Александр Конторович

Дом из тумана

«Если в политике что-то происходит, можете быть уверены, что так оно и было задумано».

Франклин Рузвельт.

Большинство происходящих на наших глазах событий, так навсегда (или очень надолго) остаются для нас непонятными и непонятыми. Мы зачастую видим лишь то, что нам готовы показать сценаристы данного мероприятия. И с готовностью принимаем на веру предложенную нам версию происходящего. Именно её нам преподносят СМИ и телевидение – как единственно верную и правильную. Но верить современным средствам массового оболванивания – это всё равно, что строить дом из тумана. Нет, выглядит-то он вполне прилично… а вот попробуйте в нём пожить…

Позвольте представиться – первый лейтенант Джон Хаст, корпус морской пехоты США. Сколько-то там командировок в горячие точки, добрая дюжина благодарностей и поощрений от руководства. А при взгляде на «фруктовый салат»[1] любой новобранец тотчас же проникается уважением.

Так уж сложилось, что после целого ряда командировок во всякие там неприятные места, мне удалось выбраться оттуда живым и относительно невредимым.

А поскольку все дипломатические представительства США издавна охраняет именно Корпус морской пехоты, то и моё появление там не явилось чем-то уж особенно невероятным.

Работа там была… ну, не сказать, что особенно трудной. Не война – и то хорошо. Да и платили, в целом, очень даже неплохо.

Под моим командованием была группа морпехов, на которых возложили трудную задачу по сопровождению и охране различных…м-м-м… скажем так – курьеров. Чего уж они там и кому передавали – не наше дело. Мы отвечали за то, чтобы их никто не обижал. И в процессе этого приходилось частенько прикладывать увесистый кулак к чьей-то непонятливой наглой морде. Ясное дело, что представляться при этом сотрудником американского посольства – не самая хорошая мысль.

И я стал отыгрывать русского мафиозо – «братка». Брал уроки русского языка, консультировался со знающими людьми – и прокатило!

Русских в Европе традиционно боятся. Иногда – так и до мокрых штанов! Честное слово – сам видел. Правда, только один раз… но – впечатлило! И к тому есть все основания – их «братки» считаются одними из самых безжалостных и суровых парней.

Так бы оно всё и шло своим чередом, но пришлось как-то раз «закуситься» с какими-то реально отмороженными местными мафиозо – «каморрой». В перестрелке мы положили нескольких нападающих, а вот лично мою башку спас некий странный тип, внешне похожий на чикагского гангстера 30-х годов.

Вот тут-то всё и завертелось…

Спаситель мой, как оказалось, давно уже был на примете у местного криминала. И они очень сильно жаждали с ним по-свойски потолковать. Настолько сильно, что решились даже на то, чтобы меня похитить! Какие-то мафиозо – и офицер из охраны посольства! Вы представляете?!

Они, как стало вскоре ясно, этим вообще не заморачивались. Офицер, рядовой, американец или итальянец – им было наплевать.

Заплатили – сделаем!

И сделали.

На свою беду они чего-то там прохлопали, и в гости к нам неожиданно заявился тот самый «гангстер». Увы… хозяева этого визита не пережили… должно быть – от радости.

А я… я попал к руководству «гангстера».

Выяснилось, что Норман (так его звали) работает в некой суперсекретной организации, которая создана и вовсе в незапамятные времена.

«Гарвард-52»[2] – невероятно жуткая контора, которая организовывает производство и сбыт наркотиков по всему миру. Разумеется, во имя торжества демократии! А не ради презренного металла, как многие могли бы подумать. А кто у нас в мире самый демократичный?

Правильно – США.

Имя Директора «Гарварда» известно только президенту США. Думаю, что на этом круг осведомлённых лиц и заканчивается.

Все мы, сотрудники конторы, официально проходим службу где-то ещё. Я – в КМП, Норман, как оказалось, в прошлом был спецагентом ФБР. Скорее всего, там и числился до сих пор. Кто-то – в АНБ[3] или в армии… вполне возможно, что и в полиции.

Нас никто не видит – но мы повсюду!

Базы «Гарварда» разбросаны по разным странам и континентам. Есть всё – даже собственный флот (правда, маломерный…) и авиация.

Нас не судят обычным судом – существует собственная процедура дознания и судопроизводства. Своя разведка и контрразведка – спецотдел. У каждого из нас имеются документы разных стран и на разные имена. И много чего ещё есть…

Мне пришлось стрелять в полицейских – кое-кого из них я даже лично знал! Занимался слежкой, взломами и планированием различных операций.

В одной из них ранило Нормана – и он умер у меня на руках. А перед смертью поведал мне кое о чём…

Джейкоб Хаммерсмит (настоящее имя Дина Норманна) оставил мне жуткое наследство – флешку с записями. О делах «Гарварда» и его роли в них. Как оказалось, пресловутые башни-близнецы упали вовсе не по вине исламских террористов – моя контора отметилась и тут. А сам Хаммерсмит принимал в этом непосредственное участие – закладывал взрывчатку.

Да много чего там было и помимо этого…

Меня дважды пытались убить. В далёкой Москве и в солнечной Италии. Не скажу за русских (просто всего не знаю), но вот в Италии к этому оказались причастны мои сослуживцы. Я узнал одного из нападавших…

Я – солдат.

И всегда им останусь, куда бы меня не отправили.

А солдат может и постоять за себя!

Загородную базу «Гарварда» почти до основания снесли мощные взрывы – и виновных так и не нашли. Выжил только я. И то, только потому, что меня попросту не успели добить. (Ну, это версия следствия…)

А, выжив, оказался в центре внимания.

Как же – настолько удачливый персонаж!

И это заметили.

Блин… лучше бы не замечали…

Глава 1

– Сэр, команда на позиции, готовы к выдвижению, – прозвучало в наушнике.

– Принял, – отпускаю тангенту и оглядываю всё перед собою ещё раз.

На позиции они… угу… Ну, положим, я бы, на их месте с докладом не спешил… но – это их дело. Считают, что готовы – что ж, не стану мешать.

– Всем группам! Готовность – минута!

В рации наперебой звучат подтверждения – подтверждается готовность к выполнению задачи.

– Общая команда – начали!

В левом верхнем углу экрана загорается красный значок – пошла запись. Аналогичная процедура запущена и на аудиоканале. Сидящие в стороне техники вглядываются в экраны своих ноутбуков – стартовали ещё и дроны-наблюдатели.

Потом, когда всё это будет завершено, последует тщательный разбор всего происходящего – тогда-то и скажут своё веское слово записи переговоров и видеозаписи, сделанные стационарными камерами и дронами.

И кому-то здорово влетит – или я плохо понимаю происходящее! На моей памяти мало кто ухитрялся сработать так, чтобы это не вызвало бы аргументированной критики со стороны инспекторской группы. Мы всегда можем найти что-то, что выполняется не так – не в строгом соответствии с установленными правилами.

И не надо кидать в нас кирпичи!

Мы ни разу не нацелены на то, чтобы сделать жизнь проверяемых совсем уж невыносимой (хотя, иногда мне этого очень хочется…) – нет, такой задачи нам никто не ставил.

В инспекторскую группу я попал совершенно неожиданно для себя.

По выписке из госпиталя, даже не отгуляв (какое ёмкое русское слово!) положенного отпуска, я был перенаправлен в какую-то и вовсе Богом забытую дыру, на задворках нашей могучей страны. Честно говоря, в голову закралась мысль, что вот тут-то и возьмёт меня «в оборот» служба внутреннего расследования «Гарварда». (Можно подумать, что они не всё ещё с меня вытянули ещё во время лечения…)

Но – нет.

Дотошные парни из спецотдела к этому оказались совершенно непричастны.

– Ваша командировка сюда, Джон, вызвана острой служебной необходимостью – и не более того, – пояснил мне сложившуюся ситуацию начальник базы.

А он тут тоже не абы кто – целый полковник! Сэр Ирвинг Медоу – бывший заместитель командира базы Форт-Райли. Если кто не знал – так это именно там готовят наших бравых парней из подразделения сил специальных операций. И положа руку на сердце, я вынужден признать, что моих сослуживцев из КМП[4] они во многом существенно превосходят!

Так что полковник заслуженно считается очень серьёзным специалистом в плане боевой подготовки. Его авторитет поистине непререкаем!

– В последнее время, – прохаживается по комнате Медоу, – мы столкнулись с рядом непредвиденных сложностей. Всё группы сопровождения и негласной охраны готовятся очень тщательно, с учётом большинства конкретных случаев, когда нам приходилось сталкиваться со всевозможными противниками. Данные ситуации подробно разбираются на брифингах, где каждый имеет право задать любой вопрос по сути происходящего. Казалось бы – мы учитываем всё! Но… только за последние полгода потеряно убитыми более тридцати человек! И это – среди хорошо подготовленных профессионалов! Среди охраняемых лиц потери, разумеется, ниже… но и эффект от этого – просто несопоставим! Я уж и не говорю о раненых…

Со слов полковника получается следующее. Группа очень серьёзных профи, выходя на маршрут (который заранее неплохо изучен), предпринимает все, предписанные инструкцией, меры предосторожности.

Проверяют (в который уже раз!) все подозрительные места, изучают полицейские сводки, анализируют активность известных криминальных формирований и даже отдельных их представителей. В последнее время кто-то из членов группы находится на постоянной связи с базой, куда оперативно передаётся даже и изображение с нашлемных камер. И есть уже случаи, когда именно оператор на базе ухитрялся опознать по передаваемым изображениям подозрительных лиц – и оперативно вмешавшись, предотвращал наступление негативных последствий.

Так что – прогресс на месте не стоит! Казалось бы – теперь и потерь должно быть меньше? Ага… как же…

Их стало больше!

Почти вдвое, как минимум!

И никакая предварительная подготовка не помогает…

Вот эта проблема и заставила очень многих и многих неслабо напрячь оставшиеся ещё извилины головного мозга. Ну, я имею в виду тех, у кого там ещё хоть какие-то способности к мышлению сохранились…

А то развелось тут у нас… всяких.

На первый взгляд – всё круто!

Здоровенный мужик, рукава чуть не лопаются от накачанных мускулов. Внешне – вообще «сливай вода, туши свет», как говорят русские. Одним ударом кулака способен капот у джипа проломить!

Вот их-то, чаще всего и хоронят…

– Но, сэр… Я ведь не являюсь дипломированным инструктором! Разумеется, мне приходилось обучать своих сотрудников, да и солдат изрядно в своё время погонял… но…

– Вы же выжили, Джон? Да и потом… Я смотрел ваше личное дело – потери в вашем подразделении всегда были относительно невелики. То есть – командир не только смог уцелеть сам, но и своих солдат сберёг! Это, знаете ли, дорогого стоит! И, раз уж, на меня возложили ответственность за качественную подготовку наших сотрудников, то я сам могу определять – кто у нас тут инструктор, а кто – выпускник колледжа! Наличие диплома ещё никого от пули не уберегло, а вот боевой опыт – он многих спас! Я сильно сомневаюсь в том, что солдат в бою будет прикрываться красивой бумажкой…

Ну… что я тут могу сказать? Медоу – босс, ему виднее… если он считает, что я годен для данной работы, то возражать было бы несколько неразумно. Всё же «Гарвард» – не та структура, где принято оспаривать указания вышестоящего руководства. Но, по-видимому, на моём лице отобразились некоторые сомнения, и полковник это заметил.

– Хочу тебе сказать, Джон… ты ведь был в России, и близко общался с русскими коллегами, так ведь? И даже сумел вскрыть подготовку к нападению, которое замыслили какие-то нехорошие парни?

– Да, сэр. Мне удалось кое-что предотвратить.

– Так вот… – босс делает некоторую паузу. – Не скрою, в этом плане у меня возникли некоторые разногласия с некоторыми… скажем так, с коллегами. Я склонен полагать, что участившиеся в последнее время потери – есть следствие целенаправленной работы некоторых сил. Поверь, я знаю почерк очень многих наших…э-э-э… оппонентов. Так вот – это не они!

– А кто же?

Полковник задумчиво барабанит пальцами по столу.

– Я не встречал пока настолько скоординированных и в то же время, рискованных, действий. Откровенно говоря, всех наших противников можно условно разделить на несколько групп. Конкретные отморозки – полагающиеся исключительно на стрельбу и физическую силу. Этих – большинство. Есть и другие. Более-менее адекватные люди, умело рассчитывающие каждый шаг и тщательно планирующие свои мероприятия. Они могут нанимать первых – исключительно как грубую физическую силу.

– Пехоту, сэр…

– Да, так тоже можно сказать, – кивает Медоу. – Так вот, мы столкнулись с чем-то новым! Тем, чего раньше не встречалось. Очень качественная подготовка, продумывается, буквально, каждый шаг! Высочайшее мастерство непосредственных исполнителей, точная и быстрая стрельба и отточенное искусство рукопашного боя. В тех, разумеется, случаях, когда до этого вообще доходит… Никаких следов на месте стычек они стараются не оставлять, свидетелей зачищают безжалостно. Радиопереговоров практически не ведут, оружие используется каждый раз новое. Сегодня применяют АК, а завтра – уже «Хеклер-Кох». Тебе ли объяснять, что каждый ствол имеет свои особенности применения и использования? И опытный стрелок всегда это учитывает.

– Как я понимаю, сэр, возможность использования разных групп специалистов…

– Отпадает. Это одни и те же люди. Отсутствие конкретного почерка, если хочешь знать, тоже своеобразная визитная карточка.

Полковник берет со стола пульт, что-то там нажимает – и на экране большой плазменной панели появляется изображение. Обычная городская улица, небольшое кафе… ничего особенного.

– Стандартная операция – передача груза. Вы должны это хорошо знать…

Ещё бы… Сколько раз такие встречи приходилось проводить!

– Курьер – за столиком слева.

Присматриваюсь… ага, тогда вот этот человек, что сидит на стуле – охранник. Ну, да – расположился таким образом, чтобы контролировать подход к курьеру. И бортик слева – туда он, в случае опасности, укладывает охраняемого. Так…

– Схема охраны стандартная? Или усиленный вариант?

– Усиление не объявлялось. Сейчас камера снимет панораму – найдите сотрудников группы прикрытия.

Понятно… Стало быть – три двойки и старший группы, он, надо полагать, и снимал… Значит, где-то рядом расположены автомобили – основной и запасной. Двое членов группы – водители, один – телохранитель клиента. А трое на позиции прикрытия…

– Вот этот человек, сэр. Вот этот… – камера смещается в сторону, по-видимому, человек, который вёл съемку, поворачивается на месте. Ага, камера, скорее всего, скрытая, съемка идёт в автоматическом режиме. Значит, сделать наезд на интересующий объект не выйдет…

– И вот этот… по-моему…

– Почему вы так думаете?

– Он сидит так, чтобы спина была прикрыта фрагментом ограды. То есть – выстрелы с той стороны ему не страшны. Далее… тепло – но на нём легкая куртка. Прикрывает бронежилет. Явно правша – берёт чашку правой рукой. Но телефон – в левой! И подносит он его к левому уху.

– И почему же?

– А в правом ухе у него наушник от радиостанции… Прикрыт волосами, так что сразу и не разглядеть.

Короче, всех членов группы я нашёл. Кроме водителей – ну, это-то впрочем, понятно… они сидят в машинах. Просчитал и один из маршрутов отхода.

– Что ж, – кивает босс. – Всё верно! Сразу видно профессионала!

Я не задаюсь. Какой смысл? Правильно сделать свою работу – это моя прямая обязанность. Увидеть недостатки в чужой – это тоже мало похоже на какое-то там подсиживание. Слишком уж велика цена ошибки – это будет похуже увольнения… до него, в таком раскладе, ещё как-то надобно дожить! Уверен, что парни не будут на меня в обиде.

– Что ж… – Медоу останавливает просмотр. – Вопрос! Если бы вы планировали нападение – каковы были бы ваши действия?

– Цель нападения, сэр? Просто кого-то убить, захватить конкретного человека или груз? Что именно?

– Ну… В данном случае происходит передача денег – вы же видели у курьера характерный – и несомненно, вам знакомый, чемоданчик? Свидетели, как понимаете, не особо в таком случае нужны…

Прикидываю… ну, в принципе, понятно…

– Несколько светозвуковых гранат – прямо на террасу кафе. На какое-то непродолжительное время мы обеспечим отсутствие активного противодействия. Двое снайперов в прикрытие – если кто-то из охраны проявит ненужную прыткость. Атакующая группа – минимально три человека. Разумеется – все с предварительным изменением черт лица. Надо учитывать возможную видеозапись. Ну и отход необходимо должным образом подготовить – исключать возможность погони мы не можем.

Да, если бы тогда, в памятный день, подобные меры предосторожности предпринял бы покойный Норман… много чего не произошло бы вовсе. Да и я тут не сидел бы…

– То есть, определённое количество жертв вы допускаете?

– Да, сэр. Это, к сожалению, неизбежно. Я имею в виду гражданских, сэр…

– А! Тогда понятно… а то я уж, было, подумал…

– Операции редко когда проходят в безупречном соответствии с разработанными планами. Мы не можем исключить любых случайностей.

– Я читал ваше личное дело…

Полковник поднимается с места и, сделав пару шагов, достаёт из шкафа бутылку виски и пару стаканов.

– Выпьем…

Он плескает мне на два пальца янтарного напитка.

А хороший у него виски!

– Продолжим… – отставляет Медоу в сторону стакан.

На экране снова всё приходит в движение – идут люди, неспешно проезжает мимо автомобиль. Что-то меня в этом вдруг настораживает!

– Смотрите внимательнее, Джон.

Вроде бы ничего не происходит…

По-прежнему сидят на своих местах все члены группы.

– Смотрите за временем.

Слева, в верхнем углу, имеется таймер, на котором быстро сменяются числа.

– 14.27 – прекращён радиообмен. Никто из членов спецгруппы на связь более не выходил.

И никто из них не меняет позы…

Изображение дергается… и камера показывает землю.

– 14.28 – окончание записи старшего группы. Дальнейшая картинка взята нами с камер кафе и близлежащего магазинчика.

Другой ракурс съёмки – и совсем уже иное качество. Ну, да… тут за скрытностью никто не гнался.

Рамками обведены позиции сотрудников. И даже цифрами обозначено – где и кто сидит. Это уж явно впоследствии наложено…

– Сэр, можно ли дать увеличение изображения?

Босс протягивает мне пульт.

– Работайте!

Так, где тут у него что… ага!

– Посмотрите, сэр! Время – 14.26, объект номер два.

Полковник всматривается в экран.

– Ну… и что я должен увидеть?

Где тут у нас кнопки…

– Чашка, сэр. Она лежит на боку. А несколько секунд назад – стояла, как и положено.

Он некоторое время молчит, разглядывая стоп-кадр.

– То есть, вы полагаете, что…

– Сотрудник на позиции номер два был к этому времени уже убит. Или ранен. Но, во всяком случае, он уже не имел возможности как-либо реагировать на происходящее. Не каждый может сохранять невозмутимость, когда кофе стекает тебе на брюки.

Нажимаю кнопку, фильм идёт дальше.

Стоп.

Тот сотрудник, что сидел спиной к ограде, теперь откинулся на спинку стула – правая рука безвольно повисла вдоль тела. Так, похоже, что и он…

– Смотрите, Джон! Вот сейчас…

На экране видно двух человек. Широкополые шляпы, закрывающие часть лица, бороды и противосолнечные очки. Они неторопливо входят на веранду кафе, приближаются к столику, за которым сидят курьер и охранник. На экране эта часть веранды просматривается плоховато, и разглядеть что-либо более-менее подробно не удаётся. Минутная задержка – и оба вошедших неторопливо удаляются.

– Далее можно не смотреть. Полиция приехала через десять минут – когда официант увидел кровь на груди одного из посетителей. В живых остались только оба водителя.

– Как их убили?

– Девятимиллиметровые пули из бесшумной винтовки русского производства. В двух случаях пробили бронежилеты. А вот старшего группы застрелили пулей калибра 12,7-мм!

– Сэр, но выстрел из такой пушки услышали бы во всём квартале!

– Мягкая свинцовая пуля… Эксперты утверждают, что такой тип оружия им до сих пор не встречался. Так или иначе – но выстрела никто не слышал.

Однако… Что-то новое! Застрелить пятерых человек, всего за минуту… да так, что никто из них (между прочим, неплохо подготовленных спецов!) даже и не дернулся… Стало быть, и не заметил ничего? Да, выходит, что так… А тут ещё и такая жуткая пушка!

– Старший группы был в бронежилете? С какой же скоростью летела мягкая свинцовая пуля, если его пробило? Или его убило динамическим ударом?

– Да. Бронежилет у него имелся. В первый раз, кстати, он вообще не очень-то это любил. Уверял, что тот сковывает подвижность и вообще… Ему попали в горло – прямо над вырезом жилета.

– Ему, что – голову нахрен оторвало? Представляю себе выходное отверстие от такой «пульки»!

– Нет. Она прошла сверху вниз. И остановилась где-то в районе лопатки.

Что-то я совсем запутался… Сверху вниз? Он что, на корточки присел? Насколько я видел, там нет высотных домов! Спрашиваю у шефа, тот на какое-то время задумывается…

– Там повсюду дома в два-три этажа. Высотных зданий нет, самое ближайшее – больше, чем за пару миль…

– Сэр, но даже если допустить, что он в момент выстрела присел или нагнулся вперёд…

– Нет. Это было бы видно на записи. Он сразу упал на спину.

– Тогда выходит, что пуля ударила его спереди-сверху, так? Под углом градусов в тридцать или даже менее?

– Ну… да. И что?

Снова возвращаюсь к фильму и некоторое время гоняю картинку вперёд-назад.

– Тогда, выходит, что стреляли вот из этого дома. Три этажа. Ну, допустим, что с чердака или с крыши – неважно! Метров сто от кафе. Или даже меньше… И никто ничего не услышал? Какой бы там ни стоял глушитель, щелчок от выстрела такого калибра нельзя настолько заглушить! Что это за оружие, сэр? С кем мы здесь имеем дело?

– Вот это-то я и сам хотел бы выяснить… Словом, Джон, вам предстоит заняться ещё и этим вопросом. Это – не единственное нападение, которое имело место в последнее время. Правда, сделать запись удалось только сейчас – в предыдущих случаях она не производилась. Сами понимаете…

Понимаю. Не всегда целесообразно фиксировать на видео все подробности некоторых наших операций.

– Сэр, каков характер похищенного груза?

– Только деньги. Сам товар нападавших не интересовал. Пока, во всяком случае… Но вот почерк… он почти всегда один и тот же. Никакой громкой стрельбы и всяческих спецэффектов, типа взрывов и тому подобного. Тихо убирают всех, кто может оказать сопротивление или опознать нападающих, подходят и забирают деньги. Мы изучали видеозаписи с камер… в тех случаях, когда они там вообще имелись. Никакой пользы это не дало. Такое впечатление, что они знали об их наличии и старательно прятали лица, чтобы не быть опознанными. А в том случае, как в последний раз, приняли меры к тому, чтобы лица было бы невозможно идентифицировать.

Да, я видел – бороды и очки от солнца. По таким шикарным приметам можно задерживать каждого третьего бородача.

– Вы говорили, сэр, про рукопашные схватки… С кем и при каких обстоятельствах?

– В одном случае неладное заподозрил официант. Китаец, к тому же, неплохо владевший восточными единоборствами. Его «вынесли» за несколько секунд. Навернулся вниз с лестницы, и только по этой причине остался жив – его попросту не пошли добивать. Видимо, решили, что он и так помрёт. Во второй раз это был полицейский, зашедший перекусить. Этого срубили и вовсе походя. Понятно, что он никакой не эксперт по единоборствам, но кое-что в этом всё же понимает. Его спас бронежилет – отделался только несколькими сломанными ребрами.

Однако!

Представляю себе, какой же силы там был удар! Сломать ребра под бронежилетом… задачка нетривиальная!

Глава 2

И вот теперь, сижу и думаю…

Полковник снабдил меня целой кучей всевозможных материалов обо всех странных случаях, которые произошли в последнее время с нашими парнями. Правда, и от основной работы тоже не освободил, так что гоняю парней, а в оставшееся время сижу перед компом.

Отсутствие почерка – тот же почерк?

Хм… ну, что-то в этом есть…

За что тут вообще можно зацепиться?

Русские 9-мм бесшумные винтовки? Да, хорошее и мощное оружие – но оно теперь есть не только в России.

12,7-мм бесшумная винтовка? У русских есть и такая – но там совсем другая пуля, оболочечная, со стальным сердечником. Так что не пойдёт… Из их «Выхлопа» можно было настолько точно и не выцеливать – никакой бы бронежилет не спас.

По этой же причине я исключил и все прочие стволы различного производства – мягких свинцовых пуль они не использовали.

А данный ствол выстрелил ещё раз – я это обнаружил в отчётах. Точно такой же выстрел – в горло. Да, у убитого в тот раз не имелось бронежилета – но, снайпер стрелял всё так же – именно в это место.

И вот это уже почерк…

Но работа на полигоне, тем не менее, остаётся моим приоритетным делом. Мы тут все «пашем», не покладая рук. Кстати, когда я пояснил коллегам по группе значение данного выражения, народ проникся – и теперь частенько вворачивает в свою речь ещё и другие, чисто русские, словечки, которым я их обучил. Всё же, надо отдать должное, русские умеют кратко и ёмко описать одним словом целый процесс!

Сегодня задача стандартная и хорошо знакомая – вывод вип-персоны из угрожаемой зоны. Таковой же зоной, в нашем понимании, может быть вообще, что угодно. В отличие от армейцев, у нас подобные задачи возникают преимущественно в городской застройке, а не в чистом поле или в лесу. Нет, разумеется, мы и эти варианты тщательно отрабатываем, но сейчас у нас именно городская обстановка.

Сколько я помню события последнего времени, именно там чаще всего и происходили с нами всевозможные неприятности…

Состав группы обычный – два автомобиля, шесть человек команды, плюс старший группы и собственно – охраняемое лицо. Обстановка имитирует обычную городскую застройку, характерную для небольшого европейского города. Есть, правда, и чисто восточный квартал – там тщательно воссоздана характерная для этой местности обстановка. Осмотрев впервые этот полигон, старший инспекторской группы – Майлс Гарнет, хмыкает.

– Чует моё сердце, что тут вскорости потребуется строить ещё один квартал…

– Здесь чего-то не хватает? – удивляется начальник полигона.

– Угу…

– А именно?

– Да возьмите карту любого русского города – по ней и стройте. Там, сэр, имеются некоторые, но, тем не менее, весьма серьёзные, отличия. Нам надо будет учить людей работать и там.

– Вы ведь были в Москве, Джон? – поворачивается ко мне начальник полигона. – Что скажете на это?

– Москва, сэр, вполне европейский город. Каких-то совсем уж кардинальных отличий я там не заметил. Разве что метро… оно там очень неплохо развито. Да и дороги относительно неплохи, хотя, от пробок это спасает слабо.

Гарнет ухмыляется.

– Ну, там мы пока ещё так плотно не работаем… а вот Украина, сэр, уже сейчас доставляет нашей конторе сильную головную боль! Метро, кстати, там тоже есть, как и пробки. Но вдобавок ко всему – ещё и абсолютно, как это говорит наш коллега Хаст, отмороженное население.

Наш собеседник саркастически хмыкает.

– Ну, население… это уже учтено в наших наработках…

– При всём моём уважении, сэр, сомневаюсь! Настолько отчаянных бандитов всех мастей я, пожалуй, даже и в Сомали не встречал! Сомалийцы нисколько не ценят свою жизнь, не говоря уж о чужой – это так. Но русские… те, вдобавок к этому, ещё и сильнее физически, да и воевать умеют намного лучше. Та ещё гремучая смесь!

– Откуда там русские, Майлс?! Это же Украина! Там живут украинцы!

– Какая разница, сэр, как они там себя назовут? Хоть готтентотами! По факту – это те же самые русские, что и в Москве. Только живут они намного хуже и беднее, оттого и такие злые… и столь охочие до чужого добра. Так что подумайте над моими словами!

– Сэр, Майлс хочет пояснить, что в подобных случаях следует учитывать не только особенности городской застройки, но и характер поведения окружающего населения. Я знаю, что такое Сомали и Афганистан, имею представление о том, как поведут себя итальянцы и вообще европейцы. Русские, сэр, поступят совсем по-другому! – вступаю в разговор и я. Гарнет всё по делу говорит, и будет правильно, если я его поддержу.

– Итак, джентльмены… – прохаживается перед строем полковник. – Ставлю вам задачу!

Обстановка – мирный городок где-то на Ближнем Востоке. Всё, как всегда – добрые соседи и так далее… Население активно друг друга ненавидит, но, поскольку вооружены все поголовно, то и ведут себя вежливо. То есть – не держат оружия на виду и не начинают стрелять первыми. Стоит ли вам говорить, что чужаков тут не любят уже по умолчанию?

Нет вопросов – это понятно каждому.

– Задача усложняется тем, что в городе постреливают, так что использование автотранспорта затруднено – идёте пешком. Есть и плюсы – я принял решение усилить группу. Теперь вас двенадцать человек! Ларсен, принимайте командование.

Светловолосый викинг – Кнут Ларсен, исполняющий сегодня роль старшего группы, молча кивает – принято!

– Брифинг – через пять минут! Группе обеспечения – начать выдвижение на позиции.

Ну, началось… Сценарий противодействия здесь может быть и вовсе необычным. Хотя определённые правила всё же присутствуют и тут. Так что уж совсем странных фокусов (типа орбитальной бомбардировки) ожидать не следует.

Но – стоп разговоры – пошла группа!

Задание понятное – пройти по заранее оговоренному маршруту, отразив все попытки противника атаковать и уничтожить как, собственно, группу, так и эвакуируемого персонажа.

Команда идёт в усиленном варианте – в её составе теперь есть техник с дроном. Посредством его просматривается маршрут, и мониторится обстановка на прилегающих улицах. А неплохо парни экипированы! У нас, в своё время, было хуже…

– Подозрительная активность в квадрате шесть-два. Группа гражданских – около десяти человек. Происходит что-то непонятное… какой-то конфликт.

Обеспечивающий офицер – Ларри Кертис, человек талантливый и изобретательный. В его распоряжении здесь около пятидесяти человек статистов и целый штат рабочих. С их помощью он тут может создать имитацию вообще чего угодно – даже локального фрагмента Армагеддона! Видел я его склады! Впечатляет… даже и танки есть!

Вот и стараются его статисты, изображая толпу уличной шпаны. Очень, кстати, достоверно получается!

– Изменение маршрута! Вариант два!

И команда сворачивает в сторону, избегая контакта с шумящей толпой.

Минута… другая… Пока всё идет штатно. Ощетинившаяся стволами группа проходит один квартал, входит во второй…

– Снайпер на семь часов! – засекает блик оптики наблюдатель. – Серый двухэтажный дом, третье окно слева!

«Випа» тотчас же уволакивают куда-то за угол, окно берут на прицел.

– Противник подавлен, – комментирует посредник. – Потерь в группе не имеется.

Мы все неторопливо следуем за возбуждёнными парнями. Никак не вмешиваемся, но и пока никак не комментируем происходящего. Хотя, имеем право вмешаться на любом этапе. Правда, и командир группы не обязан следовать нашим советам – его полномочия мы никак не ограничиваем. А вот на этапе разбора мероприятия, он уже должен будет тщательно обосновать своё решение! И аргументировано!

Снова подал голос оператор дрона.

– Нахальное минирование!

На экране ноутбука видна машина и копошащиеся около неё люди. Увеличение…

Хорошо заметны отлетающие в сторону предохранительные колпаки от противопехотных мин с разбрасываемыми датчиками цели.

Всё, финал, дальнейшего пути нет. Дрон, повинуясь команде оператора, закладывает вираж, облетая место минирования. Стены домов глухие, частично смыкаются с заборами… через дома это место не обойти. И если пробить взрывом в стене одну-две дырки вполне возможно, то проломить ещё и несколько заборов на пути…

– Сзади наблюдается группа вооруженных людей! Направление движения – на нас! Время подхода, ориентировочно, пять-десять минут!

– Занять оборону!

И бойцы ощетиниваются стволами.

Реакция, в принципе, правильная… но ведь сейчас весь город встанет на уши!

– У вас есть минута на принятие решения! – поднимает руку с секундомером посредник.

Командир группы лихорадочно осматривается по сторонам – что делать-то?! Смотрит на нас…

Посредник кивает – вмешательство разрешено.

– У вас в отряде взрывчатка есть? – спрашиваю я у командира.

– Да, сэр! Четыре стандартных заряда, сэр!

Ну, да… подорвать машину, снести дверь – этого количества вполне достаточно.

– Я бы обрушил стену этого дома… – указываю направо.

– Это частная собственность! – возражает посредник.

– А вот это! – указываю на бойцов, – Мои люди! И что, по-вашему, мне более ценно в сложившейся ситуации?

Офицер пожимает плечами и смотрит на командира – решение принимать ему.

– Я взрываю этот дом!

Изрядная куча кирпича и битых камней, обрушившись на дорогу, приведёт к срабатыванию какую угодно мину. А что не рванет под упавшими камнями, до того через завал и нога солдата не достанет.

– Работайте… – пожимает плечами посредник.

Бойцы быстро проверяют дом, выталкивают оттуда очередного статиста и отводят его в сторону, предварительно обшарив карманы на предмет оружия, устанавливают заряды, включают радиодетонаторы…

– Готово!

– Можете продолжать путь, – отходит в сторону офицер. – Готовых к подрыву мин более не осталось…

– За всё время существования этого полигона, Джон, – говорит мне вечером полковник, – подобное решение было принято впервые…[5] И это ещё раз убеждает меня в том, что мой выбор был правильным! Вы – именно тот человек, который мне сейчас нужен!

Глава 3

– Доброе утро, Джон! – нарисовался в дверном проёме светловолосый парень с голливудской улыбкой.

– А когда это оно стало добрым? – пожимаю я плечами. – Впрочем… у вас, надо полагать, есть на этот счёт своё мнение, раз уж вы так уверенно об этом заявляете… Заходите, присаживайтесь…

– Марк Лейбан! – протягивает мне руку гость. – Отдел внутренних расследований.

Ага… понятно, отчего у него утро доброе… Этих парней хлебом не корми, дай только устроить честному человеку какую-нибудь каверзу. Небось, уже чего-то там накопал…

– Не смотрите на меня, как на ангела смерти! – улыбается вошедший. – Поверьте – мы с вами сидим в одной лодке!

Ну да… только гребём в разные стороны. А так – конечно!

– Слушаю вас, сэр.

Лейбан качает головой.

– Не стоит меня так называть, Джон – мы с вами в одном весе. С сегодняшнего дня ваше неофициальное расследование…

«Прекращено…»

– …является вполне официальным мероприятием нашей службы…

«…а вы от него отстраняетесь, как лицо с недостаточно высоким уровнем допуска…»

– …и я прикомандирован к вам на весь период расследования. А вам, соответственно, даны полномочия офицера отдела внутренних расследований. На то, разумеется, время, пока вы работаете над данным мероприятием.

На стол, глухо звякнув, ложится овальный жетон темно-серого цвета. Два скрещённых ключа – «ключи райского привратника», как шутили парни. И две пирамиды, соединённые вершинами – на тыльной стороне жетона.

Жетон офицера отдела внутренних расследований… мощная штука! Видел я такие… и не сказать, чтобы это вызывало во мне какие-то положительные воспоминания – по причине отсутствия таковых.

– Прошу прочесть, – рядом появляется документ. – И поставить подпись. Указать дату и время. С этого момента всё, что станет вам известным – в связи с расследуемыми событиями, имеет соответствующий гриф секретности. Никто, независимо от занимаемой должности, не вправе требовать от вас отчета и объяснений – в любой форме и по каким угодно причинам. Все отчёты вы направляете ежедневно по специальной линии – и более никому и никуда.

Хм… интересно получается…

– И что же я такого накопал, что руководство вдруг пришло к подобному решению?

На стол передо мной ложатся несколько фотографий.

– Посмотрите…

Какой-то тип с конкретной такой винтовкой. Судя по внешнему виду – калибр сего оружия весьма серьёзный. Да и мужичок… мало похож на любителя пострелять по пустым пивным банкам.

– Отправной точкой стал ваш рапорт о крупнокалиберной бесшумной винтовке. Вы упомянули, что стандартные снайперские винтовки такого калибра не используют мягких свинцовых путь – и на это обратили внимание. Действительно, шаг нарезов на пулях совершенно не характерен для подобного оружия. Пулю попросту «сорвёт» с нарезов – она же мягкая! И не выдержит большого давления пороховых газов при выстреле.

– Это что же такое у нас получается? Мы имеем дело с пневматикой?

– Совершенно верно – это оружие на фото перед вами. Пневматическая винтовка «Umarex Hammer» – калибра 0,50![6] Мощное бесшумное оружие с приличной убойной силой.

– А стрелок? Это кто такой?

– Вынужден вас огорчить – перед вами наш сотрудник. Джереми Питерс-младший, из отряда снайперов юго-восточного филиала. Именно он в своё время и предложил использовать такие винтовки в нашей работе. Тогда это предложение не нашло понимания, и вскоре после этого Питерс вышел в отставку. По болезни – врачи нашли у него какое-то там расстройство зрительного нерва… словом, он не мог более работать снайпером. Но мы иногда продолжаем использовать его в качестве внештатного консультанта. Вот и в этот раз, прочитав ваш рапорт, он сразу же указал на данную винтовку.

– Она что же, единственная в своём роде?

– Разумеется, нет, есть и другие. Но баллистическая экспертиза подтвердила правильность выводов бывшего снайпера. Пули выпущены именно из подобного оружия – тут никаких сомнений нет.

Ну, раз уж эксперты-криминалисты дают столь бескомпромиссное заключение… то никаких поводов для спора и быть не может! Впрочем… а что это в принципе меняет? У нас, что до этого была полная «непонятка», так и сейчас намного проще не стало…

– Он рассказал ещё что-нибудь полезное?

Мой напарник с удобством устраивается за соседним столом, вытаскивает из своего портфеля какие-то вещи и распихивает их по ящикам.

– Что? А, конечно, рассказал! Выстрел в горло поверх пластины бронежилета – это ведь именно Питерс и предложил. Конкретно для данной винтовки.

– Так… может, это он сам и стрелял?

– Увы… – качает головою Марк. – Мы, естественно, сразу же это проверили – у него безупречное алиби! В обоих случаях! Да и потом… он ведь работает инструктором по стрельбе, и его ежедневно видит приличное количество людей. Незаметно не отъедешь…

– То есть, толку нам от него…

– Питерс обучил нескольких человек в своё время. Работе именно с этим оружием. Там, если хотите знать, есть определённые особенности.

Знаю. Наши снайпера и марксманы[7] всегда были особой кастой, куда старались не допускать никого постороннего. Даже и разговоры-то у них не всегда были понятны для окружающих. Ладно, марксманы – те хоть были как-то к нам поближе, а вот армейские снайперы…

Так что – верю!

– И?

– Вот список этих людей. Джереми уверен, что стрелял кто-то из них. Он не пояснил данного вывода – но не сомневается в правоте своих слов.

Вот это номер! Что же, стало быть, среди своих искать будем? Ничего себе денёк начинается… и кто-то там ещё называет это утро добрым?!

– Ларси Стайл, двадцать восемь лет, разведена. В системе работает семь лет, девятнадцать подтверждённых целей. Специализация – бесшумное оружие, средние дистанции стрельбы.

Смотрю на фото в личном деле. Хм, а вполне себе ничего… разве что выражение лица… какое-то оно у неё неприветливое.

– Донни Макгроув, тридцать один год. Женат, двое детей. В системе пять лет, девять подтверждённых целей. Специализация – бесшумное оружие, работа в городских условиях.

Крепкий парень с волевым лицом.

– И откуда эта парочка?

– Стайл – из АНБ. Замкнута, малообщительна. Лесбиянка, противоположный пол её не интересует. Есть подруга, иногда встречаются у неё. К себе домой никого не приглашает, и гостей не жалует. Макгроув – из Корпуса морской пехоты, второй лейтенант. Дважды ранен, имеет ряд наград. Полная противоположность нашей дамочке. Любитель хорошо погулять, но, несмотря на это, души не чает в своей семье. Младшая дочь для него – просто центр вселенной.

– Это все, или есть ещё кто-нибудь?

– Есть… Филипп Крозье, бывший напарник нашего консультанта. Но этот человек находится на излечении после ранения. Предвосхищая ваш вопрос, отмечу – он там уже почти полгода. Частная клинка со строгим распорядком – там проблематично не то что уйти, и в туалет-то без присмотра не сходишь! – напарник закрывает папку. – Питерс работал только с этой тройкой. Данное направление было признано неперспективным, поэтому ограничились только этими тремя кандидатами.

– И есть случаи боевого применения указанного оружия?

– Есть, – заглядывает в свои документы Лейбан. – Шесть случаев. Три подтверждённые цели у Крозье, две у Стайл. И Макгроув – один случай. Кстати, он написал достаточно резкий рапорт на эту тему. Где подверг критике саму идею использования пневматики в нашей деятельности.

– Почему?

На этот раз мой напарник залезает в свой ноутбук и какое-то время молчит.

– Вот… Пуля не пробила бронежилет противника – его только опрокинуло. Пришлось стрелять ещё раз… и даже не один. Но и он успел выстрелить… Словом, без потерь не обошлось. В общем, скандал вышел знатным!

Так… Словом, у нас теперь есть два вероятных стрелка. Здесь, наверное, даже чуток проще будет… вот, была бы это обычная снайперская винтовка, кандидатов на такую роль было бы вообще дофига!

– Проверить алиби этих людей мы можем?

– Этим уже занимаются.

– В чём тогда будет заключаться моя задача?

На этот раз напарник некоторое время молчит, сверяясь с записями с ноутбуке.

– Видите ли, Джон… У вас есть редкая способность обращать внимание на мелочи. Ну, не сказал бы, что именно на мелочи в прямом смысле этого слова… наверное, я неправильно сформулировал свою мысль. Вы, замечая то же самое, что и множество других людей, способны выстроить на этом основании свою собственную версию происходящего. И она часто оказывается верной – и единственно правильной! Руководство организации сделало из этого определённые выводы!

Он продолжает пояснять мне сложившуюся ситуацию – и я узнаю кое-что новенькое!

Как он сказал, в мою задачу входит – ни много и ни мало – определить истинные причины произошедших нападений. А в том, что это было чем-то большим, чем простое нападение преступных элементов, не сомневался в настоящий момент уже никто.

Как вы сами-то думаете, хватило бы ума у обычных гангстеров, сорвавших такой нехилый куш, отсидеться после этого где-то в тиши и не светить повсюду шальными деньгами? Сильно в этом сомневаюсь…

А «хапнули» (какое всё же удачное определение есть в русском языке!) эти нападавшие весьма приличные средства. В общей сложности – почти четырнадцать миллионов долларов! Тут у кого угодно «крышу сорвёт»!

Но… никаких следов похищенных средств!

Минуточку!

– Марк! Момент! Вы говорите – четырнадцать миллионов?

– Да.

– Но ведь это – далеко не такой уж и маленький чемоданчик получается! А я что-то не заметил, чтобы там кто-то катил тележку с банкнотами. В обычный кейс можно запихнуть не более семисот тысяч долларов. Даже если брать самые крупные купюры в евро – то и в этом случае получиться сумма не превышающая трех миллионов. Насколько же я видел, с места уносили не особо-то и внушительный кейс!

– А там были не только денежные купюры.

– Что-то я не припоминаю – когда это мы стали расплачиваться бриллиантами?

– Что вы знаете об электронной валюте, Джон?

Чешу в затылке.

– Э-э-э… биткойн?

– Не только. Но и биткойн тоже. Достаточно передать партнёру флешку с нужной информацией – и кто-то где-то обналичит средства на чьём-то электронном кошельке. Каким путём – это уже вас не касается. Согласитесь, что флеш-диск занимает куда как меньше места, чем чемодан с долларами.

– Не стану спорить. То есть, мы теперь ещё и таким образом расплачиваемся?

– И уже давно. Это удобно и не оставляет следов. Ну… скажем так, почти не оставляет. Понятно, что при желании можно проследить всё, что угодно. Но одного желания недостаточно – надо иметь ещё и соответствующие технические возможности. А они есть далеко не у всех!

– Понятно… Значит, у нас ещё и эти самые флешки похитили?

– Да. И уже обналичили кошельки – это происходит, как правило, в тот же день. Против нас играют чрезвычайно умные люди, прекрасно осведомлённые обо многом…

У моего собеседника звонит мобильный, и он, прервав разговор, отвечает на звонок. Какое-то время молчит, потом кивает, что-то быстро отвечает и поднимается с места.

– Джон, срочно собираемся на выезд! Ещё одно нападение!

Глава 4

Под ногами хрустит битое стекло – пули разнесли огромное панорамное окно. И сверкающие брызги теперь видны повсюду. Ими засыпаны столы и опрокинутые стулья, весёлые искорки подмигивают с диванов и с пола. Неожиданно много пострадавших – осколками поранило множество совершенно случайных людей. Не до смерти – и то хорошо! Их уже увезли в больницы, и теперь в помещении, кроме нас и нескольких полицейских, никого нет. Нам не препятствуют всюду ходить – в кейсе моего напарника нашлись два полицейских значка, и нас тут принимают за своих коллег из какого-то там спецподразделения. Впрочем, это уже меня совершенно не волнует – пусть на эту тему болит голова у Лейбана. Он что-нибудь там придумает…

Мелом обведён контур упавшего тела – это, как я понимаю, первая жертва… Напротив ещё один обведённый контур – здесь упал второй. Один из них, скорее всего, наш человек, а второй – связной. Что ж, вполне логично, что они сидели рядом… В углу слева заметны ещё одни обведённые контуры – там застрелили охранника. Четвёртый лег у входной двери – там стоит неприметная такая скамеечка – он сидел на ней. Тело уже увезли, так что осмотреть нам его не удалось. Ладно, вернёмся к тому, чего полицейские утащить пока не догадались – к мебели. Ещё проходя мимо того места, где положили нашего человека вместе со связным, я обратил внимание на кое-какие любопытные мелочи.

Присаживаюсь и обращаю внимание на пулевые следы, взбороздившие поверхность стола – пули шли так…

А назад посмотреть?

Ага…

– Марк!

– Да?

– Смотрите…

Пули шли сверху вниз, и если наклонить голову…

– Ничего не понял… Там же ничего нет?!

– Вот именно. Где же тогда находился стрелок – в воздухе, что ли, завис?

Действительно, на линии огня нет никаких возвышений, и даже домов не имеется! Представить же себе человека, примерно двухметрового роста… нет, такие люди, разумеется, в жизни встречаются, но вот использовать настолько заметную фигуру для совершения преступления? Не настолько же там всё так плохо с головами? Раньше нападающие таких ляпов не допускали, и нет никаких оснований думать, что они сейчас вдруг резко поглупели!

– Записи с камер на фасаде имеются? Не просто же так они на улице висят?

Да, записи были – и их уже оприходовали наши «коллеги». Правда, пока не увезли, и нам разрешают быстро просмотреть их прямо здесь. Понятно, что потом к нам и это притащат… но это будет потом!

Торопливо проматываю изображение… это после всего можно будет и более внимательно просмотреть. Сейчас же меня интересует вполне конкретный момент!

Камера показывает часть улицы, окна кафе. Какие-то люди проходят мимо…

Опа… что это?

– Смотрите, перед окнами кафе остановилась фура.

– Вы думаете, что стреляли с крыши кабины?

– Нет. Вы, что, видите, чтобы туда кто-то залезал?

Лейбан задумчиво прикусывает губу.

– Но, как же тогда… Ведь пулями выбило почти все стекла! Их было выпущено чуть менее сотни!

– Угу… по закрытым от наблюдения целям. Кстати, какой калибр использовался на этот раз?

– Девять на девятнадцать… пули, между прочим, совсем не стандартные! Высокоскоростные, с повышенной пробивной способностью.

Я только головой покачал.

– То есть, нападавшие однозначно не хотели, чтобы кто-то из наших выжил… били наверняка.

Оп!

Что это?

Экран внезапно ярко мигнул. Ещё раз…

Мы с напарником изумлённо уставились на ноутбук, к которому был подключён сейчас диск с видеозаписями, изъятый из охранного сервера.

– Э-э-э… что это?

Изображение медленно проявилось – словно фотоснимок при проявке, иначе и не скажешь. Но теперь на экране были видны уже разбитые окна. И лежащий на скамейке человек в темной курточке – надо понимать, тот самый охранник, которого застрелили на улице.

– Двадцать шесть секунд! Вы зафиксировали это, Марк? Изображения не было двадцать шесть секунд!

– Да…

– Так, тут где-то должна быть внутренняя камера!

Ага, вот и нужный фрагмент видеозаписи!

Не знаю, на какие там ещё кнопки нажал мой напарник. Скорее всего, даже и не он, а гораздо более высокопоставленные персоны. Но, так или иначе, а полный материал расследования, включая, разумеется, и записи с камер, был у меня на компе уже утром. А в комнате появился ещё и третий собеседник – Айзек Форман, специалист по исследованию и обработке видеоматериалов. Парень едва успел закрыть рот, закончив пояснения о себе, как я тотчас же нагрузил его работой! Он только в затылке почесал…

Но дело своё, как оказалось, он знал достаточно неплохо – и вот передо мною результат!

На Марка я только раздражённо рычу, пресекая все его попытки влезть в мои размышления. Время от времени озадачиваю его уточняющими вопросами, которые порою ставят его в тупик. О чем он не стесняется мне каждый раз сообщать! Ничего… потерпит…

Фактически, каждый из нас двоих, сейчас проводит собственное расследование, почти никак его не координируя с товарищем. Понятное дело, что это неправильно. Но вот как объяснить это напарнику? Он ведь реально не понимает, почему я упираюсь в одни факты – и отчего почти игнорирую другие? А нет у меня времени ему всё объяснять! Я, как та охотничья собака, иду верхним чутьём! Протянем время, и всё… исчезнет след… некого будет более искать.

– Итак, джентльмены, что хорошего вы можете мне сообщить? – через пару дней озадачивают нашу группу прямым вопросом.

Озадачивает не кто-нибудь – заместитель начальника отдела внутренних расследований! Леонид Беренс – фигура почти мифическая, я так и вовсе вижу его в первый раз. В иное время реально бы мурашки по коже пробежали, ибо интерес к себе любимому со стороны такой фигуры… как правило, ничем хорошим не заканчивается.

Но сейчас – я зол. Конкретно зол и раздражён! Ибо причины к тому есть – и они достаточно серьёзные. Понятное дело, что для конфликта с Беренсом у меня поводов нет – злость вызвана совсем другими людьми. Но определённый настрой на хорошую драку всё же присутствует.

Есть горячее желание дать кому-то в рыло! Подвернись мне сейчас такой человек… на своих двоих может потом и не уйти!

Первым, разумеется, докладывает Лейбан. Он старший группы – с него и спрос.

Нечего сказать, Марк подготовился основательно. Маршрут почти каждого члена группы просчитан им с почти математической точностью. Всё это оцифровано, нанесено на картинку, и каждый желающий может всё лично проверить. Присутствует чёткий хронометраж – кто и когда что делал, где сидел, куда шёл… и так далее. Всё есть!

Ага… кроме основного…

– Так… – кивает наш нынешний босс. – Работа, как я вижу, проделана немалая! Это хорошо. Ну а конкретика где? Кто стрелял, кто вообще всё это затеял? И зачем это ему нужно?

Упс… «повис» Марк… нет у него на это ответа.

– Садитесь, – кивает Беренс. – Джон?

Поднимаюсь.

Подхожу к компу, втыкаю туда свой флеш-диск.

– Если позволите, сэр, я буду не совсем последователен. Всё же опыта в проведении таких расследований у меня почти и нет. Так что…

– Можете излагать свои заключения так, как это вам удобнее. Если что-то будет непонятным, я переспрошу, – соглашается он.

Это как, хороший признак, или не очень?

– Начну с вопроса, сэр. Сколько было взято денег нападавшими?

Босс пожимает плечами – вопрос ему непонятен.

– Сто двадцать восемь тысяч долларов. У вас ведь была это цифра! Или вы что-то просмотрели?!

– Нет, сэр. Я хотел получить подтверждение от вас. Ведь нам могли дать и не всю информацию…

– И нарушить мой приказ? – недобро ухмыляется он. – Сомневаюсь… хорошо, вы получили подтверждение – что дальше?

– Мне теперь совершенно точно понятно, что целью нападавших являлись вовсе даже и не деньги.

Опа!

Вот это называется – бинго!

Беренс аж рот приоткрыл!

– Хм… – он, наконец, прервал затянувшуюся паузу. – Не деньги… а что же тогда?!

– Целью нападавших было именно уничтожение наших оперативников – деньги тут служат лишь прикрытием. И приятным бонусом.

И снова молчание.

На Марка – так и смотреть неохота. Парень конкретно потрясён! Судя по всему, его версия (или, что там у него в голове уже к данному времени сформулировалось) кардинально расходится с озвученным. И мои слова – это просто удар в солнечное сплетение! Он, небось, уже лихорадочно обдумывает – каким образом половчее от меня отодвинуться на максимально возможную дистанцию?

– Конкретно в данном случае? – наклоняет голову босс.

– Полагаю, сэр, что во всех.

– И вы можете это доказать?

– Да, сэр, могу…

Глава 5

– Начну сначала, сэр. Насколько я в курсе дела, никаких следов похищенных сумм мы так и не смогли обнаружить. Это так?

– Да, – наклоняет голову босс. – Это соответствует действительности.

– Я слабо представляю себе грабителей, которые, успешно орудуя в течение уже четырёх месяцев, и похитив при этом громадные суммы денег, так и ни разу ими и не воспользовались.

– Мы не можем быть абсолютно уверены в том, что они не используют обналиченные средства с электронных кошельков, – возразил Беренс.

– Не стану спорить. Более того – я уверен, что они это сделали.

– Тогда… я не совсем вас понимаю, Джон…

– Поясняю…

Нажатие кнопки – и на экране появляется зал кафе. Параллельно, во второй и третьей части экрана мы видим обстановку на улице.

Это уж Форман постарался, мне такие вот фокусы не под силу…

Пока там ничего не происходит. Мирно сидит на скамейке у входа наш сотрудник, ходят по залу немногочисленные посетители.

– Это, – киваю я на экран, – Джереми Борн, он на ранее представленной схеме, обозначен под номером три. Осуществлял прикрытие со стороны входа. За столиком – Ларри Корн, курьер. Слева от него, всего в метре – Линкольн Фрамм, телохранитель Корна. Собеседника Корна я не знаю, но на схеме он помечен номером семь. Он пока ещё не подошёл, будет через пару минут… Под номером шесть обозначен второй охранник Корна, Линкольн Граст – он сидит у запасного выхода, лицом к нему.

Босс кивает, ему пока всё понятно.

– Двенадцать сорок три – подъехала фура. Обзор на окна кафе со стороны улицы – перекрыт.

– Мы всё проверили! – подаёт голос Лейбан. – В соседнем магазине производили ремонт, и это привезли стройматериалы. Заказ был сделан ещё пять дней назад, до того момента, когда данное кафе было выбрано как место встречи.

– Я, вообще-то, в курсе дела, – замечает Беренс. – Скажите мне то, чего я пока ещё не знаю!

– С вашего позволения, сэр, я продолжу…

– Да уж, будьте так любезны! И без долгих вступлений, попрошу вас…

– Двенадцать пятьдесят – появляется собеседник Корна, вот он – садится за стол, вполоборота к окну. По-видимому, он не хочет, чтобы его лицо попало на камеру. В таком положении оно плохо просматривается. Начинается разговор.

Картинка на экране меняется – охранник на улице откинулся на спинку скамейки.

– Двенадцать часов пятьдесят одна минута – убит Борн. Попрошу обратить внимание! Почему он был убит именно в это время?

Оба моих собеседника почти синхронно пожимают плечами – а бог его знает!

– Двенадцать часов пятьдесят три минуты – ослеплены уличные камеры. Зачем? Что они могли увидеть?

– Что сказали эксперты? – спрашивает босс. – Как это вообще можно было сделать?

– Инфракрасный лазер, скорее всего… Ослепили CMOS-матрицу, вот, камера и вышла из строя на какое-то время.

– Ладно… крутите дальше.

Обстановка на экране меняется – летят какие-то осколки, мечутся и падают люди.

– Двенадцать часов и пятьдесят пять минут – открыт огонь со стороны улицы.

– Из какого оружия?

– Если позволите, сэр, я к этому вернусь чуть позже. А пока хочу отметить следующее – стрельба велась сверху вниз, с высоты более двух-двух с половиной метров. Это, кстати, полностью исключает вероятность того, что стрелял случайный прохожий – человеку с таким ростом трудно оставаться незамеченным. Пулями, в частности, был поражён и кейс с деньгами – вот, прошу обратить внимание на экран…

Да, на картинке хорошо заметно отлетающий в сторону кейс. На экран выведен отдельный снимок – вся поверхность чемоданчика напоминает набалдашник садовой лейки. Сколько же там пробоин…

– Могу себе представить, что стало с деньгами… Сомневаюсь, что какой-нибудь банк их примет.

– Но кейс на месте преступления не оставили! – подаёт реплику Марк.

– Ну, не такие же, там, всё-таки дураки… – пожимаю плечами уже я.

– Продолжайте, Джон! Я вас очень внимательно слушаю! – не поддержал моего коллегу босс.

– Стрельба велась не только по нашим сотрудникам, пострадали и некоторые посетители кафе… – на мониторе появляется картинка, которую мне любезно организовал наш помощник по всей этой хитрой механике. Цифрами отображены тела наших сотрудников. – Прошу обратить внимание на цветные линии – ими обозначены…э-э-э… ну, если так можно сказать, границы своеобразных… ну… коридоров… Пули шли, не выходя за эти линии, и никто, находящийся вне этих… коридоров… не пострадал. То есть – огонь велся относительно прицельно, по конкретным целям, не обращая внимания ни на кого постороннего, кто сидел или проходил рядом. Рассеивание пуль было примерно от одного до полутора метров. Те, кому не повезло там находиться… ну, им, конкретно не повезло…

– Такой разброс пуль? У стрелка этого, что, руки дрожали?

– Собственно стрельба велась всего несколько секунд. По Корну и его собеседнику – четыре секунды, выпущена тридцать одна пуля. Двенадцать из них попали в кейс с деньгами и в стол. Секундная пауза – и огонь по Фраму – выпущено восемнадцать пуль. Здесь уложились в три секунды. Двухсекундная пауза – и огонь по Грасту. Он вскочил со своего места (на видеозаписи это хорошо видно) и успел сделать несколько шагов. Фактически, стреляли по движущейся цели – и именно оттого здесь и пострадало больше всего посторонних. Стрельба велась со смещением, и по этой причине под пули попало много непричастных людей…

– Сколько?

– Семь человек, сэр. Трое скончалось на месте.

– Сколько было сделано выстрелов?!

– Шесть секунд – и сорок четыре пули. Вся стрельба продолжалась тринадцать секунд с двумя паузами в одну и в две секунды.

– Девяносто три выстрела? С такой скорострельностью? Что же за оружие было у нападавшего? И как он ухитрился поменять магазин – за две секунды, что ли? Если он настолько опытный стрелок – отчего тогда столько пострадавших среди посетителей кафе? – наклоняет голову Беренс. – И кто унёс кейс с деньгами?

– Относительно кейса, – киваю на напарника, – все вопросы к нему. Меня интересовали несколько иные вещи…

Марк, было, дергается с места, но шеф нетерпеливо отмахивается – потом!

– Ну?

Нажатие кнопки – и на экране появляется часть кадра.

– Вот он, стрелок… Точнее – его тень на стене. Солнце очень удачно – и вовремя(!), вышло из-за облаков.

– Эм-м-м… – разглядывает угловатый силуэт босс. – И… кто же это такой? Или – что это?

– Вот справка из технического отдела, – на экране появляется гораздо более чёткое и понятное изображение. – MQ-23 – «Fast falcon». Ударный гексакоптер израильского производства. Быстрый и манёвренный аппарат, снабжен камерами высокого разрешения, прибором ночного видения и тепловизором. Вооружение – 9-мм специальный скорострельный пистолет-пулемёт с магазином на триста выстрелов – ему не требовалась перезарядка. Но отдачу при выстреле никто не отменял – оттого и такой разброс пуль при стрельбе. У него ещё и парочка ракет есть… но их, по-видимому, решили не задействовать. Пистолет-пулемёт прекрасно решал эту задачу и сам… Именно по этой причине были ослеплены уличные камеры и убит наш человек на улице – никто не должен был видеть подлёт дрона.

– Вы точно в этом уверены?

– Не я, сэр. Техотдел. У них никаких сомнений не имеется.

– Так… И у кого может быть такая вот штучка?

– Всего их выпущено тридцать шесть штук. Изделие узкоспециализированное, достаточно редкое – и очень дорогостоящее. Если верить нашим спецам, то двадцать один гексакоптер находится там, где их и собирали – в Израиле. Пять штук – в Абервильском арсенале, в распоряжении Армии США. Один – в АНБ. Семь штук списано – боевые потери.

– Так… Отлично! А где ещё два?

– У нас, сэр… «Гарвард» приобрёл их ещё год назад. Было три – один списан, как утраченный в процессе проведения операции.

Да уж…

Думаю, что если бы я прямо здесь сплясал бы перед присутствующими голышом – они и то удивились бы куда меньше!

Марк – вообще поперхнулся невысказанным словом, да так и остался сидеть с полуоткрытым ртом. Наш великий босс тоже как-то вот не нашёл никаких аргументов для немедленного опровержения моих слов. Он зачем-то взял в руки телефон, повертел его, положил на стол и развернул к себе монитор компьютера. Что он там разглядывать собрался? Там и так текст на половину экрана растянут!

Молчание затягивалось и становилось каким-то и вовсе уже странным. Интересно, я сесть-то могу?

– Эм-м-м… – наконец нарушил молчание Беренс. – Вы абсолютно уверены в своих выводах, Джон?

– Большинство информации предоставлено техническим отделом, сэр… Я воспользовался своими полномочиями – которые мне сейчас предоставлены, чтобы получить ответ как можно скорее. Полагаю, что к аналогичным выводам пришёл бы кто угодно другой…

«Если бы у него хватило духа посмотреть на происходящее с иной точки зрения!» – но этих слов я не произнёс.

Бедняга Лейбан! Именно он должен бы был прийти к такому выводу – всё же опыт расследования всяких там каверзных штучек у него намного больше моего! Но… он до этого не додумался. Хотя я, почти прямым текстом, ему на это не единожды намекал… Что ж, свою башку на чужие плечи не привернешь!

– Так, брифинг окончен, все свободны! – поднимается с места босс. – Материалы оставьте, я распоряжусь о тщательной проверке всего изложенного.

Ну, он шеф – ему виднее!

Сразу же по возвращению в кабинет Марк куда-то испарился. Нашего компьютерного гения тоже не видно – наверное, сейчас рассказывает о нашей с ним совместной работе. Я наверное плохо, понимаю… он же ведь должен был тоже что-то со своей стороны постоянно докладывать? Отчего же тогда именно мои слова вызвали такой эффект?

До конца рабочего дня мой напарник так и не появился.

Не пришёл он и наутро, а наш кабинет оказался заперт – ключ-карта замок более не открывала.

И как всё это понимать?

Моё недолгое существование в качестве сотрудника отдела внутренних расследований, похоже, завершилось… Правильно ли я понимаю, что я теперь должен доложить обо всём начальнику базы – и исполнять его указания? В армии – я именно так и поступил бы, но «Гарвард» – не армия США!

И, тем не менее, полковник тут главный. Беренс, похоже, отбыл. Надо думать, что и Лейбан уехал вместе с ним. Раз так, надо идти к Медоу.

Но и визит к полковнику ничего не прояснил. Относительно меня никто и никаких указаний не отдавал.

Вот и сижу в полной неопределённости… чего теперь делать-то? Все материалы расследования – в служебном кабинете, а войти туда я не могу. Работать невозможно. Завалиться спать – не позволяет совесть. И начальство никакой ясности внести не может. Чего теперь делать-то?

Утро.

Стандартное построение личного состава, получение указаний.

Мне – ничего.

Что ж… ну, по крайней мере, меня никто ни в чём не ограничивает. Могу заниматься тренировками. А раз так – потопаю-ка, для начала, в тир…

Глава 6

– Вы абсолютно уверены в словах Хаста? – директор повернулся от монитора в сторону визитёра.

– Да, сэр. Он, несмотря ни на что, так и остался обычным морпехом. Чуть более умным – возможно. Более удачливым и сообразительным – не стану возражать. Но интриган из него… – Беренс покачал головой. – Не тот склад ума, сэр!

– Как знать… – поджал губы хозяин кабинета. – Он, на мой взгляд, слишком уж вжился в роль русского мафиозо. Общался с ними, когда был в Москве… Что бы ни говорили на этот счёт всякие там умники – а это неминуемо влияет на человека!

– В Москве, сэр, с вашего позволения, это были не мафиозо – детективы!

– Один чёрт! – махнул рукой директор. – Имея дело с русскими, невозможно быть уверенным до конца ни в чём! Это мастера перевоплощения! Порою мне кажется, что они – и в самом деле живут двойной, а то и тройной, жизнью постоянно!

– Хаст дважды остался жив… – тактично заметил гость. – Уцелел в таких обстоятельствах, когда шансов на это не имелось вовсе! Такой человек… он может быть нам полезен!

– Да… – откинулся на спинку кресла директор. – Я помню. Вам это не показалось странным?

– Мы тщательно расследовали все нештатные ситуации, когда Хаст – в той или иной мере, подвергался риску. Не только у нас – сделали запрос и в Корпус.

– И что же вам удалось установить?

– Он – несомненно, грамотный и умелый боец. Молниеносная реакция и способность нестандартно мыслить – такое сочетание встречается не так-то уж и часто. Да и в последнем случае… Всё же лежало почти на виду! Эту самую видеозапись просмотрело великое множество народа – но только наш морпех обратил внимание на промелькнувшую тень!

– Полторы секунды… Тень, мелькнувшая где-то на заднем плане… – пожал плечами хозяин кабинета. – Нет, я ничуть не оправдываю полицейских – но должен же был кто-то и на это внимание обратить?

– Подобных случаев, сэр, в их практике до сей поры не встречалось – никто ещё не использовал дроны в гангстерских разборках.

– Сомнительное первенство, вам не кажется? – усмехнулся директор. – Я бы предпочёл прочитать об этом в полицейской сводке откуда-нибудь из Нью-Джерси или Гарлема… с Ближнего Востока, наконец – но не в связи с нашими сотрудниками.

Он побарабанил пальцами по столу.

– Хорошо! Что делает этот ваш морпех сейчас?

– Стреляет в тире, сэр. Уже третий день. Ему не было дано никаких указаний – я сделал это совершенно сознательно. В рабочий кабинет он тоже не может попасть – коды доступа изменены. Командование базы тоже никак его не задействует, на этот счёт есть специальное распоряжение. Он вполне мог бы загулять с девицами или нарезаться в хлам в ближайшем баре – никто не стал бы этому препятствовать. Но… сами видите…

– А он пользуется успехом у девушек?

– Да, сэр. Мы знаем, по меньшей мере, троих, с кем он проводил свободное время. Их отзывы о нём вполне благожелательны. Не скуп. Не извращенец. И вообще – выгодный клиент.

– Такое сочетание качеств… да в настоящее-то время? Это раньше послужило бы на благо карьеры! А сейчас… – усмехнулся директор. – Выгоднее было бы считаться каким-нибудь извращенцем – это успокоило бы многих! Мол, ты такой же, как и все прочие – тебя можно не опасаться!

– Увы, сэр… – кивнул Беренс. – Времена меняются. И не всегда в лучшем смысле, к сожалению.

– Ладно! Задействуйте Хаста в работе! Надеюсь, никакие сентиментальные чувства по отношению к бывшим сослуживцам, не станут для него серьёзным препятствием в случае необходимости?

– Это машина для убийства, сэр. В мафии таких людей называют «торпедами» – им достаточно лишь указать на цель, а всё прочее они сделают самостоятельно. Но, в данном случае, эта «торпеда» – умная и, в известной мере, изобретательная. Какие-либо чувства ей недоступны… не та программа в неё заложена!

– Что ж… такие люди тоже нужны. Они могут быть весьма полезными – в известных ситуациях…

– В какой мере я могу знакомить его с результатами наших расследований?

– В любой – насколько сочтёте нужным. В конце концов, несчастных случаев никто ведь не отменял… при необходимости, разумеется.

– Следует ли мне официально зачислить Хаста в штат отдела внутренних расследований? Как сотрудника отдела с правом проведения расследования?

Директор покачался в кресле. Отрицательно покачал головой.

– Нет. Я вполне допускаю ситуацию, что ему придётся общаться со своими бывшими товарищами. И они гораздо охотнее станут разговаривать со своим коллегой, нежели с офицером спецотдела. Более того! Я бы вбросил некий намёк на то, что Джон, скажем так… залез не в свою корзинку… Поторопился, резко с кем-то поспорил… И его выводы вызвали определённое неудовольствие руководства. Ситуация в данном случае получается весьма интересная! Определённая фронда по отношению к руководству всегда имеет место быть – и мы тут не исключение. Сыграем на этих нюансах – это может дать совершенно неожиданный результат! А вот Лейбана – надо поощрить!

– Но ведь он же ничего так и не отыскал…

– Да, потому что действовал по стандартной методике расследования. Которую прекрасно знают и наши оппоненты. Не буду сильно удивлён, если они уже успели ознакомиться с его выводами. Пусть и далее пребывают в благостном неведении.

– И прозевают Хаста, – понимающе кивнул Беренс.

– Именно! Да и действовать он ведь будет не в одиночку…

Эта встреча, на первый взгляд, выглядела совершенно случайной. Ну, заехал человек на мойку – машину помыть. Поставил её в бокс, а сам устроился в комнате для клиентов – кофе попить…

И ничего удивительного в том, что сел напротив ещё одного ожидающего. Мало ли…

Да ещё и телевизор надрывался изо всех сил. На экране кривлялся очередной «певец» – шла трансляция какого-то рэп-баттла. Так что, уже с трех-четырёх шагов было невозможно разобрать ни одного слова из тех, которыми невзначай перебросились оба посетителя.

Это были люди умные и вполне современные. Прекрасно понимавшие, что любое сказанное в телефон слово, любая заметка в мессенджере, не говоря уж об электронной почте или, боже упаси, обычном письме – всегда и везде оставляет след. Который может неожиданно всплыть в самый неподходящий момент! Ну, а согласно закону сохранения энергии (как говорят учёные умники), если что-то всплывает – то что-то неизбежно и тонет…

Идти же ко дну никто из присутствующих явно не собирался.

– Расследование зашло в тупик. Как и все предыдущие.

– Так не может долго продолжаться. Рано или поздно – но они что-то нащупают.

– Уже «нащупали», – кивнул первый из собеседников. – Они подозревают кого-то из снайперов – наша уловка сработала.

– И Беренс поверил?

– Агрессивная лесбиянка и активный критик существующих порядков – можно выбирать любого. У каждого из них есть повод для недовольства системой. На кого бы они ни обратили внимание – это займёт достаточно долгое время.

– Насколько долгое?

– Пару месяцев – точно займёт.

Второй собеседник удовлетворённо кивнул.

– Этого вполне достаточно. Большая часть средств уже на руках, и мы можем начать операцию в любой момент.

– Нужна ещё наличка?

– Доллары. Евро у нас вполне достаточно. А вот доллары нужны…

– Через десять дней намечается ещё одна операция, – на секунду призадумался первый собеседник. – Мы можем успеть!

– Действуйте! И на этом – всё! Ложитесь на дно.

– Понял вас. Мы всё сделаем…

Глава 7

«А ещё я в неё ем…» – не помню, кто и когда высказался подобным образом, но я того человека вполне могу понять. Хотя и не считаю, что голова дана человеку только для этого. Вообще-то ей положено думать! А вот для более плодотворного процесса размышлений – можно иногда и пожрать.

Я тут посидел в баре… и рядышком (совершенно случайно, как вы, надеюсь, понимаете) оказался полковник. Пусть обстановка насквозь неофициальная – бар, но определённое уважение к старшему офицеру иметь всё-таки нужно.

Так что я вежливо спросил разрешения присесть, на что и получил соответствующий кивок.

– Как дела, Джон?

– Непонятно, сэр… Никто и ничего пока не поручал, уже неделю предоставлен сам себе. Может быть, сэр, я снова вернусь в группу инструкторов?

– Сожалею, Джон, но я пока не могу отдать такого распоряжения. Официально – ты теперь вообще мне не подчинён. Как офицер отдела внутренних расследований, работаешь по своему графику.

– Так в том-то и дело, сэр, что не работаю! Вообще ничего не делаю! Вы ведь старший офицер и имеете право…

– Сынок, мы не в армии. Здесь несколько иные порядки – и ты должен это понимать. От моего желания тут зависит многое – но, далеко не всё.

Он помолчал, глотнул пива и покосился на меня.

– Неофициально, Джон… Я, разумеется, ничего особенного и не знаю – спецотдел никому не отчитывается. Но! Возможно, что ты… как это говорят твои русские… залез не в свой огород. Мне предписано сдать все материалы по нашему расследованию и прекратить всю работу в этом направлении.

– Вот как?

– Да. И я думаю… – Медоу повертел в руках опустевшую бутылку из-под пива. – По-моему, ты что-то такое затронул… что-то такое раскопал… И это вызвало определённое неудовольствие наверху. Да, тебе не предъявлено никаких обвинений – да и за что, собственно говоря?! Но вот работа твоя кому-то пришлась – как это говорят твои любимые русские? «Сильно не во двор»?

– Не ко двору, сэр.

– Хм! Какие, оказывается, нюансы… словом, работать по этой линии – ты более не можешь.

– А есть и иные направления работы?

– Ты быстро соображаешь! Молодец! Я обратился напрямую к Директору – такое право у меня имеется.

– И что он сказал?

– Мне разрешено проводить собственное расследование – согласно занимаемой должности, я имею право инициировать такие мероприятия. Распоряжение о сдаче материалов – отменено. Я могу создать временную оперативную группу. И назначить сотрудников, которые будут там работать. Подчёркиваю! – он поднял палец. – Только из тех сотрудников, которые находятся в моём непосредственном подчинении…

Пролёт… я-то временно прикомандированный…

– …или под моим оперативным руководством. Независимо от занимаемой ими должности – в каком угодно подразделении организации.

– Но… спецотдел, сэр…

– Не отдал, однако, приказа о том, что ты переходишь в оперативное подчинение данной структуры. Ты временно откомандирован в их распоряжение – это так! Но, насколько я в курсе дела, за этим следует ещё и конкретный приказ. Выводящий такого сотрудника из-под командования старшего офицера, который осуществляет здесь командование и управление.

– То есть, в моём случае…

– Такового приказа не последовало. Что это – бюрократический ляп или чья-то недоработка, не знаю. Но я – формально, могу тебя привлечь к сотрудничеству. Не скрою – твои «ключи»[8] могут быть очень полезными в данном случае. Разумеется, если ты согласен…

– Где и что я должен подписать, сэр?

Да… когда припрёт всерьёз, у нас очень многое как-то ухитряются делать без всяких там бюрократических формальностей. Уж, каким-таким образом всё это проводят по бумагам и прочему – даже и думать не хочу. Моя голова таких хитросплетений точно не переварит.

Но – вот он, результат…

Моих подчинённых (временных, как я полагаю…) представили мне на скорую руку. Их шестеро – четверо крепких парней… и две девицы. Лейла и Анетт – специалисты по всяким там мудрёным компьютерным заморочкам, подслушке и всему такому прочему. Сказать, что я малость прифигел, это значит – не сказать вообще ничего! Но, как и положено боссу, сделал морду кирпичом, кивнул снисходительно и пообещал, что скучно им не станет.

– Вот наш клиент…

На экране появляется фото. Сделано оно явно мастером, четко прорисованы малейшие детали – а ведь снимали человека в движении!

– Джереми Питерс-младший, из отряда снайперов юго-восточного филиала. Бывших снайперов… Я хочу знать о нём всё – даже очерёдность походов в туалет.

– Сэр! – Патрик Джей Симмонс – он в этой группе явно за старшего. – В общих чертах нас уже ознакомили с материалами дела, так что, в целом, мы в курсе… Позвольте вопрос?

– Спрашивайте.

– Почему он? Ведь есть и более перспективные кандидаты?

– За которыми в три глаза сейчас кто только ни смотрит… И, судя по тому, что привлекли ещё и нас, эти подглядушки никакого эффекта пока не принесли. Так?

Парни переглядываются – выстрел прямо в точку!

– И всё же, сэр?

– Откуда мы вообще узнали об этой троице подозреваемых?

– От Питерса…

– Конкретизирую! Питерс – указал нам именно на подозреваемых, так?

– Да, сэр.

– А на оружие?

– Он же.

Покачиваю головой.

– Ответ неверный. В багажнике моего автомобиля лежит ящик. С аналогичной пневматической винтовкой. Весь процесс поиска занял несколько часов, и уже ещё через три часа я заказал себе точно такую же пушку, как и ту, которая применялась при нападениях. Фотографии пули я отыскал через интернет, через него же я сделал заказ. Ну? Кто продолжит?

– Сэр? – это Анетт. – Разрешите вопрос?

– Я, вообще-то, рассчитывал на ответ… но – спрашивай!

– Заказ делался через интернет?

– Да.

– С объекта? Или из города?

– С объекта – с рабочего компьютера.

Девушка пожимает плечами.

– Весь трафик с любого устройства в сети объекта проходит фильтрацию и отслеживается. Не составляет большого труда проанализировать вашу активность, поднять логи и…

– Всем понятно? – обвожу взглядом собравшихся. – Можно подумать, что до меня никто не вылезал в сеть с такими запросами. Но, до тех пор, пока я не заказал конкретный образец оружия – всё было тихо. Однако стоило мне показать, что я встал на «неправильный» путь – тотчас же и появился Питерс со своим подтверждением. А, поскольку, он в этом качестве куда как более серьёзный авторитет, да ещё и подавший в своё время саму идею использования данного оружия…

– Его слова никто и не подумал подвергать сомнению, – кивает Симмонс. – И указанные им лица были взяты в разработку.

– Тем более, что среди них присутствовали два персонажа, которые – уже и сами по себе, не вызывали особых симпатий. Те, кто нацеливал нас на розыск именно этой парочки, не учли одного…

А вот тут в комнате наступила тишина!

– Ни один шаг любого нашего сотрудника – не говоря уже о конкретных специалистах, не остаётся незамеченным. На базе, я имею в виду… Нет, пистолет или даже автомат – вы всегда можете с собою унести. Тут никаких особых вопросов и не возникнет. Но немаленькую снайперскую винтовку или дрон (охренительной, кстати говоря, стоимости…), вам просто так не вывезти. Почти невозможно скрыть выезд за пределы расположения отдельных специалистов – их передвижения также документируются особым образом. Это стрелку с пистолетом нужно не так-то уж и много дополнительного снаряжения, но тому же снайперу… куда сложнее! А уж про экипировку оператора ударного дрона – я вообще молчу…

Судя по тому, что никакого ответа на мои слова так и не последовало, кое-кто малость «подзавис»…

– Суммируя вышесказанное, я пришёл к следующему выводу – нас грамотно, и со знанием дела, аккуратно направляют в нужную кому-то сторону. Общий вопрос! Кто располагает такими возможностями? И ещё! Кто может быть настолько в курсе нашей внутренней кухни, чтобы организовать несколько удачных налётов?

Обвожу всех взглядом.

– Немедленного ответа – не требую! Понимаю, что даже осознание изложенного мною, может занять некоторое – возможно, что и продолжительное, время. Поэтому – сбор завтра в это же время. Согласно распоряжению полковника, никто из вас не имеет права покидать расположение и пользоваться какими-либо средствами коммуникации – до особого распоряжения, разумеется… Вопросы?

Тишина.

– Вопросов нет. Все свободны!

Грохот отодвигающихся стульев…

– Ты не слишком уж их озадачил? – Медоу стоит у окна и провожает взглядом удаляющихся людей.

Наш разговор он слышал в деталях – в соседней комнате сидел. И поэтому никаких вопросов особо-то и не задавал.

– Я должен чётко понимать, сэр – кому из них я могу доверять полностью.

– А сам-то как думаешь?

– Ну, ведь и вы, сэр, отбирали их тоже не просто так? Наверняка у вас имелись и собственные соображения по каждому?

– По большинству… – кивает босс. – Я многих из них знаю не первый год – и ни разу не имел повода усомниться ни в ком.

– А я, сэр? Меня-то вы не настолько хорошо знаете!

Полковник усмехается.

– А твои командиры тогда зачем? Ты же понимаешь, что на некоторые вопросы, заданные в официальном порядке, всегда следует совершенно стандартный ответ – так уж у нас принято. Мне неинтересен пересказ твоего личного дела вольным стилем, если уж на то пошло. А вот то, чего обычно не пишут в бумагах – вот это, действительно интересно! И твои командиры оказали мне любезность, предоставив неформальные характеристики. Надо сказать, они были весьма конкретными…

Утро…

Не знаю, как провели это время мои нынешние починённые, но видок у большинства из них… словом, поработать им пришлось.

– Итак? Кто начнёт?

– Сэр? – это Лейла.

– Слушаю.

Девушка встаёт, разворачивает на столе свой ноутбук. К трансляционному экрану, кстати говоря, не подключает… почему?

– Я не могу гарантировать того, что сведения, попавшие во внутреннюю сеть базы, не станут тотчас же известны и ещё кому-нибудь.

Понятно. Умная девочка!

– Скажу сразу – это не спецотдел. В том случае, если бы был задействован ещё и он, очень многие ухищрения попросту не понадобились бы вовсе. Да, я не могу исключить, что в деле как-то замешаны и отдельные его сотрудники, но в целом – отдел пока на нашей стороне.

Хорошее уточнение – пока…

– А вот среди администраторов сети – однозначно есть крот. И совершенно точно – не один. По моим… – она встряхивает гривой роскошных волос, – по нашим прикидкам, здесь замешана служба материально-технического обеспечения и…

Она на секунду запинается.

– …Финансовый отдел.

Так.

Весьма интересно!

Ну, с отделом материально-технического обеспечения – «грузчиками», как их тут принято называть, в принципе, понятно. Они совершенно спокойно могут вывезти откуда угодно абсолютно любой груз – и никто этому не удивится. В дела «грузчиков» попросту не суют нос – это абсолютно неинтересно. Мало ли что и куда они там таскают… Главное – всё всегда есть в наличии и в работоспособном состоянии.

Бинго!

Показываю ей большой палец.

– А финансисты тут причём?

– Кто, как не они, достоверно осведомлены о том, какие суммы – и кому конкретно, будут выданы? Заявки должны быть предоставлены им заблаговременно – и вы сами это прекрасно знаете.

Да, как минимум – за сутки. А за это время можно успеть организовать очень серьёзную операцию!

– Так… Допустим. У вас есть доказательства?

– Есть, сэр. Объект с инвентарным номером КХ-327685 был вывезен с базы в Крайсфельде на плановое техническое обслуживание и наладку за день до того, как ударный дрон атаковал и расстрелял нашу группу…

Снова пауза.

– В пятидесяти километрах от центра технического обслуживания…

– И что же у нас зашифровано под этим номером?

– MQ-23 – «Fast falcon».

– Вы хотите сказать, что использование дрона было запланировано изначально?

– Нет, сэр. Он вывозился до этого ещё дважды – и оба раза эти даты совпали со временем атак на наших сотрудников. Полагаю, сэр, что «Fast falcon» всегда рассматривался, как запасной вариант…

Ага… полагаю, что теперь кому-то очень скоро станет не до смеха.

– Кто оформлял заявку на вывоз объекта?

– Сотрудник с личным номером АТ-276/45 – заместитель начальника отдела МТО, Джеффри Гейтс. По заведённому распорядку, распоряжения сотрудника такого уровня не визируются у руководства.

Всё верно – не к себе же самому он документ на подпись понесёт. А начальник отдела, как правило, до такой «мелочевки» (хм, дрон стоимостью в пару миллионов…) не снисходит.

– Как вам удалось это установить? Ведь выходить в интернет всем было запрещено?

– Нет нужды, сэр. Распоряжения отдела МТО рассылаются циркулярно во все подразделения региона – таков порядок. Разумеется, копии этих распоряжений есть во внутренней сети базы. Я и не пользовалась интернетом – достаточно было подойти к терминалу в столовой…

Ага, ещё один штрих! Это может сделать вообще любой сотрудник базы – и хрен кого отследишь потом! Выходишь в интернет со своего компа – и словно ставишь подпись. А терминал общего доступа не устанавливает личность пользователя – ведь выхода во внешний мир он не имеет!

– Оператор дрона?

– Полагаю, сэр, что его надо искать среди тех, кто вывозил его за пределы базы. Их список, разумеется, есть… но без выхода во внешнюю сеть…

– Запрет на пользование средствами коммуникации – отменён! Можете продолжать!

И моя команда впряглась в работу…

Глава 8

Откровенно говоря, я даже и представить себе не мог, сколько всяческих сведений можно раскопать во внутренней сети базы. Представляю себе то, что можно отыскать, анализируя прочие ресурсы? Точнее… нет, это простыми словами не описать. А сложно говорить – я попросту не обучен. Различные предположения возникали почти ежечасно – и так же быстро отбрасывались, как недоказанные или необъективные. Однако понемногу кое-что стало вырисовываться! И вот с этим можно было уже идти к полковнику!

Выслушав мой рапорт, тот повёл себя… как-то неожиданно…

Постучав пальцами по столу, посмотрел в окно, заглянул в свой ноутбук…

– Ты абсолютно уверен в своих словах?

– Да, сэр. Парни ещё роют, и я не могу исключить того, что мои выводы далеко не окончательны.

– Но почему – ты?! Над этим вопросом, не скрою, работает достаточно много вполне компетентных людей, я бы сказал – профессионалов сыска! Твой же спецотдел…

– Не мой, сэр! Я не сыщик – хороший стрелок! И не более того! Моё попадание туда – недоразумение.

– Это, – кивает полковник на лежащие перед ним бумаги, – тоже? Профессионалы, значит, не смогли – а кучка дилетантов…

– Я бы не называл своих парней и девушек дилетантами, сэр! Вот они-то – как раз и профи в своём деле! – вступаюсь за свою команду. Они и впрямь не заслужили такого к себе отношения.

– Да? Тогда, мальчик мой, поясни – почему я вижу этот доклад именно сейчас? Когда тебя подключили к данному делу? На вас всех снизошло внезапное озарение? Явился лично Моисей и указал путь поиска?

– Возможно, сэр, толчком послужил факт обнаружения ударного дрона? Да и с пневматической винтовкой кто-то явно перемудрил – слишком уж навязчиво нам подсовывали именно эту, конкретную, пару снайперов. Причём – именно таких людей, которые своим поведением могли вызвать какие-то подозрения. Можно подумать, что из такой винтовки может стрелять только эта парочка! Я не стал упорно копать в поиске неведомых злодеев с большими деньгами, а прикинул – зачем искать кого-то неведомого, когда под боком есть всё? И техника и оружие, да и специалисты, которые умеют со всем этим обращаться… Стоило только на карту посмотреть – наша база совсем недалеко. Именно это обстоятельство я и постарался довести до сведения парней – результаты у вас на столе…

– И профессиональная солидарность при этом не возмутилась?

– Сэр, она гораздо больше возмущалась, когда я осматривал место недавнего расстрела!

Медоу кивает.

– Да, здесь я с тобою соглашусь… Оставь мне всё, я вечером посмотрю внимательнее.

А итог этой беседы стал и вовсе неожиданным!

Босс вызвал меня вечером следующего дня. Мы как раз заканчивали обсуждать некоторые идеи, спор был достаточно жарким, и я даже не сразу обратил внимание на звонок телефона.

– Джон? – голос полковника был необычно официален. Совсем на него не похоже! Обычно он всегда по-отечески мягок и внимателен.

– Да, сэр!

– Зайдите ко мне.

– Но, сэр, у нас тут брифинг…

– Прямо сейчас!

Хм, это больше похоже на приказ!

– Так, парни, продолжайте тут без меня, я быстро!

Подойдя к кабинету Медоу, я был несколько озадачен присутствием в приёмной троих крепких парней в одинаковых костюмах. Прямо тебе тайные агенты, какими их обычно показывают в кино! А вот секретаря полковника что-то не видать… И это – нехороший признак!

– Вас вызывали? – вежливо осведомился один из них.

– Да, меня просили зайти как можно быстрее. Лично полковник звонил.

– Прошу прощения, сэр – ваше имя?

– Джон Хаст.

«Агент» смотрит на экран.

Кивает и поднимает на меня взгляд.

– Вы вооружены?

– Естественно!

С некоторых пор я, скорее без штанов из комнаты выйду, нежели без пистолета…

Собеседник протягивает руку.

Вытаскиваю из кобуры под рубашкой русский «ТТ» и протягиваю ему. Брови «агента» удивлённо приподнимаются вверх – не ожидал!

А что тут скажешь?

Штатную «Беретту-М92» я теперь ненавижу со всей возможной неприязнью – не нравиться больше мне этот машинка, хоть убей! И всем вроде бы хороша… но я помню, как поднимаются с земли вроде бы поражённые её пулями люди… Бронежилет, мать его! Не всякая пуля его пробивает.

«Кольт» – старая добрая вещь… но вот в этом случае тоже как-то… «не пляшет», как говорят в России.

А вот эта жуткая машина убийства, сделанная задолго до моего рождения, шансов в подобных случаях оставляет немного. Да, несколько непривычный пистолет, не самовзводный – но точный и мощный! А запасных магазинов с собою можно и побольше взять…

Да и вообще – я уже не в армии! И не обязан таскать с собою именно то оружие, которое мне выдали.

– Странный у вас, однако, выбор… сэр… – пожимает плечами собеседник. Смотрит на надписи на затворе. – Ого! Да это же музейная вещь!

– Из которой я, не затрудняясь, просажу навылет вас и любого из ваших напарников – только встаньте друг за другом.

«Агент» явно не горит желанием проверять это утверждение на практике. И поэтому никак на мои слова не реагирует. Вместо этого он поднимает трубку внутреннего телефона.

– Сэр? Прибыл Джон Хаст. Понял…

Он кивает мне на дверь кабинета босса.

– Прошу! Вас там ждут…

Против всех ожиданий, босс спокойно восседал на своём законном месте. А я-то уж было подумал…

Но в кабинете он присутствовал не один – на диване расположился незнакомый мне персонаж. Седовласый благообразный джентльмен, более похожий на преуспевающего банкира. Все эти «агенты» в прихожей – его охрана, что ли? И кто же это у нас такой будет?

– Прибыл по вашему приказанию, сэр!

– Не тянитесь, Джон, мы не в армии… к сожалению. Доложите сэру Роджеру о ваших выводах.

Ага, так вот, значит, как зовут этого важного гостя!

– Но, сэр… при всём уважении… правил никто не отменял!

– Вы не знаете Директора в лицо?

– Мы не встречались, – подаёт голос седовласый джентльмен. – Не будьте так строги, полковник, Джон действительно мог меня и не узнать. Ни у вас, ни у меня должность на лбу, однако, не написана…

– Прошу прощения, сэр!

Надо же… Директор! Это какую же кучу я разворошил? Со слов сослуживцев я знал, что случаи личного общения с ним были настолько редки… да и встречался он далеко не с каждым-всяким. Надо было сотворить какое-то и вовсе неоднозначное злодейство, чтобы удостоиться – не личной встречи, нет – а хотя бы внимания с его стороны!

Стараясь выглядеть увереннее, докладываю высокому гостю свои выводы. Он прерывает, пояснив, что мой доклад Медоу им уже изучен. И если у меня есть что-то новое, то именно об этом он и хотел бы услышать в первую очередь.

– Ясно, сэр! Нами вскрыта, пусть пока и в общих чертах, система информирования тех, кто организует нападения на наши группы или принимает в этом участие. Для этой цели они используют внутренние каналы информации через терминалы общего доступа, воспользоваться которым может любой сотрудник «Гарварда», независимо от того, где и на какой базе он находится. При этом установить личность пользователя невозможно. Но мы настоятельно рекомендуем не изменять заведённый порядок!

– Почему?

– Спугнём. И дадим понять, что знаем о них. Точно установлено, что кроты есть не только в указанных нами отделах – имеются они и среди администраторов сети. И любые наши действия в ней будут немедленно обнаружены! А дублирующая сеть у них наверняка уже есть. И все эти люди попросту перейдут на свои гаджеты… или, что там у них ещё есть…

– Вы не знаете?

– Нет, сэр. Слишком мало у нас сил… да и времени…

Директор, сделав мне жест сесть (весьма кстати…) и помолчать, задумывается.

– Так. Допустим… Но что у нас есть конкретного?

– Есть определённые условные сообщения, посредством которых передаются те или иные указания – с частью из них мы уже разобрались.

– А именно?

– Подготовка к выезду из расположения участвующих в акции людей начинается сразу после получения из отдела материально-технического обеспечения распоряжения о направлении на обслуживание или проведение регламентных работ определённого оборудования. Да вы и сами, наверное, знаете, что такие процедуры проводятся централизованно, и технический персонал при этом ни в расположения личного состава, ни на полевые склады не выезжает.

– Чтобы местонахождение этих мест было известно минимальному количеству людей, – кивает Директор. – Это совершенно оправдано!

– Несомненно! Просто кто-то ловко воспользовался этим распоряжением в своих целях… – пожимаю я плечами.

– Так… – вновь задумывается на некоторое время высокий гость. – Что ещё вы успели установить?

– Ближайшая акция – через пять дней.

– Вы абсолютно в этом уверены?

– Более того – мы можем даже приблизительно очертить место её проведения!

Директор резко встаёт и, подойдя к компьютеру, выводит на экран карту.

– Покажите!

Приглядываюсь… двигаю по экрану курсор. Где это, черт возьми… ага!

– Вот… где-то здесь, сэр! Разумеется, мы не можем указать точку нападения с большей точностью – имеющихся данных попросту для этого недостаточно. Но, совершенно очевидно, что это место будет находиться неподалёку от маршрута следования груза и сопровождающих лиц. В случае, если произойдёт что-нибудь непредвиденное – ранение или смерть кого-то из нападавших, то это всегда можно списать на неведомых злодеев, попытавшихся захватить или уничтожить конвой. Думаю, что и с этой стороны они всё продумали…И… – тут я делаю некоторую заминку.

– Ну?

– Я вынужден признать свою ошибку! Все нападения были подстроены таким образом, чтобы у того, кто проводит расследование, первым делом возникала бы мысль о том, что кто-то целенаправленно уничтожает наших курьеров и их охрану. И я тоже подумал подобным образом…

– А на самом деле? – приподнимает бровь большой босс.

– Цель нападения – перевозимый груз.

– То есть – деньги?

– Да, сэр…

Глава 9

– Гарри! Какого хрена! Звонит мать и интересуется – куда вы все вдруг запропали? Кто-то обещал быть вовремя – а уже два часа прошло! – надрывается динамик телефона.

– Линда, не ворчи! Машина сломалась!

– Опять? Около очередного бара, должно быть? У тебя почти совсем не осталось времени! – и абонент бросает трубку.

Поворачиваюсь к сидящему около меня невзрачному человеку. Он одет совсем простенько – джинсы и майку со смешными рисунками. На голове самая обычная бейсболка.

– Они исчезли с маршрута. Отметчик выключен уже в течение часа. Центр полагает, что группа где-то около нас.

Мой сосед кивает – понял.

– Парни не засекли никакой подозрительной активности. За последний час тут не появлялись никакие новые персонажи.

– И как это понимать?

– Они точно знают место встречи и сценарий передачи. Так что рабочая площадка, полагаю, ими давно уже изучена и осмотрена. Думаю, что и оружие там приготовлено – они придут с пустыми руками. Так надёжнее – человек, идущий налегке, без какого-либо груза, менее всего похож на гангстера. Позиция снайпера, скорее всего, тоже заранее оборудована – такую заметную винтовку просто так не протащить.

– А если у них возникнет необходимость использовать дрон?

– Так ему же нет необходимости взлетать в виду цели, насколько я понимаю? Может и прямо из кузова стартовать… – пожимает плечами собеседник.

В иное время я предпочёл бы пропустить с ним стаканчик-другой – чтобы было потом чем похвастаться. «Вот, помню, выпивали мы как-то раз с Нормейером… Ну, да – с тем самым! А вы кого-то другого с такой фамилией знаете?»

Ларри Нормейер – живая легенда спецслужб. Про него даже в учебниках пишут! И не только в наших… Шестьдесят две успешно проведённые операции – не комар чихнул! Таких людей можно по пальцам двух рук посчитать! Дядька уже в возрасте и давно вышел на пенсию. Но, по старой памяти, не отказывается проконсультировать старых друзей – в особо тяжелых и запутанных случаях. А я и не знал, что Директор входит в их число!

И, как выяснилось, он не просто один из друзей – а тот, чью просьбу не зазорно и лично исполнить.

Тут все такие – отставники и ветераны. Ни одного действующего сотрудника… за исключением меня… Моя группа работает в обеспечении, и я даже не представляю, где они сейчас находятся. Впрочем, им это и не нужно, компьютер может видеть очень далеко. Гораздо дальше, чем человеческий глаз.

– Видишь ли, Джон… – сказал мне в тот раз главный босс. – Мы не знаем кого и в какой степени могут они контролировать. А кто и прямо на них работает! И по этой причине не можем задействовать никого из наших оперативников. Где гарантия, что они не узнают об этом немедленно? И даже средства радиопротиводействия и спецсвязи – мы не можем применять по той же причине. Их перемещение и использование тщательно контролируется и сразу будет замечено. Это же касается и движения личного состава – они контролируют внутреннюю сеть организации и увидят это немедленно. Не сомневаюсь, что своих людей они уже тщательно спрятали – разработав каждому из них вполне правдоподобную «легенду». По которой те сейчас вообще находятся аж в Кентукки!

– Почему там, сэр?

– А! К слову пришлось… Ну а привлечь кого-то со стороны… сам понимаешь, мы не можем. Так что рассчитывать я могу только на тех, чьё передвижение и дислокация давно уже никем не контролируется.

– То есть? На покойников, что ли? Извините, сэр…

Директор внезапно усмехается – и становится похож на добродушного сельского шерифа. Такого, каких обычно показывают в кино. Ему только значка и револьвера на боку не хватает!

– А ты не особо-то и погрешил против истины, сынок! Нет, эти люди, разумеется, не ходячие мертвецы. И от них не пахнет сыростью. Это – отставники. Те, кто уже давно находятся на заработанном отдыхе. В силу возраста, они почти никому уже и не интересны. Ловить рыбу, выступить, по просьбе друзей, перед молодыми парнями… или попросту мирно сидеть в баре – это их удел.

– Как я понимаю – не всех.

– Не всех… Но, первое, что ты сможешь унюхать – это запах виски!

С Ларри я встретился уже на следующий день.

В тире.

Отстреляв очередную серию, нажимаю на кнопку и рассматриваю подъехавшую мишень.

А неплохо, однако! Почти все попадания легли в «альфу» – это с тридцати ярдов!

– Кхе-кхе… – слышу я одобрительное покашливание. – А ты можешь стрелять!

Кладу на стойку пистолет и оборачиваюсь назад.

Нормейера я узнал сразу. Ещё бы – его фото мне много где попадались! Но встретить его вживую?

Он, тем временем, неспешно подходит ко мне и разглядывает мишень.

– А вот эти два выстрела ты завалил… Рука дернулась?

– Ну… типа того, сэр.

– Перестань. В баре, бассейне и в тире – все равны. Здесь есть инструктор – и все прочие стрелки. Но, кроме нас двоих, тут больше никого нет, а я не вхожу в штат местных инструкторов. Вот, когда я через четыре дня буду вести мастер-класс – другое дело! А сейчас – перед тобою обычный стрелок…

Он нажимает кнопку, и отводит мишень на ту же самую дистанцию.

– Вот и посмотрим… так уж ли сильно я окривел?

Оружие у него своё – старый добрый Кольт 1911А1. С подвытершимся кое-где воронением и непривычными деревянными накладками на рукоятке.

Пистолет, словно сам собою, как-то плавно… выскользнул – другого слова и не подобрать! Словом, он оказался у него в руках.

Кстати, и держит он его… не так, как это у нас принято. Да, двумя руками, как и все… но хват у него несколько иной.

Восемь выстрелов (он носит пистолет с патроном в патроннике!) грохнули почти пулемётной очередью – и оружие вернулось в кобуру.

– Посмотрим…

М-м-да… и кто там окривел?

Все его пробоины расположились почти ровным кругом вокруг одной из моих. Приблизительно на одинаковом расстоянии одна от другой.

Ничего себе…

– Ну… – качает он головой. – Кой-чего мы ещё можем…

Кой-чего? Да тут многие душу бы нечистому запродали, чтобы вот так вот суметь!

Ларри указывает на моё оружие.

– Русский?

– Да. Можно было взять поновее – чешский, но я выбрал этот. Они всё вроде бы и одинаковые, но… не знаю… он как-то увереннее в руке лежит.

Собеседник понимающе кивает.

– Это, действительно, так – приходилось с подобным сталкиваться. Мой собственный пистолет со мною уже почти двадцать лет – и я ни на что его не поменяю. Оружие, сынок, иногда само выбирает своего хозяина – и это ни разу не шутка! Плюнь в глаза тому, кто станет над этим насмехаться – он полный баран! Тот, кто сказал, что единственная польза от пистолета – это пробить дорогу к винтовке, которую ты не должен был бросать – ничего не понимает в этом деле!

Нормейер перезаряжает своё оружие.

– Постреляем?

– Когда мне позвонил Роджер…

– Кто?

– А ты не знаешь, как зовут Директора?

– Ну, мы не настолько с ним знакомы! Я и видел-то его всего пару раз!

Ларри ухмыляется.

Мы с ним сидим под навесом, рядом со стрелковой галереей. Здесь шумно, за стеной постоянно трещат выстрелы – идет тренировка.

– Положим, я-то знаю его больше десяти лет… почти двадцать. И мы давно зовём друг друга просто по имени.

Он наклоняется и берет с земли банку с пивом. Мы прихватили с собою несколько штук.

– Так вот… Когда он рассказал мне о той заднице, в которую вы тут все вляпались, я сразу понял, что тут плохо пахнет. Роджер объяснил, по какой причине не может задействовать своих людей, и я с ним полностью согласен. Именно поэтому, мы с тобою сейчас, не торопясь, допьём пиво и отъедем… недалеко. Там и поговорим.

Там – это оказалось не так-то уж и далеко. Обычный придорожный кемпинг. Одноэтажные небольшие домики под красными крышами…

И десяток серьёзных мужиков совершенно обычного вида. Ни дать, ни взять – члены какого-то клуба по интересам. Выехавшие на очередной пикник. Прибухнуть пивка и расслабиться.

Да… только вот, интересы у них оказались… своеобразные…

– Я тебе всех имён называть не стану, – говорит Ларри. – Ни к чему – всё равно ты нигде не сможешь их озвучить. Тут все уже давно не у дел… пенсионеры, так сказать… Думаю, что после завершения операции, ты никого из них больше никогда и не встретишь. Ну, если только кое у кого хватит ума вляпаться в дерьмо ещё раз. А теперь – рассказывай! Отчет от Роджера мы все прочли, но ведь его писал именно ты! Вот и хотелось бы послушать автора…

– Ну, не я один его писал…

– Не скромничай!

Проговорили мы больше трех часов. Сделали перерыв, подкрепились – и продолжили. Чёрт возьми, ну вот почему я с такими людьми раньше не работал?! Ведь на лету же всё схватывают!

– А потому, сынок, что сейчас в моде всякая техника, спутники и компьютеры. Ничего уже не нужно решать самому, всё обдумают за тысячу миль от тебя неведомые никому аналитики. В наше время так не было! Вот, здесь ты сам по себе – и думай! Быстро – ибо пуля врага летит ничуть не медленнее твоей! И никакой, сидящий за триста миль от тебя, «оператор тактического комплекса» (Нормейер произнёс эти слова с подчёркнутой издёвкой) ничем тебе тут помочь не сможет! Принял неверное решение – тебя закопают. Если очень повезёт… Здесь – те, кто принимал правильные решения.

Да… это-то я уже понял.

На экране телевизора мелькают кадры – будущее место работы. Иногда изображение останавливают, фильм перематывают назад и рассматривают ещё раз. Качество съёмки не всегда одинаковое, явно снимали не профессионалы. Фильм смонтирован из кадров сделанных разными людьми. И снимали они, скорее всего, на скрытую камеру – в большинстве случаев. Это можно понять, Директор не хочет привлекать излишнее внимание к данной точке. Нет, формально её обязаны заранее осмотреть и составить отчёт – таковы правила. И некоторые кадры, очевидно, снимали не впопыхах и не особо при этом шифруясь. Уже хорошо – там всё видно чётко и ясно.

Встреча должна будет произойти на летней веранде небольшого кафе. Там стоят столики под полотняными навесами – чтобы солнце не так сильно припекало. Но, помимо этого, навесы исполняют ещё одну полезную функцию – сидящих под ними людей трудно разглядеть снайперу.

– Вблизи он не заляжет – негде.

– Могут подогнать грузовик и работать из кузова. Помнишь Могадишо в восемьдесят девятом? Там именно подобным образом и сработали!

– Улица неширокая, на той стороне машину припарковывать глупо. В этом случае и снайпер не нужен. Если только вдоль улицы стрелять…

– Справа не выйдет, через полсотни метров поворот.

– А слева?

– А вот там, он, – кивок в мою сторону, – должен организовать какие-нибудь земляные работы. И поставить соответствующие ограждения – они помешают стрелку!

– Ты хочешь загнать его сюда? – тычет в экран трубкой собеседник.

– А чем плоха эта позиция? Большинство столиков – просматривается…

– Угу… если не учитывать таких вот умников… – снова кивок в мою сторону.

– Добро, готовим ему горячую встречу здесь… Джон, на тебе оборудование данных комнат! Мы тут привезли кой-чего…

Оглядывая потом это «кое-что», я понял, каким образом небольшие группы всевозможных «диких гусей» ухитрялись влёгкую побивать весьма серьёзного противника. Если бы все операции прорабатывались подобным образом…

– Но при стрельбе в этом месте могут быть потери и среди гражданских?

– Могут. И что?

– Да, ничего… Джон, озадачь своё начальство – пусть подумают и над этим!

Похоже, я, наконец, начинаю понимать – каким-таким образом наша богоспасаемая контора проворачивает некоторые вещи. Имея в резерве (причём никем и никак не контролируемых) таких серьёзных спецов можно очень много чего сотворить. А неучтённые запасы вооружения и оборудования – могут пригодиться очень даже много где… Вашингтон или Стамбул – какая, в принципе, разница? Эти «старики» не вызовут подозрения ни у кого – ни одна спецслужба даже и не заподозрит в них кого-то серьёзного! Возраст!

Впрочем, сюрпризы на этот вечер не закончились.

Когда во дворике, который мы облюбовали для посиделок (а как оказалось, кроме нас в мотеле никого больше и не было – все номера выкупил Ларри), появилась эффектная девица, я даже пивом поперхнулся! Настолько её внешность не вязалась с сидящими тут «стариками».

– Э-э-э… а что она тут…

Проследив мой взгляд, Нормейер оборачивается.

– Майя! Иди к нам.

Девушка легко опускается на стул.

– И вечно ты где-то шляешься… – ворчит Ларри. Но, скорее, добродушно.

– А ты всё так же чем-то недоволен? Мне что же, среди вас всю дорогу тосковать?

– Знакомься, Джон, это ходячее безумие – моя дочь!

– Джон Хаст! – приподнимаюсь я со стула.

– Майя! А фамилию отца вы и так знаете – иначе не сидели бы тут. Я сбегаю на минутку в номер, па?

И воздушное создание исчезает, оставив после себя легкий запах какой-то косметики. Словно никогда её тут и не было вовсе.

– Не моё дело, Ларри… но впутывать в наши дела ещё и её…

– Остынь, сынок! Майя – грамотный специалист! И находится здесь не просто так! Вот, ты – о чём подумал, когда её здесь увидел?

– Если честно – слегка прифигел.

– А потом? Нескромные мысли в голове зашевелились?

– Сэр!

Нормейер смеётся. Откидывается на спинку стула.

– Не ты первый! Ха-ха-ха… У девочки шесть подтверждённых ликвидаций – и весьма зубастых парней, между прочим! Они тоже… думали другим местом…

Да, ладно? Это прелестное создание – киллер? Блин, я думал, такое бывает только в кино…

– Уверен, ты даже не заметил у неё оружия – а она носит его постоянно! Директор ценит её чрезвычайно высоко!

Век живи, как говорят русские… и всё равно дураком останешься…

Глава 10

Телефон оживал ещё дважды – и оба раза в динамике звучал раздражённый женский голос, призывая кары небесные на головы заблудших пьяниц и потенциальных развратников. А попутно мы узнали, что грузовик с дроном, оказывается, уже стоит неподалёку от нас, и сопровождавшие его автомашины припарковались неподалёку от места будущей встречи. Среди тех, кто покинул транспорт, удалось опознать одного человека – и вскоре мы рассматриваем групповой снимок какой-то волейбольной команды. Среди всех, чуть поодаль, виден один из «игроков» – в снимок оперативно вмонтировали опознанного.

Ларри хмыкает.

– А умеют твои парни работать!

– Там не только парни – толковые девушки есть и у нас!

– Стучать по клавиатуре – дело нехитрое!

– Так надо ещё и соображать – куда и когда ткнуть, чтобы всё получилось правильно!

Старик смеётся и показывает мне большой палец.

– Озадачу парней… – и он выбирается из машины.

Всё, тут больше ничего, как я понимаю, не изменить – операция вступает в завершающую фазу. Уже через двадцать минут на веранде должен будет появиться курьер с охраной. Как я полагаю, нападающие уже заняли свои места, готовые к штурму.

А никого из наших «старичков» особо-то и не заметно… Сидит кто-то там на веранде, пиво потягивает… прочие же вообще все куда-то разбрелись. По диспозиции моё место неподалёку от грузовика с дроном – я единственный, кто имеет хоть какие-то понятия о том, как управлять этой штукой. Поэтому, покинув автомобиль, сворачиваю в переулок. Подъезжающая машина всегда вызывает больше вопросов, чем одинокий пешеход. А спине сразу же стало жарко!

Что это?

«Сакки»[9]?

Рассказывал мне об этом Нормейер… и очень, кстати, в этот момент был серьёзен.

– Это не шутки, сынок! Меня самого это чувство вытаскивало почти из могилы – и не единожды! В первый раз это был пулемётчик – он выжидал, пока мы всё не выйдем из-за укрытия на улицу. Это был терпеливый чёрт! И в его руках была старая, но от этого – ничуть не менее убойная машинка – МГ-42! «Пила Гитлера» – если ты понимаешь, о чём я говорю…

Я понимаю. Видел эту штуку в Афганистане. Реально перепилить из неё дерево – плёвое дело!

– Тогда сержант Моргоу приказал всем выходить – а я замешкался. Шнурок на ботинке развязался… Я и отстал-то всего на десяток шагов! И потому остался в живых. А сержанта с остальными парнями – гук[10] там всех и положил… Мне повезло – успел упасть за камень – пулемёт его не пробил…

Ларри качает головой.

– Во второй раз это был снайпер – он караулил меня несколько часов. Темнота помогла… а у него не оказалось ночного прицела! Был ещё и третий… но об этом – как-нибудь потом…

Не верить старому солдату у меня нет никаких оснований – подобными вещами шутить не принято. Он тогда пробовал мне объяснять… но в тот раз ничего у нас не вышло. А вот сейчас – заработало!

Насколько я помню диспозицию, то снайпер (если он сидит именно там, где мы предположили) со своей позиции просматривает улицу, а значит – и тот автомобиль, из которого я сейчас вышел. И нет ничего удивительного, что он может обратить внимание и на меня. Ну и смотрит он, скорее всего, через прицел винтовки… через чего ж ещё снайперу-то глядеть? Естественно, он должен уделять внимание вообще всем, кто попадает в поле его зрения – а как иначе-то? Другой вопрос, что не каждый, на кого он смотрит, является его целью.

Но, понимать-то я это понимаю… а ноги предательски подрагивают! Дистанция тут менее ста метров, для калибра 0,50[11] это расстояние – плюнуть и растереть! Так и представляю себе палец на спусковом крючке… А бронежилета на мне нет – под легкой рубашкой его не спрятать. Да и стреляет этот тип в голову… или в горло…

Но нельзя спешить! И бегать кругами по улице, стремясь сбить прицел стрелку. «Быстро бегающий – умирает уставшим!» – это я хорошо запомнил. Да и всей операции тогда конец…

Так что, идём прежним шагом. Не спешим… Поборов в себе желание обернуться и посмотреть назад, топаю дальше. Мы ничего не знаем об этих парнях! А вдруг там, за винтовкой, залёг кто-то из тех, кто совсем недавно стоял рядом со мною на стрельбище? Или в баре напротив сидел? Повернусь – и он увидит моё лицо!

Это запросто может быть – меня могут узнать. Ничего исключить нельзя!

А до поворота осталось метров пятьдесят.

Сорок…

Спину словно кипятком ошпарило!

Перед глазами совершенно отчётливо появился указательный палец, медленно выбирающий ход спускового крючка…

Тридцать.

Останавливаюсь и ищу по карманам сигареты.

Двадцать…

Десять метров.

Всё – поворот!

Сворачиваю и прислоняюсь к стене. По спине уже не просто пот стекает – ручейки в речку сливаются!

Он так и не выстрелил…

А вот и цель моего недалёкого путешествия. Темно-серый грузовик, припарковавшийся неподалёку от угла дома. Та самая машина с дроном, которая вышла недавно с нашего склада. Это, несомненно, тот самый грузовик – я видел его фото. Насколько я в курсе дела, это – далеко не простая машинка. С бортовым генератором для подзарядки аккумуляторов дрона, с диагностическим пультом для проверки оборудования и даже с небольшой ремонтной мастерской! Представляю себе, сколько стоит эта хреновина… А ведь где-то там внутри сидит ещё и оператор, который управляет всем этим хитрым оборудованием!

Моя задача на сегодняшний день проста – дрон не должен взлететь! Не исключено, что в атаке на кафе могут принимать участие те люди, которые могли меня видеть и опознать. Так что Ларри благоразумно предотвращает данную неприятность. А вот кого-то, кто мог бы управлять дроном или хоть как-то с ним вообще разобраться – у нас в группе нет. Но я в своё время это дело изучал и, по крайней мере, на кнопку открытия огня случайно не нажму…

Понятное дело, что выполняю я данную задачу не в одиночестве, у меня есть прикрытие. И вот на эту тему можно было бы поговорить и подробнее… но не сейчас!

Радиостанций у нас нет – эфир может контролироваться противником. И всё общение завязано на обычные мобильные телефоны. Везде включена функция автоответа на поступающий звонок. Так что подносить трубку к уху не обязательно, а беспроводные наушники сейчас давно стали привычным атрибутом, на это уже мало кто внимания обращает…

На соседней улице стоит неприметный такой фургончик… способный контролировать все телефоны в радиусе действия данной соты. Понятно, кто там заправляет… Да, старикам-разбойникам надо отдать должное – народ тут подобрался предусмотрительный!

А в кафе было тихо. Полдень, народа немного. И флегматичный латиноамериканец-официант отнюдь не переламывался от чрезмерных нагрузок.

Пришёл какой-то худощавый парень с взлохмаченными волосами, на первый взгляд – поддатый или накурившийся, спросил пива – и мирно сидит за угловым столиком. Вон, ещё двое каких-то деятелей топают… по всему видно – бизнесмены средней руки, стоит только на их машину взглянуть. Тоже не бог весть какая шикарная тачка… небось, с рук брали…

А выглядеть солидно и по-деловому – стараются! Несмотря на жару, оба в строгих костюмах, один так даже и очки черные нацепил! Ещё бы и шляпу надел…

Хм, тот, что без очков садиться за стол к волосатику?

Тоже мне… нашёл делового партнёра!

Но руку поднял, хочет сделать заказ.

– Слушаю вас, сэр?

– Два виски.

И всё, что ли?

Ну, да… черной икры заказывать он явно не собирается. А его сотоварищ уселся за столик неподалёку и заказал всего лишь бутылочку прохладительного напитка – жмот!

Чтобы тебе оно поперёк глотки встало бы!

Медленно раздвинулись занавески на окне третьего этажа. Толстый, увенчанный трубой глушителя, ствол плавно выдвинулся наружу и чуть наклонился вниз. В перекрестье прицела вползла голова бизнесмена, который присел за столик к явно поддатому волосатому парню.

Тихо щелкнул замок на двери служебного входа в кафе, а заранее смазанные дверные петли не издали привычного скрипа. И поэтому, хлопотавший у плиты повар так ничего и не услышал. Дернулся он только тогда, когда под ногою бесшумно подошедшего сзади человека негромко треснула плитка на полу. Но… в воздухе тускло блеснул клинок. И сильные, способные легко передвинуть с места на место тяжелую кастрюлю, руки… бессильно повисли вдоль тела. А в глазах неожиданно потемнело.

Переговоры.

– Диспетчер – здесь Зоркий. Цель вижу, могу работать.

– Принял Диспетчер.

– Диспетчер – группа на позиции. Готовы к работе.

– Группа, Диспетчер принял. Ждать команды.

– Диспетчер – здесь Колеса. Ждём.

– Колеса – ждать команду на выдвижение. Опека – Диспетчеру.

– Здесь Опека.

– Вы вычислили всех?

– Черный «Форд» на парковке – два человека. Точка номер три – один человек. Точка номер пять – два человека. Темно-синий «Шевроле» на парковке в ста метрах от кафе – предположительно два человека. Более точно не разглядеть – окна тонированы. Рядом с ним ещё один подозрительный фургон – «Тойота». Водитель за рулём, в кузове окон нет. Машина просела, по-видимому там есть груз или люди – водитель с кем-то разговаривал не поворачивая головы. Надёжно фиксируем «Форд» и точку номер пять.

– Принял Диспетчер. Ахриман – Диспетчеру!

– Здесь Ахриман.

– Ахриман – за вами «Шевроле» и «Тойота».

– Ахриман задачу понял, приступаю к выполнению.

– Зоркий – Диспетчеру.

– Здесь Зоркий.

– Вторая цель – точка номер три.

– Принял Зоркий.

– Общая команда! Готовность тридцать секунд!

Никто не стал передёргивать затвор, досылая патрон – все и так уже были готовы стрелять…

– Гарри! – надрывается абонент. – Немедленно позвони матери!

Этот звонок приняли сразу несколько человек.

Глава 11

А навстречу мне идёт…

Думаю, тут не нашлось ни одного нормального мужика, который не повернулся бы в её сторону.

Майя… необычайно обворожительная и очень… очень сексуально выглядящая! Тут кто угодно обернётся!

И это милое создание ещё мне и улыбается! Именно мне – тут никакой ошибки быть не может! Вот, правда видеть эту улыбку сейчас могут немногие.

В иной ситуации я бы обрадовался… В иной.

Ибо сейчас это улыбка – ни что иное, как сигнал готовности. Мы его заранее оговорили.

Этот самый хитрогрузовик – он, как маленькая крепость. Кузов у него усиленный, и просто из пистолета его точно не пробить. Подумал над этим в своё время народ… Появление же здесь человека с гранатомётом, например, вызвало бы совершенно нездоровый ажиотаж. Тем более, что пока нам вообще пока нечего им предъявить. Они же никого не убили и не расстреляли…

Отклонились от маршрута?

Навигационная ошибка!

Или к своей девушке завернул на минутку… Да, нарушение. Да, за это даже и уволить можно. Но не стрелять же! Тут последствия могут быть очень даже неслабыми! Никому мало не покажется! Это со стариков – хрен чего поимеешь… их тут официально и вовсе не было. А я – вот он, во всей красе!

Нет, Директор – он, несомненно, и тут что-нибудь придумает… но вот, лично по моей башке может прилететь очень и очень чувствительно! Найдут способы…

Улыбка же Майи означает только одно – работа началась, и цель атаки подтверждена.

То есть все сомнения побоку, атакуем грузовик и сидящих в нём людей, как настоящего врага.

Продолжая улыбаться, она поворачивает налево… и стучит маленькой ладошкой по стеклу кабины.

А ничего себе «стёклышко»… стандартным «люгеровским»[12] патроном его, пожалуй, что и не пробить…

Так что вниз оно, скорее всего, и не опускается – слишком тяжёлое.

А я – я тоже сворачиваю в сторону, обходя грузовик со стороны капота. Между мною и водителем – почти два метра железа. Недосягаем он для меня.

И это должно его успокоить.

И успокоило.

Щелкает замок, и тяжелая дверь приоткрывается.

– Что случилось… – водитель чуть наклоняется в её сторону.

А вот договорить он уже не успевает.

Чем уж там она его шарахнула – не знаю, в руках у неё ничего не было видно. Но мужик внезапно обмяк и откинулся на спинку сиденья.

Прыжок!

Прогрохотали по капоту мои ботинки. Что, мужик, не ожидал?

Рывок двери на себя, толкаю его в глубину кабины. Он, несомненно, пока живой, но самочувствие явно оставляет желать лучшего – дышит он с трудом.

– Подвинься! – следом забирается Майя. В её руках появляется шприц, она наклоняется к водителю.

– Готово! Этот нам не помешает…

Отлично! Фаза два…

Обычный тросовый запор для велосипеда. Прочный тросик, порвать такой… ну, лично я не взялся бы… И обыкновенный цилиндрический замок.

Оббежать грузовик, подлезть снизу и продеть тросик в петли для опломбирования – они расположены в нижней части дверей и стоящая в них обзорная камера, это место не просматривает. Откуда я это знаю?

Так документация на этот самый грузовик есть не только в отделе материально-технического обеспечения! Была возможность изучить…

Минутное дело! И даже быстрее…

Теперь дверь изнутри не открыть.

– Ольгерд! – оживает динамик интеркома. – Открываем крышу, получена команда на старт!

Пульт управления раздвижным люком – дублированный. От водителя – и изнутри кузова. Его вполне можно заблокировать…

Теоретически.

Если верить документации.

Но здесь – установлен другой пульт…

А над стеклом поблескивает глазок видеокамеры. Не нужно быть офигительно проницательным, чтобы понять – кто и где может видеть происходящее в кабине. Правда, влезая в машину, я «нечаянно» эту самую камеру развернул… в сторонку… Так что сейчас она (по чистой случайности, естественно…) ничего интересного не увидит.

Но всегда можно и просто по громкой связи переспросить. И ведь точно же существует для этого какая-то кодовая фраза!

И если абонент не услышит нужного ответа… то тотчас же пойдёт в эфир соответствующее предупреждение.

На месте авторов сего деяния, я бы операцию тотчас же и отменил бы – и всё! Никаких тебе зацепок и неприятностей. Ну вломят по башке водителю… может быть и сопровождающему технику-оператору… А все прочие – спокойно переждут поднявшийся «скандал» (так – лёгкое нарушение должностной инструкции!) где-нибудь в сторонке.

И выйдут сухими из воды.

Так что все наши домыслы можно будет засунуть… сами знаете, куда…

Торопливо выталкиваю девушку из кабины, усаживаю водителя, откинув его голову на спинку сиденья. Так, чтобы казалось, будто он спит. Ну, поплохело мужику… бывает!

Снова поворачиваю камеру – пусть смотрит на бедолагу.

А меня – в кабине уже нет!

Разбираться с пультом – тоже никакой возможности не имеется. Попросту не успею я ничего сделать!

Вот и вытягиваюсь на крыше кабины – тут никаких камер я пока не усмотрел.

Внизу что-то снова бубнит интерком. Опять, надо думать, водителя окликают.

Что сделает оператор, если увидит спящего сотоварища?

Не застреленного и не зарезанного – просто спящего. Или малость охреневшего… Думаю, что не увидев очевидных причин для немедленного поднятия тревоги, он, скорее всего, продолжит выполнение приказа. А вот на помощь, может, кого-то и отправит… потом…

Изначально мы планировали заблокировать крышу в полуоткрытом состоянии – чтобы дрон попросту не смог бы вылететь. Списать это дело на какую-то техническую проблему – и заставить противника действовать наспех, а не по заранее разработанному плану. Вот тут у них коё-чего бы и посыпалось…

А старики-разбойники их тут и приняли бы!

Хороший был план!

Только вот не сработал.

Ну, кто ж мог догадаться, что сюда впихнули не стандартный пульт, а какую-то непонятную конструкцию – с нестандартным расположением клавиш? Даже, кстати, и неотмаркированных должным образом – все надписи выполнены иероглифами.

Вот, из-за таких вот досадных мелочей и летят к нечистому тщательно выверенные планы!

Снова бубнит интерком…

Тишина.

И внезапно грузовик содрогается – начинают работать моторы где-то за моей спиной. Так… они раздвигают крышу! То есть – начали-таки работать!

Секунда… другая…

Аж в бедре отдалось – так резко я вскочил!

И прямо передо мною вижу расходящиеся створки люка – он почти во всю крышу кузова.

Толчок, прыжок!

Приземляюсь удачно – ничего под ногами неприятного не попалось.

Осматриваюсь…

Хотя, в общем приближении мне данная обстановка известна – читал описание.

В самом центре кузова располагается…э-э-э… стартовая площадка? Ложемент? Или как там ещё это сооружение именуется?

Словом – отсюда взлетает и сюда же приземляется дрон.

Он, кстати, тут и стоит, даже винты пока не работают.

А вот у задней стены кузова располагается стол со всякой технической хреновиной. И за ним сейчас сидит какой-то хмырь с наушниками на голове. Оператор дрона, надо полагать…

Но он тут не одинок – около распашных дверей в задней части кузова сидят ещё двое. И если одного из них (с известной натяжкой, разумеется…) ещё как-то можно отнести к техническому персоналу – и то, только потому, что у него на поясе висят всякие там инструменты и приборы, то относительно второго никаких сомнений нет.

Свой, как говорится по-русски, брат – охранник. МР-5D в руках, «Глок» в полуоткрытой поясной кобуре – тут никаких вопросов даже и быть не может!

А раз так – то вот ты-то мне, брат, и не нужен – за тебя никто и не спросит…

«Осматриваюсь» – это, конечно, громко сказано – менее секунды на всё и ушло.

Гулко бабахнул старый пистолет – и МР-5D глухо брякнулся на пол.

Один есть…

Рухнул на пол техник, выставив вперёд раскрытые ладони.

– Сдаюсь! Не стреляйте! Я безоружен!

Прыжок через стол с аппаратурой, ствол пистолета упирается в горло оператора.

– Отмена запуска! Понял?!

– П-п-понял…

– По связи скажешь – заклинило люк, пробуем открыть. Ясно?!

– Да…

– И чего тогда молчим?

Косясь на пистолет, он торопливо выкрикивает нужные слова в микрофон.

– Ахриман! – буквально взрывается динамик. – Вы ставите под угрозу успешное проведение операции. Немедленно обеспечить взлёт!

– Мы работаем! – возбуждённо кричит в микрофон побледневший оператор. – Не отвлекайте нас разговорами! Вы нам мешаете!

Вот ведь как получается… даже и подсказывать ему ничего не нужно…

– Ты! – взмах пистолетом в сторону техника. – Разрядить оружие дрона!

Опасливо озираясь, тот торопливо снимает с коптера какие-то коробки, отсоединяет и укладывает на пол ракеты.

– Всё?

– Да, больше ничего нет…

– Смотри! Если соврал – живёшь последнюю минуту!

Он быстро-быстро мотает головой. И всячески демонстрирует свою лояльность.

Толкаю локтем оператора.

– Давай, поднимай своего дракона!

– Внимание всем! Здесь Диспетчер! Начали!

Скрипнула, приоткрываясь, дверь, и штурмовая группа выскользнула в коридор. Два десятка шагов – и выход на террасу, где за столиком располагается вожделенная цель. Собственно – не человек даже, а всего лишь чемодан, который у него находится.

Приподнялся снайпер, задержал дыхание, выбирая спуск.

Щелкнули дверные замки, и приоткрылись дверцы автомобилей.

Взмыл быстрой тенью над крышами дрон, чуть качнулся, выравнивая прицел.

– Дождь… – прозвучало в наушниках мобильных телефонов.

Моргнули светодиоды на пультах управления.

Взрывом светошумовых зарядов выбило подпотолочные панели в коридоре кафе и в комнате, где обустроил позицию снайпер. Вспышка, грохот, дым…

Не слышны шаги подбегающих людей, и за дымом не видны их силуэты.

Хрясь!

Впечатывается в грудь приклад дробовика, сбивая дыхание и совсем уж дезориентируя человека, и так уже оглушённого близким разрывом. А тяжёлый ботинок добавляет… «радостных» ощущений.

Щелчок стопора – и мощные пружины оттягивают вниз крышки, которые до этого прикрывали прорезанные в боковой части кузова амбразуры. Нет в кабине грузовика водителя, он где-то там мирно кофе пьёт… вот и не привлекла излишнего внимания покинутая автомашина. Да и нет на кузове тента, он вдоль борта аккуратно уложен – и любой прохожий может видеть, что никакого груза там не имеется. А то, что человека можно укрыть и в двойном дне… так это только в кино бывает!

Оказалось – не только в кино, в жизни такое тоже встречается.

Взвод, понятное дело, так не спрятать… так столько и не нужно! Двоих автоматчиков – за глаза!

Брызнули стекла – и… не получилась атака…

А выстрелы и особого внимания не привлекли… автоматы стрелков были снабжены глушителями.

– Ахриман! Отставить атаку! Новая задача – точка «ноль»! Прикрыть эвакуацию группы управления!

– Где эта точка?! – тычу стволом в лоб оператору. Наушники отключены, и я могу слышать весь радиообмен.

– Отель «Майская долина». Темно-синий «Крайслер-Вояджер»…

– Принято! – отзывается голос в телефоне. – Мы всё слышали!

Минивэн никуда отъехать так и не успел – из-за угла резво вывернулся автомобиль. Из открытого окна которого тотчас же выглянул ствол дробовика.

Бах!

И минивэн занесло – переднее колесо оказалось разорвано в клочья картечным зарядом. А вот второй выстрел пришёлся по касательной в заднее стекло – и это не было промахом стрелка. Помимо того, что сидящих в машине людей тотчас же осыпало осколками разбитого стекла, в салон мгновением позже влетела ещё и светошумовая граната.

После такого «подарка» никакой водитель, будь он трижды чемпионом «Формулы-1», ничего тут поделать уже не мог.

Менее минуты потребовалось выскочившим из машины нападавшим, чтобы повытаскивать из «Крайслера» охреневших пассажиров. Быстро обшарив их карманы на предмет оружия и всяческих полезных предметов, прихватив багаж, они запихали всё это в подъехавший темный фургон. После чего быстро покинули место боестолкновения. И выглянувший спустя пару минут из отеля удивлённый портье, узрел лишь горящий автомобиль. Кто-то из нападавших предусмотрительно закинул внутрь зажигательную шашку. Так что никакой, даже самый тщательный осмотр обугленного минивэна уже ничего полезного никому поведать уже не мог.

К нам в машину тоже постучались «гости», предварительно предупредив о своём прибытии. Под их «чутким» руководством, перепуганный оператор возвращает на своё место дрон. Так ни разу и не выстреливший…

Перебравшись в кабину, откуда уже утащили в кузов бесчувственного водителя, сажусь за руль. Рядом устраивается Майя.

– Куда едем?

– Пока – налево… – сверяется она со своим смартфоном. – А там я тебе подскажу!

– С таким штурманом – хоть на край света!

– Не накаркай! – одергивает она меня. – Я пока так далеко не собираюсь!

Появившийся спустя несколько минут полицейский патруль смог лишь изумлённо почесать в затылке.

Полностью разгромленная комната на третьем этаже дома… Обсыпанный лохмотьями от декоративных панелей коридор кафе, горящие автомобили (подожгли не только минивэн…) – найти там что-то было совершенно нереально. Да, на автостоянке имелись следы крови, и земля была усеяна стреляными гильзами – но где тела пострадавших?

В суматохе мало кто мог сказать куда же делись их тела. Да, кто-то там подъезжал… но… дым! Он-то всё и укрыл.

Источник его, кстати, обнаружили достаточно быстро – закопчённый ящик около дороги – оттуда-то дым и валил. Кто и зачем его там бросил, так и осталось до конца не понятно.

А тот самый грузовик с пустым прицепом уже куда-то отрулил со стоянки. Надо полагать, его водитель не жаждал общения с полицией. Наверное, именно по этой причине, отъехав совсем недалеко, он содрал с боков машины и кузова пластиковые ленты с надписями и эмблемами. После чего, свалив их в канаву, побрызгал какой-то химией. И пластик, испуская неприятный запах, тотчас же обуглился, превратившись в какую-то темную массу.

На бортах появились новые эмблемы (заодно полностью закрывшие и амбразуры…). Сменился и номерной знак – по «странной» случайности, у водителя оказались и новые документы.

Стоило ли говорить о том, что никаких стрелков в грузовике уже не имелось? Покидая своё убежище, они заодно вымели наружу и стреляные гильзы. Этим, кстати, и объяснялось их наличие на стоянке…

Единственный труп смогли отыскать на кухне – там его обнаружил менеджер кафе. Это был повар, которого кто-то профессионально зарезал. Увы… убийцу найти так и не удалось.

А покинувшие городок автомобили, попетляв по дорогам, вскоре подъехали в условленные места. Где быстро, и не привлекая внимания, перегрузили пленных и трофеи в ожидавшие там машины.

Так что предъявить хоть какие-то претензии мирным пенсионерам – теперь уже точно никто не смог бы…

Сложнее было с грузовиком, просто так приехать в нужную точку он, разумеется, не мог – все проездные документы были выписаны на совершенно конкретных лиц. Он и не приехал…

Машина отыскалась лишь на следующий день – во дворе мотеля. В полицию позвонил бдительный гражданин – его удивило, что на машине всю ночь горели фары. Разумеется, к утру аккумулятор сел окончательно. Открыть машину сразу не получилось, а когда в мотель прибыл, наконец, автомеханик, туда уже быстро примчались неприметные такие мальчики… с соответствующими документами.

Они-то и занялись брошенным грузовиком. Ключи у них имелись, а «прикурить» от своей машины… ну, это-то каждый сможет!

Так что дорогостоящий дрон никуда не исчез – пропали лишь сопровождающие…

Глава 12

– Голова не болит, Джеффри? – Директор пододвинул кресло, поудобнее устраиваясь.

– Что? А… болит, сэр… Ничего не помню…

Собеседник, только что лежавший на койке, приподнялся, озираясь по сторонам.

– Что случилось? И… где это мы с вами находимся, сэр?

– Где – это один из наших спецобъектов. Сами же знаете – у нас таких много повсюду… А вот, на первый вопрос… – сэр Роджер покачал головой. – На это мне трудно сразу ответить. Если не возражаете, мы можем поискать ответ вместе. Согласны?

– Да, сэр… Разумеется, я вам помогу!

– Вот и отлично! Тогда – к делу. Я бы очень хотел знать – куда вы дели все те средства, которые были получены в результате нападений?

Гейтс сел и помотал головой, окончательно проснувшись.

– Не понимаю вашего вопроса, сэр! Я ни на кого не нападал!

– Разумеется, вы лично никого не трогали, признаю. Но вы организовывали данные нападения.

– Сэр!

Директор вздохнул.

– Я всё же надеялся на вашу сообразительность… Кстати, то, что у вас болит голова – не случайность. Это последствия применения препарата «HQ-345», он всегда вызывает головную боль и кратковременную амнезию. Иначе говоря, последние два-три дня из вашей памяти просто выпадают. На какое-то время, разумеется… Но вы всё вспомните, ручаюсь!

– Но… Ведь применение этого препарата на территории США запрещено!

– А кто вам сказал, что мы сейчас находимся на территории США? Да и вам ли говорить о какой-либо законности! Это в нашей-то организации? Не смешите…

– Следует ли это понимать так, что мне предъявлено обвинение? Я бы с интересом почитал этот документ!

Глава «Гарварда» усмехнулся. Покачал головой.

– Нет никакого документа Джеффри. И никаких обвинений вам никто не предъявлял – по причине того, что вы находитесь в больнице. После внезапной аварии, в которую попали по вине какого-то долбанного негра-наркомана. Он не справился с управлением – и долбанул вашу машину точно в водительскую дверь. Сам при этом благополучно отошёл в мир иной – по причине изрядного передоза и в результате последствий аварии. Вам «повезло» – вовремя отвезли в больницу. Другой вопрос, что вторично удача может и отвернуться…

– Вы мне угрожаете?

– Информирую. Ваша последняя операция не удалась – большая часть нападавших задержана, деньги взять не вышло. Предвосхищая ваш вопрос – не полицией. Это моя личная группа, она даже не из состава сотрудников «фирмы». Все задержанные подверглись соответствующей обработке и дали исчерпывающие признательные показания. Как, кстати, и вы… Хотите посмотреть видеозапись?

– Нет… не хочу…

– И правильно – там нет ничего, чем следовало бы гордиться. Вам ли рассказывать, как выглядит человек под воздействием данного препарата? Так что, если что и ускользнуло от внимания дознания, то это какие-то несущественные мелочи. На общую картину это, увы, повлиять никак не может.

– Я… у меня есть время, чтобы обдумать всё это?

– Нет. Ответ мне нужен прямо сейчас.

Сидевший на койке человек задумался. Поднял голову и обвел взглядом стены. Окон нет, единственная дверь и две видеокамеры под потолком. Больничная палата? Ага, без какого-либо медоборудования? Скорее уж – тюрьма.

– А если я откажусь?

– То я просто уйду. А вы – так и не придёте в себя. И через несколько дней будет опубликован официальный некролог… Всё это время вы проведёте здесь. За вами будут ухаживать. Капельница… и всё прочее, что там полагается… Разумеется, после смерти на теле будут присутствовать прижизненные следы автокатастрофы – зачем наводить людей на ненужные подозрения?

– Чтобы никакое вскрытие никогда не смогло бы обнаружить следов препарата в моём организме?

– Естественно. За это время он полностью выйдет из организма. Это проверено…

– Что я получу в случае согласия?

– Останетесь живы. Вам мало?

– Но моя смерть может повлечь за собою самые негативные последствия!

Директор покивал.

– А я всё ждал – когда же вы вспомните про этот козырь? Адвокат Майкл Гарсези – знаете такого? Вижу по вашему лицу, что знаете… Увы! Судьба бывает безжалостна! Даже и к посторонним людям… Впрочем, кто виноват в том, что человек пренебрегает элементарными правилами пожарной безопасности? Сгорел ваш адвокат… в собственном доме и со всей семьёй! И со всеми документами. Так что он, увы, не сможет ничего опубликовать. «В случае внезапной преждевременной смерти или исчезновения» – так, если не ошибаюсь, было написано в вашем завещании? Хороший был у вас адвокат, понимающий. Скорблю… хоть и не знал его лично…

Вот уже вторые сутки я сижу в этом мотеле. Телевизор давно надоел, в его сторону даже уже и не смотрю. Валяюсь на диване и думаю…

Тогда, по завершению операции, мы все тотчас же разъехались в разные стороны – словно никогда и не были знакомы друг с другом. Сухо попрощались, и только пыль заклубилась за машинами.

Не знаю… может быть, у этих старичков-разбойников так и принято, но я-то привык к совсем другому окончанию операций! Посидеть вечером с парнями, просто, чтобы быть рядом… видеть своих товарищей…

А тут – как-то всё не так.

Не спорю, команда эта – сверхэффективная, чрезвычайно опытная и опасная. Чувствуется, что работают вместе не один уже год. Никаких тебе эмоций и прочего – словно хорошо смазанный и отлаженный механизм.

Совершенно бездушный и невозмутимый.

Запросто скрутить не самых слабых, в общем-то, противников… да, так, что они практически ничего не успели сделать в свою защиту… Ну, не знаю, я такого раньше как-то вот и не видывал. В кино – другая песня, там тебе что угодно снимут!

Но здесь – не кино.

Суровая реальность. И стреляют далеко не холостыми патронами.

Тех парней, что хотели «пошалить» на автостоянке, срезали всего за пару секунд! Да, так, что никто ничего толком даже и не понял!

Выскочившие из фургона бойцы группы прикрытия только головами недоумённо повертели во все стороны. Но так даже и не поняли, кто и откуда стрелял!

Я, когда просматривал видеозапись, сделанную откуда-то со стороны, видел, как они встревожено оглядываются по сторонам, пытаясь понять происходящее.

И в самом деле…

Выскочили вдруг из машин какие-то парни с оружием, пробежали несколько шагов – да все сразу и полегли. Никто даже и выстрелить в ответ не успел.

Да и я толком не понял – откуда стреляли-то?

Никаких укрытий поблизости нет, в кузове стоящего грузовика пусто, даже и тент снят…

Понятно, что использовали глушители. Но где стрелок-то запрятался?

Представляю себе, какая каша сейчас в головах у парней из группы прикрытия! Доклад-то они сделать обязаны – а что писать?

Ничего не слышал и не делал – а прямо на моих глазах неведомые злодеи завалили нескольких вооруженных парней. Кто и откуда стрелял – не знаю. И что это были за люди – тоже понять не могу.

Да уж… Выскажут им потом… неудовольствие.

И правильно, между прочим, сделают!

Так ведь и тебя, родимого, порезать могли! А ты – так ничего и не заметил бы!

К чести парней, они моментом приняли правильное решение. Попрыгали в фургон и мгновенно свалили с места перестрелки. Понятно, что номера они сменили тотчас же, и полиция теперь может эту машину искать сколько угодно. Хоть до посинения в глазах…

Блынкнул телефон!

Вскакиваю с места и хватаю трубку.

– Да?

– Возвращайся…

Захожу в спальню и трогаю за плечо спящую на кровати девушку.

– Вставай!

Только заехав в мотель, я тотчас же позвонил по указанному мне телефону. И уже через час в дверь постучалась миловидная, черноволосая девица.

– Привет! Я – Моника!

– Джон.

– Где тут у тебя душ?

По легенде, я тут отрываюсь уже третий день. И милая моя гостья с готовностью может это подтвердить – за то ей и платят. Машина моя стоит на стоянке и никуда не отъезжает.

А в двух сотнях метров от мотеля припаркована ещё одна – на ней-то я и езжу, выбираясь наружу через приоткрытое окно. Оно как раз на ту сторону и выходит… и со стороны не особо просматривается, кусты там, понимаешь ли, густые…

Так что, случись чего, и персонал уверенно подтвердит – клиент никуда не ездил, сидел в номере и всё время кувыркался в постели со смазливой девицей. А в номере осталась немаленькая коллекция пустых бутылок – он их тут же и покупал. Только тогда они ещё были полными…

Да, бабник. И выпить не дурак.

Но это же пока не преступление?

Моника потягивается, выгибаясь всем телом. При этом одеяло чуть сползает – вот же хитрованка!

– Ты так спешишь? А я-то думала…

Ну, не настолько уж я и спешу…

– Садись, Джон… – указывает мне не стул Директор. – Как настроение?

– Да, какое уж тут настроение, сэр?

– Понимаю… Каково впечатление о команде Нормейера?

– Это, сэр, что-то и вовсе запредельное. Ни разу не встречал людей, которые были бы настолько сработаны между собой, что понимали бы друг друга с первого слова. Или даже вовсе без него…

– Работать с ними сможешь?

– Не мой уровень, сэр! Они настолько меня превосходят… я даже и не знаю!

Директор усмехается.

– А вот Ларри, напротив, иного мнения. Ты им понравился! Ладно, об этом после…

И он продолжил.

А я и вовсе охренел.

Да, те сведения, что вытащила моя команда, подтвердились полностью. И даже с лихвой! Злодеи окопались внутри организации. И рулил этим – тот самый Джеффри Гейтс.

Из отдела материально-технического обеспечения. По своей должности он знал очень и очень многое.

Кстати – сюрприз!

Неведомым стрелком с крупнокалиберной пневматикой оказался… тот самый Джереми Питерс-младший – бывший снайпер, который её и предложил.

– При их возможностях, организовать алиби нужному человеку – вообще ни разу не проблема!

Были у них люди и в других отделах – даже и в отделе внутренних расследований. То-то следствие так долго никого не могло отыскать! Да и не смогло бы… при таком-то раскладе…

– Большая часть их уже обезврежена – Гейтс пошёл на сотрудничество.

Интересно, а куда б он делся-то? При таком уровне дознания… да плюс соответствующая химия…

– Ты спрашиваешь себя – а зачем он мне всё это рассказывает?

Хороший вопрос! Да, спрашиваю – и уже давно. И приходящие на ум ответы, что-то совсем не радуют.

– Волей случая, Джон, ты теперь являешься секретоносителем высшей категории. И не имеешь права – никогда и ни при каких обстоятельствах, рассказывать об этом кому бы то ни было, включая Президента США. Ты меня понял?

– Да, сэр.

– Никаких письменных обязательств я с тебя брать не стану – ты и сам прекрасно понимаешь, почему.

А мне вспомнилась улыбка Нормейера. Сколько ещё таких вот «старичков» в запасе у сэра Роджера? Впрочем… станет ли мне легче, если пулю в меня всадит миловидная Майя?

– Но и прятать тебя в сейф с толстыми стенами никто не собирается. Будешь работать. Лично на меня. «Ключи» с собой?

Выкладываю на стол жетон офицера отдела внутренних расследований. Недолго я его потаскал…

– Это – временный, – большой босс смахивает всесильные «ключи» в ящик стола. – А вот этот – уже постоянный!

Такой же жетон, как и прошлый – но сделан из бронзы. Номер… 024? М-м-м… у нас у всех номера пятизначные.

– Отныне ты входишь в состав моей личной группы. И все указания получаешь лично от меня – и ни от кого другого. Отчитываешься – тоже только передо мной. Для всех – ты откомандирован в распоряжение региональной резидентуры в Пакистане. В качестве специального курьера.

А спецкурьеры у нас постоянно в движении… застать такого сотрудника на месте – задачка не из лёгких! С другой стороны – требования к таким людям чрезвычайно высокие, так что, в принципе, это никого не удивит.

– Твой должностной оклад… – и Директор называет цифру.

Ого! И даже – ого-го!

Это за что же такие подарки ныне делают?

– А теперь – слушай внимательно!

– Вот так и получается… – ставлю банку с пивом на пол.

Нормейер покачивает головой.

– Ну… поздравлять тебя с новым назначением я не стану. Полагаю, ты и сам не в восторге от этого.

– Да уж… как-то так…

Старый спец задумчиво вертит в руках пустую пивную банку.

– Вот что я тебе скажу… Похоже, мы пробили здоровенную дыру в целой цистерне дерьма. И оно сейчас грозит утопить очень и очень многих. Ты уж поверь, я давно живу на свете, и видел много чего. Мне не приходилось видеть Роджера в таком состоянии уже давно – а мы вместе прошли через всякое! Похоже, что он и сам не рад тому, что узнал. Но отступать уже поздно…

– С его-то позиции? «Гарвард» – штука жуткая, и я даже и представить себе не могу того, кто…

– Поверь, сынок, я видел очень много всяких жутких контор и организаций! От некоторых из них не осталось теперь даже и названия! Директор напуган всерьёз!

Ничего себе… Нет, я-то теперь более-менее имею представление о той конторе, где работаю. Но именно по этой причине и сомневаюсь в словах старого спеца. Хотя… он-то, надо думать, знает не меньше моего!

А, учитывая характер полученного задания… в кино таких вывертов не снимают!

– Задумался? – усмехается Ларри. – То-то! Черт, если бы я мог хотя бы предполагать похожее развитие событий…

– И что тогда?

– Мы бы с тобою никогда и не встретились бы. Я-то уже пожил! Да и все мы – тоже не особо задержимся на этом свете. А вот моя девочка…

Яснее и не скажешь…

Глава 13

«В указанное время выйти на связь с абонентом «Торч». Для этого предлагается использовать переданную вам аппаратуру связи с кодированным каналом. Оговорить место передачи денег.

Прибывшего на встречу человека – захватить и подвергнуть форсированному допросу с использованием всех имеющихся средств. Охрану – ликвидировать, обставив это как несчастный случай. О полученных сведениях доложить лично, не используя для этого никаких каналов связи. Все следы стычки тщательно зачистить, возможных свидетелей ликвидировать».

Вот так… стал я киллером…

Пардон, а раньше-то ты кем был?

Нет, в посольстве – всё понятно, там долг перед страной, присяга, наконец…

А в «Гарварде»?

Да, сам наркотой не торгую и даже в руки не беру.

И что, сильно это облегчает совесть?

«Они всё равно подохнут! Наркоман – уже не человек! Так или иначе – а дозу всё равно найдут!»

Слабое утешение… С нашей помощью они это сделают гораздо быстрее. А уж, сколько народа за собою ещё утащат!

Хорошо, можно отказаться.

Уйти в отставку… ага, с пулей в затылке!

Сообщить в полицию?

Не смешно.

Уж если моя богоспасаемая контора, не моргнув глазом, подорвала здоровенные башни с людьми в центре большого города[13]… то, что ей может сделать какой-то там отдел полиции? Пальчиком погрозить?

Момент…

А кого тогда боится Директор?

А он боится – я Нормейеру верю! Ларри знает его достаточно хорошо.

Значит, есть ещё более крупная акула в этом озере? Кто же это?

Встреча была назначена в небольшом кафе на трассе. Полусонное место, где изредка останавливались проезжающие машины.

Рассматривая объект на мониторе, Ларри хмурится.

– Не самая удобная площадка для нас… И заранее тут ничего не подготовить – клиент, надо полагать, знает в лицо персонал, так что своими людьми их не заменить. И никого туда уже не внедрить – обычно в подобных заведениях все друг друга знают достаточно давно и со стороны новичков берут неохотно. Придётся работать грубо…

– Смущают возможные жертвы?

Нормейер только усмехается.

– Чем, по-твоему, отличается профессионал от дилетанта?

– Ну…

– Профи никогда не стреляет лишний раз! Да, я не оставлю за своей спиной недостреленного противника, но если есть возможность сделать всё тихо – я именно так и поступлю. Настоящий мастер не оставляет следов, либо старается сделать так, чтобы у того, кто когда-нибудь будет расследовать это дело, было бы как можно меньше зацепок. Поверь, что искать иногда могут очень долго… и очень тщательно!

Так или иначе – а план мы выработали.

А недовольство старого спеца передалось и мне… Я теперь всё время верчу в голове произошедшие события. И реакцию Директора на всё это.

Ну, казалось бы – вскрыл ты в своей конторе крысу. Жирную такую, откормленную! Радоваться надо! Но… что-то не заметно в его словах особого восторга… почему? Эти люди, между прочим, не из церковной кружки подаяния воровали – сумма похищенных денег способна была вызвать почтение хоть у кого! Их, кстати, так и не нашли, насколько я в курсе дела. Я уж молчу о том, сколько наших парней при этом полегло!

А тут – ещё большая озабоченность. Интересно, а вот имей он возможность всё отыграть назад – сделал бы?

Не знаю…

Естественно, клиент прибыл не один – на стоянку зарулили сразу две машины. Не сразу, разумеется, и не вместе.

Сначала прибыло трое конкретных таких парней. При взгляде на которых только что руки моментально к пистолету не тянулись. Один остался снаружи, только стекла в машине чуть приспустил. А парочка его сотоварищей проследовала в кафе. Что-то они там себе заказали, после чего уселись за столик около входа. Разглядывая их в оптику, понимаю, что позицию они выбрали грамотно – не только само помещение могли контролировать, а заодно вход и выход. Я и сам бы так поступил.

Понятно, теперь они будут ждать курьера, и только после его прибытия, вызовут охраняемого.

С курьером от наших заговорщиков всё было обтяпано грамотно – нужный персонаж у нас имелся. Насколько я понял, это в каждом случае был новый человек, приметы и описание которого сообщались встречающим непосредственно перед встречей. И согласившийся на сотрудничество с Директором Гейтс, так и сделал.

Понятно, что и курьер не пешком пришёл. И тоже не в одиночестве. Восемьсот семьдесят тысяч долларов – такую сумму просто так по улице не понесёшь!

Так что и с нашей стороны была проделана почти похожая операция – разве что наши парни уселись ближе к стойке, пройдя мимо охраны встречающей стороны. Осмотрелись – и один из них поднял к уху телефон.

А теперь – мой выход. Именно мои приметы и сообщил Джеффри. Нельзя исключать того, что встречающая сторона может знать (пусть даже и по фото) личности наших курьеров – а именно среди них обычно и выбирали тех, кто выходит на встречу. И кстати, не все они в реальности могли быть сообщниками Гейтса, парни вполне могли думать, что выполняют обычную работу. Просто очередная встреча…

А что?

Распоряжение-то не от Санта-Клауса пришло – от руководства!

«Где умный человек прячет лист? В лесу…»[14]

Вот и я – обычный, ни во что не посвящённый, курьер. Приехал, нужные слова услышал, передал кейс – и забыл об этой встрече навсегда.

Надеюсь, у них не принято зачищать следы в подобном случае?

Не хотелось бы, знаете!

Вхожу, осматриваюсь – и топаю к столику в углу. По крайней мере, спина и бока будут прикрыты.

Киваю приветливо подошедшей девушке – кофе! И сэндвичи.

Теперь – ждём клиента.

И вот в данном случае, как мы полагаем, это будет не какой-то там случайный человек. Сильно сомнительно (по словам того же Гейтса), что контрагенты располагают настолько разветвлённой и обширной сетью региональных сотрудников – тогда бы они и операции сами проводили. Но нет – тут работали, хм… «наши»…

Да, навряд ли сюда прибудет какой-то ответственный персонаж… но и совсем полного лоха точно не пришлют. Не каждому, знаете ли, можно доверить почти миллион наличными!

Он вошёл только через несколько минут – надо думать, что его охрана ещё раз всё прикинула и проверила. Ну, как говориться, на здравие! Это у каких-то там болгар, по-моему, так принято?

Нет тут никого, кроме меня и двоих охранников. Для защиты, в принципе, достаточно (слава Всевышнему, не с какими-то гангстерами встречаемся – с серьёзными людьми!), а вот для грамотного захвата – уже нет.

Невысокий, полноватый и страдающий одышкой – точно, не полевой агент! Кабинетный деятель – вот, на кого он более всего похож.

Отодвигает стул, грузно на него опускается.

– У вас не занято?

– Тут вполне достаточно свободных мест…

Обычный вопрос – и совершенно стандартный ответ. Со стороны такое услышишь – и тотчас же и позабудешь. Ничего интересного.

Клиент кивает.

– Жарковато сегодня, а у меня кондиционер сломался.

– Пять минут езды в ту сторону, – указываю рукой, – есть небольшая мастерская. Там смогут вам помочь.

Если бы я указал в другую сторону, это уже был бы сигнал тревоги. Тогда он встанет и уедет. И ничего забирать не будет. И никаких к нему вопросов ни у кого не возникнет.

Но моя рука указывает в нужном направлении, и он спокоен.

– Благодарю! – вежливо кивает собеседник. – Пожалуй, я воспользуюсь вашим советом!

Встаёт, вежливо кивает в знак благодарности – и уходит.

Унося с собою мой кейс…

А парни у входа провожают его внимательными взглядами. Тоже встают – и выходят следом за ним.

А я – я остаюсь сидеть на месте.

Ничего интересного… обычный посетитель!

И даже со стоянки он отъехал самостоятельно. Кейс не открывал – это невозможно, код замка будет сообщён дополнительно, по СМС. Так делалось всегда, и нет причины что-либо изменять.

Другой вопрос, что в этот раз сообщение придёт несколько не вовремя…

Оно и пришло.

– Когда в кейсе сработал заряд, он как раз поворачивал. Клиента оглушило, он потерял управление, и машина слетела в кювет. Нормально, мы так делали уже не раз…

Другой вопрос, что этот деятель не пристегнулся – и сильно долбанулся грудью об рулевое колесо. Ну, кто ж такое мог предвидеть?

С охраной было проще.

Пока сидевший в машине водитель добросовестно пялился в окно, осматривая стоянку у кафе, из неприметной ямки тихонечко выполз… выползло… выползла?

Ну, в девичестве это была радиоуправляемая модель бронетранспортера.

Собственно, им эта штука и осталась – только башня где-то по дороге отвалилась… А так – почти танк и есть!

А вот вместо башни появилась… м-м-м… платформа. На которой покоился хороший такой заряд взрывчатки.

Имелись там и видеокамеры обзора.

Заползло это сооружение под днище автомобиля – водитель всё равно в другую сторону смотрел. Ориентируясь по камере, приподнялась платформа – и мощные магниты притянули заряд с блоком управления прямо под заднюю часть автомобиля. Причём, сделали это аккуратно, чтобы ничего не лязгнуло и не встревожило водителя. Приподняли платформу, прижали к днищу – и только потом освободился крепёж, который заряд на платформе и удерживал. Ничего не лязгнуло – эту операцию парни сто раз, наверное, обыгрывали…

Так что охрана тоже далеко не уехала – разнесло автомашину на атомы.

Всё сделали верно, если бы не этот злокачественный лопух!

– Мы никуда не успеем его довезти – может умереть от внутренних повреждений. Всё же он слишком сильно приложился…

– И что же делать?

– Экспресс-допрос – на месте. Под нужной химией, разумеется! Нет времени вести с ним душеспасительные беседы!

– Может не выдержать!

– Ты предлагаешь везти его в больницу? Так он вполне и по дороге помереть может.

Спорить с Нормейером бессмысленно – в данной ситуации он явно понимает намного больше меня. Тем более что в его команде есть и нужный специалист, со всем своим арсеналом.

Я иногда ловлю себя на мысли – какие же ещё операции проворачивали эти «старички» для моего шефа? С такими-то знаниями и способностями, да при соответствующей экипировке… столько дел наворочать можно!

Клиента перетаскивают в фургон, а разбившийся автомобиль оперативно грузят в кузов «кстати» подвернувшегося грузовика. Путь его недолог – до ближайшего заброшенного карьера. Там, под «случайным» обвалом машину и похоронят. Карьер уже давно никем не используется, так что шансов найти там пропавший автомобиль нет никаких – и ни у кого. А вот GPS-трекер из машины клиента сейчас мирно валяется в кузове какой-то попутной автомашины, увозящей его и вовсе неведомо куда.

Да, такая штучка в машине имелась – но и этот вариант был, оказывается, предусмотрен нашими «пенсионерами».

– Ваше имя? – наклоняется над лежащим человеком специалист.

– Генри Херстайн…

– Вы хорошо меня слышите?

– Да.

– Повторяйте за мной. Один.

– Один…

– Два.

– Два…

– Три.

– Три… Четыре… Пять…

– Готово, – поворачивается врач к Нормейеру. – У вас двадцать минут. Может, чуть больше. Потом надо будет делать новый укол. Но у клиента плохо с легкими, он может попросту не выдержать!

– Я понял, – кивает Ларри. – Диктофон?

Протягиваю ему включённый аппарат.

– Начали!

Мы с ним сидим на обочине шоссе. Тихо, никаких машин тут нет – здесь вообще движение слабое.

– Ну и что ты собираешься с этим делать? – кивает старый головорез на лежащий на траве диктофон.

– А у меня есть выбор? Доложу Директору…

– Ну, да… ты ж у нас на службе… Это нам проще, как понимаешь.

Да уж. Судя по тому, с какой скоростью разъезжались машины участников операции, навряд ли, я кого-нибудь из них в ближайшем будущем встречу. Да и не в ближайшем тоже…

– Такой вариант нами тоже предусматривался, – провожая глазами удаляющиеся машины, говорит Ларри. – Парни залягут на дно – да так, что даже я не буду знать, где именно!

– А вы?

– Я… я пока останусь. Как старший всего этого… серпентария[15]. Кто-то же должен знать реальное положение дел? Если всё сойдёт гладко, то они постепенно будут выходить на связь – там и посмотрим.

– Зачем вы мне всё это рассказываете? Меня же могут подвергнуть форсированному допросу…

– И ты всё им расскажешь, как на исповеди. Этот вариант мы тоже рассмотрели. Ты ведь работал с Норманом?

– Да… а вы откуда…

– Я много чего знаю. Он был классным парнем! И навряд ли выбрал бы полного недотёпу – у него было чутьё на правильных людей. Заметь – я не спрашиваю, о чём вы там с ним разговаривали – не моё дело! Но – ты жив, а он умер. Значит, смог вывернуться!

– Он не был мне другом. Наставником – да.

Ветеран усмехается. Качает головой.

– А у него вообще не было друзей – он не хотел, чтобы кому-то из-за него досталось. Он всегда ходил по самому краю!

Ларри встаёт.

– Не ври им – расскажи правду. Я имею в виду – про сегодняшнюю операцию. Тогда у них не будет нужды накачивать тебя химией. Постарайся выжить.

Он делает несколько шагов к своему автомобилю. Оборачивается.

– Если тебя найдёт Майя – верь ей. И… постарайся помочь моей девочке – ей будет нужно чьё-то крепкое плечо рядом.

Запись допроса

– Кому вы должны были передать деньги?

– Марку Холландеру. Его адрес… (приводится адрес и номер телефона).

– Кто такой Марк?

– Доверенное лицо концерна «Дижитал Трейд Сервис Медеджмент».

– Что это за концерн?

– Объединение групп и отдельных лиц, занимающихся криптовалютой. Это не единственная организация, но одна из самых авторитетных.

– Каковы функции Холландера?

– Общее руководство и координация действий подразделений концерна и сторонних организаций. Он… (рассказ на 10 минут 15 секунд).

– Понятно… Для какой цели ему нужно такое количество наличных денег?

– Они будут предварительно обработаны в лаборатории концерна. И вброшены в обращение через негритянские районы.

– Почему именно там?

– В тех местах никто не интересуется происхождением денег. Да и меры предосторожности отсутствуют.

– Какие меры предосторожности? И в чем заключается обработка денег?

– Это вирус…

Примечание.

Повторное введение препарата.

Допрос продолжен через 18 минут.

– Характер вируса?

– Не знаю, я не медик. Знаю только, что работающие с ним люди, предпринимают максимальные меры предосторожности.

– Зачем это нужно концерну?

– Подрыв доверия к традиционным формам расплаты. У негров очень высокое доверие именно к наличности – она не отслеживается. А их криминальный бизнес способен поглотить любое количество наличных денег.

– Откуда вам всё это известно? Вы имеете допуск такого уровня?

– Моя любовница – Мария Штернберг… она… секретарь… и любовница одного из глав концерна – Михаэля Лейнсвика… Мария много знает…

– И рассказывает вам?

– Она хочет моего повышения… Место начальника отдела логистики и…

Примечание.

Бессвязный бред – 12 минут.

Повторное введение препарата.

Реакция отсутствует.

Доза увеличена вдвое.

Допрос продолжен через 30 минут.

– Кто возглавляет программу обработки денег?

– Мне это неизвестно.

– А кому вообще принадлежит эта идея?

– Не знаю.

– Как давно вы получаете наличные средства таким образом?

– Около полугода. Во всяком случае, я этим занимаюсь именно столько времени. Мне было обещано повышение, но есть информация, что меня могут обойти в этом вопросе.

(бессвязный бред на тему возможного повышения)

– С кем именно вы контактируете при передаче денег?

– Мне звонит Гейтс. Нас с ним познакомили около полугода назад, специально для этой цели.

– Каким образом он вступил в контакт с концерном?

– Очень давно. Через него проходил ряд платежей, и шла обналичка криптовалюты…

– Какой именно? Как и кем она была получена и за что именно?

Внятных ответов более не было. Начался бред, и через 21 минуту допрашиваемый скончался.

Директор был сух и краток.

– Иного варианта развития событий не существовало?

– Нет, сэр. Мы просто не успели бы его довезти до больницы. Да и, кроме того… он ведь мог начать говорить и там… под наркозом, например… Врач Нормейера сказал, что такое вполне возможно!

– Я понял. Можешь пока отдыхать. Но – базу не покидать!

– Есть, сэр!

Глава 14

И вот как теперь всё это понимать? Пусть я и не какой-то там классный аналитик, но даже и моих немногих познаний хватает, чтобы понять – контора вляпалась прямо-таки по уши! Черт его знает, что это там за концерн такой, но вот о том, что в мире этой самой криптовалюты идут вполне себе серьёзные войны – это даже я в курсе дела. Всё же, не в лесу глухом живу… И про то, что вся эта, с позволения сказать, крипта, конкретно так «зарубилась» (опять русский термин!) с, так называемыми, «старыми деньгами» – тоже, в общем-то, в курсе дела.

А «старые деньги»… это круто! Настолько, что я даже и представить себе не могу – попросту всего не знаю. Но имею представление о том, какого порядка суммы там присутствуют. «Гарвард», хоть и мощная структура, но встревать в эту драку – на чьей угодно стороне… идея не самая правильная. В конечном итоге, в нашем мире все решают деньги – точнее, их количество.

Бог весть, сколько там ходит этой самой криптовалюты, но вот не думаю, что существенно больше, нежели конкретных баксов, например. Да, определённые неудобства «старым деньгам» новоявленные «финансисты» создать, наверное, могут… но всерьёз говорить о победе в этой, непонятной большинству народа, войне? Сомневаюсь!

И вот тут – вирус!

Если это тот самый, о котором нам все уши прожужжали из телевизора…

Тогда – всё очень плохо!

Как я понял из допроса клиента, нашего «крота» – Гейтса, как-то вот ухитрились в этом замазать прямо-таки по уши!

Не знаю, как можно доказать, что отравленными оказались именно взятые у нас купюры – но, думаю, что прямых доказательств и не потребуется. Во всяком случае, «Гарварду» будет очень хреново. Вытащат ли на свет божий информацию о нашем существовании?

А почему бы и нет?

Где мы – и где тот самый концерн?

Сильно сомневаюсь, что он как-то кровно заинтересован в нашем успешном существовании.

Понятно, что спровадить в мир иной руководство этой структуры – не настолько уж и тяжело. Однако я абсолютно уверен в том, что это, в большинстве случаев, просто… ну, хорошо – не пешки. Но уж точно – и не самые главные заправилы этого, с позволения сказать, «бизнеса». Да, Директор их найдёт, не сомневаюсь. Скорее всего, даже и особо-то искать не потребуется. Но ведь и там тоже не будут сидеть, сложа руки!

Ладно, всё это… «лирика» (во, какие умные слова я знаю!), а делать-то что?

Предположим, сэр Роджер решит с ними воевать всерьёз – и тогда я ему нужен. Но – строго до того момента, когда эта война не закончится. А, скорее всего – до момента достижения неких договорённостей. Почти наверняка так и будет – конторе это намного выгоднее. И сразу после этого, я становлюсь неудобным свидетелем…

А если никакой войны не будет? И он договориться с ними прямо сейчас?

Тогда… всё намного хуже… и я стану не нужен уже очень скоро!

Чёрт, как я теперь понимаю Нормейера!

Ладно, а вот относительно запрета на общение с моей группой аналитиков никакого запрета не было. И я по-прежнему, для них являюсь боссом! Вот и воспользуемся этой возможностью!

Директор тоже ничего по этому поводу не сказал, и от работы меня никто не отстранял…

Надо отдать должное моим сотрудникам – они не особо-то и удивились новой задаче. Мастерство – не пропьёшь!

Выслушали, кивнули, задали ряд уточняющих вопросов – и понеслось…

– Как он там?

– Морпех, сэр… Вечером надрался в баре, утащил к себе в комнату одну из своих девушек-аналитиков и всю ночь её трахал. Она вышла оттуда в полуживом состоянии.

– Не возражала?

– Ну… он всё же достаточно видный мужчина, умеет нравиться женщинам. К тому же – её прямой начальник, доказавший свои, весьма кстати серьёзные, деловые качества. Она вполне могла взвесить все эти обстоятельства – аналитик же!

– А сам Хаст?

– Сидит у себя. Дважды спускался – покупал выпивку.

– Не мешайте ему…

Да, со стороны всё так и выглядит – сижу, заливаюсь виски и трахаю симпатичную девчушку. И, как может показаться со стороны, делаю это весьма грамотно, ибо она прибегает ко мне каждый вечер. Раздевается, разбрасывая по комнате свою одежду, забирается в постель… и начинается самое интересное. Прижавшись ко мне (ещё и под одеялом) Лейла обстоятельно излагает мне результаты проделанной работы. По «странной» случайности, какой-нибудь из атрибутов её гардероба почти всегда попадает при этом аккурат таким образом, что прикрывает установленный у меня в комнате микрофон. Совсем, понятное дело, запись это не заглушает (иначе мне быстро запихнут ещё чего-нибудь (о чём я даже и не узнаю), и всей нашей конспирации крышка! А так… чего тут слушать-то? Стоны да вздохи? Вот уж не думаю, что среди контролёров есть такое количество скрытых извращенцев… И ничто не мешает нам заниматься с Лейлой тем, чем мы считаем нужным. Она умная девушка (да и все мои подчинённые, надо отдать им должное, тоже кое-что сообразили очень быстро). Так что их совместная работа – это наш страховой полис. А иначе… автокатастрофы ныне стали неотъемлемым атрибутом повседневной жизни. Да и бродячий наркоман с ножом в кармане – тоже далеко не редкость в наше время. И куда уж его занесёт… трудно предположить. Он вполне может оказаться на чьём угодно пути!

Ну, разве что к Директору близко не подпустят – тут уже можно быть уверенным!

Да уж, палку в муравейник мы засунули основательно!

Какого-то видимого скандала пока не произошло – но поиски Херстайна начались очень даже активные. С охраной – всё было понятно сразу, там, кроме полиции, никто особого энтузиазма не проявил. Думаю, что отчёт о взрыве смогли прочитать достаточно быстро – и поняли, что тут рыть нечего. А вот сам Генри исчез очень даже профессионально, разом обрубив все возможные концы. Машина (со всеми средствами слежения) испарилась абсолютно бесследно, осмотр квартиры нужных результатов тоже не дал. Думаю, что после визита туда сотрудников «Гарварда», ни полиции, ни кому бы то ни было ещё, там искать уже точно нечего.

Сильно задергалась его любовница – осторожно начала наводить справки. Посмотрел я на неё…

Мария Штернберг – статная, красивая и уверенная в себе женщина. С трудом представляю её чьим угодно секретарём. Вот женой какого-нибудь босса – очень даже! Но шансов развести с женой Михаэля Лейнсвика у неё точно никаких нет, он слишком уж сильно держится за свою жену. И вовсе не по причине её красоты и прочего – она дочь одного из его серьёзных коллег. Лейнсвик, разумеется, шишка – но далеко не самая главная. Есть и покруче него народ…

Поэтому, судьба Марии очень тесно связана с Херстайном. Сделать его начальником отдела логистики, выйти за перспективного бизнесмена замуж – и можно на этом успокоиться. Всё лучше, чем непостоянное место секретаря и любовницы.

И тут – такой облом!

Поневоле задергаешься…

А вообще – радости в концерне что-то не заметно. Не хочу сказать, что мы там конкретно что-то серьёзное сломали… но песочку в сложный механизм таки подсыпали. Вопрос с вирусом покуда прояснить не удалось, но и без того мои парни и девчонки накопать ухитрились достаточно много.

– Я считаю, что надо выходить на контакт с Марией. Она сейчас готова пойти на что угодно, лишь бы снять со своего протеже клеймо обыкновенного вора. Не секрет, что она всегда высказывалась о нём в положительном ключе – это слышали многие. И его необъяснимое исчезновение с крупной суммой денег может существенно пошатнуть её позиции. Они не так-то уж и незыблемы…

Пожалуй… Лейла права, от Марии можно получить кое-какие полезные сведения.

– Ну а если дать ей информацию о том, что Херстайн не предатель, а просто погиб в результате нападения неизвестных… – задумываюсь. – Во-первых, такие слова как-то надо доказывать. Во-вторых – кто будут эти нападавшие?

– Проработаем, – машинально кивает Лейла, утыкаясь мне в подмышку головой. – Кое-какие соображения у нас есть, осталось только прикинуть персоналии. А что скажет Директор?

Мой статус личного агента Директора ребятам известен, и они совершенно уверены в том, что мои полномочия достаточно велики. Хотя… и не таких «оттопыренных» закапывали в придорожном кювете…

– Всё зависит от того, что мы придумаем и как сможем это преподнести.

– Кто пойдёт на встречу со Штернберг?

– А у нас что, так много возможных кандидатов?

– Ты опять сам полезешь в эту переделку?

Было бы чрезвычайно странно, лежа в одной постели, обращаться друг к другу на «вы» – вот она ничего и не придумывает.

– Есть варианты?

– Нет, – вздыхает девушка. – Но ты, всё же, продумай возможные… словом, подумай хорошенько! Мне бы очень не хотелось, чтобы в один, далеко не самый прекрасный, день ты куда-нибудь испарился с глаз долой.

Да я и сам этого не очень-то хочу…

Перехваченный телефонный разговор

Участники:

Абонент № 1 – Михаэль Лейнсвик.

Абонент № 2 – профессор Джордж Майкл Гарриман.

– Здравствуйте, Джордж! Как ваши дела?

– Рад вас слышать, Михаэль! Всё в полном порядке. Развитие процесса вполне укладывается в предполагаемые рамки, хотя в ряде случаев, имеют место некоторые отклонения. Впрочем, это не особо сильно влияет на общую картину…

– Что ж, я рад, что ваши расчеты подтверждаются.

– Жду от вас следующую партию купюр, нам необходимо поддерживать процесс на должном уровне. Курьер отчего-то не прибыл, хотя и успел сообщить о том, что выезжает.

– Некоторые, чисто технические, накладки, не переживайте! Мы решим этот вопрос в самое ближайшее время. Какие регионы у вас намечены в первую очередь?

– Две «посылки» отгружаем в Висконсин, одну в Алабаму. И ещё три готовим в Европу. Две зарезервированы под африканские страны.

– Снимите резерв, Африка сейчас никому не интересна. Мало кто в реальности вообще себе сейчас представляет – сколько там живёт народа? Данные официальной переписи вызывают большое сомнение в их достоверности, а других сведений пока не имеется. Да и в медийном плане там далеко не всё благополучно… просто самих корреспондентов недостаточно, чтобы дать нужную картинку. Словом, Африка сейчас представляет весьма проблемный, в плане должной отдачи, ресурс. Затраты высоки, а результат неочевиден. Сконцентрируйтесь лучше на США!

– Но, ввиду крайне низкого развития медицины…

– Никто вообще не поймёт – отчего там умерло в два раза больше, чем обычно. Даже и выяснять не станет! Тысячей больше, тысячей меньше – всем будет наплевать! Это задворки цивилизованного мира…

– Да, Михаэль, я вас понял… Сделаем, как вы говорите.

– Ждите курьера. Всего вам наилучшего.

– И вам тоже.

Под каким предлогом прийти к Директору? Вот, прямо так, с порога и заявить: «Сэр, прошу мне разрешить разборку с руководством концерна и выход на одного из его руководителей»?

Могу себе представить, что он подумает! Далеко не факт, что из его кабинета я выйду сам – и без сопровождающих…

Но что-то ведь нужно и своим ребятам сказать! Они-то уверены, что вся секретность вызвана именно указанием сверху! Напомнить сэру Роджеру о своей, бесцельно простаивающей, группе? Так её запросто могут и расформировать! Или вообще – назначить туда нового старшего. Ага! И тот с изумлением выяснит, чем именно занимались мои ребятишки всё это время, о чем тотчас же и доложит Директору.

Блин, чего-то я зарвался!

А ведь Нормейер меня предупреждал о чрезмерной настойчивости в решении некоторых вопросов – мол, не спеши!

Впрочем, особо думать не пришлось – босс вызвал меня сам.

Встретил достаточно нейтрально, кивнул на кресло слева – мол, присаживайся.

– Не надоело ещё пить?

– Надоело, сэр.

– Готов к работе?

– В любой момент, сэр!

– Я добавляю к твоей группе подразделение оперативников. Общая задача – отслеживать… и своевременно пресекать любую нездоровую активность посторонних сил к судьбе Джеффри Гейтса. Его могут пробовать найти. Официальная версия – он в больнице после автокатастрофы. Я не исключаю попыток проникновения туда посторонних лиц. И даже попытки похищения! Охрана больницы осуществляется частным детективным агентством. Они работают независимо от нас, но поверь, там серьёзные ребята и своё дело они знают хорошо. В подобных случаях мы работаем только с профессионалами!

– Должен ли я с ними контактировать, сэр?

– Лишь при крайней необходимости. И только лично, никому это не перепоручая. Всю необходимую информацию твоя группа будет получать напрямую с их сервера. Их руководство будет о тебе предупреждено, необходимые контакты получишь у секретаря.

– Понял, сэр.

– При выявлении посторонней активности – установить действующих лиц, проследить их контакты. Докладывать мне немедленно по обнаружении!

– Есть, сэр!

– В крайних случаях не останавливаться ни перед чем! И… постарайся получить живым хотя бы одного из нападавших…

– Сделаем, сэр!

Так, с базы теперь я могу выехать…

И вся моя группа продолжает работу! Нас даже усилили! И слава всевышнему, Директор не задал никакого вопроса относительно того, чем всё это время занимались мои ребята… А, в свете того, чем меня озадачили… что ж, сказано же – проследить контакты?

Сказано.

Но никто не обозначил пределов того, насколько далеко я эти самые контакты могу проследить… и откуда обязан начинать свои поиски.

А вообще, у меня сложилось впечатление, что босс решил никаких войн ни с кем не затевать. Своих предателей накрыли, большей частью ликвидировали, а те, кто пока ещё жив, думаю, надолго на этом свете не задержатся… Надо думать, что он располагает куда как более обширной информацией, нежели кто угодно из нас. И вполне понимает, какие последствия повлечёт возможное столкновение.

Именно поэтому он и привлекает к действию только тех, кто уже и так как-то замешан во всём этом бардаке. Чтобы ограничить круг осведомлённых лиц.

Хорошо, попробуем с другой стороны посмотреть.

Этот самый концерн… или кто там за ними, в реальности, стоит – они ведь строили свою деятельность, рассчитывая, в том числе, и на сотрудничество с нашими предателями. Те обеспечивали им поступление крупных сумм наличных денег. И вдруг – хлоп, всё и накрылось. Понятно, что там найдут замены выбывшему звену. Как я понимаю, народ там подобрался серьёзный, на одну лошадь всего ставить не станут. Но вот выяснить причины провала – это они точно сделают.

Вопрос – как далеко ни могут зайти?

Ясное дело, что Директору напрямую не позвонят, а вот душевно пообщаться с Гейтсом – это первое, что они должны сделать.

Именно этого общения мы и не должны допустить – любой ценой.

Ладно, обломаем мы первых визитёров… возьмём кого-нибудь… и что? Мы и так, в принципе, уже понимаем – откуда и зачем придут эти люди. «Гарварду» это мало чего нового может поведать.

А вот противостоящая сторона – она поймёт то, что к Гейтсу их не подпускают. Причём, достаточно жестко.

Да, с одной стороны – он высокопоставленный сотрудник серьёзной структуры, которая, просто по умолчанию, обязана своих людей защищать.

А с другой – он ведь тоже не просто так на сотрудничество с этими финансистами пошёл? Что-то ведь ему обещали же? Не из «любви же к искусству» он всё это затеивал? Обязательства, надо думать, были взаимными и что-то ему посулили весьма весомое. Пост Директора ему явно не светит – тут никакое стороннее влияние, точно ничего сделать и не смогло бы. А уйти из «Гарварда» вот просто так… ну, не уверен, что сотрудник такого уровня допуска запросто смог бы уволиться без каких-либо последующих ограничений на будущую деятельность.

Ладно, это не моя забота вообще.

Почему мой босс не атакует, чего ещё он ждёт?

И какое решение он может принять в будущем?

Ладно, если война и всё такое – тогда наша команда ему нужна. А если они договорятся? Зачем-то ведь оставили в живых Гейтса, значит, такой вариант тоже не исключается.

А вот тогда… всё плохо! Наша команда – это нежелательные свидетели. И некоторым образом, так сказать, обидчики – такую схему поломали!

Схема, кстати, без дураков – продумана была очень чётко.

И нас могут зачистить – с этим тут всё чётко поставлено. Недаром Нормейер тотчас же «положил на дно» всю свою команду. Старого волка не проведёшь!

Вывод?

Да простой…

Нужна война, и моя задача её спровоцировать.

Вот на этом самом месте, если верить всевозможным кинофильмам и высокоумным книжкам, у меня сейчас должны возникнуть какие-то там нравственные страдания. Или проблема нравственного выбора?

Черт, не помню…

Наверное невнимательно кино смотрел.

Ну, что-то типа того – а имею ли я право провоцировать столкновения, в результате которых погибнут люди? А ведь у них есть семьи!

Ага…

А эти самые, предполагаемые жертвы, они, простите, памперсами торгуют?

Совесть, эй!

Ответа не слышу!

Наркотой, вообще-то, приторговываем… и покойников, в результате нашего бизнеса, становиться кратно больше, нежели от любых предполагаемых в будущем стычек. Да и та сторона… белыми и пушистыми их назвать уж точно никак не получается – такие же мерзавцы, если не хуже. От нашей-то продукции, в первую очередь, сами наркоманы и дохнут – а эти вообще валят всех подряд. И ради каких-таких целей можно всё это вообще затевать? Вбрасывать в толпу заражённые вирусом деньги – это, в моём понимании, вообще за гранью добра и зла.

Ладно, напакостил тебе чем-то конкретный человек или даже целая группа.

Сильно напакостил.

Ну, будь мужиком, возьми кольт и вышиби обидчику мозги!

Много их?

Ну, тогда дробовик или автоматическую винтовку!

Сам, сука, своими руками, это сделай!

Рук мало – друзей позови! Если это нормальные парни, они всегда помогут. Ну, ежели ты и сам по жизни дерьмо, да и друзей не имеешь – то тогда уж в одиночку шуруй!

Но нет…

Мы там все из себя правильные. Небось, какой-нибудь там Йель заканчивали… или тот же Гарвард.

В деловом костюмчике ходим, на серьёзных совещаниях сидим… как-то вот, кольт в эту картинку не вписывается.

А вот вирус – так очень даже!

И можно продолжать с умным видом сидеть на всяких там деловых встречах – хрен кто до тебя прикопается. Люди будут умирать в судорогах и с синеющим от удушья лицом – а ты так и останешься в сторонке. Чистым и незапятнанным…

Кто-то может возразить – это не метод! Есть суд и всё такое прочее!

Угу…

И дофига ли вы, такие умники, помните случаев привлечения к ответственности таких вот господ? Я – так вообще ни одного не знаю. И не только у нас…

И никаких других способов чтобы хоть как-то достать этих деятелей – не знаю. Передал в своё время флешку с абсолютно убойными материалами одному симпатичному русскому – и что? А ничего… Он тогда показался мне вполне достойным человеком, чтобы подкинуть пару лопат горячих угольков за шиворот некоторым особо зазнаистым господам. Но… ничего не произошло…

Испугался он или его руководство – неизвестно. Скорее всего, русский попросту не рискнул обнародовать эту информацию. И где-то я его даже понимаю. Он свои вопросы решал, какое ему вообще дело до того, что происходит у нас? Мол, твоя страна – твои проблемы.

Сейчас-то я это понимаю…

Да, только никаких способов реализовать эту информацию у меня не было тогда, нет их и сейчас. Никакой редактор, даже трижды желтой газеты, такой материал попросту не осмелиться опубликовать. Имеет неслабый шанс прочитать его уже на том свете – газету положат ему в гроб.

И никакой полицейский чин не имеет запасной головы, чтобы принять подобное заявление. И любой прокурор – пусть даже и независимый.

Не говоря уже и о том, что я сам этих результатов расследования не увижу уж точно ни при каких обстоятельствах. Попросту не доживу до этого момента…

А раз так, то все сомнения побоку!

Как там, в Интернете, пишут?

Драка жабы с гадюкой?

И кто у нас тут жаба?

А не всё ли равно?

Глава 15

– Хэви-пять – Старому.

– Здесь Старый.

– Есть движение у запасного входа. Визуально наблюдаю троих… нет, четверых человек!

– Откуда они взялись?

– Подхода не наблюдал.

– Принято, продолжать наблюдение! Вольф – Старому!

– Здесь Вольф.

– Откуда могли взяться люди около здания? По улице не подходили, пост их не видел.

– Момент…

– Старый – Вольфу!

– В канале.

– Там есть выход городских подземных коммуникаций. Кабельный коллектор.

– Где следующий выход наверх?

– На карте есть пометки… пятьсот метров, и в другом направлении триста – но там подходы неудобные, машину не подогнать.

– Поднять дроны и проконтролировать оба выхода.

Через несколько минут получаем ответ.

У дальнего выхода стоит фургон темного цвета. Двигатель ещё горячий – аппаратура позволяет это определить. Людей в фургоне нет – во всяком случае, тепловизор их не видит.

Отправляю туда двоих оперативников – заминировать фургон к такой-то матери! Хрен кто отсюда на нём уедет…

А четверка неизвестных, тем временем, уже проникла внутрь больничного корпуса. Насколько я в курсе дела, эта часть не охраняется. В смысле, нанятым агентством не охраняется, так-то там свой постовой имеется – из местных.

Сочувствую ему…

– Изображение с камер!

На мониторах появляются внутрибольничные коридоры. Камеры у нас тоже свои – автономные, на батарейном питании. Да, долго не проживут. Так нам это и не нужно. Мои технари – ребятки умные и очень ловко смогли их понатыкать так, что это вообще никто из персонала не заметил. Ибо никто не мог исключить того, что штатная система видеонаблюдения в критический момент вдруг «засбоит»…

Так и есть – подёрнулось рябью изображение – противник смог каким-то образом вывести из строя внутрибольничную систему видеокамер. Сейчас, по логике вещей, в это крыло должны направить дежурного техника и сопровождающего охранника. Жаль ребят, но, похоже, до утра им не дожить…

Можно, разумеется, поднять тревогу и сообщить руководству охранной фирмы. Они тотчас же вышлют туда усиленную группу и…

Скорее всего, положат и этих – но уже не особо скрываясь. Смогут ли нападавшие после этого выполнить основную задачу – бог весть. Я бы, на их месте, отошёл. Но… никто не знает – какие им отданы указания? Не исключаю и попытки штурма – совсем уж в наглую.

В конце концов, задачу они выполнят, а всё прочее уже не так-то и важно.

– Здесь Старый. Продолжать наблюдение, не вмешиваться!

Вот так…

Вычеркнули из жизни двоих.

Впрочем, уже троих – охранник у входа, через который проникли нападавшие, тоже не подаёт признаков жизни. Наша камера видит его не очень чётко, но не может же человек сидеть в настолько неестественной позе долго?

И что, скажете, эти жизни тоже на моей совести?

Вполне возможно. Но, у меня есть недвусмысленный приказ, и никаких отклонений в нём не предусмотрено.

– Равены[16] -1, 2, 3, 4! Здесь Старый! Готовность!

Мои оперативники оккупировали чердак – и сидят там безвылазно уже третий день. Растянули под балками крыши гамаки (чтобы не касаться пола и не вызвать подозрения посторонними звуками) и всё время там лежат. Сочувствую парням… это далеко не самое приятное времяпровождение.

А в нужных местах на полу (он же потолок коридора) смонтированы хитрые устройства. Внешне они напоминают большие прямоугольники из металлического профиля. На них установлены бесшумные сверла. В нужный момент – установка быстро засверливает пару десятков отверстий, в них опускаются пластиковые трубки… с обыкновенной водой. Электроразряд – гидроудар – и кусок потолка вываливается… а вот черта с два он вываливается – повисает на предварительно ввернутом в него крюке. И быстро вытаскивается наверх.

Спрашивается – а нафиг такие вот штуки? Обычный вышибной заряд взрывчатки такую же операцию проделает куда быстрее – и с большей гарантией.

Ага.

И с большим шумом…

Словно заранее оповещая всех вокруг о том, что в дело вступили новые игроки.

Нет уж!

Мы как-нибудь без лишних звуковых эффектов проживём…

А незваные гости вели себя вполне грамотно. И пары минут не прошло, как восстановилось изображение на камерах – не на всех, а только на части таковых. (Стало быть, этот участок пути ребятишки уже прошли, и им более нет необходимости никому дурить мозги) Логично будет предположить, что техника с охранником сейчас направят туда, где камеры ещё пока не работают. Там, надо думать, их и примут… и назад, переодетые в их одежду, потопают уже совсем другие люди. Эта парочка должна будет нанести удар по бодрствующей смене охранников, чтобы устранить любое препятствие для дальнейшей работы. У палаты Гейтса сейчас дежурит только один человек, думаю, что и его тихо уберут. И всё… помехи устранены, можно топать дальше.

– Равенам – готовность!

Официально пациент сейчас в бессознательном состоянии. Значит, сам ножками точно не потопает. Нести на руках?

Хм… это, как минимум, два человека точно понадобится.

Но – есть вариант!

Стоит медицинская каталка у стены – совсем рядом с дежурным охранником. Мало ли… вдруг, кто-то ходить не сможет? И в самом деле – её частенько для таких задач и используют. Тут и одного человека вполне достаточно… легко её катить.

– Есть изображение!

Угу, и сам вижу…

Топает по коридору парочка – техник и охранник. К сожалению, не могу сейчас определить – те ли это люди или их уже заменили? У нас, всё-таки, не камеры для киносъёмок, такого качества изображения не обеспечивают…

А вот охранник у палаты их узнал. Вскочил парень на ноги, к оружию потянулся…

Не успел.

– Работаем!

Замкнулась цепь, сработали наши хитрые устройства.

Хлопнули эйртазеры[17] – на экране монитора видно, как сполз по стене «техник». А вот «охранник» оказался покрепче, дернулся, пытаясь что-то сделать…

Поздно!

Возникла рядом с ним темная фигура и, без всяких там затей, долбанула его прямым в голову.

– Два есть!

– Эвакуация!

Мы и здесь достаточно оригинальны. И по коридорам эту парочку никуда тащить не собираемся.

Скользнули с крыши тонкие (но очень прочные!) тросики. Обоих пленников подтащили к окнам, зацепили карабинами за наручники, которые к тому моменту уже были защелкнуты на их руках. И отправили в путешествие по воздуху…

– Организовать звонок на пост охраны – вооружённые люди в коридоре больницы!

У нас и это продумано, звонок поступит с телефона одного из пациентов. Он, правда, об этом ничего пока не знает…

Пусть теперь охранная контора подтверждает свою квалификацию. Уж парочку-то нападавших они всяко завалить смогут!

Ну, а если не смогут… значит, им напрасно платят такие деньги!

А мы – своё дело сделали, двоих нападавших взяли живыми. Можно уходить.

Кто-то может изумлённо воскликнуть – обождите, а как же ваш клиент?! Вы его так и бросите? Без охраны?

Бросим, разумеется.

Ибо никакого Гейтса там нет – да никогда и не было. Статист в палате лежит. Здоровый, как бык – но с хорошими актёрскими способностями… Так комедию ломать, талант, конечно же нужен… но вот нашей охраны сей актёр пока ещё не заслужил – хватит с него и тех, кто за это официально деньги получает…

Звонок Директору.

– Сэр? Прошу прощения, но…

– Они пришли?

– Да. Двоих взяли, прочих сдали охранной конторе – пусть свои деньги отрабатывают.

– Вашего присутствия не обнаружено?

– Нет, сэр. Мы работали тихо.

– Высылаю группу за пленными. Вам всем – залечь на дно. Подчистить следы, если это будет нужно. Свяжетесь со мною в четверг, получите указания.

– Есть, сэр!

Вот так…

А в больнице возник пожар… случайный, разумеется. Ничего серьёзного – чердак выгорел. По странному совпадению – как раз тот, на котором мои парни отлёживались. Да и, потолок около палаты Гейтса – он тоже сгорел! И все наши хитрые приспособления с гамаками…

Бывает…

Да тут ещё и перестрелка с нападавшими… Одного – так прямо на месте и завалили! Даже и не крякнул! А вот второй, получив пару пуль, как-то ухитрился убежать! Мастер!

Бегавшие туда-сюда по коридорам пожарные под шумок как-то ухитрились демонтировать почти все наши камеры. Ну, разве что пара штук куда-то задевалась…

А куда девался обитатель палаты… да хрен его знает… делся вот непонятно куда… должно быть, черти уволокли…

Автомобиль медленно проехал вдоль ограды. Помигав указателем поворота, свернул влево – там спуск в подземный гараж. А хороший дом! Тут тебе и подземный гараж, и бассейн на крыше – живи, да радуйся!

В этот дом можно войти тремя разными путями.

Через основной вход – нажав на кнопку домофона и получив приглашение от хозяев квартиры.

Въехать в гараж и подняться на лифте на нужный этаж. Тоже доступно далеко не каждому желающему. Нужно иметь ключ-карту от гаражных ворот, и точно такую же – но уже на лифт.

А всех прочих могут принять и через отдельный вход. Им пользуется обслуга, доставщики товаров и прочие, не настолько уж и важные посетители. Там никакого особенного ключа не требуется. Ибо вход возможен только после тщательного выяснения причины визита бдительным охранником. Именно он открывает двери. Причём, пройдя мимо него, возможно попасть только в ту квартиру, куда тебя вызвали – прочие двери попросту останутся запертыми. И бдительные камеры отследят каждый твой шаг – не расслабляйся! А в случае каких-либо недоразумений – так в отдельной комнате скучает дежурная группа – четверо вооружённых здоровяков.

Не Форт Нокс, разумеется, но тоже вполне на должном уровне всё организовано.

Но все эти пути – они для обычных людей.

Есть и другие – уже не столь очевидные.

Та же самая пожарная лестница, например…

Да, она не доходит до земли, заканчиваясь на уровне второго этажа. При необходимости оттуда спускается вниз недостающий пролёт. Именно что – спускается, снизу его не достать. Разумные меры предосторожности – а вы что подумали?

Понятное дело, что на лестницу обращён глазок видеокамеры – всё должно быть под контролем! Да и двери на этажах открываются изнутри – таково требование правил противопожарной безопасности. С улицы их не открыть… разве что специальным ключом… Который имеется у каждого пожарного – они универсальные. Пожарный – может открыть, а вот всем прочим – фига!

Но… такие ключи, как оказалось, есть не только у них – сюрприз!

И проезжающий мимо фургон, на короткое время притормозив, позволил мне перепрыгнуть на площадку пожарной лестницы – для этой цели крыша фургона «малость» видоизменилась – появилось там… м-м-м… скажем так, некое возвышение…

А по странной случайности (ну, совпало так…) камеры, которые на этом участке расположены, на краткое время оказались засвеченными. Чем? Да, черт его знает… баловались там какие-то малолетние недоумки из неблагополучных районов. Мало ли что им в руки может попасть?

Так что, когда пассажирка дорогого автомобиля подошла к двери своей квартиры, то позади неё бесшумно (ну, почти…) возникла ещё одна фигура.

И почти одновременно со щелчком замка, на плечо женщины опустилась рука.

– Мисс Штернберг? Вам привет от Генри Херстайна.

– Кто вы?! И почему так…

– В коридоре будем это обсуждать?

Войдя в комнату, женщина буквально рухнула в кресло – нервы.

Но постаралась побыстрее прийти в себя.

– Садитесь! – махнула она рукой на диван напротив. – Кто вы такой?

– Человек, который может ответить на некоторые вопросы. Достаточно? Моё имя вам ничего не скажет – да и назваться я могу кем угодно.

Она какое-то время колеблется, раздумывает.

– Если вы не настроены на разговор, то я могу уйти. Прямо сейчас. Но в таком случае, вы больше никогда меня не увидите.

– Что с Генри?! Где он?

– Если верить тому, что говорят о нём ваши боссы – он предатель. И вор – сбежал с чужими деньгами. Со дня на день будет назначено расследование. Которое может вскрыть очень многое – в том числе и ваши с ним отношения.

А вот тут я откровенно блефую. Достоверно мы этого знать не можем, но такова логика действия всех служб безопасности – а они у концерна точно есть. И предположить, в числе прочих, и такой вот вариант – оно просто обязаны! И в случае установления факта тесных неслужебных отношений пропавшего и хозяйки квартиры… я ей не завидую.

– Но, раз вы от него пришли, то точно знаете, что это не так!

– Не так.

– Где он?!

– Мисс, вы же не думаете, что я представитель благотворительной организации? И если я пришёл к вам, это значит, что некоторые вопросы есть также и у меня.

– И что вы хотите?

– Я могу обелить честное имя вашего друга, и доказать абсурдность выдвигаемых против него обвинений.

Мария на какое-то время задумывается.

– И что вы хотите взамен?

А вот это уже деловой разговор…

Выдержка из полицейского рапорта

… при проведении тренировки по обнаружению тайника, служебная собака младшего инспектора Моршана повела себя странным образом. Обратив внимание на поведение животного, инспектор не стал прибегать к его наказанию, а позволил собаке отбежать в том направлении, куда она рвалась.

Отбежав на небольшое расстояние, она стала рыть землю лапами и громко лаять, призывая проводника.

В результате раскапывания ямы было обнаружено тело белого мужчины в дорогом костюме. В одежде оказалось водительское удостоверение на имя Генри Херстайна, служебные документы и личные вещи. При осмотре ямы был обнаружен пустой атташе-кейс.

С соблюдением всех мер предосторожности мертвое тело было направлено в морг…

Вскрытие показало, что имеющиеся на теле повреждения наступили от удара тупым твердым предметом в область грудной клетки. В результате этого было повреждено несколько рёбер (сломаны), и одно из них повредило правое легкое. Указанные повреждения и послужили причиной смерти.

По мнению специалиста-патологоанатома Дж. Ховарда Найтела, таковые травмы характерны для дорожно-транспортных повреждений, особенно, если пострадавший не был пристёгнут ремнём безопасности. Подобные повреждения чаще всего проистекают от удара грудью о рулевую колонку. Специфические следы на теле, возникающие в случае использования ремней безопасности – в данном случае не выявлены.

Несмотря на предпринятые меры по розыску автомобиля, которым управлял погибший, таковая машина до сих пор не обнаружена.

Инспектор полиции

Самуэль Лесток

Телефонный разговор

– Похоже, что за встречей кто-то смотрел со стороны. Дождались, пока Херстайн получит деньги и двинулись следом. Каким-то образом им удалось заминировать автомобиль охраны – и парни таки отдали богу душу. Генри, который, скорее всего, это увидел, притопил педаль и попробовал оторваться…

– Кино, что ли, насмотрелся?

– Трудно сказать… но гонщика из него не получилось. По-видимому, он попросту не справился с управлением, машину занесло… Он умер от полученных при аварии травм – ребра повредили легкое.

– Деньги?

– Полиция нашла пустой кейс… Он оборудован следящим маячком, чего они не обнаружили. Генри должен был его установить сразу же по получению, что, очевидно, и сделал. То есть, он и не помышлял о том, чтобы куда-то скрыться с этими деньгами. Уже плюс – хоть в своих рядах мы предателя не поимели. Сигнал, в своё время, пропал совсем неподалёку от места обнаружения. Так что, далеко его оттуда не увозили.

– Автомобиль Херстайна?

– По-видимому, угнан нападавшими… полиция ищет…

– Хм… Гейтс, теперь Херстайн… вы не находите подобные совпадения случайностью?

– Гейтс, однако же, жив…

– Да, но мы до сих пор не имеем возможности с ним связаться.

– Так и не удивительно! Учитывайте уровень организации, где он работает!

– А вы полагаете, что в случае с Херстайном мы имеем дело с кем-то другим?

– Думаю, что если бы это было так, то мы никогда не отыскали бы его тела…

Штернберг свою часть сделки тоже выполнила – на почтовый ящик пришло несколько сообщений. Что ж, мне её не в чем упрекнуть. Достигнутые договорённости были исполнены в полном объёме. Ну… приятно иметь дело с людьми, которые держат своё слово. Ей теперь ничего не угрожает, и её позиции в концерне по-прежнему стабильны. И никто не мешает ей подыскивать себе нового протеже.

А я засел за изучение присланных мне материалов.

Глава 16

Сказать, что у меня на голове зашевелились волосы… ну, всё же это, наверное, стало бы преувеличением. Ни разу такого за собою не замечал. Но вот нажрался я конкретно! И в тот же вечер.

Было с чего…

Я не ангел и не праведник. Думаю, что того количества грехов, которое я натворил только за время службы в «Гарварде» не получиться замолить за всю оставшуюся жизнь.

Но, по сравнению с теми, кто хладнокровно рассчитал и успешно претворяет в жизнь выработанные в концерне планы, выгляжу как-то совсем несерьёзно.

Вот где размах!

На меня можно только снисходительно глянуть… дилетант!

Понимала ли Мария, что именно она даёт мне в руки? Или любой финансист со временем настолько черствеет, что перестаёт уже отличать добро от зла? Видя во всём этом только возможность для зарабатывания очередных дивидендов?

Трудно сказать…

Скорее всего, так и есть в действительности.

«…Приемлемым будет считаться результат, если заболеет хотя бы 5 % от количества людей, получивших доступ к обработанным купюрам. Если же удастся достигнуть цифры в 10 %, эксперимент уже можно считать вполне успешным…»

Эксперимент?

Охренеть, не встать…

«…Таким образом, благодаря своевременному вбросу информации, будет в значительной мере подорвано доверие населения к наличным деньгам, что, на первом этапе, должно вызвать возмущение и спонтанную реакцию, которую надо вовремя и должным образом направить на конкретные объекты…»

«…Следует учесть, что владельцы «старых денег» наверняка предпримут меры предосторожности и постараются увести волну возмущения в сторону. Одним из таких вариантов может стать перекладывание вины на недобросовестных сотрудников низовых финансовых организаций. Мы не исключаем инспирирования уголовных дел против ряда таковых менеджеров низшего звена. Следует заранее предусмотреть подобные мероприятия со стороны оппонентов, организовав нужное количество статей в прессе. В некоторых случаях возможно даже и предоставление адвокатской помощи данным людям. Для этого следует заранее иметь наготове юристов должной квалификации. Обвинения должны быть объявлены несостоятельными. Нельзя допустить, чтобы виновниками были выставлены рядовые сотрудники, под удар должна попасть вся система наличного оборота денежных купюр…»

«…Кампания по пропаганде электронных денег, как удобного средства для взаиморасчетов, до сих пор не достигла нужных результатов. Одной из причин является невозможность отслеживания наличных средств на низовом уровне заключения сделок. В том числе – и в криминальной среде. Передача пачки купюр в настоящий момент никак и никем не контролируется, в то время как любая сделка с электронными деньгами оставляет след…»

«…Департаменту планирования следует обратить пристальное внимание на организацию взаимодействия с криминальной средой, ибо именно там и совершается достаточно большое количество транзакций. Задача может считаться частично исполненной, когда на среднем уровне начнут происходить расчеты в электронной валюте. Приемлемый уровень на первое время 10 % от общего количества заключённых сделок…»

«…Мы вполне можем ожидать организованного противодействия. Кампании в прессе начаты и имеют тенденцию к развитию. В настоящий момент мы опережаем оппонентов, которым пока, по сути, нечего противопоставить нашим обвинениям…»

«…Следует учесть, что на стороне оппонентов стоят весьма серьёзные силы, которые, в свою очередь, кровно заинтересованы в сохранении существующего порядка взаиморасчетов при помощи наличных денег. Отдавая себе отчёт в том, что слом этой системы не станет одномоментным и бескровным, можно в определённый момент пойти на компромисс. По предварительным данным, оппоненты могут пойти на заключение «мирного договора». Доля рынка взаиморасчетов в 30 % может считаться достаточно успешным результатом операции. В последующем эта цифра может быть пересмотрена в сторону увеличения – и к этому есть все предпосылки…»

Кстати, нигде и ни в одном месте, мне не удалось обнаружить ни малейшей зацепки, привязывающей Штернберг к переданным ею материалам. Ай, да мадам! Умная женщина, не отнять… С такой можно иметь дело! Голова, не смотря на все переживания последнего времени, у неё работает как хороший комп. Своего – уж точно не упустит, и никаких поводов наехать лично на неё – ни у кого нет, да и быть не может.

Не думаю, что к подобным материалам у кого-то в концерне есть свободный доступ. Это – сугубо приватная переписка, доступная лишь очень ограниченному кругу людей. Я почти на сто процентов уверен в том, что и на её личном компьютере ничего подобного не имеется – да и никогда не было. А все материалы, скорее всего, скачаны из компа её босса. Ну и любовника… так сказать, по служебной необходимости…

И если что-то такое всплывёт – то кирпич прилетит скорее ему, нежели Марии.

Незаурядная женщина, надо отметить! Как бы с нею подружиться?

Но – это всё потом!

А вот что мне с имеющимися материалами делать?

Пресса и полиция – отпадают, этот вариант я уже давно отверг.

Директор?

Хм… ну, положим, спасибо он мне скажет… да и только. Слишком самостоятельных сотрудников не потерпит ни один руководитель. Это же прямой подрыв его авторитета! Да и откуда мне знать, чего на самом деле думает мой босс?

Теми же биткойнами мы расплачиваемся – это факт. Значит, где-то их берём, и этим кто-то занимается. Уж точно – это не посторонний человек. Такого к нашей кухне попросту не подпустят.

Как мне уже пояснили – это удобное средство платежа. Правда, в уличном банкомате их не обналичить… Тут что-то посовременнее надобно. И кто-то, по своему развитию отличающийся от обычного уличного громилы или пушера[18]. Не сомневаюсь, что такие люди среди наших контрагентов есть – всё же в современном мире живём! Но представить себе сервис по обналичке криптовалюты где-нибудь в Афганистане или в том же Косово… я не настолько выдумщик! Да и большинство обитателей того же Гарлема предпочтёт пачку реальных баксов флешке с непонятным содержимым. За такое предложение, кстати, там можно запросто и пулю схлопотать…не говоря уже о прочем.

И куда девать весь этот полученный материал?

То-то, небось, сейчас Мария подхихикивает!

Ты просил сведения? Просил.

Получил? В полном объёме.

И что теперь со всем этим собираешься делать?

Не дура, поди, понимает, что даже сам факт обладания некоторыми данными, делает жизнь их обладателя крайне некомфортной… и не особо продолжительной, кстати…

Нет, конечно, есть вариант прийти, например, к условному Безосу[19] и передать ему добытое.

Вопрос первый – к кому именно?

Второй – как вы себе этот приход представляете?

Записаться на приём и ждать? Годика два…

Да и не поверят мне. Во всяком случае – не сразу, это точно. А до того момента, пока до некоторых что-то там дойдёт – я рискую попросту не дожить…

Ну и третий вопрос – где этого самого «Безоса» искать? Нет, я не конкретного финансиста имею в виду – его-то адрес в сети найти нетрудно. Мне нужен тот человек, который сходу не пошлет меня вместе с добытыми материалами по известному адресу.

Да и как вы себе представляете вообще наш с ним разговор?

– Вы, любезный, кто вообще будете?

– Да наркотиками, вот, приторговываю… в больших масштабах.

– Ну, а к нам-то вас каким ветром принесло?

– Предатели нашлись. Поднагадили нам сильно. Сами мы их побить не можем, вот, к вам и пришли…

Содержательный разговор получается, не находите?

Но, даже если и просто передать полученные материалы напрямую (допустим, это как-то получиться сделать), то где гарантия, что от них не отмахнуться? Или – ещё хуже, передадут кому-нибудь на исследование.

А кто их там знает, этих «исследователей» – из чьего кошелька им платят вообще? «ничего личного – только бизнес!»

Не вчера, вообще-то придумано…

Этот разговор… его, вообще-то, никогда в реальности не происходило. Почтенный профессор, читающий лекции в Беркли, никуда в этот день не выезжал. Да и охрана его дома никого не пропускала к нему – никаких визитёров он уже давно не принимал. Седой джентльмен жил уединённо, лишь изредка навещая своих детей. Но все эти визиты давно уже были расписаны надолго вперёд. Да и в университет он выезжал не так-то уж и часто, всё же здоровье требовало покоя и размеренной жизни.

И тем не менее…

– Что у вас стряслось, Роджер? Отчего вы отрываете старика от спокойной жизни?

– Сэр… Даже и не знаю – с чего начать?

– Да говорите уж как есть… Я же понимаю, что вы не приехали бы просто так. Кстати, раз уж вы там уселись, то не сочтите за труд налить мне стакан минеральной воды – она на столике рядом с вами.

Директор поднялся, и набрав воды, подал стакан собеседнику.

– Спасибо. Режим, знаете ли…

Хозяин дома сделал несколько глотков и поставил стакан.

– Где вы облажались, Роджер?

– Ну, в нашей основной работе нет никаких проколов. Тут другое… Вот, посмотрите…

И на стол перед старым профессором легли несколько листов бумаги. Тот вытащил очки, нацепил их на нос и углубился в чтение.

Прошло около получаса. Гость не прерывал хозяина, терпеливо дожидаясь, пока тот закончит ознакомление с документами.

– М-м-да… Даже как-то вот теряюсь – что же вам посоветовать? Ситуация, действительно, неординарная… За всё время существования организации, мы никогда не сталкивались ни с чем похожим. Да, против нас, бывало, ополчались правительства отдельных стран, но, чтобы вот так…

– Предателей в своих рядах мы выявили – и они успешно обезврежены.

– Да в этом-то я, как раз, и не сомневался! – отмахнулся профессор. – Вопрос в том, насколько осведомлены о нас наши противники? Из ваших материалов следует, что двурушниками оказались весьма ответственные члены организации.

– Публикацию нежелательной информации мы пресекли.

– Да, про это я прочёл… Но этот самый Гейтс – он ведь, наверняка, что-то и так смог рассказать? Вопрос – кому?

– Мы работаем в этом направлении. Кое-что уже удалось выяснить.

– Вы задействовали старого лиса Нормейера с его командой – это правильное решение. Но насколько вы в них уверены?

– Он будет молчать! – уверенно произнёс Директор.

– Ровно до той поры, пока ему лично ничего не будет угрожать, – кивнул профессор. – Он залег на дно?

– Да, – нехотя признался собеседник. – В доме его нет.

– Ну, вот видите! Не дурак – понял до чего докопался. Могу сказать одно – сам он первым ничего не предпримет. Старая школа, знаете ли… Не предадут его – не предаст и он. Сейчас таких людей уже нет… Ладно, тут, по крайней мере, всё понятно. А что делать с вашими… э-э-э… оппонентами?

– Это не какие-то там президенты заштатных стран – финансовая элита мира! Затеять с ними войну… в ней может не быть победителей!

– Ну, это вы ошибаетесь… Победителем в ней станут «старые деньги». И неважно кто из вас двоих возьмёт верх – они-то уж точно ничего не потеряют. Ибо в вашей схватке они стоят в стороне. Она их не затрагивает.

– Как сказать… – покачал головою Директор. – Пока что финансисты воюют друг с другом – и исход этой схватки трудно предсказать.

– А вас, по факту, наняли таскать каштаны из огня для одной из сторон. И как вы полагаете – какова будет «благодарность»? Одних – вы подвели, другим – нагадили. Давайте уж называть вещи своими именами! И те и другие – вполне в состоянии причинить нам множество неприятностей. Ещё никогда «Гарвард» не был в таком положении!

– Обратиться к Президенту?

Хозяин дом только усмехнулся.

– Что может сделать этот напыщенный болтун? Напишет в твиттер? Вызовет, как говорят русские, «на ковер», столпов финансового мира? Нет, мой друг… тут у нас с вами союзников нет…

– Значит, так, парни… – присаживаюсь на край стола. – Есть конкретная задача!

Щелкаю клавишей, и на экране появляется список имён.

– Указанные в списке лица как-то между собою общаются. Пишут письма, звонят… ну, впрочем, вы это лучше меня знаете. Понятно, что сидят они не на общедоступных ресурсах, наверняка, есть какие-то серьёзные… э-э-э…

– Корпоративные сервера?

– Наверное. Вам лучше знать. Пока перед нами не стоит вопрос, чтобы взломать их почту. Хотя, если это выйдет – то станет приятным бонусом для нас всех. Чтобы вы все знали…

Поднимаю палец.

– Наши действия признаны успешными – это так! Мы все сработали здорово – и руководство это ценит. Не скрою, последствия для всех причастных могут стать весьма приятными.

Обвожу свою группу взглядом. Все сидят, внимательно внимая шефу.

– Но… они могут стать и иными – слишком в серьёзную игру все мы ввязались. Да, мы, можно сказать, личная гвардия Директора! Ибо никто другой к решению подобных вопросов не допущен. Это честь – но это и ответственность! По итогам последней операции (а вот тут я схитрил – премия выписана за мнимого Гейтса, но ведь предыдущая операция официально мною не прекращена…) вам всем положено серьёзное вознаграждение. И ещё…

На стол ложатся несколько жетонов с пресловутыми «ключами» – я их таскаю в кармане уже несколько дней. Да, получил я эти подарки ещё на прошлой неделе – но никто же не будет указывать старшему группы – когда и в какой обстановке он должен их вручать?

– Это – в дополнение. С соответствующими бонусами. Но!

Снова поднимаю палец.

– Только тем, кто остаётся в составе спецгруппы. Любой желающий может её сейчас покинуть. Пока может… Без каких-либо последствий для себя и без отметок в личном деле. Деньги – естественно, у вас никто не отберёт, а вот это… – кивок на стол с жетонами, – только оставшимся. Вы все должны понимать – ставки чрезвычайно высоки! И дальнейшая работа в этом направлении – может стать крайне рискованной! Отказавшийся возвращается на прежнее место работы, предварительно подписав ряд обязывающих документов. Ну, вы и сами всё это прекрасно понимаете…

И тут не вру – Директор прямо распорядился оценить лояльность моих сотрудников и их готовность к последующей работе. Правда… наверное, он кое-что другое имел в виду… но – сам виноват! Надо было ставить задачу конкретно! А не выражаться обтекаемыми фразами. Я ж университетов не заканчивал, промеж строк читать не умею, да и намёки всякие понимаю… словом – морпех…

К слову, поручиться за благополучную судьбу отказников – не могу. «Много знаешь – крепче спишь!» В могиле, ага… тут тоже, понимаешь ли, не лопухи собрались… в курсе некоторых вопросов…

Так что и мои парни и девчонки тоже кое-что сообразить могут.

– Сэр, разрешите вопрос?

– Давай!

– Группа оперативников – она тоже остаётся? Или мы работаем без силового прикрытия?

– Пока я не получал приказа об их откомандировании. Больше ничего сказать не могу. Не думаю, однако, что там, – указываю на потолок, – не понимают серьёзности момента.

– Понятно, сэр.

– Ещё вопросы?

– Время на раздумье у нас имеется?

– Час. По истечении этого времени, вы либо пишете соответствующий рапорт на имя Директора… либо забираете жетон со стола. Время пошло!

Кстати, женская половина коллектива хранит молчание – ни звука, ни жеста.

Встаю и выхожу в коридор – пусть думают…

Присев на подоконник, задумчиво гляжу в окно.

Что сейчас предпримут мои ребята? Безопаснее всего (на первый взгляд…) – написать рапорт. Да, это не сулит никаких повышений, да и дальнейшие перспективы служебного роста становятся весьма туманными. Но, башка на плечах – весомый довод! Тут пять раз призадумаешься!

Движение сбоку – Лейла.

– Я присяду?

– Без проблем. Что там?

– Спорят. Мысли есть у всех…

– А ты, что же?

– Я – как ты.

Вот тебе и здрасьте… влюбилась, что ли, девчонка?

– И не подумай там чего! – внезапно вспыхивает она. – Тот факт, что мы вместе спим – ещё ничего не значит! Да, ты мне небезразличен. Где-то даже и нравишься… но выйти замуж… – она печально улыбается. – Сам ведь понимаешь… ничего этого не будет. Ты просто не проживёшь настолько долго, чтобы я смогла насладиться своим счастьем…

– Не рановато ли ты меня хоронишь?

Она прижимается к моему плечу.

– Только за последний год тебя пытались убить несколько раз. Я видела на видео, как ты лез в этот автомобиль. Ну тот, который с дроном… Хочешь сказать, что будешь примерным мужем и главой семьи? С таким-то авантюрным складом характера? Не обижайся, но… подобные люди не созданы для семейной жизни. Я не хочу остаться вдовой уже через пару месяцев после свадьбы.

Вот даже как?

– Что ж… по крайней мере – честно. Спасибо.

– Но ты – хороший руководитель! И я верю в то, что озвученный сейчас тобою вариант – наилучший… и наивыгоднейший. И пойду рядом. В рабочем кабинете… и в постели. До тех пор, пока мы не станем друг другу мешать.

Она разжимает кулак.

На ладони лежит пресловутый жетон.

– Я сразу его взяла.

Войдя в кабинет, первым делом смотрю на стол. На нём остался один-единственный жетон.

Так…

– Рапорт?

Один из парней – Джефф Ромни, кладёт передо мною лист бумаги с коротким текстом.

– Ясно. Аннет!

– Да, сэр!

– Принять дела. Доложить мне по исполнении не позднее двух часов пополудни завтра. Вопросы?

– Нет, сэр!

– Всего хорошего, Джефф! – протягиваю отказнику руку. – Мы неплохо работали вместе. Надеюсь, что на новом месте службы ты проявишь себя самым лучшим образом. Что, несомненно, будет замечено – и оценено по достоинству.

Ну, да…

После моего доклада Директору, парень будет на седьмом небе от счастья, получив назначение куда-нибудь на Аляску… или в аналогичную, богом забытую, дыру. Я, в принципе, и иного развития событий исключить не могу… Наш босс может быть весьма злопамятным.

Да простит меня Всевышний, но в данной ситуации, я этому тоже никак мешать не стану – такое решение вопроса и меня вполне устроит.

Любое решение…

– Общий сбор здесь! Завтра, в три часа пополудни. А пока – все свободны!

Лейла пришла ко мне уже через час – и до самого утра не покидала моей комнаты. Мы ни о чём не разговаривали – она умная девочка и многое понимает без слов.

Глава 17

Телефонный разговор

– Нам удалось решить вопрос с нехваткой нужного количества купюр. Парни из отдела логистики придумали ещё один вариант…

– А именно?

– Продовольственные наборы. В ряде мест их выдают по линии благотворительных организаций. Нам удалось получить доступ в парочку центров, где занимаются их комплектацией. Мы легко сможем заменить некоторые из…

– Избавьте меня от этих подробностей! Это не решает основной задачи! Удар должен быть нацелен именно на наличные денежные средства!

– Но, сэр… темпы развития эпидемии должны быть поддержаны должным образом! Это ведь только временная мера!

– Ну… ладно. На определённом этапе развития операции мы пока можем поддержать ваше предложение…

– Благодарю вас, сэр!

Директор сегодня находился явно не в самом приятном расположении духа. Сесть он мне не предложил. Явно ему сейчас не до того, чтобы заботиться о самочувствие подчинённых.

– Ваша группа готова к работе?

– Да, сэр!

– Отказавшиеся?

– Один человек, сэр! Специалист второго класса Джефф Ромни, сэр! Вот его рапорт.

И на стол перед боссом ложится лист бумаги.

– Оставьте, я просмотрю. Он уже отстранён от работы?

– Да, сэр! Дела приняты специалистом первого класса Аннет Маршан. Составлен акт передачи.

– В канцелярию его не передавать. Исключить упоминание Ромни из всех официальных отчётов и донесений.

Сочувствую Джеффу… есть у меня нехорошие такие подозрения…

– Садитесь, Джон… – наконец обращает внимание на мою строевую стойку Директор. – Да не тянитесь вы так, не на смотру…

Присаживаюсь на стул.

– Что вам нужно для успешного продолжения работы?

– Если предполагается выход за пределы базы, то нам необходимо силовое прикрытие. Нет ясности с прикомандированными оперативниками. Вот, – кладу на стол ещё одну бумагу, – список аппаратуры, который составлен моими специалистами. Это всё.

Босс проглядывает документ.

– Вы тоже так считаете?

– Сэр, я не являюсь настолько компетентным специалистом в данном вопросе. Но мнению своих ребят – верю.

Он ставит визу на документе и возвращает его мне.

– В случае необходимости разрешаю обращаться прямо в отдел материально-технического обеспечения, минуя все инстанции – вам выдадут всё, что только вам ни потребуется. Соответствующее распоряжение они получат сегодня же.

Он на какое-то время задумывается.

– Теперь – к делу. Задача у вас будет крайне серьёзная – и очень ответственная!

Пост в социальной сети

«Сегодня был трудный день… но я смотрю в будущее с оптимизмом!»

Вроде бы и ни о чём. Да и сам абонент был зарегистрирован тут уже достаточно давно. Ничем особенным его посты не отличались, собирая под собою какое-то количество «лайков» и немногочисленные комментарии. Большого количества «друзей» у автора поста не имелось, да это, похоже, его совсем не беспокоило.

Так и сегодня.

Пара дюжин «лайков», дежурные пожелания удачи… и даже цитата из библии.

«Господь не оставит страждущего…»

А вот за это – отдельное спасибо!

В моей машине стало подтекать масло – и я отпросился в город, на автосервис. Провозившись с делами, припозднился с выездом и прибыл к механику незадолго перед закрытием сервиса.

Осмотрев машину на подъёмнике, тот только плечами пожал – надо снимать поддон и менять прокладку. Так что… приходи завтра к обеду, раньше этого не сделать.

Отзваниваюсь на базу, сообщаю о сложившейся ситуации.

– Возьму номер в мотеле, переночую, и завтра, часам к пяти, вернусь.

Дежурный подтверждает получение информации, и даже подсказывает месторасположение ближайшего мотеля.

– Там сервис на уровне, да и место тихое. Наши частенько там останавливаются.

– Спасибо! Туда и отправлюсь.

Вызываю такси и уже через десять минут стою перед стойкой администратора.

– Одноместный номер. До обеда.

– Вот список – выбирайте.

– Ну… шестнадцатый свободен?

– Да.

– Вот его и возьму.

Расплачиваюсь, забираю ключи и вскоре растягиваюсь на койке. Отдохнуть!

Хотя… есть ещё одно дельце!

Беру со столика библию – непременный атрибут каждого номера в подобных мотелях. И как это часто бывает, на последней странице записаны телефонные номера.

Чьи?

Ну, а вы-то сами, что по этому поводу думаете?

Библия – лекарство для души. Этого никто и не отрицает.

А для тела?

Вот, данные телефоны как раз и предоставляют соответствующих «мастеров, по излечению одиночества»… точнее – «мастериц», если так можно сказать…

Ну, верхние номера пропускаем, они уже сто раз поменяться могли. А позвоним-ка по последнему – его сюда совсем недавно вписали, даже по цвету чернил это видно. Стало быть – свежий специалист, не «заезженный».

– Джессика?

– Да. А тебя я как могу называть?

– Ну… пусть будет Джон. Устраивает?

– Вполне! – хихикает девушка. – И что же ты хочешь мне сказать, Джон?

– Думаю, что это лучше сделать не по телефону. Согласна?

– Не вопрос. И где же ты хочешь это сделать?

Сообщаю ей название мотеля и номер.

– Через полчасика приеду. Устраивает?

– Буду ждать! Прихвати по дороге бутылочку виски, добро?

Девушка появилась через сорок минут. Протянула мне пакет с бутылкой и направилась в душ.

Булькнуло разливаемое виски, скрипнула кровать…

Через пару минут, гибкое тело скользнуло ко мне под одеяло.

Девушка прижимается ко мне.

– Уже выпил? Я же чувствую запах.

– Ничего, там ещё достаточно осталось и для тебя.

– Включи какую-нибудь музыку.

Нажатие на кнопку – и на экране большого телевизора извиваются в танце какие-то размалёванные… а хрен их там вообще разберёт – кто это такие? При таком количестве грима и всего прочего, это, с равным успехом, могут быть и парни и девушки. Я давно уже не разбираюсь во всех этих модных течениях в музыке.

Комнату заполняет ритмичное буханье барабана – самый тот ритм!

– Ну, – шепчет мне на ухо Майя. – Что такого ты хотел передать отцу?

Выдержка из рапорта службы наружного наблюдения

«…Объект прибыл в тот мотель, который был указан ему дежурным по базе. Обычно, в случае непредвиденной задержки, наши сотрудники направляются в одно из двух, рекомендованных для этой цели, заведений.

По прибытию в мотель «Одинокая звезда», объект снял первый попавшийся номер. Дежурный, в приватной беседе, пояснил, что тот попросту ткнул пальцем в первую попавшуюся в списке комнату.

Заселившись, объект уже через двадцать минут вызвал по телефону проститутку, которая и прибыла к нему уже через полчаса. С собою она привезла бутылку виски, каковая была впоследствии обнаружена на полу в душе – уже пустой.

При проверке номера по базе данных департамента полиции, установлен владелец.

Джессика де Витт, двадцать четыре года, – привлекалась за хранение наркотиков и неповиновение сотруднику полиции.

Работает в качестве «девушки по вызову» уже два года.

Предположительно – информатор полиции.

Более полных данных не имеется.

Её телефон оказался записан на последней странице библии, которая находилась в арендованном номере. Помимо этого, там имелось ещё около десятка телефонных номеров проституток и девушек по вызову.

Через два часа де Витт покинула номер и вернулась домой. Наши сотрудники проследили её до адреса, после чего, по указанию руководства, наблюдение за ней было прекращено.

Объект номера не покидал, никуда не звонил, и через полчаса в комнате погас свет. До 9 часов утра он из номера не выходил.

В 9.48 позвонил портье и заказал завтрак. В 10.50 покинул мотель и направился в автосервис.

В 11.45, получив отремонтированный автомобиль, не возвращаясь в мотель, выехал из города.

Учитывая хорошую профессиональную подготовку объекта, и высокую вероятность вскрытия им наблюдения, сопровождение его перемещения на автомобиле не производилось…»

М-м-мда… вообще-то наши умники могли бы и поинтереснее ночлег выбрать – чай, не нищеброды какие-то у нас тут трудятся! Деньги-то есть, чего стесняемся? Уж от того, что потратим лишнюю пару десятков баксов – точно не обеднеем!

Ну а за всё прочее… меня ведь тоже кое-чему в своё время учили. Не только руками-ногами махать умею. Думать (по крайней мере, прежде, чем выстрелить) тоже немного научили… вот я и думаю!

Номер телефона мнимой Джессики имелся также и в двух соседних номерах – в аналогичном месте. Но на чьей угодно звонок она всегда отвечала что-то типа, «занята» «на выезде» и так далее. Интересно, а настоящая-то Джессика в природе существует вообще? Или тоже «информационный фантом», как метко выразился в свое время один их моих программистов-затейников.

Жаль было выливать виски в туалет – но оно того стоило! Нашёл, чего жалеть…

Майя рассказала мне кое-что интересное, заодно пообещав передать отцу просьбу о встрече. Руку на отсечение даю – старый лис где-то поблизости!

Вырулив на шоссе, прибавляю ходу.

И почти тотчас же натыкаюсь на полицейский автомобиль – стоит себе неподалёку от поворота. Прохаживающийся рядом коп делает жест – припаркуйтесь у обочины.

Ну, опасаться мне особо нечего… но пистолет (на всякий, знаете ли, случай) сзади за поясом торчит…

– Добрый день, сэр! – кивает мне патрульный.

– Какие-то проблемы, офицер?

– Прошу вас пройти в патрульный автомобиль. Вместе с документами.

Что ж, такое тоже иногда бывает. У копов, надо полагать, приступ служебного рвения…

Выхожу из машины, полицейский уже смотрит на шоссе, почти не обращая на меня никакого внимания.

Щелкает, закрываясь, дверь патрульного автомобиля.

– Вообще-то, я не ожидал встретить Майю в таком вот амплуа… – говорю я, опускаясь на сиденье.

Сидящий за рулём автомобиля Нормейер, только ухмыляется в усы.

– Ну, у неё много всяческих легенд… Эту она уже два года успешно эксплуатирует.

– Талант! Я сначала совсем уже было поверил в то, что имею дело с профессионалкой. Да и вас тут встретить, если честно, совсем не ожидал. Вот уж не думал, что у вас даже и полицейские машины в запасе имеются!

– Так это настоящий патрульный автомобиль, – пожимает плечами старый спец. – Как и его хозяин – тот, что на улице стоит. А прятаться… лучше всего всегда под носом у ищущего – больше шансов спокойнее прожить. У себя на заднем дворе никто обычно ничего не ищет. Во всяком случае – не так рьяно.

М-м-да… лишний раз убеждаюсь в том, что я ещё совсем зелёный школяр… по сравнению с некоторыми профессионалами своего дела.

– Но официального циркуляра о вашем розыске я не видел.

– Ты ещё скажи – и запроса в полицию! – усмехается Ларри. – Нет, Роджер не настолько глуп. У него свои методы…

– Это я уже успел оценить… – и подробно рассказываю собеседнику обо всём произошедшем за последнее время.

Нормейер задумчиво почёсывает подбородок.

– И ты полагаешь…

– В случае резкого обострения обстановки, Директор уж точно не станет разбрасываться ценными кадрами – ведь под удар попадает не только он сам, но и вся организация. Даже простой огласки ему не простят – это же очевидно! По крайней мере, на какие-то ответные действия он уже решился.

– И наша задача – не дать ему отыграть назад… Хм! Ну, допустим, свои головы мы сбережём. Ладно – это уже плюс! И весьма существенный, надо сказать… А как насчёт того, чтобы на этом ещё и заработать?

– Ну, если честно, то я пока таких вариантов не нахожу.

– Так и не удивительно! Не обижайся, сынок, но в некоторые игрушки я начал играть ещё тогда, когда тебя только из пеленок вытащили. И кое-что тут уже просматривается…

– Как вас искать?

– Прежний способ – коммент в соцсети будет сигналом о встрече. Майя будет тебя ждать.

– И вы думаете, что это не вызовет подозрений?

Нормейер смеётся – на этот раз почти во весь голос.

– «Обычный морпех – это уже на всю жизнь. Пьёт всё, что горит. Трахает всё, что шевелится» – такую характеристику дал тебе Роджер при встрече. Вот уж этому-то никто не удивиться!

– И всё? – я был даже несколько обескуражен такой оценкой моих способностей.

– Не всё. Он ещё отметил быстроту твоей реакции, оценил умение выбирать себе команду и способность принимать правильные решения в критической ситуации. Но упор сделал всё же не на этом…

Ну и ладно – пусть меня все считают пьяницей и бабником. Который не пропускает ни одной юбки и не в состоянии пройти мимо бутылки. Это даже хорошо – в наше время человек без явно выраженных пороков воспринимается с подозрением. Мол, мы тут все одинаковые, а ты с чего это вдруг такой весь правильный?

– Хорошо, пусть он так и дальше думает… – ворчу себе под нос.

– А мы не станем его разочаровывать! – кивает Ларри. – Но в этой партии будет чуток побольше игроков, нежели он думает… и не все они будут играть на его стороне!

Но и не на стороне наших оппонентов. И если я не ошибся в старом лисе, то комбинация может выйти… нет, вперёд забегать точно не стану. Можно сколько угодно смеяться над всяческими суевериями и приметами, но, как говорят арабы, «на бога надейся, а верблюда привязывай!»

Не сглазить бы!

В своё время я был сильно удивлён, когда мне подробно объяснили смысл этого выражения. Но, поразмыслив, убедился в правильности некоторых поступков своих сотоварищей. С этой точки зрения они теперь были вполне объяснимыми. А я-то над ними тогда посмеивался! Лопух был… совсем зелёный!

Так ведь и некоторые неудачи ничем иным и не объяснишь…

Итак, начинаем выполнять порученную задачу.

На первом этапе, всё, казалось бы, просто.

«Ликвидировать все возможные упоминания о связях сотрудников концерна с «Гарвардом». Не останавливаться перед крайними мерами».

Здесь мне дан почти полный карт-бланш. Разумеется, я должен докладывать обо всём Директору – о полной бесконтрольности не может быть и речи.

Основная функция моей группы – выявление и выбор цели. И рекомендация по дальнейшим действиям. Как я понимаю, у моего босса есть ещё какие-то группы, которые будут работать по обозначенным нами «объектам».

Кстати, о Нормейере он даже и не заикнулся, почему?

Уж не потому ли, что группа старого лиса должна будет аккуратно подчистить следы за всеми остальными?

Вот, глядя на «честное» лицо своего шефа, я отчего-то ни единой секунды не сомневаюсь в том, что подобное приказание он отдаст не задумываясь. Ведь должен же у них быть какой-то сигнал и на самый хреновый случай, должен! Не первый год они сотрудничают, и уж, наверное, всякие варианты предусмотрели.

Но… ни сам старый лис, ни мой босс – никто из них даже и не заикнулся о чём-то подобном. А Ларри – так прямо всё отрицал. И вот ему – я верю. Не в последнюю очередь, потому, что там дело касается и его дочери – а её он любит! И рисковать ей попусту не будет.

Значит, всё это ещё впереди…

Первый «объект» – Николас Парето. Сей уважаемый джентльмен занят распределением «левых» сумм. То, что он в какой-то мере причастен к последним событиям, я знал и без информации от шефа. В документах, которые мне передала Штернберг, это имя стояло не на последнем месте. Правда, вот его, я вообще, в качестве противника, даже и не рассматривал. Бухгалтер… пусть и высокопоставленный – какой от него может быть вред?

Как оказалось – может. Не в плане причинения кому-нибудь конкретных гадостей – а в том, что он реально знал – какие поступали суммы и откуда именно. А главное – для чего потом эта наличность использовалась. И подставить нашу «уважаемую» контору он может одним движением пальца…

Что ж, он не должен его сделать!

– Каждое утро, между 7.35 и 7.50 он выходит из дома. Забирает дочь и отвозит её в школу. Потом следует на машине к месту работы, куда обычно пребывает около 8.40–8.55. В девять часов он уже находиться на рабочем месте.

– Понятно… Варианты?

– Можно работать снайперу – условия позволяют. Но вы же приказали исключить все подобные варианты.

– На первое время – безусловно. Мы не должны вызвать у противника каких-либо подозрений. Во всяком случае – сейчас.

– Он очень аккуратный водитель. Так что вариант с автокатастрофой тоже может не дать нужного результата. И в любом случае потребует длительной и тщательной подготовки.

– Нет… не в этот раз!

Пойдём от обратного.

Он бухгалтер.

И курирует всевозможные (в том числе – и совсем уж незаконные) операции концерна. Думаю, что и про своих «партнёров» он тоже знает предостаточно – не одним этим концерном тут всё ограничивается. С ним бы поговорить… Но шеф дал недвусмысленную команду – похоронить!

Не отвлекаемся!

Что сделает человек, который большую часть жизни работает с деньгами? Когда почувствует угрозу собственному благополучию, да и самой жизни?

Выдержка из полицейского рапорта

«…Патрулём дорожной полиции был обнаружен брошенный автомобиль БМВ 5-й серии, принадлежащий Николасу Парето. На водительском месте имеются слабые следы крови. Предпринятыми мерами местонахождение владельца не установлено. Он выехал из дому как обычно, и должен был прибыть на работу. Но там он не появился, и никакой информацией о его местонахождении его руководство не располагает. Департаментом полиции возбуждено дело о розыске Парето. Есть основания предполагать, что он подвергся нападению преступных элементов…»

Телефонный разговор

– Хай, Джул! Чем порадуешь старого друга?

– Какие уж тут радости… Шеф с утра нагрузил всякой ерундой, вот и отписываюсь теперь.

– Сочувствую. А я уж собрался пригласить тебя вечером на пиво!

– Ну, это святое! Вечером обязательно буду. Как всегда?

– Ну, разумеется! Встретимся у Эрика.

– Без проблем. Как раз я успею закончить докладную записку об этом беглом бухгалтере.

– О ком?

– О Парето.

– Оригинальная трактовка обычного нападения.

– Брось, Макс! Какое тут нападение!

– Подожди, но ведь в машине нашли следы крови?

– А это не его кровь. И вообще не человеческая. Кровь животного – эксперты не ошибаются.

Собеседник озадаченно хмыкнул и ничего не сказал.

– Более того! Уже после своей «смерти» наш шустрый покойник ухитрился снять со своих счетов изрядную сумму!

– Это, прости, каким-таким образом?

– Часть получил наличными в банкомате, ещё несколько переводов было отправлено по различным адресам. Стоит ли говорить, что там ничего обнаружить так и не удалось?

– Ну… – озадаченно проговорил собеседник. – Это, в принципе, могли сделать и нападавшие…

– Снять деньги с кредитки – допускаю. А так перевести остальные суммы, чтобы они бесследно исчезли? Люди, способные на такие вещи, не занимаются уличными грабежами!

– Да, такая версия имеет право на существование.

– С точки зрения работодателей Парето – не имеет. Им проще считать, что он пал жертвой грабителей.

– Но это же глупо!

– У них на это иная точка зрения…

Глава 18

Директор молча разглядывал фотографии. На них был изображён труп Парето – в разных ракурсах.

– Ну… пожалуй, это всё же излишне. В дальнейшем можете обойтись и без таких подробностей. Мне будет достаточно и вашего устного доклада.

«Ага, чтобы никаких следов вообще нигде не оставлять…»

Он протягивает мне планшет.

– Можете удалить эти фото.

– Да, сэр! Будет исполнено, сэр!

– Кстати, почему вы избрали такой сложный вариант решения задачи?

– Ввиду его полной неочевидности и явной натянутости. Любое, мало-мальски компетентное, следствие неизбежно приходило к мысли об инсценировке. Так оно и оказалось – в убийство при попытке грабежа никто не поверил. Более того, когда вскрылся факт посмертного перевода средств со счетов «покойного»…

– И как много вы перевели?

– Миллион – на карту жены. Думаю, что когда полиция выяснит этот факт, у них будет гораздо больше вопросов, нежели ответов на них. Часть денег – шестьсот тридцать две тысячи долларов – обналичили. Остальные раскидали по всяким левым счетам, где, как я полагаю, их тотчас же и сняли их владельцы. Мы специально продумали такой вариант, чтобы вызвать подозрения к Парето – он про такие счета точно должен был знать. Пусть думают, что он заранее готовил своё исчезновение.

– Кто автор идеи?

– Отчасти – я, сэр. Но довели всё до ума и подготовили мои парни.

– Ну, – усмехается Директор, – там у вас ведь и девушки есть, так?

– Да, сэр.

– И с одной из них вы поддерживаете достаточно доверительные отношения?

– Но… Сэр, это никак не отражается на…

– Бросьте, Джон… – машет рукою босс. – Даже если вы будете спать с обеими сразу, я закрою на это глаза. Ваша группа даёт результат – а это главное. Вы там старший – вот и выбирайте наилучший метод стимуляции своих сотрудников. По результатам операции вы будете отдельно поощрены. А обналиченные средства можете использовать как премиальный фонд для ваших сотрудников. Отчёт сдадите мне лично.

– А оперативники? Должен ли я буду…

– Это не ваши подчинённые – ими будут заниматься другие люди. У вас есть свои люди – вот с ними и работайте.

– Есть, сэр!

«И опять – лично ему, минуя канцелярию и установленный порядок документооборота…»

– Ваша следующая цель – отдел разработок концерна. Именно они занимались обработкой полученных от нас купюр. Вот дополнительные материалы… – на столе появляется конверт из плотной бумаги. – На изучение и разработку – три дня. Потом жду вас у себя с предложениями по вашей дальнейшей работе.

– Есть, сэр!

Выйдя из кабинета, перевожу дух.

Что-то я не припоминаю случаев, когда начальство кому-либо выписывало такие премии! Другой бы, на моём месте, аж подпрыгивал бы от удовольствия!

Ага… другой… Он-то, может, и прыгал бы… не слишком долго.

Шеф не поинтересовался – когда умер Парето?

Да, в момент перевода денег он был жив, это так. Но и после – далеко не сразу отошёл в мир иной. Не деньги являлись для меня главной целью… он многое знал…

Когда я объявил своей группе о размере заработанной премии, народ ожидаемо «завис». Больше, чем по сотне тысяч долларов на рыло – нехилый такой подарочек! А уж когда я вывалил на стол гору пачек и стал её делить по количеству присутствующих…

Воодушевление было очень даже неслабым!

– До утра – все свободны! Можете устроить вечеринку или ещё что-нибудь – не возражаю! Но утром чтобы были все в рабочей форме!

Разумеется, меня пригласили на вечеринку – чтобы такого начальника, да не позвать?

Я честно посидел с ними часок, выпил со всеми и откланялся. Мол, веселитесь тут…

А через пару часов на пороге моей комнаты появилась Лейла.

И надо сказать, что её сегодняшние чувства были куда как более искренними и горячими, нежели обычно.

– И не подумай, что это из-за денег! – упирается она мне в грудь острыми кулачками. – Я, если хочешь знать, их все домой отошлю!

Это мне известно. Большую часть своей зарплаты она отсылает в далёкий Висконсин – там у неё пожилая мать и два младших брата. Фактически Лейла их всех содержит.

– Я и не думал…

Девушка успокаивается и кладёт голову мне на грудь.

– Жаль, что это долго не продлиться…

– Ты о чём?

– О нас… о всех нас – о нашей группе.

– Почему это?

– Не обманывай меня, ладно? Я же вижу чем мы занимаемся… Люди, прикоснувшиеся к таким секретам, не живут долго.

– Да, ладно тебе! Я, как видишь, жив-здоров!

Она проводит пальцами по многочисленным шрамам.

– Здоров?

– А ты сама этого не чувствуешь?

Лейла печально усмехается.

– А ты знаешь, что Джефф Ромни так и не доехал до нового места службы? Он вообще никуда больше не приезжал – просто исчез… уже через четыре дня, после того, как мы закончили все процедуры по передаче дел.

– Ты-то откуда знаешь? Я вообще про это ничего даже и не слышал!

– Аннет… она была к нему неравнодушна. Надеялась встретиться – потом, когда всё закончится.

Эта милая девушка – великолепный специалист по всевозможным способам технического наблюдения и отслеживания. Не буду сильно удивлён, если она и тут вовсю использовала свои профессиональные навыки.

– А в отделе кадров – напротив его фамилии – стоит метка: выбыл.

Итак – цель номер два.

Линдон Дж. Фоггерти – руководитель исследовательской лаборатории. Что уж они там формально исследуют – один только Всевышний ведает. Какие вообще могут быть научные исследования у финансового концерна?

Но, надо полагать, что уж с официальной-то стороны у них всё прекрасно организовано. И на какие-то там научные конференции сей персонаж регулярно катается, и с докладами там выступает… Так что здесь – не подкопаешься!

Пользуется почтенный «учёный» заслуженными почестями и уважением со стороны коллег по ремеслу.

Правда, если на его послужной список посмотреть…

То тут могут возникнуть всякие ненужные вопросы. Ибо долгое время оный неутомимый исследователь трудился не где-то там в фармацевтике, а в самом Форт-Детрике[20]. А про эту мрачную контору каких только слухов не ходит! И многие из них не так-то уж и далеко от истины ушли…

Но чрезмерной любопытностью в окружении Фоггерти, по-видимому, никто не страдает. И не беспокоят почтенного доктора (а он и вправду – доктор наук!) ненужными расспросами.

А вот реальные результаты деятельности персонажа – я по телевизору могу хоть ежедневно лицезреть. Проклятый вирус распространяется с изрядной скоростью… и со странной закономерностью. Заболевают отчего-то именно те категории населения, которые, по большому-то счёту, никому особенно и не нужны. Ну, «откинут копыта» (опять русское выражение! Что-то они мне в голову подозрительно часто стали приходить…) какие-то там очередные получатели вэлфера[21] – и что? Вам – лично, от этого хуже станет, что ли? Один хрен, эти «умники» годами сидят на пособиях, ничего взамен не производя. Тут уже целые поколения таких вот дармоедов образовались. Отродясь нигде и никогда не работавших – и в будущем этого делать и не собирающихся. А вот толпами на перекрёстках стоять – это они с великой радостью! Карманы обчистить, машину угнать, или квартиру обнести – за милую душу!

Ну, отправятся на встречу к архангелу Петру несколько тысяч таких вот деятелей – слезы станете по ним проливать? Ох, что-то я сомневаюсь…

Лично я – так и не поморщусь даже.

И не я один тут такой…

Вариант с Парео тут точно не проходил – этому клиенту бежать незачем и некуда. Да и захоти он такой вот фортель провернуть, сомневаюсь в том, что это у него вышло бы.

Ибо ходит и ездит он не один.

Особо не мозоля глаза и никак себя внешне не проявляя, ходит за ним парочка интересных таких персонажей…

И если кто-то подумает, что это просто такие вот зеваки любопытные, ждёт такого умника тяжкое разочарование. Не те это ребятки, чтобы попусту там на кого-то глазеть.

Крепкие сообразительные парни – с острыми и внимательными глазами. Запустили мы тут парочку наркош – типа посмотреть на возможного «клиента». Ну, в смысле, малость его на бабки растрясти…

Так их в первый же день и срисовали.

Никакой внешней реакции вроде бы и не последовало… а к вечеру третьего дня в автомобиль незадачливых новоявленных вымогателей «нечаянно» въехал грузовик. Парни было повыскакивали на улицу – разобраться с обидчиками…

Разобрались…

Нет, в больницу-то их всё же отвезли – благо, страховка какая-никакая, а имелась…

Но вот покрыть расходы на всё лечение – увы… этого они себе позволить попросту не могли. На третий день их оттуда выписали.

И вынесли.

На носилках.

Свои же сотоварищи и постарались… а иначе «пострадавшим» светил ночлег попросту на улице. Ибо никакого кредита этой парочке никогда бы не дал даже самый захудалый банк. По причине полной и абсолютной неспособности (и нежеланию) этот самый кредит хоть когда-нибудь вернуть. Собственности же, которую можно было бы выставить в качестве залога, данные деятели и вовсе никогда не имели.

Словом, охрана Фоггерти доказала свою эффективность и подтвердила высокий класс работы.

Профессионалы – уважаю!

С такими и работать приятно – даже если они и стоят на противоположной стороне.

Почему? Так могли бы спросить многие.

Да, потому, что, как всякие профи, они имеют свой, отточенный временем и неоднократно опробованный алгоритм работы. Которому неукоснительно и следуют.

Задача состоит в том, чтобы этот алгоритм вычислить…

Разумеется, никто не собирается выскакивать из-за угла с кольтом наперевес – тут, всё же, не вестерн какой-то снимают. Да и вообще, привлекать к себе излишнее внимание – не наш путь. Директор сказал прямо: «Ваша задача устранить источники возможной угрозы для организации, а не напугать всех и каждого до полусмерти».

Из этого и станем исходить.

Пока понятны некоторые особенности работы охраны.

Первое – непосредственно с клиентом постоянно работают два охранника. Которых подстраховывает резервная группа.

И те и другие – грамотные профи, умеющие не только кулаками и кольтами размахивать.

Второе – однозначно присутствует и аналитика. Кто-то умный отслеживает ситуацию вокруг охраняемого лица и вовремя принимает правильные (и нестандартные!) решения. Тех же наркоманов логичнее было бы просто в полицию сдать – нет, пошли своим путём. Да, настолько эффективно… что навряд ли у этих дураков теперь возникнет желание оказаться рядом с клиентом даже в пределах одного квартала.

Вывод?

Фоггерти явно представляет серьёзную ценность для концерна. То есть – однозначно, не проходная пешка. И его возможное устранение может нанести серьёзный ущерб планам сей почтенной организации.

Докладываю боссу.

И получаю недвусмысленную команду – ускорить работу по объекту! Там и другие уже в очереди стоят!

Да… похоже, основательно запахло жареным…

Так уж вышло, что встреча с очередным информатором (кстати, весьма осведомлённым человеком! И где только Директор ухитряется таких людей находить?) происходила вечером – в том самом городке, где располагался небезызвестный автосервис.

Ну, а что ж вы хотели-то? Не на базу же его тащить?

Съехались.

Вечером, ибо клиент – человек занятый, работа у него ответственная, и просто так сорваться во время рабочего дня он попросту не имеет возможности.

Да и я, если честно, не слишком на этом настаивал. Вечером – так вечером. В плане своевременной передачи информации я не комплексовал. Девушки мои снабдили меня специальным ноутбуком. Набираешь на клавиатуре текст, или вообще, каким угодно образом копируешь информацию с любого носителя – всё это автоматически шифруется и тотчас же сбрасывается в сеть. И не просто на просторы интернета – а на конкретный сервер. Куда имеет доступ только моя группа.

А после всех этих манипуляций, ноут можно хоть по винтику разобрать – ничего там уже не остаётся. Он девственно пуст…

Стало быть, можно никуда ночью не нестись. Спокойно высплюсь – и уже утром вернусь на базу.

Мотель я искать не стал – зачем, когда есть уже известный адрес? Поставил в известность дежурного, он подтвердил получение информации и пожелал спокойной ночи.

Ну, а раз уж остановился в знакомом месте, так и вполне логично было бы найти и знакомую девушку – так ведь?

Разумеется, я её нашёл…

Не уверен, правда, что она меня узнала – но против встречи возражать не стала. Виски, разумеется, с собою тоже прихватила, как я и просил.

А вот, появившись на пороге, «Джессика» меня поприветствовала весьма горячо – и тотчас же поскакала в душ.

Где надолго не задержалась… быстро оттуда выскочила и нырнула ко мне под одеяло.

– Отец просил передать, что все деньги нами получены. Твоя доля положена в банк – реквизиты счёта и пароль я тебе привезла.

– Ты прелесть! – целую девушку, против чего она (совершенно неожиданно!) не возражает. И даже отвечает мне полной взаимностью!

Хм, вот это номер…

– Смотри… – шепчет она мне на ухо. – Мы вышли на представителя «старых»… ну, ты понял?

– Да.

– В ближайшее время у нас будет с ними встреча. Так что, любая дополнительная информация будет очень даже к месту.

– Надеюсь, хоть не ты на эту встречу пойдёшь?

– Нет, этим будет заниматься отец. В подобной ситуации это будет вполне логично – собеседник его знает лично.

– Ну, хорошо. Я бы не хотел, чтобы ты так рисковала.

– Почему? Это просто работа…

– Да, потому! Такую работу вполне может выполнить и кто-нибудь другой.

Майя прижимается ко мне.

– Спасибо…

Глава 19

Есть люди, чьё перемещение, да и вообще почти любые действия, внимательно отслеживаются прессой и всевозможными аналитиками. Ну, казалось бы, съездил некий персонаж на модный курорт – что тут невероятного? Все мы люди, и каждому из нас свойственна тяга к хорошему времяпровождению.

Но, нет…

Умный человек (а среди финансовых аналитиков таковые присутствуют просто по умолчанию) сразу же проверит список всех тех, кто находился на этом курорте в то же время.

Ну, всяких там домохозяек и «звезд» шоу-бизнеса можно отбросить сразу – они в реальности ничего не решают и ни на что не влияют.

С сомнением посмотрят и на список политиков средней руки (те, что покрупнее – отдыхают совсем в других местах…). Ну… в принципе, они тоже что-то там могут… Но, чаще попросту служат передаточным звеном, транслируя полученную информацию куда-нибудь повыше.

Директора и президенты банков, члены наблюдательных советов – это уже гораздо интереснее! Особенно, если у этих людей нет очевидных тем для общения. И не надо кивать на случайные совпадения! У таких людей ничего случайно не происходит.

И мимолётная встреча таких вот персон может (да, чаще всего так и получается) быть результатом долгих и непростых предварительных переговоров.

А уж о том, чтобы рядом с таким человеком (за столиком в ресторане, например…) оказался какой-нибудь и вовсе случайный сосед – такого не может быть в принципе! Никого постороннего туда и на пушечный выстрел не подпустят. Ибо есть специальные люди (и не всегда это охрана), тщательно отслеживающие такие вот ситуации.

Герберт Морган (увы, не потомок тех самых Морганов…) и являлся одной из персон, чьё перемещение тщательно отслеживалось многими заинтересованными людьми. И хоть он и не мог похвастаться древней и знатной родословной, его настоящее положение говорило само за себя. От одного его слова могло зависеть очень и очень многое. Герберт входил сразу в несколько наблюдательных советов крупных банков и корпораций. Да, он не занимал там ключевых позиций и высоких должностей. Но те, кому положено, прекрасно отдавали себе отчёт в том, какое именно положение он там занимает по-настоящему.

Скромный и не особенно заметный, он чаще всего просто молча сидел на своём месте, внимательно прислушиваясь ко всему, что произносилось в его присутствии. Крайне редко он выступал и с какими-то замечаниями.

Но к его словам прислушивались всегда…

Данное место не относилось к категории раскрученных и особо популярных. Скромный горный курорт… можно даже сказать – почти семейное предприятие. Но попасть в этот горный отель постороннему человеку было практически нереально. Нет, грубо, разумеется, никто и никого не «пошлёт» – мы же все цивилизованные люди! Вот только свободных мест не имеется… увы… так уж сложилось…

У Моргана имелась давняя привычка – он гулял. В окрестностях отеля было проложено несколько пешеходных маршрутов различной протяженности. Для удобства гостей неподалёку от тропинок были устроены места для отдыха. Можно было присесть, перевести дух и полюбоваться окрестностями – там было на что посмотреть.

Понятное дело, что маршруты были под присмотром и негласной охраной – никто посторонний туда попасть бы попросту не сумел. Хозяева отеля, а им уже почти двести лет владела одна и та же семья, подумали и над этим. Горы… это вообще не то место, где можно ходить куда вздумается. А уж если и специально кое-что для этого предпринять…

Герберт свернул с тропинки и подошёл к беседке. Сделанная из крепких дубовых, потемневших от времени и непогоды, брусьев, она настолько вписывалась в окружающий пейзаж, что казалась его неотъемлемой частью.

Войдя внутрь, он опустился на скамейку. Здесь было одно из его любимых мест – именно тут он любил отдыхать, неторопливо разглядывая горы.

И вид отсюда, действительно, был очень даже красивым!

– Не помешаю?

Морган обернулся.

Опираясь на стену, в проёме двери стоял человек в темно-зелёной куртке.

– Да, садитесь уж, раз пришли…

Нормейер медленно опустился на скамью напротив собеседника.

– Я не спрашиваю, каким образом вы миновали посты у входа на тропу, – чуть наклонил голову финансист. – Но откуда, черт возьми, вы узнали, что именно эта беседка является моим любимым местом в данном отеле?

– Вы будете сильно удивлены, но нам известно не только это…

– Могу себе представить! – фыркнул Морган.

Судьба свела их обоих много лет назад. Герберт ещё не был тогда настолько известным специалистом, чтобы принимать все решения самостоятельно. А вот Ларри – про него уже и в то время говорили с опаской – озираясь по сторонам и вполголоса.

«Только помяни черта – и он тут как тут!»

Указанное выражение, как нельзя лучше, характеризовало того, кто сидел сейчас напротив финансиста.

Да, та мимолётная встреча навсегда запала в душу молодого клерка. Он понял тогда, что миром, разумеется, правят деньги. Но – не только они. И даже самой потрясающей всякое воображение суммой, невозможно купить себе лишний день жизни. Особенно в том случае, когда кто-то серьёзно настроен на то, чтобы эту самую жизнь существенно укоротить…

И тот, кто открыл ему глаза на этот факт – сейчас сидел напротив.

– Я ничего о вас не слышал почти тридцать лет… – покачал головою Морган. – Думал, что вы давно уже вышли на покой.

– Так и есть. Но иногда… знаете ли, бывают обстоятельства…

– Вам что-то от меня нужно?

– Лично от вас – ничего. Слава Всевышнему, я достаточно финансово независим. Мне хватает…

– Следует ли вас понимать, что причина нашей встречи не связана лично с вами? И вашими…э-э-э… делами?

Старый спец усмехнулся.

– Скорее уж – с вами!

– Поясните, пожалуйста, – нахмурился финансист.

– Через два дня у вас предстоит встреча с Варбургами?

– Допустим… – осторожно ответил Морган. – И не только с ними. И что?

– Прочтите это… – на скамью легли несколько листов бумаги. – А я пока полюбуюсь пейзажем – он тут, действительно, прекрасен!

Герберт достал из внутреннего кармана куртки очки и нацепил их на нос. Ему вспомнилась фраза из полученного послания.

«…И, пожалуйста, не забудьте взять с собою очки…»

Только многолетняя привычка – никогда и ничего не упускать из виду и не отпускать дела на самотёк – заставляла его проверять ещё и этот, давно уже не используемый по назначению, канал связи. Да, там иногда появлялись дежурные послания, дававшие понять, что человек на той стороне жив и здравствует. Но – только это и ничего более. Никаких совместных дел между ними не было уже лет двадцать. Просто ни имелось повода…

И вдруг – короткое и лаконичное сообщение.

«Постарайтесь быть на вашем любимом месте в горном отеле».

И дата.

Всё.

«То есть, старый лис знает о моих привычках? Об этой конкретной беседке? Похоже, что да, знает. И значит ли это, что за мною ненавязчиво наблюдали всё это время? Да… другого вывода просто не может быть…»

Впрочем, все эти мысли разом вылетели из головы, стоило ему прочесть первые абзацы текста.

– Это не всё… – спустя несколько минут отложил бумаги Морган.

– Я похож на филантропа? – усмехнулся Нормейер.

– Сколько?

– А вы сами-то как полагаете?

– Это будет зависеть от того, насколько достоверной информацией вы можете располагать.

Наёмник кивнул на лежащий между ними документ.

– Ну, положим, большую часть того, что тут написано, вы можете проверить и сами. И убедиться в том, что мои данные вполне объективны. И – да, я располагаю возможностью получать подобную информацию и далее.

– Как долго?

– Достаточно.

– Вас интересуют только деньги?

– Не только.

Финансист некоторое время молчал, что-то прикидывая.

– Когда я смогу вас увидеть ещё раз?

– Ну, канал связи-то у вас ведь работает?

– Да.

– Ну, так и напишите мне…

Сообщение по электронной почте

«Руководство санкционировало заключение контракта. Авансовый платёж в размере двадцати пяти миллионов евро зачислен на ваш счёт».

Ответ последовал почти сразу же.

«Высылаю вам дополнительную информацию по проекту. Документация будет передана специальным курьером».

Война началась…

Нет, никто не вывел из ангаров танки, и в воздух не поднялась боевая авиация. Не могло и речи идти о том, чтобы стартовали какие-то там ракеты и прочий подобный кошмар.

Войны в финансовом мире происходят совсем по-другому.

Что, сказать по правде, ничуть не исключает и чисто физических неудобств – для отдельных личностей. Для особо зарвавшихся… Ну, всё ж тут люди взрослые… сами прекрасно должны понимать – во что ввязались и с кем решили побороться.

Должны?

Ну, по умолчанию, это подразумевается само собой.

А если кто-то оказался слишком уж самоуверенным… то кто ж ему доктор-то?

Глава 20

Этот день ничем выдающимся не отличался. Обычный вторник… рутинная процедура перемещения клиента из дома на работу. Всё уже не раз обыграно, любые возможные сложности неоднократно просчитаны, и выработаны оптимальные решения предполагаемых проблем.

«Крайслер» Фоггерти отъезжал от дома в одно и то же время – так было всегда. А вот маршрут следования периодически, и с разной частотой, менялся. В конечном случае, к одной и той же точке можно приехать разными путями – хоть по объездной дороге вокруг города. Был и такой вариант.

Да, дольше.

Но уважаемый руководитель серьёзного подразделения тем и отличается от обычного лаборанта, что может позволить себе приехать не строго к началу рабочего дня. В конце концов, он, в отличие от того самого лаборанта, занят работой всегда – даже и дома и поздней ночью. Увы… такова плата за высокий пост!

– Центр – машине номер один.

– Слушаю вас.

– Изменение маршрута – вижу ограждения на дороге. Проезд закрыт. Вариант два.

– Принял – вариант два. Подтверждаю изменение маршрута. Причину появления заграждений выясняю.

Спустя пару минут.

– Машина номер один – центру.

– Слушаю.

– Прорыв трубы водоснабжения. Заявка поступила в мэрию сорок минут назад. Туда уже выехали ремонтники.

– Машина номер один – принял.

Да, такие вещи иногда происходят. Городское хозяйство – механизм весьма сложный. Но, вот учесть тот факт, что какой-то полоумный лопух может спровоцировать разрыв трубы водопровода… ясновидящих в штате мэрии пока не числилось!

А как это ему удалось?

Да, господи… множество всяких способов в природе существует… ту же самую тротиловую шашку в пробуренном рядом с трубой шпуре – никто не отменял! Впрочем, есть и иные, не столь уж вызывающие и настолько шумные методы…

Так или иначе – а машина Фоггерти сегодня поехала по запасному маршруту. Под каким там он у них номером значился – не столь уж и важно. Главное – она свернула. Ну, а повернуть на этом перекрёстке можно только в одну сторону.

Нет, он мог и вовсе домой вернуться… но пока для этого не имелось никаких оснований. Охрана клиента всегда реагирует подобным образом – выбирает оптимальный (с точки зрения безопасности, разумеется) маршрут.

Это уже определённый шаблон поведения, если хотите…

А люди, привыкшие действовать в рамках привычного шаблона, иногда теряются при резкой смене обстановки.

Впереди, приблизительно через пару километров, на трассе находился стационарный полицейский пост. Там имелся отворот в сторону одного важного объекта, вот, для контроля данного перекрёстка и установили там круглосуточное дежурство наряда полиции. Рядом с будкой постоянно стояла полицейская машина – на всякий, так сказать, случай.

И, разумеется, охрана клиента об этом знала.

Их как-то раз там даже останавливали… Бог знает, по какому поводу, но запись об этом имелась в архиве городского управления полиции.

Никаких последствий для Фоггерти это, разумеется, не повлекло, но его охрана теперь могла быть спокойна на этот счёт. Это, действительно, полиция – и занимается она своим делом.

Другой вопрос, что парой километров далее на трассе произошла авария, повлекшая за собою взаимные претензии участников. И полицейская машина (как ближайшая к этому месту) срочно туда отбыла. Ибо отпускать на самотек возможную драку было никак нельзя.

Понятное дело, что полицейский в будке остался – он-то был занят своим прямым делом.

И совершенно равнодушно отреагировал на ещё один патрульный автомобиль, проследовавший следом за только что уехавшей машиной. Ну, вызвали товарищи подкрепление… всё в норме!

А тут и к объекту вдруг свернула какая-то машина… но вот в списке допущенных её не имелось!

Пришлось выйти и разбираться ещё и с ней. Лопух-водитель попросту перепутал дороги! Другой вопрос, что он отчаянно пытался перевалить свою вину на нерадивого клерка из головного офиса. И даже звонил туда, предлагая полицейскому выступить свидетелем того, что маршрут в документах был изначально неверно указан. Словом, минут десять это отняло…

В итоге грузовик таки развернулся в обратную сторону, и дежурный, ухмыляясь про себя (вот уж влетит недотёпе!), вернулся к себе на пост.

И совершенно упустил из виду, что проехавший недавно патрульный автомобиль остановился совсем недалеко от поста. С этого места будку даже было видно!

Точнее – было видно её верхнюю часть. А вот сам автомобиль был скрыт откосом.

Но, чтобы это понять, надо было остановиться рядом с ним…

– Центр – машине номер один.

– На связи центр.

– Пост полиции на трассе М17. Нас останавливает патруль.

– Секунду… Да, впереди у вас авария с последующим конфликтом между участниками. Туда уже выехала полиция, – дежурный в этот момент просматривал официальную сводку по состоянию дорожного движения. – Проезд может быть затруднён, имейте в виду.

– Понял вас. Останавливаемся…

– Принял. Буду на связи.

Прошло пару минут.

– Центр – машине номер один.

– На связи центр.

– Продолжаем движение. Нас предупредили об аварии.

– Принял.

На экране компьютера пришла в движение метка спутникового маячка – передвижение машины постоянно отслеживалось.

Никаких инцидентов далее не последовало, метка дошла до поворота к исследовательскому комплексу… где благополучно исчезла и более не появлялась.

Вообще никогда…

Поднятая по тревоге группа реагирования прошла всю трассу – ничего!

Никто не видел автомобиля и пассажиров, в комплекс они так и не прибыли.

Подключили полицию – кто-то даже вспомнил проезжавший мимо автомобиль. Но – и только. Найти ту самую патрульную машину, которая вроде бы останавливала Фоггерти, так, кстати, и не удалось…

Вспыхнувший было скандал внезапно затих – по совершенно непонятной причине. Впрочем, она была непонятна исключительно посторонним, на деле же никто не хотел привлекать внимание к личности пропавшего. А то ведь и могли возникнуть несколько неудобные вопросы… Типа – а какими-такими исследованиями в финансовой организации мог заниматься специалист по разработке боевых вирусов? Одно дело, когда он выступает на всяких там конгрессах – там люди тактичные, давно друг друга знающие, все на зарплате сидят (и у каждого свои скелеты в шкафу) и неудобных вопросов попросту задавать не станут. У самих, знаете ли, тоже не всё так уж чисто и прозрачно…

А вот обычному журналисту все эти условности откровенно пофиг – ему лишь бы сиюминутный хайп организовать! Будет скандал? Так и вовсе превосходно – именно скандалы-то и привлекают новых читателей!

И уж насколько это соответствует действительности – всем откровенно наплевать. Да хоть и вообще не соответствует – кому это после выхода статьи интересно? Ну, в крайнем случае (что бывает весьма редко), опубликуем какую-нибудь заметку – мол, не всё там так уж однозначно… и всё. Суды по такому вопросу могут вообще годами идти, всё давно уже и саму-то причину спора забудут…

Сам же автомобиль клиента, вместе с телами охранников, вывалившись из кузова большегрузного автомобиля, давно уже покоился на дне реки. Наши оперативники не стали заморачиваться сложными проблемами, и попросту расстреляли водителя и охранника через приоткрывшееся для общения с мнимым «полицейским» окно. А в салон закинули светозвуковую гранату.

Перед этим наглухо (и на короткое время) заглушили вообще весь радиодиапазон – никакой сигнал тревоги не мог пройти вообще никуда и ниоткуда. Вытащили Фоггерти, сунули его в «полицейский» автомобиль – и отчалили. А «Крайслер» лебёдкой затащили в кузов грузовика, который и последовал далее. Он-то и отметился у поворота на исследовательский комплекс.

А к тому времени – и маячок ухитрились отыскать…

Там-то он и замолк – на этот раз, уже навсегда.

И всё.

Пусть внешне от концерна ничего такого и не последовало – в смысле активных действий, но вот «кавалерию святого Георга»[22] они там задействовали на полную силу! Уж с местным-то криминалом представители финансистов чуть в дёсны не лобызались – только найдите нам нашего учёного!

Да те и рады бы… но зацепок никаких не отыскалось.

У нас – так вообще активно работала только служба перехвата да дешифровки сообщений в мессенджерах. Прочий народ даже из дому не показывался.

Директор – прислал благодарность (в т. ч. и финансовую) за успешное выполнение задания. И малость попенял за ненужную, по его мнению, активность – живой Фоггерти его мало интересовал. Кстати, оперативников тоже не забыли – приплыло и им.

Ну, а что до излишней активности…

Мой рапорт был краток – «объект устранён».

Другой вопрос, что пока он оставался жив, с ним тоже не просто так разговоры разговаривали…

Сообщение по электронной почте

«Высылаю в ваш адрес дополнительные материалы по проекту».

«Очередной транш зачислен на ваш счёт».

Телефонный разговор.

– Митчелл, что у вас там вообще происходит?! Херстайн, теперь вот Фоггерти?

– Но… сэр… мы не думаем, что всё это как-то связано…

– То, что вы там ничего не думаете – я уже понял. Хочу поставить вас в известность, что наша инспекторская группа уже две недели работает рядом с вами. А вы, между прочим, так ничего до сих пор и не увидели! И их отчёты яснее ясного показывают, что в системе безопасности у вас там не просто дыра – а зияющая пробоина! Как в пресловутом «Титанике»! Почему не была усилена охрана Фоггерти?

– Она и так находилась на достаточно высоком уровне! Совсем недавно они пресекли преступные намерения каких-то наркоманов. Те как раз и собирались на него напасть…

– И каковы были их мотивы?

– У наркоманов-то? Деньги, что ж ещё…

– Да? А опросить кого-нибудь из них вы пробовали? Нет? Я так и знал! А следовало бы!

– Мы исправим это упущение…

Высокопоставленный собеседник только фыркнул.

– В вашем штате, оказывается, есть уже специалисты по поднятию мертвецов? Не знал!

– Не понял вас, сэр…

– А что тут понимать? Помер этот ваш наркоман – от передоза. И не он один, кстати… Вот баба у них оказалась чертовски выносливой – и её пришлось дострелить. На той же квартире, что и прочих…

– Но… каким образом это…

– Таким, что перед смертью она успела кое-что поведать. Кому – это уже не столь важно. Но за организацию нападения на Фоггерти это отбросы успели, однако, кое-что получить. В том числе – фотографии будущего клиента и его авто. Даже график передвижения! И некие суммы на организацию операции.

– Сэр, но… кто мог дать им такие сведения? Никто их моих сотрудников ничего не заметил и у дома Фоггерти.

– А что, наружное наблюдение у вас по-прежнему работает по-старинке? Лично оттаптывает подошвы ботинок около подъезда наблюдаемого? Так, что ли? Ну, таким образом вы ещё долго будете топтаться на месте…

– Вы считаете, сэр, что за нападением стоят конкретные люди?

– Уверен в этом!

– Но… но кто же может быть в этом заинтересован? Понятно – Херстайн. Там, всё же, присутствовала приличная сумма денег… Но, Фоггерти?

– Вот это вам и предстоит выяснить! Срок – неделя! И… я бы, на вашем месте, очень серьёзно к этому бы отнёсся…

Глава 21

Сказать, что концерн «встал на дыбы» – это значит не в полной мере описать все последующие события. Буквально в течение одного дня последовало глобальное изменение практически всех систем безопасности. Были сменены коды доступа, и основательно изменена сама система безопасности. Появились новые, ничуть уже не скрывающиеся посты охраны и наблюдения, существенно усложнилась и кардинально поменялась процедура допуска посторонних лиц и посетителей в здания самого концерна и всех, тем или иным образом, связанных с ним предприятий и организаций. Судя по тому, насколько быстро и слаженно прошли все эти очень даже непростые процедуры, было очевидно, что нечто подобное безопасниками концерна было предусмотрено заранее. И попросту ожидало своего часа.

Также очевидно, что все эти действия начались вовсе даже не в результате похищения Фоггерти – тому явно предшествовали и некие иные процессы…

Похоже, что обещанные действия старого лиса таки возымели результат – и он очень кое-кому не понравился!

Со своей же стороны я доложил Директору – «задание выполнено, объект захвачен».

И стал ожидать распоряжений.

В то, что и этого клиента мне прикажут попросту закопать, я верил слабо. Это не бухгалтер – тот, хоть и вполне себе осведомлённая фигура, но сравнивать его с последним клиентом – попросту глупо. Разный уровень доступа и информированности – это же и вчерашнему школьнику понятно!

Ожидания оправдались – комп высветил на экране целый перечень вопросов. Прочитав первые из них, я только головою покачал! Да… прав был Нормейер!

Носители такой информации долго не живут…

И если у меня ранее и имелись бы хоть какие-то сомнения относительно дальнейшей судьбы меня самого и всей моей группы, то сейчас их можно было смело выбросить.

Ай да старый спец!

Опыт не пропьёшь!

Так говорили русские, и сейчас я имел все основания согласиться с этим утверждением. Насколько ловко и своевременно старый лис вывел из-под удара своих людей! Да и сам вовремя скрылся – не дурак!

На фоне того, что уже сейчас «накопала» моя группа, осведомлённость парней Ларри смотрелась как-то… неубедительно.

И вот что мне прикажете делать теперь?

Мы все – и это совершенно очевидно – будущие покойники. Могу допустить, что разве что меня ухлопают не одновременно со всеми, а дадут (хотя бы на какое-то время) насладиться возможным вознаграждением. А его размеры я могу представить уже сейчас – «гонорар» за Фоггерти составил шестизначную цифру на каждого участника моей группы. Не обошли на этот раз и оперативников – деньги для них также были перечислены на мой личный счёт.

Эх, парни… посоветовал бы я вам их поскорее потратить… да хоть бы и на баб спустить!

И не надо думать, что я один такой… прозорливый…

Лейла сегодня ночью была необыкновенно молчалива и задумчива. На мой прямой вопрос она ответила тоже как-то не сразу.

– Ну… ребята, конечно, рады деньгам… Но все уже задают себе вопрос – к чему же мы прикоснулись? За что нам так много платят?

– За работу – за что ж ещё?

– И ты сам в это веришь?

– А ты?

– Нет…

– Ну, я тоже не вчера с ветки слез…

Кстати говоря, изменение большинства протоколов безопасности не особо-то и помогло концерну – в некоторых компах уже успели пошуровать мои ушлые ребятки и девчата. И оставить там кое-какие закладки… именно на подобный случай.

Эх… сочувствую я безопасникам концерна.

Против вас работают не какие-то там доморощенные «мамкины хакеры» – а одни из лучших специалистов страны! Да ещё и подкрепленные почти неограниченной помощью серьёзной конторы. Мало её – привлекут ресурсы уже государственной машины. Причём, совершенно не ставя её в известность об истинном характере мероприятий и настоящей цели.

«Гарвард» может ещё и не такое!

Что, вполне успешно, проделывалось и ранее.

Другой вопрос, что сейчас на острие атаки, если так можно выразиться, стоят люди и сами по себе неглупые. Да и поблизости курсируют совсем уж мрачные «тени из прошлого» – в виде старого лиса и его команды.

А вот этого, похоже, никто пока до конца ещё и не понял…

– В концерне наблюдаются не самые радужные настроения. В прессу откуда-то просочились слухи о том, что столь быстрое распространение вируса неким образом организовано. И имеет вполне понятную – и насквозь прозаическую – причину. Иными словами – это чей-то обдуманный шаг.

Так… вот и ушки Нормейера, похоже, появились…

– Я запрашивал по этому вопросу Директора – это не мы, – согласно киваю в ответ на реплику собеседника. – Сильно сомневаюсь, что там уже успели настолько быстро обработать полученную от нас информацию.

Патрик Джей Симмонс сжимает губы – и его рот сейчас напоминает одну тонкую линию.

– Тогда… Я попросту вынужден предположить наличие ещё одного игрока! Есть ещё кто-то, кто начал уже свою войну с концерном. А если точнее – то с теми, кто в той или иной форме стоит за их плечами.

– И все последние действия безопасников концерна…

– Результат работы этого, невидимого пока нами, игрока.

Так… есть над чем подумать…

Снова беспокоить Директора ни к чему – пусть уж лучше не видит с нашей стороны никакой чрезмерной инициативы. А вот задать вопрос старому лису – следует. Причём – незамедлительно!

Обошлось и без поломки автомашины (это, в конце концов, могло кое-кого навести на ненужные подозрения). А вот для встречи с некоторыми персонажами из списка Директора – очередной мотель вполне подходил. Тут, кстати, и ничего даже придумывать не нужно – рапорт о встрече, как и полагается, лёг в архив. Не сомневаюсь, что босс это мимо своего внимательного взора не пропустит. Пусть и не сейчас – но, как легенда моего пребывания в отеле – вполне покатит.

А вот милой моей Джессики на этот раз на месте не оказалось – трубку подняла совсем другая девушка. Правда она оказалась вполне себе любезной и даже предложила мне заменить отсутствующую подружку. Между прочим – новость! Я-то, по простоте душевной полагал, что моя хорошая знакомая живёт одна. Ан нет – там, оказывается, и подружка присутствует…

– Ну… хорошо… раз уж её нет на месте… Адрес знаете?

– Она смеётся.

– Не считайте меня ясновидящей! У меня… ну… несколько иная профессия!

– Записывайте.

– Запомню так.

Называю адрес и номер. Заодно прошу купить бутылку виски.

– Кстати, зовут-то тебя как?

– Сара.

– Ну, заодно и познакомимся!

Раз уж я начал играть роль туповатого морпеха – так и надо выдерживать её до конца. Тащить в постель всех подряд, пить и развлекаться – этого от меня все и ждут. Так что, не станем разочаровывать посторонних (но очень даже внимательных) наблюдателей. Народ, в конце концов, тоже на работе. Вот только выпить «в одну харю» (опять русское выражение…) целую бутылку виски… да так, чтобы находящийся рядом человек, этого не понял… И голову при этом ясной сохранить – чтобы чего-то сдури не разболтать.

Нелёгкая задача!

Не надо недооценивать проституток – они могут быть (да чаще всего и бывают) очень даже наблюдательными! И малейшую фальшивую нотку могу почувствовать сразу же. Ну да ладно… я ещё и её напою!

Точно! Вот и выход из неудобного положения отыскался!

Впрочем, он не потребовался…

– Вот уж не ожидал, что у тебя так много имён!

Майя тихо смеётся.

– Привыкай…

– Да я, как бы, и совсем даже не против! Ты меня устраиваешь независимо от того, каким именем тебя сегодня надо называть.

Она чмокает меня в щёку и продолжает свой рассказ.

Да… старик Нормейер лишний раз подтвердил своё мастерство – снимаю шляпу! Даже и представить себе не могу, на кого он там ухитрился выйти – но, результат говорит сам за себя. Нашим оппонентам сейчас реально невесело – очень многие планы дали опасную трещину.

Я понимаю, что тот самый концерн – лишь верхушка айсберга. Очень даже возможно, что и не одна…

Но наши временные (не надо быть столь самоуверенным, чтобы полагать их постоянными попутчиками) союзники, как я понимаю, люди и без того достаточно хорошо осведомлённые. И обо многом знают вполне достаточно, чтобы знать – кого и за какую часть тела надо основательно подёргать.

Что они и не преминули сделать.

– На наш счёт…

– На какой это счёт?

– У отца всегда есть несколько счетов… на все случаи жизни.

– Ага!

– Так вот, туда уже перечислена изрядная сумма. Конкретно тебе оттуда положено десять миллионов евро.

Однако!

У парней нефиговый замах! И неслабые возможности.

– Интересно, кого же это раскопал твой отец?

– Он давно знает этого человека. Его имя тебе ничего, к сожалению, не скажет…

– Ну, мне оно как-то и без необходимости. Достаточно и того, что они платят.

Девушка тихонько смеётся.

– Они не только платят. Всем участникам операции с нашей стороны будут предоставлены гарантии безопасности.

– В смысле?

– Никого не смогут найти. Даже если очень захотят… Это весьма серьёзные люди с большими возможностями.

– Всем?

– Тебе лично, отцу и его команде.

– А тебе?

– Ну, а я-то куда от вас всех денусь?

– Ото всех?

Она снова смеётся.

– Ну, хорошо… от тебя! Это ты хотел услышать?

Откровенно говоря, да. Именно это! Ничего ей не говорю, просто осторожно к себе прижимаю.

Да, я весь из себя черствый – как армейский ботинок. Жестокий и безжалостный – как это говорят многие. Пьяница и бабник – в этом тоже уверено дофига народа, и я тщательно этот образ поддерживаю.

Всё так…

Но вот Майя… к ней у меня отношение совсем особенное. Да, играя эту роль, она спала рядом со мной – так было нужно.

Но спать рядом – и спать вместе… это, знаете ли, разница! Для тех, кто так и не понял разницы – мне эта девушка очень дорога! Сам даже и не знаю, почему я так к ней привязан?

Разговор по закрытой линии связи

– Я рад слышать, Роджер, что ваши дела несколько пошли на поправку.

– Увы, сэр, пока ещё не в полной мере…

– Но прогресс-то есть? Вы же не станете отрицать очевидного?

– Не стану. Нам удалось добиться некоторых, весьма позитивных для нас, результатов. Но останавливаться ещё рано.

– Понимаю… Я переслал вам некоторые материалы…

– Да, сэр, я их уже изучил. Нет, это не мы.

– А жаль! Я-то, было, воспрял духом! Думал, что вы научились использовать в своих целях даже такие серьёзные структуры…

– Увы… вы же и сами знаете, что нам трудно было бы достичь взаимопонимания с представителями некоторых… э-э-э… ну… старых фамилий. Не то, чтобы им претили наши методы работы… но вот делиться с кем-либо своей властью и возможностями… это, скажем так, не в их правилах.

– Да… К сожалению, их так и не удалось в этом убедить… Чем же тогда можно объяснить эту неожиданную активность?

– Это, как раз, понятно. Действия представителей «новых денег» напрямую угрожают их благополучию. В конце концов, это не могло слишком долго оставаться в тайне. Да и невозможно исключить того, что «новые деньги» сами могли инициировать начало переговоров. Иначе вся их деятельность в данной области попросту не имеет смысла. Всякая война заканчивается договорами! Не думаю, что эта станет исключением. Никому не интересно пировать, сидя на развалинах своего дома. Обрушить рынок… это не нужно никому!

Директор был абсолютно уверен в своих словах. И неожиданный скепсис собеседника его несколько напрягал.

– Ну… возможно… – хмыкнули на той стороне провода. – Но я бы советовал вам использовать данную ситуацию с пользой для организации.

– Мы уже начали определённые действия в этой области. Часть полученных нами материалов может быть передана в Европу. Разумеется, с соблюдением всех мер предосторожности.

– Вы не хотите афишировать своего участия?

– Нет. Там неглупые люди. И приняв материалы, они – рано или поздно – зададут себе вопрос! И вы сами понимаете, какой…

– Зачем это нужно нам?

– Именно так, сэр.

– Возможно, вы правы, Роджер. А вы абсолютно уверены в том, что никаких контактов между представителями организации и… э-э-э… скажем так, европейцами, в настоящее время не имеется?

– Исключено, сэр! Все, кто работает по данной теме, не покидали пределов США. И не вели переписку ни с какими посторонними корреспондентами – мы это отслеживаем постоянно.

– Вы абсолютно в этом уверены?

– Да, сэр! Я лично контролирую ход операции!

– Мне бы вашу уверенность, Роджер…

Положив трубку, Директор некоторое время сидел в раздумьях. Старик явно что-то знает! Но, что именно – и откуда? Совершенно очевидно, что, уйдя на отдых, он сохранил какие-то каналы получения конфиденциальной информации.

Пусть!

Это не страшно. В конечном итоге, он-то, как никто другой, должен понимать, что всё, что делает его преемник, направлено к той же конечной цели.

Но как тогда понимать его слова?

Утечек информации нет – это совершенно точно. Хаст не имеет (да и никогда не имел) возможностей выхода на представителей высшей финансовой аристократии мира. Да его и на порог не пустят, что бы он там с собою не принёс!

То же самое можно сказать и о его группе – это птицы не столь высокого полёта.

Да, специалисты.

Возможно, что и очень серьёзные.

Способные вбросить какое угодно послание в чью угодно почту – в этом Директор как раз и не сомневался.

Но сделать это из чистого альтруизма? Без материальной компенсации?!

Вот уж бред…

Они, не моргнув глазом, проводили на «другую работу» своего соратника. И ведь не могли же не понимать, что провожают его прямо в мир иной. В системе зафиксировали запрос о его прибытии к новому месту службы. И запрос этот поступил с компьютера одной из девиц группы Хаста.

Так что, всё они там прекрасно понимают…

И рисковать собственной головой, ввязываясь в авантюру с сомнительным исходом – там точно никто не станет. Их честность по отношению к организации – залог их выживания. И никакого другого варианта попросту не имеется.

Впрочем…

Он нажал кнопку на селекторе.

– Марк? Вызовите ко мне Хаста.

Глава 22

«Зачем он поднял меня так рано? Причём, не так, как это всегда происходило – позвонил его секретарь… Обычно Директор звонит сам и выясняет интересующие его вопросы сразу. Но, здесь – мой номер набрал его секретарь… почему?»

Выворачиваю руль, объезжая небольшой затор на шоссе. Ничего серьёзного, просто столкнулась парочка автомобилей. Владельцы машин стоят рядом и, покачивая головами, разглядывают повреждения на своих машинах.

«Итак, о чём это я? Секретарь… Почему со мной связался именно он?»

– Джон, вам следует явиться на приём к руководству. Завтра, в десять часов.

– Понял. Какие материалы я должен буду доложить?

– На этот счёт указаний не имеется.

– Нужно ли мне взять с собою кого-то из технических специалистов?

– Нет. Вы должны прибыть лично – это всё, что я могу вам сказать.

И более ничего…

Ладно, «включаем голову» – как говорил один мой хороший знакомый…

Технические подробности боссу не интересы – значит, речь пойдёт не о последнем выполненном задании.

Материалы… так они у Директора и так всё есть… Мой вопрос тут явился несколько провокационным – надо было понимать чего от меня не требуется. То есть, речь об уточнении каких-то непонятных руководству моментов не идёт.

Уже проще.

На какие вопросы я вообще могу отвечать, не используя справочных материалов и не прибегая к помощи конкретных специалистов?

Моральное состояние группы – раз!

Интересно ли это Директору?

Ну… возможно…

Потребность в оснащении и снаряжении?

Точно – нет. Я только за оружие могу что-то сказать, в сложных технических и, тем более, программных, проблемах из меня плохой консультант.

Отпадает, меня явно не за этим сдёрнули.

Перспективы дальнейшей работы?

Какой, простите?

Нового задания нами так пока и не получено. Общие вопросы… и ничего более конкретного. Так что и отвечать тут нечего.

Тоже мимо…

А что тогда?

На какой вопрос могу ответить именно я?

Личный?

С кем сплю и выпиваю?

Сомнительно, чтобы этим занимался главный босс – у него и других дел предостаточно.

Нормейер?

А вот это уже теплее…

Но, не думаю, чтобы, установив факт нашей встречи тогда на шоссе, Директор стал бы так долго выжидать. Это уж и вовсе из разряда чудес! Допустить к выполнению серьёзнейшей операции человека, чья преданность под вопросом… настолько наивных людей в «Гарварде» попросту не имеется.

Будем исходить из того, что эта встреча так и осталась незамеченной.

Майя!

Я чуть не затормозил!

Если «ключари» установили её личность…

То нас взяли бы ещё ночью – прямо там, в мотеле.

Тоже не катит…

А тогда, остаётся только одно – моя личная благонадёжность. И – соответственно, благонадёжность всей моей группы. Похоже, что операция выходит на финишную прямую, и боссу дозарезу требуется уверенность в том, что никто из нас не решит в последний момент «соскочить». Я, правда, с трудом себе представляю, как можно по-тихому «слинять» (опять русские словечки!) из охраняемой и напичканной всевозможными системами безопасности зоны… но, Директору, надо думать, виднее. Наверное, таковой способ всё же имеется…

Так, понятно.

И что же я буду отвечать своему шефу?

Думай!

Пистолет тут не поможет…

Его, кстати, пришлось сдать на входе.

Странно!

В последние мои визиты к биг-боссу, охрана относилась ко мне более лояльно и такого не требовала. Ну, впрочем, это их работа…

– Сэр!

– Присаживайтесь, Джон… – указывает на кресло у стола Директор.

Так, с этой стороны всё по-прежнему – я всегда именно на этом месте сижу. Ну… во всяком случае – сидел тут раньше. Ещё неизвестно, где я сегодня вечером буду… г-м-м… сидеть.

Босс молчит, что-то просматривая на экране компа.

Что ж, он тут главный, ему и решать…

– Вот, что, Джон… – наконец отрывается он от монитора. – Что вы мне можете сказать по вопросу обеспечения безопасности?

– Безопасности чего именно, сэр?

– Вашей группы.

– По вопросам информационной безопасности я всецело доверяю Аннет Маршан – у меня нет оснований сомневаться в её квалификации. С её точки зрения всё обстоит должным образом. Разумеется, сэр, мы можем отвечать только за тот трафик, который идёт внутри пределов группы – внешние каналы передачи информации нам не подконтрольны.

– Этим занимаются соответствующие службы, – кивает хозяин кабинета. – Так что на этот счёт можете быть спокойны.

Ага!

Стало быть, биг-босс исключает утечку данных из компов? Не слишком ли самоуверенное заявление? Учтём…

– За физическую безопасность моих людей, – я особо подчеркнул это слово, – отвечает прикомандированное подразделение оперативников и служба охраны базы. Ни те, ни другие мне не подконтрольны и никак передо мною не отчитываются. По этой причине я не могу ответить на этот вопрос должным образом. Прошу понять меня, сэр…

– Угу… – кивает собеседник. – Далее?

– Никакой личной переписки мои сотрудники не ведут. Общение по телефону с родными – только по проводной связи в отведённое для этого время – и из специального помещения. Мобильная связь используется нами только в рамках выполнения служебных задач. Ну… – тут я слегка запинаюсь, – …и для разрешения некоторых вопросов личного характера – среди сотрудников группы.

– Всех?

– Нет, сэр! Должен признаться, что я сам несколько раз звонил по мобильному телефону в… э-э-э…в личных целях…

– Шлюх заказывал? – усмехается Директор.

– Э-э-э… да, сэр! Три раза, сэр!

– Одну и ту же, надеюсь?

– Разных, сэр. Какие попадались…

Биг-босс постукивает пальцами по столу.

– Джон… Нами зафиксирована утечка оперативных материалов. В том числе – и тех, к которым имеет доступ ваша группа. Мне бы хотелось услышать твои соображения по данному вопросу.

Так… Это уже прямо в лоб. Сейчас он назовёт конкретные даты и имена…

– Могу я уточнить, сэр, какого рода эти материалы? Текст? Аудиофайлы или видеозаписи? Бумажные носители?

– Это имеет значение? – удивляется мой начальник.

– Да, сэр, имеет. Бумажные носители не могут покидать пределов рабочих помещений – это требование протокола «А-8». В помещениях ведётся постоянная видеозапись – я сам обнаружил там несколько скрытых камер. Понимаю, что всё это делается в интересах безопасности, и поэтому я ограничился только подачей рапорта начальнику группы оперативников. Но вынести любой документ при таком контроле… – качаю головой. – Это невозможно, сэр!

– Хорошо… допустим! А электронные документы?

– Мы не имеем посторонней связи с внешним миром – только телевидение и радио. И только на приём. Это необходимо по самым разным причинам. Весь компьютерный трафик проходит через сервер базы, где его, насколько я в курсе, контролируют. Мои специалисты не могут работать без связи с интернетом, сэр!

– Понимаю, – медленно кивает Директор. – Работа ваших хакеров стала бы совершенно невозможной.

– Да, сэр! Именно так, сэр! А все материалы службы наружного наблюдения предоставляются нам также через сервер базы – там имеется закрытый раздел. Напрямую с теми, кто осуществляет наблюдение, мои сотрудники не контактируют. Более того!

Биг-босс заинтересованно наклоняет голову – ну?

– Я обращался с рапортом, чтобы мне было разрешено фиксировать на видео также и рабочий процесс – мне было в этом отказано.

И я, кстати, прекрасно понимаю – кем и по какой причине. Ибо любая фиксация работы моей группы – это след. Уж чего-чего, а следов мой босс оставлять точно не хочет… мало ли кто может увидеть эти записи?

– Так… – медленно произносит Директор. – А вы готовы взять на себя ещё и руководство оперативниками?

– Нет, сэр, не готов. Со своей бы работой справиться…

Биг-босс молчит, что-то просматривает на мониторе. Потом поднимает голову и пристально смотрит на меня.

– Хорошо, Джон… вы смогли меня убедить. Можете возвращаться к своим парням. И… к девушкам…

Глава 23

Элегантный представительский автомобиль остановился неподалёку от здания бизнес-центра. А следом за ним, чуть не доезжая, притормозила ещё одна машина. Пассажиры её быстро выскочили наружу и внимательными взглядами ощупали окрестности. Ничего подозрительного они не увидели, и один их них поднёс ко рту руку.

– Зелёный свет. Повторяю – зелёный.

– Принято! – отозвался начальник охраны вип-персоны.

Означенная персона находилась в первом автомобиле и пока не спешила его покидать. Мало ли…

Слишком уж много странных совпадений произошло за последнее время… с теми, кто уже по умолчанию, был застрахован от такого рода происшествий. Это на среднестатистического прохожего мог упасть не то что кирпич – даже от обрушения железобетонной балки его никто защитить не мог! А вот на некоторых, скажем так – далеко не рядовых граждан, даже пролетающая птица не рискнула бы нагадить – слишком уж велики были бы последствия от такого необдуманного поступка! Даже и для неё…

И – тем не менее! Эти события всё же произошли.

На первый взгляд – случайность.

Заглох мотор в легком самолёте. Бывает – нарушилась подача топлива. Но, дело в том, что этот самолёт всегда проверялся с особой тщательностью – и ничего неприятного в этом случае обнаружено не было. Система надёжная, годами проверенная… дублированная, наконец! Но, так или иначе, а мотор заглох.

И именно по причине неисправности топливопровода.

Да, пилот мог постараться посадить самолёт и в данном случае – опыта хватало. Если бы внизу была земля… а вот её-то, как раз, и не имелось – полёт проходил над морем. Так что, мягкой посадки не получилось – вышло, так сказать, приводнение.

Впрочем, и это не стало бы чем-то фатальным, сработай штатно спасжилет. Тоже ведь конструкция проверенная – самонадувающийся, он мог держать своего хозяина на воде сколь угодно долго. Но… скажете, и тут – случайность?

Так или иначе, но пилот погиб. Утонул…

Самолёт подняли.

Достали, разумеется, и тело погибшего.

И спасжилет, вместе с обломками самолёта, изучили со всей тщательностью.

Вывод – таких случайностей, да ещё и одновременно произошедших – не бывает.

Ладно…

Покойный отличался несколько своеобразным характером. Любил жизнь – во всех её проявлениях. И не чурался простых житейских радостей.

Бабником он был, проще говоря…

И ни одной смазливой мордашки (кому бы она ни принадлежала) не пропускал. При этом, у него было достаточно средств, чтобы заглушить в зародыше любые скандалы по этому поводу.

Но, как внезапно оказалось, далеко не каждый такой скандал можно заглушить или урегулировать подобным способом.

Расследование показало – вот эту, конкретную, девушку трогать всё же не стоило… Ибо её отец (приехавший из далёкой северной страны) являлся весьма известным (в узких кругах) человеком. Бандитом, проще говоря… И ему очень даже могло не понравиться столь пристальное внимание к его дочери.

Надо полагать – и не понравилось.

Лица, проводившие дознание, зафиксировали ряд телефонных звонков, сделанных с телефона одного из его близких лиц. По странному совпадению, некоторые из номеров, на которые были сделаны звонки, принадлежали лицам, связанным с обслуживанием и эксплуатацией самолётов. Именно той марки, к которой относился и потерпевший аварию летательный аппарат.

Для следствия этого было, однако, недостаточно.

Ни один суд не принял бы во внимание столь неубедительные доказательства. Но туда никто и не подумал обращаться – есть и иные методы восстановления справедливости.

Другой вопрос, что, в сложившейся ситуации, открытая война с не самой слабой криминальной группировкой не была нужна никому. И вопрос временно отложили… до лучших времён.

Увы!

Эти времена ещё не успели наступить, когда автомобиль не менее уважаемого финансиста на полном ходу протаранил бензовоз. В критический момент «внезапно» отказали тормоза.

Исследовать там не удалось ничего – пожар был слишком силён.

Но тормоза на машинах данной марки не отказывают! Во всяком случае – настолько вовремя…

Что-то там глухо прозвучало… типа, несанкционированное дистанционное отключение некоторых систем автомобиля…

Тоже, скажете, случайность?

Фирма-производитель нехотя допустила такую возможность. Мол, ну… при сочетании ряда определённых условий… но только в стенах лаборатории! И с помощью целой кучи весьма специфического оборудования! В исследовательских целях, разумеется!

Но приглашённые специалисты их точку зрения, увы, не разделили.

– Если нельзя доставить автомобиль в лабораторию, никто не мешает совершить обратный процесс. В конце концов, оборудование совершенно не обязательно монтировать на красивых стационарных стендах – в кузове грузовика оно тоже прекрасно размещается. А этот самый грузовик вполне может встать вообще где угодно – хоть прямо у офисного центра! – пояснил старший группы специалистов.

– Вы хотите сказать, что авария подстроена? – задал вопрос один из безопасников.

– Вот такой блочок, – продемонстрировал коробочку величиной в полпачки сигарет инженер, – вполне способен перехватить управление большинством функций современного автомобиля. И вы узнаете об этом в последний момент – когда внезапно скакнут вверх, например, обороты вашего двигателя.

– Это настолько легко сделать?

– Ну, заезжая на сервис для диагностики, вы ведь уже давно не подключаете свой автомобиль проводами к контрольной аппаратуре, так? Всё делается дистанционно… вообще всё…

– И вы можете отыскать такое устройство?

– Не в этой куче обгорелого железа, увы… – кивнул специалист в сторону ангара, где находились останки разбившегося автомобиля. – Если б не пожар… Тогда ещё имелся бы шанс…

Вот и озаботились ответственные лица безопасностью определённых… хм-м-м… отдельных граждан…

Что, однако, сработало не в должной мере.

Нет, никакие уличные грабители и наркоманы ни на кого из уважаемых людей и раньше не бросались. Не следует считать тех, кто отвечал за их безопасность, совсем уж глупыми людьми.

И их вилл давно уже никто не грабил. Все, кому положено знать, и так прекрасно были в курсе того, кто именно живёт по указанному адресу. А уж, каким образом они донесут эту информацию до сведения всяких там мелких жуликов и уличных гопников… это уже не наше дело!

Так что кардинальных изменений не потребовалось. По мелочи… появились незаметные люди в штатском, внимательно отслеживающие обстановку вокруг охраняемых персон. Развернулись в некоторых местах неприметные фургончики, тщательно мониторящие радиоэфир – на предмет всяких интересных переговоров…

И вся полученная разными способами информация ежедневно анализировалась. Специалисты искали след… Хоть какой-нибудь! Ну, не может же быть так, что все эти случайности произошли совершенно спонтанно!

И что-то вроде бы стало уже вырисовываться.

Майкл Лангемак, несмотря на относительную молодость, являлся достаточно серьёзной фигурой. Особенно – для тех, кто что-то понимал в финансовом мире. В своё время он плотно работал с такой интересной компанией, как пресловутый «Хабр»[23]. Потом… на какое-то время он исчез – не в смысле, что пропал без вести, а просто перестал мелькать в поле зрения вездесущей прессы. Да и вообще он очень сильно ограничил круг своего общения.

Прошло десять лет – и он снова попал в поле зрения журналистов. С его именем стали связывать различные финансовые операции – и не все они совершались традиционным образом. То есть – с помощью привычных всем банковских переводов и тому подобной деятельности.

И тогда журналисты направились прямо к нему.

Лангемак не стал, по своему обыкновению, уходить в тень и уклоняться от вопросов.

Напротив – он дал обширное интервью, в котором очень подробно и логично описал то будущее финансового рынка, которое, по его мнению, уже стоит на пороге дома.

Не сказать, чтобы это интервью вызвало скандал – в конце концов, он просто публично озвучил то, о чём говорили уже давно.

А умные люди, прочитав статью, сделали однозначный вывод – Майкл достоверно знал о чём говорить. И кому…

Его интервью – это своего рода заявление.

Мол – мы этого хотим!

И – добьёмся своего!

Любым путём… – а вот это поняли немногие…

Формально – он никуда не входил. Ни в какой наблюдательный совет, ни в члены правления – никуда. Так… привлечённый консультант – не более того.

Консультант?

«Этот человек стоит не менее пары миллиардов долларов» – вывод конкретных специалистов из-за океана был безаппеляционным. Вот тебе и консультант… а сколько же тогда стоят его заказчики?

Став столь известным, Лангемак мало что изменил в своей жизни. Он по-прежнему жил уединённо – в своей вилле в швейцарских горах. Почти никого не принимал, да и сам редко куда-то выезжал. Совсем уж затворником он не был и женского общества не чурался. И продолжал слыть остроумным и интересным собеседником. Все попытки всевозможных «золотых рыбок» и просто искательниц приключений хоть как-то его охмурить и «захомутать» так и остались безуспешными. Нет, в постель-то его кое-кто ухитрился затащить… но дальнейшего развития это так и не получило.

Майкл оказался невероятно зубастым и крайне злопамятным.

Попытка одной из таких «девушек» выставить его отцом своего ребёнка (несмотря на тщательную подготовку и немалые средства, вложенные в эту операцию) закончилась оглушительным фиаско. Незадачливая шантажистка получила тюремный срок. И, несмотря на визг в прессе (а, может быть, именно благодаря ему…), оказалась раздета буквально «до трусов» – сроку сопутствовал ещё и громадный штраф. Который пришлось выплатить до последнего цента – адвокаты Лангемака были упорны в своём стремлении довести дело до точки.

И довели.

Они, совсем уж под занавес, раскопали подробности того, что «несчастную» пострадавшую специально готовили именно под Майкла. Учтены были все его пристрастия, привычки и всё прочее (по крайней мере, то, о чем писалось в прессе). Был подобран и должным образом проинструктирован наиболее подходящий типаж – на эту приманку клиент должен был неминуемо «запасть».

В конечном итоге, в активе этих людей значилось уже несколько подобных операций – и все они дали должные (и очень в финансовом отношении ощутимые) плоды.

Но не в данном случае – юристы Майкла не побоялись раздуть грандиозный скандал, который обошелся заказчикам всего мероприятия в громадные деньги. Лангемаку это тоже влетело недёшево – но он ясно дал понять, что любого, кто рискнёт посягнуть на его деньги, ждут очень и очень тяжелые последствия. Его самого и всех, кто будет стоять рядом. В любой форме и любом проявлении. Хоть бы и кофе подносить…

Вся эта история с шумом и жаром обсуждалась в прессе – до самого последнего момента.

Вывод был очевиден – этот человек не даст себя обмануть. Лучше и не пробовать…

Да – он не джентльмен.

И что?

Он богат – и этого достаточно. Имеет право поступать так, как считает нужным. И – в конце-то концов – всё же происходит в рамках закона!

А этично или неэтично – это не имеет никакого отношения к делу…

И вот этот самый человек однажды выехал на деловую встречу.

Стоит ли упоминать о том, что выезжал он не на такси? Для этой цели у него имелся личный автомобиль с соответствующим сопровождением. И занимались такими поездками люди, в своей профессии весьма компетентные…

В назначенное время кортеж выехал за ворота уединённой виллы (куда, кстати, ни разу не смог попасть никакой репортёр, не говоря уж о каких-то там искательницах приключений) и свернул на основную дорогу.

Проложенная ещё в давние времена, она отличалась своеобразной основательностью и капитальностью.

А как же иначе?

Отличавшиеся своей предусмотрительностью власти страны ещё когда озаботились дорожным строительством – ведь эти шоссе связывали между собой не только отдалённые поселения и небольшие городки. Там имелись и заранее подготовленные к обороне укрепления. Мало ли…

По существовавшей в то время военной доктрине, эти рубежи занимались резервистами, которые в этих самых городках и проживали. Форма, оружие и некоторый запас патронов у них хранился по домам. Так что с мобилизацией всё обстояло достаточно неплохо. А всё прочее имелось на складах – в тех самых укреплениях. В мирное время там и гарнизона-то никакого не было – так, парочка сторожей…

Зато в военное – они очень быстро заполнялись местными жителями. Которые прекрасно были в курсе того – куда и в какое время каждый из них должен быстро добраться.

Но… война так и не началась.

И – слава богу!

Большая часть укреплений так и осталась стоять в рабочем состоянии – даже и сторожа по-прежнему сидели на своих местах. Что-то законсервировали, вывезя оружие и боеприпасы, что-то постарались перепрофилировать – но таких объектов было немного. А вот прекрасные дороги – остались и никуда и не подумали исчезать. Ведь шоссе всегда остаётся самим собой. И не так уж и важно для чего его строили изначально – ездить всегда лучше по благоустроенной дороге, нежели просто по просёлку. Да и потом – это же горы! Здесь не так-то уж и много объездных путей…

Вот и кортеж Лангемака сейчас ехал по одной из таких дорог – в прошлом соединявший ряд городков и посёлков с такими вот укреплениями. Но сейчас на ней мало что напоминало о военном прошлом. Никаких тебе постов или шлагбаумов. Даже знаки, ранее запрещавшие съезд ко всяким «интересным» местам уже давно отсутствовали. А зачем, спрашивается?

Местные жители – и так всё давно об этом знали. А гостей тут было немного – да и всё они чётко понимали, куда и к кому они едут. В крайнем случае, выручал навигатор – программа безошибочно подсказывала нужный поворот.

Машина Майкла, в сопровождении автомобиля охраны, миновала одну такую горную деревушку, пропетляла у всех на виду по серпантину и въехала в тоннель.

И всё…

Никто более никогда не встречал ни самого «консультанта», ни лиц, сопровождавших его в той, последней, поездке. С другой стороны тоннеля машины так и не выехали…

Надо сказать, что поиски пропавших начались уже к вечеру.

Для начала просмотрели видео с камер на въезде в город, где предполагалась встреча.

Нужные автомашины там не обнаружились.

Запрос в поместье Лангемака подтвердил – он выехал вовремя и к вечеру собирался быть на месте.

Проверили информацию с постов на трассе – искомые машины и там не появлялись.

То есть, на равнину кортеж не выезжал…

Район поиска резко сузился.

И уже утром вертолёты высадили несколько групп розыска.

По горной дороге, навстречу друг другу, выехали группы на автомашинах. А высадившиеся с вертолётов розыскники начали осторожный (чтобы никого раньше времени не спугнуть…) опрос местного населения.

Всего в поисках было задействовано чуть менее сотни человек.

Блин, если бы так искали всех прочих преступников!

Глава 24

– Вот здесь эти машины видели в последний раз! – курсор остановился на названии горной деревушки. – Между четырнадцатью и пятнадцатью часами вчера. До следующего населённого пункта – девять километров. Там никто таких машин не замечал.

– Так… – собеседник увеличил изображение на экране своего компа. – Что тут у нас по пути…

– Да ничего особенного. Тоннель, пара съездов на второстепенные дороги… Населённых пунктов нет. Сыроварня – с прошлого года не работающая.

– По какой причине?

– Умер хозяин. А наследников, которых интересовал бы переезд в такую глухомань, у него не имелось. Продать здание никому не удалось – так и стоит пустым.

– Распорядитесь всё там проверить!

– Группа уже выехала.

– Что ещё?

– Пока всё…

Не густо… Но и такие люди тоже пропадают не каждый день! Надо проверить всё!

Скрипнув тормозами, два черных джипа остановились перед запертыми воротами. Заржавевший от времени замок красноречиво утверждал, что ими не пользовались уже давным-давно.

Впрочем, прибывших «гостей» это ничуть не огорчило и ни в коей мере не стало препятствием – можно ведь и попросту через забор перемахнуть.

Что они и не преминули сделать.

Быстрый осмотр здания и прилегающей местности показал – в дом никто не заходил, замки не тронуты и все окна заперты. Изнутри… Тут никто не появлялся.

А вот на площадке за домом – где когда-то останавливались прибывавшие за сыром автомашины, кое-что интересное всё-таки нашлось!

– Смотри, Вилли, видишь вон тот фонарь?

– На дальнем столбе? Ну, вижу…

– Как он загорался?

– Ну… наверное, как и все прочие – кто-то поворачивал выключатель…

– Это так, но откуда к нему подходило электричество?

– По кабелю.

– И где же он? Ты его видишь?

Тот к кому был обращён вопрос, огляделся по сторонам.

– Э-э-э… под землёй?

– А почему у всех прочих фонарей это не так? Ко всем подведены воздушные линии! И только здесь – причём, на самом дальнем столбе, отчего-то решили уложить его в подземную трубу?

– Почему – в трубу?

– Ну, не придирайся! Не просто же так его в землю закопали?

Провод, в итоге, отыскался. Он, собственно, никуда и не пропадал – лежал рядом со столбом. Просто заметили это, лишь подойдя совсем близко. Его аккуратно отрезали, сняли с изоляторов, свернули в бухту и положили на землю. И сделано это было не так-то уж и давно – место, где «перекусили» кабель, поблескивало свежим металлом.

Зачем и кому это было нужно?

Ответ нашелся…

На площадке обнаружились непонятные следы. По более внимательному рассмотрению, кто-то из присутствующих высказал своё предположение.

– Так это же следы посадки вертолёта! Вот, и провод по этой причине убрали – чтобы винтам не мешался.

К вечеру около сыроварни стояло ещё несколько автомашин. А утром над ней завис ещё и вертолёт – чуткая аппаратура на его борту тщательно сканировала местность.

К вечеру этого дня дали свои результаты и прочие мероприятия. Удалось отыскать свидетеля, который видел этот самый неизвестный вертолёт – он, действительно, взлетал откуда-то из этих мест.

Тут уже пришли в движение и совсем уж серьёзные связи – благо, что у розыскников (точнее – у тех, кто их нанял) таковые имелись в достаточном количестве.

К поиску подключили ещё один вертолёт – на этот раз он принадлежал крайне серьёзной структуре. Государственной и крайне необщительной. Но… деньги и связи иногда могут очень многое…

И, благодаря некоей специфической аппаратуре, которая имелась на борту этого вертолёта, удалось найти пропавшие автомашины!

Они обе были спрятаны в стогах сена – каковые тут были кое-где разбросаны. Тут ведь не только горы… есть и относительно ровные места. А на них, со времён и вовсе незапамятных, население косило траву для своих нужд.

Вот там и обнаружились оба автомобиля.

Один – самого Майкла, целый и невредимый. Если только не обращать внимания на выбитое стекло в водительской двери… А вот во втором… там имелось некоторое количество характерных отверстий… явно не заводского происхождения. Поиски резко активизировались – на этот раз искали уже место, где были остановлены машины. Ибо совершенно очевидным был тот факт, что на место обнаружения их пригнали уже после всего. Почему?

Да потому, что на окровавленное водительское сиденье машины охраны был наброшен кусок брезента – сидевший за рулём человек не хотел испачкать свою одежду свежей кровью. Значит, машины сюда откуда-то пригнали… откуда?

Неожиданный результат удалось раскопать в… тоннеле!

Три десятка гильз – свежих, недавно отстрелянных! Ещё остро пахнувших порохом. Часть – стандартные 9×19 мм, а вот остальные… редко встречающийся патрон 9×21 мм. Повышенной мощности и с бронебойной пулей.

Действительно – крайне редкий, для данных мест – так и вовсе экзотический патрон. Русского производства…

Но – тоннель?

Связи сработали и здесь.

– Там, под землёй, есть некий объект. Специальное ответвление тоннеля уводит к укреплениям. В настоящий момент они законсервированы и там никого нет. Во всяком случае – не должно быть. Все механизмы форта обесточены и не работают. Под напряжением находятся только системы охраны и сигнализации. Шлюзовые ворота, перекрывающие доступ в тоннель – также обесточены, – пояснил ситуацию спешно прибывший специалист.

– А они-то там зачем? – вопросительно приподнял бровь старший группы розыскников.

– В нужный момент они закрываются, полностью отрезая тоннель от внешнего мира. Включается вентиляция – и добро пожаловать в бомбоубежище! Никакая бомба не сможет пробить эту гору.

– Бомбоубежище длиной почти в километр?

– Оно в этой стране не единственное – есть и побольше.

– Ну хорошо, – кивнул старший, – а какое это имеет значение для поиска?

– Воротами можно перекрыть тоннель ещё в нескольких местах. Мало ли… входные шлюзы могут быть повреждены…

– Ага! – уловил мысль розыскник. – И вы думаете, что…

– Машины могли остановить и подобным образом. Сомневаюсь, что «Мерседес» способен тараном проломить створку весом в пару тонн…

А когда такие вот «ворота» закроются ещё и за спиной… Старший группы всё понял.

– Мы можем как-то это проверить?

– Да. Я знаю, где находится резервный вход. И мы можем отключить систему сигнализации. Снаружи…

Два джипа подрулили ко входу в тоннель. Свернули в сторону и остановились на специальной площадке. Выбравшийся наружу инженер, осмотрелся и кивнул, указывая направление.

Идти оказалось не так-то уж и близко, но вскоре вся поисковая группа остановилась около отвесной гранитной стены – дальше хода не было. Разве что по скалам вверх карабкаться…

Но инженер этого делать явно не собирался.

Подойдя к массивному валуну, он присел и пошарил рукою где-то рядом. Поднялся, сжимая в руке стальной стержень. Толкнул валун – и тот, неожиданно легко, провернулся на оси, сдвигаясь в сторону. Понятно, стержень фиксировал камень, не давая ему случайно сдвинуться со своего места.

А на открывшейся площадке стала видна дверца с цифровым замком.

По знаку инженера все отошли в сторону, и он, присев на корточки, набрал код. Откинул дверцу и, сунув внутрь руку, что-то переключил. Повторил все манипуляции в обратном порядке – валун встал на своё место.

– Пошли…

Следующий валун – уже в отвесной стене, отодвинулся в сторону безо всяких ухищрений – надо полагать, что запорный механизм уже был выключен.

А дальше – всё понятно.

Стальная дверь – и тоже с цифровым замком.

И – уходящий куда-то вглубь горы темный тоннель.

– Доставайте фонари, – не поворачивая головы, сказал специалист. – Освещение здесь не работает – даже аварийное. Все системы обесточены.

– А мы тут не задохнёмся?

– Вентиляция здесь организована правильно – в мирное время ей даже электричество не требуется – фильтровентиляционные установки ведь не работают… Не задохнёмся. Определённые неудобства, конечно, будут иметь место, но дышать можно.

Проход шёл вниз, время от времени сворачивая налево или направо. Лучи фонарей выхватывали в этот момент какие-то коридоры, уходившие далеко в стороны.

– А что там?

– Разное… – пожал плечами инженер. – Склады, технические помещения… много всего. Форт строился около пятнадцати лет. За это время тут кое-что успело устареть или поменять своё назначение. Сейчас даже трудно сказать – что именно планировалось здесь тогда устроить.

– Это сколько же мы будем всё это осматривать? – почесал в затылке один из розыскников. – Тут и недели не хватит!

– Недолго, – хмыкнул специалист. – На посту охраны вполне можно проверить – двери в какие помещения недавно открывались. Что-что – а эта система здесь работает всегда! И тогда дело за малым – сходить и посмотреть.

Они кружили по подземельям ещё около получаса. Иногда инженер останавливался перед очередным поворотом и сверялся с надписями на стенах. Кивал и продолжал идти вперёд. Или внезапно сворачивал.

Шедшие за ним люди с трудом понимали – как он здесь вообще ориентируется?

– Вот… – остановился он перед очередной стальной дверью. – Пришли!

На этот раз, помимо уже привычного цифрового замка, пришлось отпирать дверь старомодным длинным ключом с бородками по обе стороны.

Щёлкнул выключатель – и помещение озарилось желтоватым светом ламп накаливания. Да, никаких новомодных светодиодов – тут всё дышало стариной.

Кроме вполне современного компьютера – он смотрелся здесь совершенно чужеродным телом. Комп работал – подмигивали огоньки на передней панели.

– Присядьте, – кивнул провожатый на стулья около пультов. – Надеюсь, никому не надо напоминать, что трогать что-либо на пультах – затея не самая здравая?

– Здесь, что же, вообще никого не бывает? – спросил старший, устраиваясь на жестком металлическом стуле.

– Раз в полгода приезжает инспекторская группа… – рассеянно ответил инженер, глядя на монитор. – Может быть и внеплановая проверка – если сработает система охраны и оповещения.

– А сейчас? – встревожился кто-то из розыскников. – Нам никто прямо на голову не свалится?

– И что же я, по-вашему, делал на улице? – усмехнулся специалист. – Система нас сейчас «не видит» – существует специальный код допуска. Так что ещё часа три у нас точно есть…

Он замолчал, продолжая набирать на клавиатуре какие-то команды. Так прошло ещё минут двадцать.

– Ага!

– Что такое?! – встрепенулся старший группы.

– Ну, во-первых, на два гермозатвора внутри тоннеля подавалось напряжение. Причём, система не зафиксировала подключения к стационарным источникам электропитания.

– Тут, что же, «солдат-мотор»[24], что ли, крутили?

– Ну… что-то типа этого, да… Вполне, кстати, могли это сделать и прямо из тоннеля, не заходя внутрь – снаружи есть коммутационные панели. Подгоняй машину, кидай провода – и запускай дизель-генератор…

– И когда это было?

Специалист всмотрелся в монитор. И назвал время и дату – как раз, в день исчезновения Майкла и его сопровождающих.

– А что было дальше?

– На короткое время задействовали вытяжную вентиляцию – она работала десять минут. Потом… – протрещали клавиши, – открывались двери номер В-23 и В-17. Всё. Через полчаса источник питания был отключён.

– Где эти двери?

– Пойдёмте, – поднялся со своего места инженер. – Я вас провожу…

Телефонный звонок по защищённой линии

– Их заблокировали в тоннеле – закрыли спереди и сзади гермозатворы. И, как мы предполагаем, пустили какой-то газ…

– Какой?

– Специалисты пока ещё работают. Их заключение мы ожидаем в самое ближайшее время.

– Продолжайте.

– Этот газ никого, скорее всего, не убил – только обездвижил. Охранников добили уже после – выстрелами в упор.

– Как они вскрыли автомашину Лангемака? Это же броневик!

– Использовали бронебойные пули для русского пистолета – он вполне способен пробить даже стальной лист. Несколько выстрелов – и стекло не выдержало.

– Понятно… Чьи тела вы там обнаружили?

– Охранников. Их уже упаковали в пластиковые мешки и, как мы полагаем, собирались вскоре вынести наружу и захоронить. Клиента, вместе с водителем, по-видимому, вывезли на вертолёте. Его маршрут проследить так и не удалось.

– Какие-то следы?

– Никаких. Работали профессионалы. Использовавшееся при нападении оружие по учетам Интерпола и национальной полиции не проходит. Все поверхности, которых, так или иначе, касались нападавшие, тщательно протёрты – чтобы на них не осталось никаких следов. Помещения, куда они заходили, обработаны химикатами для уничтожения запаха.

– Идеальное преступление?

– Почти да, сэр.

– Почему же они не уничтожили данные в компьютере?

– Это не осталось бы незамеченным в центральной аппаратной – и на место сразу же выехала бы инспекторская проверка. Если бы они успели вывезти тела – то, вполне возможно, что никто потом бы и не обратил на записи в компьютере никакого внимания. Оружия и боеприпасов на складах форта не имеется, поэтому никто особо за ним и не следит…

И всё.

Лангемак слово растворился в воздухе.

А вот та информация, которой он обладал – она, напротив, никуда не пропала! И некоторые, произошедшие сразу после этого исчезновения, действия, дали все основания для вывода о том, что кто-то очень умело её использовал…

Глава 25

Сидевший сейчас в представительском автомобиле человек, не принадлежал к представителям финансовой элиты. Не являлся он и представителем бизнеса. В равной мере он не относился и ко всевозможным правительственным и не правительственным структурам, коих ныне расплодилось невероятное множество.

Его вполне устраивала нынешнее положение – глава попечительского совета благотворительной организации. И эта организация, в отличие от многих, таковыми именовавшимися лишь на бумаге, действительно занималась некоторыми благотворительными проектами. Она реально оказывала, пусть и скромную, но тем не менее, весьма своевременную помощь нуждающимся. И ничего не требовала взамен, что, увы, часто встречается в нашем несовершенном мире.

Джозеф Бонилья был вхож ко многим сильным мира сего. Что тут можно сказать… его деятельность того требовала. Ведь очень трудно, а порою – так и вовсе невозможно, решить некоторые вопросы в обход тех, кто на самом деле (а не на бумаге…) осуществлял всю полноту власти в тех или иных местах.

Он спокойно мог общаться с официальными лицами некоторых, скажем так, правительств… Независимо от того, были они признаны соседями или нет. Главное было в том, что они могли (или – не могли…) дать разрешение его фонду для доставки тех или иных партий груза. И оказать требуемое содействие – в ряде случаев. Не следует, однако, полагать, что этим его общение и заканчивалось. Нет, он вполне по-дружески, мог выпить чашечку кофе и с теми лицами, которые официально входили во всевозможные списки разыскиваемых преступников.

Неважно – они обладали властью там, где пасовало официальное правительство. А раз так – то чашечка кофе не станет столь уж обременительным грузом…

Бонилья умел договариваться.

Со всеми – и обо всем.

Короче говоря, он был посредником.

Тем, кто спокойно может выслушать все аргументы одной из сторон – и ничего не исказив, и ничего от себя не добавив, пересказать их противоположной стороне.

Именно за это он и получал свои деньги.

И весьма, надо сказать, немалые!

Он, в отличие от многих других, умел находить те точки соприкосновения, о которых можно было договориться. А, начав переговоры, как-то уже не очень удобно стрелять в оппонента…

Таких людей, на самом деле, очень немного.

Тут недостаточно обладать властью – у кого-то другого её может быть и больше. Ничего тут не решали и деньги – максимум, на что можно было рассчитывать в этом случае – тебя согласятся выслушать.

Нет, надобно иметь авторитет – чтобы любой, кто сядет на стул напротив тебя, понимал – этому человеку можно верить. Он не преследует личной выгоды (за пределами оговорённой суммы), и не станет искажать твои слова, чтобы заработать лишнюю сотню тысяч.

Доверие и авторитет – вот два краеугольных камня, на которых и строилось благосостояние – да и вся деятельность Джозефа. И он был очень разборчив, соглашаясь или не соглашаясь принять участие в некоторых… м-м-м… мероприятиях…

Так что, получив приглашение на встречу от видного представителя финансового мира, он предварительно навёл справки о своём будущем контрагенте. Для этого не жалко было и потратиться – обещанный гонорар (только за факт разговора!) уже перекрывал все затраты многократно.

И то, что удалось выяснить, ему очень и очень сильно не понравилось. Настолько, что даже возникло желание поднять трубку и отказаться от сделанного предложения – пусть даже оно ни к чему и не обязывало.

«Никто не стреляет в почтальона – он всего лишь передаёт вам письмо!»

Увы… в данной ситуации эта прописная истина могла и не сработать…

– Сэр, путь чист, – повернулся к нему телохранитель.

Щелкнула дверца, выпуская на улицу почтенного джентльмена. И почти сразу же, неподалёку от него бесшумно материализовались ещё несколько человек. Бонилья редко прибегал к настолько серьёзным мерам безопасности – но, сейчас… сейчас это было необходимостью.

– Рад вас видеть, Джозеф! – поднялся ему навстречу хозяин кабинета.

– Хотел бы я ответить вам тем же, Марк… – чуть улыбнулся ему гость. – Но, боюсь, мои слова сейчас прозвучали бы неискренне.

– И почему же? – с лица хозяина кабинета не сходила дружеская улыбка.

– Ну, вы же не станете отрицать, что я всегда знаю чуть больше, нежели это принято считать?

– Не стану. Ваша прозорливость и предусмотрительность известна многим.

– Вот именно! Ещё полгода назад я счел бы за честь оказаться с вами за соседним столиком на каком-нибудь благотворительном мероприятии. А уж сделать совместное фото…

– И что вам мешает сделать это сейчас?

– Марк… Я не стану вилять и ходить вокруг да около – как говорят русские. Вы стали токсичным. Как и многие ваши компаньоны. И факт близкого знакомства с любым из вас теперь скорее повредит, нежели принесёт хоть какую-то пользу. Не обижайтесь, вы же знаете, что я всегда говорю правду – сколько бы неприятной она ни была.

– Мы крепко стоим на ногах!

– Стояли – так будет вернее…

– Это предвзятое мнение!

– В моих устах? Вы меня удивляете… Зачем бы тогда стали меня приглашать?

Финансист нахмурился. Поднялся, достал из шкафа бутылку коньяка и две рюмки.

Налил себе и гостю и снова опустился в кресло.

– Да, вы правы, Джозеф. За последнее время произошли некоторые… э-э-э… события, которые и послужили причиной нашей встречи.

Бонилья кивнул – давно бы так!

– Мы столкнулись, с совершенно необъяснимыми случаями… нет, нет так! С беспрецедентными попытками давления!

– Скажите уж прямо – с убийствами ваших коллег.

– Пусть так!

– И все ваши деньги не смогли вам здесь ничем помочь? Вы меня удивляете, Марк!

– Мы наняли лучших профессионалов Европы!

– Если они так и не смогли никого найти – то лучшие профессионалы сейчас работают против вас.

– Ну…

Переговорщик усмехнулся.

– Знаете, какой вывод сейчас можно сделать?

– Вы меня интригуете! У вас уже и выводы готовы?

– Либо у той стороны банально больше денег, чем у вас… либо те, кто работает против – работают не только за деньги.

– Госструктуры?

– Марк… кто говорит об официальных структурах?

Финансист помрачнел.

– Что вам известно?

– Ничего конкретного. Но… я не первый день живу на свете, и если из-за угла высовывается кончик хвоста, мне нет необходимости консультироваться с соседом, чтобы понять, кто находится на другом конце – тигр или кошка?

– И кто же там сейчас, по-вашему?

– А такие животные давно уже вымерли… Или я должен предположить, что, специально для вас, воскресили подобного монстра?

Оба собеседника на какое-то время умолкли. Хозяин кабинета размышлял, а Бонилья никак и ничем не выдавал своего интереса к продолжению разговора.

Новая порция коньяка наполнила рюмки.

– Вот, что, Джозеф… Вы, разумеется, правы – я неправильно построил нашу беседу. Начнём сначала. Что вы хотите знать?

– Только то, что вы готовы мне рассказать.

Марк усмехнулся.

– Рассказ будет долгим!

– Вы куда-то спешите?

– Ладно – один-ноль в вашу пользу!

– Два – ноль.

– Пусть так! Короче, мы – я имею в виду не лично себя, как вы понимаете…

– Ещё бы! – усмехнулся переговорщик.

– Да. Так вот, мы начали серию операций, которые способны существенно изменить расклад на финансовом рынке. В нашу пользу, разумеется. И всё шло достаточно ровно. До недавних пор. Мы внезапно столкнулись с сильным противодействием. Разумеется, никто и не рассчитывал на то, что «старые деньги» так просто уступят нам часть пирога. И мы подстраховались на этот случай. Но…

– Ваши оппоненты нарушили правила игры?

– Да. Такого противодействия никто не ожидал. Мы были готовы ко всевозможным санкциям и противодействию на законодательном уровне – и даже на государственном! Соответствующие ответные меры были уже приготовлены. Но они стали попросту убивать и похищать людей!

– Лангеман?

– Вы знаете?

Бонилья только головою покачал.

– Марк… я ведь не просто так справки наводил…

– Ну… да… он был одной из ключевых фигур. Многое знал…

– И эти знания сейчас используются против вас?

– Да.

– Сочувствую. Я в своей деятельности тоже порою прибегаю к расчетам в криптовалюте – это удобно. Но, как понимаю, тут есть и оборотная сторона? И финансистов старой школы многое здесь не устраивает. Но, не смею вас прерывать – продолжайте.

И хозяин кабинета продолжил свой рассказ. Снова наполнились рюмки. Примерно через полчаса Марк подвёл итог.

– Мы не знаем, кто стоит за этой беспрецедентной атакой на наших функционеров. Это явно не похоже на наших традиционных оппонентов. Те работают совсем иначе. Мягче, я бы сказал… не слабее – а именно мягче. А тут – рубят прямо сплеча! Совершенно не задумываясь о последствиях. Хаос на рынке неинтересен никому – потеряют все! И мы – и наши оппоненты. А именно к хаосу могут привести такие непродуманные действия.

– У вас есть конкретные подозрения?

Хозяин кабинета некоторое время молчал.

– Джозеф… прошу меня простить, но, то, что я вам сейчас скажу… Большая просьба ни с кем – и ни при каких обстоятельствах, это не обсуждать и не передавать данные сведения никому! Поверьте, это в ваших же интересах!

– Если бы я разглашал секреты моих доверителей, – усмехнулся переговорщик, – то навряд ли бы сейчас сидел с вами за рюмкой коньяка…

– Это не какой-то там «фронт освобождения неведомо кого»! Данная структура… я даже затрудняюсь правильно сформулировать…

– А вы говорите прямо – пойму.

– Вы слышали что-нибудь о «Гарварде-52»?

Вернувшись в офис, Бонилья некоторое время молча сидел и раздумывал. Потом нажал клавишу на селекторе.

– Ганс! Зайдите ко мне.

Вызванный к шефу человек был его самым доверенным помощником, от которого у переговорщика давно уже не было никаких секретов. И если уж он его приглашал на личную беседу, то это значило, что поставленная задача относилась к категории самых трудных и серьёзных.

– Да, шеф? – возник на пороге высокий черноволосый парень.

– Присаживайтесь… – кивнул ему Джозеф и снова повернулся к селектору. – Марианна! Сделайте нам два крепких кофе и круассаны.

Пока секретарша не принесла требуемое, хозяин не отрывался от компьютера, что-то просматривая на экране. Помощник ему не мешал, прекрасно зная, что таким собранным босс бывает крайне редко. И, как правило, это всегда предшествовало долгим и трудным переговорам с самыми разными контрагентами. А ездить, по большей части, предстояло ему – Гансу!

Наконец, чашечки с кофе заняли свое место на приставном столике. Это тоже был своеобразный ритуал – постановка реально сложных задач всегда начиналась таким образом.

Секретарша Бонильи умела варить этот напиток – зерна шефу специально привозили откуда-то из Латинской Америки. Он ещё и не всякий кофе любил…

Шеф, пригубив чашечку, удовлетворённо кивнул – Марианна, как всегда, показала класс!

– Вот что, Ганс… Задача у нас с вами, очень даже… я бы сказал, нетривиальная…

– Надо отыскать где-то в непроходимых джунглях очередных повстанцев? Которые украли любимую игрушку у очередного эль президенте?

– Нет, мой друг… – не принял тона Бонилья. – Всё гораздо сложнее! И намного опаснее!

Он обернулся и взял со стола пачку отпечатанных только что на принтере листов.

– Почитайте… А я пока отдам должное круассанам…

Ганс умел читать быстро, молниеносно выхватывая натренированным взглядом самую суть изложенного. Но даже и ему потребовалось некоторое время, чтобы вникнуть в написанное.

– Однако, шеф… Куда мы с вами влезли?

– Ганс, лично твой гонорар в этом деле составит порядка пяти миллионов евро. И половину этой суммы переведут уже сегодня. Поверь, и все остальные не будут обделены.

«Ничего себе! – мелькнула в голове у помощника мысль. – А сколько же тогда заплатят самому Джозефу?»

– Достаточно, чтобы я мог уйти, наконец, на покой… – словно уловив его мысль, произнёс хозяин кабинета.

– Я в деле, шеф!

– Я и не сомневался. Думаю, что бизнес в твоих руках будет успешно развиваться и далее.

«Вот это аванс! Однако…»

– Итак, – жестко произнёс переговорщик. – Что мы имеем?

– Позвольте, я изложу?

– Будь любезен…

– Изначально, насколько я понимаю, происходящее выглядело как борьба двух финансовых систем за часть рынка. Так сказать, между «старыми» и «новыми» деньгами. Не сказать, чтобы это стало совсем уж неожиданным – без серьёзной драки тут обойтись попросту не могло. И, скажем так, «новые» создали для этой цели концерн «Ай-Си коммюникейшен». С конкретной целью – вести эту драку всеми доступными способами.

– Продолжай! Ты всё верно уловил!

– Далее. С непонятной пока мне целью, заказчики связались с какой-то никому не известной организацией «Гарвард-52». Что это за структура – из документов понять невозможно. Но возникшие, в процессе осуществления задуманного, сложности как-то сказались и на этих взаимоотношениях. И если я вполне могу понять реакцию заказчика на ответные действия со стороны владельцев «старых» денег, то их опасения относительно этого самого «Гарварда» мне совершенно непонятны. Ну, в конце-то концов, смешно даже и сравнивать! Серьёзные люди с громадными средствами – и какой-то там… «Гарвард»? Ну, пусть это очередное «тайное общество»… и что? Мало ли таких создаётся бывшими выпускниками элитных учебных заведений? Одним больше…

Бонилья усмехнулся.

– Ну-ну! Продолжай…

– Организовать встречу с финансистами – трудно, но вполне исполнимо. Я даже могу назвать, как минимум, три кандидатуры, которые можно задействовать в этом процессе. Уж в Старом-то свете – совершенно точно! Это ключевые фигуры, чьё мнение значит тут очень и очень много!

– Так! Хорошо! Это, разумеется, надо сделать в кратчайший срок. Необходимо, как можно скорее, уладить возникшие разногласия. Заказчик предоставил мне право проведения всеобъемлющих консультаций по данному вопросу.

– Я распоряжусь? – приподнялся с места помощник.

– Обожди… – покачал головою шеф. – Не так быстро, мой мальчик! А что мы будем делать с «Гарвардом»?

– Ну, – пожал плечами Ганс, – если мы решим проблему с финансистами… то, навряд ли, какая-то там «организация» – пусть и трижды тайная, будет против урегулирования данного вопроса…

– Будет, друг мой! Да ещё как будет! Они, в принципе, против того, чтобы это слово вообще упоминалось ли где-нибудь. А уж в связи с некоторыми обстоятельствами… чисто медицинского характера… – кивнул на пачку бумаг Бонилья.

– Но, шеф… Это ведь касается всем известной…э-э-э… эпидемии, так? Вы хотите сказать, что всё это – действия «Гарварда»?

– Нет. Вот, как раз тут он совершенно ни при делах. Но… у некоторых представителей заказчика – не самых дальновидных, хотел бы я отметить, возник немалый соблазн приписать именно им данную заслугу.

– Могу их понять… – медленно покивал Ганс. – Такие обвинения в адрес серьёзных и уважаемых людей? Сомнительно, чтобы кто-то в это поверил. А вот какое-то там тайное общество… публика воспримет это куда более охотно!

– Восприняла бы! – согласился шеф. – Но наши заказчики опоздали – «Гарвард» ударил первым. И разом оборвал все ниточки, за которые можно было бы подергать. Не осталось ни одного человека, на которого можно было бы указать – вот он, злодей! С него и весь спрос!

– Назначенный козёл отпущения сбежал со двора?

– Можно и так сказать, – согласился переговорщик. – Так мало того, что он сбежал! Это-то, в конце концов, можно было бы и пережить. Назначат нового, наконец… не в первый раз! Но он стал мстить тем, кого считает виновными! И никто не знает – чьё имя стоит следующим в этом списке?

– Но…

– Ты же читал отчёты о некоторых печальных событиях?

– Да…

– Заказчики очень не хотят, чтобы этот список пополнялся и далее…

Глава 26

Получив задание, Ганс резво взялся за работу. И почти сразу же его ожидал резкий и обидный (а уж для него – так и в особенности…) облом. Любой представитель криминального мира (а именно к ним он и обратился в первую очередь – как ко всезнающим людям), услышав это словосочетание, тотчас же прекращал разговор. И ни на какие дальнейшие вопросы отвечать не собирался. Не помогали тут и деньги. Лишь один из опрошенных снизошёл до того, чтобы пояснить причину своего отказа от продолжения беседы на эту тему.

– Видишь ли, парень… Есть вещи, о которых лучше даже и не вспоминать. Как говорят всякие там святоши? «Только помяни чёрта – и он уж тут как тут!» Вот и про этих… будь они неладны… Словом, мой тебе совет – утихни со своими вопросами! А то, однажды поутру, тебя найдут с собственным отрезанным языком во рту!

И никаких возможностей изменить это положение дел пока не просматривалось.

Помог шеф – он навёл справки по своим каналам. И рано утром позвонил помощнику.

– Зайдите ко мне…

Джозеф, похоже, тоже пребывал не в самом приятном расположении духа. Увидев на пороге Ганса, он только мотнул головою в сторону кресла – мол, садись! А сам продолжил разговор по мобильному телефону. Впрочем, назвать это разговором – язык не поворачивался. Шеф больше слушал, лишь изредка вставляя короткие междометия или отвечая утвердительно. Закончив разговор, поблагодарил собеседника и положил телефон на стол. Какое-то время сидел молча, потом, тряхнув головой, поднял глаза на вошедшего.

– Вижу, успехами ты пока похвастаться не можешь…

– Да, шеф. К сожалению, большинство информаторов наотрез отказываются что-либо вообще обсуждать на тему этого самого «Гарварда».

– Да я уже понял. Мы зашли не с тех козырей, мой мальчик. И криминал тут мало чем способен помочь – они до дрожи боятся даже просто этих слов.

– Но, кто же это тогда? В наше время подобные дельцы знают практически всё – и обо всех!

– В данном случае – тоже. Другой вопрос, что они наотрез отказываются обсуждать эту тему – эти люди не любят пустопорожней болтовни о себе. Гораздо проще оказалось установить контакт с представителями старой финансовой элиты – они уже согласились на встречу. Возможно, что в результате этой беседы что-то поменяется и тут…

– Так мне что – обождать?

– До утра. Вечером я ужинаю с… с одним интересным – и очень осведомлённым человеком. Разумеется, я задам ему и этот вопрос…

Новая цель – Директор не дал нам времени на праздное времяпровождение. И это уже не был какой-то там деятель – пусть и высокопоставленный.

«Отследить прибытие колонны грузовиков на объект… Проконтролировать погрузку и выезд автоколонны. Выбрав удачный момент – атаковать, захватить груз и, по возможности, сопровождающих. Охрану колонны уничтожить, автомашины сжечь. Соблюдать особую осторожность – груз может быть чрезвычайно опасен!»

С точки зрения биг-босса – нормальный приказ, ничем особенным среди прочих не выделяющийся. Мало ли подобных акций уже выполняли оперативники нашей богоспасаемой конторы? Одной больше, одной меньше… какая разница?

Но я, с учётом той информации, которой располагал, могу смотреть чуть дальше.

Концерн конкретно облажался. Вся эта многомудрая затея с подрывом хождения наличных денег (путём обработки денежных купюр всяческой ядовитой и опасной для жизни дрянью) ощутимых результатов не принесла. Да вызвали к жизни, можно сказать, эпидемию. Сколько-то там народа уже померло, и ещё больше их умрёт в ближайшее время.

И что?

Каким образом это повлияло на положение некоторых финансовых столпов?

А никаким…

Живут и здравствуют.

А вот ответный «кирпич» прилетел на удивление быстро – и ощутимо кое-кого долбанул по темечку!

Трудно сказать, какую роль в этом сыграли те сведения, что я передал Нормейеру, но, надо думать, что без них тут тоже не обошлось – слишком уж точными и адресными были ответные действия противной стороны. Имея возможность мониторить некоторые переговоры и почту, я мог наблюдать разрастающуюся панику в некогда стройных рядах наших оппонентов.

Народу там реально поплохело. Некоторым – так и совсем фатально… так сказать, «ушёл из дома и не вернулся…». Нет, это какой-то там наркоман может просто так вот «уйти». А член совета директоров, председатель наблюдательного совета или видный финансовый аналитик – такой роскоши себе позволить не могут – просто по определению. Каждый шаг и любое слово таких людей внимательно отслеживается, тщательно документируется и анализируется. Ибо всякие там слияния-поглощения и прочее – начинались иногда с маленькой заметки в какой-нибудь газетёнке. Или – уже современнее – с записи в чьём-то блоге.

Да и охрана, вместе с прочими «сопровождающими лицами», там тоже вполне себе на уровне.

Нет, ребята, подобные люди просто так не исчезают!

Тут приложил руку кто-то умный – и с неслабым кошельком! Я-то могу себе представить, какие там профи работают…

И как следствие – народ занервничал. Ну, это, в принципе, понятно…

Только в воображаемом мире все планы всегда исполняются с лёгкостью и без запинок. А в реальности – всегда отыщется что-то, что не учли, либо попросту не заметили. Или – хуже того – просто не приняли во внимание очевидные обстоятельства. А уж по какой причине…

Я всегда говорил – трудно иметь дело с непрофессионалами. Не в том, понятно, смысле, что планы этих самых финансистов разрабатывались дилетантами – нет, там хватает вполне адекватных и соображающих людей. А в том, что даже самый мощный специалист в области (как, например, в данном случае) финансов может быть совершенно некомпетентен в области, скажем, общественной безопасности или того же здравоохранения. Кто, в конце концов, сказал, что именно его мнение должно быть здесь определяющим?

Ну, ладно, допустим, что ты финансовый гений. Разработал и успешно внедрил какую-то там криптовалюту…

И что? Это значит, что ты одномоментно стал суперкомпетентен во всех прочих областях? И вправе диктовать другим – как и что именно они должны теперь делать?

Вот, в других областях жизни я этого отчего-то не замечал… А среди финансистов – каждый третий, не говоря уже о втором – все поголовно гении и великие учителя всего и сразу.

Странный парадокс, да…

Вот и не выдерживают их планы столкновения с реальностью.

Так что, ожидаемое решение о сокрытии всех следов разработки и применения этой вирусной дряни – стало для нас абсолютно прогнозируемым и вполне оправданным. То, что всё это добро не сожгут просто так – тоже совершенно очевидно. За это же деньги уплачены! И весьма, надо думать, немаленькие! Это кто ж вам позволит ими запросто разбрасываться!

Впрочем, нас это вполне устраивало.

Это в хорошо охраняемую лабораторию просто так не влезть – а вот накрыть караван… Ну, просто же в принципе, вещи разные!

В первом случае неизбежен шум и скандал. А во втором – сами же хозяева каравана от всего первыми и открестятся. Это наличие лаборатории ещё как-то можно оправдать – мол, за общее благо радеем. Медикам там, каким-нибудь, помогаем… И ведь – руку на отсечение готов дать – те самые «обездоленные» медики на горизонте тотчас же и возникнут.

И – формально – в этом никаких нарушений не найдут. Работают дипломированные специалисты, на частной территории. С соблюдением всех мер предосторожности… И даже договор какой-то на эти исследования наверняка уже имеется. За руку-то, в конце концов, там пока ведь никого же ещё не поймали?

Другая песня – транспортировка по федеральной территории опасного груза. Это уже совсем другие пляски! Тут, без кучи согласований и разрешений, хрен ты хоть галлон чего-то там перевезёшь!

Укажи точку выезда и место прибытия. Наличие там сертифицированных хранилищ и обученного персонала. Цель перевозки, наконец! И много ещё чего надобно пояснить…

И всё это – неизбежно оставляет хороший такой след… По которому потом много кто пройти может.

Нет, не станет никто ничего такого оформлять – любая секретность лесом пойдёт.

Тихо всё повезут, большого внимания к данному процессу не привлекая.

Интересно, а Директору-то это зачем? Что-то есть у меня серьёзные сомнения в том, что мы таким вот образом устраняем «угрозу миру и благополучию». Угу… с нашим-то, как это сейчас модно говорить, бэкграундом? Три раза ха-ха!

«Гарварду» – это за каким хреном вообще сдалось? У нас, если кто и позабыл, совсем другие цели задачи вообще-то…

В то, что мы тут преследуем ещё чьи-то интересы – не верю ни единой секунды. Наша богоспасаемая контора всегда и всюду учитывает только один интерес – свой собственный.

Забрать всю эту дрянь себе?

Можно. А зачем?

Мы, как бы не совсем уж откровенной отравой торгуем… нам именно живые клиенты нужны… Какой там может быть бизнес – на пепелище-то? Кто там чего у нас купит?

Тогда – зачем?

Получить в руки неубиваемый козырь против концерна?

Ну…

Больше ничего мне в голову не приходит.

Ладно, если есть приказ – берём под козырёк и исполняем. Думать будем уже после…

– Присаживайтесь. Надеюсь, мне не требуется представляться?

– Нет, сэр. Я прекрасно понимаю – кто вы и какую должность занимаете.

– Ну и отлично, это сразу снимает часть проблем. Вы понимаете, чем вызвана наша встреча?

– Да, сэр. Понимаю.

– Очень хорошо. Перейдём к делу. Я внимательно слежу за вашей работой и высоко оцениваю ваши профессиональные качества. Как специалист – вы меня устраиваете более чем полностью.

– Благодарю вас, сэр!

– Пока – не за что. Это просто констатация факта, не более того. Имейте в виду – мы знаем практически обо всём, включая и ваши неслужебные контакты.

– Но…

Собеседник усмехнулся.

– Кто-то вас за это осуждает? Нет? Ну, так и не забивайте голову – она будет вам нужна для другого.

– Спасибо, сэр!

– Теперь – к делу. Я склонен предложить вам работу. Близкую к тому, чем вы занимаетесь сейчас – но, более ответственную. Вы станете моим личным агентом. С присвоением персонального номера и правом ношения специального жетона. Вот такого… – в падающем из окна свете тускло блеснул бронзовый диск. – Видели такой?

– У Хаста есть похожий.

– Не похожий – а именно такой. Как я понимаю, вам не надо объяснять, что это за знак, и какие полномочия он предоставляет своему обладателю…

– Не надо, сэр. Я в курсе дела.

– Отлично! Итак? Вы согласны?

– Да, сэр!

– Вот список. Вы можете отметить на нём тех сотрудников, с какими вы предпочли бы работать и далее – уже над более серьёзными заданиями.

На столе появился лист бумаги.

– Поставьте галочки напротив их имён. Работа предстоит крайне серьёзная! Не ошибитесь!

Минута…

– Прошу вас, сэр…

– Так… Патрик Джей Симмонс, угу… Аннет Маршан… Всё?

– Да, сэр.

– Вы не отметили Хаста – почему?

– Как руководитель – он, безусловно, на своём месте. Опыт, способность к принятию нестандартных решений, умение просчитывать результат на три шага вперёд – всё это у него есть. Для выполнения текущей задачи, он, разумеется, подходит – в любом качестве.

– Но?

– Он сентиментален, сэр… Это может стать его слабой стороной.

– Что ж… – собеседник призадумался. – Мы, несомненно, это учтём. Благодарю вас, можете быть свободны. Мы вскоре встретимся…

«Остановка машин на шоссе? Вариант? Несомненно… Но, не стоит считать оппонентов идиотами – события последнего времени их безусловно заставили призадуматься. Радиосвязь, телефон и спутниковое слежение – всё это не помешало неведомым врагам сделать то, что они сделали. Все эти меры предосторожности оказались недостаточными. Поставим себя на их место – что бы ты сделал?

Первое – сопровождение.

Оно, разумеется, будет. Но все надежды возлагать только на видимую охрану – чушь.

Вывод?

Будут скрытые посты на трассе – в удобных для нападения местах».

– Марк?

– Да, сэр! – отвечает телефон.

– Карта предполагаемого маршрута перед тобой?

– Момент… – слышу, как трещат кнопки на клавиатуре – мой собеседник предпочитает клавиатуру старого образца, с механическими кнопками. – Есть!

– Рассчитай на ней все места, где целесообразно разместить скрытые посты охраны. С учётом характера перевозимого груза и всё такое прочее…

– Принято. Приступаю к работе!

Отбой, думаем дальше.

Конвой – шесть машин, большегрузные трейлеры.

Учитывая груз – точнее, те последствия, которые могут (пусть даже и теоретически) произойти в результате возможной аварии, через город колонна не пойдёт. Значит – объездные пути?

Очень даже возможно.

Да и тормознуть колонну именно там – будет проблематично. На обычную аварию они наверняка сразу же сделают стойку – и объедут. Да, хоть и просто по обочине!

Будет ли у них полицейское сопровождение?

Учитывая последние события – да, будет. И вопрос даже и не в деньгах – их, в конце-то концов, у данной шайки предостаточно!

По этой же причине отпадает и всякий там ремонт дорог – уж об этом-то они наверняка заранее позаботятся! Какой там, в задницу, ремонт, когда такие люди ездят? Точнее, такие – это, в смысле, настолько щедрые…

Так что не будет на трассе никаких ремонтов и объездов – об этом заранее подумают.

«Итак, что мы имеем?

Шесть больших фур – спецфургоны, надо полагать. Охрана и сопровождающие, плюс водители… десятка три человек, как минимум. Если не больше… Да полицейские машины – парочка, по самым скромным подсчётам. Ещё шесть-восемь человек. Посты скрытого наблюдения и охраны… сколько их будет?

Триста восемьдесят километров дороги. И сколько же там удобных для нападения мест? На каждое – минимально по пять-десять человек. Нехилая, между нами-то говоря, армия получается! Нет, нанять-то её, можно – да в наше-то хреновое время? Вообще, без никаких проблем – только свистни! Столько набежит…»

– Лейла?

– Да, сэр.

– Промониторить частные охранные конторы и детективные агентства. Цель – кратковременный найм сотрудников для обеспечения безопасности на дорогах по пути следования конвоя. С учётом предполагаемого времени выхода колонны, такие переговоры должны вестись уже сейчас.

– Задание понятно, работаю.

«Спецфургон для перевозки опасных и ядовитых грузов… У концерна их нет – попросту не имелось такой необходимости. Поэтому – наняли на стороне. Таковых, специализированных и сертифицированных, транспортных компаний немного – и все они наперечёт. Естественно, такой заказ скрыть не удалось – и поэтому мы знаем количество машин и конечный пункт следования колонны. Всё так?

А вот и нет…»

Вечером Лейла прижимается к моей спине.

– У Аннет новый роман.

– Недолго же она пребывала в одиночестве! И кто на этот раз?

– Патрик.

– Симмонс, что ли? Ну, а что – неплохой выбор… Он парень, вроде бы, вполне серьёзный.

Девушка вздыхает.

– Угу… Как бы ему не повторить судьбу предшественника…

– Что, и он уже куда-то навострился?

– В смысле? – не понимает она.

Терпеливо объясняю смысл этого выражения.

– А-а-а… нет, он никуда не собирается. Но… что ждёт всех нас?

Стараюсь её успокоить, а у самого на душе далеко не всё благополучно. Операция затеивается крайне серьёзная, жертв будет… словом, много… И босс нас, как всегда, прикроет?

Нет, понятно, что на контору это не повесят, но…

Я ничуть не опасаюсь никакого суда – до него, попросту, не дойдёт. Однако ж, помирать тоже как-то вот не охота!

– Я поговорю с Директором.

– Да, уж сделай это, пожалуйста! Нам всем будет спокойнее!

– Не переживай! Я тоже, знаешь ли, не собрался завтра на кладбище.

С этими словами глажу Лейлу по спине, и она, успокоившись, засыпает.

Глава 27

– Присаживайтесь, Джозеф! Рад вас видеть! – приветливо кивнул хозяин дома. – Как давно мы с вами не виделись?

– Лет пять… – сделал вид, что вспоминает Бонилья. На самом-то деле он всё прекрасно помнил – как и тот повод, по которому тогда они встречались. И та встреча была совсем не по его инициативе. Родственник хозяина – молодой шалопай, пал жертвой любви к экзотике и приключениям. А проще говоря, во время очередной поездки на какой-то там «тропический» остров, его похитили малазийские пираты. Вот, за сумму выкупа тогда и шёл разговор… И был он весьма трудным.

Но – дело было решено. И незадачливый «путешественник» тогда отделался лишь потерей безымянного пальца на левой руке. Его послали в качестве своеобразной визитки – чтобы богатенький родственник побыстрее бы думал.

А вот сопровождавшая шалопая девица – так и сгинула где-то в пиратской деревушке. За неё никто платить и не собирался. Хотя, надо сказать, за девушку и просили-то не так уж и много… В какой-то момент Бонилья даже заколебался – не дать ли им денег?

Но вовремя одумался – куда её потом девать? «Путешественник» за девицу даже и не вспомнил, а благотворительность в таком деле… ненужная мягкость! И слабость! Ему, в конце концов, платят вовсе не за спасение заблудших искательниц приключений! Сама знала, на что идёт…

– Коньяк? – хозяин помнил привычки гостя.

– Не откажусь.

Выпили, отдав должное мастерству старых виноделов.

– Я навёл справки… – покачивая в руке бокал, произнёс хозяин. – В принципе, возникшие разногласия можно было бы и урегулировать… Другой вопрос – что это будет не так-то уж и просто. Вы и сами понимаете, что затронуты интересы многих влиятельных людей. Да и эти заболевшие… их ведь достаточно много! Вы же понимаете, что данный вопрос не может остаться без ответа. Станут искать причину эпидемии…

– Или виновников.

– Можно сказать и так. У вас есть соображения по данному поводу?

– Есть.

Хозяин с интересом посмотрел на гостя.

– Слушаю вас.

– У меня есть такое подозрение… почти уверенность, что виновников…

– Конкретных людей?

– Скорее – определённые структуры. Так вот, их следует искать не здесь.

– Не в Европе?

– Даже и не в Америке. В смысле – даже и не в Латинской – их там тоже нет.

– М-м-м… Россия?

– Увы… – развёл руками переговорщик. – Понимаю ваш интерес… но – нет. Это Китай.

– А какой тут может быть его интерес?

– Национальный банк Китая скоро выпустит в обращение цифровой юань. Который, кстати говоря, обеспечивается именно этим банком!

– Вы уверены? – самообладание на какой-то момент покинуло хозяина дома.

– Более чем. И могу предоставить доказательства этого.

– Так… То есть вся эта операция…

– Дело их рук.

Снова булькнул коньяк – темная жидкость заструилась по стенкам рюмок.

– Хорошо. По данному вопросы – передам. Полагаю, что ответ не заставит себя долго ждать. Но вашим… э-э-э… нанимателям, должно быть понятно, что этим дело не заканчивается.

– Они готовы компенсировать понесённые вами потери, – на стол легла тонкая папка. – Здесь наши коммерческие предложения.

– Мы их изучим, – кивнул собеседник. – Но, насколько я понимаю, у вас есть ещё один вопрос, так?

– Да, – согласился Бонилья. – Мне нужен контакт с «Гарвардом-52».

– Вашим нанимателям?

– Они не настолько глупы… лично мне.

– Джозеф… вы нам симпатичны, не скрою. И с вами всегда приятно работать – в любой ситуации. И нам… не хотелось бы привыкать к кому-то, кто придёт на ваше место. Вы меня понимаете?

– Понимаю. Но доверить столь серьёзный вопрос кому-то менее опытному…

– Хорошо… – хозяин встал. – Вам позвонят завтра.

Я смотрю на экран монитора.

Передо мною сейчас стоит выбор. Не сказать, чтобы уж настолько нелёгкий… но, он, тем не менее, присутствует.

«Айша Ронде, 27 лет. Ранее неоднократно судима, отбыла трехлетний срок за соучастие в разбойном нападении. Приводы в полицию: сопротивление при задержании, подозрение в хранении наркотиков. Оперативная информация – сотрудничает с картелем Синалоа[25], прямых доказательств не имеется».

«Марианна Родригес, 25 лет. Судима за сопротивление офицеру полиции, срок четыре года, вышла досрочно за примерное поведение. Оперативная информация – занятие проституцией, сотрудничает с бандой Гонсало Маркеса, поставляет информацию об интересных клиентах. Посредничество при поставке оптовых партий наркотиков, доказательств не имеется».

«Анна Лиинс, 23 года. Судима за соучастие в убийстве первой степени, освобождена в зале суда за недостаточностью улик. Оперативная информация – торговля запрещёнными лекарственными препаратами. Подозревается в сотрудничестве с китайскими триадами».

И ещё одна… и ещё… сколько же их тут всего?

Комп, в ответ на запрос, невозмутимо печатает – «заданным параметрам соответствуют 684 человека». Охренеть… и это наше «светлое будущее»? Я, честно признаться, его несколько иначе представлял…

Параметры… ну, можно и так сказать.

«Возраст – до 28 лет, эффектная внешность, незамужние, отсутствие детей. Обязательно наличие устойчивых связей с криминалом, наличие судимостей приветствуется. Обоснованные подозрения на сотрудничество с организованными преступными группировками».

И это, мать его дери, не в самом крупном городе!

Черт возьми, я тогда даже и не представляю, что у нас творится, например, в Чикаго… там вообще, наверное, тот ещё рассадник всякой мерзости. И ведь, рано или поздно, эти девицы (если сильно повезёт) кого-нибудь там родят. Могу себе представить – от кого! И что будут видеть и слышать эти дети, едва научившись понимать членораздельную речь и осознавать происходящее вокруг себя? Не надо быть гением, чтобы понимать – куда они пойдут, как только смогут принимать самостоятельные решения.

М-м-да… тут впору уйти в запой…

Ладно, это – лирика. А мне предстоит принять решение.

– Родригес и Лиинс – эти две вполне подходят.

Аннет кивает – принято.

– Организовать им нужные биографии. Вполне достаточно, если где-то будет прописана их связь друг с другом. Подбросьте в базу парочку подозрительных эпизодов, сообщения осведомителей… что там ещё полагается?

– Сделаем, – кивает Марк Лоевски.

Это, как раз, по его части – взлом всяческих баз и прочего подобного добра. Можно не сомневаться, уже к утру любой оперативник, прочитав досье на обеих девиц, только за голову схватится – отчего они ещё на свободе?!

– Организовать встречу с ними и подрядить на выполнение конкретного задания. Какого – придумаете сами, не мне вас учить. Срок – завтра к вечеру.

– У Лиин завтра встреча с любовником, обычно они вместе зависают пару дней.

– Займитесь им, он не должен нам мешать.

– Принято! – это уже Лейла.

Не завидую этому влюблённому лопуху…

Вот так.

Эти две молодые девушки, можно сказать, приговорены…

Но я не испытываю никаких угрызений совести – с чего бы это вдруг? Почти наверняка на совести этих «несчастных» уже есть парочка-другая смертей. А уж скольким людям они испортили жизнь… это, наверное, и вовсе невозможно подсчитать. Так что… годом раньше, годом позже… а итог всё равно был бы один и тот же. Не доживают такие люди до старости и мудрости – даже в виде исключения. Ну, а если и доживут… в тюрьмах, тоже, в общем-то, живые люди сидят… пусть даже и пожизненно.

Задание у девиц несложное.

«Взять на стоянке арендованный ранее (неважно кем…) автомобиль. Следовать по маршруту, который будет им сообщён по телефону. Телефон лежит в перчаточном ящике автомашины. Соблюдать правила дорожного движения, вести себя аккуратно, избегая досмотра автомашины полицией. Выполнять все указания, каковые могут быть им переданы по телефону. К вечеру указанного дня машина должна прибыть в точку назначения. За правильное выполнение задачи на их счёт будет перечислен гонорар в размере ста тысяч долларов каждому исполнителю. Тридцать процентов которого переводятся в качестве аванса».

Понятное дело, что заказ придёт к ним от имени тех людей, которым они доверяют. И самое маловероятное, что эти девицы могут сделать – это ответить отказом. Настолько недалёкие люди в этом деле долго не выживают. Есть, знаете ли, персонажи, которым не принято отказывать – и около каждой подобной девицы таковые присутствуют. Практически на всех, кто есть в списке, уже имеется подробная информация на этот счёт.

Так и не удивительно… вполне вероятно, что она получена нами, так сказать, из первых рук – минуя всякие там официальные инстанции. Не буду изумлён тем фактом, что все они – в той или иной мере, когда-то на нас и работали.

Это – «Гарвард»!

А не какое-то там благотворительное общество…

Вернувшись домой, Бонилья присел в кресло и задумался. Ну, положим, с одной частью поручения он успешно справился – та сторона пошла на переговоры. И пусть их условия ещё не выдвинуты – это уже немалый прогресс! Несомненно, всевозможных «несчастных случаев» теперь станет меньше – ведь основная причина, можно сказать, устранена… Теперь бы ещё понять – за каким именно случаем (случаями) стоят «старые деньги», а за какими – эта самая непонятная организация? И чего от них ждать в сложившейся обстановке? Судя по тому, насколько нервничает заказчик, возможности у этих самых ребят весьма и весьма серьёзные…

Мелодично тренькнул телефон.

– Слушаю…

– Господин Джозеф Бонилья?

– Да. Кто это говорит?

– Вы хотели с нами встретиться…

«Значит, связи со «старыми деньгами» у них есть! С момента нашего разговора прошло всего несколько часов – а мне уже звонят…»

– Да, хотел. У меня есть к вам деловое предложение.

– Клинику доктора Монро знаете?

Известная психиатрическая лечебница в двадцати километрах от города… Место уединённое и малолюдное.

– Знаю.

– Через два часа на стоянке около клиники. Приезжайте один, в противном случае к вам попросту не подойдут.

«Там вокруг старый лес – есть куда скрыться при необходимости!»

– Я буду вовремя.

«В те края невозможно скрытно перебросить более-менее серьёзные силы полиции… да и кто угодно другой тут спасует. А заметив прибытие подкреплений, встречающие попросту отойдут в лес – и всё… Чтобы прочесать его – полка не хватит!»

Отпустив водителя, переговорщик сам сел за руль и выехал на улицу. Он не опасался каких-либо подстав – эти времена давно уже прошли. Те, кому положено, прекрасно знали номер и марку его автомобиля. Опасность могла исходить разве что от каких-нибудь очередных «беженцев»… но для этого надо заехать прямо в те места, где они компактно обитают. А таких дураков, слава богу, осталось не так-то уж и много.

К месту встречи он прибыл вовремя – даже чуть раньше оговоренного часа. Зарулил на стоянку и остановился. Глушить мотор не стал – вечерело, и воздух был прохладным и сыроватым – здесь не так давно прошёл дождь. Поэтому в машине тихонько работал климат-контроль, делая ожидание достаточно комфортным.

«Интересно, они подойдут пешком или приедут на машине? И кто это будет? Один человек или несколько?»

Ответы на свои вопросы он получил достаточно скоро. Вывернувшийся из-за поворота автомобиль, осветив его машину фарами, дважды мигнул дальним светом. Мол, мы тебя ждём!

«Что ж… надо идти…»

Выключив мотор, переговорщик выбрался наружу и поёжился – сыро всё-таки в лесу!

При его приближении к машине, приоткрылась задняя левая дверь – милости просим!

– Добрый вечер.

– Здравствуйте.

– Как я могу к вам обращаться? Вы же знаете моё имя…

– Можете называть меня Гербертом.

– Гербертом…

– Этого будет вполне достаточно, – не поддержал тему собеседник.

При открытии двери в салоне почему-то не загорелось освещение, так что Бонилья не мог рассмотреть лица сидевшего напротив человека. А от водителя их отделяла стеклянная перегородка, так что и его Джозеф тоже не мог разглядеть.

– Хорошо, как скажете. Вы представляете собою организацию, известную мне как «Гарвард-52»?

– Вам предъявить верительные грамоты?

– Мне вполне достаточно и вашего устного заверения.

– Да, я могу говорить от её имени. Вас устраивает?

– Устраивает. Могу ли я задать вам несколько вопросов?

– Задать – можете. А вот с ответами… могут возникнуть определённые сложности.

«Да, не выстраивается пока разговор… Ну, что ж! В конце концов, со всякими там «вождями» различных фронтов тоже было ничуть не легче! Начнём!»

– Я полагаю, вы в курсе того – кто я такой и чьи интересы представляю в настоящий момент?

– Джозеф Мария Бонилья, шестьдесят восемь лет. Перечислять ваши официальные должности не стану – это не имеет отношения к делу. В настоящий момент вы выступаете доверенным лицом Марка Шафхаузена – одного из основных столпов криптофинансовой системы. Можете не стараться, передавая мне содержание вашего с ним разговора – оно нам известно.

– Полностью?

– Да.

«Ничего себе заявление! Они, стало быть, контролируют и переговоры Марка? Похоже на то… А всё ли они знают? Прослушка в кабинете? А в коридоре? Рискнём!»

– И, тем не менее, вы согласились на эту встречу?

– С вами. Ваш молодой помощник не представляет для нас никакого интереса.

«Однако! Ганс, которого можно назвать «молодым помощником» только с очень сильной натяжкой, желанный собеседник во многих серьёзных местах!»

– Весьма польщён столь высокой оценкой моих скромных…

– Не надо, – холодно парировал Герберт, – Не воспринимайте мои слова как дежурный комплимент. Мы оба хорошо понимаем истинное положение дел. Если не возражаете – перейдём к делу.

– Согласен.

– Шафхаузен не хочет в могилу?

– Туда никто не спешит…

– Вот уж не сказал бы! Анализируя причины поступков некоторых ваших нанимателей, к иному выводу прийти иногда очень сложно.

– Они готовы пойти навстречу некоторым вашим требованиям.

– Например? Предоставить статус наибольшего благоприятствия нашим операциям? А кто сказал, что у нас его нет уже сейчас? Льготные условия обслуживания? Так они имеются почти у всех клиентов, которые оперируют серьёзными суммами. Он даже и не знает с кем, по-настоящему, имеет дело… а туда же…

– Мы могли бы субсидировать некоторые ваши проекты…

– Учитывая масштаб наших операций, скорее уж мы могли бы выйти с таким предложением. Пока я не вижу с вашей стороны ничего, что заслуживало бы внимания. Уж извините за прямоту, Джозеф, но вам пока нечего нам предложить…

– Но… зачем-то вы же приехали?

– Действия ваших нанимателей причинили нам определённые неудобства, не скрою. Но не в наших правилах оставлять такие поступки безответными – и мы этого не делаем. Пока у Шафхаузена ещё есть парочка козырей – и пора бы их уже выложить на стол!

– Но… я не понимаю, о чём идёт речь!

– Значит, ваш старый друг не всё вам рассказал – только и всего. Такое имя, как Жасмин, говорит вам что-нибудь?

«Жасмин? Это ещё кто такая… Стоп! Подружка того самого шалопая, которую не стали выкупать у похитителей? Да, по-моему, её звали именно так…»

– Э-э-э… не уверен…

– Чтобы не оказаться в её положении, потребуйте у своего друга полной откровенности. Тогда и поговорим…

Продолжение разговора состоялось в тот же день – только уже в другом месте и в ином составе. И на этот раз обошлось без коньяка и прочих привычных любезностей. Сказать, что переговорщик был не в духе – это ещё очень мягко охарактеризовать ситуацию! Знавшие его люди сказали бы, что он просто вне себя!

– Марк… вы поступили крайне некорректно! Ещё никогда, за всю свою деятельность на данном… э-э-э… участке работы, я не был настолько дезинформирован!

– Джозеф! Я предоставил вам исчерпывающие сведения по всем вопросам!

– По всем ли?

– Ну… по всем важным…

– Кто это такие – Гарвард? Честно и без всяких ваших предположений. У меня сложилось впечатление, что мне что-то недоговаривают…

Финансист смутился.

– Ну… они торгуют наркотиками…

– И вы опасались меня этим смутить? Нечто, вроде, пресловутого картеля… как там его… а! Синалоа?

Шафхаузен покачал головой.

– Больше, Джозеф… Гораздо больше! Они на этом рынке с 50-х годов прошлого века.

Бонилья на какое-то время замолчал, что-то прикидывая.

– Если бы не определённые репутационные потери уже лично для меня, Марк, то эта наша встреча была бы последней. В конце концов, основную вашу проблему я решил… ну, скажем так, теперь там всё зависит уже от вас – переговорный процесс запущен, и я спокойно могу отойти в сторону. Вы и без моего посредничества можете сесть за стол переговоров… – произнёс он наконец. – Но, прикоснувшись ещё и к этой теме…

– Мы готовы вам всё компенсировать!

– Всё ли? – усмехнулся переговорщик. – Чем больше мне становиться известным – тем менее я уверен в успехе. Марк – они вас ничуть не боятся! Поверьте, я немного встречал людей, которые, как минимум, не прониклись бы уважением к столь серьёзным деньгам! У меня попросту не нашлось никаких аргументов, чтобы их убедить. У меня!

Оба собеседника на какое-то время замолчали.

– Итак? – поднял голову Бонилья.

– Идея привлечь их в качестве союзников…

– Чья это была идея?

– Ну… скажем так – некоторых экспертов среднего звена… Так вот, на тот момент она показалась весьма перспективной. «Гарвард» смог легко обеспечить нас нужным количеством наличных средств, предоставил свои каналы для их распространения… Да и потом, мы уже тогда предполагали возможность неудачи, и нам был нужен… нужна… фигура прикрытия…

– Скажите уж проще – козел отпущения!

– Да! И что?!

– Ничего… – пожал плечами Бонилья. – Ничего такого, что вы не могли бы мне рассказать и ранее.

– Был неправ – признаю! – вспылил финансист. – В конце концов, можно поверить в то, что торговцы наркотиками могут явиться ещё и распространителем болезни – в этом нет ничего невероятного! Мало ли, какие там могут возникнуть ошибки и накладки…

– И это переводило все стрелки (так, кажется, говорят на востоке?) на посторонних людей… Неплохая идея, могу отметить… Где же произошёл сбой?

– Мы пока не знаем. Возможно, было ошибкой иметь дело лишь с рядом функционеров среднего звена – надо было искать выход на руководство проекта в целом.

– Вы знаете, где их искать?

– Предполагаем… Настоящее имя руководителя «Гарварда» известно лишь президенту США.

– Ничего себе уровень… – покачал головою Бонилья. – Он что же – правительственный чиновник высокого ранга?!

– Как правило – бывший. Мы не озадачились в своё время получением более полной информации. Я понимаю – это было ошибкой! Но… нам катастрофически не хватало времени!

– Как и сейчас – только уже по иной причине. Это ведь не меня караулят у двери наёмные убийцы…

– Вы что-то знаете? – встревожился финансист.

– Ну, – усмехнулся собеседник, – я умею многое понимать и из намёков… И прочих… недосказанностей.

– Но так дела не делают! В мире финансов так не принято!

– В этим мире, как вы изволите выражаться, Марк, не всегда поступают в соответствии с вашими ожиданиями. Да, во время Великой депрессии, многие уважаемые люди выбрасывались из окон. Тогда им казалось, что это – лучший выход. И не только для них. Возможно, что кое-кому так кажется и сейчас…

– Но…

– Марк! Этот ваш проект – с вирусами, он завершён? Или попросту заморожен до лучших времён?

– Э-э-э… ну… Мы вложили в него много средств… привлекли учёных с мировым именем… Почти пять лет подготовительной работы!

– Иными словами – он до сих пор действует. Так?

– Я же вам говорил… Мы работаем над созданием отвлекающего следа. Каковой, будучи обнаружен, недвусмысленно укажет ещё и на конкретную страну…

– То есть, вы не отказались от данной идеи полностью?

– Нет…

Глава 28

– Здесь «Страж». Подтверждаю выход колонны. Шесть тяжелых грузовиков, три машины сопровождения и полицейский автомобиль во главе колонны. Общую численность персонала оцениваю в тридцать человек, исключая офицеров полиции – их в машине трое.

– Принято! – отпускаю манипулятор радиостанции и поворачиваюсь к своей команде. – Все слышали? Работаем!

На мониторах видна ползущая внизу змейка автоколонны. Скорость передвижения у неё невелика – порядка шестидесяти километров в час.

– Эфир – под контролем, переговоры пишем…

– Отследить активность наблюдательных постов на трассе…

– Активировать беспилотные средства наблюдения и контроля…

– Машина номер один – начать движение!

Тронулся со стоянки красивый белый «Крайслер», с откидным верхом. В салоне – две симпатичные блондинки. Ослепительные улыбки, легкомысленные наряды – девочки четко следуют инструкции.

– Взять под контроль переговоры дорожной полиции и коммунальных служб…

– Группам три, четыре и пять – занять места по схеме номер один…

– Машина номер два – готовность!

Взревел могучим дизелем стоявший у обочины грузовик, выбросил из выхлопной трубы клуб дыма. Но с места пока не тронулся – нет команды.

Так, всё пока идёт по плану…

По нашему.

Насколько уж он будет соответствовать реальности – покажет время. На всякий случай, есть и запасные варианты… мало ли как всё может пойти?

– Конвой прошёл контрольные точки один и два – зафиксированы сообщения от наблюдательных постов.

– Команда на машину номер один – прибавить скорость! Догнать колонну!

Прыгнула в сторону стрелка спидометра на «Крайслере» – машина резво рванулась вперёд.

– Доклад от группы управления – есть контакт!

– Принято! – откликается Аннет. – Доклад обо всех изменениях!

– Есть!

Висящий над дорогой дрон чуть наклонился набок – в поле зрения камеры попал белый автомобиль.

– Отслеживаем!

– Видим машину на экране, – подтверждают мои парни.

Слаженная, понимающая друг друга с полуслова, команда. Четкий, не знающий сбоев механизм – когда они такими стали? При мне? Или намного раньше? Что-то ведь они и до меня делали…

– Шеф, машина номер один догоняет колонну. Ваши указания?

– Перейти к фазе два.

– Принято. Общая команда – фаза два!

Тренькает телефон к кабине «Крайслера».

– Да?

– Впереди вас идёт автоколонна. Догнать, пойти на обгон. Поприветствовать водителей – пусть обратят на вас внимание. Впереди колонны идёт полицейская машина – они не станут вам мешать. Как поняли?

– Мы сумеем заставить их забыть обо всём на свете!

– Выполняйте. Трубку не кладите, последуют новые указания.

– Джо, посмотри налево!

Сидевший рядом с водителем напарник повернулся в ту сторону, куда указывал его товарищ.

Шикарный белый автомобиль как раз поравнялся с их грузовиком. Сидящая на пассажирском месте блондинка приветливо помахала рукой и приподнялась на сиденье.

– Ты только посмотри – что она там вытворяет! Сиськи показывает! Обкурилась она там, что ли?!

Девица и впрямь разошлась не на шутку – одобрительные восклицания раздавались не только в кабине этого грузовика.

– Достаточно. Обгоняйте их, и уходите дальше по трассе. Выдерживать установленную скорость движения, не превышать верхнего предела. Ведите себя аккуратно, у полиции не должно возникать никаких подозрений.

Притоплена педаль газа, послушный мотор уносит «Крайслер» вперёд.

– Группа управления – готовность номер один.

– Подтверждаю…

– Машина номер два – движение!

– Есть движение!

Тронулся тяжёлый грузовик, вывернул руль водитель, выбираясь на трассу.

– Скорость машины – соответствует заданной. Начинаю отсчёт…

Крутой поворот, перекрёсток – и «Крайслер» вылетает на мост.

– Контрольная точка!

– Пуск!

В левом переднем колесе белой машины имелся небольшой заряд взрывчатки. Его не могло хватить на то, чтобы разнести автомобиль в клочья, но вот вызвать разрыв покрышки – для этого его мощности вполне было достаточно…

Хлопок!

Машину резко занесло, она пошла боком.

Следовавший навстречу грузовик притормозил, пытаясь избежать столкновения.

Поздно…

Удар!

«Крайслер закувыркался по дороге, отброшенный мощным ударом. Рванул (непонятно по какой причине…) бензобак.

А тяжелая фура, накренившись набок, наглухо перекрыла проезжую часть…

– Машина номер два – подтверждаю выполнение приказа.

– Центр – принял.

Нажатие кнопки на телефоне – сменился его идентификационный номер. А заодно из памяти удались все набранные и принятые ранее звонки…

Полицейская машина, которая шла во главе колонны, притормозила – ехать дальше было некуда.

– Внимание всем водителям! – ожили радиостанции в кабинах конвоя. – Общая команда – поворот направо! Уходим на запасной маршрут! Не останавливаемся!

Уже кричал что-то в телефонную трубку водитель опрокинувшейся фуры. Срывались с места патрульные полицейские машины, завели двигатели у карет «Скорой помощи» – надо было срочно спешить на место аварии.

– Центр – посыл спецсигнала.

– Есть спецсигнал!

Приняв команду, мобильный телефон в «Крайслере» должен были тотчас же превратиться в кусок мертвого железа и пластика. Не потребовалось… огонь уже всё сделал и так…

И теперь уж никакое следствие не смогло бы установить его номер.

А в багажнике горящего автомобиля лежал груз наркотиков – вот это уже может представлять интерес для дознавателей! Кое-что, разумеется, сгорит… но не всё – некоторая часть неминуемо уцелеет. И следствие придёт к совершенно логичному выводу – незадачливые наркокурьеры попросту не справились с управлением…

– Перехват сообщения из автоколонны: «Смена маршрута, на пути авария, движение через мост невозможно».

– Что им там ответили?

– Затребовали точных сведений. Полицейские подтвердили – они всё видели своими глазами. Да и охрана конвоя – они запомнили этих девушек и их автомобиль.

– И что дальше?

– Тревога не объявлена, через двадцать километров они выйдут на основную трассу.

Вот так…

А на этом пути у них нет контрольных точек! И никто не сможет прийти им на помощь…

– Команда «Рою»! Поднять беспилотники!

На этот раз контроль продвижения колонны отслеживается не только с помощью спутниковых маячков – в воздухе висит дрон, который осуществляет наблюдение в режиме реального времени. Учатся ребятки… это хорошо! Но – вполне ожидаемо. Ибо аналогичное решение прямо-таки напрашивается! Ну, а что вы хотите-то? Все читают одну и ту же прессу… а там это решение преподносится как наиболее перспективное и технически грамотное. Мол, даже в армии так!

Так-то оно так… но тут не армия!

Отчего-то никому не приходит в голову и наиболее очевидная реакция со стороны противника – дроны есть не только у вас!

– Общая команда – готовность номер один!

Глава 29

Объездная дорога не являлась какой-то там захудалой тропкой – нормальное, хорошо асфальтированное, шоссе. Не такое широкое, как основная трасса – так здесь этого и не требовалось. Нет тут столь оживлённого трафика…

Да и куда ездить-то?

Небольшой городок, несколько ферм… и старый, ныне уже не работающий, цементный завод. Длинный забор опоясывал всю его территорию, почти полностью скрывая от глаз проезжающих обветшалые постройки. Оставалась ещё и железнодорожная ветка – по ней когда-то вывозили готовую продукцию. Она какое-то время шла вдоль дороги, потом поворачивала, пересекая её почти под прямым углом.

И в отличие от завода, «железка» ещё работала. Что-то там перевозили…

– «Лесенка» – начало движения!

– Принял. Начало движения.

– «Рой» – работа!

– Принял «Рой».

– Цель номер один!

Крылья этого дрона на солнце не поблескивали. Да и вся его окраска была какой-то блеклой… со стороны – так и вовсе невыразительной. И совсем незаметной. Да в этом и не было никакой необходимости – назначение этой машины состояло не в том, чтобы удивлять публику мастерским исполнением фигур высшего пилотажа на всевозможных «показухах». Этот агрегат проектировался с совершенно конкретной задачей.

Машина-убийца…

Вот так!

Так что заходящий в атаку со стороны солнца дрон был совершенно незаметен.

А из оружия на борту имелся своеобразный «дробовик». Выстрел четырьмя десятками стреловидных поражающих элементов мог с легкостью испортить даже самую совершенную технику – никакой защиты ведь там не имелось.

Так и на этот раз – заряд поразил дрон-наблюдатель, приведя в негодность оба мотора.

– Потеря картинки с дрона-наблюдателя. Система выдала в эфир сообщение – «неисправность тягового двигателя».

Всё верно – программное обеспечение этого летательного аппарата не предусматривало отказ обоих двигателей одновременно. И в любом случае сообщение носило бы именно эту форму.

Умные у меня тут ребята собрались… и про это они тоже уже всё выяснить успели. Так и ничего удивительного – этот аппарат тоже ведь не сами финансисты собирали! Купили – как и многое другое… И никто даже и не подумал, что такие вот покупки надо от кого-то там скрывать. Отчётность!

Это – превыше всего!

Ибо – бизнес! Всё должно быть прозрачно и легко проверяемо, никакие затраты не могут быть необъяснимыми… или необъяснёнными… бухгалтерия должна всё видеть и всё контролировать – это аксиома.

Всякий бизнес требует соблюдения определённых правил.

Вы никогда не задумывались над тем, что эти правила могут иметь и иную, уже не столь явно декларируемую, цель?

Нет?

И напрасно…

Ведь то, что купил кто-то другой, всегда может приобрести ещё кто-нибудь… просто прочтя ежемесячный финансовый отчёт… Или, по крайней мере, изучить. И понять все преимущества – и все недостатки данного девайса.

Да, неприятная ситуация – вышел из строя дрон. По какой-такой причине – в принципе, понятно. Двигатель накрылся… производственный брак, наверное…

Так или иначе – а наблюдение с воздуха теперь невозможно.

Неприятно – но не смертельно.

Есть и резервный дрон – и скоро он уже будет в воздухе. Лететь не так уж и долго – минут двадцать. А за это время ничего особенного и не произойдёт… не должно произойти…

У-у-у!

И ещё раз…

Что это?

Сидевший на пассажирском месте полицейский посмотрел в ту сторону, откуда донёсся звук.

– Майк, – толкнул он локтем напарника. – Поезд!

И впрямь, вывернув откуда-то сбоку, дизель-электровоз бодро тащил по рельсам несколько вагонов. Да и фиг бы с ним, если честно… но впереди уже опускался шлагбаум, перекрывая движение по шоссе.

Да, при планировании маршрута, разумеется, учитывался и тот факт, что на запасной дороге есть железнодорожный переезд… но никому и в голову не пришло проверить – а бывает ли он вообще закрыт? Завод – давно уже не работает, да и близлежащий городок по этому поводу существенно опустел… а вот ходят ли по ветке поезда? Этого, за незначительностью момента, никто и не подумал выяснять.

Тем более, никому даже и не закралась в голову мысль уточнять график движения этих самых поездов.

Да и, честно сказать, не было никакого графика… Поезд тут ходил не самостоятельно, разумеется, а по согласованию с диспетчером дистанции. Вопрос лишь в том, что и это согласование было относительно нерегулярным. Так что, даже выясни кто-то этот график, он в любой момент мог быть совершенно спокойно нарушен. Ну, вот не набралось груза на рейс… мы и не поехали…

Так вполне могло быть.

Но сейчас – дизель бодро тащил по рельсам вагоны и даже не собирался никак притормаживать.

Хочешь ты этого или нет – а перед поездом встанет любая автоколонна – даже с тяжёлой бронетехникой на прицепах.

Таков порядок… увы!

– Команда по колонне – стоим! Пропускаем поезд!

Зашипели тормоза, и вся автоколонна встала. Раз с головной машины приказали – надо исполнять!

Нажатие кнопки – и разом «умерла» вся связь. Кроме, разумеется, той, что работала на специально выделенных частотах – она вполне успешно функционировала. Но в колонне таких радиостанций не имелось – и об этом тоже было известно. Ослепли и многочисленные спутниковые маячки.

– «Пчёлам» – взлёт!

Вращавшиеся до сего момента в холостом режиме лопасти резко ускорились – взвыли на высоких оборотах двигатели.

И из-за длинного серого забора взмыли… нет, не привидения из ночных кошмаров.

Боевые коптеры – я тоже не зря изучал наши арсеналы!

Собратья того самого аппарата, что когда-то расстреливал моих сотоварищёй – сейчас они играли на правильной стороне. Ну, во всяком случае – на той, где я сейчас находился. А уж сколь она правильная…

– «Глазам» – работа!

И защелкали вразнобой снайперские винтовки – позиция у стрелков была превосходной. С высоты ныне не работающих заводских агрегатов они могли – и видели достаточно далеко.

Ударили по кабинам тяжелые пули калибра 0,338 Лапуа Магнум – и брызнули осколками выбитые ветровые стекла.

Поникли на сиденьях водители – грузовики остались без управления.

– «Пчёлы» – работа!

И взревели, заходясь в судорожном кашле стрельбы, скорострельные девятимиллиметровки на дронах. Борта автомашин сопровождения и охраны разом вспучились от попадания бронебойных пуль – и задергались в салонах расстреливаемые в упор пассажиры и водители.

Не избежал своей участи и полицейский автомобиль – в него стреляли и со стороны переезда – из распахнувшихся дверей железнодорожных вагонов вели огонь ручные пулемёты.

– Всем – контроль!

Скользнули над дорогой серые тени летающих убийц. Кое-где треснули короткие очереди – операторы расстреливали всех, кто ещё подавал хоть какие-то признаки жизни.

– «Пчёлы» – Центру. Зачистка произведена.

– Центр – принял. Подтверждение! «Пчелам» – домой!

И серые тени скользнули над землёй, уходя куда-то в сторону. Туда, где их ждали неприметные грузовики. Винты плавно опустят летающую машину внутрь кузова, и аккуратные техники пополнят израсходованный боезапас. Поменяют и аккумуляторы – и серая тень вновь сможет выскользнуть наружу, неся смерть…

– Фаза – два!

Из-за забора и со стороны поезда выбежали быстрые фигуры в темных комбинезонах. Черные и бесформенные, они скрадывали движения своих владельцев. А лица, закрытые специальными масками, делали их каким-то подобием средневековых ниндзя – такими, какими их принято показывать в кино. Вот только вполне современные штурмовые винтовки и скорострельные пистолеты-пулемёты портили всю картинку.

Щёлкнуло несколько одиночных выстрелов – тот самый контроль. Только уже с земли.

Проскрежетали ножницы, срезая пломбы с кузовов.

– Погрузчики!

А вот уже и они – спешат со стороны завода.

Подцепив своими вилами стоящие в кузовах контейнеры, они быстро перегружают их в спешно подъехавшие автомашины. А на их место грузят уже что-то другое – второпях, не соблюдая никакого порядка.

Загруженные автомашины тотчас же разъезжаются в разные стороны – и попробуй их теперь отыщи…

Тронулся и поезд – по вагонам пробежались шустрые ребята с мощными магнитами, собравшие большинство стреляных гильз. То, что значительная их часть осталась около железнодорожного полотна – всем наплевать. Там следов почти никто и не оставил…

А в журнале учёта движения поездов сама собою появилась отметка – поезд номер такой-то проследовал через переезд за десять минут до происшествия…

Управление железнодорожной дистанции старалось идти в ногу со временем – журнал тут вели не по старинке – вручную, а вполне современно – на компьютере. И даже к интернету он был подключён!

Ну… вот этим и воспользовались… Кто? А бог весть… какой-то хакер, наверное. И даже следов никаких не оставил.

Машинисты же поезда, получив приличную суму наличными, предпочли не вдаваться ни в какие разъяснения – мол, когда мы тут проезжали, всё было чисто. Впрочем, их никто особо и не расспрашивал… хватило и записи в журнале. А переезд – так он вообще автоматический. И, кстати, время, зафиксированное автоматикой – и время прохода поезда, как ни странно, тоже совпали…

– Общая команда – фаза три!

Попрыгали в машины темные фигуры, бросив за забором старого завода погрузчики. Стоило лишь им отойти в сторону, как оставленная техника внезапно занялась ярким пламенем – уничтожались все возможные следы. Путая следы, машины с нападавшими (к тому моменту успевшими сбросить свою «спецодежду») разъехались в разные стороны. Разумеется, при них не имелось никакого оружия – обычные законопослушные граждане…

Высланный сменный дрон-наблюдатель, не обнаружив автоколонну в расчётной точке, двинулся ей навстречу. И через двадцать минут его видеокамеры зафиксировали сильный пожар у железнодорожного переезда. Увы, ничем помочь он не мог, оставалось ждать пожарных.

Они и прибыли – ещё через двадцать минут.

Аж две машины – всё, что оставалось в пожарной службе полуопустевшего городка. К сожалению, к моменту их прибытия, тушить что-либо было уже поздно…

Выдержка из полицейского рапорта

«…нападение было совершено около железнодорожного переезда, напротив заброшенного цементного завода. Каким-то образом нападавшие смогли остановить колонну, после чего открыли массированный огонь из автоматического оружия и дальнобойных винтовок. Нами обнаружено, как минимум, пять заранее подготовленных позиций снайперов, где изъято большое количество стреляных гильз от патронов 338 Лапуа Магнум (судя по маркировкам на гильзах). Огонь вёлся с дистанции не менее 600 метров, что свидетельствует о хорошей подготовке стрелков.

Охрана колонны была застигнута врасплох, оружие большинства из них так и осталось в кобурах. Ответного огня, судя по всему, никто открыть попросту не успел. На месте происшествия обнаружено шестьдесят пять тел, частью в сильно обгоревшем виде, что затрудняет опознание.

Погибли и четыре офицера полиции, осуществлявшие сопровождение колонны согласно распоряжению полицейского управления.

Судя по тому, что большинство груза сгорело в результате пожара (нападающие подвезли к остановленным автомашинам несколько бочек с горючими веществами, что значительно усилило пламя), целью нападения являлось именно уничтожение колонны, а не захват содержимого автомашин.

Часть бочек осталась на территории завода, по-видимому, из-за поломки одного из погрузчиков, каковой и был обнаружен с заглохшим двигателем неподалёку от них. Благодаря этому огонь был недостаточно силён, чтобы уничтожить все следы нападения. Прочие погрузчики были согнаны в одно место, облиты бензином и сожжены.

При первичном осмотре удалось установить, что некоторую (возможно, весьма значительную) часть груза составляли прекурсоры для получения синтетических наркотиков. Из чего можно сделать вывод, что разгромленная автоколонна принадлежала именно производителям наркотиков. Прибывшие на место агенты ДЕА[26] никак не прокомментировали данный вывод, заявив, что всё произошедшее относится к их юрисдикции, и они не намерены обсуждать такие вопросы с рядовыми исполнителями. Они потребовали передать им все материалы, в той или иной степени связанные с этим происшествием…»

Телефонный звонок по закрытой линии связи

– Сэр, задание выполнено. Груз захвачен. Направлен разными путями к точкам сбора.

– Люди?

– В наших руках находится один из научных работников – из числа сопровождающих лиц. Ввиду сложности опознания, все остальные…

– Понятно. Что ж, и это хорошо. Где он?

– Отправлен на точку «А-23», как вы и приказывали ранее.

– Так…Что ещё?

– Нами осуществлена подмена груза – прибывшие контейнеры были расположены таким образом, чтобы часть их уцелела при любых обстоятельствах. Судя по докладам полиции, так и произошло.

– Потери?

– С нашей стороны – никаких. Один из оперативников получил ожоги, госпитализирован.

– Что ж, я должен отметить высокий профессионализм исполнителей. Подайте мне списки для поощрения ваших сотрудников.

– Есть, сэр! Будет исполнено, сэр!

Глава 30

Новая встреча с представителем «Гарварда» произошла уже через день – тот сам позвонил Бонилье и назначил новое место для рандеву. Переговорщик ехал на неё со смешанными чувствами – новых аргументов не прибавилось. И он – впервые за всю свою многолетнюю деятельность – искал и не находил каких-либо веских доводов в свою пользу. Именно, что в свою – на период заказа он воспринимал интересы клиентов, как свои собственные. И, тем не менее, старался понимать и осмысливать позицию противоположной стороны – сколь бы странной и противоречивой она не выглядела. Это всегда помогало находить неожиданные – а порою, так и вовсе непредсказуемые, решения. Часто помогавшие сгладить доселе неразрешимые противоречия.

Всегда – но, не сейчас…

Противоположная сторона, казалось, вовсе не проявляла никакого интереса к переговорам – мол, хотите встречи? Ну, черт с вами, встретимся… но – не более того. И это выглядело предельно странно – в конце концов, он представлял достаточно важных и влиятельных людей, чтобы их интересами можно было бы вот так, напоказ, пренебрегать. Хотя бы и из чувства элементарной предосторожности – жизнь, она порою выкидывает такие коленца! И никогда не стоит рвать абсолютно все концы! Даже спецслужбы – отчаянно борющиеся с террористами, и те стараются сохранять хоть какие-то коммуникации с ними. Даже самые напряжённые отношения – намного лучше полного разрыва. Тут есть хоть и малая, но возможность поговорить! Не хотите напрямую – Джозеф всегда к вашим услугам! С ним – можно…

– Доброго дня! – вежливо наклонил голову переговорщик, садясь в салон автомашины.

– И вам, – холодно кивнул Герберт. – Ну, чем вас порадовал Шафхаузен?

– Вы были правы – он не был до конца со мною откровенен.

– Надеюсь, он компенсировал вам эту оплошность?

– Э-э-э… ну, мы пока не касались этой темы…

– И напрасно! Впрочем, – пожал плечами собеседник, – это уже ваши проблемы… Итак – к делу! Что вы можете нам предложить?

– Насколько я понял, у нас с вами общий… э-э-э… конкурент…

– И кто же это? – казалось, удивился Герберт. – Впервые слышу, чтобы у нас появились конкуренты!

– Китай. Не станете же вы отрицать, что ваша деятельность там – и в подконтрольных ему регионах, сталкивается с определёнными трудностями?

– Не стану, – неожиданно легко согласился оппонент. – И что?

– Мы могли бы соединить свои усилия… предоставить наши возможности…

– Разве? Вы имеете влияние на политику, которую проводят в жизнь их власти? Способны помешать принимаемым ими решениям?

– В известной степени – да.

– И на центральный банк Китая – тоже? Нет? Я так и думал… вы и своих-то проблем решить не можете, а берётесь решать чужие! Даже не представляя себе их масштаб!

Разговор «завис» – вторая сторона переговоров не проявила особого интереса к сделанному предложению. И это выглядело предельно странно – любой премьер-министр соседней страны из штанов бы выскочил, спеша подписать столь выгодные для себя условия! Любой… но не этот странный собеседник.

– Хорошо… – медленно кивнул Бонилья. – Но – вы же пришли на встречу, так? Значит, какой-то интерес у вас всё же имеется? Так озвучьте ваши предложения!

Герберт усмехнулся.

– А вы уверены, что они вас устроят?

– Ну, надо же с чего-то начинать?

– Хорошо… Для справки – ваш вирусный проект полностью провален. Попытка эвакуировать лаборатории и материалы – не удалась. Как и идея выставить виновниками эпидемии спецслужбы Китая. Кстати, мы можем вас поблагодарить – вы дали в наши руки ценный материал!

В висках Джозефа сильно-сильно застучали невидимые молоточки – этот аргумент казался ему решительным… казался…

– Но… почему? У нас с вами общий противник!

– Был общий… Теперь вы можете попробовать воевать с ними в одиночку. А мы посмотрим. И сделаем своё предложение тому, кто выиграет. Как вам такой расклад?

– Откровенно говоря, не очень… – поджал губу Бонилья. – Но, насколько я понимаю, это ещё не окончательное ваше решение? Зачем тогда было назначать эту встречу?

– Чтобы вам было понятнее – лаборатория и материалы, подкрепленные живыми свидетелями, могут стать таким камнем, что гарантированно утянет на дно сколь угодно значимую и влиятельную фигуру. И любую организацию. Без вариантов – такого не простят никому. И только от нас теперь зависит – на чьей шее повиснет этот груз. Это ясно?

– Вполне.

– Прекрасно. То есть, вы понимаете, что о каком-либо равноправном союзе – и речи быть не может. Мы согласны использовать ваши возможности – не более того. Так же, как делали это и раньше. Разумеется, с обоюдной выгодой – на ваш законный заработок никто не покушается. Но условия такого сотрудничества изменятся… в пользу одной из сторон. И это – то самое второе предложение.

– Есть и третье?

– Мы с вами не в сказке – такого разнообразия вариантов в реальной жизни не встречается, – пожал плечами оппонент. – Итак? Надеюсь, у вас есть полномочия для конкретного ответа? Или я очень сильно разочаруюсь в Шафхаузене… и его компаньонах. Они могли бы уже и понять с кем связались…

– У меня есть право принять или отвергнуть любое из возможных предложений, это так… Но… никто не предполагал, что они станут… настолько…

– Вспомните Алариха[27], – снова пожал плечами Герберт. – И его знаменитую фразу. Вы начали играть на чужом поле – но, по своим правилам. Чего же вы ещё ждали? Как там написано у Форсайта? В его знаменитой книге «Не будите спящую собаку»? Она мирно спала и никому не мешала… Но, нет! Кому-то же потребовалось её пнуть – так, что же вы теперь удивлены её рычанию? Итак?

– Хорошо. Я… мы принимаем ваше второе предложение…

Встреча, которой не могло быть

– Добрый день, господин Ли!

– Я также рад вас видеть, мистер Доу, – наклонил голову в приветственном жесте второй участник встречи. – Прошу вас, присаживайтесь… Кофе?

– Не откажусь, – согласился пришедший – мужчина приблизительно сорока лет, с намечавшейся сединой на висках.

Его партнёр по переговорам был явно старше – лет на десять, как минимум. Хотя… для непосвящённого человека это было не так заметно – китаец умел следить за своим внешним видом. Безукоризненный выбор костюма и прочие, не бросающиеся в глаза мелочи – он давно уже привык к общению с иностранцами и знал, как нужно производить впечатление на собеседника.

Некоторое время они оба молчали, никто не начинал разговор первым.

– Я попросил вас о встрече, господин Ли… – наконец нарушил молчание пришедший. – Чтобы ознакомить вас с некоторыми материалами, которые – на мой искушённый взгляд, могут представлять для вас несомненный интерес.

– А именно? – наклонил чуть набок голову китаец.

– Прошу вас… – и на стол между ними легла тонкая папка с бумагами.

Ли поднял её и углубился в изучение написанного. Гость молчал, не желая прерывать этот процесс. На невозмутимом лице его собеседника, казалось, не было заметно никаких эмоций. Казалось… но Доу хорошо успел в своё время изучить личность того, с кем сейчас встречался. И понимал – его собеседник несколько взволнован. Но – торопить его явно не следовало.

– Это интересно, – отложил папку в сторону хозяин встречи. – Но, насколько я понимаю, это ещё не всё?

– Вы правильно меня понимаете, – кивнул гость. – Могу вам сообщить, что указанное оборудование и все материалы были вывезены из лабораторий. На машинах, арендованных компанией «Норекс». Во всяком случае, к такому выводу неизбежно придёт всякий, кто начнёт раскапывать данную историю.

– «Норекс»? – пожал плечами собеседник. – Ничего о ней не слышал.

– Она учреждена в США два года назад. Торговля бытовой химией и сопутствующими товарами. Учредители – этнические китайцы, проживавшие на тот момент в Калифорнии.

– Проживавшие? – уловил суть фразы собеседник.

– Именно так. В настоящий момент они находятся за пределами страны. И – соответственно, вне досягаемости юрисдикции США.

– Ну и что? Мало ли в Америке граждан Китая? Мы не можем – да и не станем, отвечать за действия отдельных лиц…

– С вашего позволения, я закончу… Для размещения всего оборудования, равно, как и для продолжения деятельности, был подготовлен промышленно-складской модуль… И по странному совпадению – он тоже был арендован компанией с китайскими учредителями. Вот они-то – как раз и проживают в Лос-Анжелесе. И вполне доступны для правоохранительных органов США.

Ли прищурился. Но… так ничего и не сказал, выдерживая паузу.

Собеседник вежливо улыбнулся.

– Случилось так, что автоколонна не дошла до места назначения. Что-то там по дороге произошло… какие-то трения между преступными элементами… Не хотите ли взглянуть? – гость положил на стол ещё одну тонкую папку.

На этот раз китаец читал намного медленнее – и с большим вниманием.

– Так…Насколько я понимаю, груз…

– Пока цел. Как и сопроводительная документация.

– И?

– Он может так никогда и не быть обнаруженным. А подготовленные помещения – останутся невостребованными. Более того – мы готовы поделиться с вами… с вашим руководством… всеми материалами по данному вопросу. И всей оперативной информацией. Не сомневаюсь, оно найдёт ей применение. Там есть любопытные сведения… о тех, кто является настоящими интересантами и вдохновителями данной операции.

– Это интересное предложение… – медленно произнёс Ли. – И что вы хотите взамен?

– Ничего. Нам бы просто хотелось устранить досадные недоразумения, которые иногда возникали между нашими… организациями. И исключить их возникновение в будущем.

– Я доложу о вашем предложении, – наклонил голову китаец. – Но нам бы хотелось полностью исключить возможность повторения подобного инцидента. С теми же самыми…

– Ваши представители могут присутствовать при уничтожении груза. И всех материалов исследований по данной теме, – предложил гость.

Хозяин встречи кивнул в знак согласия.

– Согласен. Мы также заинтересованы в предотвращении возможности утечки любой информации по данному вопросу.

– Полагаю, что и это ваше требование найдёт понимание у моего руководства.

– Мы на этом настаиваем.

– Разумеется, я передам ваши пожелания Директору. Не сомневаюсь, что он пойдёт вам навстречу.

– Что ж, – поднялся с места Ли. – Я рад, что мы пришли к обоюдоприемлемому соглашению.

– Взаимно!

И обе договаривающиеся стороны обменялись крепким рукопожатием.

Глава 31

«С получением данного распоряжения, вам надлежит скопировать все, имеющиеся в вашем распоряжении, оперативные материалы по проведённым мероприятиям. Носители передать специальному курьеру. После копирования уничтожить все жесткие диски компьютеров и все материальные носители информации. Оборудование обесточить, и подготовить к отправке. Всем участникам операции запрещается, вплоть до особого распоряжения, покидать пределы базы. Исключить все контакты ваших сотрудников с родственниками и знакомыми. Подготовить списки на поощрение личного состава – с указанием степени личного участия. Об исполнении доложить лично».

«Вот такие пироги…» Кажется, именно так и говорят у русских?

Похоже, что наша деятельность подошла к логическому завершению. И сейчас последует… что последует? Награждение и поощрение?

Ага… блажен, кто верует! По-моему, именно так говорил проповедник когда-то далеко в детстве.

А, может быть, и не это он говорил… но, явно, что-то похожее. Во всяком случае – близкое по смыслу. Там, помниться мне, было и ещё кое-что… об обещании лучшей жизни в райских кущах.

Не стану спорить – там, наверное, хорошо. Но, вот только никому из нас это точно не светит. Не заслужили…

Мой приказ народ выслушал молча.

Никаких эмоций и вопросов – тут всё же не полные лопухи собрались. Тем паче, что на совещании уже присутствовали три спецкурьера – они прибыли рано утром. Предъявили письменное распоряжение Директора – и более уже никуда не отлучались. Понятное дело, что при них никто высказываться и не захотел.

И пошла работа…

Все бумаги собирались в большие проволочные корзины и под присмотром одного из спецкурьеров выносились во внутренний двор. Корзина закрыта крышкой, ничего оттуда вылететь не сможет.

Канистры с бензином уже были туда заранее доставлены.

Минутное дело – облить горючим корзину, чиркнуть спичкой – и пламя пожирает содержимое. Прямо там же и подписывался акт об уничтожении. И вся компания возвращалась назад – за новой порцией бумаг.

Параллельно идёт копирование информации. Заполненный носитель тотчас же убирается в специальный кейс, снабжённый системой мгновенного уничтожения содержимого. По окончании копирования, жесткий диск извлекается из компьютера и один из гостей – прямо при нас, крушит его молотком. Опять подпись акта…

И так – весь рабочий день.

Улучив момент, набираю номер биг-босса.

– Сэр! Это Джон Хаст!

– Да, Джон, слушаю…

– Сэр, в полученном распоряжении ничего не сказано о тех информаторах, которые состоят у меня на связи. Каковы будут ваши распоряжения по данному вопросу? Должен ли я прервать с ними всякие взаимоотношения? Или мне передать их на связь кому-то другому?

Вопрос достаточно щекотливый.

По всем правилам, которые в данном случае соблюдаются неукоснительно, передача информатора на связь другому сотруднику производиться только лично. При этом присутствует как старый «куратор», так и новый – дабы агент мог убедиться в том, что тут всё чисто и нет никаких подстав.

– М-м-м… – на какое-то время задумывается босс. – Джон, вы будете мне очень скоро нужны – лично… тут для вас есть особое задание. Черт! Мне сейчас некогда высылать для этой цели кого-то из своих сотрудников, они все заняты…Момент, не кладите трубку!

Терпеливо жду, пока он примет какое-то решение.

– Вот, что, Джон… Кто из ваших людей уже освободился?

– Лейла Хасси и Аннет Маршан – они уже передали все своим материалы вашим людям.

– Маршан… – специалист по технической разведке?

– Да, сэр.

– Ну, техника и живые люди – разница всё же присутствует… Хасси?

– Она больше аналитик, но и с людьми работать умеет тоже. Есть опыт, хотя и не слишком большой.

– Сколько времени вам потребуется, чтобы передать ей на связь всех информаторов?

– Два дня, сэр. Я же не могу вызвать их всех на общее собрание, чтобы представить там нового куратора.

– А быстрее?

– Сожалею, сэр, но это невозможно – по чисто техническим причинам. Некоторые из них могут приезжать только после службы – днём они заняты. Я не имею права ставить информаторов в неудобное положение – это может вызвать определённые подозрения в их адрес. И к тому же, они не должны видеть друг друга – это даже не обсуждается!

– Хорошо… – медленно произносит Директор. – Забирайте с собою Хасси – и передайте ей всех своих людей. Кстати, сколько их у вас?

– Шесть человек, сэр.

– Я думал – пять.

– Материалы на привлечение к сотрудничеству шестого переданы мною в установленном порядке пять дней назад. Мы просто не успели это оформить официально…

– Что ж, насколько я в курсе дела, с Лейлой у вас не будет никаких проблем – она же вас хорошо понимает, не так ли?

– Да, сэр!

– Два дня, Джон!

– Есть, сэр!

Лейла задумчиво смотрит на только что закрывшуюся дверь – мы только что проводили очередного информатора.

– Я всегда пыталась понять – что движет такими людьми? Работать с кем-то в дружном коллективе – и предавать своих же товарищей?

– Ну, они же не считают себя предателями! – пожимаю я плечами. – Не скрою, меня поначалу тоже посещали подобные мысли… но, со временем как-то всё устоялось. Привык, наверное…

– И всё же?

– Кто-то считает себя несправедливо обделённым, некоторые обижены на сослуживцев. Та девушка, что только что ушла – ищет защиты от полиции. Местные копы частенько «нагибают» таких, как она. Во всех смыслах. Вот они и думает, что агенты ДЕА способны как-то их приструнить. Тебя и меня она именно в этом качестве и воспринимает.

– А мы, действительно, это можем?

– Ну, вчера утром тут был как раз тот человек, который может сломать ей жизнь одним движением пальца. А может – и не сломать… как попросишь…

Лейла снова оборачивается к двери.

– Странно… Я могла бы и привыкнуть к такому… Каково это – держать судьбу человека в своих руках?

Снова пожимаю плечами.

– Положим, никто из них по доброй воле сюда бы и не пришёл… Тот – вчерашний, гость, склонял к сексу задержанных за мелкие правонарушения девиц. И не один раз – это уже стало у него повседневной привычкой. На этом и погорел – сразу трое из них дали на него показания. Он не сел – вмешались мы. И, в итоге, он, вместо федеральной тюрьмы, даже получил повышение – стал заместителем начальника отдела. Правда, с улицы его убрали – и он потерял возможность удовлетворять свои дурные привычки. Ушедшая сейчас девушка приторговывала наркотиками…

– Ну, с ней-то всё ясно – я уже таких навидалась… Она ведь могла войти в число кандидатов на участие в нашей последней операции – с такими-то внешними данными! Не думаю, что у неё были бы тогда какие-то преимущества перед прочими…

– А она там и была.

– Но ты выбрал других…

– Они были знакомы. Правда, весьма отдалённо, но всё же… Доказать их связь друг с другом было намного проще – обе вращались в одних и тех же кругах.

– Я помню… – медленно кивает она. – То есть, ты хочешь сказать, что чисто из благородных побуждений никто на такое сотрудничество не идёт?

– Как правило – нет! – отрицательно качаю головой. – Да, с ними не слишком-то и охотно станут сотрудничать. Как потом можно остановить такого человека, как им управлять? Ведь нет же ничего, чем можно было бы его припугнуть… Огласка нашей связи ему может повредить только очень незначительно, остаётся, разве что, наркоман в подъезде… Но – это уже совсем крайний случай!

Смотрю на часы.

– Однако же – уже почти половина одиннадцатого! Мы, как – спим? Или едем на базу?

Девушка поднимает на меня вопросительный взгляд, не отрываясь, однако от клавиатуры.

– Ну… – посматриваю в сторону кровати, – я бы, конечно, поспал…

Лейла фыркает – как же, поспал один такой!

– В любом случае – за рулём будешь сидеть ты! А то я такого могу нарулить…

– Согласен! Тебе там надолго ещё осталось? – киваю я на ноутбук.

– Минут на десять, наверное.

– Тогда – я в душ!

– Хорошо. Не выливай там весь шампунь…

Сделать воду потеплее – но не слишком горячей… вот – теперь можно уже!

Всю усталость словно волною смыло – я как-то даже приободрился.

Так, полотенце у нас на полке… вытираемся. Волосы – особо тщательно. Спешить некуда – у меня ещё есть время в запасе.

Проникнув через подпотолочное окно, по потолку пробежал отсвет фар – развернулась на стоянке какая-то машина.

Всё, пора вылезать!

Совершенно автоматически выключаю свет.

Зачем, спрашивается, сюда же сейчас Лейла зайдёт?

Чертыхнувшись, нажимаю на клавишу. Почему-то он не загорается сразу… только моргает… пришлось нажать на неё ещё пару раз…

Всё – теперь работает.

– Там что-то с выключателем – не сразу фиксируется… – вытирая голову полотенцем, выхожу в комнату.

– Сядь. Вон туда… – Лейла указывает мне на низкую скамеечку у стены.

Не рукой указывает – пистолетным стволом.

Сорок пятый – да на близкой дистанции… Выходная дыра в спине будет ого-го!

– И не делай вид, что ты ничего не понимаешь.

– Понимаю, – медленно наклоняю голову, косясь на оружие в её руке.

«USP-компакт» – серьёзная машинка! Такая пушка может навертеть дыр… и навертит!

– А я-то всё пробовал предположить – кто же это будет?

– На меня – тоже думал?

– Не думал. Я знал. Правда, окончательно я это понял не так-то уж и давно. Но всё равно… как-то не верилось.

– И напрасно, – прикусывает Лейла губу. – Я ведь была с тобой откровенна.

– Да и я как-то тебе не врал… Но верилось, откровенно говоря, с трудом.

– Ты же знал, что всех нас зачистят. Но… продолжал рассказывать мне сказки!

Пожимаю плечами, откладывая полотенце в сторону.

– Оденусь?

– Нет. Уже не надо.

– И ты решила вытянуть счастливый билет? Разменять мою жизнь – на собственное благополучие?

– Ты знаешь причину всего этого.

– Тебе денег, что ли, не хватало? Могла бы и прямо сказать – я бы помог.

– Чем?

– Пары миллионов тебе хватило бы?

Она молчит какое-то время. Думает, надо полагать.

– У тебя столько нет.

– Есть. И гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Миллионов пять-семь – могу добыть в течение одного-двух дней. Напрягусь – ещё столько же. Но, уже через месяц…

Лейла усмехается.

– Сказал бы полмиллиона – я бы поверила быстрее.

Осторожно развожу руками.

– Ну… я как-то не задумывался на эту тему. А что будет с другими членами группы?

– Я не стала бы говорить о них в будущем времени…

Понятно… Собственно говоря, ничего нового – я примерно такого развития событий и ожидал.

– Как ты понимаешь, – чуть наклоняется она вперёд, – твоё место рядом со мной тоже уже занято.

– Дай-ка я угадаю… Симмонс?

– Ты знал?!

– Сколько раз вы уже были вместе? Два?

Лейла меняется в лице.

– А ты умнее, чем я думала! Что ж, если это послужит каким-то утешением – ты лучше. Но… я уж как-нибудь это переживу…

И она совершенно спокойно нажимает на спуск.

Сухой щелчок… и всё.

Выстрела не произошло.

Да, собственно говоря, его и не могло произойти.

Ещё вчера, пока она мылась в душе, я заменил боёк в её пистолете. Внешне – точно такой же – но… немного короче. Так или иначе – но до капсюля он уже не достаёт. Так что, внешне грозное оружие, теперь ненамного отличается от обычного кирпича.

Рывок – мелькнула в воздухе скамейка, на которой я сидел. А вы что же думали – она тут просто так стоит? Тяжелая, из двухдюймовой доски, мало похожая на изделие из ближайшего супермаркета… а вот летает она хорошо! Её сюда специально притащили – аккурат, перед моим прибытием.

И эффективно работает – Лейлу отбрасывает к стене, и она изо всех сил прикладывается об неё затылком.

Аут – некоторое время она точно будет не опасна.

Щелчок замка – и на пороге появляется Майя. Тепловизор сдвинут на лоб, в руках пистолет с глушителем.

– Ну, ты и любитель поболтать… Я ещё когда стрелять могла!

Даже и через дверь – только что вышедший из горячего душа человек, несколько отличается по тепловой картинке от того, кто одетый сидит в комнате.

– Мне было интересно, что она ещё скажет.

– Ну, не настолько же она дура…

Да, забыл сказать, в комнате был установлен микрофон – и тот, у кого есть приёмник, мог спокойно слушать всё, что тут только бы ни говорилось. Именно по этой причине Майя и появилась настолько вовремя. Мелькнувший на потолке свет фар означал одно – Лейла уже успела доложить о принятии дел и получила приказ на мою ликвидацию. А, моргнув светом в ответ, я подтвердил принятие информации.

Стоит ли упоминать о том, что тот самый – шестой информатор (точнее – кандидат в таковые) это как раз Майя и была? Мне же надо было как-то залегендировать её появление в мотеле на этот раз…

Выдержка из полицейского рапорта

«…при тушении пожара в мотеле, в одном из номеров было обнаружен труп мужчины. Белый, приблизительно сорока лет, документов не имеется. При дальнейшем осмотре в номере был обнаружен пистолет – «Токарев», русского производства, за номером КТ434250. Причина смерти мужчины – огнестрельное ранение в грудь. Тело, сильно обгоревшее при пожаре, направлено в морг…»

Телефонный звонок

– Сэр, по полученной информации, погиб Джон Хаст. Его труп, в сильно обгоревшем виде, был обнаружен в номере мотеля, где он обычно и останавливался. Обнаружено также и его личное оружие. Собственно, только по номеру пистолета и удалось идентифицировать владельца – тело практически уничтожено огнём.

– Понятно… Хасси?

– Последний звонок с её телефона был зафиксирован в трехстах километрах от базы. Звонили к ней домой, разговор продолжался двадцать секунд. Зафиксирован перевод средств с её кредитной карты на карту матери. Переведено двести сорок восемь тысяч долларов. А перед этим Хаст перевёл ей со своей карты двести тысяч. Причём, насколько я понимаю, сделал это, уже будучи мертвым…

– Вот даже как? Дайте распоряжение о её розыске!

– Присаживайся! – Нормейер кивает мне на кресло у окна. – Как самочувствие?

Откровенно говоря, поле операции у меня сильно зудело сразу во многих местах. Да, так, что и спать-то иногда толком не получалось. Но неохота так уж расстраивать старого спеца…

– Нормально. Постепенно прихожу в норму.

– Вот и хорошо!

Сразу же после того, как мы с Майей сюда прибыли, меня «законопатили» (удивительно точно определяющее моё нынешнее положение, русское словечко) в эту самую клинику. По утверждениям врачей, после того, как заживут все швы, меня не узнает даже родная мать! Не стану с ними спорить – её уже лет пять, как нет в живых.

– Хорошо вам говорить, – ворчливо отвечаю я. – Небось, сами на такое дело не подписались…

– Так меня и не ищут с таким прилежанием! – пожимает плечами старик. – Более того, Директор – через посредников, разумеется, дал понять, что готов использовать нас и далее. При том условии, что я снова появлюсь на горизонте…

– И что вы решили?

– Не думаю, что моим ребятам по-прежнему охота зарабатывать неприятности на собственную задницу. Я ничего не ответил… Хватит, пожалуй… мы своё отбегали. Да и тебе, как я полагаю, тоже уже не стоит играть в эти игры.

В принципе, он прав.

На моём счету в американском банке так и остался лежать последний гонорар. Не весь – часть его перекочевала на карточку Лейлы. Откуда, впоследствии, эти средства перевели её семье. Хоть она и оказалась редкостной стервой, но зла на её родственников я не держал. На какое-то время им этого хватит. А вот подкинуть очередной ребус бывшему начальству – стоило! Пусть теперь ловят очередного предателя в своих рядах! Буду сильно удивлён, если они её когда-нибудь отыщут…

Но я и не сильно переживаю за эту потерю.

Фиг с ними, с деньгами – там и осталось-то всего тысяч сто…

А основная часть моих средств давно переведена на некий счёт – ныне покойный Николас Парето, «бухгалтер» наших последних противников, кое-что полезное всё же поведал. И далеко не все эти сведения попали к Директору. Кое-чем воспользовались и мы…

В который уже раз восхищаюсь предусмотрительностью Ларри – старик ухитрился предусмотреть многое! Как оказалось, некоторые «домашние заготовки» ждали своего часа уже по нескольку лет! И – дождались.

– Наши европейские партнёры сдержали свои обещания – твоя пластическая операция тоже входит в перечень их услуг. Они рассчитались в полном объёме – и мне не в чем их упрекнуть. Документы ты уже видел – тут всё сделано на высшем уровне. А уж где жить… это ты выберешь сам, – Нормейер берет со стола бокал с вином. – Тебе не предлагаю – медики против.

– И что будет дальше?

– Я не планирую возвращаться в Штаты. Теплые острова… это куда больше мне по душе. Мой дом, как и всё прочее имущество, там, давно уже заложены в банке… и пускай теперь они и занимаются их продажей.

Предусмотрительно! И никаких проблем с реализацией собственности – учись! А старик попросту не вернёт им взятый в своё время кредит. Да, что-то он на этом, безусловно, потеряет… но жизнь – она стоит дороже!

Да и мне, откровенно говоря, нет причин для расстройства.

Мой счёт в Штатах накрылся. Но в европейских банках у меня лежит намного больше!

Да и Майя… её тоже трудно назвать бедной родственницей – старик позаботился о каждом, кто принимал участие в нашей операции.

– Понятно… заслуженный отдых?

– Не иронизируй! Сам-то не хочешь задуматься о будущем? Собственно говоря, я вовсе не о тебе забочусь… мне небезразлична судьба моей дочери!

Думаю, что если бы не она… не факт, что я бы тут сейчас сидел.

Старый злодей – он не из тех, кто страдает излишней сентиментальностью. Но мнение своей любимой дочери – учитывает!

– Ну… я думал на эту тему.

– И к какому выводу пришёл?

Встаю и подхожу к кровати.

Движение руки – и в ладони оказывается флешка.

– Вот… – кладу её на стол.

– Что это? – не прикасаясь, разглядывает её Нормейер.

– Страховой полис Нормана.

– Э-м-м…

– В структуре его знали как Дина Нормана. На самом же деле – его имя Джейкоб Хаммерсмит, бывший специальный агент ФБР.

Ларри на какое-то время замолкает.

– Я не встречался с Норманом и не знаю такого человека. Но Хаммерсмит… если это тот Хаммерсмит… – покачивает он головой. – Это… это очень серьёзно!

Пожимаю плечами.

– Ну, тут уже я ничего не могу сказать – мне он был известен именно, как Норман. Однако, несмотря на то, что наше знакомство было весьма недолгим, я вполне мог оценить его профессиональный уровень! Это был мастер!

– И что же с ним произошло?

– Умер у меня на руках. Был тяжело ранен во время одной из операций нашей бывшей конторы.

На этот раз старик и мне вина налил, махнув рукою на предостережения медиков.

– У наших извечных противников – у русских, есть обычай поминать своих погибших. В этом что-то есть…

Молча выпиваем.

– И что там? – кивает на флешку Нормейер.

– Норман курировал многие подразделения «Гарварда». В частности – на Балканах. Как я понял, там осталось множество людей, которые обязаны ему очень и очень многим… Они жестко повязаны кровью и прочими сомнительными делишками. Остались и средства, которыми он там распоряжался – и весьма значительные. А, учитывая, что большинство дел там проворачивалось с помощью косоваров…

– Да, – кивает Ларри, – это полные отморозки. Без чести совести – но, по локоть в крови.

На этой флешке нет кое-каких материалов. Из тех, что я когда-то передал Романову. По правде сказать, я и ему-то передал далеко не всё. В частности – то, что сейчас лежит перед нами. Давать в руки случайному знакомому ключ к некоторым процессам… Да, тогда Романов мне помог – и я кое-чем ему обязан. Но, полагаю, что все свои долги я тогда вернул.

А вот это – то, что лежит сейчас перед Нормейером, уже совсем другое дело! Здесь ключ – ключ ко многому и ко многим.

– Хочешь перехватить бизнес у бывшей конторы?

Отрицательно мотаю головой – я ещё не настолько подвинулся умом! Тут никакие пластические операции не помогут – вычислят! И – закопают прямо в асфальт! На центральной площади любой здешней столицы. При громадном стечении народа – и при полной его поддержке!

Вместе с Майей…

– Тогда – что же?

– С кем бесполезно воевать?

Ларри пожимает плечами.

– Ну… я могу назвать ряд структур… но – ведь ты же не это имел в виду?

– Нельзя воевать с тем, кого нет в живых. С тенью… С тем, кого нет.

Старик призадумывается.

– Ну… допустим… И что же?

– Я бы хотел отвлечь внимание «Гарварда» на что-то, что нас никоим образом не касается. Пусть они забудут о последних операциях – никто не думает о покраске стен во время пожара. Когда у них начнёт сильно припекать – о нас всех надолго забудут. Вполне возможно, что и навсегда… Если дать косоварам даже и легкий намёк на то, что их кто-то поддержит, или прижать их уже имеющимися аргументами, они развернут кровавую войну против «Гарварда» – чтобы отжать часть бизнеса уже лично себе. Директор, разумеется, ответит – и драка затянется очень надолго. Сильно сомневаюсь, что ему в данной ситуации будет до того, чтобы искать нас – хватит и иных забот. А заодно… мы сможем что-то заработать и себе.

Нормейер задумчиво постукивает по столу.

– А в этом что-то есть! Я должен подумать!

– Возьмите флешку – и почитайте на досуге. Там есть увесистые доводы и для этих отморозков – они им поверят. А я подожду вашего решения…

Эпилог

Два месяца спустя

Телефонный разговор

– Добрый день! Я могу услышать господина Марко Обрановича?

– Слушаю вас… – худощавый черноволосый мужчина в дорогом костюме махнул рукою, приказывая хохочущим неподалёку от него девицам, на время притихнуть.

– Здравствуйте!

– Откуда вы знаете этот телефон? – подозрительно прищурился владелец. – И кто вы вообще такой? Мне незнаком ваш номер!

– Так много вопросов сразу… Мне его дал наш общий, надеюсь, друг – Дин Норман.

– Он только это вам сказал?

– Не только. Сен-Готард, двадцать один.

Молчание…

– Вы меня слышите?

Мужчина опустился в кресло и дал знак всем покинуть комнату. Перевел дыхание – грудь словно тугим обручем стянуло.

– Да… я вас слышу…

– Вы тоже кое-что должны мне сказать.

– Болонья, сорок.

– Отлично. Вам завтра надлежит быть в ресторане «Монтарди» – для вас там заказан столик. В четырнадцать часов к вам подойдут. Понятно?

– Да… я буду…

– До свидания! – и звонивший положил трубку.

В комнату заглянул помощник.

– Босс? Всё в порядке?

– Отмени все встречи на завтра.

– Но… к нам приезжают серьёзные люди! И мы договорились заранее…

– Отмени! Придумай что-нибудь!

– Слушаюсь, босс! Но… что случилось?

– У меня завтра встреча. В два часа, в «Монтарди». Обеспечь там всё… как положено.

Помощник кивнул – привычное занятие, ничего особенного.

– Всё сделаю, не волнуйтесь. Будет кто-то интересный?

Марко невесело усмехнулся.

– Будет! Звонили от хозяина…

– От…

– Да, именно от него.

В помещении наступила тишина. Выглянувшее из-за туч солнце осветило дом, его лучи пробежались по подоконнику, по цветам, которые стояли на нём.

И странная тень, чем-то напоминавшая когтистую лапу, протянулась к стоявшим в комнате людям…

КОНЕЦ

Примечания

1

Жаргонное название орденских планок, принятое в армии США.

2

См. «Тень на ярком солнце».

3

Агентство Национальной безопасности США – техническая разведка.

4

Корпус Морской пехоты США.

5

Реальный случай.

6

12,7-мм. Лейбан использует привычное американское исчисление калибра – полдюйма, т. е. 12,7– мм.

7

«Меткий стрелок» – «недоснайпер» в составе пехотного отделения армии США.

8

Жетон офицера отдела внутренних расследований.

9

«Ветер смерти» – понятие, впервые описанное Миямото Мусаси. Считается, что человек способен ощутить направленный на него взгляд убийцы.

10

Жаргонное прозвище бойцов Вьетконга.

11

12,7-мм. Американская система обозначения калибров оружия.

12

Патрон 9×19 «Парабеллум» – распространенный боеприпас для пистолетов.

13

См. «тень на ярком солнце».

14

К. Честертон.

15

В данном контексте – клубок змей».

16

Вороны.

17

Дистанционные электрошоковые устройства.

18

Торговца наркотиками (слэнг).

19

Один из столпов финансового мира, видный представитель «старых» денег.

20

Центр разработки химического и бактериологического оружия в США.

21

Социального пособия по безработице.

22

Жаргонное обозначение вливания крупных денежных средств для решения какого-либо вопроса.

23

Считается, что первая криптовалюта была создана именно этой компанией.

24

Переносной портативный генератор, приводимый в действие мускульной силой человека.

25

Известная мексиканская организация наркоторговцев.

26

Управление по борьбе с наркотиками США.

27

«Vae victis» – «Горе побеждённым!» приписывается вождю готов Алариху. По преданию, после захвата готами Рима, он с этими словами бросил на весы, на которых взвешивалось золото, предназначенное для выплаты ему контрибуции, свой меч вдобавок к гирям.

Content

Александр Конторович
Дом из тумана

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Эпилог

Примечания