляли и пытались вдолбить уважение к оружию. Они заявляли, что мечом она не машет, а владеет на уровне мастера, так как тело после вливания крови Совершенного создания стало невероятно быстрым, гибким и выносливым. А сильной она была и раньше, потому что тяготение на этой планете значительно меньше, чем на Земле.

Архимаг ругался, когда она называла плетения и заклинания обычным колдовством. Но тут особого рвения почитать морали не наблюдалось. Просто энергии для действительно мощных заклятий не хватало. То, что она сейчас изучала, можно было называть баловством первокурсников. Хотя кое-что, вроде бытовой магии, изучали на четвертом курсе. Арина не собиралась учиться в Академии, поэтому не обращала внимания на такие мелочи. Она просмотрела несколько рисунков в блокноте и осознала, что Юна нахваталась по верхам и ее знания были из разных направлений. Но эта эффектная женщина осталась в ее памяти как первый учитель магии.

Наконец привезли тело Грэга ле Дракон. Маркграф торжественно похоронил его в склепе и на следующий день во главе полусотни ратников отправился в городок, где было совершено нападение на его внука. Арина ехала на молодой кобыле рядом с Грайденом и Арсеном.

Как маркграф и обещал, он позволил гостю покопаться в личном арсенале. Арсен выбрал старый ламинарный доспех и полностью его переделал, добавив несколько металлических вставок на живот и грудь. Получилось не так чтобы красиво, но в этой защите он не утратил подвижности и мог использовать два меча. Арина слышала, как долго он ругался, глядя на стандартные одноручные мечи-каролинги. Мягкая сердцевина и твердое лезвие, большое навершие на рукояти в виде шара или сердечка. Таким оружием можно только рубить, прилагая максимум усилий. Для изящного фехтования такие клинки совершенно не подходили. Арсену пришлось переделывать мечи. Перековки со специальными добавками не понадобилось, так как маркграф не держал откровенного хлама, но гравировка магических рун позволила сделать клинки более острыми и твердыми. После он просто расплющил навершие и удлинил рукоять – получился почти полуторник или нечто напоминающее бастард. Теперь он мог держать меч как прямым, так и обратным хватом. После он попытался сделать такие же ножны, как у Арины, чтобы мечи висели острием вверх, но, как он сам потом говорил: «Факир был пьян, и фокус не удался». Пришлось переделывать стандартные ножны, обрезая верхнюю часть, и соединять их крест-накрест в держателе на ремне. Устья неполных ножен он тоже скрепил между собой, чтобы получилась жесткая конструкция. Благодаря этим нововведениям мечник мог мгновенно вынуть клинки и сразу рубить противника. Конечно, во время дождя мечи намокали, но для ненастья у него был непромокаемый плащ. Теперь Арсен носил клинки на манер Грайдена за спиной рукоятями вверх. Поковырявшись в арсенале, он подобрал Арине кольчужный капюшон и переделал нормандский шлем в салад с забралом. Учитывая то, что бувигер-наподбородник на этой броне присутствовал, такой тип шлема прекрасно подходил для ее нового доспеха. Кстати, Арсен и позолоту затемнил, чтобы не так выделялась на общем фоне. Как потом выяснила Арина, ее представили юным наследником, так как женщин-воительниц в королевствах не жалуют. Инквизиторы стараются обвинить их в сговоре с Врагом людским или, как минимум, в черном колдовстве. Теперь она стала зваться Арин ле Золтодрак, а Арсен стал ее дядей-наставником. Действительно, золоченые доспехи выглядели очень дорогими, в то время как переделки Арсена были далеки от совершенства.

Маркграф заявил, что юный отрок отправился на встречу к сестре. Узнав о гибели дальнего родича Грэга, молодой аристократ решил поспособствовать возврату украденной святыни рода. На вопрос Клода о судьбе девочки Арина сообщила, что отправила ее в путь по степи в сопровождении воинов охраны, в то время как сама остается вместе с наставником. Если кто не поверил, то держал сомнения при себе.

Ратники снисходительно посматривали на смазливого юнца. После того как во время стоянки произошел тренировочный бой между Ариной и Грайденом, ратники начали относиться к ней с уважением. Просто маркграф предложил воинам размяться. В девяносто лет он носился как заведенный и пропустил через себя более десятка противников. Потом он позвал юного аристократа и не проиграл только потому, что Арсен попросил девушку сдерживаться. Чуть позже сам брюнет погонял ученицу и в поединке она уступила наставнику.

Ратники видели, с какой скоростью работает Арсен. Если изначально у них возникало желание проверить нового спутника на слабо, то после показательного выступления сомнения отпали. Рядом с их любимым стариком находился действительно сильный воин.

Наконец они приехали в свободный городок Прильск. Он располагался на берегу озера, и вся торговля с северными княжествами проходила через него. Официально это был королевский город, но власти настолько погрязли в махинациях с налогами, что градоначальник считался самым коррумпированным человеком восточной части королевства.

Берг ли Персет не понаслышке знал о крутости нрава Кровавого Жнеца и старался ему угождать. Он понимал, что если маркграф пожелает, то градоначальник перейдет в разряд воспоминаний. И не спасут его хорошо обученные наемники, так как свирепость мужчин из рода Воина-Дракона была на слуху у обывателей. Когда-то давно предшественник Берга попытался обидеть тогда живого сына маркграфа. Юноша слегка расстроился и перебил больше полусотни воинов охраны, а спустя декаду приехал сам Грайден и не застал градоначальника на месте, так как он трусливо сбежал в столицу жаловаться королю. В те времена королевством правил Киралор IV. Он выяснил подробности и назначил на место главы города Берга ли Персет. С тех пор в Прильске частенько можно было встретить кого-нибудь из рода Дракона.

В этот раз процессия из полусотни всадников пугала градоначальника. Умом-то он понимал, что ни в чем не виноват, но кто знает, что может подумать старый маркграф? Вдруг он решит, что Грэга убили по приказу главы города? Тогда полусотня легко превратится в несколько сот разъяренных ратников, и даже статус королевского города не спасет их от разорения и гибели. К тому же отец Сильвантий, жрец Единственного бога, постоянно нудел под ухом, требуя обвинить старика во всех смертных грехах. Градоначальник знал, что маркграф не жалует жрецов и особенно инквизиторов, а они просто мечтают отправить его на костер за язычество и поклонение Врагу людскому.

Арина стала свидетелем очевидного хамства со стороны маркграфа. Он с таким пренебрежением осмотрел жреца, что она ощутила легкий дискомфорт и даже посочувствовала оскорбленному «колобку» в белой рясе. Заметив ее взгляд, отец Сильвантий начал вещать, пытаясь нести свет истины в беспросветную жизнь столь очаровательного отрока. Девочка воспитывалась в догматах, что священники – люди уважаемые и их нельзя обрывать на полуслове. Вот и слушала эту проповедь. Тристан и Кораций едко комментировали утверждения жреца, а девочка слышала каждое слово духов-наставников и с трудом сдерживалась, чтобы не рассмеяться.

Наконец общение маркграфа с градоначальником завершилось, и Арсен позвал девочку за собой. Они собирались отправиться за город на то место, где были обнаружены тела погибших. Неприятным сюрпризом стало появление жреца в их колонне. Он сидел на муле и, пристроившись рядом с Ариной, продолжил проповедовать об истинной вере в Единственного бога. И Тристан, и Кораций давно утомились обсуждать глупости жреца и теперь просто наблюдали за ее внутренней борьбой. С одной стороны, это неприлично – прерывать собеседника, а с другой – он вцепился в нее как клещ, и она почувствовала раздражение и головную боль.

Тут к ней подъехал Арсен и как бы невзначай вклинился между ее кобылой и мулом жреца. Затем он начал задавать отцу Сильвантию вопросы и после каждого ответа подъезжал к нему ближе, якобы чтобы свет истины не проходил мимо жаждущего знаний. Чем дальше, тем хуже. Отец Сильвантий вдруг вспомнил о назначенной встрече и развернул мула обратно в город.

Арсен подъехал к Арине и с усмешкой произнес:

– Ребенок, понятие «энергетический вампир» тебе о чем-нибудь говорит?

– А я понять не могла, почему он меня раздражает?! – воскликнула Арина. – А почему он от тебя сбежал? Ты ему угрожал?

– Зачем? Я бил тем же концом по тому же месту, – пояснил Арсен. – Я откачал энергию, которую ты ему так легко подарила. Ребенок, он нашел твое слабое место. Тебя раздражал его сальный взгляд, прикрытый благочестивой речью.

– Это так мерзко, – проворчала Арина.

Арсен с ехидцей добавил:

– Это что, а сейчас осознай, что он-то думал, что ты отрок мужского пола! Вот если бы он знал, что ты девочка, то его глаза метали бы гром и молнии, требуя снять всю броню и войти в храм, чтобы покаяться в грехах. И тогда бы он предложил разобраться: а может, отрок служит Врагу людскому?

– Какие гадости ты говоришь, – скривилась Арина.

– Ерунда, вот если бы твой жрец узнал, что только что беседовал с этим так называемым Врагом людским, который числится твоим наставником. Представляешь, сколько бы гадостей он на тебя вылил?

– С чего ты это взял? – удивилась Арина.

– Лет десять назад оба моих сына пришли сюда на призыв ведьмы. Оказавшись в мире без энергии, они позвали мою бывшую жену. На нее сразу напали местные инквизиторы, и она обратилась за помощью ко мне. Так вот, пока я прорывался сюда, такое светопреставление устроил, что их местный божок бросил все силы на отражение моей атаки. Жрецы назвали это борьбой Единственного бога с Врагом людским. Жаль, что я его не прибил. Он как-никак на своей территории, так что божок отделался легким испугом.

– Ты это серьезно? – поинтересовалась она.

– Ну да! Мне тогда сильно досталось. Я почти все силы потратил, а подпитки нет. Этот божок всю энергию себе тянет, потому и жрецы у него такие ушлые. Найдут слабое место человека и давай его раздражать. И послать его нельзя, вмиг обвинят в ереси и поклонении Врагу людскому. А таким только одна дорога – на очистительный костер!

– Это ужасно! – воскликнула Арина.

Арсен спросил:

– Ребенок, ты обратила внимание на символ его веры? Медальон поверх рясы. Там в кружочке линии расчерчены были. Что-то вроде малой спирали. Если ты заглянешь в блокнот, то увидишь, что Юна дала тебе чертеж и сообщила, что это печать для сбора силы. Кораций ее не знает, так как на Аэрилисе есть энергия, а на Земле она жизненно необходима. И тут она нужна, так как магический фон очень слабый.

– Но ведь это воровство! – возмутилась она.

– Ребенок, ты преувеличиваешь, – усмехнулся Арсен. – Бог не может воровать. Он экспроприирует на законных основаниях…

К ним подъехал Грайден и, указав на небольшую рощу, сказал:

– Я думаю, именно там было совершено нападение.

– Понятно. Действуем, как договорились, – тихо сказал Арсен, а после громко произнес: – Арин ле Золтодрак, именно тут был убит Грэг ле Дракон. Давайте почтим память павшего, сойдя с коней. Помолимся, чтобы дух нашего родича нашел пристанище.

Арина не понимала, для чего нужно опускаться на одно колено и класть руку на плечо Грайдена. Старый маркграф порезал ладонь, и капли крови оросили дорогу. Когда рядом присел Арсен и прикоснулся к ней, в голове послышался шум битвы. Она прикрыла глаза и будто перенеслась в тот момент, когда было совершено нападение.

Вот та же роща. По ней едут всадники. Веселые, жизнерадостные, на лицах улыбки. Шлемы приторочены к седлу. Предводитель скачет третьим. Это молодой человек, очень похожий на Грайдена – такой же мужественный и красивый. Он что-то увлеченно рассказывает спутникам. Неожиданно он отклоняется назад и, подняв руки, хватается за мечи. Первые две стрелы прошли мимо его лица, но третья пробила левый глаз. Молодой человек выпал из седла и даже сумел подняться на ноги. Тем временем остальных спутников внука маркграфа истыкали арбалетными болтами. Кое-кто также поднялся на ноги, но из кустов выбежали крупные воины в рванине, надетой поверх качественной брони, и в сече добили ратников. Грэг бросился вперед и пронзил трех противников, но предводитель нападавших нанес ослабленному рыцарю предательский удар по затылку. После этого «разбойники» очистили кошельки павших, а с внука Грайдена сняли доспехи. Тела оттащили в сторону от дороги и закидали ветками. После этого нападавшие взвалили павших соратников на плечи и понесли вглубь рощи, где в небольшом овраге их ждали боевые кони. Там разбойники сняли рванину и, накинув на плечи белые плащи, отправились в северном направлении…

Арина открыла глаза и посмотрела на Грайдена. Судя по выражению его лица, он видел то же, что и она. Маркграф медленно вынул мечи, поднял их над головой и прошептал:

– Да падет кара на псов Божьих.

Со стороны Арсена послышалось:

– Оммен.

Арина не знала, что сказать, и поэтому промолчала. Она до сих пор находилась под впечатлением от видения. Во время нападения на барона она видела кровь и гибель людей, но сейчас было что-то нереальное. Арина не понимала, как Арсену удалось вернуться в прошлое. Не откладывая вопрос на завтра, она попросила объяснить, что сейчас произошло. Он кивнул и ответил:

– Я договорился с духом этого места, чтобы он показал момент, когда пролилась кровь внука Грайдена. Именно для этого он порезал ладонь, чтобы дух смог определить время. Ты была нужна для подпитки, так как у меня сейчас сильный дефицит в магической силе, а в тебе пластинки невеброна, которые состоят из энергии.

– А ты их этими экспериментами не истощишь? – поинтересовалась Арина.

Арсен усмехнулся и кивнул:

– Разумеется! Но для того, чтобы они начали восстанавливаться, ты должна как можно чаще участвовать в битвах. Ребенок, ты дитя Войны и Хаоса. Только во время боя ты чувствуешь вкус жизни.

– Это как-то не очень, – озадаченно пробурчала Арина. – Получается, я Зло во плоти? Я не хочу быть злой.

– Ты преувеличиваешь, – усмехнулся Арсен. – Вот посмотри на Грайдена. Можно сказать, что он чудовище? По-моему, нет. Милый такой старикан. Почти душка. Мудрый и справедливый. Зато в бою он становится настоящим монстром. Беспощадным и жестоким. Великий человек. Талантливый полководец. И вообще, самый-самый! Потомок твоего отца! А папу ты бы назвала «Злом во плоти»? Тоже думаю, нет. Я тут послушал о его подвигах, и даже приятно стало. Я ведь его дочку наставляю на путь истинный. Вот смотри, если мы накажем убийц Грэга, это будет злом?

– Нет! Это восстановление справедливости! – ответила Арина.

– Но ведь мы убьем людей! Разве это хорошо? – с усмешкой спросил Арсен. – Ты понесешь в этот мир зло! Или вот, например: Тристан был добрым и хорошим мальчиком. Но вот однажды кое-кто попытался его убить, и тогда королевич свернул нахалу шею. Потом наказал тех, кто разворовывал казну королевства, после отправился на защиту границы и по ходу дела завоевал соседа. Затем возвел любовницу на престол и отправился усмирять орков…

– Хватит, я поняла! – остановила она Арсена. – Мы собираемся творить зло во благо!

– Именно! Для врагов – зло, для соратников – благо! – усмехнулся он.

– Понятно, – вздохнула Арина. – Какие наши дальнейшие действия?

– Если я правильно понял, то недалеко отсюда в северном направлении есть что-то вроде монастыря. Там живут паладины Ордена Единственного бога. Маркграф пошлет за ратниками, а мы понаблюдаем издалека за этим замком, – сообщил Арсен. – Если я правильно понял, то нападение произошло на крупных землевладельцев восточной части королевства. А чтобы не терять воинов во время штурма замков, благородных аристократов пригласили во дворец на коронацию. Может, просто воспользовались удобной возможностью, а может, кто-то во дворце это спланировал. Я просил маркграфа узнать, как поживают его соседи, и в случае чего предостеречь их.

– Думаешь, это король убивает подданных? – удивилась она.

– Кто знает? – пожал плечами Арсен. – Но два барона подверглись нападению. Остался маркиз, который живет у моря. Если и его попытаются убрать, то можно с уверенностью сказать, что существует заговор, направленный на экспроприацию восточных земель. И вероятнее всего, это не король, а какой-нибудь герцог узнал о том, что скоро тут пройдет Великий торговый путь. Мне почему-то кажется, что на маркиза тоже нападут…

– А почему задействованы паладины? – спросила Арина.

– Вот смотри, если использовать собственных воинов, то в случае неудачи утомишься объяснить, что твои ратники делали на востоке королевства. Если подрядить наемников, то какой-нибудь хвастун во хмелю обязательно проболтается. А слуги бога живут в монастыре, в трактирах не пьют, и как воины выше всяких похвал. Видела, как слаженно ударили? Ни тебе паники или спешки. Настоящие псы войны.

– Если они такие сильные, то как маркграф собирается их победить? Особенно если они в крепости за стенами? – поинтересовалась Арина.

– Ребенок, время покажет, – отмахнулся Арсен. – Завтра мы по официальной версии отправимся в замок маркграфа, а на самом деле прокатимся до монастыря. Посмотрим, что к чему.

– А я там обязательна? – спросила она.

Арсен удивленно воскликнул:

– Тебе не интересно наблюдать за жизнью смертников? Ладно, можешь не ехать. Но честно сказать, я не вижу смысла кататься туда-сюда.

– Я хочу спросить, мне обязательно участвовать в штурме монастыря? Мне совершенно не хочется становиться злой, – пояснила девушка.

– А чего тебе хочется? – поинтересовался Арсен.

– Я сюда попала, когда загадала желание найти маму. Мне не нужно сражаться за маркграфа. Я не хочу убивать. Я думала, что смогу, но посмотрела на то, как погиб его внук, и поняла, что мне не удастся отнять жизнь. Это не мое. На, возьми браслеты, доспехи и мечи. Мне этого не нужно. Я просто хочу к маме! – чуть не плача, произнесла Арина.

– М-да! – задумчиво произнес Арсен. – А слона-то мы и не заметили! Прости меня, девочка. Я забыл, что ты пока ребенок. Давай так, ты вернешься в замок к Грайдену вместе с воинами и там подождешь меня. Как только мы тут закончим и он вернет святыню, я займусь поисками твоих родителей. Мне почему-то кажется, что они где-то рядом. Ведь не зря ты оказалась именно в этом регионе.

– Почему ты так думаешь? – спросила Арина.

– Судя по легендам о Воине-Драконе, он геройствовал за морем на юге в королевствах Каридаростан и Бастор. Но там наверняка есть похожая полянка с порталом. Однако ты оказалась тут, значит, эта точка ближе к твоей маме, – обнадежил ее Арсен. – А если у нас ничего не получится, то ты покажешь мне место, откуда пришла, и мы попытаемся вернуть тебя домой. Договорились? Вот и замечательно. И не вздумай лить слезы. Ребенок, ты наследник рода Золтодрак! Тебе не к лицу слезы.

– Хорошо, – шмыгнула носом Арина. – Я не буду плакать!

В город они въехали ближе к вечеру. В толпе прохожих она ощутила на себе враждебный взгляд, и ей показалось, что недавно она видела того большого мужчину в обычной одежде. Но кони пошли дальше, а человек за ними не последовал, и девочка о нем забыла. Они остановились во дворце градоначальника Берга ли Персет. Он поместил благородного гостя и его родичей в отведенных специально для таких целей покоях. После того как они привели себя в порядок и смыли дорожную пыль, их пригласили на ужин. Самое страшное было то, что там же присутствовал отец Сильвантий. Сальные глазки этого колобка заблестели, и он присел рядом с Ариной. Разговор о вере оказался плодотворным. Арин ле Золтодрак обещал пересмотреть взгляды на жизнь и даже выразил желание почитать кое-что из трудов мудрых жрецов. И вроде бы сложностей быть не должно, но отец Сильвантий никак не мог понять, почему он чувствует усталость? Отчего сей отрок перестал раздражаться и только мило улыбается, являя кротость нрава?

А Арина развлекалась. Когда жрец присел рядом с ней, она мысленно представила перед собой печать сбора энергии. Только не такую примитивную, какая была изображена на амулете жрецов Единственного бога, а более совершенную. Ее печать не концентрирует силу в одном месте, оставляя следы в ауре, а распыляет собранную энергию по организму. Отец Сильвантий говорил с чувством и потихоньку осознал, что начал терять силы во время проповеди такому перспективному отроку. Наконец он понял, что наставник юного рыцаря показал подопечному защиту от магии жрецов и теперь придется искать другого донора.

Арсен подбадривающе ей подмигнул, и она удовлетворенно улыбнулась. В таких баталиях, когда не нужно пускать людям кровь, она согласна поучаствовать, но, когда вокруг много трупов и смрад разлагающихся тел, нет уж, увольте. Это явно не ее. Чувствуя ее приподнятое настроение, Тристан и Кораций начали нахваливать девочку, поздравляя Арину с первой заслуженной победой. Мысленный разговор сместился к теме магии. Где оба духа начали рассказывать о том, какие заклинания предпочитали использовать. Архимаг загорелся идеей адаптировать стандартные плетения для нынешних реалий. Его удивляло, что мозг девочки легко воспринимает и хорошо усваивает информацию. Он же не знал, что она начало жизни провела в техническом мире, где почти нет магии. Зато там есть потоки ненужной информации, которые приходится постоянно анализировать и отделять зерна от плевел.

Ужин не затянулся, так как глава города понимал чувства маркграфа. Тому сейчас совершенно противопоказано общество людей. Если его рассердить, то будет очень плохо не только глупцу, задевшему Кровавого Жнеца, но может достаться и самому Бергу. Завершив застолье пожеланием спокойных снов, градоначальник откланялся, и гости разошлись по комнатам. У Грайдена был личный оруженосец, юный отрок Корс пятнадцати лет от роду, а вот Арин ле Золтодрак таким помощником не обзавелся. Эту функцию на правах наставника выполнял Арсен. Он помог Арине снять доспехи и, уложив ее в кровать, сам уселся на табурет возле двери.

Девочка в теле девушки стеснялась говорить о проблемах, так как считала, что мужчине необязательно знать о разных сложностях женского организма. Ей стало плохо и очень хотелось в уборную, а ночной горшок, стоящий под кроватью, ее раздражал. Она не могла понять, почему взрослые люди ходят по нужде, как малыши в детском саду. Арина долго терпела, но наконец не выдержала и потихоньку поднялась с кровати. Накинула на себя штаны, рубаху. Перетягивать грудь бинтами только для того, чтобы сходить по нужде, она не стала. Просто надела короткие сапоги. Портянки она научилась мотать только при помощи Тристана, так как в прежней жизни носила носки. Сейчас браслеты, в которых обитали духи, находились рядом с доспехами, поэтому никто не подсказывал, как наматывать грубую ткань на лодыжки. Оставив портянки на полу, она тихо встала и подошла к окну. Второй этаж. Для человека в превосходной физической форме и привыкшего к повышенному тяготению просто ерунда. Никаких сложностей. Арина забралась на подоконник и тихо спрыгнула вниз. Бесшумно проскользнув в небольшое помещение, символизирующее удобства, она задержалась там на некоторое время. Возвращалась тем же путем. Наметив маршрут, она направилась к окну и тут услышала тихий голос:

– Они тут. В этой комнате маркграф с оруженосцем. В соседней – его родичи. Учти, судя по донесению, даже светленький сопляк отличный мечник, а его наставник вообще зверь.

– А мне какая разница? Что я с ними, в поединки буду вступать? Пристрелим, и никаких проблем. Хроль говорил, что у юнца доспехи хорошие. Просил их с собой прихватить. Так что придется ему раскошелиться, – проворчал собеседник наводчика.

Арина настолько удивилась, что громко икнула. Мгновенно из тени к ней скользнул силуэт крупного мужчины и без замаха ударил ее кинжалом в область сердца. Она так и не поняла, что произошло. Действуя на рефлексах, Арина сместила центр тяжести и, пропустив провалившегося после удара мужчину, зашла ему за спину. Рывок руками в разные стороны, и голова противника безвольно повисла на сломанной шее. Тело тихо осело. Арина подхватила кинжал из рук и, шагнув из тьмы, пронзила глаз второго человека. Рядом стояло еще несколько противников. Они повернулись на шум, и один из них разрядил малый арбалет. Чувство опасности взвыло, и Арина, проведя сальто вперед, пропустила летящую смерть под собой. Приземлившись, она перекатом приблизилась к третьему убийце и, резко выпрямившись, вогнала клинок под нижнюю челюсть. Еще два арбалетных болта понеслись к ней, но Арина прикрылась мертвым телом, и тут из окна выпрыгнул Арсен. Два взмаха мечами и три обезглавленных трупа. Оставшийся убийца попытался скрыться в тени, но Арина раскрыла третий глаз и по ауре определила направление атаки. Совершенно не задумываясь о последствиях, она рванула вперед. Она хотела добить того, кто так цинично собирался пристрелить ее во сне, чтобы забрать дорогие доспехи. К сожалению Арины, Арсен успел первым. Он нанес вожаку удар эфесом в челюсть и прикрыл распростертое тело от разъяренной фурии.

– Все, все, успокойся, ребенок. Они мертвы. Этот мне еще нужен. Тихо, а то людей разбудишь. Мы же не хотим, чтобы тебя кто-нибудь увидел в таком наряде? Тихо, девочка. Ты молодец! Ты настоящий боец! – шептал Арсен.

Арина посмотрела на руки и увидела окровавленный кинжал. Прикрывая рот, она побежала к кабинке туалета, но не успела. Ее стошнило через несколько шагов. Арсен придержал ее волосы, а потом дал какую-то тряпочку. Арина вытерла губы, скривилась от запаха крови, и ей опять стало плохо. Колени подогнулись, и она провалилась в темный омут беспамятства.

В сознание Арина пришла только утром. Птички не щебетали. Солнышко не светило. И вообще ей было очень плохо. Она собственноручно убила человека. Или нет, трех человек. И от осознания того, что превратилась в чудовище, на душе становилось погано. Тут она увидела сияющую физиономию Арсена. Он улыбнулся и потрогал ладонью ее лоб.

– Ну что, ребенок, выздоравливать будем? Как самочувствие?

– Паршивое! – буркнула Арина.

– И это правильно! Нечего было без браслетов ходить, – усмехнулся наставник. – Я тебе что говорил: первую кровь должен был взять Тристан или Кораций. Они к этому делу привычные. Их бы не вывернуло наизнанку, как ребенка. Но должен признать, ты молодец! Это же надо, без оружия свернуть шею здоровому мужику! Хвалю! Но пороть буду! Заслужила. Это не Лондон или Париж. Ребенок, тут тебе не там! Здесь любой уважающий себя человек ходит как минимум с кинжалом. А что устроила ты? Я чуть со смеху не лопнул, глядя на то, как ты пыталась меня не разбудить. Ребенок, в женские дни нагрузки противопоказаны, а ты что устроила? И прыжки, и подкаты. Так нельзя!

– А если бы они вас убили? – тихо спросила Арина.

– Все, все! Признаю, ты нас спасла! – улыбнулся Арсен. – Но в будущем зови на помощь. Даже кричать не обязательно. Мысленно представь меня или Грайдена, и мы услышим. У нас ментальная связь.

– А кто мне об этом говорил? – возмутилась она. – Я когда с Грайденом в горах общалась, приходилось минут пять настраиваться!

– Да, признаю, как-то не подумал, – почесал бровь Арсен. – Ладно, я сказал ратникам, что тебя ударили по голове и у тебя сотрясение мозга, от этого тебя стошнило. Не хотелось портить образ отважного юноши, в одиночку бросившегося на свору убийц.

– Ты что-нибудь узнал? Там прозвучало имя Хроль или что-то в этом роде, – поинтересовалась Арина.

– К сожалению, пока я с тобой возился, нашего пленника добили доблестные стражники дворца, – проворчал Арсен. – Ты отдыхай. Маркграф выпотрошил местного градоначальника, и тот как ошпаренный отправил дознавателей по притонам. Обещали результаты к вечеру, но я сильно сомневаюсь, что они что-нибудь нароют. Отъезд отложили на день. Сейчас во дворце наша полусотня, так что сюрпризов быть не должно.

– Мне бы помыться, – тихо попросила Арина.

– Ребенок, заканчивай мыслить стереотипами техногенного мира! Понюхай меня. – Он подошел и склонился к ней. – Что-нибудь чувствуешь? Может, запах потного тела? Нет? А я мылся несколько дней назад. О чем это говорит? О том, что ты лентяйка! Тебе для чего браслеты с Духами были даны? Неужели вы не обсуждали магию с архимагом?

– Обсуждали, – обиделась Арина. – Мы переделывали атакующие заклятия под малый расход сил.

– А бытовые, конечно же, узнать не удосужилась! – констатировал Арсен и начал чертить пальцем в воздухе какой-то знак. По телу Арины прошла волна свежести, и она ощутила невиданную легкость. – Вот ни за что не поверю, что Тристан и Кораций этого не знали! После их тренировочных поединков от них постоянно воняло, так что первым делом я приучил их чистить тело от пота и запаха. Вот другой знак для очистки одежды. Помнишь, я тебе его показывал? Заклинание более энергоемкое, потому тут его применять накладно. К тому же в мире без магии будет странно, если после боя ты останешься чистенькой. И есть специфичное заклинание для девушек, оно замедляет развитие биологических часов у волшебниц. То есть ты позабудешь о циклах и критических днях. Когда пройдут симптомы, я тебе покажу.

– А как же дети? – воскликнула Арина.

– Ребенок, ты хочешь стать мамой? – делано удивился Арсен.

– Не я, но другие женщины же хотят детей?

– Вслушайся в слова: «Замедляет развитие», то есть ты можешь снять этот стопор. Тогда циклы восстановятся и можно смело вынашивать младенца! Понятно? Молодец, ребенок! – усмехнулся Арсен. – Ладно, отдыхай. Завтра уезжаем, так что постарайся выспаться.

– А поесть? Я же кушать хочу! – воскликнула Арина.

– Уговорила бесхарактерного. Сейчас принесу поднос с едой, а потом, как и положено порядочному ребенку, на горшок и спать! – с улыбкой произнес Арсен и вышел из комнаты.

Глава 7

Третий день Арина сидела в небольшой роще недалеко от стен монастыря и изучала магические плетения, адаптированные архимагом под этот мир. От Тристана ей тоже кое-что перепало, но там магия была настолько противоположной, что она раскрыла рот от удивления. Вот спрашивается, как могут соседствовать свет и тьма? Однако и это оказалось возможным, стоит только совместить их, и получится нечто среднее, пусть не убойное, но для маскировки самое то. И главное – затраты сил минимальные.

Изначально Арина собиралась вернуться в замок с ратниками. Но после того как дознаватели из города Прильск рассказали о том, что им удалось узнать, у Арины появилось желание найти этого самого Хроля. Она хотела вытрясти из него информацию о том, что он знает о покушении на барона и маркграфа. Судя по описанию, именно этого большого мужчину она, будучи маленькой девочкой, стукнула ногами в челюсть во время нападения на кортеж Клода и его семьи. Арина твердо заявила Арсену, что готова идти до конца, и если понадобится, то будет защищаться. На что духи из браслетов добавили: «Лучший способ защиты – это…» Вот она и собиралась идти вперед, оставив сомнения за спиной. Теперь Арина понимала, что, пустив первую кровь, она перешагнула черту, за которой остались детские страхи. Теперь она другая. Ни хорошая ни плохая, а просто другая. Сейчас она понимала выражение из детства, что самые циничные люди – это патологоанатомы. Она могла сказать, что в этом мире такой профессии не было, но законченные циники есть даже тут. И один из них сидел рядом с ней и проверял магические плетения, которые она вместе с духами адаптировала под местные реалии.

– Ребенок, это ерунда, – указав на рисунок нового заклинания, сказал Арсен, – если ты его запитаешь, то останешься без руки. Тут нет предохранителя. Малейший сбой, и тебе мало не покажется. Кораций привык к халявной силе, и погрешности его не интересовали. Заметь, то, что придумал Тристан, – работает, так как он в свое время слабосильным был и понимает ценность каждой крупинки энергии. А у Корация только на первом курсе были трудности, а потом я так расширил его каналы, что он мог поливать огненным дождем целый город на протяжении нескольких минут.

– Он говорит, что не было такого, – сказала Арина.

– Просто необходимости не возникало, а так запросто мог, – усмехнулся Арсен. – Он целый пласт гор на армию какого-то короля скинул и похоронил бедолаг под камнями. Так, а давай-ка вспомни, чему его учила Джалилития! Кораций же побеждал в дуэлях с минимальным расходом сил!

– Он тогда с духами общался, – прислушавшись к голосу из браслета, произнесла Арина.

– Именно! – поднял указательный палец Арсен. – Вот пускай с духами налаживает контакт, а то если он заклинания с такими погрешностями начнет переделывать, то от тебя только горстка пепла останется. Тристан слышал, теперь ты адаптируешь плетения, а Кораций пусть шаманит.

– Они возмущаются, – улыбнулась Арина. – Назвали тебя эксплуататором и рабовладельцем! Я не поняла, они что, твои рабы?

– Не-а, просто шутят! – отмахнулся Арсен. – Мы трое в одной лодке, и выбираться придется совместно. Им нужен хранитель, который может подпитывать их энергией. Они понимают, что если эти браслеты буду носить я, то у них не будет способа общаться друг с другом, так как мне и самому не хватает. А ты – другое дело. В тебе есть невеброн. Это застывшая сила. А эти задания я им придумываю для того, чтобы они не сходили с ума от скуки. Так что приходится развлекать твоих подопечных, а то озвереют от безделья, и тогда придется их съесть!

– Как съесть? – переспросила Арина.

Арсен клацнул зубами:

– Мням и съем! Да не пугайся ты так! Я же пошутил! Так, ребенок, вы адаптировали заклинание для дальнозоркости? Присмотрись, там всадники едут. Можешь сказать что-нибудь о них?

Арина посмотрела в указанном направлении и сообщила:

– Два десятка паладинов. Под накидками доспехи. У двоих пленницы поперек седла. Судя по одежде, из аристократок.

– Очень интересно. А пленницы им зачем? – удивился Арсен. – Пойду Грайдена обрадую, а то он от безделья скоро взвоет.

Маркграф флегматично осмотрел Арсена и Арину и, тяжело вздохнув, спросил:

– Что еще?

– Там паладины пленниц привезли, – сообщила Арина.

– Будет официальный повод наведаться в этот монастырь, – добавил Арсен.

Маркграф опять тяжело вздохнул и проворчал:

– Я и без повода могу их навестить. Ну, вот когда прибудут мои ратники? Я устал ждать! Я жажду действий!

– Ты же умный человек и должен понимать, что десять воинов не могут штурмовать замок, полный вооруженных паладинов, – попытался успокоить его Арсен.

– Да знаю я! – раздраженно ответил Грайден. – Но мне-то от этого не легче! Сидим тут три дня! Ни костер развести, ни поесть нормально! Ненавижу ждать!

– Как я тебя понимаю, – так же вздохнул Арсен. – А давайте сегодня сделаем какое-нибудь сумасбродство!

– Какое? – полюбопытствовала Арина.

– Сходим в гости в монастырь! – предложил Арсен.

– Хм, так тебя и пустили, – хмыкнул маркграф.

– А мы потихоньку и ни у кого спрашивать не будем. Пройдем по подземному ходу и окажемся внутри, – с усмешкой произнес Арсен.

– Тут есть ход? – удивилась Арина.

– Три, если быть точнее, – поправил Арсен.

– И ты молчал? – воскликнул Грайден.

Арсен пожал плечами и сказал:

– Я же не просто так вокруг монастыря круги наматывал!

– Когда? Ночью? Кто пойдет? – сразу оживился маркграф.

– Ты и я, – ответил Арсен. – Хотя я бы и тебя с собой не брал, но знаю, что не утерпишь. Никакой брони. Только кинжалы. Мы туда не воевать идем. Просто посмотрим и назад.

– Если никого убивать не будем, то я с вами! – заявила Арина.

– Зачем? – спросил Арсен.

Она обстоятельно ответила:

– Вот смотри, сил у меня много, значит, я смогу посчитать паладинов по аурам. Потом мне проще пролезать в разные узкие ходы, а вы крупные, так что можете где-нибудь застрять. Тристан переделал какую-то отмычку, так что ни одна запертая дверь нас не остановит. Ну что, я полезный спутник?

– Безусловно! Но ты не идешь! Если что-то пойдет не так, нам придется прорываться с боем. А забота о ребенке мне не нужна! Так что ты остаешься тут! – заявил Арсен.

– Ну, пожалуйста! – заныла Арина.

– Ребенок, я сказал – нет!

– Серьезно, я же очень полезная! – продолжала она. – И обязательно вам пригожусь! Ты только представь…

– Нет!

– А если вот так? – И блондинка состроила жалостливую мордашку, словно специально копировала кота из мультфильма про Шрека.

– Все равно нет! – отвернулся от Арины Арсен. – Грайден, скажи десятнику, что он старший, и, если мой младший родич захочет пойти за нами, разрешаю его связать.

Маркграф, наблюдая их перепалку, усмехнулся в бороду и сказал:

– А если я за ней присмотрю? Она ведь дело говорит. Ты же не сможешь посчитать паладинов по этим аурам, а Арин ле Золтодрак дал слово рыцаря, так что ему можно верить!

– Спелись, значит. Хорошо, что Грайден оруженосца в замок отправил, а то и этот бы напросился, – тяжело вздохнул Арсен. – Так, ребенок, сейчас будем выбирать, кто из духов поведет твою тушку.

– Они сказали, что в женских телах не разбираются, но подстраховать могут, – с победной улыбкой заявила Арина.

– Я вам покажу рабовладельца! – Арсен ехидно усмехнулся и, повернувшись к десятнику Гервину, произнес: – С той стороны рощи я видел двух селян. Можешь притащить их по-тихому?

– Что ты задумал? – спросила Арина.

Арсен приподнял бровь и сказал:

– Им не нравится в женских телах? Будут им мужские!

* * *

Селяне оказались молодыми и крепкими блондинами. Медлительными и неповоротливыми. Арсен поговорил с ними и понял, что их психика не полностью закостенела, поэтому они подходят на роль носителей для духов, главное – добиться их сознательного желания сотрудничать.

Маркграф никак не мог понять, что задумал Арсен, и, когда тот забрал у ратников четыре кинжала и отдал оружие этим увальням, очень удивился. Они вымазались грязью и вошли в узкий лаз. Какое-то время они двигались по темному коридору и, наконец, пришли к двери. Арина запитала плетение, и замок открылся. Они оказались в винном погребе. Двигаясь вдоль бочек, Арсен ориентировался только на чутье, и оно его не подвело. Незваные гости вышли в ту часть подвала, где содержали пленников. За одной из дверей слышались женские крики и сдавленные стоны.

– Орелия, вы можете прекратить страдания матери, – уговаривал молодую девушку старый жрец. – Нужно лишь признать право Единственного бога на твою душу и тело.

– Отпустите ее! – закричала Орелия. – Мама!

– Ну же, не упрямься! Невинное дитя, не знавшее порока! Покайся и приди в объятия Единственного бога! – продолжал старый жрец.

Арина заглянула в щелочку приоткрытой двери и увидела обнаженную женщину, привязанную к столу. Ее лицо было накрыто тряпкой, на которую из ковшика лилась вода. Женщина захлебывалась и стонала. Крупный мужчина наклонился к ведру за новой порцией воды и проворчал:

– Ну так, отец Тирнетий, что вы удумали? Зачем столько воды? Я третий раз до колодца хожу. Можно же было по-нормальному. В станок и по назначению…

– Сын мой, выполняй, что велено, – строго сказал старый жрец. – Отец настоятель сам пожелал посетить маркизу. Ему не хочется быть там, где до него побывали ваши сморщенные стручки. И вообще, какая была необходимость срезать с нее одежду? В чем я теперь поведу ее к настоятелю?

– Ну так, так положено, раз к палачу попала, одежду долой. А так-то они мирское на рясы меняют. Свистните послушника, он вам из запасников добудет, – нашел что ответить палач.

– Добудет! – передразнил его старый жрец. – Небось на девок любишь в мирской одежде смотреть?

– Ну так, белый-то враз грязью покрывается, а мирские вещи цветастые. Но я их без одежды люблю. Отец Тирнетий, если маркизу нельзя, то, может быть, я тогда девчонку? Ну, того-этого! По назначению! – продолжил любопытствовать палач. – Смотри, какая миленькая. Неужели и ее отец настоятель для себя готовит?

– А она невеста Единственного бога, да наполнится он силой! И вообще, ты что-то слишком часто девок портишь, – начал отчитывать палача отец Тирнетий. – Может, Враг людской одолел тебя?

– Ну так, как можно! Я же вечерами молюсь ему. Просто я послушников не жалую, мне больше девки по нраву… – начал оправдываться мужчина с ковшиком.

– Не достаточно молишься, раз к послушникам у тебя любви нет! Они же братья твои младшие! – резко сказал старый жрец. – Лей ровнее, а то она половину выплюнуть успевает…

В голове Арины помутилось, и в себя она пришла, только когда Арсен оттащил ее от растерзанного трупа палача. Он вылил на нее остатки воды из ведра и проворчал:

– Вот не хотел ее брать с собой! А все Грайден! Присмотрел, называется! Ребенок, теперь тебе придется уходить. Дорогу помнишь?

– Зачем уходить? Мы же паладинов не посчитали? – удивилась Арина.

– А что их считать? – спросил один из селян, в кого Арсен поселил Тристана. – Теперь только резать.

– Ребенок, забирай женщин и быстро к подземному ходу, – приказал Арсен. – Грайден, что сказал жрец?

– Он со страху обделался, и, кажется, сердечко не выдержало, – состроил обиженную мину маркграф.

– Прирежь его на всякий случай, и пошли развлекаться. Помни, никаких геройств. Просто режем, как скот, – давал инструкции Арсен, развязывая маркизу. – Ребенок, позаботься о пленницах и не спи! Шевелись давай!

Мужчины вышли из подвала и неслышно скользнули по коридорам, а Арина осталась в пыточной с двумя аристократками. Орелия бросилась к матери и помогла ей подняться. Женщину стошнило водой, и она опять упала на четвереньки. Арина накинула на нее остатки платья и вместе с девушкой повела маркизу в сторону подземного хода. Орелия в темноту идти отказалась, и тогда начинающая волшебница применила заклинание лунатизма – девушка с широко раскрытыми глазами пошла прямо во мрак коридора и ни разу нигде не споткнулась. Около выхода их ждали воины маркграфа. Арина распорядилась отправить пару человек к воротам, а остальным идти на выручку Грайдену через подземный ход.

На удивление в монастыре шум никто не поднимал. Рассвет настал, но никакого переполоха она не заметила. Наконец ворота раскрылись, и десятник Гервин, выглянув изнутри, махнул рукой, приглашая остальных войти в замок. Арина начала подозревать ловушку, но вслед за десятником вышли два селянина. Они пошли по дороге в сторону деревни. Создавалось впечатление, что они также под каким-то внушением: идут себе прямо, по сторонам не смотрят, взгляд совершенно пустой…

Арина посмотрела им вслед и, когда они скрылись в роще, повернулась в сторону ворот. Десятник Гервин утомился звать их внутрь. Наконец Арина решилась и позвала маркизу за собой. Самое странное было то, что Орелия, будучи в одежде, стеснялась больше, чем ее мать, на которой было разрезанное платье, иногда приоткрывающее женские прелести. Молодая аристократка сначала краснела, потом бледнела, а в финале покрывалась пунцовыми пятнами, стоило только маркизе приоткрыть ножку или слегка распахнуть декольте. Девушка пыталась одергивать мать, но женщина отошла от стресса, случившегося из-за вынужденного приема целого ведра воды. Маркиза выглядела уставшей, но привлекательной женщиной. Арина сняла с себя плащ и накинула ей на плечи. Та милостиво улыбнулась и с любопытством посмотрела на облаченную в доспехи блондинку. Раньше Арина была в серой невзрачной одежде и не производила должного впечатления, но теперь даже Орелия захлопала ресничками и вновь покрылась пунцовыми пятнами.

– Юноша, я благодарна вам за спасение, – с покровительственной улыбкой произнесла маркиза. – Вы бились как истинный лев. Если бы не вы, то меня бы сегодня утопили или обесчестили. Вы заслужили рыцарские шпоры. Скажите, кому вы присягали, я обязательно сообщу сюзерену о вашей доблести и отваге!

– Ваше сиятельство. – Арина попыталась подобрать такие слова, чтобы не сильно обидеть маркизу, но и не дать оскорбить себя. – Я дальний родственник маркграфа Грайдена ле Дракон. Шпоры мне пока рано, так как мой наставник, дядя Арсен ле Золтодрак, должен сам решить, заслужил ли я эту величайшую награду. К сожалению, мне бы сегодня не получить выговор за мою несдержанность, а то чует мое сердце, что он будет в расстроенных чувствах и вполне может меня… скажем так, потренировать лично.

– Тут Кровавый Жнец? – воскликнула маркиза. – Он-то что тут делает? Сколько себя помню, он ни разу за десять лет не выбирался из долины.

– К сожалению, его внук Грэг погиб во время путешествия в столицу. На барона Клода ле Хорстан с семьей также было совершено нападение. Кого-то из местных баронов убили по пути на коронацию. Теперь и вас захватили. Арсен просил Грайдена предупредить вас, но, скорее всего, гонец опоздал, – начала перечислять проблемы местных аристократов Арина.

– Увы, мой муж читал письмо при мне, но отмахнулся, утверждая, что у нас достаточно воинов для охраны, – вздохнула маркиза, и по ее щеке потекла одинокая слеза. Арине почему-то показалось, что вдова, в отличие от дочери, не сильно скорбела по усопшему супругу. – Я так понимаю, маркграф сейчас там? Так чего же мы ждем? Пошли скорее внутрь. Юноша, подайте мне руку, я обопрусь о ваше плечо. Орелия, поднимайся, засвидетельствуем почтение старцу.

– Мама, – тихо прошептала девушка, – ты неподобающе одета.

– Что поделать, наш багаж остался на дороге, – вздохнула маркиза. – Я полагаю, маркграф не сильно расстроится, увидев меня в этом рванье. Если я правильно понимаю, он разглядывал меня без одежды.

– Вы правильно полагаете, – усмехнулась Арина.

Дочь маркизы опять покрылась пунцовыми пятнами и прикусила верхнюю губу.

Они вошли на территорию монастыря и увидели, как несколько ратников несут трупы паладинов. Тела складывались на поленницу. Большинству погибших перерезали горло. Воины Единственного бога сладко спали и не ведали, что даже в таком надежном убежище их может подстеречь смерть. Арина с трудом сдержалась, чтобы не распрощаться с содержимым желудка, а вот маркиза и ее дочь не удержались и забежали за сарайчик. Юный аристократ, которого изображала жительница Земли, не мог себе позволить такую слабость. Ко всему прочему, раньше она сама убивала, поэтому сейчас держала марку. Двое ратников, сопровождавших аристократок, переглянулись и, пожав плечами, пошли дальше. Арине пришлось стоять рядом с двумя женскими фигурами и, когда они выпрямились, подать им относительно чистые тряпочки.

Наконец благородные представительницы рода ла Парса́р привели себя в порядок и умылись около колодца. Маркиза гордо подняла голову и направилась к маркграфу, стоявшему на ступеньках главного храма. На ее цветистые изъявления благодарности он молча поклонился и выразил соболезнования по поводу кончины ее супруга и старшего сына. Вот тогда женщину и мать действительно пробрало. Только сейчас она осознала, что потеряла любимого мальчика. Маркиза рыдала и рвала на себе волосы, проклиная усопшего супруга за самонадеянность и неосторожность.

Арина недолго постояла возле горюющей женщины, а потом тихо удалилась. Ей предстояло получить по шее за несдержанность по отношению к палачу. Арсен увидел бредущую ученицу и подозвал к себе.

– На, возьми, – протянул ей браслеты с духами Корация и Тристана. – Им не понравились сельские носители. Говорят, они слишком медлительные и неповоротливые. Кстати, ребенок, надеюсь, ты понимаешь, что твоя эмоциональность чуть не стоила нам жизни?

– Да, – тихо произнесла Арина и опустила голову.

– Хорошо. Пошли за мной, тебе это надо увидеть, – поманил ее за собой наставник.

Они вошли в большое здание и прошли несколько коридоров, в которых она чуть не заблудилась. Наконец Арсен довел ее до большой комнаты с несколькими десятками кроватей. Там сидели женщины в белом одеянии. Большинство на сносях. У кого-то животик маленький, а у некоторых огромное пузо. Монашки были прикованы к ножкам кроватей. Женщины испуганно посмотрели на вошедших гостей и вжали головы в плечи. Арсен оглянулся на Арину и усмехнулся. Затем он вышел наружу и повел спутницу в другую комнату. Там находились молодые кормящие мамаши с грудничками. Этих также было более пяти десятков. В третьей и четвертой комнате они обнаружили более двухсот детей в возрасте от трех до семи лет. Мальчиков держали отдельно от девочек. В помещениях царила атмосфера страха и безнадежности.

– Это что? – не удержалась Арина.

– А вот об этом нам расскажет отец настоятель, с которым мы очень скоро побеседуем, – злорадно усмехнулся Арсен. – Пошли в подвал.

* * *

В пыточной ничего не изменилось. Тело растерзанного палача и старого жреца так и осталось лежать на полу. В углу на цепи сидел жилистый старик в белой рясе из дорогой ткани. Он посмотрел на Арсена и начал кричать:

– Именем Единственного бога проклинаю вас! Он придет и выпьет ваши души! Он сожжет вас в очистительном пламени! Он…

– Заткнись, – проворчал Арсен и аккуратно вставил кляп настоятелю в зубы. После он хрустнул пальцами и с гаденькой улыбочкой сказал: – Я сейчас буду задавать вопросы, и ты на них ответишь. Я не буду тебя пытать в традиционном смысле, это слишком некрасиво. Давай так, скажи честно, когда умирает жрец, он попадает в царствие Единственного бога? Там вас что, разные девственницы ублажают? Честно сказать, мне просто лень читать вашу писанину. Не надо говорить, просто кивни. Хорошо. Значит, после смерти ты окажешься в местном аналоге чертогов Единственного бога? Замечательно. А что бывает с теми, кто не служит Единственному? Их забирает Враг людской? У него тоже чертог есть? Там что, в котлах жарят? Ребенок, видишь, почти такое же представление об аде и рае. А теперь представь, отец настоятель, что ты долгие годы служил богу и теперь надеешься перенестись в его чертоги, но так случится, что тебе будет закрыта туда дорога. Хочешь? Я могу это устроить. Ты, наверное, не веришь, но я тебе кое-что покажу. Смотри мне в глаза.

Настоятель попытался отвернуться, но Арсен положил ладони на виски и зафиксировал голову старика. Тот задергался и побледнел. Затем начал кивать и что-то промычал. Арсен вынул кляп, и настоятель закричал:

– Я все расскажу!

– Ребенок, зови Грайдена! – повернулся Арсен к ученице.

– Что это было? – спросила Арина.

– Он не хочет попасть ко мне! – ухмыльнулся наставник.

Из рассказа настоятеля получалось следующее: лет пятьсот назад в этот мир пришел новый бог. Он называл себя Единственным. Первым делом он начал убирать конкурентов, потихоньку заменяя веру в разных богов на новые догматы. Чтобы паства не сильно противилась, он кинул воззвание, мол, волшебники есть порождение Врага людского, который спит и видит, как бы нагадить простым обывателям. И загорелись костры. Так были уничтожены многие одаренные, способные оперировать силой. Инквизиторы резво взялись за дело и очень скоро выявили тех, кто давал поддержку молитвами иным богам. Другие культы захирели и почти перестали существовать. А Единственный, наоборот, получал больше сил, так как каждый сожженный на костре проходил специальный ритуал и отдавал душу богу. А душа есть сгусток энергии. И у одаренных силы значительно больше, чем у простого обывателя. Вскоре из родовитых аристократов почти никого не осталось, а сжигать простых людей нерентабельно. Возни много, а пользы чуть. Жрецы пришли к выводу, что нужно показать полезность, и придумали вызывать демонов. Они подбирали относительно одаренных девственниц, которых обучали азам демонологии. Ведьмы привлекали разумных хищников невинностью. Во избежание лишних сложностей Единственным богом была поставлена ячеистая сеть, которая пропускала слабых или средних жителей Бездны, а сильные не могли прийти на призыв. И опять загорелись костры. Только в этот раз там жарились жители другого мира. Это длилось много лет, пока очередная ведьма не призвала двух отроков. Они оказали активное сопротивление и перебили команду паладинов и инквизиторов. Началась охота, и тогда мальчишки позвали мать, а та – рассерженного мужа, который оказался так называемым Врагом людским. Тот пришел и так сильно истощил силы Единственного, что бог впал в спячку. Никакой информации о местоположении сбежавшей демоницы с отроками у наставника не было. Если бы их поймали, то слух об очередной победе слуг Единственного разнесся бы далеко за пределы королевства.

Несколько лет после атаки Врага людского жрецы не могли докричаться до Единственного бога, и тогда местный Отец Отцов, аналог Понтифика, придумал мирный план восстановления популяции одаренных. По западным королевствам прошла волна похищений или наглых наездов на некоторых аристократов из старых родов. Их кровь содержала искры силы. Женщин называли невестами Единственного бога, и одаренные жрецы делали им детей. Планировалось мальчиков обучать на паладинов и инквизиторов, а девочек делать новыми матерями. Судя по прогнозам, популяция людей с искрами силы должна была восстановиться за несколько десятилетий. Это делалось для того, чтобы дети, выращенные с верой в Единственного бога, давали ему силу в каждой молитве. Разница между простым обывателем и родовым аристократом была очень существенной. Соотношение было один к десяти или даже больше. Чем древнее кровь родителей, тем мощнее поток энергии приходил от молящегося человека.

Не так давно произошел очередной инцидент. Видимо, после атаки Врага людского ячеистая сеть потеряла целостность, и на полянке в зимнем лесу активировался древний портальный круг. Из него вышли мужчина и женщина. Оба сильные, одаренные. Паладины локализовали их и попытались захватить. Мужчина оказал активное сопротивление и уничтожил врагов, превратившись в черного дракона. К сожалению, он слегка увлекся и пропустил парочку инквизиторов, которые пленили его спутницу. Опасаясь за любимую женщину, дракон вернул себе облик человека и попытался договориться. Жрецы клятвенно пообещали не причинять ей вреда, если он позволит надеть на себя оковы. Вероятно, он рассчитывал на то, что в любой момент сможет преобразиться в дракона и порвать цепи, но поглощающие печати лишили его этой возможности. В строжайшей тайне семейную пару перевезли в столицу империи Калстахия город Калстахиград. Именно в этой Жемчужине Запада и Востока находился главный храм Единственного бога. В день зимнего солнцестояния, спустя год после появления гостей, должна состояться церемония пробуждения уснувшего божества.

Арина слушала настоятеля и удивлялась. Ее маму и папу собирались принести в жертву. Это было так дико, и она не знала, что сказать. Арина посмотрела на Арсена, но тот был абсолютно спокоен. Можно сказать, беспечен. Он почесал щетину и спросил:

– Будут сжигать или что другое придумают?

– Я не знаю, но Отец Отцов обещал что-то фееричное, – ответил настоятель. Он продолжал с ужасом поглядывать на брюнета и пытался спрогнозировать его действия.

– Грайден, слышал, твоего предка собираются зарезать. Твои действия? Как думаешь, за сколько мы туда доберемся? – поинтересовался Арсен.

– Туда надо идти с огромной армией. В этом городе сотни тысяч жителей. Даже просто городской стражи там больше, чем в армии этого королевства. Горстка ратников ничего не сможет сделать. Я бы рад погибнуть за предка и даже почту за честь положить жизнь в попытке освободить его, но… – честно ответил маркграф.

– А вот погибать не нужно, – сказал Арсен. – Кстати, ты доспехи Воина-Дракона нашел?

– Нет, – мрачно проворчал Грайден. – И предводителя нападавших на Грэга тоже нет. Я убитых посмотрел, но моего кровника среди них не было.

– Та-ак! Настоятель, а что ты не сказал мне? – поинтересовался Арсен. – Ты все-таки хочешь в мою свиту?

– Не-ет! Умоляю! Вы же обещали мне дорогу в чертоги Единственного бога! – закричал старый жрец. – Вы меня об этом не спрашивали!

– Ну что ты как маленький, – сморщился Арсен. – Тебе что было сказано – рассказывать все, что знаешь. А ты решил кое о чем умолчать. Нехорошо!

– От отца храма Суролтара святейшего Перипольта пришло распоряжение захватить латы маркграфа. Для этой цели сюда прибыл магистр Ордена Паладинов Селькозар с сотней лучших храмовников. Они разделились и, забрав отдыхающих тут паладинов под командование, отправились выполнять поручение отца Перипольта. Под предлогом коронации в столицу были вызваны землевладельцы восточной части королевства. Было распланировано несколько нападений. Брат Хроль удачу упустил, так как вмешалась какая-то молодая ведьма и сорвала атаку на барона ле Хорстана. Остальных аристократов вырезали в пути. Скоро оставшихся вдов почивших баронов должны переправить сюда, чтобы они отмаливали грехи перед Единственным богом. А сам Селькозар повез добытый трофей в столицу, в главный храм.

– Я так понимаю, ты просто настоятель этого курятника для аристократических мамаш, гордо именуемого монастырем? – задал риторический вопрос Арсен. – Тогда скажи, а почему он находится так близко к границе? Неужели в королевстве нет других мест?

– Это распоряжение Отца Отцов, – ответил настоятель. – Тут собирались вырастить новое поколение жрецов и паладинов, чтобы лет через пятнадцать начать поход на северо-восток, в княжества, где процветают культы иных идолов. Где люди продолжают поклоняться капищам и не веруют в Единственного бога, да наполнится он силой!

– А в вашей иерархии только одаренные? – спросил Арсен. Осознав, что настоятель не понял вопроса, он перефразировал: – Те, в ком есть искра силы древней крови?

– Есть и обычные людишки, но выше послушника или служки они не поднимаются, – пояснил старый жрец. – В амулете нашей веры есть возможность увидеть, как много силы молящийся передает Единственному богу. Чем чище и насыщенней поток, тем выше поднимается верующий по нашей лестнице.

– Допустим, есть десять ступеней вашей иерархии, тогда ты на какой и на какую ступеньку взобрались отец Перипольт и магистр Селькозар? – задал вопрос Арсен.

Жрец поморщился и ответил:

– Ступеней девять. Я на пятой. Магистр на седьмой, так же как и отец Перипольт, а вот Отец Отцов дошел до девятой. Большинство паладинов и инквизиторов от четвертой до шестой. Жрецы – третья или четвертая. А послушники и служки – вторая и первая.

– И чем же различаются ваши ступени? – поинтересовалась Арина.

– Они пропускают через себя больше силы, значит, и доля оставшейся тебе энергии выше. То есть они сильней, быстрей, выносливей. Стареют значительно медленней, и у них бывает мужская сила, – пояснил настоятель.

– Кто о чем, а вшивый о бане, – усмехнулся Арсен. – Я слышал, ты на маркизу замахнулся? Хороша! Есть за что пощупать. А дочку для кого берегли? Для этого вашего отца Перипольта?

– Магистр Селькозар желал одарить ее плодом, – ответил старый жрец.

– Так она же пока ребенок? – удивилась Арина.

Она видела, что дочке маркизы от силы лет пятнадцать. На Земле за такие связи сажают в места не столь отдаленные, а тут пожалуйста! Насилуй малолетку сколько хочешь, и никто тебе слова не скажет! Кошмар!

– Возраст невесты, – сказал настоятель. – Ее к замужеству готовили. Собирались в столице присмотреть какого-нибудь жениха из знатного рода. Это естественно. Женская кровь была. Невинность пока есть. Чем не невеста? А магистр предпочитает именно таких. Чистых и непорочных.

– Хм, губа не дура, – хмыкнул Арсен. – Так, значит, доспехи Воина-Дракона в столице? В принципе мы собирались ехать в империю, так что по пути заскочим в город Суролтар. Разведаем, что к чему. Маркграф, может, петицию какую-нибудь напишет. На имя короля. Так, мол, и так, аристократы восточных провинций подверглись нападению храмовников. Просим принять меры. И подпись – Грайден ле Дракон. Кстати, я так и не понял, зачем вы это сделали? Ну, с маркграфом понятно, у него доспехи нужные, а остальных зачем? Неужели для того, чтобы добавить к сотне монашек очередную пару штук?

– Жена короля Киралора V Лирталина происходит из рода герцога Луикора ла Легорхе́льт, – пояснил настоятель. – Они знатные аристократы западных провинций. Скоро по землям маркиза ла Парсар должен пройти Великий торговый путь, и герцог захотел его оседлать. Изначально планировалось дочь маркиза отправить брату королевы графу Лортану ла Легорхе́льт, но магистр Селькозар увидел Орелию и решил ее не отдавать этому прожигателю жизни.

– Какие страсти кипят в этом королевстве, – усмехнулся Арсен. – Ладно, теперь надо решить, как мы будем выкручиваться из сложившегося положения. Отец Бортароль, ты же хотел помолиться в главном храме Суролтара? У тебя будет такая возможность, но нужно кое-что решить. Смотри, ты человек совершенно ненадежный, и доверия к тебе нет. Ты со мной согласен? Не надо отрицательно качать головой. Ты предашь нас, как только появится такая возможность. Поэтому у тебя есть выбор: либо ты служишь мне по клятве верности, либо…

– Вы обещали! – вскричал настоятель Бортароль.

– Я прекрасно помню, что обещал тебе смерть не от ритуала с поглощением души, – усмехнулся Арсен. – Но ведь тебе рано умирать? Или ты торопишься? Нет, серьезно? Ты действительно хочешь сейчас умереть? Ты только скажи, и я попрошу маркграфа, и он с удовольствием окажет мне такую маленькую услугу. Что задумался? Просчитываешь варианты? А вдруг мы расслабимся и ты сбежишь! А? Отличный план! Ну, так что, хочешь сбежать? Нет? Точно нет? А придется!

– Арсен, ты собираешься его отпустить? – воскликнул Грайден.

– Что значит отпустить? – делано удивился Арсен. – По тайному подземному ходу, который ведет из его кабинета, он пойдет на берег озера. А там – как Единственный скажет, но мне почему-то кажется, что местные жители помогут жрецу. А? Отец Бортароль, что скажешь? Сейчас настоятель заявит, что в его опочивальне находится казна монастыря, и, когда его проведут туда, откроет тайный ход и помашет нам ручкой.

– Какая казна? – воскликнул маркграф. – Мы же ее изъяли?

– Это тайная казна, которой он соблазнит нашу алчность, и мы проведем его в нужные покои, – пояснил Арсен. – Грайден, мне очень хочется, чтобы настоятель отправился сначала в храм Суролтара, а потом может и дальше в столицу империи. Теперь понятно? А если он не предоставит разумного объяснения, как ему удалось сбежать, то дальше пыточной он не уйдет…

– А зачем его вообще отпускать? – спросила Арина.

– Ребенок, ты хочешь спасти маму и папу?

– Конечно, хочу, а это тут при чем? – удивилась она.

– А при том, что уважаемый отец Бортароль станет нашим троянским конем, – пояснил Арсен.

– Я никаким конем быть не собираюсь! – возмутился жрец. – Убейте меня! Я готов вознестись в чертоги Единственного бога!

– Настоятель, представь, сколько женщин ты упустил, – усмехнулся Арсен. – При твоем пятом ранге ты вроде бы силен, но годы берут свое, и теперь не всякая монашка вызывает желание. И тут постоянно приезжают паладины, чтобы зачать очередного ребенка какой-нибудь очаровательной послушнице. А у них ранг никак не ниже твоего. Но им-то лет тридцать. А недавно ты встретил молодого магистра седьмого ранга! Вдумайся: в двадцать пять лет дошел до седьмой ступени! Для тебя недостижимая высота! Лет через двадцать он и до девятого ранга доберется! А что Отец Отцов Магистр ордена паладинов Селькозар I! Звучит? А ты к тому времени будешь червей кормить. Где справедливость? Я тебя спрашиваю! Молчишь? Потому что знаешь, что ее нет! Каждый человек – кузнец своего счастья! И сейчас ты можешь выбрать такой путь, который приведет тебя если не на вершину, то, как минимум, к восьмому рангу.

– Искушаешь! – воскликнул настоятель. – Ты мне обещал не проводить ритуал! Я понимаю, что слово Врага людского многого не стоит, но без моего согласия ты не сможешь получить союзника. А чего стоит одна душа пятого ранга? Так, мелочи. Легкая закуска.

– А я и не собираюсь проводить ритуал с тобой, твоим хозяином станет она, – указал Арсен на Арину. У нее чуть челюсть на пол не упала.

– Женщина? – удивился Бортароль.

– Девушка! – усмехнулся Арсен. – А если быть точнее, та самая девочка, которая сорвала нападение на барона, как его там, Хостан?

– Хорстан, – поправила Арина. – Клод ле Хорстан и его семья. Очень хорошие люди. Родичи Грайдена.

– Хроль говорил о маленькой ведьме, – с сомнением произнес жрец.

– Кстати, я забыл об этом слизняке, где он? – воскликнул Арсен. – Благодаря его усилиям Арина взяла первую кровь врага. Представляешь, она отважно бросилась на вооруженного убийцу, будучи в одной сорочке. И даже свернула ему шею. Вот видишь, какая у тебя хозяйка будет. И даже не смей отказываться!

– Но мне не нужен раб! – возмутилась представительница Земли.

Арсен усмехнулся и пояснил:

– Ребенок, это не раб, а твой агент-информатор. Причем, заметь, действовать он будет по собственному желанию. Помнишь, я показал печать против отца Сильвантия? Мы ее нанесем на уважаемого настоятеля и отпустим в побег. Если отец Бортароль пожелает стать сильней, он свяжется с тобой и тем самым активирует печать сбора силы. Душу он нам не подарит, да она нам и не нужна, а вот силу будет получать стабильно. Ты не сможешь контролировать его напрямую, но нам этого не нужно. Он же понимает, что если обманет тебя, то мы легко сообщим остальным жрецам о том, что он предал Единственного бога.

– А если он не активирует печать? – спросил Грайден, которому надоела эта возня с настоятелем.

Арсен пожал плечами и ответил:

– Я же сказал, это сугубо добровольное сотрудничество. Он попадет в подвалы храма. Настоятель, конечно, сможет объяснить наличие такого странного узора между лопатками, но верить ему не будут, и остаток дней он проведет как минимум в одиночной камере.

– А если он вообще не поедет в столицу? – спросила Арина. – Просто спрячется где-нибудь в лесу или в дальней обители. Что тогда?

– Я же говорю, вольному воля! – объяснил Арсен. – Только после активации включится маскировка, и печать станет невидимой, а в остальных случаях любой желающий сможет наблюдать странный узор.

– А если жрецы перенесут рисунок на медальоны? Они же будут собирать гораздо больше силы! – воскликнула Арина.

– Без активации это просто странный узор, – отмахнулся Арсен.

Он подошел к настоятелю и нажал на сонную артерию. Жрец потерял сознание, и его безвольное тело положили на стол. Нанесение печати заняло несколько минут, и финальный штрих, капля крови Арины.

– Будите его. Пусть оденется и проваливает в кабинет. У нас много дел.

– А если он совершит самоубийство или попросит кого-нибудь из паладинов его прирезать? – спросила Арина.

Арсен пожал плечами:

– Насчет самоубийства не знаю, но паладинам и инквизиторам он точно ничего не скажет, не дурак же он, в конце концов. Они же его мигом на костер отправят. А если скажет, что не знал, что я творил, пока он был без сознания, то ему поверят и просто изолируют.

– Ты думаешь, он ее активирует? – спросил Грайден.

– Какая разница? – отмахнулся Арсен. – Это маяк. По нему мы будем точно знать, что вокруг него происходит.

– То есть он служит нам? – обиженно спросила Арина. – А как же обещание не забирать его душу?

– А зачем мне его душа? – удивился Арсен. – Ребенок, нам нужен был агент в стане врага. Мы его получили. Если он сам примет решение служить тебе, то получит много силы и поднимется на два-три ранга. Я буду только рад, а если промолчит, тоже ничего страшного. Он тебя почувствовать не сможет, а вот ты легко услышишь то, о чем будут говорить рядом с ним. И если он откажется служить, то мы легко сможем активировать самоликвидацию.

– И что тогда будет? – спросил маркграф.

Арсен усмехнулся и ответил:

– Полет в чертоги Единственного в компании нескольких соратников.

– Жестоко, – констатировал Грайден, – но справедливо.

– Главное, действенно, – поднял Арсен указательный палец.

Глава 8

До самого вечера Арина предавалась грусти. Она вспоминала родителей и никак не могла представить их лиц. Образы расплывались, и не получалось сосредоточиться, чтобы задержать хоть на мгновение исчезающий мираж. Это было печально, так как у нее не осталось даже этого. Фотографии ее семьи были на электронном носителе в смартфоне, но он сгорел и остался возле полянки с камнями. Она боялась, что не распознает нужное место, поэтому замаскировала пластиковый корпус под деревом. Духи Тристан и Кораций, после того как провели ночь у селян, исполняющих роль носителей, вели себя тихо. Складывалось впечатление, что они растратили силы в ночном бою и теперь отдыхают. Неожиданно прозвучал голос Тристана:

– Арина, ты слишком переживаешь, тебе нужно развеяться. Когда мне становилось печально, я шел на тренировочную площадку и начинал танец клинков с тенью. Тебе стоит попробовать.

– Я не хочу сейчас двигаться, мне нужно побыть одной! – мысленно ответила девочка в теле взрослой девушки.

– Ты заблуждаешься, – подал голос Кораций. – Тебе сейчас необходимо забыть печальные мысли и вспомнить, что нужно думать только позитивно. Предоставь взрослым решить твою проблему.

– У меня нет проблемы, – проворчала Арина, – мне грустно. Я не смогла вспомнить образы мамы и папы! А если мы не успеем? Что, если их убьют? Я же их больше не увижу! Вы это понимаете?

– Понимаем, – подтвердил Кораций, – но ты должна помнить, что мысли материальны и нельзя допускать даже тень сомнения в победе.

– Именно! Взяв в руки мечи, ты доверила им судьбу, – добавил Тристан. – Только клинок твой самый близкий друг. Он поможет в самой непростой ситуации! Возьми их и начни дружить с ними. Я не видел, чтобы ты общалась с мечами. Запомни, это не просто кусок железа, это часть твоего тела и души. Их надо холить и лелеять. Их нужно развлекать, и тогда они будут преданы тебе. Ты окропила их своей кровью?

– Да, – вспомнила Арина. – Арсен сказал, что так надо, но я не поняла, для чего это нужно.

– Для сродства душ, – пояснил Кораций. – Теперь они действительно часть тебя. Раньше они принадлежали кому-то из вестников. Так же как и твои доспехи. Предыдущий владелец ими почти не пользовался, поэтому клинки завалялись без дела. Им было тоскливо. Теперь они служат тебе. Не допускай до того, чтобы им снова стало скучно. Подружись с ними. Только в поединке с собственной тенью человек достигает сродства с оружием.

– Хорошо, уговорили! Пойду разомнусь! – проворчала Арина и, поднявшись, отправилась на тренировку.

Она нашла укромное место за сараем и, обнажив клинки, провела несколько пробных махов, приноравливаясь к тяжести оружия. Постепенно ее движения стали плавными и ритмичными, словно вокруг звучала музыка, выводя на нужный лад превосходный инструмент. Сколько длился этот танец, Арина не знала. По завершении она поняла, что печальные мысли покинули ее. Арина вновь могла мыслить трезво, не допуская панических атак и приступов меланхолии.

– Арин, – услышала она голос маркизы, – я вас искала. Хорошо мужчинам, помахали мечом, и печальные мысли покинули их. Взор опять горит огнем, и они жаждут ринуться в очередной бой. А что делать нам, слабым женщинам? Только припасть к груди сильного и мужественного человека, который согреет нас в ночи и прогонит прочь тоску. Вы слишком юны, чтобы я не заметила вашего состояния. Мой сын Орлан был таким же отважным мальчиком. Он рвался в бой и погиб от рук этих мерзавцев. Я вас очень прошу, не прогоняйте меня. Мне нужно с кем-нибудь разделить боль. Она рвет мою душу на части.

– Маркиза, чем я могу вам помочь? – удивилась Арина.

– Я понимаю, что у вас есть родители, но позвольте мне называть вас моим мальчиком, – со слезами на глазах произнесла женщина.

– Я девочка, – выдала признание Арина.

Маркиза округлила глаза и улыбнулась.

– Неожиданно, но вполне закономерно, – проворчала Ортелла ла Парса́р. Она отклонилась и всмотрелась в лицо Арины. – Действительно, девочка. У Драконов даже девушки настоящие амазонки. Я рада, что ты не сдержалась в комнате с палачом. Судя по обмолвкам маркграфа, они шли в монастырь для того, чтобы просто разведать обстановку, и если бы не ты, то я бы до сих пор лежала привязанной к столу и глотала воду. Благодарю! Отныне и впредь я буду помнить то, что ты для меня сделала. Для нас обеих. Моя дочь не должна была подвергнуться насилию, но то, что она увидела, останется в ее памяти. Орелия стала взрослее и теперь понимает, что женщине нужен сильный и влиятельный муж. Как думаешь, этот Арсен достаточно силен для того, чтобы защитить молодую жену от любых посягательств?

– У него дома осталась жена, – ответила Арина. – К тому же он пришел сюда спасать бывшую жену и сыновей. Причем она мать только одного из них, в то время как другой мальчик от третьей бывшей жены. А дома у него была куча любовниц. Вам действительно хочется отдавать дочь в руки такого, как бы правильно выразиться?..

– Любвеобильного мужчины, – подсказала маркиза. – Да, действительно, это не самый удачный выбор. Жаль, что маркграф слишком старый. Он был бы выгодной партией для моей Орелии. Как печально, что его внук Грэг погиб. Я видела его на балу. Очень мужественный молодой человек. Он во время танца мне даже ноги почти не отдавил. А как он на меня смотрел. Ах! Какой был мужчина. Я плавилась под его горящим взором. Это было несколько лет назад. Малышка Орелия тогда была слишком юна, и мой Приволь побоялся рассматривать его кандидатуру ей в мужья. Он был наслышан о несдержанности мужчин рода ле Дракон. К тому же их родовое проклятие. Их жены умирают во время родов. Вы знаете о нем? Постойте, но если ты девочка, то как ты можешь быть ле Дракон? И как могут быть живы твои родители? Ты точно его родственница?

– Да, только дальняя, – ответила Арина. – Но вы не беспокойтесь, дядя Арсен подсказал, как снимать это проклятие. Если Грайден сейчас женится, то у него никто не умрет во время родов.

– Точно? – недоверчиво спросила маркиза. – Ты в этом уверена?

– Абсолютно! – заверила Ортеллу Арина.

– Ну, смотри, если что-нибудь случится с Орелией, это будет на твоей совести, – предупредила маркиза.

Арина опешила и произнесла:

– Но она же пока ребенок! А он старый!

– В подвале, когда я лежала привязанной к столу, мой взгляд находился на уровне середины туловища присутствующих мужчин, – поделилась Ортелла наблюдениями. – У них шевельнулся бугорок как раз на нужном месте. Если я правильно поняла, то маркграф также находился там. О чем это говорит?

– О чем? – округлив глаза, переспросила Арина.

Маркиза покровительственно улыбнулась и задумчиво произнесла:

– О многом! Может быть, он и старый, но не бессильный. Если, как ты говоришь, проклятие можно снять, то стоит передать маркизат под его руку. Наши земли соседствуют, так что никаких территориальных споров не будет. А если прибрать уделы почивших баронов, то может получиться восточное герцогство. От берегов озера до берега Степного моря. С востока его будет ограждать горный хребет, а с запада половодная река. Получится очень даже неплохой надел. И это на законных основаниях. Маркграф человек сильный и властный. Он сможет уберечь земли от семьи герцога ла Легорхе́льт. Зная его нелюбовь к храмовникам, он их быстро выгонит с подвластной территории…

– Как вы можете думать об этом, пока не похоронили мужа и сына? – удивилась Арина.

Маркиза тяжело вздохнула:

– Если женщина не может сама о себе не позаботиться, то ей срочно нужен мужчина, который возьмет на себя эту почетную обязанность. Ты слишком молода, чтобы думать об этом, но поверь, что я это делаю для благополучия дочери. Мне очень тяжело из-за потери моего Орлана. Он был моим любимым мальчиком. Но если я сейчас предамся печали, то Орелии останется только пойти по миру или угодить в храм рожать бастардов для жрецов. А я этого допустить не могу! Мы едем с вами в столицу на прием к королю.

Женщина энергично поднялась и направилась на поиски маркграфа. Арина покачала головой и тихо произнесла:

– Какой жестокий мир!

* * *

На закате состоялись похороны убитых паладинов и жрецов. Тела вывезли жители из ближайшей деревни и сложили на огромную поленницу. Изначально собирались устроить похороны в стенах монастыря, но Грайден отказался от этой мысли, так как прекрасно знал, какой смрад бывает от сгоревших трупов. Бросать мертвецов на поживу хищников он также не стал, так как волки с окрестных лесов сбегутся в эти края. Погребальный костер горел до самого утра. Со стены было видно зарево и клубы черного дыма, уносимого легким ветерком куда-то над гладью озера.

На следующий день к воротам монастыря прискакали всадники. Два десятка паладинов во главе с небезызвестным Хролем. Створки распахнулись, пропуская «долгожданных» гостей. Щелкнула тетива арбалета, и вслед за ней в воинов Единственного бога понеслись смертоносные болты. Десять тел рухнули на каменные плиты монастырского двора. Остальные попытались вырваться из ловушки, но дорогу им преградили Грайден и Арсен. Два беспощадных воина загородили телегой створ ворот и, стоя на этом своеобразном помосте, несли только смерть и разрушение при помощи алебарды и копья. Кони ржали и вставали на дыбы, а арбалеты в руках ратников маркграфа продолжали посылать болты в паладинов. Наконец остался только один Хроль. Он крутился на коне и размахивал огромным топором. Его удары были сильными, мощными и абсолютно предсказуемыми.

Арсен крикнул:

– Слезай, для тебя есть специальный противник!

– Ненавижу! – орал высокий мужчина и продолжал размахивать оружием.

Арина вышла вперед и, обнажив клинки, оглянулась на наставника. Тот снял шлем и подбадривающе ей улыбнулся.

– Эй, мешок с навозом, – снова крикнул Арсен, – если ты сможешь одолеть этого ребенка, я позволю тебе сесть в седло и убраться отсюда!

– Ты лжешь! Тебе невыгодно отпускать меня! – закричал Хроль.

– Если ты сейчас не слезешь и не сразишься с Арином ле Золтодрак, тебя просто утыкают арбалетными болтами, – предупредил Арсен. – Мне так даже проще. Просто ты нанял убийц в Прильске, и именно моему ученику выпало сомнительное удовольствие принять первый удар на себя. Он жаждет расквитаться за испорченный сон. К тому же ты хотел присвоить его доспехи, а это личное оскорбление. Ну что, может, сейчас попытаешься захватить этот трофей? Давай не стесняйся, он тебя не больно зарежет. Раз, и все! Это я бы кромсал тебя на кусочки, а он молод и горяч…

– Поклянись Единственным богом, что выпустишь меня после победы над этим щенком, – злорадно оскалился Хроль.

Арсен стремительно спрыгнул с телеги и, столкнув паладина с коня, схватил его левой рукой за глотку. Приподняв крупного мужчину над плитами двора, он прорычал:

– Я тот, кого ты знаешь под именем Враг людской! И я клянусь, что сожру твою душу, даже если сейчас мне придется выпустить тебя за ворота!

Он медленно поставил паладина на ноги и с усмешкой отошел в сторону. Хроль громко сглотнул и яростно бросился на Арину, снова замахиваясь большим скандинавским топором. Тут это оружие называлось секира ваннов. Такой мощный удар принимать на жесткий блок было бы равносильно самоубийству, но Арина сместилась в сторону и легко увернулась. Новый замах, и вновь ученица Арсена уклонилась с траектории удара. Этот танец длился достаточно долго, пока крупный мужчина не покрылся потом, заливающим лицо. Хроль считался превосходным бойцом. Этим топором он пробил не один десяток рыцарских лат, но мелкий противник был значительно быстрее его. Наконец Арина сняла шлем и спросила:

– Узнаешь девочку на дороге во время нападения на барона ле Хорстан? Вижу, что узнал. Это хорошо. Я хотела, чтобы ты знал, кто снесет твою голову! Ну что, ты готов попасть в свиту моего дяди?

– Ведьма! – закричал паладин и снова ринулся в атаку, но на этот раз Арина не стала уклоняться. Она просто подпрыгнула и провела гимнастическое упражнение под названием «переднее сальто с винтом». Арина совершила высокий прыжок, перевернулась в воздухе, одновременно вращаясь телом вокруг собственной оси. При этом она пролетела вниз головой над противником и разрубила шлем и череп Хроля. Арина понимала, что если бы она попыталась повторить такой прием на Земле, то у нее бы ничего не получилось, но на этой планете тяготение было ниже, и даже с доспехами ей удалось покрасоваться.

– Браво, ребенок! – похлопал в ладоши Арсен и добавил: – Выкинешь такой же фортель, и я тебя выпорю! Тебе понятно?

– Да, наставник, – склонила голову Арина.

– А мне понравилось, – сказал Грайден. – Согласись, что было красиво.

– Согласен, – подтвердил Арсен, – и невероятно глупо. А если бы он просто отклонился и подловил ее в полете? Это можно сделать на показательном выступлении, а в бою такие фокусы вытворять небезопасно! Наверняка Кораций подсказал. Был у одной шестикрылой такой прием в арсенале. Я тогда Киру так приложил, что потом она декаду прыгать боялась.

– Шестикрылой? – удивился маркграф. – Что, серьезно, у нее были крылья? А как такое возможно?

– Эти доспехи как раз достались от другого шестикрылого, – отмахнулся Арсен. – Так, ничего особенного, просто у людей за спиной есть крылья. У некоторых два, как у птицы, у других четыре, словно у бабочек, а эти скорее на жуков в полете смахивают. Верхние нужны для планирования, и они же прикрывают две нижние пары. Шестикрылые летают быстро, но маневренность хромает. Я в облике дракона был более резвым и брал вестников на виражах. Грайден, рот закрой, а то муха залетит.

– Ты превращаешься в дракона и умеешь летать? – спросил ошарашенный такой новостью маркграф.

– Я же говорил, что ученик Прародителя драконов. Ты что, забыл? Эх, старость не радость. В этом мире нет сил и преобразиться в дракона у меня не получится, – пояснил Арсен. – А если случится чудо и мне удастся принять эту форму, то миру придет конец, так как я сожру всю живность. Я бываю очень голодным и невероятно злым.

– А она? – поинтересовался Грайден.

– И она, и ты сможете принять истинную форму, но делать этого не советую, вы просто сойдете с ума, – спокойно ответил Арсен.

– Я смогу стать драконом! – начал шептать маркграф.

– Эй, я сказал, что делать этого не нужно, тут слишком мало силы, и обратно ты не вернешься. – Арсен помахал ладонью перед лицом Грайдена. – Очнись! Без опытного наставника ты просто умрешь во время преображения.

– Но как такое возможно? – потряс головой маркграф. – Я столько лет живу и ни разу не слышал, чтобы кто-нибудь кроме нашего предка мог превращаться в дракона.

– Если ты помнишь, в нашу первую встречу я влил в твое тело кровь дракона и она не сожгла тебя, – пояснил Арсен. – Значит, в организме есть потенциал. Но без хорошего запаса сил ты просто погибнешь, превратившись в какое-нибудь корявое чудовище. Хочешь стать противным уродцем? Нет? Я так и думал.

– Но ведь я смогу когда-нибудь? – с надеждой спросил Грайден.

– Кто знает? Время покажет. На повестке дня у нас мародерка и почетные похороны паладинов, – заявил Арсен. – Ребенок, сколько хочешь за трофейный топор Хроля?

– Так забирай, он слишком большой, – милостиво разрешила она.

– Я там, в местном арсенале видел аналогичный топорик, – вслух подумал Арсен. – Я, кажется, придумал, как наказать эту зазнайку! Кто принесет?

– Сейчас будет благородный Арсен, – сказал десятник Гервин и ненадолго отлучился.

Вскоре он принес боевой топор, схожий по размерам и весу с трофейным оружием. Арсен поднял их над головой и передал топорища в руки Арины. Она на удивление легко их подхватила и непонимающе посмотрела на наставника.

– С этого дня мечи только для тренировок и танца с тенями, а в бою работаешь этими топорами! Это чтобы тебе не пришло в голову очередное сумасбродство в виде красивых прыжков. Ребенок, все понятно?

– Да, наставник, – понурила голову ученица. – А работать по какой схеме? Ни Тристан, ни Кораций не сражались топорами.

– Именно для этого я тебе их и даю, чтобы эти хулиганы не учили тебя всяким излишествам, – усмехнулся Арсен. – Весь арсенал приемов тебе известен, так что иди познакомься с новым оружием и начинай нарабатывать навык. Не забудь о сродстве с душами топоров.

– Да какая там душа, – отмахнулась Арина.

– Сильная и кровожадная, – серьезно ответил Арсен. – Этими обухами и лезвиями много дурных голов разнесли, так что не обижай будущих друзей.

– А она справится? – тихо спросил Грайден. – Топоры-то тяжелые.

– Не смеши меня, – сказал Арсен. – Ребенок, а ну, иди сюда. Подними маркграфа левой рукой за пояс, до горла ты просто не достанешь. Давай.

Арина ухватилась за пояс рыцаря и резко приподняла Грайдена вверх. Подержала так какое-то время и после кивка наставника поставила ошарашенного старика на землю.

– Какой же я старый, – тяжело вздохнул маркграф. – Во времена моей молодости девушки предпочитали заниматься вышиванием, а не размахивать боевыми топорами и облаченными в доспехи рыцарями.

– Все течет, все меняется, – философски заметил Арсен. После, увидев, что Арина продолжает слушать их разговоры, воскликнул: – Ребенок, а ты что стоишь? Иди тренируйся с новым оружием.

– Ну ладно! – тяжело вздохнула Арина и снова пошла за сарайчик, где вчера осваивала танец с тенями.

* * *

Два десятка паладинов сожгли там же, где и предыдущих. К вечеру на дороге заметили клубы пыли. К монастырю приближались всадники. Когда они подъехали к воротам, десятник Гервин облегченно вздохнул и приказал запускать гостей. Прибыли почти пять сотен ратников маркграфа. Тысячник рыцарь Альтер ли Стренз в сдержанной форме выразил сюзерену недовольство поспешным захватом вражеской цитадели. Грайден положил руку на плечо давнего соратника и клятвенно пообещал, что на следующую битву обязательно позовет командира тысячи ратников. Далее были глубочайшие уверения в дружбе и преданности, но Арина перестала слушать. Она с удивлением заметила в колонне несколько белых жреческих ряс и плащей паладинов, которые держались около двух пассажирских повозок с разными гербами. Дверцы местного аналога карет раскрылись, и наружу начали выходить женщины и девушки в траурном одеянии. Рядом с ними Арина заметила колобка отца Сильвантия. Тот выражал полное недоумение происходящим и, увидев знакомое лицо «юного отрока», посеменил в нужном направлении.

– Благородный Арин, вы себе представить не можете, как же я рад видеть вас в этой обители, – начал отец Сильвантий. – Я оказался в затруднительном положении, так как получил распоряжение отца настоятеля сопроводить заблудшие души домочадцев баронов ле Сверганс и ле Доруван в стены этого монастыря. Но отец Бортароль почему-то не вышел нас встречать. А братья паладины тревожатся. Раньше в этих стенах не было столько безбожников…

– Наставник, – крикнула Арина, – можно вас!

– Благородный Арин, – начал речь колобок, – неужели для разрешения сомнений братьев паладинов нам необходим этот грубиян?

– Жизненно необходим! – четко ответила Арина и слегка повернула голову в сторону приближающегося Арсена.

Изменив сектор обзора, она упустила из виду спутника отца Сильвантия. Жилистый инквизитор в белой рясе быстро зашел ей за спину и приставил кинжал к лицу Арины.

– Брат Ярвентий, что вы творите? – воскликнул колобок.

– Раскрой глаза! Обитель Единственного бога осквернена этими язычниками и последышами Врага людского! – прошипел инквизитор.

Арина высоко держала подбородок, так как лезвие клинка лежало на верхней кромке бувигера, прикрывающего шею, и почти касалось верхней губы. Носом она ощущала запах железа и вдруг поняла, что ей не страшно. Ни капельки. Она ругала себя за невнимательность, но в сложившейся ситуации оставалось положиться на взрослого наставника.

Наступила зловещая тишина. Только кони периодически всхрапывали и били копытами по каменным плитам двора. Арсен усмехнулся и спросил:

– Ребенок, и как тебе удается влипать в такие ситуации? Помнится, на Земле я взорвал на пузе гранату, и невеброн не позволил причинить вред моей тушке. Если тебе надоело так стоять, можешь оторвать ему руки…

Арине нужно было лишь одобрение дяди Арсена. Она резко оттолкнулась назад и упала на спину, попутно сбив инквизитора на землю. После этого развернулась, схватила руку противника с кинжалом и, вывернув ее, рванула наверх. Послышался хруст костей и треск разрывающейся материи. Придавив трепыхающегося брата Ярвентия коленом, она продолжила доламывать руку, постепенно вырывая ее из сустава. Инквизитор даже не орал, а тонко подвывал на одной ноте. Финальный рывок она делать постеснялась, так как ощутила странное чувство – ей понравилось видеть страдания врага. Добычи! Арина осознала, что эта кровожадная радость не может принадлежать ребенку десяти лет. Это не ее чувства. Она добрая и отзывчивая. Она хорошая. А то, что она сейчас ощутила, лишь вспышка гнева, присущая хищникам под названием драконы!

Арсен посмотрел на застывшую Арину и, повернувшись к паладинам, развел руки в стороны. Он криво ухмыльнулся и спросил:

– Есть желающие сразиться с наставником этого ребенка? Нет? Тогда сложите оружие. Если вы непричастны к нападениям на местных аристократов, вас отпустят.

Паладины переглянулись, и один из них произнес:

– Я готов погибнуть в бою. Кто со мной?

Несколько воинов отошли в сторону и положили мечи на плиты. Более десятка храмовников презрительно скривились и, обнажив оружие, встали в круг. Арсен присмотрелся к ним и, указав пальцем на троих из них, громко сказал:

– Грайден, эти трое твои кровники. Возможно, не именно они убили твоего внука, но то, что они участвовали в нападении на твоих ратников, это точно. Будьте любезны, отойдите в сторону. Я бы не хотел лишать родича права мести. А остальных я попросил бы остаться и начать на меня нападать. Да не бойтесь, в спину никто бить не будет. У потомков Воина-Дракона есть слабость к эффектным жестам! Давайте семеро на одного! Если меня победите, то маркграф вас отпустит. У него именно к вам нет претензий. Ну, решайтесь!

Арина слегка успокоилась и начала смотреть на избиение паладинов. Теперь она поняла, что значила фраза «резать на кусочки». Арсен держал мечи обратным хватом и крутился между воинами с невероятной скоростью. Он наносил режущие, но несильные удары, которые оставляли неглубокие раны на теле. В результате кровопотери паладины качались, словно листья на ветру. Наконец упал первый воин, схватившись за распоротый живот. Затем второй. После третий. Оставшиеся четверо прижались спина к спине и замерли, ожидая его атаки. Арсен снял шлем и, повернувшись к Арине, сказал:

– Ребенок, то, что ты сейчас увидишь, повторять не нужно…

Наставник высоко подпрыгнул и, совершив двойное сальто, оказался между четырех паладинов. Резко совершив поворот на триста шестьдесят градусов вокруг собственной оси, он смахнул четыре головы с плеч. Ратники ахнули, и в рядах начался гомон. Трое оставшихся паладинов схватились за мечи, но Грайден без изысков их перебил. Он повернулся к Арсену и сказал:

– И как теперь мои ратники будут смотреть на меня? Я же не показал таких красивых ударов, как ты!

– Ты их вождь! А я сегодня здесь, а завтра там. Главное, ты отомстил, а остальное не важно, – с улыбкой ответил Арсен.

– А шлем зачем снимал? – полюбопытствовал маркграф.

– На глаза мог сползти, – ответил Арсен. – Ребенок, а зачем ты подпустила потенциального врага на такое короткое расстояние?

– Простите, дядя Арсен, слегка задумалась, – ответила Арина.

Она находилась под впечатлением от его финального удара и теперь понимала духов Тристана и Корация, которые утверждали, что это не человек, а беспощадный разрушитель во плоти. Теоретически она знала такой прием, но выполнять бы его побоялась, так как малейшая ошибка могла стоить жизни. А Арсен решился и выиграл. Одним ударом четыре головы. Жуть!

С этими поединками Арина совершенно забыла о колобке. Отец Сильвантий семенящей походкой подошел к ней и, остановившись на почтительном расстоянии, произнес:

– Благородный Арин, позвольте восхититься вашей доблестью и отвагой. Вы сразили этого коварного брата Ярвентия, и мое сердце переполняется радостью, видя вас в добром здравии…

– Отец Сильвантий, вы меня утомили, – тяжело вздохнув, произнесла Арина. – Может, вам стоит посетить подвалы монастыря?

– Зачем подвалы? – удивился колобок.

– Именно там сидят те, кто служит Единственному богу, – пояснила Арина. – А наверху живут нормальные люди. И отдайте ваш медальон. Он меня раздражает.

– Как вы могли! – воскликнул отец Сильвантий. – Вы не ведаете, что творите! Вы одержимы Врагом людским, но я наставлю вас на путь истинный. Совместными усилиями мы с вами изгоним зло из вашей души. Повторяйте за мной…

– Р-р-р! – зарычала Арина и, схватив колобка за горло, оторвала его от земли. – Ваш Единственный пленил моих родителей и собирается принести их в жертву! Я тебя пор-р-рву!

– Ребенок! – услышала она окрик наставника. – Поставь мясо на место! Негоже играть с едой! Отец Сильвантий, идите сюда. Поживей. Не надо оглядываться на благородного Арина. Он сейчас в расстроенных чувствах.

Колобок остановился между двух хищников и не мог определиться, кого из них он боится больше. С одной стороны, такой милый юноша, который в порыве гнева чуть не оторвал ему голову. С другой – беспощадный убийца, зарубивший семь братьев паладинов. Оказавшись в затруднительном положении, отец Сильвантий опустился на колени и начал молиться. К величайшему сожалению, Единственный бог снова проигнорировал его мольбу, и колобку пришлось подниматься и идти за десятником в подвал. Его определили в пыточную, где до сих пор не отмыли пятна крови с пола. Чуть позже к нему заглянул маркграф и начал задавать вопросы, на которые он не знал ответов. Вскоре к их беседе присоединились Арсен и благородный Арин. Они так же спрашивали о том, как часто он посещал этот монастырь и осеменял послушниц, но отец Сильвантий был в этом месте один раз и надолго не задержался. Он передал послание брата Ярвентия, находящегося в Прильске на излечении после ранения. Утром отцу Сильвантию вернули его мула и порекомендовали не задерживаться в восточной части королевства, так как маркграф собирался изгнать жрецов Единственного бога с земель Суролтара.

Глава 9

После беседы с колобком Арина вышла из пыточной и направилась вдоль запертых дверей. Ей стало интересно, а что там дальше? Они несколько дней находились в монастыре, и недавно ратники проверили камеры, заглядывая в зарешеченные окошки. В нескольких помещениях они обнаружили послушниц, проявивших непокорность. Женщин выпустили, и маркграф поручил маркизе позаботиться о них. Большинство пленниц оказались вновь прибывшими аристократками. Их воспитанием занимался палач, которого убила Арина. Сейчас эти камеры вновь обрели постояльцев. Туда поместили некоторых паладинов, сложивших оружие. Мужчины выглядывали из окошек и злобно рассматривали девушку. Она также всматривалась в лица тех, кто периодически насиловал местных послушниц. Ни один из паладинов не смог долго выдержать ее взгляд. Они опускали глаза и начинали усердно молиться, вспоминая Врага людского и его проклятое семя.

Арина никак не могла понять, о каком семени они говорят, но долго думать об этом не хотелось. Она дошла до крайней камеры и, не заметив никого внутри, хотела развернуться, но ее взор задержался на скелете, прикованном к цепи возле одной из стен. Ее удивили смазанные петли двери. Зачем посещать камеру с какими-то старыми костями? Странно. Девочка в теле взрослой девушки задала себе этот вопрос и, не найдя разумного объяснения, решила проверить самостоятельно. Она вошла внутрь и раскрыла третий глаз. Однородное свечение стен было нарушено силуэтом потайной двери, замаскированной под каменную кладку. Недолго повозившись с замком, Арина нажала на несколько выступающих булыжников. Один легко подался внутрь, и часть стены повернулась на оси, раскрывая проход в темный коридор.

Любопытство влекло неодолимой силой, и она, продолжая смотреть на мир при помощи магического зрения, вошла внутрь. За небольшой площадкой начинались ступеньки. Они привели Арину в другой подвал со сводчатыми потолками. Каждая комната была отсечена от предыдущей решетками. На удивление, такого спертого воздуха, как наверху, не было. В конце длинного коридора зиял темный провал, забранный толстыми прутьями, преграждающими путь в подземный ход. Медленно передвигаясь вперед, Арина ощутила запах недавно потухшей свечи. Продолжая двигаться по коридору, она заглядывала в каждую камеру. Кое-где были видны прикованные к стене скелеты, а в трех крайних помещениях, расположенных напротив друг друга, обнаружились едва живые постояльцы: два мужских силуэта и один женский. Три человека с ошейниками и кандалами, светящимися в магическом спектре. Если на мужчинах было какое-то подобие одежды, то женщина была обнажена и привязана к кровати. Именно она произвела звук, похожий на сдавленное мычание.

Арина мысленно связалась с Арсеном и объяснила, где находится. Очень скоро он спустился вместе с Грайденом. Факел осветил коридор и тюремные камеры. Маркграф выругался на десятника, так как именно он проводил обыск верхних помещений. Арина вступилась за Гервина, объясняя, что только чудом сумела обнаружить потайную темницу. Арсен тоже расстроился, так как знал о наличии третьего подземного хода, но как-то не удосужился его проверить. Получалось, что пленники находятся без еды и воды более трех дней. Это, конечно, при условии, что их кормили как раз в день захвата монастыря. На предложение Арины снять с заключенных цепи наставник ответил, что только благодаря магическим печатям, нанесенным на железо, их души не отошли в иной мир. Эти оковы позволяют узникам существовать в изможденных телах, не давая им умереть.

– Арсен, что нам с ними делать? – спросил Грайден. – Как ты сам сказал, если их расковать, они умрут. Кормить и поить этих доходяг не получится, так как они в бессознательном состоянии. Чтобы они выздоровели, нужно снять эти поглощающие оковы, а если расковать, они сразу умрут. Замкнутый круг. Конечно, их можно отправить вместе с остальными послушницами и детьми в мою долину, но дорогу они могут не пережить. Может, девчонка выживет, а эти точно не жильцы. Парни одной ногой в могиле…

– Ребенок, что скажешь? – поинтересовался Арсен. – Есть своеобразный выход, но тогда ты опять лишишься браслетов с духами. Тебе решать!

– А если я отдам им браслеты, то они смогут выжить? – спросила Арина.

– Давай посмотрим на это с другой стороны. Кто они такие и почему находятся в тайной темнице? – задумчиво произнес Арсен. – Надо привести в чувство девушку, может, она прояснит ситуацию?

– Она мычала, когда я подошла, – призналась Арина.

Теперь она понимала, почему пленница издавала такие странные звуки, и, аккуратно вынув кляп изо рта, начала вливать в коротко стриженную шатенку воду из фляги. Сначала сухие губы страждущей приоткрылись и, ощутив вожделенную влагу, припали к горлышку, пытаясь не проронить ни капли жидкости. Арина оторвала флягу от губ шатенки, но та потянулась и застонала.

– Я, конечно, не профессиональный лекарь, и до Златы мне далеко, но думаю, мне удалось переработать заклинание малого исцеления под минимальный расход сил! – прозвучал голос Корация.

– А это точно безопасно? А то шарахнет, как в прошлый раз! – задала вопрос Арина. Ранее у них случился подобный инцидент.

Тристан подсказал выход:

– Используй накопленную силу этих оков. Тогда излечение пройдет без осложнений! Только вливай потихоньку.

Арина мысленно представила рисунок заклинания малого исцеления и, запитав его на поглощающие печати, активировала плетение. В магическом спектре было видно, как энергия разливалась по телу шатенки, потихоньку наполняя ослабленный организм силой. Пленница раскрыла светлые глаза и глубоко вздохнула. Осмотрев присутствующих, она спросила на языке северных амазонок:

– Кто вы?

Арина осознала, что поняла вопрос, и попыталась ответить на том же языке, но шатенка сморщилась от жуткого акцента блондинки.

– Ребенок, не мучай мой нежный слух, – усмехнулся Арсен и обратился к пленнице на языке амазонок: – Мы захватили монастырь. Паладинов перебили. Остальных заточили в темницу. Скажи, кто вы такие и почему находились отдельно от других послушниц?

– Я Никалия из племени северных амазонок, – ответила шатенка. – В соседних камерах должны находиться мои братья Горотар и Гирадор. Нашей шаманке было видение, что вернется великий Воин-Дракон. Мы шли в южные земли к священной поляне, чтобы встретить его, но зимой взяли неверное направление и угодили в лапы жрецов. Нас пленили при помощи коварства проводника. Он подсыпал сонное зелье, и мы очнулись тут. Нам сохранили жизнь в надежде на то, что во время похода в земли амазонок мы послужим проводниками. Мы отказались. Изначально иногда нас кормили, но недавно сюда спустился какой-то магистр паладинов со жрецом, знающим наш язык. После очередного отрицательного ответа он приказал заморить братьев голодом, а палачу разрешил развлечься со мной. Подлый мерзавец начал меня насиловать. Мои братья ничего не могли сделать и только насылали на его голову проклятия. Наконец и он перестал спускаться сюда. Большая свеча потухла, и вот два дня я сижу во тьме.

– Скажи, а с каких пор у амазонок есть братья? – поинтересовался Арсен на ее языке. – Если я правильно понимаю, у вас должны быть только сестры.

– Девятнадцать лет назад в наше поселение пришли три воина из степей. Они бежали от погони и были сильно изранены. Один из них представился Гардором – потомком Воина-Дракона. В наших племенах принято рожать детей от сильных мужчин. Моя мать, моя тетя и их подруги провели с гостями несколько ночей. Вскоре три воина уехали, но духи сообщили шаманке, что до места назначения они не добрались, сложив головы в бескрайних степях. А в положенный срок и мама, и тетя погибли во время родов. У других женщин родились девочки, и они остались живы. Наша царица, посовещавшись с шаманкой, решила оставить этих мальчиков, так как из них должны были вырасти сильные мужчины, которым предстоит свершить великое дело.

– Грайден, я правильно понял, Гардор был твоим сыном? Что теперь скажешь? Оставим их тут, чтобы подохли, или, может, спасем? – с усмешкой спросил Арсен на местном языке.

– Спасем! – решительно заявил маркграф. Он также понимал, о чем говорила девушка, и теперь переполнился энтузиазмом. – Это мои внуки! Я не позволю им умереть! Сделай что-нибудь! Ты же можешь!

– Ребенок, твое слово? – обратился к блондинке Арсен. – Ты готова отказаться от Корация и Тристана? Внуки Грайдена – настоящие хищники и после ритуала станут превосходными носителями сущностей духов!

– Скажи, а что станет с братьями? – уточнила Арина. – Ты говорил, что если снять ошейники, то они погибнут.

– Тонкостей процесса ты не поймешь, но вкратце объясню. Смотри, мы сразу поменяем Тристана и Корация местами с Горотаром и Гирадором. Одни займут дом в браслете, который не выпустит их души в загробный мир, а другие начнут осваивать новые тела…

– Но ведь они истощены! – удивилась Арина.

– Ребенок, а ты у нас на что? – делано удивился Арсен. – Кинешь на них малое исцеление, я волью в них кровь дракона, и преобразим их в настоящих хищников. Кровожадных, беспощадных и абсолютно преданных.

– Подожди, – воскликнул Грайден, – зачем нужны эти духи? Неужели без этого нельзя? Я хочу общаться с внуками, а не с какими-то призраками!

– Они не знают тебя, а ты их. Кто знает, что им вложили в головы? Как их воспитали? Тристан и Кораций аккуратно подведут их к тому, что они твои родичи. Ты никому не должен говорить, кто они, пока не настанет время. Если они действительно достойные люди, объявишь подданным, что они твои внуки, а если нет, останутся простыми рыцарями. Ведь у вас не принято передавать власть незаконнорожденным детям. А так женишься на маркизе или на ее дочке и заведешь законного наследника.

– На этой девочке? – недоверчиво переспросил Грайден.

– Хм, маркиза распланировала вашу будущую совместную жизнь, – хмыкнул Арсен. – Они обе очень даже ничего. Я бы не отказался…

– Арсен! Как ты можешь! Она же пока молода! – возмутилась Арина.

– Ребенок, молчи, это разговор взрослых, – усмехнулся Арсен.

– Но они мои внуки! – продолжал настаивать Грайден.

– Кто спорит, но и ты пойми меня, не могу я давать силу тем, кого не знаю! – пояснил Арсен. – А этих парней я вижу впервые в жизни. Согласен, амазонки могли вырастить из них настоящих мужчин, но где гарантия, что они не подкаблучники?

– Кто? – удивился маркграф.

Арсен пояснил:

– Те, кто выполняет приказы женщины. Понаблюдав за нашим общением из браслетов, они проникнутся духом рода Воина-Дракона. Возможно, он есть в их сердцах, но мы пока этого не знаем. А вот когда узнаем их поближе, тогда и сможешь рассказать, что их отец был твоим сыном. Мы поняли друг друга? Замечательно!

– Что вы собираетесь делать с моими братьями? – настороженно спросила шатенка на языке амазонок. Она плохо понимала местную речь и, кроме того, что ее братьев собирались лечить, ничего не осмыслила.

– Превращать в оружие возмездия культу Единственного божка. И вообще, пора бы внести ясность, сколько в действительности есть богов в этом мире. Тут у нас и Воин-Дракон, и местные божества. Почему его называют единственным? – начал философствовать Арсен.

Шатенка глупо захлопала ресницами.

– Наставник, может, делом займемся? – прервала его рассуждения Арина и указала на истощенных мужчин. – А то они помереть успеют, пока ты определишься в местном пантеоне.

– Эх, ребенок, нет в тебе тяги к величию! – театрально вздохнул Арсен и продолжил с пафосом вещать: – Вот смотри, если твой папа станет богом, то и ты автоматически поднимешься до этой высоты…

– Дядя, может, хватит? – возмутилась девочка в теле взрослой девушки. Она не понимала, зачем он говорит такие вещи, и его слова ее раздражали.

– Ну ладно, уговорила бесхарактерного, – тяжело вздохнул Арсен. – Я только настроюсь на нужный лад, и мы начнем.

Два ритуала прошли без сучка и задоринки. И Тристан, и Кораций вселились в тела братьев Никалии. Они медленно поднялись и начали осваиваться в ослабленных организмах. Порция силы, которую кинула в них Арина, растворилась без остатка, но вскоре оба Духа привели тела в надлежащее состояние.

Шатенка обратилась к ним на языке амазонок, но оба показали, что ничего не понимают. Никалия начала возмущаться:

– Что вы с ними сделали? Немедленно верните моих братьев!

– Послушай меня внимательно, – присел рядом с девушкой Арсен и, заглянув в ее глаза, сказал: – Ты должна осознать, что твои братья пока не выздоровели, и для того, чтобы это произошло, мне пришлось дать им духов-хранителей. У шаманов же есть такой ритуал? Как только сила вернется к ним, духи возвратятся в браслеты и твои братья обретут родные тела. Им никто не желает зла. Пока они набираются сил, ты должна научиться говорить на местном языке. Духи также поучат твоих братьев, чтобы вы могли общаться с окружающими без лишних сложностей. Я вообще не понимаю, как вас отправили сюда без знания местной речи? На убой? Тут же любой жрец сразу увидит, что вы чужаки! Запомни, как только они будут готовы, то сразу сможешь с ними пообщаться, а пока зови их Тристан-Го-ротар и Кораций-Гирадор. Тебе понятно? Учи язык! Это важно!

Тристан и Кораций попрыгали и начали разминаться.

– Если бы магия вернулась, то было бы вообще хорошо, – вздохнул Кораций.

Тристан утвердительно кивнул и добавил:

– Судя по моим ощущениям, эти тела не намного слабее прежних. Кстати, Могучий, а ты также можешь управлять нами?

– А оно тебе надо? – поинтересовался Арсен. – Если очень хочешь, то можно провести и такой ритуал, но пользы от него не будет. Сил у меня чуть, так что на серьезную помощь рассчитывать не приходится. А связаться с вами я и так могу. Ну и зачем лишние сложности?

– Верно, – кивнул Кораций, – сложности нам не нужны.

– Дядя Арсен, а зачем нужна была возня с передачей тел в подчинение духов? – спросила Арина.

– Ты же слышала, что без вливания моей крови они бы просто умерли от истощения, – пояснил он. – А отдавать в распоряжение незнакомых людей усовершенствованные тела по меньшей мере неразумно. Пусть даже они внуки Грайдена! Кто знает, что у них на уме. Если амазонка заслужит доверие, то мы и ей дадим силу и ловкость, а пока пускай выздоравливает самостоятельно.

– Не доверяешь ей? – спросила Арина.

– А должен? – поинтересовался Арсен. – Ребенок, когда же ты, наконец, осознаешь, что в этом жестоком мире каждый сам за себя! Грайден понимает, что я иду с ним только потому, что мне это выгодно. У нас с ним общие интересы. Тебе я помогаю по той же причине. Хотя за эти дни привязался к тебе и, если ты сама не захочешь, ни за что тебя не покину. Тристан и Кораций так же осознают, что без меня они бы просто пропали, так что теперь у нас одна дорога. Но кто для меня эта девушка? Простая освобожденная пленница. Я ей ничего не должен. Она может идти куда пожелает, но сильно сомневаюсь, что ей хватит глупости оставить такую надежную опору. Пока у нас общие цели, мы союзники. А потом время покажет.

– А когда мы пойдем освобождать маму и папу? – спросила Арина.

– Скоро! – ответил Арсен и добавил на языке амазонок: – Пошли отсюда, здесь слишком холодно.

– А я тут голой сидела, – усмехнулась Никалия. – Южане!

* * *

Весь вечер Арина не могла понять, что же ее гложет. Почему ей так тоскливо и одиноко? Наконец она осознала, что ей не хватает голосов, звучащих в голове. Духи рассказывали ей о жизни в мире Аэрилис. О том, как Тристан столько лет мечтал о сыне и за год до гибели узнал, что у него их два. Рассказал о том, как он начал их обучать бою на мечах. И если баронесса Альтина эл Литоро нормально отнеслась к тренировкам Триса, то королева Бристэль устроила сцену по поводу жестокого обращения с Перстиком-Ароином. До драки не дошло, так как Тристан заперся с вдовой брата в спальне и сделал ей очередного мальчика. Как оказалось, этому посодействовала мать Тристана королева Беличи. Она напоила младшего сына и невестку любовным зельем.

Арине вспомнился рассказ Корация о том, как он изменил жене сначала с четырьмя женщинами, а спустя декаду с пятью красавицами. В компанию Тиры, Златы, Вильтэрии и Джалилитии затесалась Дара эл Ран. Самое удивительное было то, что волшебницы разродились мальчиками. Когда ему об этом рассказали его соблазнительницы, он чуть в обморок не упал. Но его удивила официальная жена Белания, она подарила супругу девочку. Он много лет воспитывал Миру и Лию, дочерей Тиры и самой Белании от других мужчин. Наконец у него появилась собственная дочь. Это просто чудо!

И Тристан, и Кораций сожалели о том, что не смогут увидеть, как растут их дети, и тогда Арина выходила на тренировочную площадку, чтобы в танце с тенями развеять их тоску-печаль. А теперь они сами разминали новые тела и словно забыли о хранительнице. От этого чувства одиночества ей становилось грустно.

– Опять печалишься? – поинтересовалась маркиза, подойдя к Арине со спины. Она слышала легкие шаги женщины, но тревожиться не стала, а просто активировала силовой щит, так, на всякий случай. – Я пообщалась с вдовами баронов ле Сверганс и ле Доруван и прояснила ситуацию. Теперь они осознали всю полноту наших неприятностей. Представляешь, тут среди послушниц я увидела нескольких знакомых безземельных аристократок. Ходил слух, что они покинули Суролтар, соблазнившись щедрым предложением правителей западных королевств получить надел в обмен на службу короне. Как теперь выясняется, мужчин в землю, а женщин в монастырь рожать новых паладинов. Есть там и западные аристократки. А их заманили местными наделами, только зачем-то привезли сюда.

– Лет через десять–пятнадцать планировался поход в северо-восточные княжества. Там вера в Единственного пока не окрепла, поэтому собирались утверждаться и там. Вот они и готовят будущие войска, чтобы через западные королевства идти не понадобилось, – пояснила Арина.

– Какой ужас! – положила ладони на щеки маркиза. – Это что же получается, мы под ударом?

– Да, – кивнула Арина, – скоро тут будет очень жарко.

– Не пугай меня, – воскликнула Ортелла, – я пока Орелию не пристроила! Внуков не понянчила. А ты знаешь, что вдовы интересовались благородным Арином? Они заспорили, кто из них оженит тебя на дочерях. Я порекомендовала не тратить время и обратить внимание на двух молодых рыцарей, с которыми вы вышли из темницы. Кто они? Как зовут? Достаточно ли благородны? Есть ли обширные угодья, или у них малые наделы? Рассказывай, не томи.

– Эти рыцари дальние родичи маркграфа. Земляных владений в этой части света у них нет, – перечисляла достоинства духов Арина. – Зовут Горотар-Тристан и Гирадор-Кораций.

Арсен рекомендовал временно оставить двойные имена, так как после того, как духи покинут тела братьев, люди продолжат обращаться к ним как обычно. Амазонка скрепя сердце согласилась, так как один из них был ее родным младшим братом, а другой двоюродным. Как оказалось, самой амазонке было двадцать лет, а парням по восемнадцать. Однако из-за габаритов они выглядели значительно старше.

– Какие странные имена, – задумчиво произнесла маркиза.

– Традиция! – не моргнув глазом солгала Арина. – Имя собственное и имя духа-хранителя. Не каждый может похвастаться двойным именем.

– Получается, они великие воины? – уточнила Ортелла.

– В землях амазонок они были действительно знамениты, – честно ответила Арина. – Можете сами убедиться, как ловко они орудуют клинками.

– А почему ты не с ними? – полюбопытствовала маркиза.

– Их обманом пленили и долгое время морили голодом, – пояснила Арина. – Сейчас они не вошли в форму, а вот когда восстановятся, тогда я с ними потренируюсь.

– Но ты уверена, что они добьются расположения маркграфа? Просто Орелия без должного энтузиазма отнеслась к мысли выйти замуж за Кровавого Жнеца, – поделилась сомнениями Ортелла. – Она даже на твоего дядю чаще посматривает, чем на маркграфа.

– Объясните ей, что он не такой, каким кажется. Он скоро уедет, и вы не обретете в его лице нужного защитника, – тяжело вздохнула Арина.

– Я-то понимаю, но вот что делать с ней? – устало произнесла Ортелла. – Представляешь, она увидела его рядом с этой стриженой амазонкой и захотела научиться махать мечом. Дочь маркиза ла Парсар скачет в мужском седле и рубит врагов! Кошмар! И что мне делать? Не говори ей, что ты девушка, а то она точно не откажется от этой идеи!

– Я думала, что вы ей рассказали, – недоверчиво произнесла Арина.

– Арин ле Золтодрак, вы усомнились в моем слове? – делано возмутилась маркиза. – Я аристократка в двенадцатом поколении, и мое слово крепче железа! Если я сказала, что обязана тебе как минимум честью, то…

– Простите меня, маркиза, – смутилась Арина.

– Прощаю, – милостиво усмехнулась Ортелла. – Вы с ней такие разные. Жаль, что ты не мальчик. Вы бы прекрасно смотрелись вместе.

– Вот еще! – воскликнула Арина.

Маркиза рассмеялась и, помахав ручкой, ушла в здание монастыря.

Чуть позже к Арине подошла Орелия и спросила:

– Благородный Арин, вы долго обучались владению мечом?

– С самого детства, – честно солгала Арина. – На это ушло много лет. Первоначально нужно укрепить тело. В бою необходимы сила, выносливость, скорость, и это достигается годами тренировок.

– А как вы думаете, мне удастся достичь высот во владении мечом, если меня начнет тренировать ваш дядя? – задала прямой вопрос дочь маркизы.

Арина встала, обошла худенькую девушку вокруг и, вынув один из мечей, вложила его в руку Орелии. Если клинок вестника не привязан к хозяину, то он становится невероятно тяжелым. Рука вместе с мечом понеслась к земле, и Арина его вовремя подхватила. После подошла к небольшому бревнышку килограммов на двадцать и, подсунув под него руку, резко подняла над головой. Подержав его на весу, она медленно опустила груз и снова несколько раз подняла, а после спросила:

– Желаете повторить? Хотя бы разок. Нет? Поймите, Орелия, путь воина долог и жесток. Нельзя начать изучать бой на мечах просто так. Для этого нужны долгие и упорные тренировки. Ваше тело слишком слабое. А если вы решитесь, то должны осознать, что потеряете привлекательность как женщина. На вас не обратят внимания доблестные рыцари, так как вы станете мужеподобной и некрасивой…

– Но ведь эта амазонка красивая, – привела пример дочь маркизы.

– Она тренировалась всю жизнь с самого детства, – пояснила Арина. – Я уверена, что в поединке против меня она не продержится и пары ударов сердца. Она жива до первого серьезного противника. Ее прикрывали братья!

– Эти два рыцаря ее братья? – удивилась Орелия. – Я думала, у них только сестры бывают.

– Эти двое сыновья благородного рыцаря от двух сестер. В странствиях он забрел далеко на север и повстречал амазонок. Он полюбил обеих сестер, и они решили выйти за него замуж, – сочиняла слезливую историю Арина.

– Сразу обе? – переспросила Орелия.

– У них нет мужественных мужчин. Поэтому пламенные чувства вспыхнули в их сердцах, и они подарили ему девственность, – продолжала сочинять Арина.

Ее удивляло то, что дочь маркизы не удосужилась спросить, как у парней может быть старшая сестра, если девицы были невинны. Она долго рассказывала Орелии историю запретной любви о том, что царица племени воспротивилась браку влюбленных красавиц. Наконец дочь маркизы не выдержала и, пустив слезу, спросила:

– А вы могли бы повторить этот рассказ для остальных девушек?

– Каких? – удивилась Арина.

– В стенах этого монастыря собрались мои знакомые. Дочери баронов ле Сверганс и ле Доруван. Они обязательно должны услышать рассказ о печальной любви рыцаря и двух амазонок. Соглашайтесь, благородный Арин, не мне же одной выглядеть наивной дурой! – начала с умилением Орелия, а потом воскликнула: – Нет, ну надо же! Это вы сейчас сочинили? Или где-то слышали? Я ни за что не поверю в эту сказку, рассчитанную на юных глупышек. Я обратила внимание на то, что эти рыцари тренируются точно так же, как и вы. У вас один и тот же учитель. Ваш дядя Арсен!

– И давно вы заметили маленькие нестыковки в рассказе? Просто интересно, когда же я ошибся? – поинтересовалась Арина.

– Начало было хорошим, – призналась дочка маркизы, – а вот про злую царицу сплошная ложь. Что там действительно произошло?

– Рыцарь пришел. Провел несколько ночей с амазонками и ушел обратно, но домой не вернулся. Царица увидела, какие крепкие мальчики выросли, и отправила их на поиск родственников. С ними увязалась их старшая сестра. А школа двуручного боя осталась со времен, когда там гостил Воин-Дракон. Вот они ее и изучали. Мы, кстати, тоже учили эти приемы, и дядя Арсен лучший наставник, но у него есть жена и много любовниц. Очень скоро мы уйдем дальше, поэтому рекомендую обратить внимание на одного из этих молодых рыцарей. Хотя, строго говоря, они пока не получили шпоры, но думаю, за этим дело не станет. Они лучшие мечники вашего королевства. Вроде бы ничего не упустила. Ну что, похоже на правду?

– Вот теперь похоже, – кивнула Орелия и опять покрылась пунцовыми пятнами. – А ваш дядя действительно женат?

– У него не только жена, но и несколько бывших жен, от которых есть дети. Именно на поиск одной из них он и прибыл в эти края. Вы хотите от него ребенка? – полюбопытствовала Арина.

Дочь маркиза полностью покраснела и, прикусив верхнюю губу, резко отвернулась.

– Не надо стесняться. Это вполне естественно – хотеть выйти замуж за такого сильного мужчину. Он, конечно, беспощаден, но к женщинам относится нормально. Поймите, мы не сможем взять вас с собой. Наш путь очень опасен, и нет никакой гарантии на успех. А вам жить да жить! Может, присмотритесь к одному из этих братьев? Они скоро получат рыцарские шпоры, и маркграф примет их в рать. Они добьются потрясающих высот и займут достойное место рядом с самим Грайденом.

– Возможно, – проворчала Орелия. – Но они меня совершенно не волнуют. Нет в них такого, как в вашем дяде. Посмотришь на него и сразу понимаешь, этот убьет просто так. Без раздумий и сожалений. Как он с паладинами. Раз, и все! Это было впечатляюще.

– А сам маркграф? – поинтересовалась Арина.

– Старик тоже ничего, но твой дядя Арсен более жестокий, – ответила дочь маркизы.

Арина решила уточнить и спросила:

– А ты хочешь, чтобы он был жестоким с тобой? Как тот палач? Он ведь хотел надругаться над твоей мамой. А потом и над тобой. И ты бы сидела голой у его ног. И он бы приказывал вылизывать его сапоги. И ты бы побоялась ему противиться, так как он тоже жесток…

– Ой, что ты такое говоришь? – мгновенно покраснела Орелия. – Я бы лучше умерла!

– А ты видела послушниц? Ты знаешь, что они родовитые аристократки? – вспыхнула Арина. – Гордые и своенравные дамы высшего общества. А спроси у них, как часто они выполняли прихоти палача, и они смутятся, потому что вся их гордость ушла после знакомства с плетью. И уверяю вас, Орелия, вы бы тоже не выдержали. Если человек не умеет отключать болевые ощущения, то рано или поздно начинает выполнять любые приказы, лишь бы не получить эту боль снова. Чтобы не попадать в такие ситуации, вам нужно найти себе сильного и могущественного мужчину, который причиняет боль только врагам. Он должен уважать женщину и мать своего ребенка. И если вы не хотите смотреть на братьев, то послушайте маркизу. Маркграф силен и будет жить очень долго. Он сумеет воспитать ваших сыновей, которые со временем заменят его и продолжат защищать вас от любой угрозы!

– Ик! – икнула Орелия. – Вот теперь вы действительно говорили от чистого сердца. Я поняла вас, Арин. Или Арина? Хотя не важно. Я, пожалуй, пойду.

* * *

Ночью Арине снился сон. Она занималась любовью с маркизой. Ей было приятно, но создавалось впечатление, что это не она. У нее были сильные жилистые руки, которые нежно обхватывали женственное тело Ортеллы. Страсть поглотила Арину, и она резко проснулась. Долго ворочалась и не могла понять, что происходит. Она оглядела комнату и осознала, что наставника не было. За это время Арина привыкла, что он находится рядом и сидит на стуле или на скамье. Куда он ушел? Непонятно. Тут она подумала, что эти сны не были снами, а ощущениями близкого человека, с которым у нее мысленная связь. Арина предположила, что Арсен отправился кого-то навестить, и она даже видела кого. Вдруг она осознала, что ревнует. И это чувство не поддавалось рациональному объяснению. Арина не собиралась ложиться с ним в постель. Она не видела его в роли отца ее будущих детей, но ей совершенно не хотелось делить его внимание с какой-то другой женщиной. Это было неправильно.

Она не понимала, отчего начала ревновать его к маркизе. Он свободный мужчина и может делать что пожелает. К тому же у него есть жена. Есть любовницы. И вообще ей нет никакого дела до его похождений. Но когда Орелия начала рассуждать о том, что он весь такой замечательный, Арина неосознанно испытала укол ревности. Придя к такому выводу, девочка в теле взрослой девушки решила бороться с этим новым чувством. Так нельзя. Она его не любит. Арсен старый, и он ее наставник. И все! Но то, что он видел ее без одежды и совершенно не придавал этому значения, Арину слегка задело. Неужели она такая некрасивая, что он бросился в объятия взрослой маркизы? Арина совершенно запуталась в чувствах и, закрыв глаза, снова ощутила волну чужого желания.

Расстроенная Арина оделась и вышла тренироваться с мечами. Провела танец с тенью, и стало легче. Караульные поглядывали на благородного ле Золтодрак, и десятник Гервин даже махнул рукой в знак приветствия, но никто не пожелал прерывать тренировку молодого рыцаря.

Утром ратники разделились на две колонны и выехали за ворота монастыря. Арина наблюдала за всадниками из окна. Тут в комнату вошел Арсен и спросил:

– Ребенок, а ты почему не облачилась в доспехи? Или ты решила остаться тут?

– Мой наставник и по совместительству помощник загулял, и теперь никто не может мне помочь облачиться в доспехи, – проворчала Арина.

– Ребенок, именно сегодня тебе повезло, так как Никалия любезно согласилась исполнять роль твоей помощницы и любовницы одновременно. Ты рада? – полюбопытствовал Арсен.

– Любовницы? – удивилась Арина.

– Ну да! Молодому отроку нужно спускать пар, – пояснил наставник и подмигнул ей. – Учитывая то, что ты по определению не можешь ходить по борделям, мы посовещались, и я решил завести тебе любовницу. Это взаимовыгодный союз. Она будет учиться местным языкам, а ты говори с ней на языке амазонок. И никто не станет задевать подружку того, кто оторвал руку инквизитору. К тому же я обратил внимание на то, что ты взрослая девочка и тебе должно быть некомфортно находиться с мужчиной в одной комнате, когда ты ложишься в постель. Это как-то неправильно. Ты не подумай чего-нибудь, но ты ребенок с телом зрелой девушки. Скажу тебе по секрету, что иногда по ночам ты сладко стонешь…

– Неправда! – воскликнула Арина и покраснела.

– Правда-правда! А так как ты ребенок, то будет лучше, если рядом с тобой будет ночевать девушка, – сообщил Арсен. – Я ее полностью излечил и убедился, что она не забеременела от палача.

– А что насчет доверия? Ты же говорил, что не можешь ей доверять. Ты себе противоречишь! – воскликнула Арина.

Арсен улыбнулся и по-русски сказал:

– Я тут на досуге провел сеанс внушения и взял с нее магическую клятву. Теперь она не сможет тебя предать. В принципе у нее чистое сознание, не замутненное всякими пороками, так что можешь показывать ей приемы боя на мечах, а сама продолжай осваивать топоры. – Арсен снова перешел на местный язык и добавил: – Кстати, ты теперь будешь зваться Арин Две Секиры! О мечах забудь. Они только для танца с тенями. И учти, если в следующем бою ты не снесешь десяток голов этими самыми топорами, то я тебя выпорю, так как проиграю спор Грайдену. Ребенок, тебе понятно?

– Да, наставник, теперь я Арин Две Секиры, – пробурчала ученица.

– Нет, не так, нужно говорить с пафосом, вот смотри. – Арсен выпрямил спину, заложил большие пальцы рук за пояс и, гордо вскинув подбородок, с надменным видом произнес: – Я Арин Две Секиры! Бойтесь меня!

Никалия улыбнулась и хихикнула. После начала что-то говорить на языке амазонок, но Арсен сделал «Кхе-кхе», и она перешла на местный:

– Ты смешной! Строгий, но смешной! Она тебя любит. Как маму. Ты ее папа? Она ревнует. Она думает, что ты и я вместе. Нет, мы не вместе. Я одна. Я буду тебя ласкать…

– Эй, ласкать не обязательно, – строго сказал Арсен. – Она пока маленький ребенок. Смотри мне! Если поймаю, выпорю обеих. Облачайтесь в доспехи и спускайтесь вниз. Мы выезжаем отдельно от остальных. Альтер возвращается обратно в долину и сопроводит послушниц и детей. А мы с маркграфом и маркизой едем в столицу. Давайте не задерживайтесь.

– Опять с маркизой, – проворчала Арина и начала облачаться в доспехи.

Глава 10

Путь до столицы королевства города Суролтар был стремительным. Участники этого путешествия находились в седлах, не используя повозок, больше похожих на коробок на колесах. Багаж везли заводные лошади. Даже маркиза ла Парсар вынуждена была облачиться в мужскую одежду и ехать верхом. Она говорила, что дома у нее есть специальное дамское седло. Проблема в том, что маркиза редко совершала конные прогулки и теперь быстро уставала. Именно из-за нее темп движения был ниже, чем планировался. Даже амазонка Никалия сидела на лошади значительно лучше маркизы.

У Арины было своеобразное представление об этом народе. Она предполагала, что они лихие наездницы, катающиеся без седла и выполняющие элементы джигитовки просто для развлечения. На деле оказалось, что их племена обитают в лесах, а на коне между деревьев особо не поскачешь. Ветки мигом вышибут из седла, вбив в дурную голову через отбитую пятую точку немножечко мозгов. Зато лучники из амазонок превосходные. Когда-то она слышала про обрезание женской груди у этого народа, но, когда спросила новую подругу, та посмотрела на нее с недоумением: «Зачем? Хороший стрелок натягивает тетиву к уху, и грудь там не мешает». К тому же активными действиями занимается молодняк, у которых пока не было детей. Соответственно, максимальная «двоечка» легко прижимается кожаной безрукавкой. Мечами они пользуются редко, но по методике Воина-Дракона. Два коротких клинка позволяют совершать стремительные выпады без сильных рубящих ударов. В женских организмах нет такой дурной мощи, как у их соседей северных ваннов. Те действительно могучие гиганты, которые легко размахивают огромными секирами, прикрываясь круглыми деревянными щитами.

Как показала практика, оба народа заняли собственную нишу и теперь не лезут друг на друга. Амазонки не могут противостоять рыжим гигантам в прямом столкновении, но в лесах они уничтожили не один десяток рейдерских отрядов. Теперь у них мир, дружба и периодические «мирные переговоры», на которых молодые девушки мирятся с юными гигантами и на следующий год отдают им родившихся мальчиков, а девочек воспитывают самостоятельно. Что самое интересное, поселений амазонок несколько, и на переговоры они ходят в шахматном порядке. И у ваннов происходит то же самое. Как там вожди договаривались, Никалия совершенно не интересовалась, но ее первым мужчиной был большой и некрасивый рыжий парень. Она провела с ним несколько ночей. Вроде шаманка отправила ее в нужный период, но девушка не понесла. На следующий год ничего не изменилось. После третьей неудачи шаманка опустила руки и сказала, что девочка проклята и ей не дано стать матерью. Именно из-за этого царица разрешила девушке уйти с братьями, так как народу амазонок она пользы не принесет. Какое-то время Никалия сильно переживала, но потом смирилась. Теперь она ехала рядом со спасительницей. Если бы не Арина, то она бы медленно умерла в камере, отправившись в загробный мир. Когда строгий Арсен объяснил ей это, Никалия от чистого сердца предложила службу. Она поклялась в верности именно Арине, которую ратники называют благородный Арин ле Золтодрак.

Самой Арине стали понятны мотивы амазонки, и она ей поверила. С тех пор она потихоньку подпустила ее к части чувств и переживаний. Арина делилась с Никалией маленькими секретами, так как Арсен ехал впереди рядом с маркграфом и маркизой, а Тристан и Кораций продолжали соперничать друг с другом и на привалах постоянно устраивали дружеские поединки. В этот раз они работали не в полную силу, так как смерть их предыдущих тел кое-чему научила великолепных мечников. Амазонка старалась с ними не общаться, потому что ей было неприятно видеть, как такие родные и близкие братья смотрят на нее и не узнают. Они не знали обо всех шалостях, которые вытворяли Горотар и Гирадор в детстве. Они не понимали ее шуток и не интересовались историей народа. Это точно не ее братья. Они чужие. Даже когда эта парочка подъезжала к Арине, чтобы перемолвиться парой слов, сама Никалия замолкала и старалась придержать коня. Проезжая мимо очередного леса, амазонка отмучилась, чтобы немного поохотиться. Подстрелила косулю и начала ее разделывать, но тут шатенку окружили три егеря. Они назвали девицу странным словом – браконьер и потребовали отдать оружие. Амазонка рассмеялась и предложила отобрать силой. Из кустов вылетели две стрелы, и шатенка осознала, для чего нужен был защитный оберег, подаренный Арсеном. Неведомая сила оттолкнула ее с траектории выстрела. Она уклонилась от стремительно несущихся граненых наконечников на оперенном древке и, резко перекатившись, спряталась за ствол дерева. Егеря, натянув тетиву, начали обходить Никалию с разных сторон. Стрелы готовы были сорваться в резвую девицу, но тут они услышали крик Арины. Она звала подругу. Егеря навели луки на появившуюся всадницу и потребовали слезть с коня и сдаться на суд местного барона. У Арины, как обычно, шлем был приторочен к седлу, а егеря метили в лицо. Вслед за Ариной из кустов выехали дядя Арсен и два брата. Они весело переговаривались, и наставник Арины спросил:

– А чё это вы тут делаете?

– Мы егеря барона ле Пильсака. Поймали браконьера. По закону тех, кто охотится в лесах его милости, следует повесить, а людей, кто препятствует правосудию, надо арестовать для дальнейшего суда, – заявил старший егерь.

– А кто писал законы? – полюбопытствовал Арсен.

– Его милость барон ле Пильсак. Этим законам много лет.

– Да что вы говорите? – театрально воскликнул Арсен. – Скажите, а что по законам вашего барона надлежит за нападение на благородного рыцаря?

– Это зависит от обстоятельств, – ответил старший егерь. – Если нападение произвел благородный, то ему отрубят голову, а если смерд, то его надлежит повесить.

– А ты у нас кто? – задал вопрос Арсен.

– Я на службе у барона, а значит, принадлежу свите его милости…

– То есть вам нужно рубить головы? – уточнил наставник Арины. – Так даже лучше, а то у меня веревки нет.

– Но мы ни на кого не нападали! – воскликнул егерь.

– Вы только что угрожали моему ученику благородному Арину, а значит, вам надлежит отрубить головы, – широко улыбнулся Арсен, – но сегодня я добрый и считаю, что такие доблестные егеря могут пожить, если, конечно, не заметят амазонку, случайно подстрелившую косулю. И никто не пострадает. Вы со мной согласны?

– А ты кто такой, чтобы нам указывать? – воскликнул старший егерь и навел стрелу на всадника.

– Эх, хотел же по-хорошему, – вздохнул Арсен. – Арин, лучник в кустах. Упустишь – выпорю. А вас, неуважаемые, я попрошу остаться.

– Да вы знаете, кто такой барон? Он вас поймает, – начал пугать егерь.

– Если я скажу, что мне чхать, ты мне поверишь? – поинтересовался Арсен. – Если этот самый ле Пильсак встанет на моем пути, я его порву.

– Он… – начал говорить старший егерь, но четыре всадника сорвались с места в карьер и, уклонившись от стрел, зарубили егерей.

Арина скрылась в кустах, и оттуда послышался сдавленный крик.

– Ника, пятый с твоей стороны! – крикнул Арсен и поскакал по широкой дуге, стараясь отсечь беглецу путь к отступлению.

Амазонка устремилась в погоню и быстро догнала егеря. Он выхватил меч, но Никалия прыгнула и, оттолкнувшись ногой от ствола дерева, упала на противника с левой стороны. Нож пронзил шею крепкого мужчины, и он захрипел. Меч упал на траву, а руки поверженного егеря прижались к ране, пытаясь остановить кровь. К месту схватки приблизился Арсен и сказал:

– Вот зачем ты пошла на охоту? Неужели это того стоило? Теперь придется резать и барона, а то он обидится и вышлет погоню.

– Наставник, вы это серьезно? – спросила Арина, которая подъехала сзади и с брезгливостью смотрела на умирающего егеря. – Может, он не узнает, кто убил его людей?

– Это нужно быть настоящим идиотом, чтобы не сложить два плюс два. По дороге ехал маркграф со свитой, и сразу в лесу гибнут егеря. Ты бы что подумала? – повернулся к ней Арсен.

– Но резать барона… – как-то недоверчиво покачала головой Арина.

– Ночью наведаемся в замок и устроим пожар, – спокойно рассуждал Арсен.

Тристан и Кораций переглянулись, и если бывший архимаг скривился, то его друг только кровожадно оскалился.

– Может, сможем договориться? – поинтересовался Кораций.

– А зачем? – спросил Арсен. – Я уверен, что у этого барона много грешков за душой. Ты обратил внимание на егерей? Они неодаренные. И они легко навели оружие на рыцаря. А наконечники у стрел граненые, значит, у них нет уважения к старшему сословию и есть опыт ликвидации. Такие бронебойные стрелы нужны против рыцарей. А зачем егерю, по сути, охотнику, наконечники против кольчуги или бригантины? Есть вероятность, что барон убивает не только простых людей, но и аристократами не брезгует. И вероятнее всего, из кустов…

– На чем основаны выводы? – поинтересовался Кораций.

– На его законах! – пояснил Арсен. – Заметь, там нет ни слова о поединке с рыцарем. Только отсечение головы. Если тебя оскорбил равный тебе, ты можешь вызвать его на бой, а не натравлять ратников и егерей. И вообще, что мы тут спорим, доктор сказал, в морг, значит, в морг!

– И что значит морг? – уточнил Тристан.

– На погост! – пояснил Арсен. – Ребенок, ты что сделала с пятым?

– Топором по затылку, – ответила Арина.

Арсен сказал:

– Пойди и убедись, что он мертв. Да-да, контроль обязателен, это не битва, а резня. Но ты же понимаешь, что если он разболтает, то будут проблемы. А нам проблемы не нужны.

– А это обязательно? – скривилась Арина.

– Ника, пойди проверь, – распорядился Арсен. – Ох, ребенок, когда же ты повзрослеешь! Как добьете, присоединяйтесь к основному отряду и скажите, что мы их завтра догоним. Что встали? Выполнять!

– А может, мы с вами? – спросила амазонка. – Я могла бы помочь…

– Ты достаточно помогла, – отмахнулся Арсен и направил коня в чащу леса.

– Благородный Арин, – обратилась к Арине Ника, – что я такого сделала?

– Ты охотилась в чужих угодьях, а по законам этого барона тебя нужно было повесить, – пояснила Арина. – Но я заметила, что ты завернула в лес, а потом ощутила какую-то опасность и решила узнать, где ты. Словно почувствовала.

– Но я не знала, что тут такие глупые законы, – пожала плечами Никалия. – Обещаю впредь не охотиться без твоего разрешения. А они действительно собираются брать штурмом замок этого барона?

– Не знаю, но думаю, нет! – пожала плечами Арина. – Скорее всего, Арсен проберется внутрь и просто удавит барона, а потом устроит пожар.

– Но вы же на собственной земле, как можно убивать союзников? Вдруг это твой друг? – удивилась амазонка.

– У Арсена тут нет друзей, – ответила Арина. – Только я.

– Жестоко! – констатировала Никалия. – Пошли хоть косулю заберем, что я, зря за ней по лесу гонялась?

* * *

Они догнали ратников, и Грайден поинтересовался, где Арсен. Арина объяснила, что у того дела и ждать их не нужно. Маркграф заметил кровь на одежде амазонки, после взглянул на мясо и, тяжело вздохнув, сказал:

– Это земли одного наглого барона. За всю историю его рода я не слышал о том, чтобы он хоть раз выходил на ристалище. Однако в его землях постоянно пропадают аристократы. Может, это хорошо, что вы отправили подругу на охоту? Только мне кажется, что полусотни не хватит на штурм его замка.

– Мы просто едем мимо и никого не трогаем, – улыбнулась маркиза и добавила: – Мы как-то проезжали по этим землям с мужем, и он тогда сказал, что без хорошей охраны в баронство лучше не соваться, тут слишком много разбойников, и самый главный ле Пильсак.

– Вот не знаю почему, но мне кажется, что завтра на нас совершат нападение, – усмехнулся маркграф. – Давно хотел размяться.

– Скажите, а куда смотрит король? – полюбопытствовала Арина.

– Вот доедем до столицы, у него и спросим, – усмехнулся Грайден.

Ратники приехали в какую-то деревню и сняли комнаты в постоялом дворе. Спать Арина ложилась в доспехах. Через мысленную связь она ощущала чью-то радость боя, но эти ощущения были настолько малоуловимыми, что Арина даже начала сомневаться в их наличии.

Утром колонна продолжила путь, и ближе к полудню их нагнали Арсен, Тристан и Кораций. По их лицам можно было понять, что они удовлетворены проделанной работой. Арина слышала, как наставник выражал недоумение по поводу отсутствия сигнализаций в замке. Как можно надеяться только на стражу? Ведь человеческий фактор никто не отменял. Любой может отлучиться по нужде, а в это время диверсант проскользнет мимо поста охраны совершенно незаметно. Из троицы только Кораций оставался мрачным, он осуждал убийство барона и пожар в донжоне.

Заметив возвращение Арсена, маркграф поравнялся с ним и спросил:

– Как прошло?

– Ничего особенного, – отмахнулся Арсен. – Тихо, гладко, без неожиданностей. Проник в спальню. Дождался пьяного борова. Барон умер от сердечного приступа и уронил свечу. Даже маги-дознаватели бы не обнаружили злого умысла…

– Нехорошо это, – вздохнул Грайден, – неправильно.

– Вы сговорились? – возмутился Арсен. – Сначала Кораций ноет, мол, это неблагородно! Теперь ты! Но с архимагом все ясно, его, даже когда на трон возвели, назвали Корацием Милосердным. Он вместо того, чтобы уничтожить всю предыдущую династию, просто помахал им ручкой. Говорят, у него был самый бескровный захват власти. Но ведь ты Кровавый Жнец! На твоем личном счету тысячи загубленных жизней! И ты мне говоришь, что это неправильно? Давай так, когда будем идти сюда с армией, ты захватишь замок и заглянешь в его подвалы. Наверняка там обнаружатся десятки плененных этим боровом аристократов.

– Откуда такая уверенность? – поинтересовался маркграф.

– Когда мы обратно возвращались, на баронета наткнулись, – ответил Арсен. – Этот толстяк увидел наши доспехи и заявил, что мы его пленники. Мол, мы идем по землям его отца и должны заплатить налог, а если денег нет, то нам надлежит писать родичам, чтобы выслали выкуп. Так что сам смотри. Кстати, когда мы их слегка порасспросили, оказалось, что они следили за нашим отрядом и собирались звать на помощь, так как в твоем подчинении слишком много ратников. Как думаешь, понравилось бы тебе в подвалах ле Пильсака?

– Вот очень интересно, как же вы их порасспросили? – задал вопрос маркграф.

Арсен усмехнулся и произнес:

– Достаточно жестко. Этот толстяк получил послание о том, что на их земли зашли аристократы, но в замок барона они не едут, а значит, нужно пригласить в гости. Они нагнали вас в деревне и узнали, что вас тут слишком много. Тогда баронет с десятком отправился в замок за подмогой, но напоролся на нас. Он решил, что трое побоятся выйти против десяти, и слегка просчитался. Что ж, бывает. Эта ошибка оказалась фатальной.

– Скажи, мне вот что, погоня будет? – уточнил Грайден.

– Если бы барон остался жив, то он бы наверняка отправил людей за нами, а так – кто знает? Время покажет! – пожал плечами Арсен. – Но ты, когда будешь идти сюда с войском, обязательно загляни в подвалы замка. Баронет имен не знает, но человек десять там точно сидят.

Маркграф посмотрел на Арину и, увидев в ее глазах непонимание, сказал:

– Я сожалею об этой вынужденной задержке, но мне кажется, что поступаю верно. Разворачиваемся!

– Вот это по-нашему! – воскликнул Тристан.

* * *

Замок барона они захватили при помощи старой и доброй хитрости. Окружив ратников, ожидающих подмоги, разоружили их и, накинув на себя плащи с гербом рода ле Пильсак, въехали в ворота под видом пленников. Дальше прошел жесткий захват, и очень скоро из подвалов были выведены десятки плененных аристократов и рыцарей. К великому сожалению, женщин среди них не было, так как барон промышлял продажей родовитых девиц в монастыри. Благородные дамы редко покидали дома, а если уж оказывались на дороге, то становились добычей таких вот негодяев.

Арина не могла понять, как в центре королевства может существовать такой разбойничий притон? Неужели никто не обратил внимания на то, что с этих земель пропадают люди? Так не бывает. На этот вопрос ответил сам маркграф. Он объяснил, что этот ле Пильсак наверняка входит в свиту какого-нибудь влиятельного герцога, который прикрывает его от гнева короля. Хотя, судя по разрозненным слухам, падение нравов в королевстве началось с правления Киралора IV, отца нынешнего короля. Он начал прогибаться под богатых и влиятельных аристократов, которые вынудили его вернуть феодалам утраченные при Кровавом Жнеце вольности. Дальше – больше, и в результате вместо того, чтобы женить сына на какой-нибудь принцессе из другого королевства, он дал согласие на брак с дочерью западного герцога. Вскоре после этого он внезапно заболел и скоропостижно скончался от неизвестной болезни. Слухи об отравлении пресекались, но молва продолжала гулять в народных массах.

Весь вечер маркграф общался с бывшими пленниками и понял, что пользы в дальнейшем путешествии от них не будет, так как большинство из них были истощены и выглядели, словно обтянутые кожей скелеты. Грайден хотел оставить их тут, но маркиза предложила привести страдальцев на прием к королю. Он сможет воочию убедиться в беззакониях, творимых на его земле. Из арсеналов замка были извлечены доспехи аристократов и выведены их кони. Разумеется, этот необходимый минимум маркграф преподнес освобожденным пленникам совершенно безвозмездно.

Пока Грайден и Ортелла проводили беседы с рыцарями, Арина и братья амазонки находились за спиной маркграфа. Старик попросил духов-хранителей допустить его внуков хотя бы до наблюдения за разговором. Тристан и Кораций объяснили, что давно позволили Горотару и Гирадору смотреть их глазами. И что самое удивительное, братья амазонки были даже рады тому, что у них такие сильные духи-хранители. Родной брат Никалии Горотар отличался взрывным характером, что соответствовало нраву Тристана. Гирадор был более рассудительным и менее подверженным вспышкам ярости. Видимо, судьбой было так предначертано, чтобы его хранителем стал Кораций. Но во время боя с десятком баронета оба рвались вперед и едва не захватили управление телами.

Слушая как под копирку истории плененных рыцарей, Арина не могла понять, как в этом жестоком мире могла существовать наивность у, казалось бы, таких опытных воинов. Как можно было довериться барону и прийти в его замок, полный вооруженных ратников. Что может один, пусть даже сильный и умелый, мечник против десяти массивных мужчин? Если кто-то из рыцарей начинал сопротивляться, его зажимали щитами и били по голове. Ну а самые наивные аристократы садились за стол и утром просыпались в темнице.

Один день они потеряли на сборы, и наконец колонна продолжила путь в столицу. Бывшие пленники держались поближе к маркграфу, и кое-кто даже принес ему вассальную присягу. Арина в рыцарские дела не вмешивалась, потому что ей это было не интересно. Она скакала верхом и размышляла о вечности. Иногда к ней и Никалии подъезжал Корс – оруженосец маркграфа и пытался вести разговоры о методах тренировок благородного Арина. Кстати сказать, Арсен проиграл пари, так как его ученица не смогла снести десять голов в бою. И то, что стражники баронского замка почти сразу сдались на милость победителей, ничего не значило. Десяти голов нет, а значит, пари проиграно. Грайден потешался над Арсеном, а тот грозил выпороть нерадивого ребенка. На вопрос Корация, почему тот не хватается, как раньше, за тапку, Арсен ответил: «После тапки можно было продолжить наказание в постели, а ребенка я воспринимаю обычным ребенком». Арина даже не знала, обижаться ли ей на такое заявление или относиться к нему как к комплименту.

Очень скоро их колонна доскакала до главной водной артерии королевства и приблизилась к большому городу Кортар. Посередине широкой реки лежал остров, на котором возвели высокие стены. Изначально именно тут находилась резиденция короля, но со временем династия сменилась, и столицей стал другой город, расположенный в устье великой реки Суролтарии. От Кортара до Суролтара удобнее добираться по воде. Для этого нужно нанять небольшое судно у причалов и спокойно продвигаться вниз по течению. Город на острове был большим, но там проживали только аристократы. Остальные жители селились в предместье, расположившемся вдоль берегов. Серьезных стен там не было, так что при нашествии противника была вероятность полного разграбления местного населения. Крупные торговцы ставили высокую ограду вокруг кварталов, и стражники несли постоянную службу, обходя территорию по периметру. Правил в Кортаре герцог Валигор ла Крольте́льт, главный соперник Луикора ла Легорхе́льт, отца нынешней королевы.

Маркиза рассказывала о тонкостях внутренней политики королевства, а маркграф только качал головой. Много лет назад он захватил много городов мятежных аристократов и прекрасно помнил, что отец нынешнего правителя Кортара вышел к нему с дарами и искренними заверениями в преданности короне. А до западных земель он даже не дошел, так как старый герцог ла Легорхе́льт сам прибыл в ставку Кровавого Жнеца мириться. Грайден взял с него клятву верности, но без магической составляющей любые самые искренние заверения в дружбе – пустой звук. Теперь маркграфу предстояло решить, ехать ли ему во дворец герцога ла Крольте́льт или сразу отправиться на пристань в поисках корабля до столицы. Маркиза рекомендовала заручиться поддержкой герцога, так как он являлся главным соперником аристократов западной партии.

– Арсен, что скажешь? – поинтересовался Грайден.

Тот пожал плечами и, почесав ногтем большого пальца бровь, сказал:

– Мы, конечно, спешим, но, с другой стороны, тебе нужно набирать сторонников. К тому же надо сообщить о том, что творилось в монастыре и на землях барона. Мне почему-то кажется, что этот ле Пильсак не мог действовать без поддержки сильных соседей. Только вот вопрос, а кем был его покровитель? Уж не местным ли герцогом? Вот не верю я в то, что этот самый ла Крольтельт не знал о творимых беззакониях.

– То есть ты предлагаешь объехать город стороной? – уточнил маркграф.

Арсен ухмыльнулся и произнес:

– Наоборот, мы должны привести к нему освобожденных рыцарей и посмотреть на его реакцию. Если он попытается тебя пленить, то…

– Понятно, – кивнул Грайден. – Сначала мы наймем корабль. Загрузимся на него и только потом навестим герцога. Как думаешь, сможем прорваться из дворца?

– На меня не рассчитывай, – усмехнулся Арсен, – я вас издалека подстрахую. С тобой пойдет благородный Арин. В случае чего даст знак, и тогда я вмешаюсь.

– Ты собираешься сражаться в одиночку? – поинтересовался маркграф.

Арсен указал на братьев и сказал:

– Ну, зачем в одиночку? Они ребята резвые. В случае чего возьмем и герцога, и его наследника в заложники. Они нас и выведут из дворца…

– А почему обоих? – задала вопрос Арина. Она предполагала, что он придумает именно такой план.

– А чтобы у наследника не появилось желания раньше срока водрузить на чело герцогскую корону, – пояснил Арсен.

– А как вы пройдете мимо постов стражи? – поинтересовался Грайден.

– Войдем в составе свиты, после используем печать отвлечения внимания. Нас просто не будут замечать. Даже если вас выпустят из дворца, мы ненадолго задержимся и послушаем, о чем там говорят. Вдруг он отдаст приказ расстрелять вас на пристанях, – пояснил Арсен. – Мало ли?

Глава 11

На подъездах к городу дорогу им преградил герольд с незнакомым гербом. Он объявил, что граф Брилон ле Сэдвор, потомок отважных рыцарей из королевства Фидарон, требует признать его даму сердца, великолепную Верилину ла Крольте́льт, прекраснейшей девой в целом свете. Тех, кто не согласен с этим утверждением, он готов убедить при помощи острого копья, двуручного меча, кистеня и боевой секиры.

Маркиза хихикнула. Маркграф нахмурился, а Арсен широко улыбнулся. Из помещения придорожного трактира вышел стройный, атлетически сложенный юноша с тонкими усиками и бородкой клинышком. Рассмотрев рыцаря, Арина чуть не расхохоталась. Этот граф был очень похож на одного из мушкетеров из экранизации романа Александра Дюма. При напускной суровости он выглядел красивым и очень забавным.

Граф заметил ее улыбку и, набрав в легкие воздуха, громко произнес на местном языке с жутким акцентом:

– Сударь, что же такого вы увидели? Поделитесь со мной! Я бы тоже хотел посмеяться!

– Простите мой фидаронский, – ответила она на языке этого королевства практически без акцента. Недавно Арсен заставил ее общаться с маркграфом на языках, которые тот знал. – Я просто вспомнил одного благородного Арамиса. Он был очень отважным рыцарем и вступался за честь дам сердца.

– Дам? – переспросил граф.

Арина объяснила:

– Именно! Он часто влюблялся и находил утешение в их объятиях.

– А какое отношение имеет ваш Арамис ко мне?

– Совершенно никакого, просто он также был откуда-то из западных королевств, и, услышав ваш акцент, я вспомнил несколько забавных эпизодов из его жизни. Он был отважным рыцарем и так же выходил на дорогу, прославляя очередную даму сердца, – смешала Арина две истории. Конечно, Дон Кихот также носил почти такую же бородку, но внешне на этого ле Сэдвора не походил.

– Вы оскорбили меня и мои пламенные чувства к прекраснейшей деве Верилине ла Крольтельт! – воскликнул граф. – Я вызываю вас на поединок! Мой герольд объявит условия.

– Уважаемый, по законам тот, кого вызывают, имеет право выбора оружия, – снисходительно произнес маркграф. – Или вы забыли это?

– Пешим или в седле я готов сражаться с этим наглецом! – заявил ле Сэдвор. – Если он благородный рыцарь, я накажу его!

– Арин Две Секиры, вы готовы к бою? – с улыбкой спросил Арсен.

– Да, наставник, – кивнула Арина. – С чего начать?

– Конечно, ты пока не устраивала конных поединков, и опыта у тебя нет, но я бы рекомендовал сломать копье и, приблизившись вплотную, работать секирами. Щит у тебя каленый, так что пробить его практически нереально. Хотя если не хочешь красоваться, то можешь выбрать пешую схватку на топорах. Решать тебе! – произнес с усмешкой Арсен. – Запомни, он вообще тебе не соперник. Ты сильней.

– Я бы не хотела его убивать, – честно сказала Арина.

– Ребенок, это бой не на жизнь, а на смерть, но если ты его уронишь и приставишь клинок к горлу, он должен признать поражение, – пояснил Арсен. – Учти, если ты будешь его жалеть, то можешь пропустить удар, так что бей быстро и сильно. Можешь долбануть обухом по шлему. Он потеряется, и тогда ты его свалишь и пригрозишь кинжалом.

– А если он откажется сдаваться? – спросила Арина.

– Ну, можешь подняться и продолжить обмениваться ударами, а можешь и просто добить. Ты взрослый ребенок, и я не хочу навязывать тебе свое мнение, – подбадривающе улыбнулся Арсен.

– Ладно, начнем, как большинство рыцарей, с копья. Давно мечтала провести сшибку на ристалище, – уверенно заявила Арина.

Услышав, что бой пройдет по традиции, граф скрылся в таверне и вскоре вернулся, облачившись в сплошные латы. У Арины доспехи были смесь ламеллярных с ламинарными. Они рассчитаны на подвижный бой, так как вестники – существа крылатые и довольно часто нападали с высоты. Потому верхние чешуйки и пластинки лежали под нижними. Это не позволяло мечу противника приподнимать защиту и проникать в плоть. Если она на коне сражается с пехотинцем, то ей почти ничего не грозит. У графа были новомодные латы, чем-то напоминающие миланский доспех, но вместо шлема бацинет с забралом или салад с бувигером, как у Арины, ле Сэдвор использовал «жабью голову». Достоинство этого защитного изделия в том, что его невозможно пробить, так как он сплошной. Ко всему прочему, крепится к туловищу либо ремнями, либо болтами. А главным недостатком был ограниченный обзор. Голову приходилось поворачивать вместе с туловищем.

– Ребенок, судя по шлему, этот граф силен на копьях, так что постарайся смазать удар, – пояснил Арсен. – Учти, если почувствуешь исходящую от него силу, то можешь применить магию.

– Так ведь это нечестно! – удивилась Арина.

– Он очень сильный одаренный, – констатировал наставник. – Такие воины действуют неосознанно, пытаясь задавить потоком мощной энергии. Они пускают вперед волну, наполняющую ужасом сердца животных, и те просто не успевают разогнаться. И учти, если он такой, бей в щит. Понятно?

– Как скажешь, – кивнула Арина. – Но я ведь сильней?

– Разумеется! Ты Арина – дочь Дракона! Ты порвешь его на части! Что тебе какой-то граф? Вперед! – улыбнулся Арсен и хлопнул ее коня по крупу.

Рыцарь оказался благородным и никакой ужасающей волны не пускал. Он просто как следует разогнался и ударил в шлем Арины. Перед столкновением она слегка отклонила голову, тем самым смазав удар, но в ушах зазвенело. Арина не упала и также произвела попадание в центр щита. Ее копье разлетелось в щепки, и кони присели на задние ноги. Граф откинул бесполезное копье и достал кистень. Раскрутив било с шипами, он с размаху ударил. Арина подставила щит и начала гарцевать вокруг рыцаря. Ее конь был значительно меньше боевого скакуна-тяжеловоза, но зато в резвости ему не откажешь. Арина отмахивалась от наступающего графа секирой и даже несколько раз попала по шлему. Жабья голова рассчитана на очень сильные удары, так как состоит из сплошных толстых пластин, поэтому ле Сэдвор почти не заметил ее потуг. Осознав, что лезвием бить бесполезно, Арина перевернула топор обухом и, чуть проехав вперед, отмахнулась, как от надоедливой мухи. Прозвучал гонг, и рыцарь, получив по затылку, слегка наклонился вперед. Арина объехала его сзади и, положив топор на плечо рыцаря, потянула на себя, пытаясь выдернуть всадника из седла. Совершенно сбитый с толку противник резко развернулся и вновь ударил кистенем. В этот раз шар на цепочке попал в шлем, который хоть не помялся, но съехал в сторону. Смотровая щель сместилась, и Арина ничего не видела. Действуя на рефлексах, она наклонилась к шее коня, тем самым пропустив над головой очередной удар. У Арины начинался приступ паники. Она не видела противника, а Брилон продолжал бить железным шариком с шипами. Арина подставляла щит под удары и не знала, что предпринять. Граф наседал и колотил ее с методичностью парового молота. Складывалось впечатление, что он совершенно не устал. Удары сыпались с разных сторон, и только возможности усиленного организма позволяли Арине продолжать бой. Наконец каленый щит сломался. Раскололся на куски. Арина чертыхнулась, отбросила его в сторону и усилием воли активировала щитки на наручни. Как знала, что они пригодятся, когда запретила Арсену ставить пластинки на спину. Шипастый шарик ударил по руке и не успел вернуться для очередного замаха. Арина ухватила цепь кистеня и выдернула оружие из руки графа. Поправила шлем и увидела, как противник вынимает секиру. Арина достала второй топор и нанесла двойной удар. Первый подставила под топорище графской секиры, а вторым просто сильно толкнула вперед. Подпруга не выдержала и лопнула. Рыцарь съехал с коня вместе с седлом, но остался на ногах. Теперь у нее было преимущество, которым она не пожелала воспользоваться. Арина спрыгнула на землю и без предисловий начала рубить поочередно слева и справа. Ограниченный обзор турнирного шлема сыграл с графом злую шутку. Он был значительно выше Арины, и, чтобы видеть противника, ему приходилось наклонять весь корпус, тем самым сместив центр тяжести вперед. Соответственно, он не мог как следует размахнуться, и его удары проходили мимо. Сначала она лишила его щита. Затем перерубила топорище секиры. Осознав, что безоружен, граф замер, ожидая ее нападения. Арина махнула рукой, подзывая оруженосца. Тот подошел к седлу и принес рыцарю меч в ножнах. Ле Сэдвор вынул двуручный клинок с волнистым лезвием. На Земле такие мечи назывались фламберг, и их владельцев жутко ненавидели за страшные раны, которые могли наносить такие клинки. Граф поднял руки с мечом, ожидая нападения. Арина только в теории знала, как сражаться против такого противника, а на практике подставляться под удар совсем не хотелось. Она кружила вокруг него, периодически пробуя прорваться на близкую дистанцию, но граф постоянно поворачивал корпус, пытаясь держать шустрого врага в поле зрения. Его чуть согнутая поза натолкнула Арину на идею: она совершила двойной перекат через левое плечо и оказалась за спиной рыцаря, который четким вертикальным ударом должен был пригвоздить девушку, если бы перекат был всего один. В такой нелепой позе он замер на мгновение, но ей этого времени хватило. Она словно приклеилась к его спине, и, когда Брилон выпрямился и с горизонтальным ударом развернулся, она вновь последовала за ним. Несколько махов мечом, и граф пошел на крайние меры, он решил совершить полный оборот в триста шестьдесят градусов. Арина вставила топорище между его руками и, используя секиру как рычаг, вывернула рукоять меча. Полностью лишенный оружия, он потянулся к короткому кинжалу, но Арина подбила его ноги другим топором. Используя «пятку» или, как ее называют, «бороду», словно крюк, она дернула графа за ногу, и тяжелая туша, загремев доспехами, грохнулась на землю. Арина села на грудь противника одним коленом, и, пока решала, что делать дальше, граф резко повернулся корпусом и придавил более легкую противницу к земле. Лезвие его кинжала проникло в смотровую щель и замерло в нескольких миллиметрах от ее левого глаза.

– Вы признаете поражение? – послышался глухой голос.

Арина от обиды чуть не разрыдалась. Слезы душили, и она, всхлипнув, ответила:

– Нет!

В голове послышался смешок Арсена, и она осознала, что тело ей больше не подчиняется. Арина зарычала и, резко согнув ноги в коленях, провела кувырок через голову. Благо в доспехах вестников можно было даже на мостик встать, так как они совершенно не стесняли движения. Вскочив на ноги, Арина подпрыгнула и упала на графа, нанеся ему удар локтем по затылку. Шлем глухо зазвенел и уткнулся в землю. Арина отстегнула «жабью голову» и откинула этот сплошной железный горшок в сторону. Последовал очередной удар кулаком по кольчужному капюшону. Граф вскрикнул. Арина вновь поднялась и, ухватившись за выступающие части доспехов, подняла поверженного противника над головой. Бросок, и рыцарь перестал подавать признаки жизни. Он лежал на земле, раскинув руки в стороны, и с удивлением смотрел на возвышающегося над ним противника. Из-под шлема Арины звучало глухое рычание:

– Пор-р-рву!

Брилон ле Сэдвор закрыл глаза и приготовился к смерти. Арина воспротивилась убийству и вернула себе контроль над телом. Она постояла недолго и, подобрав оброненный кинжал, приставила его к горлу графа. Тот приоткрыл глаза и осознал, что противник перестал рычать. Брилон тяжело вздохнул и произнес:

– Я признаю поражение.

– Замечательно, а то убивать вас совсем не хотелось, – устало сказала Арина.

Она подала ему руку и помогла подняться. В этом поединке она осознала, что личным привязанностям не место в смертельном бою. Если есть возможность, нужно бить на поражение.

По традиции доспехи проигравшего рыцаря достались Арине, но она позволила их выкупить, оставив себе на память шлем «жабья голова». Как оказалось, у графа была и другая броня на голову, очень сильно напоминающая шлем крестоносцев топфхелм или, как его называли, горшковый. Если бы он вышел на поединок именно в нем, то шансы на победу у Арины могли сократиться. Нельзя сказать, что в нем лучше обзорность, но то, что он не прикручен к туловищу, давало бы графу больше мобильности, и ему бы не пришлось наклоняться, чтобы рассмотреть противника. Но как говорит Арсен, что ни делается, значит, так было надо.

Так или иначе, она победила. Конечно, были спорные моменты, когда он долбил кистенем по ее щиту и чуть не снес шлем. Однако Арина сумела выровнять ситуацию и даже начала побеждать. Самым обидным было попадание кинжала в смотровую щель, но…

Арина задумалась и осознала, что проиграла. Если бы не Арсен, то ее бы давно не было в живых, так как сдаваться на милость победителя не в ее характере. И самое обидное было то, что она считала себя победителем, и тут на тебе! Такой неприятный сюрприз. Арине стало стыдно. Она столько раз слышала наставления Арсена, Тристана и Корация о том, что нельзя оставлять врагов без контрольного удара, а стоило ей увидеть такого красивого и благородного рыцаря, как она его пожалела. А он ей чуть глаз не выколол. А если бы навалился на кинжал, то мог и убить! Там бы даже невеброн не помог. Пылая от стыда, она подошла к наставнику с опущенной головой и сказала:

– Дядя Арсен, можете меня выпороть. Я заслужил.

– Ребенок, в целом я доволен, – с усмешкой сказал Арсен, – но были кое-какие моменты, которые в будущем повторять не стоит. Согласен?

Тут за Арину вступился какой-то освобожденный из баронского подвала аристократ. Его внешний вид вызывал отвращение. Весь из себя такой зализанный, с острым носом, бегающими глазками и подхалимистыми нотками в голосе. Он заявил:

– Да что вы такое говорите? Благородный Арин победил чемпиона трех турниров графа Брилона ле Сэдвор! Он прибыл в Кортар свататься к деве Верилине ла Крольте́льт, первой красавице королевства. Этот рыцарь молод, но невероятно силен. Появившись впервые на королевском турнире в Фидароне, он победил именитых противников! А граф готовился к этому годами. Как можно пороть молодого человека, победившего чемпиона? Это недопустимо!

– Уважаемый, позвольте мне самому решать, как воспитывать ученика, – миролюбиво сказал Арсен.

– Вы думаете, сами бы справились лучше? – с вызовом спросил остроносый.

Арсен посмотрел на него с недоумением и задал вопрос:

– А что вам даст мой ответ? Мы же сейчас говорим о турнирном поединке? Если да, то я бы выступил немногим лучше ученика, так как в настоящем бою нет правил, ограничивающих мои возможности.

– Ох, хвалиться мы все мастера! А вы на деле докажите, – продолжал задевать аристократ.

Арсен посмотрел на Арину и спросил:

– Тебе очень нужен этот шлем?

– Так он же трофейный! – воскликнула она.

– Получив шлем, пороть не буду, – усмехнулся Арсен, и Арина сразу отдала ему «жабью голову». Он протянул тяжелый шлем, сделанный из толстого железа, аристократу и сказал: – Надевайте.

– Зачем?

– Вы хотели на деле? Будет вам на деле! Вы этого не увидите, но остальные поймут, что сердить воинов из рода Воина-Дракона не стоит.

– Что это значит?

– Если мне не удастся разрубить этот шлем, то вы получите сотню золотых, – спокойно объяснил Арсен.

– А если удастся? – спросил остроносый.

– Значит, золота не получите, – пожал плечами Арсен, поясняя очевидные факты.

– А если я не надену? И вообще, почему я должен надевать этот шлем? Я не хочу его надевать! – начал истерично возмущаться аристократ.

– Не надевай, но тогда я вызову тебя на поединок и разрублю на части. Ты, мелкий ничтожный слизняк, усомнился в моей доблести и умении? Да я тебя пор-р-рву! – зарычал Арсен.

Остроносый сделал шаг назад и, споткнувшись, упал на спину. После на четвереньках попытался сбежать, но Арсен хлопнул в ладоши, и беглец плюхнулся на живот и закрыл голову руками.

– Грайден, это ничтожество кормить не надо, нечего ему делать среди благородных рыцарей. Пшел вон, слизняк.

Аристократ медленно поднялся и гордой походкой удалился. Арсен надел трофейный шлем на торчащую палку приблизительно на уровне головы графа Сэдвора. После доработки специальные неполные ножны позволяли моментально обнажить два меча. Резкий удар обоими клинками разрубил «жабью голову» буквой «Х». Части шлема распались в разные стороны. Рыцари подошли к ним и начали рассматривать толщину стенок. Местами она доходила до сантиметра. Маркграф также посмотрел, усмехнулся и тихо спросил:

– Именно поэтому ты не позволяешь Арине биться мечами? Потому что они пробьют любые доспехи, как твои клинки?

– Мои значительно хуже, бей я теми мечами, срез был бы чище, – так же тихо ответил Арсен. – Но ты прав, к хорошему быстро привыкаешь, так что пускай учится жизни, как остальные, через пот, боль и страдания!

– Ну, на то ты и наставник, вот и наставляй, – кивнул Грайден. – Но могу сказать, что во время поединка я начал бояться за нее. Уж очень сильным оказался этот граф.

– Я бы покривил душой, если бы сказал, что не опасался, – сказал Арсен, – но я верил в ребенка и до последнего момента не вмешивался.

– То-то я думаю, откуда в такой щупленькой фигурке столько звериной силы, хотя… – начал вспоминать маркграф, – Арина же меня левой рукой могла поднять. Но рычание – это, по-моему, слишком. Кстати, ты тоже рычал. Это что, рефлекс, как у зверей?

– Да, хищники мы, хищники! – усмехнулся Арсен и протянул ладонь для рукопожатия. – Дави!

– Зачем?

– Дави, говорю! – продолжал настаивать Арсен.

Маркграф нажал что есть сил, и в ответ его ладонь начали сжимать, словно в тисках. Грайден зарычал и придавил в ответ.

– Что я говорил, мы хищники. Когда хотим победить, мы рычим. Кто-то тихо, кто-то громко, а у некоторых громогласный рык выходит. Так что это вполне естественно.

– Не замечал за собой, – покачал головой маркграф. – Ладно, задержались мы тут. Пора с нашими проблемами разбираться.

* * *

Этот поединок сильно задержал колонну маркграфа, и к закату они не успели нанять корабль, зато сняли номера в трактире. Грайден собирался отправить оруженосца Корса с посланием к герцогу только после найма судна, но местный правитель показал осведомленность и прислал герольда с приглашением. Маркграфа, маркизу, благородного Арина и пленников-аристократов этим же вечером ждали во дворце. Ортелла устроила истерику, заявляя, что ей нечего надеть на прием. Спорили долго и напирали на то, что в мужской одежде проще прорываться к выходу. Маркиза так выразительно посмотрела на Грайдена, что тот поднял руки, признавая поражение, и дал ей разрешение остаться в трактире под охраной.

Герольд в сопровождении десятка ратников в парадных доспехах привел гостей до моста в главный город. Специально для уважаемого Кровавого Жнеца раскрыли ворота, и несколько всадников въехали в башню, от которой начинался крытый галереей мост. Цокая по деревянному настилу, они подъехали к городским воротам на острове. Недалеко от дворца их встречали. Впереди стоял высокий мужчина средних лет в окружении нескольких десятков придворных. Арина слушать приветственные речи не стала, а просто раскрыла третий глаз и начала рассматривать толпу магическим зрением. Одаренных было немного. Самым ярким были герцог и несколько мужчин в свитской одежде. Чуть в стороне стоял не очень одаренный жрец. Он с ненавистью взирал на маркграфа, но губы были растянуты в приветливую улыбку. Арина решила понаблюдать за верхними этажами и заметила несколько десятков арбалетчиков, прятавшихся за парапетами и окнами. Ее это не сильно удивило, так как Арсен предполагал жаркое приветствие. Он и братья амазонки спешились до башни и проникли на мост между всадниками, а потом рассредоточились вдоль стен. Под печатью отвлечения внимания их просто не замечали.

Маркграф медленно подъехал к герцогу и спросил:

– Ваша светлость, позвольте полюбопытствовать, а зачем в окнах столько стрелков? Вы ожидаете нападения?

– Ха-ха-ха! – рассмеялся герцог и, повернувшись к одному из рыцарей, протянул руку ладонью вверх. – Граф ле Бортироз, вы проиграли пари! Ах, простите меня, маркграф, просто мой начальник стражи опасался коварного нападения и разместил десять арбалетчиков вдоль окон. Он утверждал, что вы их не заметите. Но навыки великого воина не проходят даже с годами! Позвольте пригласить вас во дворец. Я предвкушаю наше общение. А маркиза ла Парсар разве не с вами?

– Увы, ваше приглашение было столь неожиданным, что она не сумела подобрать себе достойный наряд, – ответил Грайден, – а идти к вам в походной одежде маркиза посчитала верхом неприличия.

– Ах, женщины! – воскликнул герцог. – Всегда должны выглядеть великолепно! Во дворце я вас познакомлю с дочерью Верилиной. Признаюсь вам по секрету, большая часть казны уходит на ее наряды!

По взмаху руки графа ле Бортироз стрелки покинули позиции и спустились вниз, исполняя роль почетного караула. Маркграф и остальные гости спешились и продолжили двигаться к дворцу пешком. Благо нужно было пройти не более сотни метров.

Остров на реке был небольшим, метров семьсот в ширину и около пяти километров в длину. И всю площадь занимали дворцы аристократов и разные постройки. Там не селились торговцы и представители иных низших сословий. С западного на восточный берег реки можно было перебраться по двум мостам, которые соединялись на острове за пределами городских стен. Там построили специальные башни, которые пропускали небольшой поток желающих перебраться с одной стороны на другую. И разумеется, за все взималась плата. Город был ближе к восточному берегу, а по западной протоке могли проходить невысокие речные суда прямо под мостом. Там также стоял пропускной пункт с возможностью натянуть цепь поперек реки. И выше и ниже по течению располагались причалы. Торговцы со стороны истока приставали к северным причалам и продавали товары прямо на рынке. Или перевозили груз по берегу до южных причалов и там нанимали другие речные корабли, пришедшие с устья. Так было дешевле, чем платить пошлину за подъем цепи. Герцог получал выгоду и от провоза по берегу, и от загрузки южных кораблей, так как являлся личным владельцем большей части речного флота. Маркиза утверждала, что род ла Крольтельт богаче короля. Видимо, поэтому его соперники из рода ла Легорхе́льт так упорно пытались захватить маркизат ла Парса́р. Им было необходимо начать получать выгоду от нового маршрута Великого торгового пути. Если бы у них это получилось, то дорогу можно было бы сместить южнее, вдоль берега Срединного моря как раз в обход города Кортар. Маркиза объяснила эти тонкости Грайдену перед самой аудиенцией, так как понимала, что с женщиной о серьезных делах никто говорить не будет.

Арина присутствовала при этом разговоре и даже вставила какое-то ценное замечание из опыта истории Земли. Самое удивительное, к ее словам отнеслись с должным уважением, и никто не сказал, что она маленькая для серьезных разговоров. Даже Арсен подбадривающе улыбнулся и подмигнул Арине.

Теперь наставника она не видела даже в магическом спектре, и это ее слегка удивляло. Они вошли в большой зал с длинным столом, и герцог пригласил их отведать, что Единственный послал. Чего там только не было. И зажаренные целиком кабанчики, и фаршированные рыбы, чем-то напоминающие осетров, и разные рябчики и фазаны. У Арины глаза разбежались. Она такого изобилия в жизни не видела. Может, только в кино. Сам герцог уселся во главе стола, а уважаемого гостя усадили по правую руку. Рядом с Грайденом села Арина. Она удивилась тому, что на столе возле ее фарфоровой тарелки лежали нож и двузубая вилка. Действуя на автомате, она начала культурно есть. Напротив нее сидела невероятно привлекательная девица лет шестнадцати. Она чем-то напоминала саму Арину. Такие же светлые волосы, только с оттенком золота. Красивый ровный носик. Алые губки бантиком и выразительные синие глаза. Девица одобрительно отнеслась к тому, что для Арины столовые приборы не в новинку. Дева Верилина разглядывала благородного Арина и даже начала стрелять глазками, как бы невзначай обращая на себя внимание молодого рыцаря. Арина опешила от такого напора гормонов юной красавицы. Впервые с ней кокетничала девушка, и это слегка напрягало. Арина покраснела до корней волос и опустила взор на тарелку. О чем говорили герцог и маркграф, она не прислушивалась, а потихоньку жевала мясо, отрезая кусок за куском и накалывая прожаренную свинину на вилку.

– Благородный Арин, – услышала она журчащий голосок златовласки, – я слышала, что вы победили в поединке этого наглеца Брилона.

– Случайно получилось, – ответила Арина.

Верилина милостиво улыбнулась и продолжила допрос:

– Неужели? А мне говорили, что вы столкнули его из седла и опрокинули на землю, используя два топора. Это правда?

– Да. Меня так и называют Арин Две Секиры.

– А говорят, что вы благородно позволили этому наглецу взять его огромный меч и посмеялись над графом, спрятавшись за его спиной. Говорили, что было очень смешно, когда он пытался вас увидеть. А потом просто подняли его над головой и бросили на землю, – пересказывала златовласка историю поединка.

Арина кивнула.

– А скажите, Арин, ваши секиры очень тяжелые? Сложно ли ими размахивать?

– Для меня не очень, – честно ответила ученица Арсена.

Верилина осмотрела субтильное сложение Арины и с сомнением покачала головой:

– Признаться честно, я ожидала увидеть огромного и свирепого рыцаря, постоянно рыгающего за столом и вытирающего руки об себя. Вы меня приятно удивили. Но честно сказать, вы выглядите не слишком сильным. Меня гложут сомнения, а не могли бы вы их развеять?

– Зачем? – поинтересовалась Арина.

Верилина приподняла брови в удивлении и попыталась объяснить свою позицию:

– Ну, как же, дева вашего сердца желает увидеть вашу мощь во всей красе. Неужели вы откажете мне в этой малости?

– Простите, но я вас не понимаю, о какой деве моего сердца вы ведете речь? Мое сердце наполнено решимостью отправиться в империю Калстахия, где у меня назначена встреча с моими родителями. Ни о чем ином я не могу думать. Поэтому не совсем понимаю, о чем вы говорите. – Этой речью Арина попыталась вежливо отшить дочку герцога.

Златовласка улыбнулась и спросила:

– Неужели ваше сердце не забилось чаще, когда вы увидели меня?

– Вы самая прекрасная дева из всех, кого мне приходилось когда-нибудь видеть, но долг перед родителями ведет в дальние дали, и я не могу отвлекаться на чувства, пусть даже к самой восхитительной красавице королевства. Я должен продолжить путь, оставляя надежды на вашу благосклонность!

Арина сама не осознавала, что произнесла, так как хотела сказать совсем другие слова. Видимо, Арсен вновь захватил управление над ее телом и исполнил роль суфлера. Это начало раздражать, но, судя по опечаленному выражению лица златовласки, ей понравился этот обоснованный отказ назвать дочь герцога дамой сердца. Главное, чтобы она не обиделась, так как оскорбленная женщина страшна в гневе.

– Может, когда вы встретитесь с родителями, вы навестите меня в нашем милом городке? – спросила Верилина.

Арина пожала плечами.

– Я, наверное, к тому времени найду себе достойного мужа. Граф ле Сэдвор просил моей руки, но я поставила условие: сто побед подряд в мою честь, и, может быть, я подумаю. Он так настойчив, но, потерпев поражение от вас, ему придется начинать заново. Я склоняюсь к мысли ему отказать. Как вы думаете, благородный Арин? Достоин ли этот иноземный мужлан моей благосклонности? Граф напористый и требовательный. Он хотел припасть к моей руке, но я дева порядочная и вольностей не позволяю!

«Ну и дура, – подумала Арина. – Даже я чувствую, что девочка созрела и хочет замуж. А такого достойного, красивого, сильного и благородного рыцаря сложно найти! Настоящий мужчина! Может, даже лучше Арсена!»

Неожиданно для себя Арина осознала, что ревнует Брилона к этой курице. Да, привлекательной, но невероятно стервозной курице с золотыми волосами. Можно подумать, на ней свет клином сошелся. Ей стало неловко, и она опять покраснела. Верилина восприняла это на свой счет и победно улыбнулась. Златовласка прикрыла глаза и томно добавила:

– Но мне кажется, вы совсем не такой. А как вы относитесь к поэзии?

– Никак! – честно ответила Арина.

Она утомилась слушать дочку герцога и пыталась найти повод сменить собеседника или, в худшем варианте, тему беседы. Увы, Верилина продолжала долго расписывать достоинства разных поэтов, о которых Арина не слышала. Ей оставалось поддакивать в нужных местах и мило улыбаться. Она иногда прислушивалась к разговору герцога и маркграфа, но те вели светскую беседу. Единственная важная тема, которую затронул Валигор ла Крольтельт, – это выражение соболезнований по поводу скоропостижной утраты Грэга.

Ужин подошел к логическому завершению, и герцог попрощался с гостями. Он пригласил Грайдена в кабинет, где собирался обсудить их дальнейшее сотрудничество. Арина попыталась проскользнуть вслед за маркграфом, но Валигор с милой улыбкой попросил ее рассказать о подвигах Верилине, так как она обожает слушать о деяниях благородных рыцарей. Арина тяжело вздохнула и отправилась выполнять возложенную на нее миссию.

Дочь герцога позвала благородного рыцаря в комнату, где собрались ее фрейлины или иные молодые аристократки. Дамы желали слышать подробности поединка. Арина в красках описала переживания, которые испытала во время боя, разумеется умолчав о потере контроля над телом. После этого она рассказала о бое с убийцами в Прильске, где свернула шею противнику голыми руками. А потом был рассказ о поединке с Хролем и об инциденте с инквизитором, где она почти оторвала руку мужчине. Девицы ахали и охали, а воспитательницы усмехались, глядя на то, как такой щупленький юнец плетет небылицы благородным девам.

В финале Арина поведала историю Дон Кихота и о его битве с ветряной мельницей. Благородные девы глупо хлопали ресницами и восторгались талантом рассказчика. Арина даже вошла во вкус, исполняя монолог в ролях, и начала говорить разными голосами.

Верилина ла Крольтельт выразила сожаления по поводу того, что столь прекрасный собеседник покидает их славный город, и даже выражала надежду на скорейшее возвращение благородного Арина ле Золтодрак.

К счастью для Арины, маркграф настоял на возвращении в таверну, иначе ученица Арсена стала бы свидетельницей падения нравов среди некоторых придворных дам. Она подсознательно чувствовала, что кое-кто из них был бы не прочь оседлать юного рыцаря ночью.

Специально для маркграфа и его свиты опять открыли ворота на мост. Их выпустили на улицы ночного города. В трактир они вернулись поздно ночью. В темноте скользили разные подозрительные личности, но нападать на вооруженных всадников никто не решился.

Глава 12

Маркиза сидела как на иголках, ожидая вестей от Грайдена, но тот решил дождаться наставника Арины, чтобы не повторять рассказ дважды. Наконец Арсен и братья амазонки вошли в комнату. Маркграф поведал о тайных переговорах с герцогом. Оказывается, тот давно подозревал заговор в королевстве. И сложности начались с того момента, как молодой наследник отказался жениться на такой красавице Верилине, а предпочел ей бесцветную Лирталину. После этого в баронстве ле Пильсак произошли наглые грабежи путешественников. Герцог отправил туда шпиона, того самого остроносого аристократа. Тайный агент должен был проехать земли барона и направиться в вотчину маркиза ла Парсар, но до точки назначения не добрался. Это произошло буквально месяц назад, поэтому он был самым чистеньким и относительно упитанным. После освобождения шпион решил не отрываться от коллектива, который и так ехал в нужный город. Он спешил рассказать о творимых беззакониях. Понаблюдав со стороны за маркграфом и маркизой, он совершил ошибку и не воспринял Арсена всерьез, который хоть и находился рядом с Грайденом, но в управлении почти не принимал участия. Герцога очень интересовал наставник благородного Арина, но маркграф сослался на то, что его дальний родич не любит шумные сборища, и остался охранять вдову маркиза. Далее герцог сообщил, что также был приглашен на коронацию, но слегка опасался ехать в столицу. После того как он узнал о покушениях на аристократов, решил собрать рати в единый кулак и медленно продвигаться к устью великой реки под таким мощным прикрытием. Герцог рекомендовал дождаться его войска, чтобы маркграфу ничего не угрожало. Он предложил заключить договор и совместными усилиями избавить молодого короля от влияния жрецов Единственного бога на неокрепший ум правителя королевства. Грайден обещал подумать, но склонялся к тому, чтобы совместными усилиями скинуть монарха с трона.

Арсен выслушал маркграфа и добавил:

– Ваш герцог планирует разоблачить заговор и обвинить тебя в подстрекательстве, если вам не удастся убедить благородное сословие поддержать протест на незаконные действия паладинов и жрецов. Он понимает, что за интригами стоит император Калстахии и Отец Отцов. Люди верят в Единственного бога, и в случае неудачи он с огромным удовольствием выдаст на суд жрецов того, кто так сильно унизил род ла Крольтельт много лет назад.

– И что ты предлагаешь? – спросил маркграф. По его лицу было видно, что он готов вернуться во дворец и оторвать герцогу голову.

– Скажи, что готов возложить на себя герцогскую корону. Под тебя уйдут восточные земли от берега озера до берега моря. Баронов там, кроме Клода ле Хорстан, не осталось, так что вопросов не возникнет. После назови Арину наследником и, как двум светлейшим особам, предложи породниться, – сказала маркиза. – Судя по вашим рассказам, его дочь оказывала знаки внимания нашей воительнице.

– А это ничего, что я девушка? – полюбопытствовала Арина.

– Герцог подумает, что маркграф преследует меркантильные цели, – пояснила Ортелла. – Это понятно его натуре. Он сам такой же. Пойми, ла Крольтельт не поддержит того, кто действует во имя справедливости, так как это похоже на фанатизм. Практичные люди предпочитают везде видеть выгоду. А борьба за правду совершенно неразумна, так как не приносит дохода. А потенциальный брак с наследником восточного герцогства дает неоспоримые преимущества. Сам Грайден стар, а значит, скоро перейдет в мир иной. Благородный Арин молод, и можно будет смело на правах старшего родича наставлять его на путь, выгодный самому Валигору. Он верит в таланты дочери и знает, что при желании она может крутить мужчинами. Чего только стоит это условие, поставленное графу ле Сэдвор. Это же надо – сто побед подряд. И ведь согласился же. Герцогу нужно намекнуть, что благородный Арин воспылал страстью к его драгоценной дочурке и хотел бы представить ее во дворце короля как свою невесту.

– Но она знает, что я иду на встречу с родителями, – сказала Арина. – И к тому же как я буду с ней?..

– Так ведь никто не требует от тебя немедленного исполнения супружеских обязанностей, – улыбнулась маркиза. – Нужно заявить о намерениях и выманить ее из города. Когда герцог будет уверен, что сможет стать владельцем не только центрального герцогства, но и восточной части королевства, он должен рискнуть. Ведь на кону полный контроль торговли Суролтара. Мало того что он сидит на судоходной реке и обдирает северных купцов, он сможет получить доступ к Великому торговому пути. Алчность должна перевесить осторожность.

– А как же я? – ошарашенно спросила Арина. Она просто не представляла, как будет проводить первую брачную ночь с Верилиной.

– А до свадьбы не дойдет, – улыбнулся наставник. – Если маркиза права, то герцог не захочет портить отношения с человеком, который на законных основаниях позволит ему стать в два раза богаче. Соответственно, он не рискнет предавать Грайдена, потому что тогда с его дочкой может случиться несчастный случай. Она же будет рядом с Ариной в качестве заложницы-невесты.

– А если он откажется и не возьмет дочку с собой? – спросил маркграф. – И вообще, мне претит использовать такие грязные приемы.

– Мне это тоже не нравится, и убивать девушку никто не собирается, но герцог-то этого не знает, – сказала Ортелла. – Люди судят по себе, и он бы, даже не поморщившись, приказал удавить заложницу.

– Как-то это сложно, – нахмурив брови, произнес Грайден. – Может, ну его? Поедем сами и…

– Одно дело – Кровавый Жнец, которого никто не любит в стране, и другое – герцог центральных областей. Самый влиятельный человек королевства. За таким аристократы пойдут, – пояснила маркиза.

– Я вот тут подумал, – подал голос Тристан, – а что, если вы ошибаетесь и герцог планирует захватить трон? Никто из вас не задумывался о том, что мы не увидели наследника? А я послушал то, о чем шептались ратники. Сын герцога давно ушел к столице во главе трех армий наемников. Передвигаются скрытно и не по реке, откуда могут ждать нападения. Мне кажется, что герцог даст согласие на брак с Ариной и даже отдаст дочь на растерзание обманутому маркграфу. Ему жизненно необходимо подарить Кровавого Жнеца храму Единственного бога в обмен на корону, а если дочка погибнет, это только плюс. Он избавится от капризной девчонки и скажет, что в ее смерти виноват такой жестокий маркграф. Аристократы поддержат отца, потерявшего дочурку, и посчитают его достойным правителем, ведь он отомстит Грайдену за смерть любимицы. Не удивлюсь, если на нее будет совершено покушение в королевском дворце.

– Ну, это слишком даже для него, – неуверенно произнесла маркиза.

– А если с девушкой ничего не случится, то ее можно будет отдать замуж за какого-нибудь принца. После того как на его чело возложат корону, она сама станет принцессой, – добавил Кораций.

– Я запуталась! – воскликнула Арина.

– Смотри, – начал пояснять Арсен, – герцогу Валигору нужно держать Грайдена в поле зрения. Для этого он даст согласие на брак его дочери с наследником будущего восточного герцога. Во время коронации будет совершено покушение на короля, его жену и род ла Легорхе́льт. Главным убийцей представят маркграфа. Наследник герцога займет столицу и коронует отца. Если дочку убьют как заложницу, то Валигор произнесет пламенную речь и оправдает предательство. После Грайдена отдадут в храм на торжественное сожжение, а герцог получит желанную корону. Ему не нужна часть! Он планирует стать королем и контролировать оба торговых пути.

– И для этого он готов пожертвовать любимой дочерью? Не верю! Он же сам говорил, что тратит на нее кучу денег… – заявил маркграф.

– Именно! Она транжира! А он алчный жмот! – усмехнулся Арсен.

– Да, ваша теория притянута за уши, – покачала головой маркиза.

– А давайте вместе сходим в гости, – предложил Арсен. – В этот раз вы найдете себе достойный наряд, и мы провели переговоры. Маркграф представит Горотара и Гирадора как внуков. В случае чего скажем, что его сын женился на амазонках, мол, у них не возбраняется иметь двух жен. Предложим Валигору на выбор трех женихов. Только тогда мы согласны идти с потенциальным родственником. А вот если откажется, просто скажем, что идем самостоятельно, так как сильно торопимся. Смотри, два внука вроде родные, а третий приемный. Они имеют сомнительные права на наследство, но если герцог замыслил недоброе, то он даст согласие на брак и путешествие дочери в столицу.

– Это будет означать, что он запланировал схватить Кровавого Жнеца и передать его в руки инквизиторов? – уточнила маркиза.

Арсен кивнул. Ортелла покачала головой и спросила:

– А почему он не захватил его вчера? Что ему мешало? Ведь десять человек не смогут оказать достойного сопротивления его армии.

– Нужно, чтобы маркграф добровольно пришел во дворец короля на убой. Валигору нужен козел отпущения…

– Что значит козел отпущения? – уточнил маркграф.

– Человек, на которого потом можно будет списать собственные грешки. Кровавый Жнец – идеальная кандидатура, – пояснил Арсен. – В данном случае уничтожение королевской династии. Представят это так: старик выжил из ума и решил отомстить за смерть внука и за то, что его сослали на границу. Он приезжает на коронацию и убивает людей, причастных к его бедам. Как раз в этот момент благородный герцог ла Крольтельт оказался в столице и подхватил упавшее знамя, то есть корону. А так как его соперники почили, он единственная достойная кандидатура на то, чтобы возглавить аристократов королевства. А если в этой суматохе погибнет его дочь, ну что поделать? Судьба. Это вполне приемлемая цена за королевскую корону.

– Судя по вашим словам, этот человек – настоящее чудовище, – вздохнула маркиза.

– О-о! Вы настоящее чудовище не видели, – усмехнулся Тристан, и Кораций подтвердил:

– Да, всем монстрам монстр…

– О ком это вы? – спросила маркиза.

Оба взглядом указали на мило улыбающегося Арсена.

– Хорошо, что ты предлагаешь? – снова спросил Грайден.

– Это зависит от герцога, – неопределенно ответил Арсен. – Ортелла, как быстро можно пошить платье, достойное вдовы маркиза ла Парса́р? Не забывайте, что вы в трауре.

– Утром я закажу портного и тогда точно буду знать сроки, – ответила она.

– Платите втрое от назначенной цены, но чтобы к вечеру вы были готовы, – поставил условие Арсен. – Напирайте на недовольство маркграфа.

– Именно так я и собираюсь сделать, – улыбнулась маркиза.

* * *

Днем Грайден отправил оруженосца Корса с посланием, и вечером к трактиру прибыла большая повозка с гербом герцога ла Крольте́льт. На этот раз Арсен и Грайден не стали вооружаться как на битву и оделись в пошитые для такого случая простые наряды. Камзол, белая рубашка, штаны и сапоги. Оба проигнорировали модные веяния и оделись так, как удобно им. Под рубашкой у обоих была тонкая кольчуга, а с мечами они не расставались. Портному и его команде пришлось трудиться в поте лица, так как нужно было пошить достойную одежду и для потенциальных женихов. Когда маркграф услышал, сколько нужно заплатить за работу, он округлил глаза и сказал, что за такие деньги мог бы содержать сотню ратников в течение месяца. Маркиза улыбнулась и ответила, что высший свет – это вам не конюшня и нужно выглядеть соответственно.

Переговоры с герцогом прошли без эксцессов. Как и предполагал Арсен, Валигор дал согласие на брак благородного Арина с его любимой дочерью Верилиной. Предстоящее наследство не обсуждалось, так как герцог идет на поводу пламенных чувств дочки. Она возжелала сочетаться браком с доблестным рыцарем в главном храме Единственного бога в столице королевства Суролтар. Герцог выразил желание отправиться по реке на одном корабле. Ему не хочется отпускать от себя любимую дочь, поэтому будет лучше, если благородный Арин останется рядом с невестой. При этом он заметил, что места на корабле не очень много и кроме высокопоставленных пассажиров никого на борт принять не сможет. То есть охрана маркграфа должна плыть на другом судне. Маркиза изобразила радость, а Грайден немного поворчал для вида, но настоял на том, чтобы его вновь обретенные внуки и родич Арсен остались рядом. Герцог скрепя сердце согласился.

Спустя два дня караван из трех судов выдвинулся вниз по течению. Вскоре к ним присоединился четвертый кораблик. На нем спешил за дамой сердца граф ле Сэдвор. Верилина снисходительно улыбнулась и с победной улыбкой посмотрела на нового «жениха». Мол, смотри, какая у тебя популярная невеста. Сердце Арины сжалось, и захотелось набить морду Брилону. Ей было обидно, что такой парень ведет себя как настоящий болван. Эта «принцесска» даже мизинца его не стоила, а он идет у нее на поводу, как неразумный телок на бойню. Это просто возмутительно! Арина потребовала перевезти ее на корабль графа, и герцог вынужден был дать согласие. Благородный Арин и его наставник Арсен отбыли на лодке и забрались на борт корабля. Граф ле Сэдвор предвкушал битву и сразу бросил вызов Арсену. Тот округлил глаза и рассмеялся:

– Нет, ну я понимаю, что вы слегка возмущены тем, что вам предпочли другого, но при чем тут я? Неужели вы думаете, что я слабее ученика?

– Я знаю, что у вас магические клинки, и именно на мечах я бы предпочел сразиться! – заявил Брилон.

Арсен, продолжая смеяться, сказал:

– Арина, смотри, до чего доводит любовь! Человек готов умереть, лишь бы не видеть возлюбленную в объятиях другого.

– Дядя Арсен! – взвизгнула Арина.

Граф так же задумался и недоверчиво переспросил:

– А-ри-на? Арина? Дева? Меня победила дева? Какой позор! Меня победила дева! Убейте меня, но умоляю сохранить эту тайну! Такого позора не переживет весь мой благородный род. Я… Меня… О, Враг людской, за что ты со мной так? Чем я пред тобой провинился?

– Перечислить? – язвительно поинтересовалась Арина. – Мой дядя говорит, что если жена не соратник на поле боя, то распоряжаться она может только в спальне и когда обеспечивает домашний уют. В остальных случаях решает муж. Жена не должна говорить, какие подвиги совершать, а какие нет. Это не ее дело. В тактике и стратегии ведения войны ни одна домохозяйка не разбирается. Рыцарь сам понимает, с кем ему можно сразиться, а на кого не стоит напирать, если он не хочет завершить жизнь. Но вы позволили Верилине диктовать вам условия. Она бы не вышла за вас замуж, так как считала пришлым. Привыкшая к комфорту, она бы ни за что не переехала в Фидарон. Что она там забыла? Ее готовили как минимум для сына герцога или для принца. Того, кто сможет выполнять ее капризы. А что в Фидароне? Западное королевство, расположенное далеко от богатств Великого торгового пути и Империи Калстахии. Там наверняка нет нежных тканей и разных изысков, к которым она привыкла с детства. Но вы с упрямством носорога пытались ее покорить напором, силой и дурными манерами. Вы – мужлан! Благородный, родовитый мужлан!

– Но ведь вам она отдала сердце! – воскликнул Брилон.

– Разумеется! Так ей папа сказал, – вступил в беседу Арсен. – Герцог рассчитывал удержать возле себя маркграфа. Это политическая необходимость. Тонкая интрига, в которой вы с понятиями о чести ничего не понимаете в политике.

– Но что делать мне? – спросил граф. Его потерянный вид настолько умилил Арину, что она вновь покраснела и опустила голову. – Я даже не понимаю, как такое могло случиться, что я проиграл деве! Вы разрушили мои надежды. Я хочу погибнуть в бою! Окажите мне честь! Сразите меня!

– Ребенок, и что ты нашла в этом тугодуме? – проворчал Арсен. – Ладно, народ на том корабле жаждет зрелища, так что постарайтесь друг друга не убить. Учти, граф, если с нее упадет хоть волос, я сожр-р-ру твою душу!

Брилон ошарашенно посмотрел на Арсена и произнес:

– Так, значит, мне не показалось? И меня победил Враг людской? Ведь я не ошибаюсь? Вы действительно тот, о ком я думаю? В финале боя именно вы дали ей силы для победы?

– Разумеется! Неужели ты думаешь, я бы позволил ей проиграть? Она мой ученик. Я за нее в ответе и никому, слышишь, никому не позволю причинить ей вред! – почти рычал Арсен.

– Тогда это все меняет! Проиграть Воину-Дракону не есть бесчестие, так как вы сильнейший мечник в мире, – облегченно вздохнул Брилон. – Это жрецы Единственного называют вас Врагом людским, а я знаю, что мой предок служил вам пятьсот лет назад и тогда вы побеждали только врагов, при случае помогая хорошим людям. Я читал записи в родовой книге. В ней описана война в Каридаростане и Басторе. Как вы захватили Гнездо Орла, попутно вернув трон наследнику Дарку. Как перехитрили шаха Дихсара, правителя Чинзара. А то, как вы победили великана Хосту и самого Хатала в непробиваемых доспехах, были самыми любимыми отрывками саги о Воине-Драконе. Я почту за честь сражаться с вами плечом к плечу даже с паладинами Единственного бога…

– Граф, вынужден вас огорчить, тот, о ком вы говорите, сейчас находится в плену в главном храме в городе Калстахиград. В день зимнего солнцестояния его должны казнить. Именно поэтому мы с его дочерью сейчас идем вместе с маркграфом, потомком Воина-Дракона, в надежде освободить его из темницы, – пояснил Арсен.

– А почему же тогда вас называют Врагом людским? – удивился Брилон.

– Когда я сюда шел, то повздорил с Единственным и слегка его побил, к сожалению, мы почти равны, поэтому оба лежали десять лет и зализывали раны, – пояснил Арсен.

– Я правильно понял, она дочь великого Воина-Дракона? – уточнил граф ле Сэдвор.

– Да, это Арина – дочь Дракона! – ответил Арсен.

Брилон встал на одно колено и торжественно произнес:

– Тогда позвольте мне принести клятву верности вам, Арина – дочь Дракона! Я клянусь…

Арсен положил ему руку на плечо, рывком поставил на ноги и сказал:

– Уважаемый граф, вам что-нибудь говорит слово «инкогнито»? Это значит скрытно. Никто не знает, что это девушка, и уж тем более что она дочь дракона. Никто не узнает об этом, кроме посвященных. Мы пока не готовы противостоять армии паладинов и жрецов.

– Пока? – переспросила Арина. – А что, у нас есть такая возможность?

– У меня есть, – ответил Арсен. – Только лекарство может оказаться гораздо хуже болезни.

– А поподробней? – навострила уши Арина и даже высунула язычок.

Граф посмотрел на нее влюбленными глазами и приоткрыл рот от восхищения. Именно о такой жене он мечтал всю жизнь и на восток отправился именно для того, чтобы дойти до земель амазонок.

– Потом! – пообещал Арсен. – А пока – вышли на палубу и провели поединок. Он с двуручным фламбергом, а ты с секирами. Бейтесь вполсилы, но никто никому не поддается. Посмотрим, что ты будешь делать, если сектор обзора графа не будет ограничен турнирным шлемом…

Бой получился красочным и насыщенным эффектными приемами. Арина почти летала над палубой, совершая разные прыжки и кульбиты. Она повторила сальто с винтом, но граф воспользовался невозможностью изменить траекторию полета Арины и уронил самонадеянную девчонку на палубу. С большим трудом ей удалось оторваться от наседающего рыцаря и подняться на ноги. Арсен едко прокомментировал падение и пообещал как следует выпороть нерадивого ученика.

На корме флагманского судна собралась вся знать. Они обсуждали поединок, и многие сочувствовали благородному Арину. Такой маленький и щупленький воин против великана в непробиваемых латах. Надо сказать, что если бы девушка использовала именные мечи, то разрубленные части графа давно бы собирали для торжественного погребения. Она так часто наносила удары по броне, что над рекой стоял глухой рокот. Но секиры рассчитаны на то, чтобы проламывать доспехи прямым мощным попаданием, а скользящие удары не причиняли им вреда.

Арина воспользовалась тем же приемом с двойным перекатом под ноги, но, когда она встала за спину, граф оттолкнулся ногой от палубы и немалым весом рухнул на довольно легкую девушку. В результате оба перевалились через ограждение и выпали за борт. Арсен схватил веревку и без раздумий прыгнул в воду.

Арина мгновенно набрала воды в легкие, но сознания не потеряла. Граф, наоборот, задержал дыхание и пытался плыть в тяжелых латах под водой. Конечно, у него ничего не получилось, и очень скоро он потерял сознание. Железные латы тянули на дно, и, потеряв остатки плавучести, он погрузился в донный ил. Арина с трудом различала направление и не могла сориентироваться. Мутная вода не позволяла разглядеть дальше трех метров. Она понимала, что ей ничего не грозит, так как осознала, что способна не дышать на глубине, но то, что она может потерять Брилона, выводило ее из равновесия. Арина даже хотела помолиться, но Христос не в своей юрисдикции, а звать Единственного не хотелось. Тут по мысленной связи пришло сообщение:

– Ребенок, а ну, давай на поверхность, а я пока эти консервы вытащу. Шевелись к берегу. Используй третий глаз!

Доверившись наставнику, она выбралась из воды. Чуть в стороне от нее вышел Арсен, таща на плече тяжелого рыцаря. Он сбросил бездыханное тело на песок и громко выругался. Затем снял с руки Брилона латную перчатку и порезал ему ладонь. Кровь почти не текла. Тогда он рассек руку и совершил рукопожатие. Раны на обеих ладонях закрылись, но граф продолжал лежать бревном. Арина склонилась над ним и сделала традиционное дыхание рот в рот. Брилон выдохнул воду из легких и раскрыл глаза. Он смотрел на спасительницу и глупо улыбался.

– Точно болван! – проворчал Арсен. – Когда закончится этот цирк, выпорю обоих! И не тапкой, а настоящими розгами!

С корабля спустили лодку, и несколько слуг графа прибыли спасать сеньора. Когда прошел стресс и оба рыцаря осознали, что остались живы, они одновременно начали сокрушаться о потерянном оружии. И если Арина только для вида изображала скорбь, то граф действительно расстроился от потери фламберга. Арсен усмехнулся и потянул конец веревки, который остался лежать на берегу. Вскоре вся бухта была у него в руках. К другому концу веревки был привязан волнистый меч. Наставник посмотрел на ученицу и произнес:

– Что я тебе говорил об оружии? Не расставаться с клинками! Настройся на секиры и давай за ними в речку! Ребенок, я не шучу!

– А может, не надо? – с надеждой спросила Арина.

Арсен приподнял левую бровь, и она обреченно ответила сама себе: «Надо, Федя! Надо!»

Арина обвязала один конец веревки вокруг пояса и отправилась на поиски затонувшего оружия. Поход под водой оказался довольно утомительным. Она топала по речному дну и дважды чуть не сломала лодыжку. В конце концов Арина обнаружила обе секиры. Они стояли топорищами вверх, словно ожидали, когда же их хозяйка соизволит вернуться. Выбиралась, вытягивая себя по веревке. Вскоре Арина оказалась на берегу. Мокрая, замерзшая и уставшая девушка так выразительно посмотрела на наставника, что тот рассмеялся. За то время, пока она гуляла по дну реки, к месту их временной стоянки подошел корабль, на котором плыли ратники маркграфа. Они держались чуть в стороне, перекрывая обзор с других судов. Арсен одобрительно посмотрел на Арину и дал в руки тонкую полую трубочку, сделанную из камыша:

– Если спросят, как ты дышала под водой, покажешь это и ответишь, что периодически поднималась на поверхность. Тебе нужно было их просто позвать и мысленно запитать силой печать возврата. Топоры бы вернулись к тебе прямо в руки, но так тоже хорошо и, главное, естественно.

Арсен широко улыбнулся, а Арине захотелось запустить эти самые секиры в его наглую и бессовестную рожу! По мысленной связи пришло: «Я тебя слышу!»

Возвращение на флагман нельзя было назвать триумфальным, но и похоронным бы его никто не назвал. Верилина расспрашивала Арину о том, что она чувствовала под водой, как смогла найти секиры, и много ненужных вопросов сыпалось от златовласки. Арина отвечала достаточно честно, но без подробностей, а после, сославшись на усталость, удалилась в каюту, которую делила с амазонкой. Никалия также интересовалась подробностями, но Арина отмахнулась и завалилась спать…

Спустя несколько дней четыре судна прибыли в столичный порт. У причалов их встречали слуги герцога. Они пригнали несколько пассажирских повозок, и кортеж проследовал к дому рода ла Крольте́льт. Ратники маркграфа остановились в трактире, расположенном неподалеку. До коронации оставалось несколько дней.

Глава 13

В парке небольшого подмосковного городка на скамеечке сидел пожилой мужчина. Он читал газету и периодически оглядывался на играющих детишек. К нему подошел мотоциклист со шлемом в руке и произнес:

– Вячеслав Викторович, насилу вас нашел. У вас телефон отключен, а с вами Мелкая пыталась связаться. Хорошо хоть, до меня дозвониться смогла. Говорит, что-то срочное.

– Однако, вот продуманная зараза! Я же просил меня не беспокоить. Специально ребятам запретил ей отвечать, – усмехнулся отставной генерал ГРУ Старобогатов. – Знаю я ее срочность. Она Мелкого на Кипре не застала и захотела выяснить, куда делся плод ее грешной любви. На задании он! Арину ищет! Большего ей знать не нужно. Зашевелилась горе-мамаша! Нечего было без связи с очередным ухажером на Сейшелах отдыхать. Если бы она тогда трубочку не отключила, девочка не ушла бы в сотворенные миры без должной подготовки.

– Понятно! – кивнул брюнет в мотоциклетной экипировке. – Возможно, это не мое дело, но скажите, а что вы делаете в парке какого-то занюханного подмосковного городишки? Просто непонятно это.

– Однако, Марко, все тебе нужно знать! – усмехнулся Старый. – Я отставной генерал на пенсии. А тут посмотри, какой свежий воздух…

– Ну, нет так нет, – пожал плечами брюнет. – Я тогда поеду.

– Видишь за моей спиной худенького болезненного мальчика? – спросил генерал.

Марко посмотрел в указанном направлении и уточнил:

– Белобрысого?

– Да, альбиноса, – подтвердил Старый. – Очень перспективный ребенок, но меня не устраивает его ближнее окружение.

– И что же не так с его близкими? – поинтересовался брюнет.

Старый усмехнулся и начал перечислять:

– Мать – преподаватель литературы в школе, воспитанная на романтических иллюзиях рыцарских романов. Вышла замуж за красивого и никчемного бездельника. Несколько лет назад развелась и растит детей в почитании женского пола. Утверждает, что для молодой девушки самое желанное в жизни – это получить красивый стишок, посвященный именно ей. Есть две дочери-погодки. Им сейчас четырнадцать и пятнадцать лет. Девочки третируют брата, так как он мечтатель и романтик. В его глазах горит огонь неосознанных желаний, который гасят эти клуши на корню. Видите ли, инстинкты хищника порочны и не вписываются в концепцию рыцаря без страха и упрека. Сейчас мамаша решила отправить болезненного сына в санаторий. Она уверена, что ребенка нужно подлечить, а то он стал каким-то бледным. Представь себе, что ждет почти маменькиного сыночка, к тому же альбиноса, в среде сверстников? Это в школе его никто не трогает, так как он сын учительницы, а в незнакомой среде его с потрохами сожрут. Дети – настоящие пародии на родителей. И если в доме взрослые злые, то и дети становятся маленькими чудовищами. Я узнал, что в его потоке будет сын одного бизнесмена. А он натуральный мерзавец. Как думаешь, кого они изберут на роль постоянной жертвы?

– Его? – спросил Марко.

Генерал усмехнулся:

– Однако, угадал! Именно его. И если они его морально сломают, то во взоре вместо гордости и отваги мы увидим осторожность, граничащую с трусостью. А такой типаж не подходит на роль очередного кандидата.

– И что же вы собираетесь делать? – поинтересовался брюнет.

– Скажи, Марко, ты веришь в Бога? – спросил Старый.

– Смешно, – мрачно ответил тот. – Одну богиню я видел в пещере с порталом, а с другим знаком лично.

– А в будущее? – продолжал спрашивать древний бог, маскирующийся под отставного генерала ГРУ.

– Частично, – ответил Марко. – В него я верил больше, чем в Христа, несмотря на то что католик.

– Я тут подумал, что если к мальчику придет бог, то он решит, что свихнулся. Согласен со мной? – задал риторический вопрос генерал.

– Ну да!

– А если к нему явится призрак его самого из старости, то психика ребенка найдет этому логическое объяснение, – предположил Старый.

– И как же он к нему явится?

– Следи за мальчиком. Сейчас он застынет и увидит того, кого я хочу ему показать. Это будет проекция его самого, только жалкого и убогого.

Ребенок действительно завис, будто узрел пришествие кого-то необычного. Альбинос раскрыл почти прозрачные глаза, и зрачки полностью расширились. Марко услышал, как древний бог тихо шепчет:

– Саша, подойди. Не бойся! Посмотри на меня! Ты меня узнаешь? Нет? Я – это ты, но только спустя много лет. Посмотри, во что ты можешь превратиться! Запомни, то, чему тебя учит мама, – полная чушь. Девочкам не нужны романтические стишки и подвиги в их честь. Это глупости. Они любят, когда их добиваются и показывают силу. Их не нужно бить, но и спускать оскорбления тоже нельзя! Никому нельзя! Если тебя обидели, бей без раздумий. Запомни, у тебя есть особенность организма, ты легко умеешь заглушить любую боль, а повышенная регенерация позволяет тебе оставаться целым. Я научу тебя, куда нужно бить. Всю жизнь я старался делать только хорошие дела, но это не мое. Нельзя хищника кормить травой. Не нужно думать о будущем, так как это приводит не к осторожности, а к трусости! Я всю жизнь боялся того, что маму расстроят мои плохие поступки и ей придется за меня краснеть. Она не права. Мужчина на то и мужчина, что должен быть сильным. Его должны уважать за дела, которые он совершает. Он обязан стать надежной защитой для близких. Для этого, если придется, он должен быть готов убивать врагов. Тех, кто причиняет боль. Запомни кредо жизни: «Ты начни, а я закончу и тебя в момент прикончу, я свирепее зверей, нападай уже скорей!» Если тебя оскорбили, атакуй. Даже если врагов больше. В этом мире уважают только силу и готовность идти до конца. Начинать нужно с детства. Береги честь смолоду, так как в старости на тебя могут просто наплевать. Сейчас такое время, когда детей не сажают за преступления, и если ты покалечишь обидчиков, то с годами вера в твою решимость защищаться только укрепится. Каждый день делай пробежки, приседай, отжимайся, подтягивайся и резко взлетай с пола на стул. После соскакивай и выпрыгивай вверх с поднятыми руками. Так ты станешь быстрым и выносливым. В твоем организме нет предрасположенности к физической силе, но тебе это и не нужно. Научись ножевому бою. Изучай болевые точки на теле человека. Со временем ты сможешь контролировать силу воздействия. И помни, ты хищник. Скоро ты поедешь в санаторий. Там будет один мальчик по имени Боря. Как только он попытается тебя оскорбить, бей левым кулаком в печень, правым в челюсть и в финале, когда он отвернет голову, левой ладонью в грудину. Если ты потерпишь поражение, то на всю жизнь останешься жалким и трусливым червяком. Посмотри на меня! Ты хочешь стать таким? Помни о том, что я сказал…

Марко наблюдал, как мальчик непроизвольно кивает на каждое утверждение Старого. После завершения сеанса внушения он потряс головой и побежал по парковой аллее. Брюнет с любопытством спросил:

– Судя по рисунку боя, ты запрограммировал его на ликвидацию этого Бори. Что, если он его действительно убьет? Что скажут родители мальчика?

– А его папаша станет твоей очередной целью, так что так даже лучше: воздалось подонку за грешки прошлых лет, – усмехнулся генерал.

Марко нахмурился и уточнил:

– Я никак не могу понять, неужели в России нет других претендентов на роль кандидата? Почему именно этот пацан? Он же какой-то чахлый…

– Лет восемь назад наш гипнолог Александр приезжал в этот городок по делам. Тут он познакомился с гордой учительницей. Она вся такая порядочная, вежливо его отбрила. Он, недолго думая, загипнотизировал ее, и знаешь, какие страсти вылезли на поверхность? За фасадом культурного воспитания скрывалась натуральная мазохистка. Разумеется, он поразвлекся с ней в своеобразной манере с плетями и веревками, а спустя положенный срок появился Саша. Несоответствие внутреннего мира и наружного окружения сделало из него болезненного ребенка. Так и бывает, когда задавливаешь желания. Я пообщался с мамашей и дочерями, и знаешь, чем хвалились ее дочки? В прошлом году на выпускном вечере старшеклассников эти порядочные и благовоспитанные девушки отдали невинность толпе школьников. Девиц радовало то, что они обслуживали парней одновременно!

– Это как? – переспросил Марко.

Старый усмехнулся и сказал:

– Если очень интересно, то можешь посмотреть на порносайте в разделе «Оргия». Я Александра слегка озадачу, пусть свозит мамашу на море. Если мальчик покажет себя хищником и не сломается, то заставлю нашего холостяка забрать семейку под крылышко. Пусть воспитывает этих шлюшек в почтении к сильным. Они девочки видные, может, как моделей в Париж отправлю. Юна там от безделья с катушек съехала, до сих пор с арсеновской Инной возится. Может, это любовь? Хотя вряд ли. Ладно, поехали домой. То, что хотел сделать, я завершил, а остальное в руках самого Саши. Захочет жить достойно – поможем, а нет – значит, сам виноват.

– А что с Мелким? Куда его отправили на задание? – снова спросил Марко, так как вспомнил, для чего искал Старого. Он обещал бывшей возлюбленной выяснить подробности исчезновения ее сына.

– За Ариной – в мир Воина-Дракона. Георгий с Энжелой решили вспомнить былые подвиги. А дочка услышала зов и пошла за ними. Чем они теперь занимаются, я даже не знаю, но Мелкий по прибытии отчитался. Говорит, попал туда, куда всю жизнь стремился, – в мир меча без всяких там магических штучек. Пусть развлекается.

– Это же Средневековье? – воскликнул Марко.

– Однако, Марко, ты думаешь, для чего он мечом размахивал? Готовился к будущим сражениям. Чем бы дитя ни тешилось… Мелкий сообщил, что недавно взял первую кровь и пытается придумать себе второе имя. А сейчас идет по следу нашей беглянки, – сказал генерал. – Так этой заразе и передай, что именно из-за похоти и безалаберности она потеряла обоих детей!

* * *

В отличие от Арины Мелкий прекрасно осознавал, куда попадет, поэтому основательно подготовился. Старый обучил его местным языкам и придумал легенду для внедрения в среду обитания аборигенов. Молодой мужчина обзавелся тонким ламеллярным костюмом, имитирующим чешую дракона, широким поясом, в который по кругу вставлялся гнущийся в обруч меч. При нажатии на фиксатор он делился на два обоюдоострых клинка. В его амуницию также включался боевой арбалет с запасом болтов и раздвижной посох наподобие телескопических дубинок. Предметы были сделаны из невеброна и не привлекали внимания. Также Старый дал ему знание различных печатей, аналог волшебных заклинаний в магическом мире. Мелкий был готов к любым неожиданностям. С его навыками мечника у него не было достойных конкурентов. Так, по крайней мере, он думал.

Оказавшись на полянке летом, он первым делом обошел ее по кругу и обнаружил сгоревший смартфон Арины. Оставив сувенир с Земли в импровизированном тайнике, он отправился в путь. Следов девочки не обнаружил и, положившись на интуицию, выбрал восточное направление. Вскоре он вышел на полянку и заметил старое кострище и множество отпечатков ног. Его взгляд уловил легкое движение среди деревьев. Детский силуэт промелькнул между стволами. Не было смысла бросаться в погоню, и он осторожно пошел в нужном направлении. Вскоре увидел отпечаток босой детской ноги. Первое, что подумалось, что этот ребенок какой-то мутант, так как веточки и острые иголки должны были пронзить тонкую кожу ступни не один десяток раз. Осматривая окрестности, Мелкий продолжал выискивать следы. Где-то ветка сломалась, где-то листик вывернут. Так он двигался несколько часов, потихоньку забредая в чащу. Звать Арину смысла не имело, так как если это не она, то ребенок сразу определит, что за ним погоня. Мелкий не понимал, почему идет именно за ним, просто от беглеца веяло чем-то неуловимо знакомым. И вроде бы даже не запах, а нечто иное, но подсознание давало понять, что ему необходимо догнать именно этого ребенка. Мальчика. Мелкий определил это по слегка подмоченному стволу дерева. Беглец, словно зверь, ставил метки мочой. Пройдя чуть дальше, бывший житель Земли обнаружил поляну, на которой располагалась маленькая избушка. Из печной трубы вился тонкий дымок.

Осознав, что он достиг цели, молодой мужчина медленно подошел к двери и громко постучал. Внезапно под ногами разверзлась пропасть, и он упал в глубокую яму. Матерясь как сапожник, Мелкий попытался выбраться и тут осознал, что стены сделаны из камня. Люк, пропустивший добычу, встал на место, и наступила полная тьма.

Изначально горе-охотник простукивал стены, но отовсюду слышался глухой звук. Он попытался кричать, но до верха колодца было метров десять, если не больше, а крышка плотно перекрывала свет, не оставляя даже щелей. Наверняка полной герметичности не было, так как на полу лежал слой пыли, но ему-то от этого не легче. Между стенами метра три, так что навыки альпиниста бесполезны. «Камин» делается между близко расположенными друг к другу поверхностями. Мелкий рассмеялся. Он-то был уверен, что готов к неожиданностям и сможет победить любого противника, но, как оказалось, это не так. Смех перерос в истеричные всхлипывания, и у него пошли слезы. Вытерев глаза, Мелкий глубоко вдохнул и начал усилием воли менять форму перчатки из невеброна. На пальцах появились острые когти, которые он вбивал в камень. Медленно пробираясь наверх, он пообещал себе, что выпорет этого паршивца, как только выберется на поверхность.

Достигнув люка, Мелкий попытался его приподнять, но специальный фиксатор не позволил это сделать. Разозлившись не на шутку, он нанес сильный удар в край. Посыпалась крошка. Следующий удар, и на поверхности можно было нащупать щербинку. К сожалению, как следует размахнуться не получалось, так как он опасался сорваться вниз.

Тут сверху послышались голоса. Говорили женщина и ребенок. Они о чем-то спорили.

– Мама, я не мог поступить иначе, он шел за мной от самой дороги. Он словно чуял, куда я исчез, – оправдывался мальчик.

– И зачем понадобилось вести его сюда? – воскликнула женщина и начала поучать сына: – Неужели не мог вывести его к деревне? Он бы умаялся тебя там разыскивать среди сотен детских следов. А теперь что? Слышишь? Этот демон скоро выберется на поверхность! Его даже ограждающие печати не остановили!

– Почему ты решила, что это демон? – спросил мальчик.

– Скажи, а кто сможет подняться по вертикальной стене? Камень был зачарован твоим отцом, и его ни один клинок даже поцарапать не смог! Это точно демон! Чувствовал, как алтарь древних пробуждался? Каждый раз в солнцестояние и равноденствие он способен принять демонов. Это третий раз за год! – причитала женщина.

– Но ведь мой папа тоже демон? – произнес мальчик.

Когда Мелкий это услышал, то чуть вниз не упал.

– Твой папа был молодым демоном, добрым и заботливым, а вот его мать – настоящая принцесса Бездны. Она после боя со жрецами сильно устала и хотела меня в жертву принести, чтобы силой наполниться. Твой отец тогда с большим трудом меня отбил. Если бы не его брат, то ни меня, ни тебя бы не было. Она обвинила меня в бедах детей. Сказала, что из-за моего призыва погиб ее муж, а они навечно остались в этом мире, – рассказывала женщина.

– А этот тогда откуда? – спросил мальчик.

– Наверняка за принцессой пришел! – проворчала женщина. – Его надо убить, так как оторваться не получится. Скоро он выберется, и тогда нам будет очень плохо.

– Эй! – закричал Мелкий, – я не демон! Я охотник!

– Молчи! Надо его как-то убить, – начала рассуждать женщина. – Я знаю, как призывать других демонов. Меня инквизиторы учили. Я сейчас свиток принесу.

– Эй! Говорю вам, я не демон! Выпустите меня! – кричал Мелкий. – Я ищу девочку, которая пришла сюда весной! Она светленькая, лет десяти. Была в брюках и в пиджаке. В кафтане, по-вашему. Одежда серого цвета. Эй, выпустите меня! Как вы потом с демоном будете договариваться?

– Вот свиток, – услышал пленник ямы голос женщины. – Как сказал Младший, нужно капнуть кровь его чада и разорвать папирус. Тогда придет защитник и победит врагов. Нужно, чтобы это сделал ты. Моя кровь для этого не годится. Давай, малыш. Спаси себя!

– Мам, он девочку ищет. Ту, что весной пришла и барона с семьей спасла, – сказал мальчик. – Может, не надо свиток?

– Надо, сын. Этот что угодно скажет, лишь бы с сородичем не драться! Трусливое племя эти демоны, – убеждала женщина.

– Мам, я ему верю, – снова попытался воздействовать на истеричную мамашу малыш, но она настаивала.

Мелкому надоели эти препирательства, и он крикнул:

– Эй, мальчик, зови демона и тогда увидишь, какой я трусливый!

– Слышал? Он сам хочет смерти. Зови! – радостно воскликнула женщина. – Как только он появится, я крышку открою.

Мелкий услышал голос мальчика, а потом странное шипение. Наконец фиксатор освободил люк, и он выбрался на поверхность. Перед ним стояла шестирукая змея-марилит. Она держала шесть клинков разной длины и формы. Два бастарда, два фальшиона и две глефы или, как некоторые их называют, «боевых косы». Женщина-змея извивалась и переползла от черноволосого мальчика поближе к противнику. Она принюхалась к запаху Мелкого и прошипела:

– Это не демон. Это титан. Только слабенький. Я буду первой, кто отрубит голову титану! Меня заметят! Я поднимусь в Бездне! Давай сыграем! Как думаешь, сколько клинков я использую? Чем дольше мы будем играть, тем больше я буду тебя резать! Я люблю развлекаться!

– А как все хорошо начиналось, – пробурчал Мелкий и, выхватив меч, разделил его на два клинка.

Марилит стремительно бросилась и нанесла размашистый удар двумя глефами. Он их даже блокировать не стал, а перекатом проскочил под оружием и нанес удар, в дело вступили фальшионы. Тяжелые клинки со смещенным вперед центром тяжести рубили с невероятной силой, и если бы попали, то легко могли нанести серьезный урон. Скользящий шаг в сторону и очередная атака в область туловища змеи. Моментальный отскок, заход с другой стороны и вновь точные удары в голову марилит. Ей пришлось задействовать шесть клинков, но даже так она не успевала за Виктором. Очень скоро его клинки испили демонической крови не по одному разу. Мелкие порезы у шестирукой марилит начали давать о себе знать, и она потеряла былую скорость. Вскоре во время очередной ошибки она лишилась глефы, затем фальшиона, и вот настал момент, когда женщина-змея открылась, и он попался на уловку. Мелкий слишком понадеялся на навыки и вроде бы прикрылся, но удар хвостом по ногам вывел его из равновесия. Следующий за этим коварный финт выбил из его рук оба клинка. В принципе она рассчитывала отрубить ему руки, но невеброновая чешуя предохранила от разрубания плоти. Пользы от этого не было, так как оба бастарда неслись в лицо Мелкому. Из соображений маскировки он отказался брать с собой шлем и тяжелые доспехи вроде бригантины или кирасы, а раз их нет, то и шлем вроде как не нужен. Время остановилось на долю секунды, но ему этого хватило, чтобы отпрянуть назад. Так называемый «режим творца» помог избежать объятий смерти. Мелкий зарычал и, отрастив когти на перчатках из невеброна, ринулся в атаку. Он схватил клинки ладонями и вырвал их из рук марилит. Вслед за этим Мелкий бросился вперед и, полосуя когтями змеиное тело, разорвал его на части. Голова какое-то время подавала признаки жизни, но вскоре она издала финальное шипение и затихла.

– Ух ты! – услышал Мелкий возглас малыша. – А меня научишь?

– Чему? – удивился победитель марилит.

Мальчик пояснил:

– Вот так мечами и когтями! А говорил, что не демон! Еще какой демон. Самый сильный, самый быстрый, самый-самый! Научи меня!

– Мальчик, я тренировался годами, – устало произнес Мелкий.

Хотя какой он теперь мелкий? Он – победитель марилит. Змееборец? Нет! Змеелов? Тоже нет! Нужно что-то звучное. Такое, чтобы людям стало ясно, что он крутой перец и с ним опасно иметь дело.

– А я так смогу? – отвлек его голос мальчика.

– Послушай, я только что заслужил право на новое имя, а ты меня отвлекаешь! Меня звали Виктор, но я предпочитал, чтобы меня называли Викто́р, с ударением на второй слог. А вот прозвище как-то не получается. Чушь какая-то выходит…

– Я же говорю, что ты демон, – улыбнулся мальчик. Он указал на мать, которая держала перед собой нож. Женщина с опаской поглядывала на тело разорванной марилит, но ругаться перестала. Она молча наблюдала за тем, как ее сын налаживает контакт с этим монстром. – Мой папа тоже не имел имени. Его звали Младший. У него был брат, а этот был Старшим. Папа сказал маме, что имя я должен буду получить только после какого-нибудь великого деяния. Так что меня зовут Малыш. Ты победил мою защитницу-демоницу. А она считается очень сильной?

– Такие служат генералами легионов Бездны или личными телохранителями Лордов, – пояснил Виктор, хотя сам не понял, откуда пришли эти знания. О Бездне они со Старым не разговаривали. – Они превосходные мечники и довольно опытные тактики, хотя в стратегии у них бывают грубые ошибки.

– А кого из демонов ты знаешь? – спросил мальчик. Его глаза фанатично блестели, и он желал знать как можно больше о расе его отца.

– Малыш, если ты попадешь в Бездну, то тебя там съедят, – произнес Виктор. – Ты мне вроде обещал информацию о девочке? Где она?

– Давай так: ты мне расскажешь о демонах, а я скажу, куда она пошла и кто ей помог, – предложил мальчик.

– А если я тебе по шее дам? – поинтересовался Виктор.

– Тогда ничего не скажу! – пожал плечами Малыш.

– Вот шантажист мелкий, ладно, что ты хочешь знать?

– Все!

Глава 14

Настал день коронации. На самом деле Киралора V короновали давно, но этот праздник был традиционным для королевства. В этот день в столице собирался цвет аристократии Суролтара и проносил клятву верности сюзерену. Не всякий граф удостаивался приглашения. Именно из-за этой избранности бароны восточной части ломанулись в столицу, как бизоны на водопой. Как же, как же, они вошли в круг аристократической элиты. Таким простым манером их выманили под стрелы и клинки паладинов. Маркграф как услышал об этом из уст герцога, так сразу начал скрежетать зубами. Он этих тонкостей не знал, так как много лет просидел на границе, охраняя покой королевства от степных кочевников. Маркизу такое приглашение не удивило, так как они были частыми гостями во дворце короля. У рода ла Парсар даже особняк был почти в центре столицы. Единственное, что могло насторожить, так это просьба приехать заранее для обсуждения каких-то организационных вопросов. Перед отъездом в столицу маркиз ла Парсар был доволен, так как с некоторых пор его казна пополнилась за счет постоянных сборов от наплыва заморских купцов. Именно этот вопрос он собирался обсуждать с первым советником, графом ле Кортолет. Но не судьба. За маркиза приняли решение и приговорили его семью к смерти. Находясь на вершине власти, люди становятся ревнивы к чужим успехам. Нехорошо, когда какой-то маркиз из провинции богаче первого советника или герцога. Такого нельзя допускать, или вся иерархия даст сбой.

Герцог Валигор ла Крольтельт приказал подать несколько карет-повозок, куда загрузились гости. Он предупреждал, что во дворец с оружием не пускают. Максимум, на что может рассчитывать рыцарь, это короткий кинжал. Никаких мечей и топоров. Само здание изначально было мощным сторожевым форпостом. Крепость располагалась на западном берегу на массивном скальном основании. Восточная стена замка контролировала подходы по реке, а южная смотрела на море. Подобраться со стороны воды было практически невозможно, так как альпинисту бы пришлось преодолевать отвесную скалу более пятидесяти метров вверх, плюс стены практически не имели окон. Многие аристократы строили дома поближе к крепости. Со временем замок оброс пригородом и портом. В большой заводи построили пирсы, и теперь даже крупные суда могли переждать шторм в этой тихой гавани. Город стал перекрестком морской и речной торговли, и спустя много лет Суролтар превратился в столицу королевства.

Кареты привезли гостей герцога на возвышенность, где стоял дворец. Ворота были распахнуты, но стража зорко бдела, чтобы на охраняемую территорию не проникали люди с оружием. Валигор подчеркнул, что особенно маркграф не должен быть вооружен, так как о Кровавом Жнеце до сих пор ходили страшилки. Грайден вел себя совершенно спокойно и передвигался по коридорам дворца в сопровождении внуков Горотара и Гирадора. Они лишились духов-хранителей, которые ввели молодых людей в курс дела. Знания языка, манер и виртуозного владения клинками они им оставили, а дальше пускай старый дед их воспитывает.

Маркграф в первый же день, как прибыли в столицу, порывался отправиться в храм, чтобы найти магистра паладинов, но Арсен его отговорил, так как ночью прогулялся по городу и, прихватив какого-то инквизитора, узнал, что недавно в столицу приехал изможденный настоятель монастыря с каким-то важным сообщением. Вскоре отец Бортароль и магистр Ордена Паладинов Селькозар спешно собрались и отбыли на корабле в империю Калстахия. Они спешили в главный храм Единственного бога. Тут остался только святейший Перипольт, и то только потому, что ему нужно короновать Киралора V в храме.

И вот, гуляя по коридорам дворца, пять мужских фигур отличались от разряженных аристократов простотой одежды. Никаких лишних деталей вроде разноцветных ленточек и эполет, которые можно было увидеть у разных маркизов и графов. Удобство и практичность. Единственным украшением можно было бы назвать два браслета с Тристаном и Корацием. Они были рады вернуться к Арине, а уж как обрадовалась сама девочка в теле девушки, не передать словами. Она целый вечер общалась с ними и заснула почти счастливой. Духи-хранители обещали наверстать упущенное время. Они сказали, что приняли решение – как только Арина найдет и освободит родителей, Тристан и Кораций проведут ритуал материализации сущности. Тогда она увидит их такими, какими они были при жизни. Для этого нужно море энергии. Если не получится собрать столько, то Арсен пообещал найти им одаренных мамочек, и тогда они появятся в мир естественным путем. Арина покраснела и сказала, что смотреть на маленьких детишек с душой взрослых мужчин ей было бы очень интересно. Но это потом, а пока променад по дворцовому залу в ожидании появления короля Киралора V.

Как и предполагалось, корону на чело правителя возложили в храме. Там присутствовали наиболее приближенные люди. Герцог ла Крольтельт в их число не попал и поэтому ворчал потихоньку в сторонке, ожидая, когда же король соизволит явиться в большой тронный зал. Вскоре народу прибавилось, и к Валигору с его свитой подошел молодой рыцарь в разноцветном камзоле. За его спиной крутились «верные друзья», в народе называемые прихлебателями. Он раскланялся с герцогом и поприветствовал Верилину. После по-хозяйски начал распоряжаться аристократами из свиты ла Крольте́льт. Кому-то нагрубил, кому-то изящно нахамил, а к маркизе обратился с дерзким вопросом по поводу ее супруга и детей, мол, почему они не соизволили явиться на коронацию? Валигор усмехнулся в усики и посмотрел на маркграфа. Грайден медленно приблизился к хлыщу и спросил:

– Чей будешь?

– Да как вы смеете ко мне обращаться? Деревенщина! Да кто тебя сюда вообще пустил? Валигор, это ваш холуй? Уберите его немедля! – раскричался модник.

Маркграф присмотрелся к его лицу и воскликнул:

– Да неужели внучок Лимерика ла Легорхе́льт? Тот тоже крикливым был. Но когда ко мне на пузе приполз прощения для рода просить, тихим стал, как мышь под веником. Знал пройдоха, что я с него шкуру мог спустить!

– Да как ты смеешь так отзываться о моем родиче? – воскликнул брат королевы Лортан ла Легорхе́льт. – Стража! Арестовать этого наглеца!

К ним подошли несколько вооруженных гвардейцев. Возглавлял их взрослый рыцарь с седой бородкой. Увидев, на кого указывает брат королевы, он произнес:

– Ваше сиятельство, это маркграф Грайден ле Дракон. Он, конечно, постарел, но Кровавого Жнеца запомнит любой, кто видел его хоть однажды.

– А мне-то что за дело? – воскликнул Лортан. – Я приказал его арестовать! Выполняйте! Или вы забыли, кто моя сестра?

– Ваше сиятельство, приказы об аресте высшей аристократии нужно выдавать только в письменном виде за подписью короля, – осадил хлыща старый рыцарь.

Брат королевы указал на другого гвардейца и прошипел:

– Теперь ты командуешь охраной дворца! Арестуй этого невежду!

Молодой рыцарь замялся и посмотрел на старого. Тот усмехнулся и сказал:

– Ваше сиятельство, приказы о смещении гвардейцев с занимаемой должности нужно выдавать в письменном виде за подписью короля.

– Да вы что, издеваетесь? Да вы знаете, кто моя сестра? Да мой отец вас отправит в ссылку или на каторгу! Немедленно арестуйте этого старика! Или я за себя не ручаюсь! – орал Лортан.

Маркграф демонстративно постучал по уху и сказал:

– Видно, зря я тогда простил весь род ла Легорхе́льт. Но Лимерик у меня в ногах валялся. О детках говорил. А тут вот как получилось. Гнилое семя! Надо было вас с корнем, чтобы не прорастали такие сорняки.

Брат королевы обернулся к рыцарю из свиты. Большой и туповатый блондин глупо улыбнулся и, встретившись взглядом с покровителем, опустил глаза. По нему было видно, что ему известно, кто такой Кровавый Жнец. О его жестокости ходили легенды. Он вырезал целые роды непокорных аристократов. На него часто покушались, но ни разу не смогли серьезно ранить. Он словно чувствовал опасность и нападал первым. Тот, кто побывал в его лапах, завершал жизнь в жутких мучениях. Что поделать, Кровавый Жнец. Имени нужно соответствовать. И хотя он стар, на широких плечах и могучих мускулах это не отразилось. По его внешнему виду было понятно, что даже сейчас он способен разорвать половину собравшихся аристократов голыми руками. Старый гвардеец это видел. Также он видел, что свиту маркграфа составили беспощадные и сильные воины. И даже с одним кинжалом любой из них, кроме щуплого юнца, смог бы победить полностью вооруженного гвардейца.

Положение спас король, который появился в тронном зале под ручку с королевой. Верилина фыркнула, глядя на соперницу, и прижалась к плечу отца. Герцог ла Крольтельт сделал шаг вперед и поклонился. В этот день вслед за коронацией должна была состояться присяга присутствующих аристократов, а святейший Перипольт от имени Единственного бога должен был благословить подданных и стать гарантом того, что клятва не будет нарушена. Брат королевы устремился к трону и начал шептать что-то на ушко сестре. Та округлила глаза и склонилась к мужу. Тот ее выслушал и, поискав взглядом высокого старика, громко сглотнул и произнес:

– Как вы посмели оскорблять моих родственников? Или вам не известно, что этот молодой человек мой шурин? Если вы это знали, то, значит, вы пошли против власти короля! Вы пренебрегли присягой! Вы клятвопреступник! Стража, арестовать его немедля!

– Да-а! Вот, значит, кого вырастили жрецы? – громко воскликнул Грайден. – Если мне не изменяет память, то присягу принимает король. В ней сказано, что вассал обязуется хранить верность только ему, и никому более. Дальше, после смерти короля опять происходит ритуал присяги. Но ведь вот какая штука: я клялся в верности Киралору III, вашему деду. В то время как ваш отец Киралор IV упустил этот момент, сослав меня на границу со степью. Так что формально я вам не подчиняюсь, а в клятве нет ни слова о верности королевству. Если так посмотреть, то никто из здесь присутствующих вам не подчиняется, так как пока не присягнул Киралору V! Поэтому на правах равного, вы ведь не забыли, что король первый среди равных? Так вот я хочу задать вопрос: кто дал приказ убить землевладельцев восточной части королевства? Я не обвиняю вас, так как вы слишком юны и ограниченны. Я задаю вопрос первому советнику графу ле Кортолет и герцогу ла Легорхе́льт. По чьему приказу были вырезаны семьи баронов ле Сверганс и ле Доруван? Кто пожелал смерти маркизу ла Парсар и его сыну Орлану? Кто жаждал пронзить моего внука Грэга? Кто? Кто из вас? Или, может, это жрецы Единственного бога пожелали убивать мужчин и похищать их жен и дочерей, чтобы они рожали послушных паладинов и инквизиторов? Да, уважаемые равные мне аристократы! На ваших жен имеет виды храм Единственного! Я захватил монастырь возле большого озера, и знаете, что я там обнаружил? Сотни аристократок, родивших маленьких паладинов. Множество детей! И это женщины, равные вам. Если сегодня это происходит с кем-то другим, это не значит, что такая беда пройдет мимо вас! На вас нацелились жрецы. Женщин принуждали к сожительству с паладинами! Они виновны в этом! И допустил это король! Он отдал вас как скот на растерзание Единственному богу! А вы хотите ему присягнуть? Тому, кто ползает в ногах жены и ее отца и не может принять ни одного самостоятельного решения?

– Да как вы смеете! – взвизгнул король. – Арестуйте его!

В рядах аристократов и рыцарей начались шепотки, постепенно набирающие голос. Кто-то выражал недоверие словам маркграфа, но большинство склонялось к мнению верить сказанному. Герцог ла Крольтельт возмущенно прошептал:

– Маркграф, что же вы наделали? Как нам теперь представлять ваших наследников? А моя Верилина? Вы о ней подумали? Если ее жених враг короля, то…

– Валигор, заткнись! – рявкнул Грайден. – Неужели ты думал, я не знаю о трех армиях наемников, которых ты привел сюда? Ты готовил мятеж! И не надо говорить, что это для безопасности твоей персоны! Ты пожертвовал дочкой для того, чтобы привести меня на убой! Хотел откупиться от храма? Напрасно! Меня еще взять нужно!

– Ну, за этим дело не станет, – усмехнулся герцог, – вон гвардейцы по твою душу идут. И как ты будешь им противостоять с одним кинжалом?

– Наивный, – усмехнулся маркграф и взял в руки мечи с магическими печатями и рунами, которые в браслетах вестников пронесла Арина. Там находился арсенал для пятерых воинов рода ле Дракон. Арсен долго корпел над усовершенствованием клинков и печатями магических щитов. Теперь каждый рыцарь был защищен, словно его облачили в сплошные латы.

Старый командир гвардейцев отошел от подчиненных и сказал:

– Кровавый Жнец ни разу не солгал! Я ему верю! У меня пропала племянница. Теперь я знаю, что с ней стало! Гвардейцы, те, кто не хочет умереть в очистительном костре, присоединяйтесь к маркграфу!

– Предатель! – взвизгнул король и быстро побежал к двери за троном.

Ему составили компанию жена, первый советник, главный жрец и насколько родовитых аристократов.

Началась резня. Некоторые гвардейцы остались верны короне, и их было много. Они рубили людей без разбора. Вооруженные мечами воины попытались прорваться к маркграфу, но он не прятался, а, обнажив клинки, бросился в самую гущу противников. Грайден рычал, как дикий зверь, и рубил наотмашь. Десятки гвардейцев полегли в считаные минуты. Арина за ними не последовала. У нее было задание, она должна была защищать Ортеллу. Протиснувшись в толпе к маркизе, она оттеснила ее к стене и пробиралась к двери за троном, так как из главного входа появилась толпа стражников. Но и возле трона были враги. Дорогу ей преградил очередной гвардеец, но она срубила ему голову, попутно выругавшись на Арсена, заставляющего ее размахивать двумя секирами. Сейчас массивное оружие осталось в таверне, так как ее браслеты не могли вмещать большой вес, а десять мечей – это достаточно тяжело.

Тристан и Кораций предупреждали девушку о нависшей угрозе, и Арина успевала вовремя сориентироваться и подставить клинок под очередной удар. Наконец ей удалось втолкнуть маркизу в дверь за троном. Глаза Арины округлились, когда вслед за Ортеллой забежала Верилина. Златовласка вцепилась в локоть маркизы и тонко повизгивала, но продолжала двигаться прицепом. Арина чуть не выругалась матом, когда увидела эту самодовольную курицу рядом с собой. Она-то надеялась, что девушка пойдет вместе с отцом, но нет, она предпочла «жениха». И ведь знала же, что их помолвка – фикция, но почему-то побежала за Ариной.

И вновь дорогу им преградили гвардейцы. И снова ученица Арсена с двумя мечами перебила их в считаные секунды. Для именных мечей вестников любые латы были не прочнее бумаги. Вооруженные воины упали, гремя доспехами о плиты пола. В конце коридора появились арбалетчики и произвели залп. Около десяти болтов направились в цель. Арина знала, что за ее спиной женщины, которые не смогут увернуться, так что ей пришлось отбивать летящую смерть мечами. В какой-то момент она увидела, как оперенные болты замедлились и потихоньку поползли в ее направлении. Арина без усилий сбила их с траектории, и тут время вернулось в нормальное течение. Тряхнув головой, Арина устремилась в сторону гвардейцев с арбалетами. Они настолько удивились тому, что ни разу не попали в цель, что даже не успели обнажить мечи. Десять воинов погибли с удивлением в лицах. Арина бежала по лестницам и коридорам, убивая гвардейцев, встречавшихся на пути. В какой-то момент дорогу ей преградили копейщики. Они стояли сплошным строем и выставили оружие вперед. Преодолеть лес копий могут только мечники, подныривая под наконечники и прорываясь вплотную к щитам, но довольно узкий коридор преградили три ряда гвардейцев. Они двигались вперед, чеканя шаг, и потихоньку приближались к ее подзащитным. Арина разогналась и высоко прыгнула, проведя сальто с винтом. Проскочив над копьями, она провела прием, который Арсен просил не повторять, и начала рубить. Меньше минуты ей понадобилось, чтобы расчистить коридор. Более трех десятков гвардейцев живописно развалились вдоль стен. Кое-кто стонал, но Арина завершила их мучения контрольными ударами.

И маркизу, и дочь герцога стошнило. Арина посмотрела по сторонам и осознала, что это тупик. Сзади – место, откуда они пришли. Там их постоянно кто-то пытался убить. А впереди большое окно с видом на море. Волны бились о прибрежные скалы, и даже через закрытые створки было слышно шипение бурлящей воды. Тут послышался топот множества ног, и Арина втолкнула обеих подзащитных в ближайшую дверь.

В богато обставленной комнате находились люди. Если быть точнее, там сидел, сжавшись, как замерзший воробушек, король Киралор V, его жена Лирталина, ее брат Лортан, герцог ла Легорхе́льт, Первый советник граф ле Кортолет, Отец храма Суролтара святейший Перипольт и какая-то женщина среднего возраста, которая во время приема стояла за троном короля. Именно она посмотрела на гостей и требовательно произнесла:

– Кто вы? Представьтесь!

– Ой, простите, я, кажется, не туда попала, – на автомате произнесла Арина. – Вы продолжайте, я дальше пойду…

– Повторяю, представьтесь! – снова потребовала женщина.

– Арин, это королева-мать! Вдова Киралора IV и мать нынешнего, – прошептала маркиза.

– Ах, простите, ваше величество, – кивнула Арина, – я Арин ле Золтодрак. Младший родич маркграфа ле Дракон. Мы убегали от ваших гвардейцев, но их слишком много, и поэтому приходилось их слегка убивать. Вы же не против? Вот и замечательно. Если вас не затруднит, подскажите, где выход, а то мы чуть-чуть заплутали. Тут коридоры одинаковые.

– Заплутали? Одинаковые? Да вы понимаете, что перебили элитную гвардию, просто потому, что заплутали?! – воскликнула королева-мать. Она оценила заляпанный кровью наряд Арины и спросила: – Кем вы приходитесь старому маркграфу? На внука вы совсем не похожи…

– Родственником из другой линии Воина-Дракона, – ответила Арина и тут увидела, что святейший Перипольт положил руки на плечи отца и сына ла Легорхе́льт и его аура начинает наполняться силой.

Арина сосредоточилась и увидела, как энергия тонкими ручейками уходит от герцога и Лортана прямо к главному жрецу королевства. Они оба побледнели и закачались, а отец Перипольт распрямил плечи, навел на нее палец и произнес:

– Умри, ведьма!

Сила мощным потоком сорвалась с руки жреца и просто впиталась в ауру Арины. Она посмотрела на то место, куда попал поток света, и спросила:

– А есть еще?

Мгновенный прыжок, взмах мечами, и голова главного жреца покатилась по полу. Королева-мать спокойно взирала на убийство соратника, и ее лицо осталось невозмутимым. После, взглянув на лужу крови, она брезгливо сморщила носик и сказала:

– А как хвастался! Говорил, что его никто не одолеет. Трепло! Скажите, молодой чело… дева, и что вы собираетесь делать дальше? Вы хотите нас обезглавить? – Тут Верилину опять стошнило. – Ты что творишь? Не на ковер же!

– Признаться, об этом я пока не думал…а, – ответила Арина, – я вообще-то хотел…а выбраться из дворца, но, как говорила ранее, чуть-чуть заплутала.

– То есть убивать вы нас не намерены? – уточнила королева-мать.

– А надо? – просто спросила Арина.

Король взвыл:

– Матушка, это ты виновата! Если бы ты не стала заигрывать со жрецами, ничего бы этого не было! И отца ты отравила! А маркиза зачем приказала убить? Тебе что, мало было налогов? Ведь если бы не это, никто бы не поднял мятеж! А теперь нас убьют!

– Прекрати скулить! – жестко оборвала его королева-мать. – Слизняк!

– Ваше величество, – произнес Первый советник, – я понимаю, что этот юноша или, простите, юная дева сейчас немного расстроена, но, может, предложить ей титул за то, чтобы она вывела нас из дворца?

– Меня окружают одни болваны и трусы, – тяжело вздохнула королева-мать. – Вот как с такими работать? Сплошные ничтожества!

«Тук-тук!» – прозвучало от двери, и в комнату вошли Арсен, Грайден, оба его внука, старый гвардеец с седой бородкой и несколько его подчиненных, которые поддержали маркграфа.

– Кто там? Это мы, ваши друзья! Ребенок, ну и накрошила ты стражу! Как мясорубка! А кто это у нас? Король, королева и Первый советник! А это у нас кто?

– Серый кардинал, – ответила Арина. – Королева-мать! Главный инициатор этого беспорядка в королевстве.

– Могучий? Это ты? А что такой маленький? – воскликнула женщина, и ее очертания стали меняться, потихоньку превращаясь в молодую рыжеволосую красавицу.

– Марга? – воскликнул Арсен. – А где дети?

– Наши дороги разошлись! – усмехнулась бывшая королева-мать. – Им не понравились мои методы сбора силы.

– Мне они тоже не нравятся, – проворчал Арсен.

– Кто это? – спросил Грайден.

– Принцесса Бездны! Моя бывшая жена, – ответил Арсен.

– А где мама? – округлив глаза, спросил король.

– Наверное, червей кормит, – предположил Арсен.

– Рыб! – уточнила Марга. – В конце коридора окошко есть, как раз над водой. Я туда многих скинула, и течением их унесло.

– О, точно, море-то рядом! – усмехнулся Арсен. – Ну, рассказывай!

– Что ты хочешь знать?

– Разумеется, все! – ответил Арсен.

– Подождите! – воскликнула Ортелла. – Это она приказала убить моего мужа и сына?

– Как бы сказал Могучий, лес рубят, щепки летят! – с усмешкой произнесла Марга.

Маркиза бросилась на нее и кинжалом пронзила грудь циничной рыжеволосой красавицы. Грайден подхватил разъяренную Ортеллу, которая продолжала втыкать клинок в главную виновницу смерти ее сына Орлана. Наконец маркграфу удалось оттащить маркизу от поверженной принцессы Бездны. Он начал гладить ее по голове и шептать нежные слова, покрывая поцелуями лицо Ортеллы.

– Ой, а я думала, что вы вместе, – повернулась к Арсену Арина. – Я во сне видела, как ты занимался с ней любовью.

– Ребенок, я умею экранировать эмоции и почти каждую ночь навещал разных служанок, а вот Грайден закрываться не умел, именно его ты видела в постели с Ортеллой, – пояснил Арсен. – Потом я научил маркграфа, так как их восторги ощущала не только ты. Это слегка напрягает, когда ты охраняешь сон спящего ребенка, а кто-то другой развлекается с обворожительной женщиной. Вот и пришлось проводить ликбез.

– А я думала… – начала говорить Арина, но Арсен усмехнулся и сказал:

– Знаю я, что ты думала. Ладно, давай вернемся к нашим баранам, то есть к королю и Первому советнику. А это что за мумии там лежат?

– Главный жрец полностью выкачал из них силу и напал на меня, но его световой луч впитался в мою ауру, и я снесла ему голову, – отчиталась Арина.

Арсен кивнул. Он подошел к телу поверженной бывшей жены и покачал головой:

– Эх, Маркитарена! Рыжая Марга! Несущая смерть! Принцесса Бездны! Сколько у тебя было имен? Ты пережила нескольких принцев и погибла от руки простой смертной! Судьба!

Арсен снял с руки мертвой женщины два разных браслета и надел их на запястья. После поднял тело и вышел в коридор. Медленно подойдя к окну, выходящему на море, Арсен ногой выбил створки и выкинул труп вниз, прямо в разбивающиеся о скалы бушующие волны. Арина не поверила собственным глазам, но рядом с ней стояли братья амазонки, и к ним присоединились Грайден и Ортелла. Они видели, как тело улетело в морскую пучину.

С печальным выражением в лице он подошел к спутникам и сказал:

– Ушла за настоящей королевой. Мы вообще-то выбираться будем?

– И я! – крикнула Верилина и выскочила из комнаты, где из живых остались только Первый советник и молодая королевская чета.

– Добивать будем? – спросил Грайден у Арсена, показывая на короля и Первого советника.

– Как хочешь, мне плевать! – отмахнулся он.

Маркграф посмотрел на седобородого рыцаря и, кивнув в сторону короля, сказал:

– Когда-то давно я поклялся его деду беречь наследника. Не моя вина, что он отказался от моих услуг. Я тут пришлый. А ты нет. Это король вашего народа. И только тебе решать, умрет он сейчас или нет.

– Я служил его отцу много лет, – задумчиво произнес седобородый рыцарь, – но этому ничтожеству я не стану присягать. Однако прослыть тем, кто пролил королевскую кровь, мне не хочется. Если он напишет отречение от трона, то я могу посторожить его для того, кто следующим возложит на чело корону. Пусть его судят аристократы. Маркграф ле Дракон, вы были бы лучшим кандидатом на королевский венец. Вам бы я поклялся без раздумий!

– Я благодарен вам за оказанное доверие, но вы же понимаете, что Кровавый Жнец на троне всколыхнет народ и начнутся восстания. Люди боятся меня. И это правильно. Я свиреп и жесток, но по-своему справедлив. Думаю, лучшей кандидатуры, чем интриган Валигор, вам не найти. – Грайден посмотрел на королеву и спросил: – Дочь рода ла Легорхе́льт, если ты носишь в чреве дитя от короля, советую тебе скрыться где-нибудь подальше, а то случайно умрешь. Никому не нужны неожиданности.

– Я не в тягости, – побледнела королева. – Киралор слаб и пренебрегал мною. Ему больше по нраву послушники из храма.

– Если ты дева, то так даже лучше, – кивнул маркграф, и королева густо покраснела. Грайден увидел ее пунцовое лицо и вздохнул: – Что за нравы! Муж на юношей смотрит, жена на сторону. Позор! Из родни у тебя никого не осталось? Скройся на всякий случай, а не то в очередной монастырь попадешь и будешь рожать паладинов для храма.

– Ваше сиятельство, мои родственники разворуют состояние отца, так как нас никто не любит. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне, – упала Лирталина на колени и проползла по полу, – только вы сможете меня спасти!

– Ты просишь Кровавого Жнеца о милосердии? – Глаза маркграфа округлились от изумления. – Единственное, что я могу посоветовать, – это скрыться в какое-нибудь дальнее поместье и тихо затаиться, как мышь под веником. Нет у меня веры вашему роду! Лживые вы!

Арина посмотрела на Верилину и спросила:

– Скажи, а у твоего брата есть жена?

– Нет, есть невеста, – ответила златовласка.

– А тут разводы практикуются? – продолжала интересоваться Арина.

– Только главный жрец королевства может развести, – пояснил Первый советник. – Но как вы понимаете, он мертв.

– Не беда, его регалии и медальон Отца тут, а сам жрец не обязателен, – отмахнулась Арина. – Смотрите, если король подпишет отречение, а потом заверит развод, то мы можем выдать ее замуж за брата Верилины.

– И зачем ему эта пегая замухрышка? – воскликнула златовласка.

– Он сможет на законных основаниях стать западным герцогом, а если твой отец возложит на себя корону… – начала объяснять Арина, но Арсен поправил:

– Возложит на чело.

– Я так и сказала – на себя! – настояла Арина. – Да какая разница! Главное, что меня поняли. Так вот он станет королем, и тогда две части королевства будут принадлежать ему лично.

– Три части, ты про королевские земли забываешь, – добавила маркиза. Она успокоилась и избавилась от стресса, связанного с убийством виновницы ее сына, и теперь внимательно слушала, о чем говорит Арина.

– Хорошо, три части, – согласилась Арина. – Так даже лучше. Большая часть королевства будет принадлежать его роду. И заметьте, на законных основаниях. Королева родит ему внука, и аристократы будут довольны.

– И зачем моему брату Вератию нужна та, кто под кем только не побывал? – задала резонный вопрос Верилина. – Он красив, а она серая как мышь! На него куча женщин вешалась!

– У этих женщин есть приданое в виде герцогства? – спросила Арина. – Что я, мужиков не знаю? Заделает ей ребенка, а сам по любовницам будет порхать!

– Ну, не знаю, – протянула златовласка. – Это с отцом надо решать!

– Так или иначе, я могу подтвердить, что королева не беременна! И то, что ее нужно развести с королем, – факт! Если его казнят, то она вслед за ним пойдет, – рассуждала Арина. – Не знаю, как вы, а я женщин убивать не хочу!

– Ты забываешь одну маленькую деталь, – произнесла маркиза, – никто не может развести их, кроме Отца жрецов, а он мертв.

– Я же говорю, медальон есть, регалии тоже на месте, так в чем проблема? – воскликнула Арина.

– Никто не может пользоваться силой медальона Отца жрецов без божественного благословения, – вставил реплику Первый советник.

– А Арсен нам на что? Он меня благословит, и я при помощи этой висюльки их разведу, – пояснила Арина.

– Ребенок, а оно тебе надо? – полюбопытствовал Арсен.

Присутствующие с удивлением смотрели на него.

– Дядя Арсен, они же ее просто убьют! А она молода, ей жить да жить! – Арина состроила мордашку а-ля Кот из мультика про Шрека.

– Тебе ни о чем не говорит фраза: «Ни одно доброе дело не остается безнаказанным»? – задал вопрос Арсен. – Хватит заниматься благотворительностью! У каждого своя дорога! Если ты вмешаешься в судьбу Лирталины, то Высшая сила ударит по тебе в ответ, так как ты рушишь ее игру! Если королева должна умереть, то, значит, так надо! Если там, наверху решат, что ей рано умирать, то она выживет, несмотря ни на что! Если хочешь ей помочь, то стань как я! Как ты там говорила? «Рабовладелец и эксплуататор»? Проведи ритуал единения, поставь печать подчинения и тогда заботься о ней, сколько хочешь, потому что она твоя собственность и ты, по праву сильной, защищаешь то, что принадлежит тебе! Только тогда древняя богиня не станет тебя наказывать! Если ты не готова стать ее покровителем, то оставь королеву в покое. У каждого своя судьба. Лирталина, ты готова служить Арине? Выполнять ее прихоти и желания? Только в этом случае я позволю тебе помочь, если нет, то мы пошли!

Лирталина посмотрела на маркграфа, но взгляд Грайдена выражал одобрение Арсену. После женщина оглянулась на притихшего короля. Затем взглянула на Арину, которая покраснела до корней волос и виновато опустила голову вниз. Наконец она медленно поднялась с колен, расправила плечи, гордо вздернула подбородок и с величием произнесла:

– Я приму судьбу так, как подобает королеве!

– Да будет так! – сказал Арсен и, подойдя к ней, начертил у женщины на лбу какой-то знак. После он заглянул ей в глаза и спустя несколько секунд добавил: – Отныне и впредь ты будешь «видеть». Я благословляю тебя! Прими то, что уготовано Высшими силами! И пусть Судьба будет благосклонна к тебе!

– И что это было? – не удержалась Арина, когда он вышел из комнаты.

– Благословение, – ответил он.

Ученица Арсена продолжила допрос:

– Я чувствовала потоки энергии, которые бурлили вокруг нее. Что все это значило?

– Ребенок, я же говорю, это благословение. Теперь за нее отвечает не десятилетний ребенок с телом взрослой девушки, а настоящий титан. Если этой королеве было суждено свернуть себе шею, то она отделается легким синяком, – пояснил Арсен. – Понятно? Теперь она моя! Но не как рабыня, а как посвященная! Она сможет делать что хочет. Пока в ней горит огонь первозданного Хаоса, Лирталина сможет получить от меня как минимум подсказку! А если я окрепну, то и полноценную помощь, но она об этом пока не знает, так что забудь! У нас своя дорога!

– А если бы она согласилась стать моей рабыней? – спросила Арина.

– Она бы загнулась, а вслед за ней и ты тоже. Все, что ни делается, значит, так было надо! Она только выиграет от того, что пробудила в себе дремавшую силу. Она одаренная. Я указал направление, а путь она должна пройти сама! Ну, хватит! Пошли, нам надо выбираться из дворца. Эй, народ, на выход!

– А что с первым советником? – снова спросила Арина.

Арсен возмутился:

– Ребенок, ты меня достала! Сколько можно? Пусть Грайден сам решает, что с ним делать! И с королем тоже!

Маркграф подошел к королю и, нависнув над ним, пророкотал:

– Если ты доживешь до утра и Валигор тебя не обезглавит, то помни, что Кровавый Жнец может вернуться, и тогда ты так легко не отделаешься! – Грайден повернулся к седобородому рыцарю. – Можешь сторожить короля и графа, а можешь пойти со мной. Это твой выбор! Королева, вы остаетесь? Хорошо. Это ваш выбор! Пусть судьба сама решает, что с вами будет! Я не могу идти против Высших Сил.

Граф ле Кортолет упал на колени и начал умолять вывести его из дворца. Он пытался поцеловать ноги Грайдена, но тот его оттолкнул и тихо рыкнул. Седобородый рыцарь решил идти с маркграфом и вышел вместе с гвардейцами в коридор. Король, королева и Первый советник остались в комнате.

Один из братьев амазонки приобнял за плечи Верилину и помог ей обходить мертвые тела. Она с такой благодарностью смотрела на него, что Арина ощутила ее физическое влечение к Горотару.

– Верилина, – произнесла Арина, – я сильно сомневаюсь, что этот молодой человек сможет исполнять твои капризы. У него для этого просто нет средств, а если вдруг захочешь от него ребенка, то помни, что у рода ле Дракон есть секрет, как добиться того, чтобы женщины не умирали во время родов. Но если ты им воспользуешься, то навеки останешься с избранником. Так что как следует подумай!

– Благородный Арин, это правда – то, что сказал жрец? Ты действительно ведьма? – спросила дочь герцога.

– Я девушка, и это правда! А ведьма ли? Кто знает? – абстрактно ответила Арина.

– Была бы ты настоящим рыцарем, – произнесла Верилина, – я бы, не задумываясь, вышла за тебя замуж! Такой великий воин добьется успеха, богатства и славы! Жаль!

– Горотар молод, но вскоре проявит себя, – улыбнулась Арина и подмигнула златовласке. – К тому же я точно знаю, что он настоящий рыцарь! И у него есть то, что полагается!

– И откуда, если не секрет? – язвительно поинтересовалась Верилина.

– Его сестра мой оруженосец, она мне рассказала об их похождениях, – усмехнулась Арина.

– А мне расскажешь? – загорелась идеей дочь герцога.

Надо сказать, что она очень быстро отошла от стресса и, кроме двух раз, Верилину больше не тошнило. Она изящно обходила мертвых гвардейцев, пока Горотар не поднял ее на руки. Златовласка взвизгнула и рассмеялась.

– Посмотрим на твое поведение, – многообещающе ответила Арина.

Так, потихоньку пробираясь между завалами трупов, они вышли из дворца и спустились с холма. В городе происходил захват власти, но ни маркграфа, ни Арсена это не касалось. Им дорогу никто не преграждал, а ввязываться в чужую битву было совершенно неинтересно. Ратники Грайдена должны были держать оборону в трактире, а учитывая навыки превосходных воинов, можно с уверенностью сказать, что и с амазонкой, и с имуществом никаких проблем не возникнет.

Глава 15

Днем к трактиру подошли несколько сотен наемников и окружили здание. Никаких активных действий они не предпринимали, а просто ждали команду сверху. Грайден приказал готовиться к отражению штурма, а Арсен завалился спать. Арина по совету наставника также пошла в комнату. Поспать ей не удалось, так как Верилина насела на Никалию и расспрашивала ее о братьях и жизни амазонок. Слушать женские разговоры о лишении невинности свободолюбивых красавиц Арине не понравилось, и она спустилась в общий зал. Настоящим шоком стало появление Брилона ле Сэдвор. Он сидел за столом с десятником Гервином и рассказывал о подвигах. Граф махнул рукой, подзывая Арину, и она присела на скамью.

– Вы как тут оказались? – поинтересовалась она.

– Ну, вы понимаете, в городе не было свободных мест, а уважаемый десятник знал, что мы с вами теперь не враждуем, и предложил поселиться в этом трактире. Конечно, в тесноте, но не в обиде. Я вот рассказываю о тонкостях владения двуручным мечом. На поле боя это очень серьезное оружие. Закованный в сплошные латы рыцарь наносит опустошение в рядах противника. Очень полезный навык. Я понимаю, что две секиры тоже хороши, но мой пламенеющий клинок способен разрубить практически любой щит. Главное – хорошо замахнуться. Вы знаете, благородный Арин, мне очень понравилась форма вашего шлема. Подвижность превосходная. Обзор тоже неплох, а то, что можно показать верхнюю часть лица, подняв забрало, вообще очень удобно. Не нужно снимать весь шлем, чтобы подышать. Я такую форму ни у кого не видел. Подскажите, где такие делают?

– Мне его дядя Арсен сделал, – ответила Арина. – Доспехи тоже ему принадлежали. Раньше. Он сказал, что они для него малы, даже несмотря на то, что их можно растянуть на два размера. Вот он под меня их и переделал.

– Доспехи у вас рассчитаны для конного боя против пехоты. Они очень подвижные, но мне такие без надобности, – рассуждал Брилон. – Я иду вперед и не замечаю ударов противника. Ковка превосходная. Я раньше считал, что мой турнирный шлем ничем не пробить, но ваш дядя меня озадачил. Видел я то, что осталось от шлема. Даже выкупил его части на сувениры. Покажу кузнецу при случае. А что у него за мечи такие?

– Специальные, – увильнула от ответа Арина.

Граф задумался и начал рассказ:

– Вы знаете, на востоке в Кайтае ходят купцы, которые торгуют чем-то подобным. Они говорят, есть на дальнем юге империя за ледяными торосами. Там большой вулкан с горячими источниками. Их тепло растопило снега, и в центре расположен огромный остров. День там длится много месяцев, так же как и ночь. И вот оттуда купцы привезли несколько странных мечей с названием хатана и глефа. Сделаны они из сплава под названием адамантий. Говорят, ими можно разрубить любую защиту. Я сам не видел, но после того, что ваш дядя сделал с турнирным шлемом, склонен верить и этим байкам.

Его рассказы шли один за другим, но самое удивительное, они не раздражали Арину. Брилон так живо описывал подробности, что она заслушалась. Чуть позже по лестнице спустились Верилина и Никалия в сопровождении Горотара и Гирадора. Они присели за отдельный столик и говорили о чем-то интересном. Периодически девушки начинали хихикать, а парни хохотать. Они совершенно не переживали по поводу того, что, возможно, очень скоро придется сражаться с наемниками.

Как только граф увидел дочку герцога, он удивленно приподнял брови и слегка склонил голову в знак приветствия. О том, что ради нее этот рыцарь победил много противников, он даже не заикнулся, а просто продолжил прерванный рассказ. Арина настолько удивилась такому поведению, что не удержалась и спросила:

– Скажите, граф, а разве не надо поприветствовать деву сердца? Ведь вы ее пламенный поклонник, а сидите тут как неродной.

– Благородный Арин, когда-то давно мне говорили, что нужно выбирать себе спутника жизни со схожими интересами, – пожал плечами Брилон, – а у меня с девой Верилиной нет ничего общего. Даже если бы я смог разбить лед отчуждения и добился бы ее благосклонности, то так не сделал бы ее счастливой. Меня интересуют походы и подвиги, а она… Она избалованная дочь богатого герцога. И возможно, я опережаю события, но смею надеяться, что небезразличен вам. Ведь когда была возможность, вы не убили меня. А на реке вы бросились спасать меня…

– Это был дядя Арсен, – призналась Арина.

– А тот поцелуй… – мечтательно закатил глаза рыцарь.

– Какой поцелуй? – опешила Арина. – Это было дыхание рот в рот! Я вдыхала вам воздух в легкие! Для того чтобы вы начали дышать! Это был не поцелуй! И зарубите себе это на носу!

До чего бы они договорились, неизвестно, но к воротам трактира подъехал всадник с цветами герцога и крикнул:

– Маркграф ле Дракон, герцог ла Крольтельт желает обсудить условия сдачи!

Грайден вышел на порог и ответил:

– А зачем мне его сдача?

– Вы не так поняли, вашей сдачи! – пояснил герольд.

– Юноша, это вы не поняли, Кровавый Жнец не сдается, а если Валигор этого не знает, то пусть приходит, и я ему сам доходчиво разъясню!

– Выпустите заложницу, и тогда герцог обещает вам беспрепятственный проезд по столице! – предложил герольд.

– Юноша, о какой заложнице идет речь? – уточнил маркграф.

– О дочери герцога Верилине ла Крольте́льт! – крикнул герольд.

– Верилина свободна в выборе, – усмехнулся Грайден. – Мы можем ее спросить, желает ли она вернуться в объятия отца или хочет остаться с женихом – моим внуком Горотаром.

– Вы силой удерживаете благородную деву… – начал вещать герольд, но Верилина выскочила на порог и закричала:

– Передай отцу, что я слышала его рассуждения о моей бесполезности! Я прекрасно знаю, что он собирался принести меня в жертву в обмен на корону! Если я ему так надоела, я остаюсь тут! Если хочет, пусть попробует меня захватить! Я буду защищаться!

– Верилина! – крикнул молодой человек, очень похожий на нее, – давай поговорим! Ты неправильно поняла! Отец не собирался приносить тебя в жертву! Просто это была политическая необходимость, и ваша помолвка расторгнута! Ты ничего не должна этому Арину! Неужели ты думала, что тебя кто-то отдаст проходимцу из захолустья!

– Молчи, Вератий, ты не был в тронном зале! Отец так быстро сбежал, что про меня забыл! – воскликнула Верилина. – Он меня бросил в толпе вооруженных гвардейцев на растерзание убийц! Так любящие отцы не поступают! Я никуда отсюда не уйду! Тут, по крайней мере, если взялись опекать, то берегут от любых опасностей!

– Верилина, отец сможет объяснить этот поступок! – крикнул Вератий.

– Какой именно поступок? То, что оставил любимую дочурку посреди убийц, или то, что готов был пожертвовать дочкой для достижения политических целей? – продолжала возмущаться златовласка.

Арина подошла, положила ей руку на плечо и тихо сказала:

– Если начнется штурм, то тебя могут убить. Я думаю, тебе необходимо вернуться к отцу. Если ты считаешь, что атаки не будет, потому что тут его дочь, то сильно заблуждаешься. Если ты погибнешь, то герцог представит это как жестокость Кровавого Жнеца, который убил заложницу.

– А давай-ка поговорим с твоим дядей. Где он? – Верилина вошла в общий зал. Она обратила внимание на то, что большей части тех, кто тут находился ранее, теперь не наблюдала. Наконец она увидела Арсена. – Скажите, не знаю, как к вам обращаться. Мне нужен ваш совет.

– Обращайтесь как остальные, Арсен, или благородный Арсен, или дядя Арсен, а можете… впрочем, не важно, что вы хотели ваше сиятельство?

– Светлость, – поправила Верилина.

Арсен хмыкнул и возразил:

– Хм, светлость – ваш отец, а вы пока сиятельство. Так простите, я вас прервал, что вы хотели?

– Я хочу благословение такое же, как у Лирталины! – заявила златовласка.

Арина чуть не поперхнулась.

Арсен почесал ногтем большого пальца бровь и уточнил:

– Такое же? А зачем, стесняюсь спросить? Вы девушка с родителем, пока не сирота, зачем вам мое благословение?

– Благородный Арсен, вы можете уничтожить тех, кто окружает этот трактир? – спросила дочь герцога.

– Зачем?

– Чтобы мы могли отсюда прорваться! И вообще бог вы или не бог! Явите мощь! – заявила златовласка.

Арина опять поперхнулась и даже закашлялась. Арсен демонстративно похлопал ее по спине и сказал:

– Нет, не бог и никакую мощь являть не собираюсь. И прорываться с боем нет никакой необходимости. Я поселил ратников Грайдена сюда по одной простой причине – это дом контрабандиста. В его конюшне есть подземный тоннель. Он ведет на берег моря в обход таможни. Пока вы там выясняете отношения, ратники уходят. Так что можете продолжать ругаться. Разрешаю!

– То есть благословение королеве вы давали от имени простого человека? Но ведь я ощутила там вашу силу. Она струилась по ее венам, и я ей даже немного позавидовала, – произнесла златовласка.

– А вот завидовать не надо, – улыбнулся Арсен. – Королева не такая, как вы. В ней есть то, чего нет в вас. Она сможет подняться сама, если, конечно, захочет, а вот вам, Верилина, обязательно нужен мужчина, на которого можно опереться. Вы настоящая женщина и будущая мать. Вам не водить рати в походы, но вы сможете воспитать достойного сына, который вас защитит. И это ни плохо ни хорошо, вы особенная! Ваши дети вас возвеличат славой. А остальное мелочи. Вам не нужно благословение беспощадного убийцы. Вы в этот мир несете жизнь и радость!

– А! Э! Я особенная, – пролепетала Верилина. – Мне такие слова никто не говорил. Скажите, а у вас есть дева сердца?

– Ха-ха-ха! – рассмеялся Арсен. – У меня жена! У меня парочка бывших жен и куча детей!

– Это та, которая в королеву-мать превратилась? – уточнила златовласка и задумчиво спросила: – А она кто? Как ей удалось изменить внешность?

– Она принцесса Бездны. В другом мире ее называли богиня Марга, Несущая смерть! А так она очень хитрая, изворотливая и циничная убийца! На ее счету больше трупов, чем жителей в этом королевстве…

– И маркиза убила богиню? – побледнела Верилина.

Арсен кивнул и добавил:

– Но самой Ортелле об этом знать не обязательно.

– Так уж и убила, – усмехнулась Арина и выразительно посмотрела на Арсена.

Тот почесал бровь, улыбнулся и сказал:

– Разумеется!

– Ну-ну! – ухмыльнулась Арина и отошла на поиск амазонки.

Верилина ничего не поняла из их диалога и спросила:

– А что делать мне?

– Принять решение, ты вернешься к отцу или пойдешь за женихом, – просто сказал Арсен. – Учти, если ты идешь с маркграфом, то должна понимать, что обратной дороги не будет. Тебе больше некуда будет возвращаться. И твой отец, и твой брат напали на хищника, а значит, жить им осталось чуть-чуть. Грайден не хочет войны на истощение, поэтому я их просто убью! В твоих силах принять решение. Ты можешь их предупредить, и тогда они умрут чуть позже…

– А можно ограничиться только отцом? – ошарашенно спросила Верилина. Она почему-то верила этому Арсену.

– Зачем? Озлобленный сын начнет мстить, а это лишние хлопоты.

– Но ведь можно найти какое-нибудь приемлемое решение? Чтобы оно устраивало обе стороны, – снова попыталась урегулировать конфликт златовласка.

– Можно, если на трон взойдет северный герцог, но твой отец этого не допустит. Пока он хочет смерти моего младшего родича Грайдена, мира не будет, так что они обречены, – произнес Арсен.

– Я не смогу жить в любви и согласии с тем, кто причастен к смерти моих родных, – расстроилась Верилина. – Я пойду и предупрежу их об опасности. А дальше как судьба решит. Вы меня отпускаете?

– Иди с миром! Выйдешь наружу после того, как догорит свеча, и предупреди, что если сюда кто-нибудь сунется, то будет бум! – сказал Арсен, убедившись в том, что ратники скрылись в подземном тоннеле. Он похлопал Арину по плечу и сказал: – Я думаю, Горотар нашел себе хорошую невесту.

– Так ведь ты собираешься убить ее родных? – удивилась Арина.

– А оно нам надо? – с усмешкой спросил Арсен. – Она придет к отцу и расскажет о Марге, которая приняла облик королевы. После поведает о том, что она моя бывшая жена. Тот ведь не дурак. Сложит два плюс два и поймет, что я тот, кого назвали Врагом людским. А оно ему надо – воевать с богом? Кишка тонка. Недели не пройдет, как он отправит послов к Грайдену с просьбой о мире. Наверняка в договоре появится пункт не напускать на род ла Крольте́льт меня любимого. А чтобы договор вступил в силу, он предложит дочурку в жены внуку маркграфа, который к тому времени станет восточным герцогом. Никакого урона чести. Королевство не развалится на части, и можно не опасаться гнева Единственного бога, так как Верилина расскажет, что мы идем в главный храм намылить холку Отцу Отцов. В любом случае будет очередная грандиозная битва с фейерверками, как десять лет назад. Кто из нас победит, другой вопрос, но то, что боги бессмертны, – это факт. Просто придется подождать десять лет. А он к тому времени помирать не собирается, так что проще помириться сейчас, чем потом каждый раз вздрагивать…

– Дядя Арсен, а ты действительно бог? – спросила Арина.

Арсен рассмеялся и произнес:

– Ребенок, трудно быть богом, человеком значительно проще, а я стараюсь идти по пути наименьшего сопротивления. Так что я просто старый, злой и очень вредный титан. Понятно?

Арина понимала, что он чего-то недоговаривает, но углубляться в дебри теологии не хотелось. Ей нужно просто спасти маму и папу.

* * *

Виктор сидел за столом в замке барона Клода ле Хорстан и слушал историю появления девочки Арины. Крупный мужчина рассказал о том, что брат его спасительницы отправил ее к родителям, а сам поехал с дядей и маркграфом в столицу на коронацию.

Мелкий терялся в догадках, куда делась Арина? Какой такой брат? Что за дядя? У нее по определению тут никого нет! Хотя что, если родители Арины завели себе второго ребенка? Время же в мирах течет по-разному? Допустим, на Земле прошло три года, а тут десять или двадцать. Тогда это логично. Ребенок, который родился после Арины, мог возмужать. Тогда где они сами? Почему не появились в замке ле Дракона? Хотя его сюда отправили, чтобы убедиться, что у Арины нет никаких проблем. Для этого проще найти брата и расспросить его о судьбе девочки. Значит, нужно ехать в столицу.

Именно к этому выводу пришел и барон. Он был действительно благодарен белокурой девочке, так как мимо его замка проехали ратники маркграфа, которые сопровождали «монахинь» из монастыря. Насмотревшись на эти запуганные лица, барон решил присоединиться к полководцу Альтеру ли Стренз, который по приказу Грайдена призвал под знамена несколько тысяч кочевников, живущих в восточной части предгорий. Те, зная свирепость маркграфа, поклялись не нападать на местных жителей и не грабить их имущество.

На рассвете Клод собрал рати и присоединился к колонне тысячника Альтера. Всадники имели заводных лошадей и спешили в столицу. Они не стали пользоваться главным трактом, а предпочли двигаться вдоль Срединного моря, которое соединяло Степное и Имперские моря. Столица располагалась как раз на стыке этих двух водоемов в устье реки Суролтария.

Виктор скакал среди ратников барона на подаренном ему жеребце. На самом деле он его выменял на один из фальшионов марилит. Другой фальшион и глефу оставил Малышу за информацию о местонахождении спасенного барона. Мелкий использовал неудобное оружие в качестве мачете, но вскоре понял, что такой предмет не для него. Конечно, можно было бы приспособить его к древку, но у него была трофейная глефа, поэтому он легко расстался с длинным тесаком. Теперь Виктор изображал простого наемника. Клод поинтересовался происхождением бастардов и сообщил, что дядя девочки переделывал стандартные каролинги в нечто похожее. Виктор, естественно, не сказал, что это демонические клинки, так как слышал, что недавно жителей Бездны с улюлюканьем сжигали на площадях. Просто ответил, что это трофей. Ратники барона спрашивали, а умеет ли он сражаться сразу двумя мечами? Мелкий улыбнулся и показал кое-что из навыков. Ему почему-то не хотелось предъявлять окружающим клинки из невеброна. Никто в этом мире не видел ничего подобного, и могли начаться вопросы. А после и разные инквизиторы могли нагрянуть. Зачем ему сложности? Проще выдать бастарды за трофей, чем они в принципе и являлись. Зато арбалет вызвал ажиотаж. Он выпускал стрелы раз в пять быстрей, чем стандартный. По скорострельности Виктор мог сравниться со средним лучником. В колонне кочевников было много стрелков. Прирожденные наездники показывали стрельбу с коня и джигитовку. Они усмехались над ратниками барона, которые хоть и сидели в седле ровно, но на всякие изыски не разменивались, считая это баловством. Мелкий так не считал. Он узнал, что ритуальные поединки проходили во время джигитовки по кругу, стреляя в соперника стрелами из лука. Виктор выкупил какой-то лук с полным колчаном и начал его натягивать. В принципе он мог разобрать составной арбалет и сделать из него лук, но зачем напрягаться? Проще купить готовое изделие. Кочевники народ с юмором и продали ему тугой лук. Раньше он принадлежал одному батыру-багатуру. Но во время очередного похода он погиб, а оружие досталось его младшему брату. Тот оказался слабее старшего родича и использовал менее тугой лук. Кочевники из сотни родича батыра собрались посмотреть на то, как новый владелец станет натягивать это массивное оружие из рогов могучего буйвола.

Мелкий как-то слишком легко его согнул, словно это простой прутик, а когда тетива легла на место и зазвенела от напряжения, он улыбнулся и даже сыграл на ней незатейливую мелодию. Весьма довольный собой, Виктор вскочил в седло и начал гарцевать. Если первые стрелы легли ближе к краю импровизированной мишени, то, чуть освоившись, он начал посылать их точно в центр. Раньше он долго мучился, пытаясь расщепить торчащую в мишени стрелу, как это делалось в фильмах о Робин Гуде, но потом понял, что острой необходимости в этом нет и ничего не случится, если ему не удастся повторить этот фокус. Как только он расслабился и перестал расстраиваться из-за неудач, у него получилось. Теперь он попытался повторить этот финт во время скачки. Как там говорится? Фиг вам? Но после неудачи решил сильно не заморачиваться, так как он никому не обещал, что сделает это. Главное, что стрелы легли в круг. Этого достаточно. После он решил стрелять из-под брюха коня. Несколько раз он даже промахнулся, но освоил и этот прием.

Пока он развлекался, вокруг собрались зрители. Самым важным был племянник хана Таргитая, внебрачный сын маркграфа Грайдена – хан Карадай. Он пока не достиг того возраста, когда вместо себя можно отправить сыновей. Крепкий, высокий и невероятно сильный воин смотрел на Виктора и качал головой. Когда парень завершил тренировку, хан подозвал его к себе и пригласил в шатер. Зная обычаи земных кочевников, Мелкий широким шагом переступил порог. Хан улыбнулся и сказал:

– Как твое имя, батыр?

– Викто́р.

– Виктор-Батыр! Ты сильный воин. Кто твои предки?

– Виктор ли Карадрак, мои предки из южной ветви Воина-Дракона.

– Теперь вижу родную кровь, – усмехнулся хан. – Мой отец маркграф Грайден ле Дракон. Он великий воин и мудрый правитель. Что ты делаешь в этих землях, так далеко от дома?

– Ищу родственницу. Арину. Маленькую светлую девочку десяти лет. Может, она проходила по вашим землям? Или, может, ее родители? Георгий и Энжела. А может, их сын Арин? Говорят, невысокий блондин с двумя мечами.

– На твои вопросы мой ответ: нет! Я таких не встречал, но Альтер рассказывал об этом светлом батыре. Он оторвал руку жрецу. Говорит, сильный батыр. Как раз из нашей породы. Настоящий батыр! Ты ищешь с ним встречи? Зачем? Ты хочешь сразиться с ним?

– Нет, – ответил Мелкий. – Я хочу узнать, куда делась Арина. Если она не проходила по вашим землям за горами, то куда она ушла? Он сможет ответить на этот вопрос.

– Хорошо. Воевать с родичами плохо. Мой дядя Ширкутай не послушал мудрого совета моего деда Арултая, и теперь его тело склевали птицы. Мой другой дядя Таргитай стал великим и уважаемым ханом, потому что слушал мудрые речи моего отца – Беспощадного Зимнего Дракона. Отец водил походы и на север и на юг. И везде его ждала богатая добыча. Он и меня спас. Я тогда думал, что с южанами можно вести торговлю, и сам отправился в султанат Артилия. Целый год я просидел на цепи, как собака! Но пришел отец и сказал: «Ты воин! Бери то, что тебе причитается по праву воина! Не бери больше того, что сможешь увезти на коне». Теперь его слова – наш закон! Он мудрый хан. Если бы он был крови моего деда, то стал бы Учи-Каганом и завоевал мир. Сейчас мы идем брать свое в столицу этого царства. Мой дядя тоже хотел идти, но Альтер поставил условие брать только то, что принадлежит нам. Он не согласился. Теперь сидит дома. Скажи, Виктор-Батыр, ты много добычи приносил к очагу?

– Мой отец ушел, а дед учил тому, что знает сам. Это мой первый самостоятельный поход, – начал оправдываться Мелкий, но, увидев неодобрение во взгляде хана, добавил: – Я тоже беру только свое, и у меня есть закон. Он звучит так: «Ты начни, а я закончу и врага в момент прикончу». Это значит, что я могу только защищаться или защищать то, что принадлежит мне. Дед запретил мне нападать первым. Он сказал, что если я буду всех убивать, то в мире не останется людей…

– Ха-ха-ха! – громко рассмеялся хан. – Если бы я не видел, как ты посылаешь стрелы из чужого лука прямо в цель, то мог бы подумать, что ты хвастун. Сейчас я понимаю твоего деда. Ты сильный, ловкий и бесстрашный батыр! Я ценю таких! Если бы не проклятие рода, я бы сделал много сыновей и наш улус стал бы самым сильным. Батыры из рода Дракона самые умелые и свирепые! Ты порадовал мое сердце, и я хочу сделать тебе подарок. Это пайса – пропуск в главный город степей Великий Урай-Хатыр-Бархой. Кто знает, где ты окажешься завтра! Жизнь – это бескрайняя дорога с добрыми попутчиками и глубокими оврагами. Иногда приходится делать шаг назад, чтобы не угодить в яму. Пусть на твоем жизненном пути встретятся только добрые попутчики. И пусть редко попадаются овраги. Иди. Лагерь давно спит.

– Но у меня нет ничего, что было бы достойно хана, – пожал плечами Виктор. Он вынул один из браслетов марилит, в котором раньше хранился подаренный барону фальшион. Мелкий посчитал, что человек Средневековья не поймет магию и начнутся расспросы. – Хотя… если ты окропишь кровью меч, кинжал или иное оружие и наденешь на рукоять этот браслет, то предмет спрячется внутри. Смотри.

Виктор снял второй браслет и, расцарапав руку, надел окровавленный браслет на подаренную пайсу. Та моментально пропала.

– И куда она делась? – спросил, насторожившись, Карадай.

Мелкий протянул ладонь, и пайса вновь оказалась в руке.

– Представь, что ты хочешь забрать из браслета, и этот предмет вернется в руку.

– У отца нет таких браслетов, – констатировал хан.

– Это трофей. Я недавно сразился с демоном. Шести-рукой змеей. У нее было шесть таких браслетов. В них были мечи. Два из них я оставил дальнему родичу. Сыну одного из тех, кто стережет пути, остальные три со мной. Твой четвертый. Для обычных людей такие браслеты бесполезны. Они так и останутся украшениями. Для нас, сильных батыров, очень нужны. Иногда так бывает, что твой меч сломался. Тогда ты берешь из браслета другой. Я не знаю, сколько в него помещается, но мне пока хватает.

– Этот подарок достоин Учи-Кагана! – кивнул Карадай. – Я запомню имя Виктор-Карадрак-Батыр. Ты великий батыр. Я буду слушать, и мое сердце возрадуется, когда мне расскажут о твоих походах.

Мелкий вышел из шатра и задумался, а зачем ему пафосные имена? Какой там Змееборец? Кому они нужны? Ведь этот хан дал ему достойное и звучное имя. С хорошим потенциалом! Осталось только соответствовать…

* * *

Игру в кошки-мышки с маркграфом герцог проиграл. Наемники не смогли отыскать Грайдена и его спутников. Два дня они рыскали по берегу в попытках обнаружить хоть кого-нибудь из ратников, но те словно растворились. Конечно, были обнаружены следы подкованных лошадей, уходящие куда-то на запад. Кое-кто из местных жителей видел всадников, среди которых опознали графа ле Сэдвор, но больше никакой информации. Погоню отправили, и Валигор слегка расслабился. Три сотни наемников должны догнать и уничтожить Кровавого Жнеца. К тому же к герцогу пришли инквизиторы, которые отрядили четыре сотни паладинов из столичного храма на ликвидацию такого неуемного врага Единственного бога. Семьсот хороших воинов против жалких пяти десятков. Можно забыть об угрозах этого Арсена.

Сам герцог Валигор не поверил словам дочери. Просто девочка впервые побывала в таком переплете и слегка расстроилась. Если она не придет в норму, то можно будет отдать ее в храм. Из нее получится прекрасная невеста Единственного бога. Сын герцога Вератий до хрипоты спорил с отцом. Он утверждал, что к словам сестры стоит прислушаться. Она девушка с характером и не могла впасть в панику без повода. Глава рода ла Крольтельт настоял на своем и приказал запереть дочку в покоях королевского дворца.

По слухам, распространяемым его людьми, получалось, что Кровавый Жнец убил короля, королеву-мать, Первого советника, отца Перипольта и отца и сына ла Легорхе́льт. О королеве Лирталине речь не шла, но шептались, что и ее, как и королеву-мать, выбросили в море на корм рыбам. Маркграф – беспощадное чудовище, и его надо уничтожить. Подробности о кровавых жертвоприношениях рассказывали очевидцы этих злодеяний. Получалось, что Грайден продался Врагу людскому, а посредниками стали Арсен и Арина. Ну, не может такой хрупкий юноша быть сильным. Даже великого чемпиона рыцаря ле Сэдвор победил, а потом переманил на сторону тьмы. Они – зло во плоти. Их надо сжечь в очистительном пламени. А то, что они рассказывали о доблестных паладинах, так это оговор. Жрецы и инквизиторы самые белые и пушистые.

Слухами заведовал остроносый аристократ, который уползал от Арсена на четвереньках. Теперь он приосанился и назывался рыцарем ли Соллиз. Надо сказать, черный пиар у него получался просто заглядение. Арина слушала его из тайных комнат со специальными слуховыми и смотровыми щелями и ахала.

Когда Грайден предложил прятаться на виду, Арсен заржал как жеребец и даже упал с камня, который использовал в качестве стула. Пять диверсантов проникли во дворец по подземному ходу и рассредоточились между стенами, которые имели весьма солидную толщину. О том, что они полые, знали только несколько человек. Одним из них был Кровавый Жнец, который в давние времена ободрал макушку в поисках наследника Киралора III. Мальчик был шустрым и обследовал древнее сооружение вдоль и поперек. В определенных местах между стенами располагались тайные комнаты, которые соединялись узкими коридорами. Практически из любого помещения королевского крыла можно было попасть в другую часть дворца, минуя посты стражи. За кабинетом короля, в котором засел герцог, была небольшая каморка для стрелка. Сектор обстрела небольшой, но те, кто стоял напротив стола, были под прицелом. Арина сидела на стульчике и слушала тайные переговоры Вератия ла Крольте́льт. При желании она могла даже выйти в комнату и убить его, но Арсен предложил развлечься, поэтому она скучала.

Иногда к ней приходила королева Лирталина, которую Грайден обнаружил в тайном убежище. Она рассказала, что тянула мужа с кровати, но он отказался идти с ней. Королева скрылась сама, а короля и Первого советника зарезали люди герцога. Кстати, судя по описанию, это сделал остроносый шпион ли Соллиз. Лирталина узнала о ходе случайно. Она подсмотрела, как входит в тайные коридоры настоящая королева-мать. Это было сразу после ее замужества, и тогда она не понимала, что за жизнь ей предстоит. Со временем она скрытно перемещалась в другую часть дворца и, нарядившись служанкой знатной графини, занималась любовью с одним гвардейцем. В серости есть преимущества. Лирталина, используя грим и парики, научилась рисовать себе практически любое лицо. На троне глупая кукла, а в тайном убежище совершенно другой человек. Иногда она даже выходила в город, но один раз чуть не опоздала к закрытию ворот, поэтому от прогулок пришлось отказаться.

Теперь королева слушала рассуждения убийцы мужа и тихо скрипела зубами. Когда Арсен предложил ей рабство, она даже не удивилась, так как ждать чего-нибудь хорошего от матерого убийцы бесполезно. Она понимала, что жива только потому, что в тайном коридоре ее первым обнаружил именно Арсен. Лирталина сама так перепугалась, что чуть не пустила струю. Она-то предполагала, что об этих коридорах никто не знает, и тут мрачный силуэт хватает ее за талию и закрывает уста сладким поцелуем. Королева «поплыла» и с трудом соображала, где находится. Наконец она осознала, что рядом стоят несколько человек с кинжалами. Грайден хмыкнул и спросил: «Почему не сбежала из города?» Лирталина приподняла брови и ответила: «Как? Я попадусь!» На том и порешили: она будет работать курьером и иногда заменять Арину, если девушке понадобится отлучиться по нужде. Сами мужчины были слишком массивными и проходили по ходу со скрипом, постоянно задевая низкий потолок и близко расположенные стены. Продукты они принесли с собой, а то королева собиралась выходить в общие коридоры, чтобы проскользнуть на кухню. Раньше она так делала, но тогда сама кухня ее не интересовала, а сейчас прислуга напугана и гостей со слугами в замке нет, так что новое лицо будет на виду. А если идти ночью, то можно нарваться на патрулирующих общие коридоры стражников с цветами рода ла Крольте́льт. А есть очень хотелось. Можно сказать, что тайные гости спасли королеву от голодной смерти.

Лирталина сидела рядом с Ариной и слушала, как перо скрипело по бумаге. Герцог писал очередной указ. В дверь постучали, и в кабинет вошел Вератий. Он медленно приблизился к столу и спокойно произнес:

– У нас неприятности.

– Какие?

– Серьезные, – ответил сын герцога.

Тот взорвался криком:

– Что ты как маленький! Скажи, что случилось? Или иди туда, откуда пришел! Мне сейчас не до твоих игр!

– На восточном берегу реки возле переправы заметили тысячи всадников из степей, – спокойно сказал Вератий. – На западном берегу недалеко от города также несколько тысяч кочевников, но среди них есть и ратники маркграфа. И самая жирная точка: в порт по реке прибыл корабль с семью сотнями голов. Тех самых наемников и паладинов, которых мы отправили за Кровавым Жнецом. Вот теперь все!

Глава 16

Виктор-Карадрак-Батыр подъехал на коне к великой реке. Чуть в стороне на лошадях восседали предводители похода тысячник Альтер и хан Карадай. Их окружали телохранители и сотники. Барон Клод ле Хорстан руководить не пытался, но остановился поблизости. Именно в его свите находился Виктор. Мелкий посмотрел на широкую реку. Как переправить войско на другой берег? Мостов в устье нет. Действует переправа, но максимальное количество пассажиров два десятка всадников. Они будут переправляться месяц. Не годится. Нужен другой план. Ближайший мост в трех днях пути от этого места, и нет никакой гарантии, что его не сожгут. Строить плоты? Но лес слишком далеко. Виктор снова осмотрел берег и увидел густые заросли камыша. Можно попробовать. Он спустился к воде и нарубил целую охапку стеблей. Клод наблюдал за действиями Мелкого, но ничего не предпринимал. Наконец, собрав нужное количество, Виктор начал связывать эти охапки в фашины. После этого разложил их крест-накрест и снова связал. Получился небольшой прямоугольник, на котором могла уместиться лошадь. Конечно, громоздкая штука, но довольно легкая, так что Мелкий кинул ее на мелководье и завел туда коня. Площадка просела, но не утонула.

За действиями парня с улыбкой наблюдал хан. Он махнул рукой и подозвал Виктора к себе. Мелкий поднялся на холм и посмотрел в глаза Карадая. Тот погладил бороду и спросил, обращаясь к Альтеру:

– Уважаемый тысячник Альтер-Стренз, почему такой мудрый батыр не сидит в нашем шатре? Его взор не затуманен, и он видит то, на что мы не обращаем внимания. Скажи, Виктор-Карадрак-Батыр, как мы должны поступить с этой соломой?

– Нужно сделать много таких площадок и перевезти их на самое узкое место на реке. Потом связать их в большие плоты. Ночью выстрелить из лука стрелой, к которой привязана веревка. Нужно направление. Потихоньку сталкивать каждую большую площадку и, держась за веревку, перевести ее на другой берег. Там ее привязать и отправлять следующую площадку. К утру будет мост, по которому можно будет переправить большую часть воинов.

– Два вопроса, – произнес тысячник Альтер, – почему нужно действовать ночью? И второй: зачем тут оставлять воинов?

– Днем тут ходят корабли, так как ночью можно напороться на корягу. Конечно, иногда бывают отчаянные мореходы, но для них выше и ниже по реке поставим посты с ратниками. Они изобразят разбойников и постараются захватить суда. А оставлять воинов на двух берегах нужно для того, чтобы, когда мы закончим с этим городом, войска, перегруженные добычей, смогли вернуться по мосту. Говорят, он расположен выше по реке. Ударив с двух сторон, мы легко сможем захватить контроль над переправой, – пояснил Мелкий.

Хан снова погладил бороду и сказал:

– Виктор-Карадрак-Батыр, твой дед очень мудрый человек!

– Вообще-то он древний бог Хаоса и Покоя, – тихо сказал Виктор по-русски, но его никто не услышал, а если бы даже услышал, то ничего бы не понял. Затем он посмотрел на хана и громко ответил: – Я передам ему ваши лестные слова, хан Карадай.

С переправой случилось так, как предполагал Виктор. Мост не унесло, и две трети всадников перебрались на западный берег. Кочевники так резво взялись уничтожать заросли тростника, что сделали плотов даже больше, чем было необходимо. На этих импровизированных плавсредствах они патрулировали реку. На рассвете был захвачен первый корабль. Небольшое судно двигалось вниз по реке, и для пассажиров было полной неожиданностью оказаться в плену ратников. Сопротивления никто не оказал, поэтому обошлось без жертв. Кораблик реквизировали, и он совершал рейды от берега к берегу, перевозя всадников.

Когда полностью рассвело, Виктор приказал разобрать мост. Совсем не обязательно сообщать в столицу, что тут собралась армия кочевников.

Параллельно Мелкий рекомендовал отправить тысячу воинов в сторону моста, чтобы ударом с обеих сторон захватить переправу. Хан выразил желание посмотреть, как отважный батыр поведет себя во время захвата стратегически важной точки.

Оказалось, что моста не было. Его заменила понтонная переправа. Два огромных плота сновали туда-сюда по диагонали. Виктор спросил у одного из перевозчиков, почему это место с небольшим островком назвали мостом. Со слов местного жителя Виктор узнал, что там действительно когда-то стояли крепость и два каменных моста с огромными пролетами, но герцог ла Крольтельт приказал разрушить переправу. Мост мешал водить к его городу Кортару крупные корабли.

Матерясь как сапожник, Мелкий оставил там сотню воинов для охраны плотов, а остальным степнякам приказал возвращаться. Недалеко от так называемого моста он заметил облако пыли. Он поскакал с десятком ратников проверить и увидел, как довольно внушительное войско гонит горстку всадников. Один из ратников присмотрелся и узнал знакомого. Решение пришло моментально – союзников нужно выручать. Виктор осмотрел рельеф местности и расставил кочевников в длинном овраге. Десять ратников бросились навстречу беглецам и привлекли их внимание. Произошел обмен знаками, и шесть десятков ратников устремились вдоль балки. Как только паладины и наемники вытянулись в линию на относительно узкой дороге, Виктор дал команду атаковать с двух сторон и взял противника в клещи. Совершенно неподготовленные к нападению, паладины и наемники попытались сбежать, но конные лучники расстреливали трусов в спины. Виктор-Карадрак-Батыр бился в первых рядах ратников маркграфа. Они решили воспользоваться внезапным шансом на спасение и теперь мстили врагам за вынужденное бегство. Мелкий рубил воинов в белых плащах с каким-то остервенением. Оказывается, глефой очень удобно убивать, даже находясь в седле. Рядом с ним мчался огромный рыцарь и размахивал двуручным волнистым мечом. Каждый такой удар уносил чьи-то жизни, даже несмотря на щиты и доспехи. Фламберг их словно не замечал. Виктору захотелось иметь такой же пламенеющий клинок, уж очень эффектно он рассекал врагов крупного рыцаря.

Завершив битву, Мелкий поинтересовался у беглецов, за что всадники гнали ратников маркграфа, и узнал, что наемников и паладинов послали за человеком, которого разыскивает сам Виктор. Его глаза потемнели от гнева, и он приказал отрубить головы мертвых врагов и отвезти к реке, чтобы потом сложить на корабль. Старый бей, который приглядывал за молодым наперсником хана, поинтересовался, для чего нужны такие сложности? Степняки взяли богатую добычу: много кольчуг у паладинов и бригантин у наемников. Сотни шлемов и мечей. Это готовые изделия из качественного железа. Их можно продать. Но они имеют солидный вес, так зачем тащить лишнюю тяжесть? Немигающий взгляд Виктора-Карадрак-Батыра слегка напугал бея. Он очень напоминал такой же гипнотизирующий взор большой черной змеи, которая отличалась молниеносной скоростью и способностью атаковать из засад. Бей склонился и выделил дополнительных лошадей для перевозки нужного груза. Капитан захваченного на реке судна тоже хотел возмутиться, но, увидев в пустом взоре молодого хищника смерть, решил не рисковать.

Так в столице узнали, что к ним пришли очень злые незваные гости, а сам Мелкий получил дополнение к имени. Теперь его звали Виктор-Карадрак-Кара-Кхалм-Батыр. За его стремительность, хладнокровие и способность мгновенно найти место для засады его называли Кара-Кхалм, что в переводе означало Черный Змей.

* * *

Арина и Лирталина стали свидетелями истерики герцога. Он кричал, топал ногами, проклинал Грайдена, Арсена, Единственного бога и Врага людского. Долго метался по кабинету и наконец, усевшись за стол, выпил залпом бокал вина. Когда налил второй, сын произнес:

– Отец, тебе сейчас нужна трезвая голова. Надо решить, как защищать столицу. Я предлагаю…

– А зачем ее защищать? – спросил герцог. – Кочевники ограбят предместья и уйдут. Стены они штурмовать не умеют, а мы просто запремся во дворце, и никто до нас не доберется.

– А как же аристократы, владельцы небольших усадеб? Как же простые жители? О них ты подумал? – спросил Вератий.

– Какая разница! От них не убудет! – отмахнулся старший ла Крольте́льт. – Мы постараемся минимизировать потери…

– Отец, в городе сотни рыцарей, – продолжал настаивать сын герцога.

– И ты надеешься вывести их в чистое поле? Бред! Степняки не станут биться лицом к лицу. Их тактика наскочить на поселение и, постреляв из луков, умчаться обратно, – пояснил Валигор. – Рыцари просто прокатятся за ними и никого не догонят, так как слишком медлительны. Вот если их выставить на стены плюс стража местного гарнизона и наши наемники, то, может быть, мы просто понаблюдаем за огнями сожженных поместий.

– Но погибнут наши люди! – воскликнул сын герцога.

– Потери мы спишем на жестокость Кровавого Жнеца, – ответил Валигор и усмехнулся. – Это же он виноват, что через его земли прошли степняки. Значит, он заключил с ними предательский договор. Мы даже в выигрыше останемся! Я думаю, твоя идея с выходом рыцарей будет очень своевременной. Мы покажем, что, в отличие от кровожадного чудовища, пытаемся защитить землю.

– Отец, я вот о чем подумал: а как они оказались на этом берегу? Ведь мост есть только в Кортаре? – задумчиво произнес Вератий. – Ты же не думаешь, что они шли прямо от наших земель?

– О, Единственный! – воскликнул Валигор. – Это же какой убыток!

– Хотя если бы степняки побывали в нашем городе, то хоть кто-нибудь из купцов должен был принести весть об этом, – размышлял сын герцога.

– Они могут возвращаться там! – воскликнул старший ла Крольте́льт.

– Тоже верно, – согласился Вератий. – Что будем делать?

– Значит, так: мы отправим послов к маркграфу и предложим ему твою сестру. Дадим ему титул восточного герцога и ценный выкуп. Объясним ситуацию, что взять столицу, когда в ней весь цвет рыцарства, просто невозможно. После позволим беспрепятственно перейти реку и убраться на восточный берег. А когда они уйдут, вызовем герцога северных провинций и выберем кого-нибудь из дальних родственников вместо рода ла Легорхе́льт. Там вроде маркиз ла Релколир был нам лоялен. Когда они соберутся, мы кинем воззвание и ударом на восток сотрем маркграфа и его войска. Против армии королевства ему не выстоять. Нужно с корнем вырвать ростки предательства.

– Но герцог Бриан ла Берилве́льт обижен на тебя, – заметил Вератий.

– Я пообещаю этому дуболому таможенные льготы на проход по реке и иные преференции, – сказал Валигор. – Он постоянно ноет по этому поводу. Главное, чтобы мы сейчас откупились от маркграфа. Пошли кого-нибудь, чтобы привели Верилину.

– Но ведь ты хочешь выдать ее замуж на внука Грайдена, – сказал сын герцога, – а потом уничтожить его род. Как это отразится на ней? Она же станет вдовой!

– Сынок, – начал Валигор по-отечески хлопать Вератия по плечу, – я понимаю, как это выглядит, но и ты пойми меня. Если наш поход на восток отложится на следующий год, то моя дочь умрет от их родового проклятия. Женщины, давая новую жизнь сыновьям, исходят кровью. Иногда наследник также не выживает, но эти чудовища продолжают жениться, так как не хотят, чтобы их подлое семя осталось в прошлом. Они должны быть уничтожены, и потеря твоей сестры – та цена, которую нам придется заплатить за это богоугодное деяние. Но ей об этом говорить не нужно. Я понимаю, что ты любил ее, но только сильные личности готовы жертвовать близкими во имя будущих потомков. Мы же понимаем друг друга?

– Отец, но это плохо, – начал мямлить Вератий. – Она же моя сестра!

– А разве не ты говорил, что она тебе надоела? Не ты возмущался ее чрезмерными тратами на совершенно ненужные вещички и балы? Я долго терпел, но всему приходит конец! – жестко сказал герцог. – Ты только представь: ты сидишь на троне в окружении знати королевства, и никто не капризничает на тему скуки. Никто не говорит, что на столе не хватает изысканных лакомств. Представил? Хорошо. Нам нужно откупиться ею от маркграфа. Он ее быстро поставит на место. С пузом особо не покричишь и не потопаешь ножкой. А мы тебе княжну из империи привезем или даже дочь императора! Ты же хочешь принцессу?

– Да, но только такую, что была похожа на Верилину, – произнес сын герцога.

Отец снова похлопал его по плечу и сказал:

– Я знаю твою слабость, ты давно мечтал о ней, но ты же понимаешь, что инцест в аристократических кругах неприемлем. Отпусти ее. Она сама виновата в том, что стала обузой для семьи. Да, я любил Верилину, пока она была маленькой, но, когда повзрослела, ее капризы сводили меня с ума!

– Хорошо, я сам схожу к ней, – произнес сын герцога и вышел из кабинета.

Валигор тяжело вздохнул и начал писать очередное письмо.

Арина сильно удивилась. Она-то считала брата Верилины как минимум нормальным, а тут вот что творится. Ужас! Она посмотрела на королеву и увидела ее округлившиеся глаза. Лирталина прошептала:

– Надо предупредить Верилину. Я, конечно, ее не люблю, но ей нельзя замуж за внука маркграфа! Она умрет!

– Не переживай, – усмехнулась Арина. – Сейчас дядя Арсен научил Грайдена, так что никаких проблем не будет. Она родит несколько сыновей и останется здоровой и жизнерадостной мамашей. Дядя Арсен ей это обещал. Ты посиди пока тут, а я нашим расскажу о кочевниках. Посмотрим, что они скажут…

– Арина, если не трудно, загляни в комнату к Верилине, что-то мне неспокойно, – попросила королева.

Арина кивнула и протиснулась в узкий коридор. Лирталина показывала, в какой спальне находится дочь герцога, но Арсен запретил сообщать ей, что они рядом. Это было по пути к тайному убежищу, поэтому Арина просто заглянула в смотровую щель. То, что она увидела, вызвало в ней бурю негодования. На широкой кровати происходила неравная борьба между сильным Вератием и слабой Верилиной. Девушка крутилась и пыталась выбраться из-под крупного мужчины. Он продолжал ее удерживать одной рукой, а другой задирал платье. Брат шептал о запретной любви и говорил о том, что не позволит какому-то мужлану быть первым. Он обязательно испробует тот плод, который так сладок. Вератий отвлекся и пропустил момент, когда в комнате открылась потайная дверь и появилась Арина. Она взяла со стола вазу и опустила ее на голову насильника. Убить не убила, но сознание он потерял. Арина выдернула златовласку из-под тела брата и дала ей пощечину. Верилина перестала кричать и с удивлением посмотрела на Арину.

– Он хотел меня… – указала она рукой на тело Вератия и заплакала.

Успокоить рыдающую девушку оказалось сложно. Арина обняла ее за плечи и повела к тайному ходу.

В убежище народ скучал. Им надоело играть в крестики-нолики, города и рассказывать пошлые анекдоты. Братья амазонки храпели, развалившись на полу, Грайден метался из угла в угол, а Арсен медитировал. Он первым заметил растрепанную Верилину и спросил:

– Вератий?

Арина кивнула.

– Сама виновата. Ребенок, какие новости?

Она рассказала о кочевниках и планах герцога. Маркграф оскалился и спросил:

– Пора?

– Рано, – ответил Арсен. – Пусть его сыночек обрадует, что козыря не осталось. А вот когда он осознает, что его карта бита…

– Зачем столько сложностей? – проворчал Грайден. – Снесли бы ему голову, и дело с концом.

– А королем кого ставить? – задал вопрос Арсен. – Тебя сейчас народ ненавидит. Нужно дождаться, когда во дворец придет северный герцог. Вот его и коронуем. Ребенок, хочешь ответственное поручение?

– Какое на этот раз? – поинтересовалась Арина.

– Раздень Верилину и в ее одеждах спрыгни со стены в море, – сказал Арсен.

Арина приоткрыла рот от удивления и уточнила:

– Со стены? В море? С такой высоты? Ты рехнулся?

– Ты же плавать умеешь? – спросил Арсен. – Там всего-то метров сто.

– Сто? Ерунда! Подумаешь, сто метров в воду! Сейчас, разогналась! Я что, самоубийца? Даже если я выживу при падении, меня разобьет о прибрежные скалы! – возмущалась Арина.

– Поспорим? – предложил Арсен.

– Не дождешься!

– А если я тебе фокус покажу? – заинтриговал Арсен.

– Какой?

– Очень волшебный! – улыбнулся наставник Арины.

– Нет!

– А ты такой пока не видела!

– Все равно нет!

– Ребенок, не упрямься, это же какие-то жалкие сто метров, – убеждал Арсен.

– Нет! Это ни в какие ворота не лезет! Это же надо – предложить мне прыгать со стены в бушующее море!

– Ребенок, я знаю, что ты очень хочешь, но молчишь, – улыбнулся Арсен. – Вот представь, ты не узнаешь очень тайный фокус. Неужели тебе не интересно?

– Нет! Нет! Нет! – заявила Арина, хотя поняла, что проиграла. Она знала, что Арсен не собирался подвергать ее смертельной опасности, и ей было очень интересно, что он придумал. Осталось немного поупрямиться, слегка поторговаться, и вот тогда…

Арина бежала по стене в одежде Верилины. Дочку герцога нарядили в какое-то платье служанки, которым пользовалась королева для соблазнения гвардейца. Златовласка ругалась, но выполнила настоятельную просьбу Арсена и переоделась в коридоре. Теперь Арина изображала потерянную девушку, которую хотел изнасиловать собственный брат. За ней гнался Вератий и кричал, что это недоразумение и она не так его поняла, но Арина старалась не подпускать его близко, чтобы он не смог рассмотреть лица. Добежав до края, золотоволосая блондинка остановилась и, сделав неловкое движение, упала в море. Браслет портала, который Арсен снял с руки Марги, сейчас находился на запястье Арины, и она его активировала. Прямо перед ней появилось окно пространственного перехода, и она устремилась к нему. Никаких особенных ощущений Арина не испытала. Просто упала в тайной комнате на пол рядом с маяком, на который был настроен портал. Сверху ей на голову обрушился поток воды. Арина со слипшимися волосами грязно выругалась на Арсена, который держал в руках пустое ведро.

– С почином тебя! – усмехнулся он.

Арина откинула мокрые волосы за спину и, достав кинжал, снова обрезала их у основания шеи. Отращивать золотистую гриву, как у Верилины, оказалось просто. Немного магии, и она готова предстать перед зрителями, но теперь, когда в длинных локонах не было необходимости, она отсекла их без сожаления. Королева с завистью смотрела на проводимые манипуляции с прической. У нее волосы были жидкими и какого-то мышиного цвета. Лирталина взяла отрезанные волосы и, проведя пальцами по шелковистому пучку, тяжело вздохнула.

Дочь герцога сидела в кресле рядом с Горотаром и влюбленными глазами смотрела на Арину. Наконец она не выдержала и спросила:

– А что ты можешь, кроме этого?

– В каком смысле? – не поняла вопроса Арина.

– К зеркалу подойди! – указала Верилина.

Дочь дракона взглянула на отражение и поняла, что из обрамленной овалом полированной серебряной пластины на нее взирает златовласка. Арина сосредоточилась и вернула себе родной облик.

– Ну, так как?

– Что – как? – поинтересовалась Арина.

Верилина засыпала ее вопросами:

– Летать? Превращать людей в камень? А в жабу? Что еще?

– Я раньше не летала, – произнесла Арина и посмотрела на Арсена.

Тот, глядя на девушек, улыбался.

– В камень тоже не могу. И в жабу тем более!

– Но ведь это ненормально? – воскликнула Верилина.

Королева тоже обратила внимание на странности Арины, но в помещении было не очень светло, и поэтому она сомневалась.

– Нет, серьезно, так простые люди делать не могут! Ты стала мной! И эта королева-мать менялась! Кто вы такие? Боги? Враги людские? Кто?

– Я Арина – дочь Дракона! – произнесла ученица Арсена. – Драконы могут многое. Но я пока маленькая и превращаться не умею, а вот слегка подправить лицо можно. Мы – Драконы! Не потомки, как маркграф, а настоящие. Кровожадные хищники! А то, что Арсена называют Врагом людским, так это навет жрецов. Если бы он ненавидел людей, то мир бы погрузился во мрак. Но как видишь, пока светло…

– И все-таки я оказалась права! Дядя Арсен, я не хочу вашего благословения, но мне бы хотелось стать такой же, как Арина, – заявила Верилина. – Кстати, я не знаю, что вы собираетесь делать с папой и братом, но теперь это не важно! Лирталина подробно мне рассказала о разговоре в кабинете! И знаете что? Я ей верю!

– Я рад за тебя! – усмехнулся Арсен. – Арина, ты хочешь сестер?

– Каких?

– Кровных!

– Но ведь тогда придется… – начала сомневаться Арина.

– Ты ведущий, они ведомые, – пояснил Арсен. – Решай сама.

– Но ведь это серьезная ответственность, – задумчиво произнесла Арина.

И Верилина, и Лирталина внимательно прислушивались к диалогу. Обе понимали, что решается их судьба. Королева чуть быстрее осознала смысл слов и спросила:

– Но ведь вы говорили о каких-то печатях единения и подчинения? Вы предлагаете нам стать рабынями?

– Нет, сестрами, – ответил Арсен. – Получив ее кровь, вы не будете слепо выполнять ее приказы. Просто у вас появится мысленная связь. Вы сможете слегка корректировать внешность и станете значительно сильнее и здоровее. В драконов вы превращаться не научитесь, так как тут слишком мало энергии для принятия истинной формы, но даже так ваши молодость и красота останутся с вами на долгий срок.

– Я согласна! – заявила Верилина.

– Я тоже! – сказала королева. – А убить нас можно?

– Разумеется! – расстроил девушек Арсен. – Только это будет сложно. Ваша регенерация усилится, и вы сможете залечивать раны гораздо быстрей, чем раньше. Но учтите, если любой из вас отрубить голову, то…

– Ну, это понятно, – усмехнулась Лирталина. – А я смогу менять внешность? И если да, то как часто?

– На трансформацию уходят силы, а их у вас немного, – пояснил Арсен.

– То есть очень редко?

– Старайтесь не меняться, этого не поймут окружающие, – предостерег их Арсен. – Только в случае крайней необходимости. И вообще, давайте быстрей «братайтесь» и опять на пост!

* * *

В кабинете было пусто. Вскоре в дверь вошел герцог. Он походил туда-сюда и, дождавшись, когда придет его сын, произнес:

– Ты меня подвел! Ты убил сестру. Кого я теперь отдам маркграфу? Этот старый зверь не успокоится. Эх, Вератий, Вератий! Что же ты наделал! Такой план загубил! Ладно, скоро приедет дуболом. О Верилине ни слова! Она заболела, или нет, ее отравил маркграф! Так будет лучше! Соберешь тех, кто слышал о твоей попытке взять ее силой, и отправишь в первых рядах против кочевников.

– Отец, я не хотел, чтобы так получилось, – начал оправдываться сын герцога, – она вазу об мою голову разбила. Но как ей удалось выйти из комнаты? Ума не приложу! Стража ее не видела. Они Единственным клялись!

– Это не важно, – отмахнулся герцог. – Их, кстати, тоже в первые ряды поставишь! Не хватало нам, чтобы они трепаться начали.

– Хорошо! Я выполню, что ты сказал, – опустив плечи, сказал сын.

– И постарайся в этот раз без самодеятельности! – добавил герцог.

Вскоре в кабинет вошел остроносый ли Соллиз. Валигор спросил:

– Ну, что там наш северный герцог? Явился?

– Да, ваше величество! – отрапортовал остроносый.

– Рано пока величеством зваться, – проворчал герцог, – как бы не пришлось отдавать корону этому дуболому. Он же чует, что мы имеем шаткое положение. Да и какой из него король? Нищеброд! Даже гвардия в разных доспехах ходит!

– Но северные рыцари отважны, – произнес ли Соллиз, – их тут много. Половина трактиров ими забита. По городу поползли слухи о кочевниках, и северные дикари рвутся в бой.

– Что, если им дать такую возможность? – рассуждал герцог. – Оправим их на убой, а когда дойдет до коронации, то соотношение сил будет в нашу пользу. Надо сказать Вератию, чтобы собирал войска, но особо не геройствовал. Отойдет назад после первого удара, и тогда северяне останутся один на один с ратниками маркграфа. У Грайдена люди матерые. Они знатно потреплют дикарей и собьют с них спесь.

– А что говорить о вашей дочери? – уточнил остроносый.

– Пусти слух, что маркграф отравил ее каким-нибудь колдовством и она стала уродливой. Не выдержав такого удара судьбы, несчастное дитя покончило с собой, спрыгнув со стены в море. Тела так и не нашли. В такой пучине от нее остались только обрывки одежды. Подбери там что-нибудь из ее вещей.

– Может, какую-нибудь служанку переодеть? Разобьем лицо, и никто не узнает, – предложил ли Соллиз.

– Хорошая идея, только не служанку: если одна пропадет, то пойдут слухи, в городе кого-нибудь похожего подбери, – распорядился герцог.

– Будет сделано, – ответил остроносый и добавил: – Я другую девку на роль королевы найду…

– Тоже верно, – кивнул герцог и углубился в чтение очередного письма.

Услышав это, Арина собиралась выйти в общий коридор, чтобы перехватить этого мерзавца, но по мысленной связи пришел приказ Арсена оставаться на месте и держать рядом с собой новоявленных сестер. Им не нужно видеть то, что произойдет…

Герцог читал, Арина скучала. Тут по мысленной связи пришло ощущение азарта и какого-то бесшабашного куража начавшейся охоты. Арина сосредоточилась и осознала, что духи-хранители Тристан и Кораций наблюдают за подопечными и делают ставки. Ей тоже стало интересно. Она расслабилась и попыталась представить Гирадора. Ей удалось ощутить его эмоции и даже начать смотреть его глазами. Братья амазонки скользили по темному узкому коридору, периодически выглядывая в общие залы. Наконец намеченная жертва осталась в одиночестве. Остроносый шел быстро и не смотрел по сторонам. Вдруг сплошная кладка раскрылась, и две руки втянули его в пространство между стен. Он попытался кричать, но рот зажала сильная рука. Рыцаря протащили куда-то по узким коридорам и бросили на каменный пол. Он оказался в гроте, а рядом стояли Кровавый Жнец и Арсен. Оба разглядывали шпиона и молчали. От ужаса ли Соллиз обмочился и сжался в комочек. Его трясло, и зубы клацали, выдавая странную мелодию. Он очень хотел жить, но прекрасно понимал, что такие монстры не умеют прощать. Первым подал голос Грайден:

– Как думаешь, если я спущу с него шкуру, он долго будет мучиться?

– Нет, – скривился Арсен, – слишком труслив, так что ты даже начать не успеешь, как он сдохнет.

– А давайте подвесим его вниз головой, – предложил Горотар.

– Думай, что говоришь, – проворчал Грайден. – Даже если бы была веревка, к чему ее цеплять? Ты где-нибудь дерево видишь?

– Да, не подумал, – признал ошибку брат амазонки.

– Может, утопим? – спросил Гирадор.

– Он же нас забрызгает, – отмахнулся маркграф. – Арсен, что скажешь?

– Думаю, – произнес он. – Знаешь, когда-то давно один Лич рассказал об очень болезненной пытке. Смысл такой: нужно привязать душу к телу и обострить чувства. У живого мертвеца нервные окончания атрофированы, поэтому он и разработал заклинание. Так он пытался получить хоть какие-то ощущения. Как-то раз он кинул заклятие на живого человека. Тот сразу умер. Следующего подопытного он пытал просто так несколько дней. Запер в клетке и усилил ощущения. Малейший шорох вызывает жуткую боль. Любое прикосновение – тоже ужасные страдания. Короче, человек сошел с ума в течение десяти минут. От его личности остались жалкие ошметки…

– В замкнутом пространстве мы оглохнем от его воплей, – сморщился маркграф.

Арсен усмехнулся и спросил:

– Мы у него что-нибудь спрашивать будем?

– А что он может знать такого, чего не известно нам? – удивился Грайден.

Арсен задал вопрос остроносому:

– Хочешь на эшафот под топор палача? Или, может, такую штучку попробуешь?

Он взмахнул рукой, и рыцарь заорал, схватившись за уши. Очередной взмах руки, и остроносый перестал кататься по каменному полу и застонал:

– К палачу на эшафот!

– Умница! Сейчас я тебя слегка подлечу, и ты сделаешь вот что…

Глава 17

Арина потеряла связь с Гирадором, так как ее отвлек рыцарь, зашедший в кабинет. Он сообщил, что правитель северных провинций проявляет нетерпение и желает видеть Валигора ла Крольте́льт. Герцог встал и вышел за рыцарем в коридор.

Арина спросила королеву, где они могут встречаться. Та предположила, что в тронном зале, и не ошиблась. Пока девушки спешили к очередной нише между стенами, Бриан ла Берилве́льт договорился с Валигором и потянулся к выходу из зала. Тут в дверях появился ли Соллиз. Он поклонился Бриану и сказал, что у него есть очень важные сведения, касающиеся смерти короля. Дуболом задержался и выслушал остроносого. Валигор заметил агента влияния и начал требовать от него отчета, но шпион склонил голову и громко сказал:

– Я выполнял приказ герцога ла Крольтельт и виновен в смерти короля и Первого советника. Я распространял слухи, порочащие маркграфа ле Дракон. Я готов покаяться и взойти на эшафот. Я расскажу о преступлениях моего сеньора. Вас и ваших рыцарей планировалось поставить против кочевников и в критический момент покинуть битву…

Бриан зарычал и, обнажив клинок, бросился на Валигора. Он пронзил его насквозь. Свита северянина также атаковала воинов герцога. В начавшейся свалке никто не заметил, как в тронном зале появились Арсен, маркграф и два его внука. Четыре человека быстро перебили охрану, и, когда в помещении остались только северные рыцари, Грайден закричал:

– Бриан, мечи в ножны!

Герцог ла Берилвельт поднял руку и приказал соратникам остановиться. Он прекрасно понимал, что эти четыре воина прорубят проход и тогда война с маркграфом будет неизбежна.

– Давай говорить!

– Ты слышал, что сказал шпион Валигора, – начал Кровавый Жнец. – Я думаю, что королевству нужно определиться, кто взойдет на трон. У сына герцога много воинов, и он без боя не сдастся. Я корону не хочу. Остаешься ты. Или наследник короля.

– Какой наследник? – опешил Бриан. – Королеву же убили!

– Нет, она скрылась в тайной комнате во дворце, – пояснил маркграф.

– А почему сам король не скрылся? – спросил герцог.

– Не успел, – констатировал Грайден.

– А ты откуда знаешь, что она жива? – задал вопрос Бриан.

– Вы же знаете, что я служил тут в охране при Киралоре II. Тогда и узнал об этих тайных ходах. Решил спрятаться от ищеек Валигора прямо во дворце. В убежище я обнаружил королеву. Она сказала, что в тягости и отец ее ребенка король. Так ли это на самом деле, я не знаю, но женщина ради собственного спасения готова сказать что угодно…

– Верю! Проходили! – усмехнулся северный герцог. – Ты предлагаешь возвести на трон ее ребенка?

– Нам сейчас нужно решить, надо ли это делать, – произнес маркграф.

– А действительно, нужно ли? – так же задал вопрос Бриан. – И хотя она королева, но нет никакой гарантии, что она в тягости. И то, что отцом ребенка является король. Удавить ее ты, конечно же, не позволишь. Да я и сам не любитель таким способом решать вопросы. Что ты предлагаешь?

– Это зависит от тебя, – сказал Грайден, – если она в тягости от короля, то тут не может быть другого решения, как регентский совет. Если есть законный наследник, то знать тебя не поддержит. А если она солгала, то можно отправить ее в родные земли, и пусть устраивается как может.

– И как нам это проверить? – спросил северный герцог. – Мне не хочется начинать правление с подавления мятежей. К тому же кочевники тут, их гнать придется обратно!

– За них не беспокойся, они под рукой моего сына хана Карадая. Он их держит в узде, – пояснил Грайден.

– Опасный ты человек, Кровавый Жнец, – усмехнулся Бриан. – Я-то думал, что ты в моих руках, а тут вон как получилось. Это выходит, они ждут твоего приказа?

– Жизнь такая, приходится крутиться! – вернул усмешку маркграф.

– А платить ты им из собственного кармана будешь? Они же пришли за добычей и вряд ли уйдут с пустыми руками, – поинтересовался герцог.

– Валигор был богат, его дочка откупится, – ответил Грайден.

– Но ведь она упала в море! – подал голос ли Соллиз.

– Мой внук ее выловил и теперь хочет на ней жениться, – произнес маркграф.

Бриан насторожился.

– И тогда он станет герцогом центральных провинций? А у тебя, говорят, два внука. Что, если ты женишь его на королеве и загребешь под себя и запад? Что тогда останется мне?

– Юг и север, – пожал плечами Грайден, – но мне наследник нужен, и я подобрал для него невесту, так что можешь не беспокоиться.

– И это не королева? – настороженно спросил северный герцог.

– Давай-ка с королевой решим отдельно, – предложил Кровавый Жнец.

– Давай, а как?

– Лекари ее осмотрят, и тогда решим, забираешь корону себе или возложим ее на наследника.

– Я бы предпочел, чтобы она была в тягости от короля, – признался Бриан. – Корона, конечно, хорошо, но возиться с мятежами, когда с севера поджимают соседи… Удавить ее точно не дашь?

– Киралору II я клялся беречь наследника, – покачал головой маркграф.

– А недавно ты в этом самом зале говорил другое, – заявил северный герцог. – Ты отказался назвать короля сюзереном.

– Я и прошлого выкормыша жрецов с лестницы сбросил, – усмехнулся Грайден. – Сейчас я жрецов к ребенку не подпущу! Ты воспитаешь его достойным воином!

– Я?! – удивился Бриан.

– Если я сам останусь в столице, то могут пойти слухи, что это мой ребенок или кого-нибудь из моих внуков, – усмехнулся маркграф, – так что придется тебе делать из него настоящего мужчину. Это при условии, что она действительно в тягости, а не солгала для спасения собственной жизни.

– Договорились! Если наследник есть, то клянусь древними богами, что я буду беречь его и воспитаю достойным правителем!

– А знаешь, Бриан, ты мне начинаешь нравиться! – усмехнулся Грайден. – Главное, жрецов к нему не подпускай, а то эти напоют сладкий яд в уши и отравят обещаниями вечной жизни в чертогах бога. Жить нужно здесь и сейчас! А грань, она и есть грань, там другие законы!

– Знаю, – отмахнулся герцог. – Ну и где же прячется королева?

* * *

И Арина, и Верилина, и Лирталина слушали беседу двух стариков и фыркали, выражая возмущение тем, как пилят их ленные владения, а их самих продают, как скот на рынке. Когда речь зашла о тягости, королева покраснела и, тяжело вздохнув, потрогала живот.

По завершении переговоров в тайную каморку протиснулся Арсен и поманил их за собой. Он привел их в запертую гостевую комнату и спросил королеву:

– Слышала разговор? Твое решение!

– Я не в тягости! – честно ответила Лирталина.

– Это мелочи. Хочешь остаться королевой? – задал вопрос Арсен.

– Не знаю, – пожала она плечами.

– Ты взрослый самостоятельный человек и должна сама решать за себя! Если ты согласишься, то я исправлю этот недостаток и слегка ускорю развитие плода. Ребенок родится через восемь или семь месяцев, в зависимости от того, когда ты крайний раз официально была в опочивальне короля. С этим вопросов не будет. У тебя родятся два сына, Тристан и Кораций. Они взрослые сформировавшиеся личности, так что с воспитанием можно не заморачиваться…

– А как к этому отнесутся сами духи-хранители? – спросила Арина.

– Они, конечно, поворчали немного, так как опять писать под себя не очень приятно, но таких же сильных одаренных, как Горотар и Гирадор, мы вряд ли найдем. А так вырастут на радость маме сильными и великими воинами. Один станет королем, другой великим завоевателем…

– Постойте, а почему вы мне не предлагаете стать мамой одного из духов? – спросила Верилина. – Я тоже хочу сильного и великого сына!

– Драконы однолюбы, – усмехнулся Арсен. – Если мы с тобой займемся любовью, то ты больше не посмотришь на Горотара. А я скоро уйду…

– То есть я в вас влюблюсь? – с саркастической усмешкой спросила златовласка.

Арсен хитро сощурил глаз. Верилина сладко застонала и присела на кровать. Она покраснела и тяжело задышала. Ее взгляд с поволокой прошелся по окружающим и задержался на брюнете. Она, облизав губы, подалась вперед…

Арсен усмехнулся, и Верилина потрясла головой. Взор прояснился, и она густо покраснела. Арсен указал на нее глазами и сказал:

– Простое заклинание похоти, и она готова на все. Верилина, давай не будем проводить экспериментов. Ты выйдешь замуж за Горотара и родишь ему кучу мальчиков.

– Я хочу девочку, – проворчала златовласка.

– Когда у вас будет несколько сыновей и в вашем краю наступит временное затишье, устроишь мужу заслуженный отдых и начнешь поить его пивом, – произнес Арсен. – Когда с его живота исчезнут «кубики», скрывшись в рыхлом пузе, можешь соблазнить мужа, и тогда появится вероятность, что родится девочка.

– С чего ты взял? – удивилась Арина.

Арсен пояснил:

– Пиво стимулирует рост женских гормонов, в то время как постоянные тренировки и участие в сражениях повышают тестостерон. Конечно, это не даст никаких гарантий, но шанс на рождение девочки будет.

– Вы знаете, я не хочу духов-хранителей, – произнесла королева. – Я думаю, это плохо, если сыновья даже в детстве будут вести себя как умудренные жизнью воины. Лучше я сама воспитаю его, как положено, с самого младенчества.

– Жаль, Тристану и Корацию было бы хорошо с такой матерью. Хотя, может, ты и права, – согласился Арсен. – Если ты согласна стать мамой наследника, то сейчас наденешь балахон послушника из храма…

– Зачем? – удивились все три девушки.

– Хм, судя по сплетням, король любил их общество, – хмыкнул Арсен и начал слегка менять лицо. Теперь он стал похож на Киралора V, только более высокого и сильного. – Похож? Специально волос с короны стащил, чтобы слегка подправить внешность будущего ребенка. Значит, так, ты наденешь рясу на голое тело и придешь соблазнять короля. Увидев тебя в одежде любимых им послушников, он совратит тебя сзади…

– Почему сзади? – спросила златовласка.

– А к чему такие подробности? – добавила Арина.

– Ребенок, во дворце знали, что он голубой. Если она расскажет в подробностях о таком деянии какой-нибудь взрослой придворной даме, то сомнения отпадут, так как это будет логично. А если она не испытает этих эмоций, то правдиво солгать у нее не получится. Внимательный человек обязательно раскусит ее.

– А внешность ты зачем менял? – спросила Арина.

– Она же будет поворачиваться, а значит, должна видеть лицо мужа, – пояснил Арсен с внешностью Киралора V. – Когда ее попросят поклясться, она легко это сделает и скажет, что за спиной видела лицо короля! Другие вопросы есть? Нет? Тогда выметайтесь отсюда. Лирталина, не забудь надеть рясу и тогда можешь тихо прокрасться в покои короля. Понятно?

– Блин, целую войсковую операцию устроил, – проворчала Арина и вышла вместе с девушками в тайные коридоры.

Красная как помидор королева дрожащими руками сняла с себя одежду и нарядилась в балахон. Девушки решили подслушать, точнее, слушать и смотреть хотела златовласка, но Арина утащила ее в убежище. Верилина, увидев Горотара, схватила его за руку и повела за собой в какую-то свободную комнату.

Арина осталась одна и обратилась к духам с вопросом, почему они отказались от перспективной возможности. Тристан и Кораций со смехом рассказали ей о том, что Арсен и не собирался переселять их в новорожденных, просто королеве нужен был стимул для принятия решения. Арина расстроилась, так как ее наставник не посвятил ученицу в подробности плана, а значит, не доверяет. По мысленной связи пришло сообщение, что она пока маленький ребенок и могла бы испортить игру. Задумавшись, она согласилась с Арсеном и больше на него не обижалась. Но теперь ей стало тоскливо. Она давно не вспоминала Брилона, и теперь чувства нахлынули волной, разливающейся теплом по телу.

* * *

Виктор-Карадрак-Кара-Кхалм-Батыр сидел за столом в общем зале трактира и слушал рассказ графа о великом воителе благородном Арине. Рядом расположились амазонка Никалия, маркиза ла Парсар, Клод ле Хорстан и седобородый гвардеец, который перешел на сторону маркграфа. Они слушали о подвигах юного воспитанника Арсена, и, хотя женщины знали большинство историй, они продолжали сидеть именно за этим столом. Как обмолвилась Ортелла, она посетила шатер предводителей и, наслушавшись глубокомысленных речей хана, под незначительным предлогом покинула общество уважаемых полководцев.

Ее тошнило. Не в переносном смысле слова, и действительно вывернуло наизнанку. Сейчас она сидела недалеко от клозета, чтобы опять не запачкать пусть и мужскую, но ее личную одежду. Амазонка также была на страже и с видом знатока сообщила, что маркиза слегка отяжелела, так что никаких скачек в седле. Только пассажирская повозка. Оруженосец Корс, которого Грайден приставил к Ортелле в качестве «мальчик, подай-принеси», с радостью уступил почетное место помощника маркизы резвой амазонке.

Никалия влюбленными глазами смотрела на Брилона и завидовала Арине. Амазонка быстро поняла, на кого с девы Верилины переключился доблестный граф. А тот продолжал рассказывать о путешествии по дну реки. Он так нахваливал ловкость и мудрость Арины и ее наставника, что Виктор не выдержал и спросил:

– Ваше сиятельство, а когда мы сможем начать продвижение к столице? Вы так красочно описали этих достойных людей, что мне не терпится с ними познакомиться.

– Благородный Арин и его наставник должны подать знак. Не просите меня говорить об этом, это не моя тайна, но смею вас уверить, как только маркграф сочтет момент подходящим, мы устремимся в столицу, – сказал граф ле Сэдвор. – Благородный Виктор, вы говорили, что хан дал вам имя? Говорят, это великая честь – получить второе прозвище. Я слышал, что у Грайдена ле Дракон их несколько.

– Кровавый Жнец, Беспощадный Зимний Дракон, – перечислил Мелкий и добавил: – И мне почему-то кажется, что в юности, когда он ходил в Кайтай, у него тоже было имя, но хан не захотел мне его называть. Он сказал, что там нечем гордиться…

– Ходок. – Маркиза с усмешкой назвала тайное прозвище маркграфа. – Любил он это дело и постоянно снимал напряжение с замужними женщинами. Дамы опытные, и они следили за тем, чтобы не было нежелательной беременности.

– Ха-ха-ха! – рассмеялся Виктор. – У меня дед такой. Вроде седой и старый, но налево ходит так, что даже мне становилось завидно! Ни одна женщина не могла перед ним устоять!

– Грайден и сейчас вполне ничего, – цинично заметила Ортелла.

– По вам видно, – усмехнулась амазонка.

Маркиза мечтательно улыбнулась и добавила:

– Он мне мальчика обещал, и моей дочке после свадьбы тоже мальчика подарит. Представляете, племянник и дядя одного возраста.

Клод широко раскрыл глаза и воскликнул:

– Маркиза, я вас не узнаю! Что с вами стало? Сожительствовать с человеком вне брака! Ведь он будет бастардом!

– Ах, мой дорогой Клод, я скажу, что это сын Приволя и на коронацию в столицу отправилась в тягости, но тогда об этом ничего не знала. Вы не станете выдавать меня? – похлопав ресницами, спросила Ортелла. – А окружающие знали, что мы с моим покойным супругом частенько шалили…

Барон замялся и кивнул. Граф с удивлением взирал на откровения маркизы и после, ударив себя кулаком в область сердца, сказал:

– Я клянусь сохранить вашу тайну!

В зал трактира вошел один из ратников и сообщил, что тысячник Альтер ли Стренз и хан Карадай собирают общий сбор. От маркграфа прибыл посланец, и, поднявшись из-за стола, Виктор с новыми друзьями пошел к шатру хана. В роли посланника выступил Гирадор – внук Грайдена. Он сказал, что дед ждет ратников в городе. А кочевникам надлежит пока оставаться в лагере и продолжать создавать видимость готовности штурмовать столицу.

Хан Карадай погладил бороду и подозвал к себе нового родственника. Они о чем-то поговорили, и внук маркграфа с улыбкой вернулся к свите. Брат амазонки перекинулся парой фраз с сестрой и попросил не торопиться, так как пока ничего не ясно. Никалия кивнула и ушла догонять маркизу, быстро побежавшую в сторону туалета.

Мелкого никто ни о чем не спрашивал, и он в составе дружины барона ле Хорстан въехал в город. Местные жители с опаской косились на всадников. Они понимали, что два могущественных землевладельца поделили роли в королевстве. Простым обывателям остается только узнать о нововведениях во время выступления глашатая на главной площади.

Медленно цокая копытами по мостовой, дружинники барона доехали до ворот во дворец. Там их встретили сам маркграф и какой-то темноволосый мужчина. Виктор мельком подумал о том, что он напоминает того человека, которого представили как отца Мелкого. Мужчина взглянул на ряды дружинников и ратников и задержал взор на молодом землянине. Брюнет напрягся, и тут Виктор ощутил, что невеброн, из которого была сделана его броня, начал откликаться и вибрировать. Мелкий не понимал, что происходит. Он постарался взять доспехи под контроль, но, осознав тщетность усилий, резко спрыгнул с коня и обнажил мечи-бастарды. Темноволосый мужчина медленно приблизился к нему и вгляделся в его лицо.

– Мелкий? Ты что тут делаешь? – воскликнул Арсен.

– Арину ищу, – честно ответил Виктор. – А вы действительно тот Арсен, которого представили моим отцом?

– Почему представили? – удивился Арсен.

– Я ваши фотографии в молодости видел, и могу быть уверен, что вас среди борцов не было, – пояснил Мелкий.

– Генерал смухлевал? – спросил Арсен.

Виктор кивнул.

– Вот ведь старый хрыч! А ведь я поверил, что у меня есть сын! Ладно, дела давно минувших дней. А я смотрю, тут какой-то демон с невеброном балуется. Давно оператором в герметичной камере работаешь?

– Я там один раз был, – признался Мелкий, – когда сюда оправлялся. Дед тогда сказал представить себе такое оружие, какое может мне пригодиться в мире меча. Вот я и сделал себе костюм в форме шкуры дракона. Как вам мое творение?

– Честно сказать, больше на змеиную кожу похоже, – усмехнулся Арсен.

– Наверное, не зря меня Черным Змеем назвали, – вздохнул Виктор.

– А бастарды откуда? И глефа какая-то знакомая, – присмотрелся Арсен к оружию Мелкого.

– Я как на полянке появился, так на поиски Арины отправился, – начал рассказывать Черный Змей. – По пути заметил ребенка. Догнал его у какой-то избушки, а он меня в колодец скинул и марилит на помощь позвал. Это трофей. Были у меня два фальшиона и одна глефа, но я их подарил.

– С браслетами? – уточнил Арсен.

– Барону – без браслета, я его потом хану за пайсу выменял, – пояснил Виктор. – А пацану так с браслетами и отдал. Он говорил, что наполовину демон. Отец у него откуда-то из Бездны. Мамаша, правда, нервной оказалась, но я как-то с ними договорился.

– А про мальчика можешь рассказать? – попросил Арсен.

– Шустрый такой, как бесенок. Говорил, что его отец с братом и матерью пришли и бабка собиралась маму в жертву принести…

– Узнаю Маргу, – усмехнулся Арсен. – Ладно, никуда не потеряйся, я тебя кое с кем познакомлю.

– Я пока с дружинниками барона, – ответил Мелкий и вернул мечи в ножны.

Воины наблюдали за его беседой с брюнетом, но никто вмешиваться не торопился. Один из ратников маркграфа подъехал и спросил:

– Откуда ты знаешь благородного Арсена ле Золтодрак?

– А, это мой дядя, – отмахнулся Виктор. Говорить, что он его официальный отец, не хотелось, а дядя – понятие растяжимое.

– Если твоим наставником был этот человек, тогда понятно, откуда ты умеешь так сражаться, – задумчиво сказал ратник.

Мелкий усмехнулся и ответил:

– Скажу тебе по секрету, что наставник у нас обоих один – мой дед!

* * *

Арина скучала. Она из великого воина превратилась в пажа. Почетного стражника караула. Можно много говорить о должности, которую взвалили на ее хрупкие плечи, но охранять беременную королеву – это что-то с чем-то.

Когда Лирталина вышла из комнаты с Арсеном, то у нее выросло маленькое пузико и ее сразу стошнило. Потом был осмотр лекарем. Он зафиксировал, что женщина в тягости более месяца. Сама королева назвала точную дату посещения опочивальни мужа, и по срокам вроде сходилось. Северный правитель дал клятву оберегать будущего наследника, а пока женщина не разрешится от бремени мальчиком, войдет в регентский совет. На должность первого советника он назначил кого-то из приближенных, а остальные вакантные места разделили графы центральных и южных провинций. Королева даже протолкнула кого-то из западной части королевства, но фигура была настолько незначительной, что не стоило даже упоминать о ней. Маркграф стал герцогом востока и назначил дату свадьбы внука Горотара и дочери покойного Валигора ла Крольте́льт. Учитывая то, что девушка должна была носить траур по отцу, празднество отложили на год. Арине пришлось просить Арсена, чтобы он поставил на Верилину магическую задержку на год, а то рождение ребенка до брака могло отразиться на его правах на герцогскую корону.

Вератия поймали и заточили в башню, где он дожидался суда вместе с остроносым. Шпион не дожил до эшафота – повесился в камере. Вроде никаких проблем нет, и Арина скучала. Она стояла рядом с королевой. Та сидела в комнате в окружении разных аристократок, щебечущих о чем-то женском. Периодически слышался смех болтушек, но Арина научилась не обращать внимания на их лепет. Три долгих дня она изображала статую в доспехах. Ученица Арсена начала завидовать Верилине. Златовласка уединилась с Горотаром в какой-то спальне и наверстывала то, чего лишала себя долгие годы вынужденного воздержания. Дочь герцога не сердилась на брата и не хотела его смерти, но возвращать Вератию наследство не собиралась. Скрепя сердце она написала казначею рода, чтобы он подготовил для кочевников крупную сумму денег. Письмо она отправила по реке, а в приписке добавила, что теперь за выполнением обязательств перед ханом и его батырами проследит герцог восточной части королевства. Казначей и глава стражи города Кортар граф ле Бортироз должны понимать, что воевать с Кровавым Жнецом не стоит. Тот факт, что новым герцогом станет его внук, говорил о том, что порядки в центральной части королевства слегка изменятся, но в лучшую или в худшую сторону, покажет время.

Арина продолжала скучать, но Арсен настоял на том, чтобы она неотлучно следовала за матерью его будущего сына. И вот опять королева, как по часам, выскочила из комнаты к небольшому балкону над морем. Арина последовала за ней и тут ощутила опасность, исходящую от молодого дворянина. Он о чем-то беседовал с одной из фрейлин королевы, стоя у застекленной двери на смотровую площадку. Надо сказать, что мода на ночные вазы была развита и тут, но королева предпочитала очищать желудок, перегнувшись через перила. И эстетично, и морской воздух чище, и можно сказать, что просто захотелось полюбоваться на прекрасный пейзаж. Сплошные плюсы, есть только один огромный минус: если сзади приподнять ноги, то человек отправится навстречу волнам с высоты метров пятьдесят. Шансов выжить практически нет. Именно такой несчастный случай уготовил молодой дворянин королеве. Он сделал шаг к перегнувшейся через перила женщине и резко толкнул ничего не подозревающую королеву в спину…

Время остановилось. Арина видела, как Лирталина медленно переваливается вниз. До нее было шагов десять, но Арина вспомнила момент с арбалетными болтами. Они тоже очень медленно приближались к ней. Сейчас случилось то же самое. Арина ускорилась и, схватив падающую женщину за платье, резко выдернула ее наверх. Потом повернулась к дворянину и рывком оторвала ему левую руку. После этого заглянула в наполненные ужасом и болью глаза убийцы и оказалась в его сознании. Образы замелькали в ее голове, но она смогла различить лицо заказчика. Им оказался молодой северный рыцарь барон Ольтан – младший сын герцога Бриана ла Берилве́льт.

Фрейлина, на глазах которой было совершено покушение на королеву, начала визжать. Сама Лирталина даже испугаться не успела, только поглядывала на заляпанное платье. Наконец она осознала, что ей уготовил истекающий кровью убийца, и ее опять стошнило. Перевалившись через перила, она несколько минут приходила в себя. После вытерла рот платочком и подошла к оторванной руке. Брезгливо сморщившись, она сказала:

– Благородный Арин, окажите мне услугу, выкиньте эту гадость с моего балкона.

– С удовольствием, – ответила Арина и, подняв мертвеца, с размаху швырнула в море. Вслед за ним улетела оторванная рука.

Королева с гордым видом отправилась в комнату переодеваться, а Арина по мысленной связи рассказала о происшествии Арсену. Тот вызвал ее к себе. Она нашла его в компании молодого мужчины. Арина к нему присмотрелась и узнала, но виду не подала. Наставник усмехнулся и сказал:

– Ребенок, что стоишь как не родная? Обними сводного брата.

– Дядя Арсен, он сын моей приемной матери, так что по крови мне никто, – четко обозначила свою позицию Арина.

– Давай разберемся, он тебе что, игрушки ломал? – спросил Арсен.

– Нет, он не дал покататься на вороном жеребце, – ответила Арина голосом обиженного ребенка.

Арсен опять заржал и схватился за живот. Ждать, когда пройдет приступ гомерического хохота, она не стала.

– Там королева без присмотра, а я знаю заказчика. Если ничего не предпринять, то Лирталину убьют! Не могу же я постоянно находиться рядом с ней!

– Ребенок, без паники, сейчас ты мне расскажешь подробности покушения, и мы что-нибудь придумаем, – успокоил ее Арсен.

Она описала и повышение скорости, и оторванную руку, и даже то, что видела в сознании убийцы. Мелкий слушал ее, раскрыв рот. Он никак не мог поверить, что перед ним десятилетняя девочка. Наконец он не выдержал и спросил:

– Дядя Арсен, а это точно Арина?

– С утра была ею, – отмахнулся Арсен. – Так, а давай-ка навестим этого сыночка герцога, но только аккуратно. Этот мерзавец мне построенную схему ломает. Если его прибить, то начнутся склоки. Мелкий, ты когда-нибудь видел боевую магию в действии?

– А разве тут есть магия? – удивился Виктор. – Я же спрашивал деда, и он говорил, что тут магический вакуум.

– Не вакуум, но что-то близкое к тому, – пояснил Арсен. – Но у нас есть энергия невеброна, и у тебя ее пруд пруди, так что придется тебя учить.

– Я не хочу, – воспротивился Виктор.

– У тебя браслеты марилит, это тоже магия пространства. Если не хочешь, то выброси их. Нет? Я так и думал, – усмехнулся Арсен. – Старый тебя учил хорошо, но как-то однобоко. Ты же знаешь, что для достижения цели хороши любые средства. Магия – это инструмент. И если у тебя есть возможность использовать ее, то нужно знать как! Пошли учиться!

– А как же барон Ольтан? – спросила Арина.

– Вот на нем и будем учиться, – усмехнулся наставник.

* * *

Нужного барона они вылавливали несколько часов. Он постоянно находился в обществе и тяжело вздыхал, когда по дворцу распространился слух о покушении на королеву. Наконец он уединился с какой-то служанкой. Спальню охраняли его сподвижники, расположившись в соседней комнате, но Арсен, Арина и Виктор проникли туда через тайные ходы. Бедолага даже не понял, что его вынесли в тот самый грот, где подвергся экзекуции ныне покойный остроносый шпион.

Поежившись на холодном полу и не обнаружив под боком служанку, голый барон проснулся. То, что он увидел, его озадачило. Осмотревшись по сторонам и осознав, что он в каменном мешке, Ольтан прямо посмотрел на Арсена и спросил:

– Вы понимаете, что отец с вами сделает?

– Просвети.

– Я его любимый сын. Он меня будет искать и обязательно отомстит вам. Он выпустит ваши кишки, а из черепа сделает чашу, из которой будет пить вино на пирах!

– Чаша – это банально, – усмехнулся Арсен. – Я бы мог долго рассказывать о пытках ради получения сведений. О пытках ради развлечения. О пытках ради научного интереса. Это я умею. Я могу утомиться тебя пытать, и ты будешь молить о смерти. Но это не имеет никакого значения. Ты пытался убить мать моего сына. Это плохо. Очень плохо.

– Вы обманули отца! Он лишился короны!

– Он сам не хотел ее, – прервал его Арсен. – Скажи, герцог собирался убить королеву? Давай так, ты рассказываешь мне правду, а я не делаю из тебя безумца. Это ведь не очень хорошо, когда отважный воин сходит с ума. Когда он гадит под себя. Что это за жизнь? Так, существование. А если мне придется добывать сведения из твоей головы, то ты сойдешь с ума. Скажи, ты мне веришь?

– Так это правда! Ты – Враг людской! Значит, эти жрецы были правы! Это ты ранил их бога? – спросил барон.

Арсен кивнул.

– Жаль, не добил. У меня любимая была. Пропала в монастыре. Я так понимаю, отец тебя убить не сможет. Понятно. То есть в королевстве утвердится злой король?

– Не обязательно, – усмехнулся Арсен. – Я сторонник справедливости.

– А если что не так, то голова с плеч? Понятно. Отец мою идею не поддержал. Я только намекнул, и он, и старший брат возмутились и напомнили о клятве. Я сказал, что это просто предположение, а сам нашел одного ученика паладинов и предложил провести его во дворец. Он согласился и сказал, что жрецы Единственного помогут взойти мне на трон, чтобы я продвигал их веру. Я согласился, но собирался утопить этого тупицу в нужнике.

– Кто знает о том, что ты организовал покушение? – спросил Арсен.

Арина видела по ауре барона, что тот не лжет. В принципе и наставник утвердительно кивал, не почувствовав фальши.

– Мой молочный брат Бренд.

– Больше никто? – уточнил Арсен.

Тот вспомнил и добавил:

– Один мой дружинник привел меня к этому ученику паладинов. Больше никто.

– Хорошо. Вот видишь, как просто. С этого дня ты будешь защищать интересы королевы. Выявлять тех, кто пытается причинить ей вред, и тихо убирать помехи. Ты теперь слуга королевы. Подойди.

Ольтан на негнущихся ногах подошел к Арсену. Тот заглянул ему в глаза и какое-то время всматривался вглубь. Затем барон развернулся, и наставник начертил у него на затылке печать подчинения.

– Ребенок, отведи его обратно в объятия служанки. Он забудет о том, что тут с ним случилось. Какое-то время будет ворчать на королеву, а потом начнет служить не за страх, а за совесть. Того стражника мы слегка допросим, и если он непричастен, то пускай живет.

– А молочный брат? – уточнила она.

– Этот ведомый, – пояснил Арсен. – Делает то, что говорит барон. Я его на всякий случай тоже подчиню, но особой роли он не играет.

– Дядя Арсен, а где боевая магия? – спросил Мелкий.

– Вот это и была самая хорошая боевая магия, – усмехнулся наставник. Он начертил на лбу Виктора знак, и парень чуть не ослеп, увидев вихри энергий, носившихся вокруг Арсена и Арины. – Теперь видишь?

– Да! Что это? – воскликнул Мелкий.

Арсен покачал головой и смачно выругался:

– Это же надо было отправлять сюда настолько однобокого бойца! Этот Старый совсем обленился! Даже Арина без подготовки знала больше, чем ты! Так, расслабься и получай порцию незабываемых ощущений!

– Я не хочу-у! – попытался воспротивиться Виктор, но Арсен схватил его за голову и заглянул в глаза.

Арина наблюдала за тем, как тело сводного брата обмякло, но наставник крепко держал его, не позволяя упасть на пол.

– На сегодня хватит, – произнес Арсен. – Как думаешь, ребенок, ему нужна внутренняя сила или отпустим его в свободное плавание?

– Я не знаю, но он слишком самонадеянный и тщеславный, – сказала Арина. – Этот невеброн действительно так ценен?

– Ребенок, в тебе его немного, но даже так ты чувствуешь себя неопустошенной, – пояснил наставник, – а в его доспехах его в сотню раз больше. Если я впитаю его в себя, то легко смогу превратиться в дракона и разрушить столицу. С теми запасами, что есть у тебя, я максимум, что смогу сделать, – это маленького дракончика. Так, детеныша.

– Но этот невеброн принадлежит ему, – вздохнула Арина. – Я не хочу пользоваться его силой. Мне это не нравится. Это плохо. Я лучше сама попытаюсь освободить маму и папу, но я считаю, что нужно его отпустить.

– Вот за что я тебя люблю, ребенок, так это за твою непосредственность. Ты самый замечательный ребенок на свете! – улыбнулся Арсен. – Да будет так! Мелкий сам решит, пойдет ли он с тобой вызволять твоих родителей из плена или отправится восхвалять себя, любимого. Где находится мой внук, теперь я знаю, так что осталось найти сыновей. Но сначала Единственный бог!

Глава 18

Долгие недели морского путешествия подошли к концу. Виктор рассматривал стены Жемчужины Востока и Запада столицы империи Калстахия, главного города Калстахиграда. Величие и роскошь. Именно это показывали огромные башни – Золотые ворота. У величественного строения было много названий, но Мелкий не испытывал должного почтения к искусству местных зодчих. Он знал, что тут завершится его совместный поход с Ариной и дядей Арсеном. После первого получения знаний Виктор несколько раз находился под гипнотическим внушением. А дед его уверял в том, что парень практически не поддается гипнозу. По крайней мере, Александр, штатный гипнолог команды, так и не смог пробиться в его сознание. И тут такое разочарование. Его, словно бабочку, пришпилили к стене и выпотрошили, словно животное на бойне. Это было позорно.

Арсен показал, как защищаться от прямых атак, а когда Мелкий возомнил себя асом и бросил вызов наставнику, тот снова выпотрошил его сознание. После этого научил отбиваться от рассеянного внушения. В следующий раз Виктор остерегся хвастаться и просто методично нарабатывал практику в гляделках. Противником он выбирал себе Арину, которую также не мог продавить. Да и не его это. Не заточен мозг под магию. Он просто не понимал, что нужно делать в той или иной ситуации. Вроде знаний много, а вот как применять, непонятно.

Для тренировки сознания и скорости мышления Арсен давал ему двузначные числа для умножения. Вроде даже показал способы ускоренных расчетов, но Мелкий тупил. Просто мозги отказывались воспринимать информацию. А в Суворовском он хорошо учился. Знал математику, физику, ему легко давались языки, но тут знание было гораздо объемней. «Это тебе не мечом махать», – усмехнулась как-то Арина. Хотя мечом, как оказалось, он машет тоже посредственно. Нет, амазонку Никалию и Брилона он побеждал часто, и даже Арину несколько раз, а вот их новую спутницу мулатку Маркитарену с ее боевой косой он так ни разу не задел. И это двумя мечами. Про глефу даже говорить не приходилось. Там счет шел на секунды. Удар, подскок, подсечка, и он опять на палубе. Чистая победа!

Появление этой женщины вызвало недоумение у Арины, но, когда она узнала, как зовут мулатку, так выразительно посмотрела на Арсена, что тот пожал плечами и сказал: «Жена все-таки, хоть и бывшая». Виктор удивлялся, почему не видел Маркитарену во время торжественного отплытия.

В порту их провожали с почестями. Грайден из рода Дракона, получивший титул восточного герцога и приставку «ла» в качестве обозначения его статуса, маркиза ла Парсар, оба внука Горотар и Гирадор. Даже Верилина ла Крольтельт в обнимку с одним из братьев. Королева прислала герольда и заявила, что будет рада их принять во дворце в любое время. Грайден извинился за то, что не может идти за головой магистра паладинов, но пообещал, что отправит сына хана Карадая пощипать северные границы империи. Это должно слегка отвлечь армию империи, но на серьезную помощь рассчитывать не приходится. Не в том положении Грайден, чтобы бросать имеющиеся силы на спасение предка. Не потянет он. Максимум, на что можно рассчитывать, – это небольшое отвлечение внимания.

Арсен это понял и не обижался. Он только пожал плечами и сказал, что попробует справиться собственными силами. Арина надулась, как маленький ребенок, и даже пробурчала что-то насчет мести за Грэга, но вскоре успокоилась. Она понимала, что горсткой воинов войну с империей не выиграть, а потерять вновь обретенную семью было бы не очень хорошо. Арсен объяснил, что для освобождения родителей Арины не нужна армия вторжения, должно хватить команды диверсантов. И если знать, куда бить, то можно свалить даже мамонта.

Виктор до сих пор не верил, что это та самая десятилетняя девочка, за которой его отправил дед. Старый, отправляя внука в путь-дорогу, сказал, что Мелкий для девочки не нянька. Как только она обретет родителей, то можно оставить ее в покое и идти добывать славу. Увидев ее взрослой, он слегка опешил. Как такое может быть? Ведь барон видел ее несколько месяцев назад, и тогда она была ребенком, а теперь это взрослая девушка. И хотя его не тянуло к ней и она не вызывала плотских желаний, Виктор понимал, что Арина почти женщина. Она волнует Брилона, и это было заметно. Хотя надо сказать, что амазонка умело манипулировала графом. Мелкий даже сумел определить момент, когда ле Сэдвор провел ночь с Никалией. В тот день он ходил сам не свой по кораблю и стеснялся поднимать взор на Арину. Сводная сестра это тоже почувствовала, а Арсен подошел к Брилону и сказал, что тому нужно учиться ставить щит, а то похождения всяких блудливых котов мешают людям спать.

Путешествие Мелкому понравилось. Он вспомнил, как в детстве вместе с дедом бороздил волны под парусом на яхте. Только они вдвоем и море. Старый обучил его работать с такелажем, и юный отрок приходил в восторг от ощущения свободы. Тут корабль волны не рассекал, а потихоньку на них взбирался. Пассажиров было немного, и большую часть составляли купцы. Капитан выбрал самый разумный маршрут для такого типа судна. Нечто похожее на каравеллу и бочонок плелось медленно и печально вдоль берега. Сначала на запад, потом плавно повернуло на юг. В географии этого мира столица империи находилась приблизительно на месте земного Константинополя. Если представить, что Черное, Каспийское и Аральское море соединили по бассейну реки Дон и Прикаспийской низменности, то получится нечто похожее на Имперское, Срединное и Степное моря. Конечно, это не точное описание, но между Степным и Имперским морем так же находился горный массив. Официально он принадлежал султанату Артилия, но на самом деле каждый князь тянул одеяло на себя. Именно поэтому капитан выбрал северный маршрут. Там вроде поспокойней и разбойники-пираты реже шалят. Виктор мечтал о том, чтобы им встретились такие вот экспроприаторы. Тогда бы он явил удаль, и Арсен бы осознал, что Виктор-Карадрак-Кара-Кхалм-Батыр не хвост собачий. Но к печали или к радости, на них никто не напал, и вот они в столице империи славном городе Калстахиград.

Порт «порадовал» вонью гнилых водорослей и тухлой рыбы. Всюду грязь, отбросы и разные нечистоты. Виктор обратил внимание на то, что его спутники идут и не морщатся. Даже слуги и охранники графа. Он не понимал, в чем дело, и заглядывал каждому в область носа, пытаясь найти тайные респираторы или нечто похожее. Даже амазонка, глубоко вдохнув грудью, произнесла:

– Какой аромат!

– Какой такой аромат? – удивился Виктор. – Жуткая вонь!

Мулатка поглядывала то на парня, то на Арсена, а потом спросила:

– Это я одна ничего не понимаю? Почему он фильтры не ставит? Не умеет? Так подскажите! Или сами поставьте.

– Он умеет, только тупой! – ответила Арина. – Мелкий, тебя чему учили? Раскрой глаза и посмотри на нас.

Виктор сосредоточился, и опять у него зарябило перед глазами. Появились какие-то энергетические потоки. Не сказать, что мощные, но кое-что туда-сюда носилось. После Мелкий присмотрелся к лицу Арины и увидел странную светящуюся закорючку. Он даже знал, что эта штукенция называется дыхательный фильтр, который работает лучше любого респиратора. И самое главное, Виктор знал, как его делать, по крайней мере теоретически.

Виктор остановился и попытался мысленно представить перед собой точно такую же печать фильтра. Даже руками начал махать, чтобы хоть как-то справиться с заданием. Арина наблюдала за его несуразными действиями и чуть не рассмеялась. Мужчина, отмахивающийся от насекомых, привлекал внимание, и тогда Арина сама поставила фильтр и потянула его догонять остальных путешественников.

Из переулка вышли три человека и преградили им дорогу. Они довольно вежливо попросили поделиться с ними имуществом. Мелкий настолько удивился, что не знал, как ответить, а Арина рассмеялась и спросила:

– А почему вас только трое? Ведь перед вами великий Виктор-Карадрак-Кара-Кхалм-Батыр! Он троих только до завтрака убивает!

Сзади подтянулись еще четверо. Эти держали в руках короткие мечи, чем-то напоминающие акинак. Арина отошла к стене и сложила руки на груди, взглядом показывая Мелкому, что пора бы что-нибудь предпринять. Это в походе он воин и перед ним враги, а тут город. Здесь есть стража, которая должна разбираться с такими вот несознательными элементами. Однако представители закона на выручку не спешили, и парень решил, что пора бы показать, что значит задевать Черного Змея. Фраза Арины «А без оружия слабо?» вывела Виктора из равновесия. В принципе он умел драться и так, но дед предупреждал, что такие выходки чреваты серьезными последствиями. Однако ему очень хотелось доказать этой наглой выскочке, что Виктор заслужил имя не просто так. Он включил режим мерцания и за несколько секунд разбросал грабителей. Когда Виктор собрался уходить, Арина спросила:

– А где контроль? Тоже ручками!

Одно дело – бой, а другое – убийство. Это как-то уж слишком. Он отрицательно покачал головой, и тогда Арина хмыкнула и каждому налетчику сломала шею. Виктор опешил от действий десятилетней девочки. Ребенок так поступать не должен! Это неправильно! А как же политкорректность и разные меморандумы о правах человека? Куда смотрят борцы за свободу личности?

Арина пошла вперед и махнула рукой, мол, догоняй. Мелкий шел, словно его пыльным мешком по голове шарахнули. Так его никто не унижал. Вот просто взяли и мордой в…

– Мелкий, – окликнул его Арсен. Он почему-то шел с места драки и убийства семерых грабителей, – запомни, тут вокруг враги. Если оставить хоть одного за спиной, ты умрешь. Это закон каменных джунглей. Старый тебя просто тренировал. Он не готовил тебя к жизни в этих мирах. Да, он научил тебя всяким приемам, но ты хуже, чем ребенок, ты малое дитя. Тебе дали в руки игрушку и сказали: развлекайся! Там на Земле ты убивал людей? Выпускал им кишки?

– Нет, я сражался с паладинами и наемниками здесь. Лицом к лицу. Я убивал и видел размозженные черепа и отрубленные головы, но тут это как-то слишком. Это было хладнокровное убийство, – с потерянным видом проговорил Виктор.

– Если бы ты убил их в бою, то добивать бы не пришлось, – сказал Арсен и заявил: – Отныне и впредь ты будешь убивать врагов с одного удара. Заслужи имя Алыг-Сар. Стань Головорезом! Срубай головы начисто, и не придется контролировать. Понятно? И не надо никого жалеть! Они хотели забрать то, что принадлежит тебе, – твое имущество. Они пытались убить тебя, то есть опять забрать то, что принадлежит тебе, – твою жизнь! И главное, как они посмели усомниться в твоем имени? Ты же получил его не за хвост собачий! Ну, не обижайся, Виктор ли Карадрак. Длинные имена с разными прозвищами имеют вес в степи, а тут цивилизация, мать ее так! Если убиваешь кого-нибудь, то не обязательно сообщать, что именно ты лишил мерзавца жизни. Зачем тебе лишние проблемы с представителями власти? Тут как, стражники получают мзду с грабителей, и если те не зарываются, то особо их не ловят. Кто потом будет давать денежки на разные вкусности? Так что если ты вдруг прибьешь какого-нибудь преступника и закричишь, что на тебя напали, то в тюрьму посадят именно тебя, так как ты лишил жизни законопослушного гражданина империи. Ведь ты сегодня здесь, завтра там, а стражник расстроится, так как ты лишил его законного, как он считает, заработка, то есть малой мзды. Так что, «уходя, гасите всех». Вообще в идеале нет тела – нет дела. Но тащить на себе семь трупов через город было бы слишком утомительно. И возьми себе за правило: «Напортачил? Убери». В этот раз мне пришлось за вами убирать и складывать тела в переулок. Я разложил их так, будто они слегка притомились или спят после пьянки…

– А это законно? – задал глупый вопрос Виктор.

– Ох, какой же ты пока мелкий! – тяжело вздохнул Арсен. – Неужели ты думаешь, что сюда прибудут эксперты-криминалисты и будут изучать место преступления с лупой и фотоаппаратами? Нет! Пройдет патруль стражи. Эти балбесы наплюют и натопчут тут. Потом матюгнутся, из-за того что кто-то лишил их лишних медяшек. И если не найдут свидетелей, то просто сообщат могильщикам, где лежат трупы. Все! Не оставляй живых свидетелей. Ясно?

– Так точно! – вытянулся по стойке «смирно» Виктор.

Арсен тяжело вздохнул и пообещал:

– Ох, Мелкий, Мелкий, пороть тебя буду! В воспитательных целях!

И самое странное, что Виктор поверил.

* * *

Арина наблюдала за тем, как наставник отчитывает этого горе-воителя, и думала:

«Нельзя сказать, что Мелкий плохо дерется. Напротив, в бою он был великолепен. Скорость, реакция, точность ударов. Все хорошо, кроме одного – он оставил врагов за спиной. Да, это портовые крысы, и у них нет никакого влияния в столице, но кто знает, как отнесутся стражники к трем мертвецам, которых приложил Виктор об стену. Ведь оставшиеся четверо обязательно опишут убийцу, и то, что не он начал первым, особой роли не играет. Изначально я надеялась, что обойдется без смертей, но коль уж убил одного, то нужно добивать остальных. Пока мы плыли на корабле, Арсен предупредил не обнажать клинки при свете дня. Он рекомендовал удары по болевым точкам и переломы шейных позвонков. Так проще, и отмываться от крови не придется. Но я забыла о том, что этот парень невероятно силен, и, хотя в нем нет крови из совершенного, чьим телом пользуется сознание Арсена, Мелкий и сам не промах. Его тренировал учитель наставника. Надо сказать, гоняли парня неплохо, и в мире без магии он чувствует себя нормально. Одна беда – цивилизация не его конек. Если оставить Мелкого без поддержки, то через пару дней за ним будут гоняться не только разные бандиты, но и стража подключится. Хотя, скорее всего, он сам придет к представителям закона и окажется в тюрьме, понадеявшись на справедливость судебной системы. Наивный. Действительно малое дитя! Вот в степях бы он чувствовал себя великолепно. Убил врага. Прокричал, что это сделал он, и заслужил уважение. Он великий батыр. Черный Змей!

Одного не могу понять: как он додумался отрубить семьсот голов и отправить их в столицу? При его-то человеколюбии? Странно. Наверное, не все потеряно и есть в нем потенциал настоящего хищника. Пусть не дракона, но этот зверь тоже чего-то стоит. А ведь и с шестирукой марилит справился. Пусть не с матерой, но шесть клинков против двух. Талант. Нужно только его слегка обстругать, и налет цивилизации слезет, обнажив нутро кровожадного, но довольно справедливого монстра. Радует, что заниматься этим самой не придется. Мы и так выбиваемся из графика. Нужно осмотреться и до праздника зимнего солнцестояния освободить маму и папу. А такие дела с наскока не делаются. К тому же Брилон начал раздражать. И хотя я рада за подругу, но его виноватая физиономия выводит из себя. Не говорить же ему, что мне десять лет? Я пока ребенок.

Арсен оказался прав, я слишком маленькая, чтобы любить и быть любимой. Есть во мне детская обида на того, кто обещал руку и сердце, а чуть что, сразу переметнулся к доступной амазонке. И Никалия тоже хороша, ведь знала, что он мне нравится, но ведь увела. Хотя слова Арсена „значит, так было надо“ иногда просто бесят! Сам-то тоже молодец, как ловко он Маркитарену в браслете спрятал, а я-то думала, что он ее в море выбросил. Наивный ребенок! И ведь где-то энергию нашел для поддержания мулатки в стазисе. Тоже жук! Хитрый и продуманный! Хорошо, что он мне не враг, не то бы я даже дня не прожила. Наверное, действительно любит, как дочку. Или как сына. Дочерей способам убийства не обучают, а этот ничего так, разные тонкости дает. Даже слабости демонов описал. Зачем? Что я тут, марилит и гористо буду рубить? Хотя! Мелкий же столкнулся. Чем черт не шутит? У жрецов демонология развита. Вон даже принцессу Бездны притянули на свою беду.

А эта дрянь хороша! Она меня тонким слоем по палубе размазала и даже потопталась. И ведь даже ускорение не помогло, мулатка сама мерцать умеет. Она в этом режиме раза в два дольше меня держалась. Одна радость, против Арсена Маркитарена никто. Он демоницу по палубе погонял и в каюту пошел продолжать „наказывать“. Тоже котяра! Бабник! Кобель! Убила бы! Хотя взрослый дядька. Ему можно. Как-никак, жена, хоть и бывшая. Как бы они в процессе наказания очередного сыночка не сделали. Хотя какое мне дело до их шалостей. Лишь бы помогли маму с папой освободить, а там пусть катятся на все четыре стороны…»

– Сердишься? – спросил по мысленной связи Тристан.

– Ревнует, – поправил Кораций.

– Кто? Я? – удивилась Арина.

– Ты, конечно! – ответил Кораций.

– К кому? – спросила она.

– К Могучему! – пояснил Кораций.

– Нет, к Брилону, – вставил Тристан.

– Вам показалось! – опровергла обвинения Арина.

– А вот и нет! – со смешком сказал Тристан.

– А вот и да! Вам показалось! Закрыли тему! – чуть ли не прорычала она.

– Не расстраивайся, – попытался поддержать ее Кораций, – ты пока маленькая. Будут в твоей жизни другие ухажеры!

– Я не ревную! И ухажеров мне не нужно! Я большая! – ответила Арина.

– Ой, ну что ты как ребенок обижаешься! – добавил Тристан.

– Я не обижаюсь! Я думаю! – ответила Арина.

– Думать вредно! – глубокомысленно изрек Тристан. – Нужно действовать!

– И как же я должна действовать? – язвительно поинтересовалась Арина.

– Ну, не знаю, я обычно кого-нибудь убивал, и становилось легче, но тебе такой способ не подойдет. Значит, нужен танец с тенью! – придумал Тристан.

– Мы пока не дошли до какого-нибудь трактира, так что танцевать негде. Но идея мне нравится! – ответила Арина.

– Мы дошли, – сообщил Кораций. – Спорим, что вы остановитесь именно тут?

– С чего ты взял? – спросила Арина.

Опыт постоянных поражений в споре у нее был. Кораций словно чувствовал, что должно случиться, а Арина ему не верила. Но спустя энное количество споров научилась принимать его слова на веру.

– Посмотри на купца с рыжей бородой. Видишь рядом с ним рабыню? Такая черноволосая восточная красавица с бубонами в прическе. Заметила? А теперь посмотри на нижнюю часть ее живота. Что ты видишь? – указал Кораций.

– Девушку вижу. Красивая. На животе поясок… – перечислила то, что видит, Арина.

– В энергетическом плане смотри! – указал на ее ошибку архимаг.

– Да, что-то странное. Линии в замок сворачиваются. Что это? Я такое впервые вижу! – удивилась Арина.

– Печать невинности, – сообщил Кораций.

– И что это такое? – спросила она.

– Пояс целомудрия! – добавил Тристан и пояснил: – С этой девушкой нельзя заняться любовью. Только как с юношей!

– Фу, какая гадость! – фыркнула Арина. – Ну и зачем вы мне ее показали?

– Арина, Арсен прав, ты – ребенок! Протри глаза! В мире с энергетическим вакуумом магическая печать! И причем свежая! Ей года полтора! – воскликнул архимаг Кораций. – Как думаешь, Арсен может пройти мимо такого подарка?

– Не может! – констатировала Арина и увидела, как напрягся ее наставник.

Очень скоро они поселились в караван-сарае для купцов. Там не было удобств. Просто огромный двор, огороженный высокими стенами, в котором располагались повозки и животные каравана. Напоминал стоянку для фур дальнобойщиков. А учитывая то, что ее спутники аристократы, то им по статусу тут быть не положено. Не их формат. И это сразу было заметно. У Брилона даже оруженосец и пять слуг-охранников с собой остались. Остальных пятерых он потерял в битве с паладинами. Но все-таки целый граф из королевства Фидарон, и вдруг рядом с купцами. Хотя богатые путники имеют право на собственные причуды, даже такие своеобразные. А денег у них достаточно. И пусть монеты отчеканены в королевстве Суролтар, они остаются золотом и серебром.

Арине стало интересно, как называть владельца заведения: трактирщиком или каравансарайщиком? Не придя ни к какому определенному выводу, она решила остановиться на обращении «уважаемый» – именно так и поприветствовал его Арсен.

– Уважаемый, благородный граф Брилон ле Сэдвор прибыл издалека, чтобы насладиться сиянием Жемчужины Востока и Запада Великолепной столицей мира городом Калстахиград. Не соблаговолите ли ответить, уважаемый, сможет ли благородный аристократ занять в вашем, несомненно, восхитительном заведении место для ночлега?

– Чужеземец, ты, видимо, не знаешь, что в караван-сараях останавливаются купцы с караванами. Они проделали долгий путь и желают насладиться обществом собратьев по ремеслу. Рыцари считают такие места недостойными их, без сомнения, длинных родословных, – ответил вежливо владелец заведения. С таким миролюбивым выражением Арсена никто не посылал. – Там дальше по улице находится вполне достойный для столь знатных особ трактир.

– Уважаемый, ты, видимо, плохо понял, – продолжал вежливо говорить Арсен, – мой родич Грайден ле Дракон порекомендовал именно это место, где мы смогли бы насладиться миром и покоем в замечательной столице.

– Это ты меня плохо понял, чужеземец, – настаивал владелец, и тут Арина заметила, как Арсен наслал на него какое-то заклинание. – Мы рады гостям! Располагайтесь, где вам будет удобно. Чего еще желаете?

– Услуги менялы и ювелира, – четко ответил Арсен.

– Что желаете продать? – продолжал глупо улыбаться владелец.

– Так, по мелочи. Я был бы очень благодарен уважаемому, если бы он послал знающего цены проводника. Благородному графу не пристало разбираться в торговых делах, – обозначил желания Арсен. – Брилон, отряди парочку охранников со слугой. Пусть сходят и разменяют золото на местные серебро и медь. Привлекать к себе внимание не нужно. Постарайтесь ни во что не влипать.

– Я тоже схожу, – предложил Мелкий.

Арсен отмахнулся:

– Нет! Тут сиди! А то нарубишь дров, а нам потом отмазываться.

– Но я сильный! – обиженно проворчал Виктор.

– Ты – мелкий! – отрезал Арсен и повернулся к владельцу: – Я вот что хочу спросить, уважаемый…

Арина слушать не стала, так как поняла, что этот каравансарайщик сейчас расскажет Арсену то, что он хочет знать. Засорять ненужными подробностями голову она не хотела. Арина решила понаблюдать за красивой кайтаянкой с печатью невинности.

Купец, с которым она заметила девушку, был похож на обычного белого мужчину, то есть, по ее понятиям, европеоид, только смуглый, бородатый и толстый. Нечто среднее между турком и арабом. Некоторые таких людей называли ассирийцами. Курчавая борода была окрашена хной в рыжий цвет, и купец постоянно ее поглаживал. Он с интересом смотрел на могучего рыцаря, рядом с которым крутились амазонка и мулатка. Оценив стати девушек, рыжебородый подозвал слугу и спросил, на каком языке говорил граф. Узнав, что воин из королевства Фидарон, он подозвал кайтаянку и через местного прислужника пригласил графа к диванчику под навесом. Он попытался говорить по-фидаронски, но разговора не получалось, тогда Брилон подозвал Мелкого. Тот легко общался на чинзарском, каридаростанском и басторском языках. Но как оказалось, собеседники знали имперский и перешли на него.

Купца звали Перисар, сын Агласара, и он прибыл из шахства Чинзар. Он рассказывал много разных историй о родине и не говорил ничего ценного. Пока они общались, успел уйти в город и вернуться обратно Арсен. Охранники графа притащили мешок серебра и сложили его в расставленном шатре Брилона. А разговор ни о чем продолжался. Наконец купец поинтересовался происхождением столь очаровательной воительницы и не желает ли обворожительная амазонка навестить славный Чинзар. Мулатка его внимание не привлекла, так как южный берег великого центрального моря был заполнен разного рода темнокожими людьми. Были там с оливковой кожей, были шоколадные, но в основном мулаты. Их полно. Но на роль рабов их старались не брать, так как народы воинственные и агрессивные. Их предпочитали использовать на войне или на аренах. Сильные, выносливые и совершенно беспощадные люди.

Перисар интересовался, а есть ли в западных королевствах рабы? Брилон ответил, что есть, но он старался не пользоваться их услугами, так как не верил тем, кто выполняет работу из-под палки. Как только затронули тему рабства, к разложенным на диванчиках коврам подошел Арсен и, представившись соратником графа, расспросил купца о кайтаянке.

– А это моя любимая переводчица, – сообщил Перисар. – Я выкупил ее у одного степного хана. Она дочка опального мандарина. Ее отправили в качестве невесты важному сановнику. Но на караван напали дикие горцы центрально горного хребта. Они хотели вернуть ее за богатый выкуп, но сановник не пожелал заплатить. Потом отправили послание ее отцу, но к тому моменту он попал в опалу. Тратить деньги на одну из дочерей не посчитал нужным. Обиженные горцы хотели взять ее в жены, но перед отправкой к сановнику на нее наложили печать невинности. Появилась новая мода в княжествах Кайтая. Только специальный ключ может отворить врата дивных кущ этого цветка. Во время нападения горцы перебили мужчин, и ключ был утерян. Каяна-фиота осталась девой. Тогда горцы продали ее степному хану, не сказав, что ее нельзя завести в шатер для наслаждений. Хан очень рассердился и отдал ее дочке. Та использовала Каяну-фиота как простую служанку. Настал срок, и дочь хана вышла замуж и забрала ее с собой. Муж хозяйки также попытался насладиться цветком и, не получив радости, приказал зашить ее в бычью шкуру и оставить на жаре. Но так получилось, что я был в его улусе по торговым делам и выкупил ее себе. Дикие степняки не знали, что невест сановников обучают разным видам наслаждения и вовсе не обязательно погружаться в кущи цветка, чтобы ощутить прелесть ее умелого языка. А то, что она знает множество наречий Кайтайских княжеств, доставляет мне дополнительную радость.

Арина скривилась от пошлых подробностей. Эта красивая девушка была спокойна и уравновешенна. Она не реагировала на то, как описывал ее навыки купец. Кайтаянка просто стояла и слушала. И самое главное, понимала, о чем говорят. Арсен посмотрел на Каяну-фиота и спросил на ее языке:

– Ты сможешь рассказать, кто ставил тебе печать невинности?

– Да, господин.

– Что ты хочешь за рассказ? – поинтересовался Арсен.

– Что пожелает мой хозяин. Я принадлежу ему, господин.

– А хочешь, я дам тебе ключ от заклинания? – предложил Арсен.

– Нет, господин.

– Ты не хочешь стать матерью? – приподнял бровь Арсен.

– Я не хочу такую судьбу будущим детям, господин.

– У меня сильный акцент? – спросил Арсен просто так.

– Нет, господин.

– Перисар, сын Агласара, ты же понял, о чем мы говорили с твоим цветком? – повернулся Арсен к купцу.

– Да, вы очень хорошо говорите на этом языке, – ответил он на имперском.

Арсен перешел на чинзарский и продолжил спрашивать:

– Она понимает ваш родной язык?

– Да, она очень быстро учится, – самодовольно сказал Перисар.

– Маркитарена, не в службу, а в дружбу, купи эту девушку, – с улыбкой попросил Арсен.

Арина сначала не поняла, зачем он это сделал, так как знала, что купцы предпочитают вести дела с мужчинами, а женщин ни во что не ставят, считая красавиц украшением гаремов. А потом случился разрыв шаблона – мулатка так резво взялась торговаться, что Арина чуть не упала с диванчика. Битва прожженных торгашей длилась долго. Брилон и Никалия давно удалились в шатер, Мелкий клевал носом, Арсен наслаждался ситуацией. Сама Каяна-фиота стояла как застывшее изваяние. Арина наблюдала всполохи различных цветовых оттенков, которые пробегали по ауре девушки. Это говорило о том, что кайтаянка внимательно слушает разговор. Арина восхитилась ее выдержкой, предположив, что Каяна-фиота – йог. Наконец битва завершилась. Перисар с уважением взглянул на мулатку и, переведя взгляд на Арсена, сказал:

– Теперь я понимаю, почему именно ее ты попросил купить мою рабыню. Такого развлечения у меня давно не было. Сравнить дивный цветок с облезлой колючкой могла только красивая женщина. Знай, о прекраснейшая пери, когда тебе начнут надоедать измены твоего мужчины, ты сможешь найти приют в доме Перисара, сына Агласара. Я даже не буду настаивать на ублажении моих чресел, лишь бы ты могла показать талант во время переговоров с упрямцами!

Маркитарена расхохоталась и повернулась к Арсену:

– Вот видишь, меня уважаемый Перисар оценил, не то что ты! Я талант!

– Разумеется! – улыбнулся Арсен. – Я это знал. Уважаемый Перисар, вынужден тебя огорчить, эта женщина считается принцессой. Она пока в изгнании, но скоро обязательно вернет трон. Так что сам понимаешь – эта торговля для нее всего лишь развлечение. Но за что бы она ни бралась, все у нее получается превосходно. Я тоже получил истинное наслаждение от общения с тобой. Вот нужная сумма. Сегодня я бы хотел забрать этот дивный цветок с собой.

– Да, вы разбили мне сердце, но принцесса на службе купца – это, конечно, не очень правильно, но, о прекраснейшая пери, если тебе наскучит править, то знай, для тебя мои двери открыты. Каяна-фиота, иди с ними. Теперь он твой хозяин.

Арина встала с диванчика и чуть не завалилась обратно. «Интересно, а у купцов такие же проблемы с подъемами?» – подумала она и сопроводила кайтаянку в палатку. Через пару мгновений из шатра Арсена послышались бурные стоны Маркитарены. Арина задумалась и вынуждена была признать, что жутко ревнует.

Глава 19

Следующие несколько дней они кочевали из трактира в трактир. Потом арендовали дом с большим двором, где смогли разместиться участники похода. Арина проводила дни в напряженном ожидании, но вокруг ничего не происходило, и она постоянно оттачивала мастерство в танце с тенями. Иногда к ней присоединялись Мелкий, Брилон и Никалия. Они проводили тренировочные бои. Арсен, проходя мимо, посмотрел на поединки и слегка усложнил задачу. Он попросил охранников и оруженосца графа построиться строем и, прикрывшись щитами, атаковать Арину и Мелкого – нужно было наработать взаимодействие в паре. И ученица Арсена, и ее сводный брат понятия не имели, как действовать, и, несмотря на превосходную реакцию, с большим трудом отбивались от пятерки щитоносцев. А если охранниками начинал руководить Брилон, то поражение становилось неизбежным.

Обычный распорядок дня в их жилище был таким: Арсен и Маркитарена уходили в город и изучали подходы к темнице главного храма, а остальные члены импровизированного отряда тренировались. Хотя иногда слуги графа учились быстро седлать коней. Конюх ворчал, но Арсен выразительно на него посмотрел, и теперь охранники седлали коней на время.

Прислуга, живущая в доме, не задавала вопросов. Хозяином поместья был купец. Он уехал в западные королевства по торговым делам на несколько месяцев. Соседи к постояльцам тоже не лезли, так что арендаторы были предоставлены сами себе.

В один из вечеров мулатка вернулась из города раньше Арсена и, подсев к Арине, начала рассказывать о жизни. Она поведала о том, как познакомилась со стражем портала. После она затронула тему женщин Арсена и рассказала о «легендарной тапке». А чуть позже поделилась секретом, что в одну из ночей сама Маркитарена приняла облик Арины и попыталась соблазнить Арсена, за что получила по попе и строгое предупреждение. Он утверждал, что с ребенком он ни-ни!

Арина слушала эту историю и понимала, что ее неосознанные желания развеялись, как утренний туман. Девочка сама не понимала, чего хочет. Демоница коварно улыбнулась и предложила выход: Арина, если очень хочет, должна принять облик мулатки, но для этого ей нужно поделиться кровью с Маркитареной, как она сделала с королевой и златовлаской. Девочка, как под гипнозом, достала кинжал и тут услышала смех духов-хранителей. Арина потрясла головой, и навеянные чары пропали. Впервые в жизни она увидела чешую дракона на руке. Заостренные когти схватили демоницу за горло и чуть не разорвали трахею мулатке. Принцесса Бездны испугалась. В ее глазах плескался океан ужаса, и она выдавила из себя: «Я пошутила!»

Хищник, в которого обернулась Арина, слизнул кровь демоницы-полиморфа и, отпустив добычу, медленно принял облик Маркитарены. Ярость, застилающая взор, пропала, и Арина зашаталась. Перестав концентрироваться на внешности мулатки, Арина вновь стала блондинкой и, глядя прямо в глаза принцессе Бездны, предупредила, что сожрет демоницу, если та хоть раз намекнет о ней и Арсене. Он ее дядя, и этим все сказано! Ничего другого быть не может! Маркитарена кивнула и удалилась.

Инцидент вроде остался в прошлом, но Арина осознала, что на мулатку полагаться не стоит. Она намекнула наставнику, что две пары лишних мечей им бы не помешали. Арсен кивнул и в один из дней привел двух рабов. Арина даже не знала, что тут есть рабские загоны. Мелкий возмутился, а Арина снисходительно усмехнулась. Теперь она знала, что Арсен рабовладелец и эксплуататор, но если его не злить, то подчиненным такого самодура живется лучше, чем многим свободным людям.

Этих двух сильных и ловких мужчин она рассмотрела и пришла к выводу, что жилистые одаренные парни вполне годятся для исполнения роли Тристана и Корация. Конечно, этим рабам далеко до возможностей братьев амазонки, но если их усилить, то вполне сгодятся в качестве Носителей духов-хранителей. Сама Никалия усиления не получила, и, хотя Арина пару раз намекала на это, Арсен, почесав ногтем большого пальца бровь, сказал: «Не заслужила». Сейчас, оглядываясь в прошлое, Арина осознала, что амазонка действительно не готова принять силу. Но Никалии это не было нужно, она и так чувствовала себя превосходно. У нее был любимый мужчина, с которым она собиралась погибнуть в бою. Желательно в одном и том же сражении, чтобы не ощущать горесть утраты от потери близкого человека.

Арину удивляла Каяна-фиота. Кайтаянка вела себя как послушная рабыня. Такая услужливая и приветливая тень. Арина ей объяснила, что ублажать хозяина не нужно, выполнять прихоти любого господина также нет необходимости. Однако «Цветок Востока» пояснила, что ее в школе невест обучили не противиться повелителю и принимать с покорностью то, что уготовила судьба. Этот фатализм раздражал Арину. Она пыталась вдолбить в голову послушной свободной девушке, что Каяна-фиота личность и имеет право на собственное мнение. Кайтаянка кивала как болванчик, но продолжала исполнять роль вышколенной рабыни. Девушка помогала Арине надевать и снимать доспехи. Обмывала ее уставшее после тренировок тело и делала восхитительный массаж. Никалия как узнала об этом, так сразу напросилась на новенькую для нее процедуру. Каяна-фиота услужливо улыбнулась и размяла мускулистое тело амазонки. Та растеклась, как амеба, на кровати и уснула сном младенца. Она улыбалась и, когда проснулась, рассказала, что ей привиделось, как она с дочкой крадется по лесу. Она обучала родную кровиночку премудростям скрытного перемещения между деревьями. После амазонка расплакалась, так как понимала, что лишена радости материнства.

Повинуясь минутному порыву, Арина провела ритуал «братания» и взглянула на вновь обретенную сестру. Арина знала, что кровь совершенного создания, которая гуляла по ее венам, умеет подстраиваться к любому организму. Значит, эта процедура способна излечить даже смертельно больного человека. Чмокнув амазонку в щечку, она благословила ее на счастливое материнство.

Никалия не поняла, что это значит, и, просто вытерев слезы, ушла к Брилону. Ночью из их комнаты вновь слышались радостные стоны, и Арине опять снились эротические сны. На этот раз она выступала в роли любимой женщины графа. Обучать амазонку закрывать эмоции она не спешила, так как ей хотелось понять, что же такого происходит между мужчиной и женщиной. Проанализировав сны, она пришла к выводу, что пока не готова искать радостей плоти, и поэтому научила Никалию ставить эмоциональный блок.

Арсен, несколько дней наблюдавший за девочкой, похлопал ее по плечу и сказал, что пора бы и самой отключаться от окружающих, а то, пока она наблюдала за амазонкой и рыцарем, он по ночам не мог уснуть. Арина покраснела и заявила, что такого больше не повторится. Наставник усмехнулся и ушел тренировать Тристана и Корация.

Тела для духов-хранителей были подобраны хорошие. Оба раба имели прекрасную физическую форму и носились по площадке как заведенные. Действуя в паре, они легко побеждали и строй охранников, и остальных членов команды. Арсен даже свел их в тренировке с Маркитареной, и она проиграла. Тристан и Кораций каждый использовали своеобразную манеру боя, и по отдельности мулатка часто одерживала верх, но работа в паре у них была великолепна. Мелкий бегал за ними и просил научить. Арина и сама бы не отказалась от нескольких десятков уроков, но, к сожалению, время поджимало. Скоро праздник зимнего солнцестояния, на котором ее родителей принесут в жертву Единственному богу.

Не так давно по городу прошел слух, что на границе империи видели кочевников. Грайден выполнил обещание и начал набег на приграничные территории. К сожалению, ощутимого эффекта этот поход не принес. Столица продолжала жить в обычном ритме, и, что творится где-то там далеко, жителей не особенно волновало.

В первые дни нахождения в столице Арсен попросил Арину послушать, что происходит вокруг настоятеля монастыря отца Бортароля. Она настроилась, но кроме бормотания молитв ничего не услышала. Тогда Арина попыталась посмотреть на мир его глазами. Обычная келья с голыми стенами, и ничего более.

Спустя некоторое время она вновь заглянула «в гости», но ничего не менялось. Бывший настоятель продолжал молиться. И вот в одну из ночей что-то изменилось. Отец Бортароль находился в окружении паладинов и инквизиторов на улицах ночного города. Он рассматривал дом, в котором поселились диверсанты. К нему подошел высокий мускулистый мужчина, которого Арина видела во время ритуала на месте гибели внука Грайдена. Именно он убил Грэга. Магистр Ордена паладинов Селькозар.

Как ошпаренная Арина вскочила с кровати и бросилась в комнату Арсена. Тот складывал доспехи в браслет мулатки и был предельно сосредоточен. Увидев взъерошенную Арину, он усмехнулся и сказал:

– Тихо поднимай людей. Пусть облачаются для конного боя и идут на тренировочную площадку. Ребенок, не спи, шевелись давай.

Арина не понимала, почему он говорит вооружаться, а сам разделся? И какой может быть конный бой на улицах города? Странно это, может, он надеется прорваться сквозь ряды паладинов верхом? Решив долго не думать, она прошлась по комнатам и передала распоряжение наставника. Вскоре участники спасательного похода собрались на площадке. Охранники вывели оседланных лошадей, и теперь Арина поняла, для чего нужно было учиться седлать коней на время. Люди переглядывались, но не понимали, что происходит. Наконец во двор вышел обнаженный гигант. Он был значительно выше двух метров, и огромные мускулы перекатывались под кожей. Подросший Арсен потянулся и сказал:

– Значит, так, сейчас Маркитарена откроет два портала. Первыми идут граф со свитой, амазонка и кайтаянка. Мелкий, ты готов получить имя Алыг-Сар? Если да, то присоединишься к другой команде, если нет, то уходишь с Брилоном. Только быстро.

– Я с вами! – кивнул Виктор.

Арсен улыбнулся и добавил:

– Виктор-Карадрак-Кара-Кхалм-Алыг-Сар-Батыр. На мой вкус слишком длинно, но если тебе нравится, то да будет так! Граф Брилон ле Сэдвор, я благодарен тебе за то, что ты сделал для Арины. Ты достойный рыцарь. Я видел, что Никалия в тягости, так что береги жену и будущего наследника или наследницу. Хотя вы любите это дело, так что одним малышом не ограничитесь. Вас отправят за стены города на западном берегу пролива. Остановитесь в трактире «Уставший путник». Постой оплачен на месяц вперед. Подождете Арину с родителями и остальных участников другой команды пару дней. Заберите с собой местных слуг и кайтаянку. Будет не очень хорошо, если те, кто нас обстирывал, попадут под удар. Каяна-фиота, ты свободна. У тебя в сумке лежат деньги. Конечно, добраться до родины не хватит, но устроиться где-нибудь в провинции можно. Марга, не спи!

Рыжеволосая белокожая красавица в черном балахоне и с боевой косой направила руку на стену, и появился пространственный коридор. Рыцарь и его свита с опаской проходили в импровизированные двери, выводя лошадей на поводу. Наконец, они освободили двор, и Марга отрыла другой проход. Арина не понимала, что происходит, но продолжала верить Арсену. Он знает, что делает. Сначала ушли духи-хранители Тристан и Кораций. Потом пропал Мелкий. Обнаженный гигант склонился к любимому «ребенку» и чмокнул ее в нос. Потом потрепал по голове и сказал:

– Береги себя! Георгию привет. Я хоть и не знаком с ним лично, но наслышан о его подвигах…

– Ты остаешься? Мы больше не увидимся? – удивилась Арина.

– Кто знает, время покажет. Ребенок, иди, не задерживай Несущую смерть, у нее сегодня много работы!

– Но как же так? Их же сотни! Я видела! – начала лепетать Арина.

– И это замечательно! Они хотели Врага людского? Они его получат! Марга, помни о клятве! После штурма ты свободна! – сказал Арсен и помахал им ручкой.

Рыжеволосая красавица послала ему воздушный поцелуй и тихо произнесла:

– Прощай, Могучий! Ты был плохим любовником, и хозяин из тебя совсем никудышный, но я буду скучать.

* * *

Арина вошла в пространственный коридор и оказалась в подвале с каменной кладкой. Вслед за ней появилась Марга. Она осмотрела присутствующих и сказала:

– Сейчас Могучий устроит маленький катаклизм, и в храме начнется паника. Вот тогда мы выйдем на поверхность и перебьем стражу. Их должно быть немного. Десять паладинов. Мелкий, ты впереди, у тебя самая надежная броня. Тристан и Кораций прикрывают Арину с боков. Я сзади…

– А что с Арсеном? Почему он остался один? – переживала Арина.

– Мы готовили эту операцию больше двух лун, – пояснила Марга. – Он постоянно крутился около храма, а я исследовала подходы к темнице. Даже внутри побывала. Наконец его заметили и опознали. Нам было жизненно необходимо уменьшить охрану внутри. Вот он и остался…

– Но ведь он погибнет! Их же там сотни! – воскликнула Арина.

– Деточка, ты когда-нибудь видела Прародителя драконов? Нет? А я видела. Это очень страшный монстр. Кровожадный. Беспощадный. И вечно голодный! Паладины для него легкая закуска. Когда он их сожрет, то прилетит сюда, поквитаться с Отцом Отцов. Тот пробудит сущность Единственного бога, и вот тогда… – сделала многозначительную паузу Марга. – Но мы на битву бога и Прародителя смотреть не будем. Под шумок спасем твоих родителей, и всем спасибо, все свободны!

– Но как он превратится в дракона? У него же нет сил? И доспех из невеброна на Мелком остался.

– Деточка, ты меня утомила, – вздохнула рыжеволосая красавица. – Ты помнишь, как отец Перипольт выкачал силу из герцога и его сына? В кого они превратились? В мумию. Он это сделал при помощи медальона. Эти глупцы не знают, что такой простой знак может не только тянуть энергию, но и отдавать ее. Паладины, жрецы и инквизиторы, которые окажутся в радиусе пары кварталов от Могучего, отдадут силы ему. Он самый страшный Поглотитель. Он Черная дыра для энергии. В нем перемешалась кровь титана и совершенного создания. Жуткая смесь! С таким лучше не связываться.

– Ты хочешь сказать, что он совершит жертвоприношение? – ошарашенно воскликнула Арина.

Марга сморщилась и сказала:

– Если тебя это успокоит, то, на ком не будет медальона жрецов, останутся живы. Конечно, если по дурости под лапы дракона не попадутся. Вот если бы он использовал мой «несущий смерть взор», тогда да, город можно было бы разрушить, но этот чистоплюй от моего плана отказался. А так представь себе силу сотни тысяч человек, принесенных в жертву. Он бы местного божка порвал в клочья, а сейчас кто его знает, чем битва закончится. Может, он его, а может, и наоборот. Могучий как был дураком, так таким и остался. Но как он сам говорит: «Время покажет, кто был прав». Когда битва закончится, я уйду в Бездну, пора вернуть себе то, что мне причитается по праву.

– А мы? – спросил Виктор.

– Мир большой! Идите куда хотите! Перед вами открыты любые двери и дороги!

Все содрогнулось, и даже глубоко под землей они услышали жуткий рев. Марга поднялась по лестнице и открыла дверь. Они оказались в просторном зале, в центре которого стояла большая клетка. Внутри лежал металлический саркофаг, исписанный разными поглощающими печатями. Рядом стояла обнаженная кудрявая блондинка на девятом месяце беременности. Она прислушивалась к рычанию и не могла понять, что происходит. Вокруг клетки столпились паладины и инквизиторы. Десять человек переглядывались и шептались.

Виктор бросился вперед и срубил первую голову. Паладины выставили щиты и начали отжимать отчаянного головореза, но ему на выручку пришли его спутники. Меньше минуты понадобилось, чтобы уничтожить приспешников Единственного бога.

Энжела сидела на саркофаге и молча плакала. Арина рассекла прутья решетки и вошла внутрь. Она обняла мать и начала рыдать вместе с ней. Пока слезы текли рекой, Тристан и Кораций попытались вскрыть крышку, но она не поддавалась. Мелкий вынул невеброновый меч и с размаху обрушил клинок на скрепляющие печати. Прозвучал тонкий звон, и замки распались. Виктор первым заглянул внутрь и ужаснулся. На дне лежал почти скелет мужчины. Щеки ввалились. Мускулов нет. Кожа да кости. Дистрофики бывают толще. Мелкий отошел в сторону и предоставил возможность спутникам посмотреть на того, кто находился долгие месяцы в плену.

И Тристан и Кораций переглянулись. Оба отрицательно покачали головами. Это человек не умер только по одной причине: на саркофаге стояла какая-то печать, не позволяющая душе покинуть тело. Арина и Энжела заглянули внутрь, и обе снова разрыдались. К тому же между ног матери Арины потекли струйки воды. Она схватилась за живот и охнула.

– Простая операция по спасению обернулась полным провалом! И что теперь делать? Этот скелет даже трогать нельзя! А мамаша рожает! Могучий, ты мне должен! – ворчала Марга. – Деточка, сопли утри! Папашу мы не спасем, давай хоть ей поможем! Шевелись! Роды когда-нибудь принимала? Ничего! Все бывает в первый раз!

Марга скинула с себя черный балахон и, расстелив его за пределами клетки, помогла перенести роженицу на импровизированное ложе. Под балахоном у рыжеволосой красавицы практически не было одежды, но она без стеснения отстегнула от ажурного пояска плоскую фляжку и полила алкоголь себе на руки. При этом она продолжала ворчать, говоря, что жидкость стоит целого состояния. Это элитное вино какого-то там солнечного года. Арина стояла, глупо хлопая мокрыми ресницами. Марга поманила ее к себе и сказала:

– Деточка, режь пальчик и маме в рот. Пусть пьет! Ну, приступим!

Виктор смотреть на роды не стал и отвернулся. Его взгляд задержался на лежащем в саркофаге скелете. Глаза Георгия были раскрыты, и в них читалось понимание того, что тут происходит что-то необычное. Разглядывая тело полутрупа, Виктор очень сожалел, что не освоил магию, как того требовал Арсен. Если бы он научился, то обязательно помог бы отцу его сводной сестры. Если бы он мог!

– Однако, Мелкий, ты что-то разленился! Почему не отчитываешься? Арину нашел? – услышал Виктор голос Старого в голове.

– И Арину, и ее родителей, но только Георгий в мумию превратился, а ее мама рожает. Сейчас Арина с ней, – отчитался Мелкий.

– А что за мумия? – уточнил дед.

– Обычная такая мумия. Его в саркофаг с какими-то закорючками поместили и почти год не кормили. Я вообще удивляюсь, что он до сих пор жив!

– Точно жив? – спросил Старый.

– Да, глаза раскрыл и на меня смотрит!

– Скажи, ты хочешь его спасти? – задал очередной вопрос дед.

– Конечно, хочу! Но как?

– Если точно хочешь, то тебе придется пожертвовать костюмом и мечами из невеброна. Ты потеряешь способность творить магию и станешь значительно слабее. Ты действительно этого хочешь? Никто не слышит нашего разговора и не станет обвинять тебя в том, что ты мог и не сделал!

– Деда, может, хватит! Ты и сам знаешь ответ. Говори, что делать!

– Разрежь палец и приложи его к губам Георгия. Пусть кровь просочится к нему в рот. Потом раздевайся и положи предметы из невеброна на тело. Он должен впитать силу. Если этого не случится, значит, сам виноват и мы сделали что могли!

Оставшись в трусах и с двумя бастардами, Виктор понимал, что выглядит глупо, пришла запоздалая мысль, что нужно было в браслет марилит закинуть дополнительное снаряжение. Хотя чего уж сейчас думать об этом. Парень ждал чуда. Пока, к сожалению, оно не спешило. Зато в зал вошли несколько паладинов и Отец Отцов. Это было видно по богатому облачению балахона. Тристан и Кораций устремились вперед. К ним присоединился Виктор. Понимая, что теперь уязвим для клинков, он вынужден был действовать осторожно, но вскоре азарт боя захватил его сознание и он бросился в отчаянную рубку. Виктор-Карадрак-Кара-Кхалм-Алыг-Сар-Батыр заслужил прозвище Головорез, так как срубил много голов в этом бою, но паладины появлялись и появлялись. Им не было конца. Изрезанные и иссеченные тела Тристана, Корация и Виктора держались только на одной силе воли. Они полностью покрылись кровью, как чужой, так и собственной, но продолжали рубить врагов.

Арина видела положение соратников, но Энжела зубами вцепилась мертвой хваткой в ее палец. А плод продолжал упрямиться и не желал выбираться на белый свет. Марга ругалась, подбадривала, шептала какие-то глупости, но ничего не помогало. Настал момент, когда десятки паладинов смогли сокрушить троих защитников и ринулись на роженицу. Арине пришлось оставить маму и начать бой. Ее клинки несли смерть. Она порхала над врагами, словно ангел смерти, разрубая головы врагов. Изначально Арина не понимала, как ей удается так долго находиться в воздухе, пока не заметила за спиной раскрытые крылья. Ее мечи сияли, и она продолжала наслаждаться правом на месть.

«Жаль, что дядя Арсен меня не видит!» – подумала Арина.

* * *

Я слегка погорячился. Не скажу, что были проблемы с ритуалом по изъятию сил у паладинов. Нет. Там прошло как по маслу. Я дождался, когда воины в белых накидках ворвутся во двор и окружат обнаженного гиганта. Вскоре появились отец Бортароль и магистр Ордена паладинов Селькозар. Были там какие-то важные жрецы высоких рангов, но я не знал их имен. В принципе это не важно. Печать, которую я нанес на настоятеля монастыря, активировала самоликвидацию и, взорвавшись, дала достаточно крови, чтобы начать разработанный ритуал. Медальоны изменили полярность и выдали мне силу сотен паладинов. Как я и обещал Бортаролю, настоятель отправился в чертоги к девственницам, а из остальных я выкачал энергию через символ их Единственного бога. Этих сил мне хватило, чтобы преобразиться в Прародителя дракона, и я полетел к храму.

Предполагалось, что Отец Отцов сам выйдет меня встречать и я выпью оставшихся жрецов через их медальоны, но что-то пошло не так. Вероятнее всего, они сняли с шеи знак Единственного бога, так как подпитки практически не было. Зато в лучах восходящего солнца с небес спустился крылатый воин в доспехах Воина-Дракона с огромным сияющим кристаллом на груди. Он обнажил два меча и бросился вперед. Клинки тоже сверкали и почему-то умудрялись резать мою чешую. Это оказалось не очень приятно. Давно мне не было так больно. Я зарычал и бросился в атаку, но этот шустрый гаденыш был невероятно проворен. Он атаковал и даже подрезал мне левое крыло. Я пустил в него огненную струю и попал. Но вот ведь поганец, ему хоть бы хны. Там температура горения несколько тысяч градусов. Даже камни свечкой текут, а он парит в небесах и греет косточки. Полный сюрреализм! Так не бывает. Я бросился вперед и крылом задел его. Поток воздуха опрокинул летуна, и я добавил хвостом. Был хороший такой шмяк о каменные плиты площади перед храмом. Я спикировал сверху и потоптался по нему многотонной тушей. Ну, думаю, капец котенку! Ан нет! Этот поганец снова взлетел. И самое обидное, у него даже крылья не помялись. Порхает воробушек ощипанный и радуется жизни! Пор-р-рву! Прыжок, и хватаю его когтистыми лапами. Он мне опять занозу поставил. Больно! Я его об плиты площади несколько раз приложил и сжал в ладони. Послышался треск. Ну, сейчас-то, надеюсь, все? Ни хрена! Опять копошится в кулаке. Давай разок об камень! На! Еще раз! Еще много-много раз! Сколько же тебя бить? Нет! Я реально погорячился! Надеюсь, Марга выполнила обещание и Арина спасла родителей? А то я как-то слегка устал! Ведь запас сил не бесконечен. Если бы я был около пирамиды, то можно было бы бесконечно долбить его головой об камень, а сейчас я почти на нуле! Осталось несколько минут, и я стану меньше! Это плохо! Очень плохо. К тому же раны, которые нанесли его клинки, продолжают кровоточить. Я слабею. Кроме того, вдруг ощутил возвращение духов Тристана и Корация. Значит, у них тоже проблемы! Погибли ребята! Жаль! А как там Арина? Только бы с ней было все нормально! Потери очередной любимицы я не вынесу! Ребенок, только выживи! Пожалуйста! Только выживи! Наверное, к ним паладины и инквизиторы храма спустились! Эх, если бы не этот поганец, я бы жрецов осушил, и никаких проблем! Блин! Да я проигрываю! Я реально проигрываю! А он такой же живчик! Опять трепыхается в кулаке. Одна радость, мечами пока работать не может. Но надолго ли? У него какой-то неиссякаемый источник силы! Энерджайзер, блин! Пор-р-рву! Опять дергается! Я его раздавить не могу! Ну, гаденыш, держись. Давай со всего маху об пол. Теперь придавим ножкой, о, что-то захрустело. Тьфу ты! Камень рассыпался! А я уж надеялся! Ой, как плохо, сил почти не осталось! Отвратительно!

– Да кто же ты такой?!

– Я – Единственный бог! – пришло в ответ от «пернатого».

– Да что ты за бог, если я тебя, как какую-то козявку, шпыняю? Птенец-переросток! – выругался я.

– Я – Единственный бог! Я тебя сокрушу!

– Заткнись! Ничтожный! Пор-р-рву!

Тут я услышал звук ломающихся камней. Посмотрел в сторону храма, и моя челюсть чуть вниз не упала. Из каменного здания, словно из яйца, выбирался дракон. Нет, Дракон с большой буквы! Можно сказать: Драконище! Всем Прародителям Прародитель! Я таким большим ни разу в жизни не был. Даже около пирамиды мой рост составлял ну максимум метров пятьдесят в холке, а этот был, ну, скажем, если сравнить тигра с котенком и в роли котенка выступает пятидесятиметровый Прародитель драконов. Да у этого монстра одна голова больше, чем я! Кошмар! Это у нас кто?

– Злой, держишься? Однако, молодец студент! Это аналог совершенных, только его сотворил мой братец Мрак. Он устранил недостатки предыдущих разработок, но есть пара недочетов. Я сейчас тень крыльями наведу, и он подпитки от солнца лишится. А дальше он твой. Я бы его проглотил и желудочным соком переварил, но ты наверняка побрезгуешь! – услышал я голос Старого.

– Побрезгую! Я его лучше пор-р-рву! – прорычал я и вновь вернул себе вид обнаженного гиганта. Мне так привычней.

Очередное сверхсовершенное создание стояло на площади и взирало на древнего дракона. Осознав, что жрать его никто не собирается, оно размяло шею и плечи. Выписало восьмерку двумя сияющими мечами и, помахав парой огромных крыльев, произнесло:

– Я – Единственный бог! Я тебя сокрушу!

– Заткнись, тупица! Пор-р-рву! – прорычал я и бросился вперед.

* * *

В трактире «Уставший путник» за столом сидели Брилон и Никалия. Чуть в сторонке примостилась Каянафиота. Граф смотрел на полный кубок и о чем-то размышлял. Амазонка с грустным лицом водила пальцем по поверхности стола и тяжело вздыхала. Только кайтаянка ничем не выдавала чувств. Она, словно изваяние, сидела на краешке скамейки и, опустив глаза в пол, молилась богам, чтобы они помогли ее новому хозяину и его очаровательной племяннице.

Дверь открылась, и на пороге появилась рыжеволосая красавица почти в неглиже. Она поддерживала белокурую кудрявую женщину в черном балахоне и с младенцем на руках. Следом за ними в общий зал вошла Арина в заляпанных кровью доспехах. На плечах она несла окровавленное тело Мелкого. Тот находился без сознания, но пока дышал.

Граф и амазонка вскочили с мест и бросились помогать гостям. Энжелу отвели наверх, в комнату. Виктору перевязали раны. Хозяин таверны косился на гостей, но ему заплатили за месяц аренды помещения и порекомендовали вывесить табличку «ремонт». Учитывая то, что черноволосый заказчик убедительно просил не пытаться его обмануть, владелец заведения решил не рисковать. Он выполнил требования брюнета с пугающим взглядом. И вот теперь новые гости чего-то такого натворили, но сообщать о них ни страже, ни жрецам хозяин таверны не собирался. Жизнь дороже пары лишних монет.

Амазонка молча наблюдала за тем, как Арина пьет пятый кубок вина и молчит. Рыжеволосая красавица спустилась в зал и осушила весь остаток напитка прямо из горлышка кувшина. Ее руки подрагивали, и она непроизвольно их сжимала. Наконец она проворчала:

– Могучий, ты мне очень много задолжал!

– Что произошло? – спросил граф.

– Да так, ерунда, нас почти убили! – усмехнулась Марга.

– Они погибли, – прошептала Арина. – Тристан, Кораций, Арсен. Они все погибли из-за меня. Это я их убила!

– Деточка, не ной! Мы сделали все, что могли! – Марга положила руку на плечо Арины. – Раньше я думала, что страшнее Могучего в гневе никого нет! Но сегодня я чуть не обмочилась со страху! Это просто жуть! Я видела малую часть древнего Разрушителя. Лишь крохотную песчинку! Мне было невероятно страшно! Я теперь долго заснуть не смогу. Деточка, я улыбалась, когда Арсен с гордостью говорил, что ты Арина – дочь Дракона! А он твой наставник. Я думала, он шутит. Но то, что увидела сегодня, переворачивает мое представление о мире. Да моя Бездна даже не детская песочница для них! Если бы этот монстр появился у меня дома, я бы забилась в самую узкую щель, чтобы он меня не нашел! Жуть! Так, деточка, я свою часть договора выполнила, и не моя вина, что твой папа стал гигантским монстром…

Тут дверь отворилась, на пороге они увидели высокого черноволосого мужчину. Он был обнажен, рельефная мускулатура показывала, что он в полном расцвете сил. Совсем недавно он лежал в саркофаге и был похож на древнюю мумию. Георгий приблизился к дочери и заглянул в ее глаза.

– Арина, как ты выросла! Похорошела. А где мама? Она в порядке?

– Папа! – обняла мужчину Арина. – Они погибли! И Тристан, и Кораций, и даже Арсен! Все погибли из-за меня!

Девочка в теле взрослой девушки рыдала, как маленький ребенок, глотая слезы и вытирая начавший течь нос.

– Ну! Ну! Ну! Успокойся! Они воины и знали, на что шли! Они погибли в бою и теперь пируют в чертогах Вальхаллы! – Георгий поглаживал дочку по голове.

Она сделала паузу и сказала:

– Они не викинги! Они не попадут в Вальхаллу! – и снова разрыдалась.

Марга с момента появления Георгия стояла словно статуя и боялась пошевелиться. Это Арина и Энжела не видели, во что он превратился, когда восстал из саркофага и одним взглядом обратил паладинов и Отца Отцов в прах. После взмахом руки открыл портал и выставил живых на полянку возле трактира. А Марга оглянулась на виднеющийся вдали храм и увидела тушу гигантского дракона, который накрыл крыльями площадь. Это было жутко. Сейчас это просто обнаженный мужчина почти без энергии, но стоит пробудить его древнюю сущность, и придет абсолютный… она даже слова такого не могла подобрать.

– Была битва! – произнес Георгий. – Я наблюдал из подсознания Разного. Он сердился на Кандидата. Тот проигрывал. Сначала он стал большим атлетом и напал на Единственного бога. Даже смог обхватить его руками и обезоружить. Но крылатый вставил в мои доспехи «Черный алмаз Затерака», объединенный с «Небесным семенем». Это смесь силы дня и ночи. Человек становится непобедим. Любые прорехи на латах мгновенно зарастают. Пятьсот лет назад я победил Хатала, когда свернул ему шею. Но перед Кандидатом было сверхсовершенное создание, сотворенное древним богом Мрака. Он в сотню раз сильней человека, и любые раны у него заживают в считаные мгновения. Они дрались кулаками и катались по земле. И хотя Кандидат несколько раз ломал крылатому шею, это не принесло успеха. Тот снова вставал и продолжал бой. Разный ощутил незримое присутствие братьев богов. Именно они создали эти кристаллы: «Черный алмаз Затерака» и «Небесное семя» – и не могли вмешаться. В кои веки два старших брата объединились и не позволили младшему исправить ситуацию. А потом что-то произошло. Вспыхнул яркий свет, прогремел взрыв, и оба воина пропали. Разный покинул мое тело, и я вернулся сюда. Арина, Кандидат пал в бою, как и положено настоящему мужчине. Если я правильно понял, то он захватил с собой врага. Достойная смерть!

– Арсен погиб! Тристан погиб! Кораций погиб! – перечисляла упавшим голосом Арина. – Они погибли из-за меня! Это я во всем виновата!

– Смерть в бою – это то, чего бы я хотел! – произнес граф ле Сэдвор.

Амазонка погрозила ему пальчиком и, погладив себя по животу, сказала:

– Но-но! Сначала ребенка воспитай, а уж потом делай что хочешь!

– И то верно, – согласился Брилон.

Рыжая красавица наблюдала за ними и усмехалась: одни обрели счастье, а кто-то потерял близких. Круговорот жизни! Люди приняли смерть соратников с тяжелым сердцем. Марга пожала плечами и подумала: «Я буду скучать по такому наивному гиганту с комплексом героя. Что ему стоило вовремя отступить? Ничего! Но ведь это позор для репутации. Так настоящий мужчина поступить не может. Он сторонник правила: „Победа или смерть“. Третьего не дано. Молодец! Оставил „ребенка“. Хотя надо сказать, действительно сделал что мог и вернул деточке папу и маму. Осталось выяснить, а кто отец родившейся девочки? Ведь если Георгий целый год пролежал в саркофаге, а женщины вынашивают дитя девять месяцев, то… очень интересный вопрос! Пора линять отсюда, пока он не осознал, что стал рогоносцем! По Могучему знаю, зверел моментально и хватался не за тапку, а брал что потяжелей! – Марга с усмешкой оглядела обнаженного атлета и присмотрелась к его голове. – Вроде рогов пока нет, но кто же их знает, этих кровожадных драконов. Даже если в Георгия не вселится сущность древнего бога, то он и сам может принять истинную форму. Будет ли таким же большим, как Прародитель, непонятно, но проверять на шкуре не стоит. Пора валить в Бездну. Если сыночка за десять лет не поймали, то он и дальше будет жить. Младший – поганец, отказался от собственной матери! И из-за кого? Из-за тупой ведьмы! Идиот! Я ради него трон оставила, а он фыркает! Столько жертв впустую. Только зря десять лет потеряла! Уж на что Маргорат мерзавцем был, и то лучше этого недодемона! Слизняк! Убила бы!»

Рыжеволосая красавица отряхнула черный балахон и, накинув его на плечи, вышла за порог трактира «Уставший путник». Отойдя на полянку, она раскрыла портальный коридор и шагнула вперед. Спустя десять лет ее вновь встречали багровые небеса Бездны. Пора было вернуть себе то, что по праву принадлежит ей!

В окошко за ней наблюдала кайтаянка. Тяжело вздохнув, она впервые показала эмоции. Потом Каяна-фиота тихо прошептала:

– Не верю.

И оказалась права…

Эпилог

Генерал Старобогатов сидел на шезлонге и пил сок. Он разглядывал море и следил за проплывающей мимо пляжа яхтой. К нему подошла высокая красивая женщина в купальнике. Роксана Дорогобужская являлась его штатной сожительницей и обычно понимала, когда ее мужчина скучает. В этот раз за внешним проявлением тоски скрывалось что-то совсем другое. Она приблизилась к нему, положила руки на плечи и спросила:

– Разный, что такой веселый? Рассказывай!

– Однако! Кандидат братьев надул и сухим из воды вышел! – ответил с самодовольной улыбкой древний бог. – Он сам додумался два кристалла разорвать и полностью поглотить! Там такой бум был! Заглядение! На площади кратер остался, а они подумали, что он погиб!

– И что теперь будет? – полюбопытствовала Рокси.

– А ничего! Почти вся энергия развеялась. Братьям откатом досталось, но им-то что. Даже если любому из них под носом звезду взорвать, только почешутся, – усмехнулся Старый.

– На нас его победа как-нибудь может отразиться? – насторожилась Роксана.

Генерал отрицательно покачал головой.

– Тогда забудь. Пошалим?

– Чуть позже! – похлопал Старый подругу по руке. – Однако Злой у нас резвый мальчик. Жаль будет, если свернет себе шею. С ним не скучно.

* * *

По пыльной дороге шел высокий мужчина с двумя мечами за спиной. Местами помятые и залатанные на груди доспехи, имитирующие чешую дракона, были скрыты просторным балахоном. Он шагал бодрой походкой и насвистывал веселый мотивчик. Его радовало то, что он может видеть Солнце или, как тут его называют, Светило. Он с наслаждением вдыхал запах моря, ощущая легкий бриз на лице. Не это ли есть счастье? Ты можешь радоваться каждому дню и не заглядывать в будущее, так как кто знает, что уготовано тебе за следующим поворотом? Мысли мужчины лениво перетекали с темы на тему и задержались на событиях недавнего прошлого.

«Кто бы мог подумать, что я стану сочувствовать врагу? Реально! Жил да был один среднестатистический совершенный. Обычный такой ленивый мечтатель, вроде меня в молодости. Как и большинство разумных особей, он считал себя неповторимой индивидуальностью. Непризнанным гением. Тем, кто сможет изменить мир! Я же говорю, обычный. И жили два древних бога – Свет и Мрак. Осознав, что воевать друг с другом они не могут, братья перенесли сражения в Сотворенные миры. Каждый старался придумать себе солдатиков, таких, чтобы дух продирало! Могучих, беспощадных, способных сокрушать любого врага. Но никто не совершенен. У них находились слабости. И тогда боги создали Камни сути: „Черный алмаз Затерака“ и „Небесное семя“. В них они подселили частичку себя. Каждый кристалл питался от Создателя напрямую и давал носителю дополнительные возможности. Когда-то лет пятьсот назад завоеватель Хатал объединил кристаллы в один и мог получать силу как от света, так и от тьмы. Но Георгий, в те времена именуемый Воином-Драконом, свернул ему шею и забрал этот странный черно-белый камушек. Он спрятал его недостаточно глубоко, и молодой совершенный лентяй-мечтатель решил прибрать его к рукам. Недоучка сбежал от строгих наставников и прибыл в новый мир, чтобы доказать окружающим, что он чего-то стоит. Ему понравилась идея стать сильным без долгих тренировок и кропотливого труда. Ну точно, совсем как я! Только я силу получал под контролем третьего брата – древнего бога по имени Разный, а этот юный романтик, назвавший себя Единственным, не имел такого мудрого наставника. Он впитывал в себя силу двух древних богов, и те разодрали его сознание на части. Бедолага сошел с ума и впал в детство. У него остались только инстинкты. Ему нужна была „еда“! Не материальная, а энергетическая пища. Осознав, что во время принесения в жертву по особому ритуалу он получает много силы, темная часть камня начала влиять на совершенного. Что творилось в его мозгах, я не знаю, но в результате два кристалла слились в одно примитивное сознание и тянули силу отовсюду. На самом деле Единственным богом был не этот лентяй-недоучка, а черно-белый камень. Именно он стал виновником нехороших событий, творившихся на протяжении нескольких веков. А совершенное создание стало его носителем. Оно и раньше не блистало интеллектом, а после постоянного воздействия двух камней так вообще превратилось в овощ. Простой придаток к кристаллу. Надо сказать, что я тогда очень устал. Биться с тем, кто не знает, как сражаться, было легко, но очень утомительно. Драться он не умел. Размашистые удары были сильны, но предсказуемы. О приемах рукопашного боя если он и слышал, то краем уха. Я его постоянно убивал, а он восстанавливался. Я ломал шею, а он снова как огурчик. Как там Старый говорил? Сверхсовершенное существо? Вранье! Может, Мрак и посодействовал в его создании, но только самую малость, когда соблазнил юного отрока небывалыми возможностями. Остальную работу сделал объединенный кристалл. Наконец, я просто задумался: а зачем этот тупица испортил доспехи Воина-Дракона и вставил в него камень? Это же нарушает целостность структуры и ослабляет конструкцию. Странно. И тогда я решил проверить, я прав или не прав? Надо сказать, что парень упорно сопротивлялся, когда я вырывал кристалл из дыры в латах Воина-Дракона. Как оказалось, камень сидел не в доспехах, а в груди совершенного. Ой, сколько визгу было! До сих пор уши болят. Когда мне удалось отделить черно-белый кристалл от лентяя-недоучки, тот начал что-то понимать, но было поздно. В финальный момент жизни он прошептал: „Я не хотел“. Честное слово, я ему действительно посочувствовал. Но самое страшное началось, когда эта черно-белая гадость – Единственный бог – мысленно потянулся ко мне и начал обещать величайшую силу, которой я ранее не видел. Нужно лишь пожелать – и она станет моей! Вот ведь змей-искуситель! Не знал кристалл только одного, что на Аэрилисе меня большая сила дожидается. Когда я имел доступ к пирамиде, то и тогда был сильнее этого камешка. Ну, почти сильнее. Так или иначе, я его послал и, создав вокруг себя сферу, разделил черно-белый кристалл при помощи телекинеза. Все-таки я давал обещание, что пор-р-рву Единственного бога! Хорошо, что я додумался защитный купол поставить, не то бы город разнесло. Меня так запулило в сторону, что даже защита не помогла. Ее просто не стало. Очнулся далеко от столицы. Попытался докричаться до Марги, так как мое вооружение было у нее в браслете, но она, видимо, умотала в Бездну. Жаль, портал бы мне не помешал. Огляделся по сторонам и увидел рядом труп совершенного создания. Когда снял с него доспехи, заметил браслеты с мечами. Хоть какое-то оружие, а то клинки Воина-Дракона на площади остались. Сообщать остальным о том, что жив? Думаю, не стоит. У них теперь новая жизнь. А у меня есть попутчики – духи Тристана и Корация. Пусть они теперь не Воплощения Могучего, но зато остались моими соратниками!»

От воспоминаний мужчину отвлек звук всхрапнувшей лошади. Его нагнала подвода с мешками. На козлах сидел седой, но крепкий старичок. Он осмотрел вооруженного воина с ног до головы и спросил:

– Куда путь держишь?

– На восток вдоль центрального горного хребта в Кайтай, а дальше видно будет, – ответил мужчина в балахоне.

– У-у! Далеко. Я туда не еду! – задумчиво произнес седой старик.

– Ничего страшного, сам как-нибудь доберусь, – улыбнулся воин.

– А слыхал, что в столице приключилось? – поинтересовался старичок.

– Нет, не слыхал, – ответил мужчина с двумя мечами.

– Запрыгивай! – Старик похлопал по месту рядом с собой. – Я давеча на мельнице был, и мне поведали, что в небе драконы летали. Брешут небось.

* * *

А Арина осознала, что ее мечта сбылась и она вновь обрела родителей. И вроде бы девочка должна радоваться, но ей почему-то было грустно. Теперь она понимала, что за все хорошее приходится платить и, получая то, что нам так хочется, мы вынуждены давать высокую цену.

Утром, после освобождения Энжелы и Георгия, Арина ощутила, что Арсен жив, но почему-то уходит от столицы на восток. В первый момент она обрадовалась, но вскоре поняла, что он ее бросил. Как он мог так поступить? Ведь она его… любит? Уважает? Жить без него не может? Может, да, а может, нет! Она осознала простой факт – он выполнил то, что обещал, и теперь идет другой дорогой.

Арине стало обидно, и на глаза навернулись слезы, но она решила, что теперь взрослая и плакать не будет! У каждого собственный путь. Может, они когда-нибудь встретятся, но, как говорил Арсен:

– Время покажет!

Content

Чермен Магкеев
Арина – дочь дракона

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Эпилог