Александр Быченин

Э(П)РОН-4

Пролог

Паренька трясло. В самом прямом смысле слова, от дикого, даже пещерного ужаса, усугублённого паникой. Об этом недвусмысленно свидетельствовала его поза — он забился в щель за одним из многочисленных контейнеров, сжавшись в комок и обхватив колени руками. Мало того, ещё и изо всех сил вжимался спиной в ржавую переборку грузового трюма, но каблуки периодически скользили по палубному настилу, и парень раз за разом сползал по шершавому металлу, ударяясь копчиком. Впрочем, на это он не обращал внимания, да и повреждённый коррозией металл по вполне понятной причине не собирался принимать в свои объятия тщедушное тело. Пареньку оставалось лишь полагаться на спасительную тень да не самое качественное освещение в огромной полости в утробе корабля — банального грузовика-контейнеровоза, каких не счесть на оживлённых космических трассах Протектората Росс.

Справедливости ради надо отметить, что все эти нюансы укрывшийся за контейнером напуганный человеческий детёныш — лет тринадцати-четырнадцати на вид — вряд ли осознавал, поскольку действовал на рефлексах. Мозг до сих пор отказывался верить в реальность происходящего, даже несмотря на целую неделю, миновавшую с похищения. Привычный мир рассыпался в миг, хватило одной оплеухи, отвешенной явившим свою истинную сущность воспитателем — слишком уж разительным получился контраст между всегда внимательным и предупредительным Венедиктом Вольдемаровичем, гувернёром-нянькой, и главарём шайки киднепперов Франтом — именно так звали между собой начальника его подручные числом трое. Даже, скорее, не сам контраст, а та скорость и лёгкость, с какой интеллигентный слуга превратился в безжалостного зверя. Паренёк лишь раз осмелился посмотреть ему в глаза, и этого оказалось достаточно. Плюс незнакомое и крайне неприглядное окружение — тот самый грузовой трюм. Как он здесь оказался, парень не знал. Последнее, что он помнил — как прикорнул в «кэбе», возвращаясь в сопровождении верного Венедикта Вольдемаровича из гостей. А потом сразу гулкий зал, забитый контейнерами, ящиками и просто наваленной горками разнообразной тарой, психованный негодяй Франт и боль пополам с обидой. Немудрено, что в такой обстановке все внушаемые с малых лет установки на честь, самоуважение и стремление бороться с обстоятельствами до победного конца сами собой куда-то испарились, уступив место сначала испугу, а затем и животному ужасу.

Франт, именно к такому результату и стремившийся, поспешил закрепить успех дополнительными побоями, да и кормить пленника стал лишь через сутки, окончательно сломив того. Ну а ещё через двое паренёк волей-неволей потянулся к похитителям, просто потому, что больше не к кому. Уж лучше подонки, но живые люди, а не гулкая тишина. Ладно хоть, дежурное освещение в трюме не гасло, иначе пареньку пришлось бы совсем туго. А так даже ничего — почти не бьют, еду (в основном консервы и воду) дают, и даже усмехаются снисходительно-равнодушно — видимо, сочувствуют. Да что там, даже связать не удосужились, наверняка рассудив, что куда он, нафиг, с космического корабля денется?..

Окончательно в «заботливости» похитителей паренёк убедился, когда перед самым прыжком к нему пришел Хмырь — самый молодой в шайке, а потому наименее авторитетный. Естественно, его и запрягали на самые неприятные работы, например, присмотреть за «гостем», чтобы, не дай бог, контейнером не придавило. Или в собственной рвоте на захлебнулся — на памяти Франта и такие случаи бывали. Парень этому даже обрадовался, и на какое-то время смирился с жестокой реальностью, хоть Хмырь и не обращал на него внимания, развалившись на надувном матрасе. Но это же ничего, главное, он здесь, с пареньком, не бросил его, и даже побить поленился.

Но идиллия продолжалось относительно недолго, лишь до прыжка по «струне», о котором паренёк узнал по знакомым симптомам. Сам переход прошёл штатно, без эксцессов, и Хмырь, выждав для верности минут десять, собрался уходить, наплевав на умоляющий взгляд пленника. Правда, сначала попытался вызвать подельников, но что-то не сложилось — ни Франт, ни остальные двое похитителей не отвечали. Хмырь забеспокоился, но без команды оставить паренька одного не решился, продолжив попытки выйти на связь с главарем. Ответили ему лишь через час, но что-то такое, отчего Хмырь изменился в лице. Дослушав же, извлёк плазмер и пинками заставил парня переместиться из уже обжитого закутка в самый дальний угол трюма, в жалкую щель. Сам же с явной неохотой куда-то ушёл… совсем.

С тех пор миновало уже несколько часов, и пленником вновь овладела паника. Ну а как ещё мог тринадцатилетний пацан отреагировать на очередной удар судьбы-злодейки, лишившись даже эфемерной связи с реальностью? Где он? Когда он? Зачем он? Что делать?! Жизнь младшего сына владетельного аристократа, которому вряд ли светило со временем занять отцовское место, к такому парня не подготовила. Напротив, ему позволили полностью отдаться любимому делу — науке, прививая аристократические повадки по остаточному принципу. Что поделать, если папенька своего младшенького любил и баловал, потакая всем его слабостям? Вот и допотакался… ботаник, он ботаник и есть. Причём не только в переносном смысле, но и в самом прямом, согласно главному увлечению.

… раздавшиеся в гулком помещении шаги вынудили пленника вздрогнуть и ещё сильнее вжаться в переборку. Пока что визитеры находились достаточно далеко, но с каждым мгновением шум приближался, и через некоторое время пленник смог различить отдельные слова, а потом и фразы целиком. И, если бы не подавлявшая волю паника, даже смог бы почерпнуть кое-что для себя полезное, но увы.

— … пристрелил Сиплого! Чёрт, даже я такого не ожидал! Жалко…

— А вот ни разу! Говорили же придурку: никаких «левых» приработков! Нет, не поверил… за что и поплатился.

— Думаешь, нам от этого легче? Вот где этот малец спрятался?! Тут охренеешь искать!

— Может, позовём?

— Угу, так он и отозвался! А если эти дебилы его ещё и прессовали…

— Ну, не такие уж они и дебилы. План-то неплохой… сомнительный, разве что.

— Дебилы, однозначно. Мне их рож хватило.

— Не, здесь скорее просто не повезло. Оказались не в том месте не в то время.

— А нам не похрен ли? Они из-за своей жадности нас подставили!

— Допустим, не они, а Сиплый…

— Ур-род!

— Он уже получил своё, о мёртвых либо ничего, либо хорошо…

— Хорошо… хорошо мы повеселимся, когда следы заметать будем! Жадная скотина…

Парень, и без того уже сжавшийся до предела, задрожал и принялся тихонько подвывать, чем лишь усугубил своё и без того незавидное положение.

— Стой!.. Тихо…

— Что?..

— Слышишь?..

— Вроде бы…

— Оттуда… вон, за тем контейнером! Страхуй меня.

— Принял… ну, что там?

— Он. Вот твари, до чего ребёнка довели!

— Живой хоть?

— Вроде бы. Но ему не позавидуешь. Как бы с катушек не съехал…

— Всё настолько плохо?

— Сам смотри.

Некоторое время в трюме царила тишина, нарушаемая лишь всхлипами и едва слышным подвыванием, потом один из визитёров крякнул и с чувством высказался:

— Знаешь, мужик, мы далеко не ангелы. Но кэп правильно этих тварей на ноль помножил.

— И не поспоришь, — согласился с ним напарник. — Жаль, пацану от этого не легче.

— Ну, это уже проблема кэпа.

— Да понятно, что не нашего ума дело, но… жалко его.

— Жалко, — подтвердил первый. И переключил внимание на пленника: — Пошли, парень. Хоть напоследок в нормальной каюте поживешь, поспишь… а может, оно и к лучшему…

Глава 1-1

Глава 1

Вызов через «нейр» вырвал меня из объятий Морфея посреди ночи. В принципе, ничего необычного, в силу занимаемой должности звонили мне в любое время, но сегодня было особенно обидно — в кои то веки я заночевал на «Спруте», в кругу семьи. Почти забыл уже, как это делается, да тут оказия выпала, которую я постарался не упустить. Но вот незадача, забыл входящие заблокировать! Надо ответить, хоть и чревато — Лизка под боком. Но ладно она, ещё, не дай бог, Ксю потревожу… придётся в санузел переться, иначе никак. Хорошо хоть, иллюминацию и звук только я один воспринимаю, иначе бы уже всех на уши поставил, за исключением, разве что, Алекса-младшего, который безмятежно дрых в своем личном закутке, смежном с каютой Лизки-Бетти.

Ф-фух, вроде удачно ушёл, даже не заворочались… и кому это приспичило? А, понятно!..

— На связи.

— Извини, что потревожил, Алекс…

— Пустое, Влад. У тебя карт-бланш, забыл, что ли? Так что у нас опять случилось? Пожар? Авария? Разгерметизация? Революция? Терпимо, или уже армагеддец грядёт?

— Э-э-э… со станцией всё в порядке, если ты об этом.

— Ф-фух… как гора с плеч… а что тогда?

— Не что, а, скорее, кто…

— Только не говори, что Машка опять дебош устроила на Променаде.

— Не на Променаде. И не дебош.

— Но она. М-мать!.. Давай уже, рожай.

— Она… в общем, мы её потеряли. Она умудрилась свалить в «транзитку».

— Что?! Когда?!

— Только что… э-э-э… минут пятнадцать назад. До того мы её вели.

— По Порту, что ли?

— Ну да.

— Как она туда попала, можно не спрашивать? — тяжко вздохнул я.

— Сам же запретил вмешиваться, если нет прямой угрозы жизни, — напомнил Влад Пахомов — некогда глава группы элитных наёмников, а ныне руководитель СБ Корпорации «Э(П)РОН». — Вот мы и не вмешивались. Да и не предвещало ничего…

— Как упустили?

— Походу, через канализацию улизнула. Или ещё через какой-то технический лаз.

— Мало мне с ней проблем… «транзитку» хоть пасёте?

— Естественно. Пока деликатно, но оперативников подтянули, и военным намекнули, что не помешает содействие.

— То есть пока что она на Картахене, — констатировал я.

— Пока — да. Попыток загрузиться на какой-то из лайнеров не зафиксировано. Но это не гарантия, сам знаешь. Может и на какой-нибудь частник нацелиться.

— Думаешь, это её инициатива?

— Нет оснований думать иначе, — покачал головой Влад. Но всё же подумал и добавил: — Пока.

— Чёрт… когда же она откажется от этой бредовой идеи?! Ладно, ждите. Через двадцать… нет, через полчаса буду.

— Окей.

Ну вот, опять… мало мне других траблов, так ещё сестрица их периодически подкидывает. Так-то нормальное явление, но мне-то за что? Ладно бы, предкам мозг выносила своими заскоками… но, как говорится, за неимением гербовой…

Машка, сиречь моя родная сестра Мария Фёдоровна Завьялова, оказалась очень проблемной особой. Я её совсем другой помнил, если честно. Подумаешь, год разница! Но это было давно, ещё до исчезновения яхты «Аделаида», на которой мои родители в компании любимой дочурки отправились в вояж, и сгинули на энное количество лет. Яхту я отыскал, да вот незадача — выжила только сестричка. Отца и мать мы потеряли. Пришлось, повздыхав для вида, взваливать на себя ещё и это бремя. Вот только я не учёл одно обстоятельство: мне-то уже двадцать три стукнуло на тот момент, а она из анабиозной капсулы выбралась взбалмошной семнадцатилетней девчонкой. И биологически, и психологически. Зато по документам ей все двадцать четыре. Было. Тогда, год назад, я даже предположить не мог, в какую она превратится занозу в заднице. Да вы сами прикиньте: семнадцатилетний взбалмошный подросток, потерявший родителей и выпавший из нормальной жизни на семь лет! А младший братец, которого она на правах старшей считала чем-то средним между просто идиотом, и идиотом феерическим, вдруг невероятным образом оказался сильно старше, да ещё и семьёй обзавёлся! Стресс на стрессе, и стрессом погоняет. Мало того, что смерть родителей Машка пережила очень тяжело, так ещё и со мной пришлось заново знакомиться и уживаться. Первое время неплохо помогали Лизка и Алекс-младший, которого Машка сразу признала, да и Рин-тян поспособствовала, но чем дальше, тем хлеще… впрочем, что это я всё о плохом, да о плохом?.. Ведь есть же в моей жизни и что-то хорошее? Я, особенно после такого нытья, точно бы поинтересовался.

Есть, как не быть! Про Алекса-младшего вы уже в курсе, теперь и про Ксю будете — вон она, у Лизки под боком умиротворенно посапывает во сне. В смысле, обе. «Спрут» постарался, что ли? «Колыбельные» у него знатные… самое то для трёхмесячной крохи. Ксю, Ксюха, Ксения Алексеевна Заварзина — свеженькое пополнение в семействе. Не шутила Лизка-Бетти, когда накануне моего первого поискового выхода за яхтой родителей на расширение намекала. И на сей раз решение было осознанным, не то, что с Алексом-младшим. А ещё под это дело я таки заволок упёртую благоверную под венец. Справедливости ради, тут ещё дядька поспособствовал, да переход Корпорации «Э(П)РОН» в официальный статус, по случаю чего весь её личный состав обзавёлся новыми документами — клан Завьяловых взял этот вопрос в свои руки, выступив гарантом законности для властей Протектората Росс. Ну и заодно Герман Романович лично свою связь с моим детищем укрепил. Я про Корпорацию, а не про Ксю, если что.

Да, вы не ошиблись — с памятной разборки на Совете клана прошёл почти год. Так что всё мы успели, в том числе и Ксюхой обзавестись. Ну и Машка, чего греха таить, немало крови у меня за этот срок выпила. Зачем ей это? Ну, сначала я думал, что это подростковый бунт — возраст самый подходящий. Но потом выяснилось, что здесь нечто большее… ладно, позже расскажу, торопиться надо. И так стормозил, на мирно спящую половину семейства любуясь.

Поскольку каких-то крупных разборок вкупе с неприятностями не намечалось, экипировался по лайт-варианту: повседневный комбез со всеми положенными прибамбасами, затасканная куртка-«бомбер» с порядочно увеличившимся количеством нашивок, наклеек и тому подобных условных значков (по ним знающий человек без труда мог установить мой текущий статус, довольно высокий, между прочим), в наплечной кобуре пулевой «кольт» — подарок Борисыча, им самим же и доработанный. Нафига? Да он под запрет не попадает, с этим стволом и по «транзитке» свободно гулять можно, и на любой лайнер загрузиться без визита в «оружейку» и общения с тамошним каптёром. Просто потому, что в перечне личного вооружения, запрещённого к свободному ношению и провозу, огнестрельные образцы уже лет двести, как не числятся. Да-да, вот такой я крючкотвор. Мало того, с моей лёгкой руки ещё и мои собственные наёмники с Владом во главе обзавелись аналогичными образцами. Естественно, новоделами. И уже испытали на практике, причём остались весьма довольны. Этак, глядишь, через годик-другой расползётся мода по сектору, и лишусь я дополнительного преимущества. Но как бы и бог с ним. Главное, здесь и сейчас я при «кольте», и в случае чего пущу его в ход без колебаний, благо опыт есть.

Остальное по мелочи — «нейр», на всякий пожарный обезличенная карта на предъявителя с круглой суммой, мультитул, ножик-складень… я даже маскироваться поленился, хотя мелькнула мысль влезть в джинсы с кроссовками — в «транзитке» хоть выделяться не буду на фоне толпы приезжих. Но я эту мысль быстро прогнал, ибо нефиг. Между прочим, я дома. И мне даже в Порту напрягаться и шифроваться не нужно — наоборот, будут все передо мной разбегаться и забиваться по щелям, дабы не попасть под раздачу. Такая уж у меня репутация, что поделать. Но «транзитка» есть «транзитка», это как бы государство в государстве, со своими собственными законами, общими для всех космических станций Протектората Человечества, что у нас, что у дойчей, что у бриттов. Да что там, даже ниппонцы или представители Протектората Чжунго аналогичных правил придерживались. А без этого никак — народу мотается по космосу масса, традиции у всех разные, так что можно запросто нарваться на неприятности, элементарно по незнанию. Было бы, если бы не существовало этих особых зон с унифицированными поведенческими парадигмами. Что характерно, одинаково доступными что хуману, что гексаподу, что флеботомину. Ну, или любому другому алиену.

Хуже всего (или лучше, это с какой стороны смотреть), что поддержание общественного порядка в любой транзитной зоне отдавалось на откуп местным военным. А с вояками шутки плохи, и любой аргумент для них пустой звук по сравнению с инструкцией, в данном конкретном случае приравненной к боевому уставу. Так что будь я хоть самим Дэвидом Дерриком, безнаказанно барагозить в «транзитке» мне не позволят. Вот если незаметно, то другое дело. Примерно к такому развитию событий я и приготовился. Даже если Машка просто сбежала, по собственной инициативе, не озаботившись хотя бы приблизительным планом, обратно во владения технарей тащить её придется силой. Сто процентов, я её знаю. А в этом случае стандартные шлюзы с рамками сканеров и охраной категорически исключаются. Будем пробираться по задворкам, или, как один из вариантов, подгоним какую-нибудь компактную калошу, и загрузим «добычу» на неё. Ладно, это по обстановке посмотрим. Пока же ещё добраться нужно.

Собственно, этим важным делом я и был занят следующие минут двадцать — отшлюзовавшись, быстро дошёл до ближайшего лифта (грузового, буквально в двух шагах от стыковочной балки «Спрута») и за пару пересадок был почти на месте, то бишь у одного из пропускных пунктов. Там уже тусовалась пара бойцов Влада Пахомова — чисто на всякий случай. Они должны сопровождать меня в прогулке по «транзитке», но на расстоянии, страхуя как от местного отребья (которого мало, но все, как один, «гастролёры», а потому напрочь отмороженные), так и от местной же власти. А гулять нам тут, похоже, довольно долго — Машка умудрилась очень качественно спрятаться. Или её спрятали, не суть. Все эти двадцать минут, пока я трясся по лифтам, Влад был на связи и вводил меня в курс последних новостей. Те, надо признать, менялись довольно быстро, чуть ли не в режиме реального времени. И всё равно хорошего было мало — хоть спецы Пахомова и умудрились вклиниться в систему видеонаблюдения «транзитки», оставшись при этом незамеченными, локализовать беглянку до сих пор не получалось. Как сквозь палубу провалилась клятая девчонка! А я-то, наивный, думал, что уже на готовенькое приду… а тут вон оно как! На том, собственно, и сошлись — я кивнул подельникам и решительно шагнул в рамку сканера.

Прибор, естественно, ничего противозаконного не выявил, и у пары охранников (десантников из вотчины полковника Чугаева, если это кому-то интересно) вопросов ко мне не возникло. Разве что лёгкое недоумение в глазах мелькнуло: что могло понадобиться местному «космическому волку», да ещё такого ранга, в банальной «транзитке»? Меня они, конечно же, сразу опознали, ещё до того, как насквозь просветили сканером. В их понимании, я мог совершенно свободно обойтись без услуг сторонних перевозчиков. А больше в «транзитке» и делать нечего. Не в забегаловку же я поперся? Есть и поближе, на крайняк, в том же Порту. Там вообще целый квартал заведений на любой вкус, кошелёк и уровень запросов в плане приключений на пятую точку.

В любом случае, останавливать меня не стали, равно как и обоих парней Влада, которые прошли через «рамку» чуть позже. Последних я и не ждал, побрёл неторопливо по «улице», нацелившись на зону отдыха, в которой можно было скоротать время. В той же кафешке, например. Или снять номер в гостинице — втридорога по сравнению с остальными секторами, но как-то плевать. Главное, не торчать посреди квартала, подпирая ближайшую стенку. Несолидно это. А что ждать придётся, это уже ясно, как божий день — Влад, судя по смущённому молчанию, облажался по полной.

— Долго ещё? — поинтересовался я вслух, убедившись, что народу поблизости немного, и все чем-то заняты, чтобы к случайному прохожему прислушиваться.

— Недостаточно данных для анализа, — вздохнул Влад.

— Эй, не прикидывайся Кумо, говори толком.

— Э-э-э… пожалуй, тебе лучше найти местечко, где можно чуток подождать.

— И чего будил, спрашивается?

— Знаешь, я как-то не рассчитывал, что ты сразу сюда ломанешься — раз, и что сестра твоя на этот раз подготовилась лучше — два.

— А может, не в нас дело? — хмыкнул я. — Может, квалификацию теряешь? Расслабился на высокой должности?

— И этот вариант полностью не исключен, — не повелся на подначку Влад. — Давай, шагай. Маршрут проложен. Кумо, загрузи.

— Принято, капитан Пахомов, — ожил мой компьютерный «мини-гекс». — Капитан Заварзин, могу ли я предложить свою помощь?

— Мне — вряд ли. Вон, Владу помогай.

— Есть, сэр.

— О, а вот за это спасибо! — оживился Пахомов. — Кумо, давай, подключайся. Наша нейросеть ни к чёрту, может, у тебя получится?..

— Постараюсь оправдать ваши ожидания, капитан Пахомов.

— Уж постарайся, — буркнул я, шагая за стрелкой навигатора в «дополненной реальности».

До облюбованной Владом кафешки оказалось рукой подать, так что я уже очень скоро занял самый укромный из доступных столик (благо народу по причине позднего часа в зале немного), и снова погрузился в воспоминания.

… целый год прошёл, а ведь кажется, что только вчера мы «Аделаиду» из подпространства извлекли. Тоже целая эпопея с поиском приключилась, кстати. Из первого поискового выхода, как вы помните, меня дядька выдернул под благовидным предлогом. Ну да, иерархическая клановая разборка под это определение вполне подходит. Но это бог с ним, основное я тогда сделать успел — убедился, что «незаросшего» входа в «пуповину» в окрестностях точки перехода на «струну» нет, то бишь родительская яхта в прыжок ушла благополучно, и столь же благополучно из него вышла. Следовательно, поиск нужно было переносить ближе к пункту назначения — это следующий логичный шаг. Вот если и там её не окажется… тогда всё резко усложнится. Кстати, как в воду глядел. Или накаркал… не знаю, откуда это выражение пошло, но древностью от него так и веет. В общем, у точки выхода, просчитанной по разгону и траектории «Аделаиды», яхту я тоже не нашел. Разочарованию моему не было предела, особенно если учесть, что за всеми хлопотами, связанными с официальным изменением как моего личного статуса, так и статуса Корпорации, я смог вернуться к поискам лишь через пару месяцев. А тут такой облом! Впрочем, отказываться от своих намерений я не собирался, поэтому принялся действовать методично и неторопливо: вернулся в точку старта, запряг Рин-сана и прыгнул с известными параметрами разгона на «Спруте», задействовав в подпространстве «зов» гексаподов и «просветив», таким образом, кусок Границы. И снова обломался: в пределах досягаемости нашлось несколько «пузырей», но ни один из них не соответствовал параметрам «Аделаиды». Делать нечего, пришлось разбить сферу вокруг стартовой точки на «сегменты» и «просвечивать» «зовом» каждый из них. Убил на это дело ещё почти месяц, наплевав и на кланы, и на Корпорацию, которой в этот период рулили Деррик со Степанычем. А что делать? В любом другом случае я бы бросил пустую затею, но тут речь шла о семье. Пришлось проявить упорство, если не сказать упрямство. На морально-волевых действовал, короче. Не добившись внятного результата и в этот раз, отправился к просчитанной точке выхода, и повторил процедуру уже в её окрестностях… не угадали, месяц на сей раз тратить не пришлось. За неделю управились. И таки да, нашли отцовскую яхту. Остальное вы знаете.

— Алекс, Владу, — ожил «нейр».

— На связи, — очнулся я. — Засекли?!

— Вроде бы… Кумо кое- что высмотрел. Вероятность чуть более тридцати процентов, так что, сам понимаешь…

— Понял. Ведите, посмотрим, кто там.

— Маршрут проложен, капитан Заварзин. Воспроизвести видео?

— Не, скринов хватит. И давай уже обработанные.

— Принято, сэр.

— Хм…

Понятно, почему даже Кумо сомневается — очень уж качество поганое, даже после редактирования. Тут скорее не на лицо надо ориентироваться, а на фигуру и походку, ну и мелкую моторику. Машка хоть и прошаренная, но не до такой степени, да и опыта соответствующего у неё нет. И это только кажется, что очень легко изменить манеру двигаться. Нет, нет и ещё раз нет. Такое только Степанычу по плечу, с его опытом. А тех же актеров этому очень долго и зачастую безуспешно учат. Где тут с первого раза получится! Но Машка, она, как известно, самая умная. Кому известно? Да ей, кому же ещё… короче, самая умная и всё лучше всех знает. И на веру не принимает вообще ничего, особенно из моих уст. На чём и палится благополучно каждый раз, хе-хе!..

Вот как сейчас, например. Да, переоделась. Да, с причёской что-то сотворила. Да, очками обзавелась, и даже (но это неточно) цвет кожи и волос изменила. Тоналка, быстро смывающаяся краска — тут вообще ничего сложного. Я вот, помню, в своё время специальные ватные валики использовал, чтобы щёки пухлее сделать… ага, она, по всему судя, тоже… но очертания фигуры не скрыть даже мешковатыми брюками и массивными ботинками. И куртейку она зря в руках тащила, щеголяя в топе — уж эти-то костлявые ключицы я ни с какими другими не спутаю. И крайне сомнительные женские достоинства, ага. Она, кстати, по этому поводу довольно сильно комплексовала, особенно когда коротала время в компании Лизки. По совокупности признаков, получается, и впрямь Машка… хотя сомнения есть. Ладно, главное, засекли. Мало того, ещё и отследили.

— Влад, а чего она в этом клоповнике забыла?

— Ты у меня спрашиваешь, Алекс?! — изумился тот. — Гостиница как гостиница… возможно, договорилась с кем-то встретиться там. Нормальное место для стрелки…

— Вот именно! С приличными людьми в таких местах не встречаются.

— Хм… значит, встречается с какими-то нищебродами.

— Думаешь, успокоил меня? Спасибо, Влад.

— Это ты зря, босс. С нищебродами всегда проще. Просто потому что у них возможностей не особо много. Я бы больше расстроился, если бы её в «Хилтон» заманили, к какой-нибудь богатой шишке. Мало радости с обученными бодигардами бодаться. Или — тьфу-тьфу три раза! — шишкино корыто на абордаж брать.

— Ладно, считай, что технично отмазался, — признал я правоту безопасника. — Тут хоть в случае чего можно всем подряд навешать или стволом припугнуть — когда ещё вояки на вызов явятся!

— Вот видишь! Можешь же, когда хочешь, и что-то хорошее найти.

— Неприятностей на афедрон.

— Она, вообще-то, твоя сестра.

— Это как-то меняет ситуацию к лучшему?

— Пожалуй, ты прав… так, ну-ка, не напролом. Постой пока тут, мы попробуем дать картинку с камер.

— Окей. Контакты-то её отследили хоть?

— Какой там!

— Влад, блин, за что я тебе плачу?! — возмутился я. — Целая кодла дармоедов у меня на шее…

— В этот раз не по адресу предъява, — отперся тот. — Мы не виноваты. Просто… у неё не было контактов, за исключением персонала мотеля.

— Что, вообще?!

— Ну, судя по камерам… в «транзитке» она точно ни с кем не общалась. А до того… слишком большой массив, обрабатываем пока.

— Ладно… пойду я, пожалуй.

— Стой, Алекс!

— Чего ещё?

— Может, не нужно торопиться?

— В плане?

— Неплохо бы подождать, вдруг кто-то проявится?

— До утра ждать будем?

— Минут двадцать давай, хотя бы. Её точно нет в холле, а в номерах камеры не установлены. Попробуем подцепиться к её «нейру» — надо же убедиться, что это она?..

— Пятнадцать минут. Потом я иду сам и выясняю лично.

— Добро. Поскучай пока.

А что ещё остается? Разве что снова погрузиться в воспоминания. А вспомнить за прошедший год есть что.

Глава 1-2

—//-

— … ну, здравствуй, сестричка…

Я довольно долго не мог отвести взгляд от смотрового окна анабиозной капсулы. Слишком давно ждал этого момента, а тут ещё и две предыдущие попытки, отменно неудачные… как я могу такое о собственных родителях? Да, наверное, на нервах. Не осознал ещё толком величину потери. Плюс нечаянная радость… хоть какая-то. Вот и огрело по башке мешком с цементом, фигурально выражаясь. Самая натуральная прострация — и кэп, и Борисыч, и Лизка мне что-то говорили, и поодиночке, и хором, даже пытались докричаться, убедившись в безрезультатности спокойного тона, но я всё это пропускал мимо ушей. Вернее, сознание за слова не цеплялось, воспринимало, как фоновый шум. Ну и мыслей почти не было — просто тупо стоял и тупо смотрел, не веря глазам своим. Такого не было, даже когда меня подполковник юстиции Крамской метелил, а тот знатно оторвался. Ни в чём себе не отказывал…

— Алекс, мать твою! Отзовись, наконец!

Кто это?.. Зачем это?.. Рин?..

— Алекс! Алекс!! Алекс!!!

Упс, а вот это уже перебор. Не соображает, что ли, что может младшего напугать? Потом же хрен успокоишь…

— Здесь я, Лиз.

— Ф-фух! Гора с плеч… что там?! Есть надежда?!

— Да вроде бы… нет, точно живая.

— Запустить процедуру вывода объекта из анабиоза, капитан Заварзин? — «проснулся» Кумо.

— Ни в коем разе! — испуганно отпёрся я. — А вдруг тут тоже капсулы попорчены, будет, как с той су… с леди Рокуэлл!

— У тебя тоже ассоциации возникли? — зацепился за обмолвку Рин-сан. — На дыры от «картечи» среагировал, э?..

— Чёрт… а ведь и впрямь…

— Так что делаем-то? — вернул нас с кэпом в грубую реальность Борисыч. — Можно диагностику запустить…

— Не-не-не… нафиг. Борисыч, тащи резак. И пару «кракозябр» захвати. Сейчас выколупаем эту хрень из стенки да на «Спрут» переправим, поближе к ванной с «соплями». Кэп, озаботься, кстати.

— Сейчас Рин-тян попрошу.

— Добро. Всё, время не тянем…

— А… как же?..

— Родители потерпят, — излишне категорично отрезал я. — Не уверен, что их вообще из капсул доставать надо. Может, просто в космосе похоронить?

— Это ты уже лишканул, симатта! Это же не просто твой отец, это глава клана, э! Сам подумай, как Завьяловы — другие, я имею в виду — на такое посмотрят.

— Хм…

— Вражина прав, сударь, — проявился, наконец, и излишне деликатный Степаныч. — Я крайне рекомендую вам связаться с Германом Романовичем.

— Прямо сейчас?! — растерялся я.

— Нет, конечно. По возвращении на Картахену. Но я могу взять на себя предварительные консультации, сударь.

— Будьте так добры, герр Нойманн…

На том, собственно, разговор и заглох — каждый занялся делом, а я особенно старательно — надо же было как-то отогнать мысли о родителях? Вот я и сосредоточился на сестре, с которой, судя по всему, теперь мне нянчиться… если честно, не рассчитывал я как-то на подобный исход. Надеялся, что отец выживет и не только мне с Корпорацией подсобит, но и о женской части семьи позаботится. Но вот обломался, да.

Знал бы я в тот момент, к чему приведёт моя излишняя самонадеянность… и, один хрен, ничего бы не изменил. Потому что оставлять Машку в анабиозе не вариант от слова вообще. Какая-никакая, а сестра…

С первым этапом работ мы с Борисычем справились почти шутя: «кракозябры» выступили в роли высокотехнологичных домкратов и механизма для транспортировки, так что механику осталось лишь орудовать резаком, стараясь не задеть «щупальца» функциональных юнитов и мои излишне выступающие части тела, которые я от волнения совал, куда не надо. Но обошлось, и где-то через час мы приволокли Машкин кокон в до боли знакомое помещение с ванной, уже до краёв наполненной отборными гексаподовскими «соплями». Неунывающая Рин-тян ждала нас здесь же — насколько я понял, ей не терпелось увидеть спасённую. Скорее всего, хотела со мной сравнить: такая же она бака, как я, или чуточку лучше? Я, если честно, тоже этим вопросом задавался.

Впрочем, сразу приступить к процессу «пробуждения» Машки не получилось — Рин-тян, едва глянув на анабиозную капсулу, решительно запретила мне трогать пульт:

— Ставьте здесь! А ты, глупый, неужели не видишь, что капсула неправильная?!

— В смысле?! — изумился я. — Мы же диагностику провели, все в порядке!

— Совсем бака?! Нет, что глупый, это понятно, но не до такой же степени! Ставь здесь, говорю!

— Ладно, ладно, ставим… а ты что делать собираешься?

— Исправлять… лечить… да ну тебя, бака! Сам смотри!

На это я не нашёлся, что ответить, и удовольствовался предложенной ролью: рухнул на складную табуретку и принялся глазеть на капитанскую дочку. Борисыч, тоже оставшийся не у дел, последовал моему примеру.

К нашему удивлению, глазеть следовало вовсе не на Рин-тян — та всего лишь уселась прямо на полу в позе лотоса и прикрыла глаза — а на капсулу. Вернее, на её опору, из которой вскоре начали расти щупальца, тентакли и совсем уж мелкие реснички, очень быстро опутавшие кокон до такой степени, что теперь его можно было и саркофагом обозвать — до того солидный и мощный получился объект.

— Рин-тян? — обеспокоился я ещё минут через десять, когда нам с Борисычем надоело молча сидеть и ждать.

И ладно бы, хоть что-то интересное происходило, но ведь нет: Рин-тян неподвижна и безмолвна, саркофаг тоже, и только Борисыч сопит и, такое ощущение, ругается себе под нос.

Нет ответа. Ну ладно, ещё чуток погодим…

— Рин-тян? Эй, отзовись!..

Хм… а с ней-то что? Кэпа позвать? Тот занят, конечно, предпрыжковыми хлопотами, но не до такой степени, чтобы на кровиночку забить… нет, позже. Дадим ещё один шанс.

— Рин-тян! Сейчас кэпа позову!..

— Не вздумай, бака!!! — словно по волшебству ожила та. — И что за манеры?! Не видишь, я занята?! Совсем глупый?!

— Это ты у меня спрашиваешь? — с облегчением хмыкнул я.

— Нет, бака!

— А у кого, у Борисыча?

— Я не спрашиваю, я констатирую факт!

— Ух ты… Лизка научила, что ли?

— Она, вестимо, — прогудел впечатлённый Борисыч. — Сто раз говорил девке: не умничай! Ещё и окружающих научишь! Вот, научила. Скажу Рину, чтобы выпорол для профилактики.

— Кого выпорол?! Бетти-сан?! Боб-сан, ты тоже бака!

— Так, Рин-тян, успокойся, и ты, Борисыч, тоже! Что там вообще? Получилось?

— С этого нужно было начинать, бака! — показала мне язык девчонка. — Но ты слишком глупый… даже неправильность не видишь. Поэтому «Спрут» с тобой и не разговаривает.

— Хорошо, что у нас есть ты, — слегка подлизался я к капитанской дочке.

— Точно-точно! Ладно, расслабься, бака, я всё сделала. У неё в капсуле была хорошая слизь, правильная. А вот в дополнительных банках… что-то нехорошее. Кто-то что-то напутал в составе.

Угу, как это знакомо! Жаль, консервирующий состав из капсулы этой су… кхм, леди Аннабель мы не удосужились на анализ взять. Но и самого факта порчи компонентов достаточно, особенно вкупе с отверстиями от «картечи» и издохшего реактора. Один в один почерк. А это, как ни крути, след. И я не я буду, если не потяну за ниточку. Не прямо сейчас, конечно, но в обозримом будущем. Пока же есть дело поважнее. Я бы сказал, семейное.

— Так мы можем будить мою?..

— А это точно твоя сестра, бака?

— Сто процентов.

— Ну, тогда ладно. «Спрут» сейчас всё сделает… только сначала надо заменить неправильную слизь…

— Эй, ты что, хочешь в капсулу «сопли» залить?! — всполошился я.

— Конечно! — посмотрела на меня Рин-тян как на идиота. — Где я тебе другую правильную слизь возьму? А так ей ещё и лучше будет… а её как зовут?

— Машка… Мария, в смысле.

— Думаю, Марии-сан не повредит, если она хотя бы пару часов в правильной слизи поспит.

— Чёрт… а пораньше?

— Ты совсем бака?! Хочешь, чтобы ей совсем плохо стало?

— Ты же состав заменишь, не обожжётся…

— Точно бака! Глупый, она же родителей потеряла, и ты такой взрослый! Думаешь, ей хорошо будет?

— Девка права, Лёх, — поддержал Рин-тян Борисыч. — Лучше чуток подождать.

— Ладно, уговорили, — вздохнул я и заёрзал на табуретке, устраиваясь поудобнее.

— Эй, бака, ты тут ждать собрался?

— А что, не надо?

— Тебе видней, — пожала плечами Рин-тян. — Ладно, так уж и быть, вот тебе лежанка, жди. А мы пойдём. Да, Боб-сан?

— Надо Рину подсобить, — не стал спорить механик.

— Рин-тян, погоди! А ты когда вернёшься?

— Когда ты позовёшь.

— Э-э-э…

— «Спрут» всё сам сделает. Когда решит, что уже достаточно, и Мария-сан в порядке, он её разбудит. А я приду, когда уже будет можно.

Какая деликатная девочка… прямо как не кэпова дочка…

— Ты это, давай, держись, Лёх…

— Да идите уже!..

… два с лишним часа промелькнули, как одно мгновение. Видимо, я тоже поддался «колыбельной» «Спрута» и вырубился, прямо как Алекс-младший. Скорее всего, стрессовое состояние сказалось. Хорошо хоть, процесс «пробуждения» Машки не проспал — как толкнул кто-то, подскочил на лежаке и впился взглядом в саркофаг. Который к этому моменту, между прочим, уже почти освободился от остатков тентаклей и щупалец, представ во всей технологической красе. По пульту пробежались разноцветные огоньки, мелькнули какие-то строчки, потом крышка чуть приподнялась, высвободившись из уплотнителя, и съехала влево, открыв взгляду безмятежную гладь гексовской слизи — та отблескивала, как зеркало, и не шевелилась.

— Чёрт…

Не, надо поближе подойти. С лежака и видно не очень, и не поможешь в случае чего…

Когда до вскрытой капсулы осталась буквально пара шагов, я умудрился рассмотреть в толще «соплей» и саму Машку. Тело прорисовывалось нечётко, зато белая майка и такие же мини-шорты неплохо так контрастировали с тёмными поверхностями кокона. Потом вдруг видимость резко ухудшилась, я рванул вперёд… и едва успел сместиться в сторону, чтобы не вписаться в Машку — та, как и я когда-то, пришла в себя, осознала, что пребывает в толще… чего-то, да ещё и лёгкие этой гадостью наполнены, и, естественно, дернулась, мгновенно вынырнув из слизи. Ну а дальше всё по стандарту: попытка вдоха, судорожный кашель и мучительная рвота. Первый раз оно всегда так. Потом привыкаешь, и такой бардак уже не устраиваешь. Да и в целом полегче процедуру переносишь. Но Машке простительно. Главное, жива. Ещё бы для полного счастья умом не тронулась… и так разумом скорбна, как любая старшая сестра, а тут ещё стресс… не обращайте внимания, это я от радости. Ну и увернуться успел, говорю же.

Соответственно, за процессом я наблюдал со стороны, с безопасного расстояния. По этой же причине, кстати, остался вне поля зрения сестрички — та, закончив опорожнять лёгкие с желудком и прокашлявшись, с трудом разогнулась и уставилась куда-то вдаль, скорее всего, на противоположную стену помещения. И, что характерно, головой особо не крутила — видимо, пыталась взгляд сфокусировать.

— Маш?..

— Ай!!!

Чёрт, напугал… ладно хоть, из капсулы не выпрыгнула. Хотя ещё неизвестно, что хуже — на пол сверзиться, или снова в «сопли» нырнуть… пришлось повторно переждать процедуру откашливания и отплёвывания, и только потом тихо и спокойно (насколько это вообще возможно, когда голос от волнения срывается) позвать:

— Маш, это я, Алекс.

— Алекс?! — резко повернулась на голос девушка. — Ка-а-а… кой ещё… Алекс?! Сашка, ты что ли?!

— Я тоже рад тебя видеть.

— Нет, это не ты… точно не ты! И голос странный… а с собой ты чего сотворил?! Что предки скажут?! Совсем сдурел, что ли?! Где они, кстати? И где я? Эй, а ты чего это? В глаза смотреть!..

… нет, не могу. Воспоминания навалились — и вот этот вот «режим старшей сестры», и её голос, и все повадки, вплоть до манеры смотреть этак вот иронично-снисходительно…

— Сашка?! Ты чего?.. Скажи что-нибудь… где мама? Отец?..

Ну да, она же не в курсе…

— Когда нас нашли?! Где я, в конце концов?! Отвечай, мелкий!!! — сорвалась на крик сестра.

— Маш… ты… блин! Короче, ты крепись, — пересилил я себя. И как в ледяную воду ухнул: — Ты одна выжила. Родители… они…

— Нет!!! Ты врёшь!!! Врёшь!!! Нет…

Да как же хреново-то… с трудом слёзы сдержал. Зато облапил бьющуюся в истерике сестрицу и кое-как успокоил. Ну, как успокоил… обнял, прижал, чтобы «сопли» из капсулы не разбрызгивала, да по спине принялся гладить. С Лизкой такое прокатывало обычно, прокатило и с Машкой — та уткнулась лицом мне в грудь и в голос разрыдалась. Но это ничего, это хорошо, скоро легче станет…

… как показал опыт, насчет «легче» я поторопился. Машку пришлось долго и упорно приводить в норму, но до конца мы так и не справились, несмотря на массу общих усилий: в меру способностей поучаствовали и Рин с дочкой, и Лизка с Борисычем, и Степаныч. У последнего, кстати, лучше всего получилось — его она прекрасно помнила, а поскольку тот уже и во времена, предшествовавшие катастрофе яхты «Аделаида», выглядел благообразным стариканом, то и изменился не сильно. В общем, как пояснил мне Степаныч в приватной обстановке, Машкина психика вцепилась в него, как единственный сохранившийся неизменным знакомый объект. Всё остальное (и остальные, ага) за семь лет порядочно поменялись. Казалось бы, эластичная детская психика должна была приспособиться… но куда там! Семнадцатилетний подросток вовсе не чистый лист, это уже вполне сформировавшаяся личность, да ещё и упрямая, с юношеским максимализмом и бабскими тараканами. Тот ещё коктейльчик! Натерпелись мы всякого, особенно в первый месяц. И истерики со слезами, можно сказать, самое безобидное. Они хотя бы скоротечные, не то, что чёрная хандра, длившаяся неделями. И тут только успевай смотри, как бы чего с собой не сотворила. Суицидальные намерения у Машки на лице читались. Это даже я заметил, хотя спокойно смотреть на сестру не мог, эмоции душили. Но всё же справились. И уже испытанная на других «утопленниках» методика помогла, и почти семейная обстановка. Почти, потому что условно к кругу семьи принадлежали только мы со Степанычем. Но я повзрослевший и незнакомый, а потому пугающий. Впрочем, через неделю-другую Машка ко мне привыкла, смирилась с фактом, а там под шумок и Лизку с Алексом-младшим в семью приняла. Особенно племяша.

В общем, реабилитация шла полным ходом. С физическим состоянием у сестры был полный порядок (спасибо в том числе и «Спруту»), а психика дело такое, никогда не угадаешь, как быстро стабилизируется. Но где-то через месяц она уже вполне адекватно начала воспринимать реальность. Как и многие до неё, впитала, как губка, знания об изменившемся мире — доступ в сеть я ей не перекрывал, разве что следил одним глазом (при помощи Кумо, само собой). Смирилась с собственным бедственным положением и задумалась о будущем. Собственно, тогда-то и начались настоящие проблемы… какие? Да разные, сейчас расскажу…

— Алекс, Владу!

Упс, вызывают… ладно, позже.

— На связи. Что, уже пятнадцать минут прошли?

— Нет, но я решил не ждать, — отмахнулся Пахомов. — Короче, ты прав, это реально клоповник. Системы наблюдения в номерах нет.

— Как?! Совсем?!

— Угу. Физически отсутствует. Я сначала подумал, что какая-нибудь хитрая, на проводах, но и такой нет — мы нашли план мотеля, фотки и даже ролики обзорные, так вот, никаких признаков распределительных щитов или ещё чего-то такого нет.

— Чёрт…

— Вот именно, — подтвердил мои худшие опасения Влад. — Парней дождёшься?

— К дьяволу! Сам разберусь. Мне, если что, отмазаться проще будет.

— Аккуратней давай.

— Без сопливых гололед, — огрызнулся я.

— Ну, как знаешь, — и не подумал обидеться Пахомов. — Я, кстати, неправильно выразился. Я имел в виду, не зверствуй особо.

— Ничего не могу обещать.

— Ладно, тогда я на всякий случай с полковником Чугаевым свяжусь, пусть военные квартал оцепят.

— А вот это, пожалуй, не помешает, — одобрил я очередное рацпредложение Влада.

Что характерно, уже на ходу. Извращаться со скрытным проникновением я даже не собирался, попёр к главному входу — всё равно тут только грубую силу признают, всё остальное от лукавого. Разве что заранее проверил, насколько быстро до наплечной кобуры дотягиваюсь.

К чему такие страсти, спрашиваете? Да всё к тому же… физическое отсутствие системы наблюдения — первейший признак принадлежности объекта, скажем так, людям, которые с законом не совсем дружат. Или далеко не всегда… короче, мотель, в котором умудрилась укрыться Машка, «держала» какая-то ОПГ. Возможно, кто-то из наших, картахенских, но существовала вероятность и на «гастролеров» нарваться… которые, по сути, и не «гастролеры», а, кхм, законные представители сообщества оных на нашей прекрасной станции. Да, конкретно тут мог заправлять всем Синдикат. И если последнее верно, то Машка сильно влипла. И я вместе с ней, соответственно. Потому что люди Синдиката не привыкли расставаться с добычей без драки. Придётся убивать, чего бы очень не хотелось — всё-таки, основной род моей деятельности завязан на космосе, и молодчики из международной группировки могут много крови выпить. Иногда даже в прямом смысле слова.

Господи, сделай так, чтобы шалман «держали» местные! Ну, пожалуйста! Я же к тебе так редко обращаюсь… и не за себя прошу… будь человеком!..

Ф-фух, хоть в чём-то повезло… услышал Всевышний мою молитву.

Почему так решил? Да по реакции девицы на ресепшене, если это место можно так назвать. Хотя, надо отдать мотелю должное, изнутри он выглядел гораздо симпатичнее, чем снаружи: аккуратный небольшой холл с целой мебелью и необшарпанными стенами, пустой по случаю позднего времени. За исключением дежурной, естественно. Та, кстати, особо вульгарной не выглядела, скорее, серая мышка, дабы в постояльцах нездоровых наклонностей не будить. Не уродина, если вы об этом подумали, но… никакая, в общем. Глядя на неё, поневоле ограничишься делом. Или сразу же «податливых» из онлайн-каталога первого попавшегося сетевого борделя вспомнишь. А что, неплохой защитный механизм… как покровительственная окраска у насекомых, хе-хе…

И это, между прочим, первый хороший знак — владельцы заведения старались исключить возникновение сомнительных ситуаций, что не могло не радовать. В том же Порту в известном квартале можно в такие места попасть, что мама не горюй! А тут всё чинно-благородно.

— Вам помочь, э-э-э?.. Мистер? — подняла на меня вопросительный взгляд девица.

— Неважно, — барственно отмахнулся я. Типа, имя моё настолько известно, что не стоит лишний раз произносить его вслух.

Типа, проверка на вшивость. Недвусмысленный намек на доступные информационные ресурсы.

— Чем могу? — на автомате повторила свое предложение девица, взгляд которой стал каким-то потерянным — наверняка в «дополненной реальности» что-то рассматривала.

Даже догадываюсь, что именно.

— Меня интересует вот эта девушка. — Понятливый Кумо подключился к свободному каналу «нейра» дежурной и спроецировал Машкину фотку. — Она сняла у вас номер?

— Это конфиденциальная информация, мистер, — завела было извечную песню девица-портье, но осеклась и после небольшой паузы произнесла: — Д-да… сэр. Она остановилась у нас. Вы хотите её… позвать? Или предпочтёте нанести визит… лично?

— А это возможно? — с прищуром покосился я на девицу.

— Для вас — да, сэр.

Ну, вот всё и встало на свои места. Шалман «держали» местные. Причем из числа тех, кто каким-либо образом взаимодействовал либо с профсоюзами ИТР или Порта, либо с Корпорацией «Э(П)РОН» напрямую. Даже выяснять не буду, кто именно. Достаточно того, что меня опознали и не стали чинить препятствий. Мало того, ещё и помогать готовы.

— Спасибо, — кивнул я портье и неторопливо направился к лифту. — Она ведь на третьем этаже?

— Да, сэр. Номер тридцать семь. Извините, но больше ничем помочь не могу — постоялец забрал ключи.

Ну да, тут, как и везде, магнитные замки на «ключ-картах», позволяющих сменить кодировку запорного механизма. Одна из специфических услуг, исключавших легкий доступ обслуживающего персонала в номер. При желании, конечно, можно куда угодно проникнуть, но придётся заморочиться. Вот как мне сейчас. Вернее, не мне, а Кумо.

И лифт, и коридор третьего этажа оказались пусты. Впрочем, если бы и встретил кого, не расстроился. А так вообще хорошо: протопал прямиком к интересующей двери, приложил пятерню к окошку сканера, а дальше дело техники — Кумо «нащупал» частоты замка и очень быстро к нему подключился, за считанные мгновения расшифровав текущую кодировку. Вообще ничего сложного — четыре тройки и семерка. А Машка не заморачивалась…

Номер простором не поражал, но и совсем убогим его назвать при всём желании не получалось — тут тебе и кровать, и пара кресел, и холодильник, и… всякой мелочёвки полно, из той, что придаёт видимость уюта. И даже отдельный санузел с душем, судя по двери. Но всё это я отметил автоматически, мазнув взглядом по помещению и зафиксировав его на единственном интересном объекте — девице в одном из кресел. Сидела она чуть под углом ко мне, и из-за приглушенного света её лицо пряталось в тени. Но, судя по позе, девушка, как и давешняя портье, зависала в «дополненной реальности». Или по сети сёрфила, или вообще сериал смотрела. И порядочно этим делом увлеклась, поскольку на шорох двери не среагировала. Да и на меня ноль внимания… пришлось сместиться чуть в сторону, чтобы не оставлять спину открытой, и позвать:

— Маш?..

Ноль эмоций.

— Машка! — чуть повысил я голос. — Ты совсем охамела? Это перебор, вообще-то…

— Ой!..

Ну, надо же! Заметила, наконец. Вот только реакция совсем не та, на которую я рассчитывал: девица махнула рукой, явно сворачивая окна в «дополненной реальности», села прямо, как примерная ученица за партой, и дернула головой, откидывая челку. А ещё она же мысленной командой сделала свет ярче, чтобы мне было её лучше видно. Вот так вот. Вместо испуга и возмущения железное спокойствие.

Предчувствие меня не обмануло — мне хватило одного взгляда на лицо девицы при нормальном освещении, чтобы уже я рявкнул, заставив девчонку вздрогнуть:

— Влад, Алексу!

— На связи! Что там?

— Нас поимели, вот что там. Это не Машка.

— А кто?! И зачем?!

— А вот это, друг мой, сейчас и будем выяснять… картинку ловишь?

— Угу.

— Всё, работай. — И переключился на девицу: — Не соблаговолите ли объяснить, мисс, что тут происходит?..

Глава 1-3

—//-

— А это я у вас должна спросить, мистер — а что тут происходит? — прикинулась шлангом девица. — Кто вы?! По какому вообще праву вы ворвались в мой номер? И как, собственно?

Ух ты, как зубы заговаривает! Да-да, я восхищён. Профессионализмом. А ещё забавным акцентом — отбрехивалась она по-русски, но чувствовалось, что этот язык для неё неродной. Впрочем, восхищение не помешало мне науськать на «нейр» девицы верного Кумо, благо тот всегда был наготове и уже нащупал открытый канал. Ну а дальше дело техники — стандартная приблуда, естественно, нужного функционала не имела, но Кумо сам себе и хакер, и компьютер, и передатчик до кучи. В общем, ему понадобилось чуть больше трёх секунд, чтобы «оседлать» коммуникационную частоту «нейра» до фига умной бабёнки и превратить узенький «ручеёк», позволяющий разве что фотками обмениваться, в полноводную «реку». Ну а там и до «запруды» считанные мгновения остались. Судя по растерянной мордашке хозяйки номера, мой питомец здорово ей подгадил… ну да, точно — «процесс завершён». Сейчас ещё спросит, вывести ли отчёт… конечно, вывести. Занятно… быстро девчонка сориентировалась, но Кумо оказался оперативней и перехватил исходящий пакет данных — очень маленький, в килобайтах, скорее всего, какой-то условный сигнал. Или короткое сообщение. Что ж, так и запишем — девица не сама по себе, ошибка практически исключена. То есть нас сознательно водили за нос. И до сих пор пытаются, что характерно. Ладно, сыграем по их правилам…

— Хм, сколько вопросов! — усмехнулся я, зверским взглядом заставив собеседницу снова рухнуть в кресло, из которого та вознамерилась было выбраться. Сам же я сесть и не подумал — смысл, если сейчас очень удачно перекрываю единственный путь к отходу? Вот и я о том же. — Отвечаю по порядку. И, заметьте, на бриттише — чтобы не говорили потом, что не так меня поняли. Происходит тут, как вы, мисс, правильно догадались, незаконное вторжение в жилище или помещение, приравненное к нему по статусу. Кто я — совершенно неважно. Поверьте, знать это вам не только не нужно, но и вредно для здоровья. Ворвался я сюда по праву сильного. Да-да, ещё и поэтому не стоит задавать лишних вопросов. Ну а как… это вообще не должно вас интересовать. Профессиональный секрет. Я удовлетворил ваше любопытство?

— Вы не имеете права!

Ух ты, сколько экспрессии! И снова акцент, разве что менее заметный. Хм… значит, не британка. Уже хорошо. Хотя бы без приступа паранойи обойдётся на этот раз.

— Ещё скажите, что протестуете, мисс. И адвокатом пригрозите.

— А что, не подействует? — на мгновение сбросила та маску тупой курицы.

— Не проверите, не узнаете, — подначил я. — Впрочем, не будем терять времени. Надеюсь, вы уже убедились, что связь заблокирована, и вы не сможете предупредить подельников?

— Вы хотели сказать нанимателей?

— Хм… занятно. То есть вы утверждаете, что не являетесь соучастником преступления?

— Преступления?! — округлила глаза девица. — Вот уж нет! Меня наняли выполнить простейшую работу. Я не нарушала закон… даже по незнанию! Все мои действия ничуть не противоречат действующим на Картахене правовым нормам.

— И откуда ты такая умная взялась на мою голову? — хмыкнул я себе под нос, но развить мысль не успел — снова ожил мой «нейр»:

— Алекс, Владу!

— На связи.

— Лови досье.

— Быстро ты…

— Это оказалось проще, чем я думал. Короче, глянь, и сам всё поймешь.

Ну да, и тут Пахомов оказался прав — мне хватило нескольких мгновений, чтобы скользнуть взглядом по развёрнутому в «дополненной реальности» документу, чтобы всё встало на свои места. Я даже чертыхаться не стал, просто признал, что сделали нас на этот раз очень красиво. Я бы даже сказал, профессионально. Да, повторяюсь. Потому что повод железный — не зря мне показалось, что девица куда глубже и умней, чем хотела выглядеть.

— Ну что ж, мисс Эмили Бойер, поговорим, как деловые люди?

— А чего бы не поговорить, мистер?..

— Только не говорите, что не знаете меня в лицо, — поморщился я. — И давайте уже переставайте ломать комедию, время упущено, так что считайте, что контракт с предыдущим нанимателем закрыт. Ввиду обстоятельств непреодолимой силы, сиречь форс-мажора.

— Хорошо, — подозрительно быстро сдалась девица. И немедленно преобразилась — стала чуть серьёзней, немного изменила взгляд, и пожалуйста — передо мной уже не зелёная девчонка восемнадцати лет, а взрослая женщина. Тридцать, конечно, не дать, но двадцать пять точно есть. А то и все двадцать семь. — Я готова ответить на ваши вопросы, мистер Заварзин.

Вот она, слава. Даже перебивающиеся случайными заработками актрисульки меня знают. А я разве не сказал? Да-да, мисс Бойер актриса. Погорелого театра, блин. Основной род деятельности — розыгрыши. Побочный — проникновение на охраняемые (неважно, каким способом — наёмными секьюрити или банальной дверной цепочкой) территории. И, что характерно, сугубо законными способами. Проще говоря, душка Эмили обладала способностью втираться в доверие. Ко всем подряд, даже к злющим цепным псам. И умела делать так, чтобы её впустили в дом добровольно, без малейшего принуждения. И ровно так же она умудрялась находить подход к самым подозрительным и нелюдимым типам. Откуда я всё это знаю? Да она сама на личной рекламной страничке в даркнете примеры своих «работ» разместила. Это что касается проникновений и втирания в доверие. А реклама безобидных розыгрышей вообще открыто в Сети висит, во всех социалках. Справедливости ради должен сказать, что на фотках она совершенно на Машку не похожа. То есть искусством маскировки и грима владеет на высоком уровне.

— Кто вас нанял?

— Экий вы быстрый, мистер Заварзин!

— Не увиливайте, Эмили. От ваших ответов зависит безопасность человека. Близкого мне человека, — заострил я внимание собеседницы на самой важной детали. — И если с ней хоть что-то случится… хотя бы ноготь сломает! Поверьте, мисс Бойер, вы моментально лишитесь статуса наёмного работника и превратитесь в соучастника.

— Не докажете.

— А мне и не нужно, — ухмыльнулся я. — Мне достаточно просто знать. Равно как и моим друзьям. Я понятно объясняю?

— Более чем, — сникла девица. — Я должна была догадаться, что этим и закончится…

— Так почему же не отказались?

— Из-за денег, естественно! Пустяковая работа, ничего противозаконного… так с чего бы отказываться? Я, знаете ли, не особо шикую.

— И когда же вы… прозрели?

— Когда выяснила, кого именно мне придётся… разыгрывать.

— Э-э-э… стесняюсь спросить, а зачем?

— Что «зачем»?

— Зачем выясняли?

— У меня такой принцип, — пожала плечами девушка. — Вдруг объект окажется неадекватным? Судебные разбирательства, с одной стороны, лишняя реклама, с другой… слишком уж хлопотно. А ведь бывали случаи, когда мне самой приходилось подавать иски.

— Возмещали медицинские расходы?

— Вы удивительно догадливы, мистер Заварзин.

— Со мной такое не прокатит, Эмили. Если дойдёт до крайностей, подать иск будет попросту… некому.

— Вы мне угрожаете?

— Ни в коем разе! Просто хотел, чтобы вы лишний раз убедились, что ваш «нейр» заблокирован. Признавайтесь, вы ведь пытались вести запись разговора?

— Конечно! — не стала отпираться девица. — Эта привычка и помогала мне выигрывать судебные тяжбы. Раньше.

— А ведь вы мошенница, Эмили, — вынес я вердикт. И вовсе не скоропалительный, как может показаться со стороны. — Совесть не мучает?

— Я не причиняю вреда людям!!!

— Лично, — кивнул я. — А вы никогда не задавались вопросом, а зачем, собственно, вашим клиентам — я имею в виду тех, кто из даркнета — отвлекать внимание других людей? А для чего им сведения об особенностях чужих жилищ? Или планировка нежилых помещений? Уж не для совершения ли противоправных действий?

— Это не мои проблемы. Я действую строго в рамках закона.

— Верю. Придумали себе оправдание, и твердите, как мантру. Очень удобная позиция.

— А вы, собственно, мне кто?! — окрысилась девица. — Не отец, не брат, и даже не духовник! Каждый выживает, как может!

— Ого! Задело за живое! Ладно, успокойтесь, Эмили. Больше не буду ворошить грязное бельё.

— Уж извольте!

— Изволю, изволю. Не очень-то и хотелось, но надо же было как-то ваше внимание отвлечь…

Девица издевательски ухмыльнулась, но я по глазам понял, что выпад достиг цели.

— Думаете, побили меня моим же оружием?

— Не думаю, просто уверен. И давайте не будем юлить. Отвечайте на вопрос: кто этот человек? — Я при помощи Кумо спроецировал в «дополненную реальность» скриншот, извлечённый помощником из недр памяти «нейра» девицы, и рявкнул: — Быстро!!!

— Я…

— Я жду!!!

— Я… я его не знаю… он не представился.

— Похоже, я переоценил вашу квалификацию, мисс Бойер. Если вы всегда так дела ведёте…

— Почти, — всхлипнула девица.

Ну-ну, попытка не пытка. Рыдание, да ещё и почти искреннее, очень мощное оружие.

— Нет, правда? — удивился я. — Хм… это что-то новенькое… и как вы до сих пор живы?

— Я не нарушаю закон! — сглотнула слёзы мисс Бойер. — Вы, мистер Заварзин, неправильно поняли специфику моей работы. Зачастую анонимность работодателя — лучшая гарантия безопасности. Особенно, хм, в заказах из даркнета.

— Что ж, пожалуй, в этом что-то есть… вас информируют по минимуму?

— Строго в пределах необходимого. А ещё я беру предоплату на обезличенный счёт. С таких же обезличенных. Это обязательное условие.

— Весьма предусмотрительно с вашей стороны, — признал я. — Но простая логика подсказывает, что этого недостаточно. Нужна полная анонимность со стороны нанимателя, а этого типа вы видели лично.

— Это заказ из обычной Сети. В таких случаях нечего опасаться. За жизнь и здоровье уж точно. А от финансовых потерь спасает предоплата.

— То есть это ваш наниматель прокололся, а вовсе не вы?

— Похоже на то, сэр.

— Хм… Ладно, колитесь: где и когда вы видели этого человека?

— А вы разве до этого не докопались?

— Я не настолько всесилен, — развёл я руками.

Хрена с два, вообще-то. Кумо уже не только полностью распотрошил «нейр» девицы, но и по полочкам разложил всю найденную информацию. Вот только знать об этом посторонним вовсе необязательно. Нафига мне лишние слухи? Вот-вот… не убивать же девицу, в конце концов?..

— Э-э-э… то есть я могу надеяться на вознаграждение? — осмелела девушка.

— Вы получите самое ценное, что у вас есть — жизнь, — ухмыльнулся я как можно гнуснее. — Или будете торговаться?

— Что именно вас интересует, мистер Заварзин?

— Всё! Как он на вас вышел, что говорил, как формулировал задание… в идеале бы запись…

— Чего нет, того нет, — развела руками Эмили.

— Тогда просто рассказывайте. Чем быстрее утолите мой информационный голод, тем быстрее мы расстанемся. Без последствий для вас, что характерно.

О том, что речь идёт исключительно о последствиях сиюминутных, я благоразумно умолчал. Так-то перспективы неплохие вырисовываются, особенно если с дамочкой Степаныч и Влад Пахомов поработают. Специалист её профиля всяко в штате Корпорации лишним не будет.

— Ладно. — Девица тяжко вздохнула, собралась с духом и заговорила: — Вышел он на меня стандартно, через аккаунт в социалке…

На собственно исповедь ушло минут пять. Ага, дольше уговаривать пришлось. Но на какие только ухищрения не пойдёшь, чтобы заполучить перспективного человека! Да, я временами сам себе противен. Научился плохому… благо есть от кого. А всё Степаныч с Дерриком, штатные кадровики Корпорации. Постоянно нудят — люди, Алекс, главное люди. Без них никуда. Вот и не заметил, как профдеформация настигла. Раньше-то как было? Если влез в неприятности, то конкретно с ними и разбираешься — стрельбой ли, мордобоем или чисто финансовыми методами. А теперь, если в процессе ещё как минимум парочку сопутствующих задач не решил, то, считай, в пролёте. Мало добро наносить да справедливость причинять. Другим, я имею в виду. Надо ещё параллельно и о себе, любимом, не забывать — здесь будущего сотрудника подцепил, там на что-нибудь ценное глаз положил… так и прирастаем активами. Вот такой я теперь… кто сказал «меркантильный»? Многозадачный!

В общем, временное логово мисс Эмили Бойер я покинул весьма довольный собой. А едва дверь у меня за спиной захлопнулась, вызвал Пахомова:

— Влад Алексу!

— На связи!

— Ведите бабёнку. Вздумает сдёрнуть со станции, пресечь. И бери её в разработку, грех упускать такого кадра.

— Принял. А тебе одного бойца на подстраховке хватит?

— А что, есть повод для сомнений? — хмыкнул я. — Отследили уже того придурка, что ли?

— Почти. Выяснили, кто такой, и локализовали с точностью до сектора.

— Дай угадаю… в Порт переться?

— Бинго! И лови досье, по пути глянешь.

— Окей…

Справился и впрямь быстро, даже половины свободного времени не убил. Соответственно, предстояло довольно долго скучать в лифте — как назло, попутчики попались, так что ещё и остановки промежуточные терпеть. А касательно загадочного типа… он и впрямь загадочный — Влад нарыл только общедоступные личные данные: Ник Быстров, мелкий торговец-коммивояжёр. Ну и прочие несущественные детали — возраст, рост, круг знакомств… ничего подозрительного. Кроме того, что в его личном владении старый и не поражающий размерами, но всё же вполне ещё живой грузопассажирский кораблик. Что-то типа моего «Кэрриера», превращённого в индивидуальную тюрьму для Айвена-суки-Готти. Маленький, незаметный, но достаточно дальнобойный — за один прыжок может свалить настолько далеко, что следов не отыщешь. И это хуже всего. Если Никки задумал похитить Машку… в общем, пусть лучше сразу вешается. Разбираться, кто виноват, не стану — пуля в лоб, и привет. Да, именно так. Потому что зол. Ну а как вы хотели? Мало мне с сестрицей повседневных забот, так её ещё и умыкнуть пытаются!

Ф-фух! Вроде отпустило. Надо держать себя в руках, а то, вон, сосед аж побледнел, случайно перехватив мой взгляд. И даже отодвинуться не постеснялся. Видать, я и впрямь из себя вышел на мгновение. Но меня можно понять и простить — уже почти год родная сестрица нервы мотает. Когда началось, спрашиваете? Да тогда и началось, вскоре после нашего возвращения на Картахену из спасательной миссии. Помните, я про настоящие проблемы рассказать собирался, но меня Влад прервал? Исправляюсь.

… целый месяц миновал, прежде чем мы кое-как, по кускам, собрали Машкину психику. И только тогда я решился показать её миру. Ну и мир ей, конечно же. Правда, в урезанной версии — пока ограничился Картахеной. И вроде бы даже дозированный доступ сработал: сестра не пыталась что-либо выкинуть, ходила, как пришибленная, с окружающими общалась по минимуму, отдавая предпочтение Степанычу и Лизке (последней, как я подозревал, в основном из-за Алекса-младшего), мало-помалу вникала в обстановку… и тут нарисовался дядя Герман. Да не один, а в компании нашей с Машкой родной тётушки — той самой, что детям и мужу предпочитала космические гонки. По этой причине она без семьи и обходилась до сих пор. И тут бы про нас не вспомнила, да долг позвал — мы дозрели до похорон родителей. Машке было всё равно, я же посчитал нужным поставить в известность как минимум дядю Германа — всё же о его единокровном брате речь шла. Родственников со стороны матери звать не стал, я с ними вообще никаких отношений не поддерживал, а теперь, после отречения и утери аристократического статуса, стал им по определению неинтересен. Короче, пригласил дядьку, а тот не придумал ничего лучше, как уговорить тётку подбросить его до Картахены. Да-да, на её личной яхте. План сам по себе более чем нормальный — все заинтересованные лица прекрасно знали, что «Вспышка» принадлежит Веронике Романовне Завьяловой, известной оторве и шатательнице патриархальных устоев Протектората Росс, и не обращали внимания на её закидоны. Как выразился тот же дядька в приватной беседе (уже после мероприятия, конечно), цитирую: «В данной ситуации лучшая защита — репутация твоей тётки, Алекс. В разы лучше режима секретности, и на порядок — флота поддержки». Ну вот приспичило ей наведаться в «золотой треугольник», и что дальше? А ничего. Приелись уже её причуды. Положа руку на сердце, «треугольник» ещё не самая глубокая задница Вселенной из тех, где она побывала. И ещё одно немаловажное обстоятельство: рассматривать тётку Нику в качестве объекта воздействия на Завьяловых уже давно не приходило в голову даже самым отмороженным врагам клана. Ибо убедились на собственном опыте, что попросту бесполезно. Да-да, тётушка в юности вляпалась в пару историй, из которых благополучно выпуталась с минимальными последствиями для себя и конкретным геморроем для похитителей. С тех самых пор она у потенциальных злодеев своеобразная персона нон грата. Идеальное прикрытие для дяди Германа. Вот только о нас с Машкой он тоже не подумал. Ну, как не подумал… я ему, конечно, сообщил, что его племянница выжила, но, такое ощущение, его куда больше мысли о собственном брате занимали. Тоже логично, что уж. Особенно если учесть, сколько он вытерпел из-за его безвременной кончины.

В общем, от Завьяловых прибыли только близкие родственники из числа наиболее… э-э-э, так скажем — незаинтересованных. А потому для нас с сестрой и неопасных. И числом всего двое. Бабку я в известность не поставил, решил предоставить эту сомнительную «честь» дядьке. Ему не привыкать. Да и потом, всё равно ему придется донести до клана печальное известие, вот заодно и ей скажет. К тому же ритуал я решил обставить предельно скромно, без помпы и репортеров — Деррик, как представитель местной власти, зафиксирует факт погребения, дядя Герман его засвидетельствует, а мы с Машкой… чёрт… эмоции душат. Короче, затягивать процедуру не стали, да и бередить лишний раз раны тоже — встретились в одной из литейных технического сектора, наскоро приспособленной под крематорий. Машке, кстати, я до последнего не говорил, куда именно её веду. Только у самой двери остановил, встал перед ней, положил руки на плечи и посмотрел в глаза:

— Маш, ты как?

— Как обычно, — безразлично буркнула та и попыталась разорвать зрительный контакт.

— Я понимаю, тебе тяжело… короче, у нас сегодня похороны.

— И ты так спокойно мне об этом говоришь?! — взорвалась сестрица.

Вырвалась из объятий, отступила на пару шагов и ожгла меня злым взглядом.

— Не хотел лишний раз расстраивать… я же понимаю, тебе гораздо тяжелей…

— Да по тебе вообще не скажешь, что ты хоть что-то чувствуешь! — ткнула в меня пальцем Машка. — Сухарь! Бревно бесчувственное!

— А вот это было обидно.

— И только-то?!

— Слушай, давай уже успокойся. Не начинай по кругу!

— А я и не заканчивала!!!

Ну вот как ей объяснить, что я уже просто-напросто перегорел?! Всё-таки для меня прошло семь лет! Семь, так и сяк, грёбаных лет! А не месяц, как для неё… Только время залечит рану. Наверное.

— В общем так, сестричка! Слушай сюда! Сейчас будут похороны. Постарайся не превратить их в балаган. Силой я тебя не тащу. Не хочешь, не ходи. Но другой возможности проститься с… кхм… уже не будет. Так что думай сама.

И решительно толкнул дверь, более не глядя на Машку.

Как я и предполагал, отповедь подействовала — сестра всё же прошла в литейную сразу за мной. И пристроилась у меня за спиной, причём поначалу стояла подозрительно тихо — видимо, присматривалась к обстановке. Ну а потом тихо ойкнула, всхлипнула и беззвучно разревелась — это я уже не вытерпел, оглянулся. Так, кстати, и прорыдала всю церемонию. Я даже сдуру решил, что оно и к лучшему — всё внимание сестры сосредоточилось на гробах родителей, я даже подумал, что дядю Германа с тётушкой она вообще не заметила. Или до неё просто не дошло, кого именно она видит. Плюс мне было не до наблюдений и анализа — сам едва сдержался. Но всё же с трудом, но себя пересилил: смотрел до последнего момента. Правда, все формальности пропустил — Деррик что-то говорил, обращаясь к дядьке, потом даже что-то там подписал, но я не слышал ни единого слова, уши как ватой забились. Только всматривался в родные лица. И не отвёл взгляд, даже когда тот же Дэвид при помощи дяди Германа установил на гробы крышки — так и смотрел на облизывающие лакированное дерево языки пламени, пока печная заслонка не закрылась.

Ещё пару минут все присутствующие молча пялились на тугоплавкую металлическую плиту, а затем мой деловой партнер счёл свою миссию завершённой и покинул нас. И шорох закрывшейся за Дерриком двери сработал, как своеобразный триггер — ко мне вернулся слух, и я начал адекватно воспринимать реальность. Сразу же выяснилось, что печь довольно громко гудит, Машка глотает слёзы, а дядя Герман недовольно сопит. Тётушка Ника же, такое впечатление, просто ушла в себя — разве что глаза живые. Нас с Машкой буквально пожирают. Ну да, сюрприз. И в этой части, смею надеяться, приятный. Хоть сколько-нибудь, блин…

— Алекс? Может, хотя бы сейчас соизволишь поделиться подробностями? — разродился-таки главной претензией дядька.

— Если настаиваешь, — безразлично отозвался я. — Вы же не торопитесь? Давайте, что ли, ко мне в «Дроид»… или к вам на «Вспышку»…

— Успеется! Рассказывай, давай!

— Сейчас… дай с мыслями собраться…

— Дядя Герман?! Тётя Ника?!

Упс, кто очнулся! Похоже, не придётся мне отчитываться — Машка инициативу перехватила.

Ну, точно — выбралась у меня из-за спины и целеустремленно попёрла к родственникам, уж не знаю, с какими именно намерениями. Одно понятно — выглядела она не очень, вон, даже тётка испуганно отшатнулась, но потом пересилила себя и позволила вовлечь в «обнимашки» с очередной порцией рыданий в грудь — на сей раз тётушкину, а не мою. Даже легонько похлопала Машку по спине и пробурчала, странно скривив лицо:

— Крепись, девочка!

Ну да, опыта общения с детьми-подростками нет… да и дошло до меня, чего это её так корёжит — она всеми силами сама слёзы сдержать пыталась.

Дядька, обделённый вниманием племянницы, хмуро на меня покосился и поинтересовался:

— Давно это у неё?

— С тех самых пор, как из анабиоза вывели и про родителей сообщили, — и не подумал отпираться я. — Месяц уже с лишним.

— Психологам показывали?

— Лучше. С ней Степаныч работал.

— Тот ещё специалист! — поморщился дядя Герман.

— Лучше всё равно нет, — пожал я плечами. — А в цивилизацию я её пока опасаюсь возвращать…

— И это правильно! — горячо поддержал меня дядюшка. — Подкинул ты проблем, племяш…

— Пора бы уже привыкнуть.

— К такому привыкнешь! С тобой работать, это как по минному полю гулять… рёбра до сих пор побаливают.

— Ты чувствуешь боль, следовательно, существуешь, — криво ухмыльнулся я.

— И ведь не поспоришь… короче, я хочу… переговорить с Марией. Желательно наедине.

— Будешь пудрить мозги на тему долга перед кланом и стабильности?

— А ты против?

— С одной стороны да… ты не представляешь, сколько с ней проблем. И я не отец, так что ума не приложу, как с ней справляться.

— Но?..

— Вот именно. В ваш гадюшник её в таком состоянии пускать тоже не вариант. Вообще.

— Согласен. Рано ей пока. Так что действуй, племяш! — ободряюще хлопнул меня по плечу дядя Герман. — А я помогу, чем смогу.

— Куда я, нафиг, денусь? — тяжко вздохнул я. — Но и ты тоже не расслабляйся, готовь…

— Запасной аэродром?

— Нет, лучше к неприятностям. Настраивайся заранее, что придётся понять и простить. Ну и разгребать по-любому.

— Умеешь ты ободрить старика, Алекс!

— Это всегда пожалуйста, дядя Герман.

— Ладно, где мы посекретничать можем?

— Да прямо здесь. Я в коридоре подожду.

— Давай.

— А справишься? — с намёком покосился я на тётку с Машкой.

— Верка поможет, — отмахнулся дядька. — Ты не смотри, что она оторва, у неё к людям подход есть. Повезло нам с Федькой, что она политику презирает, а то дала бы нам прикурить!

— Ну, как знаешь…

Мне-то что? Моё дело предупредить. Ну и подождать, благо при наличии «нейра» и выхода в Сеть скучать не приходится…

С последним утверждением, кстати, я слегка поторопился — даже толком в текучку погрузиться не успел, как из литейной вышла тётушка Ника, аккуратно прикрыв за собой дверь. Я оглянулся на шум, встретился с ней глазами, но сказать ничего не успел — тётка меня опередила:

— Секретничают.

Я кивнул, но счёл нужным уточнить:

— Успокоилась?

— Практически… бедный ребёнок.

— Не беднее, чем я.

— А ты всё такой же колючий! Когда уже повзрослеешь?

— Кто бы говорил.

— Не груби тётке.

— Э-э-э… а вы, Вероника Романовна, в курсе, что я больше не Завьялов?

— Крови плевать на бюрократию, — усмехнулась тётушка. — И мне тоже. Да и чисто технически, это ты отрёкся от родни, а не родня от тебя.

— Отрадно слышать. Может, тогда и о Машке позаботишься? Возьмёшь, так сказать, под своё крыло?

— Совсем сдурел?!

Ну вот, такую тётку я знаю и понимаю. А то уже испугался…

— Жаль… это могло бы стать идеальным решением проблемы.

— Извини, Алексан… э-э-э… Алекс, я пока не готова к детям. Тем более таким…

— Неуравновешенным?

— Взрослым.

— Ну и ладно, — вздохнул я. Который уже раз за вечер. — Но попытаться всё равно стоило.

— Не переживай, племяш, Герман всё решит.

— Сомневаюсь. Слишком много… неопределённостей. Даже больше, чем со мной… ну, когда я сбежал. Он связан по рукам и ногам. В отличие от, — снова с надеждой покосился я на тётку.

— И не мечтай! — отрезала та. — Хочешь окончательно Машке жизнь испортить?

— Куда уж больше…

— Всё, Алекс, закрыли тему! Лучше расскажи, как сам. Я тебя уже сто лет не видела.

— Да у меня сплошная рутина, не о чем рассказывать…

— Давай, колись!

В общем, развела меня тётка Ника на «поговорить», хоть до особой откровенности и не дошло — уже научен горьким опытом, да и дядька просил особо не распространяться о совместных делах. Коммерческая тайна, блин. Но всё равно хорошо поговорили, пока он в литейной Машке мозги вправлял.

Кстати, довольно успешно, как потом выяснилось. По крайней мере, его педагогического воздействия хватило где-то на полгода. А затем проблемы навалились с новой силой. Но о них позже, сейчас некогда — лифт дополз-таки до Порта.

Глава 1-4

—//-

— Алекс Владу!

— На связи.

— Лови «раскадровку».

— Ого! — приятно поразился я. — Уже успели всё распланировать?

— Ну, как распланировать?.. Прикинули хрен к носу, — засмущался Пахомов. — Работать всё равно тебе придётся в основном, но так хотя бы будешь в курсе — кто, где, зачем…

— Вы ещё кого-то подтянули, что ли? Сказал же, справлюсь!

Общаться приходилось на ходу, но бурчащий что-то себе под нос торопливо шагающий типус в Порту ни у кого удивления не вызывал — тут, почитай, каждый третий такой. Дела, делишки и даже мелкие афёры, как правило, требовали согласованных усилий исполнителей, и роль координатора на себя обычно примерял инициатор замута. Ну а поскольку мало кто здесь мог похвастаться обширным штатом высококвалифицированных работников, то та самая уже мною упомянутая многозадачность (не путать с меркантильностью!) здешним «бизнесменам» давно въелась в кровь. Можно сказать, верная примета: бухтит и не обращает на окружающих внимания — местный «деловой»; в подпитии — «турист», купившийся на портовые соблазны; ну а если шифруется и суетится — чей-то «клиент» из более законопослушных секторов. А кого-то ещё встретить праздношатающимся тут весьма проблематично. Разве что охранников, или, если особенно не повезёт, рэкетиров в их же лице. Да-да, примерно как мне на заре моей карьеры «судоподъёмщика». Правда, теперь я на жертву не походил абсолютно, наоборот, знающих людей мой потёртый «бомбер» с нашивками отпугивал и вынуждал отказаться от лихих намерений если не сразу, то по небольшому размышлению. Ну и рожа суровая — даже Рин-сан недавно признал, что я порядком заматерел. Плюс уверенности придавал человек Влада на подстраховке — глава СБ Корпорации для таких задач выбирал обычно парней тёртых и умелых. Вот как мой нынешний напарник — не знай я его в лицо, и не догадался бы, что он со мной. Настолько профессионально хлопец меня «вёл», чуть отстав и смешавшись с толпой. Ещё и поэтому, кстати, я излишне расслабился. Да и обстановка покуда предельной концентрации внимания не требовала — всё же центральная часть сектора, тут какой-никакой, а порядок. Особенно в последние года полтора, с тех пор, как портовый профсоюз прибрал к рукам мой партнёр по бизнесу Дэвид Деррик. Так что можно покуда одним глазком поглядывать на развёрнутую в «дополненной реальности» схему предстоящей операции. Потом будет чревато, потому что путь мой вёл прочь от относительно респектабельных кварталов в здешние «фавелы» — оплот беззакония и тотального раздолбайства. Между прочим, самое популярное место в Порту. И потому что дёшево и сердито, и потому что только там можно скрыться от всевидящего ока профсоюзной мафии. Ну а что спокойно можно бабки потерять, а зачастую и вместе с головой — так это дело житейское. Так сказать, договор публичной оферты: те, кто в «фавелы» суются, предупреждены о последствиях. Что-что?.. Никто не сказал заранее?.. Извини, приятель, незнание закона не освобождает от наказания, хе-хе. Особенно такого лоха, как ты.

Впрочем, надо отдать Нику Быстрову должное: кораблик свой (называется, кстати, «Кервус», в честь быстроногого зверя с какой-то из аграрных планет) он забазировал с умом. И вроде бы в швартовочной зоне при «фавелах», то есть вне официальной юрисдикции профсоюза, так что твори любую дичь, не опасаясь последствий со стороны властей, но и не в самой её глубине, а с краешку, чтобы можно было, в случае чего, пусть и за отдельную плату, но воспользоваться услугами официалов — будь то секьюрити для обеспечения безопасности, или техники со спецсредствами. И нашим, и вашим, короче. Так что живём — с отморозками из «диких» банд вряд ли пересекусь, а с ребятишками из ОПГ, «держащих» территории, уже должны вопрос уладить — Влад, насколько я понял из предоставленной «раскадровки», задействовал агентуру для обеспечения режима «максимального благоприятствования» лично для меня. С нашим административным ресурсом это не так уж сложно — спасибо Деррику. Мало того, посудину Ника тоже взяли на «карандаш», и в случае попытки бегства догонят, перехватят и врежут электромагнитным импульсом, дабы не повадно было впредь. Но этот вариант хотелось бы исключить, нет абсолютно никакого желания с абордажем заморачиваться. Не сказать, что особо большая проблема, но времени потратим порядочно. А каждая лишняя минута для Машки может обойтись очень дорого. В том, конечно, случае, если мы снова не облажались и злоумышленника вычислили верно. Если честно, я до сих пор не уверен, что состав преступления наличествует. С моей сестрицы станется — возьмёт и попросту где-нибудь спрячется, отключив «нейр». И ищи её потом по всей станции…

Что? С чего взял? Да возникали уже похожие ситуации. Чудила Машка от души, хорошо хоть, без особого размаха, посторонних не втягивала. Так что пока обходилось без последствий и особого шума. Неплохо бы, чтобы и сегодня традиция не была нарушена. Но надежды, как вы понимаете, мало — Влад не стал бы просто так панику поднимать. Да и предшествующие события от стандартного сценария отличались — сознательно сбивать со следа нас ещё никто не пытался. В общем, есть подозрение на работу чьей-то агентуры. Однозначно вражеской, конечно же. Потому что ради выкупа умыкнуть мою сестру охотники вряд ли найдутся: во-первых, сама девица не от мира сего, с такой хлебнёшь горя, а во-вторых, блат (и брат тоже, хе-хе) у неё такой, что проще будет в случае провала самим, добровольно, в шлюз погулять выйти. Что характерно, без скафандров.

— Кумо, подцепись к диспетчерам из «фавел».

— Уже, капитан Заварзин. Интересующий вас объект признаков экстренной отшвартовки не проявляет. Зафиксирован запрос в диспетчерскую службу на прохождение процедуры через час с четвертью. В настоящее время осуществляется предстартовое обслуживание силами автоматизированного комплекса, попыток вмешательства в управляющие контуры не выявлено.

— Угу, значит, не ждут нас… получается, штатно актрисулька сработала?

— Ответ положительный, капитан Заварзин. Я проконтролировал исходящее сообщение, тут всё чисто.

— А после нашего расставания она бы и не успела, — удовлетворенно отметил я. — Верно, Влад?

— Да, мы её ведем очень плотно, и связь глушим, — подтвердил главный безопасник. — Мотель тоже под контролем.

— Ну, это ты уже лишканул! — усмехнулся я. — Думаешь, наш новый знакомый Никки настолько предусмотрителен?

— Если он часть агентуры, то такой вариант не исключён. Но дежурная не проявила никакой подозрительной активности.

— Угу, занавески поправить, или цветок на подоконник выставить, — уже откровенно подколол я Пахомова. — Похоже, Влад, ты паранойей не страдаешь, ты ей наслаждаешься.

— Это моё естественное состояние, — и не подумал возмутиться тот. — Потому и жив до сих пор. И при деньгах.

— Да, это важно… Кумо, не нравится мне вот этот отрезок, проложи альтернативный маршрут.

— Процесс активирован. Процесс завершён. Время прибытия увеличилось на минуту и семь секунд при сохранении текущей средней скорости продвижения.

— Не нуди.

— Есть, сэр.

Ладно, потрындели, но пора и честь знать — относительно цивилизованные (если этот эпитет в принципе применим к Порту) места почти закончились, и я уже углубился в полузаброшенные и захламлённые технические туннели. Тут лучше держать ухо востро да лицом не торговать. На отморозков нарваться шанс не очень велик, но вот под завал угодить или ногу пропороть какой-нибудь железякой — запросто. Впрочем, сам виноват. Мог и по нормальным коридорам пройти. Запалился бы только… и не факт, что кто-то из местных на нас с напарником не навёлся — тот, видя такие дела, дистанцию сократил и откровенно пристроился рядом, дополнительно контролируя тыл. Отбиться бы отбились, тем более вдвоем, но это снова время… и вообще, нормальные герои всегда идут в обход. И идти… вернее, осторожно пробираться по почти вражеской территории, ещё минут пятнадцать, не меньше — лифтов в «фавелах» нет. Вернее, они есть, но все контролируются бандами, и чужим туда соваться себе дороже. Так что Влад, насколько я понял, изначально планировал всего два способа доставки меня в район проведения операции: на своих двоих, или на какой-нибудь каботажной посудине. Второе по всем раскладам выходило дольше — не в плане собственно перемещения суденышка из точки «А» в точку «Б», а по затратам времени на подготовку. Вот и вынужден сам, ножками…

Но нет худа без добра — есть время переварить информацию и примерно прикинуть последовательность действий при контакте с… даже не знаю, а противником ли? Впрочем, неважно. Последовательность действий, хм… она, кстати, незамысловатая: дойти, проникнуть, разобраться. С «дойти» особых проблем не предвидится — уже, собственно. А вот дальше… жаль, одну из кэповых «кракозябр» заюзать не получится — всё упирается в чёртово время. И силой вламываться тоже не вариант, это долго и нужны спецсредства. Плазменный резак и усиленный скафандр как минимум. Так что остаётся взлом. Спецы Влада уже вовсю над этим трудятся, выискивая программные прорехи и уязвимости, а Кумо им в этом всячески помогает. На него, в принципе, и надежда — главное, до шлюза добраться, а там уже можно напрямую «нейр» с замком законнектить. А больше моему «мини-гексу» ничего и не надо — в его понимании прямой контакт и есть режим максимального благоприятствования.

Ну а дальше… дальше как пойдёт. Но кое-кто однозначно зубов не досчитается. И это как минимум. На крайний же случай со мной верный «кольт» — машинка настолько древняя и бескомпромиссно грубая, что современные средства защиты перед ней бессильны. Покойный лорд Саффолк не даст соврать.

Слабое место у плана ровно одно: мы до сих пор не уверены, что Машка находится на Никовой посудине. Но это мало что меняет — мне в любом случае необходимо побеседовать с этим господином. Правда, повод в зависимости от обстоятельств может меняться. В — вариативность.

Совсем без приключений всё же не обошлось — нарвались уже в непосредственной близости от причальной штанги, к которой лоханка Быстрова была пристыкована. И ладно бы какие-нибудь «быки» из «диких», но нет, судя по виду и повадкам, самые настоящие секьюрити. Из банды, естественно, но слегка оцивилизованной. Скорее всего, сказалась близость сектора к границе «фавелы», вот и научились плохому у соседей. А если совсем коротко — нас с напарником засекли, едва мы появились на причальной палубе. Присмотрелись, и, убедившись, что мы вовсе не случайные прохожие, на свою беду заблудившиеся в неблагополучном районе, а вполне осознанно прём к какой-то цели, решили проверить. Чисто для профилактики. Проверили, блин! Если бы их было хотя бы трое-четверо, мы бы, возможно, и немного задержались. А так мой напарник взял двойку охранников на себя — остановился по первому требованию и завязал непринуждённую беседу, сделав мне знак двигаться дальше. Дернувшегося было следом за мной секьюрити он моментально поймал за рукав и столь плотно «присел на уши», что тот и думать обо мне забыл. Очень сильное колдунство, очень. Надо будет сказать Владу, чтобы премировал парня.

Пока суть да дело, я добрёл до искомого объекта и уверенно нырнул в туннель круглого сечения — почему-то все штанги делали именно такими. Хотя понятно, почему — из соображений прочности и минимизации внутренних напряжений в металле, чему цилиндрическая форма максимально способствовала. Просто в нормальных местах — в той же технической зоне у подопечных Деррика — в штангах обычно пластиковый настил наличествовал. Здесь же такими мелочами никто не заморачивался — разрушился от времени или пользователи нерадивые похерили, какая разница? Нет значит нет, сами виноваты. Пришлось шагать осторожно.

Зато воздух из туннеля обслуга не откачала, хотя по срокам уже бы пора. Можно ожидать сюрприза в любую секунду, так что я заморочился с дыхательной маской, которая всегда с собой. Пусть лучше так, потом хотя бы не будет мучительно больно от осознания собственной глупости. Плюс Никова лоханка, ввиду небольших габаритов, была пристыкована к столь же небольшой штанге, и потому находилась в зоне действия установки искусственной гравитации. И это тоже хорошо — не придётся в невесомости замысловатые кульбиты выписывать. Впрочем, отсутствие силы тяжести меня бы не остановило — я всё равно собирался при помощи Кумо взломать корабельную сетку, а при таких делах активировать гравигенератор дело даже не секунд, а куда меньших временных отрезков. С приставкой микро, если не нано. Как в известной древней присказке про Олега, который за всё берётся смело, и всё превращается в дерьмо. А если за дерьмо берётся, то просто тратит меньше сил, хе-хе. Хотя тот же кэп порою меня упрекает, что я сею вокруг себя исключительно хаос и разрушение. Вместо разумного, доброго и вечного. Если, конечно, не направлять мою энергию в мирное русло.

Вы удивитесь, но на сей раз обошлось — до шлюза я добрался без проблем. И штанга не разгерметизировалась, и опомнившиеся секьюрити не появились. И даже никто из команды Ника — а с ним вместе она насчитывала целых пять рыл! — меня не встретил у входа. Даже подозрительно, потому что слишком хорошо тоже плохо. Но задуматься надолго о данном феномене и всесторонне проанализировать проблему не вышло — Кумо слишком мало времени на это дело оставил. Секунд тридцать у него ушло в общей сложности на заключительный этап взлома, если вести отсчёт от того момента, как я приложил ладонь к сканеру замка на шлюзе. О чём и известил в присущей ему манере:

— Процесс завершён, капитан Заварзин. Подключиться к системе наблюдения?

— Ты ещё спрашиваешь?! — возмутился я. — Быстрей давай. И в шлюз меня запусти, не дай бог, обделается кто лёгким испугом, да расстыковку врубит!

— Процесс активирован… процесс завершён…

Ф-фух… теперь можно и выдохнуть с облегчением — даже если тот же Ник врубит экстренную отшвартовку, никуда уже голубчики от меня не денутся. Собственно, уже можно проникать во внутренние помещения кораблика. Разве что несвоевременно немного. Неплохо бы предварительно выяснить, где местные находятся. Чисто для того, чтобы именно я стал для них неприятным сюрпризом, а не они.

— Кумо, выведи на схему расположение членов экипажа.

— Есть, сэр. Прикажете заблокировать объекты?

— Хм… удачно они, — признал я правоту помощника. — Уже на вахты разбились, что ли?

— Это обычное дело, Алекс, — проявился на частоте координатора Влад. — Скорее всего, те двое, что в каютах, на рогах вернулись. Сейчас проверю… да, точно. В уматину были ещё час назад. Удивительно, как вообще от того кабака добрались.

— Дуракам везёт, — хмыкнул я. — Или их тут хорошо знают, поэтому и не трогают.

— Или за всё уплачено.

— Тоже вполне может быть. Ладно, Кумо, этих двоих блокируй.

В принципе, плевать на пьянчуг, они неопасны… в том плане, что я их легко вырублю в случае необходимости. Но вот что от них ожидать… тайна сие великая есть. Вот взбредёт такому сходить отлить, да заплутает с пьяных глаз… так что ну их на фиг, пусть взаперти посидят. Мне и оставшихся троих с запасом. Одно радует — все три точки в районе ходовой рубки. И впрямь к расстыковке готовятся?..

— Кумо, а Машка где?

— Объект «Мария Завьялова» доступными штатными средствами не локализован, капитан Заварзин.

— Чёрт…

— Согласен, — поддакнул Влад Пахомов.

Да-да, временами мы с ним пребываем на одной волне и понимаем друг друга почти без слов. Вот как сейчас, например. Чертыхнулся я по той простой причине, что одно из двух: либо Машку упрятали в какой-то тайник, а, значит, к делу Ник с подельниками подошли предельно серьёзно и мы правы насчёт агентуры, либо той и впрямь на борту нет. И второй вариант сильно хуже — вот где её искать в этом случае? Ладно, не проверишь, не узнаешь…

— Кумо, открывай.

— Процесс активирован… процесс завершён, капитан Заварзин.

Все, пошёл отсчёт. Осталось всего ничего: добраться по короткому коридору до развилки, свернуть направо, подняться на уровень вверх… и вот она, рубка. Уже, кстати, заблокированная, но её обитатели об этом ещё не в курсе. Кумо постарался. Совсем как тогда, на «Набате», когда я Ценкера с подчинёнными кошмарил. История имеет тенденцию повторяться. Разве что здесь масштабы куда скромнее. А ещё почему-то адреналин подскочил, хотя смертоубийства и не намечалось, в отличие от. Странно как-то… за Машку волнуюсь, что ли?

— Кумо, картинку из рубки дашь?

— Ответ положительный, капитан Заварзин.

Ну, теперь уже точно никуда от меня не денетесь, голубчики! Мой голографический помощник расклад выдал полный, и в какой-то мере для меня благоприятный: все трое потенциальных противников были заняты делом, даже сам Ник над капитанским пультом колдовал.

— Кумо, чем они занимаются?

— Стандартные предстартовые тесты, капитан Заварзин.

— Да? — с сомнением хмыкнул я. — А почему у нас они автоматически прогоняются? Я их даже не замечаю…

— Потому что у вас есть я, сэр.

— Так это ты их грузанул, что ли?

— Немного. Организовал мелкий программный сбой, так что они уже третий раз тестируются. Правда, в ручном режиме всего лишь первый.

— Молодец. Оружие засёк?

— Признаки наличия отсутствуют.

— Хм… Влад, мне одному это подозрительно?

— Наверное, — отозвался тот.

— То есть тебя этот момент не напрягает? — уточнил я. — Как бэ похитители, да ещё и с потенциальной жертвой на борту… и вдруг пустые?

— Ну, они же не на дикой территории… и даже не на швартовочной палубе. Вот и убрали стволы, от греха.

— Если они вообще у них были… по базам пробил? Есть зарегистрированные?

— Есть, одна единица. Стандартный ручной плазмер. Но проходит по базе как стандартное же оснащение лоханки.

— Значит, в сейфе пылится… похоже, придётся удвоить осторожность.

— А вот сейчас удивил, — признал Пахомов. — С чего бы?

— Если что-то непонятное, действуй, исходя из самого неблагоприятного варианта развития событий.

— Герр Нойманн научил, что ли?

— Он, родимый, — подтвердил я. — Ну и кэпово влияние прослеживается.

— Да, мужики плохого не посоветуют… может, подождешь ребят?

— Нехрен! — отрезал я. — Если уже кого-то пригнал, пусть лучше подходы к штанге заблокируют, чтобы кто ненароком не припёрся на огонек.

— Окей.

— Всё, не отвлекайте меня. Кумо, к чёрту дверь!

— Есть, сэр!

К моему изрядному удивлению, ни на шорох двери, ни на мои шаги парни в рубке не среагировали. Я даже немного опешил. Вот что тут думать? Дилетанты? Или, наоборот, профи высочайшего уровня? В любой непонятной ситуации… и дальше по тексту. А посему я подождал, пока створка вернётся на законное место и Кумо просигналит о срабатывании замка, и только после этого негромко и относительно вежливо произнёс:

— Добрый день, господа.

И всё-таки больше похоже на дилетантов — вон, реакция весьма красноречивая. Все, как один, едва не подпрыгнули, оторвались от терминалов и уставились на меня с одинаковым потрясением на рожах. Особенно сам Ник, ага. Подручные могли относительно его делишек быть не в курсе, потому ещё и на капитана своего непутёвого косились, типа, что за нафиг вообще? А вот господин Быстров на меня пялился с откровенным испугом. Впрочем, было с чего — что он сам, что его подельники особо габаритами не поражали. Или это я с Борисычем и Рином привык к громилам, и нормальные люди мне теперь излишне субтильными кажутся? Пофиг, если честно. Главное, что я ещё по картинке с камеры убедился, что Ник с командой скорее аферисты-мошенники, нежели громилы-гопстопщики. То есть разобраться с ними особого труда не составит.

Хотя, надо признать, на случайных людей тоже не сильно похожи — и комбезы обтрёпанные сидят, как влитые, выдавая обширный опыт в использовании, и «бомберы» в наличии как минимум у двоих, включая главу честной копании. Разве что нашивок поменьше, чем у меня, но вполне достаточно, чтобы не выглядеть чужеродным пятном в любом портовом баре.

— Э-э-э… господа? — снова подал я голос, когда молчание несколько… э-э-э… подзатянулось, да.

— Ты кто? — ожил Ник. — И как здесь оказался?

— А ты разве меня не узнал, Никки?

— В первый раз вижу, — после едва заметной заминки отозвался тот. Правда, глаза отвёл, и, вроде бы, сглотнул судорожно. Но тут я мог и ошибаться. — Чё за дела вообще? Мы никому ничего не должны!

— Уверен? — заломил я бровь.

— Если у тебя какие-то претензии, обращайся к Хорхе!

— Какому ещё Хорхе? — прикинулся я шлангом.

Если это тот, о ком я подумал, то у парней очень даже неплохая «крыша». И теперь понятно, почему двое пьянчуг пересекли «фавелы» из конца в конец без печальных для себя последствий.

— Который «Не моргай»! Все вопросы к нему!

Ага, так и есть. Хорхе «Не моргай»… главарь самой отмороженной местной банды, контролирующей внутреннюю логистику сектора, или, выражаясь проще, «держащей» лифты в «фавелах». И это может быть проблемой… если этот дебил не придумал ничего лучше, чем пристроить Машку к нему на, кхм, «временное хранение».

— Влад, принимай новую вводную, — буркнул я, совершенно не смущаясь свидетелей.

— Окей.

— Эй, ты с кем это?! — возмутился Ник. — Ты вообще какого хрена творишь?!

— Ищу кое-кого, — пристально взглянул я на Быстрова. — Не хочешь мне ничего сказать? Последний шанс.

— Хочу, — кивнул тот, с трудом, но вернув самообладание. — Пошёл. Нахрен. Отсюда.

— Уверен?

— Более чем.

— Отказать! — барственно махнул я рукой и уверенно направился прямо к Нику.

Вернее, к капитанскому пульту, но Быстров моё намерение истолковал превратно, а потому нервно взвизгнул:

— Парни, гаси его!

Вот он, момент истины. То ли нырком с перекатом уходить с возможных линий огня с последующим захватом на удушающий и контролем болезного Ника, то ли идти, как шёл…

Ф-фух, вариант первый отменяется: оба подручных, вместо того, чтобы лезть в карманы либо за пазуху, просто рванули ко мне. С двух сторон, ага. А сам Быстров чуть медленнее шагнул с третьей — подсобить, если что. При этом, крайне желательно, оставаясь в относительной безопасности. Вот только просчитались придурки.

Будь у них хотя бы ножи, я бы ещё подумал, а так даже заморачиваться не стал — встретил просто и без затей, положившись на преимущество в силе и массе. Того, что добежал первым, срубил правым кроссом, на рефлексе прикрывшись боксёрским блоком — так оказалось удобнее всего, потому что приближался он ко мне слева. А угрозу с противоположного направления нейтрализовал на обратном движении локтём в челюсть. Очень хорошо получилось, я считаю — и вес вложил, и энергию разворота. Так что буквально через пару мгновений (вырубленные ещё на пол грохнуться не успели) передо мной остался лишь сам Ник, порядочно потрясённый молниеносностью расправы. Я бы даже сказал, опешивший. А потому и банальный джеб пропустивший, даже не попытавшись хотя бы отшатнуться. Я же, видя такое дело, силу сдержал — можно сказать, шлёпнул слегка. Но и этого хватило, чтобы юшку пустить из носа. Голова Ника дернулась, запрокидываясь, и я от души саданул его ногой в живот, отшвырнув чуть ли не к капитанскому пульту.

Хм… что-то слишком легко… пожалуй, нелишним будет дистанцию слегка разорвать, чтобы кто-то из болезных не вздумал по ногам пнуть. Или ещё каким затейливым способом свалить меня на палубное покрытие. Нефиг, в общем.

Сказано — сделано. Шагнув пару раз назад, я с насмешкой оглядел побоище («левый» вырублен наглухо, «правый» — до полубессознательного состояния, а Ник, такое ощущение, блевать собрался), и повторно сформулировал проблему, приведшую к столь плачевным последствиям:

— Я кое-кого ищу. И будет лучше, если вы соизволите ответить, господа.

Хм… пожалуй, поторопился я с переходом к вербальной коммуникации — они ещё ничего не соображают. Ладно, подождём, мы люди не гордые.

Ник оклемался примерно через минуту, так и не выметав харчи — уважаю! Правда, за живот всё равно держался, даже когда с трудом сел, привалившись спиной к стойке пульта. «Правый» пришёл в себя совсем чуть-чуть попозже, но предпочёл прикинуться мертвым. Впрочем, от меня его возня не укрылась, равно как и кряхтение «левого» — тот, хоть и очнулся, но мало что соображал: пытался сесть, оскальзывался и тряс головой.

— Эй, Никки! Ты меня слышишь? Кивни хотя бы! Вот… молодец! Повторяю: я кое-кого ищу. Есть на борту кто-то помимо команды?

Быстров отчаянно замотал головой.

— Уверен?

— Бо… кха! Более чем! Ещё двое в каютах, но они с бодуна… кхе!

— Ладно… переформулирую вопрос: где моя сестра?! Отвечай, быстро!

— К-ка… какая сестра?! — сделал большие глаза Ник.

— Младшая, — терпеливо пояснил я. — Мария Завьялова. Шатенка среднего роста. Угрюмая и языкастая.

— Н-не знаю никакой М-марии…

— Неправильный ответ! Придётся усилить накал… — Я извлёк из плечевой кобуры «кольт» и принялся им со значением поигрывать. — Ну как, вспоминаешь что-то?

— Нет на борту больше никого!!! — осмелел от отчаяния Ник.

— Врёшь! — уверенно бросил я. И навёл ствол на лоб «левого», который до сих пор не сумел сфокусировать взгляд, а потому остался совершенно безучастным к этому нехитрому действию. — Ещё раз повторить вопрос?

— Не надо! Нет её здесь!

Выстрел в закрытом помещении впечатлил всех, включая меня — когда я с компашкой Саффолка расправлялся, то в шлеме был. И фильтры звуковые тогда вовремя сработали. Зато сейчас «насладился» сполна, тем более что и «левый» заорал, как оглашённый. Заорёшь тут, если тебе мякоть бедра прострелили! Да-да, в последний момент я передумал и сместил точку прицеливания. Не совсем ещё оскотинел всё-таки. Хотя до предела почти дошёл… так-то вообще стрелять не собирался.

— Повторяю…

— Ты совсем дебил?! — завизжал Ник. — Нет её здесь!!! Нет!!! И не…

Второй бабах чуть потерялся на фоне звона в ушах, но вопили теперь уже двое — «правому» досталось в ягодичную мышцу. А нефиг было тыл подставлять. Сидел бы спокойно, тоже бы в ногу пулю получил. Но ведь нет, попытался слинять под шумок. А я сегодня что-то излишне добрый… хотя с какой стороны посмотреть, да.

— Последний раз спрашиваю, — прорычал я, прицелившись Быстрову в лоб — на этот раз на полном серьёзе.

Пожалуй, переборщил чутка — теперь почти кричать приходилось, чтобы раненых переорать.

— Ты… ну ты отморозок!..

— Не отвлекайся!

— Да сейчас тут народу набежит! — взвизгнул Ник. — И тебе мало не покажется! В «фавелах» не любят, когда чужие беспредельничают!

— Мне насрать!

— Да кто ты такой вообще?! А?!

— Я — твоя смерть! Три!

— Нет здесь никого!!!

— Два!! — Я чуть придавил спуск, выбирая свободный ход, и от внимания Ника это не укрылось. — Последний шанс!

— Ладно!!! Нахрен!!! — Ник мысленной командой переключил «нейр» на громкую связь и проорал: — Машка, мы так не договаривались!!! Сама со своим дебильным братцем разбирайся!!!

— Чего?! — опешил я.

И офигел ещё сильнее, когда аудиосистема донесла хорошо знакомый голос с ясно различимыми нотками раздражения:

— Идиот!!!

Ну вот… кажется, предчувствия меня не обманули…

Глава 2-1

Глава 2

В себя я пришёл достаточно быстро — та же сестрица толком подельника обругать не успела, хотя явно намеревалась. Перебил я её, короче:

— Маш?! Это как вообще понимать?!

Что характерно, меня услышали. Несмотря на расстояние между мной и Ником, не самым лучшим образом сказывавшееся на громкости, и скуление подстреленных (у тех удивительно синхронно начался шок, притупивший боль и уменьшивший уровень звуковых эффектов).

— Как хочешь, так и понимай, придурок!

Ага, прокатило. Повелась, дурында. Теперь вся надежда на спецов Влада — пока я сестричке зубы заговариваю, им надо её запеленговать. И тут уже как повезёт: если связь дальняя, посредством квантовой телепортации, то хрен у них что получится, а если накоротке, то попалась Машка, как пить дать.

— Ты вообще соображаешь, что творишь?! — чуть повысил я голос.

Ничего, сейчас можно чуток надавить, она от этого только сильнее распалится. Вот, угадал!

— Это я у тебя спросить должна, идиот! Ты что устроил?! Кто тебе дал право людей калечить?!

— Не людей, а похитителей! — парировал я. — Или я… э-э-э… ошибся в оценке ситуации?

Вот он, ключевой момент. И так уже всё понятно, но зато теперь никто не сможет меня обвинить в том, что я не оставил сестре выбора. Проще говоря, сейчас только от неё зависит судьба Ника с подельниками. Если Машка уйдёт в отказ, придётся их демонстративно (и крайне жестоко!) наказать, причём так, чтобы ни у кого сомнений не осталось, в чём причина. Дабы потом другим неповадно было. А вот если проговорится…

— Не трогай их, дебил! Они ни в чём не виноваты!

— А кто тогда? — задался я естественным вопросом, про себя отметив, как Ник сначала судорожно сглотнул, а потом облегчённо выдохнул — понял, видимо, что нанимательница (а кто же ещё, в свете вновь открывшихся обстоятельств?) решила не делать из него козла отпущения.

— Ты!!!

— Кхм…

Ну а что тут ещё скажешь? Никогда не понимал женскую логику. А тут ещё и подростковый максимализм, и так и не изжитая психотравма… чёрт, насколько всё было бы проще, не будь Машка моей родной сестрой! Вытащил, называется, на свою голову! Нет, не подумайте, у меня даже мысли не возникло в стиле «лучше бы она в подпространстве загнулась». Последняя, можно сказать, кровиночка. Куда я от неё денусь? Судьба у меня теперь такая — терпеть всякое. А временами и вовсе придурь. Как сейчас, например.

— Чего молчишь?! Сказать нечего?! Начальник выискался!!!

— Маш, давай-ка, успокойся…

— Да пошёл ты! Урод моральный!!!

Отключилась. Впрочем, пофиг. Теперь уж точно никуда не денется.

— Влад Алексу, — буркнул я, снова проигнорировав Ника.

— На связи, — отозвался Пахомов.

— Засекли?

— Естественно! Попалась, голубушка.

— Где она?

— В пространстве. Малый курьер «Челленджер», отстыковался от станции четверть часа назад. А до того торчал в техническом секторе.

— Ха! Вот вы обделались, парни! — не сдержал я восхищения. — Как же вы её там умудрились прошляпить?!

— Сам же знаешь, хочешь надёжно спрятать, положи на самое видное место, — не стушевался Влад. — Всё, догнали их и заблокировали.

— Из ЭМ-пушки пальнули?

— Вот ещё! Вышли на связь и объяснили ситуацию капитану.

— То есть он не при делах?

— Похоже, — подтвердил безопасник. — Реакция у него была очень уж забавная. Как только осознал, кого пытался умыкнуть, аж заикаться начал. Что с ним, кстати, делать? И с остальными пассажирами? У них рейс.

— Опросить по-быстрому, да пусть валят. Машку только не забудьте забрать.

— Хорошо, что напомнил, Алекс, сами бы не догадались.

— Да от вас теперь всего можно ожидать, — хохотнул я. — Это надо же… в техническом секторе… упустили… расскажи кому, не поверят.

— Сам в шоке, — признался Влад. — Тебе там, кстати, помощь не нужна?

— Нужна, но не та, что ты подумал. Гони сюда оперативников с силовой поддержкой, чтобы блатные из «фавелы» лезть не вздумали. Пусть допросят этих киднепперов доморощенных… да, медика не забудь, тут двое с лёгкими огнестрельными ранениями.

— Принял.

— Всё, жду, — закруглился я, вырубив связь.

Влад Владом, а кое-какие детали не помешает прямо сейчас выяснить, дабы потом спецов в нужное русло направить.

— Хей, Никки, ты как, соображать способен?

— А ты… в-вы… стрелять не будете?..

— А это, друг мой, зависит исключительно от тебя, — хмыкнул я, пижонски крутнув «кольт» на пальце.

На предохранитель, естественно, поставить не забыл, не постеснявшись допрашиваемого, но тот наверняка не уловил смысла сего действа, так что снова впечатлился — втянул голову в плечи и задрожал.

— Так ты говоришь, это всё Машкина затея?

Ник быстро-быстро закивал, я даже испугался, что шейные позвонки повредит.

— Ладно, допустим, предположим… а зачем ей это, не говорила?

— Ч-что и-именно?..

— Ну, похищение.

— К-какое п-похищение?!

— Обыкновенное. С целью выкупа. Либо шантажа.

— Н-не было т-такого!!! — испуганно замотал головой Быстров.

— Что-то я тебе не верю. Хочешь к подельникам присоединиться?

Те, кстати, уже и постанывать почти перестали… и это не очень хорошо. Впрочем, Нику на данное обстоятельство было откровенно наплевать.

— Чёрт, как бы не откинулись, — пробормотал я себе под нос. Потом решительно залез в заветный карман, выудил аптечку-автомат и аккуратно перекинул Быстрову: — Давай-ка, вколи им обезболивающее. Пользоваться умеешь?

— Угу, — кивнул тот, и на нетвёрдых ногах посеменил к «правому», отоваренному в задницу.

Да, аптечку он поймал, к моему безмерному удивлению. Видимо, рефлексы сработали — всё же, какой-никакой, а капитан собственной посудины, и что такое ответственность не понаслышке знает. Да и управился с задачей довольно ловко: прижал приборчик к шее, ткнул сенсор, подождал, пока раненый не вырубится от конской дозы химии, и повторил аналогичные манипуляции со вторым подельником.

— Себе ширни, от нервов, — посоветовал я. — Синий сенсор.

— А ч-что т-там?..

— Успокоительное. Не боись, не травану. Или мне опять перейти к угрозам? — красноречиво покосился я на «кольт» в правой руке.

— С-сейчас…

Вот и молодец. Вот и славно. Спросите, чего такого славного? Да так, мелочь, но приятно — аптечка у меня хоть и стандартная, да чуток доработанная. Почти незаметно, и совершенно некритично — и в пейнкиллер, и в седативное средство добавлена толика «сыворотки правды». Дозировка небольшая, но и её хватает, особенно когда «пациент» о такой подлянке не подозревает. Степаныч научил, кстати. А потом ещё и Влад Пахомов нечто похожее предложил подогнать, но я отказался, посчитав средство старого слуги более надёжным. А ещё наверняка проверенным на практике.

— В-всё?.. — протянул мне аптечку Ник.

— Почти, — кивнул я, приняв прибор. — Теперь руки за спину и повернись.

— Н-не н-на…

— Чего?! — изумился я.

— П-по г-голове… не бейте!

— Совсем дурак, что ли?! Я тебе просто руки свяжу, чтобы не рыпался.

— А-а-а…

«Б», блин! За кого он меня вообще принимает?! Хотя, знамо, за кого — отморозка со стволом. Но вроде бы поверил… так, где у меня стяжка для кабелей? В каком-то кармане наверняка завалялась… есть. Ну вот, теперь можно и «кольт» в кобуру убрать.

— Ну вот, а ты боялся! — хлопнул я Ника по плечу, отчего тот вздрогнул всем телом. — Ты давай, садись-ка. И рассказывай.

— Что рассказывать? — уточнил Быстров, довольно удачно рухнув в капитанское кресло.

— Всё. На что подрядился, как Машка на тебя вышла…

— Х-хорошо… в общем, мы должны были отвлечь внимание.

— Неужто моё?

— Не конкретно в-ваше, а… э-э-э… службы безопасности одной организации…

— … широко известной в узких кругах, — кивнул я, хмыкнув. — Вот зараза! Так-так-так…

— Она расписала наши роли очень п-подробно, чуть ли не по минутам… и только по этой причине я с-согласился. Никакой мокрухи, никакого похищения… хотя о том, что её будут искать, я догадался с-сразу.

— И всё равно повелся? — удивился я.

— А п-почему нет? Друзьям нужно п-помогать…

— Друзьям? — вцепился я обмолвку. — Это с каких же пор? Ты что, давно её знаешь?

— Да почти п-полгода уже…

Упс… надо Владу пистон вставить.

— Где познакомились?

— Сначала в сети, п-потом п-пересеклись в реале. Слово за слово, т-туда-сюда…

— Эй, а ты с ней не… того?! — нахмурился я.

Так-то Машке уже даже по факту восемнадцать, а не только по документам. Но мало приятного осознавать, что твоя непутёвая сеструха с таким оболтусом шуры-муры разводит.

— Б-боже упаси! — незамедлительно отпёрся Быстров. — Она же несовершеннолетняя!

Ну да, точно, на тот момент была, если насчёт полугода Ник не соврал.

— Но пыталась? — всё же уточнил я.

Понятно, что Ник себе не враг, но «сыворотка правды» уже должна была подействовать. Да-да, это я чисто для проверки.

— П-пыталась, — вздохнул тот, как мне показалось, с сожалением.

— Молодец, Никки, теперь ты заслужил не только жизнь, но и небольшую компенсацию морального… ну и физического заодно… вреда. Актрису нанять для отвода глаз тоже Машка посоветовала?

— Она не советовала, она п-подробный план дала. С действиями по п-пунктам с привязкой по времени.

— Поделишься?

— Конечно, — дернулся Ник.

Но я его остановил:

— Не суетись, успеешь ещё. Сейчас подойдут мои люди, с ними побеседуешь подробно. Не трясись, убивать тебя не будем. Мне нужна полная картина, чтобы не допустить рецидив.

— П-понял… а ч-что, она уже пыталась… раньше?..

— Настолько изобретательно — нет, — помотал я головой. — А тебе-то это зачем?

— М-мне н-не надо… просто странно это. Её пару недель назад как подменили. Д-до т-того нормально всё было… д-девчонка как д-девчонка…

— З-занятно… чёрт, извини. И спасибо за инфу. Кстати, сколько она тебе заплатила?

Ник замотал головой, типа, нисколько, но я ему не поверил:

— Ладно заливать-то! Актрису оплатить, с места сорваться не по плану, да потом ещё наверняка сколько-то шхериться по углам… всё это денег стоит. И не говори, что дружба расходы компенсирует.

— И-иногда…

— Ник, ты сам себе сейчас могилу роешь.

— П-правда…

— Кривда. Не пытайся выглядеть тупее, чем есть на самом деле. Или ты хочешь, чтобы я поверил, что ты за эти полгода не догадался о ней справки навести? Чисто из любопытства? Ведь навёл же?

— Д-да…

— А почему тогда согласился на эту авантюру?! — чуть надавил я. — Если знал, кто она такая? И кто её брат?

— Она п-просила… очень. Сказала, х-хочет на с-свободу…

— А ты, значит, такой добренький, захотел бедной девчонке помочь?

— Н-не…

— Чего?!

— Н-не х-хотел…

— … но повёлся на деньги?

— Д-да, — против воли признался Ник.

— Сколько?!

— П-пять…

— Тысяч?

— С-сотен…

— Чего?! Ты совсем дурак?!

— С-сотен т-тысяч… — обречённо выдохнул Быстров.

— А вот это уже похоже на правду! — ухмыльнулся я.

Довольно ухмыльнулся, а как же! Во-первых, точно «сыворотка» заработала, во-вторых, заработал я сам. Пол-ляма даже сейчас для меня значительная сумма, особенно на халяву. Осталось только к рукам бабло прибрать. Ну и неплохо бы выяснить, откуда у Машки такие деньжищи. Хотя у Быстрова спрашивать бесполезно, вряд ли он этим вопросом задавался.

— Счёт на предъявителя? — уточнил я, уставившись Нику в глаза.

— К-карта… в левом в-внутреннем к-кармане…

Ха, и правда! Обезличенная, на предъявителя. И точно не моя. Так что один из возможных способов добычи средств вероломной сестрицей отпадает. У меня она эту карточку тиснуть точно не могла. А с «карманных» денег даже за весь год в лучшем случае бы сотню кусков заныкала. Да-да, я для собственной сестрицы не скупился, в средствах она стеснена точно не была. Равно как и в свободе действий в пределах Картахены. Да чего там, она даже жила с некоторых пор одна, на съёмной квартирке в секторе техников! Во всём ей навстречу шёл. Надоело на «Спруте»? Не вопрос, переселяйся в «Сломанный дроид». Кажется, что следят за каждым шагом? Хорошо, найди себе жильё сама… и чего тогда, спрашивается, не хватило? И что такого могло стрястись две недели назад, что она решила свалить, да ещё такую комбинацию провернула, чтобы уж наверняка?.. Вроде бы не скандалили даже… или она просто средствами как раз тогда разжилась? А что, вариант. Ладно, будем надеяться, что парни Влада разберутся. И спонсора отследят. Уж я ему тогда выскажу пару ласковых!

— Смотри-ка, почти пол-ляма, — задумчиво поджал я губы, когда «нейр» просканировал платёжное средство. — Остальное на текущие расходы ушло?

— Да. Наём актрисы, п-предстартовое обслуживание… п-прочее по мелочи…

— Хороши мелочи — пятнадцать кусков! — присвистнул я. — Значит так, Никки! Карту я тебе не отдам… и не закатывай глаза! Это компенсация. Моих нервов, и вообще. Ты сам в первую очередь не поймёшь, если я оставлю твой демарш без последствий. По-хорошему, тебе бы тоже какую-нибудь конечность прострелить… или сломать… да не трясись! Короче, это теперь моё. А тебе… держи вот.

Я извлёк из собственного кармана очень похожую карту на предъявителя, только от другого банка, и сунул её за пазуху Быстрову.

— Тут сто тысяч. Понимаю, кучеряво, но меньше просто нет. Это у меня неприкосновенный запас, который всегда с собой. Ну, там, посудину какую прикупить, киллера нанять… шучу! Этого тебе хватит, чтобы свалить с Картахены и нормально устроиться где-нибудь в другом месте. И пасть свою поганую на замке держать! — повысил я голос, чтобы лучше дошло. — Подельников, опять же, заштопаешь. И чтобы я тебя здесь как минимум год не видел! Как понял, приём?!

— П-понял…

— И ещё одно. Если хотя бы попытаешься выйти с Машкой на связь, считай, что ты труп. Урою так, что следов не останется. Поверь, у меня есть для этого средства. Мы договорились?

— Д-до…

— Отлично!

— Я м-м-могу?.. — не поверил своему счастью Быстров.

— Можешь, — подтвердил я. — Но не прямо сейчас. Сначала пообщаешься с людьми из СБ Корпорации.

— Д-долго?

— Столько, сколько они сочтут нужным! — отрезал я. — И не спорь с ними. А ещё лучше, сотрудничай. Иди навстречу по всём вопросам. И не вздумай запаролить корабельный комп или что-то потереть… впрочем, тебе и не дадут. Чем подробнее ты расскажешь моим парням, как всё было, тем лучше. Для тебя же лучше. Я понятно объясняю?

Ник судорожно кивнул, и дарёная карта вывалилась у него из-за пазухи.

— Чего ж ты такой неуклюжий? — посетовал я, но всё же поднял пластиковый прямоугольник и вернул на законное место. — В общем, бывай, неудачник!

— А как же?.. — дёрнулся Быстров, чуть не съехав с кресла.

— Потерпишь! — отмахнулся я. — Вон, уже кто-то со мной связаться пытается, наверняка спецы из СБ…

Я, естественно, оказался прав — прибыли парни Влада числом трое. А еще четверо (с моим бывшим напарником так и вовсе пятеро) контролировали подходы к швартовочной штанге «Кервуса». Всё, можно выдохнуть с облегчением, больше от меня здесь ничего не зависело. Заново впрягаться придется чуть позже, когда беглянку в «Сломанный дроид» доставят… если навскидку, час-полтора у меня ещё есть, как раз успею до технического сектора добраться и даже перекусить в кафешке — живот что-то сводит. От нервов, скорее всего…

Собственно, именно так всё и вышло. Даже подождать чуток пришлось, но я особо не расстроился — заказал дополнительную порцию печёных вкусняшек, да сибаритствовал потихоньку, лениво предаваясь воспоминаниям годичной давности. Почему-то снова день похорон родителей вспомнился, вернее, разговор с дядей Германом в приватной обстановке, когда он и Машке мозги вправил, и с теткой Никой о чём-то перетёр, и, наконец, выкроил и для меня минутку. Изрядно преуменьшаю, конечно — разговаривали мы довольно долго, для чего уединились в моём навечно зарезервированном номере в вотчине Милашки Дрю. А что? Место надёжное, прослушки нет — Степаныч гарантию дал. Да и дополнительными мерами безопасности мы не пренебрегли — дядька по извечной привычке в первую очередь активировал брелок-«глушилку», и только потом развалился в кресле, оставив на мою долю кровать. Впрочем, садиться я не стал — накатила какая-то странная нервозность, как будто только сейчас я осознал окончательно и бесповоротно, что родителей больше нет, и я теперь сам по себе. Мало того, ещё и за старшую сестру, по диковинному стечению обстоятельств вдруг превратившуюся в младшую, отвечаю. Потому что если не я, то кто? Вот-вот…

— Чего мельтешишь, племяш? — не выдержал дядя Герман, так и не дождавшись от меня хоть одного внятного слова.

— Муторно что-то, — буркнул я. Усилием воли заставил себя остановиться, но теперь не знал, куда деть руки. Прямо хоть на койку заваливайся. — Думы тревожные гложут… и предчувствия нехорошие.

— Хм… а ведь меня тоже…

— Насчёт Машки?

— Не только. Но в основном да. Надеюсь, хотя бы тебе не нужно ситуацию разжёвывать? — покосился на меня дядька.

— Да уж сообразил, блин. Времени было достаточно.

— Молодец, племяш. Спасибо, кстати.

— Да не за что… я больше о Машкиной безопасности думал, нежели о твоём удобстве.

— А это неважно, — барственно отмахнулся дядя Герман. — Главное, что подумал. И сам шум поднимать не стал, и ей не позволил.

— Да у неё, если честно, пока возможности не было.

— Правильно. А почему? Потому что ты её не дал. Собственно, за это и благодарность. Продолжай в том же духе, племяш.

— Это приказ? — с прищуром глянул я на дядьку. Вроде бы уже всё давно выяснили, а снова эти повелительные нотки…

— Скорее просьба, — незамедлительно отбрехался дядя Герман. — Или даже предупреждение.

— Хм… не знай я тебя настолько хорошо, сейчас оскорбился бы.

— Вот поэтому ты и жив до сих пор, племяш. Умеешь расставлять приоритеты и не лезешь не в своё дело.

— А ещё жесток не в меру.

— Ну, это не доказано, вообще-то.

Точно-точно. С какого это перепугу «Архангел Михаил» в пыль превратился, никто так и не дознался. Что и немудрено — ни одного вещественного доказательства не осталось.

— Знаешь, дядя Герман, в таких делах достаточно просто догадываться.

— И не поспоришь, — ухмыльнулся дядька. — Признаться, я сам тебя временами побаиваюсь. Аж в холодном поту просыпаюсь. Но сразу вспоминаю, что ты далеко. И вообще, союзник.

— Ты хотел сказать, партнёр по опасному бизнесу?

— Нет, я сказал именно то, что хотел. И хватит уже самого себя обманывать. Мы повязаны, племяш. И не только деньгами.

Что ж… и тут он прав. Кровь не водица, от неё так просто не отмоешься. Даже если никаких доказательств нет. Как я и сказал, достаточно догадок. Или вообще подозрений. Специфика повседневного существования аристократов. Казалось бы, мне-то теперь что с того? Отрёкся, не претендую, не лезу… ан нет! Связи-то куда более тесные, чем просто родственные. Такой клубок, что охренеешь распутывать. И трюк с разрубанием, как у одного мифического героя, не прокатит — проверено на практике. Вроде бы от одних связей избавился, обрезал, отсёк… но тут же, не отходя от кассы, обзавёлся кучей новых. Хоть вой от обиды и досады. Но это не наш метод, так что работаем.

— Надеюсь, дядя Герман, ты Машке ситуацию обрисовал?

— В меру возможностей, — кивнул дядька. — Но она… чёрт, не думал, что в ней вот это вот всё есть. Раньше казалась обычной девчонкой, своенравной, но в меру. А тут гляди-ка!

— Ха! И чего же она тебе такого сказала? Неужто права на наследство предъявила?

— И ничего смешного.

Упс… а дело хуже, чем я предполагал. Вроде бы нормально мозги сестрице промыл, на многочисленных примерах из жизни, в большинстве своём печальных и даже трагических, а тут на тебе — чего боялся, то и получил…

— Нет, правда?! — всё же уточнил я.

Признаюсь, несколько обалдело.

— Правда-правда. Я даже опешил чуток…

— От наглости?

— Да бог его знает, племяш, — задумался дядька. — С одной стороны, вроде да. А с другой… собственно, в чём наглость? Мария права, если по совести.

— По совести, говоришь?.. — ухмыльнулся я.

— Вот-вот, — вернул мне любезность Герман Романович. — По совести — это не про нас, аристократов. Совесть — последнее, на что кланы ориентируются. Впрочем, чего я тебе объясняю… короче, задница полная. Уж извини за грубое слово, племяш.

— Да чего уж там…

Если разобраться, Машкино спасение — самая настоящая бомба замедленного действия. Подкузьмил я дядьке даже больше, чем когда сам сбежал за несколько дней до собственного совершеннолетия. Да и со мной всё было относительно понятно: статус определён, судьба-судьбинушка — тоже. Все всё знали, всё видели и всё понимали. И даже сочувствовали в большинстве своём. Но сочувствие на хлеб не намажешь. А потому на первом месте благо клана, сиречь выгода. Как общая, так и конкретных отдельно взятых личностей. Даже бегство моё мало кого поначалу смутило, поскольку воспринято было как отчаянная попытка оттянуть неизбежное. Но и я хорош, обломал всех клановских скопом. Не учли моё упрямство и положение крысы, загнанной в угол, за что и поплатились, причём многие жизнями.

Машка же совсем другое дело. С одной стороны, она официально мертва. По всем канонам Уложения и законам Протектората. С другой — ни я, ни Степаныч при всём старании не нашли ни одной юридической нормы, согласно которой она не могла бы оспорить этот факт, просто явившись в любое присутственное место. Реально: вот она, во плоти. И личность её установить труда не составит вообще — и свидетели есть, и генетический анализ моментально истину выявит. Это не говоря уже о банальных отпечатках пальцев и скане сетчатки. А раз Мария Завьялова является Марией Завьяловой, что установлено со стопроцентной точностью, то нет никаких оснований отказать ей в восстановлении в правах. Казалось бы. Но есть ма-а-аленький нюанс: у неё отсутствуют возрастные изменения. По документам ей уже двадцать два, двадцать третий идет, а биологический возраст до восемнадцати не дотягивает. И любая психологическая экспертиза подтвердит, что она и по уровню развития не дотягивает до статуса совершеннолетней. Да элементарный гормональный анализ покажет, что нет ей двадцати одного ещё. И всё, приплыли. Столько из этого факта обстоятельств вытекает, что охренеешь все нюансы учитывать. По-хорошему, надо бы этот вопрос официально урегулировать, ие желательно на уровне Протектората, а не отдельно взятого клана, потому что он крайне важен для дальнейшего функционирования не только Корпорации «Э(П)РОН», но и всех сколько-то значимых социальных и политических образований — начиная с уровня рода и заканчивая всем Протекторатом Человечества. Это сейчас «найдёнышей» относительно мало, причём из таких времен, что любые сроки давности истекли. А что будет лет через пять хотя бы? Что мне, отдельный клан «потеряшек» создавать, что ли? Или целый Протекторат? Что-то мне подсказывает, что не получится данный процесс осуществить в принципе — все нынешние кланы на дыбы встанут. Как же, на святое замахнулись — на статус! А не будет равенства в правах, очень быстро моя «сборная солянка» превратится в никому не подконтрольный сброд. Последствия предсказать я даже не берусь. Новая «казацкая» вольница с набегами, пиратством и реками крови… бр-р-р-р!!!

— Ты чего, племяш?

— Да так, о последствиях задумался…

— Ха! Наконец-то! И что надумал?

— Нельзя этот вопрос на самотёк пускать, дядя Герман.

— Ты про Машку?

— Именно. Сам же прекрасно понимаешь, что её появление — прецедент. И с ним нужно что-то делать. И насильственное решение проблемы не выход. То есть с Машкой ты, конечно, разберёшься. А где гарантия, что других таких не будет?

— Алекс, так уж и говори: Мария — первая ласточка. И именно поэтому от неё сейчас очень многое зависит. Но ты прав, племяш, проблему решать придётся…

— А я предупреждал.

— А я слышал, — не повёлся дядька. — Напомни-ка, что я тебе тогда ответил?

— Да у тебя на всё один ответ: не вовремя.

— А что делать, если так оно и есть? — развёл руками дядя Герман.

— Сдается мне, эта проблема всегда будет отменно не вовремя. Так что давай-ка прямо сейчас что-то решим.

— Вот именно, что-то, — буркнул дядька. — Нельзя сейчас её клану показывать. Ничем хорошим это не кончится. И в первую очередь для неё.

— Да ладно тебе, дядя Герман! Зато подумай, насколько всё сразу упростится, если ты её сейчас под крыло возьмешь. Она же несовершенноле…

— Чего осёкся-то, племяш?

— Чёрт…

— Вот именно! По документам, строго говоря, если признавать факт её смерти ошибочной, она уже совершеннолетняя. А на самом деле соплюшка неуправляемая…

— Ты это так быстро понял?

— А у меня опыт богатый! — парировал дядька. — Короче, племяш, не могу я её с собой забрать. Никак. Вернее, могу, если ты ещё одни похороны запланировал. И нечего на меня так зыркать! Правда, как она есть!

Да я что, я ничего… но сдержался, конечно, с трудом. Только и исключительно ввиду абсолютной правоты дядьки.

— В общем, если ты не хочешь её в гроб загнать, пусть сидит на Картахене. И я даже приблизительно не могу представить, как долго придётся держать её здесь. Но другого выхода нет. Юридическая машина весьма неповоротлива, сам знаешь.

— Предлагаешь начать лоббировать Совет Протектората?

— А куда деваться?.. — пожал плечами Герман Романович. — Раньше начнём, раньше закончим… хоть с каким-то результатом. Но вообще мне сначала с юристами нужно ситуацию обмозговать. Неплохо бы определиться, что именно лоббировать будем. Ты вот, например, за какой вариант: признавать возраст по стандартному счёту, от даты рождения, или учитывать биологический? Что задумался-то?..

Дилемма, конечно. С одной стороны, взрослым людям пофиг — подумаешь, будешь по документам столетним старцем. Верхней границы дееспособности законодательством не предусмотрено, так что и проблемы нет. А как быть с детьми? А с совсем мелкими? А с родителями их, если их вместе из подпространства извлекли? Согласится хоть кто-то из них считать кроху-трёхлетку совершеннолетним, если они в «пузыре» хотя бы лет двадцать покуковали? В общем, надо сильно думать… как бы безграмотно это ни звучало.

— Похоже, прав ты, дядя Герман, — со вздохом признал я. — А я так надеялся на тебя хотя бы часть забот спихнуть!

— Так и спихнул, — усмехнулся дядька. — Юридические консультации и лобби в Совете Протектората. Или сам займёшься?

— Издеваешься?

— Имею право. Ладно, ладно, не буду больше. Закрыли тему.

— А тётке ты что сказал? — спохватился я.

— Чтобы не вздумала лезть. С неё станется, решит мелкую под крыло взять.

— Это вряд ли, — хмыкнул я, припомнив разговор с тёткой Никой. — Ей обуза точно не нужна.

— Молод ты и горяч, племяш! — сокрушенно покачал головой Герман Романович. — Верка тебя с потрохами съесть может, если такой целью задастся. А уж вокруг пальца обвести вообще на раз. Но я её и на этот счёт особо предупредил.

— Спасибо?..

— А что так неуверенно? Не заслужил благодарности старик?

— Слушай, вот как у тебя так получается?! — возмутился я.

— Что именно?

— Отмазываться технично! Столько хотел тебе предъявить, помощью заручиться… и что в результате? Все остаются при своих! А я ещё и с малолеткой безбашенной в состоянии перманентной депрессии!

— Терпи, ты брат. И единственный прямой родственник.

— Да куда я денусь, с космической станции-то…

На том, собственно, обсуждение щекотливой ситуации и завершилось, разговор зашёл о других не менее насущных проблемах, да и новостей с обоих сторон накопилось изрядно…

— Алекс Владу!

— На связи! — вынырнул я из воспоминаний, с сожалением покосившись на пустую тарелку — сам не заметил, как последний пирожок сжевал. — Что у вас?

— Объект доставлен. Ждём тебя.

— Принял. Две минуты, засекай.

Глава 2-2

—//-

Влад Пахомов встретил меня в коридорчике, перехватив прямо перед дверью моего «вечного» персонального номера. И его наличие (номера, а не Влада), кстати, ещё один показатель моего заметно возросшего социального статуса — мало иметь много денег, чтобы добиться подобной привилегии от Дэвида Деррика. Нужно ещё быть как минимум его партнёром по бизнесу. Ну, или сестрой партнёра по бизнесу.

— Алекс, перетереть надо, — без обиняков заявил он, сцапав меня за рукав «бомбера» — видимо, для того, чтобы я мимо не просквозил. — И это важно.

— Ну, раз важно, давай перетрём, — не стал я спорить. — Что, прямо здесь, в коридоре?

— Нет, конечно, — недоуменно покосился на меня Пахомов. — Внутрь зайдём. Холл свободен, Машка в спальне заперлась. То есть это она думает, что заперлась.

— И что делает? — живо заинтересовался я.

— Да кто бы знал! У тебя же здесь какой-то знатный спец порезвился, всё подсматривающее и подслушивающее под корень извёл. Вот бы с ним познакомиться…

Я вовремя прикусил язык, чтобы не ляпнуть, дескать, уже — герр Нойманн в пределах досягаемости, хоть сейчас его вызвать можно. Но вот нужно ли? Хотелось бы пообщаться с вероломной сестрицей первым… из близких, я имею в виду. С одной стороны, Степаныч её расколет в два счёта, с другой — после его визита я сам вряд ли чего-нибудь от Машки добьюсь, потому что она замкнётся и уйдёт на очередной виток чёрной депрессии. Плавали, знаем. Нет, нужно сейчас момент ловить, пока она ещё на нервах и может сболтнуть лишнего. В этом, в принципе, и весь смысл предстоящего разговора. Меня не интересуют следствия, мне нужны причины. А обо всём остальном мне Влад доложит — иначе нахрена ему меня перехватывать?..

— Может, сведёшь? — с надеждой покосился на меня Влад.

— Возможно, — хмыкнул я. — Когда-нибудь. Но это неточно.

— Да ну тебя! — Влад сдвинул дверь вбок и проскользнул в прихожую, сразу же посторонившись, чтобы и я поместился. — Вы тут все такие вредные, что ли? Дрю, вон, чуть до белого каления не довела, пока уговаривал впустить.

— Молодец, — заочно похвалил я Милашку. — Ибо нефиг. Проходи, чего встал? И в кресло, вон, падай. Я, уж так и быть, пешком постою. Или лучше сесть, в преддверии новостей?

— Чего косишься?! — возмутился Пахомов. — Я не косячил!

— Ой ли? А сестру мою кто упустил? И где?! В техническом секторе!

— Ладно, ладно! До этого не косячил!

— То есть можно и не садиться, на ногах устою?

— Ты сильный, ты справишься, — заверил меня начальник СБ Корпорации. — И вообще, я в тебя верю.

— Это правильно. Должен же хоть кто-то…

— В общем, мы отследили перемещения и контакты Марии Завьяловой за предыдущие пятнадцать дней процентов на восемьдесят, — приступил, наконец, к делу Влад. — Остальное требует времени, и сомневаюсь, что картина сильно изменится. Короче, предварительные выводы мы можем сделать уже сейчас.

— И?.. — вопросительно заломил я бровь.

— Ничто не предвещало беды, — развёл руками Пахомов. — Реально. Она вела себя как обычно. Никаких внезапных новых знакомств, никаких длительных переговоров по дальней связи с неопределяемыми абонентами…

— Уверен? Насчёт дальней связи?

— Практически. А что?

— Карту на предъявителя она же где-то взяла… да ещё с такой суммой…

— Да это, в принципе, не проблема. Могли через любую камеру хранения обмен устроить, в любой забегаловке, или даже в клубе… надо, кстати, на этом моменте внимание заострить. Глядишь, и выйдем хотя бы на посредника. Скажу парням. А договориться и элементарно по электронной почте можно.

— Пожалуй, ты прав… ещё что-нибудь интересное?

— Абсолютно ничего, — помотал головой Влад. — Стандартное расписание: сон, питание, развлечения…

— Вот с этого места поподробнее.

— Говорю же, всё, как обычно. Все магазины, все кафешки, все клубы, куда она наведывалась, она неоднократно посещала и раньше. Все на данный момент выявленные контакты тоже отследили: ни одного нового фигуранта. Все так или иначе засветились ранее. Подозрительных движений средств с банковского счёта тоже не было. Единственный замешанный в деле фигурант — Ник Быстров. Но, не засветись он сегодня, тоже подозрений бы не вызвал — он не соврал, знакомы они уже почти полгода, неоднократно пересекались лично, причём в различных обстоятельствах — и в заведениях общепита, и в увеселительных. За контрольный период, например, пересеклись трижды в клубе, и один раз в кафешке. Именно после этой встречи он и занялся поиском исполнителя для «розыгрыша», то есть той барышни, Эмили Байер. Она, кстати, тоже оказалась той ещё штучкой…

— Не отвлекайся, Влад, о ней позже.

— Как скажешь. В общем, старину Ника Машка проинструктировала в кафе, после этого они снова встретились в клубе через три дня.

— Что за клуб?

— «Поларис» в торговой зоне, он у них вроде штаба, судя по частоте встреч.

— Пробили заведение?

— Естественно! Тоже много чего интересного вскрылось, но не по твоей части, тут скорее Дэвид лицо заинтересованное…

— С ним тоже потом.

— Хорошо. Итого, можно заключить: твоя сестра стала тщательно шифроваться. И, что самое хреновое, у неё это получается. Талантливая девчонка, мне бы такая не помешала в штате.

— Обойдёшься, — помотал я головой. — Хотя идея на первый взгляд неплохая, хоть чем-то занялась бы… но она не согласится.

— Ты подумай, Алекс. На будущее, когда перебесится чуток. Мы бы её к делу однозначно пристроили.

— Я сказал на первый взгляд неплохая, — напомнил я Владу. — Ну её на фиг. Ты прикинь, если она самостоятельно настолько успешно действовала, на случайности прокололась, по сути… то что она начнёт вытворять, если пройдёт спецподготовку?! Да я же спать спокойно не смогу! Будем все, как на ножах.

Пахомов задумчиво хмыкнул — зуб даю, хотел самого себя в пример привести. Но передумал и просто уточнил:

— Думаешь, она настолько… честолюбивая?

— Вот именно, очень правильное слово подобрал, Влад. Раньше она такой не была. Да, упрямая, да, тяготилась своим подчинённым положением, но отцу не перечила. Была вся из себя примерная девица почти на выданье.

— А теперь что?

— А теперь я её вообще не знаю! — сорвался я на рык. — М-мать! Достала, однако… ф-фух…

— Это нервы, Алекс.

— Они, проклятые… ладно. Резюмируя: вы нифига не выяснили. Она умудрилась провернуть довольно сложный план втайне от СБ Корпорации. Подкупила Быстрова, организовав отвлекающий маневр, и сумела проникнуть на борт независимого перевозчика, которого каким-то образом ввела в заблуждение и относительно своей личности, и относительно возраста. Внимание, вопрос: как?! Как, чёрт возьми?!

— Ну, это у вас семейное, видимо, — усмехнулся Пахомов. — Я, уж не прогневайся, твою историю изучил. Это надо же, пять лет шифроваться! И где! На «Савве Морозове», в апартаментах главы клана! Так чему ты удивляешься?

— У тебя неправильное представление о моей ситуации, — покачал я головой. — И шифровался я не пять лет, а только три. Первые два года тупо плыл по течению. И только потом немного оправился от потери и включил мозг. Так что Машка, по факту, управилась впятеро быстрей. Мало того, умудрилась водить за нос целую службу безопасности и штат медиков! Что-то мне подсказывает, что как минимум парочка последних обострений депрессивного психоза была искусной имитацией.

— Думаешь? — с сомнением покосился на меня Влад. — Я бы так не сказал. Сейчас она реально на взводе.

— Сейчас — может быть. Облом у неё случился неслабый. Тут любого заколбасит.

— Ты бы с ней осторожнее… она себя почти не контролирует, парни еле вдвоем с ней совладали. Я имею в виду, чтобы и доставить, и не покалечить.

— Не переживай, справлюсь.

— Ну, удачи.

— То есть у тебя всё?

— На данный момент да.

— Ник сказал, что её две недели назад как подменили, — напомнил я.

— Мы учли этот нюанс. Но… извини, конечно, Алекс, но на поведении её состояние никак не отразилось. Она вела себя стандартно. По крайней мере, на взгляд со стороны. Сам знаешь, какая у большинства камер наблюдения разрешающая способность, эмоциональный фон по такой картинке не особо определишь.

— А записи разговоров?

— Пока не добыли, — развел Влад руками. — И вряд ли сумеем.

— Надо в её «нейр» программного «жучка» подсадить.

— Хорошая мысля. Жаль, что пришла, как это водится, опосля. Хотя я тебя предупреждал, Алекс. И даже предлагал нечто похожее. Помнишь, что ты мне ответил?

— Помню, — выдохнул я сквозь зубы. — Но я ей доверял.

— А почему? — заинтересовался Пахомов.

— Что «почему»? — опешил я.

— Почему доверял?

— Потому что она моя родная сестра. Единственная оставшаяся в живых кровная родственница. Если не ей, то кому вообще?

— Никому? — с намёком предположил глава СБ.

— Да ну тебя!

— Нет, Алекс, я серьёзно… ты же слышал обо мне… всякое?

— Что ты тоже из аристократов? Да, доходили слухи.

— Тебе я, так уж и быть, признаюсь: часть этих слухов вовсе не слухи. И я прекрасно представляю, что такое аристократическая среда. Поэтому и удивился.

— Если бы это был брат, я бы себя совсем иначе вёл. Но Машка девушка.

— И что это меняет?

— Многое, если не всё! — отрезал я. — У тебя сестры нет, что ли?

— А кто ж знает-то? — усмехнулся Пахомов. — На момент моего, скажем так, отбытия не было. Только братья.

— Сочувствую.

— Я тебе тоже.

— У меня сестра хотя бы есть, — огрызнулся я. — В отличие от.

— Да я не об этом, — отмахнулся Влад. — Ты, друг мой, пал жертвой стереотипов. Почему ты не опасался сестры? Потому что она девушка, правильно? А девушка в любой аристократической семье по большому счёту лишь разменная монета, но никак не самостоятельная тактическая единица. Им просто не дают возможности проявить себя, а потому и не боятся.

— Хм, — вынужденно задумался я, — похоже на правду. У тебя всё?

— Вроде бы. Если что-то ещё вдруг выяснится, дам знать.

— Буду надеяться, — буркнул я, потеряв к собеседнику интерес. И так уже задержался изрядно, кто знает, чем там Машка взаперти занимается? Дождался, когда за главным безопасником закроется дверь, и обратился к мини-гексу: — Кумо, готовь «жучка», даю официальную санкцию. Действуй при первой же возможности, не запрашивая подтверждения. И включи запись.

— Принято, капитан Заварзин.

— Н-да… чего-то мне не по себе, — замешкался я перед дверью спальни. — Влад заразил, что ли?

— У вас проблемы этического плана, капитан Заварзин? — не сдержал любопытства мини-гекс.

— Они самые… ладно, открывай.

Будем надеяться, что Машка не притаилась сбоку от дверного проёма с занесённым стулом в руках. А что, вполне возможная ситуация. И это так, навскидку. Она явно и на большее способна, как показал печальный опыт…

Ф-фух, вроде обошлось — как минимум, по башке ничем тяжёлым не прилетело в первую секунду. Ровно так же, как и во вторую, третью и четвёртую. Больше я ждать не стал, шагнул в помещение и мазнул взглядом по внутренностям хорошо знакомой спальни. Вот только сестру почему-то не заметил…

— Кумо?

— Объект «Мария Завьялова» прячется за кроватью, — незамедлительно сдал Машку тот.

Вот что значит непредвзятое отношение и отсутствие заинтересованности! Я-то на нервах, и вообще… а моему голографическому помощнику всё пофиг. Кстати, а чего это Машка так бездарно укрылась? Будь я чуть спокойнее, и сам бы сразу заметил её макушку — тёмная, лишь чуток не дотягивающая до рыжей шевелюра довольно контрастно выделялась на фоне светлого пледа. Так что вряд ли пряталась, скорее пыталась отгородиться от жестокого мира. По мере возможностей, конечно же. Бьюсь об заклад, что сидит сейчас, поджав ноги и обняв колени руками. Этакий комочек, беззащитный и жалкий… а ещё всхлипывает. Н-да… как я теперь понимаю собственных предков! У самого что-то такое в груди шевельнулось…

Ну, что я говорил? Так и есть. Стоило немного сместиться в сторону, и Машка предстала перед взглядом во всей сомнительной красе восемнадцатилетней девчонки-нигилистки. Единственное, насчёт всхлипываний попал пальцем в небо — Машка сейчас настолько сурова, что рыданий от неё не дождёшься. Максимум всхлипнет и шмыгнет носом, но и только. И случилась с ней сия метаморфоза довольно давно, месяцев пять-шесть назад. Если обратиться к моему собственному опыту депрессий, скорее всего, именно тогда она и «перегорела» — осознала и приняла смерть родителей и собственное незавидное положение в этом жестоком мире. А так да, коленки обнимает и смотрит в никуда. И взгляд, что характерно, абсолютно пустой. Аж жутью обдало, когда на него случайно наткнулся. Хорошо хоть, Машка на меня среагировала: встрепенулась, и в глаза вернулась осмысленность.

— Маш?

— Чего припёрся?!

Показная грубость, призванная замаскировать тщательно скрываемую боль. Плавали, знаем. Но это ничего, это даже хорошо, потому что прогнозируемо. Теперь бы ещё из равновесия вывести и развести на откровенность. А на форму плевать, потерплю, не барин. Уже больше года как.

— Может, расскажешь, что это было? — как можно спокойнее поинтересовался я.

Знали бы вы, с каким трудом оно мне далось, это самое спокойствие!

— Да пошёл ты!

Хм… и это тоже ожидаемо. Ладно, попробуем с другой стороны зайти.

— Может, на кровать переберёшься? Неудобно с твоей макушкой общаться.

— А тебе не всё ли равно?!

— Представь себе, нет.

— Да неужели?! — яростно зыркнула на меня Машка. — А я-то думала, что мебелью тут работаю! Всем на меня пофиг!

— Совсем дура?! — возмутился уже я. — Додумайся ещё Лизке такое сказани!

— Не сахарная, переживёт! — огрызнулась сестрица.

— Она-то переживёт, а что насчёт тебя? — вкрадчиво осведомился я. — Вдруг обиду затаит?

— И что? Что она мне сделает?! Такая же безвольная кукла, как и я!!!

— Ошибаешься, — холодно сказал я. — Она не безвольная кукла. Она живёт полной насыщенной жизнью…

— Когда мелкие позволяют!!!

— Это её осознанный выбор. И ты прекрасно знаешь, что он далеко не самый плохой. Скорее, наоборот — практически идеальный для женщины. И семья есть, и любимое дело. Вот представь на мгновение, что она обиделась и запретила тебе видеться с Алексом-младшим и Ксюхой…

— Ты зубы-то мне не заговаривай, Алёша!

Ух, как она! Особенно вот это «Алёша» — столько презрения в довольно короткое слово затолкать это ещё надо умудриться. И ведь получилось! Хотя чего она к имени-то привязалась? Или?.. Нет, не ухватил — догадка мелькнула на периферии сознания, но и только. Рановато ещё. Слишком мало информации для выводов. Но вроде бы ведётся, что тоже плюс. Так что продолжаем в том же духе.

— А вы, Мария Фёдоровна, берега-то не путайте, — чуток добавил я льда в голос.

— А то что?! — с вызовом уставилась та на меня. — Поколотишь? Или вообще убьёшь нахрен?! А, Алексей Алексеевич? Ну давай, не стесняйся!

Чёрт, опять презрением обдала. И чего ей в моём новом имени не нравится? То, что оно новое? Хм… пожалуй. Не одобряет, значит, моего отречения. Впрочем, оно и понятно — аристократка и по происхождению, и по воспитанию.

— Хорошо подумала?

— Более чем! Лучше так, чем клетка!!!

— А не охренела ли ты, сестрица?

— Вот, молодец! Уже и глаза кровью налились! И кулаки, вон, побелели! Верной дорогой идешь, Алёша! Давай, вперёд!!!

Ха! Ну, как хочешь. В эту игру можно и вдвоём поиграть.

Не говоря более худого слова, я с решительным видом шагнул к Машке, навис над ней, с удовлетворением отметив, как она сжалась в предчувствии удара… и рухнул на койку пятой точкой. Реакция, надо сказать, превзошла все ожидания: кровать ухнула и задрожала, а Машка в ужасе вскрикнула, вжавшись боком в стенку.

— Дура ты, Машка, — устало процедил я.

Злость куда-то улетучилась, осталась лишь пустота. И глухое раздражение — и на самого себя, и на безмозглую сестрицу, и на весь мир в целом. Хорошо хоть, поддающееся контролю.

— А ты вообще… дебил! — всхлипнула отлипшая от стены Машка.

— Поверила, что ли? — усмехнулся я. Но усмехнулся невесело — мало радости осознавать, что тебя до такой степени боятся. И кто?! Собственная родная сестра! Врагам как бы и положено, но она-то с чего?.. — Слушай, это даже оскорбительно. Ты же меня знаешь…

— Ой ли?..

Хм… а ведь верно… сам же недавно что-то такое Владу втирал, а взглянуть на ситуацию с Машкиной стороны и не догадался. Ей ведь как бы не хуже пришлось, чем мне — был брат младший, бестолковый, как младшим и положено, а стал взрослый женатый мужик с детьми. Целая пропасть между нами, если подумать. А ведь когда-то были погодками, что лишь добавляло проблем родителям.

— Ещё как знаешь, не прибедняйся! — всё же возмутился я. — Я тебе хоть раз повод дал настолько плохо обо мне думать?

— Да сколько угодно!

— Ладно, уточним формулировку, — поморщился я. Для неё наши детские конфликты ещё очень свежи в памяти. Разве что она технично обошла один скользкий момент — их инициатором обычно она же сама и являлась, на правах старшей. — После нашего воссоединения я тебе хоть раз повод дал? Чего молчишь?

— Гад ты, Сашка!

— Маш, я же просил.

— Ладно! — рыкнула сестрица. — Гад ты, Алекс!!! Так лучше?!

Конечно, лучше! Особенно после этого презрительного «Алёша». Вот только ей об этом знать не обязательно. Но и промолчать тоже неправильно будет.

— Не особо, — вынужденно признал я. — Слушай, давай поговорим как взрослые люди. Вот чего тебе не хватает? Только честно!

— Жизни мне не хватает!!! — даже на миг не задумалась сестра. — Хочешь честно? Получай! Я не живу, я существую! Плыву по течению, расту, как какой-нибудь куст, и всё! Я никто и звать меня никак! Хватит, или ещё?!

— Э, мать, да у тебя обычный подростковый кризис! Только затянулся что-то…

— Дебил!

— Вы хотите поговорить об этом? — хмыкнул я, чуть отодвинувшись от сестрицы — знамо дело, чтобы её лучше видеть.

Нравится ей в щели между кроватью и стеной ютиться, ну и пусть её. А я предпочитаю не отказываться от удобств там, где это возможно. Потому что с моим образом жизни никогда не знаешь, как долго маленькие радости будут доступны. Ловлю момент, короче.

— О, господи! — застонала Машка, для пущего эффекта схватившись за голову. — Ты совсем дурак?! С тобой серьёзно разговаривают, а ты шутом гороховым прикидываешься!

— Надо уметь смеяться над собой. Гораздо проще жить становится.

— А я не хочу! — заявила сестра, рывком поднявшись на ноги. — Решительно не желаю! Я не ты, я простых путей не ищу! И не отказываюсь от… ладно, не важно! Но и смеяться над собой не позволю, понял, ты?!

— Понял, понял, — хмыкнул я, беззастенчиво развалившись на застеленной кровати.

А чего? Ей, значит, приспичило нервно вышагивать из угла в угол, а мне теперь у неё под ногами путаться? Фигушки. Сейчас ещё подушку под голову засуну, да руки на затылок закину. Поза максимальной открытости, призванная усыпить бдительность потенциального противника, а на самом деле уже скрытый замах. Если, к примеру, в воротнике стрелка припрятана, или метательный нож между лопаток прилеплен, то уже на твоей стороне преимущество первого удара. Это меня Степаныч научил, если вы ещё не догадались. Кто бы сомневался, говорите? Ну-ну…

На Машку, кстати, тоже подействовало — она встала посреди остававшегося свободным пространства и гневно на меня уставилась:

— А… Алекс?! Ты совсем офигел?!

— Ну, ты же не захотела прилечь на кушеточку и поведать доктору Заварзину о своих самых сокровенных желаниях… тайных чаяниях… возможно, извращениях?

— Дурак!

— Знаю. Короче, выкладывай. Что за дичь ты творишь? И какого тебе вообще не хватает?!

Сестрица явно вознамерилась было ляпнуть ещё что-то резкое и обидное, но пересилила себя и промолчала.

— Не хочешь, как хочешь, — пожал я плечами после небольшой паузы. Ага, с руками на затылке. Вполне нормально получилось, между прочим. — Значит, сама напросилась. Будешь сидеть теперь в технической зоне. И за её пределы ни ногой.

— Клеткой пугать вздумал?! — зло прищурилась сестрица. — Хрен ты угадал! Думаешь, для меня хоть что-то изменится?!

— А разве нет?

— Размер клетки значения не имеет!

— Уверена? Я бы так не сказал…

Это она такая смелая, потому что не сидела, как я, в закупоренной наглухо коробке корабля целую неделю. На самом деле год, но это уже детали. Всё, что выпало на её долю — несколько часов, пока отец не осознал, что иного выхода, кроме погружения в анабиоз, нет. Это с её же слов, если что. Так что клаустрофобией сестрица обзавестись попросту не успела.

— Уверена! — тем не менее, набычилась Машка. — Клетка она клетка и есть, по определению.

— Не скажи…

— Да хоть золотая, она всё равно клетка!

— Ладно, так и запишем: против длительного пребывания в одиночной камере типа «карцер» фигурант не возражает… Кумо, передай Владу, чтобы озаботился оборудованием соответствующего помещения.

— Принято, капитан Заварзин.

Каюсь, я умышленно общался с мини-гексом голосом, да ещё и аудиосистему «нейра» не отключил. Хотел, чтобы Машка услышала и осознала. Но та снова изрядно меня удивила:

— Да скорей бы уже! Это хотя бы не так обидно!!!

— Чего?!

— Давай, запри сестру в камере! Чего ещё от тебя ожидать?!

— Да я не об этом… как ты сказала? Обидно?..

Да-да, именно это слово меня почему-то царапнуло сильнее всего. Наверное, я на подсознательном уровне уловил его важность. Похоже на объяснение Машкиного дурацкого поведения. Обида. Первопричина, так сказать. Теперь бы подробности не помешали.

— Э-э-э… — растерялась сестрица.

— Так, Маш, успокойся, сосредоточься, и постарайся сформулировать мысль чётче. Почему обидно? И что именно? Дать тридцать секунд на размышления?

— Да пошёл ты, доктор Заварзин! — огрызнулась Машка, но без былого огонька.

Задумалась, что ли? А ведь точно!.. Что-то сейчас будет, ей-ей…

Глава 2-3

—//-

Несмотря на Машкин решительный вид, ожидание несколько затянулось, и я в конце концов не выдержал:

— Ну, колись уже!

— Отвали, — вдруг всхлипнула сестрица.

Упс… это чего она? Глаза-то на мокром месте!

— Маш… ты родителей вспомнила, что ли?

— Да! — рявкнула та. — Вспомнила! Маму… и отца, чтоб ему!

— Тэ-эк-с… ну-ка, замри… поймай настрой… что-то с отцом? Он чем-то тебе насолил?

— А сам-то как думаешь?! — огрызнулась Машка. — Хотя куда тебе… ты же парень… мужчина! Тебе все дороги открыты! Не то, что нам, бесполезному бабью… знаешь, кому я завидовала? По-настоящему завидовала? Тётке Нике! Вот это жизнь! Никому ничего не должна, делает ровно то, что сама хочет… чего ухмыляешься?!

— Да вот поражаюсь, какая у меня сестра, оказывается, наивная… тётка Ника, и вдруг делает, что хочет! Знаешь, в чём твое основное заблуждение? Она делает не то, что хочет, а то, что ей позволяют. Единственная её свобода заключается в выборе из ограниченного списка. И список этот, что характерно, ей доступен исключительно в силу финансовой независимости. Но даже при таких делах она считается парией, почти отверженной. А уж дюзнутой так сто процентов.

— Кем считается?! — вскинулась сестрица.

— Обществом, Маш. Кем же ещё?..

— Плевать на общество!

— Ну-ну… а вот тётке не плевать. Знаешь, что она сказала, когда я предложил ей взять тебя, хм, под крыло?

— Ты ей такое предлагал?! Когда?!

— Когда она на Картахену прилетала. Ну, когда мы… в общем…

— Ясно! Надо думать, отказала под надуманным предлогом?

— Если бы. Она сказала, что не хочет для тебя такой судьбы, как у неё.

— Врёшь!

— Цитирую: «И не мечтай! Хочешь окончательно Машке жизнь испортить?»

— И она туда же…

— А ты больше брата слушай, он плохого не посоветует. И вообще, мы отвлеклись. Так что с отцом?

— Он перекрывал мне кислород! Я уже с пятилетнего возраста знала, когда и за кого выйду замуж! Как тебе такое, а, братец?! Естественно, я всей душой завидовала тёте Нике!

— Надеюсь, отцу ты об этом не говорила?

— Только маме… и она расстроилась. Сильно.

— Чего и следовало ожидать.

— Да! Теперь я это понимаю! Но тогда обиделась и разозлилась ещё сильнее! А они… они…

— Усилили контроль? Фрейлины, навязанные подружки, ни секунды одиночества…

— Откуда знаешь?!

— Сам через что-то похожее прошёл. После… ну, ты поняла. Дядя Герман и остальные из Совета клана опасались, как бы я чего не выкинул от депрессии. Но я с собой справился… но это уже другая история. Ладно, ты обиделась. Дальше что? Я-то тебе чем насолил?

— И до тебя ещё доберёмся, и до дяди Германа! — посулила Машка. — Я ещё только начала! Родители, кстати, тоже очень скоро поняли, что перегнули. Отец даже согласился, чтобы я какое-то время провела с тёткой. С ней он сам договаривался, я не ожидала…

— Так тот вояж… это из-за тебя?

— Нет, он был у отца плановый. Просто по пути получалось, вот он меня с собой и взял. А маму потащил из-за меня.

Ага! Вот он, первый «пунктик»! Она себя винит в смерти матери. С отцом всё сложно, он бы в любом случае от инспекции не отказался, а вот мать оказалась не в том месте не в то время исключительно из-за родной дочурки. И плевать оной дочурке, что это просто обстоятельства так сложились. Совпадение. Трагическая случайность.

— Маш, ты не виновата.

— Все так говорят, — снова всхлипнула сестра. — Даже тётка… тогда, на похоронах.

— Вы с ней довольно долго общались, — припомнил я. — Ты ей рассказала?

— Она сама этот разговор завела.

— Ну и?.. Чего молчишь?

— А чего рассказывать?! Она, оказывается, согласилась отцу помочь только для того, чтобы я на практике убедилась, что её жизнь совсем не сахар! Да! Ты и здесь прав! Радуйся, блин!!!

— Успокойся. Ну, прав я. Дальше что? Ты вроде бы с обиды начала…

— Вот именно! Когда был жив отец, у меня не было и тени шанса жить так, как мне хочется! Я питала пустые надежды! Создала себе кумира! Тётка Ника! Она такая! Такая!.. А на самом деле — один большой пшик!

— Это она тебе так сказала?

— Нет, это уже я сама к такому выводу пришла!

— Ладно, так и запишем: профилактическое мероприятие номер один принесло ожидаемый эффект.

— Вот ты урод! — вызверилась Машка. — Я ему, можно сказать, душу изливаю, а он издевается!

— Такова суровая реальность, дорогая сестрица. Но я, кажется, начинаю улавливать ход твоих мыслей. Ты ведь углядела в сложившейся трагической ситуации шанс, верно?

— Да! Углядела! А когда узнала, что ты отрёкся…

— Представляю, как ты развернулась! — подначил я. — В мыслях-то!

— А что?! — с вызовом уставилась на меня сестрица. — Я единственная законная наследница рода Завьяловых! Единственная! И все родовые активы мои по праву! Так почему я и теперь должна жить по чьей-то указке?! Почему я не могу сама определять свою судьбу?! Только потому, что я… баба?!

Прозрела-таки… в восемнадцать биологических лет, ага. А ещё меня тупым считала, потому что я на целый год младше. Был когда-то.

— Сочувствую, Маш. Когда мечты идут прахом… это больно. Дядя Герман тебя быстро спустил с небес на землю, не так ли?

— Старый му… мошенник!

— Всё, я тебя понял, сестричка. Тебе жутко обидно, что сейчас, когда перед тобой открываются такие перспективы, ты снова в пролёте. Просто потому, что никто из, скажем так, близких родственников тебя не поддерживает в твоих чаяниях. У всех есть какие-то свои причины, причём исключительно меркантильные. Всем удобно, что официально тебя попросту… нет. Ты пропала без вести, а поскольку срок давности вышел, теперь ещё и признана мертвой. Несмотря на твоё наличие в этой жестокой реальности. И никто — ни брат, ни дядька, ни кумир детства тётушка — не предложил объявить о чудесном спасении и восстановить справедливость, хоть все предпосылки к тому присутствуют. Больше скажу, ещё и юридических препонов к этому нет. Есть отдельные нюансы, например, как определить твой возраст, от которого будет зависеть социальный статус, это да. Но объявить тебя живой и здоровой можно хоть сейчас. Но никто — никто! — этого делать не спешит. Потому что важнее удобство и спокойствие окружающих. А справедливость… кого и когда она волновала?

— В точку! Я дядю Германа прямо спросила: почему он не хочет забрать меня на «Савву Морозова»? И он очень долго мялся, прежде чем сказал, что боится за меня. Хотя мог просто признаться, что ему это нафиг не надо. Деньги и прочую собственность ещё мне возвращать… уговаривай меня потом активы из бизнеса не выводить, каждый шаг со мной согласовывай. А кто я, собственно, такая? Отмазался, причём не напрягаясь.

— Правильно он сказал, — не согласился я с сестрицей. — Я бы на его месте вообще твою психику жалеть не стал и прямо бы заявил, что ты дура, если собираешься такое провернуть.

— Это почему ещё?!

— Да потому что грохнут тебя! Просто и без затей!

— Кто?! Он сам, что ли?!

— Как вариант. Просто будет вынужден. Я почему сбежал-то? Потому что аналогичного исхода опасался. Сам Герман меня убивать не хотел, но ситуация вела именно к этому. Тут уже не личность на первом месте, а занимаемый ею пост. Его бы просто соратники не поняли. Или вообще расценили излишнее милосердие как проявление слабости. А лидеру категорически нельзя показывать слабость. Сказать, к чему это приводит, или сама догадаешься?

— Да уж не совсем глупая!

— А раз не совсем глупая, то учись на моём примере! Я, мужчина, добровольно отрекшийся от своего прошлого, вынужден был пойти на множество ухищрений, чтобы отстоять свою позицию. И всё равно дело кончилось большой кровью! И это с учётом доступных мне ресурсов и поддержки со стороны главы клана и партнёров по бизнесу!

— Но я вовсе не собираюсь действовать во вред клану и его главе…

— Ой ли? А кто у него наследство отжать намерен? Пойми, Маш, даже если бы ты осталась единственной наследницей тогда, семь… вернее, уже восемь лет назад… то есть если бы ещё и со мной что-то нехорошее произошло… даже в этом случае ты бы не получила ни-че-го. На тебя бы оформили опекунство, а по достижении совершеннолетия выдали замуж за нужного человека. Всё. Вот твоя наиболее вероятная судьба.

— Но… почему?!

— Потому что так заведено. Потому что есть Уложение. И потому что есть основы, на которых стоят кланы. На которых зиждется их могущество. А ты, по глупости своей и недальновидности, ну и из подросткового максимализма, вознамерилась основы пошатнуть! Такое не прощают. Поэтому шанс на жизнь у тебя ровно один: остаться со мной и влиться в Корпорацию. Стань лучше для меня опорой. Гораздо больше пользы принесёшь. И достигнешь всего того, к чему стремишься — денег, власти и свободы.

— Нет.

— Почему?

— Это ничем не лучше той судьбы, что мне уготована в Клане. О какой свободе ты вообще говоришь?! Ты предлагаешь мне стать обычной наёмной работницей! А я, в отличие от, всё ещё помню, кто я и что я. И у меня ещё осталось достоинство и самоуважение! Поэтому я буду бороться до конца. Не остановлюсь, пока не верну то, что принадлежит мне по праву. И не займу подобающего положения в обществе! Но всё равно спасибо тебе, братишка. Теперь я знаю, как нужно действовать.

Упс… и почему у меня такое чувство, что я только что конкретно облажался? Выспрашивать теперь бесполезно, я свою сестру знаю… знал. Но вот конкретно сейчас это та самая Машка восьмилетней давности, стервозная старшая сестрица, упрямая и своенравная. По крайней мере, в том, что касается меня. Отцу-то она перечить не смела. Ладно, попытка не пытка.

— Хм… планом не поделишься? В благодарность, так сказать.

— Размечтался!

Что ж, ожидаемо. Тогда зайдём с другой стороны.

— Ладно, с планами определились, — заключил я. — И посвящать в них ты меня не намерена. А что насчёт чистосердечного признания?

— В чём? — округлила глаза Машка.

Реально удивилась, такое не сыграешь. Уж точно не с её актерским талантом… хотя, в свете недавних событий, и эта информация могла устареть.

— В содеянном, — ухмыльнулся я.

Признаюсь, с умыслом — надо же её как-то из обретённого душевного равновесия вывести?

— А смысл? — приняла игру сестрица.

— Ну… совесть облегчить…

— Вот уж чего не бывало!

— Тогда просто потешь моё любопытство, — упростил я задачу. — Вот реально не пойму, на что ты надеялась. И в чём вообще заключался план. Ну, допустим, предположим, сбежала ты с Картахены. Дальше-то что? Или ты даже не задумывалась, как это у тебя заведено?

— Не старайся, не куплюсь, — нахмурилась Машка.

— Почему же? Ещё немного, и дырку во мне взглядом прожжёшь…

— А, чёрт с тобой! — сдалась сестра. — Всё равно мне это никак уже не повредит.

— А на остальных плевать? Не боишься, что я всех твоих подельников разыщу…

— И?..

— Примерно накажу, — пожал я плечами. — Чтобы другие смотрели и на ус мотали. Дабы даже мысли случайной не возникло о помощи некоей Марии Завьяловой.

— Плевать!

— Врёшь!

— Вру! Не плевать, — не стала больше спорить Машка. — Но и ты так не сделаешь, потому что смысла нет. А будущим моим соратникам на тебя… как бы это помягче…

— Решила подняться на уровень выше? Поискать союзников помощнее, чем мелкий мошенник с крохотным корытом?

— Знаешь, Са… Алекс, ты как был самоуверенным зазнайкой, так и остался. Но я хорошо помню одну отцовскую присказку: даже на самого сильного бойца всегда найдётся кто-то более сильный.

— Ну-ну, флаг в руки… так что же ты намеревалась делать по прибытии… куда, кстати?

— А ты не знаешь? Странно… куда смотрят люди из твоей охранки? Я бы на твоём месте их… э-э-э… примерно наказала.

— Пункт назначения «Челленджера» — крупнейшая перевалочная станция в ближайшей округе. С неё можно рвануть куда угодно, в том числе в близлежащие Протектораты — хоть Дойч, хоть Бритт, а при желании даже в Бретонский Союз. Про Протекторат Росс и вовсе молчу. То есть по всему выходит, что ты таки не думала. Положилась на авось. Или… это и есть твой хитрый план: если ты сама не решила, куда именно направишься, то и вероятный противник этого определить не сможет?

— Хм… а с этой точки зрения я ситуацию и не рассматривала…

— Вот видишь, самой смешно! — с удовольствием добил я сестрицу. Загнал, так сказать, в логический тупик. — Признавайся, короче. Всё равно план провалился. Так куда ты намылилась? К дойчам? К бретонцам?

— К бриттам.

— К-хм…

Вот это поворот! Я аж подавился от неожиданности. Нет, правда, всего мог ожидать, но чтоб такое! Я и раньше, при живых родителях, далеко не всегда был способен постичь всю гениальность сестриных задумок, но тут она даже сама себя превзошла.

— Чего?! — обиженно вскинулась Машка.

— Да нет, ничего, — отмахнулся я, с трудом сдерживая смех.

Аж слезы на глазах выступили от упорства.

— Ф-фух… слышал бы тебя Савелий Степаныч!

— Да пошёл ты! Нормальный план!

— Был, пока я всё не опошлил… ладно, ладно, молчу! Но не могла бы ты, любезная сестрица… э-э-э… обосновать?

— А что мне ещё оставалось делать?! Свои помогать не желают, значит, нужно обратиться к чужим! Тем более, что как раз им мне есть, что предложить.

— Не там ты протекцию искать собралась, ох, не там!

— А я и не собиралась! Я хотела поднять шум, раздуть международный скандал и тем самым вынудить вас относиться ко мне серьёзно!

— Маш, Маш, притормози! — взмолился я. — Не, ну реально… я сейчас сдохну от смеха… ф-фух, блин! Вроде отпустило. Ну и как же ты собиралась… раздуть шум? Устроить одиночный пикет перед посольством Протектората Росс на столичной планете бриттов?

— Нет! Я собиралась обратиться в международную правозащитную организацию!

— Какую, блин?! Бриттскую? На которую нашим по определению класть?! Нет, ну ты, мать, и насмешила!

— Должны же хоть где-то законы нормально работать!

— Где-то должны, — кивнул я. — Вот только они обычно работают для своих — это раз. И эти самые «свои» должны либо быть богатыми, либо аристократами — это два. А лучше всё сразу и много. Ну-ка, где здесь ты?

— Я и богатая, и аристократка!

— Де-юре. А де-факто?

— Правда на моей стороне!

— Угу. Но ты чужая. А чужую сам бог велел попользовать и выбросить в мусор. А ещё лучше, закопать так, чтобы потом никто концов отыскать не смог. Ты вообще понимаешь, что тебя бы там просто использовали, как разменную монету?! Не спорю, могли и отыскаться особо циничные «правозащитники», подняли бы шумиху. Вот только… дальше-то что? Да, ты информационный повод, ты, можно сказать, новость дня. Но не более. Как думаешь, насколько быстро ты бы потеряла поддержку этих шакалов?

— Мне бы хватило времени!

— Ну-ну… а я так скажу: дня три, от силы неделю. И то лишь потому, что они бы до конца ждали реакции со стороны наших кланов. Но, как ты прекрасно понимаешь, не дождались бы. Сказать, почему, или сама догадаешься?

— Ну и почему же?!

Угу, насупилась, но всё равно не сдаётся. Упрямая, как я уже говорил.

— Да потому что реагировать по факту не на что. Ты официально мертва. А значит что? Значит, ты всего лишь самозванка. И, что ещё более вероятно, психически нездоровая. Потому что кто в здравом уме до такого додумается? Соответственно, смысл вообще хоть что-то заявлять? Подумаешь, очередная дутая сенсация. Бритты на это большие мастера. Такие затейники, честно говоря! Если у них хотя бы пару недель что-нибудь этакое в прессе не случится, то как раз вот это повод задуматься. Лучше бы ты, сестрица, к бретонцам подалась. Они хотя бы нейтральные, и репутацию настолько сильно подмочить не успели.

— Алекс, сам-то себя слышишь?! — перешла в наступление Машка. — Какие бретонцы?! Ты бы ещё сказал дойчи! В том и смысл был, чтобы привлечь к делу врагов! От них так просто не отмахнёшься, что бы ты там ни говорил! И уж они бы сумели использовать ситуацию для своей пользы! Особенно если бы почуяли выгоду!

— Ключевое тут именно «использовать», моя дорогая сестричка. Короче, повезло тебе, что мы тебя перехватить успели. Ты просто не осознаешь, во что именно собиралась ввязаться. Ты хоть раз в жизни пересекалась с людьми из СБ Протектората? Любого, даже нашего? Нет? Я тоже. Но мне хватило одного-единственного человека из транспортной прокуратуры. По гроб жизни не забуду теперь. А ты собиралась спутаться с контрразведкой бриттов! Да это всё равно, что самолично подписать себе смертный приговор! Ты бы просто исчезла по завершении операции. Причём при любом её исходе.

— Да заткнись уже! — буркнула Машка, но без огонька.

Победил, что ли? Что-то слишком легко.

— То есть к бриттам ты больше не побежишь? — всё же уточнил я.

— Скорее всего. Но это не точно.

— Ладно, тогда вот тебе ещё одна причина воздержаться от подобного безумия. Я тебе не рассказывал историю некоей леди Аннабель Рокуэлл? Нет? Странно, должен был… впрочем, сама позже ознакомишься с документацией. Мы с Рин-саном в своё время много от неё натерпелись. Но закончила она очень плохо. И это притом, что противостоял ей всего лишь отдельный клан! Даже не клан, а конкретный род этого клана. Чего нос воротишь? Реально тебе говорю, очень увлекательное чтиво. И поучительное.

— Ладно, прочитаю! Но ты упускаешь один момент…

— Что ты потенциально богатая?

— Не только. У меня и сейчас есть… были деньги!

— Кстати, вот с этого момента подробнее. Где разжилась?

— Не бойся, у тебя не воровала! — окатила меня презрением сестрица. — Да твоих подачек и не хватило бы!

— Ну, учитывая, что ты только Нику Быстрову пол-ляма отвалила, не задумываясь… кого ограбила, сестричка? Признавайся!

— А ты так и не догадался?

— Только не говори, что дядя Герман подогнал по доброте душевной… или тётка Ника? Что, оба?! От них, значит, ты «подачками» не погнушалась…

— Нет, к тётке я не обращалась. Да и дядюшка, чтоб ему почаще икалось, отнюдь не по доброте душевной расщедрился! — взорвалась негодованием Машка. — Старый урод! Совестливый какой выискался! Так бы сразу и сказал, что откупиться пытается!

— Сколько он тебе дал?

— Не твоё дело!

— Мое! И сядь, не мельтеши! Сядь, я сказал!

Окрик подействовал, но, справедливости ради, я ещё и пример подал — собрался в кучу и сел, приглашающе похлопав ладонью по кровати. Машка, чуть замешкавшись, опустилась рядом, и мне удалось облапить её за талию и прижать к себе. Правда, пришлось преодолеть довольно слабое сопротивление — сестрица телячьих нежностей не жаловала. Но смирилась, скорее всего, от безысходности — если не со мной обнимашки, то с кем ещё? Понятно, что Рин-тян вне конкуренции, но у меня преимущество, я всё-таки родной брат.

— Маш, я тебя очень прошу — включи мозг! — как можно проникновеннее сказал я, не особо надеясь на понимание. — Прежде чем что-то сделать, подумай, и желательно трижды. А ещё лучше, просто скажи мне, что намереваешься делать. Всё-таки не чужие… по крайней мере, мне ты куда дороже, чем дядя Герман. Да и тётка Ника, чего уж скрывать. Правда, с ней делить нечего, а с Германом Романовичем общий бизнес… но на что только не пойдешь ради сестры!

— Ещё скажи, обожаемой! — буркнула Машка. — Хорошая попытка, Алекс, но я отныне и впредь предпочитаю надеяться исключительно на себя.

— Что ж, это твой выбор… — Я разорвал братские объятия и встал с кровати, дав Машке понять, что разбор полетов завершён. — Делай, что должно, и будь, что будет. Но и ты не обижайся, если вдруг очередной облом случится.

— Я тебя услышала, брат.

— Вот и славно.

— Вот и хорошо.

— Бывай.

— Вали уже!

Ф-фух… как же с ней тяжко, всё-таки! Неужели мои спиногрызы такими же будут в её возрасте?! Черт, если Лизка начнёт намекать на третьего, по-любому вестись не надо…

Глава 2-4

—//-

— Ну, что скажете, господа мои?

Задался этим вопросом я не просто так, а по завершении совместного с Владом Пахомовым и Степанычем просмотра ролика моего с Машкой разговора. Да-да, Кумо ушами не хлопал, а всё записывал. И это параллельно с взломом сестриного «нейра», который он осуществил, как и было приказано, при первом же удобном случае. А таковой представился, когда я усадил сестру рядом с собой на кровать и приобнял. Вот так вот. Даже проявление братской любви у меня получилось со злым умыслом. С Машкиной точки зрения, конечно. Зато теперь у нас была программная «закладка», позволявшая отследить положение объекта с точностью до нескольких сантиметров в пределах не только Картахены, но и всей местной звездной системы. Вот если прыгнет по «струне» куда-то, то да, возникнут проблемы. Или окажется в такой заднице, где «нейр» связь потеряет с ретрансляторами. Что, конечно же, в условиях космической станции крайне маловероятно — «нейры» проектировались для работы как раз в окружении толщ из металла, пластика и камня.

— Беспокойная она у тебя, — первым разродился Влад.

— Это вы, молодой человек, нашего уважаемого предводителя в таком же возрасте не видели, — усмехнулся Степаныч. — Что, сударь? Не согласны?

— Согласен, Савелий Степаныч, — смиренно признал я. — Ещё и похуже был.

— Я бы много отдал, чтобы посмотреть на это, — хмыкнул Пахомов, но дальше тему развивать не стал.

И правильно. Всё-таки я, какой бы ни был, а босс. А Владик и сам изрядно накосячил, причём совсем недавно. А до того сунул свой любопытный нос, куда не следует. Думаете, с чего бы я при нём Степаныча Степанычем величал? Да потому что смысла уже не было шифроваться — спалились мы. Вернее, Пахомов оказался настолько классным спецом, что сумел вычислить старого слугу. Естественно, он «герра Нойманна» с первого же дня знакомства заподозрил, но поначалу ему хватало ума не лезть, куда не просят. Ну а потом дала о себе знать гипертрофированная профдеформация. Ну и… итог немного предсказуем, как говорится. Ну и что толку, что излишне любопытный Владик получил по шапке сначала от самого Степаныча, а потом ещё и от меня? Горбатого только могила исправит, а глава СБ Корпорации нам ещё нужен. Зато есть и плюсы — можно в тесной компании свободно по-русски разговаривать, ни под кого не подстраиваясь. Ближний круг, так сказать. Рин-сана только не хватает. А вот Дэвид Деррик до сих пор в блаженном неведении, но оно и к лучшему.

— Так что по теме? — снова напомнил я о своём существовании.

— Натерпимся мы от неё, — не стал углубляться в конкретику Влад, а Степаныч и вовсе промолчал, поддержав молодого коллегу кивком.

— Помощи от вас, — поморщился я.

— А чего вы, собственно, ожидаете, сударь?

— Предложений. Крайне желательно рациональных.

— Эк загнул! — рассмеялся Влад. — Алекс, ты ведь прекрасно осознаёшь весь масштаб проблемы. Самый простой вариант её решения — ликвидацию — ты ни при каких раскладах не одобришь. Второй по списку — изоляция — тоже мимо. Всё-таки сестра. Ну и что нам остаётся?

— Вот и я спрашиваю, что остаётся? Чего молчите?

— Неплохо бы обозначить границы допустимого вмешательства, сударь.

— Это да, — поддержал Степаныча Влад. — Скажи толком, что нам позволено? Наблюдение? Косвенное влияние на ситуацию? Прямое вмешательство в критических случаях? Может, временная нейтрализация? А пока у меня связаны руки.

— Я не хочу, чтобы она меня окончательно возненавидела.

— И это всё?

— А вам мало?

— Ну…

— Влад, не нукай. Твою позицию я понял. А вы что скажете, Савелий Степаныч? Вы ведь тоже лицо заинтересованное, практически родственник. Уж с Машкиной точки зрения точно второй после меня в очереди. Ближе некуда, получается.

— Знаете, сударь, вы в её возрасте тоже бывали невыносимы.

— И как это понимать? Типа, подожди, и она сама всё осознает, поймёт и простит?

— Вы поразительно точно ухватили суть, сударь.

— Не пойдёт, Савелий Степаныч. Пока она дозреет, такого наворотить успеет! Ладно мы, но она ведь и себе подгадит так, что потом десятилетиями отмываться придётся!

— Если действовать решительно, можно сократить этот срок до лет и даже месяцев, сударь.

— Напомнить, что случилось, когда Герман Романович применил эту стратегию ко мне?

— А что случилось? — прикинулся шлангом Влад. — Ты стал тем, кто ты есть. Как по мне, очень хороший результат.

— Скажи об этом людям из клана Завьяловых! Особенно тем, у кого родственники пострадали.

— А нам не плевать ли?

— Очень неправильная позиция, — осуждающе покачал я головой. — Влад, пойми, тут речь о моей родной сестре. О последней прямой родственнице моего поколения. По совести, мы должны быть друг для друга опорой и поддержкой. Быть на равных. А вместо этого получается полная дичь. Машка на меня ополчилась, потому что я тряпка и даже в какой-то степени предатель.

— И кого же вы предали, сударь?

— Не кого, а что, Савелий Степаныч. Принципы я предал, принципы. Которые для Машки оказались вовсе не пустым звуком. Сами же её реакцию на моё предложение влиться в Корпорацию видели. Что поделать, она ещё слишком молода, а потому идеалистка.

— Это со временем проходит, сударь.

— Вы про молодость, Савелий Степаныч?

— И про неё тоже, — кивнул старый слуга. — Итого, насколько я вас понял, сударь, вы категорически против активного вмешательства в ситуацию. И столь же категорически не приемлете ограничения свободы Марии Фёдоровны.

— Именно.

— Молодец! — продемонстрировал большой палец Влад. — Ну и как в таких условиях избежать больших неприятностей?

— Правильный ответ — никак, — вздохнул я. — В этом и заключается двойственность текущей ситуации. И я это прекрасно понимаю, но пересилить себя не могу. Прав Савелий Степаныч, нужно её запереть где-нибудь. Побесится, но будет вынуждена смириться. А потом поймёт и простит. Наверное. Вот только где её запереть?

— Возможно, пансионат для благородных девиц? — подал голос означенный Савелий Степаныч.

— Я думал об этом. Но…

— Есть нюансы?

— Ещё какие, Влад! Начать хотя бы с того, что на Картахене ни одного подобного заведения просто нет. Никто не догадался организовать, все как-то обходятся. Тот же Деррик, например, как с Милашкой совладал? Да просто к делу приставил, и ей стало некогда дурью маяться…

— Ну, ты тоже пытался, — припомнил соответствующий эпизод ролика Пахомов. — Так что твоей вины нет.

— Думаешь, от этого легче? В общем, получается, что Машку надо куда-то отправить. Внимание, вопрос: куда? Протекторат Росс отпадает сразу, на родине её в два счёта выведут на чистую воду, да и сама она надолго в пансионате не задержится. Желающих «помочь» найдётся очень много. Протекторат Дойч? Там у меня нет связей, значит, придётся кого-то со стороны привлекать…

— Я бы рекомендовал Бретонский Союз, сударь.

— Хм…

— Очень перспективное направление, поверьте, сударь. И довольно далеко от территорий основных противоборствующих группировок, и всеми признанный оплот культуры и искусства. Приличное место по всем параметрам.

— Ага, а ещё там извращенец на извращенце и извращенцев погоняет! — скривился Влад.

Что-то он подозрительно болезненно отреагировал. Впрочем, фиг с ним, я не Пахомов, моя профессиональная деформация в другой области работает, так что не буду совать нос не в своё дело.

— Всё зависит от финансовых возможностей и личных связей, — возразил Степаныч.

— Поверьте мне, Савелий Степаныч, чем приличнее с виду место, тем выше вероятность наличия «скелетов в шкафу». И не простеньких типа «невинного» инцеста, а чего-то по-настоящему чудовищного — серийных убийств с изнасилованиями, к примеру. Уж я-то достаточно поработал с бретонцами, чтобы в этом убедиться на личном опыте. Там такие страсти кипят, что ну их нафиг. Особенно за закрытыми дверями. Мне просто жалко девчонку. Там ей психику ещё больше поломают.

— Ты хотел сказать, позволят сформироваться свободномыслящей личности с широкими взглядами?

— Ты даже не представляешь, насколько широкими, Алекс! Поверь мне, оно того не стоит. Уж лучше к дойчам. У них там хотя бы порядок, а не перманентный бардак с борделем. А со связями вопрос решим, есть кое-какие подвязки.

— Ладно, мнения разделились, — заключил я. — Ну а поскольку лично я к такому варианту не склонен, то мы его отклоняем.

— И что же нам остаётся, Алекс?

— Воспользоваться старым, как мир, принципом, — опередил меня Степаныч. — Если не можешь предотвратить, возглавь. Вы ведь это с самого начала имели в виду, сударь?

— Что-то типа, — кивнул я. — Но не мог облечь задумки в чёткую форму. Спасибо, Савелий Степаныч.

— Всегда к вашим услугам, сударь, — склонил голову в поклоне слуга. — Итого, выбираем вариант с косвенным влиянием на ситуацию?

— Да. Влад, просчитай основные возможные направления.

— Эй, эй, притормози! — взмолился тот. — Я, конечно, аналитик от Бога, но не до такой же степени! Мысли не читаю, да и вообще, люблю конкретику. Уточните задачу, пожалуйста.

— Ой, хватит уже прибедняться!

— Алекс, я серьёзно. Ставь конкретную задачу. И, самое главное, не вынуждай меня самого искать инфу. Прекрасно же знаешь, к чему это может привести.

— Н-да, напугал…

— Алекс, соберись. Тут не до смеха.

— Так а я о чём?.. Савелий Степаныч, у вас очень хорошо получается облекать образы в слова…

— Нет, сударь, мне бы тоже было небезынтересно ознакомиться с вашим видением ситуации.

— Ну, зашибись! — хмыкнул я и откровенно заржал.

— Э-э-э… не соблаговолите ли объясниться, сударь? — потребовал Степаныч, переждав взрыв смеха.

— Да до меня просто дошло, что мы все просто-напросто ответственность друг на друга перекладываем. И всё потому, что боимся связываться с упрямой пигалицей! Разве не смешно?

Странно, но особой реакции от коллег я не дождался — Степаныч лишь чуть скривил губы, а Влад ограничился лёгкой усмешкой.

— То есть вы оба всерьёз намерены увильнуть от ответственности? — на всякий случай ещё раз уточнил я.

— Угу, — буркнул Пахомов.

Степаныч же высказался более конкретно:

— Мой социальный статус не позволяет взвалить это бремя на свои плечи, сударь. Иными словами, мне не по чину. Но я обязуюсь во всём вам помогать. И оказывать всяческую поддержку, вплоть до психологической.

— Вот спасибо, Савелий Степаныч! А не кажется ли вам, что это верх вашей карьеры — жилетка, чтобы я мог поплакаться при случае?

— Вы к себе очень несправедливы, сударь.

Да тьфу на тебя! Вредный старикан, где сядешь, там и слезешь. Видимо, так и придётся впрягаться.

— Ладно, толку от вас никакого, — заключил я с досадой. — А от меня вы чего хотите?

— Поделитесь своим видением ситуации, сударь.

— Да-да, колись давай, Алекс!

— Что ж… раз вы настаиваете… помните фразу Машки, что она теперь знает, как действовать? В общем, есть у меня подозрение…

Собственно, на этом месте я и запнулся. И безмолвствовал до тех пор, пока Влад не возмутился:

— Чего замолчал-то, Алекс?

— Смелее, сударь! — поддержал его и Савелий Степаныч.

Двойной напор позволил мне таки ухватить ускользающую мысль за хвост и более-менее внятно сформулировать версию:

— Короче, вы будете смеяться, но мне кажется… в общем, она попытается выскочить замуж.

На сей раз реакции от коллег я всё же дождался, только не той, на которую рассчитывал: Степаныч глубоко задумался, а Влад чуть не сверзился со стула. Впрочем, усидел на месте, но в лице заметно изменился. От изумления, ага. Да и высказался в том же ключе:

— Алекс, блин! Ну что за дурацкие шуточки?!

— Никаких шуток, Влад, — покачал я головой. — Поверь, мне эта версия самому как серпом по одному месту, но ничего более… э-э-э… скажем так, реального в голову не приходит. Да и Машка, по сути, запалилась — когда она мне заявила, что теперь знает, что делать? Ну, припоминайте оба.

— Но ты же ей предельно доходчиво объяснил, чем грозит замужество! — заупрямился Пахомов. — Почему ты считаешь её настолько…

— Тупой?

— Ты сам это сказал.

— Да ладно, нечего меня жалеть, говори прямо, что думаешь.

— Уверен?

— Более чем.

— Изволь. Большего бреда я ещё в жизни не слышал.

— Признаюсь, сударь, я тоже в некотором замешательстве, — поддержал Влада Степаныч, отвлёкшись от тяжких дум. — И почему же вы так решили?

— Просто я знаю свою сестру. И смею надеяться, что просчитал её логику. Ну, насколько вообще можно говорить о логике применительно к девице восемнадцати лет. А ещё она до фига умная. Ну, как минимум, сама именно так и считает.

— Э-э-э…

— Влад, если ляпнешь что-то типа «я бы поспорил», я разочаруюсь в твоём профессионализме.

— Хм…

— Вот-вот, лучше помолчи. Короче, коллеги! Мне кажется, что при тех вводных, в условиях которых вынуждена действовать Машка, замужество — единственный доступный вариант. Но, конечно же, есть нюансы. Ей мало просто выскочить замуж абы за кого, потому что это получится замена шила на мыло. Нет, тут всё гораздо сложнее. Нужен особенный кандидат, состоящий по факту из сплошных взаимоисключающих параграфов…

— Сударь?..

— Сейчас, Савелий Степаныч, мысль ухвачу… вы же помните, к чему стремится моя сестра?

— Да у неё запросов на целый взвод таких хватит! — хмыкнул Влад.

— Хорошо, вот моё видение. Во-первых, она стремится к независимости. Но этого мало. Она не просто хочет быть независимой сама, помимо этого она ещё и жаждет влиять на окружающих. Иными словами, крайне желательно быть сильной независимой женщиной при власти. Ну и третье — масштабы. Занять подобающее ей место в Корпорации для неё слишком мелко. Не её уровень. Хотя, казалось бы, это наиболее очевидный вариант развития, с учётом родственных связей и возможной поддержки. Но нет, ей подавай хотя бы клан. А если совсем уж размечтаться, то целиком Протекторат.

— Кажется, я что-то упустил из вида, пока Мария Фёдоровна росла, — сокрушённо покачал головой Степаныч. — Мне казалось, что как раз эти три качества ей несвойственны.

— Или просто отец её давил авторитетом, — выдвинул я альтернативную версию. — Не вините себя, Савелий Степаныч. Это целиком и полностью упущение наших родителей. А конкретно у нас с вами было меньше года, чтобы на неё хоть как-то повлиять. Что ж, не вышло. И с этим нужно смириться и учитывать при планировании на дальнюю перспективу. Хотя если уж совсем начистоту… ну вот реально, что мы могли поделать? Она к нам попала уже сформировавшейся личностью. Это раз. А два — перманентный стресс и психологическая травма в связи с утратой родителей. Я вообще удивляюсь, как она в буйство не впала и разум сохранила. С поправкой на пол и возраст, конечно же.

— А ты мужская шовинистическая свинья, Алекс, — откровенно заржал Пахомов.

— Ещё какая! — и не подумал я отрицать очевидное. — Короче, если подытожить и принять мою версию за основную, то сейчас Машка сосредоточит усилия на поиске подходящей партии, отвечающей нескольким основным параметрам. А именно: парень из влиятельного рода, богатый, но при этом потенциальный подкаблучник, то бишь слабохарактерный. То есть уже сейчас мы можем ввести возрастной ценз — рассматриваем варианты не старше… ну, пусть будет двадцати, край двадцати трёх лет. Все, кто старше, уже вряд ли просто так поддадутся девичьим чарам. Даже столь мощным, как у Машки, — закончил я мысль, вложив в последние слова максимум иронии.

— Ха! Да ты только что описал идеал мужчины Рин-тян!

— Влад, а ты откуда знаешь? — с подозрением покосился я на безопасника.

— Да кэп недавно плакался в жилетку, — незамедлительно раскололся тот. — Ты как раз занят был, а я под руку подвернулся… как же он сказал? А, вот: тряпка-кун!

— Да, Рин-сан умеет в краткость и точность, — со смехом признал я. — В общем, Машке нужен именно тряпка-кун. Чтобы она могла его захомутать и превратить в марионетку в собственных руках. Для начала. А дальше будет видно.

— Хуже варик и не придумаешь, — стал, наконец, серьёзным Влад.

— Обоснуй, — потребовал я.

— А сам как думаешь? Вот если бы ты всё это не озвучил, я бы ведь и не чухнулся в случае чего. Потому что такое вот поведение упрямой девицы с амбициями идеально вписывается в её психотип и целиком и полностью соответствует поведенческой норме, Алекс. Мы бы попросту не догадались, что что-то идёт не так.

— Зато теперь ты предупреждён.

— Согласен. Появилась слабая, но надежда.

— А я бы не стал полагаться на авось, господа, — подал голос Степаныч. — Пожалуй, я согласен с вами, сударь. Единственный способ повлиять на сложившуюся ситуацию — именно что возглавить процесс.

— Ну как, Влад, дошло до тебя? — вопросительно уставился я на безопасника.

— Дожил, — тяжко вздохнул тот. — Кем только быть не доводилось, но за сводничество первый раз взяться придется. Нет у меня настолько специфического опыта. Да и где его взять, этого тряпку-куна? Кандидат ведь ещё и нашим параметрам соответствовать должен?

— Естественно.

— Значит, шансы уменьшаются ещё на порядок.

— Не переживайте так, молодой человек, — подбодрил Влада Степаныч. — Мы не станем ограничиваться полумерами, и попробуем повлиять на ситуацию с разных сторон и разными способами. К тому же у нас есть добровольный помощник, который о своём текущем статусе даже не подозревает.

— И кто же это, Савелий Степаныч?

— Ну что же вы настолько упорно не желаете подключать мозги, молодой человек? Вон, сударь уже догадался, судя по усмешке.

— Догадался-догадался, — подтвердил я.

— Наверное, это у меня личное, — повинился Пахомов. — Скрытый комплекс. Не умею со столь юными девицами работать. Так что за помощник? Колись, Алекс!

— Сама Машка.

— Чёрт…

— Вот именно. В общем, действуй, Влад. Тут тебе все карты в руки. Опутай её сетью, щупальцами, да чем угодно! К её «нейру» мы подцепились, грех не отследить активность хоть на открытых сайтах, хоть в даркнете. Пусть шифруется как угодно, у нас прямая связь. Или тебя ещё и этому учить?

— Не надо.

— Ну, хоть в чём-то сошлись во мнениях… да, Савелий Степаныч?

— Этого мало, сударь.

— Естественно! Но это уже больше наша с вами задача, чем Влада. Тряхнём стариной, а, Савелий Степаныч?

— Почему бы и нет, сударь? У вас, кстати, уже кто-то есть на примете?

— Есть, как не быть! Влад, а для тебя ещё одно задание.

— Я весь внимание.

— Надо кое-кого найти. Но предварительно пробить по всем каналам и со всей тщательностью. Вытащить наружу всю подноготную… ну, не мне тебя учить.

— Объект?

— Да ты её уже знаешь…

— Опять Машка?! — сделал большие глаза Пахомов.

— Нет. Но довольно тепло.

— А!.. — дошло, наконец, и до главы СБ. — Думаешь, она не та, за кого себя выдаёт?

— Сильно подозреваю. А ты разве нет?

— Слушай, достал уже своими приколами! У меня стресс — прокол на работе, неприятные воспоминания, девица на выданье в качестве объекта разработки… мне срочно нужно напиться.

— Лучше бы бабу себе нашёл постоянную.

— Алекс, ты вообще в своём ли уме?! — искренне возмутился Влад. — Что я тебе сделал такого, что ты смерти моей желаешь? И вообще, это не в твоих интересах — где будешь нового главного безопасника искать?

— А нигде, — совершенно наплевательски отмахнулся я. — Вон, самый очевидный вариант, рядом с тобой сидит.

— Увольте, сударь.

— Даже если бы захотел, не смог, Савелий Степаныч, — вздохнул я. — Куда ж я без вас всех?..

Глава 2-5

—//-

— Так, Влад, скажи мне, что всё в порядке.

— Э-э-э…

— Не разочаровывай меня, Пахомов.

— А то что?

— Сам пойдёшь с объектом разговаривать. Лично, не по видео.

— Чур меня, чур меня!

— Тэ-эк-с… колись, Владик. Что скрыл от родного начальства?

— Да ничего! — отпёрся главный безопасник. — Зуб даю! Просто ты читал, так скажем, экстракт личного дела фигуранта, а мне пришлось в подробности вникать.

— Ох, темнишь!

— Да ни в жисть! — Влад на экране в «дополненной реальности» сделал невинное лицо, что при его внешности пацана-недоросля труда не составило, но меня этим не обманул — осадочек, что называется, остался.

— Ладно, дай угадаю… до тебя только сейчас дошло, что нельзя меня было к объекту подпускать. Тогда… ну ты понял.

— Вот за что я тебя всегда уважал, Алекс, так это за ум и сообразительность, — с облегчением пошутил Пахомов.

— Хорошо, будем считать, что отмазался. Группа захвата на позиции?

— Так точно. Тридцать секунд как.

— Объект?

— На месте. Вызывай, короче, никуда он не денется.

Как вы, несомненно, уже догадались, мы с главой СБ Корпорации и при поддержке её же приступили к реализации плана по контролю деятельности некоей Завьяловой Марии Фёдоровны, вернее, к той его части, что предполагала вербовку специалистов со стороны. С памятной беседы в узком кругу прошли ровно сутки — именно столько понадобилось команде Влада на проработку операции, причём львиную долю времени сожрал поиск и анализ информации, касающейся фигуранта. И вот тут вскрылись некие… скажем так, неожиданные факты. С одной стороны, Пахомов со товарищи раскопал всю подноготную объекта, с другой — лучше бы и не раскапывал. От греха. Впрочем, по размышлению я всё же решил не отказываться от перспективного сотрудника, разве что внести в план поправки, учитывающие его общую хитрозадость. И надо отдать должное Степанычу с Владиком — они оба попытались меня отговорить. Правда, альтернативу в разумные сроки предоставить отказались, поэтому пришлось возвращаться к первоначальному варианту. Влад, кстати, не зря упомянул «экстракт» — страшно представить, сколько лично ему пришлось переварить инфы, если даже до меня дошёл талмуд почти на тридцать страниц убористого текста. Причём собственно личностная характеристика объекта заняла едва ли пару, всё остальное — детали биографии. В общем, пробрало меня до печёнок, и на Влада я наехал исключительно проформы ради, чтобы тот не расслаблялся. Такую рыбину упустить как нефиг делать — если не проскользнёт меж сетями, так порвёт к чертям, и всё равно останемся с носом.

А ещё мы предприняли практически беспрецедентные меры безопасности — загодя нагнали в район операции три десятка спецов по захвату и ближнему бою, а ещё плотно оседлали сегмент сети в пределах доброй четверти торгового сектора, в одном из отелей на территории которого и проживал интересующий нас профи. Надо сказать, он и не скрывался, потому как особой надобности в том не было. По крайней мере, до тех пор, пока перед нами с Владом не запалился. И вот тут бы ему ноги в руки, да бежать без оглядки, но… и на старуху бывает проруха. Прокололся спец, и теперь за эту ошибку поплатится. Нет, не жизнью, не подумайте. А вот свободы выбора будет лишён. За соответствующее вознаграждение, разумеется.

В качестве дополнительной меры безопасности мы решили исключить личный контакт — разговаривать будем по видеосвязи. Самый простой вариант, кстати, к тому же обозначенный на личной странице фигуранта в сети как предпочтительный. И каналом мы воспользуемся официальным, на той же страничке указанным. А чего? Разговор-то вполне невинный. Именно поэтому я засел в собственном номере в «Сломанном дроиде», поставив на острие атаки людей, которым за риск платили. В отличие от меня, ага. А Влад вообще обосновался в офисе Корпорации, превращённом его же стараниями в мини-крепость.

Спрашиваете, к чему такое словоизвержение? Да волнуюсь я чего-то. Мандраж у меня. Если честно, настолько матёрого зверя вербовать ещё не приходилось. По сравнению с ним тот же Ценкер щенок двухнедельный, не более. А с Рином, если кто запамятовал, Степаныч договаривался. Разве что Деррик… но тот зверюга несколько в иной плоскости. А, хрен ли тянуть?! Перед смертью не надышишься…

Помедлив ещё секунду, я глубоко выдохнул и ткнул иконку вызова, в самой глубине души понадеявшись, что абонент не отзовётся. Такой груз бы с плеч свалился!..

Как показала практика, надеялся я напрасно — чуда не случилось. На вызов ответили гудка примерно с пятого. И мне не оставалось ничего иного, как поприветствовать собеседника. Вернее, собеседницу:

— Эмили? Добрый вечер.

— Э-э-э… — довольно натурально удивилась та. — Господин Заварзин?..

— Он самый, — и не подумал я отрицать очевидное.

Хотел бы шифроваться, не стал бы видеопоток включать, да и голос изменил. Это в том случае, если бы возжелал пообщаться лично. А так куда проще было любого из Владовых ребят припрячь. Другое дело, что здесь и сейчас такой вариант не прокатил бы. Да и не надо посторонним знать лишнего. Достаточно Пахомова, как координатора всей затеи.

— Чем обязана? — после краткой паузы осведомилась девица.

В лице она не изменилась, да и голос не дрогнул. Не будь той секундной заминки, я бы вообще ничего не заподозрил. А так… прокололась ты, мать. В очередной раз. Вопрос лишь в том, осознанно или нет? Потому что от Эмили Бойер, особенно в свете вновь открывшихся обстоятельств, ожидать следовало чего угодно. Да-да, вы не поверите, но именно эта девица — самое настоящее чудовище. Если Владовым выкладкам верить. А не верить им повода как бы и нет… а может, я просто на молоко дую, обжёгшись на воде.

— Я бы хотел вас нанять, Эмили.

— Хм… судя по способу обращения, наём не предполагает… э-э-э?..

— Ничего противозаконного, Эмили.

— Можно ещё один вопрос, мистер Заварзин?

— Извольте.

Ну а смысл отпираться? Да и для обострения ещё не время — пошла на контакт, и хорошо. Глядишь, расслабится немного. Хотя… если и впрямь расслабится, я в ней разочаруюсь до глубины души и потребую у Влада найти другого претендента.

Но такое развитие ситуации крайне нежелательно — уже за эти несколько десятков секунд я лишний раз убедился, что Эмили для уготованной ей роли практически идеал. Почему? Да просто я видел её, замаскированную под Машку, и в, так сказать, естественном состоянии — ничего общего! Контраст разительный. И это говорило о высочайшем мастерстве. Ей бы блистать на подмостках Государственного театра Протектората Росс, того, что в столице Метрополии, а не у нас на Картахене прозябать.

— Почему именно я? — спустила меня с небес на землю девушка.

Правильный вопрос. И интонация правильная — с едва заметной подозрительностью. И не переиграла, и озабоченность продемонстрировала.

— Вы меня весьма впечатлили при нашей прошлой встрече, Эмили.

— Надо же! — позволила себе лёгкую усмешку моя собеседница. — А вы весьма тонкий ценитель, мистер Заварзин.

— Есть такое, — самодовольно ухмыльнулся я. — Льщу себе надеждой, что разбираюсь в людях. Ведь вы за то небольшое время, что заняла наша беседа, не раскрылись и на сотую долю процента.

— Что, простите?..

— Говорю, весьма впечатлён, мисс Бойер. Или вы предпочитаете обращение Александра Ясенева?

Последовавшая за моим заявлением миниатюра «Удивление», разыгранная до того естественно, что даже я бы купился, не маячь у меня перед взглядом в соседнем «окошке» Владовский экстракт, плавно трансформировалась в не менее талантливую миниатюру «Недоумение»: широко распахнутые голубые глазищи под пушистыми ресницами, чуть приоткрытый рот, симпатичные ямочки на щеках…

Чёрт, не будь я безнадёжно женат и обременён парой спиногрызов, втрескался бы с первого взгляда. Сильна, шельма!

— Вы меня с кем-то путаете, мистер Заварзин, — тем не менее, сочла нужным прояснить ситуацию Эмили.

И снова всё как по нотам: недоумевающий специалист узкого профиля, от которого требуют не то, чтобы невозможного, а… скажем так, несвойственного данному конкретному спецу. Вроде и удивление, и возмущение, и даже толика — едва заметная! — презрения… и всё это так, чтобы, не дай бог, не вспугнуть потенциального нанимателя. Потому что клиентами не разбрасываются, даже если те демонстрируют некую степень неадекватности.

— Возможно, — и не подумал отнекиваться я. — Боюсь, мог и перепутать… скажем, с Эммой Лагранж.

— Экий вы затейник, мистер Заварзин…

Ага, а взгляд-то забегал!

— Что, опять мимо? Кристина Бауэр? Нет? Не разочаровывайте меня, Эмили… можно вас так называть?

— Нужно! — возмущённо заявила та, уставившись на меня с экрана с откровенным вызовом.

Молодец, не сдаётся. Ну а что ей ещё делать? Тянуть время, лихорадочно просчитывая ситуацию. Потому что и её можно понять — хуже нет для профессионала попасть в жёсткий цейтнот. Это же импровизировать нужно, а значит, в значительной степени положиться на случай. А профессионалы этого ой как не любят! С другой стороны, именно способность к импровизации в критический момент и есть мерило того самого профессионализма. Взаимоисключающие параграфы, говорите? Вовсе нет. Уметь что-то и получать от этого удовольствие — совершенно разные вещи.

— В общем, вынужден признать, что роль госпожи Мин из Протектората Чжунго вам удалась… скажем так, чуть менее, чем остальные. Но вы ведь и сами с этим согласны, Эмили?

— Я решительно отказываюсь вас понимать, мистер Заварзин!

— Ну признайтесь же, азиатки не ваш типаж. А полукровка всё же вызвала подозрения, следствием чего и явилось ваше, я не побоюсь этого слова, фиаско.

— Боюсь, я вынуждена отказаться от вашего крайне выгодного предложения, мистер Заварзин, — процедила девушка, добавив льда в голос.

И попыталась сбросить вызов.

— А у вас короткая память, Эмили, — скривил я губы в усмешке. — Прямо-таки девичья. Судя по вашим телодвижениям, вы пытаетесь избавиться от моей сомнительной компании?

— Я всегда так поступаю, когда собеседник мне неприятен.

Хорошо держится. Другая на её месте уже бы дёргаться начала, а эта… такое ощущение, что уже всё осознала, просчитала последствия и даже приняла какое-то решение. Почти приняла, я хотел сказать. Но какая сила воли! И какие нервы! Даже не железные, а как минимум стальные. Впрочем, а какими ещё они должны быть у профессионального киллера из клановой СБ, а по совместительству ещё и промышленной шпионки? Будь она с государевой службы, я бы их и титановыми назвать не постеснялся. Но и того, что есть, за глаза.

— Эмили, Эмили… а мне казалось, что вы ещё в нашу прошлую встречу убедились в моей, хм, состоятельности. Как противника, разумеется, с которым следует считаться. И ни о чём не жалейте. Даже если бы вы начали действовать сразу, как поняли, кто ваш абонент, всё равно вряд ли сумели ускользнуть. Не верите? Выгляните в окно. Не бойтесь, нет абсолютно никакого смысла избавляться от потенциального сотрудника в процессе найма. Вот потом, если не договоримся — уже другое дело… убедились?

Всё-таки профессионал высокой пробы, битый жизнью и врагами. Приглашением воспользовалась, но довериться так и не решилась — выдала себя окончательно и бесповоротно, продемонстрировав недюжинные навыки противодействия снайперу в условиях герметичного космического объекта, выглянув в окно предельно аккуратно. Устроилась в простенке и лишь самую чуточку отодвинула старомодные жалюзи. Ещё одна маленькая деталь, но весьма красноречивая — отель, что называется, «под старину», со всяческими излишествами вроде тех же жалюзи, а не банальным оконным пластиком со встроенной системой поляризации. Понятно, что её уже локализовали с точностью до миллиметра, стены для сканеров не преграда. А вот для плазменных сгустков ещё какая, не чета тем же окнам. Правда, существовал вариант с мощным пулевиком, но для его реализации на станции надо или быть отмороженным на всю голову, или обладать безграничной властью… при полном отсутствии тормозов. А она наверняка поняла, что я не такой. В смысле, дебил, конечно, но не до такой степени.

— Мои люди блокируют основные пути отступления, Эмили, — озвучил я очередную банальность. — И те, кого вы видели, лишь малая часть задействованных сил. Так сказать, демонстрация возможностей. Сеть тоже у нас под контролем, в чём вы уже имели возможность убедиться. Ну как, будете слушать дальше?

— Не понимаю, к чему устраивать весь этот цирк. Ради простой актрисы? — снова натянула привычную маску девушка. — Могли бы и просто где-нибудь пересечься, в кафе, например. Или в ресторане, при ваших-то возможностях, мистер Заварзин.

— Не могли, Эмили, — вздохнул я. — К моему сожалению. Потому что наше совместное появление на публике поставило бы крест на дальнейшем сотрудничестве.

— А просто так с девушкой пообщаться? Особенно если она не против?

— Я женат.

— А когда это хоть кого-то останавливало? — иронично вздёрнула бровь Эмили.

— Хорошо, сформулирую иначе: я люблю свою жену.

— Хм… а ей повезло.

— Я тоже так считаю, — улыбнулся я. — Осталось только её саму в этом убедить.

— Дерзайте, мистер Заварзин. Я уверена, что у вас получится.

— Вашими бы устами, Эмили. Вашими бы устами. Но мы отвлеклись.

— Я вас слушаю, мистер Заварзин.

— Я, собственно, как раз с этого и начал. Я хочу вас нанять, Эмили. На постоянной основе. Работа непыльная, в рамках закона.

— Но?..

— Но несколько обременительная. Впрочем, работа с подростками всегда обременительна.

— Честно признаюсь, я в недоумении, мистер Заварзин.

— Не кокетничайте, Эмили. Так и говорите: заинтригована.

— Не без этого.

— В общем, я бы хотел, чтобы вы стали ангелом-хранителем для моей сестры, Марии Завьяловой. Понимаю, роль эта для вас непривычна, весь ваш опыт — из той области, что нас интересует — скорее прямо ей противоположен. Но тем не менее. И кстати, вы же знаете Марию?

— Исключительно по фотографиям и видеороликам.

— Прекрасно! То есть вы гарантируете, что ранее с ней нигде не пересекались, даже случайно? И особенно в компании Ника Быстрова?

— А вы всё же не всемогущи, мистер Заварзин?

— Естественно! Так что скажете?

— Ваша сестра меня не видела. По крайней мере, вживую. В сети могла на мою страницу наткнуться, но тут уже ничего от меня не зависит.

— Мы проанализировали её сетевую активность за два месяца. На вашу страницу она не заходила.

— И в даркнете?

— А вот тут уже уверенности нет. Но, я думаю, вам не составит труда это выяснить при личном контакте. Да-да, вам придётся познакомиться. И, мало того, подружиться. Наружки у меня и без вас с избытком.

— Если мы договоримся, мистер Заварзин. Я ещё не сказала «да».

— А куда ж вы денетесь, Инна Ильинична?

— Какая ещё Инна Ильинична? — снова прикинулась шлангом девушка.

— Гостюхина, — привёл я последний — и самый убийственный! — аргумент.

Да, я сам был в шоке, когда читал экстракт. И Влада вполне понимал. И даже ему в чём-то сочувствовал — он-то в полной мере осознал, с каким… чудовищем мы совершенно случайно пересеклись. Будем называть вещи своими именами, чего уж тут. Инна Ильинична Гостюхина, из свободных специалистов, сирота. С двенадцати до семнадцати лет обучалась в «Институте одарённых девиц» клана Шемякиных, а это, если кто не в курсе (а таких среди обывателей абсолютное большинство) элитная разведывательно-диверсионная школа. Специализация — промышленный шпионаж и организация несчастных случаев. Киллер экстра-класса, не оставляющий следов. С выпуска и до совершеннолетия успела отметиться по всей ближайшей округе Протектората Росс, да и в нём самом покуролесила немало — я же не просто так её многочисленные псевдонимы в предварительной беседе озвучил. Прокололась единожды, но по полной программе, в Протекторате Чжунго. Согласно официальной версии, погибла при выполнении боевого задания, не сумев довести его до логического конца. Именно по этой причине мы и смогли докопаться до инфы — Шемякины её особо и не прятали, поскольку надобности в том не было. Со стороны жертв претензии маловероятны — предъявлять их просто некому, как ввиду отсутствия истцов, так и ввиду отсутствия ответчика. Исполнитель мертв, а кто заказчик — тайна сие великая есть. Нет человека, нет проблемы. Концы в воду. Да и шифровалась девица до последнего времени отменно, если бы не одно непредвиденное обстоятельство (Степаныч зовут, ага), нам бы и в голову не пришло увязать между собой Эмили Бойер, Александру Ясеневу, Эмму Лагранж и Кристину Бауэр. Про Мин Ксу вообще молчу. Скорее всего, Влад бы раскопал историю одной из этих личин, и тем бы удовольствовался. А так пришлось копать глубже. И не зря, как выясняется — удар достиг цели. Эмили вздрогнула, а ещё щекой дёрнула еле заметно. И эти мелкие физиологические реакции ускользнули бы от моего внимания, если бы не Кумо — тот отслеживал мельчайшую моторику, фиксируя все изменения, вплоть до пульса. Да-да, по видео. Насколько я понял, умудрился биение жилки на виске отследить.

— А ведь вас теперь придётся убить, мистер… Завьялов!

— О! Угроза! Это мне нравится! Но позвольте отнестись к ней несколько наплевательски. Уж простите великодушно, но я ни за что не поверю, что вы вернётесь к своему прошлому, от которого так долго — и успешно! — бегали. Неужели все жертвы были напрасны?

— О чём вы, мистер?

— О причинах, побудивших вас завязать с профессиональной деятельностью, — любезно пояснил я. И развил мысль: — А если серьёзно, Эмили, на что вы надеялись? Или вы… специально?!

Осенило, так осенило. Аж самому дурно сделалось.

— Вы бредите, мистер Заварзин?

Смотри-ка, и самообладание вернулось, и непробиваемое спокойствие! Получается, я прав?.. И она всё это время не о собственной безопасности беспокоилась, а о том, сработает ли план? Её собственный план? Но ведь какова! Прекрасно же осознаёт, что рискует. Ходит по самой грани. А вдруг я не захочу иметь дело с настолько хитровыделанным спецом? И предпочту подстраховаться? Единственно верным способом, то есть летальным?

— Хотелось бы мне и самому поверить, что это всего лишь бред…

«Вероятность реализации встречного контрплана превышает пятьдесят три процента, капитан Заварзин».

Спасибо, Кумо, прямо гора с плеч! Куда только Влад смотрел… и Степаныч! Со мной-то всё ясно, оболтус он оболтус и есть.

— Уверяю, мистер Заварзин, менее всего в этой жизни я бы хотела с вами пересечься, — отвлекла меня от тяжких мыслей Эмили.

— Врёте же? — без особой надежды хмыкнул я.

— С чего бы вдруг?

— Только не говорите, что вас всё устраивает в вашем текущем социальном статусе.

— Естественно, не буду. Но и вы… как бы помягче? Слишком склонны к преувеличениям, мистер Заварзин.

— Так и говорите — паранойя у тебя, Алекс!

— Это не порок. В отличие от слишком длинного носа.

— То есть вы перестанете ломать комедию, и мы поговорим серьёзно?

— Придётся, — не изменившись в лице, подтвердила девица.

Собственно, а куда бы она делась? После того, как я извлёк на свет божий её самую оберегаемую тайну… строго говоря, не я, а Влад. А тому Степаныч подсобил — именно он заподозрил во взрослой прожжённой девице пигалицу, которую когда-то знал как внучку одного из своих коллег по нелёгкому ремеслу контрразведчика. На этом, собственно, Эмили и прокололась. Не предусмотрела наличия в нашем лагере такого спеца, как Савелий Степаныч. Справедливости ради надо сказать, что и не могла, так что вины её в этом досадном проколе нет. Просто повезло нам… и не повезло ей? А ведь точно! В лужу-то мы оба уселись. Причём рядышком! А это, как ни крути, почва для переговоров.

— Эмили, давайте так. Я сейчас вкратце описываю своё видение сложившейся ситуации, а вы поправляете, если я где-то неправ.

— Давайте попробуем, мистер Заварзин.

— Признайтесь, вы ведь импровизировали? Когда Ник Быстров пришёл к вам с тем заказом, вы ведь очень быстро выяснили, против кого придётся работать, но не отказались от этой затеи?

— Сначала хотела.

— Но передумали. Значит, я прав насчёт импровизации. Вы решили воспользоваться ситуацией, чтобы привлечь моё внимание в надежде на дальнейшее трудоустройство в Корпорации «Э(П)РОН»?

— А разве это преступление?

— Вовсе нет. Тем более, как показала практика, цели своей вы достигли. Правда, я всё равно не понимаю, почему вы решились. Шансы отнюдь не в вашу пользу.

— Знаете, в чём ваша основная слабость, мистер Заварзин? Хотя даже не ваша лично, а структуры, которую вы возглавляете, в целом? Молодость и связанные с этим проблемы. У вас острейший голод во всём, в том числе и кадровый.

— Именно поэтому вы попались мне на глаза и имели неосторожность продемонстрировать мастерство?

— Конечно. Я подумала, что вы попросту не сможете себе позволить пройти мимо бесхозного профессионала. Правда, и сама немного… просчиталась.

— Недооценили мои возможности по поиску информации?

— Увы…

— Что ж, мисс Бойер… мы с вами оба облажались, но одновременно с этим обрели основу для успешных переговоров. Можно и дальше пугать друг друга или пытаться водить оппонента за нос… но не лучше ли просто договориться о взаимовыгодном сотрудничестве?

— Вы предлагаете мне работу в Корпорации, мистер Заварзин?

— Увы, нет. Я предлагаю вам работу лично на меня, Эмили. Всё, как вы любите: оплата обезличенной картой на предъявителя и практически полная свобода действий. Плюс чувство удовлетворения.

— С чего бы?

— А вам разве не будет приятно уберечь одну юную барышню от необдуманных поступков?

— А ваша сестра заслуживает… такого?

— Поверьте, Эмили, все остальные способы результата не дали. Если только запереть её в четырёх стенах, а это прямой путь к безумию. Я лично не хочу для своей сестры такой судьбы.

— Как у вас, аристократов, всё сложно!

— А куда деваться? Так вы согласны?

— Это зависит…

— Сумма вас более чем устроит. На сестре не экономлю.

— Деньги тлен.

— Согласен. А чего хотите вы сами, Эмили?

— Перспектив.

— А вот это уже будет зависеть исключительно от вас. Мария Фёдоровна весьма амбициозная девушка. Перед теми, кто окажется с нею рядом в критический момент, со временем откроются весьма широкие… хм… возможности.

— Если она сохранит голову на плечах?

— Именно.

— А я вам нужна, чтобы на неё ненавязчиво воздействовать… по-дружески, так сказать. Как это типично для аристократов!

— А вы разве уже брались за подобную работу?

— Нет, это будет впервые. Но я вас поняла, мистер Заварзин. И осознала… перспективы.

— Значит, будем играть в одной команде?

— Пожалуй.

— Ну, вот и отлично.

— И вы не потребуете гарантий, мистер Заварзин?

— Зачем? — удивился я. — Я постараюсь обеспечить их сам. Так оно надёжней будет. Опять же, пока речь идёт о некоем… начальном этапе, скажем так. По достижении реперной точки мы вернёмся к нашему разговору. И там тоже многое будет зависеть исключительно от вас.

— Я вас услышала, мистер Заварзин. Детали обсудим сейчас, или?..

— Рабочие моменты будете согласовывать с главой СБ Корпорации. Но могу сразу заверить, что мы будем давать вам рекомендации исключительно стратегического характера. С тактикой будете определяться сами. И ещеё одно — личных контактов больше не будет… до реперной точки.

— Когда приступать к работе?

— Чем быстрее, тем лучше. С вами скоро свяжутся.

— Как скоро?

— Ну, скажем, через двое суток.

— Спасибо, — после довольно продолжительного молчания сказала Эмили.

И отключилась.

Спросите, за что спасибо? А за последний шанс ещё раз всё хорошенько обдумать и принять окончательное решение. За двое суток можно спокойно сбежать с Картахены, а там поминай, как звали. И, что характерно, без особых последствий. Финальная проверка, так сказать.

— Влад, ты всё слышал?

— Конечно! А ловко ты её! Я бы не догадался фору дать.

— Думаешь, не сбежит?

— Да она теперь твоя с потрохами! Ты сам ещё не осознаёшь в полной мере своей гениальности. Ты ведь даже не понимаешь, какой шанс ей дал!

— Вот это меня и пугает. До дрожи.

— Да ладно, не грузись! Степаныч поможет, да и мы с тобой не совсем балбесы. Прорвёмся.

— Машку жалко.

— Сам от пансионата отказался.

— Так ты же тоже против был?! — изумился я.

— Я был против Бретонского Союза… но так даже лучше. Только есть ма-а-аленькая проблема: а как мы эту девицу, Бойер, контролировать будем?

— Известно как: тщательнейшим образом. Или ты думаешь, что я это дело на самотёк пущу? Тогда ты плохо меня знаешь.

— Да это понятно… слежка, агенты влияния, «спящие» агенты… способов море, и все они привычные. Но какие-то… банальные?

— А ты от меня ждёшь чего-то исключительного?! — опешил я.

— Конечно!

— Да с каких пор?!

— С недавних.

Да чтоб тебя! Впрочем, есть одна мысль… пожалуй, и озвучить стоит, хотя бы для собственного успокоения.

— В общем, Влад, я рассуждал так: если Эмили заинтересуется моим предложением, она не допустит, чтобы Машку кто-то превратил в марионетку. Или задвинул на вторые роли. Просто потому, что в этом случае и ей самой рассчитывать будет не на что. А именно от такого исхода я и пытаюсь застраховать сестру. Так что даже если Эмили окажется себе на уме и начнёт действовать в собственных интересах, вразрез с нашими, у неё всё равно не получится. По той простой причине, что меня как раз это и устроит. Пусть Машка от меня отдалится, пусть я её потеряю, но она не станет игрушкой в чужих руках. Она добьётся именно того, к чему стремится. И в этом заключается весь юмор ситуации.

— А эта девица её под себя не подомнёт?

— Вряд ли. Типаж не тот, да и происхождение сказывается. Она не аристократка, это ключевой момент. И она понимает, что в своем текущем статусе не добьётся ровным счетом ни-че-го. Машка на первом плане — главное условие успеха предприятия.

— Хм, не лишено логики, но… погоди, Алекс, тут какой-то кипишь…

— В плане?!

— Кто-то пытается до тебя докричаться по дальней связи.

— Кому ещё приспичило?..

— А я знаю?! Но приоритет высший…

Дядя Герман? Ну а кто ещё? Не тётка же?..

— Ладно, давай мне на закрытый канал.

— Уже.

Ну-ка, кто тут? Упс… не дядька.

Глава 3-1

Глава 3

— Вероника Романовна?! — только и выдавил я, разглядев абонента.

— Она самая, — подтвердила тётушка. — А ты чего такой дёрганый, племянничек?

— Дела и заботы, — отбрехался я, взяв себя в руки.

С одной стороны, хорошо, что не дядя Герман. Внезапный звонок от него в девяти случаях из десяти не предвещал ничего хорошего, и в равной степени мог означать неприятности как в финансовом плане, так и в физическом. Ну а «непыльную» работёнку, из тех, что подразумевает длительное путешествие и адский труд в режиме двадцать четыре на семь в течение неопределённого срока, вообще можно считать лайт-вариантом. С другой — от дядьки хотя бы знаешь, чего ожидать. А вот тётушка… не настолько хорошо я её изучил, да и общих дел у нас по минимуму, считай, чисто родственные замуты, типа похорон или свадеб. Тьфу-тьфу три раза.

— Надеюсь, всего лишь бизнес? — уточнила тётка.

Ха, а голос-то дрогнул! Да и с лицом что-то странное… как я сразу не заметил? Наверное, был слишком поглощён собственными заботами. Такое ощущение, что она едва сдерживается, чтобы губы не покусывать. И глаза на мокром месте… почти. И красные, как будто тёрла недавно. Слёзы пыталась замаскировать, что ли? Качество картинки, конечно, далеко от идеала, но кое-какие детали рассмотреть всё же можно… точно! Макияж наспех подновлён, особенно у глаз. И впрямь ревела, что ли?

— Тёть Ник?

— Что, Алекс?

— Может, не будем ходить вокруг да около? Признавайся, зачем звонишь?

— Версия, что соскучилась по племяннику и внукам, тебя не устроит?

— Не-а. Абсолютно не катит.

— А ты стал очень проницательным, Алекс… но…

— Если ты насчёт чужих ушей, то расслабься, — правильно истолковал я заминку. — Канал закрытый, да ещё по дальней связи. Перехватить нереально. А мои люди не имеют привычки начальство подслушивать.

— Похоже, поторопилась я, — вздохнула тётушка. — Все ещё наивный.

— Ладно, я неправильно выразился. Мои люди не имеют технической возможности меня подслушать. Савелий Степаныч постарался.

Имя старого слуги произвело на тётку благоприятное впечатление — настолько она доверяла его профессионализму. Или просто сама себя таким незамысловатым образом успокоила. Относительно, конечно — лица на ней по-прежнему не было. Да и голос начал явственно дрожать, когда она снова заговорила:

— Никогда не думала, племяш, что до такого дойдёт… да и в страшных снах не могло привидеться, что придётся именно к тебе с этой проблемой обращаться…

— Давай уже короче, тёть Ник.

— В общем, мне нужна твоя помощь, Алекса… сей.

— Хм…

— О чём задумался?

— Да прикидываю, сколько свободных средств смогу без ущерба для Корпорации из дела вывести…

— Мне не нужны деньги, Алекс. В сложившейся ситуации они не помогут… уже не помогут. Я обратилась к тебе, как к профессионалу. И ты моя последняя надежда.

— У тебя кто-то пропал в космосе? — «осенило» меня. — Давно?

Ну да, тормоз. Но мне сейчас простительно — я всё ещё мыслями в интриге с Машкой и Эмили Бойер. Да и слышать подобное от родной тётки более чем странно.

— Да, пропал, — даже и не подумала отнекиваться та. — Вот он.

На экране в «дополненной реальности» рядом с изображением Вероники Романовны возникло ещё одно, чуть меньше, и я чуть не вздрогнул: с фотки на меня уставился худосочный пацан с подозрительно знакомыми чертами лица. Сколько ему? Лет тринадцать? Что-то около того. Колер, правда, не наш, не завьяловский — паренёк брюнетистый, никакого намёка на русый оттенок. И глаза пронзительно-чёрные, усталые, как у затравленного зверька.

— Кто это?

Вопрос насколько банальный, настолько же и неизбежный. Можно, конечно, по базам прогнать — Кумо только намёк дай — но смысл, если есть более доступный источник информации? Да к тому же ещё и лично заинтересованный?

— Его зовут Дмитрий.

Чёрт, снова голос тётки явственно дрогнул! И что я теперь должен думать?..

— Просто Дмитрий? — уточнил я.

— Дмитрий Георгиевич Силин.

Силин, Силин… что-то знакомое… точно! Род из клана Громовых, промышленники. Один из богатейших, но не самый многочисленный и общительный. Денег много, замкнутости ещё больше. Нам никто не нужен, отвалите — вот их жизненное кредо. Но и дело своё крепко знают, все производства отлажены, как хорошие часы. Оттого и гребут деньги лопатами, фигурально выражаясь. И всё бы ничего, но клан Громовых Завьяловым… как бы это помягче… как минимум недружественен. Равно как и невраждебен. Впрочем, это легко объяснимо отсутствием взаимных интересов. В противном случае так или иначе, но с позициями бы определились. А так вот не сразу и сообразишь, как себя с ними вести. И вроде агрессию проявлять незачем, но и для открытого дружелюбия повода нет. А равнодушие, скажу я вам, иной раз хуже прямого оскорбления.

— Это те Силины, про которых я думаю?

— Да. Младший сын главы рода.

— Да? — удивлённо вздернул я бровь. — А мне казалось, что он старше…

— Самый младший сын.

— Незаконный, что ли? Старый хрыч Егорий вроде уже лет пятнадцать, как овдовел?

— Скажем так — не наследник.

— Ох, темните, Вероника Романовна!

— Можешь проверить по базам.

— Обязательно проверю, но потом. Я одного не пойму: тебе-то до него какое дело? Или вы с его папашкой… в друзьях ходите? Крайне сомнительная дружба, особенно для урождённой Завьяловой.

— Алекс, чего ты от меня ещё хочешь? — разозлилась тётка. — В кои-то веки за помощью обратилась!

— Правды, — отрезал я, глядя ей в глаза. — Разумеется, если ты заинтересована в моей помощи.

— Иногда правды лучше не знать, — не пожелала сдаться Вероника Романовна. — По крайней мере, всей правды.

— В таком случае вот вам контакты диспетчерской службы Корпорации «Э(П)РОН», госпожа Завьялова. Обратитесь на общих основаниях в порядке очереди.

— Он твой брат, — сморщившись, выдавила тётка. — Двоюродный.

И почему я не удивлен? Вернее, как раз удивлён, но в глобальном плане. А здесь и сейчас, так сказать, сиюминутно — вот ни капли! Как только лицо пацана увидел, так сразу что-то такое и стрельнуло в голову. Верить просто не хотел. Хотя сам факт примечательный — вот тебе и «оторви да выбрось»! Оторванный ломоть, пария, съехавшая с катушек феминистка, презревшая клановую мораль… и на тебе — ничто человеческое, оказывается, и ей не чуждо.

— Ну ты дала, мать, — покачал я головой, прервав затянувшуюся паузу, во время которой тётка все же пустила слезу. Даже две — вон, отчётливые влажные дорожки на щеках. — Когда умудрилась-то?!

— Ошиб… кхм… ошибка молодости. — Молодец, взяла себя в руки. Вот с голосом только проблема. — Не ожидал, племяш?

— Конечно! Кто ещё знает… теперь?

— Только Герман. Больше никто из наших. А если и знают, то не показывают вида.

— А силён Егорий!

— Ты его осуждаешь?

— С чего бы? Имеет право — вдовец же. Но ты-то в нём что нашла?

— Тогда казалось, что многое.

— А теперь уже не кажется?

— Алекс, не пытайся выглядеть глупее, чем есть. Понял же сам, что это для меня больной вопрос.

— Извини. Но всё же… а почему ты его бросила?

— Он предпочёл чувствам долг перед родом. Я поняла. И простила… почти.

— Я про Димку.

— А ты жестокий, Алекс. Тебе не говорили?

— Ты первая. И всё же?

— Так для него лучше.

— Ой ли? Расти бастардом в среде аристо?! Лучше?!

— Лучше! — повысила голос тётушка. — Поверь, мне виднее. Отец его хотя бы любит.

— А ты нет?

— А я просто не имею такой возможности.

Ну да, условности нашего сословного общества в полный рост. Мало того, что тётка сама по себе странная, так ещё и ребенка прижила вне брака. Позор, причём для обоих родителей. И ещё вопрос, для кого больший — тётка-то и так практически отверженная, ей особо терять нечего, а вот глава богатого промышленного рода совсем другое дело. И, если совсем уж начистоту, решение не просто рационально, оно по-настоящему оптимально. Потому что пожениться эти двое не смогли бы, даже при взаимности и наличии такого желания. Почему? Да всё предельно просто: Силиным партия в лице Вероники Завьяловой невыгодна ввиду отсутствия общих деловых интересов, а Завьяловы сестру главы клана за тридевять земель не отпустят — не хватало ещё, чтобы какие-то Силины из задницы Протектората вздумали оказывать политическое влияние на клан. И оставить тётке ребёнка Георгий Силин не мог из тех же соображений. Потому и пришлось скрыть личность его матери, признав отцовство. В результате парень при любящем родителе, урезанном, но статусе, и при деньгах. Да и самой тётке спокойнее — убедила себя, что это всего лишь ошибка молодости, и плывёт по течению дальше… жалко её.

— Ладно, последний вопрос. Из личных, я имею в виду.

— Валяй уже.

— А парень сам в курсе, кто его мать?

Тётка молча помотала головой.

— Хорошо, — хмыкнул я, заставив Веронику Романовну измениться в лице. — В смысле, хорошо, что личные вопросы закончились. Остались чисто рабочие моменты.

— Я тебя слушаю, племяш.

— Как давно он… пропал?

— Восемь суток назад.

— И ты только сейчас решила ко мне обратиться?!

— Да мне самой Жорка только час назад позвонил!

— Та-а-ак… успокоились… в смысле час назад? А откуда восемь суток?

— Там очень запутанная история… может, лучше сам её с Георгием обсудишь?

— В твоём присутствии?

— Хотелось бы.

— Вызывай его.

— То есть ты согласен? — подняла на меня наполнившиеся надеждой глаза Вероника Романовна.

— А ты сомневалась, что ли? Реально? — неприятно изумился я, когда тётка отвела взгляд. — Знаешь, это даже обидно…

— Герман тоже так говорит.

— Часто?

— Всегда.

Н-да. Приплыли.

— Ладно, вызывай отца парня, будем выяснять подробности. И сама не отключайся.

— А если?..

— Если начнёт выделываться, сам его обломаю. Всё, звони.

— Хорошо.

— Кумо, перекрой пока видеопоток от нас, — велел я помощнику, приглушив звук.

— Принято, капитан Заварзин. Позволите вопрос?

— Давай.

— Вы хотите понаблюдать за реакцией нового собеседника?

— Именно. А что?

— Нет, ничего, сэр. Просто хотел убедиться, что правильно просчитал ваши намерения. И что не ошибся при составлении психологического портрета.

— Эй, ты где вообще этой гадости набрался?! — изумился я. Не хватало ещё, чтобы искин на основе «оцифрованной» мультиличности гексаподов психологическими игрищами увлёкся! — И зачем тебе?!

— Просто интересно, — отпёрся «мини-гекс».

— Тэ-эк-с… ладно, позже поговорим… тогда вот тебе новая вводная: наблюдай за абонентом, потом поделишься впечатлениями.

— Принято, капитан Заварзин.

Чёрт, этого ещё не хватало! Похоже, придётся пересмотреть наш «договор о сосуществовании», заключённый ещё на «Кэрриере» сразу после визита Хранителей. Тот, кстати, в результате свёлся к простой формуле «живи и давай жить другому». Но это позже, сейчас не до того — Георгий Силин наконец ответил на вызов. Гудка этак с десятого, примерно.

— Вера? — слегка удивлённо и одновременно с надеждой хмыкнул моложавый брюнетистый мужик, возникший в очередном окошке «дополненной реальности». — Ты что так быстро? Не получилось?

Хм… занятная реакция. И вроде надеется на лучшее, но предполагать предпочитает худшее. Видимо, чтобы сюрприз потом оказался приятным, а не наоборот. И нашим, и вашим, короче. И как он, спрашивается, при таком характере во главе рода держится столько лет? Хотя внешность бывает обманчива… в смысле первого впечатления. Так-то сразу понятно стало, в кого именно Дмитрий Силин уродился — папенькины гены в моём новообретённом двоюродном братце явно доминировали. Наверное, ещё и по этой причине удалось сохранить тайну происхождения пацана — Веронику Завьялову в клане Громовых знали так себе, вот никто и не заподозрил.

— Э-э-э… — замялась тётка.

— Он не поверил? Не повёлся?! И что теперь делать?!

— Да успокойся ты!

Ого, и тётушку проняло! Давненько я её такой не видел: глаза прищурены, губы поджаты, того и гляди, леща выпишет. То есть выписала бы, окажись мужик в пределах досягаемости.

— Почему он тебя не послушал?! — и не подумал уняться Силин. — Вы же родственники!

— Он на линии, тряпка!

Ха! А такую тётку Нику я вообще знать не знаю. Сильна, мать!

— Что?!

— Приветствую, Георгий Матвеевич, — чуть иронично хмыкнул я, врубив видеопоток. — Не ожидали?

— Не самый приятный сюрприз, не скрою, — подозрительно быстро пришёл в себя Силин. — Не хотел выставлять себя в не самом лучшем свете в ваших глазах, Алекс. Но… вы должны меня понять, как отец.

— Не поймите меня превратно, Георгий Матвеевич, но меня интересовала именно ваша первая реакция.

— А… зачем вам?

— Чтобы принять окончательное решение.

— Значит, у нас есть?..

— Надежда всегда есть, — философски усмехнулся я. — Но многое будет зависеть от вашей искренности.

— Я готов ответить на ваши вопросы, Алекс.

— Вероника Романовна сообщила мне, что ваш сын пропал восемь суток назад. Как так вышло, что вы додумались обратиться ко мне только сейчас?

— Я сам об этом узнал считанные часы назад, — начал было Силин, но, уловив в моих глазах недоумение, поправился: — В смысле, что Дмитрий оказался на судне, ушедшем по «струне», но не прибывшем в точку назначения.

Ага, значит «затопление» произошло грубо приблизительно в течение последних суток. Или нет? Чёрт его знает, в общем. И что там за обстоятельства такие странные? Придётся, что называется, лезть в душу. Чем я незамедлительно и занялся:

— Как интересно! А подробней?

— Сопутствующие обстоятельства вас не касаются, Алекс. Вам должно быть достаточно того, что я сообщил. Судно, его курс и время прыжка известны. Эти данные я вам предоставлю. Поправьте меня, если я ошибаюсь.

— Ошибаетесь. Вот вам контакты диспетчерской службы Корпорации «Э(П)РОН», господин Силин. Обратитесь на общих основаниях в порядке очереди. Я в таких условиях головой рисковать не намерен. Не скажу, что было приятно познакомиться. Прощайте.

— Но…

— Что «но»? — изобразил я изумление в ответ на праведный гнев Георгия Матвеевича. — А на что вы, интересно, рассчитываете при таком отношении? Как вы ко мне, так и я к вам. Причём, заметьте, совсем уж в помощи не отказываю.

— Он же твой!.. Вера, ты ему не объяснила, что ли?!

— Я прекрасно осведомлён о том, кем мне приходится Дмитрий Георгиевич, — сказал я, выразительно покосившись на тётку. — Но этого мало.

— Почему ты отказываешь в помощи собственному брату?!

— Я не отказываю в помощи, — терпеливо пояснил я. — Я отказываю в так называемом «блате».

— Но почему?! Это же твой брат!

— Вот именно. Я, как вы, несомненно, в курсе, воспитывался в аристократической среде, и прекрасно знаю, чего стоят родственные узы в глазах мужской части рода.

Дикая и оголтелая конкуренция, если называть вещи своими именами. Но этого я, пожалуй, озвучивать не стану. Умному человеку и намёка хватит.

— У вас нет и не может быть пересечения интересов, — правильно истолковал мои слова Силин. — Так в чём же проблема?

— В вашем потребительском отношении ко мне, Георгий Матвеевич. Вы взываете к братским чувствам, а сами при этом стремитесь использовать меня втёмную. Подослали на переговоры тётушку, давите на «пожалейку», ни словом не обмолвились хотя бы о компенсации текущих затрат, не говоря о вознаграждении… но это всё бог с ним. Самое главное, вы скрываете правду. Утаиваете информацию, которая может оказаться жизненно важной. И на что же вы в таком случае рассчитываете?

— Так дело лишь в деньгах? — оживился Силин.

— Отнюдь. Вы опять пропустили мимо ушей основное, Георгий Матвеевич. Давайте-ка я лучше с тёткой Никой дальше разговаривать буду, потому что беседа с вами заходит в тупик. Боюсь, я не сдержу эмоций. А переходить к откровенной вражде совсем не хочется.

Силин довольно долго молчал, задумчиво щурясь и поигрывая желваками, но, в отличие от первых мгновений разговора, когда я ещё сохранял инкогнито, понять по нему хоть что-то не получалось. Ну, кроме одного: как он умудрялся возглавлять род. Вот именно так, ага. Ухваточки-то до боли знакомые — дашь палец, отхватит руку по локоть. Прямо как дядя Герман, хе-хе.

— Можно ещё один вопрос? — разродился он наконец.

— Извольте.

— А почему вы до сих пор не сбросили вызов, Алекс?

— Потому что я по вашей реакции увидел, что Дмитрий вам далеко не безразличен. Именно этот факт удерживает меня от того, чтобы послать вас в пешее эротическое, Георгий Матвеевич.

— Что ж… хотя бы честно. Вера, ты уверена, что этому молодому человеку можно доверять?

— Спроси у Германа Завьялова, — огрызнулась тётка.

Не, ну а чё? Ладно я, но он ведь и её уже почти до белого каления довёл, а я ещё и дровишек в огонь подкинул, полемизируя намеренно жёстко, не заботясь о тётушкиных чувствах.

— Вера, я серьёзно!

— Я тоже! Совсем на старости лет отупел, что ли?! Тебя слушают и хотят помочь! Мало того, не просто хотят, а могут! А ты выделываешься!

— Ты сама не знаешь всех… подробностей, — выдавил Силин и снова сник, на глазах превратившись в тряпку.

А интересные у них отношения! Прямо мелодрама. Наверняка у мужика чувство вины перед лишённой материнства тёткой. Впрочем, ну их на фиг, своих семейных проблем хватает, чтобы ещё в чужие лезть.

— Вот это и бесит! — припечатала тётка бывшего благоверного. — Мало того, что передо мной юлишь, так ещё и Сашке… Алексу пытаешься мозги пудрить! Выкладывай всё, как есть!

— Да, Георгий Матвеевич, это единственный способ, — поддержал я Веронику Романовну. — Выкладывайте всё. В подробностях. Канал, если вас именно это беспокоит, абсолютно безопасен. У вас ведь всё далеко не просто? Дмитрий сбежал, не так ли?

— Если бы сбежал, — вздохнул Силин. — Уж поверьте, Алекс, в этом случае я бы сообразил, что делать. Беда в том, что его похитили и попытались вывезти из владений Громовых. Ну и в процессе этой, хм, попытки… с кораблём случилось… что-то.

— Тэ-эк-с… а с этого места подробнее.

— Поверьте, вам это не нужно. Это проблема исключительно клана Громовых и рода Силиных.

— Ой ли? — хмыкнул я, снова покосившись на тётку. — Но вы в любом случае заблуждаетесь, Георгий Матвеевич. Если я решу помочь, это станет и моей проблемой тоже. Потому что головой рисковать мне. И соваться во всякие сомнительные места тоже мне.

— А вы собираетесь… лично? — недоверчиво уточнил Силин.

— А как иначе? Если вы не заинтересованы в моей личной помощи, то вот вам контакты диспетчерской службы…

— Понял, понял, не продолжайте. Но… почему вы решили, что вам придётся рисковать?

— Опыт, сын ошибок трудных, — уверенно отбрехался я. — Мне нужно знать всё, чтобы я мог хорошенько подготовиться к спасательным работам. Да элементарно определиться с составом и численностью экспедиции. Задачка ведь не из лёгких, верно?

— Ну, раз вы так говорите…

— Судно ведь уже искали?

— Искали. Но в предполагаемом районе выхода из прыжка «спиридоновцы» ничего не нашли.

Ага, хоть что-то начинает проясняться. «Спиридоновцами» звали поисковиков из конкурирующей структуры, работавшей по старинке. Что ж, с одной стороны, часть предполагаемых направлений можно исключить, конкуренты их на себя возьмут. С другой — не исключена конфронтация при пересечении интересов. А, пофиг! Тем увлекательней задача.

— Тем более вы должны меня понять, Георгий Матвеевич, — перешёл я в наступление. — Мне нужна вся — абсолютно вся! — доступная на данный момент информация. А ещё я бы хотел привлечь к проблеме дополнительные ресурсы. Со своей стороны, конечно.

— Это неприемлемо. Интересы клана…

— Да достал ты уже с этими интересами клана! — сорвалась на крик тётка. — Только и слышу: клан, клан, клан! А что этот клан сделал для нас?! Для тебя?!

— Вера, ну нельзя же так…

— Можно, Георгий Матвеевич, — поддержал я тётку. — И даже нужно. И знаете… я в любом случае привлеку к проблеме собственную СБ, хотите вы того или нет. У меня в этом теперь личный интерес.

— Ну спасибо, Вера, — невесело усмехнулся Силин.

— А вы разве не этого добивались? А, Георгий Матвеевич? Радуйтесь, во мне взыграли родственные чувства, и я помогу вашему горю. Исключительно из-за Вероники Романовны. Ну, и Димку жалко.

— Эта ситуация мне совсем не нравится, — нахмурился Силин. — Может возникнуть конфликт интересов, нарушение режима секретности, что чревато неприятностями для рода и для меня конкретно.

— А на вас мне плевать, Георгий Матвеевич. Я помогаю не вам. Я помогаю дорогим людям. Для нас обоих дорогим. Учтите это.

Судя по красноречивому взгляду Силина, намёк тот прекрасно понял. Что за намёк? Да всё просто — вот в такой завуалированной форме я заявил, что он, конкретно он, теперь мне должен. Просто по факту моего участия в деле. А уж если получится Димку вытащить… дилемма возникнет. С одной стороны клан, с другой — любимый младшенький. Вот и посмотрим, кстати, как он проблему разруливать станет. И по результату решим, использовать его для экспансии Корпорации во владения клана Громовых, или поискать иной вариант. Дядя Герман дядей Германом, но целиком и полностью полагаться на него в этом вопросе тоже стратегически неверно. Да и промышленников среди моих единомышленников пока нет, а такой человек может оказаться весьма полезным. Кста-а-ати!..

— Георгий Матвеевич, а как насчет, хм, легализации моей помощи? Или я буду вынужден действовать тайно?

— На территориях клана Громовых деятельность Корпорации «Э(П)РОН» препонов не встретит.

— Это радует… а если возникнет необходимость действовать где-то ещё?

— В этом случае гарантий дать не могу. Но постараюсь заручиться как минимум нейтралитетом властей Протектората.

— Хорошо. И «спиридоновцев» держите от меня подальше, пожалуйста.

— Договорились, — облегчённо выдохнул Силин. — Когда сможете приступить?

— Как только завершим обмен информацией и её анализ, — буркнул я, чуть отвлёкшись на подогнанные догадливым Кумо данные. — Вот канал и контакты. Судя по координатам точки выхода, довольно далеко от моей базы. Переход займёт не менее двух суток, плюс подготовка непосредственно на Картахене… так что наберитесь терпения. И ещё раз прошу, ничего не пытайтесь утаить. Ещё вопросы?

— А мне что делать?

— Ждите, — пожал я плечами. — Что вам ещё остается? Ну, можете тех же «спиридоновцев» заставить… или уговорить, вам виднее, ещё раз прочесать район выхода. Так сказать, для верности. Ну и пока я добираюсь, мои спецы из СБ займутся предшествующими обстоятельствами.

— Я не уверен…

— Зато я уверен! — перебил я Силина. — Поверьте, Влад Пахомов со своими людьми лишним не будет. И не говорите, что не надеялись на подобный исход, иначе я в вас разочаруюсь. Как в умственных способностях, так и в актёрских.

— Не буду, — сдался Георгий Матвеевич. — Остался лишь один важный момент: ваше вознаграждение, Алекс.

— В данном конкретном случае деньги меня не интересуют. Равно как и что-либо ещё материальное.

— Я вас понял, Алекс.

— Тёть Ник?

— Работай, племяш. А нам с Георгием Матвеевичем ещё кое-что обсудить не помешает.

— В таком случае, откланиваюсь.

Ф-фух, чего так тяжко-то?! Вроде же на благое дело подписался, так чего меня корёжит? Чёрт, а ведь похоже, что из отвращения к самому себе! Это надо же, на беде родственников себе преференции выбил! Противно аж…

— Капитан Заварзин?

— Да, Кумо?

— Вы просили поделиться впечатлениями.

— Валяй.

— Я думаю, Георгий Силин очень похож на вас.

— В плане?!

— Тоже сам себе на уме.

— Хм… а я, признаться, ещё сомневался. Спасибо, Кумо. И да, нам надо кое-что обсудить…

— Я к вашим услугам, капитан Заварзин.

Глава 3-2

—//-

— Ну что, кэп, вроде на месте…

— Угу… вот объясни мне, Алекс, ради каких демонов я на это вообще подписался?!

— Просто ты меня любишь.

— ?!

— Как сына.

— Да тьфу на тебя!

Справедливости ради надо признать, что такая реакция на происходящее со стороны Рина… пардон, капитана Рина была вполне себе оправдана. Посудите сами: оторвали от родного «Спрута» со всеми его обитателями, засунули в скорлупку «Набата», лишённого львиной доли удобств, доступных на лоханке кэпа, да ещё и уволокли за тридевять земель от Картахены и «золотого треугольника». Неудивительно, что Рин-сан чувствовал себя неуютно, особенно с учётом того шлейфа, что тянулся за ним из Протектората Ниппон. А тут ещё и потенциальные неприятности… какие? Да знамо какие: детей высокопоставленных аристократов просто так не похищают. Всегда с какой-то целью, и эта цель отнюдь не банальные деньги. И если на подобное в принципе решаются, то на исполнителях не экономят. К подобным делам привлекают профессионалов высшей пробы, которые вполне способны постоять за себя, не засвечивая нанимателей. А у нас как раз такой случай — Димку Силина именно что похитили. Вот только требований озвучить незадачливые похитители не успели — сгинули в подпространстве. Конечно, оставался ещё вариант катастрофы иного рода, например, грузовое корыто, на котором моего двоюродного братца вывезли из владений клана Громовых, могло тупо взорваться. Или столкнуться с каким-то объектом и… тоже тупо взорваться. Ну и ещё всякое по мелочи. Но шансы на подобный исход по сравнению с основной версией были просто ничтожны — сотые доли процента, не более. Потому что такие инциденты на основных грузовых маршрутах без внимания не остаются, ибо на станциях мониторинга пространства не экономят ни кланы, ни власти Протекторатов. Однозначно бы засекли. Вон, даже наши разборки с «убийцей линкоров» в замуте с крейсером «Эмден» военные на Картахене просекли моментально, а ведь это «золотой треугольник», место априори беззаконное. И пустынное по сравнению с другими областями Протектората Росс. Поэтому я всё же склонен думать, что без неприятностей по моему основному профилю не обошлось. К тому же только в этом случае оставалась хоть какая-то надежда на благополучный исход — все предпосылки к тому были. Знаете, сколько «утопленников» за прошедший год извлекли из подпространства спасательные звенья Корпорации «Э(П)РОН»? Двести пять. Из них сто тридцать по горячим следам, то есть в течение недели-двух после инцидентов. И это мы ещё работали только по заказам на территории родного Протектората! Короче, кое-какая статистика уже накопилась. Ценностей мы спасли на энную сумму, хитрый Деррик, видя такое дело, потирал загребущие ручонки и обдумывал перевод спасательных работ на процент от стоимости содержимого «поднятых» лоханок, но я его пока удерживал — далеко не всегда удавалось вернуть владельцам что-то, пригодное к использованию. Да-да, где-то пятьдесят на пятьдесят. И не факт, что новая схема расчёта будет оправдывать затраты. Уж лучше по фиксированной ставке работать. Степаныч меня, кстати, тоже поддержал, вовремя ввернув присказку про жадность и фрайера. Правда, Деррик в силу слабого владения русским языком понял старого слугу далеко не сразу, пришлось разжёвывать.

Но это бог с ним. Главное, по той же статистике живых людей с «затонувших» кораблей по горячим следам удавалось снять примерно в восьмидесяти процентах случаев. Я не говорю здесь об экипажах в полном составе, я говорю в принципе. Если хотя бы один человек остался жив, уже плюс. Без жертв почти никогда не обходилось. Но согласитесь, лучше хотя бы кто-то, чем вообще никто. По нашей, спасательской, логике. Но вот убитым горем родственникам этого не объяснишь. Наоборот, претензии начинаются: как так, этот и вон тот уцелели, а наш кони двинул?! Да мы-то тут вообще при чём?! Ну, это моя первая реакция. А вторая — идите… к дьяволу! Пришлось даже специальный отдел по работе с клиентами создать, чтобы исключить контакты с «благодарными» заказчиками. Самый хреновый вариант, кстати, это когда командование даёт дуба, а кто-то из рядового состава остаётся жив. Были случаи, когда таким бедолагам аристо и просто богатые парни, лишившиеся родственников, жестоко мстили. Не, ну а чё они, выжившие? Грязь и падаль, кто за них заступится? А я вам скажу, кто — мы. После пары таких расправ мы начали случайно выживших спецов заманивать к себе в Корпорацию, благо наглядные пособия теперь имелись. Нам люди не помешают, особенно такие, которым больше нигде не рады. Но это я отвлёкся.

И вообще, к чему я это всё? Да так, к слову пришлось… чтобы вы просто представление имели, на что мы надеемся. Восемь суток с исчезновения Дмитрия Силина в общий зачёт не идут — как выяснил тот же Влад Пахомов, всё это время его похитители прятали, пережидая кипишь. Вернее, прятали неделю. А потом погрузили на «Великана» — баржу-контейнеровоз, курсировавшую по одному из стандартных маршрутов в окрестностях Камня. Что за Камень и почему с большой буквы? Так это родная планета рода Силиных, которые, если кто забыл, промышленники. Да-да, угрюмый бескислородный мирок, но чрезвычайно богатый всякими ископаемыми полезностями типа разнообразных руд. А чего не хватало непосредственно на шарике, предприимчивые Силины добывали на других планетах системы и в астероидном поясе там же. В общем, мощная промышленная база, с высоким уровнем автоматизации и относительно небольшим населением. Ну, как небольшим? Миллионов около тридцати на всю систему. Согласен, далеко не Метрополия с её миллиардами, но зато и нужды нет в настолько плотном контроле беспокойных жителей. Правда, и вывезти кого-то против его воли достаточно трудно, особенно на пассажирских лайнерах — почитай, все транзитники на виду. По сути, на любой перевалочной станции «транспортников» эту задачу решить в разы проще. Но наши похитители не привыкли отступать перед трудностями и провернули схему с грузовиком: продержали похищенного пацана в одном из огромных и почти бесхозных грузовых терминалов, дождались, пока активность поднятых на уши безопасников немного утихнет, и перегрузили парня на того самого «Великана». Почти беспроигрышный вариант: лоханка здоровенная, трюмов в ней до фига, и половина с действующими системами жизнеобеспечения, поскольку предназначена для перевозки грузов, требующих бережного обращения. Руде-то вообще параллельно на удобства, её можно и в вакуумированных бункерах таскать. Другое дело, что контейнеровозы руду и не таскают. Короче, укромных мест выше крыши, команда мизерная, а всё наблюдение за грузовыми трюмами сведено к контролю основных параметров — температуры и давления воздуха — по показаниям примитивных датчиков. Камеры если где и есть, то лишь в основных технологических проходах. Прячься, не хочу! И расчёт оправдался на все сто, Димку не нашли. А потом у похитителей случился облом: в назначенное время «Великан» лёг на курс, разогнался и ушёл на «струну», но в точке прибытия не объявился. Ни по расписанию, ни позже. Произошло это через неделю после похищения. И ещё примерно через сутки после этого имел место мой разговор с тёткой Никой и Силиным-старшим. Итого с момента крушения всего двадцать четыре часа. Плюс ещё трое суток: одни на сборы и подготовку, двое — непосредственно на дорогу. Четверо. Меньше недели. Работаем не просто по горячим следам, пацаны, а по огненным. Осталось только решить, с чего начать.

— Ну и что будем делать, симатта?!

Кэп по своему обыкновению мои мысли читает, ага.

— Конкретно ты сидишь и пьёшь пиво. Как тебе такой план, а, кэп?

— Хреновый план! — буркнул Рин-сан и завозился в кресле второго пилота, которое оккупировал перед прыжком. — Заняться мне больше нечем!

— Ну, тогда с Владом потрынди, — предложил я альтернативу. — Только не ной, пожалуйста. Я занят… сейчас буду.

— Чем? Будешь пялиться в великую пустоту и думать о вечном?

— Отнюдь. Кумо?

— Слушаю, капитан Заварзин.

— Понтоны с первого по четвёртый к старту. Работаем по схеме «объёмная триангуляция».

— Принял, капитан Заварзин. Процесс активирован. До завершения двадцать три минуты семнадцать секунд… шестнадцать секунд…

— Выведи таймер, — поморщился я.

Всё время собираюсь выставить эту функцию по умолчанию, и постоянно забываю. С другой стороны, уже привык, да и ориентироваться так легче — я почему-то куда лучше воспринимал комбинированную подачу информации, по крайней мере, на начальном этапе. Короче, пусть будет. Это я, если кто не понял, так ловко собственную лень оправдал.

— Есть, сэр.

— Кэп, пивас далеко? — переключился я на единственного доступного в настоящий момент соратника.

Да-да, вы не ослышались — всё как в старые добрые… или недобрые? А, пофиг! Как в старые времена, в общем. Только я и Рин-сан. Почему? Ну, во-первых, «Набат» с таким личным составом позволяет обходиться — я за прошедший год ещё больше его автоматизировал, так что при нужде он вообще мог без участия человека работать. При условии активации программы автопилота, конечно же. Или при вмешательстве того же Кумо. Зачем, спросите? Да так, из прихоти. Хотя вру, из необходимости. Мой корабль уже месяцев семь как не был задействован в работе Корпорации — обросли имуществом, нарастили судовой парк, да и команд подготовили достаточно, так что я мог себе позволить забить на рутину и посвятить почти всё своё время, свободное от семьи и всяких организаторских заморочек, игрищам с континуумом ВП. Другими словами, ударился в экспериментальную науку, благо почти всё необходимое имелось в наличии. А если чего и не было, то к моим услугам весь «чёрный рынок» плюс мощности технического сектора станции Картахена. А ещё кэп со «Спрутом», для которого не составляло особого труда снабжать меня гексовской машинерией. Естественно, я развернулся во всю ширь своей ботанской души. Ну а чего? Финансы позволяют, матчасть тем более… разве что секретность блюсти приходилось. Ещё и из-за этого я превратил «Набат» в игрушку одиночки, сохранив расширенный функционал системы жизнеобеспечения по минимуму. В итоге корабль обеспечивал комфортное существование лично для меня, и сносное ещё максимум для трёх пассажиров. В тех же редких случаях, когда приходилось впрягаться в спасательные миссии самому, меня всегда сопровождало звено поддержки — «техничка» плюс малообъёмный пассажировоз. Таких мы завели целых пять штук после того, как столкнулись с проблемой размещения спасённых с «утопленников». Когда ещё эвакуационный транспорт подоспеет, а ведь зачастую на извлечённом из подпространства судне оставаться попросту опасно! Ну и представьте себе хотя бы несколько часов для сотни человек, набившихся в скорлупку, предназначенную максимум для десятерых. А такой случай тоже был, хотя обычно спасённых куда меньше — пассажирских судов среди «утопленников» около пятнадцати процентов. Да-да, «тонут» в основном эксплуатируемые вне всяких норм «грузовики» почтенного возраста. Опыт, сын ошибок трудных. А ещё устав Экспедиции (П)одпространственных Работ Особого Назначения. Не путать со спасательной службой — то вотчина клана Спиридоновых, и у них свои законы. И эффективность ниже плинтуса по сравнению с нами. Хотя… это с какой стороны посмотреть. Последнее время я всё больше укреплялся во мнении, что у конкурентов зачастую цель не найти и спасти, а тупо зафиксировать факт исчезновения. Но с этим позже разберёмся… если вообще связываться станем.

Собственно, это первая причина — потому что можем себе позволить обойтись минимумом личного состава.

Ну а во-вторых… слишком уж дело щекотливое. У меня по большому счёту всего две кандидатуры и было: либо Рин-сан, либо Савелий Степаныч. А поскольку второй очень уж занят на основной работе… то выбор очевиден. В идеале бы вообще одному справиться, но даже я при всей своей безбашенности и эгоизме понимал, что так делать не надо. Должен быть рядом кто-то, на кого можно положиться. Не положить, не забить, а именно положиться. То есть кэп. Лицо одновременно и доверенное, и незаинтересованное. Не перекупят его в процессе, если что. А что такие попытки возможны, исключать нельзя, особенно в свете инфы, которой поделился Влад, подключенный к расследованию. Кстати, я оказался прав: Владик с командой за эти трое суток нарыл в разы больше, чем люди Силина. И это, прошу заметить, исключительно дистанционно, опираясь на собственные силы и немного на предоставленную СБ клана Громовых информацию.

Что могу сказать конкретно по этому поводу? В общем, были у Силина-старшего резоны вилять и отнекиваться, когда речь заходила о неприятностях с Дмитрием Георгиевичем. И причина тут даже не в самом факте похищения — дело житейское, а потому привычное — а в том, как именно и кем оное похищение было осуществлено. Я, вроде бы, уже говорил, что на подобные действия обычно решаются только профессионалы, замотивированные по самое не балуйся финансово? Так вот, это не наш случай. Или наш, просто похитители… как бы это попроще… короче, очень хорошо шифровались до собственно события. Потому что в прошлом следов отчаянной банды Влад не отыскал, как ни старался. Такое впечатление, что вынырнули голубчики из ниоткуда и туда же занырнули, прихватив Дмитрия и Венедикта Вольдемаровича Возчикова, воспитателя парня, до кучи. Да-да, вот они, любопытные подробности. Воспитатель Димки, благообразный мужичок под сорокет, с идеальными рекомендациями и десятилетним общим стажем, из которого три натикало на нынешней должности. Нанял Венедикта сам Силин-старший, как только Дмитрию стукнуло десять. Никому не доверил столь ответственного дела. Посему Венечка человек проверенный. И, судя по тому, что тело его так и не было найдено, либо его тщательно уничтожили, либо он до сих пор жив, как и подопечный… или нет — тут уж как карта ляжет. Этакий воспитатель Шрёдингера, хе-хе… а вот насчёт младшего родственника так пошутить язык не поворачивается. И не конкурент он мне, и слишком ботаник, чтобы полноценно влиться в среду молодых аристократов. Ну и незаконнорождённый, что тоже свой отпечаток накладывает. Короче, жалко мне Димку, просто по-человечески жалко. А ещё виды я на него имею — учёный-биолог в будущем очень пригодится Корпорации. Но это совсем уж наперёд загадываю, лучше повременить пока.

Влад, кстати, выглядел очень неуверенно, когда отчитывался о проделанной работе. Вроде бы всё путем, всё сходится, инфы навалом, факт похищения подтверждён, факт исчезновения баржи «Великан» тоже… но на этом и всё. Мы даже не уверены, что Димка точно был на борту. Да и воспитатель его затерялся бесследно. И в силу такой вот двойственности Пахомова терзали смутные сомнения. Правда, признался он только после того, как я, фигурально выражаясь, взял его за горло. Так и сказал:

— Алекс, можешь считать меня параноиком, и вообще недалёким умом индивидом, но… не нравится мне это. Интуиция прямо-таки вопит, что нечисто здесь что-то.

— Жажду подробностей, — хмыкнул я в ответ.

Ну а чего? Торопиться некуда, капитанское кресло в рубке «Набата» удобное, да и пиво ещё не кончилось, к холодильнику идти не нужно.

— Меня смущает несоответствие до и после, — покачал головой Влад. — Понимаешь, подготовка, судя по тому факту, что никто даже не чухнулся, проведена на высшем уровне. Профи работали, однозначно — настолько всё шито-крыто. Но вот потом… на первый взгляд всё логично: выкрали, спрятали, переждали суету… и впёрлись. Ну не делают так профессионалы. Они изначально обеспечивают средства эвакуации, причём куда тщательнее, чем само похищение. И «запасной аэродром» так оборудуют, что хрен кого отыщешь. А здесь, такое ощущение, на авось понадеялись. Вот что им стоило собственный транспорт задействовать? Если это наёмники, им на расходы плевать — платит наниматель. И ни один профи не станет действовать себе во вред, лишь бы сэкономить деньги хозяина. Своя шкура дороже. А тут… чёрт…

— А ты не рассматриваешь вариант… экспромта? — предложил я альтернативную версию.

Чисто для поддержания беседы да стимулирования умственной деятельности, ага.

— С чьей стороны? — резонно возразил Влад. — Ну не вижу я фигуранта в окружении Дмитрия Силина. Не сам же Георгий Силин это провернул?!

— Это вряд ли, — кивнул я. — В этом случае он бы ко мне не обратился, удовольствовался бы заключением «спиридоновцев», поскольку оно бы полностью соответствовало его ожиданиям. А он себе места не находил. Уж поверь, Владик.

— Верю. Но от этого не легче. И вообще, кто тогда?! Раз предложил версию, будь добр развить.

— Ну… воспитатель? Этот, как его? Венедикт Вольдемарович. Он же вместе с Димкой пропал.

— Во-первых, это слишком очевидный вариант, чтобы задействовать его даже в качестве отвлекающего манёвра, — принялся перечислять Влад, — во-вторых, его мы проверили в первую очередь. Чист, как слеза младенца. Не был, не привлекался, рекомендации идеальные. И Громову-старшему его не подсунули, тот сам, лично на него вышел. Банально через биржу вакансий. Или ты думаешь, что операция была задумана уже тогда, три года назад?

— Не, слишком затратно и муторно. Разве что закладка на будущее, чисто на всякий случай.

— Ну, я бы понял, если бы Силин был хотя бы главой клана. Но он ведь всего лишь возглавляет род, даже не основной, пусть и богатый. Не по Сеньке шапка.

— Тогда остаётся два варианта.

— Нанятые профессионалы — это раз. А какой второй?

— Всё же воспитатель. Только перевоспитавшийся в процессе, — ухмыльнулся я.

Правда, совсем не весело. Даже скорее оскалился.

— Это… было бы очень цинично, — покачал головой Влад.

Но слова мои его явно задели.

— Ты давай эту версию совсем не отбрасывай, поройся в личной жизни Венедикта Вольдемаровича в период его службы у Силиных. Глядишь, и прокололся где-нибудь…

— Алекс, ты это всерьёз?

— Нет, блин, шучу! Работай, короче! — рыкнул я. Но сразу же смягчился: — Сорян, нервы. Силы особо не распыляй, просто имей в виду.

— Но основная версия — нанятые профессионалы, правильно я тебя понял? — предпочёл уточнить Пахомов.

— Да! И это… в средствах себя не ограничивай.

— В плане? — вздёрнул бровь Влад.

— Во всех, — буркнул я.

— Хорошо… я тебя понял, Алекс.

Хотелось бы верить, хотелось бы верить…

На том разговор и завершился. И он имел место ещё вчера вечером. Ну а поскольку Влад до сих пор не соизволил со мной связаться, я пришёл к выводу, что ничего конкретного он ещё не нарыл. Причём по обеим версиям. И с этим фактом оставалось только смириться, поскольку повлиять на ситуацию с этой стороны я не мог совсем. Зато мог кое-что другое, чем и занимался прямо сейчас: «Набат» по моей команде выпустил сразу четыре понтона, разошедшихся в разные стороны для максимально возможного охвата. Почему именно четыре? Да потому что как раз столько нужно, чтобы образовать в пространстве правильный тетраэдр, причём не важно, куда конкретно будут смотреть его вершины. Главное, что «Набат» в центре объёмной фигуры. Ещё примерно четверть часа, и можно будет их «притопить» и активировать «зов», эхо которого уловят интегрированные в гексовские прыжковые генераторы урезанные по функционалу цифровые копии Кумо, обработают и отправят отчёты своему «прародителю». Ну а уже тот подскажет, что дальше. «Объёмная триангуляция» методика надёжная и положительно себя зарекомендовавшая, так что в любом случае какой-то результат будет. Даже его отсутствие позволит сделать определённый вывод. Но для этого надо дождаться «нырка», так что время ещё есть. Лишь бы кэп не ныл… ведь если не получится здесь, в зоне перехода на «струну», придётся тащиться в район схода с неё, и там повторять процедуру. Ну а если и там облом случится, то тогда вообще не знаю. «Бить по площадям» с моим одиноким «Набатом» однозначно не получится, неминуемо кончится тем, что мы оторвём от работы ещё минимум три звена (да-да, та же самая «объёмная триангуляция», только порядков на десять больше по охвату), что с одной стороны чревато финансовыми потерями, с другой — нарушением режима секретности. А Силин-старший очень просил не афишировать происходящее. Вот и думай теперь…

Всё-таки скучно. То ли дело раньше! Что ни поиск, то с приключениями, что ни подъём, то с обломами. А теперь что? Прибыл в точку, запустил понтоны, озадачил Кумо и… всё. Сиди, жди. Автоматизировал процесс на свою голову. Хотя ситуация двойственная. С одной стороны, нет нужды грузить командиров поисковых звеньев физикой подпространства или Границы (а то и обеими сразу), всё просто и понятно — есть алгоритм, им и пользуйся. С другой — исчезла та самая романтика космоса. Превратилась в рутину. Кому как, а лично мне муторно. Так что я буквально вынужден сам себе выдумывать трудности и мужественно их преодолевать. Быть, так сказать, на переднем крае науки. Инфы собрал море. Даже океан. Переваривать её и переваривать. Но при этом, что самое обидное, научному сообществу предъявить-то нечего. Часть просто не поймут, а остальное как бы секрет. Тут потихоньку надо, исподволь, накапливая теории и подводя под них доказательную базу. Может быть, когда-нибудь и замахнусь на докторскую диссертацию… но потом, когда дела разгребу. Хотя помечтать приятно, не скрою. Знаете, чем я последние пару месяцев занимался? Ну, помимо семьи и всякой организационной рутины? Просчитывал алгоритм «микронырков» без физической привязки к континууму ПВ. Это примерно тот же трюк, что я провернул с «Латником» во время визита Усольцевых, Сергея Геннадьевича и Виктора Леонидовича. Тех самых, что пытались отжать у меня свежеотремонтированную мобильную базу через суд. В общем и целом очень похоже, только без «буёв». Ведь в этом случае можно «нырять» и в движении, что даёт простор для манёвров, особенно в боевой обстановке. Плюс новые тактические приёмы. Например, не нужно будет пускать навстречу врагу очередной понтон в режиме «брандера», что довольно обременительно финансово, ведь можно просто «занырнуть» в подпространство и тем самым уйти от атаки. Очень заманчиво, очень. Вот я и пытался построить математическую модель, которая могла хотя бы примерно предсказать последствия такого «нырка» — типа, как бы изловчиться так, чтобы и на борту прошло вменяемое время, а не микросекунды, и от нашей бренной реальности на месяцы и годы не отстать. Пока что вырисовывались любопытные варианты с «заглублением» в пределах Границы, но существовала ненулевая вероятность превратиться в процессе в одномерную плоскость, как недоброй памяти «Великий Новгород», которого мы пытались извлечь из континуума ВП перед эпопеей с «Эмденом». Я даже уже кое-какие замеры провёл, использовав в качестве подопытного понтон. И, скажу я вам, почти вышел на результат — по большому счёту, оставалось ещё несколько раз перепроверить на тех же мышах, прежде чем рисковать жизнью самому… слышала бы меня сейчас Лизка, такого бы леща выписала! Ишь чего удумал, жизнью рисковать!

— Понтоны на позиции, капитан Заварзин, — отвлёк меня Кумо от размышлений. — Приступать к «погружению»?

— Валяй. Кэп, ты как там, не заснул ещё?

— Не дождёшься, симатта! Пива у меня ещё много!

— Процесс активирован… есть «нырок»… семь секунд до «всплытия»… шесть… четыре… две… понтоны в континууме ПВ, капитан Заварзин. «Погружение» прошло в штатном режиме. До завершения анализа полученных данных семь минут двадцать семь секунд… двадцать шесть…

Ну да, единственный «нырок» четвёрки понтонов в конфигурации для «объёмной триангуляции» даёт примерно же столько данных, как добрый десяток одиночных «погружений». Собственно, в этом и смысл. Потому что даже с учётом времени обработки массива информации всё равно получается гораздо быстрее. Да и Кумо уже к таким задачам привычный — вон, с головой ушёл в расчеты, свободных вычислительных мощностей только на обратный отсчёт и хватает. Донельзя занудный, надо сказать…

— … шесть минут одна секунда… шесть минут… пять минут пятьдесят девять секунд…

Отключить его, что ли?..

— … пять минут тридцать семь секунд… входящий вызов. Принять?

— А?! Чего?.. — чуть не свалился я с кресла.

— Успокойся, симатта! Похоже, конкуренты нарисовались, — ухмыльнулся Рин-сан, перехватив мой мечущийся взгляд. — Побазарить хотят, как вы, россы, выражаетесь.

— Как интересно! — взял я себя в руки. — И чего же им нужно?

— Не спросим, не узнаем, — философски хмыкнул кэп.

— Входящий вызов, капитан Заварзин. Принять?

— Да валяй уже!..

Глава 3-3

—//-

— Вахтенный офицер старший лейтенант Михайлов, — отрекомендовался возникший в окошке «дополненной реальности» парень лет двадцати пяти — аккурат в соответствии с озвученным званием. — Патрульное судно «Искатель», Спасательная служба Протектората Росс. С кем имею честь?

Ну, что тут сказать? Прав оказался кэп — самые натуральные конкуренты. К тому же единственные в пределах нашего родного Протектората. Они же «спиридоновцы», они же «кресты» (потому что обычно ставят крест на надеждах бедных родственников), они же моя постоянная головная боль. Почему? Да потому что лезут, куда их не просят, и всегда исключительно по собственной инициативе. На деликатные намёки держаться от судов Корпорации «Э(П)РОН» подальше или отмалчиваются, или шлют далеко и надолго почти открытым текстом — впрочем, последнее характерно и для моих подчинённых. Вот такая у нас любовь. И их можно понять — прошедший год показал наше тотальное превосходство в результативности, то бишь конкретно жареным запахло. Если так дальше дело пойдёт, встанет вопрос о целесообразности привлечения «спиридоновцев» к поисковым работам. Пока что они нас забарывают массовостью, но ведь и Корпорация растёт и ширится… в общем, не за горами прямое столкновение. И выживет в результате только один. Я это прекрасно понимаю, Юрий Семенович Спиридонов, глава клана Спиридоновых, это прекрасно понимает, да и Генка Спиридонов, то есть, конечно же, Геннадий Юрьевич, сын главы клана и начальник Спасательной службы, тоже всё прекрасно понимает. И каждый держит фигу в кармане. Уж я-то точно — подготовка к конфронтации в стратегии развития Корпорации стоит на втором месте после собственно расширения. Степаныч под это дело уже давно людей подбирает, но в основном пока ориентируется на юридическое поле битвы, на котором наши конкуренты уже пытались сыграть, но не сдюжили против дяди Германа. Но это всего лишь поражение в битве, но не слив войны в целом. Так что ещё пободаемся… да что далеко ходить — прямо здесь и сейчас. Маленький, но бой. Причём исключительно мой, от кэпа в этом деле помощи не дождёшься. Не его профиль, да и не его уровень ответственности.

Кстати, большой вопрос, как именно представиться. С одной стороны, целый глава Корпорации, то есть шишка, с другой — уже простолюдин, да и припёрся без соблюдения официального протокола, то есть не как лицо при исполнении. Конкретно сейчас я, получается, рядовой сотрудник на задании. Ладно, в любом случае их слать, так что без разницы.

— Спасательное судно «Набат», Корпорация «Э(П)РОН», — нехотя выдавил я, с прищуром глядя на Михайлова — как отреагирует? Пока никак. — Капитан Заварзин. Вы что-то хотели, господин старший лейтенант?

Звание собеседника я намеренно выделил голосом, добавив толику сарказма — служба-то, мало того, что частная, так ещё и гражданская. И с какого перепугу воинские звания использует, решительно непонятно. Исключительно для солидности, чтобы подчеркнуть высокий статус — всё-таки уровень Протектората Росс, это вам не хрен собачий. Другой вопрос, что статус «спиридоновцы» просто-напросто присвоили ввиду отсутствия других претендентов. А потом к такому положению дел все привыкли, включая власти Протектората, и пожалуйста — зародилась традиция. Затем ещё одна, ещё… за двести с хвостиком лет и немудрено. Да-да, конкуренты наши возникли как организация почти одновременно с образованием Протекторатов. Ровесники, так сказать. И в этом заключалась ещё одна трудность — сложно противостоять укоренившейся привычке. Будь она хоть в сто раз менее эффективной, чем привнесённое новшество. Консерватизм такой консерватизм, особенно в нашем сословном обществе! Ну и железный повод раздувать ноздри и бить себя в грудь коленом при каждом удобном случае.

— Я хотел поинтересоваться, что это вы делаете в нашей зоне ответственности, капитан Заварзин, — прищурился в ответ Михайлов.

И с подозрением прислушался к обратному отсчёту, который я сначала поленился, а потом уже и не успел вырубить.

Н-да, не зря тот же Краузе не раз жаловался на докучливых конкурентов. А я по наивности своей и внимания особого не обращал, поскольку народ всегда решал проблему собственными силами, без привлечения административного ресурса.

— Э-э-э… стесняюсь спросить, а на каком основании? — прикинулся я шлангом.

— Вы находитесь в нашей зоне ответственности, — повторил Михайлов.

Типа, совсем тупой, что ли? Наша делянка, и мы её окучиваем. Кстати, а где я уже слышал это название — «Искатель»? Или даже читал… ладно, потом вспомню.

— И что дальше? — хмыкнул я. — Данная область пространства не является карантинной, навигация в её пределах не запрещена, равно как и иная деятельность. Да и к частным владениям она не принадлежит. Так что всего хорошего, господин старший лейтенант.

— Подождите! — всполошился тот, но я дослушивать не стал, бесцеремонно сбросив вызов.

Посидел молча, абстрагировавшись даже от бубнежа Кумо, который отсчитывал уже последнюю минуту до завершения анализа данных, и в сердцах буркнул:

— Не, ну какие наглецы!

— А чего ты хотел? — ухмыльнулся кэп. — Конкуренты, они такие. А у этих за спиной целый клан и вековые традиции. Так чему ты удивляешься, симатта?!

— Собственной наивности, — отбрехался я. — Чёрт… Кумо, отслеживай «Искателя». И выведи телеметрию в отдельное окно, хочу видеть, что он делает.

— Объект «Искатель» взял курс на сближение, капитан Заварзин. Также отмечена активность сканирующих систем.

— Подглядывают, гады.

— Ответ положительный, капитан Заварзин. Инициировать возвращение понтонов на корабль-носитель?

— Надо понимать, «нырок» результата не дал?

— Ответ положительный, сэр. Вывести результаты?

— Валяй. И понтоны собирай, не будем терять времени.

Ну а чего тут ещё скажешь? «Объёмная триангуляция», если верить куче графиков и паре таблиц, компактно разместившихся в отдельном окошке «дополненной реальности», результата не дала — в этом Кумо прав на все сто. Давно прошли те времена, когда я требовал устного отчёта с промежуточными выкладками, научился и сам «экстракты» анализировать. Причём обычно хватало даже беглого взгляда, вот как сейчас, например. Нет в обозримых окрестностях «пуповин». И «пузырей» на вменяемых «глубинах» тоже нет. А посему возможны два варианта: «Великан» ушёл на «струну» штатно, и столь же штатно с неё сошёл в точке назначения — это раз; «Великан» ухнул в «бездну» континуума ВП настолько «глубоко», что «зов» не добил — это два. Во втором случае надежды нет, можно заказывать заупокойную службу. А вот в первом ещё предстоит поработать. И самый логичный (он же единственно доступный) ход — повторить маршрут пропавшей баржи и задействовать «объёмную триангуляцию» на выходе из прыжка. А это часов десять-пятнадцать с учётом цикла «разгон-прыжок-торможение». Так что остаётся лишь набраться терпения… кэпа, кстати, жалко.

— Что там, Алекс? — подал тот голос, оторвавшись от банки с пивом. — Только не говори, что ничего нет.

— Ну и не буду, — вздохнул я. — Кумо, просчитывай разгон. По местам стоять, к прыжку готовиться. Капитан в рубке.

— Есть, сэр!

— Симатта!

Минут пять ничего не происходило — Рин-сан от жестокого разочарования даже про пиво забыл, просто сидел в кресле и злобно пыхтел, а я задумчиво изучал отчёт по «триангуляции», силясь найти хоть какую-то зацепку. Впрочем, без особой на то надежды, но время скоротать это бесполезное занятие позволяло. Даже увлёкся, и очередной доклад Кумо произвёл эффект взорвавшейся бомбы:

— Сэр, со стороны объекта «Искатель» зафиксирована попытка перехвата управления понтоном номер четыре.

— Чего?! Охренели что ли?! — возмутился я.

Ну да, с изрядным, хм, офигением. Это что за беспредел?! Вообще-то мои понтоны — «москитная» флотилия с вполне определённой «припиской», ни разу не бесхозные. И перехват управления на глазах у владельца это даже не кража, это откровенный грабёж. Особенно если сейчас начнут угрожать силой… хотя с фига ли? У них же вроде мирный «спасатель», хоть и превосходящий моего «Набата» по габаритам раза этак в полтора. Хотя не удивлюсь, если «Искатель» окажется судном двойного назначения.

— Красавцы! — похвалил оживившийся Рин-сан наших оппонентов. — Эх, оторвёмся! Чего сопли жуешь, симатта? Вали их, Алекс!

— Да погоди ты, кэп, — отмахнулся я. — Не видишь, провоцируют?

— Так в том и смысл, э! Асимметричный ответ, чтобы не лезли больше!

— Рано! — обломал я соратника. — Кумо, пресечь попытку.

— Уже, капитан Заварзин.

— Хорошо… тогда вызови этого, как его… вахтенного офицера. По закрытому каналу, чтобы он нашу рубку не видел и не слышал. И про понтоны не забывай.

— Есть, сэр!

А ведь ситуация не из приятных, если разобраться. «Искатель» по-прежнему держит курс на сближение, правда, изрядно замедлился, что вполне объяснимо — мало радости столкнуться на космических скоростях. Мы, конечно, можем выставить щит, но не хотелось бы. Просто потому, что в этом случае запросто лишимся всех понтонов, и тогда придётся возвращаться в базу за пополнением «расходников»… блин, а я ведь уже к этому словечку привык! Хороши «расходнички», без малого лям за комплект… и ведь как момент подгадали, сволочи!

— Я вас слушаю, капитан Заварзин, — откликнулся, наконец, Михайлов.

«Гудка» так с десятого примерно, ага. Время тянет, стервец? Судя по ехидной роже, очень может быть. Кстати, что-то он подозрительно повеселел. Дополнительные указания от начальства получил? Вполне возможно. Ладно, подыграем. Нам тоже время нужно на сбор «москитов».

— Не соизволите ли объясниться, господин старший лейтенант?

— В плане?

— На каких основаниях вы пытаетесь перехватить управление моей собственностью?

— А это разве ваши? — «удивился» Михайлов. — Извините, ошибочка вышла. Мы подумали, что техника бесхозная — опознавательных знаков нет, экипажей нет… если верить сканерам.

— Сэр, попытки перехвата управления прекратились, — незамедлительно доложил Кумо. — Объект «Искатель» корректирует курс и ускоряется. Вывести траекторию на экран?

— Давай, — кивнул я.

Запалиться перед собеседником я не опасался — мой «мини-гекс» мониторил связь в реальном времени и отсекал лишнее.

— Это чего ж они опять удумали?! — возмутился я, едва мазнув взглядом по схеме.

Упорные, гады! Не получилось перехватить управление дистанционно, так решили ещё более наглый трюк провернуть? Судя по выкладкам Кумо, при сохранении нынешних курсов и скоростей «Набат» и «Искатель» неминуемо пройдут в опасной близости друг от друга. Кому-то явно придётся уступить дорогу, иначе столкновения более чем вероятно. «Спиридоновцам», в принципе, параллельно — поле активируют, и привет! А нам нельзя, иначе всех понтонов лишимся, как я уже говорил. И придётся выбирать — либо «Набат», либо «москиты». С другой стороны, слишком уж нагло — мы же запись ведём непрерывно, засудить вообще труда не составит. Как минимум сам Михайлов со службы вылетит с «волчьим билетом». И бабла поднять нехило… а толку-то? Время потеряем, нервы помотаем изрядно, ну и планы все мои порушатся.

— А я тебе говорил, Алекс, гасить их надо! — рыкнул Рин-сан.

Оп-па! Мне показалось, или он и впрямь… доволен? Типа, наконец-то скуку поборол? Ну-ну…

— Вы что-то ещё хотели, капитан Заварзин? — напомнил о себе потерявший терпение Михайлов.

— Вы хотите судебного разбирательства, господин старший лейтенант? — ледяным голосом поинтересовался я.

— С чего бы? — удивлённо вздернул бровь мой собеседник.

— С того, что я однозначно подам иск на возмещение ущерба от умышленной порчи моего имущества.

— Решительно не понимаю, о чём вы, господин Заварзин.

— Вы препятствуете маневрированию моих вспомогательных юнитов. И создаёте потенциально опасную ситуацию для «Набата». Про ваших собственных подчинённых скромно умолчу, равно как и о судне.

— И в мыслях не было! Сейчас уточню у вахтенного пилота…

Совсем дурак, или?.. Вот именно что «или»!

— Как он нас, а, симатта?..

— И ты туда же, кэп?!

— Ну а чего? Красиво подловили.

Кто бы спорил, собственно. Ситуация, по сути, патовая… хотя нет, не то слово. Потенциальный шах при любом моем ходе, если воспользоваться шахматной терминологией. Если ничего не изменять, «Искатель» вынудит нас принять контрмеры. А я пока не готов ни расстаться с «москитами», ни превысить пределы необходимой самообороны. Встретить-то есть чем, «Набат» далеко не беззащитен — и ракеты найдутся, и плазмеры соответствующей мощности, да и «брандеры» никто не отменял. Но тогда по судам затаскают уже меня. Если я до суда вообще доживу. Клан есть клан, заявит, что лишь отвечает на агрессию простолюдина, и с чистой совестью устроит на меня загонную охоту, в ходе которой, скорее всего, «Набат» будет уничтожен вместе со всем содержимым, сиречь мной и кэпом. Есть, конечно, ещё один вариант, но он крайне сомнителен. Во-первых, ещё толком не испытан, во-вторых, при его реализации мы гарантированно лишимся всех понтонов, которые попадут в руки «спиридоновцам». Так что прибережём его на крайний случай. Ну а сейчас придётся просто устроить поединок нервов, поиграть в игру «кто быстрее обделается» в надежде на выигрыш.

— Считаю своим долгом довести до вашего сведения, господин старший лейтенант, что «Набат» ведёт запись во всех доступных диапазонах с пяти точек в пространстве и в режиме реального времени «заливает» резервный файл в три независимых сетевых хранилища, — процедил я, глядя прямо в глаза наглого лейтёхи. — Чем оправдаете ваше поведение?

— У нас технический сбой, — с предельно честной рожей отбрехался Михайлов. И даже изобразил что-то вроде легкой паники на челе. — Факт зафиксирован в бортовом журнале судна, соответствующее сообщение отправлено на сервер Спасательной службы. Мы пытаемся скорректировать курс, но, боюсь, не могу дать гарантий, капитан Заварзин. Рекомендую вам принять необходимые меры для предотвращения столкновения.

— Ладно, давай поиграем, — вперил я тяжёлый взгляд в Михайлова, и наткнулся на совершенно аналогичный.

Что ж, вот всё и встало на свои места. Нас банально проверяют на вшивость. И это явно не инициатива старшего лейтенанта, не его это уровень. Указание откуда-то сверху, причём исходит от такой глыбы, что ни у Михайлова, ни у капитана «Искателя» даже тени сомнения не возникло. Разве что последний самую малость подстраховался, самоустранившись. Конечно, для суда это не аргумент — в такой ситуации капитан обязан принять командование, но и тут они могут отбрехаться, скажут, например, что тот не мог выполнять свои обязанности в связи с критическим состоянием здоровья. Или на тот же технический сбой спишут, типа, вызывали кэпа на мостик, но не дозвались. А клан в случае чего прикроет. Но ведь какие нервы для такого нужны! Или полное отсутствие мозгов вкупе с инстинктом самосохранения… сомневаюсь, что у «спиридоновцев» все такие.

— Не понимаю, о чём вы, капитан Заварзин, — процедил в ответ старлей. — Коррекция курса «Искателя» невозможна ввиду технического сбоя. Предлагаю вам предпринять необходимые действия для предотвращения столкновения.

— То есть не отступишь?

— То есть не имею такой возможности.

Ну-ну… ладно, продолжим дуэль взглядов, в принципе, не так уж и долго осталось, можно потерпеть. А заодно задействовать виртуальную клавиатуру и вслепую отбить незамысловатый месседж: «Кэп, что делать?!»

Судя по вытянувшейся роже Рин-сана, послание тот получил. Правда, не ожидал, что я попытаюсь свалить ответственность на него, о чём и заявил, воспользовавшись собственной невидимостью для моего абонента:

— Алекс, ты охренел?! Я-то тут при чём, симатта?!

«Твоя жизнь, — отбил я в ответ, не прерывая визуального контакта с Михайловым. — Или мне за тебя решать?»

— Щит накинуть всегда успеем!

«Подключайся к дублирующему контуру, — отправил я очередное послание. — Кумо, обеспечь доступ».

— Принято, капитан Заварзин.

— Ну и что я должен делать?! — возмущённо рыкнул Рин-сан.

«Контролировать меня, — всё тем же способом пояснил я. — Чтобы не увлёкся ненароком. Активируешь щит, как только решишь, что я перегибаю палку».

— Ладно, симатта!

Вот и славно. Я-то упорный… кто сказал «упоротый»? А сейчас вообще дело принципа, но кэп человек разумный… местами. Короче, на него вся надежда. Просто потому, что для него моя жизнь куда ценнее, чем любая, даже самая огромная, куча оборудования. На того же Борисыча я бы не положился. А у Рина рука не дрогнет, в отличие от меня.

Можно играть с таким тылом, хоть и сцыкотно. По идее, плюнуть бы на всё, дать понтонам команду «врассыпную» и свернуть самому, но что-то меня удерживало от этого шага. Упрямство, говорите? И это тоже, конечно. Но основное всё же не оно. Я не мог себе позволить дать слабину. Ведь это же самая натуральная проверка на «вшивость». По-любому нас берут на понт. Пытаются выяснить тот предел, до которого мы готовы дойти. И это, по сути, ещё одна битва. Пока что потенциально бескровная, поединок нервов, но от неё во многом зависит, как события будут развиваться в дальнейшем. Мне уже дали понять как минимум две вещи: Спиридоновы хорошо осведомлены о моих действиях — раз, готовы к прямой конфронтации — два. Ну и какие тут уступки? Похоже, придётся смириться с потерей времени и очередной дырой в бюджете. А ещё, как ни крути, но секретность соблюсти не получится — ну его на фиг, в одиночку в таких условиях работать. Как только ситуация тем или иным образом разрешится, однозначно связываюсь с Краузе и озадачиваю формированием полноценной флотилии из четырёх звеньев. Так нас хотя бы постесняются открыто задирать. Ну а тётка… а что тётка? Поймёт и простит. На Силина же старшего попросту плевать, я ему, собственно, ничего и не обещал, о чём и поставил в известность сразу же. Долг крови у меня перед тёткой и братцем, не более.

А ещё я вспомнил, где именно мелькало название «Искатель». В анонимке, которую неизвестный доброжелатель прислал Лизке, когда я в разборку с подполковником Крамским ввязался. Правда, рассказала она про неё несколько позже, уже перед заварухой в Совете клана, когда мы с дядей Германом устроили сначала знатное представление с разрывом шаблонов, а потом ещё и загеноцидили добрую треть личного состава этого самого Совета, в превентивных, так сказать, целях. Ладно, ладно, конкретно я загеноцидил, дядька был не в курсе. И самая мякотка — «Искатель» в той анонимке не просто упоминался, там прямо было сказано, что именно он был задействован Германом Завьяловым в поиске яхты «Аделаида», которая канула в подпространстве со всей моей семьёй. Десять лет тому назад, получается. В принципе, для кораблика нормальной постройки, собранного на верфи, а не какой-нибудь окраинной помойке, да если его ещё и обслуживать качественно, это вообще не срок. Лет тридцать ходит любое корыто, если форс-мажоров не случается. А потом тоже ходит, только уже нужен глаз да глаз. Надо будет Кумо озадачить, или лучше Влада, чтобы пробил по базам конкретно нашего «приятеля», вдруг это не просто совпадение? Ведь в таком случае более чем вероятно, что я сейчас столкнулся с так называемым «порученцем», кораблём для особых миссий, далеко не всегда законных. Или вообще незаконных. И это многое бы объяснило… в том числе появление «Искателя» здесь и сейчас. Нас банально ждали, а, значит, владели информацией определённого толка. Откуда утекло, еще бы узнать. Ну и так по мелочи… да хотя бы нежелание Михайлова сдать назад. Знает прекрасно, стервец, что ничего ему не будет при любом развитии событий, потому что таких кадров на произвол судьбы не бросают. Их либо холят и лелеют, либо «зачищают», чтобы с концами. Нет человека, нет проблемы… кстати, а чего я туплю? Вот прямо сейчас «мини-гекса» и озадачу, благо виртуальная клавиатура активирована…

— Внимание, опасное сближение курсов! Вероятность столкновения семнадцать процентов… до входа в зону перекрытия двадцать семь секунд… двадцать шесть… двадцать пять…

Как же ты вовремя, Кумо! Это, если кто не понял, сарказм. С другой стороны, от посторонних мыслей отвлёкся, которые мелькали с частотой стробоскопа, но почему-то предельно отчётливо отпечатывались в голове. Обычно хрен ухватишь, а тут на тебе! Зато теперь адреналин зашкалил, и секунды потянулись ме-э-э-эдленно-ме-э-э-эдленно… а ещё Михайлов, урод моральный, взгляд не отводит… гипнотизирующий такой, продирающий, как выразился бы Боб Борисыч, до самой задницы. А ведь неверно я его оценил при первом контакте, ох, неверно! Ошибся, и нам с кэпом ещё очень повезёт, если не фатально. И теперь уже точно отступать нельзя — старлей обратный отсчёт тоже прекрасно слышит.

— … девятнадцать… восемнадцать… рекомендую активировать щит и прервать выполнение команды «сбор» «москитами», капитан Заварзин… четырнадцать… тринадцать…

Поздно. Теперь если идти, то идти до конца, врубив защитное поле в самое последнее мгновение, когда вероятность скакнёт процентов до тридцати… лишь бы нервы выдержали, лишь бы выдержали! Жабу-то я уже победил, смирившись с утратой понтонов и мысленно простившись с очередной кругленькой суммой.

— … одиннадцать… десять… вероятность столкновения двадцать два процента… восемь секунд… семь…

Ну же, отворачивай! Долбаный старлей, вот чего он добивается? Со мной-то всё ясно, я слабину дать не могу, положение не позволяет, особенно сейчас, когда непосредственной угрозы жизни нет, но тебя-то кто заставляет?! Сворачивай, м-мать!!!

Не-а. Дохлый номер. Глаза прищурил, да губы растянул в глумливой усмешке…

— Вероятность столкновения двадцать семь процентов… шесть секунд… пять…

Рука моя дёрнулась одновременно с движением конечности Рина — я это краем глаза уловил. Оба потянулись к кнопке активации щита, насквозь виртуальной, как и все элементы управления в «дополненной реальности», но ме-э-э-эдленно, словно нехотя. Или это всё ещё адреналин продолжает действовать? Ещё немного, ещё чуть-чуть…

— три… вероятность столкновения семнадцать процентов… пять… ноль! Зафиксирован переход объекта «Искатель» на «струну».

Не знаю, что на меня больше подействовало — грохот крови в ушах, раскатистый хохот Рина или резко изменившаяся цветовая гамма схемы столкновения на виртуальном дисплее, но я на какое-то время впал в оцепенение. Нервное, ага…

Глава 3-4

—//-

… собственно, так и встретил волну искривления пространства, порождённую схлопнувшейся «пуповиной». Тряхнуло чувствительно, что и немудрено — всё-таки «Искатель» относительно здоровая дура, а я привык к «москитным» понтонам. Строго говоря, подобные трюки были строжайше запрещены международной конвенцией о космической навигации, но, положа руку на сердце, это куда лучше, чем столкновение силовых «пузырей» с трудно просчитываемыми последствиями. Зато из ступора вышел, когда накатила тошнота. Еле удержал завтрак, кстати. Правда, вздохнуть смог далеко не сразу. Так и сидел, скрючившись, и даже поперхнувшийся кэп никаких эмоций не вызвал. А ведь ему тоже неслабо досталось.

— Симатта! Тьфу!

— С-сука!!! — с огромным облегчением и не меньшей злостью выдал следом за ним и я.

Как только отдышался и немного унял сердцебиение, ага. Нет, ну какие наглецы?! И демонстрация намерений вкупе с возможностями очень даже впечатляющая. Если они начнут в таком стиле постоянно действовать, это же никаких нервов не хватит… надо что-то делать.

— Кумо, видишь его?

— Ответ отрицательный, капитан Заварзин.

— Значит, далеко их унесло… хотя странно, скорости не те…

— Согласно расчётам, с текущего курса при зафиксированной скорости объект «Искатель» мог переместиться в квадрант…

— К чёрту подробности! Прогноз давай.

— Есть, сэр. По моим прикидкам, «Искатель» не появится в обозримом пространстве минимум в течение пяти часов.

— Хорошо.

— Чего хорошего, э? — ожил Рин-сан. — А если другие «кресты» появятся? Ты такой вариант совсем исключаешь, что ли?

— Да хрен с ними, — отмахнулся я. — Не думаю, что у «спиридоновцев» каждый первый экипаж настолько безбашенный. И вообще, я подозреваю, что нам «порученца» подсунули.

— Хм… а ты всё-таки не безнадёжен, — хмыкнул кэп, одарив меня выразительным взглядом. Ну, как он это умеет — с прищуром и совершенно неподвижной каменной физиономией. — Думаешь, это прямая подстава?

— А ты в этом всё ещё сомневаешься? — отплатил я той же монетой. — Спецом ждали, ур-роды!

— Нас кто-то сдал, — констатировал Рин-сан.

— Не обязательно, — возразил я. — Возможен вариант, что ждали кого-то в принципе, а не конкретно нас с тобой. Из Корпорации, я имею в виду. Заранее схему подготовили.

— А зачем им это?

— Ну… поди, знай. Может, скрыть что-то хотят.

— От кого?

— Если по большому счёту и глобально, то… получается, от Георгия Силина?

— Могли и про тётку твою вызнать.

— Это менее вероятно. Куда логичней дезинформировать Силина-старшего… с другой стороны, если ждали людей из «Э(П)РОНа», значит Вероника Романовна таки засветилась… но тогда получается…

— Эй, Алекс, охолони-ка! Так ты сейчас до вселенской теории заговора додумаешься. Вряд ли «спиридоновцы» до укрывательства киднепперов опустятся. Слишком мелко для них

— Если только Димку не по их заказу похитили.

— Ну сказанул! — хохотнул Рин. — Где Спиридоновы, и где Силины? Да даже Громовы? Масштабы несопоставимы.

— А почему тогда?!

— Ну… поди, знай.

— Спасибо, кэп.

— Всегда к твоим услугам, э!

Вот и поговорили, блин. Рин-сан снова присосался к пивной банке — чисто нервишки полечить, а я с аналогичной целью откинулся на спинку кресла и принялся глубоко и медленно дышать. Продышавшись же, вспомнил о своих непосредственных обязанностях:

— Кумо, что с понтонами?

— Первый, третий и четвёртый успешно пристыковались, у номера второго зафиксированы сбои в системе автопилота.

— Что, совсем никак?

— Пытаюсь устранить проблему, сэр. До завершения процесса семь минут сорок девять секунд… сорок восемь…

— Выведи таймер.

— Есть, сэр.

— Просчитал новый курс?

— Ответ положительный.

— Сколько у меня времени до старта?

— Не менее четверти часа, сэр.

— Вызывай Краузе, буду ценные указания давать. И Владу переправь запись инцидента, пусть проанализирует и начинает рыть.

— Процесс активирован.

Ну, здравствуй, рутина…

Уже много позже… хотя как много? Часа через три где-то, которые пролетели за предстартовыми хлопотами практически незаметно — пока понтоны собрали, пока с номером вторым разобрались, пока на курс легли, пока разогнались… и всё это с оглядкой на мифических «крестов», напророченных Рином — на связь вышел Влад Пахомов собственной персоной. Я как раз погрузился в изучение инфографики по «объёмной триангуляции» — вдруг чего-то упустил, глянул-то мельком, а потом долбаный «Искатель» объявился — так что пришлось снова оторваться от этого архиполезного дела и подтвердить вызов. Надо сказать, до этого момента кэп не дотерпел, ушёл в свою крошечную каютку отсыпаться — не столько от усталости, сколько от количества поглощенного пива — так что в рубке я торчал в гордом одиночестве. Соответственно, и шифроваться не стал, хотя какие, к дьяволу, от Рина секреты?

— Приветствую, шеф, — ухмыльнулся Влад при виде моей помятой физиономии. — Весь в делах и заботах?

— Твоими молитвами, блин! — отбрехался я. — А чего это ты такой подозрительно довольный? Нарыл чего?

— Да как сказать…

— Как есть, так и говори.

— Нарыл много, но всё это множество исключительно косвенное, — признался Пахомов. — Хотя и времени особо не было, пришлось по верхушкам пробежаться. И в первую очередь по тому занятному видео, что ты прислал.

— Ну и чего лыбишься?

— Решаю, с чего лучше начать. С «Искателя», или с Михайлова?

— Давай сначала расклад по лоханке.

— Окей. Начну с главного — это именно тот «Искатель», что был задействован в поиске «Аделаиды». Тогда ему было около пяти лет от роду. С тех давних пор он прошёл две модернизации, но сути это не меняет. Практически новый кораблик, ему ещё летать и летать. Внимание, вопрос: нафига ему целых две модернизации? Прошивки обновил при очередном техобслуживании, кое-какие модули поменял, и гуляй, Вася! Но нет. Судя по отчётам верфи на Сципионе-9, работы каждый раз затягивались на два, а то и два с половиной месяца.

— Да за такой срок проще новое корыто построить, — хмыкнул я. — Что-то сильно палевное прятали?

— Я тоже так подумал. Довольно удобная отмазка: спросят где был, а ответ уже готов — на ремонте. А знаешь, что ещё интересного в этом «Искателе»?

— Да колись уже, не до загадок.

— Модульная компоновка. В нём при желании можно заменить реакторный отсек со всем содержимым. Он, конечно, в силовой каркас вписан, но не намертво, как на всех нормальных кораблях. Муторно, конечно, и долго… больше месяца. Или даже ближе к двум.

— Новый реактор — новая сигнатура, — задумчиво протянул я. — И хрен ты его опознаешь по косвенным признакам, особенно если мельком где-то засветился.

— Именно. Про остальные модули скромно умолчу. Хотя к такому решению я бы на твоём месте присмотрелся, когда созреешь до собственного проекта спасательного судна. Можно, например, на одной силовой схеме собирать и носители понтонов, и вспомогательные «технички». А потом запросто переделывать одни в другие.

— Это пока несущественно, — отмахнулся я. — Лучше Деррику идейку подкинь, чтобы его спецы её обмозговали.

— Как знаешь, — пожал плечами Влад. — Но кораблик, как ни крути, интересный.

— Значит, всё сходится. «Искатель» банальный «решала» клана Спиридоновых. Вернее, его транспорт. Но, как по мне, Михайлов на это гордое звание не тянет. Он скорее подручный «решалы», силовая поддержка. И «говорящая голова» на случай типа нашего. Нервы у парня железные.

— Да уж наверняка! — хохотнул Влад. — Жалко, я ваши с Рином рожи не видел, в кадр вы не попали. Представляю, какой контраст.

— А по самому старлею что-нибудь надыбал? — вернул я разговор в конструктивное русло.

— Именно что кое-что, — вздохнул Пахомов. — Опять же, по верхушкам. Думаю, за сутки-другие раскопаю ещё подробностей, пока же особо похвастаться нечем. Провели экспресс-анализ по фото, поиск по имени почти ничего не дал, за исключением официального досье на портале Спасательной службы. А там особо не распинаются. Имя, звание, должность. Откуда переведён на текущее место. Всё стандартное, никаких особых достижений.

— Фальшивая личность?

— Естественно. По роже-то куда больше интересного всплыло. Этот самый старший лейтенант Михайлов под другими личинами засветился как минимум в десятке сомнительных инцидентов, связанных со «спиридоновцами». Сомнительных в том плане, что там явно заметали следы. Во всех случаях факт «утопления» откровенно притянут за уши, такое ощущение, что «кресты» выдавали за деньги именно такие заключения, которые требовались заказчикам. Из них три случая за период службы Михайлова на «Искателе».

— Собственно, что и требовалось доказать… с Силиным-старшим разговаривал?

— Да, но тот ничего не знает. И он на тебя крепко обижен, Алекс.

— Заслужил, чтоб послали.

— Не за это. Его корёжит, что ты с ним планами не делишься. Сказал — жди, и отчалил. Не привык он, чтобы с ним, главой рода, так обращались. И кто?! Какой-то выскочка! Это его слова, если что.

— Вот видишь, и это он тоже заслужил. Зато этот вариант утечки можем исключить, — заключил я. — На Картахене что?

— Всё перетряхнули, переговоры, записи с камер, е-мейлы… ничего не нашли. Все, кто были в курсе, никого постороннего о твоём маршруте не извещали.

— Получается, Спиридоновы просто страховались? — задумчиво хмыкнул я.

— Получается, — подтвердил Влад.

— А зачем?

— Наверное, знают что-то такое, о чём нежелательно знать посторонним.

— Логично… и что же это?

— А я не волшебник, Алекс, — развел руками Пахомов. — Всё, что узнал, выложил. Сроки, шеф.

— Ладно, рой дальше.

— Э-э-э…

— Чего ещё?

— Хотелось бы конкретики.

— Ну, сказанул так сказанул! — хохотнул я. Но всё же невольно задумался: — Давай-ка, Владик, подойдём к проблеме творчески и масштабно. Проанализируй деятельность Спасательной службы в пределах Протектората Росс… скажем, за последние пять лет. Ищи все подозрительные случаи, и пытайся вычленить что-то общее. Чует мое сердце, что-то здесь нечисто. Не стали бы они светить «решалу», да ещё и проверку на вшивость устраивать, если бы были уверены, что мы ничего подозрительного не нароем.

— Но вы же не нарыли?

— Пока, Влад. Исключительно пока.

— А я вот сомневаюсь… нет, не в твоих способностях, шеф. Уж если кто-то и сможет влезть в самую узкую задницу, невзирая на трудозатраты, так это ты. А в принципиальной возможности хоть что-то нарыть в данном конкретном случае.

— Обоснуй.

— Да я со своей шпионской колокольни… вот скажи мне, Алекс, как проще всего привлечь внимание противника к чему-либо?

— Слить дезу?

— А если такой возможности нет?

— Продемонстрировать активность в нужном месте в нужное время?

— Почти попал. Даже совсем попал, если не акцентироваться на деталях. И в нашем случае очень похоже. Вот нафига светить «Искателя»? Что, нельзя было прислать любое другое корыто? И предлог железный — патрулирование зоны ответственности. Но нет, мало самого факта наличия «Искателя», так тебя ещё и намеренно спровоцировали, едва не протаранив! Для чего? Зачем так рисковать? Лично у меня ответ ровно один: они от тебя чего-то хотят, но не могут об этом сказать открыто.

— Типа, вали, пока цел?

— В том числе.

— Я думаю, ты ошибаешься, Влад.

— Обоснуй.

— Сдаётся мне, тут затевается крупная игра. Если бы дело было в одном лишь «Великане», или даже в похищенном Дмитрии Силине, они бы так заморачиваться не стали. Наоборот, помогли бы, чтобы мы как можно быстрей свалили в космическую тьму и не путались под ногами. А тут наоборот. И у меня сложилось впечатление, что нас пытаются отпугнуть. Не просто проконтролировать, как бы чего не нашли, а именно выдавить из зоны ответственности. Собственно, это у них получилось, но я бы в любом случае отсюда свалил — «Великана» в ближайших окрестностях нет. Но здесь может быть что-то другое, что-то, что мы можем совершенно случайно обнаружить. И это что-то довольно ценное, поэтому «спиридоновцы» сначала запалились, продемонстрировав подозрительную активность, а потом решили, что пусть уж лучше неугомонный Заварзин что-то заподозрит, но в другом месте, желательно подальше.

— Кажется, я улавливаю суть… если связать воедино «затопление» «Великана»…

— Недоказанное.

— … специфику твоей работы и возможности твоего оборудования, прямо-таки напрашивается вывод, что «кресты» мутят что-то в континууме ВП.

— Да уж говори прямо: прячут что-то в «пузырях». Ну-ка, Владик, твоя версия: что можно прятать в подпространстве без возможности это спрятанное извлечь обратно?

— А с чего ты решил, что без возможности?

— Бритва Оккама, например.

— Хм… ну, не знаю. Не плоди сущности — не наш случай. Нельзя сбрасывать со счетов вероятность наличия у противника технической возможности извлекать что-то из подпространства. Пусть с ограничениями, но всё равно. Или ты думаешь, что самый умный? Никто до тебя не догадался с подпространством поиграться?

— Нет, я далёк от мысли.

— Вообще?

— Конкретно этой. И вообще, заткнись, Влад. Я гений. Единственный в своем роде.

— Самокритичненько, — ухмыльнулся тот.

— Короче, повторяю условия задачи: что можно спрятать в подпространственном «пузыре», до которого до недавнего времени никто не мог добраться в принципе?

— Улики?

— Бинго! Осталось только выяснить, какие именно.

— Корабли?

— Логично, но пока что бездоказательно, — вздохнул я. — «Пузырей»-то мы не выявили. Достижимых, я имею в виду. И ещё большой вопрос, что хуже: оставаться в счастливом неведении или разворошить это змеиное гнездо.

— Боишься? — с прищуром покосился на меня Влад.

— Скажем так: опасаюсь. По большей части потому, что не ко времени это всё. Мне Корпорацию развивать надо, вести фундаментальные исследования в области физики подпространства, а я вместо этого «утопленника» ищу. Мало того, ещё и три звена от дела оторвал…

— Последнее в данном случае оправданно, ты так уйму времени сэкономишь. И в одиночку в недружественных секторах мотаться придётся меньше, что тоже немалый плюс.

— Да понимаю! — в сердцах отмахнулся я. — А всё равно муторно. Помяни моё слово, Влад, влезем в неприятности по самое не балуйся.

— С каких это пор ты стал пессимистом, Алекс?

— С тех самых, как стал реалистом.

— Это явно тлетворное влияние Рин-сана. Завязывал бы с этим ниппонцем общаться. Он себе на уме.

— Из твоих уст это слышать особенно странно, — ухмыльнулся я. — Кое-кто излишне циничен.

— Не мы такие, жизнь такая.

— Во-во. А кэп, между прочим, не такой. Знаешь, что он мне предложил, когда я начал Краузе грузить?

— Интересно, откуда бы?

— Ну, может, тот же Краузе наябедничал.

— Напраслину на подчинённых возводите, господин Заварзин.

— Ладно, верю. В общем, кэп порекомендовал заручиться еще и силовой поддержкой. Военные с Картахены отпадают по определению, дядю Германа напрягать не хочется, да и проблемы лишние от клановых вояк, а вот «Спрут» — самое то.

— Ну и кто бы его пригнал? — задался Влад самым очевидным вопросом.

— Не поверишь, я то же самое спросил. И он не моргнув глазом сказал: Рин-тян. Естественно, с командой. Прикинь, оказывается кэп в своих парней верит! Ну и Боба Борисыча.

— Надеюсь, хотя бы Елизавету он не имел в виду?

— Естественно!

— Н-да… я впечатлён. И приятно удивлён. Ну и почему же ты отказался?

— Потому что мы не в «золотом треугольнике». Сам прикинь, как местные отреагируют на «гекса». Задолбаемся объясняться с каждым встречным-поперечным.

— Ну, аргумент такой себе. Зато распугивали бы всех.

— Или отстреливались бы из всех стволов. Не привлекать к себе лишнего внимания, ага. Н — незаметность.

— Да ладно тебе, Алекс! Ты становишься скучным, и, как следствие, предсказуемым.

— Пофиг.

— Ну-ну…

— Короче, ты меня понял. Рой, но старайся не светиться. Нам сейчас абсолютно ни к чему открытая война со Спиридоновыми. Просто не вытянем. Ресурсов потратим уйму, а времени на отвоевание позиций ещё больше.

— То есть пока ищем зацепки, чтобы натравить власти Протектората?

— Или кланы. Похоже, придётся сколачивать альянс. В принципе, я так и так собирался, но года через два примерно. Ненавижу менять планы.

— А я привык, — вздохнул Влад. — Когда всё идет, как запланировано, даже стрёмно становится. Потому что чем дальше, тем крепче уверенность, что случится грандиозный облом. И хорошо, если не фатальный.

— Это ты меня так успокаиваешь, э?

— Ещё скажи «симатта»! — рассмеялся Пахомов. — А ничего, похоже получается. Ладно, дела зовут.

— Бывай.

Окошко с рожей Влада в «дополненной реальности» растаяло, уступив место куче графиков от «триангуляции», но я на них смотрел невидящим взглядом — задумался. О чём? В основном о бренности бытия. Казалось бы, какие, к чёрту, предпосылки для конфронтации со Спиридоновыми? Они есть, и стопроцентные, но в стратегическом плане и в далёкой перспективе. Но чтобы здесь и сейчас? С фига ли, позвольте поинтересоваться? Где Димка Силин, и где Спиридоновы? Как совершенно правильно заметил Рин-сан, не их уровень. Слишком мелко. Тогда в ком дело, если не в пацане? Или, скорее, в чём? Неужели причина всему «Великан»? Банальный грузовик с банальным грузом… на столь же банальном маршруте. И что же здесь могло пойти не так? Вот сиди и думай теперь… и это я ещё не рассматривал вариант, что меня потроллили просто так, из любви к искусству. Чтобы я не расслаблялся, дескать, ужо мы тебя! Этакая демонстрация намерений… и возможностей. Очень своеобразное предупреждение, за такое и по морде выхватить запросто… но как раз в стиле Геннадия Спиридонова. Я, кстати, Влада ещё кое-чем озадачил, а именно: велел проанализировать обстоятельства, при которых пересекались интересы поисковых звеньев Корпорации и судов Спасательной службы. Чисто на всякий случай, чтобы иметь представление о типовой тактике «крестов». И таки да, сегодняшний случай из ряда вон — настолько жёстко, решительно и провокационно «спиридоновцы» по отношению к «эпроновцам» еще не действовали. Следовательно, это предупреждение лично для меня. Осталось только выяснить, для какого именно меня — для главы Корпорации, или конкретного специалиста, задействованного в конкретной миссии? Масштаб события, так сказать. В общем, пищи для размышлений до фига и больше. Зато не скучно будет двое суток куковать на станции мониторинга пространства в квадранте «одиннадцать-ноль семь», куда мы по зрелому размышлению решили прыгнуть, чтобы не торчать в открытом космосе без защиты. Спрашиваете, откуда двое суток? Я же речь о часах вёл? Да очень просто — нужно дождаться подкрепления. Три звена под общим командованием Краузе, лучшие из лучших, элита элит. Куча кораблей и народу, по факту, целая флотилия. И это достаточно серьёзная сила, чтобы заставить держаться подальше всяких там «Искателей». Точка сбора — станция «Гранит-3», ближайшая к той области, где «Великан» должен был сойти со «струны». Собираемся кучей, координируемся и разлетаемся, чтобы сформировать такой же «тетраэдр», как и мои понтоны не так давно. Разве что куда больший, на несколько порядков, я бы сказал. Воистину построение космических масштабов. И «зов» невиданной мощности для «объёмной триангуляции» с невиданной доселе зоной покрытия. Четыре звена, четыре понтона в каждом. Если сработает одно из моих теоретических построений, получим резонансный режим, все дела. Для верности, так сказать. Зачем так напрягаться? Во-первых, экономим время. Во-вторых, обеспечиваем мою безопасность. В-третьих, другого способа засечь «Великана», если тот «затонул» вблизи точки выхода, я просто не знаю. Ну и в-четвертых, я за один «зов» получу достаточно данных, чтобы составить карту «сокровищ» для здоровенного куска пространства, причём в нейтральной зоне. То есть ничейного. То есть такого, где можно невозбранно заниматься «судоподъёмом» в свою пользу. Да, я такой. Меркантильный. И вообще, М — многозадачность, ага.

Ну а Димка… Димка потерпит. Потому что если со мной что-то случится, у него не останется шансов. Никаких. Если он, конечно, ещё жив. Тётке лишние переживания… но и на это аргумент аналогичный — пусть лучше попереживает несколько дней, чем всю оставшуюся жизнь. По-моему, так.

— Кумо, как у нас дела? — оторвался я от размышлений.

— Краузе подтвердил рандеву, капитан Заварзин. Разгон в расчётном режиме. До прыжка один час тринадцать минут шесть секунд… пять… четыре…

— Выведи таймер, — вздохнул я.

И снова не полез в настройки — пусть уж лучше так. Хоть немного отвлекает время от времени. Особенно когда на душе кошки скребут и план далеко не самый лучший. Эх, сейчас бы Ксюху увидеть! Или Алекса-младшего. Да и Лизку тоже… собственно, а что мне мешает?

— Кумо, вызов на Картахену, абонент Элизабет Черноу.

— Процесс активирован, капитан Заварзин.

Глава 3-5

—//-

— Краузе, готов?

— На позиции, герр Алекс.

— Вайс?

— На позиции.

— Терентьев?

— Как штык, командир.

У самого себя запрашивать доклад о готовности мне даже в голову не пришло, а потому я удовлетворённо кивнул и откинулся на спинку кресла — ещё немного, ещё чуть-чуть, и наше нахождение здесь и сейчас обретёт хоть какой-то смысл. И да, вы не ослышались, команду я собрал на загляденье, можно сказать, элиту элит. Тут и Краузе в компании неугомонного Швиммера, и Вайс с Фрицем Шальке, который, стоило лишь перебороть депрессию, превратился в одного из лучших спецов во всей Корпорации, и Терентьев с пятёркой помощников, им самим отобранных из остатков личного состава «Латника»… ну и мы с Рином до кучи. Пришлось поднапрячься и оголить сразу три перспективных участка, но оно того стоило. В потенциале, конечно же. Потому что вот прямо сейчас, уже через несколько секунд, состоится эпохальное событие — проверка на практике методики «объёмной триангуляции в кубе». В смысле, в третьей степени, а не в фигуре «куб». По сути то же самое, что и просто «объёмная триангуляция», только силами двенадцати понтонов — по три от каждого звена. И вместо пространственного построения в виде тетраэдра куда более затейливая схема — правильный икосаэдр, двадцать граней из равносторонних треугольников, плюс двенадцать вершин. Кумо больше суток на вычисления потратил, ещё и по полной загрузив «мозг» «Набата», но всё же рассчитал оптимум для наличных сил. И получилось, что хватит по три единицы «москитов» от борта, плюс один в запасе на всякий пожарный. Я-то все шестнадцать собирался задействовать, а оно вон как вышло. С другой стороны, заняться-то особо нечем было — как я и говорил, ждать подкрепление пришлось около двух суток. А потом ещё почти пятнадцать часов убили, чтобы вывести на позиции понтоны — и не просто вывести, а синхронизировать между собой. Нервов сожгли — жуть! Я, понятно, больше всех, но и остальным досталось. Кроме, само собой, Рин-сана — тот как жрал пиво в промышленных количествах, так и продолжал. Но ему простительно, свою непосредственную функцию, сиречь оберегать одного непоседливого типа во всяких сомнительных ситуациях, он уже выполнил, тем самым полностью оправдав и своё пребывание на «Набате», и объёмы переведённого на борьбу со скукой пойла. Как так? Да случилось тут кое-что… но об этом чуть позже.

Пока же надо ещё раз окинуть взглядом сложную многоуровневую и многоцветную схему, наложенную на карту ближайших окрестностей, вздохнуть для вида, да скомандовать:

— Кумо, запускай.

— Процесс активирован, капитан Заварзин, — незамедлительно отозвался «мини-гекс».

Разговор имел место в «дополненной реальности», сформированной вычислителем «Набата», к которой к тому же подключились командиры звеньев с остальных бортов, поэтому моего помощника услышали все заинтересованные лица. Да и таймер с обратным отсчётом был доступен всем, включая Рина. Впрочем, тот на суету внимания не обращал, поглощённый общением с очередной пивной банкой. Вот честно, никогда не думал, что он может выпивать столько пива и не хмелеть! А ещё у него мочевой пузырь бездонный. Или в него вмонтирован портал в иное измерение, по которому бродилово сливается прямиком в ёмкости какого-нибудь тамошнего бара. Или таверны, не суть. Ничем иным способность кэпа терпеть неудобства я объяснить не мог. Даже поинтересовался пару раз, но Рин мои вопросы игнорировал, только улыбался загадочно. Ну и ладно, не очень-то и хотелось… и без ниппонца забот полон рот, нервяк на нервяке. Так, сколько у нас осталось? Чуть больше трёх минут… и секунды, заразы такие, тянутся в час по чайной ложке. Вот такой незатейливый каламбур, ага. И сердце колотится. Волнуюсь, что ли? Похоже… хотя уже должен бы привыкнуть. Всё-таки второй год на переднем крае науки нахожусь. На острие, так сказать, атаки. По факту, разрабатываю новый раздел физики — физику подпространства. Но ощущения до сих пор не притупляются… хотя данный случай скорее исключение — тут и личная заинтересованность, и баснословная выгода для Корпорации, и стресс… да-да, вы не ослышались. И у меня бывают стрессы. Я же обещал рассказать кое-что? Вот, исправляюсь. Не прошло и пары минут.

… станция мониторинга пространства в квадранте «одиннадцать-ноль семь», в миру известная под именем «Гранит-3», размерами обитаемой части сильно уступала стандартным «миллионникам». Что, впрочем, и немудрено — она тоже транзитная, но с минимальным пассажиропотоком, в основном обслуживала грузовые перевозки. Соответственно, народу на ней проживало на порядки меньше «Саввы Морозова» и впятеро меньше, чем на Картахене — что-то около двадцати тысяч рыл. Всего, включая специалистов, членов их семей, гарнизон Протектората и приезжих. Зато зона стапелей для грузовиков растянулась на десятки километров, при этом пустых стыковочных узлов было куда меньше, чем занятых. Разве что на «парковке» для мелкотоннажников наблюдался паритет. И этому факту я даже обрадовался — не придётся думать, куда приткнуться самому и куда потом пристраивать бравых соратников, которые явятся в силах тяжких. Итого семь бортов. Но даже беглый взгляд на схему без вывода статистики показал, что мои опасения были беспочвенными — места хоть завались. Для транспортных средств, я имею в виду. А вот с размещением в «транзитке» даже нас двоих с Рином возникла заминка: первый же запрос на поисковый сервер показал, что все более-менее удобные «нумера» в шаговой доступности от «парковки» заняты. Я бы, в принципе, и на «Набате» отсиделся, но Рин, которому интерьеры моего кораблика опостылели до крайности, решительно этому воспротивился. Мало того, проявил инициативу — обругал меня по-ниппонски и занялся поиском жилья самолично. И ведь преуспел, что характерно! Пока я маневрировал в зоне швартовки, общался с диспетчерами и аккуратно притирал «Набат» к швартовочной штанге, он умудрился найти целых три варианта. Вот только ни на одном из них не смог остановиться и технично взвалил решение этого вопроса уже на меня. Дескать, вот тебе, Алекс, выбор — думай, у тебя голова большая. А я умываю руки. И умыл, блин! Но и я с проблемой справился блестяще, воспользовавшись проверенным методом трёх «П»: пол — палец — потолок. Так и получилось, что часа через два после стыковки мы обживались в двухместном кубрике гостиницы «Старый бюргер», славной своей пивоварней. Да-да, вы не ослышались. Выбирал я, конечно, методом научного тыка, но кэп мне попросту не оставил шансов на ошибку — во всех трёх вариантах фигурировали слова «пиво» и «крафтовое». Разве что в одном случае подразумевалось пойло немецкое, во втором — чешское, а в третьем — бретонское. Сильно сомневаюсь, что владельцы заведений имели хотя бы отдалённое отношение к сим славным народам, но специализация прослеживалась явно. Лично мне было всё равно, а вот Рин выбором остался доволен — видимо, тоже больше склонялся к проверенным временем пивоваренным традициям дойчей. И из номера свалил максимально быстро, едва лишь убедился, что я устроился хорошо и намерен предаться любимейшему занятию — зубодробительной физике. Ну а чем ещё тут заниматься, не пиво же жрать? Тем более что Кумо уже озадачил, и самому в кустах отсиживаться (фигурально выражаясь, конечно же) не хотелось. Кэп настаивать на моей компании не стал, я его отговаривать от пьянства и излишеств нехороших тоже, а посему мы разошлись, как в космосе корабли. И я настолько увлёкся решением задачи (как раз тогда Кумо обосновывал замену тетраэдра на икосаэдр), что отсутствия напарника не замечал до самого его возвращения далеко за полночь по местному времени. Да и потом бы не заметил, если бы подозрительно трезвый Рин-сан силком не заставил меня лечь спать. Чуть ли не на пинках и подзатыльниках в койку загнал, прямо как маленького. Пришлось подчиниться, и, надо признать, не зря — отдохнул я славно. Сил набрался для очередного погружения в глубины теории физики подпространства, так сказать. Чем, собственно, и занялся на следующее утро, какое-то количество времени потратив на переговоры с соратниками.

Кэп, кстати, свалил куда-то ещё до того, как я проснулся. И вернулся хорошо за полдень, благоухая свежим пивным перегаром и чем-то копчёным и острым. И только тогда я понял, насколько сильно проголодался. А Рин-сан, как выяснилось, и об этом подумал — потому и наведался в номер с похвальным намерением силком вытащить меня на променад. Я особо и не сопротивлялся — только неизменный «бомбер» накинул, да дрэды в пучок подвязал, чтобы не болтались сильно. В остальном же и так сойдёт — комбез с берцами, по сути, универсальная форма на любой случай жизни. Как-то ещё готовиться не было нужды: нравы на станции «Гранит-3» если и отличались от картахенских, то лишь в лучшую сторону. Были… помягче, что ли. Ну, то бишь, по роже и здесь выхватить можно, особенно в кабаках и в портовой зоне, но до больнички вряд ли бы дошло. Про поножовщину и стрельбу и вовсе молчу — всё-таки в цивилизованных местах. Это вам не «золотой треугольник».

Зато и смотреть особо не на что — станция как станция, даже крошечная по моим понятиям. В плане обитаемых площадей. Я так и сказал кэпу, когда он потащил меня… куда-то. Я даже не спрашивал, куда именно. Лишь настоял на первоочередном принятии пищи телесной, и лишь во вторую очередь духовной. Ну а когда плотно перекусил, то даже подобрел и чуток расслабился, позволив Рин-сану увлечь себя в дебри местного порта.

Справедливости ради, прогулка получилась довольно занятной — инфраструктура «Гранита» заметно отличалась от Картахены, так что я узнал много нового. А ещё выяснилось, что вчера весь вечер и сегодня первую половину дня кэп не только жрал пиво, но ещё и проводил разведку. Ну и контактами обзаводился попутно, где совершенно новыми, а где и старые связи восстанавливал, или общался с местными, ссылаясь на общих знакомых. В общем, показал мастер-класс. Я даже почти не ныл по поводу основной работы — Кумо шуршал по полной, да и вычислитель «Набата» был загружен процентов на девяносто построением различных математических моделей «объёмной триангуляции». Да-да, мы с «мини-гексом» перестраховщики. И получилось как в древней пословице — солдат спит, служба идёт. Задал вектор, нарезал задачи, нажал кнопку «старт», и гуляй, Вася. Больше ничего от тебя не зависит, дорогой товарищ Алекс. Разве что можешь столбиком пару-тройку уравнений попытаться решить. Но как раз вот это дудки.

И всё бы ничего, но уже ближе к концу нашего вояжа, когда мы с кэпом, утомлённые, но в приподнятом настроении, топали по одной из самых оживлённых палуб транзитного сектора, нос к носу столкнулись… с кем бы вы думали? Правильно, со старшим лейтенантом Михайловым. Тем самым, вахтенным офицером патрульного судна «Искатель», долбаным шутником.

Признаться, я не сразу осознал, кого именно вижу. Подумаешь, парень в форменном комбезе и тёмно-синем «бомбере»… да тут таких каждый пятый, а то и четвёртый. Экипажный состав, все дела. Я же уже говорил, что «бомбер» для космического бродяги почти что удостоверение личности? Нет? Ну вот, говорю. По фасону, цвету и нашивкам можно легко определить его профессиональную принадлежность и заслуги. Соответственно, такие вот пилотские куртки носили с гордостью и шиком… по крайней мере, те, кому скрывать нечего. Как мы с Рином, например. Или как тот же Михайлов… тоже с напарником, между прочим. Вернее, если судить по благообразной внешности и седине (ну ещё по нашивкам и погонам), старшим начальником — как бы не старпомом с «Искателя». Вряд ли с капитаном, хотя и такую вероятность исключать нельзя… впрочем, это уже детали.

Главное, что встреча стала неожиданностью для нас обоих. Да и Рин изрядно удивился, когда я вдруг резко ускорился и рванул к Михайлову, что твой боевой пёс. Тот, к слову, отплатил той же монетой — нам хватило единственного повторного взгляда, чтобы понять: назад пути нет. Здесь и сейчас, невзирая на последствия. Ровно по три шага, и сшибка — мгновенная, почти неуловимая для глаза. Вот только я оказался чуть проворней и предвосхитил кросс Михайлова собственным джебом. Что характерно, попал, и попал хорошо — прямо в нос. И на рефлексах добил оверхэндом, свернув старлею челюсть. Жаль, ещё коленом достать не получилось — почти дотянулся, но тут кто-то с чудовищной силой рванул меня за ворот расхристанного «бомбера», и я чуть не растележился. Хорошо хоть, рука у Рина (а это, как вы уже догадались, был он) оказалась крепкая, удержал за шкирку, как нашкодившего кота. А опавшего Михайлова успел подхватить его спутник, так что на нас почти никто внимания не обратил — как шёл народ мимо, так и шёл, не задерживаясь. Я, естественно, попытался рыпнуться, но кэп вздёрнул меня на ноги и взял на хитрый болевой захват, так что пришлось смириться с собственной незавидной участью. А ведь так хотелось дорваться до врага и исступленно месить его ногами! С огромным, непередаваемым удовольствием… которого я однозначно лишился. Чёртов Рин! Обидно же…

— Уймись, симатта! — прорычал тот мне в ухо.

И руку чуть сильнее заломил, заставив меня зашипеть от боли. Которая, кстати, отрезвила не хуже ведра холодной воды.

— Кэп, п-пусти…

— Не будешь больше буянить?

— Н-не… ф-фух…

— Ты чего вообще взбесился?! — Рин чуть ослабил хватку, но совсем отпускать не стал.

Очень, кстати, предусмотрительно с его стороны.

— Как чего?! — изумился я. — А ты его не узнал, что ли?!

— Э-э-э… господа?

А это ещё кто там блеет? Спутник Михайлова? Судя по погонам, майор, или, что вернее, капитан третьего ранга. Если к «спиридоновцам» в принципе применимы флотские звания, в чём я лично сомневаюсь… частники они и есть частники, и плевать, что традиции и более чем двухвековая история. Не убедите меня в обратном.

— Вы что-то хотели, э? — усилив залом, пресёк кэп мою попытку возбухать.

Моё шипение он, естественно, проигнорировал.

— Даже и не знаю, что сказать, — покачал головой кап-3. Судя по гримасе, ситуация его порядочно напрягала. — Не соизволите ли объясниться? С чего вдруг такая агрессия?

— А вы не в курсе? — удивился Рин. Правда, по его каменной роже определить это мог только я. Впрочем, и голоса хватило. — Ваш молодой… э-э-э… коллега не рассказал?

— О чём?

— Понятно… уважаемый, не знаю вашего имени…

— Капитан третьего ранга Курицын, старший помощник капитана, патрульное судно «Искатель», — склонил голову офицер. — Честь имею.

— Сугивара Риндзи, капитан тральщика «Спрут», — отрекомендовался Рин, воспользовавшись официальной личиной, прописанной во всех документах. — А этот молодой человек, — в очередной раз усилил нажим на мою многострадальную конечность кэп, — Алекс Заварзин, капитан буксира «Набат». Мы с ним недавно участвовали в одном, хм, инциденте. Хотя вы, возможно, сочли его не более чем смешной шуткой. Теперь припоминаете?

Судя по вытянувшейся роже Курицына, тот вспомнил. И осознал. А ещё взгляд отвёл, чем целиком и полностью себя выдал.

— Надеюсь, вы понимаете, Курицын-сан, что в ваших интересах увести с наших глаз долой вашего… спутника? Я своего долго не удержу, — кивнул на меня Рин-сан. — Пары минут вам хватит?

— Я постараюсь, — просипел Курицын.

— И ещё одно.

— Я внимательно слушаю.

— Надеюсь, скандал раздувать не будем? Обойдёмся без участия полиции?

— Естественно, — хмыкнул кап-3 и закинул себе на шею руку всё ещё «плывущего» после пропущенных плюх подопечного. — Пойдем, Митя… да, господа, и постарайтесь впредь избегать встречи с нами. По возможности везде.

— С превеликим удовольствием, — ухмыльнулся Рин-сан. — Но это далеко не всегда зависит исключительно от нас. Случаи бывают разные.

Подтекст он понял не хуже меня. Да что там не хуже! Я сильно подозреваю, что лучше. И просчитал последствия шагов на десять вперёд. И это минимум. А посему я предпочёл не рыпаться и покорно побрёл рядом с кэпом. Да и выбора не было — из захвата он меня всё ещё не выпустил. Так, кстати, до «Старого бюргера» и добрели.

И если вы думаете, что на этом инцидент был исчерпан, то сильно ошибаетесь. В номере Рин устроил разбор полётов — предельно жёсткий и безжалостный. До сих пор вспоминаю с дрожью.

Ругался он минут десять, не меньше. Причём исключительно по-ниппонски — видимо, русский показался ему недостаточно выразительным, или просто материться не хотел вслух. Предположение же, что он таким образом берёг мою психику, не выдерживало никакой критики — уж кэп-то стесняться не стал бы. Тем более кого — меня! Я же, как нетрудно догадаться, вину не признавал — рухнул в кресло, как только получил такую возможность, и сверлил вышагивавшего по кубрику туда-сюда Рина твёрдым взглядом без малейших признаков раскаяния. Кстати, дождался: утомившись, кэп остановился и в свою очередь уставился на меня, скорчив свою неизменную каменную рожу. На людей непривычных действует безотказно — в ста процентах случаев объект подобного воздействия уже через несколько секунд начинал боязливо съёживаться и пытаться слиться с окружением, лишь бы грозный ниппонец упустил его из вида. Со мной же не прокатило — я тупо привык. В этот раз тоже, ага. Я бестрепетно принял вызов, и мы играли в «гляделки», пока мне это попросту не надоело. И только тогда я с вызовом выпалил:

— Чего?!

— Того, симатта! — не остался в долгу Рин-сан. — Алекс, ты вообще думаешь, прежде чем что-то сделать?

— Почти всегда, — хмыкнул я. И уточнил: — Если есть такая возможность.

— То есть ты хочешь сказать, что в этот раз возможности не было?

— Сам же видел, — пожал я плечами.

— А ты хотя бы на мгновение не задался вопросом, как так вообще вышло?! — не сдержавшись, рявкнул кэп.

— Случайно, — снова пожал я плечами.

Ну а что тут ещё скажешь? Реально случайно. Я это по роже Михайлова понял. И по его же взгляду. Может, они и собирались нам подгадить, но не в тот конкретный момент. Мы их планы, допускаю что невольно, но нарушили. И вспышка гнева с моей стороны вполне оправдана. Собственно, так я кэпу и заявил.

— С фига ли?! — снова возмутился тот. — Алекс, ну сколько тебя ещё учить самообладанию?! Рэнсома на тебя натравить, что ли?!

— Не тронь Степаныча, ему не до меня, — перебил я Рина. — А насчёт моего поведения… кэп, ну сам подумай: как ещё я должен был отреагировать, чтобы моя реакция выглядела естественной?! На дуэль этого урода вызвать, что ли?

— Ну, это ты загнул, — немного смягчился мой соратник. — Хотя очень может быть, что они что-то такое и планировали, когда на станции высаживались.

— В таком случае они меня очень плохо знают.

— Согласен. Но это и хорошо — пока что мы опережаем противника. Ненамного, но хотя бы так. И в этом наше преимущество.

— И вообще, расслабился бы ты, кэп. Всё путем. Я считаю, что нам очень повезло наткнуться на «крестов» вот так, чисто случайно. Они ведь тоже не сообразили, как реагировать. Кап-3 на меня даже не навёлся, а Михайлову я просто не оставил выбора.

— Хм… вроде бы логично.

— Почему вроде бы?

— Потому что с чего ты вообще решил, что они за нами припёрлись?

— А за кем ещё?!

— Может, просто по работе.

— Ага, рассказывай! Самому-то не смешно?

— Алекс, ты, конечно, дофига умный, но данную вероятность я бы не отбрасывал.

— А как по мне, то такой вариант можно не рассматривать в принципе. Потому что в этом случае нам бы ничего не грозило. В смысле, со стороны «спиридоновцев». Но если включить нашу обычную паранойю, то обстановка выглядит не столь радужно. Выглядела. А теперь мы им все планы спутали — это раз. И ещё знаем, что «Искатель» ошивается где-то поблизости — это два.

— Кто предупреждён, тот вооружён? — понятливо ухмыльнулся Рин.

— Именно! Будем теперь по станции ходить с оглядкой. А ещё я Кумо напрягу, чтобы он выяснил, где они обосновались. Можно ещё врезаться в систему видеонаблюдения и отслеживать хотя бы того же Михайлова. Ни за что не поверю, что у Влада подходящих наработок нет. Поделится, куда он денется!

— Что ж, это радует.

— Что?

— Зачатки разума в твоей голове, симатта! Ф-фух… успокойся, Рин, осталось чуть больше суток… это немного… ты возьмёшь себя в руки и не убьёшь этого тупого гайдзина…

Ага, кэп начал сеанс аутотренинга, не постеснявшись меня. И это хорошо — он теперь перешёл в боевой режим и повторения сегодняшнего инцидента попросту не допустит. Потому что будет теперь бдить в режиме двадцать четыре на семь. А когда Рин переходит в этот режим, это страшно. Мне Рин-тян рассказала, а ей, как человеку с опытом, можно верить…

Справедливости ради надо отметить, что превращение Рина из сибаритствующего лентяя в насторожённого телохрана сыграло нам на пользу — никого из команды «Искателя» мы больше не видели. И не потому, что всё время торчали в гостинице. Вовсе нет — активность мы даже повысили. Вот только бдительность при этом утроили, а ещё я воплотил в жизнь все свои намерения касательно Кумо, Влада и системы наблюдения. Так и вышло, что нежелательных контактов удалось благополучно избежать. Мало того, ещё и постепенно прибывающих соратников от провокаций оградили. А таковые, если верить людям Пахомова, были вполне вероятны — соответствующую активность они засекали. Да и мой «мини-гекс» не дремал. Плюс железная дисциплина в звеньях — никто из личного состава даже не заикнулся о посещении станции. Даже с командирами мы встречались непосредственно в портовом секторе. И это тоже нас спасло. Ну а потом мы, наконец, покинули гостеприимный «Гранит», переместились в квадрант «одиннадцать-ноль семь» в составе полноценной флотилии и приступили к своим непосредственным обязанностям.

Мешать нам, кстати, никто не пытался — так, засекли на порядочном отдалении пару посудин, в одной из которых опознали «Искателя», но те не приближались. Просто наблюдали. Мы этого запретить, понятно, не могли — не было к тому никаких оснований — но наличие вероятного противника учитывали. И очень кстати оказались незадействованные в «триангуляции» понтоны: мы их выставили в качестве заслонов, активировав в прыжковых генераторах режим «брандера». Перестраховались, причём исключительно по настоянию Рин-сана. Я-то был уверен, что повторно на «психическую» атаку «спиридоновцы» не решатся. Но голосу разума внял.

— Процесс завершён, капитан Заварзин, — вывел меня из задумчиво-созерцательного состояния голос Кумо. — Приступаю к анализу данных. До завершения процесса сорок три минуты девятнадцать секунд… восемнадцать секунд… семнадцать…

— Выведи таймер, — облегчённо выдохнул я. — И в первую очередь дай раскладку по «Великану». Остальное вторично.

— Принял, сэр. До завершения процесса девять минут одиннадцать секунд…

— Таймер!

— Есть, сэр.

Ну вот, совсем чуть-чуть осталось подождать, и станет ясно, есть у нас надежда, или всё, приплыли…

Глава 4-1

Глава 4

— Анализ данных завершён, капитан Заварзин. Вывести инфографику?

— Валяй, — вздохнул я. — И сразу главное давай.

Ну а чего? Извёлся весь за эти несчастные несколько минут. Можно сказать, вот он, момент истины. Сейчас всё решится. И от этого боязно. С другой стороны, смысл время тянуть?..

— Подпространственных «пузырей», соответствующих по параметрам барже «Великан», в обозримом секторе не обнаружено, сэр.

М-мать… как будто оборвалось что-то внутри. И горло в раз пересохло. Вот уж не думал, что такая реакция будет. Кто мне, по сути, Димка Силин? Да никто, я с ним даже не знаком. Двоюродный брат. Тёткин сын, в общем. И всё. А вот гляди ж ты!..

— Ты чего расклеился, э?! — как нельзя вовремя влез кэп. — Алекс, я разве этому тебя учил?! А ну, соберись, тряпка-кун!

— Ты забыл сказать «симатта», — скривился я. Но, тем не менее, в руки себя взял и окинул внимательным взглядом очередную порцию зубодробительных графиков. — Кумо, ты уверен?

— Практически.

— Хм… то есть вероятность ошибки присутствует?

— Такая вероятность присутствует всегда, сэр.

— Технично отмазался… ладно, давай внимательней глянем… так, выведи все «пузыри» в районе схода со «струны».

— Процесс активирован.

— Занятно… ни одного. Ладно, тогда давай во всей зоне действия «зова».

— Процесс активирован. Выявлено семь «пузырей» на досягаемых «глубинах». Параметры соответствуют среднетоннажным грузовым судам.

— По времени «утопления» сможешь продифференцировать?

— Ответ отрицательный, капитан Заварзин.

— Тогда шерсти базы, ищи упоминания об исчезнувших в этой зоне бортах.

— За какой период, сэр?

— За год. Потом за два. И далее по нарастающей, лет до… до тридцати хотя бы.

— Вы собираетесь интерполировать архивные данные на текущую картину, капитан Заварзин?

— А ты возражаешь?

— Никак нет, сэр. Это более чем логичный шаг.

— А ты его слушай чаще, э! — поддержал меня Рин.

После пары пива и относительно удачного завершения процедуры он пребывал в благодушном настроении, и это больше всего напрягало.

— В общем, работай, Кумо. Отправь заодно запрос Владу. Надо поднять как можно больше архивов, секретных в том числе.

— Каковы ограничения по времени, сэр?

— Сколько понадобится, столько и рой, — в очередной раз тяжко вздохнув, приказал я. — Ничего не поделать. Лучше сейчас сутки потерять, чем потом кусать локти. Дополнительные вычислительные мощности нужны?

— Я уже задействовал кластер флотилии, капитан Заварзин.

— Молодец. И передай приказ по бортам: разбить построение, собраться вокруг флагмана. Резервные понтоны в режим «брандеров».

— Думаешь, сунутся? — с сомнением буркнул Рин-сан.

— Да кто их знает… может, решат, что мы что-то ценное нашли. А так поостерегутся лезть.

— А мы нашли? — уточнил кэп.

— Ну, как тебе сказать… основной цели не достигли, судя по всему. Свежих «пузырей» подходящего размера нет, значит, вряд ли «Великан» «затонул» в ближайших окрестностях. Зато нашли семь потенциальных объектов для «подъёма». Если выяснится, что на них могло быть что-то ценное, озадачу Краузе с Вайсом, пусть трудятся. Благо зона нейтральная, законных оснований помешать нам нет.

— И это всё, что ты можешь сказать?

— А ты чего-то ещё ждал? — удивился я.

— Конечно! Давай, колись.

— В плане? Всё, что знал, выдал, остальное научная хрень.

— То есть получилось?

— А сам не видишь, что ли?

— Да я, если честно, до хрена чего вижу. Чёрточки всякие, точечки, пятнышки, мазки какие-то…

— Какие ещё мазки?

— Странные, — недоумённо зыркнул на меня кэп. — Разноцветные. А ты что, не видишь, что ли?

— Не-а… Кумо, у нас с капитаном Рином разные настройки отображения «дополненной реальности»?

— Ответ положительный, сэр.

— А почему?

— Вы сами приказали вывести инфографику.

— Ну да, точно… давай картинку, максимально приближённую к реальности.

— Процесс активирован.

Хм… легче не стало. Пропали шкалы, графики и прочая дребедень, зато появился объёмный и насквозь абстрактный узор.

— Добавь пояснения.

— Есть, сэр.

Ага, вроде теперь норм. Собственно, если приглядеться, то можно и на глаз основное выделить, разве что привычка нужна. А ещё надо быть внимательным к деталям и обладать очень развитым воображением. Вот они, «пузыри». А это, я так полагаю, Граница. Тусклые пятна — закрывшиеся «пуповины», причём вот эти, образующие упорядоченную пространственную структуру, явно от наших понтонов. Пятна чуть более размытые — следы схода со «струн» судов нашей же мини-флотилии. А картинка-то красноречивая! Сколько дополнительных данных! Одиночные «погружения» с «зовом» такую не дают. Получается, эффекты от нескольких генераторов каким-то образом накладываются друг на друга и тем самым усиливаются?..

Это однозначно нужно обмозговать. Но потом, в спокойной обстановке. Пока же может помочь банальный мозговой штурм. А посему…

— Кумо, режим видеоконференции. Я, Краузе, Вайс и Терентьев.

— Принято, капитан Заварзин. Процесс активирован. Процесс завершён.

Да я как бы и сам уже вижу… быстро коллеги отозвались, кстати, и лица очень заинтересованные. Я бы даже сказал, изнывающие от любопытства. Ну да, точно — Кумо же на себя все инфопотоки замкнул, чтобы на посторонние дела не отвлекаться.

— Что там, Алекс? — не выдержал первым Терентьев.

— Да, мне тоже интересно, — поддержал коллегу Краузе.

Вайс, как самый уравновешенный, сдержался, но взгляд его говорил лучше всяких слов.

— Ловите картинку, парни. Три минуты на анализ, потом краткое заключение, — озадачил я соратников.

Обычное дело в нашей честной компании. Так сказать, экспресс-методика. Тоже в своё время Степаныч подсказал. Суть в том, что за столь короткое время в пучины теоретизирования провалиться очень трудно, можно лишь выцепить самые основные моменты. Которые обычно и являются ключевыми в последующем теоретическом обосновании. Плюс все люди разные, восприятие, соответственно, тоже, так что с расширением круга участников шансы на вычленение чего-то важного лишь повышаются. Один заметил одно, другой — другое. Потом обменялись мнениями, и — вуаля! — готов вывод. Зачастую далеко не самый очевидный. И именно по этой причине я не стал выводить на общий экран инфографику, ограничился реальной картинкой.

Впрочем, коллегам и её хватило с запасом. Выделенные на размышления три минуты прошли в сосредоточенной тишине, которую затем нарушил всё тот же Терентьев — он уже давно занял позицию негласного лидера среди экипажей поисковых звеньев. Сравниться с ним по авторитету мог разве что Ценкер, но у того круг задач совершенно иной, он обеспечивал жизнедеятельность нашей мобильной базы, сиречь «Латника».

— Это реально что-то новенькое, Алекс. И на порядок более информативное, чем все прежние методики.

— Кто бы спорил, — хмыкнул я. — А по существу что?

— Ну… чисто на первый взгляд я бы выделил… скажем, три слоя отображения информации. Вот и вот, — воспользовавшись удалённым доступом, отметил Терентьев на экране перечисленные объекты, — думаю, никто не будет спорить — это уже нам известные заросшие «пуповины» плюс «пузыри». Но вот эти «хвосты» у «пуповин»… раньше мы их не улавливали. По моим прикидкам, это некий след, типа турбулентности, взбудораженный континуум ВП и «круги на воде» по Границе. И сдаётся мне, по ним можно определить курс корабля.

— Согласен, — кивнул Вайс.

— Звучит логично, — заключил и Краузе.

— Мы с Кумо пришли к аналогичному выводу, — известил я коллег. — Так, Ваня, ты вроде про три слоя говорил. Один есть. Дальше?

— Да, три слоя, — задумался вслух Терентьев. — Я их разделил по… длительности воздействия, так скажем. Вот это вот всё, очевидно, следы нашей недавней деятельности. Вот траектории и «пуповины» понтонов — они самые яркие и чёткие, вот это — корабли-носители… тоже вполне различимые. А вот всё остальное, особенно «пузыри», это уже дела давно минувших дней.

— Насколько давно?

— Без понятия, Алекс. От недель до десятилетий.

— Господа? — поднял я взгляд на Краузе и Вайса.

— Согласен с Гансом, — буркнул первый, а второй молча кивнул.

Ха, ролями поменялись! Но это тоже у них бывает, особенно когда волнуются, так что всё нормально.

— Итого свежие «следы» и «пуповины», плюс «пузыри». Два слоя, — подвёл я итог. — Третий?

— «Мазки» все видят? — уточнил на всякий случай Терентьев. — Хорошо. Вот они и есть. Но я не могу понять, что это.

— Так может это просто особенности топографии континуума ВП в проекции на пространство ПВ? — предположил я. — Естественные образования, так сказать.

— Вряд ли, — покачал головой Вайс. — Будь так, они бы располагались равномерно по всей зоне охвата «зова».

— Принимается. Твоё предположение?

— Не знаю, герр Алекс.

— А если?.. — начал Краузе, но замолчал, задумавшись.

— Что?! — встрепенулся я.

— Нет, не поймаю мысль… что-то такое крутится в голове… есть сходство с чем-то…

— Колись уже, камрад!

— Если бы всё было так просто, Алекс… я смотрю на… вот это вот всё, и возникают какие-то смутные ассоциации… есть некое сходство.

— Между чем и чем, симатта?! — не сдержался я.

— Тебе бы, Алекс, поменьше с кэпом якшаться, — озабоченно хмыкнул Терентьев. — Плохому он тебя учит…

— Я понял! Короче, «пуповины», «следы» и вот эти мазки… если бы это был холст, я бы сказал, что они одной кистью нанесены, — разродился Краузе, избавив меня от необходимости отбрехиваться.

Чёрт, а ведь верно! И, кажется, я мысль подчинённого уловил. И поймал за хвост, хе-хе.

— Я тебя понял, камрад. И хочу развить твою ассоциацию. Вань, как ты там сказал, турбулентность? Это она и есть, только в привязке к Границе. Это, коллеги, следы от старых «пуповин», просто расплывшиеся и потерявшие резкость. И обязаны мы их появлением… расширению Вселенной. Собственно «пуповины» остаются на месте относительно крупных масс вещества поблизости, но они смещаются вместе с нашей Галактикой… вот это вот всё. Не буду углубляться в дебри теории.

— Похоже на правду, — поддержал меня Краузе. — Но, тогда получается… мы теперь можем отслеживать относительно старые проколы континуума ПВ? Отслеживать траектории прыжков?

— Бинго! Можешь, камрад, когда хочешь. Правда, хочешь очень редко.

— Да ладно тебе, — засмущался Краузе. — Я же даже толком мысль сформулировать не смог.

— Мне хватило, — пожал я плечами. — Так что назовём это явление эффектом Заварзина-Краузе.

— Э-э-э… даже не знаю, что и сказать…

— Спасибо? — подсказал я.

— Наверное…

— Очередная проблема на афедрон, — буркнул Вайс, невольно выручив коллегу из неловкого положения.

— В плане? — вскинулся я.

— Это же теперь придётся отдельную разведслужбу формировать, — развил мысль дойч. — Не будем же мы вот так каждый раз звенья от оплаченной работы отрывать? Следовательно, нужно специализированное подразделение. Четыре вымпела минимум.

— Нужно, — кивнул я. И с прищуром покосился на соратника: — И я уже знаю, кто её возглавит.

— Доннерветтер!

— Да ладно тебе прибедняться, — поддержал Вайса Терентьев. — Пора уже расти, нефиг за спиной у Краузе прятаться.

— Да ну вас к чертям!..

— Что ж, благодарю, коллеги, за результативную работу, — прервал я не успевшую разгореться дружескую свару. — Кумо даст вам доступ ко всему инфомассиву, подумайте на досуге. Я тоже обмозгую получше. Повторный мозговой штурм устроим… часов через пять примерно. Я дам знать.

— Хорошо, — высказался за всех Терентьев. — Текущая задача?

— Наблюдать, охранять, пресекать. «Спиридоновцы» неспроста поблизости крутятся.

— Есть, — чуть ли не козырнул Терентьев. — Разрешите выполнять?

— Ага.

Озадаченные коллеги один за другим отключились, а я, посчитав, что у «мини-гекса» было уже достаточно времени, вернулся к прежним делам и хлопотам:

— Кумо, что там по «пузырям»?

— Есть совпадения, капитан Заварзин, — с готовностью отозвался тот. — Вот этот «пузырь» предположительно содержит транспортник «Урания», пропал два года назад в текущем районе, — выделил «мини-гекс» цветом одно из самых ярких пятен. — Груз — промышленное оборудование. Эти два — контейнеровозы «Утес» и «Скала», пропали одновременно семь лет назад. Судя по расположению «пузырей», прыжковый генератор одного из кораблей дал сбой, а второе судно попало в зону действия и не сумело удержаться в континууме ПВ. Перевозили товары народного потребления широкой номенклатуры, в общей сложности две с половиной тысячи пунктов по грузовой ведомости. Оставшиеся четыре объекта в открытых базах за последние тридцать лет не фигурируют. Искать дальше?

— Конечно! — подтвердил я, воодушевленный первым успехом — добыча намечается весьма богатая. Хоть что-то, раз уж основной цели мы не достигли. — Кстати, что скажешь о наших с коллегами домыслах? Вот на эти «следы» внимание обратил?

— Ответ положительный, капитан Заварзин. Я, как и вы, предполагаю, что они от наших понтонов. А те, что потусклее, от кораблей-носителей.

— А «мазки»?

— Провожу анализ трафика за последний год, сэр. Процесс активирован… процесс завершён. Ваша с капитаном Краузе гипотеза подтверждена. Обнаружены следы схода с прыжковых траекторий в количестве трёхсот сорока семи. Идентифицированы по базам данных семьдесят девять. Самый старый идентифицированный след образовался пятьдесят суток назад.

— Ты по времени привязку делал, что ли?

— Нет. По расчётным курсам и траекториям схода со «струны». Для более старых следов расхождение с официальными данными превышает тридцать процентов.

— То есть шанс угадать два к одному, даже чуть больше… недурно.

— Слишком велика вероятность пересечения траекторий, сэр. Я проанализировал «следы» по внешним признакам. Вывод очевиден: со временем «след» размывается, и восстановить путь судна с достаточной точностью не получается.

— Цветовая градация?

— Не только. Ещё и форма.

— Вижу… точно «турбулентность», только «взбаламучен» сам континуум, а не атмосфера.

— То есть вот эти мазки — «следы» кораблей? И это всё меньше чем за два месяца? — хмыкнул Рин-сан, до того ориентировавшийся только на слух, а потому и не вмешивавшийся в нашу с коллегами беседу. И то верно, много ли по моему бурчанию определишь? — А ничего тут трафик, оживлённый.

— Это тебе не наша Картахена, кэп. А представь, что творится в зоне того же «Саввы Морозова»?

— Красиво, видимо.

— Кто о чём, а Рин об эстетике, — усмехнулся я. — Самурай хренов. Или это на тебя пиво так подействовало?

— Завидуй молча, э! И вообще, если бы не я, ты бы на эту важную деталь забил.

— Это вряд ли… просто гораздо позже внимание обратил.

— Я и говорю — забил!

— Ладно, думай, как хочешь! Кумо… чёрт! А ведь это идея.

— Я вас слушаю, капитан Заварзин.

— Сможешь выделить «след» «Великана»?

— Ответ отрицательный.

— В смысле?!

— В обозримом пространстве отсутствует «след» подходящей конфигурации, сэр.

— Та-а-ак… Рин, ты думаешь то же, что и я?

— А чего тут думать? Кто-то явно водит нас за нос, — ухмыльнулся кэп. Даже скорее не ухмыльнулся, а скорчил что-то вроде злобной рожи, не предвещавшей ничего хорошего загадочному пройдохе. — Если, конечно, кое-кому верить.

— Я хотя бы раз дал вам повод усомниться в моих аналитических способностях, капитан Сугивара?

— Не обижайся на кэпа, Кумо, — вовремя пресёк я намечающуюся свару. — Он пива перебрал. Но тогда получается…

— Вот именно, симатта! Нас пустили по ложному следу!

— Вот гадство…

— Привыкай, э! Жизнь та ещё сука.

— Так, Кумо, новая вводная, — заговорил я, проигнорировав кэпа. — Бросай все силы на детальный анализ результатов «триангуляции». Когда сможешь дать полный расклад?

— Расширенный анализ займёт от трёх до семи часов, капитан Заварзин.

— Значит, придётся поскучать. Кэп, пиво ещё осталось?

— Есть немного.

— Тащи.

— А тебе зачем? — подозрительно уставился на меня Рин-сан.

— Думать будем, — пояснил я. — Парней скоро нужно будет отпускать… или не отпускать, по ситуации. Но если придётся и дальше торчать здесь, то лучше уж толпой — так хоть «спиридоновцы» не сунутся. Кстати, как они там?

— Маневрируют на достаточном удалении, сэр. Капитан Терентьев их немного пугнул.

— Молоток, — заочно похвалил я соратника. — Хоть на кого-то можно положиться, а то шагу без согласования сделать не могут. Пусть продолжают в том же духе. Оповести по флотилии.

— Принято, капитан Заварзин.

— Кэп, хорош жрать пиво, ты мне нужен в адекватном состоянии.

— Опять мозговой штурм? Это я люблю, симатта!

— Кумо, вызывай Влада.

— Процесс активирован, сэр.

Ну вот и хорошо.

Спрашиваете, чего хорошего? Да на первый взгляд вроде бы и ничего — «Великана» не нашли, стало быть, либо взорвался он (что вряд ли, станция мониторинга такой энерговыброс засекла бы), либо «затонул» на недоступной «глубине». Причём конкретно в этот раз, с учётом новой схемы «триангуляции», охват увеличился на порядок. И получается, что надежды нет. Но в противовес этому всему зафиксировано отсутствие «следа» схода с траектории. И это говорит… о чём? Правильно — «Великан» в квадрант «одиннадцать-ноль семь» попросту не прибыл. Если, конечно, Кумо не ошибся в выкладках. В первый раз всё-таки данные такого типа обрабатывал. Но, как мне подсказывал опыт, если уже при первом приближении обнаружились совпадения, то более тщательный анализ однозначно подтвердит гипотезу. А потому её можно смело брать в разработку. Осталось только со следующим шагом определиться. И я так подозреваю, что тут очень ко двору придутся профессиональные навыки как Рина, так и Влада Пахомова. Ещё бы Степаныча припахать, но это уже лишка будет. Разве что если в тупике окажемся, придётся его привлечь — свежий взгляд, да ещё и со стороны, не помешает.

— Алекс Владу, — сформировался в «дополненной реальности» экран с Владовой рожей.

— На связи.

— Что-то случилось?

— Случилось, — кивнул я. — Только мы ещё сами не поняли, что именно.

— Люблю загадки, — хмыкнул Пахомов.

— Я тоже. И вот тебе ещё одна: некое судно честно разогналось, легло на курс и ушло на «струну», о чём имеется соответствующая запись в реестре станции мониторинга пространства. Но в пункт назначения не прибыло, о чём недвусмысленно свидетельствуют данные уже другой станции мониторинга.

— И чего же тут загадочного? «Утонуло» твоё судно во время прыжка.

— Если бы всё было так просто… но в районе «прыжка» «пуповина» не обнаружена, следовательно, прыжок был совершён. И завершён, что характерно.

— Значит, «провалилось» сразу по выходу.

— «Пузырь» не обнаружен.

— Ну, фиг знает тогда… версию с «всплытием» где-то внутри радиуса прыжка озвучивать?

— По данным Спасательной службы Протектората Росс искомое судно не обнаружено.

— Давай свою версию, — сдался Влад.

— А у меня её тоже нет, — огорошил я его. — Вернее, у меня их несколько. Но есть ключевой момент: полученные в результате применения новой методики «сканирования» подпространства данные позволяют утверждать, что схода со «струны» по заданной траектории в районе прибытия не было.

— А это что-то новенькое… ты для этого столько народу от работы оторвал?

— Не оторвал, а привлёк к решению более важной задачи.

— Да мне-то всё равно, — рассмеялся Пахомов. — Степаныч бурчит, да и Деррик недоволен. Упущенная прибыль, все дела.

— Это их прямая обязанность — бухтеть по поводу и без. Так что скажешь насчёт вариантов?

— То есть ты утверждаешь, что искомый борт в прыжок ушёл, потом благополучно из него вышел, но в заданном районе не появился?

— Именно.

— Тогда нас кто-то конкретно парит.

— А я так и говорил, э! — поддержал Влада вернувшийся с камбуза Рин. — Вопрос в том, кто именно.

— Ну, вариантов-то немного…

— Станция раз и станция два, — принялся я перечислять, перебив собеседника. — «Спиридоновцы», которые искали «утопленника» внутри радиуса прыжка. Или наши собственные приборы.

— Ну и какой тебе больше всего нравится? А, Алекс?

— Я вообще-то именно тебе собирался этот вопрос задать, Влад.

— Технично отмазался, э!

— Как по мне, все они равновероятны, — включил профессионала Пахомов. — Есть возможность повторно обследовать район старта? По новой методике, а?

— Не хотелось бы, — поморщился я. — Слишком много там посторонних глаз. Запалимся.

— А так, можно подумать, не запалились.

— Тут сейчас только «спиридоновцы» в окрестностях ошиваются. А там глазеют все, кому не лень.

— Ладно… тогда остаётся вариант оперативной работы. Рин, сумеешь обеспечить?

— Мне разорваться, что ли?

— Я думаю, начинать надо всё же со стартовой зоны. Если баржу кто-то увёл намеренно, то маскировать должен был именно разгонный курс. А кто это может сделать?

— Однозначно кто-то из персонала со станции мониторинга, — озвучил я, наконец, основную версию. — Кто-то куплен. Вопрос только, кем.

— Ну да, ищи, кому выгодно, — кивнул Влад. — То есть принимаем за основу? Проверяем стартовую зону?

— Пожалуй. Начинай копать, время у тебя есть. Мы тут ещё часов десять примерно проторчим, потом уже рванём. Так что плюс-минус сутки в твоём распоряжении.

— Окей. Подкрепление нужно?

— Вряд ли. Оставим на подстраховку одну из «техничек», остальные займутся делом. А мы шуметь не собираемся, так что перебьёмся своими силами. С тебя информационная поддержка.

— Принял.

— Ты, кстати, сделал, что я тебя просил?

— Ты про подозрительные случаи в зоне ответственности «спиридоновцев»? — уточнил Пахомов.

— Угу.

— Фронт работ ещё есть, но кое-что накопали, предварительные выводы сделать можно.

— Сформируй отчёт и пришли мне. Почитаю на досуге.

— Окей. Чтиво, кстати, довольно увлекательное будет. У тебя всё?

— Нет, ещё одно. Бери в разработку легенду для прикрытия. Данные по станции Кумо сейчас переправит.

— Хотите действовать скрытно?

— Да где уж там! Запалились по полной, так что даже пытаться нечего. Работать будем под своими именами, нужен обоснуй для доступа к диспетчерам и данным службы мониторинга.

— Официально вряд ли получится, — засомневался Влад.

— Тогда ломай базы. И начинай уже сейчас, чем быстрее мы на месте управимся, тем лучше.

— Хорошо. Ещё что-то?

— Пока всё. Бывай.

— Счастливо.

Влад отключился, и большую часть «дополненной реальности» снова заняла «абстракция» с результатами «объёмной триангуляции». Впрочем, ничего нового я там уже высмотреть не мог, а потому предпочёл её свернуть, вернув на законное место интерьер полупустой рубки «Набата». И сразу же наткнулся взглядом на каменную физиономию Рина.

— Ты чего это, кэп? — насторожился я.

— Настраиваюсь на работу, — буркнул тот.

— Что-то слишком серьёзно…

— Какая работа, такой и настрой. Рекомендую подготовить личное оружие. И броник тоже.

Ха, а ведь он это всерьёз! Хотя… чему я удивляюсь? Понятно, что рубилова и стрельбы хотелось бы избежать, но в глубине души я был уверен, что надежды эти тщетны. Ни разу ещё не получалось обойтись без крови, когда речь заходила о противниках-людях. С природой ещё как-то, а вот с человеками — фигушки.

— Рин, мы не в «золотом треугольнике».

— Вот как раз это и пугает, э! И вообще, давай-ка договоримся так: на станции главный я. А ты делаешь только то, что я скажу.

— Боюсь, в этом случае местная полиция разорится на мешках для трупов.

— Зато есть вероятность, что нас не грохнут в процессе, и нам удастся унести ноги, — парировал кэп. — Короче, «кольт» почисти и бронежилет подготовь. Плохо, что не получится в нормальных скафандрах работать, на станции не поймут-с.

— Да ты маньяк, кэп!

— Зато живой до сих пор. Не спорь, симатта! И вали-ка из рубки, мне кое с кем посекретничать нужно.

Глава 4-2

—//-

Как оказалось, насчёт порядка подчинения кэп не шутил. Совсем. Вообще. Ситуация, в принципе, отнюдь не нова — помнится, сразу после бегства с родного «Саввы Морозова» я оказался в схожем положении, даже хуже, поскольку был уверен, что Степаныч погиб. Это, если кто запамятовал, имело место на оставшейся для меня безымянной станции Ивановых-Перовских, спустя пять суток и целую жизнь после ретирады. Да и Рин тогда был всего лишь незнакомым ниппонцем, зверски расправившимся с моими преследователями, и которому пришлось довериться исключительно в силу безысходности. Деваться мне было некуда с космической станции, ага. Зато сейчас совсем другое дело! Даже забавно — в кои то веки можно было просто плыть по течению, во всём положившись на соратника. Ибо оправдано сие на сто процентов — Рин-сан одного поля ягода с незабвенным Савелием Степанычем. А тот, на секундочку, дока в шпионских делах. Интриги, слухи, расследования — вот это всё. Плюс тайные убийства, подставы и прочие «невинные» шалости. А ещё недюжинные навыки оперативной работы. Так и получилось, что я просто расслабился и приготовился получать удовольствие, заодно набираясь ума-разума.

Правда, кое-чему меня тот же Степаныч во времена оны научил, так что кэп со мной почти не мучился — просто кратко озвучил «легенду», заготовленную Владом Пахомовым, перечислил основные контакты (снова Владова заслуга) на случай, если — и вдруг — придётся действовать самостоятельно, да экипировку с оружием проверил. С последним справился особенно быстро — было бы что проверять, блин! Неизменный комбез со всеми положенными по технике безопасности прибамбасами, кое-где усиленный пластиковыми вставками, «бомбер» и бейсболка типа той, что мне когда-то Милашка Дрю подогнала. И которая (бейсболка, не Милашка) меня не спасла от банального гоп-стопа. Но всё равно, пусть будет. Вкупе со связанными в пучок дрэдами довольно неплохая защита от ударов по затылку. Ну и оружие — старый добрый «кольт» под девятимиллиметровый патрон, замаскированный под плазмер фирмы «H&P». В смысле, накладки на рукояти, чтобы казалось, что в кобуре именно плазмер, а не огнестрельный самопал. Смертельный сюрприз, как показала практика. И это несмотря на сильно ограниченный боезапас. Сам кэп экипировался похожим образом — впечатлившись моим рассказом о расправе над бандой некоего Саффолка, Рин-сан тоже прибарахлился, воспользовавшись услугами «чёрного рынка». А боеприпасами нас снабжал Боб Борисыч, он же механик Мягков со «Спрута». Тот самый, которому Рин зарплату платил. Халява, сэр. Плюс неизменная пара мечей-вакидзаси в потайных ножнах.

Что самое смешное, ни наш «холодняк», ни огнестрел не подпадали под запрет на ношение оружия на густонаселённых станциях. С плазмерами такой фокус однозначно не прошёл бы, пришлось бы их менять на банальные парализаторы. А так прокатило — сканер-рамка в «отстойнике» при пассажирском терминале даже не пикнул. Секьюрити, правда, слегка на нас покосился, но тут виной скорее экзотическая для Протектората Росс внешность капитана Рина. И его же зверская рожа — кэп изволили развлекаться. Ну а чего? Пива не попьёшь, работать надо. Так почему бы и не прикинуться якудзой пополам с демоном-они, пугая народ?

Кстати, по этой же причине — ввиду моей собственной известности и приметности дорогого капитана — мы даже не пытались замаскироваться или выдать себя за кого-то другого. А также в немалой степени из-за того, что «Набат», внесённый во все мыслимые реестры (так сказать, побочка от легализации Корпорации), уж точно не замаскируешь. Круче эффект был бы, только если бы мы припёрлись на кэповом «Спруте». И с учётом этого обстоятельства аналитики из команды Влада разработали прикрытие. Согласно «легенде», мы с кэпом наведались на станцию «Истра», номинально принадлежавшую клану Громовых, с целью, банальной до невозможности — установление деловых контактов. Разве что с небольшим дополнением: контакты нас интересовали исключительно, как бы это помягче, неофициальные. И не самые законные. Короче, мы искали выход на контрабандистов и работающих с ними барыг. Зачем? Так элементарно! Нам же тоже нужно сбывать хабар, который мы с «утопленников» забираем. Скажете, раньше как-то обходились? Тот же Степаныч что-то с подпольными аукционами на «чёрном рынке» мутил? Да помню я, помню. Но вот какая штука — знали об этом обстоятельстве очень немногие. Я, Рин, сам Степаныч да Деррик. Так что ничего подозрительного в нашем намерении на взгляд заинтересованных лиц не было. Наоборот, многие бы задумались, если бы мы в конце концов не предприняли подобную попытку. Как минимум, за душевнобольных приняли. Можно сказать, поздно опомнились. Но и этот момент мы с кэпом могли объяснить: да, опоздали. Да, долго думали. Да, дураки. Потому что могли бы уже целый год грести лопатой неучтённый доход. А мы вместо этого работали официально. Надеялись, что нам за это кланы или власти Протектората хотя бы спасибо скажут. Или будут благодарны. Да, вот такие мы наивные. Были. А теперь перестали. И доказательством тому наш текущий вояж, тем более, такая оказия — всё равно неподалёку от «Истры» по делам шатаемся. Влад не поленился нам даже некий расклад выдать по расходникам, чтобы мы знали, что конкретно можем предложить местным «бизнесменам», но я в дебри «левой» отчётности лезть не пожелал, скормил файл Кумо. А вот кэп реально заморочился. Знаю, знаю — плохо, что не проявляю инициативу. Вернее, почти не проявляю. Но передо мной такой задачи и не стоит, моё дело мотать на ус, прикрывать Рина и думать наперёд. Потому что Рин-сан тактик. А вот стратегия уже полностью моя вотчина. Потому что дофига умный, ага. Это кэп так сказал, и я не стал с ним спорить. Толку-то? Проще согласиться. Ну и эффективней, куда же без этого.

Вот так и получилось, что уже через сутки после испытания методики «объёмной триангуляции в кубе» мой «Набат» пришвартовался к громовской «Истре». И надо сказать, эта станция не чета «Граниту-3». Тут впору сравнивать с «Саввой Морозовым» (в который уже раз)! До Картахены по уровню отмороженности населения и философского отношения к законам не дотягивала, но с нашей точки зрения в текущей ситуации это скорее минус. Шифроваться придётся с удвоенной силой. Это вам не это, как выразился кэп. Тут не наш картахенский Порт, тут беспредельничать нужно с оглядкой. В основном на полицию, а эта организация в цивилизованных местах шутить не любит. И знаете, в чём главный парадокс? При всей своей внешней законопослушности, станция «Истра» — главный оплот контрабандистов целого сектора. И это даже логично: вести тёмные делишки куда удобнее, когда не опасаешься удара в спину или выстрела в затылок. Насквозь незаконные сделки заключались в шикарных кабинетах, либо в не менее шикарных ресторанах. В крайнем случае, просто в офисах складских комплексов. И да, тут существовала чёткая градация: чем масштабней афёра или злоупотребление, тем выше кабинет. Уровень складов — это уже, можно сказать, «розничная» торговля. «Опт» же мутился в местных горних высях. Впрочем, нам так высоко лезть нужды не было, нас для начала вполне устраивал более-менее надёжный «розничный» делец. Наше дело маленькое — первичный контакт установить. Да и не стал бы никто из сильных мира сего с нами разговаривать, ибо мы пока что никто и звать нас никак. Доказать сначала надо, что с нами можно иметь бизнес. Ну а если докажем, то большие люди сами к нам придут. И мы их, конечно же, пошлём. К Деррику, ага. Ну а ещё «Истра» занимала крайне выгодное пространственное положение, замыкая на себя контроль сразу над четырьмя межклановыми трассами. Естественно, и станция мониторинга на ней располагалась мощнейшая как в техническом плане, так и по персоналу. Вот как в таких условиях не превратиться в главный оплот контрабандистов? По-моему, никак.

И вы правы, данная вылазка тоже с подоплёкой и даже двойным дном. Уж если приходится пускаться на ухищрения, то почему бы попутно не решить сопутствующие задачи? Выход на контрабандистов уже давно напрашивался. Единственный канал сбыта не есть хорошо, как бы мы с дядей Германом ни относились друг к другу. Ещё и поэтому я не стал спорить с Владом, приняв «легенду» без малейшей критики. Да и грех не воспользоваться кэпом, раз уж он сам вызвался.

Единственный минус в текущей обстановке — миссия грозила затянуться на неопределённое время. Понятно, если предоставить событиям идти своим чередом и задавшись целью именно установления долгосрочных деловых отношений. Этого мы себе по известной причине позволить не могли, а потому заранее запланировали форс-мажор вкупе с бардаком и хаосом. Влад, впрочем, и это учёл, загодя направив на «Истру» своих спецов — пару «силовик-аналитик». Да-да, вы правы, подчищать за нами с кэпом. В том, что придётся кое-кому сделать сначала страшно, а потом ещё и больно (либо наоборот, по ситуации), не сомневался не только Рин, но и я сам. Зная Рина, конечно же. Но даже силовое противодействие с поножовщиной и стрельбой должно было пойти нам на пользу — так сказать, поднять авторитет на недосягаемую высоту в глазах одних, и опустить ниже плинтуса в глазах других. С конкретикой позже разберёмся.

Но это всё потом, в перспективе. Пока же мы с кэпом были заняты неизбежной рутиной: парковкой, высадкой на станцию, прохождением таможни в пассажирском «отстойнике» и заселением в гостиницу средней руки. Именно в таком порядке. Убили на всё про всё часа полтора, не успев за это время привыкнуть к своеобразному поведению местных: на нас никто не обращал внимания. Секьюрити у «рамки» не в счёт, тому по должности положено. А вот все остальные упорно делали вид, что ничего в нас особенного нет. Подумаешь, космические волки! Подумаешь, у одного внешность зверско-экзотическая! И что? Мы, люди с «Истры», славимся толерантностью. Читай — одинаково не любим всех, и пришлых, и местных, но успешно это скрываем за дежурными улыбками. Потому что ничего личного, просто бизнес. Да и себе дороже любопытство проявлять.

И Рин-сан, едва мы расположились в просторном номере с двумя спальнями — почти люксе, охарактеризовал «истринцев» одним ёмким и метким словом:

— Фальшивки!

Ну и неизменное «симатта!» добавить не забыл. Для усиления эффекта, так сказать.

— Да забей, кэп, — попытался я утихомирить напарника. — Нам с ними детей не крестить. И на брудершафт не пить.

— Ещё чего не хватало! — нахмурился Рин-сан. Просто нахмурился, без зверского выражения — передо мной-то чего выпендриваться? Вот он и не выпендривался. — Но ты прав, Алекс. Нам на них плевать, как и им на нас. Деррика только жалко.

— Нашёл, кого жалеть! — хохотнул я. — Он таких насквозь видит и на половом органе вертит. Он только рад будет.

— Да, я тоже заметил, что у него наклонности странные.

— Просто таких не жалко. И уважать их тоже не за что. Ничего личного, просто бизнес.

— Вот из-за этого я и начинаю людей ненавидеть, — буркнул Рин. — Периодически.

— Да? — удивлённо вздёрнул я бровь. — А мне казалось, что человеконенавистничество твоё перманентное состояние.

— Не, это уже наглый поклёп, симатта! — отпёрся Рин-сан. — Периодически отпускает. Я даже с тобой нормально общаться могу.

— Ну спасибо.

— Кушай, не обляпайся, э! И вообще, выметайся из кресла, нам пора.

— Что, уже?! Пожрать бы не мешало.

— Заодно и пожрёшь, первый контакт у нас в ресторане.

— Пожрёшь? В ресторане? — усомнился я. — Может, лучше в заведение попроще заглянуть предварительно? Пельмешек навернуть, или стейк…

— Алекс, блин! Вот скажи, мы сейчас где?

— В отеле.

— Уверен?

— Э-э-э… на вывеске было написано «отель».

— А по факту? — обвёл кэп широким жестом комнату, выполнявшую функции общего зала.

— А по факту гостиница, — вынужденно признал я правоту напарника.

— Вот и с рестораном точно так же, — добил меня Рин. — Ты вообще вводную читал? Смотрел рекомендации Влада?

— Мельком.

— Вот именно, что мельком! — обвиняюще ткнул мне пальцем в нос кэп. — Ещё скажи, что гостиницу эту выбрали случайно!

— Тоже Влад порекомендовал?

— Нет, это уже мои старые связи сработали.

— Ага! Адреса, явки, пароли! Обожаю шпионов!

— Не ёрничай. Чтоб ты знал, мне пришлось влезть в долги, чтобы получить рекомендацию.

— Надеюсь, долги финансовые?

— Если бы!

Н-да… что-то рановато я расслабился. Но Рин сам виноват — нечего было расхолаживать, задвигая на второстепенную роль. С другой стороны, обмолвка многозначительная.

— То есть у тебя уже есть план? — вопросительно уставился я на кэпа. — Влад в курсе?

— Влад не в курсе. Но его рекомендации я тоже учёл.

— Опасаешься утечек?! — напрягся я.

— И это тоже, — кивнул Рин. — Но лишь в малой степени, сугубо по привычке.

— А в чём тогда смысл?

— Не хочу гадить тем, кто придёт после нас. И от имени Влада.

— Та-а-ак… — Я снова рухнул в кресло и демонстративно уставился на соратника: — Ну-ка, кэп, колись! Что задумал?

— Демонстрацию возможностей, — сдался Рин после непродолжительного раунда игры в «гляделки». — И намерений. Второе приоритетней.

— То есть ты всерьёз намерен устроить здесь шухер?

— Иначе никак. Бояться не будут, а уважать тем более.

— То есть однозначно силовой вариант?

— Единственно возможный в наших условиях. Политесы разводить некогда. Переговорный процесс возьмут на себя парни Влада, когда мы с тобой уже свалим в космическую тьму.

— Типа, если не хотите повторного визита этих отморозков, договаривайтесь с нами?

— Примерно.

— Силён, кэп!

— Рэнсом меня полностью поддержал. И велел передать тебе кое-что на словах, если ты будешь упорствовать в своем чистоплюйстве.

— Ну-ка, ну-ка…

— Он сказал следующее: «Сударь, если подходящие условия для переговоров отсутствуют, не грех обеспечить их самому».

— То есть мы сейчас, как мелкие рэкетиры, вломимся к кому-то в офис, отметелим там всех, возможно, кого-то порежем или пристрелим, а потом уже станем разговаривать?

— Очень грубая аналогия, но в принципе верная. Пойми, Алекс, от нас ждут стандартного поведения — ведь это мы пришли к ним с деловым предложением, а не наоборот. Но нам-то на самом деле на бизнес плевать…

— Эй! Я бы попросил! А Деррика удар бы хватил, если бы он это услышал!

— Не обманывай себя, симатта! Ты вообще повёлся на бабьи слёзы. И насквозь иррациональный долг крови.

— Вот умеешь ты, Рин, настроение испортить…

— А ты не возникай. Короче, здесь и сейчас нас не интересует бизнес, у нас конкретное дело. И добиваться цели мы будем очень жёсткими методами. Естественно, разъяснив остальным причину такого нашего поведения. И свалим. А потом вместо нас придут вежливые парни с дежурными улыбками, которые не будут бить морды и простреливать коленки, зато предложат взаимовыгодное сотрудничество. Как думаешь, какая будет реакция у местных?

— Могут и привалить, — озабоченно нахмурился я.

— Могут. Но вряд ли. Потому что смысла нет. А вот контраст будет разительный.

— Кнут и пряник, блин! И почему в этом мире ничего не меняется?

— Потому что люди всегда одинаковые…

— … скоты?

— Этого я не говорил.

— Зато подумал!

Тут уж Рин не нашёл, что возразить, а потому просто промолчал. Зато возражение нашлось у меня:

— Э-э-э… кэп?

— Чего?

— А как это вяжется с нашей стратегией?

— Великолепно вяжется, симатта! И вообще, отстань. Встреча у нас как раз с тем му… э-э-э… чудаком, на которого ты указал.

Хм… а ведь верно… пожалуй, Рин снова прав — если план прокатит, наш первый фигурант примется за дело с куда большим рвением, нежели я рассчитывал. Что за фигурант, спрашиваете? Да так, всего лишь начальник смены со станции мониторинга пространства. Да-да, той самой, на дежурство которой пришёлся предпрыжковый разгон «Великана». И это именно стратегия, то бишь моя вотчина. И один из единичных примеров моего влияния на ситуацию. Можно было, конечно, назначить целью кого-нибудь помельче, например, диспетчера, непосредственно отслеживавшего «Великана», но его личность предварительно нужно установить, что лишние хлопоты. Поэтому я решил не мелочиться и взять за задницу главного, а именно, начальника. Ни за что не поверю, что тот не в курсе делишек своих подчиненных. Чисто по логике, должен что-то знать. Конечно, без конкретики, в общих чертах, чтобы не подставляться по-крупному, но основные моменты ему известны однозначно. По этой причине я и выдвинул ультиматум Рину с Владом — в первую очередь мы общаемся с Ефимом Егоровичем Лоськовым, человеком несомненных достоинств, аристократом и бывшим военным… интендантом. Согласен, гремучая смесь.

— Ну и почему он? — ожидаемо буркнул кэп тогда.

Влад же благоразумно промолчал, но на его роже отчётливо читалось любопытство. Даже на экране в «дополненной реальности», ага.

— Потому что он — ключ.

— К чему, симатта?!

— Он ключ доступа к базам данных системы мониторинга пространства, — закончил я мысль, с торжеством покосившись на соратников.

Впрочем, это самое торжество я попытался хоть немного скрыть, в чём, если верить тем же соратникам с кислыми рожами, особо не преуспел.

— Ну и зачем нам это? — нахмурился Рин.

— Затем, что наша главная цель — восстановить траекторию разгона и скорость перед прыжком баржи «Великан». Поправьте меня, если я не прав.

Ага, молчание знак согласия.

— Ну и как вы думаете, где эти данные хранятся? — продолжил я после небольшой паузы. — Вряд ли непосредственный исполнитель запомнил эту кучу цифр.

— Подсознание всё помнит, — счёл нужным потрепыхаться Влад.

— То есть ты предлагаешь нам выяснить, кто конкретно вёл «Великана», потом его похитить, потом найти подпольного «мозгокрута» и только затем получить хоть какие-то сведения? — уточнил я, глядя Пахомову в глаза. — Не исключено, что отрывочные?

— Лажа, согласен, — отвёл взгляд тот. Но сразу же перешёл в контратаку: — А твой план чем лучше?

— Много чем, — хмыкнул я, переключив внимание на кэпа — с Владом уже всё ясно, он сдался, а выделывался чисто для вида. — Во-первых, не нужно искать виновника. По-любому главный в смене знает, что его подчинённые вытворяют. Потому что без его попустительства замести следы попросту не получится — главный ключ доступа у него. Соответственно, знает, что и как чистится. А мы с вами, коллеги, в свою очередь знаем, что данные уничтожить безвозвратно без физического разрушения носителя весьма проблематично. Подтверди, Влад.

— Угу.

— Во-вторых, конкретно его винить не в чем, кроме халатности. Так что не думаю, что он будет особо запираться, когда его возьмут за яйца. Ведь от него-то что требуется? Всего лишь поделиться несколькими цифрами. Всё. Остальное не его ума дело.

— Я бы поспорил, — покачал головой Рин. — Ты, Алекс, сейчас описал идеальный вариант, а в жизни такие случаются крайне редко. Придётся как минимум бить, как максимум — тащить к тому же «мозгокруту», а в случае с большой шишкой и последствия будут куда серьёзней.

— Ты прав, кэп. Но мы до такого доводить и не будем. Влад?

— А?

— Ты можешь через Кумо дистанционно провернуть такой же трюк, как с «нейром» небезызвестной госпожи Эмили Бойер?

— Ну-у-у… чисто теоретически… а что это нам даст?

— Кумо? — технично отмазался я.

— Если я внедрю в «нейр» объекта свою лайт-версию, то возьму его под полный контроль, капитан Пахомов.

Да, мой питомец всех, облечённых какой-либо властью, предпочитал величать «капитанами». И в случае с Владом это идеальный вариант — у главы СБ Корпорации звания как такового не было, зато саму службу можно рассматривать как самостоятельное подразделение, сиречь отряд. А командиров таких отрядов в земном Средневековье именно что «капитанами» и называли. Л — логика! И даже не машинная, если учесть происхождение моего «мини-гекса».

— О! — сразу же засиял Влад. — А ведь это… весьма перспективно, да. А памяти в твоем «нейре» хватит, Алекс?

— Подцеплю дополнительный модуль, — отмахнулся я. — Это вообще не проблема. А копия Кумо ещё более порезанная, чем на наших «спасателях».

— Более чем, — подтвердил и сам виновник торжества. — Функционал у неё не такой широкий, поэтому есть возможность ограничить объём «цифрового тела».

— Пожалуй, лучше и не придумать ничего, — заключил Пахомов. — Кэп, не спорь. Поправка Алекса принимается. Основная цель — доступ к базам данных службы мониторинга.

— А с чего вы вообще решили, что этого будет достаточно? — высказался таки кэп. — Ну, подсадили вы ему в «нейр» жучка. Дальше что?

— Рано или поздно он полезет в систему, а там вообще дело техники, — пожал я плечами. — Влад, ты ведь поможешь Кумо?

— Если обеспечите стабильный канал передачи данных, вообще без вопросов, — заверил тот.

— Вот видишь, кэп, всё против тебя. Придётся снова скучать. Либо заняться бизнесом, на твой выбор.

— Ладно, симатта! Я всё понял. Но полагаться только на, кх-м, всякие сомнительные штуки я бы не стал.

— Воля твоя, кэп. Считаешь нужным подстраховаться — флаг в руки. Разрабатывай план. Во всём, кроме первого пункта, ты волен.

На том, собственно, и сошлись. И вот теперь, почти сутки спустя, пришло время пожинать плоды собственной недальновидности. Вот кто мог предположить, что затейливая мысль кэпа свернёт настолько не туда? Наверное, кто угодно, кроме нас с Владом. Лыко и мочало, начинай сначала…

— Кэп, и всё же. Зачем нам лишний шум?

— Затем, что твой голубчик Лоськов должен обделаться лёгким испугом. И налажать.

— То есть ты думаешь, что наша, э-э-э, активность по поводу «Великана» спровоцирует его на необдуманные действия?

— Если мы донесём до него простую мысль, что хотим примерно наказать виновника, такое развитие ситуации более чем вероятно.

— Кэп, а по-человечески?

— Да ссыкло он! — рыкнул Рин. — Ну-ка, напомни мне, где он служил до «Истры»?

— В армии?

— Точно, э! А кем?

— М-мать… — До меня только сейчас дошла вся гениальность задумки кэпа. — Интендант… ни фига не боевой офицер, а обычный тыловой барыга. Зверь пуганый. Рин, ты монстр!

— То-то же, симатта! Если мы предельно ясно дадим понять, что ожидает виновных, он психанёт. И попытается ещё раз подтереть базы. И этим, несомненно, воспользуется наш цифровой друг.

— Вы совершенно правы, капитан Сугивара, — подтвердил Кумо. Сейчас, в обстановке, приближенной к боевой, он постоянно находился на связи и с кэпом тоже. — Осталось воплотить в жизнь первый этап.

— Будь наготове, а уж мы тебе возможность обеспечим, э!

— Я это учту, капитан Сугивара. Но должен предупредить, что процесс может занять довольно много времени.

— Уж это мы тебе точно обеспечим, — успокоил я «мини-гекса». — Ты только таймер вывести не забудь, чтобы мы ориентировались.

— Принято, сэр.

— Значит, так и решим. — Я выпростался из кресла, вздохнул и поинтересовался: — Что стоим, кого ждём?..

— Ждём подтверждения от контакта, — не повёлся кэп. И сразу же скривил губы в ухмылке: — Есть! Пошли, симатта, надо ещё перекусить успеть, а то потом не до жратвы будет.

Глава 4-3

—//-

Рин как в воду глядел — потом действительно стало не до жратвы, потому что счёт пошёл если не на минуты, так уж на часы точно. Если честно, график у нас получился настолько плотный, что я едва успевал следить за сменой локаций. Но до того, как и намеревались, мы плотно перекусили в ресторане «Ганимед», заявившись туда за полчаса до назначенной встречи. Естественно, обошлись дежурными блюдами и напитками, причём кэп настоял на полностью безалкогольной трапезе — ладно я, без вина обошёлся, так он и сам даже пива не заказал, давился чаем. Вернее, тем, что в этом заведении под ним понимали. Я, кстати, не решился, заказал кофе, о чём тоже пожалел. Но это всё лирика, главное, жорево оказалось более-менее приличным и сытным, а остальное несущественные детали. Ну и обслуживание на высшем уровне в плане скорости. А в остальном кэп оказался прав — как вывеска «отель» на нашем временном обиталище подразумевала банальную гостиницу, так и под гордым званием «ресторан» скрывалось кафе-столовая в хорошем смысле этого слова. Разве что гостю нашему «Ганимед» оказался не по чину, что прекрасно читалось на его лице. Хотя, будь моя воля, я бы скорей употребил бы что-то типа «хитрой морды»: Ефим Егорович Лоськов целиком и полностью отвечал моим представлениям о вороватом армейском интенданте. Вроде бы и габаритами не поражал, но весь какой-то лоснящийся, с заметным пузом, одновременно и вальяжный, и суетливый, но самое главное — гуттаперчевая маска вместо лица, одинаково быстро способная как засочиться высокомерием, так и выразить подобострастие, буде придётся столкнуться со старшим по званию. Скользкий тип, в общем. Я на таких уже насмотрелся досыта, а потому предпочитал дистанцироваться, свалив общение с ними на Деррика и Степаныча. А теперь вот, получается, на капитана Рина.

Тот и взял инициативу в свои руки, едва разглядев заявившегося в общий зал барыгу. Знаю, что ещё ничего не доказано, но видели бы вы его рожу! Мне лично одного взгляда хватило, чтобы уткнуться в пустую тарелку. Иначе, боюсь, не сдержал бы злорадной ухмылки.

— Господин, э-э-э, Сугивара? — осведомился Лоськов, убедившись, что кроме нас двоих описанию, полученному в приглашении, никто из присутствующих в зале не соответствует.

Ладно хоть не от входа, не поленился поближе подойти, переборов брезгливость.

— Он самый, э! — выдал свою самую приветливую улыбку кэп. Не спорю, жутковатую, но это дело привычки. — Капитан Сугивара Риндзи, к вашим услугам. Присаживайтесь, господин Лоськов. Или можно по имени отчеству?

— Извольте, — снизошёл тот до обеих просьб кэпа. — А вы очень неплохо владеете росским.

— Жизнь заставила, — вздохнул Рин. — Обитаю, знаете ли, в таких местах, где без вашего языка никуда. Хоть он и труден преизрядно.

— Пожалуй, вы правы, — поддакнул на ходу переобувшийся барыга. — Признаться, я не сразу поверил, что вы именно тот, о ком я думал. Это было… неожиданно, скажем так.

— Это было только логично, — снова улыбнулся кэп. — Уж если вести дела, то с лучшими.

— Но позвольте… я всего лишь скромный диспетчер.

— Полноте вам, Ефим Егорович, — барственно отмахнулся Рин. — Не скромничайте. И не принимайте на свой счёт всё вот это, — обвёл он широким жестом зал. — Вы как никто другой должны понимать, что нам с Алексом пока что по статусу не положено вести дела в более высокоуровневых заведениях. Надо заслужить. И доказать.

— Люблю прагматичный подход, — покивал Лоськов. — Так что же уважаемые господа хотят от скромного диспетчера?

— А что же это вы, дорогой Ефим Егорович, так резко к делам? — озадачился кэп.

— За вас поручились уважаемые люди, — пояснил барыга. — И особенно просили не разводить политесов и не тянуть время.

— Узнаю почерк старого друга, э! Ну раз к делу, то к делу. Нас с коллегой… кстати, вы знакомы?

— Не имел чести лично, — прищурился Лоськов, как бы впервые меня разглядев. — Но имя этого молодого человека мне хорошо известно. Ещё и поэтому меня удивил ваш выбор места для переговоров, господа. Вы с вашим статусом могли бы выбрать любое заведение в «аптауне».

— Скромность — лучшая добродетель самурая, — процитировал я кэпа, напустив на себя суровый вид. Каюсь, специально, иначе бы просто расхохотался — до того меня веселил барыга. — Да и наверняка поговорку про свой устав и чужой монастырь знаете, Ефим Егорович.

— Знаю, как же не знать, Алексей?..

— Александрович. Заварзин моя фамилия. Капитан буксира «Набат». Ну и по совместительству основной акционер и глава совета директоров Корпорации «Э(П)РОН».

— А вот сейчас вы ещё больше меня запутали, господа, — напрягся Лоськов. — Чем же я могу быть вам полезен?

— Известно чем — связями, — успокоил барыгу кэп, злобно на меня зыркнув — мол, нефиг пугать клиента. — И доступом к неким, скажем так, специфическим услугам по сопровождению грузов.

— Понимаю, — склонил голову Лоськов. — Только, боюсь, вы не совсем по адресу, господа. У меня есть… как бы помягче… э-э-э… начальство. И его пожелания в приоритете.

— Так мы и не претендуем на первоочерёдность наших задач! — развёл руками Рин. — Нам важно принципиальное согласие с вашей стороны. А уж мы под ваш график как-нибудь подстроимся. Первое время, естественно. До тех пор, как… ну, вы меня понимаете.

Ещё бы он не понимал! Судя по едва сдерживаемой торжествующей ухмылке, Лоськов уже почти уверился, что поймал за хвост птицу-удачу. Подумать только! Такой клиент, и напрямую обратился! Понятно, что с «крышей» придётся делиться, а то и полностью отдать контроль над грузопотоком, но даже того факта, что можно оседлать канал связи, более чем достаточно, чтобы возбудиться. И так-то человек нужный, а уж если заделаться посредником аж целой Корпорации, у которой «левого» товара как у дурака фантиков, то это ж какие перспективы открываются!

— А позвольте поинтересоваться, господа, — взял себя в руки Лоськов, — о масштабах… э-э-э… сотрудничества?

— На первых порах, я думаю, пара-тройка проводок в месяц, — сказал Рин. — Может, чуть реже. Надеюсь, это вас не сильно обременит? Найдёте для нас место в расписании?

— Постараюсь, — после демонстративной паузы всё же ответил барыга. Понятно, цену себе набивает. — Но… как вы себе представляете наше сотрудничество?

— Как и со всеми остальными, — подмигнул кэп Лоськову. — В указанный момент не смотреть в нашу сторону. А если, не дай боги, вдруг кинули случайный взгляд, тогда, хм, скажем так, за собой прибраться. Дабы кто-нибудь ещё не углядел чего ненароком. Можем мы рассчитывать на подобную услугу?

— Несомненно, — солидно кивнул Ефим Евграфович. — Дело привычное. Да и рекомендации у вас крайне… впечатляющие. Сразу видно людей серьёзных.

— Да, мы такие, — осклабился я, не сдержавшись, и немедленно словил от Рина пинка в голень.

— Алекс шутит, — поспешил сгладить возникшую неловкость кэп. — Нервы, сами понимаете. В таком возрасте, и уже такая ответственность!

— Весьма впечатлён, — не купившись на кэпово балагурство, одарил меня серьёзным взглядом Лоськов. — Я в ваши годы, Алексей… э-э-э… Александрович, о таких достижениях и мечтать не смел. Для меня честь работать с вами, господа. Надеюсь, со временем сотрудничество приобретёт более, хм, доверительный характер.

— И более объёмный, — посулил Рин, — не сомневайтесь, Лоськов-сан. Но, сами понимаете, дело это для нас новое, нужно приглядеться, прикинуть, что к чему, а уж потом браться всерьёз. И тут уже многое будет зависеть лично от вас, Ефим Евграфович.

— Постараюсь не разочаровать вас, господа. Но…

— Вас что-то напрягает, господин Лоськов? — снова встрял я.

На правах, так сказать, старшего начальника.

— Почему я? — помявшись, спросил барыга.

Ну да, самый главный вопрос жизни, Вселенной и всего такого… уж с точки зрения Лоськова точно.

— Вы нам подходите, — пожал я плечами.

— Подхожу? А чем именно? Или дело исключительно в должности?

— Вы нам подходите по совокупности признаков, Ефим Евграфович, — развил мою мысль кэп, предварительно злобно на меня зыркнув. — Вы… не обижайтесь и попытайтесь понять… в общем, вас мы можем себе позволить контролировать. Пока что мы гости на «Истре», и на кого-то выше замахиваться не резон. Не в коня корм, как говорится. С вами же может получиться очень перспективная… дружба.

Не обижайтесь, как же! Вон как губы поджал! Но, тем не менее, промолчал. И даже в лице почти не изменился. Видимо, жадность оказалась сильнее норова и спеси.

— Пожалуй, в данном случае вы промахнулись с идиомой, капитан Сугивара, — позволил себе небольшую шпильку барыга. Мелкая, конечно, месть, но хоть какая-то. — Но… я вас понял. И простил. Так сказать, в счёт будущих свершений.

— Я считаю, за это надо выпить! — заключил кэп, и вопросительно глянул сначала на Лоськова, потом на меня.

— А вот с этой традицией вы угадали, уважаемый Сугивара-сан, — чутка подольстил Рину Ефим Евграфович. — Водочки? Честно говоря, что-то иное я бы здесь пить поостерёгся. Не удаются им напитки, в отличие от еды.

— Алекс? — проявил настойчивость кэп.

— Валяй, — кивнул я с безразличным видом.

Просто потому, что мне действительно было всё равно. Жест, конечно, символический — барыга однозначно купился, сработали связи Рина, но в этом я как бы и не сомневался. А вот с моим собственным планом пока что неувязочка вышла — Кумо при всём своём желании никак не мог нащупать достаточно широкий канал связи, который выдержал бы скоростную загрузку «цифрового тела» его лайт-версии. Собственно, если судить по его периодическим докладам — в текстовой форме, естественно — взять под контроль «нейр» Лоськова мой «мини-гекс» мог уже давно. Только дело в том, что такой контроль нам на фиг не сдался, задумка-то совсем в ином.

«Необходимо прямое подключение к «нейру» реципиента, капитан Заварзин, — сдался, наконец, мой помощник. — Сможете обеспечить?»

«Постараюсь, — незаметно набил я ответ на виртуальной клавиатуре, благо ничего подозрительного со стороны в нервной дроби пальцами по столешнице не было. — Сам не зевай, лови момент».

«Принято, капитан Заварзин».

Вот и славно. Осталось только воплотить намерение в жизнь. Правда, ещё надо придумать, как именно… хотя идея есть. Вот только как на неё тот же Рин-сан посмотрит? В принципе, нашим основным планам она не противоречит. Даже более того, как раз кэп что-то и не торопится переходить к делу, всё юлит с барыгой, вон, уже и водяру по стопкам разлил, не забыв одну ко мне придвинуть.

— Ну, вздрогнули! — провозгласил Лоськов на правах хозяина, и нам с Рином пришлось последовать его примеру.

Против ожидания, водка действительно оказалась достойного качества, можно было даже не закусывать. Но эту традицию я всё же нарушать не стал — не хватало ещё заработать репутацию бухарика, что способен квасить без закуси. Мы по «легенде» люди серьёзные, да и по жизни тоже. Периодически, ага. Когда на «ха-ха» не пробивает.

— За будущее плодотворное сотрудничество, — провозгласил второй тост уже кэп.

Тоже по традиции, чёрт бы их, традиции эти, побрал! Ладно хоть, стопки махонькие, видимо, специально для переговорного процесса, а не пьянства. Но тоже ничего так пошла.

— Алекс? А вы что скажете? — осмелел Лоськов.

Да и глазёнки подозрительно засверкали, выдав любителя заложить за воротник. Впрочем, я бы очень сильно удивился, окажись как-то иначе.

— За ответственность, — поднял я стопку, пристально глядя в глаза Ефима Евграфовича.

Тот, такое ощущение, даже смутился, но опустить взгляд не пожелал. Или не посмел, я точно не разобрал. Но главное, где-то в самой глубине его глаз мелькнул страх. Я такое уже много раз видел. Чаще, конечно, безмерное удивление — как у того же Саффолка, но реакция, подобная Лоськовской, редкостью не являлась. Всё-таки я руководитель, и подчинённых у меня множество. Приходилось периодически устраивать профилактические разносы. Правда, максимум, что грозило моим нерадивым сотрудникам — перевод на менее квалифицированную работу. А здесь и сейчас я постарался в свой незамысловатый тост вложить если не угрозу, то недвусмысленный намёк на последствия уж точно. В крайнем случае даже несовместимые с жизнью. И барыга, судя по затравленному взгляду, меня прекрасно понял. Но и промолчать поостерёгся:

— За ответственность, Алексей… э-э-э… Александрович.

— Вот и договорились, — заключил я, позволив, наконец, Лоськову отвести взгляд. — Надеюсь, сотрудничество наше будет плодотворным и долгим. Впрочем, первое напрямую будет зависеть от второго. Мы друг друга поняли, Ефим Евграфович? Вы же наверняка осознаёте, что хоть мы с капитаном Сугиварой и живём довольно далеко, наших возможностей более чем достаточно, чтобы проконтролировать чистоту сделки?

— А вам мало слова моего… гаранта? — с подозрением покосился на меня Лоськов.

— Если честно, я понятия не имею, кто это, — хмыкнул я как можно беззаботнее. — И мне плевать. Мы с капитаном Сугиварой живём довольно далеко, — повторно выделил я голосом ключевой момент, — и очень сомневаюсь, что возможности вашего гаранта простираются вплоть до наших владений. В отличие от.

— Звучит как угроза, молодой человек.

Оп-па! Да ты, никак, решил показать твёрдость духа? Ну-ну… кстати, неплохой момент для воплощения задумки.

— Полноте, Ефим Евграфович, какие угрозы! Всего лишь констатация факта.

— Как-то это не вяжется с вашими же словами про статус, который нужно заслужить, и свой устав в чужом монастыре, — процедил тот в ответ.

А я проигнорировал очередной пинок Рина и невозмутимо возразил:

— Ещё как вяжется. Именно этим — подтверждением статуса и серьёзности намерений — мы и займёмся в ближайшее время. Да вот прямо сейчас, как только с вами побеседуем.

— И… каким же образом, позвольте поинтересоваться?

— Я кое-кого ищу, — снова перехватив взгляд барыги, признался я. — Это не связано с основной деятельностью Корпорации… вернее, связано напрямую, но не с коммерческой частью. Дмитрий Силин — вам о чём-нибудь говорит это имя?

— Абсолютно ни о чём, — отпёрся Лоськов.

Вот только еле заметно вздрогнул, что не укрылось от внимания Кумо. И о чём последний незамедлительно мне доложил.

— И всё же, — проявил я настойчивость.

— Нет, ни о чём. Я не знаю этого человека.

— Плохо, — вздохнул я. — А ведь могли бы уже сейчас начать доказывать свою полезность. Может, хотя бы фото посмотрите? Вдруг что-то вспомнится?

— Э-э-э… раз вы настаиваете, Алексей Александрович…

— Откройте, пожалуйста, доступ к «галерее», Ефим Евграфович.

— Вот, извольте.

— Это Дмитрий Силин, — повторил я, переправив фотку в память «нейра» Лоськова. — Посмотрите внимательно. И хорошенько подумайте о последствиях, прежде чем что-то сказать.

— Х-хо… хорошо.

«Инсталляция успешно завершена, капитан Заварзин».

Отлично! Можно, в принципе, на этом и закругляться. Только как-то нелогично будет, надо доиграть спектакль до конца.

— А что с ним… случилось? — сглотнул слюну Лоськов.

— Он пропал, — пояснил я предельно холодно. — Вместе с баржей «Великан», которую мы пытались обнаружить всю последнюю неделю. А до нас по ней безуспешно работали «спиридоновцы». Впрочем, их неудача меня абсолютно не удивила. Но вот то, что мы сами остались ни с чем… это, пожалуй, напрягает.

— И всё?! — не поверил своему счастью барыга. — Всего лишь уязвлённая профессиональная гордость?

— И это тоже, — кивнул я. — Но основная причина в ином. Дмитрий Силин мой двоюродный брат. Надеюсь, вы понимаете, что это означает? Понимаете, каких людей это касается?

— Боже… сочувствую вашему горю, — выдавил Лоськов.

И, судя по бегающему взгляду, ситуацию он уже просчитал. Ну а чего тут думать? То, что я Завьялов, уже давно секрет Полишинеля. А раз у пацана фамилия другая, значит, он родственник по женской линии. А сколько у нас в роду женщин? Правильно.

— Так вы точно ничего не вспомнили? — снова пригвоздил я барыгу жёстким взглядом.

— Абсолютно ничего, Алексей Александрович.

— Что ж, ваше право. И не принимайте на свой счёт, Ефим Евграфович. Это во мне просто говорит разочарование. Я-то надеялся на самый простой вариант. Теперь же придётся действовать жёстко, если не сказать жестоко. Заверяю вас, виновные будут строго наказаны. И это не очередная угроза, это очередная констатация факта. Спасибо, что уделили нам время, господин Лоськов, нам с капитаном Сугиварой пора.

— Бывай, э! — по-дружески хлопнул кэп барыгу по плечу, и вслед за мной поднялся из-за стола.

Ну а поскольку делать в забегаловке нам больше было нечего, мы благополучно из неё свинтили, не оглядываясь и не замедляясь, благо отследить Лоськова теперь труда не составляло абсолютно. Спасибо Кумо, конечно же.

Я его, к слову, озадачил контролировать нашего барыгу посекундно. Не то, чтобы рассчитывал на немедленный результат — Лоськов калач тёртый, на слово уже давно никому не верит, но мне была интересна его реакция на наш с кэпом трэш и угар, который уже не за горами. А если конкретно, я надеялся, что акты устрашения возымеют действие, и объект, хм, испугается. И начнёт совершать ошибки. Конечно, существовала ненулевая вероятность, что конкретно Ефим Евграфович не при делах… но даже в этом случае можно нагнать на человека такой жути, что он начнёт прибираться за другими. Правда, и нам тогда придётся поднапрячься, чего бы очень не хотелось. Знаю я Рина, и особенно его методы. Не самые, скажем очень мягко, гуманные.

Если совсем честно, меня даже вот сейчас, пока мы просто куда-то идём (даже почти бежим), изрядно потряхивает. Нет, не от предвкушения. Скорее, наоборот. Но я уже настроился на жесть, да и деваться всё равно некуда. По сути, предложенный Рином вариант действительно оптимальный с точки зрения временных и трудозатрат. Но это вовсе не означает, что мне это нравится. И вообще… как-то сомнительно вот это вот всё. Одно дело запугивать клиента на словах, и совсем другое — опускаться до членовредительства. А оное непременно воспоследует, особенно с учетом того, куда мы сейчас следуем. Я, конечно, до последней запятой планы кэпа не выпытывал, но мне и внешних признаков хватало — чем дальше, тем хлеще. Уже и коридоры не такие широкие и светлые, и вывесок всё меньше, а пятен ржавчины на стенах всё больше. И, боюсь, не только ржавчины. Да и народу не особо много… чёрт, просто дежавю какое-то! Вот примерно так я себя ощущал, когда пробирался по портовым трущобам на рандеву с недоброй памяти Айвеном сукой-Готти. Даже не верилось, что на «Истре», такой внешне законопослушной и размеренной, может существовать нечто подобное. Нет, понятно, что я уже взрослый мальчик, и жизнь ко многому приучила, но до сих пор так и не избавился от тяги к романтизации всего и вся. А ещё по-прежнему верил в людей, чем изрядно выбешивал дорогого капитана Рина. Да, розовые очки. Да, доверчивый придурок. Но вы бы знали, как мне не хотелось уподобляться собственному окружению! Рин, Степаныч, Деррик, даже механик Мягков — все они исповедовали схожие взгляды и кто молчаливо, а кто и вслух меня порицали. Одна только Лизка как глоток свежего воздуха. И то лишь в последнее время, после появления Ксю. До того тоже строила из себя циничную стерву, но потом смягчилась. Но её можно понять, ибо она могла себе такое позволить. В конце концов, подразумевалось, что за мной она как за каменной стеной… в чём очень сомневались вышеперечисленные по-хорошему отмороженные и недоверчивые товарищи. Но Лизку это мало интересовало. Муж — защита и опора. И точка. А если он вдруг где-то косячнул, то виноватых долго искать не надо — всё те же, всё там же. Потому что видели, что я творю, но не остановили. Вот такая вот женская логика, ага.

— Так, вроде здесь, — буркнул кэп, резко свернув в какой-то неприметный тупичок, смахивавший на технический тоннель мусорного коллектора. — Ну и дыра, э! Хотя чему я удивляюсь? Какой клиент, такой и схрон.

— Рин, ты куда меня привёл?

— Именно туда, куда нужно, — отбрехался кэп. — Самый подходящий для наших целей крысёныш.

— А поподробней?

— Мелкий барыга, подбирает то, что плохо лежит. Но связи обширные, — снизошёл до пояснения капитан Рин. — Ты только ни во что не вмешивайся, для нас сейчас самое главное — первое впечатление.

— Надеюсь, ты его не грохнешь?

— Совсем дурак, э?! — возмутился Рин. — А кто до остальных наше послание донесёт?

— Послание?

— Угу. Но я тебя ещё раз прошу, Алекс — не лезь. Я знаю, что делаю. Поверь мне, с такими типами я достаточно в прошлой жизни пообщался.

— Досье хоть скинь.

— Да на кой тебе?! Мелкий жулик с большими связями, за счёт которых и выживает. Знает много и обо всех, но без подробностей. Идеальный источник слухов. Мы таких называли «информационными реципиентами низового звена». Именно с них нужно начинать, если хочешь донести информацию до кого-то важного, но недоступного для иных способов.

— Реципиенты низового звена? Однако!

— Это вообще-то информация для служебного пользования! — возмутился Рин. — Из методичек спецслужб. А тебе лишь бы позубоскалить!

— Извини, кэп, это нервы.

— Что-то рановато, — буркнул тот, смягчившись. И забарабанил кулаком по гулкой двери, больше смахивавшей на помятый и проржавевший люк «мусорки»: — Эй, Лёва-сан, открывай! Разговор есть!

Глава 4-4

—//-

— Чего-то он не торопится открывать, — хмыкнул я через некоторое время. Минуты где-то через три примерно. — Кэп, я, конечно, ни на что не намекаю, но сдаётся мне, что этот Лёва тебя не уважает.

— Да он меня знать не знает, — отбрехался Рин.

Но подначка моя возымела действие — он хотя бы по створке колотить перестал. А то бы скоро уши заложило.

— Ну и пошли тогда отсюда, — внёс я рацпредложение.

— Ага, разбежался! — огрызнулся кэп. — Похоже, придётся ломать.

— У тебя есть фомка?! — восхитился я.

— Нет, но у меня есть ты. А у тебя есть Кумо. Намёк ясен?

— Более чем. Кумо, фас.

— Связь с управляющим контуром замка установлена, капитан Заварзин, — незамедлительно отозвался «мини-гекс». — Подбор кода… два… один… процесс завершен.

В утробе дверного проёма что-то щёлкнуло, зашипело, и створка чуть выглубилась из короба, пшикнув стравливаемым воздухом.

— Нифига себе! — восхитился Рин. — Да тут натуральный шлюз! Интересно, от кого это он так предохраняется?

— А мне другое интересно, кэп.

— В плане?

— Ты вообще зачем меня сюда приволок? Сам не справишься, что ли?

— Справлюсь, — задумчиво кивнул тот. — Но смысл в том, что тебе тоже надо нарабатывать репутацию. В том числе и такую.

— Какую такую?

— Сейчас сам всё увидишь. Держись чуток позади, в замес не лезь. На тебе спина, ну, или если кто-то мимо меня прорвётся. Главное, не дать никому уйти, чтобы кипишь не подняли раньше времени. Тогда придётся силой прорываться.

— Исчерпывающая инструкция.

— Ну а чего тебе ещё надо, широкоглазый?!

— Да иди уже.

Блин, опять я раздражён! И опять причина раздражения один непоседливый ниппонец. Признаться, раньше я его считал куда более серьёзным кадром. Да он таким и был. А теперь, видать, решил, что можно больше передо мной не маскироваться, вот и попёрла из всех щелей дурь… то есть я хотел сказать, удаль молодецкая.

Комнатёнка, скрывавшаяся прямо за дверью, и впрямь напоминала шлюз, разве что с внутренним люком возиться не пришлось — сработал элементарный датчик движения, и створка уехала вбок, открыв тесноватый коридорчик. Тоже, кстати, не самый длинный или извилистый — шагов пять в общей сложности. И стены с весьма затейливой начинкой, если верить текстовому докладу Кумо: «Обнаружено защитных контуров — семь, активных — ноль». Такое ощущение, что нынешний владелец хором от кого-то их унаследовал, а содержать в надлежащем состоянии позволить себе попросту не мог. Или не считал нужным. А ведь во времена оны, когда все эти прибамбасы функционировали в штатном режиме, нас бы в порошок стерли сразу за шлюзом. Чёрт, даже мурашки по спине побежали от осознания этого нехитрого факта. А ещё я вдруг сообразил, что клятый кэп всех этих обстоятельств знать попросту не мог, следовательно, тупо пёр напролом. С одной стороны, чем не тактика? Эффект неожиданности, опять же. Плюс скорость. С другой — стоит нарваться хотя бы на один такой вот действующий охранный контур, и финиш. Ох, не нравится мне это всё…

Между тем коридорчик вывел нас с кэпом в небольшой… пожалуй, что торговый зал. Я, если честно, и не ожидал тут нечто подобное увидеть: свободное пространство по центру, стеллажи и подобия витрин вдоль стен, даже что-то вроде прилавка с древним… э-э-э, то есть, конечно же, винтажным кассовым аппаратом. Плюс довольно молодой плюгавый тип в круглых очочках и типовом «обмундировании» мелкого офисного клерка: брючки, туфельки, рубашечка с галстуком… вот это вот всё. Ладно хоть галстук нацепить не догадался. Впрочем, нет, вон он, из-за конторки выглядывает. Видимо, его владелец слегка расслабился и позволил себе избавиться от части амуниции. Ну да, вон, ворот тоже расстёгнут. Обедал, что ли? Я подозрительно принюхался и убедился в собственной правоте — мы застали таинственного Лёву посреди перекуса. Не ждал, получается, гостей. Вот только почему на прилавке сразу две кружки? Тарелка с бутербродами одна, а кружек две… напарник вышел, что ли? Похоже, придётся головой крутить, как кэп и велел. А сам-то он, кстати, чем занят?..

Рин-сан, как незамедлительно выяснилось, действовал в своей излюбленной манере, сходу озадачив плюгавого очкарика относительно невинным вопросом:

— Лев Гуревич, он же Лёва Ловкач?

— Э-э-э… да, это я, — привстал со своего места тип. — С кем имею че…

Договорить он не успел — я, глядя со стороны, и то не сразу осознал, что именно кэп сделал, а уж сам Лёва тем более. Лишь через пару секунд до меня дошло, по какой такой надобности Рин запустил правую лапу под куртку, а левой опрокинул конторку, к которой как раз подошёл вплотную. Учитывая комплекцию дорогого капитана, труда для него это не составило. Грохот свороченной мебели ещё не успел стихнуть, а уже что-то свистнуло, лязгнуло, очкарик влип спиной в стену, уронив хлипкое кресло на колёсиках, и буквально повис подбородком на клинке кэповского вакидзаси. Вид он (очкарик, естественно, а не меч) при этом имел весьма бледный, да и дара речи на какое-то время наверняка лишился. Ничем иным объяснить его молчание было невозможно, особенно в таких вот обстоятельствах. Каких именно? Да занятных, блин! Во-первых, Рин миндальничать не стал, и даже чуток надавил, так, что лезвие вонзилось в тонкую кожу прямо над кадыком Лёвы. Та, соответственно, такого надругательства не вынесла и лопнула, оросив клинок свежей кровушкой. А во-вторых, самым первым движением, как только извлёк меч из скрытых ножен, кэп в своём излюбленном стиле иай-до снёс очкарику верхушку левого уха. Оно, соответственно, тоже немилосердно кровило. Да и болело наверняка дико, правда, несчастный Лёва из-за шока ещё не осознал своего бедственного положения. Да и боли толком не почувствовал, хотя глазёнки под очками скосил куда-то вниз. Интересно, что он там углядел? Хотя нет, не интересно. Зуб даю, что шматок собственной плоти. А кэп хорош — просто стоит, скорчив зверскую рожу, и пялится на несчастного. Наверняка даёт время в себя прийти.

М-мать! Мне, кстати, тоже неплохо бы собраться. Я, конечно, предполагал нечто подобное, но… нет, к такому я никогда готов не буду. Не моё это, людей калечить. Да и запугивать никого не люблю, видит бог. Другое дело, что периодически приходится. Прямо как сейчас, ага.

— Мы к тебе по делу, — рыкнул между тем Рин, перехватив затравленный Лёвин взгляд. — Если готов нас выслушать, кивни.

Вжатый в стенку очкарик дернул было головой, но вовремя опомнился, только кадыком судорожно дёрнул, усилив порез. Кэп же, увидев такое дело, нажим слегка ослабил, что, впрочем, сильно участь Лёвы не облегчило — тот наконец чуток оправился от шока и почувствовал боль. Правда, не заорал, проявив недюжинную силу воли. А потом и вовсе взял себя в руки и почти нормальным голосом поинтересовался:

— Г-госп-пода… чем об-бязан?..

— Дело есть, сказал же! — снова рыкнул Рин. — Готов слушать?

— Э-э-э…

— Больше уверенности, симатта! — снова усилил нажим на клинок кэп.

— Г-готов…

— Мы кое-кого ищем, — снизошел до пояснения мой напарник, и кивнул мне: — Алекс, закинь ему данные. А ты, чудик, открой доступ к «галерее»!

— Х-хо…

— Всё, скинул.

— Отлично, э! Знаешь этого парня?

Я, как вы уже, несомненно, догадались, переправил в Лёвин «нейр» фото Димки Силина, совсем как барыге Лоськову совсем недавно. Ну а чего ещё оставалось делать? Кэп отдельных инструкций на этот счёт не давал.

— Н-нет… п-первый р-раз…

— Ответ неправильный! — прервал несчастного очкарика Рин. — Ещё подумай. И подумай хорошо! И вот тебе имя: Дмитрий Силин. Ну?!

Вакидзаси снова впился в многострадальную шкуру Лёвы, но тот уже оправился от испуга до такой степени, что даже осторожно помотал головой — елё заметно, чтобы самому себе горло не рассадить о кромку:

— Б-боюсь, н-ничем не могу помочь, г-госпо…

Именно в это мгновение глаза его вдруг озарились нешуточной надеждой, но и я уже почувствовал, что называется, кожей некие изменения в помещении. Знаете, такое забавное ощущение, что объём воздуха уменьшился, и теплом повеяло… ну и шаги, конечно. А потом удивленный возглас:

— Лёва, а что тут за хрень?!

И только после этого где-то в глубине помещения грохнула дверь — наверняка доводчик туговатый. А к нам, похоже, присоединился владелец второй кружки. Откуда вылез, спрашиваете? Да элементарно — из сортира. Слишком занят был своими делами, вот и не насторожился, когда кэп нашумел. Или по жизни балбес. Короче, не важно. Главное, что среагировал я вовремя — развернувшись на шум, без затей пнул напарника очкастого Лёвы в живот и, убедившись, что на габаритного парнягу фронт-кик особого впечатления не произвел, добавил свой коронный твит-чаги. Как незамедлительно выяснилось, в размерах мы довольно сильно различались — я по сравнению с парнем ростом не вышел, да и весом тоже. Но энергия разворота и вложенная масса сделали свое дело — напарник Лёвы, получив стопой в низ живота, скрючился и рухнул почти плашмя, удачно подставив подбородок под добивающий футбольный удар. В шее парня что-то хрустнуло, и он вырубился, уткнувшись носом в ворс напольного покрытия.

— Ген… — подавился возгласом Лёва.

— Напарник твой? — участливо осведомился Рин.

— Ох… ранник, — судорожно сглотнул слюну плюгавый.

— Не очкуй, живой он! — успокоил жертву своего беспредела кэп. — Точно ничего не вспомнил?

— Н-нет…

— Тогда вот тебе ещё кое-что. — Рин запустил левую руку под полу куртки и жестом фокусника извлек из-за пояса (или ещё откуда, кто его разберёт) тонкую стопку распечаток. Естественно, пластиковых. — Изучи на досуге, и осознай всю глубину своего падения.

— Ч-что… эт-то?..

— Краткая грузовая ведомость баржи «Великан», — любезно пояснил Рин. — Будь так добр, доведи до сведения всех заинтересованных лиц, что мы ищем не только конкретного человека, но и любые упоминания о нём, а также следы товаров с «Великана». И когда их найдём, наведаемся к этим имевшим неосторожность связаться с левотой людям. С аналогичным вопросом: где баржа? Или где сам Дмитрий Силин. Но это в зависимости от ситуации.

— Н-но…

— Чего ещё? — снова ослабил давление на клинок капитан Рин.

— З-зачем так беспредельничать?! — осмелел Лёва. — М-можно же просто объявить награду! Или объявление д-дать…

— Объявление?

Судя по тону, кэп в прямом смысле слова офигел. Впрочем, надо быть честным с самим собой, я тоже от него не отставал в этом плане. Нам вообще такой вариант в голову не приходил. Как говорится, век живи, век учись. С другой стороны, этак можно ждать до морковкина заговенья, а у нас времени нет…

— Нам некогда такой ерундой заниматься, — пришёл к аналогичному выводу кэп. — Так что ты меня понял. Смотри, не разочаруй нас! А это тебе, чтобы ты поручением не манкировал.

И снова я почти всё пропустил мимо сознания, да и слава богу. Потому что Рин, резко отшагнув назад, убрал вакидзаси от горла жертвы, но не вернул в ножны, как можно было бы ожидать, а неуловимым движением клинка снёс и без того уже покалеченное ухо очкарика под корень. И это всё в динамике, пока потерявший опору Лёва падал на колени. А тут получилось так, что шлепнулись они одновременно — и плюгавый барыга, и отсечённое ухо. И только тогда Лёва заорал — такое ощущение, что больше от страха, чем от боли. Ну а чего? У него и без того шея должна гореть, равно как и утраченный орган слуха. А вот меня даже не замутило — очерствел душой уже порядочно, хоть и упорно не желал самому себе в том признаваться. Разве что машинально отшатнулся от кэпа, да запоздало попытался озадачить своего голографического помощника:

— Кумо, перехвати управление камерами наблюдения!

— Уже, капитан Заварзин, — успокоил меня «мини-гекс». — Функционал системы наблюдения под контролем. Уничтожить записи за последние пятнадцать минут?

— Ответ положитель… тьфу, блин! Давай, конечно!

— Принято, сэр.

— А тревогу он поднять не успел? — спохватился я.

— Исходящих вызовов с «нейра» объекта не зафиксировано.

Ф-фух, прямо гора с плеч! Интересно, а кэп о чём вообще думал, когда планировал акцию?! Если он её в принципе не планировал, чего тоже нельзя было исключать? Так сказать, блестящая импровизация, блин.

— Рин!

— А? — обернулся кэп, страдальчески поморщившись. Наткнувшись же на мой возмущённый взгляд, просто подмигнул и вернулся к страдальцу: — Ты чего какой нытик, э?! Подумаешь, на регенерацию уха попал! Два визита в медблок, и как новенький! Спасибо скажи, симатта!

— З-за… что?! — оторопел от такой наглости Лёва, причём до такой степени, что даже орать перестал.

А вот прижать ладонь к ране не забыл, и теперь кровь сочилась у него из-под пальцев, заляпывая ворот рубашки и левое плечо.

— За то, что легко отделался! — отрезал кэп.

— С-спас-сибо!..

— И не выражайся здесь, э! — пригрозил Рин. — Я ведь и обидеться могу. Надеюсь, ты всё понял?

— П-понял, — смирившись с жестокой реальностью, нехотя кивнул очкарик. — В-вопрос м-можно?

— Валяй! — вальяжно махнул клинком кэп, заставив Лёву инстинктивно отшатнуться.

— З-зачем?

— Что зачем?

— Р-резать м-меня?..

— Чтобы ты лучше понял, — невозмутимо пояснил Рин-сан. — Испуг, знаешь ли, способствует усвоению важной информации. И боль тоже.

— Я б-бы… и так…

— Очень сомневаюсь, симатта! А вот теперь действительно понял и осознал. И другим объяснишь, чтобы не вздумали вилять. Да, и ещё одно…

— Д-да?.. Ч-чёрт!..

— Не дёргайся, только хуже делаешь… короче, следующий, кто вздумает повертеть нас на известном органе, попадёт на регенерацию кисти. Это неделя в больничке. Этот момент следует выделить особо. Акцентировать, так сказать, внимание.

— Да к-кто в-вы такие?! — взвыл охреневший от перспективы Лёва.

— Серьёзные люди, которые задают серьёзные вопросы и ждут таких же серьёзных ответов. Так понятно?

— Н-нет! — с храбростью обречённого отгавкнулся очкарик. — Б-беспредел у нас не любят!

— А нам плевать, — начал было кэп, но я его перебил, обратившись к пострадавшему:

— Меня зовут Алекс Заварзин. Слышал обо мне?

— С-слы… — изменился в лице Лёва.

— А Дмитрий Силин мой двоюродный брат.

— Твою м-ма…

— Вот-вот, — поддакнул кэп. — Тут не только деловой интерес, так что не думай, что у кого-нибудь получится съехать на базаре. Кстати, я не договорил. В общем, второй враль попадёт на регенерацию кисти, третий — руки по локоть, четвёртый — по плечо. Сам понимаешь, заезд в больничку растёт в арифметической прогрессии. А дела стоят, доходы проплывают мимо, более того, уходят в карман конкурентов. Так что выводы делай сам. Ну а если, не дай боги, дойдёт до пятого, — повысил голос Рин, — то… короче, яйца, в отличие от конечностей, регенерации не поддаются. Я понятно объяснил? Кивни, болезный! Вот, молодец… да, ещё момент: если ты вздумаешь манкировать обязанностями, этим пятым станешь ты. Возможно, вне очереди. Так что в твоих интересах донести информацию до наших потенциальных клиентов. Вот теперь бывай.

— П-постойте!

— Чего ещё?!

— А к-кто они?! В с-смысле, в-ваши клиенты?!

— А мы не знаем, симатта! — развёл руками капитан Рин. — Потому и надеемся на тебя. Судя по твоей репутации, ты сумеешь обеспечить максимальный охват по клиентуре. Собственно, потому с тебя и начали.

— Ч-чёрт…

— Не мы такие, жизнь такая, — с притворным сочувствием вздохнул кэп. — Ничего личного, сынок, просто бизнес. Ну и, если это тебя хоть как-то успокоит, ты просто оказался не в то время не в том месте. Бывай, в общем.

Завершив пламенный спич, капитан Рин безбоязненно повернулся к Лёве спиной, кивнул мне и попёр на выход, по пути аккуратно перешагнув через бесчувственного секьюрити. Ну и мне не оставалось ничего иного, как последовать за ним по уже знакомому маршруту — коридор, шлюз, «отнорок». Оказавшись же на основной «улице», мы не сговариваясь ускорили шаг и замедлились лишь через пару кварталов, свернув в очередной тупичок, скрытый от досужих взоров прохожих.

И здесь кэп снова сыграл на опережение — развернулся ко мне, прежде чем я успел хоть что-то сказать ему в спину, и ухмыльнулся, иронично заломив бровь:

— Чего, э?!

— Рин, ты охренел?! — незамедлительно вызверился я. — Совсем дурак?! Ты чего творишь?! Хочешь, чтобы нас по всем трущобам местные «быки» гоняли?! Спасибо, не надо! Я ещё свои приключения помню, чтоб их!!!

— Всё сказал? — невозмутимо хмыкнул мой соратник, переждав первую бурю эмоций. — Выдохни теперь. И успокойся.

— Я спокоен, симатта!

— Да я уж вижу! Короче, Алекс, не кипишуй, как говорит наш общий знакомый. Все идёт по плану. Сейчас Лёва немного оклемается и задумается над моими словами. А потом начнёт действовать. Так что нам с тобой всего-то и нужно, что часок где-нибудь перекантоваться. И можно будет отправляться к следующему клиенту — до того слух уже наверняка дойдёт.

— Кэп, а тебе не кажется, что твой план шит белыми нитками?

— В смысле?

— В смысле — он полный отстой! С чего ты вообще решил, что Лёва начнёт действовать? Может, он наоборот, затаится. И будет сидеть, как мышь под веником?

— В надежде, что мы не вернёмся? — снова ухмыльнулся Рин-сан. — Я ведь ему росским языком объяснил, что будет, если он не оправдает наши ожидания.

— Вот именно поэтому он сейчас и свалит куда-нибудь, — злобно буркнул я. — А нам его по всей станции потом искать!

— Возможно, — не стал спорить кэп. Правда, сразу же развеял все мои сомнения, воспользовавшись доступом к нашей общей «дополненной реальности»: — Эй, рёку-аси, доклад по активности объекта.

— Да, капитан Сугивара, — отозвался «мини-гекс». — Вывести в табличной форме?

— Нет, на словах давай, — вмешался я.

— Перемещений объекта вне адреса проживания не отмечено, капитан Заварзин. Но отмечается повышенная сетевая активность.

— А подробнее?

— Он вызвал медиков.

— И всё?

— В процессе ожидания объект занялся массовыми рассылками е-мейлов, сэр.

— Спамит?

— Похоже на то, сэр. Я проанализировал около пяти процентов исходящих сообщений, отобранных случайным образом — они однотипные, содержат предупреждение касательно вас с капитаном Сугиварой. Рассылки пакетные, без привязки к конкретным адресам.

— Ну, что я говорил?! — торжествующе рыкнул Рин. — Обделался лёгким испугом и сразу же за работу принялся!

— Похоже, в этот раз тебе повезло, кэп, — вынужденно согласился я. — Но как долго это будет продолжаться? До следующего клиента, который обидится и натравит на нас «бычьё»? Да и где гарантия, что тот же Лёва уже кого-нибудь не науськал?

— А нет гарантии, симатта! Будем разбираться с проблемами по мере их возникновения. Так что держи ствол наготове, Алекс.

Теперь настала моя очередь удивлённо заламывать бровь:

— То есть ты предлагаешь в случае чего валить всех наглухо?

— Имеем право, в порядке самозащиты.

— Рин, ты совсем уже?! Мы же сами их спровоцировали!

— Не-а. Парни, которые, как ты выразился, «бычьё» всего лишь мелкие наёмники. Они берут заказ — не важно, в даркнете или напрямую от кого-то. Даже если это местная «крыша», без разницы. И от них мы имеем полное право защищаться с применением любых — любых, симатта! — средств, вплоть до летальных.

— Ты это копам собрался рассказывать? — немного нервно рассмеялся я.

— Копам вообще без разницы, если попадёмся, — не повёлся кэп. — Поэтому конкретно им попадаться не надо. Но нас они и беспокоят в последнюю очередь. А для местного преступного мира мы в случае чего чисты. У нас тёрки с отдельными личностями, по большей части мелкими и не состоящими ни в каких незаконных сообществах. Для здешних серьёзных людей наши выкрутасы не более чем крысиная возня. Так что отбиваться придётся — если придётся — от таких же мелких бандюков.

— Которые тоже могут объединиться!

— Не успеют, э! Мы им времени не дадим. Мы играем на опережение, всё, что они могут — ждать и догонять. Ну и ещё гадать, к кому мы наведаемся следующему. А что страшит больше всего?

— Хочешь сказать неизвестность? — хмыкнул я. — Какая банальность!

— И тем не менее, метод действенный. Поверь, Алекс, метода проверена на практике, причём неоднократно.

— То есть идём к следующему? — покорился я судьбе.

— Рано пока ещё. Надо подождать.

— Что, прямо здесь?

— Можем в какую-нибудь забегаловку завалиться, — пожал плечами Рин-сан. — Если не брезгуешь, конечно.

— Чтобы нас на выходе из неё и приняли? — съехидничал я.

— Как вариант. Кстати, это даже хорошо — хотя бы заранее увидим, кого надо гасить.

— Рин, ты это сейчас серьёзно?!

— Более чем. Алекс, а скажи-ка, о чём мы с тобой договаривались?

— Я не думал, что ты такое творить примешься!

— Алекс, симатта! Я действую довольно гуманными методами. Сам ведь прекрасно понимаешь, что потеря конечности в наше время некритична. Регенерация творит чудеса.

— А в чём тогда смысл?! — окончательно потерял я нить рассуждений кэпа. — Нафига тогда людей калечить, если увечье легко устраняется?! Ну, относительно легко?!

— Смысл в страхе, Алекс.

— Ну так и запугивай!

— А чем, позволь поинтересоваться?

— Чёрт… подловил.

— То-то же! — чуть смягчился Рин. — Пойми, я сейчас играю на самых низменных инстинктах и первобытных страхах — все страшатся или неизвестности, или боли. А в нашем случае всё сразу и много.

— Комбо, блин!

— Именно, симатта! Всё, хватит ныть, пошли бар поищем, там хотя бы баб и детей не будет.

— Ладно, хрен с тобой! — Я покорно пристроился в хвост кэпу, задумавшись о бренности бытия, а потом расплылся в ухмылке: — Кумо, передай привет Лёве.

— В какой форме, капитан Заварзин?

— В текстовой. Что-то типа «молодец, старайся дальше». Ну и статистики какой-нибудь добавь, чтобы он осознал, что мы за ним следим.

— Принято, сэр. Процесс активирован. Процесс завершён. Объект ознакомился с посланием.

— Ну и?..

— Реакция немного неадекватная, сэр.

— Да колись уже!

— Объект в предобморочном состоянии… фиксируются нарушения в сердечном ритме, кровяное давление резко снизилось…

— Вот молодец, симатта! — на ходу рыкнул Рин. — А ещё на меня гонит! Ну ты выдумщик, Алекс!

— Промашка вышла, — виновато буркнул я. — Кумо, не молчи. Что там?

— Объект оправился от потрясения и активировал антивирусное программное обеспечение.

— Справишься?

— Конечно, капитан Заварзин.

— Хорошо, бди дальше. И выведи маршрут до ближайшего питейного заведения.

— Процесс активирован, сэр.

Глава 4-5

—//-

В ближайшем питейном заведении мы надолго не задержались — только и успели прикончить по кружке пива, а потом предпочли свалить по добру, по здорову. Просто потому, что на нас очень косо смотрели. Вроде бы ничего необычного — так всегда относятся к пришлым в заведениях из категории «только для своих», но в данном конкретном случае даже у меня мурашки по спине побежали, до того люто на нас зыркали местные. Ну и бармен ехидно ухмылялся, когда думал, что мы не видим. При таких делах я озадачил Кумо перехватом управления системы наблюдения, и тот уже через пару минут поднял тревогу — к бару потихоньку стягивались разные подозрительные личности. Собственно, унесли ноги мы очень вовремя — ещё бы чуть-чуть, и пришлось бы прямо на выходе разборки устраивать. А так удалось внаглую растолкать парочку мордоворотов (Рину) и прошмыгнуть между ними (мне). А там давай бог ноги! Свернули в первый попавшийся перпендикулярный тоннель, вышли на параллельную улицу, благополучно избежали встречи с полицейским патрулём… да так и курсировали по району, нигде не задерживаясь более чем на десять минут. Правда, круги нарезали не просто так, а постепенно смещались ко второму намеченному кэпом адресу. Кандидатом на членовредительство номер два оказался очень похожий на Лёву типчик — не внешностью, а манерами и внутренней сутью. Разве что этот был более суров и неуступчив. Опять же, до поры, до времени.

Да-да, вы не ошиблись — кэп воплотил в жизнь свою угрозу и попросту отфигачил клиенту кисть. Левую, если быть совсем точным. И снова я этот момент пропустил — вот только что Рин довольно спокойным тоном втолковывал барыге, что конкретно мы от него хотим, а потом — раз! — свист клинка, характерное «чванк» и шлепок довольно большого куска плоти по полу. И только затем дикий вопль, в котором удивления было даже больше, чем боли.

А ещё я не ожидал, что Костя Железнов, прозванный за габариты и брутальность Малышом, грохнется в обморок, лишившись части любимой конечности. Именно по этой причине я стоял и тупо пялился на тушу, не уступавшую кэповой, а ростом заметно превосходящую, в то время как Рин-сан действовал: озабоченно поцокав языком, кэп жестом фокусника извлёк из кармана антишоковый препарат, вколол пострадавшему, и куском какого-то провода, найденного здесь же, в Костиной барахолке, перетянул обрубок. Последнее его действие я горячо одобрил: не хватало ещё, чтобы столь тщательно обработанный клиент двинул кони от кровопотери. Кэп же, не остановившись на достигнутом, аккуратно посадил барыгу, прислонив того спиной к стене, и похлопал по щекам, приводя в чувство:

— Эй, болезный! Скажи что-нибудь.

— У… уроды! — выдохнул Костя, с трудом сфокусировав мутный взгляд на мучителе. — Б-беспредельщики!

С каждым мгновением ему становилось всё лучше (естественно, с поправкой на травму), но благодарить за это нужно было не Рина, а «химию». Которую вколол, опять же, Рин-сан. Итого — лыко и мочало, начинай сначала.

Кстати, про начало. Начиналось всё довольно чинно и благородно — в отличие от Лёвы, господин Железнов, или, как он сам себя называл, негоциант широкого профиля, у запертой двери держать нас не стал. Причём отпер вполне осознанно — мы даже не пытались скрыться от камеры наблюдения, встроенной в дверной косяк. Потому что нафига, а главное, зачем? Кумо нам на что? Тем не менее, кэп при виде такого дела даже удивился, ведь, если верить моему верному «мини-гексу» (а не верить ему нет оснований), конкретно Малыш Костя был одним из адресатов Лёвы. А ещё наш, так сказать, амбассадор умудрился где-то раскопать наши фотки (где-где, в даркнете, вестимо!), так что Железнов просто не мог не знать, кого именно запускает в собственные хоромы.

И насчёт хором я не пошутил. В сравнении с обителью Лёвы владения Кости сильно выигрывали и по размерам, и по оснащенности: нам пришлось миновать поочередно два коридора с системами безопасности. Справедливости ради нужно сказать, что оные были активированы только в первом, и то с пятое на десятое. Впрочем, и их бы на нас с кэпом с лихвой хватило, вздумай хозяин крепости помножить нас на ноль. Естественно, мы тоже подстраховались — позвонили только после доклада Кумо о взломе внутренней сети обители барыги. Кстати, в ожидании этого момента мы с четверть часа шатались по округе, не приближаясь, но и особо не удаляясь от объекта. Заодно разведали пути отхода и ознакомились с диспозицией местных, так скажем, силовиков — опять же, в отличие от райончика, в котором проживал Лёва, здешний дистрикт выглядел самую чуточку респектабельней и даже мог похвастаться централизованной охраной. Некий ЧОП, названием которого я даже не стал интересоваться, обеспечивал «бизнесменов» группой быстрого реагирования, по факту — пятеркой «быков» с холодняком и станнерами.

В общем, Кумо перехватил управление, отрезал линию связи с ЧОПовцами и успешно внедрился в охранный контур. И только тогда мы дали знать потенциальной жертве о нашем присутствии. И напросились в гости, хе-хе. Как доложил тот же Кумо, Костя попытался было запустить протокол обороны, но, убедившись, что эта функция для него более недоступна, решил сохранить остатки достоинства. Как результат, мы беспрепятственно забрались в самое сердце его владений, представлявшее собой слегка увеличенную копию Лёвиного торгового зала — чуть более захламлённую и поражавшую удивительным разнообразием товаров. Такое ощущение, что Костик барыжил всем подряд. Но мы с кэпом знали, что это всё в основном официальное прикрытие, отмазка для полиции и налоговой службы. На самом же деле Малыш торговал информацией. А ещё был не слишком щепетильным посредником, охотно выступавшим гарантом во всяких сомнительных сделках. Связи, связи, связи и ещё раз связи — пусть и меньше, чем у Лёвы, но более специфические. Плюс авторитет среди низового звена преступного мира станции «Истра» посолиднее нашего первого клиента.

А ещё выяснилось, что дух крепче, да и характер потвёрже. С чего так решил? Да просто он взгляд не отвел, когда мы с Рином завалились к нему в торговый зал. И даже пусть и вымученная, но всё же ироничная усмешка на губах играла всё время, пока мы вышагивали среди витрин и просто куч сваленного хлама. Поздоровался он тоже первым, кстати.

— Приветствую вас в моей скромной обители, господа, — поднялся он нам навстречу, когда мы остановились в паре шагов от его кресла. — Чем обязан?

Надо же, какой воспитанный… и велеречивый. Нехилый такой контраст с внешностью брутала. Хотя закос под аристократа довольно жалкий, да.

— Мы по делу, — процедил кэп в своей излюбленной манере, очень часто наводившей ужас на собеседников.

Часто, но не в этот раз. Конечно, страх мелькнул где-то в глубине глаз Кости, но в остальном он вида не подал: застыл напротив, невольно скопировав нашу манеру поведения, и уставился на нас сверху вниз, благо рост позволял.

— Не думаю, господа, что смогу помочь чем-либо, — покачал он головой, предусмотрительно спрятав за спиной руки. — Разве что вы пожелаете приобрести что-либо из каталога.

— Мы желаем приобрести информацию, — сразу же обозначил свою позицию Рин-сан. — Нас интересует…

— Ничем не могу помочь, господа.

— Ой ли? — удивлённо заломил бровь кэп. — Хотя что же это я, право! Позвольте представиться: Сугивара Риндзи, капитан. А это Алекс…

— Я знаю, кто вы, господа, — сглотнув, выдавил Малыш. — И мой ответ неизменен: я не обладаю информацией, которую вы ищете.

— Но, может, хотя бы подумаете? Или попытаетесь вспомнить? — сделал ещё одну попытку кэп.

— Даже если вы начнёте угрожать, господа, боюсь, ничего не выйдет.

— Но вы же получили… послание?

— Не стану вам врать, господин Сугивара, — напрягся Костик. — Получил. И изучил. Но…

— Не приняли всерьёз? — подсказал Рин.

— Скорее, не поверил в реальность угрозы, если вам угодно, господа. И рад бы помочь, но… — Малыш осёкся на полуслове, скосив взгляд на клинок, волшебным образом возникший из ниоткуда и упершийся режущей кромкой ему в кадык.

— А теперь? — невозмутимо поинтересовался кэп, в лапе которого рукоять вакидзаси скрылась практически полностью.

— Боюсь, что и теперь, — сглотнув слюну, неосторожно развёл руками барыга…

Ну а дальше вы знаете — свист, «чванк», шлепок… и далее по тексту.

— С в-вас с-спросят! — прямо на глазах обретал былую уверенность Костик. — Вы д-дальше нашего квартала не уйдёте! Уж я постараюсь!

— А не боишься, что мы тебя сейчас добьём? — счёл я нужным вмешаться.

Впервые за весь разговор, кстати.

— Смысла нет! — поморщившись от боли, ухмыльнулся барыга. — Хотели бы, сразу грохнули. Иначе зачем вот это?!

Костик продемонстрировал мне перетянутую проводом руку, как будто я и без того её не видел, и снова сморщился.

— Это было необходимо, чтобы подтвердить серьёзность наших намерений, — вполне себе миролюбиво пояснил Рин-сан. К членовредительству он, такое ощущение, интерес потерял. — Чтобы никто потом не говорил, что Сугивара Риндзи бросает слова на ветер. Ничего личного, просто бизнес. Да и для вас лишь, к-хм, временные неудобства. Плюс небольшие финансовые потери.

— Надеюсь, ты довёдешь наше… послание до коллег по опасному бизнесу? — перехватил я взгляд барыги.

Тот некоторое время пялился мне прямо в глаза, потом медленно кивнул.

— По-моему, он недостаточно напуган, — поделился я опасением с напарником.

— Не, это всё из-за ширева, — успокоил меня кэп. — Сейчас действие немного ослабнет, и всё будет как надо. Клиент дозреет. Дозреешь же?

— Да п-пшёл ты, к-козлина!

— А вот грубить не надо!

Клинок Рина снова свистнул, чиркнув жалом по щеке Костика, но тот порез оставил без внимания — на фоне потерянной конечности это даже меня не впечатлило. Но кэп, судя по всему, знал, что делал, потому что барыга, вознамерившийся было одарить нас издевательской ухмылкой, вместо это выдал на роже нечто невнятное. Ощерился, если уж совсем честно.

— Заслужил, — назидательно сказал кэп. — С лицевым нервом шутки плохи, с полгодика побегаешь по врачам. Точно ничего не вспомнил?

Вместо ответа осмелевший от отчаяния Костик продемонстрировал бессмертный интернациональный жест, изобразив, насколько крупная рыба попадается на местном рынке.

— Ладно, живи, болезный! — буркнул впечатлённый кэп, и зашагал на выход, безбоязненно повернувшись к Костику спиной.

Как показала практика, напрасно — израненный, но не лишившийся боевого духа барыга запустил уцелевшую граблю в карман и извлёк на свет божий маломощный плазмер. Именно плазмер, а не разрешённый на станции станнер. Правда, прицелиться в кэпа не успел — я небрежным пинком выбил оружие из руки Костика, по ходу, вывихнув ему рамкой большой палец. По этой же причине и вырубать поленился — барыге резко стало не до нас. Ну а мы под шумок благополучно свинтили из его логова, вопреки собственным ожиданиям не встретив на выходе ЧОПовцев, которых всё это время безуспешно пытался вызвать пострадавший. Да-да, на этот раз мы поступили умней — «нейр» клиенту не заблокировали, чтобы он думал, что у него есть шанс. Ну а для Кумо не составило труда сымитировать ответные послания охранного сервера.

Оказавшись на достаточном удалении от логова пострадавшего барыги, попутно благополучно уклонившись от пары групп быстрого реагирования и полицейского патруля, мы свернули в очередной переулок и сбавили ход, получив возможность нормально, не на бегу, пообщаться. И я незамедлительно поинтересовался:

— Ну, кто следующий? Какой-нибудь местный маклер с подпольной биржи? Или завскладом у скупщиков краденого?

— А про завскладом я и не подумал, — удивлённо покосился на меня Рин. — Молодец. Где ж ты раньше был?

— Ну так ещё не поздно план скорректировать.

— Не, ну его к демонам! — отказался Рин-сан. — Не люблю импровизации.

— Да ладно?! — восхитился я такой непосредственностью. — А вот это вот всё что было?

— План, основанный на эффекте неожиданности и низменных людских страстях, — отрезал кэп. — Эй, рёку-сяку, давай-ка доклад!

— Уточните задачу, капитан Сугивара, — отозвался Кумо.

— Общая активность, — принялся перечислять Рин-сан, — потом по отдельным фигурантам, обоим.

— По всем троим, — ещё более конкретизировал я. — Как там наш Егор Ефимович поживает? Не запаниковал ещё?

— Связи объекта «Егор Ефимович» с остальными фигурантами не выявлены, капитан Заварзин. Ни прямые, ни косвенные. И нет, не запаниковал.

— Досадно… кста-а-ати! Капитан Сугивара с тобой планами поделился?

— Ответ положительный, сэр.

— Ну и какие будут рекомендации по коррекции?

— Какая ещё коррекция, э?!

— Рекомендую заменить следующего фигуранта на равнозначную фигуру. Досье прилагается, сэр.

— Обоснуй, симатта!

— У моего кандидата прослеживаются неофициальные связи со службой мониторинга пространства, капитан Сугивара.

— Что скажешь, Алекс?

— Решай сам, кэп, но… сомнительно как-то.

— В плане, э?!

— Пока что наш следующий шаг никто не может предвидеть, ведь мы сами бьём наугад. Поэтому до сих пор и неприятностей особых не…

Что называется, сглазил: из-за ближайшего поворота, в паре десятков шагов от нас, вырулила кучка крайне серьёзно настроенных мужчин, и сразу же после этого откуда-то сверху рухнула герметичная переборка гильотинного типа. А аналогичный грохот за спиной известил нас с Рином, что путь отступления тоже отрезан.

— Замуровали, демоны! — рыкнул моментально просчитавший ситуацию кэп, и резко затормозил, не забыв и меня за плечо цапнуть.

Я замедлился менее удачно, чуть не сев на пятую точку — спасибо силе инерции. Но всё же устоял, и даже не выругался вслух, как того можно было ожидать. Правда, по той лишь причине, что был занят обменом информацией с Кумо — анализ обстановки, перехват управления системой герметизации внутренних помещений, взлом видеонаблюдения… вот это вот всё. Надо сказать, ответы на все вопросы поступили сугубо отрицательные: у моего помощника сложилось полное впечатление, что всё вокруг… обесточено. За исключением освещения, само собой. И экранировано в два, а то и в три слоя… если слово «слой» здесь в принципе употребимо. То есть подловили нас качественно, со знанием дела, да и на ресурсы, включая административные, не поскупились. Иначе как бы организовали слежку? Правильный ответ ровно один — через полицейские камеры. То есть связи у нашего оппонента обширные, а значит, и возможности тоже. Хорошо хоть, на анализ ситуации в целом ушло всего несколько секунд, после чего мой «мини-гекс» переключился на потенциального противника… противников.

Коих оказалось целых шестеро, и все, как на подбор, рослые и плечистые. А ещё карманы «бомберов» подозрительно оттопырены. И лица добрые-добрые… да, это я от нервов прикалываюсь. Ну и немного от неожиданности — уж чего-чего, а именно такого развития событий мы с Рином и предположить не могли. Даже в самых смелых мечтах, ага. Ждали, конечно, нападения, но чтобы настолько толково организованного… вот уж повезло, так повезло! И я не только иронизирую, я ещё и факт констатирую — рациональная (кто сказал «меркантильная»?) часть моего мозга почти моментально выдвинула любопытную гипотезу, игравшую в нашу пользу. Правда, её ещё подтвердить надо. А для этого прежде всего нужно выпутаться из текущей — и в крайней степени сомнительной — ситуации.

Между тем расстояние между нами с кэпом и визитёрами неторопливо, но неумолимо сокращалось. Парни не особо торопились, что вполне понятно — куда мы, на фиг, из заблокированного тоннеля денемся? Разве что стену проломить умудримся. И я бы даже попытался, будь у меня энергетический меч, как у чуваков в древних киношках. Или, к примеру, мощный плазмер… хотя фигушки, будь у меня плазмер, эти бы, вон, так уверенно не вышагивали. Но сейчас могут себе позволить. Этак вразвалочку. На нервы давят, гады!..

— Предварительный анализ завершён, капитан Заварзин. Вывести результаты в табличном виде? — напомнил о себе Кумо.

— Нет, инфографику давай, — буркнул я себе под нос.

Чтобы, не дай бог, враги не расслышали. Кэп-то ладно. Он на меня ноль внимания, весь уже подобрался и, такое ощущение, даже первую цель себе наметил. Разве что ещё за мечами не полез, но это вообще не показатель — помню, как ловко и быстро он с ними обращается. В принципе, можно просто за спиной у Рина отсидеться, главное, дать ему команду «фас». И все ограничения снять, как моральные, так и этические. Но в этом вопросе, кстати, он у меня разрешения не спрашивает. И совсем другое дело — делегация от встречающей стороны. Кумо напрягался не зря, его стараниями приближающиеся парни оконтурились разноцветными линиями с градацией по степени опасности от жёлтого до кроваво-красного, а ещё украсились выносками с краткими характеристиками выявленных гаджетов. И всё бы ничего, но… все они оказались деактивированы. Да-да, и «нейры» тоже. Я бы даже сказал, особенно «нейры». А ещё отсутствовала связь как с обычной сетью, так и с даркнетом. В этом я убедился, развернув в «дополненной реальности» интерфейс собственной приблуды. Если бы не Кумо, я бы даже этого сделать не смог. И какой же из этого следует вывод? Простой, но пугающий — за нас сейчас возьмутся всерьёз. И живыми вряд ли отпустят, поскольку только в этом случае имеет смысл страховаться столь затейливым образом. Кста-а-ати… зуб даю, что в нашем заблокированном закутке если и есть камеры наблюдения, то однозначно испорченные, чтобы даже в стационарном режиме ничего не засняли. Или драйвера у них как раз сейчас слетели. По факту, улик нет, а от тел можно и избавиться. Или не заморачиваться — пусть полиция выясняет, кто да за что. Офигеют в процессе, без записей-то!

М-мать… вот мы попали! Лишь бы из плазмеров не расстреляли, или не оглушили из станнеров, прежде чем забить насмерть. Я бы, кстати, именно так и поступил, если бы вознамерился избавиться от неких назойливых особ. Я же уже говорил, что у молодчиков карманы подозрительно оттопыриваются? Интересно, что бы это могло в них быть, а?..

Хотя нет, ни разу не интересно. Если это реально летальное оружие, то за нас взялись всерьёз (повторяюсь, ага) и очень влиятельные люди, которым плевать на полицию. И тогда нам кранты. Разве что не сразу — вдруг у встречающей стороны приказ доставить нас с кэпом пред светлы очи большого босса, прежде чем прикончить? Чисто пообщаться… и только потом на ноль помножить. А ведь вполне такое может быть. Просто из логики развития ситуации это следует. Если бы нас хотели просто грохнуть, приближаться бы не стали — расстреляли с дистанции, и всё. Благо что в жалком куске тоннеля даже укрыться негде. Но нет, идут на сближение, и с довольно решительным видом… реально вознамерились «на кулачках» сойтись? Смешно, станнеры же есть!

— Господа, вы что-то от нас хотели? — предпринял я попытку сыграть на опережение.

И даже кое-чего добился, блин! Трое как шли, так и шли, а вот ещё двое притормозили, сохранив между нами дистанцию, исключавшую ближний бой, и запустили грабли в карманы. Из которых и извлекли… ну надо же, почему я не удивлён? Плазмеры, причём армейские! Правда, целиться или ещё как-то демонстрировать агрессию не стали, просто оставались настороже. А последний и вовсе застыл почти у переборки, и, такое ощущение, вёл запись. Слишком уж поза характерная, я бы даже сказал, профессиональная.

— Может, сначала поговорим, э?

Странно, чего это у кэпа такой голос напряжённый? Сомневается, что справимся? Если чисто на кулачках, то можем и слить разборку — очень уж «быки» здоровые. А ещё целеустремленные и явно замотивированные по самое не балуйся. Может, финансово, а может, и идейные нам попались. Типа, это наша делянка, и мы здесь никому не позволим беспредельничать! Кстати, я понял, кого они мне напоминали — ребятишек Деррика из технарской ОПГ Картахены. А с теми шутить себе дороже.

— Кэп?! — бросил я панический взгляд на соратника, отвлёкшись от делегации.

Как незамедлительно показала практика, напрасно. От нас до решительно настроенных парней оставалась всего пара шагов, ещё мгновение, и можно уже что-то делать, например, встречать ближайшего бугая фронт-киком, но… я купился на обманчивую внешность, не сулившую особой скорости. А здоровяк на мою беду оказался ещё и шустряком — очень резко для своих габаритов ускорился и в буквальном смысле слова в меня врезался. Не успел я и пикнуть, как оказался в плотном захвате: противник облапил меня за пояс, умудрившись заодно и руки к бокам прижать, и сдавил с нечеловеческой силой. Я ещё мельком подумал, что рёбрам точно кирдык, главное, чтобы позвоночник выдержал… и как раз в этот момент впечатался спиной в стену — затормозить для такой туши оказалось трудновато, да он и не пытался. Поэтому, кстати, и дистанцию так быстро сократил — попросту рванул ко мне, как в регби, и снёс играючи. Воздух из лёгких почти весь выбил, я невольно закатил глаза, силясь хватануть живительного кислорода… и успел осознать, что сейчас мне ещё и лбом по переносице прилетит. С предельно плачевными последствиями, ага…

Глава 5-1

Глава 5

… спасла меня бейсболка. Плюс связанные в пучок дрэды — очень неплохой демпфер получился. Ну и, само собой, бойцовские рефлексы, куда же без них! В общем, я успел прижать подбородок к груди, благо мой противник, наоборот, чуть откинулся, чтобы размахнуться, и удар пришёлся по двойной «подушке». И даже через неё долбануло будь здоров! Страшно представить, что бы со мной бугаина сотворил, если бы я подставил голый лоб. Чисто теоретически этого должно было хватить — перелом носа атакующему обеспечен, но в суровой реальности я бы улетел в аут, в то время как «бычара» отделался максимум нокдауном. А так я даже в профите остался — мало того, что вражину смутил, так ещё аккурат в этот момент нашарил правой рукой набедренную кобуру. Да-да, ту самую, в которой «кольт», замаскированный под плазмер, жил. Рукоять как влитая легла в ладонь, и я плавно, как учили (а на самом деле в плотном захвате иначе бы и не вышло), высвободил оружие, умудрившись большим пальцем взвести курок (патрон уже был в патроннике, эту привычку я завёл с самого начала) и одновременно чуть довернув ствол в сторону бугая. Много не получилось, ствол упёрся во что-то не очень податливое, и я незамедлительно выжал спуск. Как тотчас же выяснилось, выстрел пришёлся бугаю в бедро — левое. Да и результат превзошёл самые мои смелые ожидания: ногу из-под противника почти выбило, плюс болевой шок… не удивительно, что крепкие объятия он тут же разомкнул, отшатнувшись. И словил ещё две пули — в корпус (для закрепления успеха, так сказать) наощупь, и почти прицельно под нижнюю челюсть. Пуля патрона девять миллиметров «Para» прошила череп навылет и ударила в стену, затылок разлетелся кровавыми ошмётками, но я на это уже не обратил внимания, поскольку выцеливал остальных. Двух потенциальных стрелков поразил в головы — чётко, как в тире, удивив самого себя, а условному «оператору» всадил «гостинцы» в плечо и мякоть бедра. Тот, разумеется, на ногах не устоял, да и молчать не стал, взревев, что твоя сирена, а я развернулся к кэпу, благо первый убиенный уже грузно осел на колени, а потом и на задницу приземлился, медленно, словно нехотя, заваливаясь на спину.

И снова рефлексы сработали быстрее меня — выстрел, чёткое попадание над ухом, брызги крови и мозгов плюс вмятина на стене на заднем фоне, перевод целика на последнего… и осознание, что Рин-сан и без меня неплохо справился. Словивший пулю в голову архаровец к этому моменту уже был насажен на кэпов клинок на манер шашлыка. А второй противник Рина хрипел перерезанным горлом, навалившись шеей на лезвие вакидзаси в левой руке капитана. И лишь по этой причине его труп ещё не валялся на полу тоннеля. Впрочем, это упущение кэп очень быстро исправил — освободив клинки, резко взмахнул ими, стряхивая кровь, и отшагнул назад, позволив безжизненным телам принять горизонтальное положение. Как мёртвым и подобает, да.

И воцарилась тишина… почти. Подранок у переборки, хоть и сбавил громкость, но орать не перестал — две пули в любимой тушке не шутка.

— Кумо, обстановка! — первым опомнился я.

— Без изменений, капитан Заварзин, — отозвался «мини-гекс».

Ясно-понятно… что ничего не понятно. Ладно, будем разбираться по ходу дела. Нам сейчас главное свалить куда подальше, а для этого в первую очередь нужно разблокировать тоннель. Внимание, вопрос: а как? Вот и я не знаю… попробовать активировать «нейр» кого-то из убитых? А смысл? Хотя… не зря же подранок в характерной такой позе стоял, да ещё и поодаль. Плюс наглухо валить я его не стал… почему? Да кто бы знал. Интуиция. Так что не грех проверить, глядишь, что и выгорит. А не выгорит, так хотя бы добью урода. Всем им, кстати, туда и дорога. Кто-то может сказать, мол, превышение пределов необходимой самообороны… и пойдёт незамедлительно лесом в известном трёхбуквенном направлении. Чай, не двадцать первый век на дворе, да и не старушка Земля. Несколько столетий уже, как нет тех пределов. Каждый сам за себя и вправе защищаться всеми доступными способами. На том и стоит современное… чуть было не сказал «цивилизованное», ага! — общество. Кто сильнее, тот и прав. Кто по положению выше, тот и прав. Кто богаче… ну, вы поняли. И далее по списку. Не мы такие, жизнь такая. Нормальная, блин, цивилизованная жизнь! Как там у классика? Все воюют, друг друга душат… и не нам потрясать общественные устои. Или хотя бы не до такой степени.

— Кэп, обшмонай этих, — на ходу бросил я, нацелившись на подранка.

Раненый, кстати, это дело просёк и ещё чуть сбавил громкость, сжавшись в скулящий комок. Чего это он, а? Понятно… «кольт»-то у меня по-прежнему в руке, чуть приподнял ствол, слегка надавил на спуск, и поминай, как звали. Другое дело, что рано. Пока. Но и клиенту об этом знать не обязательно, пусть до кондиции дойдет, покуда ловит полубезумным взглядом малейшее движение ствола. Я даже прицелюсь демонстративно-показательно, чтобы в жерло заглянул. Да-да, именно жерло — в такие моменты кажется, что банальная трубка с нарезами превратилась в тоннель, ведущий прямиком в ад. Разве что на ходу этого делать не буду, потому что со стороны смешно выглядит. Зато как только дистанция сократится до приемлемой, самый раз будет.

Результат превзошёл все ожидания — не будь на подранке стандартного комбеза, утилизирующего телесные выделения, я бы подумал, что тот обмочился со страха. Ну уж пропотел-то точно. Впрочем, выяснять этого я не стал — прицелился, как задумывал, точно в переносицу, и рявкнул:

— «Галерею» открыл! Быстро!

Что характерно, сработало — Кумо, по подсказке которого я и выдал смешную на первый взгляд фразу, моментально подключился к вражескому «нейру». А нам, собственно, только этого и было надо: как показала практика, мой голографический помощник весьма поднаторел в скоростном взломе чужих девайсов. Тут главное хотя бы намёк на приглашение получить, каковым обычно и являлся гостевой доступ к «галерее», предназначенной для обмена файлами — фотками, там, приватно обменяться, и всякое такое. И да, у подранка «нейр» был активирован, в отличие от. Мало того, ещё и канал связи с внешним миром имел — узенький, до крайности специализированный и закодированный, но тем не менее.

«Доступ к системе получен, — буквально через пару мгновений прислал текстовое сообщение Кумо. — Перехват внешнего сигнала невозможен. Требуется код доступа».

— Код говори! — выдвинул я новое требование, для надёжности пнув бедолагу в продырявленное бедро.

Тот взвыл, но сразу же подавился воплем — видать, ужас передо мной пересилил боль. Но, тем не менее, говорить не пожелал.

— Я непонятно сформулировал вопрос? — участливо осведомился я, выждав пару секунд.

Раненый, с пустыми от ужаса глазами, лихорадочно замотал головой, мол, всё понятно.

— А в чём же дело тогда?!

— Н-не… не з-знаю!

— Не знаешь, в чём дело?! — изумился я.

— Н-не з-знаю к-к-код…

— Кумо, слышал?

— Ответ положительный, капитан Заварзин.

— Ну и что скажешь?

— Эй, Алекс, чего так долго?! — окликнул меня тем временем кэп, опередив «мини-гекса».

— Рин, не до тебя! — отмахнулся я. — Видишь, коммуникацию налаживаю с объектом.

— А он чего?

— Пока в несознанке.

— Ну так прострели ему колено! Только на целой ноге, так больнее!

Подранок, прекрасно нас слышавший, сжался ещё сильнее и принялся подвывать на тонкой ноте.

— Кэп, ну вот нафига?! — поморщился я. — Так и придётся твоему совету последовать…

— Вряд ли излишняя жестокость в настоящий момент будет оправдана, капитан Заварзин, — вовремя вмешался Кумо. — Судя по данным из памяти «нейра», объект говорит правду. Канал открыли извне, прямой ссылкой.

— И… что теперь?

— Попробую расшифровать частоту, похоже, она единственная не заблокирована, сэр.

Хм… почти гениально, ага. Только что нам это даст?..

— А зачем? — поделился я вслух справедливым сомнением.

— Если у меня будет частота, я выйду на канал связи с сетью и попытаюсь разблокировать тоннель, сэр.

— А, это… — несколько разочарованно протянул я. — А нашего таинственного абонента не отследишь?

— Попробую, сэр. Но на это потребуется время.

— То есть нам тупо ждать?

— Можете попробовать оказать психологическое воздействие на оппонента.

— Да ему уже и так хреново, — с сомнением покосился я на скулящее тело.

— Я имею в виду основного оппонента.

— Ты хочешь сказать, что он нас видит? И слышит? Прямо сейчас?

— Я не исключаю такой вероятности, сэр.

— Понял, спасибо! — оживился я. И повторно пнул подранка по ноге: — Эй, как тебя там?! Ты передачу выключил?

— Э-эдик…

— Да пофиг! Ты передачу выключил?

— Н-нет, м-мы в эфире…

— Так! Ну-ка, выпрямился, и сел нормально! И на меня смотреть! Прямо в глаза, я сказал!

Подранок, хоть и с трудом, но мои требования выполнил. Я же снова демонстративно прицелился ему в лицо, чтобы, так сказать, и на том конце провода (хе-хе!) в ствол заглянули. И впечатлились. Вряд ли, конечно, но попытка не пытка, вдруг прокатит?..

— Не знаю, кто ты, — начал я, но потом сделал вид, что прислушался к себе, и уточнил: — Пока не знаю, но узнаю обязательно. И тогда жди в гости, урод! И специально для тебя: если ты ещё не понял, конкретно к тебе это личное. Те двое бедолаг, Лёва с Костиком, всего лишь сопутствующие жертвы, оказались не в то время не в том месте. И с ними действительно просто бизнес. Потому они и живы. А вот ты совсем другое дело. Единственная твоя надежда на спасение — инфа, которую мы ищем. Умудришься её нам предоставить, сохранив инкогнито — считай, что тебе повезло. Как минимум отсрочку заработал. Нам сразу станет резко не до тебя. Глядишь, успеешь ноги сделать и следы замести. А если удача будет на твоей стороне, то мы про тебя забудем, отомстим тем, кто выше. Так что думай, кто бы ты ни был. Ну а это тебе в качестве подтверждения серьёзности наших намерений!

Одиночный выстрел в замкнутом пространстве прозвучал куда громче, чем раньше — тогда я на адреналине был, в стрессовой, так сказать, ситуации. Зато теперь по ушам ударило знатно. А подранок получил пулю точно в переносицу, так и не успев сообразить, что умирает. Туда, в принципе, и дорога. Тем более что Кумо доложил о завершении взлома, и снова в текстовом режиме. А ещё он же не позволил «нейру» убитого вырубиться, предоставив потенциальному зрителю возможность «наслаждаться» дальнейшим действом, пусть и с очень непривычного ракурса — с пола под углом девяносто градусов. Да-да, мой помощник специально не стал корректировать картинку, для пущего ужаса.

— Кэп, что с этими? — дёрнул я головой в сторону трупов.

— Пустые, симатта! — разочарованно доложился Рин-сан. — На дело шли, подготовились. Стволы, ножи, складные дубинки — у кого что. «Нейры» отключены, коммуникаторов или каких-то иных средств связи нет. Документов, естественно, тоже.

— Ну и кто же они, по-твоему?

— «Бычьё» местное обыкновенное, — пренебрежительно фыркнул кэп. — Наёмная шпана.

— Шпана ли? — с сомнением хмыкнул я. — Шпана обычно на мокруху идёт неохотно. Да и откуда у шпаны боевые плазмеры?

— Думаешь, «убойщики» из какой-то банды?

— Скорее всего. Точно никаких знаков не нашёл? Может, пропустил просто? Татуировки, например.

— Да они тебе что, якудза?! — справедливо возразил Рин. — Вы, славяне, к такой атрибутике не склонны. Симатта, просто бесит периодически! То ли дело ниппонцы — грохнул такого, и вся его жизнь на спине в цвете расписана.

— Ещё скажи на пальцах!

— И на пальцах тоже! — отрезал кэп. — А эти… безликие какие-то. Среднестатистические по всем параметрам, кроме телосложения. Спецом самых крупных подбирали, что ли?..

— Ты меня спрашиваешь?!

— Нет, симатта! Просто размышляю.

— И чего надумал? Как выбираться будем?

— Рёку-сяку не справился?

— Пока нет, — честно признался я. — И не особо обнадёживает. Говорит, нужен канал связи.

— Канал, говоришь? — задумчиво хмыкнул кэп, и я поневоле проследил направление его взгляда.

— Упс…

— Вот тебе и «упс», симатта! — передразнил меня Рин-сан. — Думаешь, просто так запрещают на станциях мощное оружие использовать?

— Я почему-то думал, что внутренние переборки с перекрытиями прочнее…

— Прочнее чем что?

— Ну…

— Просто все эти конструкции не рассчитаны на кинетическое воздействие, особенно точечное, — окончательно добил меня кэп. — А ещё спасибо Борисычу.

— За «кольты»?

— За лень его безграничную, э! Поленился искать документацию на нормальные боеприпасы, вот и гонит валом бронебойные.

А ведь и правда… хотя лично мне он по ушам проехался в том плане, что против скафандров именно такие патроны и нужны. И я, кстати, имел возможность на практике убедиться в действенности такого подхода к снабжению — привет покойному Саффолку с компанией.

Спрашиваете, к чему мы это всё? Да очень просто — кэп обратил внимание на банальную дырку в стене. Я бы даже сказал, аккуратное отверстие, которое оставила пуля, пробившая голову моего первого противника. Высоковато, правда, ну да ничего. У нас есть ещё вариант — довольно глубокая вмятина.

— Кэп, сместись-ка чуть в сторону!

— Бей под углом, — посоветовал тот. — Если рикошет будет, так хотя бы в другую сторону.

— Окей, — буркнул я. — Уши!

Всё-таки громковато выходит. Зато надёжно: и без того уже повреждённая стеновая панель серьёзной преградой для пули не стала.

— Эй, кэп, а если за стенкой кто-то есть? — запоздало задался я не самым приятным вопросом.

— Их проблемы, симатта! Пальни-ка чуть выше, на пару сантиметров.

— Зачем?

— Просто сделай, э!

Ну ладно, раз кэп просит… я даже слегка задачу перевыполнил — пальнул дважды, так, что между пулевыми отверстиями остались минимальные перемычки.

— Пойдёт, — удовлетворенно кивнул Рин-сан, и жестом фокусника извлёк из ножен один из вакидзаси. — Чёрт, придётся заточку испоганить!

— Думаешь, возьмёт? — с сомнением покосился я сначала на меч, потом на стену.

— Почему нет? — пожал плечами кэп. — Это же не сталь, в конце концов, а просто укреплённый пластик с металлокерамической подложкой.

— И всё-таки…

— Вот сейчас и проверим, симатта!

Надо сказать, кэп знал, что делал — материал клинка оказался куда прочнее и тверже листового пластика стеновой панели. По крайней мере, отверстия Рин соединил довольно быстро. А потом, сунув меч в прореху, как-то по-хитрому уперся… и прорезал лист сантиметров на двадцать вниз. Правда, из прорехи тотчас же выпер герметизирующий гель, застывший причудливыми потёками, но сам по себе он вообще не преграда — что-то типа пористой строительной пены.

— Ни фига себе…

— Ничего сложного, э! Повезло, что коммуникации в других местах. Трубы и кабеля в экранировке так просто не взял бы.

— А там что, пустота?

— Очень похоже. Скорее всего, какое-то техническое помещение.

— То есть мы можем как минимум в него выбраться?

— Алекс, включи логику.

— Попробую, кэп. Куда ещё стрелять?

— Побереги патроны.

Сам значит сам. Я даже возражать не стал, положившись целиком и полностью на кэпову инициативу. Кто сказал «положил»? Ни фига подобного! И не прогадал, кстати: Рин по одному ему понятным соображениям продырявил стеновую панель в нескольких местах, а потом ещё за каких-то пять минут вырезал вполне себе симпатичный лаз, с которым гель уже не справился. Я в дыру помещался спокойно, а вот самому Рину пришлось поднапрячься. Но всё равно пролезли, оказавшись в нише между двумя коммуникационными колоннами. Помещение, судя по результатам беглого осмотра, являлось чем-то вроде кладовки с охлаждением. В холодильник мы перебрались, ага. Просто отлично, иначе и не скажешь!

— Похоже, кэп, времени у нас немного.

— Вот и не тормози, э! Рёку-сяку, у тебя дела как?

— Связь с сетью восстановлена, капитан Сугивара.

— Отследил?! — моментально вклинился я.

— Ответ отрицательный, капитан Заварзин.

— Чёрт…

— Зафиксирована сетевая активность объекта «Лоськов», сэр.

— В плане?! — оживился я.

— Объект получил несколько закодированных сообщений от анонимного абонента…

— Ломанул?

— Никак нет, сэр! Шифр вербальный, вероятнее всего, кодовые фразы. Воспроизвести?

— Не, на фиг! Рассказывай, что дальше.

— Судя по телеметрии, по прочтении объект испытал довольно сильный стресс и развил бурную деятельность с удаленным доступом к серверу Службы мониторинга пространства.

— В панику ударился, что ли?

— Можно и так сказать, капитан Заварзин.

— Следы трёт?

— Очень похоже, сэр.

— Помешать можешь?

— Ответ отрицательный. Но я копирую все удаляемые файлы с того момента, как появился доступ к сети.

— Есть что-то для нас интересное?

— Пока нет. На данном этапе объект «Лоськов» ликвидирует возможные следы вмешательства в работу системы.

— Маскирует подправленные данные?

— Скорее имитирует повреждения базы данных.

— Поня-а-а-атно… а с основной задачей как дела?

— До взлома системы четыре минуты девять секунд… восемь… семь…

— Ладно, выведи таймер.

— Будут ещё какие-то приказания, капитан Заварзин?

— Пробей по базам фото всех убитых. — В принципе, это нам не особо интересно, но, как я уже неоднократно убедился на опыте, информация лишней не бывает. Даже если сейчас она лишняя, потом будете бегать в поисках. — И давай-ка определи, где мы находимся и как отсюда выбраться.

— Помещение «11/07-а» сектор 13–49, холодильная установка. Доступных вариантов выхода — четыре. Вывести инфографику?

— Валяй. Кэп, ты тоже глянь ради интереса.

— Сейчас, симатта!

Четыре варианта, надо же! Зуб даю, что хотя бы один с вентиляцией связан… ну, так и есть! Вентиляция, технический тоннель под полом (по сути такой же короб, как и в вентиляционной системе, только снизу), и два входа, они же выходы — основной с большой пропускной способностью, и малый, чисто для персонала максимум с тележками на электротяге.

— Кэп, какой выберем? Может, через главный рванём? Сразу можно будет в толпе затеряться, там оживленная промка… Кумо, подцепи-ка ближайшую камеру.

— Процесс активирован, капитан Заварзин.

— Спасибо… чёрт, что-то слишком многолюдно. Что за кипишь?

— Ты на людей не смотри, э! Полицию высматривай.

— Кумо?

— Активности правоохранителей не обнаружено, сэр.

— То есть у них всегда так?

— Судя по доступным записям, да, сэр.

— Тэ-эк-с… а переулок у второй дверцы?

— Камеры отсутствуют, капитан Заварзин.

— Укромный закуток, получается? — хмыкнул я. — Рин, что скажешь?

— Если нас там и ждут, то прорвёмся. Зато в случае чего руки будут развязаны.

— Хм… ладно, пошли через малый, а то тут холодновато всё-таки.

— Я бы рекомендовал побыстрее ноги сделать, Алекс. Всё ж за стенкой куча трупов. А ну как сейчас тоннель разблокируют, и туда толпа копов завалится? Или какие-нибудь залётные охранники?

— Кто разблокирует? — зацепился я за слабое место кэпвой гипотезы.

— Элементарно, симатта! Те же, кто и заблокировал! Есть же вероятность, что они всё видят, не так ли?

— Так точно, капитан Сугивара.

— Ладно, погнали тогда. Кумо, на тебе замок.

— Не думаю, сэр, что моя помощь понадобится, — отпёрся «мини-гекс».

И оказался прав, что характерно — вспомогательный вход был оснащён примитивнейшим механическим замком, причём на ключ он закрывался только снаружи, изнутри же наличествовала элементарная защёлка.

Кэп чуть не прослезился при виде такой старины:

— Жалко, времени нет пошарить! Наверняка контрабандисты тут что-то интересное прячут, э!

— Рин, ты бы не каркал, — буркнул я, справившись с запором. — Ты, конечно, тот ещё воин-тэнгу, но как-то ну его на фиг. Трупов на сегодня с избытком.

— Кто бы спорил, э!

— Процесс завершён, капитан Заварзин, — невпопад влез Кумо.

— Какой именно?

— Я взял под контроль сервер Службы мониторинга пространства, сэр.

— И как, нашёл уже?

— Ответ отрицательный. До завершения процесса…

— А, забудь! — отмахнулся я. — Просто скажи: шанс есть?

— Шанс обнаружить искомую информацию свыше девяноста трёх процентов, капитан Заварзин.

— Тогда ищи, как найдёшь — скажешь.

— Принято, сэр.

— И это… получается, миссия завершена?

— Это ты у кого спрашиваешь, симатта?

— У обоих.

— Ну, если ты больше никого проведать не рвешься…

— А смысл? — оглянулся я на кэпа. — Так, Кумо, строй маршрут эвакуации. Задача — максимально быстро вернуться на «Набат», избежав встречи с правоохранителями.

— Контакт с иными… заинтересованными лицами допускается, сэр?

— В пределах разумного, если без стрельбы и поножовщины обойдётся.

— Процесс активирован, капитан Заварзин. До завершения…

— К чёрту! — снова отмахнулся я. — А со второй задачей что? Отследил нашего оппонента?

— Ответ отрицательный, сэр. Вернее, отследил до промежуточного сервера почтовой службы…

— И?..

— Наш оппонент с вероятностью в шестьдесят три целых семь десятых процента имеет отношение к анонимным посланиям, которые вынудили объект «Лоськов» активизироваться. А ещё выявлена связь объекта «Лоськов» с одним из нападавших — конкретно с «оператором» Эдуардом Говоровым. Вывести досье?

— Ну, зашибись! — восхитился я. — Слыхал, кэп? А мы таки кое-кого напугали до поросячьего визга! Нет, не выводи.

— А ты во мне сомневался, симатта?! — самодовольно ухмыльнулся Рин-сан. — Говорил же, план надёжный!

— Вот только хлопотный, — буркнул я, осторожно потянув на себя дверцу.

Оказаться лицом к лицу с очередным бугаём, да ещё и неожиданно, мне совсем не улыбалось. Однако обошлось без эксцессов — тупичок был тёмен и девственно пуст…

Глава 5-2

—//-

— Хм… очень забавное место, не находишь, кэп?

— Не нахожу ничего забавного, э!

— Да ладно тебе! Смотри — вон звезда одна, вон — вторая…

— А вон там вон что такое? Уж не чёрная ли дыра, а? Да ещё и с аккреционным диском?! Алекс, симатта! Это система двойной звезды, и она вращается вокруг сверхмассивной чёрной дыры! До того сверхмассивной, что аж атмосферу с одной из звезд притягивает! Хуже места не придумаешь! Ты только представь уровень излучения! А навигация?! Да чуток ошибись с вектором разгона, и привет — вот он, горизонт событий! Мы за каким чёртом вообще сюда припёрлись?! — всё больше распалялся Рин. Пардон, капитан Рин — профессиональная деформация, она такая. — Ладно мы, так ты ещё и ребят вызвал! Вайс, Терентьев, Краузе… никого не забыл?! Сколько им осталось? Часов пять добираться? Собрался здесь всех скопом угробить?!

— Да успокойся ты, кэп, — попытался я призвать к порядку разбушевавшегося напарника. — Сам же знаешь, что и в мыслях ничего подобного не было. И пять часов это только Краузе, остальные раньше подтянутся. Терентьев так вообще где-то через час-полтора.

— Думаешь, от этого легче?!

— Ну, им однозначно, — парировал я. — Они хотя бы знают, куда направляются. В отличие от.

И с этим не поспоришь. Нам очень сильно повезло, что из прыжка мы вышли на достаточном удалении от чёрной дыры, да и щиты поток гамма-излучения выдержали. Но всё равно получился бо-о-ольшущий сюрприз! И отменно неприятный, да. Хотя, положа руку на сердце, во мне тут же проснулся учёный — интересно же, как такая масса будет влиять на подпространство. Что будет, это к гадалке не ходи — мы сами тому пример. А с временными потоками в ближайших окрестностях как? А если чуток «нырнуть»? А если уж совсем дать воображению разыграться, то можно и вероятность перемещения в прошлое допустить… в будущее-то не вопрос — «погрузился» на определённую «глубину», покуковал с недельку, и готово, в континууме ПВ уже год миновал. Сиживали, знаем. А вот в обратном направлении было бы очень любопытно…

— Эй, Алекс, ты это брось!

— В смысле? — отвлёкся я от мечтаний.

— Даже не думай, э! — подпустил угрозы в голос Рин-сан. — У тебя на роже огромными буквами написано, что ты какую-то пакость замыслил!

— Да ну тебя, кэп!

— Не увиливай, я тебя уже достаточно хорошо знаю!

— Да я что, я ничего…

— Так, давай сразу внесём ясность! Никаких грёбаных экспериментов с моим участием! Усёк, симатта?!

— Да усёк, усёк… и вообще, что за наезды?! — возмутился теперь уже я. — Некогда нам отвлекаться, мы вообще-то здесь по делу.

— Надо же, вспомнил! — ухмыльнулся Рин. — А раз по делу, то чего фигнёй страдаешь?! Запускай сканирование. Или ты думаешь, что собственными глазами что-то разглядишь?

— Ну, «Великан» он на то и великан…

— Смешно, симатта! Ладно, толку от тебя пока мало… эй, рёку-сяку!

— Да, капитан Сугивара?

— Врубай сканеры на максимальный радиус, надо в первый заход хотя бы гравитационные аномалии выявить. А то, не ровен час, влетим куда-нибудь по беспечности.

— Процесс активирован, капитан Сугивара.

Н-да… дожил! Уже даже мой персональный «мини-гекс» подтверждения не запрашивает, воспринимает кэпа как меня самого. С другой стороны, Рина за это можно только уважать — силён мужик, умудрился к инопланетному искину в доверие втереться. Мне бы так…

— Какие массы фиксировать, сэр?

— Сопоставимые с «Великаном», — перешёл на деловой тон кэп. — Больше бессмысленно… да и меньше тоже. И вообще, я сильно сомневаюсь, что удастся найти хоть что-то. Тут все силовые векторы искажены. Вот их в основном и отслеживай.

— Я учитываю влияние массивного объекта, сэр.

— И как, успешно?

— Ответ отрицательный. Рекомендую сузить радиус поиска, сэр.

— Обоснуй, э!

— Рационально ограничить район областями, в которых начинают проявляться гравитационные аномалии, капитан Сугивара. Если искомый объект попал в зону их действия, мы ему уже ничем не поможем. Да и вряд ли его самого обнаружим.

— Думаешь, затянуло?

— Если баржа попала в аномалию, то однозначно, сэр. У неё не хватит мощности двигателей, чтобы вырваться из гравитационной ловушки.

— А у нас?

— У нас тоже, сэр, так что рекомендую соблюдать осторожность.

— Слыхал, симатта? — ткнул меня локтем в бок кэп, благо кресла наши в данный конкретный момент располагались почти вплотную. — Работаем аккуратно, никуда не лезем!

— Да ладно, ладно! Уговорили! Кумо, давай-ка сам отслеживай силовые векторы. И доложи, когда сканирование завершишь.

— Принято, сэр.

— Вот дырища! — снова не сдержал эмоций кэп.

— Ещё какая! — с намёком поддержал его я. — Чёрная, громадная!

— Не только, — покачал головой Рин-сан. И развил мысль: — Алекс, а тебе не кажется, что в текущей ситуации прослеживается ещё одна дыра — логическая?

— Ты о чём, кэп?

— Да так, о своём, о девичьем… вот скажи мне, за каким демоном перегонять успешно отжатую баржу с грузом сюда? Я посмотрел лоции, этот район признан опасным для навигации двести с лишним лет назад! Сюда никто не суётся, потому что просто незачем! И вдруг на тебе — всю добычу, включая собственно судно, перебрасывают в область пространства, в которой в любой момент можно накрыться известным местом!

— Не преувеличивай, кэп, — отмахнулся я, но без огонька.

И тоже в свою очередь задумался.

О чём? Да о вывертах судьбы-злодейки. Мы ведь и впрямь в данную конкретную точку континуума ПВ попали не просто так. Мы добросовестно воспроизвели прыжок «Великана», с поправкой на массу и инерцию, естественно. И если и ошиблись, то в пределах погрешности измерений, то есть оказались примерно там же, где и баржа. Понятно, что не точно в той же точке, но мощности сканера должно было хватить, чтобы обнаружить пропажу. Даже с учётом гравитационной вакханалии, да.

Спрашиваете, почему система с двойной звездой и чёрной дырой оказалась для нас сюрпризом? А вот этому у меня пока что нет объяснений. Траекторию мы просчитали заранее, и она выводила в область совсем другой системы, в пяти с половиной световых годах от наших текущих координат. Собственно, мы и прыгнули с таким расчётом. А оказались там, где оказались. Ещё и по этой причине мысли мои пока что витали довольно далеко от насущных проблем — это что же получается, гравитация чёрной дыры оказывает влияние на подпространство?! В принципе, оно и логично. Осталось только выяснить, какое именно влияние. И вот здесь есть, где разгуляться фантазии. Надо это место на заметку взять, однозначно. Как только разберусь с делами, сразу же сюда снова наведаюсь, с охраной и оборудованием. И зависну тут на месяц-другой. Уж больно перспективы вырисовываются захватывающие. Ажно в зобу дыханье спёрло, как говорится в древней басне. А с логикой пусть кэп договаривается, ему по статусу положено. Я же пока посижу, поразмышляю… о всяком. Благо заняться всё равно нечем — ждём парней. Надеюсь, хотя бы у них без приключений обойдётся. Опять же, в отличие от.

В принципе, нам с кэпом тоже грех жаловаться — едва Кумо осчастливил нас известием, что получил доступ к серверу Службы мониторинга пространства, мы сразу же озаботились тактическим отступлением, которое деликатный Влад Пахомов скромно поименовал эвакуацией. Да-да, его, как человека в таких делах поднаторевшего, мы тоже подключили к процессу. Не всё же одному Кумо отдуваться! Да и занят он был, львиную долю вычислительных мощностей задействовал в анализе информации с сервера. Ладно хоть, связь нам бесперебойную обеспечил, а заодно канал для Владовых спецов, которые через того же «мини-гекса» без труда подключились к основным коммуникациям станции «Истра». Строго говоря, это ещё сам Кумо сделал, загодя, так что ему оставалось лишь передать доступ к ресурсам ушлым пахомовским хакерам во главе с ним самим. Плюс не забываем про аналитиков от бога, да опытных оперативников из команды Владика. Пока мы выбирались из холодильника и обследовали тупик на предмет наличия противника, они общими усилиями подогнали нам роскошнейший маршрут прямиком к стыковочной штанге «Набата». Как результат, до родного корыта мы добрались в рекордно короткие сроки, не ввязавшись ни в одну стычку. Мало того, и людей-то видели всего пару раз за дорогу, и то со спины. Правда, пришлось пошариться по захламлённым и заплесневелым техническим тоннелям, а потом ещё и верхом на кабинке лифта прокатиться, с трудом пристроившись между «рогами» энерговодов. Я-то ещё ничего, нормально уместился, а вот кэпу разок задницу подпалило. Спасибо скафандру, уберёг от ожога. Ощущения, кстати, незабываемые — и от скорости, и от адреналина. А ещё у меня к концу пути руки затекли — с такой силой я цеплялся за основание «рога».

Рин-сан потом долго и смачно ругался по-ниппонски, но рассказывать коллегам Влада, что он о них на самом деле думает, кэп не стал. Хорошо же всё закончилось, так чего зря цепляться к специалистам? В портовой же зоне, такое ощущение, до нас абсолютно никому не было дела. Даже на опалённый кэпов «бомбер» никто не косился — все были поглощены собственными заботами. Да что там говорить, секьюрити на нас внимания не обратили, из чего мы сделали вывод, что в розыск нас не объявляли. Да и Кумо бы всполошился, если бы что-то такое началось — сеть он мониторил в режиме реального времени, хоть и был порядочно загружен основной задачей.

Ну а когда мы наконец оказались на борту и плюхнулись в кресла в ходовой рубке, даже до меня дошло, что всё, выбрались. И без дополнительных эксцессов, что не могло не радовать. Да и с диспетчерской службой никаких проблем не возникло, что лишний раз убедило нас в отсутствии организованной охоты, или хотя бы сколько-нибудь структурированного поиска. Ни власти, ни полицию мы с Рин-саном не заинтересовали. Что и немудрено — даже шороху толком навести не успели, по крайней мере, кроме безвинно пострадавших барыг и убиенных в процессе самообороны «быков» никто особо не впечатлился. Да, Лёва прорву народу заспамил паническими сообщениями. Да, Костик попытался напрячь собственную «крышу» на предмет мести. Но на этом и всё. Конечно, если не считать загадочного типа, нанявшего киллер-бригаду и обделавшегося лёгким испугом, стоило только нам с кэпом оную бригаду на ноль помножить. Короче, повезло нам. Впрочем, сам Рин не сомневался, что ещё через пару «визитов вежливости» мы бы достигли аналогичного результата. Правда, ставил он на господина Лоськова, а не на трусоватого инкогнито. Хотя жаловаться не на что, результат он и есть результат, как ни крути. А его мы достигли даже раньше, чем надеялись — и четверти часа на борту «Набата» не проторчали, как Кумо доложился об обнаружении нужной информации.

Ну а дальше пошла жара — переговоры с диспетчерами, старт, анализ разгонной траектории «Великана», штудирование лоции, вызов соратников… и как апофеоз — разгон и прыжок по следу сгинувшей баржи, который, собственно, и привёл нас в это в высшей степени примечательное местечко. Очень занятное, но, к сожалению, пустое — сканирование результата не принесло. То бишь «Великана» в обозримых окрестностях в пределах континуума ПВ не наблюдалось. А значит, самый простой вариант отпадал. Не очень-то я на него и надеялся, если честно, но и затягивать процесс не хотелось. С другой стороны, опыт не помешает. Да и лишний раз отработать методику «объёмной триангуляции» тоже очень неплохо. А посему ждём. И не у моря погоды, а остальную эскадру. Терентьев, кстати, уже нарисовался, хоть и вышел из прыжка далековато. В принципе, те самые полчаса ходу на маршевых… или пусть вообще там и дрейфует, всё равно нам по вершинам «тетраэдра» расходиться потом. Собственно, именно такой приказ ему Кумо и передал, как только я его озвучил.

Ну и пока суть да дело, я запустил собственные «понтоны», решив для начала ограничиться малым. В друг повезёт? Да и предварительные данные в любом случае не помешают. Но об этом даже рассказывать нечего, рутина она рутина и есть. Не в первый раз уже, и далеко не в последний. Зато время скоротаем…

Надо сказать, фокус не удался. Но не потому, что факир был пьян, а по причине насквозь прозаической — «природные условия» называется. Да-да, та самая чёрная дыра подкузьмила. Прежде чем выводить «понтоны» на позиции, Кумо довёл до логического завершения процедуру сканирования, а ещё обработал полученные данные и построил весьма затейливую модель гравитационных взаимодействий внутри системы. И соответствующие рекомендации дал, спутавшие мне все карты — с текущей относительно местных массивных объектов позиции «Набата» урезанную версию «объёмной триангуляции» осуществить не представлялось возможным. И всё из-за причудливо искривлённых гравитационных векторов, порождённых чёрной дырой. Поэтому пришлось ограничиться стандартными «нырками» с «зовом», которые вменяемого результата не дали. Вернее, данных мы получили много, но… они решительно противоречили всему нашему предыдущему опыту. Гравитация, говорите? Она, родимая. Столь же абсолютная категория, как пространство и время. Похоже, в дальнейшем и её учитывать придётся. И я не удивлюсь, если она окажется связана с временными вывертами на различных «глубинах» подпространства. Да что там! Есть мысль, что как раз это явление и послужит недостающим звеном в моей теории континуума ВП, и я наконец смогу с достаточно высокой долей вероятности высчитывать скорость течения времени для каждого конкретного «пузыря» с «утопленником», дабы не тратить лишнего времени на совершенно безнадёжные случаи. Каламбур, блин! Вот только задачка нетривиальная, к ней надо основательно подступаться, с чувством, с толком, с расстановкой, а не как я сейчас, второпях.

Впрочем, затейливость полученных данных не помешала мне озадачить сначала Терентьева, а потом и подоспевшего Вайса — с их точек «триангуляция» вполне себе прокатила. А данные, скормленные Кумо, дополнили и, так сказать, оттенили добытую чуть раньше информацию. Расчётная модель, воспроизведенная «мини-гексом» в «дополненной реальности», стала ещё сложнее, но глаз радовала куда больше — начали проявляться скрытые до поры закономерности, просто на уровень выше. Огорчало лишь одно: гравитационные возмущения очень сильно искажали картину Границы, и пространственные «пузыри», если они вообще были в ближайших окрестностях, соввершенно терялись в «помехах». То есть «Великана» ни я, ни Терентьев с Вайсом стандартными методами не обнаружили. И вообще каких-либо следов «затоплений». Оставалась ещё одна — ма-а-а-аленькая! — надежда на полноценную «объёмную триангуляцию», но для её реализации пришлось ждать Краузе. Естественно, времени мы не теряли — данных море, обрабатывай не хочу! Кумо, дождавшись моего прямого приказа, объединил в кластер все свои урезанные копии с двух носителей и в общей сложности двенадцати «понтонов» и скрипел извилинами в режиме почти стопроцентной загрузки. И ведь не зря, как показала практика! К тому моменту, как соизволил появиться Краузе, теоретическая модель системы «чёрная дыра — двойная звезда» обрела завидную детализацию и практически завершённый вид. Не хватало самой малости — взгляда со стороны. Но и с этой проблемой мы однозначно должны были справиться. Да-да, за счёт той самой полноценной «триангуляции». Жаль только, что с «утопленниками» никакой конкретики так и не появилось. Но мы, тем не менее, работу не бросали — и жалко на полпути, и вынырнувший из глубин подсознания ученый-физик не позволял: это же какой массив новых данных о природе гравитации! Да любой академический коллега руку бы отдал на отсечение за возможность оказаться на моём месте! Тут столько нового, что можно десяток докторских диссертаций состряпать, а до того сотню кандидатских. Ну, помимо всего остального, что я уже скопил в области физики подпространства. Наука требует жертв, ага. И настоящий ученый на них пойдёт, особенно если это всего лишь время и собственный труд. Даже убивать никого не надо, блин! Пока, по крайней мере.

С появлением Краузе дело пошло ещё веселее — час (вместо шестнадцати, как в первый раз) на обсчёт позиций, ещё столько же на то, чтобы их занять и выровнять относительные скорости кораблей и самого массивного объекта в округе, то бишь чёрной дыры, ну и плюс ещё по мелочи — на построение икосаэдра, повторное выравнивание скоростей, и собственно синхронный «нырок». Непосредственно «триангуляция» заняла около трёх минут, первичный анализ результатов растянулся на полтора часа, и ещё минут сорок я чесал репу, пялясь на визуализацию результатов, любезно построенную Кумо. Тем же самым, кстати, занимались и остальные трое капитанов. Один только Рин торчал в кресле с неизменной бутылкой пива, да посмеивался, глядя на наши озадаченные рожи.

А озадачиться было с чего — картинка получилась донельзя… даже не знаю, как сказать. Странной? Не без этого. Непонятной? Да в высшей степени! Увлекательной? Ещё какой, симатта! Но самое главное, абсолютно бесполезной для решения основной задачи — поиска «утопленников». Многоуровневая, цветастая, обрастающая многочисленными деталями при масштабировании… причём в любую сторону. Начинаешь укрупнять масштаб — проступает мешанина линий, пятен и цветовых шлейфов, вычленить в которой знакомый контур «пузыря» попросту невозможно. Делаешь мельче — та же фигня. Подробностей уже нет, но общая картина такая же удручающая — одно сплошное пятно неправильной формы. Этакая клякса, охватывающая каплями-«отростками» массивные объекты, то бишь чёрную дыру со звёздами. И цвет. Цветовая градация весьма красноречивая, очень похожая…

— Чёрт!!!

На мой помимо воли вырвавшийся вопль отреагировали все участники мозгового штурма, включая Кумо и кэпа. Правда, последний едва дёрнул бровью, в отличие от бравой троицы в лице Терентьева, Вайса и Краузе, рожи которых украсились выражениями тревожного любопытства. Тремя версиями, значительно отличающимися друг от друга, но одинаково красноречивыми, да.

— Что-то надумал, Алекс? — нарушил таки тишину на правах старшего Терентьев.

— Почти… мелькнуло что-то такое…

— Сглазил, э! — подпустил шпильку кэп. — Слишком много думать вредно. Мозг можно сломать. Мысли должны быть подобны воде, только тогда рождается истина, которая в красоте!

— Риндзи-сан, вы бы повременили со своим дзеном, — поморщился Краузе.

— Нет, пусть продолжает, — прервал я соратника. — Как ты сказал, кэп?

— Мысли — вода, — снизошёл до пояснения тот. — Как ручей. Или лучше как полноводная река. Но никак не озеро, или, не дай боги, пруд! Застой ни к чему хорошему не…

— Есть! Есть, м-мать! — Я активировал интерфейс «дополненной реальности» и поигрался с масштабом модели, зависнув как минимум на пару минут, а потом заключил: — Я понял, на что это похоже! На карту глубин! Старую, двухмерную, с цветовой градацией.

— Да ничего общего, — буркнул Вайс, а Краузе поддержал его кивком.

И только старый мудрый Терентьев с выводами торопиться не стал, за что честь ему и хвала.

— Со стороны — да, ничего общего, — перешёл я к конкретике. — А если сделать срез — любой, без разницы, да посмотреть строго сверху… ну?

— А ведь действительно…

— Н-да…

— Доннерветтер!

— Ну и что сие должно означать? — невозмутимо хмыкнул Рин.

— Сейчас, мысль сформулирую… кстати, видите вот эти выросты вокруг звёзд и дыры? Смотрите, как там цвета меняются… ничего не напоминает?

— «Пуповины»? — первым озвучил очевидное Краузе.

— Они, родимые.

— То есть ты хочешь сказать, Алекс?..

— Именно. Вся внутренняя область системы — один большой «пузырь». Стационарный, так сказать. Поэтому мы и не можем обнаружить «утопленников» по стандартным признакам.

— Если они вообще здесь есть, — резонно возразил Терентьев.

— Должны быть! — отрезал я. — Просто обязаны! Иначе мы просто потеряли время.

— Ну хорошо… допустим… — вслух задумался Краузе. — И что нам это даёт? Как добраться до кораблей?

— Стандартным способом, «понтонами», — пожал я плечами. — Кумо, твой прогноз о наиболее вероятном месте нахождения «Великана»?

— Я бы в первую очередь обыскал вот эти три «отнорка», ведущие в основной подпространственный «карман», капитан Заварзин.

— Обоснуй.

— Остальные труднодоступны извне системы, а изнутри в них попасть невозможно в принципе — полёт в тех областях пространства чреват падением сквозь горизонт событий чёрной дыры. Если баржа туда попала, мы её уже однозначно не найдём. А если бы она «затонула» за пределами «кармана», мы бы уже обнаружили «пузырь». Вывод — либо «Великан» в одном из указанных «отнорков», либо его нет в системе вообще. Либо он погиб в гравитационных объятиях чёрной дыры, сэр.

— Хм… похоже на правду. Возражения? — обратился я к участникам мозгового штурма.

— Можно попробовать, с нас не убудет, — выразил общее мнение Терентьев.

— Значит, за работу, парни! Ведь если не мы, то кто?..

Вопрос, разумеется, риторический.

Глава 5-3

—//-

План сработал. Не совсем, правда, так, как ожидалось, но всё же. Да и потом, на экстремальные условия тоже надо делать скидку. К чему я это всё? Да так… сам перед собой оправдываюсь. Потому что столько «понтонов» мы уже давно не теряли. Благо не мои, с «Набата», а с борта Краузе, который на свою беду оказался ближе всех к одному из «отнорков». Или, что вернее, наоборот — как раз одна из трёх потенциальных областей поиска располагалась неподалёку от корабля дойча. Собственно, по этой причине ему и пришлось отдуваться за всех. Не повезло, что тут ещё скажешь? Решение мы нашли, как нам же самим и казалось, весьма изящное — если «зов» не берёт снаружи «кармана», так почему бы не попробовать изнутри? Попробовали, блин. Первый «понтон» Краузе отправил в автоматическом режиме, причём в точку, указанную Кумо. А «мини-гекс» руководствовался какими-то своими резонами. Что-то там по расчётам такое вырисовывалось. Типа, из данной конкретной точки можно будет «нырнуть» примерно в центр ограниченного «отнорком» «пузыря». Да-да, не удивляйтесь, при повторном анализе картинки мы коллегиально пришли к выводу, что основной «карман» от «брызг» всё же отделён чем-то вроде мембран… меня на эту мысль натолкнули некие признаки, которые я уже раньше наблюдал, когда за «Эмденом» охотился. Помните «размазанный» по двумерной плоскости на Границе росский корабль? Вот что-то похожее. Соответственно, в столь стрёмное место соваться мы поостереглись даже в беспилотном режиме. Поступили проще — загнали «понтон» в вычисленную точку… вернее, попытались. Потому что до места «москит» не добрался, канул куда-то по пути. Просто и буднично: вот его сигнал отображается на схеме построения нашей флотилии, а вот уже нет. Как, почему, с какого хрена? Кто бы знал…

Со вторым судёнышком случился совершенно аналогичный конфуз, хоть траекторию захода на точку мы ему и изменили. И только тогда Кумо предложил параллельно очередной «жертве» «погрузить» его коллегу вне зоны аномалий, сопроводив процесс «зовом». В общем, третий «москит» сгинул не зря — мой помощник получил информацию для размышлений, которую и подкинул незамедлительно нам для анализа, отобразив на математической модели гравитационных взаимодействий внутри системы с чёрной дырой. И знаете что? Мы таки разобрались, что случилось с «понтонами». Они «утонули», ага. Самопроизвольно, без участия прыжковых генераторов. Как так, спросите? А очень просто: и сам «карман», и «отнорки» были связаны с континуумом ПВ множественными «червоточинами». Этакими «окнами» на болоте, когда идёшь по травяному ковру, идёшь, проваливаешься по колено, но всё же передвигаешься, а в один далеко не прекрасный момент ухаешь в воду с головой. Так и здесь. Аналогия очень приблизительная, да и не моя — у Терентьева такая вот ассоциация возникла, и он с нами поделился. Щедро, да. Но версия очень походила на правду, поэтому тот же Краузе слегка воодушевился — существовала ненулевая вероятность вернуть пропажи. Только нужно было придумать, как именно.

И мы придумали, конечно же. Поступили предельно просто: последний «понтон» несчастного дойча запрограммировали на стандартный «нырок», но строго по времени, и пустили по траектории самого первого собрата, подгадав так, чтобы прыжковый генератор сработал именно в той точке, где пропала связь с «москитом». Ситуация повторилась до мелочей, с той лишь разницей, что наш «засланец» таки «всплыл» в положенный момент. А вот дальше всё пошло прахом. Уж не знаю, что за тонкие взаимодействия внутри «отнорка» мы нарушили своим грубым вмешательством, но локальный «пузырь»… самым натуральным образом «лопнул». В континууме ПВ это проявилось искажением метрики, плюс гравитацией нас помотыляло, когда волна искривления уже пробежалась по кораблям. Однако выдержали все, обошлись мелкими поломками. А вот тем судам, что покоились внутри «пузыря», пришлось несладко. И да, «суда» я употребил во множественном числе вовсе не из-за наших трёх утерянных «понтонов». Там и помимо них оказалось ещё целых семь штук посудин разной степени потрёпанности. Сюрприз, однако! Одно радовало — «Великан» оказался в их числе. И располагался, что характерно, ближе всех к нам. У меня тотчас же зародилось сомнение, что что-то тут нечисто, и Кумо пришлось озаботиться воспроизведением в замедленном режиме записи инцидента, благо снимал он в реальном времени, как, впрочем, и всегда во время спасательных миссий. Хорошая привычка, неоднократно уже нас выручавшая в сомнительных ситуациях. Сейчас вот тоже пригодилась, да.

Так вот, судя по записи, наши «сюрпризы» всплывали вертикально вверх, если за «верх» принять координату Т в континууме ВП. Соответственно, привязать их местоположение к началу координат, за которое мы вполне логично приняли центр чёрной дыры, труда не составило. И мгновенно нарисовалась занятная картина: ближе всего к нам четвёрка «понтонов», причём два из них порядочно покорёженных — видимо, друг в друга вписались, а остальные два, с действующими генераторами, вообще бодрячком на радость Краузе; следующим «вынырнул» «Великан», а потом уже остальные шесть лоханок. И всё это дело в плане выстроилось в довольно ровную линию от «входа» в «отнорок» и чуть ли не до «мембраны», отделявшей его от «кармана». Ну и вишенка на торте — сам «отнорок» благополучно схлопнулся в точку, породив обратную волну искривления, которая окончательно привела в негодность два «понтона» несчастного Краузе, и вынудила парочку относительно небольших судов из числа находок дрейфовать в сторону чёрной дыры, причём с порядочным ускорением. А ещё они с трудом избежали контакта со здоровенным транспортником, который до того торчал возле «мембраны».

Консилиум при виде такого чуда разразился множественными выкриками, из которых моё «офигеть» оказалось самым приличным. Ну, если не считать неизменное «симатта» кэпа. А Краузе, лишившийся половины матбазы, вообще ещё долго ругался на дойче, правда, вполголоса, чтобы остальным не мешать. Остальные, к слову, были заняты делом — судили-рядили, как дальше быть. Это же просто праздник какой-то — шесть ничейных посудин! Или не ничейных? Собственно, этим вопросом мы и задались в первую очередь, поручив Кумо их просканировать и пошарить в сети (и даркнете до кучи) на предмет идентификации. Мой «мини-гекс» на процесс запросил от часа до четырёх, в зависимости от обстоятельств, поскольку с наскока решить проблему не вышло — это про «Великана» мы знали, что он «Великан», поскольку обладали полным пакетом документов. А с остальными придётся помучиться, либо подлететь поближе, чтобы рассмотреть со всех сторон в оптическом диапазоне, в том числе и на предмет опознавательных знаков — бортовых номеров или, если особенно повезёт, названий, намалёванных на корпусах. Далеко не всегда этим делом судовладельцы заморачивались, полагаясь на базы данных и «дополненную реальность», даруемую «нейром».

Пока же, в ожидании хоть какой-то конкретики, отправили Краузе осматривать «Великана». Да, по старинке, лично, потому что на запросы «мозг» судна не отвечал. К тому же, судя по показаниям сканера, баржа была полностью обесточена, а реактор переведён в «спящий» режим, не иначе для экономии ресурса. И буду откровенен — мне одного взгляда на отчёт сканирующей системы хватило, чтобы укрепиться в своих подозрениях: транспортник никто не атаковал, повреждений у него нет от слова «вообще», а в текущее состояние он приведён намеренно. То бишь специально, ага. Кто-то заморочился. Внимание, вопрос. Вернее, два: на фига, а главное зачем? Ну и ещё парочка, озвучивать которые на текущем этапе рано. Вот высадится Краузе на борт (не сам, конечно, у него для этого специальные люди в команде есть), доберётся до грузовых трюмов… вот тогда всё сразу же и встанет на свои места.

А пока я торчал в кресле и задумчиво пялился на всё увеличивающуюся тушу баржи, к которой Краузе должен был пристыковаться через считанные минуты. Пялился не просто так, а высматривал характерные повреждения от «дроби» в районе двигательного отсека. И, как нетрудно догадаться, ничего не высмотрел. Можно, конечно, сослаться на низкую разрешающую способность оптики нашего типового «спасателя», но с каждым мгновением эта отмазка становилась всё более и более эфемерной. Не выдерживающей никакой критики, я бы даже сказал. И когда наш борт таки сцепился со стыковочной штангой в районе среднего грузового трюма, я в этом убедился окончательно. Правда, на этом успехи и закончились — автосцепка, поскольку насквозь механическая, сработала штатно, а дальше всё. Пришлось спецам Краузе влезать в скафандры и топать до шлюза ножками. В принципе, им к этому не привыкать, равно как и ко всем последовавшим телодвижениям — обесточенный «Великан» мало отличался от среднестатистического «утопленника» с издохшим реактором. Технология отработана до мелочей, техническое оснащение проверено неоднократно на практике, так что сбоев никто не ждал. Так оно, собственно, и случилось — парни запитали механизм шлюза от собственного мобильного энергоблока, а дальше вообще дело техники и Кумо, для которого перехватить сигнал «ожившего» блока управления стыковочным комплексом труда не составило. Да, мой помощник решил действовать лично, а не через собственную урезанную копию, благо сейчас вычислительные мощности были загружены не более чем на треть.

Оказавшись в шлюзе, пара «сталкеров», как в Корпорации с лёгкой руки Борисыча стали называть спецов, задействованных в первичном обследовании «утопленников», ничего особо ужасного не обнаружила. Равно как и в близлежащих помещениях, которые были обследованы за следующие минут примерно двадцать. Ну а дальше дело ещё веселее пошло — парни добрались до одного из вспомогательных серверов, к которому Кумо и подключился. Мало того, мой «мини-гекс» ещё и основную вычислительную систему активировал, правда, запитать её пришлось от резервных батарей. А это означало, что во времени мы ограничены — часов десять у нас, не больше. Потом снова вся машинерия «уснёт», и придётся каждый замок, каждый лифт и каждый отдельно взятый механизм запитывать от мобильных батарей. Ну, или реактор в рабочий режим вывести, а для этого нужно добраться либо до ходовой рубки, либо до собственно «машинного отделения». Совсем как я на «Латнике» когда-то. Прямо ностальгия, ага…

На этом этапе пришлось решать, как быть дальше. С одной стороны, бросать «Великана» не резон, у него есть конкретный владелец, нам прекрасно известный, пусть с этим владельцем мы и не связаны деловыми отношениями. Зачтётся в карму хороший поступок, однозначно. С другой, до самой баржи лично мне дела не было, меня интересовал только Димка Силин, которого на этой самой лоханке увезли с родной станции. То есть сведения о нём — первоочередная задача. Поэтому я принял волевое решение запрячь ещё и Терентьева, которому поручил вскрыть «Великана» с противоположного борта и прорываться в ходовую рубку. Ну а парней Краузе отправил в ближайший трюм — чисто посмотреть, осталось ли в нём хоть что-то. Накладная на грузы у нас была, так что сравнить есть с чем.

И «сталкеры» не подвели — уже через четверть часа они спустились на лифте в огромное гулкое помещение. Гулкое потому что абсолютно пустое. Ни единого грузового контейнера, ни единого завалящего ящика или какой-то ещё упаковки. Ни-че-го.

Неизменный состав «мозгового центра», так и торчавший в общей «дополненной реальности», обменялся частью недоумёнными, частью понимающими взглядами, а Терентьев ещё и буркнул:

— Вот жлобы!

— Может, просто аккуратисты? — возразил Вайс.

— Как ты, что ли? — огрызнулся бывший кап-3 с «Латника». — Получается, дойчи руку приложили?

— Почему это? — возмутился уже Краузе.

— По логике! — пригвоздил его Терентьев. — Если аккуратисты, то педанты, а педанты у нас известно кто. Ну а если сойдёмся на моей версии про жлобов, то получаются братья-славяне.

— А может, просто опытные, — примирил я спорщиков. — Чует моё сердце, в остальных трюмах картина аналогичная. Да и на других посудинах тоже.

— Ты знаешь что-то, чего не знаем мы, Алекс? — с подозрением покосился на меня Терентьев.

— Не-а. Просто предполагаю. Да и вы сами уже об этом подумали, зуб даю!

— А поподробнее? — хмыкнул Краузе.

— Это не случайные жертвы.

— И?..

— Да ты чего такой тугой, симатта?! — влез Рин. — Это чей-то схрон. Кто-то в «отнорок» транспортники специально загнал, предварительно полностью разгрузив. Знать бы ещё, зачем.

— Зачем разгрузил? — удивлённо зыркнул я на кэпа.

— Зачем в схрон загнал, — пояснил тот. — И как.

— Элементарно — своим ходом. До первой «червоточины».

— Ладно, допустим, предположим, — согласился со мной кэп. — Но ведь проще на чёрную дыру направить, или реактор в разносный режим вывести. И никаких следов.

— Насчёт чёрной дыры я бы поспорил, кэп. Если вдруг до горизонта событий гравитацией не разорвёт, то так и будет посудина до скончания веков как бельмо на глазу торчать. Для стороннего наблюдателя, естественно.

— Это просто ты у нас до фига умный, Алекс, — огрызнулся Рин. — Но всё равно, реактор взорвать проще. И надёжней.

— А может, они и направляли на чёрную дыру? — предположил Вайс. — Только ни одна лоханка до неё не добралась, все раньше «провалились».

— Как обычно, редко, но метко! — похвалил дойча кэп. — Съел, Алекс?

— Такое прокатило бы один-единственный раз, потом даже я задумался бы, — вступился за меня Терентьев. — А тут минимум семь. Давайте, убеждайте меня, что это не специально.

— Да кто бы спорил, — хмыкнул я. — Следовательно, вопрос «зачем» в силе.

— И кто, — поддакнул Вайс.

— Известно кто, — буркнул кэп, — контрабандисты называются.

— А почему не просто пираты? — подал голос Терентьев.

— Потому что налицо явный сговор, э!

— По-любому не договаривают, — покачал головой кап-3, обменявшись с коллегами подозрительными взглядами. — На «Истре» что-то нарыли?

— Не надо тебе этого знать, Ваня, — вздохнул я. — Это наша с кэпом головная боль. Но я склонен с ним согласиться. Всё это очень похоже на некую… некий «отстойник», в котором транспортники держат между рейсами. Или на подпольный гараж угонщиков, где глайдерам дают отстояться, пока шум не уляжется. Кумо, как там идентификация?

— Процесс активирован. До завершения процесса два часа тринадцать минут семь секунд… шесть секунд… пять… девятнадцать… восемнадцать…

— Выведи таймер.

— Да, сэр.

— Короче, ждём, — констатировал я. — Зря сотрясать воздух незачем, а данных пока не хватает.

— А нам что делать? — уточнил Краузе.

— Работайте по плану, — зыркнул на него я. — Терентьев, ты тоже. Задача — обыскать «Великан» сверху донизу, объект — Дмитрий Силин. Ловите досье. Ищем всё, что может пролить свет на его судьбу, вплоть до следов ДНК. Кумо, а ты шерсти бортовые серверы, в первую очередь записи с камер.

— Принято, капитан Заварзин. Задача по идентификации остальных судов снимается?

— Нет, однозначно! Рой и в том направлении тоже. Мне нужно убедиться, что я думаю правильно.

— А если ещё звенья вызвать? — озабоченно нахмурился Терентьев.

— Не можем себе позволить, — с сожалением вздохнул я. — Как бы за вас ещё на неустойки не влететь.

— Тогда хотя бы охрану, — поддержал коллегу Вайс.

— Я поручу Владу наём спецов. Больше силовиков всё равно взять негде.

Был, правда, ещё один вариант — дядя Герман. Но про него я вслух говорить не стал. По той простой причине, что использовать его не собирался. По крайней мере, в ближайшей перспективе. Да и далеко ему, наёмников куда ближе найти можно, особенно со связями Влада Пахомова.

— Всё, работаем! — подвёл я итог «военному совету». — Кумо, связь поддерживай. И сформируй мне индивидуальный «кабинет».

— Принято, капитан Заварзин.

… часа через три стало окончательно ясно, что «Великан» пуст. Причём пуст абсолютно — с баржи сгрузили всё, хоть сколько-то ценное, вплоть до неприкосновенного запаса на камбузе. Мало того, над интерьером ещё и поработали — все идентификаторы, нанесённые в более-менее доступных местах, были тщательно стёрты. Где кислотой вытравлены, где с мясом панели выдраны, а где и плазмерами на минимальной мощности прошлись. И на сей раз вопрос «зачем» даже не возник, потому что к этому времени Кумо сумел идентифицировать четыре из оставшихся шести «утопленников», и у меня окончательно сформировалась версия касательно всей этой чертовщины.

А начинался доклад «мини-гекса» с надоевшей банальности:

— Процесс завершён, капитан Заварзин. Вывести инфографику?

— Давай, — не стал я нарушать традицию, благо работал в индивидуальном «кабинете» «дополненной реальности». — Много нарыл?

— Достаточно, чтобы делать выводы, сэр, — отозвался мой помощник. — Удалось с вероятностью свыше шестидесяти процентов опознать четыре объекта из списка. С какого начать, сэр?

— С самого на твой взгляд любопытного.

— Тогда вот этот — транспортник типа «Урал-17». Фото и видеоматериалы, а также трёхмерная модель на семьдесят шесть и четыре десятых процента совпадают с данными контейнеровоза «Смарагд», бортовой номер «А1669-М03», порт приписки — станция «Памир-9», система Вольского. Это развитый промышленный мир во владениях клана Громовых…

— Я знаю, где это, — перебил я помощника. — Ближе к делу, пожалуйста.

— Да, сэр, — не стал спорить «мини-гекс». — Что касается дела… судно пропало без вести четырнадцать месяцев назад на перегоне «Памир-9» — «Истра» — «Вулкан-3».

— Хм… занятно. А другие?

— Я ещё с этим не закончил, капитан Заварзин.

— Да ладно?!

— Именно так, сэр. Помимо текущего статуса, обнаружилось семидесяти трех процентное совпадение с данными транспортника «Блуждающий», бортовой номер «Е16-0014АГ», порт приписки станция «Магнитка», система Новый Таймыр. Это…

— Снова Громовы… дальше.

— Пропал без вести на перегоне «Магнитка» — «Истра» — «Гранит-3» три года назад.

— Н-да… ещё сюрпризы?

— Да, сэр. Зафиксировано совпадение в шестьдесят девять с половиной процентов с данными рудовоза «Толстяк», бортовой номер «11-32СМФГ», порт приписки станция «Ферра», система Грассе-413…

— И снова они же… вот блин!

— Согласен, сэр. Судно исчезло на перегоне «Ферра» — «Истра» — «Вельзевул» пять лет назад. Если совсем точно, пять лет три месяца и девять дней, сэр.

— Не добрался, значит, «Толстяк» до адской плавильни… ещё что-то?

— Нет, сэр. Более ранних данных обнаружить не удалось.

— Та-а-ак… остальные три такие же?

— Практически, сэр. Для двух транспортников найдено по два совпадения, для последнего — ещё одно.

— Выведи на экран и ссылки разверни.

— Принято, капитан Заварзин.

— Спасибо… — Я глубоко задумался, вчитавшись в данные, потом горестно вздохнул — оправдались мои самые плохие ожидания. — Н-да… Громовы, Полторацкие и… Завьяловы.

Да-да, мой бывший клан. Правда, через один из вассальных родов, если совсем конкретно — род Сенных, тесно связанных с Коптевыми. Теми самыми, представитель которых — молодой да ранний Кирюша Коптев — пытался со мной потягаться на большом совете, завершившимся моим поединком с дядей Германом и геноцидом заговорщиков. Свежи ещё в памяти воспоминания, ага.

— Продолжать поиск, сэр? — напомнил о себе «мини-гекс».

— Продолжай в фоновом режиме, — велел я. — Инфа лишней не будет. Но уже и так всё ясно. Схема, простая до гениальности: берётся корабль, в один прекрасный день «теряется» на перегоне, доставляется сюда, в схрон, разгружается, потрошится на предмет улик и данных, отстаивается год-другой, и запускается в аналогичную схему повторно. И всё это, естественно, по предварительному сговору владельца судна с… э-э-э… поставщиком услуги. Ну а тот в свою очередь обеспечивает прикрытие на уровне Службы мониторинга пространства и договаривается со «спиридоновцами», чтобы искали не особо тщательно. Плюс ещё «подмазать» кого-то из Технадзора, когда посудина является из небытия. Чёрт… так, Кумо, подключи-ка капитана Сугивару, надо это дело обкашлять…

Как я и ожидал, введённый в курс дел Рин-сан со мной согласился. На предмет, что мы разворошили гадюшник, и что теперь надо бы поаккуратней. Хотя куда ещё? Влада я озадачил, но по самым оптимистичным прикидкам силовую поддержку ждать надо часов через двадцать, не раньше. А если реально смотреть на вещи, то через сутки с лишним. До тех же пор попросту не отсвечивать, то есть соблюдать молчание в эфире и не трепать языком почём зря. Я даже с Силиным до сих пор не связался, поскольку обнадежить-то нечем — Димку, равно как и всех остальных членов экипажа, обнаружить на борту не удалось. Следов тоже, но это лишь пока. Плюс Кумо ещё только две трети доступных записей с камер обработал — все процессы замедляло отсутствие надёжного энергоснабжения. По некоторому размышлению мы даже прекратили поисковые работы, сосредоточив усилия на активации реактора, но упёрлись в очередную проблему — угонщики перекодировали систему, сменив все возможные пароли и коды доступа. В общем, пыхтеть моему «мини-гексу» не перепыхтеть. Соответственно, мероприятие грозило порядочно затянуться. А значит что? Значит, нужно себя чем-то занять. Например, изучением одной очень любопытной звёздной системы, связанной со сверхмассивной чёрной дырой. От нас двоих с кэпом в поисковых работах толку много не будет, да и лениво, если совсем уж откровенно. Хотя Рин рвался, да. Но я его не отпустил. Озадачил Кумо сбором базы данных по чёрным дырам — литературку, там, всякую, журнальные публикации, отчеты… вот это вот всё, и напряг просчётом относительно безопасной траектории сближения с объектом исследования. Ну а чего? Мы потихонечку, на полшишечки… зато время убьём. И самое главное, от мыслей тревожных отвлекусь. Смысл самоедством заниматься, если ничего сделать не можешь? Ситуация у нас такая, что только ждать и догонять, ага. Так что пусть парни «утопленников» обшаривают (конкретно Вайс с командой), да «Великана» в чувство приводят. А я так, в сторонке постою. Фундаментальная наука суеты не терпит, а выгоду сулит нешуточную. М — многозадачность. Кто сказал «меркантильность»? Ну да, и это тоже…

Глава 5-4

—//-

— Алекс, а может не стоит так рисковать?

— Кэп, да ты чего?! Где твоя авантюрная жилка?! Да и не рискуем мы ничем, запас мощности больше тридцати процентов, из гравитационного мешка без проблем вырвемся. Кумо, подтверди!

— Именно так, капитан Сугивара. Расчёты подтверждают благоприятный исход с вероятностью девяносто семь и восемь десятых процента.

— А ещё два с лишним куда пошли, э?!

— На форс-мажор, капитан Сугивара.

— А вот как раз этого мне и не нужно, симатта! Ты бы, рёку-аси, лучше меня, старого больного капитана, послушал. Ошиваться вблизи зоны повышенной гравитации от чёрной дыры очень плохая идея!

— Не переживай, кэп, если нас затянет, мы об этом даже не узнаем.

— Вот обнадёжил, так обнадёжил! Алекс, ты вообще себя слышишь?! А как же теория относительности, как же временной сдвиг?

— Да ладно тебе, Рин!

— А, что с вами спорить! — сдался кэп. Но бурчать не перестал: — Вот до чего доводит безделье! Лучше бы чем-нибудь полезным занялся, э!

— Чем, блин?! — раздражённо поинтересовался я. — Пивка накатил? Или уборку затеял?!

— Да парням бы лучше помог! Вон, у нас ещё две посудины необследованных!

— А ты надеешься на них что-то новое обнаружить? — с иронией покосился я на соседа по ходовой рубке. — Не подскажешь, что может быть нового в пустоте?

И ведь нисколько не слукавил! Как и «Великан», ещё четыре корыта, до которых дошли руки у поисковиков, оказались тщательнейшим образом очищены от чего бы то ни было, вплоть до кухонных запасов.

— Алекс, лучше бухай, — вздохнул Рин-сан. — Я тебя по-хорошему прошу. Предчувствие у меня.

— Плохое? — напрягся я.

— Непонятное.

— Ну и фиг ли тогда?! Наука требует жертв! А мы с тобой пока что жертвуем исключительно скукой. И убитым временем. Потерпи, Рин, ещё часов пять, не больше. А потом кавалерия прибудет, и начнём лоханки оприходовать.

— Я тебе то же самое втолковать пытаюсь! Чуток осталось, сиди, пиво пей, смотри, как другие работают. Что ещё для счастья нужно?!

— Скуку побороть? — предположил я.

— Да чтоб тебя!!! А, делай, как знаешь!

— Ну вот, другое дело… Кумо, траекторию просчитал?

— Ответ положительный, капитан Заварзин. Активировать «понтоны» один и два?

— Рановато пока. И это… давай-ка ещё и вторую пару подготовь, что-то стрёмно мне, на повторный эксперимент решусь вряд ли. Поэтому будем перестраховываться.

— Принято, сэр.

— Всё, начинай разгон.

Ну вот, теперь и от меня ничего уже не зависит. Раньше только от Рина не зависело, хоть он и пытался вставить свои пять копеек, да и от остальных тоже — фанатик-учёный внутри меня явил свою истинную сущность и заставил откровенно забить на правила техники безопасности, равно как и на мнение окружающих. Но ведь и возможность уникальная! Я же потом себе не прощу никогда. Да и риск вполне приемлем — я, хоть и повёрнут на физике подпространства, но не до такой же степени, чтобы утратить инстинкт самосохранения! Иначе говоря, на чёрной дыре высаживаться я не собирался, равно как и соваться в зону между ней и двойной звездой — и то, и другое было чревато проявлениями релятивистского эффекта, в результате чего мы с кэпом могли завязнуть в гравитационной ловушке на годы, если не на вечность. А нам это на фиг не упёрлось. Я всего лишь вознамерился исследовать зону «мембраны», которая, судя по предыдущим экспериментам, никуда не делась. Да-да, «отнорок» лопнул, а «мембрана» осталась. И даже, такое ощущение, основной пространственный «карман» через неё потихоньку выдавливал новый «пузырь». Очень занятный эффект. Это получается, внутри таких вот пространственных образований имеется физический параметр, эквивалентный давлению среды в нашем континууме. Эта гипотеза, кстати, делала ещё более уместным сравнение подпространства с толщей воды в океане. А эта аналогия, если кто-то запамятовал, помогла мне разработать собственно концепцию «судоподъёма». Неудивительно, что я загорелся идеей обследовать явление поближе сразу по обнаружении. Впрочем, тотчас же соваться не стал, заставил Кумо просчитать математическую модель, а потом, когда он сослался на отсутствие информации, задействовал «понтоны». И предыдущие четырнадцать с половиной часов мы с помощником потратили на уйму предварительных экспериментов, осуществив в общей сложности более двух десятков «нырков». Не «Набата», разумеется, а всего лишь «москитов». Но даже их мощностей хватило, чтобы составить довольно подробную «подпространственную карту» ближайших окрестностей «мембраны». Потом, правда, мы снова упёрлись в логический тупик, причём на самом интересном месте, и пришлось выбирать — либо оставаться ни с чем, либо рисковать. Конечно же, умеренно, но риск есть риск. Примерно такое мнение и высказал Рин-сан, после чего и состоялась описанная выше перепалка. Но меня кэпу переупрямить не удалось. Кто бы, кстати, сомневался, ага…

Что ещё за это время случилось? Ну, не то чтобы совсем ничего, но… скажем так, вменяемых результатов операция по обследованию «Великана» не дала. Слишком уж он большой, а народу в поисковых работах задействовано всего ничего — меньше десятка. Я, признаться, больше на Кумо надеялся, и тот не подвёл — отыскал-таки в закромах корабельных серверов короткую видеозапись, демонстрировавшую процесс шлюзования трёх представителей человеческого рода: двух незнакомых мужиков и Димки Силина. Вот только понять, когда это произошло, пока не представлялось возможным — кто-то умелый очень тщательно поработал над содержимым накопителей. Мой «мини-гекс», кстати, довольно быстро заподозрил, что «винты» отформатированы, но пришлось ждать, пока Терентьев со своим механиком оживят реактор «Великана». Минус шесть часов. А потом Кумо ещё столько же мурыжил жалкие обрывки и огрызки, безымянные и со сбитыми тегами. В общем, по обнаруженному отрывку не удалось установить ни дату, ни даже когда они шлюзовались — на входе или на выходе? Ну хоть убедились, что Димка на борту был. Соответственно, и на второй заход пошли с куда большим воодушевлением. Правда, столь же безрезультатно.

Если в общем и целом, то очередной тупик. Следов никаких. Где искать пропажу — без понятия. По факту, где угодно. Если Димку пересадили на какую-то другую посудину, то всё, объявиться он теперь мог вообще где угодно. Или не объявиться вообще — сгинул в космосе, и всё. Могли же его просто из шлюза вышвырнуть? В принципе, могли. И мы бы его не обнаружили при всём желании — настолько мелкие объекты сканированию поддавались с большим трудом, да и от дистанции очень многое зависело. А если он ещё и без скафандра в вакуум прогулялся, то вообще дохлый номер — металлов нет, биотоков нет, поскольку он уже однозначно относился бы к категории «неживая материя», помех выше крыши. Вот и представьте моё состояние, когда я осознал всю безнадежность ситуации. И что я теперь его матери, то бишь собственной тётке, скажу? И вы ещё удивляетесь, чего это меня на безумные эксперименты потянуло? Забыться хочу, только и всего. Отвлечься от дум тяжких. Потому что материальные приобретения, что бы там кэп ни плёл, на утешение никак не тянули. Что мне эти пустые посудины? Подумаешь, награда! Это всего лишь деньги… плюс вполне вероятные потенциальные неприятности с заговорщиками, которым мы всю схему порушили. Потенциально, ага. Потому что я себя знаю, не успокоюсь теперь, пока всю цепочку не вскрою. Корпы не обижаются и не расстраиваются, корпы мстят.

— Внимание экипажу! Входим в зону рискованной навигации! — отвлёк меня от невесёлых мыслей голос Кумо. — Совпадение траектории с расчётным курсом — девяносто девять и семь десятых процента.

— Что за?! — очнулся я. — Какое расхождение?! Почему? Зачем?!

— Корректирую расчёт, капитан Заварзин. Видимо, мы не совсем точно учли гравитационный вектор… вывести инфографику?

— Валяй.

— Процесс активирован.

Ага… судя по схеме, это на нас так повлиял нарождающийся «пузырь» — с момента последних замеров он увеличился примерно на десять процентов. Соответственно, и гравитационные параметры чуток изменились. Всё занятнее и занятнее, между прочим.

— Кумо, отслеживай «пузырь». Не нравится мне его активность, как бы не обломаться с замерами.

— Принято, сэр. Скорректировать курс?

— Уж будь любезен, дружок!

— Процесс завершён, сэр. Вероятность благоприятного исхода уменьшилась до девяноста шести процентов, сэр. Прекратить разгон?

— Прекращай, э!

— Вот ещё! Кэп, не вмешивайся, пожалуйста. Кумо, сколько до точки?

— Три с половиной минуты, сэр. Включить обратный отсчёт?

— К чёрту! Просто аккуратнее давай. Как «понтоны» запустим, отслеживай натяжение тросов, чуть что, сразу отстреливай.

— Есть, сэр.

Хм… вот тебе и просчитанный эксперимент. Всё идёт вразрез с планом. Как бы не влететь… впрочем, с потерей «москитов» я заранее смирился — что это за эксперимент такой, без испорченной матбазы? Такой как бы и не считается. Главное, чтобы экспериментаторы, то бишь мы с кэпом, работоспособность сохранили, а всё остальное дело наживное. В смысле, возобновимое, в отличие от.

Кстати, о птичках. В чём, собственно, эксперимент заключается? Да элементарно — хотим «нырнуть» конкретно в «мембрану»… вернее, как можно ближе к ней, и уже в зоне изменённого пространства испустить «зов». Но это в идеале, на самом деле будем по обстановке смотреть. Зачем? Так интересно же! Да и риска практически никакого — «пузырь» уже лопнул, новый ещё на стадии формирования, в «карман» нас, в свете последних открытый, затянуть не должно, наоборот, как бы не отталкивало зарождающимся «отнорком», а чтобы ненароком не влететь в рассинхрон по времени, мы «заякоримся». Вернее, наоборот, на «буях» повиснем, как «Латник» когда-то. Помните, когда мы его от комиссии прятали, прямо возле Картахены? Вот сейчас так же будет. Подойдём максимально близко к переходной зоне, «нырнём», испустим «зов», запишем отражённый сигнал, да «вынырнем». Если рассинхрон и случится, то некритичный — в самом худшем случае пара часов. На деле же обойдётся секундами, я думаю.

Рисковый, говорите? Не, просто дурак. Но это мнение капитана Рина, а не моё. Ну а насчёт неоправданного риска… во-первых, кэп со мной, то бишь ворчит больше для вида. Во-вторых, сверби у него реально мягкое место, он бы ничего слушать не стал, просто дал бы мне в бубен и принял командование. А так только настоял на удвоении количества «буёв» — сам-то я намеревался парочкой обойтись, теперь же пришлось задействовать все «понтоны». Правда, их синхронизировать сложнее, зато удержат от «соскальзывания» в «мембрану» с гарантией. «Соскальзывания», как я уже говорил, и без того крайне сомнительного — не забываем про «противодавление» в «кармане». И это вовсе не самоуспокоение, просто я почти на сто процентов уверен в благополучном исходе. Мизерный шанс форс-мажора он на то и мизерный, чтобы на него с чистой совестью забить. Ну что может случиться, скажите на милость? Система крайне уединённая, помимо нас тут ещё три «спасателя», плюс семь найденных лоханок. Плохо, что все они по космическим меркам «сбились в кучу», то бишь поддаются обнаружению даже в оптическом диапазоне, но с этим ничего не поделать. С другой стороны, ни мне, ни кэпу не известно оружие, способное одним залпом накрыть настолько обширную область пространства. Разве что ближайшая звезда в сверхновую превратится, что вряд ли — признаков нет. И даже если превратится, у нас останутся шансы разогнаться и уйти в прыжок до того, как волна излучения до нас доберётся — не забывайте про космические расстояния. А от «провала» и «рассинхрона» мы подстраховались, смотри выше. В общем, не отговорили меня от эксперимента. Да и не старались особо, если начистоту. Кэп сам тот ещё экспериментатор, а у Терентьева с компанией и без меня головной боли с избытком.

— Вышли на точку, сэр, — снова ожил Кумо.

— Выпускай «понтоны»… — начал было я, и отвлёкся — Рин-сан с несвойственной ему деликатностью тронул меня за плечо. — Чего, кэп?

— Да нет, ничего, — помотал головой тот, не отрываясь от схемы «кармана» в «дополненной реальности» — сейчас картинка у нас была общая. — Показалось.

— Если что-то заметил, лучше сейчас говори.

— Глюк, не обращай внимания.

— Как скажешь, — пожал я плечами. — Кумо, начинай.

— Процесс активирован, сэр. Внимание, отстрел! До выхода «понтонов» на позиции пять… четыре… три… процесс завершён!

Мог бы и не напрягаться так — мы и без «мини-гекса» этот момент на себе прочувствовали. По волнам вибрации, которые пробежались по корпусу «Набата», зависшего в пространстве на этаких расчалках — четырёх мощных тросах, тянувшихся к «москитам». Побултыхался немного, вынуждая «буи» слегка подрабатывать маневровыми дюзами, чтобы их тушей буксира с мест не сдёрнуло, и успокоился.

— Относительное смещение не более одной тысячной процента, капитан Заварзин. Начинать «погружение»?

— Давай, фиг ли ждать, — вздохнул я, переглянувшись с кэпом.

Всё-таки странная штука интуиция — то вопит благим матом, то еле-еле шепчет. А ведь последствия от «громкости», по факту, и не зависят. Как там Рин-сан сказал, предчувствие у него нехорошее? У меня вот тоже появилось. Я даже ещё раз пробежался взглядом по схеме «кармана», но никаких значимых изменений не выявил — даже «отнорок», если и подрос, то на пару процентов, не больше. И чего теперь, задний ход давать? В шаге, так сказать, от успеха? Ну-ну…

— Начать «погружение».

— Процесс активирован, сэр. «Глубина» по координате Т — минус один квант… минус два кванта… минус три кванта… Граница преодолена, капитан Заварзин.

Н-да… давненько я не «нырял». Порядочно забытые ощущения, доложу я вам. Но вроде бы всё обошлось, да. Да и проявления были куда слабее, чем в тот волнительный момент, когда «пузырь» с моим «Кэрриером» объединился с аналогичным образованием вокруг гексаподского корабля, и нас «вытолкнуло» в пространство ПВ. Чёрт, как давно это было! Даже Айвен-сука-Готти уже почти выветрился из памяти. А вот сейчас слегка накатило — и мигрень, и глюки с мельтешением световых пятен — и сразу вспомнил. Благо, эффекты очень быстро сошли на нет, стоило лишь чуток отдышаться. Кэп, кстати, судя по его каменной роже, «погружение» перенес ещё легче.

— Кумо, не тормози, давай «зов», — окликнул я помощника.

— Процесс активирован, капитан Заварзин… до завершения семь секунд… шесть…

— Это всегда… вот так? — поинтересовался вдруг Рин-сан.

— В плане?

— Ну, на психику давит?

— А я знаю?! Я всего второй раз… надо будет потом у Ценкера спросить, у него опыт богатый.

— Не забудь только.

— Ага…

— Процесс завершён, капитан Заварзин! Приступаю к обработке результатов.

— А может… ну его, «всплываем»? — снова заколебался кэп.

— Уже, — успокоил я напарника. — Протокол активирован…

— Входящее сообщение, сэр.

— Чего?! — натурально офигел я. — От кого?!

— От… секунду… от капитана Терентьева. По проводному соединению ретранслировано «понтоном» номер один.

— Воспроизведение, — велел я. — И ускоряй «всплытие».

— Процесс активирован, сэр.

В «дополненной реальности» сформировалось «окошко» монитора, с которого на нас с кэпом с тревогой уставился кап-3.

— Уже можно? — осведомилась голова Терентьева, кому-то кивнула и продолжила: — Алекс, что за шутки?! Ты куда пропал?! У нас тут на дальних подступах подозрительные энерговыбросы, кто-то в гости пожаловал. Вряд ли наши, те бы предупредили… в общем, давай, «выныривай»…

Наш соратник не договорил — изображение вдруг дёрнулось, покрылось квадратиками цифровых помех, да так и застыло этакой абстрактной картиной, лишь очень отдалённо напоминавшей физиономию Терентьева.

— Что за?! — только и успел вслух удивиться я, и чуть не прикусил язык — «Набат» резко дёрнулся.

— Кумо, доклад!!!

— Есть, сэр! Рывок с ускорением, нас немного оттащило от «мембраны».

— Почему?

— Я предполагаю, что мы лишились одного из тросов.

— М-мать!..

— А я предупреждал, симатта!

— Но… как?! Номер первый накрылся?! С чего бы?..

— Связь прервалась, сэр. Есть контакт с номерами со второго по четвёртый… коррекция… потерян контакт с третьим и четвёртым… держитесь!

На сей раз нас не рвануло. Нам, такое ощущение, наподдали под зад. Великанским таким пинчищем, да. У меня от ускорения аж в глазах потемнело. Ну и прочие сопутствующие прелести — в кресло вжало, воздух из легких выдавило, тяжесть многотонная навалилась…

— К-кум-мо… активируй… г-грави…

— Гравикомпенсаторы активированы, капитан Заварзин.

Ф-фух, отпустило… но вопросов стало ещё больше. Например, вот этот:

— Куда нас несёт?!

— В «мембрану», э! Куда же ещё! — рыкнул в соседнем кресле быстро оклемавшийся Рин-сан. — Ну! Симатта!

— С-сколько… — сглотнул я слюну, — до к-контакта?..

— Пробую просчитать корректирующий импульс, сэр…

— Не вздумай!!! — рявкнул я, удачно скосив взгляд на схему «кармана».

— Объясните, сэр?

— Гравитация! Смотри на векторы!

— Так и знал, что меня в чёрную дыру затянет, — обречённо буркнул кэп. — Вот только не предполагал, что с «изнанки»…

— Не в дыру, а в «карман»… если «мембрану» проскочим.

— Успокоил, симатта!

— Зафиксировано замедление, сэр.

— Не успеем, — помотал я головой, сопоставив таймер, предполагаемую траекторию и конфигурацию растущего прямо по курсу (если к подпространству в принципе применимы подобные категории) «отнорка». — Или успеем?.. Почему у меня такое чувство, что вот эта вот серая хрень — аналог горизонта событий чёрной дыры? Завязнем же…

— Ваше предположение не противоречит логике развития ситуации, капитан Заварзин. Рекомендую запустить разгонные двигатели.

— Чтобы последний «понтон» накрылся? — нервно усмехнулся я… и закашлялся от внезапно навалившейся тяжести — нас снова «подпихнуло» с кормы.

— Потеряна связь с номером вторым, сэр.

— Я п-по-о-о-о… Ф-фух!..

— Гравикомпенсатор переведён в режим повышенной защиты, капитан Заварзин.

— Спасибо, Кумо… жаль, что от лобового столкновения он не убережёт…

— С каких это пор ты стал фаталистом, Алекс? — насмешливо вздёрнул бровь Рин.

— А ты чего такой весёлый?! — взъярился я.

Впрочем, «взъярился» это слишком сильно сказано. Так, чуть голос повысил. На большее просто воздуха в легких не хватило. Плюс каменная глыба на грудной клетке, которой воспринималась возросшая гравитация, никуда не делась. А ещё навалилась жуткая головная боль вкупе с усилившимися зрительными галлюцинациями — я едва мог рассмотреть схему «кармана» за пляшущими световыми пятнами. О какой-то чёткости картинки и речи не шло — всё плыло и мерцало, как нагретый воздух в жару.

— А чего теперь? — резонно возразил кэп. — Не знаю, как ты, а я предпочитаю уйти с достоинством, глядя смерти прямо в лицо. Ну и желательно ещё и улыбаться издевательски.

— У тебя получается, — кивнул я, и замолчал, уставившись в одну точку — так легче переносились глюки. — Кумо, давай отсчёт…

— Есть, сэр. «Набат» в «серой» зоне… до контакта с «мембраной» девять секунд… восемь…

Думать было физически больно, но и отбросить мысли не получалось — не давал покоя форс-мажор, тот самый, на который мы отводили жалкие два-три процента вероятности. И на который легкомысленно забили…

— Пять секунд… четыре…

Но что же, чёрт возьми, могло случиться?! Что мы упустили?! Почему накрылись все «буи»? Что могло пойти не так?!

— Три… две…

Нет, сто процентов не наш косяк. Я уверен. Всё было просчитано и перепроверено неоднократно. Тройная подстраховка. И снова перепроверено. Такое ощущение, что моих «москитов»…

— … одна! Контакт!

Додумать я не успел — тяжесть и на груди, и в голове усилилась на порядок, и сознание померкло.

Глава 5-5

—//-

В себя я пришёл нескоро. Но всё-таки пришёл, и этот факт несказанно меня радовал. Впрочем, за кэпа, который заворочался в соседнем кресле, я тоже порадовался, ага. Вот такой я добрый, особенно когда голова почти не болит. Я даже усомнился, а есть ли она вообще — до того звенящей показалась пустота, царившая в черепной коробке. Спрашиваете, как так? А вот так. Такое ощущение, что сознание раздвоилось на два параллельных потока: в одном мысли отсутствовали как класс, только тишина и ничем не заполненная бесконечность, а в другом мозг всё-таки подавал признаки жизни, фиксируя болезненные ощущения тела и реагируя на внешние раздражители — свет, звук, тепло… бухтение кэпа, опять же.

— Жи… тьфу! Живой? — с трудом вытолкнул я слова из пересохшей глотки.

— Твоими молитвами, э! — огрызнулся Рин-сан. — Вот это мы попали…

— Знать бы ещё, куда, — поддержал я соратника.

— А меня больше беспокоит, когда, — хмыкнул тот.

— Думаешь, надолго отстали?

— Почти уверен, симатта! Мне вообще показалось, что мы лет этак с тысячу в «мембране» проторчали.

Свят, свят! Хуже исход сложно придумать. Угодить на десять веков вперёд, подумать только! Как в какой-нибудь книжке про попаданца… это же жизнь начинать сначала, всему учиться, вплоть до языка… вернее, как раз с него и начиная… подумать страшно. Но углубляться в тему я не стал, чисто чтоб не сглазить.

— То есть ты не вырубился? — удивлённо покосился я на кэпа.

— Сначала вырубился, — не стал скрывать тот. — А потом… боги! Даже не знаю, как это описать. Представляешь, что такое сатори?

— Смутно.

— Это как прозрение, приходящее на миг, когда тебе кажется, что ты всё понял, всё знаешь, видишь все, даже скрытые, взаимосвязи, и вообще всеведущ. И как бы паришь над проблемой, смотришь на неё сверху и со стороны. А буквально в следующее мгновение всё возвращается на круги своя, и ты с трудом можешь сообразить, где находишься.

— Я бы сказал иначе. Это как самый конец сна, ровно за миг до пробуждения. Всё, что было до того, более-менее помнишь, а вот это мгновение, которое самое важное, из памяти выветривается начисто. Вроде какие-то смутные ассоциации бродят, пытаешься поймать их за хвост, и ничего не выходит. Но при этом ты точно знаешь, что понял тогда что-то очень важное.

— Примерно так, — кивнул Рин-сан. — Мысль ты уловил. Вот в такое вот сатори я и угодил, только растянутое до бесконечности.

А ведь точно! Сейчас, когда дурман слегка рассеялся, и звуки кэпова голоса сбили рассинхрон в голове, параллельные потоки сознания слились в один, и из глубин памяти всплыли смутные воспоминания. Что-то такое, да. Я себя ощущал… как же эта фиговина называется, которую мне когда-то отец показывал? Кусок желтоватой полупрозрачной хрени с насекомым, застывшим в её толще… точно!

— Не знаю, кэп, поймёшь ли ты меня, но… я себя ощущал как муха в янтаре.

— Да чего тут не понять, э! Я до сих пор почти в таком состоянии.

— Тоже слабость и взгляд плывёт?

— Угу…

— Извините, капитан Заварзин… капитан Сугивара… сбились настройки «дополненной реальности», процесс корректировки запущен. Процесс завершён.

— Твою же… Кумо, ну вот нафига?! — возмутился я. — Мы тут с кэпом думали, что почти при смерти, а это всего лишь ты косячишь…

— Ваше физическое состояние не вызывает опасений, капитан Заварзин.

— Уже успел диагностику провести?

— Ответ положительный. Процесс был активирован сразу по выходу в континуум ПВ.

— Так мы не застряли в «мембране»?!

— А почему это вас так удивляет, сэр?

— Потому что я уже с жизнью простился… ну, перед тем, как вырубиться. По всем прогнозам выходило, что нас размажет по зоне перехода.

— Ответ отрицательный, сэр. «Мембрана» оказалась с односторонней проходимостью.

— Симатта!

— Точно-точно, — поддержал я капитана. — Система ниппель — туда дуй, оттуда… ничего. То есть «отнорок» из «кармана» с повышенным «давлением»…

— «Растягивал» зону перехода, сэр, — подтвердил мою гипотезу «мини-гекс». — По этой причине его предшественник и разрушился — подточенная «оболочка» порвалась, достигнув предела прочности. Прошу простить за столь грубую аналогию, но она наиболее адекватно описывает произошедшее.

— Ладно, забей, в формулы всю эту белиберду облечь ещё успеем, — успокоил я помощника. — Но ты уверен, что мы в нормальном пространстве?

— Более чем. оптические датчики действуют, координаты по звездной карте определены. Отражённый сигнал «зова» обработан. Показать инфографику?

— Чёрт… — схватился я за голову от нахлынувшей боли. — Мне пока что много думать противопоказано.

— Активирую процесс реабилитации. Расслабьтесь, капитан Заварзин, вам необходим массаж и приём тонизирующих препаратов внутримышечно.

— Ай, блин!

— И вам тоже, капитан Сугивара.

— Симатта!

Я вам ещё не хвалился новыми пилотскими креслами, нет? Ну вот, хвалюсь. Деррик расщедрился с подачи Степаныча. Эти два типа совершенно справедливо решили, что раз уж не получается меня отговорить от всяческих научных безумств, то надо хотя бы подстраховать по максимуму. Ну и подогнали дорогущий комплект со встроенными реанимационными комплексами, способными если не вернуть к полноценной жизни, то хотя бы не дать окончательно сдохнуть до того, как медицинская помощь подоспеет. Да-да, мои кресла умели поддержать даже еле теплющуюся жизнь. А профилактика для них вообще проблемы не представляла. Ах да, с креслами ещё и на сто процентов совместимые с ними скафандры повышенной защиты шли. И мы с кэпом не поленились в них влезть перед экспериментом, да. Рин-сан настоял, кстати. Сам-то я забыл… и забил тоже. Короче, медкомплексы сработали штатно, вкатав нам сразу по несколько уколов в чувствительные места. Впрочем, возмущаться я по этому поводу не стал — массажёр заставил расслабиться до такой степени, что даже языком шевелить было в лом. Так и кайфовали с четверть часа, пока Кумо подбивал окончательный баланс.

— Анализ технического состояния судна завершён, — доложил он аккурат в тот миг, когда массажёр вырубился, и я пребывал в пограничном состоянии — и вроде ещё расслаблен до желеобразной консистенции, и вроде уже понял, что всё, пора бы и честь знать. — Внутренние повреждения незначительны, активированы дублирующие контуры системы управления маршевыми двигателями, восстановлены драйверы периферийных устройств. Внешние повреждения — порядка одиннадцати процентов корпуса. Критические повреждения отсутствуют. Корабль готов к разгону.

— Что с генератором? — вырвался-таки я из объятий неги.

— Состояние аппаратной части удовлетворительное, обнаружен критический программный сбой. Необходимо восстановление системы. Произвожу откат системы к последней резервной копии. Доступ к периферийным устройствам на период восстановления отсутствует. До завершения процесса десять минут сорок одна секунда… сорок… тридцать девять…

— Выведи таймер, — поморщился я. — И дай картинку с камер.

— Ответ отрицательный, капитан Заварзин. Доступ к камерам отсутствует.

— Чёрт, точно! Ладно, как всё перезагрузится, сразу же врубай камеры и сканер тоже, на максимальный обзор.

— Есть, сэр.

— Эй, рёку-аси!

— Да, капитан Сугивара?

— А ты чего нам по ушам ездишь, э? Сам же сказал, что координаты определены! Значит, сканер действует!

— Это так, сэр.

— Так в чём проблема, э?!

— Кэп, не тупи, — буркнул я. — Система перезагружается, только и всего. Кумо, у тебя есть прямой доступ к сканеру?

— Ответ положительный, капитан Заварзин. Я не могу сейчас вывести в «дополненную реальность» живую картинку, но в состоянии построить модель. Доступ в «дополненную реальность» возможен через «нейры», они стационарны.

— Да это понятно! — отмахнулся я. — Чёрт, всё ещё трещит башка… такое же ощущение было, когда я на «Кэрриере» «вынырнул»… м-мать! Похоже ты, кэп, прав насчёт «когда». Кумо, возможно хотя бы приблизительно установить рассинхрон?

— Ответ отрицательный, капитан Заварзин. Выйти в сеть не удаётся, сбой связи.

— Ну да, ну да… надо БИОС обновлять. Короче, мы попали, Рин. Все признаки налицо.

— А ты ещё в этом сомневался?

— Тысяча лет… — задумчиво протянул я, пропустив слова напарника мимо ушей. — Надо же… мне и года в своё время хватило, чтобы лиха хлебнуть… прикинь, кэп, если и правда прошло лет хотя бы сто! Мы же с тобой натуральные попаданцы теперь. Пришельцы во времени, хе!

— И ничего смешного, симатта! О семье подумай!

— Только о ней и думаю, — угрюмо отгавкнулся я.

И даже не соврал — как раз за миг до реплики кэпа до меня дошёл весь ужас ситуации. Какое там тысячелетие! Да века за глаза! Или около того. Один «нырок», и вот ты уже лишён всего — и близких, и имущества, и даже репутации. Ну вот как так?! Только-только всё наладилось, и нате вам! Спасибо, дорогая тётушка, что втравила меня в этот блудняк. Тут впору волосы на голове рвать и выть от бессилия… хотя хрен вам! Не дождётесь! Как там у классика? Пока живу, надеюсь? Вот-вот…

— Кэп, знаешь главное правило путешествующих по галактике автостопом?

— Алекс, ты бредишь?

— Не-а, — помотал я головой. — Просто вспомнил одну старинную книжку. Так вот, главное правило путешествующих по галактике автостопом — не паниковать.

— Да к демонам тебя, симатта!

— Кэп, очнись! Ещё ничего не потеряно, мы вообще ни в чём не уверены, а значит, есть надежда. Всегда есть грёбаная надежда. Мы живы, почти здоровы, у нас есть корабль, который на ходу… скоро будет. И мы знаем, где мы. Так чего ещё надо?! Сейчас приведём в порядок «мозг», осмотримся, да рванём к той же «Истре»! Или сразу на Картахену. А там уже дело техники.

— Это ты себя успокаиваешь, э?

— Кэп, ну вот почему ты такой… чёрт!

— Я не чёрт, я демон, — довольно хмыкнул напарник. — Эй, рёку-сяку, давай-ка вкратце свою оценку — как, почему, сколько?

— С чего начать, капитан Сугивара?

— Ну хотя бы… так… почему нас понесло на «мембрану»?

— Ответ очевиден, сэр: мы лишились «буёв» и получили удар ускорения, вектор которого оказался направлен в переходную зону. Импульса хватило, чтобы преодолеть сопротивление «мембраны», «растянутой» внутренним «давлением» нарождающегося «отнорка». И вот мы здесь.

— Ладно, допустим… а почему мы лишились «буёв»?

— Анализ имеющейся в моем распоряжении информации позволяет предположить стороннее вмешательство, капитан Сугивара.

— Хочешь сказать, что «понтоны» не сами разрушились, им помогли?

— Ответ положительный, сэр.

— Ну и кто же? — заинтересованно заломил бровь кэп.

— Неизвестный агрессор, сэр. Именно о нём нас пытался предупредить капитан Терентьев, но из-за имевшего место «рассинхрона» временных потоков мы не успели отреагировать на его послание.

— То есть минутами дело не ограничилось? — влез я в обсуждение.

— Так точно, сэр. Судя по скорости передачи, искажение составило порядка десяти-пятнадцати минут на первом этапе, и уже около сорока минут перед повторным импульсом. Я предполагаю совокупное влияние гравитации чёрной дыры в пространстве ПВ и «кармана» в континууме ВП. Комплексное воздействие оценить всегда сложнее, капитан Заварзин. Боюсь, я переоценил свои возможности.

— Ну да, нашёл крайнего, — хмыкнул я. — То есть мы заметно замедлились, и за буквально пару-тройку минут у нас…

— Три минуты семнадцать секунд от «погружения» до контакта с «мембраной», сэр.

— Спасибо. То есть за три минуты у нас на борту, у парней на «поверхности» прошло сильно больше?

— По приблизительным оценкам, от часа до полутора.

— Это многое объясняет… кстати, «зов» случайно не захватил «следы» гостей?

— Анализ завершён, капитан Заварзин. «Следы» обнаружены. Провожу анализ траекторий… вывести инфографику?

— Обязательно!.. М-мать… кэп, тебе это ничего не напоминает?

— С трёх сторон зашли, группами, — хмыкнул Рин-сан. — Без шансов, симатта! Одни обломки должны остаться… кстати, рёку-аси, ты обломки нашел?

— Ответ отрицательный, капитан Сугивара.

— И куда же они делись?

— Недостаточно данных для анализа, сэр.

— Кэп, не грузи мне гекса, — одёрнул я напарника. — Дождёмся перезагрузки системы, и сами всё увидим. Кумо, рассказывай дальше.

— Это всё, сэр.

— В смысле?!

— К описанию обстановки мне пока что добавить нечего. Мы по-прежнему в системе двойной звезды и чёрной дыры, но от «мембраны» нас довольно далеко откинуло — мы над плоскостью эклиптики примерно в двух стандартных астрономических единицах от места «погружения». Точнее скажу после перезагрузки системы.

— Поня-а-а-атно… сколько там ещё?

— Четыре минуты пятьдесят пять секунд… пятьдесят четыре…

— Всё, хорош, я понял! Давай тогда по доступным ресурсам пробегись. Что у нас осталось?

— Есть, сэр, — с энтузиазмом воспринял новую задачу «мини-гекс». — Энергозапас в пределах сорока пяти процентов, противопоказаний для разгона и прыжка нет. В зоне досягаемости более двух сотен освоенных людьми объектов. Вывести список?

— Потом, э!

— Да, капитан Сугивара… из дополнительного оборудования сохранился «понтон» номер пять. Техническое состояние удовлетворительное, готовность к использованию полная.

— Хм… а не так уж и плохо! — удовлетворённо заметил я, старательно отгоняя мысли о «рассинхроне».

Ясно, что мы его словили, главное, чтобы некритичный. Что в моём понимании «некритичный»? Ну, в пределах пяти, да даже десяти лет. Нас с кэпом ещё не успеют забыть, хоть и похоронят. А права собственности дело наживное… м-мать! А ведь мы так и не утрясли юридические нормы. На дядю Германа понадеялся, на потом отложил, а теперь, похоже, придётся за собственную недальновидность платить…

— Офигенно, симатта! — саркастически поддержал меня Рин-сан. — С голодухи не сдохнем, да и не задохнёмся. Всего лишь пристрелят в первой попавшейся подворотне, когда в цивилизованные места вернёмся. Просто для того, чтобы проблем не наплодили лишних.

— Кэп, я тебя умоляю! Не паникуй. Не в первый раз, да и наверняка не в последний. Привыкай.

— А если я не хочу привыкать? Более того, категорически не желаю?

— А придётся, — вздохнул я. — Против законов природы не попрёшь. Либо сиди безвылазно на Картахене, под юбкой у Рин-тян. И вообще, хватит ныть. У нас сейчас первоочередная задача определиться с датой, потому что с координатами проблем никаких. Я прав, Кумо?

— Полностью, сэр.

— Слу-у-ушай!.. А по смещению звёзд не сможешь определить, сколько времени прошло с «нырка»? Грубо приблизительно, плюс-минус год?

— Можно попытаться, капитан Заварзин. Процесс активирован… я попробую поработать с сохранёнными скринами, полученными в момент «всплытия», но потребуется задействовать значительные вычислительные мощности.

— Ни в чём себе не отказывай, дружок.

— Есть, сэр. До завершения процесса… э-э-э… процесс завершён?..

— Ты у меня спрашиваешь? — удивлённо уставился я на голографического «гекса», возникшего в «дополненной реальности».

— Я в растерянности, сэр… данные противоречат сами себе. В расчёты закралась какая-то ошибка. Скорее всего, имело место искривление пространства при схлопывании «пузыря», в котором находился «Набат» во время «погружения»…

— Ладно, не грузись… что с перезагрузкой?

— Процесс завершён, капитан Заварзин. Доступ к периферийным устройствам восстановлен.

— Врубай сканирование на максимум дальности. Ищи… обломки.

— Думаешь, они остались? — усомнился Рин-сан.

— Чьи-то должны были, — пожал я плечами. — Кто бы ни победил, всё равно проутюжить настолько огромное пространство нереально. А может, какие-то из посудин даже более-менее целостность сохранили.

— Если наших разнесли в пух и прах, чтобы скрыть улики, вряд ли с «утопленниками» обошлись как-то иначе, — привел прямо-таки убийственный довод кэп. — Потому что какой смысл палиться? Где гарантия, что мы про находки сразу же не раструбили? А тут перемолол всё в пыль, и пусть ищут все желающие. Всё шито-крыто.

— Кэп, ты зануда. Или ты страшишься правды?

— Я страшусь горькой правды, симатта! И имею право, между прочим! Это ты молодой и глупый, близких не терял… э-э-э… это я сгоряча, Алекс.

— Да ладно, проехали, — буркнул я, не глядя на соратника. — Понял я тебя. И чтобы тебе стало легче… короче, я тоже боюсь горькой правды. Поэтому отгоняю любые мысли о… ну, ты понял. Но в любом случае надо определяться в пространстве и во времени. Причём второе приоритетней.

— Ладно, забыли…

— Обнаружен корабль, сэр.

— Ну вот, а ты паниковал! — попенял я кэпу. — Кумо, давай подробней. Что за корабль? Где? Связаться пробовал?

— Скоростной корвет типа «Скользящий», местоположение локализовано. Вывожу инфографику.

— Та-а-ак… он что, перед прыжком разгоняется?

— Ответ положительный, капитан Заварзин.

— На вызовы, естественно, не отвечает?..

— Так точно, сэр. Отобразить расчётную траекторию?

— Давай… уп-с… — Я переглянулся с Рином, у которого на роже даже под слегка затемнённым забралом шлема читалось не меньшее, чем у меня, удивление. — Это же он аккурат от нашего бывшего «отнорка» стартанул? Ну, грубо приблизительно…

— Ответ положительный, капитан Заварзин.

— Интересно, что он тут делал? Осматривал место происшествия?

— Мне другое интересно, э!

— Кэп, давай без этих твоих…

— Алекс, послушай меня хотя бы раз! Корвет типа «Скользящий»… где у нас такие лоханки используются? В какой организации, не подскажешь?

— Да ну на фиг… не может это быть патрульный «спиридоновцев»…

— Почему нет, э?

— Потому что…

— Неопознанный корабль ушел на «струну», капитан Заварзин. Обрабатываю телеметрию… объект опознан. Предположительный расчётный курс определён. Вывести на экран?

— Да так скажи, чего уж там!

— Параметры прыжкового генератора в момент срабатывания на девяносто шесть целых и две десятых процента совпадают с параметрами генератора патрульного судна «Искатель», Спасательная служба Протектората Росс.

Некоторое время в рубке царила напряжённая тишина, потом я всё же решился её нарушить:

— Кумо, ты уверен?

— Абсолютно, сэр. Я сохранил данные с момента нашей первой встречи, когда «Искатель» сымитировал таран и ушёл на «струну» в опасной близости от «Набата». Мне есть с чем сравнивать, капитан Заварзин. Расхождение в пять целых восемь десятых процента заложено дистанцией наблюдения.

— И куда же он направился?

— Если судить по разгонной траектории и скорости перед прыжком, пунктом назначения может служить только система НД-135.

— Но это же…

— Да, сэр. Ближайшая к нам система. Всего шесть световых лет.

— Как-то стрёмно… что в этой глухомани забыл «спиридоновец»?

— Сообщников отправился навестить? — предположил кэп, озвучив вертевшееся у меня самого на языке подозрение.

— Это бездоказательно, Рин.

— Исключительно пока, Алекс.

— Ладно, пусть так… будем за ним прыгать?

— А стоит ли?

— Думаю, да.

— Обоснуй, симатта!

— Хочешь «обоснуя»? Ну вот тебе: если это и впрямь «Искатель», то пропустили мы не так уж и много времени. Кумо, сколько уже этой лоханке? Я имею в виду, было на момент нашего первого контакта?

— Если верить официальным данным, судно в строю семь лет, сэр.

— И оно живее всех живых здесь и сейчас. То бишь край лет двадцать мы потеряли, но это по самым грубым прикидкам. С другой стороны, что «спиридоновцам» здесь делать через двадцать лет после заварухи? Логично предположить, что они сюда заглянули через несколько месяцев, может быть, год. Убедиться, что никакого дерьма из подпространства не «всплыло».

— Уже легче, симатта!

— Ну так а я о чём?! — торжествующе взревел я, и осёкся.

— Что, сэр?.. — первым правильно оценил моё состояние «мини-гекс».

— Кумо…

— Да, сэр?

— Готовь номера пятого к «погружению» и «зову».

— Вы предполагаете?..

— Не проверим, не узнаем, — прервал я помощника. Ну его на фиг, сглазит ещё. — Или лучше в район «отнорка» переместиться?

— В этом нет необходимости, сэр. Объект в зоне действия «зова».

— Ну так чего ждём?!

— Процесс активирован, сэр. До выхода в безопасную точку «погружения» семь минут три секунды… две… одна… шесть минут пятьдесят девять секунд…

На сей раз прерывать голосовой отсчёт я не стал, да и кэп не возразил — видимо, ему так тоже проще было время убивать. А трепаться мы боялись по той же причине, по какой я прервал «гекса» — исключительно из суеверия. И точно так же угрюмо пялились в черноту космоса в «дополненной реальности», пока Кумо совершал все необходимые манипуляции с «понтоном» — до того рутинные, что уже никаких эмоций не вызывавшие.

— Данные обработаны, — разродился наконец «мини-гекс». — Вывожу схему в «дополненную реальность».

— Кэп? — после гнетущей паузы позвал я.

— Да, Алекс?

— Ты видишь то же, что и я? Целый «отнорок»?

— Ага. Он, проклятущий.

— Значит, не глюки… а я так надеялся… Кумо, совмести картинку с конфигурацией «отнорка» до разрушения.

— Процесс активирован… процесс завершён… совпадение девяносто девять целых и девяносто семь сотых процента, сэр.

— М-мать… но, может… это новый уже вырос?

— Точно таких же очертаний, симатта?!

— Почему нет? — начал было я, но наткнулся на жалостливый взгляд капитана и развивать мысль не стал. Зато озвучил другую, не менее безумную: — Кумо, а внутрь «заглянуть» можешь? Без фокусов с «понтоном»?

— Только очень приблизительно, сэр. Но, судя по «уплотнённостям», совпадающим с аналогичными образованиями предшественника, внутри «отнорка» содержатся семь материальных объектов, причём один из них, если учесть вот этот «след», «провалился» менее часа назад. Точнее сказать не могу, сэр.

— «Великан» и остальные «утопленники», — сглотнув, просипел я. — Кэп, к-ха! Ну ты понял?!

— Это бред, Алекс, — устало помотал головой Рин-сан. — Это невозможно. По крайней мере, не в нашей Вселенной.

— Рин, я сам в шоке, но факты говорят сами за себя. У нас ровно два варианта: либо мы оказались в параллельной Вселенной, где «отнорок» цел… либо мы провалились в прошлое. Причём в недавнее прошлое — сразу после того, как угонщики доставили «Великана» в «схрон». То бишь, по факту, не более двух недель. Но… почему именно сюда?..

— А почему вы отбрасываете вариант с параллельной Вселенной, капитан Заварзин?

— А ты сам скажи.

— Мы не прошли за горизонт событий чёрной дыры и не попали в сингулярность?

— Ответ положительный, Кумо.

— А как же тогда… ладно, перенос в прошлое не противоречит физическим законам нашей Вселенной. Но… сингулярность?

— А что, если «мембрана» — это голая сингулярность? — озвучил я ещё одну полубезумную гипотезу. — Они же могут возникать вне горизонта событий, правильно?

— Да, сэр… но я не вижу здесь и противоречий версии с параллельной Вселенной.

— Не видишь, и не надо, — отмахнулся я. — Просто я задействовал «бритву Оккама».

— Что ж, это только логично, — на сей раз поддержал меня «мини-гекс». — Примем за основу именно провал в прошлое нашей Вселенной.

— Остается ещё один вопрос, э!

— Мы вас внимательно слушаем, капитан Сугивара.

— А почему именно в данный момент? Не раньше, не позже? Не, я понимаю, что это можно объяснить везением вот этого вот кадра, — ткнул в меня пальцем кэп, — но всё же как-то это… сомнительно, да.

— Возможно, это как-то связано с воздействием на «мембрану» дополнительного массивного объекта, помещённого в «отнорок», капитан Сугивара.

— То есть нас «Великан» притянул?! — с сомнением хмыкнул я.

— Иного хоть сколько-то логического объяснения у меня нет, капитан Заварзин.

— Ну, дела-а-а-а!.. — только и осталось протянуть мне.

А кэп и вовсе промолчал — судя по виду, ушёл в себя. И когда вернётся, не предупредил.

Глава 6-1

Глава 6

— Скажи-ка, Алекс, — очнулся от тяжких раздумий кэп, — а нельзя ли?..

— Нет! — моментально отпёрся я.

Ну а чего?! Только временных парадоксов нам и не хватало! А что Рин задумал какую-то пакость, я по его взгляду понял — не только он меня достаточно хорошо изучил, чтобы читать, как открытую книгу.

— Уверен, э?

— Более чем! И вообще, это счастливая случайность! Хотя насчёт «счастливой» я ни фига не уверен! Не ты ли несколько минут назад паниковал — а если рассинхрон?! А если на десятки лет?! А теперь расслабился, да?!

— Алекс…

— Кэп, уймись! Я всё понимаю, это такой соблазн… у самого такие же мысли. Но… пойми, Рин, если мы вдруг — вдруг! — сумеем «нырнуть» во времени достаточно далеко назад, чтобы предотвратить… ну, ты понял… и если у нас получится… это уже будет другая реальность! Другие люди, с другими судьбами, не мы с тобой, и не наши близкие! А некоторые мои близкие вообще рискуют на свет не появиться! Или возникнет бесконечная временная петля, как «день сурка»! Или Вселенная коллапсирует…

— Ну, это вы уже загнули, капитан Заварзин.

— Вот, рёку-аси дело говорит!

— Я всего лишь исключаю один из неблагоприятных вариантов, капитан Сугивара, — не повёлся мой «мини-гекс». — Ведь если бы такое было возможно, то Вселенная уже бы коллапсировала, по факту нашего появления… здесь и сейчас. Но она всё ещё существует, и это непреложный факт.

— То есть я прав, симатта! Теоретически…

— Именно что теоретически, кэп! Но ты меня на такое не разведёшь, однозначно. Тут я не просто пас, я категорически против. Не самоустранюсь, а постараюсь предотвратить, если ты всё же решишь сам что-то такое провернуть.

— У меня мозгов на такое не хватит, э!

— Не прибедняйся!

— И не думаю! — рыкнул Рин-сан, но сразу же сник и заговорил на тон ниже: — Да что ты вообще знаешь о потерях?

— Опять?! Проходили уже!

— Ладно, погорячился я… но если чисто гипотетически… признайся, Алекс, ты ведь уже просчитал варианты? Ну, технологию «прыжков во времени»?

— Кэп, ты офигел?!

— Алекс, кого ты пытаешься обмануть?!

— Ладно, чёрт с тобой! — сдался я. — Но это не технология, это… примерные наброски, как бы я эксперимент построил.

— Ну и?..

— Нужно много «понтонов», десятки, если не сотни.

— Деньги тлен.

— Ладно… хорошо. Предположим, что у нас есть сотня «понтонов». Запускаем их по очереди в «мембрану», настроив в каждом автопилот на перемещение в какую-нибудь заранее определённую точку, укромную, само собой, чтобы никто случайно их не обнаружил… да хоть мы же сами в будущем. Плюс на каждый борт помещаем часы с таймером, стационарные, не зависящие от корабельного «мозга». По завершении серии запусков перемещаемся в точку сбора и выясняем, сколько «понтонов» добралось. И на них же по таймерам смотрим, сколько для каждого подопытного прошло времени с прыжка до обнаружения. А дальше уже нужно будет анализировать данные, обрабатывать, думать, прикидывать… но я бы не рекомендовал. Если разброс составит хотя бы несколько процентов, это уже неоправданный риск. Это нам сейчас повезло, энерговыплеск от «погружения» «Великана» как своеобразный магнит сработал… если принять за основу версию Кумо. А что будет с другими попытками, я даже предсказать не берусь. И уж тем более не решусь на такое, кх-м, перемещение повторно. Добровольно — нет, нет и нет. Ещё раз, по буквам: то, что с нами произошло, всего лишь счастливое стечение обстоятельств.

— Я бы не был так уверен.

— Случайность, кэп, не более того.

— Всякая случайность суть невыявленная закономерность.

— Игра далеко не всегда стоит свеч.

— Алекс, ты не понимаешь, — окончательно сник Рин, чего я от него совершенно не ожидал. — Это тот самый шанс…

— Подумай о Рин-тян. Каково будет ей?

— Если у меня получится, ей не придётся пройти через… всё это.

— Ну хорошо, допустим… знаешь, какое слабое место в твоей задумке?

— Какое?

— Если бы мы что-то такое провернули, причём успешно, мы бы с тобой не торчали здесь и сейчас. История бы развивалась по совершенно другому сценарию.

— Если только мы в данный момент не внутри временной петли, сэр, — очень «вовремя» влез Кумо. — Сам факт нашего перемещения в прошлое вполне мог породить это явление.

— Фантастики начитался?! — удивлённо хмыкнул я.

— Вашей, в смысле, хумансовской, — признался «мини-гекс».

— В общем, забыли. У нас есть дела поважнее, — перехватил я взгляд Рина. И, что характерно, свой не отвёл, выдержал раунд игры в «гляделки». — Дела здесь и сейчас, если ты забыл, кэп.

— И чем же наше текущее дело отличается от… — кэп сглотнул, но взял себя в руки. — От моего дела?

— По факту всем, — не повёлся я. — Во-первых, мы не специально, судьба так распорядилась. Если даже и возникла временная петля, в чём я лично сомневаюсь, то спонтанная, так сказать, естественного происхождения. Во-вторых, что бы там ни плёл Кумо, я всё же думаю, что временную петлю мы не породим. Просто потому, что не станем намеренно изменять ход событий, которые в нашем будущем уже произошли.

— И как же ты себе это представляешь, симатта?!

— Ну, как минимум мы не будем предупреждать самих себя — раз. Не вмешаемся в подготовку операции — два. Мы просто изымем Димку у похитителей, если сумеем, конечно… и затаимся где-нибудь в укромном месте, чтобы вернуться в наш временной поток ровно тогда, когда мы из него выпали. Ну, или чуток позже, чтобы под раздачу не попасть.

— Это всё равно будет петля, капитан Заварзин.

— Не-а. Мы не изменим собственное будущее. По всем раскладам при нападении мы выжили. А всё, что после нападения, для нас ещё не произошло. Мы возвращаемся в исходную точку без серьёзного вмешательства в ход истории. О том, что мы тут куролесим, никто из заинтересованных лиц никогда не узнает. Ведь не узнает же? — с подозрением уставился я на кэпа.

Тот нехотя кивнул, и я закончил мысль:

— Так что это не обсуждается. Равно как и попытка предупредить Терентьева с ребятами. Как бы ни было тяжело, но с этой потерей придётся смириться.

— А ты жестокий, Алекс.

— Я просто рациональный, Рин. Это единственный способ как-то разрулить ситуацию. Есть, правда, вариант попроще…

— Затаиться и залечь в анабиоз до, хм, известных событий?

— Угу. Только надо с датой всё же определиться, чтобы наше воскрешение как можно естественней обставить. Типа, «вынырнули», когда враг уже убрался восвояси, так и выжили.

— А что мешает залечь в спячку, скажем, на месяц? Чтобы с гарантией?

— Потеряем время, кэп. А оно для Димки на вес золота.

— Это глупо, Алекс.

— Ага. Поэтому мы сейчас прыгнем в систему НД-135, оглядимся, а дальше…

— Только не говори, что будем действовать по обстановке, э!

— Именно так и будем, кэп. Наша задача как можно меньше наследить. И не запалиться.

— Думаешь, такое в принципе возможно?

— Ну, если не размахивать мечами направо и налево, да не палить из плазмеров почём зря…

— То есть в идеале стелс-миссия?

— Как получится, кэп, как получится… но как минимум неплохо бы никого не убивать.

— И исключить связь с внешним миром, сэр.

— А это зачем, рёку-аси?!

— Чтобы никто не попытался выяснить, кто вы такие, и не обнаружил бы вас ещё где-нибудь… на станции «Истра», например. Вы же не прятались, так?

— Хм… убедил. Вот только у нас нет технической возможности заглушить связь потенциальному противнику. Итак, Алекс, каков план?

— Действуем по обстановке, — пожал я плечами. — Когда у нас с тобой был другой план?

— Да, я тоже что-то не припомню, — согласился кэп. — Ладно, рёку-аси, начинай разгон, а мы пока подготовимся…

— Э-э-э… господа капитаны?..

— Да, Кумо? — первым среагировал я.

Признаться, таким я собственного помощника не припоминал, разве что в момент знакомства он вёл себя похоже. Я имею в виду, таким… очеловеченным, что ли… так-то «мини-гекс» успешно маскировался под стандартный искин, почти не проявляя свою истинную природу. Да и при первой встрече, помнится, он куда больше настоящего гексапода напоминал, а не хумана, как сейчас. Совсем адаптировался, получается.

— А не кажется ли вам, что следует… э-э-э… подстраховаться?

— Слушай, рёку-аси, говори прямо, что задумал! — рыкнул Рин-сан.

— Я предлагаю замаскировать «Набат» под близкое по классу судно, — разродился-таки «миниг-гекс». — А вам соорудить личности-обманки.

— А ты потянешь? — с сомнением покосился я на голографического «гекса».

Естественно, в общей «дополненной реальности», из которой мы и не подумали выйти.

— Если не был бы уверен, что справлюсь, не предлагал бы, капитан Заварзин.

— Вот только не говори, что у тебя уже всё готово, э! — врубил скептика кэп.

— Практически, капитан Сугивара.

— Так, Кумо, хватит нам лапшу на уши вешать, — хлопнул я по подлокотнику кресла. — Выкладывай всё, как есть.

— Да, сэр. Видите ли, я сформировал неплохую базу данных по пропажам, когда искал информацию по судам, обнаруженным вместе с «Великаном». И вы будете смеяться, но есть очень подходящий вариант… как по времени, так и по месту.

— Ну-ка, ну-ка… — оживился Рин-сан.

— Вывести инфографику, сэр?

— Валяй, э!

— Процесс завершён. Буксир «Битюг», бортовой номер АСУ-185/6, порт приписки — станция «Истра». Связь потеряна на перегоне «Истра» — Гризе-17 за трое суток до исчезновения «Великана», сэр.

Некоторое время мы с кэпом задумчиво созерцали трёхмерную модель нашего собственного буксира, совмещённую с фотографией этого самого «Битюга» в соответствующем ракурсе, потом Рин покачал головой и с сомнением проронил:

— Дьявол кроется в деталях, коллеги. Не прокатит.

— Это если есть с чем сравнивать, — возразил я. — Стоит только отрубить дальнюю связь, и всё, на местных ресурсах далеко не уедешь. Впрочем, для нас это не вариант, как мы уже выяснили. Я так понимаю, Кумо, ты собрался соорудить виртуальную «обманку», чтобы при запросе «свой-чужой» ушли данные по «Битюгу»?

— Именно, сэр. Вряд ли кому-то в голову придёт сравнивать с базой данных всю полученную информацию, вплоть до изображения. Уйдёт стандартный запрос, придёт стандартный же ответ — данные совпадают, борт объявлен в розыск вследствие потери связи.

— Ага, а мы им ещё и по ушам проедемся — дескать, фиг знает, где мы, прыгали туда-то и туда-то, но, похоже, координаты прыжка сбились. Люди добрыя, помогите определиться в пространстве!

— Хм… вполне, вполне, — одобрительно хмыкнул Рин. — Я бы поверил. Только сразу же послал оповещение тем же «спиридоновцам», что, мол, обнаружена пропажа.

— Или не послал…

— В смысле? Алекс, не темни!

— Кэп, ты забыл, к кому в гости мы направляемся? К контрабандистам!

— Ну, во-первых, это ещё надо доказать… может, они какой-нибудь легальной шарашкой притворяются, например, станцией дозаправки.

— Кумо, что по базам?

— Официально система НД-135 необитаема, сэр. Ни в одном из общедоступных реестров объекты инфраструктуры Протектората Росс, вне зависимости от клановой принадлежности, не значатся.

— Вот тебе и ответ, кэп. Если мы кого-то и найдём, то нелегалов. Которые в лучшем случае притворятся относительно законопослушными геологоразведчиками или кем-то в этом роде и постараются как можно скорее нас сплавить. А в худшем запудрят нам мозги, заманят на станцию и грохнут. Нет людей — нет проблемы. А корабль можно на звезду направить.

— То есть мы в равных условиях, — ухмыльнулся кэп. — Что ж, это радует. Даже если мы их всех порешим, всё будет шито-крыто.

— Для официалов, Рин. Для лиц заинтересованных мы превратимся в цель номер один. Утечка информации, все дела…

— Ну так и мы исчезнем… вернее, «Битюг». А «Набата» в системе никогда и не было. — Кэп уже откровенно оскалился, почуяв кровь, но я его разочаровывать не стал — если ему так проще, то пусть. — Слушай, рёку-аси, а нас с Алексом ты под кого замаскируешь?

— Команда шесть человек, сэр. Выбирайте любого. Хотя я бы порекомендовал главного механика, у него внешность подходящая.

— Неужто ниппонец?! — изумился Рин.

— Никак нет, росс. Но с ярко выраженными фенотипическими признаками коренных сибирских народов. Очень занятный образчик, сэр.

— Охренеть! — только и выдохнул кэп. — А Алекса, надо полагать, выдадим за штурманца? Вон, какой красавец! По телосложению похож, и тоже дрэды носит. Прямо как по заказу! Алекс, глянь-ка! Если в темноте да мельком, так и Лизка-сан перепутает!

— Кэп, а ты чего так веселишься? — подозрительно покосился я на соратника.

— Да потому что смешно, э! — и не подумал отпираться тот. — А тебя самого ничего не смущает, симатта?!

— В плане?

— Алекс, не тупи! Игры со временем, петли…

— Кэп, отвали. Не могли мы их сами же нанять и отправить в рейс, загрузив взрывчаткой.

— Почему нет? Очень всё похоже! И крайне подозрительно.

— Рин, мы физически не могли этого сделать.

— Обоснуй, э!

— У нас нет связи с сетью, так?

— Ну.

— И появится она только после того, как мы устраним рассинхрон в БИОС, элементарно законнектившись с чьей-то ещё системой. Собственно, мы с этой целью и собираемся к «соседям» наведаться. Так?

— Угу.

— Следовательно, выйти на связь с той же «Истрой» и нанять «Битюг», отправив его в никуда, мы сможем только после того, как нарисуемся у «соседей». Логично? Логично. Таким образом, если бы мы провернули этот трюк, «Битюг» бы убыл в последний рейс не за трое суток до исчезновения «Великана», а много позже.

— Если только мы снова не «нырнули» во времени после того, как разобрались с «соседями».

— Да ну на хрен!..

— И тем не менее, такой вариант возможен, капитан Заварзин.

— Кумо! И ты туда же!!! — схватился я за голову. — Петля в петле, ну до чего же банально! Ладно, ты начитался хронофантастики. Но кэп?!

— А у кэпа свои мозги есть, э!

— Ладно, — выдохнул я, успокаиваясь. — Хорошо. Пусть так. Но этот вариант мы учитывать не будем. Примем за данность, что происшествие с «Битюгом» не более чем удачное совпадение.

— Ещё одно, симатта!

— Да, ещё одно! Кэп, «бритва Оккама».

— Да демоны с тобой, Алекс! — сдался соратник. — Пожалуй, и впрямь перебор с моей стороны. Надо пользоваться «роялем в кустах», раз уж он так удачно подвернулся.

— Это не «рояль».

— Почему же?

— Потому что ты, Рин, упускаешь ещё одну важную деталь — я бы не смог сознательно послать целый экипаж на смерть, будь они все хоть распоследними негодяями.

— Зато я бы смог, э!

Ну и что тут возразить? Реально нечего. Потому что кэп и меня мог запросто вывести из игры, элементарно вырубив. Если, конечно, посчитал бы, что мое слюнтяйство не к месту. А он бы посчитал, однозначно. Хотя…

— Если допустить, что ты прав, кэп… ну, чисто гипотетически… это означает, что мы решились на повторный «нырок во времени»…

— Или я решился, э!

— Не важно! Суть в том, что даже ты не стал бы «нырять» наугад. Следовательно, мы должны были отработать технологию до каких-то приемлемых результатов… хотя бы для тебя приемлемых!

— Вот именно, симатта! — крайне довольно ухмыльнулся Рин.

— Ты чего веселишься, блин?! — вызверился я в ответ.

— А есть повод, — невозмутимо отозвался кэп. — У меня появился шанс.

— Ещё один?!

— Ага. И давай не начинай снова про Оккама. Не порть настроение. Позволь мне хотя бы тешить себя надеждой, что в один прекрасный момент… ну, ты понял.

— Только через мой труп, кэп.

— Не зарекайся, Алекс.

— Кэп… ты серьёзно?

— Более чем. И не воспринимай это как угрозу с моей стороны. Очень может быть, что я ещё и твоим последним шансом стану. И не только твоим.

Чёрт! Ну вот как так?! Ещё чуток, и у меня мозги закипят! А Рин тоже хорош — нет бы придержать при себе безумные теории, так на, получи, дорогой товарищ Алекс! Как будто не понимает, что этим всем отнюдь не укрепляет мою решимость! Или он специально?..

— Ладно, проехали.

— Алекс, ты слишком много думаешь.

— Поддерживаю капитана Сугивару, сэр. Все ваши с ним построения умозрительны. Они не подкреплены доказательствами.

— Пока, э!

— Капитан Сугивара!

— Всё, всё, рёку-аси, больше не буду подкалывать. А то, гляжу, наш Алекс совсем спёкся.

— А тебе лишь бы прикалываться! — огрызнулся я.

— А ты уверен, что я прикалываюсь, э?

— Теперь — да! Всё, кончаем базар! Кумо, сколько тебе потребуется времени на подготовку «легенды»?

— Основной массив обработан, сэр. Но есть одна загвоздка.

— Куда делись ещё четверо членов экипажа?

— Именно, сэр. Я не могу придумать ни одного логического объяснения их отсутствия.

— А и не надо, — отмахнулся я. — Не их собачье дело. В смысле, «соседей».

— Подозрительно, сэр.

— Не более подозрительно, чем всё остальное. Мы чего, собственно, хотим добиться?

— Вызволить из плена Дмитрия Силина?

— Э-э-э… ну да. Но это задача максимум, так сказать. Не факт, что он находился на «Искателе», его и раньше могли куда-то ещё переместить. Опять же, с чего мы решили, что он у «соседей»? Да и патрульный может уже свалить. В общем, наша основная цель — синхронизироваться с бортовой системой «соседей» и определиться со временем. После этого можно ложиться на обратный курс. Что они о нас подумают, это уже только их проблема. А мы спрячемся, выждем необходимый срок и объявимся в системе с чёрной дырой.

— А как же братец твой, э?

— Мы знаем место. Что нам помешает наведаться туда уже после того, как мы снова встроимся в наш временной поток?

— Алекс, ты сам себе противоречишь. Не ты ли собирался выручать Димку, устроив шухер на станции контрабандистов?

— Кэп, я был на нервах.

— То есть переобуваемся в прыжке?

— Я реалист, ты же знаешь.

— Что ж, Алекс, я рад за тебя. Вот это уже похоже на план. Нормальный план! — уточнил Рин чисто из вредности. — А то всё лишь бы по обстановке действовать! Надо будет, кстати, Рэнсома обрадовать — наконец-то ты научился критически мыслить. Мы уже за тебя бояться начали.

— С каких это пор?! — подозрительно уставился я на соратника.

— С тех самых, как ты из лап клана выскользнул и производственный процесс в Корпорации наладил.

— Рин, ну хоть ты не начинай!

— А чего? Правда глаза колет?! Или всё, достиг цели и можно расслабиться?

— Какой цели?! Рин, ты бредишь?! До цели еще ого-го сколько!

— А ты большие глаза не делай! Основной цели! Заполучил свободу, и рад стараться. Чего молчишь? Возразить нечего?

— А смысл?

И правда… кэп только что одной меткой фразой облёк в чёткую форму мои подспудные ощущения, терзавшие меня уже многие месяцы. Ведь получается, что я и впрямь добился главного — свободы выбора. Если до разборки с дядей Германом на большом совете на мне тяжким грузом висел долг перед Кланом, а до обнаружения «Аделаиды» и спасения сестры ещё и перед родом, то теперь я был… свободен? Ну да, глава довольно большой и всё ещё растущей организации… и что? Моё присутствие было критично до тех пор, пока мы не отработали технологию поиска «затонувших» кораблей и «судоподъёма». Теперь же «Э(П)РОН» худо-бедно, но функционировал и без меня. Есть кому в случае чего подхватить упавшее знамя, база-то никуда не денется. Абсолютной секретности я не соблюдаю, потому что прекрасно осознаю, насколько опасно ставить всё предприятие в зависимость от одного человека. Найдутся спецы, способные разобраться в моём наследии. А доступ к оному есть у Лизки… и частично у Степаныча. Плюс инженеры у нас в технической службе не дураки. А в управленческих делах и покруче меня специалисты имеются, Деррик с тем же Степанычем, ага. В общем, сам того не осознавая, я заложил в созданную структуру механизм безболезненной преемственности власти. То есть получается, что я реально… свободен? Как минимум в выборе направления деятельности. А от прочих условностей человеческого сообщества, тех же брачных уз и родственных связей, я и сам отказываться не собирался. И что же по итогу? Деньги, власть, независимость от общественного мнения. Свобода? Свобода, мать её!..

— Ладно, думать потом будем, — так и не дождавшись моей внятной реакции, резюмировал кэп. — Рёку-аси, разгон просчитал?

— Так точно, капитан Сугивара.

— Ну так погнали, э!

— Вы не возражаете, капитан Заварзин?

— Нет. Лучше план мы уже не родим.

— Процесс активирован. До выхода на разгонный курс тридцать одна минута сорок две секунды… сорок одна… сорок…

Понятно, что полностью повторять разгонную траекторию «Искателя» мы не стали, но из нашей позиции всё же пришлось сместиться в район «отнорка». Просто потому, что в плоскости эклиптики, особенно такой сложной системы, как наша — из двойной звезды и чёрной дыры — гораздо проще учесть гравитационные векторы. И не нарваться на всём ходу на какую-нибудь аномалию. Так что пришлось смириться с потерей времени, ха-ха! Да и потом разгонялись, так сказать, с оглядкой, памятуя о некоторых не самых приятных свойствах «кармана» и испещрённой «червоточинами» оболочки «отнорка». Опять же, к чему пренебрегать опытом предшественников? А что он у них довольно богатый, сомневаться не приходилось. Понятно, что доказательств пока никаких, но это именно что пока. Сам-то для себя я уже всё решил. Осталось лишь воплотить в жизнь наш план, а потом мы с кэпом в них вцепимся мёртвой хваткой. Потому что это уже личное. И за парней они ответят, да.

Но, как это часто бывает, если на первых порах всё идёт строго по плану, грандиозный облом ожидает на поздних этапах. Не стали исключением и мы. Нет, разогнались без проблем, и на «струну» ушли вполне штатно. И даже «вынырнули» без эксцессов, пусть и на задворках системы назначения — не такой уж и богатой на космические тела, к слову. Звезда типа «коричневый карлик», три небольших планетки, пылевое облако, астероидный пояс и газовый гигант с россыпью разнокалиберных спутников на периферии. Но, на нашу беду, логово потенциальных контрабандистов располагалось как раз на одном из последних. И потому спокойно затормозиться, осмотреться и только потом установить контакт не получилось — нас засекли моментально, и столь же оперативно принялись вызывать. Причём крайне настойчиво. Казалось бы, вот оно, счастье! Законнектились, синхронизировались, определились во времени, и дай бог ноги! Но беда в том, что вызывала нас не станция — до того крошечная, что на это гордое звание не тянула — а хорошо нам знакомое патрульное судно «Искатель». И на виртуальном экране в «дополненной реальности», когда мы таки ответили на вызов, нарисовалась рожа недоброй памяти старшего лейтенанта Михайлова…

Глава 6-2

—//-

— М-мать! — только и выдохнул я, моментально вырубив видеопоток с нашей стороны. — Кумо, сымитируй помехи… или там, разрыв соединения, типа, законнектиться никак не можем…

— Боюсь, это даже не полумеры, капитан Заварзин.

— А что делать?!

— Не паниковать, э!

— Спасибо за поддержку, кэп… чёрт, а ведь так хорошо всё начиналось! И нате вам — запалились!

— Ты хотел сказать «запалимся», Алекс. В будущем.

— Ну да… но от этого не легче! Накрылись наши планы одним местом… здравствуй, временная петля!

— А может всё не так плохо, э?

— В смысле?! Он же нас срисовал! И однозначно узнал… ну, потом…

— И что? Он даже этого не показал! Ни намёком! Я помню его каменную рожу, симатта! Так что не грузись, Алекс, «спиридоновцы» если что-то и заподозрили, то никак не скачок во времени. Подставу какую-то — однозначно, тут даже спорить не буду! Потому и вели себя так, скорее всего. Помнишь, на «Истре»? И вмешаться решились только когда мы их «схрон» вскрыли.

— Не факт, что это они, Рин.

— А кто ещё?! Громовы? Или ещё кто-то из «клиентов»? Очень сомнительно, очень. Нафига им такие проблемы? Это забота организаторов схемы, а не рядовых пользователей.

— То есть ты считаешь, что это всё затеяли «спиридоновцы»?

— А ты видишь других кандидатов, Алекс?

— Чёрт…

— Вот именно! Так что давай-ка, рёку-аси, синхронизируйся с «Искателем», и валим отсюда.

— Боюсь, вторая часть вашего предложения неосуществима в текущих условиях, капитан Сугивара.

— Думаешь, догонят?

— Да, сэр. Я просчитал все возможные варианты разгона и прыжка… никак не успеваем. Если только микропрыжок, но мы не выйдем из зоны досягаемости патрульного судна. А просто «погружаться» бессмысленно…

— И время потеряем, — со вздохом поддакнул я. — Ладно, как ни печально это осознавать, но придётся возвращаться к первоначальному плану.

— То есть будем действовать по обстановке? — прищурился кэп.

Не знаю, как это у него получилось, но получилось, да.

— Именно, Рин, — не стал я его разочаровывать. — Так, Кумо, выходи на связь. Кэп, ты молчи, отвечай только на прямые вопросы. Я буду типа старший по званию, про остальных сейчас что-нибудь приду… — Я осёкся, поскольку реактивный «мини-гекс» приказ исполнил с завидной оперативностью, и преданно уставился на рожу Михайлова, снова возникшую в «дополненной реальности»: — Да, буксир «Битюг» на связи! Наконец-то хоть кто-то!

— Что-то долго вы собирались, — буркнул «спиридоновец». — Патрульное судно «Искатель», вахтенный офицер старший лейтенант Михайлов. Назовите себя.

— Данил Легачёв, штурман экипажа, — отрекомендовался я чужим именем, взмолившись про себя, чтобы клятый Михайлов не оказался обладателем фотографической памяти и не опознал во мне беглого наследника Клана Завьяловых или хотя бы главу Корпорации «Э(П)РОН» Заварзина.

— А где ваш шкипер? — ничуть не изменившись в лице, поинтересовался мой собеседник.

Ага, вроде бы не узнал… или просто самообладание отличное. Хотя нет, инцидент на «Истре» говорил об обратном. Ладно, будем считать, что пока легенда прокатила, к тому же «спиридоновец» уже должен был получить стандартный ответ на столь же стандартный запрос в базу данных. Кумо я в таких делах доверял почти безгранично, так что «обманка» сработала.

— Капитан недееспособен, — скривившись, как от зубной боли, выдавил я.

— Временно?

— Не имею понятия… у нас нештатная ситуация, четверо членов экипажа… наверное, мертвы, господин старший лейтенант.

— Ну-ка, с этого места подробнее.

— Судя по тому, что мы оказались вовсе не там, куда направлялись, у нас нештатный сход со «струны», господин старший лейтенант.

— Угадал… «Битюг» ушёл в прыжок трое суток назад.

— Как так?!

— Вот так, — развёл руками Михайлов. — Расслабься, Легачёв, считай, что вам с напарником…

— Удыгиров Филипп, — представился кэп, уловив вопросительную интонацию в голосе старлея.

— Короче, повезло вам, мужики. Обычно в таких случаях, когда сбой сразу на двух координатах, никто не «всплывает». А вы «вынырнули», причём через трое суток… и это очень занятно. В общем, стыкуйтесь-ка к станции.

— А на каком, извините, основании?

— Все подобные случаи в юрисдикции Спасательной службы Протектората Росс, — покосился на меня как на идиота старлей. — Тебе конкретный параграф Уложения привести?

— Не, не надо, — пошел я на попятный. — Просто мы хотели… как бы… побыстрее по назначению добраться. У нас и так уже просрочка, влетим на неустойку.

— А за четверых жмуров ты как будешь отчитываться, дурень?

— Э-э-э…

— Вот именно, что «э-э-э»! — жёстко усмехнулся Михайлов. — А мы тебе официальное заключение дадим о непреодолимых обстоятельствах. И почему вы все такие одинаковые? Домой быстрей, убытки, неустойка… радоваться должны, что из задницы выбрались! Короче, начинайте стыковку, а я пока посоветуюсь с начальством. Больно уж у вас случай нетипичный.

— Я в-вас п-понял, господин с-старший лейтенант…

Судя по всему, трюк с заиканием от ужаса сработал — старлей снова ухмыльнулся и надавил ещё чуток:

— Так, что-то на тебя, штурман, надежды никакой… дай доступ к системе, проведём тебя дистанционно, на автопилоте.

Я для вида переглянулся с кэпом, дождался кивка, и преданно уставился на Михайлова, одновременно набивая в чате команду для «мини-гекса»:

— Д-да, г-гос…

— Короче, давай доступ!

— Уже, уже…

Спрашиваете, что я там такого помощнику написал? Да ничего особенного, всего лишь одно слово: «действуй». Надеюсь, никому не надо напоминать, что открытый доступ к нашей системе и «халявный канал в обратную сторону» для Кумо понятия эквивалентные? Сами виноваты, ага. Я и не надеялся, что «кресты» так бездарно подставятся. Впрочем, если «вспомнить будущее», наш якобы первый контакт, то либо у моего «мини-гекса» ничего не выйдет (что почти невозможно), либо к тому времени систему «Искателя» подчистят от его закладок. Или вообще переформатируют для надёжности.

Кумо команду воспринял адекватно — отбил в ответ «процесс активирован» и вывел осточертевший, но незаменимый таймер. Судя по длительности, действовать он решил осторожно, чтобы не запалиться. Или «обманка» много ресурсов отъедала — в режиме открытого доступа запросто можно запалиться. Так что ему виднее. Главное, что теперь можно немного расслабиться — Михайлов связь вырубил, как только вычислители «Набата», то бишь «Битюга», и «Искателя» синхронизировались. А смысл на наши кислые рожи таращиться? Главное, чтобы реактор в разносный режим не попытались перевести, оно нам не надо от слова совсем. Хотя это я загнул — «спиридоновцы» однозначно заинтересованы в общении. Профдеформация она такая — мало им данных с нашего сервера, надо ещё и свидетелей опросить. И только потом ликвидировать, да. Почему так решил? Да потому что если бы дело обстояло иначе, нас либо вообще проигнорировали, либо сразу расстреляли к хренам. Но нет, заморочились. Так что живём. Пока.

«Кумо, обмен данными контролируешь, или лучше выйти из рабочего пространства?» — набил я в чате.

— Ответ положительный, капитан Заварзин, — отозвался в голосовом режиме «мини-гекс», из чего я сделал вывод, что можно не шифроваться, всё под контролем.

— Тэ-э-эк-с… кэп, что думаешь?

— А чего тут думать, симатта? Сами напросились.

— Я так понимаю, гуманного отношения к противнику теперь от тебя не дождёшься? — вздохнул я.

— А смысл? Они-то нас убивать всерьёз станут, — без тени сомнения ответил Рин.

— Думаешь?

— Практически уверен.

— Обоснуй.

— «Искатель» — решала, помнишь?

— Да, такой вариант не исключён.

— Вот нас и порешат, — хохотнул кэп. — Ладно, шутки в сторону. Если бы мы им были неинтересны, они бы нас проигнорировали. Если бы в нас видели только нежелательных свидетелей, они бы нас расстреляли без предупреждения. Логично? Логично. Но нас заманивают на свою территорию. Заманивают, Алекс! Повезло нам.

— Хорошее везение!

— Ты же один хрен собирался сюда возвращаться. Думаешь, обошлось бы без кровавых разборок?

— Ну, в твоей компании… сомневаюсь.

— Я и говорю, повезло. Время экономим — раз. С проникновением заморачиваться не надо, сами позвали — два. Работаем, симатта!

— Так они нас с оружием и пропустили на борт, размечтался, — снова вздохнул я.

— Ничего, и так разберёмся, вручную.

— А ты оптимист, кэп.

— Нет, я реалист. В скафандрах пойдём, загерметизированными.

— Думаешь, прокатит?

— А вот и посмотрим. Если утрутся, значит, повезло им — проявим гуманность. А если заставят снять… что ж, им же хуже. Запалятся окончательно.

Н-да… хорошо, что у нас скафандры новые, я на них ещё символику Корпорации нанести не успел. Но «бомберы» в любом случае светить не стоит, моментально спалимся.

— Кумо, сколько до стыковки?

— Меньше пятнадцати минут, капитан Заварзин.

— Ага… а когда в сеть к ним влезешь?

— Думаю, не менее получаса, сэр. Слишком много ресурсов сейчас расходуется на «обманку». Как только состыкуемся, я смогу их перераспределить, и дело пойдёт быстрее. А если ещё сумеете обеспечить мне доступ к терминалу на станции… или к «нейру» кого-то из персонала, это ускорит процесс на порядок. И хотелось бы обозначить приоритетность, сэр. Какую систему «ломать» в первую очередь?

— По возможности сосредоточься на станции, — после краткого раздумья решил я. — Надо выяснить, здесь Димка, или нет. От этого будут зависеть наши действия. А на «Искателе» постарайся добраться до средств поражения, на случай если сваливать придётся. Думаю, это проще, чем перехватить контроль над системой управления.

— Согласен, капитан Заварзин. Ещё какие-то распоряжения будут?

— Ну, как бы всё, ждём, — пожал я плечами. — Кэп, а ты чего делаешь?

— Готовлюсь, симатта!

Надо сказать, вёл себя Рин донельзя странно — выпростался из кресла и набивал многочисленные карманы банками с пивом. Чем были хороши наши скафандры, так это модульной многослойной конструкцией — основой служил прочный комбез из армированной ткани со встроенными сервоволокнами и броневыми вставками в уязвимых местах. Ну и всякие наколенники-налокотники тоже интегрированные. По сути, навороченная повседневная одежка, удобная и не очень обременительная сама по себе. Но дорогая, зараза! Хотя по функционалу ничего особенного — вкупе с ботинками, перчатками и дыхательной маской простейший защитный комплекс. Но если вместо банальной «дыхалки» нахлобучить комплектный шлем да влезть в дополнительные элементы брони, оснащённые энергоблоками, то получится уже полнофункциональный скафандр высшего класса защиты. Просто потому, что под бронёй будет скрыто более восьмидесяти процентов тела, и вся встроенная машинерия активируется — вычислитель, сервоскелет, выкидные клинки на запястьях (хотя эти и так работают, на чистой механике), магнитные подошвы и даже компактный ракетный ранец, пусть и с минимальным запасом хода. Про замкнутую дыхательную систему с регенератором воздуха скромно умолчу, равно как и систему водоснабжения и утилизации отходов жизнедеятельности. То есть при наличии всех этих наворотов действия кэпа и впрямь разрывали шаблоны.

— Рин, ты серьёзно?

— Более чем! Ты бы сам тоже собирался, э!

— Так уже!

Ну а чего? Я без пива вполне проживу несколько часов. А «малый джентльменский набор» — «кольт» в набедренной кобуре и нож — всегда со мной.

— Ну, как знаешь, — буркнул кэп, не прекращая своего занятия.

Надо сказать, предпочтение он по какой-то неведомой причине отдавал банкам ноль тридцать три, а не полноценным пол-литровым. Я собрался было уточнить, что за дискриминация, потом сообразил, что они не так сильно выпирали в карманах, да и затолкать их можно было больше. Хм… занятно. Тоже, что ли, озаботиться? Не, палевно… хотя возьму парочку, с газировкой. Как раз по ноль пять. Чтобы не особо выделяться на фоне коллеги, ага.

— Кумо, что «Искатель»?

— Идёт пересекающимся курсом, состыкуется со станцией на три с половиной минуты раньше нас, капитан Заварзин.

— Ага, значит, встречать нас служивые будут… чёрт, а если решат к нам заявиться? Смысл им свои объекты светить?

— Вряд ли, Алекс.

— Это почему ещё, Рин?

— Потому что с подозрительными типами гораздо полезней для здоровья общаться на своей территории. Вот ты бы попёрся на чужой борт? Без плана, с неясными намерениями экипажа?

— Только в случае крайней необходимости. И при наличии подавляющего преимущества в огневой мощи.

— Ну вот ты и ответил на свой вопрос. Да и чего гадать, э! Скоро всё узнаем.

— Ты, кэп, исключаешь ещё один фактор — самоуверенность.

— Если б старшим на «Искателе» был Михайлов, то он мог бы сыграть, согласен. Но там ещё есть, если мне не изменяет память, старпом — капитан третьего ранга Курицын, и капитан, которого мы не знаем.

— Ладно, Рин, хватит умствовать… а то сейчас такого напридумываем!

— Ну надо же чем-то заняться? — хмыкнул кэп. — Поверь, Алекс, лучше трындеть, чем молча себя накручивать. Нервы не железные.

— Ещё вопрос, от чего хуже.

— Всё, не кисни! Прорвёмся!

— Твоими бы молитвами…

На этом разговор заглох, и мы молчали, думая каждый о своем, пока Кумо не объявил:

— Внимание, экипаж! Активирован протокол стыковки. До завершения процесса семнадцать секунд… шестнадцать… пятнадцать…

Нет, всё-таки к таким приключениям я не очень готов. То ли дело Рин-сан — как рыба в воде! А если бы ему в напарники Степаныча, так вообще тушите свет. Но, как говорится, за неимением гербовой…

— Эй, на «Битюге»! — нарисовался в «дополненной реальности» Михайлов. — Готовьтесь к высадке. И не блокируйте ничего на борту, сейчас поисковую партию к вам отправим с аппаратурой.

Чего там кэп пророчил? Что со всякими мутными типами проще на знакомой территории разбираться? Ну-ну… вот вам и ещё проблемка: что можно всё сразу и много, мы и не подумали. А всё потому, что привыкли работать малыми группами. А на «Искателе», по всему судя, с личным составом проблем нет.

— Пошли, хрен ли сидеть? — скривил губы в усмешке Рин. — Так даже интересней, э!

Успокоил, блин! Впрочем, делать нечего, пришлось выпростаться из кресла и проследовать за кэпом. Разве что уточнил, пока из рубки не вышел:

— Кумо, постарайся их подольше за нос поводить.

— Принято, сэр. Но стопроцентного результата не гарантирую.

— В крайнем случае заблокируй их, где получится, и переключайся на «Искателя» и станцию.

— Есть, сэр.

— Алекс, чего тормозишь, э?..

— Да иду, иду!

До стыковочного отсека добрались без проблем (кто бы их нам на нашем собственном борту устроил?), а вот потом начались заморочки. «Спиридоновцы» дураками не были, поэтому дальше «предбанника» станционного шлюза нас не пустили — заблокировали помещение, «просветили» сканером и повторно вышли на связь через «нейры». Правда, на сей раз общался с нами не старший лейтенант Михайлов, а другой офицер, в летах и в звании капитан-лейтенанта. Представляться он не стал, а сразу заявил:

— Так, господа мои, избавляемся от излишков брони и оружия.

— Н-не х-хотелось б-бы, — пролязгал я зубами.

— Вы чего-то опасаетесь, молодой человек? — заломил бровь капитан-лейтенант в «дополненной реальности».

— Д-да м-мы уже с-собственной т-тени боимся, — отбрехался я. — И в-вооб-бще…

— Вы подвергаетесь официальной процедуре, всё происходящее тщательно фиксируется, файлы передаются на центральный сервер Поисковой службы, — со страдальческим вздохом процитировал офицер инструкцию. И не сдержался: — Как же вы достали со своими подозрениями! Парни, я серьёзно, хватит ломаться. Это стандартная процедура.

— А м-может, м-мы о вас б-бесп-покоимся!

— Думаете, заразу какую-то подхватили? Очень смешно. Скидывайте скафандры, сказал!

Мы с кэпом переглянулись (Рин мне незаметно для сторонних наблюдателей подмигнул), синхронно пожали плечами и столь же синхронно отделили шлемы от скафандров, с опаской вдохнув местный воздух. Опять же для вида — Кумо к этому моменту уже выдал все расклады по составу атмосферы, не содержавшей ничего лишнего. Собственно, только лишь по этой причине мы и не полезли в бутылку ещё больше. Не время покуда. Зато окончательно убедились в намерениях «гостеприимных» хозяев. Пишется всё, как же! И особенно на сервер Службы отправляется. Уж такой сигнал мой «мини-гекс» не пропустил бы.

Как бы то ни было, но со шлемами и с большей частью брони пришлось расстаться, равно как и со всем, что хоть как-то напоминало оружие. Про «кольт» и ножи молчу. Хорошо, что Рин с собой вакидзаси не потащил. А вот на банки с пивом и газировкой запрет не распространился, хоть капитан-лейтенант и поинтересовался чуть удивлённо:

— Парни, а зачем вам столько?

— Горло что-то пересыхает, — опередил меня кэп. — И жажда постоянная.

— У тебя тоже? — покосился на меня офицер с виртуального дисплея.

— Д-да… есть н-немного…

— Давно симптом проявился?

— Да как из п-прыжка в-вышли, так и нап-питься н-не можем, — на ходу сочинил я.

А кэп для пущей аутентичности извлёк одну из банок, вскрыл и надолго к ней присосался. Убедившись, что ни капли нектара в ёмкости не осталось, с сожалением скривился и принялся осматриваться в поисках утилизатора. Естественно, не нашел — кто бы его стал устанавливать в «предбаннике» шлюза?

— Бросай здесь, — разрешил кап-лейт. — И постойте-ка ещё немного, надо вас на всякий случай повторно просканировать.

— О-ок-кей, — с трудом выдавил я, а кэп просто уронил пустую банку под ноги и застыл по стойке «смирно» — видимо, чтобы сканеру было удобней.

И всё время, пока по нашим с Рином тушкам шарил невидимый луч, я истово про себя молился — только бы не нашли, только бы не нашли! Что именно? Да всего лишь запястные клинки. Поскольку броневые наручи являлись необходимым элементом для состыковки перчаток с рукавами, офицер снять их не потребовал, равно как и избавиться от стандартных плёночных «дыхалок». Всё-таки почтительное отношение к технике безопасности у всех обитателей космических станций в крови, и лишать нас последней защиты на случай разгерметизации никто и не подумал. Стереотип сработал, нежданно-негаданно.

— Вроде чисто, — задумчиво хмыкнул капитан-лейтенант, когда сканер наконец деактивировался. — Все показатели в норме… обезвоживания не наблюдается. Психологический эффект?

— Н-не имею п-понятия, г-госп-подин к-ка…

— Всё, закругляемся, — не стал дожидаться завершения фразы офицер. — Парень, а у тебя случайно сотрясения мозга нет? Глаза вроде не в кучу, но заикание мне твоё не нравится.

— Н-не знаю, г-гос…

— Ладно, проходите!

Створка люка прямо перед нами уехала в стену, и открылось следующее помещение — банальный коридор, довольно просторный для столь крошечной станции. Да и шлюз, кстати, на обычный пассажирский не походил от слова совсем, настолько здоровенный. Впрочем, если принять за аксиому, что данный конкретный объект инфраструктуры суть перевалочная база контрабандистов, то как бы и ничего удивительного — хабар-то как-то надо по базе перемещать? Пусть не весь, и не очень много, но зачем самим себе лишние трудности создавать? Только лишь для того, чтобы потом их мужественно преодолевать? Да ну на фиг! Вот мы с кэпом, да, грешны. Но местные-то по-любому нормальные люди! А вот аппаратура сканирующая у них барахло — скрытые лезвия из металлокерамики в толще бронепластика не разглядела. Или разглядела, но оператор посчитал, что без активированного вычислителя и сервопривода их из гнёзд извлечь невозможно. В принципе, так оно и есть, но только в стандартных моделях. А над нашими Борисыч поработал. Но обитателям станции об этом знать не обязательно.

В коридоре нас ждала целая делегация в количестве пятерых дуболомов, запакованных в скафандры повышенной защиты. Не военная броня, конечно, но для условно гражданских более чем. И все при плазмерах, хотя наготове их держали лишь двое — как выяснилось, наши конвоиры. Оставшаяся троица перебралась в шлюз, как только мы его освободили, а парочка охранников, державшаяся на почтительном расстоянии, недвусмысленно дала понять, что нам с кэпом следует шагать прямо по коридору, и чтобы без фокусов! Да-да, один так прямо и сказал. Мы, естественно, сопротивляться не стали, но конвоиры так и держались чуть позади, пока мы не добрались до развилки. Здесь наша честная компания ненадолго задержалась — один из охранников уточнял, куда дальше. Получив же недвусмысленные указания, велел поворачивать налево, что мы и проделали с завидным безразличием. И ещё через десяток метров остановились у двери гильотинного типа без опознавательных знаков. Она, кстати, ничем не отличалась ещё от нескольких, которые мы совсем недавно миновали, но возражать мы и не подумали — местным обитателям виднее, где нас содержать.

Впрочем, едва мы вошли в комнатушку, выяснилось, что держать долго нас тут вряд ли будут, поскольку бокс один в один походил на допросную, в которой со мной беседовал приснопамятный подполковник Крамской. Разве что поскромнее размерами, в полном соответствии с габаритами базы. Н-да, это вам не коридоры, по которым много всякого таскать приходится. Пять шагов в ширину, столько же в длину, плюс столик в центре и целых три стула, из которых один уже занят тем самым капитан-лейтенантом, а два оставшихся, строго напротив него, явно дожидались нас. Да, забыл, ещё пара секьюрити, братьев-близнецов конвоиров, оставшихся за дверью. Что характерно, намертво заблокированной механическими фиксаторами, если я правильно распознал специфический лязгающий звук. Ха, а нас ведь боятся! Ну, или хотя бы опасаются…

— Присаживайтесь, господа, — кивнул на свободные стулья офицер.

Он, как и охрана, щеголял в загерметизированном скафандре, но забрало шлема, в отличие от подчинённых, затемнять не стал.

— С-спасибо г-гос… — начал я, направившись к предложенному предмету мебели, но заметил страдальческую гримасу на лице кап-лейта и благоразумно замолчал.

Ну и заминка ещё вышла — столик-то крохотный, рассчитан строго на одного пользователя с каждой стороны. А нас с кэпом целых двое, ага. Пришлось усесться чуть подальше, расставив стулья почти по углам столешницы. С одной стороны, неудобно — руки некуда положить. С другой — нас целиком видно, да и до офицера однозначно не дотянемся. Зато охранники до нас запросто. Для плазмеров два с небольшим метра… да даже три, вообще не дистанция. Собственно, из этих соображений офицер и не стал возмущаться нашим самоуправством. Терпеливо дождался, пока мы усядемся как следует и перестанем ёрзать, и объявил:

— Итак, господа мои, приступим!

Мы с Рином преданно уставились на него и всем своим видом продемонстрировали готовность к сотрудничеству.

— Имя, фамилия, должность? — рыкнул кап-лейт, вперив в меня внезапно потяжелевший взгляд.

— Данил Легачёв, штурман буксира «Битюг»! — оттарабанил я, перестав заикаться.

От испуга, вестимо. А на самом деле больше от разрыва шаблонов, очень уж метаморфоза резкая с офицером приключилась.

— Филипп Удыгиров, главный механик, — отрекомендовался и Рин, как только кап-лейт перевёл взгляд на него.

Офицер задумчиво покивал, потом торжествующе усмехнулся и объявил:

— Вот вы и попались, голубчики. Теперь вы мне всё расскажете!

Глава 6-3

—//-

На несколько секунд в помещении повисла неловкая пауза: капитан-лейтенант буравил нас с кэпом тяжёлым взглядом, а мы преданно пялились в ответ. Затем, так и не дождавшись продолжения, я судорожно сглотнул и зашарил рукой по карманам в поисках жестянки с газировкой. Этот шум и послужил своеобразным триггером, после которого насторожённые охранники, до того больше напоминавшие туго натянутые струны… или нервы, не суть, явно расслабились и даже лапы от плазмеров убрали, а офицер снизошёл до новой угрозы:

— Ну что, будем говорить, или применим спецметоды?

— Э-э-э… да мы к-как бы и н-не отказываемся, — просипел я, добравшись таки до банки. Суетливо вскрыл, присосался, сделав несколько больших глотков, и вопросительно покосился на кап-лейта: — В-вы бы уточнили, ч-что им-менно вас и-интересует?

— Всё! — грохнул по столешнице кулаком офицер. — Колитесь сами, всё равно скоро выведем вас на чистую воду!

— О господи! — Я жадно допил остатки газировки и приложил жестянку ко лбу, типа, охладиться чуток. — Г-госп-подин к-ка…

— Не мямли, Легачёв! — рявкнул тот, и я вздрогнул, умудрившись принять стойку «смирно» сидя.

Ну и ещё банку выронил, от неожиданности, ага. Что характерно, лязг и грохот на присутствующих впечатления не произвели абсолютно. Зато кэп, на которого я умудрился покоситься, незаметно мне подмигнул, типа, молодец, всё правильно делаешь. Молодец-то молодец, знать бы ещё, зачем столько усилий?..

— Х-хорошо… постараюсь, г-гос…

— Называй меня Петром Алексеевичем, если так проще, сынок, — внезапно подобрел кап-лейт.

А, понятно всё! За неимением напарника, обе роли на себя примерил — и хорошего, и плохого следователя. Плюс игра на контрастах. А молодец, кстати. Будь я настоящим Данилом Легачёвым, уже бы в штаны наложил, а потом проникся надеждой. Робкой, конечно, но после всего пережитого и такая малость в радость.

— С-спасибо, П-пётр Алексеевич.

— Ну, сынок, что скажешь? Куда дели остальных?

— Б-без понятия, г-гос…

— Всё, отставить! — перебил меня офицер. — Сформулирую вопрос иначе. Куда делись остальные?

— Пропали, — вздохнул я и затравленно оглянулся, типа, кого-то за спиной опасаюсь.

— Действительно? — заломил бровь кап-лейт и с намёком посмотрел на кэпа.

Тот молча кивнул, дескать, и рад бы что-то добавить, да нечего.

— И когда же вы это обнаружили?

— С-сразу, как со «с-струны» с-сошли, — снова взял я инициативу в свои руки. — Фил быстро откликнулся, а остальных я н-не дозвался. А ш-шкип-пер… он в с-соседнем кресле сидел. Перед п-прыжком, в с-смысле. А как сошли… к-кресло п-пустое. Я о-охренел…

— Что-то у вас не сходится, голубчики, — покачал головой офицер. — Впервые такой случай на моей практике, а она, поверьте на слово, весьма обширна.

— Впервые т-такой с-сход со «струны»? — прикинулся я шлангом, а кэп полез за очередной пивной жестянкой.

И опять всем хоть бы хны! Получается, нас как угрозу и не воспринимают? То бишь в общем и целом версию приняли, просто не могут решить, что с нами делать? Все же «спиридоновцы» не контрабандисты?

— Нет, впервые такое беспомощное враньё! — резко сменил личину кап-лейт. — За идиота меня держите?! Как могли четыре человека просто испариться?! Каким-таким способом?!

— Н-не могу з-знать, г-гос!..

— Молчать! — снова грохнул по столу побелевший от напускной ярости офицер. — Бунт на корабле учинили? Убили остальных членов экипажа и сымитировали нештатный сход со «струны»? Интересно, на что вы надеялись? Страховку получить, что ли?! Или всё проще, и тут банальная личная неприязнь?!

— Пётр Алексеевич, я в-вас у-умоляю! Ну где мы с Филом, и где личная неприязнь? В-вы же уже н-наверняка запросили б-базы данных, н-ну посмотрите д-досье остальных! М-могли мы вдвоём их ч-четверых п-порешить?!

— А вот это мы скоро и выясним, — снизил громкость офицер. — И если найдём трупы… да не кривитесь вы! Если выявим хоть малейшие признаки состава преступления, вам, голубчики, не поздоровится.

— А если не н-найдёте? Что т-тогда?

— Найдём, не сомневайся!

— И в-всё же?

— Будем оформлять форс-мажор и официальное заключение службы, — нехотя признался кап-лейт.

— А к-корабль? К-конфискуете?

— На каких основаниях? — удивился наш собеседник. Запнулся на миг и опустил взгляд на сцепленные в замок ладони, отчего я внутренне оцепенел. — Будете сами с собственниками разбираться. Сопроводим вас до обитаемых мест, здесь как-то не с руки…

— А мы где? — подал голос кэп. — Интересно.

— Не суть! — отрезал Пётр Алексеевич, так и не пожелав снова посмотреть нам в глаза. — Перевалочная база Поисковой службы. Остальное вас интересовать не должно.

— С-странно… с-систему м-мы опознали, но в к-каталоге она числится н-необитаемой…

— Не твоего ума дело!

— С-секретное м-место? — «догадался» я.

— Похоже, подпиской о неразглашении вы не отделаетесь, голубчики!

— М-мы будем н-немы, как м-могила! — клятвенно заверил я, а кэп кивнул, не переставая вертеть в руках так и не вскрытую банку.

— Могила, говоришь? — усмехнулся кап-лейт, и таки поднял на меня взгляд.

Признаться, именно в этот момент у меня по спине пробежали мурашки, и отчаянно захотелось оказаться как можно дальше и от секретной перевалочной базы, и от «Искателя», и от всей этой проклятой системы в целом — таким холодом повеяло от офицера. Могильным, ага. И нервно сглотнул я весьма натурально, потому что мне понадобилось ещё несколько секунд, чтобы взять себя в руки. Впрочем, окружающим я этого постарался не показать, наоборот, окончательно сник и угрюмо уставился на собственные ботинки. А ещё на мигающую строку в чате «дополненной реальности»: «Процесс завершён». Ну да, вовремя я нахохлился, а то бы вряд ли от внимательного взгляда капитан-лейтенанта укрылась моя довольная ухмылка, которую я попытался задавить, но добился лишь кривой гримасы. А потом и сам кап-лейт отвлёк, подкинув ещё один повод для волнения:

— Ага, а вот и поисковая группа вызывает! Видимо, что-то интересное нашли…

Больше он не сказал ни слова, только слушал, подключившись к собственной «дополненной реальности», но с каждым мгновением лицо его всё более и более изумлённо вытягивалось, а взгляд становился холоднее. Я же, видя такое дело, снова сглотнул, мазнул ладонью по карману, но потом передумал и повернулся к кэпу:

— Ф-фил, д-дай п-пивка… газировка не п-помогает…

Офицер, хоть и отслеживал наряду с охранниками каждое наше движение, никак на это не среагировал — до того был увлечён докладом подчинённых, а секьюрити тем более возражать не стали. Соответственно, кэп выудил вторую ёмкость, покосился на обе банки, решая, с какой не так жалко расстаться, и протянул мне правую руку…

— Да что вы говорите! — хмыкнул вдруг капитан-лейтенант. — «Набат»? Это же личная посудина…

Договорить он не успел — Рин, до того абсолютно (по крайней мере, с виду) расслабленный, крайне умело и с чудовищной силой метнул предназначавшуюся мне банку с пивом. И метнул не абы как, а в того секьюрити, что стоял за спиной офицера слева от нас. И сразу же на обратном движении, успев сорваться со стула, послал оставшийся импровизированный снаряд левой рукой во второго охранника. У меня как раз в этот момент случился выплеск адреналина, время замедлилось, и прыжок к капитан-лейтенанту по внутренним ощущениям получился очень затяжным. Но я всё же долетел до стола, наткнулся на столешницу, согнувшись от удара в пояснице, и без труда дотянулся до цели, долбанув офицера лбом в переносицу. Вернее, это целился я в переносицу, но не достал — забрало помешало. В голове сразу же зазвенело, мгновения побежали с нормальной скоростью, но дело было сделано — ошеломлённый не столько ударом, сколько психологическим эффектом противник сопротивления практически не оказывал, так что я легко сграбастал его за грудки и дёрнул на себя, опрокинув стол. На фоне этого грохота пара выстрелов из плазмера попросту затерялась, да и не до того мне было — вспомнив уроки кэпа, я ловко приземлил противника спиной на пол и рухнул на него сверху, коленом зафиксировав правую руку, которая чисто теоретически могла дотянуться до кобуры. Ну и ещё для верности свободным предплечьем надавил на горло офицера, выщелкнув из занесенной для удара правой запястные клинки. И только после этого позволил себе оглядеться — надо же диспозицию уяснить?..

Нужно сказать, картина взгляду предстала крайне… живописная, да. Тот охранник, что торчал в правом от нас углу, сейчас медленно сползал спиной по стене, хлюпая кровью в простреленном лёгком, а второй твёрдо стоял на ногах, удерживаемый кэпом. Вот только от головы его мало что осталось… хотя здесь не уверен, просто за заляпанным изнутри забралом ничего не разобрать. Плюс пивная пена повсюду — видать, банка лопнула. В общем, судя по всему, Рин врезался в него с разбега, успев при этом взять в захват руку с плазмером, который охранник умудрился извлечь из кобуры, перенаправил оружие на коллегу и вынудил нажать на спуск. А затем, обезвредив столь нехитрым способом ошеломлённого секьюрити (этому жестянка прилетела аккурат в центр забрала), позаботился и о его собрате — заломил руку в локте хитрым приёмом дзю-дзюцу, и воткнул ствол под челюсть. Ну а дальше дело техники, ага. А банки кэп швырнул исключительно с целью отвлечь внимание. Но это я теперь такой умный, блин.

Убедившись, что ситуация в допросной под контролем (кэп к этому моменту отпустил труп и сместился в сторону, чтобы кровью не заляпаться), я переключил внимание на пленённого офицера:

— Открывай «галерею»! Ну!

— Гхга?.. — прохрипел кап-лейт, и глаза его удивлённо расширились.

— Доступ к «галерее» в «нейре»! Быстро!!! — Я для большей наглядности резко опустил правую руку, обрушив клинки на лицевую пластину шлема, и офицер от неожиданности и шока подчинился.

Ну а как тут не подчинишься, если оба жала практически пробили забрало? Это вам не военная «скорлупа», это обычный гражданский комплекс, пусть и качественный. Минимум внешний слой дуплекса насквозь, да и упрочняющая плёнка тоже — следы вон какие характерные! С крошевом и зазмеившимися трещинами. Ещё один хотя бы такой же по силе удар, и привет. Главное, в повреждённый участок попасть.

— Кумо, доклад!!!

Чёрт, башка трещит! Славно я приложился…

«Доступ получен, капитан Заварзин, — отозвался мой помощник в чате. — Доступ к системе управления станции — сто процентов. Доступ к системам «Искателя» — сорок два процента. Системы вооружения заблокированы. Доступ на станцию заблокирован. Поисковая партия на «Набате» заблокирована».

— Дальнюю связь ещё выруби, срочно!

— Уже, сэр, — нарисовался в «дополненной реальности» «мини-гекс». — Предотвращены попытка отправить сообщение о нападении и сигнал тревоги.

— Станцию осмотрел?!

— Да, сэр. Обнаружен объект «Дмитрий Силин». Построить маршрут?

— Ты ещё спрашиваешь?!

— Процесс активирован. Процесс завершён. Какие ещё будут приказания, сэр?

— Вот эту хреновину разблокируй, симатта! — влез всеми забытый кэп, успевший добраться до трофейного плазмера.

Я подозрительно на него покосился (ага, это он до дальнего дошёл, у ближнего из сведённой предсмертной судорогой руки хрен что вывернешь!), но возражать не стал — смысл, если у нас и так уже два жмура? Осталось решить, что с офицером делать — тот от шока уже немного оправился и внимательно прислушивался к нашим с Рином словам. Кумо он по понятной причине слышать не мог, но от этого не легче…

— Процесс завершён, капитан Сугивара.

— Отлично, э! Алекс, прикройся!

Я разогнулся и с удивлением уставился на напарника:

— В смыс?..

Договорить не получилось — плазмер в руке кэпа кашлянул, и шлем капитан-лейтенанта украсился дырой в макушке. Ладно хоть, в куски башню не разнесло, как у охранника. И кровью плеснуло в другую сторону, да и не очень сильно.

— Кэп!!! Ты чего творишь?!

— От свидетелей избавляюсь, э! — невозмутимо буркнул тот. — Вставай уже, нечего тут рассиживаться. Забираем Димку и валим отсюда к демонам!

— Расстреливая всех встречных-поперечных?!

— А это уже как получится, симатта!

— Рин, ну… ну блин! Договаривались же!

— Они сами хотели нас убить, — пожал плечами кэп. — Пукалку у него забери, пригодится.

Ну и что тут скажешь? Кроме мата, разумеется? Вот и я не знаю… разве что сакраментальное «сами напросились». Ну и ещё один момент крайне сомнительный…

— Кэп, что ты там насчёт свидетелей брякнул?! А эти, в коридоре? А те, которые на «Набате»? А остальные местные?! Всех в расход, что ли?

— По возможности, — с каменной физиономией кивнул Рин. — В идеале вместе со станцией и корытом. Что, конечно, вряд ли. Таранить «Искатель» я не хочу. Разве что последний «понтон» в режиме «брандера» запустить? Рёку-аси, просчитай варианты.

— Процесс активирован, капитан Сугивара.

— Эй! — не выдержал я. — Какого хрена?! Вы оба серьёзно?!

— Более чем, э!

— Поддерживаю, сэр.

— Нет!

— Почему нет, симатта?!

— Потому что «понтон» не дам! — упёрся я. — Он наша последняя надежда в случае чего! Кумо, просчитай вариант с разносным режимом реактора.

— Реактор «Искателя» недоступен, капитан Заварзин. Продолжить взлом?

— К чёрту! Станцию подготовь к ликвидации! Но не раньше, чем мы доберёмся до Димки и пересядем на «Набат»!

— Есть, сэр. Вывести данные о местопложении персонала?

— Сколько их?

— Семь человек, сэр.

— Н-да… это со «спиридоновцами», или исключительно местные?

— Исключительно местные, капитан Заварзин. Из экипажа «Искателя» обнаружены двое в прилегающем коридоре, и трое на борту «Набата». Что с ними делать, кстати?

— А где они конкретно?

— Вывожу план… процесс завершён.

— Ха! До каюты моей добрались, стервецы!

— Да к демонам твою каюту, симатта! В рубке один торчит! А последний явно к машинному отделению направлялся… рёку-аси, дай картинку с камер.

— Принято, капитан Сугивара.

— Этих придётся валить…

— Нет, кэп! Это бессмысленно. До «Искателя» мы не доберёмся… и этому будет подтверждение в будущем. Значит, и остальных убивать ни к чему.

— Ладно, допустим, — выдохнув сквозь зубы, пробурчал Рин-сан. — Этих, которые в коридоре, вырубим. А дальше?

— Маршрут до места содержания объекта «Дмитрий Силин» составлен с учетом нежелательности контакта с персоналом, капитан Сугивара.

— Спасибо, Кумо.

— Не за что, капитан Заварзин.

— Уже легче, э! Осталось всего три занозы в заднице! Как их с «Набата» выкуривать станем?

— Придумаем что-нибудь, — отмахнулся я. — Давай-ка, кэп, в шлюз вернёмся, за броней. Так оно сподручней будет.

— Пожалуй… а мы люк разблокируем?

— Кумо?

— Процесс активирован… механизм запора разблокирован, остался магнитный замок. Открывать?

— «Спиридоновцы» где?

— Вывести расположение на план станции, сэр?

— Лучше картинку дай, э!

— Процесс завершён, капитан Сугивара.

— Н-да… ну и как ты себе представляешь их вырубить, Алекс?

— Подняли таки тревогу, суки!

— А ты надеялся на что-то другое? Серьёзно? — ухмыльнулся Рин-сан. — Так, твой левый, мой правый. Готов?

— Сейчас…

Надо встать поудобнее, чтобы с кэпом в проёме люка не столкнуться. Так-то он мне задачу попроще определил, оставив неудобную для правши цель для себя. Плюс по живому человеку стрелять… как-то не того…

— Открывай!

Рин справился первым — просто завалился набок, как только люк скользнул вверх, и выстрелил ровно один раз. Я чуток запоздал, да и падать не стал — высунулся из-за косяка и пальнул дважды, «дабл-тапом». Что характерно, попал, благо противника на плане и на картинке с камеры прекрасно видел, а потому представлял, где конкретно он устроился. И чем именно занят. Если ещё кто-то не догадался — этот гад целился в дверь. И всё равно подстраховался, да. Ну не Степаныч я, и уж тем более не кэп. Мне до их уровня еще расти и расти. Или, наоборот, деградировать в моральном плане. Не умею я пока что по живым мишеням не раздумывая садить. Всё ещё у меня чувства на первом месте, а не голый прагматизм.

— Спёкся? — на всякий случай уточнил Рин-сан.

— Вроде бы…

— Ну так убедись, симатта!

Пришлось мысленно самого себя обругать и пальнуть ещё раз, по уже совершенно неподвижному телу.

— Порядок! Погнали в шлюз, Алекс.

Что я там про голый прагматизм плёл? Вот он самый, квинтэссенция, так сказать. Пришлось припустить за кэпом — у того в критических ситуациях слова с делом расходились редко. Разве что поинтересовался на ходу:

— Кэп, а ты как вообще до такого додумался?! Ну, про банки?

— Мы слишком привыкли полагаться на наши плазмострелы, Алекс, — не замедляя шага, пояснил Рин. — И забыли, что такое кинетическая энергия. А триста граммов, да на нехилой скорости прилетевшие в рожу, вовсе не шутки. Даже если ты в шлеме. Фугасный эффект ещё никто не отменял.

— А банку ты тряс специально, чтобы пены побольше было?

— И что ты хочешь услышать, э?

— Поня-а-атно…

Больше до самого «предбанника» я не проронил ни слова, да и пока восстанавливали комплектность скафандров, тоже молчал. Тут бы не отстать от реактивного кэпа… да и с мыслями чуток собраться. Самое подходящее время, ага…

А потом меня осенило:

— Рин, давай-ка на нашего «старичка». Разберись с безбилетными пассажирами.

— Уверен?

— Угу, — вздохнул я, без труда распознав подтекст вопроса. — Некогда миндальничать. А я пока за Димкой сгоняю.

— Ладно.

— Ладно? И всё?!

— А ты чего ещё хотел, э? Чтобы я тебя умолял взять меня с собой? Я не нянька, да и ты уже не маленький! Сам справишься!

— Спасибо, кэп.

— Вали уже, симатта!

Уточнять, за что я его поблагодарил, он не стал. Да я бы и не признался ни за что. Пусть думает, что за очередной грех, который он вместо меня на душу примет. А на самом деле за доверие, ага.

— Кумо, работаешь по задачам капитана Сугивары. Они в приоритете.

— Да, сэр.

Ну вот, про «спиридоновцев» на «Набате» можно забыть. Чтобы кэп, да при такой поддержке, не добрался да не обезвредил? Не смешите мои тапочки.

… сюрприз застал меня почти на половине пути к зелёному сектору станции, который на плане символизировал жилой отсек, отличавшийся от остальных повышенными мерами безопасности и дополнительными системами жизнеобеспечения, впрочем, как и на любом другом обитаемом космическом объекте. И сообщил о нём всё тот же Кумо:

— Сэр, «Искатель» отстыковался от станции.

— Да и демон с ним! — совершенно наплевательски отнёсся к новости Рин-сан, который к этому моменту уже вовсю хозяйничал в рубке нашего собственного буксира.

Я же чуть было не споткнулся и резко притормозил:

— Кумо, отстыковывай «Набат»!

— Э, нахрена?! У меня же ещё двое гавриков необработанных!

— Кэп, плевать! По ходу разберёшься! А пока держись за что-нибудь, и не отвлекай меня! Кумо, а ты не дай протаранить «старичка»! Уклоняйся, уводи подальше, разгоняйся, что угодно! Без «Набата» нам кранты!

— Алекс, да что ты как маленький?! Они тебе самоубийцы, что ли, чтобы на космических скоростях столкновения устраивать?!

— Кэп, вообще-то прецедент уже был!

— Будет!

— Да пофиг! Кумо, делай, как я сказал!

— Принято, капитан Заварзин.

— Уверен, что «спиридоновцы» «старичка» не расстреляют?

— Оружейные системы «Искателя» заблокированы, сэр.

— Ладно, ладно, верю!.. Тогда отводи «Набат» подальше, и «понтон» отстреливай. На нём мы с Димкой будем эвакуироваться.

— Процесс активирован… процесс завершён. Оптимальная траектория определена.

— И не дай им врубить систему самоуничтожения на станции!

— Уже, капитан Заварзин.

— Вот твари…

— А ты ещё их жалел, симатта! Им на своих плевать, не то, что на чужих!

— Кэп, отцепись! И не вздумай брать на себя управление!

— Ладно!

— Всё, я за Димкой! И ещё, Кумо…

— Слушаю, сэр.

— Ломай сервер, ломай хранилища информации, ломай всё, вплоть до «нейров» персонала. Инфу сохраняй, анализировать потом будем. И в темпе, в темпе!..

— Вас интересует что-то конкретное, капитан Заварзин?

— Греби всё подряд, там разберёмся!

— Есть, сэр. И удачи вам.

— К чёрту!

Глава 6-4

—//-

Так, вроде разобрались с самыми неотложными делами… теперь бы ещё до узилища Димкиного добраться. Станция хоть и крохотная, но отменно запутанная. Если бы не маршрут, проложенный Кумо, и не сгенерированная им же в «дополненной реальности» карта, я бы однозначно заблудился. Или на кого-то из местных нарвался. Не проблема, в принципе — плазмер почившего Петра Алексеевича успешно взломан и опробован в деле, но… не хочу я лишних смертей. Потому что какой в них смысл? Всё равно уже запалились…

Мелькнувшая шальная мысль заставила сбиться с шага и вызвать «мини-гекса» на закрытом канале:

— Кумо, скажи-ка, ты успел влезть в «нейр» кап-лейта? Ну, до того, как кэп его грохнул?

— Ответ положительный, капитан Заварзин.

— Та-а-ак… а в «болталку» «спиридоновцев»?

— Нет, сэр. «Нейр» деактивировался со смертью оператора.

— Поня-а-атно… ну хоть исходящий-то траффик отследил?

— Так точно. Если вы таким способом пытаетесь выяснить, успел ли офицер поделиться информацией от поисковой группы с кем-то ещё на борту «Искателя», то расслабьтесь — не успел. А вот за поисковиков не поручусь.

— Ха! Получается, наш дорогой Рин-сан не так уж и не прав насчёт свидетелей!

— Вы что-то задумали, сэр?

— Угу. Вызывай кэпа.

— Процесс активирован… процесс завершён.

— Что ещё, симатта?!

— Кэп, ты тех двоих уже грохнул?

— Нет ещё! Потому что ты постоянно меня отвлекаешь!

— План поменялся.

— Вот как знал, э!

— Нет, можешь их не жалеть. Но сначала просто нейтрализуй, не наглухо. И обеспечь Кумо доступ к их «нейрам».

— Зачем?

— Будем избавляться от свидетелей. Нас видели только эти… получается, эти восемь человек. Остальные с нами не контактировали. Народ со станции вообще не в курсе, кто мы такие. Думают, что спасшиеся с «Битюга», так?

— Весьма вероятно, капитан Заварзин. В сети станции я не обнаружил ни одного упоминания ни вас, ни капитана Сугивары, ни «Набата». «Спиридоновцы» эту информацию не афишировали.

— Отлично! Короче, кэп, вырубаешь этих двоих. Ты, Кумо, лезешь в их «нейры», через них в общую «болталку» «Искателя» и запускаешь вирус. Любой, на твоё усмотрение, лишь бы поубойнее. Главное, чтобы вся инфа у них на борту накрылась. Вся, понимаешь? А потом, Рин, так уж и быть, можешь эту парочку в шлюз вышвырнуть. И про третьего не забудь, нечего ему в рубке вонять.

— Э-э-э… ну и к чему такие трудности?

— К тому, что у «спиридоновцев» не останется ни единой улики против нас! Связаться с базой повторно они не успели, Кумо ещё до нашего разоблачения перехватил связь… ведь так?

— Ответ положительный, капитан Заварзин.

— Значит, для руководства Спасательной службы мы тоже остатки команды «Битюга». Они это элементарно по запросу в базе отследят. Вот и всё, собственно! Изничтожим записи на «Искателе», и никто ничего не докажет! Останутся только свидетельские показания!

— Алекс, ещё раз, по буквам: зачем?

— Чтобы эти уроды-«кресты» даже не заподозрили, что мы в прошлое провалились, вот зачем! Или ты хочешь всю оставшуюся жизнь в бегах провести? Хотя тебе, в принципе, не привыкать…

— Симатта!

— Ладно, не злись! В любом случае, без зачистки не обойтись. Нам же самим так спокойней будет. Ведь в чём отличие твоей ситуёвины, кэп? Всего лишь в том, что ты никому из соотечественников не интересен. Поэтому тебя и не ищут. Максимум делают вид, да и то без огонька. А «спиридоновцы» весь Протекторат обшарят, но до нас доберутся. Ты вообще представляешь ценность информации о потенциальной возможности прыжка назад во времени?!

— Михайлов нас всё равно сдаст.

— А что он может? Узнает, что мы с тобой одновременно были и здесь, и ещё где-то? А дальше что? Без доказательств его на смех поднимут. Да он и сам это прекрасно понимает. Потому что его слова все серьёзные специалисты воспримут, как бред сумасшедшего. Я бы и сам так воспринял, если бы не оказался… ну, ты понял. И вообще, если принять за данность, что из экипажного состава его не убрали, значит, психиатрическую экспертизу после инцидента ему не назначали. Получается, повода не дал. А если назначали, то ничего лишнего не сболтнул.

— Ладно, уговорил, э!

— Хорошо… Кумо, приоритет задач изменён.

— Принято, капитан Заварзин.

— «Понтон» отстрелили?

— Так точно, сэр.

— Стыкуй со станцией, я почти дошёл… и это, давай-ка какой-нибудь альтернативный вариант, чтобы по старому пути не возвращаться… мало ли что.

— Хорошо, сэр… да, есть возможность подогнать «понтон» к вспомогательному пассажирскому терминалу. Маршрут построен.

— Да, вижу… до серверов добрался?

— Ответ положительный. Весь массив информации с центрального хранилища скопирован, но большая его часть закодирована. Нужна ваша санкция запуск дескриптора, либо на выход в сеть для поиска соответствий.

— Потом с местными разберёмся! В первую очередь занимайся «Искателем».

— Есть, сэр.

— Кстати, как он там?

— Маневрирует на незначительном удалении от станции. Признаков суицидального поведения не отмечается.

— А на связь с нами выйти не пытаются?

— Ответ отрицательный, капитан Заварзин.

— Странно… понимают, что бесполезно? Или это ты у них охоту отбил?

— Никак нет! Ни одной попытки установить связь с вами либо с капитаном Сугиварой не отмечено. Вся остальная активность пресекается, как вы и приказали, сэр.

— Ну и ладно тогда.

Ф-фух, как гора с плеч! Вот, оказывается, что мне покоя не давало с самого момента разборки со «спиридоновцами». Мы ведь теперь носители стратегически важной информации. Больше чем уверен, что про «рассинхрон» наши конкуренты в курсе, за два-то века должны были догадаться! А вот о возможности «прогуляться» назад во времени на практике, а не в умствованиях физиков-теоретиков, распространяться однозначно не стоит. По-хорошему бы от «Искателя» избавиться с концами, запустив в него «брандер», но… нет желания собственными руками создавать временную петлю. Пусть уж лучше остаётся относительно небольшой риск утечки инфы, чем с вероятностью сто процентов возникнет хронопарадокс. Вот такая вот логика. Ну и что, что лоханка Спасательной службы поблизости маячит? Кумо же сказал, что признаков потенциального суицида нет. А расстрелять нас они не могут, тот же «мини-гекс» подсуетился. Им бы вообще свалить куда подальше, от греха, но, видимо, служебный долг не позволяет. Вот и мечутся в пространстве в бессильной ярости. Короче, живём. Ещё бы теперь с Димкой разобраться…

До узилища, в роли какового выступал стандартный бокс на жилой палубе, я добрался ещё примерно минут через пять, благополучно избежав встречи с местными обитателями. Их, кстати, Кумо на плане обозначил, а при желании можно было и к камерам наблюдения подключиться. Впрочем, желания такового у меня не обнаружилось, так что новых знакомств завести не удалось. Да оно и к лучшему, потому как встреча лицом к лицу закончилась бы весьма плачевно… для персонала. Плазмер у меня наготове, и решимости не занимать. Но обошлось — на жилой палубе оказались заблокированы двое из семерых членов экипажа, но, как выяснилось из стыренного Кумо бортового расписания, они отсыпались после смены и вообще были не в курсе последних событий на станции. Правильно говорят — меньше знаешь, лучше спишь. А из пятерых бодрствующих лишь двое проявляли признаки беспокойства, а пытался выломиться из заблокированного помещения и вовсе только один — дежурный техник. Но он находился в противоположной стороне станции, в техническом же отсеке, граничившем со складской зоной, и нам не угрожал абсолютно. Опасения внушал лишь сам Димка Силин: как он на незнакомого типа в скафандре и с затемнённым забралом отреагирует? А ну как в истерику впадёт? Может, просто сразу его вырубить и на собственном горбу до шлюза дотащить? В принципе, не так уж и далеко…

Я в нерешительности потоптался у запертой двери каюты, потом примерился было вынести её пинком (усилители скафандра позволяли), но передумал:

— Кумо, дай картинку с камеры. Тринадцатый номер.

— Процесс активирован, капитан Заварзин.

— Ага, вижу… и где же ты?..

— Объект «Дмитрий Силин» вне зоны видимости, сэр.

— Серьёзно?

— Более чем. Я думаю, он сразу за дверью, в правом углу. Там мёртвая зона.

— Хм… и по башке любого сунувшегося отоварить сподручно…

— Не думаю, сэр. Объект в стрессовом состоянии.

— Чёрт, он ведь всего лишь ребёнок!

— Совершенно верно, капитан Заварзин. Деактивировать замок?

— Давай, фиг ли ждать…

— Процесс активирован… процесс завершён.

Дверь с лёгким шорохом уехала вбок, и я смог разглядеть обстановку жилого бокса. Если её можно так назвать, конечно. Судя по беглому взгляду, из мебели в комнатушке присутствовал только противоперегрузочный лежак, весьма характерный для мобильной космической станции. Сейчас, естественно, пустой, как и всё остальное доступное осмотру пространство помещения. Голые стены, потолок со встроенными светильниками, дешёвое ковровое покрытие на полу… и ни малейших признаков обжитости. Ну а чего я хотел? Пацана запихнули в самую дальнюю из незанятых кают. Видимо, чтобы глаза не мозолил. И про «по башке отоварить» это я сгоряча сказанул — нечем здесь. Даже жалкой табуретки нет.

Ф-фух, ладно! Хочешь, не хочешь, а доводить дело до логического конца нужно. Главное, ещё сильней пацана не напугать…

Заходить в каюту я не стал, просто аккуратно сунулся в дверь и выглянул из-за косяка. И не прогадал: Димка, как Кумо и предсказывал, сжался в комок в углу. Сидел, обняв колени и уткнувшись в них лицом, и, такое ощущение, дремал. Или просто впал в прострацию, чтобы отгородиться от жестокой реальности.

— Вот вы уроды! — буркнул я в сердцах и покачал головой.

Внешние динамики шлема были отключены, поэтому пленник на мои слова никак не отреагировал, равно как и на лёгкий шорох пластика по пластику — брони по дверному косяку. Пришлось активировать аудиосистему на минимальной громкости и позвать:

— Дим?.. Ди-и-има! Очнись!..

Ноль реакции. И что делать?

— Димка! Силин! Эй!..

Фигушки. Спит, что ли? Нет, не похоже… такое ощущение, что ещё сильнее сжался и попытался слиться со стенами. Это что ж с ним надо было сделать, чтобы до такого довести?! Порву тварей!

Та-а-ак, Алекс, ну-ка успокойся! Дыши медленно и глубоко… во-о-от та-а-ак… молодец. Всё, действуй.

Отлипнув от косяка, я таки шагнул в бокс и присел на корточки рядом с братцем. Потянулся было рукой к его плечу, потом опомнился, вырубил поляризацию шлема и легонько коснулся сжавшегося в комок парня:

— Дим, очнись! Я за тобой, меня твоя мать прислала.

— М-мама?! — вздрогнул пацан.

Смотри-ка, подействовало волшебное слово! Мало того, что голову поднял, так ещё и на меня уставился! Исхудал, кстати — вон, как глазища выделяются! Сколько он уже здесь? Неделю, больше? Не на станции, конечно, а вообще… сильно сомневаюсь, что на «Великане» его в лучших условиях содержали.

— Я похож на тётку? — иронично скривился я.

— Нет, не похож, — робко улыбнулся Димка. — А ты точно не из… этих?

— Которых именно?

— Ну… этих, которые меня у тех забрали…

— Ну ты даешь! Эти, те! Самому не смешно?

— Надо же их как-то называть! — окончательно пришёл в себя паренек. — А ты кто?

— Меня зовут Алекс. Твоя мать в курсе. Это она меня попросила. Отец, впрочем, тоже всё знает. А ты чего тут, в углу? На лежаке удобней же!

— Не хотел, чтобы эти меня видели… ну, вот так.

— Ха! А ты перед ними хорохорился, что ли? Марку держал?

— Ну, я же Силин…

— Силён! Они тебя били, что ли?

— Здесь — нет.

— А где?!

— Там. Те.

— А эти, значит, не трогали? Хм… а чего тогда? Не вешай нос и держи хвост пистолетом. Уже всё кончилось.

— Хотелось бы верить… но эти тоже так говорили, когда от тех меня забирали.

— Поня-а-атно… а ты вообще в курсе, где находишься?

— На каком-то корабле, — пожал плечами братец.

— А как сюда попал, помнишь?

— Не-а. Я сначала долго сидел в большом трюме, меня там держали Венедикт Вольдемарович, Франт и Хмырь. Потом они все исчезли, и появились эти.

— Эти хоть назвались?

— Нет.

— А когда между собой общались?

— Нет.

— Ага. Значит, явились эти…

— Они убили тех. Я подслушал, как они это обсуждали. Нашли меня. — Димка снова сник, всхлипнул, но сразу же взял себя в руки: — Пожалели. Велели идти с ними, но я по пути… ну…

— Отключился?

— Да. Кушать хотелось сильно. И пить.

— Ясно. А дальше?

— Очнулся уже здесь. Недавно. Эти успели меня покормить, потом тоже пропали. А потом ты появился.

— Ладно, остальное я знаю. Пошли, короче.

— Куда?

— В шлюз. У меня корабль. Только надо тебе сначала скафандр найти, или хотя бы «дыхалку». В шлюзе, кстати, должны быть… всё, вставай!

— А… эти против не будут?

— Главное, чтобы ты против не был. Или хочешь и дальше здесь торчать?

— Не уверен, что где-то ещё будет лучше. Тут хотя бы не холодно. И не так страшно.

— Дима, блин! Не заставляй меня применять силу. Чего ты вообще кочевряжишься?!

— Да я знать не знаю, кто ты такой! — Димка вдруг вскочил на ноги и резво отпрыгнул вглубь помещения, ловко разорвав дистанцию. — Откуда я знаю, куда ты меня зовёшь?!

— Ну, как знаешь! — Я тоже поднялся с корточек и развёл руками, дескать, сделал всё, что мог. Ну и заодно шагнул к братцу, перехватив его полный странной решимости взгляд. — Я бы тебя здесь оставил, но… обещал кое-кому.

— Не мне!

Выпалив эту короткую фразу, Димка рванул было мимо меня, явно нацелившись на дверь, но просчитался — я успел схватить его за руку, дернуть на себя и совершенно автоматически ткнуть в шею. Тоже кэп научил, чтоб его. Техника «нукитэ», она же «бил джи», она же «рука-копьё», когда пальцы плотно сжаты и удар наносится самыми кончиками. Приложился очень легко, но крайне удачно — прямо в сонную артерию. Естественно, двенадцатилетнему пацану этого с лихвой хватило. Еле успел его подхватить, прежде чем он на пол рухнул — коленки-то на бегу подломились. Ладно, уже держал его за руку. Пришлось перекинуть его через плечо да так и шагать до самого шлюза, разве что придерживая, чтобы не соскальзывал. Хорошо, что братец классический «ботаник», да и комплекцией в тётку мою пошел.

Со шлюзованием, кстати, помучился изрядно. Нет, «дыхалку» нашёл без проблем, равно как и скафандр, но от него пришлось отказаться — на бесчувственного мальца натянуть его нечего было и думать. Ограничился маской, заодно и передохнул слегка. Правда, пришлось братца усадить прямо на пол, прислонив спиной к шкафчикам со всяким полезным барахлом, настолько стандартным, что и перечислять смысла нет. Ну а потом, убедившись, что вакуума Димка не глотнёт, даже если сейчас шлюз в пустоту распахнётся, приступил непосредственно к процедуре. Терминал и впрямь оказался вспомогательным, и удобствами отличался соответствующими, которые прямо таки вынудили меня тащиться, сгорбившись, по переходной «кишке», а потом в ней же и активации шлюза на «понтоне» дожидаться. Натерпелся, конечно. А ну как именно сейчас команде «Искателя» взбредёт в голову сюда наведаться? Смахнуть прилепившийся к штанге «москит» труда не составит… бред, конечно, но я даже не постеснялся эту версию вслух высказать. Просто для того, чтобы Кумо её опроверг. Собственно, так оно и вышло — «мини-гекс» не поленился вывести в «дополненной реальности» схему взаимного расположения всех рукотворных объектов в пределах системы. И пока я развлекал сам себя её разглядыванием, шлюз всё-таки сработал.

Задерживаться в тесной каморке я не стал, сразу же, как это стало возможно, перебрался в ходовую рубку. Усадил братца в кресло штурмана, пристегнул и рухнул рядом, на место пилота.

— Кумо, вытаскивай нас отсюда.

— Процесс активирован, капитан Заварзин. Желаете взять управление на себя?

— К чёрту! Врубай автопилот, догоняй «Набат».

— Есть, сэр.

— Как там дела, кстати?

— Капитан Сугивара добрался до одного из посторонних.

— А ты?

— Доступ к «нейру» пленного получен. Канал связи с «Искателем» доступен.

— Ну и?..

— Вы оказались правы, капитан Заварзин. Поисковики передали информацию о найденных на борту «Набата» уликах. И идентифицировали вас с капитаном Сугиварой.

— Можешь следы замести?

— Процесс активирован. Разрешите передать капитану Сугиваре, что во второй точке доступа нет необходимости?

— Сам ему скажи.

— Хорошо, сэр.

Следующую четверть часа я только и делал, что лениво отслеживал перемещения собственного «москита», «Набата» и «Искателя». Причём последний интересовал меня постольку-поскольку. На какие-то агрессивные действия «спиридоновцы» так и не решились, но и прибегать к тактическому отступлению тоже не стали. Такое ощущение, что они просто не знали, как поступить. И сделать ничего не сделаешь, и убегать смысла нет — мы их точно так же не достанем. Если, конечно, не возжелаем самоубиться. В итоге пришлось себя занять продумыванием дальнейших планов, в чём я, без лишней скромности, преуспел.

Стыковка с «Набатом» прошла штатно и настолько буднично, что сам факт я осознал только после лёгкого толчка в ноги. И из кресла выпростаться даже не подумал — рано ещё. Сейчас «москит» займет свое законное место в транспортировочном гнезде, потом активируются магнитные захваты, люк «зарастёт» сегментами, и только тогда можно будет из «понтона» выбираться…

— Кумо, готовь анабиозную капсулу.

— Одну, сэр?

— Пока да. Нам с кэпом ещё рановато баиньки. Где он, кстати?

— Нейтрализует последнего постороннего.

— Трупы-то хоть догадался поближе к шлюзу перетащить?

— Ответ положительный, капитан Заварзин.

— Вот и славно… уже можно?

— Так точно, сэр.

До анабиозного отсека от транспортного гнезда номера пятого было рукой подать. Удачно получилось, ага. Так что Димку доволок уже проверенным способом, разве что сам разгерметизировался предварительно — надоело регенерированной дыхательной смесью давиться. Из пяти капсул Кумо выбрал первую — именно она манила гостеприимно распахнутой крышкой и россыпью разноцветных огоньков на пульте. Как и на большинстве виденных мной кораблей, капсулы у нас на «Набате» были полулежачие, так что проблем с размещением тщедушного тельца не возникло. Пристроив Димку с максимально возможным комфортом на анатомической лежанке, я снял с него «дыхалку» и прикрыл крышку. Посмотрел на безмятежное лицо братца сквозь прозрачный пластик, и безошибочно ткнул в сенсор активации капсулы, благо самый большой и яркий. Умная машинерия принялась заполнять внутреннее пространство «кокона» питательной средой, и я отступил на шаг, заодно обернувшись на шорох:

— Ну как оно, кэп?

— Порядок, симатта!

Рин тряхнул расслабленными кистями — очень характерный жест, так он обычно кровь с клинков вакидзаси смахивал — и чуть виновато на меня покосился:

— Привычка, э! Никак не избавлюсь. Как он?

— В норме. Пришлось вырубить, а в остальном ничего, жив-здоров. Даже не голодный.

— По голове хоть не бил?

— Не, я аккуратно. Чуть в шею ткнул, на автомате.

— Мог бы и просто нажать, — попенял мне кэп.

— Не получилось, — отвёл я взгляд. — Шустрый оказался, хоть и «ботаник». Но вроде всё в норме… Кумо, что капсула?

— Объект «Дмитрий Силин» погружён в анабиоз. Отклонений от штатной процедуры не зафиксировано. Состояние стабильное, угроза жизнедеятельности отсутствует.

— Ладно, кэп, погнали в рубку… или у тебя ещё, кхм, дела?

— Да вышвырнул я уже всех троих, — отмахнулся Рин-сан. — Как ты и советовал, в шлюз.

— Ну идём тогда, фиг ли тут торчать…

— Может, планами поделишься? — на ходу осведомился кэп.

— Планы всё те же, — пожал я плечами. — Валим… куда-нибудь. Главное, за пределы системы. Если хочешь, можешь сам точку в пространстве выбрать, лучше всего произвольную. Там и будем дрейфовать.

— Да это понятно, — поморщился Рин. — Я про братца твоего. С ним как быть? Мы же, вроде как, чудом спаслись после нападения… кого-то. Чертей каких-то. Откуда мы его взяли? Что родственникам твоим говорить будем?

— Скажем, что нашли его на «Великане».

— Хм…

— А чего? Кто-то сможет наши слова опровергнуть?

— Он сам?

— Не-а. Он не в курсе, где находился. Скормим ему, а через него и остальным версию, что контрабандисты его нашли в грузовом трюме, пожалели и заперли в нормальной жилой каюте. Он этого не помнит, в голодном обмороке был.

— Ну, допустим… а почему он на «Набате» оказался? И именно тогда, когда ты возжаждал научным экспериментам предаться?!

— Потому что.

— Железный аргумент, э!

— Кэп, он мой двоюродный брат. Где ему ещё быть? На одном из «спасателей»? С хрена ли, извините за мой бретонский?

— Убедил, убедил.

— Кумо, у тебя записи от наших… — Я запнулся, только сейчас осознав, что больше никогда не увижу ни серьёзного Терентьева, ни педантичного Краузе, ни даже пофигиста-Вайса, но взял себя в руки и продолжил: — От наших парней? Ну, с «Великана»?

— Ответ положительный, капитан Заварзин.

— Видеоролик фейковый смастрячить сумеешь?

— Да, сэр. Никаких проблем.

— Вот и славно… значит, решили. Кэп, версию запомнил?

— Поприкалывайся ещё, симатта! И шагай, давай, нам ещё разгоняться!

— Два раза.

— В смысле, э?!

— «Искатель». Эти черти нас отследят по разгонному курсу. Придётся прыгать, и сразу уходить на новый разгон. Глядишь, и потеряют.

— Капитан Заварзин прав, капитан Сугивара.

— А, демоны с вами! Пиво у меня ещё осталось. А остальное ваши проблемы, симатта!

— Я тебя когда-нибудь подводил, кэп?

На это Рин-сан не нашёлся, что ответить. Но, скорее, просто со счёта сбился.

— Кстати, Кумо, как у тебя с вычислительными мощностями?

— Высвободилось семьдесят три процента, капитан Заварзин.

— Начинай инфу трофейную расшифровывать. И это тебе основная задача на всё время «спячки». Выход в сеть запрещаю.

— Есть, сэр.

Глава 7-1

Глава 7

Как ни странно, на сей раз план сработал. Впрочем, сложно накосячить, дрейфуя в черноте космоса на порядочном удалении от всех окрестных систем. Как мы и намеревались, совершили два прыжка — первый абсолютно наугад, а второй — тщательно просчитав варианты. Пришлось поломать голову, кстати: просто так взять и заявиться в систему НСВ-177/54 (а именно такое обозначение в каталоге имела наша старая знакомая, та, что с чёрной дырой и двойной звездой) далеко не самая лучшая идея. А если таинственный агрессор всё ещё там? И возьмёт нас под белы рученьки? Или полицейский корвет — этот ничем не лучше. Как копам объяснять, откуда мы, такие красивые, вынырнули? В результате сошлись на том, что прыгать надо в окрестности НСВ-как-её-там и дрейфовать в пределах одного прыжка малой дальности. А затем с небольшим запасом (часов пять-шесть) перемещаться в пункт назначения, причём так, чтобы от той области пространства, где разыгралась трагедия, отгородиться чёрной дырой. Через неё никакой сканер не пробьёт, а мы сами буквально «прокрадёмся» в нужный сектор на маршевых движках, в режиме реального времени отслеживая обстановку. При таких раскладах у нас оставались все шансы первыми заметить неприятеля. Ну, или случайного свидетеля, тут уж как повезёт. В идеале, конечно, вообще никого посторонних не надо, но это уже от нас с кэпом не зависело.

На все перемещения, за исключением финального скачка, убили чуть меньше суток. Второй прыжок получился довольно протяжённым, так что разгон затянулся. Но нет худа без добра — заодно убедились, что по горячим следам «Искатель» за нами не ринулся. Видимо, не рискнули с обрушенной лютым вирусом системой на «струну» уходить. Кто знает, как бесчинства хакера на прыжковом генераторе отразились? Вот-вот. Проще помощь вызвать, задействовав ресурсы той же станции — свой-то приёмо-передатчик похерен… но, как бы то ни было, по наши души никто не явился, и мы спокойно добрались в… по сути, в никуда. Не межгалактический войд, конечно, но не менее пустое пространство. Затормозившись практически до нуля, мы отдались на волю гравитационных волн от соседних звезд, порядочно скраденных расстоянием, и со спокойной совестью залегли в анабиозные капсулы. Всё-таки больше недели бодрствовать в ограниченном пространстве в компании с кэпом выше моих сил. В гордом одиночестве я бы выдержал, пусть и с трудом, но вот так, созерцая ехидную рожу Рина… ну на фиг. Да и неделя это слабо сказано. На деле больше. Кумо высчитал время, но я даже интересоваться не стал — смысл такие мелочи в голове держать? Главное, мой «мини-гекс» точён, как часы, и на него вполне можно положиться. Почему я так в нём уверен? Да потому что ему по-прежнему деваться некуда. А со мной даже интересно. Был тут у нас не так давно разговор по душам, вот тогда мы всё и выяснили. И пришли к окончательному соглашению о, скажем так, взаимном непричинении вреда. Рин-тян, кстати, в переговорах посредником выступила. И клятвенно пообещала при помощи «Спрута» изготовить для моего «мини-гекса» специализированного юнита, максимально приближённого по всем физиологическим параметрам к живому гексаподу. Ну, за исключением мозга. Зачем? Оказывается, Кумо скучал по своему телу… телам, то есть. Но попросить меня об этой малости опасался. Думал, что я заподозрю его в попытке сбежать и начать жить своим умом. Чудак-гексапод! Вот если бы он человеческое тело затребовал, то да, я бы задумался. А с гексом вообще никаких проблем, по крайней мере, лично для меня. Сбежит — и флаг в руки. В Протекторате Человечества жить он не сможет, а во владения собратьев по виду ему путь заказан — Хранители не дремлют. Собственно, он сам мне эти соображения и вывалил, чтобы я, не дай бог, не передумал. Я, что характерно, не передумал.

В общем, поспали от души. Смешно признаваться, но до текущего момента я в анабиозе и не был ни разу. Всегда как-то обходилось. Но и сказать, что я обогатился каким-то специфическим опытом, тоже нельзя. Вообще ничего особенного. Реально, как будто просто улёгся поудобнее, закрыл глаза и… сразу же открыл. Не было никакого постепенного погружения в объятия Морфея, равно как и снов. Просто моргнул, ага. Причём нефигово так — раз, и неделя с лишним из жизни вылетела! Это что касается мозга. А вот тело так просто обмануть не удалось — несмотря на все хитрые стимуляции мышц, прошло минут десять, прежде чем вернулась полная чувствительность и конечности стали мне подчиняться. Я даже запаниковал — ненадолго, да. Ровно до того момента, как перехватил насмешливый взгляд куда раньше оклемавшегося кэпа. Тот вдвое быстрее вернул контроль над телом и сел в открытой капсуле, получив возможность поглядывать на меня свысока. Хорошо хоть, от комментариев воздержался.

Потом мы влезли в скафандры, убедились, что с Димкой всё в порядке, и переместились в ходовую рубку, где и скоротали следующие примерно три часа, которые потратили на разгон и перемещение по «струне». И снова всё прошло строго по плану! Меня это даже напрягать начало.

Сход со «струны» тоже неожиданностей не принёс — «вынырнули» из континуума ВП, врубили торможение параллельно со сканером, ничего подозрительного с нашей стороны чёрной дыры не обнаружили, и с чистой совестью скорректировали курс.

Следующие пять часов лично я просидел как на иголках, не помогла даже расшифровка сворованных на станции «спиридоновцев» данных, подсунутая Кумо. Я просто не мог ни на чём сосредоточиться — так и подмывало выйти в сеть и пройтись по новостным сайтам. Или, на худой конец, Владу Пахомову запрос направить — наверняка лучше него в обстановке никто не разбирался. Но я буквально силой заставил себя не дергаться. И не прогадал: как только сканер «краешком глаза» заглянул за аккреционный диск, выяснилось, что в районе вскрытого нашими стараниями «отнорка» крейсирует самая натуральная боевая тройка — фрегат с парой корветов. Причём засекли мы не сами посудины, а перехватили транслируемый ими предупредительный сигнал — корабли не скрывали ни своего наличия в системе, ни клановой принадлежности. Которой, кстати, и не было — это оказались те самые обещанные Владом наёмники, которых мы так и не дождались. Вернее, которых опередил неизвестный агрессор. В любом случае, предусмотрительности своей порадовались — даже загодя обнаружив чужое присутствие в системе, едва успели притормозить и свернуть, если так можно выразиться. Но цели своей достигли — нас не запалили. Ну а потом пришло время снова морщить ум в поисках выхода из очередной сомнительной ситуации. Что за ситуация? Ну сами посудите, как можно вот так вот взять, и заявиться в систему, которую патрулируют разъярённые наемники, клиентов которых совсем недавно (всего несколько часов как) именно здесь на ноль помножили? Я бы на их месте сначала стрелял, а потому уже разбирался. Да и основная наша проблема не в том, чтобы в систему явиться, а в том, чтобы сымитировать «всплытие». Провал назад во времени, нежелательность образования временной петли, вот это вот всё. И ведь придумали! Ладно, ладно, Кумо придумал — у нас с кэпом мозги работать после всего пережитого решительно отказывались. Мы просто-напросто совершили микропрыжок из области помех от аккреционного диска непосредственно в район схлопнувшегося «отнорка». Причём мой «мини-гекс» не поленился просчитать «струну» так, чтобы «Набат» вывалился из континуума ВП аккурат между четырьмя порядочно разрёженными облаками обломков, оставшихся от наших же собственных «понтонов». И снова судьба нам благоволила — мало того, что не пришлось врубать защитное поле, так ещё и обрывки тросов как нельзя вовремя о себе напомнили, из-за резкого торможения самым натуральным образом встопорщившись на манер игл хризалидского дикобраза. В общем, со стороны видок у нас был тот ещё.

И вот теперь нас заметили, причём буквально через несколько секунд после нашего мнимого «всплытия», если судить по поступившему вызову с флагмана наёмников. Отклонять его мы, естественно, не стали — а чего привередничать, если с нами поговорить хотят? Радоваться надо, что ракетный залп не произвели. Так сказать, в превентивных целях.

Человека, возникшего в окошке связи «дополненной реальности», я раньше не встречал. А вот он как минимум знал, кто я такой — очень уж реакция красноречивая, радостное узнавание с нехилым таким облегчением — но посчитал своим долгом уточнить:

— Капитан Заварзин?

— Именно, — подтвердил я. — Буксир «Набат», Корпорация «Э(П)РОН». С кем имею?..

— Вахтенный офицер Юров, фрегат «Гордый», ЧВК «Глубокий космос».

Ага, частная военная компания! Да ещё и самая дорогущая из доступных в нашем Протекторате. Не поскупился Влад, ни на бабло, ни на задействованные связи. Эти, которые «глубокие», самые щепетильные из всех, нанимателя никогда не кидают. И репутация у них соответствующая. Так что не мудрено, что они взъярились — это же для всей ЧВК репутационный урон, а не только для конкретной боевой тройки, опоздавшей на задание. Чисто технически, конечно, их вины в том нет, сами наниматели замешкались, а враг, как известно, не дремлет. Вот и явились к шапошному разбору. Но деньги-то уже взяли, следовательно, и обязательства на себя приняли. А вот обеспечить их выполнение не смогли. Нехорошо. С какой стороны ни посмотри. Хм… а ведь этим и воспользоваться не грех…

— Простите за навязчивость, капитан Заварзин, но…

— Откуда мы взялись?

— Да, именно это я и хотел спросить.

— Информация для служебного пользования, — сухо отшил я наёмника. И строго глянул на собеседника: — Офицер Юров, что здесь произошло?

— А вы не в курсе?

— Был бы в курсе, не стал бы спрашивать.

— А мы надеялись от вас хоть какую-то информацию получить… вы единственные свидетели.

— Свидетели чего? Офицер, вы меня слышите? Слова мои адекватно воспринимаете?

— Позвольте, капитан Заварзин, я переключу вас на вышестоящего начальника?

— Валяйте! — махнул я рукой.

Собственно, а чего я до вахтенного докопался? Он человек подневольный, со строго очерченным кругом обязанностей… так что ждём начальство. Которое и не замедлило появиться, сменив в окошке связи Юрова.

— Капитан Сергиенко, Борис Константинович, — отрекомендовался седой мужик с усталым взглядом и изуродованным застарелым ожогом лицом. — Приветствую, капитан Заварзин.

— Можно просто Алекс, — буркнул я. Разница в возрасте позволяет, чего уж там. — Может, хотя бы вы новостями поделитесь, Борис Константинович? Ваш вахтенный технично отмазался, если позволите так выразиться.

— И я его понимаю, — вздохнул офицер. — Если честно, хороших новостей нет. Мы опоздали… нашли в системе несколько облаков обломков, если конкретно, то девять…

— Уверены?

— Извините, Алекс?

— Насчёт количества?

— Да, на сто процентов. Девять локализованных областей с обломками космической техники.

— Четыре моих «понтона», плюс ещё пять… кто-то «затонул», — хмыкнул я себе под нос.

— Что-то вы слишком легко восприняли новость, Алекс, — впился в меня проницательным взглядом Сергиенко. — Это же ваши люди! А вы, насколько мне известно, не военный… когда успели привыкнуть к смертям?

— Это у меня просто шок так проявляется, Борис Константинович, не обращайте внимания, — поспешил я отмазаться. — Да и опыт специфический сказывается. Знаете, сколько трупов лично я видел? И в очень разных состояниях… вспоминать не хочется, извините. Но я это всё к чему? Похоже, у нас есть шанс получить свидетелей. Но это уже по моей части работа.

— Секретное ноу-хау? — понимающе хмыкнул офицер. — Посредством которого вы и «вынырнули» из ниоткуда? Мы очень качественно просканировали систему, ещё несколько минут назад «Набат» в её пределах отсутствовал. Зато мы зафиксировали эффекты, сопутствующие сходу со «струны»…

— Оно самое, — кивнул я. — Я так понимаю, с опознанием всё?

— Да, личность подтверждена.

— Прекрасно! Значит ли это, что вы поступаете в моё распоряжение, согласно заключённому контракту?

— Именно так, Алекс.

— Прекрасно! Тогда за дело.

— Извините, что отвлекаю, Алекс… вы не нуждаетесь в медицинской помощи?

— Если только у вас с собой есть толковый психолог, — ухмыльнулся я, переглянувшись с кэпом, который тоже присутствовал в «дополненной реальности», но в разговор не лез. — Но мы можем и самолечением заняться, пиво ещё не кончилось.

— Какие будут распоряжения? — смирился с неизбежным Сергиенко.

— Несите службу. Приоритетная задача — обеспечение безопасности «Набата». И пошлите кого-нибудь в соседнюю систему, как её… НД-135.

— С целью? — заломил бровь наш собеседник.

— Предчувствие у меня, — не стал я вдаваться в подробности. — Куда, по-вашему, могли деться нападавшие?

— Куда угодно, — пожал плечами Сергиенко.

— Ладно, неудачно выразился… судя по тем обрывкам сообщений, что дошли до нас, нападение было внезапным. Значит, агрессор в систему прибыл незаметно для моих коллег. А как это можно осуществить?

— По наводке? Задействовав корректировщика?

Хм… по ходу, именно так. Заслали разведчика, тот подкрался, срисовал полный расклад, и выдал старшим товарищам координаты. По которым те и прыгнули с удивительной точностью. А всем известно, что чем дальше прыжок, тем больше разброс точки выхода относительно расчётного… ну и тормозиться надо дольше. Значит, прыгали из точки где-то поблизости. А это дело требует скоординированности. Следовательно, ударная группировка собралась где-то ещё… например, в системе НД-135. Естественно, разжёвывать всё это опытному Борису Константиновичу я не стал, он сам догадался. Мало того, ещё и мне мыслишку подкинул, давшую старт логической цепочке.

— Вы сами всё прекрасно понимаете, — констатировал я. — Скорее всего, там у них была точка рандеву. В любом случае проверить не мешает.

— Я не стану распылять силы, Алекс.

— Тогда озадачьте ещё кого-нибудь, — настоял я на своём. — Это не срочно, но выяснить обстановку в наиболее вероятной точке встречи вражеских сил необходимо.

— Вряд ли мы там кого-то найдём, они уже наверняка скрылись.

— Значит, убедимся в вашей правоте, Борис Константинович. Вы же не можете гарантировать, что наши, хм, оппоненты сейчас за нами не следят? Из-за аккреционного диска чёрной дыры, например?

— Наличных сил недостаточно для полноценной операции прикрытия, Алекс.

— А почему так? Сомневаюсь, что Влад сэкономил.

— Кто, извините?

— Моё доверенное лицо, занимавшееся наймом.

— Нет, не сэкономил. В течение ближайших двух с половиной часов ожидается прибытие ещё двух боевых троек.

— Вот и отлично! Одну сразу же перенаправьте в систему НД-135, а вторую на обыск окрестностей. Втроём-то, надеюсь, вы одну мою лоханку сумеете отбить в случае чего?

— Одну сумеем, — заверил меня Сергиенко. — Какие-то ещё указания?

— Отслеживайте нас, но не ведите записей.

— Я бы рекомендовал немедленную эвакуацию, Алекс.

— Категорически нет! Я в ближайший час займусь… э-э-э… разведкой. И подготовительными работами.

— Хорошо. Нам смотреть в другую сторону?

— Как хотите. Особого секрета тут нет. Да и не поймёте вы ничего без специализированного оборудования.

— В таком случае до связи, Алекс.

— До связи.

Окошко с физиономией Сергиенко растаяло, и мы с кэпом остались наедине. Если, конечно, Кумо не считать.

— Ну, что скажешь? — вопросительно глянул я на Рина.

— Это не они.

— Да, мне тоже так показалось.

Первая и самая очевидная версия — нас наши же наемники и помножили на ноль. Ну а чего? У них-то инфа была, причём в полном объёме — Влад предоставил. С моей, между прочим, санкции. И новость о скором прибытии ещё двух троек в эту концепцию вполне себе вписывалась — именно они и учинили тотальный разгром, а потом сразу же смотались, чтобы не палиться. А теперь возвращаются под видом опоздавших. Вроде бы всё логично. За исключением одной ма-а-аленькой детали.

— Обоснуй, э!

— Ты первый.

— Ладно, симатта! Мы всё ещё живы.

— Та же фигня. А ещё Кумо не зафиксировал попыток внедриться в нашу сеть или заглушить дальнюю связь. Значит, огласки не опасаются.

— И рожи свои засветили, — поддакнул Рин. — Эй, рёку-аси, ты ведь уже пробил их по базам?

— Ответ положительный, капитан Сугивара. И вахтенный офицер Юров, и капитан Сергиенко именно те, за кого себя выдают.

— С «Гордым» синхронизировался?

— В первую очередь, сэр. С момента нападения прошло четыре часа семнадцать минут двадцать две секунды… двадцать три…

— Всё, я понял, не продолжай. Владу расклад отправил?

— Ответ положительный, капитан Заварзин.

— А он что?

— Переслал сообщения капитана Терентьева. Тот успел передать, что подвергся нападению неизвестного противника.

— И всё? Никакой конкретики?

— Никакой, сэр. Ни кто это был, ни сколько их.

— Чистая работа, э!

— Не совсем, — покачал я головой. — Количество мусорных облаков. Вспоминай, кэп. Что не сходится?

— Кто-то из наших «утоп».

— Как минимум один, — кивнул я. — Это если принять за факт, что все облака от наших. А ведь они и огрызнуться могли…

— Вряд ли, — усомнился Рин. — Внезапное массированное нападение, да ещё и на неподготовленные мирные суда — страшное дело, Алекс. Уж можешь мне поверить. Шансов у них не было. Будь тот же Терентьев на «Латнике», то да, отмахались бы с высокой долей вероятности. Но не на наших «спасателях» и «техничках».

— Не проверим, не узнаем, — буркнул я. — Кумо, готовь номера пятого. На Границе спрятаться сложно.

— Процесс активирован, капитан Заварзин. Необходима коррекция курса и смена позиции.

— Работай.

— Есть, сэр.

Ну вот, в принципе, и все. Осталось только ждать. Конечно, с единственным «понтоном» рассчитывать особо не на что, в плане собственно «судоподъёма», но вот составить внятную картинку ближайших окрестностей в подпространстве вообще без проблем. А там и видно будет, сколько и каких спецов вызывать. Потому и с Владом до сих пор не связываюсь — смысл его от работы отрывать? Пахомов, кстати, тоже завидную выдержку проявил — после четырёх с лишним часов неизвестности получил весточку от Кумо, и не попытался сразу же на связь выйти! Очередной плюсик ему за терпение. Равно как и остальным. Но ничего, ещё минут двадцать, край полчаса, и появятся первые данные… подождут, не маленькие.

А вот ещё одного человека потревожить уже сейчас можно. И даже нужно, хватит с неё, натерпелась. Столько времени как на иголках! Ответил абонент, кстати, буквально с третьего звонка.

— Привет, тёть Ник.

— Здравствуй, Са-а… Алексей.

Хм… а по лицу и не скажешь, что переживает. Но это нормально, тётка она такая — всё в себе держит. Кремень, а не баба. И это не мои слова, это дядя Герман её так охарактеризовал в моём присутствии. Разве что морщинок под глазами добавилось.

— Как ты в целом?

— Может, сразу к делу перейдёшь, племянничек?

— Ну, к делу, так к делу… мы нашли Димку.

— Где?!

Ха! А вот теперь на нормальную женщину стала похожа. Что тут скажешь? Любящая мать…

— На «Великане», — начал было я, но тётка меня тут же перебила:

— Где он сейчас?!

— У меня на борту. Кумо, подключи картинку с камеры.

— Процесс активирован, капитан Заварзин.

— Вот, всё с ним в порядке, — буркнул я, для верности бросив взгляд на изображение Димкиной анабиозной капсулы. — Спит себе, и в ус не дует.

— Это точно?

— Кумо, подключи канал телеметрии, пусть Вероника Романовна убедится.

— Есть, сэр.

— Ну? Ещё вопросы, тётушка?

— С… спасибо, — всхлипнула Железная Ника.

— Да не за что, — вздохнул я. — Короче, прыгай в свою любимую яхту и давай к нам. Кумо, отправь координаты.

— Процесс активирован… процесс завершён.

— Приняла?

— Да… вот это вас занесло!

— Когда доберёшься?

— Часов через двадцать, не раньше.

— Ладно, будем ждать. И ещё одно, тёть Ник…

— Да, Алекс?

— Постарайся обойтись без эскадрильи сопровождения. И Силину-старшему пока ничего не говори. Сможешь по-тихому свалить?

— Без проблем, племяш, — пришла в себя тётка. — Я не на станции Силиных. И отчитываться ни перед кем не привыкла. А к чему такие сложности?

— Да у нас тут возникли некие, э-э-э, обстоятельства, не предполагающие разглашения.

— Во что ещё ты ввязался, несносный мальчишка?! — оторопела Вероника Романовна.

— Это лично тебя не касается, тётушка. Просто оказались не в том месте не в то время.

— Это у тебя получается лучше всего, Алекс.

— Да не я, а Димкины похитители.

— Выяснил, кто это?

— Частично. И они все уже получили своё.

— А где?..

— Как и предполагалось, на угнанной барже «Великан», — озвучил я «официальную» версию. — А вот дальше уже начались нюансы. Пришлось… вступить в конфронтацию. Подробности при встрече.

— Знаешь, племянничек, я теперь беспокоюсь ещё больше…

— Всё уже позади, тёть Ник. Просто давай быстрее, ты нужна Димке. Не хочу его в анабиозе держать сверх необходимого.

— Ладно, поспешу.

— До встречи.

Глава 7-2

—//-

Димка Силин спал. Спал безмятежно, и лёгкая улыбка играла на его губах. Бессознательная, просто реакция обретшего покой тела, ничего более. Я знаю, о чём говорю, потому что совсем недавно находился в аналогичных условиях, и анабиозное забытьё прошло мимо меня — моргнул, и снова жестокая реальность. А вот для братца всё сложилось немного иначе: как только пульт капсулы перестал перемигиваться разноцветными индикаторами, консервирующий раствор стёк по микроскопическим дренажным отверстиям в картридж, а крышка откинулась в сторону, Димка открыл глаза и резко сел, в результате чего едва не сполз в нижнюю часть «кокона». Правда, успел схватиться за борта и подтянуться. А потом взгляд его затравленно заметался по помещению, очень быстро остановившись на моей родной тётке — Веронике Романовне Завьяловой. Та стояла рядом со мной и неосознанно сжимала мой локоть, что твои тиски, но я стоически терпел. Волнуется, понятное дело.

— Мама? — Глаза Димки распахнулись ещё шире, на сей раз от искреннего удивления. — Всё-таки ты не соврал…

— А ты сомневался? — подмигнул я братцу. — Всё, хорош дрыхнуть, выбирайся.

— Сейчас…

А, ну да… его же конечности почти не слушаются, затёк весь. Удивительно, как он сесть умудрился. И ещё более удивительно, как с руками совладал… хотя и этому есть объяснение — я же его практически в прыжке вырубил, и для него отчаянный рывок мимо меня на момент пробуждения ещё не кончился. Мышечная память, она такая.

Зато тётка эмоции сдерживать перестала, благо стесняться некого — кэп проявил несвойственную ему деликатность и в анабиозный отсек не попёрся.

— Дима!

Ф-фух, хоть локоть отпустила! Ладно, братец, теперь твоя очередь терпеть обнимашки и материнские лобызания. Главное, чтобы не перестаралась тётка. Если честно, я её такой никогда не видел. Железная Ника, ага, как же! Самая обычная дамочка, разве что гонора через край. Но ей можно, она Завьялова, сиречь сильная и независимая женщина. И не только в ироничном смысле, что характерно.

— Где болит? Покажи!

— Мам! Нормально всё! Ну что ты! Я же уже взрослый!

— Переломов нет… исхудал… синяки под глазами… тебя били?

— Мам, потом расскажу! Ну не при посторонних же!

— А, это! — ожгла меня быстрым взглядом тётка. — Он не посторонний. Он твой двоюродный брат, Александр Завьялов.

— Не вводи ребёнка в заблуждение, тёть Ник. Я Алекс. Алекс Заварзин.

— Как скажешь, Алекс, — не стал спорить Димка.

И под шумок выпростался из материнских объятий, продемонстрировав тем самым, что подвижность конечностей к нему вернулась. А потом незаметно для родительницы мне подмигнул, мол, будь спок — понял и принял.

Умный пацаненок, да. Надо его на карандаш взять. Отцу он особо не сдался, я имею в виду, как наследник бизнес-империи и продолжатель дел рода, так-то он его любит и во всём потакает. А мне как специалист в будущем может пригодиться. Тем более что он ботаник, причём во всех смыслах. То бишь головастый и увлечённый наукой. Такого кадра вполне можно к делу приставить. Но потом. И с разрешения матери, естественно. Хотя вектор профессионального развития уже сейчас подкорректировать можно, надо будет Влада напрячь, это по его части. В смысле, процедура коррекции. Там интересный фильм подсунул, тут ссылку на увлекательный ресурс, потом проблемку какую-нибудь не самую сложную… глядишь, а малец уже в нужном направлении движется. Самое главное это направление определить, тут Пахомов не помощник от слова совсем…

Говорите, сволочь я меркантильная? Ага. А как иначе? Кадровый голод одна из самых серьёзных проблем для любого клана. А мы вообще не клан, мы Корпорация. С одной стороны, нет проблем нанять людей со стороны — никаких сословных предрассудков, соблюдай элементарные меры безопасности, и будет тебе счастье. Ни тебе межклановой вражды, ни тебе замшелых догматов… то есть традиций, конечно же. С другой — те же кланы вполне могли себе позволить растить нужных спецов самостоятельно, силами собственных академий. А нам академия не положена. Вернее, никто не запрещает что-то такое организовать, вот только дипломами её подтереться можно будет — ни один клан их не признает. Да и Протекторат в целом. Вот и очередная задача на будущее — выбить себе данную привилегию. Но это потом, в совсем уж далекой перспективе.

— Всё, обнимашки кончились? — намекнул я, демонстративно закатив глаза — типа, на часы в «дополненной реальности» покосился. — Пойдёмте уже.

— Куда? — испуганно уставился на меня Димка.

— Успокойся, сын, всего лишь ко мне на яхту.

— Так ты… одна?

— Да. Так надо, Димочка. Нам нужно пока что побыть вдали от дома. С отцом позже увидишься. А поговорить сможешь, когда разгон начнём.

— Но ведь всё уже закончилось?! — удивлённо посмотрел братец на мать. — Венедикта Вольдемаровича больше нет… и Франта с Хмырём тоже… их же…

— Дим, давай-ка ты потом расскажешь о своих приключениях, — перебил я мальца. — Тёть Ник, так мы договорились? Ты ничего не предпринимаешь без моего ведома.

— Ладно.

— Обещаешь?

— Хорошо.

— Обещаешь?! — надавил я голосом.

— Да! Обещаю! Дима, пошли…

— Эй, братец!

— Да, Алекс?

— Не переживай ты так. Достанем мы твоих обидчиков.

— Так уже ж вроде…

— Остальных.

— А-а-а…

— Верь мне. Они мне тоже задолжали, так что…

Пауза в конце фразы получилась многозначительная, и прервала её тётка Ника:

— Мы будем ждать, племянничек.

Ну вот, теперь точно всё в порядке. Никуда не сорвётся и ничего не натворит. Или, того хуже, сама сгинет. Почему так думаю? Два фактора: вера в меня и очень вовремя включившийся материнский инстинкт. Так-то план предельно простой — тётка забирает Димку и валит куда подальше и от системы НСВ-177/54, где мы до сих пор торчим, и от владений Силиных. Насколько я понял, тётка решила братца единокровного проведать, то бишь дядю Германа. Правильное решение, я считаю. А вот мне пока рано, есть дела незавершённые. Какие? Ну, хотя бы похороны…

Те двадцать часов, что потребовались тётке Нике, чтобы добраться до системы с чёрной дырой и двойной звездой, мы тоже без дела не сидели. Наёмники, как и положено, частью торчали поблизости, в охранении, частью патрулировали окрестности, а частью и вовсе на разведку в соседнюю систему ломанулись. Ну а мы с кэпом занимались непосредственными обязанностями, то бишь готовили к «подъёму» один из наших «спасателей». Какой именно, было непонятно до последнего момента — силами единственного «понтона» «судоподъём» не осуществишь, а «зов» даёт лишь параметры «пузыря» и связывающей его с континуумом ПВ «пуповины». Ну а поскольку все наши корпоративные посудины за редким исключением «одноклассники», то сами понимаете. Пришлось довольствоваться общей картиной произошедшего, которую мы достаточно полно восстановили по результату пяти «погружений». И «следы» от кораблей агрессора выявили, и точки выхода на «струну» при ретираде. Жаль только, что не получилось разгонные траектории восстановить. Зато наша версия относительно способа внезапного нападения полностью подтвердилась — протяжённость «следов» недвусмысленно указывала на микропрыжки. Однозначно по наводке работали, а значит, где-то предварительно перегруппировывались. Где, где… понятно, где. Но хуже нет ждать и догонять, на собственном опыте очередной раз убедился. Кого ждать? Во-первых, подкрепления от Корпорации. Деррик, с которым я связался сразу после разговора с тёткой, смог высвободить лишь одно звено, но мы с кэпом ему и за это были благодарны. И безропотно выслушали бухтенье насчёт сорванных сроков и неустоек. Деньги пустое, как резонно заметил Рин. А вот репутация нарабатывается годами, а теряется в один миг. Те же наёмники, когда поймут, что мы своих бросили из-за презренного металла… да какой там металла! Из-за битов информации, отображающей ноли и единицы на банковском счёте! Так вот, как только поймут, такой нам «сарафан» обеспечат, что хоть стой, хоть падай. И Степаныч, с которым мы переговорили следом, кэпа целиком и полностью поддержал. Ну а во-вторых, весточки из системы НД-135. Надо сказать, оттуда конкретики мы дождались быстрее, нежели спецов «Э(П)РОНа». И даже не особо расстроились, когда командир наёмной боевой тройки доложил, что ни одного функционирующего объекта инфраструктуры в системе не обнаружено. Зато найдено облако обломков по координатам таким-то и таким-то. Естественно, они практически совпали с местоположением станции «спиридоновцев». Практически, потому что облако пусть и медленно, но дрейфовало к газовому гиганту, заодно по пути рассеиваясь. Гравитация, она такая.

Кэп даже не поленился, уточнил:

— Каков характер обломков, э?

— В смысле? — удивился командир наёмников.

— Ты меня прекрасно понял, симатта!

— А… ну ладно… судя по всему, тут что-то болталось у одного из спутников… не очень большое. И это что-то разнесли ракетным залпом.

— Точно ракетами? Может, реактор рванул?

— Излучения нет, — помотал головой наёмник. — И фон бы другой был. Нет, тут ракеты поработали.

— Ладно, спасибо, — кивнул я собеседнику. — Возвращайтесь к основным силам. Отбой.

И, едва дождавшись, когда схлопнется окошко связи в «дополненной реальности», повернулся к кэпу:

— Что скажешь?

— Улики уничтожили, твари. Вместе со свидетелями.

— С чего решил?

— А за каким демоном станцию ракетами разносить, если можно спокойно активировать систему самоуничтожения? Вывел реактор в разносный режим, и готово!

— За таким, что обитатели станции были против? Ты на это намекаешь, Рин?

— Я не намекаю, я прямо говорю, симатта! Пустили в расход, и вся недолга. Знать бы ещё, когда именно…

— В смысле, после нашего визита, или?..

— Угу.

— А это что-то меняет?

— Да не особо…

— Значит, наплевать и забыть. Не до посторонних жертв. Нам бы со своими разобраться.

— Не каркай, симатта!

— А может я оборотнем-тэнгу заделался и мне теперь положено?

— Бака.

— Это Рин-тян так говорит.

— Я тоже. Иногда. Или лучше подзатыльник выписать? Отеческий, так сказать?

— Не, не надо!..

— То-то же…

На том разговор и заглох, собственно.

Ну а ещё чуток попозже явились спецы с полным набором «понтонов», и началась спасательная операция, которая, впрочем, почти сразу же и закончилась — подготовку мы с кэпом уже осуществили в полном объёме, вплоть до просчёта оптимальной точки «погружения», осталось только «понтоны» «подтопить», чтобы придать нужному «пузырю» положительную «плавучесть»… считанные минуты, если уж на то пошло.

Правда, тянулись они, как часы, хотя так обычно на нервах и бывает. Лотерея же, причём гарантированно с потерями — один в плюс, да и то в потенциале, пять в минус. И всех одинаково не хочется терять…

Жестокая реальность, впрочем, решила по-своему.

— Терентьев, — хмыкнул Рин, когда волна искривления пространства от лопнувшего «пузыря» прошлась и по «понтонам», и по нашему «Набату», и по судам спецов. — Похоже, кончилось твоё везение, удачливый сукин сын!

— Не факт, — покачал я головой. — Только его «Мустанг» «утоп», остальных в нашем пространстве распылили… ракетами, плазмой — не важно. А этот целый…

— Только на первый взгляд, капитан Заварзин, — влез в обсуждение Кумо. — Объект «Мустанг» не подаёт признаков жизни. На запрос «свой-чужой» не отвечает, наличия атмосферы в обитаемых помещениях не фиксируется. Реактор заглушен в аварийном режиме.

— Повреждения?

— Незначительные, но множественные.

— Выражайся яснее, рёку-аси!

— Да куда уж яснее, кэп, — вступился я за помощника. — «Дробью» из гаусс-орудия его угостили. И, судя по словам Кумо, обитаемую часть тоже не пожалели — садили, куда придётся.

— Точно так, капитан Заварзин.

— Ну и за каким демоном, э?

— Недостаточно данных для анализа, капитан Сугивара.

— Меня позлить хотели, твари. Или предупредить… — Я взял небольшую паузу, потом даже в «дополненной реальности» ощутил на себе заинтересованные взгляды соратников и вскинулся: — Чего?! Можно подумать, сами почерк не узнали!..

— Только на моей памяти уже третий случай… симатта!

— Кэп, это уже не случай. Это подтверждённая закономерность. А ещё след.

— Дебилы, что ли?

— Поди знай… может, так. А может, и вызов. Для меня вызов.

— Больше на чей-то прокол похоже.

— Вряд ли, кэп. Прокол это с той су… в смысле, леди Рокуэлл. И с моими родителями. Потому что исполнители и предположить не могли, что «утопленные» посудины когда-нибудь «всплывут». А здесь и сейчас — либо осознанное вредительство кого-то в стане врага, либо попытка меня спровоцировать.

— На что, э?!

— На необдуманные поступки, Рин, на что же ещё?

— Это ты про месть?

— Про неё, кэп.

— Месть это нерационально.

— Зато очень приятно.

— С каких это пор ты дал волю эмоциям?

— С недавних, коллега. С недавних… ладно, чего зря воздух сотрясать? Эй, парни! — перешёл я на общий канал. — Кто-нибудь думает поближе подобраться?

— Пара минут, Алекс, — отозвался командир звена, не доверивший столь ответственное задание заму. — «Техничка» готова, сейчас пристыкуемся и посмотрим тщательнее.

— Надеюсь, порадуете…

— А это уже не от нас зависит, шеф.

— Да я и не требую… но было бы неплохо.

Надо ли говорить, что надежда оказалась тщетной? Выяснилось это уже через полчаса, когда «спасатели», запитав от постороннего источника механизм шлюза, проникли во внутренние помещения «Мустанга». Встретили их там пусть не разор и разорение, но вполне конкретное отсутствие атмосферы, говорившее о серьёзной разгерметизации судна. Да и более тщательное сканирование показало наличие сотен сквозных пробоин. Сквозных — в смысле от борта до борта, через все промежуточные преграды. Один из спецов не поленился, добрался до ближайшей дырки (снаружи корпуса, естественно), и в неё заглянул. Что характерно, под определённым углом при помощи автофокусировки и зума он сумел разглядеть звезды с той стороны корабля. Вот так вот. Мы, впрочем, тоже лицезрели аналогичную картину, так как Кумо вывел канал с камеры спеца в отдельное окно «дополненной реальности».

— Никогда такого не видел… — покачал головой спец, сбив картинку. — Это чем же так умудрились? Лазером? Не похоже. И не плазма — края у отверстия рваные и загнуты внутрь… да и размер — сантиметра три в диаметре. Для лазера много, для плазмы мало.

— Это кинетический снаряд, темнота! — булькнул кэп пивом.

Да-да, он присосался к очередной банке, аргументировав распитие слабоалкогольных напитков на рабочем месте медицинскими целями.

— Кто ж таким примитивом пользуется?! — изумился спец.

— Если ты о таком не знаешь, то это не означает, что явление не существует, — вмешался его начальник. — Алекс, дальше смотреть?

— Естественно! Обшарьте все отсеки, нужно убедиться, что никто не выжил.

— Пессимизм еще никого до добра не доводил, э!

— Пусть лучше приятный сюрприз будет, чем болезненное разочарование, — отбрехался я. И протянул руку: — Кэп, мне тоже пивка дай.

— Держи, симатта! Но учти, это последняя.

— Значит, бар мой распотрошим. За упокой душ…

И ведь как в воду глядел! Весь экипаж, все семь человек, включая самого Терентьева, вскоре были обнаружены. Причём, что характерно, почти все на боевых постах. Сам Иван так и торчал в рубке, пристёгнутый к капитанскому креслу, но опознали мы его исключительно по занятому месту и шильдику на скафандре — голова отсутствовала, походя снесённая одной из «дробин». А поскольку произошло это ещё до того, как атмосфера из жилого отсека улетучилась, то и картинка образовалась соответствующая. До тошнотиков, блин! А ведь я уже начал думать, что меня ничем не проймёшь — после стемсилоида того же. Но нет, проняло. Впрочем, Терентьеву, как и ещё двоим, сильно повезло, поскольку умерли они очень быстро. «Дробины» страшно калечили тела, но зато убивали мгновенно. А вот удушье… такого даже врагу не пожелаешь. В общей сложности триста семнадцать сквозных (повторюсь — от борта до борта, за исключением тех, что пришлись на реакторный отсек) пробоин, равномерно распределённых по корпусу, никакими «пластырями» не заделаешь, особенно в экстренном режиме. Плюс вырубившийся реактор, оставивший судно без энергии. Даже в капсулу анабиозную не заляжешь, ибо обесточена. И как вишенка на торте — «рассинхрон» в обратную сторону, то бишь по внутреннему времени «затонувшего» «Мустанга» прошло больше месяца. Итого шансов ноль. Дольше всех протянул механик — дыхательный реагент в его шлеме исчерпался через трое суток с момента катастрофы.

Полный осмотр судна занял меньше пары часов, но нервов сжёг на год вперёд — куда тяжелее оказалось принять не сам факт смерти соратников, а сопутствующие ей обстоятельства. Искажённое лицо механика мне теперь в кошмарах являться будет, я себя знаю. Но в случае с командой «Мустанга» мы хотя бы смогли обеспечить мужикам достойное погребение — уложили тела в индивидуальные капсулы, которые предоставившие их наёмники без экивоков звали «гробами», да отстрелили в сторону ближайшей звезды. У меня возникла было мысль запустить их в чёрную дыру, но я быстро одумался — мало радости навечно застрять на горизонте событий. А до короны звезды «гробы» рано или поздно доберутся, в отличие от.

Церемония прошла без инцидентов, да и осуществили мы её силами служащих Корпорации — наёмники смотрели, но не вмешивались. Парни с понятиями, молодцы. Надо будет их премировать, да и Владу благодарность объявить за удачный выбор. Правда, наблюдать нам с кэпом пришлось со стороны, через «дополненное пространство». Впрочем, так мы даже больше подробностей увидели, чем остальные коллеги. Да и эмоции особо скрывать не пришлось — я скрипел зубами и мало что не рычал, а Рин, к моему безмерному удивлению, даже скупую мужскую слезу с глаза смахнул, благо сидели мы без шлемов. Обнажив, так сказать, головы, как того и требовал обычай. И пусть объяснил он это ядрёностью пойла, что мы употребили за упокой души Терентьева со товарищи, но я-то знаю…

— Ну и куда теперь, симатта? — поинтересовался кэп, крякнув и занюхав пойло рукавом скафандра.

И почему мне кажется, что это тлетворное влияние механика Мягкова? Вот прямо в догадках теряюсь, ага.

— Пока к родным пенатам, на Картахену, — вздохнул я. — Надо расходники восполнить, да и с инфой, которую Кумо умыкнул, разобраться. А потом… там видно будет.

— Никак собрался и дальше за ниточку тянуть, э?

— А ты бы не потянул?

— Я это я, — отрезал кэп. — А тебе о Корпорации думать надо.

— Уже нет.

— В смысле?!

— Знаешь, Рин, я последнее время много размышлял… анализировал… ну, почему лезу во всякое. И это притом, что вы с Рэнсомом и Дерриком хором твердите, что не должно мне такое.

— А толку-то? — резонно заметил кэп.

— Ну да, — повинился я. — Но речь не о том. Я просто чувствую, что… блин! Короче, я тут недавно сам себе признался, что стал свободен. Сам посуди: целей всех достиг…

— А как же мировое господство, э?!

— Это не цель, это химера, — отмахнулся я. — А в остальном… от клановых условностей избавился, Корпорацию создал, родственников нашёл… собственно, всё. Шестерёнки крутятся без моего участия. И точно так же будут крутиться и дальше. Я по большому счёту уже и не нужен.

— Предприятию — может быть, — признал мою правоту Рин. — А как насчёт людей? Близких людей? У тебя семья.

— Чёрт… кэп, можешь считать меня психом, но… я ведь, по сути, и для них уже всё сделал — обеспечил всем, чем возможно, включая безопасность. И получается, что я теперь могу творить всё, что захочу. Сам захочу, а не кто-то со стороны. Любую дичь. На посторонний, понятно, взгляд.

— Ты не псих, ты грёбаный эгоист, — рубанул воздух ладонью Рин. — Слышала бы тебя сейчас Бетти-сан! Эх, всё-таки надо тебя взгреть… по-отечески.

— Взгрей, — не стал я спорить. — Но сначала выслушай до конца.

— Да ты уже и без того на хорошую трёпку наговорил, симатта!

— И всё же я настаиваю. Короче, о чём я? Так вот, я достиг всего, к чему стремился, обрёл долгожданную свободу… и лишился смысла дальнейшего существования.

— Ты дурак?! А семья?! А мы с Рин-тян?! А Деррик?! А Рэнсом?! А ещё тысячи людей из Корпорации?!

— Нет, Рин, не дурак. Моральный урод — возможно. Вот кто я сейчас, по большому счёту? В чём сакральный смысл моего наличия здесь и сейчас, в этой Вселенной?

— Ты как минимум символ! Причём его в тебе видит до фига народу!

— А я не хочу быть символом. Мне от этого ни холодно, ни жарко. Нужен вам символ, изваяйте мою статую размером с Картахену, да любуйтесь, сколько влезет. Мне-то что с того?

— Тэ-э-эк-с… для кризиса среднего возраста рановато…

— Кэп, я серьёзно! — разозлился я. — У меня просто нет цели. Глобальной цели, такой, что не выглядела бы жалкой на фоне уже достигнутых.

— Ладно, симатта, я тебя понял! И даже знаю рецепт.

— Не поделишься?

— Да запросто! Перебеситься тебе надо, Алекс, только и всего. В авантюру-другую ввязаться…

— Так уже!

— Это не то. Это долг крови. В общем, возвращаемся на Картахену, доводим «Набат» до кондиции, грузим его на «Спрут» и отправляемся искать приключений на задницу. Только Бетти-сан с мелкими на станции оставим.

— А смысл? Я не про Лизку с детьми, я про приключения.

— Говорю же, перебеситься надо! А одного я тебя больше не отпущу. Нет никакого желания в один далеко не прекрасный момент вот так же «поднять» твою личную посудину, — кивнул Рин на изображение «Мустанга» в «дополненной реальности». — И обнаружить, что она в дырочку. А ты сам без башки к капитанскому креслу пристёгнут.

— Полностью вас поддерживаю, капитан Сугивара.

— А тебе вообще слова не давали! — огрызнулся я. — Скажешь своё «ценное» мнение, когда спрошу!

— Что там, рёку-аси? — не обратил на мою вспышку внимания Рин-сан.

— Капитан Пахомов вызывает капитана Заварзина, — доложил «мини-гекс». — Мне показалось, что это не самый удачный момент…

— Так, Кумо! Давай-ка определимся раз и навсегда! В том, что касается меня лично, никто и ничто за меня решать не будет. Усёк?

— Так точно, капитан Заварзин! Какие будут приказания, капитан Заварзин?

Он ещё иронизирует! Убью поганца!!!

— Выводи на связь, э!

И этот туда же… осталось только Владу какую-нибудь свинью мне подложить…

Глава 7-3

—//-

— Привет, Алекс! — радостно улыбнулся Влад, но наткнулся на мой зверский взгляд и осёкся: — Не вовремя, да?

— Как ты догадался?! — рявкнул я. Потом глубоко и медленно выдохнул, досчитал про себя до десяти и поинтересовался: — Ты же ведь не отстанешь, да?

— Если бы мог, уже бы отключился, — кивнул Пахомов. — Инстинкт самосохранения мне подсказывает, что от начальственного гнева надо держаться подальше. Но не в этот раз, босс.

— Ладно, вываливай, что там у тебя…

— В общем, я до последнего тянул, думал, есть ещё время, да и не до того тебе…

— Короче, блин!!!

— Машка.

— Что «Машка»?!

— Она покинула Картахену.

— Когда? — выдохнул я сквозь зубы.

— Около суток назад.

— И ты только сейчас об этом говоришь?!

— Да я бы и сейчас не сказал, но…

— Есть нюансы?

— Угу. Зовут Герман Романович Завьялов.

— А дядьке-то что от тебя понадобилось?!

— От меня исключительно посреднические услуги, босс. Он был предельно краток — велел передать тебе ссылку на кодированный канал. И сказал, чтобы ты через десять минут, не позже, к нему подключился. Если протянешь время, придётся ждать до конца трансляции, чтобы объясниться.

— И почему у меня такое чувство, что между отъездом Машки и звонком дяди Германа есть связь?

— Да потому что она между ними самая прямая, Алекс.

— Влад?

— Да?..

— В глаза мне смотреть! Вот, молодец. Рассказывай.

— Некогда, босс. Подключайся к трансляции, трёпку потом мне устроишь.

— Ладно, последний вопрос… почему ты её с Картахены выпустил?!

— Два обстоятельства.

— Влад, я тебя сейчас придушу! Вернее, Степанычу звякну, чтобы он за меня!

— Обрати внимание на время убытия.

— То есть вам тупо не до неё было?! Обо мне беспокоились?!

— Момент она подгадала очень удачный, — понурился Пахомов. — И ведь, главное, как удачно рейс совпал!

— Совпал, говоришь?

— А чем ещё это объяснить, кроме как везением? Её, естественно?

— Пусть так… значит, на этот раз она не стала шифроваться, а взяла билет на рейсовик?

— Именно.

— Какой?

— «Демидов».

— Но он же…

— Именно, Алекс. Он курсирует почти через весь Протекторат Росс. А билет она взяла до станции «Савва Морозов». Именно по этой причине мы и не стали препятствовать. Плюс незадолго до того она имела довольно длительный разговор с кем-то по закодированному каналу.

— У неё же в «нейре» «закладка», почему вы не в курсе о содержании разговора?! Сейчас-то понятно, но тогда она была на Картахене, в зоне досягаемости!

— Мы в курсе.

— Ладно, сформулирую вопрос иначе: почему тогда я не в курсе?!

— А ничего не предвещало форсирования событий, босс. Мы были уверены, что у нас есть запас времени. И тут на тебе… кстати, ещё пара минут, и всё, придется ждать.

— Чёрт с тобой, Владик, подключайся! И сам оставайся на канале, не вздумай улизнуть! Рин!

— Да, симатта!

— И ты тоже! Влад, Степаныча подтяни. Как хочешь! — предвосхитил я его возражение. — Деррика только не нужно, это дело семейное. Ну, почти…

— Принял, — кивнул главный безопасник. — Лови канал…

— Капитан Заварзин?

— Тебе ещё чего?!

— Входящее сообщение от абонента из доверенного списка.

— Что-то мне совсем сцыкотно, — сообщил я собравшимся в общей «дополненной реальности» соратникам. — Показывай, Кумо.

— Сообщение текстовое, капитан Заварзин.

— Выводи в «чат».

— Процесс завершён.

«Сделала, что смогла. Подробный отчёт позже. Э.Б.»

— Хм…

— Эта та самая Э. Б., про которую я думаю?

— Она самая, Влад.

— Кхм, молодые люди?..

— Дядя Герман?!

— Алекс, потом будешь возмущаться и задаваться риторическими вопросами! Просил же быстрей! А теперь толком ничего не успею…

— А ты где это?

— Сам не видишь, что ли?

Судя по картинке на заднем фоне, какой-то довольно большой зал с круглой сценой, концентрическими рядами кресел и несколькими ложами… если бы я не был уверен в том, что «Архангел Михаил» превратился в пыль, подумал бы про зал Совета клана. Или уже новый отгрохали? Интересно, где?

— Мы на «Савве Морозове», — развеял мои сомнения дядюшка. — Внеочередное заседание Совета. Созванное по инициативе одной юной и исключительно вздорной особы.

— Машка?! — осенило меня.

— Она самая. Несколько дней назад я имел с ней серьёзную беседу, по итогам которой пришлось… скажем так, пойти навстречу её пожеланиям.

— Она тебя вынудила, что ли?!

— Скорее, это я решил, что тянуть дальше некуда, племяш. Кстати, твои-то «эксперты» подключились? Лучше пусть сразу смотрят, чем потом время терять.

— Думаешь, придётся реагировать сразу же?

— Уверен. А ещё больше уверен, что всё равно будет поздно… так, всё, уходи в фон и не вздумай вмешиваться! Начинаем!

Картинка из Совета клана сменилась — дядя Герман переключил камеру «нейра» на воспроизведение от первого лица. Более того, он ещё и пробежался взглядом по амфитеатру, дав мне возможность оценить собравшуюся аудиторию. Должен признать, сборище впечатляло — куда там разборке, учинённой сгинувшими старцами-заговорщиками! В тот раз чуть больше трети членов Совета собраться успело, а сейчас в зале свободных мест, похоже, совсем не было. Или это просто сам зал поменьше? А, неважно! Главное, состав изрядно обновился, причём исключительно по моей вине. Утешала мысль, что в пользу дядюшки — самых рьяных бунтовщиков мы успешно распылили вместе с уже упоминавшимся «Архангелом Михаилом». А значит, что? Значит, Герман Завьялов, глава клана, вполне мог рассчитывать на безоговорочную поддержку его же верховного руководящего органа. Интересно, и на что при таких раскладах Машка надеется?..

— Мария Фёдоровна Завьялова, наследница рода Завьяловых, со свитой! — объявил распорядитель церемонии, на котором незамедлительно сфокусировалась дядькина камера, поскольку тот повернулся на зычный голос.

Естественно, группа визитёров, как раз в этот момент выбравшаяся из лифта, тоже оказалась в кадре, вызвав у меня очередной зубовный скрёжет — помимо самой Машки я ещё и ту самую Э. Б. рядом с ней разглядел. Трое импозантных мужиков на их фоне остались практически незамеченными.

Распорядитель между тем продолжил оглашать список, проигнорировав пробежавший по трибунам рокот:

— Эмилия Рузовская-Лежье, секретарь!..

Ха! И когда она только успела? Надо будет потом Влада попытать, наверняка ведь в курсе подробностей. Хотя выбор «легенды» далеко не очевиден — зачем так палиться, повторно прикидываясь бретонкой, пусть и с росскими родственными связями? Или наоборот, она росс с бретонскими родственниками?

— Антуан Сен-Пьер, правозащитник, — добрался до первого мужика распорядитель.

Объявленный коротко поклонился и отступил за спину Машки, уступив место коллеге.

— Этьен Дю Гра, президент некоммерческого международного фонда «Правозащита без границ»!

Та-а-ак… стало немного яснее. А третий кто?

— Джереми Мэдисон, правозащитник!

Этот даже намёка на поклон не сделал, зато ухмыльнулся и окинул зал насмешливым взглядом. Этак демонстративно и с долей превосходства.

— Принимающая сторона — Совет клана Завьяловых, в лице главы клана Германа Романовича Завьялова и выборных представителей от родов! — закончил официальный ритуал распорядитель.

— Спасибо, Евграф Анатольевич! — благодарно кивнул дядя Герман, отчего изображение характерно дернулось. — Мария? Всё верно?

— Да, Герман Романович, — подтвердила Машка. — Но чтобы ни у кого не осталось сомнений, уточню: вот эти господа мои адвокаты (бретонцы слаженно кивнули), а мистер Мэдисон выступает независимым гарантом.

— Гарантом чего? — подпустил в голос ехидства дядя Герман.

— Моей безопасности, — рубанула Машка. — Я хочу быть уверена, что смогу покинуть «Савву Морозова» беспрепятственно вне зависимости от исхода переговоров.

— Не слишком ли много на себя берёшь, девчонка?! — прошипел распорядитель, но дядька остановил его коротким жестом.

А затем столь же легко восстановил тишину в зароптавшем зале.

— Твою же маму… — поражённо прошептал Влад.

Видимо, забыл, что мы перешли в фоновый режим и нас никто за пределами «дополненной реальности» не услышит.

— Согласен, — хмыкнул я. — Неплохо мы ему подсобили в прошлый раз… экую власть забрал!

— Давайте потом, симатта! — шикнул кэп, и мы с Пахомовым заткнулись.

Действительно, нюансы и позже можно будет обговорить. А пока следует… чуть не сказал «наслаждаться». Хотя, может и так.

— Совет клана собрал я, братие! — поднялся со своего места дядя Герман. — Гостья же наша молода и неопытна, так давайте же отнесёмся к ней…

— Снисходительно?! — фыркнула Машка.

— С пониманием, — уточнил Герман Романович.

И, зуб даю, посмотрел на неё именно снисходительно, на что сестра моя среагировала, как и подобает несдержанной на язык, но всё же совестливой девице — залилась лёгким румянцем. Стыдно ей стало, ага. Впрочем, исключительно из-за многочисленности возрастной аудитории. Меня бы она фиг устыдилась, уверен.

— Так что же ты хотела сообщить почтенному собранию, дитя?

— У меня несколько вопросов, — уже совершенно спокойно улыбнулась Машка, включив «глазастого очаровашку». — Мсье Сен-Пьер, прошу вас.

— Благодарю, мадемуазель Мари, — выступил вперёд хлыщеватый правозащитник. — Я уполномочен моей подзащитной вести процесс. Вы не возражаете, господа?

Надо признать, на росском бретонец говорил очень даже неплохо — и грамотно, и почти без акцента. Понятно, что «нейр» с программой-автопереводчиком в помощь, но всё равно языком надо владеть на довольно высоком уровне, чтобы этими прибамбасами пользоваться. Без базы никуда, софтина в основном помогала в языковых нюансах. Ну и выбор помощников теперь вполне очевиден — скорее всего, Эмилия связи в Бретонском Союзе задействовала. А бритт и впрямь для пущей безопасности — если он везде с ними шатается, то ведь даже покушение толком не устроишь из опасения задеть поганца. Не дай бог, с ним что, вони потом не оберёшься. Бритты в такие инфоповоды вцепляются что твой бультерьер. Умно… и прослеживается явное влияние одной мозговитой особы.

— Говорите, — между тем барственно махнул рукой дядя Герман.

— Тогда начнём, господа. Мсье Завьялоф, вы подтверждаете личность моей подзащитной? Назовите её полным именем, пожалуйста.

— Да, подтверждаю! — во всеуслышание заявил дядюшка. — Сия юная особа — моя племянница, дочь моего единокровного брата Фёдора Романовича Завьялова, урождённая Мария Фёдоровна Завьялова!

— Благодарю, мсье… свидетели, зафиксируйте факт установления личности мадемуазель Мари.

Ловко, блин! Минус одна проблема. Раз дядя Герман, причём в статусе главы клана, подтвердил личность Машки, то она автоматом признаётся живой, то бишь возвращается из небытия. Причём безо всякой судебной волокиты и заморочек с генетическими экспертизами, идентификацией по отпечаткам пальцев, сканам сетчатки и прочим скучным процедурам. Недурственно, недурственно…

— Признаёте ли вы, мсье Завьялоф, право её наследования бывшему главе клана Завьялову Федору Романовичу? — продолжил тем временем правозащитник.

— Нет, не признаю, — невозмутимо помотал головой дядя Герман, но приспособившийся «нейр» отработал автофокусом, и изображение очень быстро вернулось в норму.

Машка от этих слов сверкнула глазами и вознамерилась было что-то ляпнуть, но бретонец мановением руки призвал её к порядку и сам озвучил напрашивавшийся вопрос:

— И почему же, мсье?

— Я не согласен с формулировкой, господин Сен-Пьер.

— В какой части? Вы не признаёте право наследования? Или не признаёте личность, каковой наследует моя подзащитная?

— Статус. Я не признаю право наследования бывшему главе клана, — усмехнулся дядюшка. — А вот право наследования главе рода Завьяловых признаю целиком и полностью.

— Устраивает ли вас такой ответ, мадемуазель Мари? — повернулся к ней правозащитник.

Машка зло прищурилась и медленно кивнула.

— Итого, действующий глава клана Герман Романович Завьялов подтвердил личность моей подзащитной, а также подтвердил её право наследования главе рода Завьяловых, покойному Фёдору Романовичу! — объявил бретонец, обращаясь к собранию. — Прошу почтенный совет зафиксировать данные факты.

По трибунам пронёсся шорох — согласно традиции представители родов либо поднялись со своих мест, подтверждая правоту оратора, либо остались сидеть, не согласившись со сказанным. Правда, таковых оказалось подавляющее меньшинство, и распорядитель церемонии столь же традиционно резюмировал:

— Совет внял и признал справедливость притязаний Марии Фёдоровны Завьяловой!

— Да будет так, братие! — поддержал его дядя Герман. — Ты что-то ещё хотела сказать, дитя?

— Жаль, что я не могу оспорить у вас занимаемую должность, Герман Романович, — лучезарно улыбнулась взявшая себя в руки Машка.

Я, если честно, в этот момент чуть пивом не подавился: нет, ну какая наглость! Охренеть… я и то поостерёгся стариканов из Совета до такой степени злить! Интересно, какая обраточка сейчас последует?

— Ты же прекрасно знаешь, что это в принципе невозможно, дитя, — терпеливо-снисходительно заметил дядька. — В силу твоих, э-э-э, гендерных особенностей.

— Баба должна знать своё место, так, дядя Герман? — Голос Машки звенел от едва сдерживаемой ярости, но в лице она даже не изменилась, к её чести. — Не по Уложению с девчонкой клинки скрещивать?

— Твой пол тебя защищает, дитя, — не стал спорить с очевидным Герман Романович. — И в этом твоё великое благо. Ты не можешь претендовать на пост главы клана. Смирись с этим.

Машка мазнула взглядом по одобрительно зашумевшим трибунам, покосилась на собственных спутников (те тоже всем своим видом демонстрировали солидарность с собратьями-мужчинами), вдохнула поглубже перед тем, как разразиться гневной речью… и промолчала. Я бы даже сказал, сдулась. А всё потому, что некая Э. Б., до того абсолютно безучастная к происходящему, предостерегающе сжала её ладонь. Чёрт! Вот как у неё так получилось?! Я за год не смог на сестрицу повлиять, а эта с ней всего ничего знакома… неделю, ну пусть даже две! И уже явный авторитет для безбашенной оторвы. Повезло, что мы Эмили завербовали. С другой стороны… сдаётся мне, от такого агента влияния потом с большим трудом избавляться будем. Если будем, конечно же.

Впрочем, совсем смолчать Машка не смогла:

— Я впечатлена, Герман Романович! Эк вы ловко облагородили банальную жадность!

— Уложение на моей стороне, дитя.

— Да я и не спорю, дядя Герман. Обидно просто.

— А ты не думала, Мария, что в эту игру можно и вдвоём играть? — перешёл в наступление дядюшка. — Ведь твои поползновения объясняются той же причиной, не так ли?

— Нет. Я ищу справедливости.

— Ты её нашла, дитя! Клан подтвердил твою личность и признал твоё право наследования Фёдору Романовичу, главе рода Завьяловых. Чего же боле?

— Я единственная представительница основной ветви Завьяловых, наследующей законному главе клана! И я, помимо семейного состояния, имею также право на часть клановых активов!

— Позволь с тобой не согласиться, дитя! — повысил голос Герман Романович, чтобы перекрыть ропот зала. — Ты могла бы иметь право влиять на экономическую политику клана, но ты ещё не достигла совершеннолетия.

— А вот с этим позвольте уже мне не согласиться, дядюшка! Вы сами подтвердили мою личность, а следовательно, и метрику. И мне сейчас, учитывая дату рождения… двадцать пятый год от роду. Совершеннолетие же, согласно Уложению, наступает в двадцать один.

— А мне мнится, что тебе лишь восемнадцать стукнуло, дитя. Причём совсем недавно.

— Есть документы, подтверждающие мою личность. Есть дата рождения, занесённая в реестр. Чего же боле, дядюшка?

— Нет юридических оснований для признания тебя совершеннолетней, дитя, — устало вздохнул дядя Герман.

— Но позвольте, мсье, — вернулся в беседу бретонец, — точно так же нет оснований для непризнания мадемуазель Мари совершеннолетней!

— Что на этот счёт говорит Уложение? — обратился дядька к распорядителю церемонии.

— В Уложении данная ситуация не урегулирована, почтенный глава!

— Что ж… тогда придётся выносить этот вопрос на голосование Совета, — пришёл к очевидному выводу дядя Герман. — Но учтите, братие, что мы с вами здесь и сейчас создаем прецедент! Случай Марии Фёдоровны Завьяловой, насколько мне известно, первый в своем роде! Голосуем, братие! Кто за то, чтобы признать Марию Фёдоровну совершеннолетней? Кто против? Кто воздержался? Благодарю, братие!

Пару минут в зале Совета царила напряжённая тишина, потом «мозг» станции обработал результаты голосования и вывел их в виде здоровенной голограммы прямо в центре амфитеатра, и по рядам пронёсся где разочарованный, а где и облегчённый ропот.

Ну а чему удивляться-то? «За» — три с половиной процента. «Против» — четыре целых две десятых. Остальные, как нетрудно догадаться, воздержались.

— Что ж… кхм! — прочистил горло дядюшка. — Стало быть, дебаты? Кто «за»?

На сей раз со своих мест поднялся практически весь зал.

— Спасибо, спасибо… кто желает высказаться, подаём заявки господину распорядителю. Представитель истицы выступает первым, истца — вторым. Далее все желающие. Господин Сен-Пьер?

— Благодарю, мсье Завьялоф, — чуть склонил голову тот. — Но данный вопрос не в моей компетенции. Речь держать станет мсье Дю Гра.

— Не возражаю! — объявил дядя Герман и хлопнул в ладоши, призывая почтенное собрание к тишине. — Приступайте, прошу вас!

Признаться, бретонский крючкотвор оказался хорош, даже очень. Речь его затянулась минут на сорок, но у меня и мысли за это время не возникло хоть на секунду отвлечься. Гость из Бретонского Союза на удивление уверенно владел всеми юридическими тонкостями как Протектората Росс в целом, так и дополнительных правовых норм, бытовавших в клане Завьяловых. В общем и целом он придерживался уже озвученной его коллегой позиции: нет юридических оснований для непризнания Машки совершеннолетней. И если бы это утверждение было голословным! Но ведь нет! Бретонец львиную долю своей речи посвятил подробнейшему разбору всех законов, традиций и неписаных правил, и нигде, ни в одном из них не нашёл указания, что возраст человека может устанавливаться как-то иначе, а не с даты рождения. Покончив с, так сказать, местным законодательством, прошёлся по соседям. Но и в их практике ничего похожего на нашу нынешнюю ситуацию не обнаружил. Наиболее близким оказался случай леди Рокуэлл (мы с кэпом при упоминании её имени синхронно ухмыльнулись, что не укрылось от внимательного взгляда Влада Пахомова), но и там притязания рассматривались чисто финансовые, с возрастным цензом проблем не возникло — хитрюга Аннабель уже на момент своего исчезновения была совершеннолетней и во всех отношениях дееспособной.

Что характерно, чем дальше, тем больше симпатий членов Совета оказывалось на стороне ловкого крючкотвора. Это чувствовалось и по общему настрою, и по характерному шепотку, да и по лицам тоже было хорошо видно. Не оставил данный факт без внимания и сам выступающий — речь он завершал с отчётливой торжествующей улыбкой.

— У вас всё, господин Дю Гра? — уточнил дядя Герман, когда бретонец умолк.

— Да, мсье Завьялоф, — подтвердил тот. И не упустил случая ещё раз обратиться к аудитории: — Надеюсь, господа, мои доводы оказались достаточно убедительными? Благодарю!

Этот хмырь, кстати, вообще без акцента болтал, что и неудивительно — судя по выпадающей менюшке, активировавшейся при наведении на неё курсора, происходил Этьен из старинного торгового рода, специализировавшегося на сношениях с Протекторатом Росс, и по этой причине порядочно обрусевшего. Да что там, если пройтись по всем его родственникам хотя бы до третьего колена, то сразу возникал вопрос о его национальной принадлежности — честно говоря, этнических россов в его родичах было едва ли не больше, чем бретонцев. Подходящего человека нашла Эмилия. Можно сказать, я восхищен. Машка бы однозначно нарвалась на какого-нибудь проходимца. Нет, понятно, что и Этьен далеко не ангел, но он хотя бы просчитываемый. И прогнозируемый, а это дорогого стоит.

— Вы выслушали сторону истицы, братие! — зычно объявил Герман Романович, чем отвлёк меня от посторонних мыслей. — Теперь черёд стороны истца! Евграф Анатольевич, прошу вас!

Ха! А чего это он и здесь распорядителя церемонии решил припрячь? Церемониймейстер и юрист далеко не одно и то же… хотя в данном конкретном случае, как выяснилось, я ошибся. Впрочем, немудрено — традиционные одежды и парик ввели меня в заблуждение. Иначе я бы распознал в распорядителе Евграфа Клинского, родственника Германа Романовича по материнской линии, который, на минуточку, состоял председателем в юрисконсульстве при главе клана. Пересекался я с ним довольно редко, но это не оправдание.

«Наш» крючкотвор, как и ожидалось, перед чужаком не спасовал — задвинул речугу уже на сорок пять минут. Я специально время засёк. Хоть немного, хоть чуть-чуть, но переплюнул хлыщеватого Этьена. И так по всем пунктам — начиная с законов Протектората и заканчивая неписаными правилами клана. И нашёл ровно столько же оснований для признания Машки совершеннолетней, как и его оппонент для непризнания — то есть ни одного. Просто потому, что нигде не обнаружилось ни единого прямого указания, что возраст человека устанавливается строго по метрике. Юридический казус, но факт есть факт — везде, во всех источниках подразумевалось, что отсчёт ведётся от даты рождения, но никак не фиксировалось. Паритет, однако. Потом настала очередь юридической практики, как отечественной, так и зарубежной. Правда, зашёл Евграф Анатольевич с другой стороны — давил на неспособность молодёжи к критическому мышлению и её же импульсивность и отсутствие привычки просчитывать последствия в силу отсутствия горького опыта. И вот тут Клинской развернулся во всю ширь росской души, благо недостатков в примерах не ощущалось. И чем дольше он говорил, тем угрюмее и задумчивее становилась аудитория. А в заключение он ещё и резюмировал, дескать, в бумагах может быть что угодно написано, но циферки не делают двадцатилетнего балбеса умудрённым жизнью старцем. Да и просто пожившим да повидавшим всякое тоже.

— У вас всё, Евграф Анатольевич?

— Да, глава! — с достоинством поклонился Клинской.

И снова отступил, так сказать, в тень, то бишь в закуток перед дверью лифта, превратившись в человека-функцию, сиречь распорядителя церемонии.

— Вы слышали позиции обеих сторон, братие! — обратился к собранию дядька. — Доводы, на мой взгляд, достаточно убедительны. Что же решим? Есть желающие высказаться?

Желающие, конечно же, нашлись — распорядитель вывел список выстроившихся в очередь ораторов в «дополненную реальность», и я чуть в голос не застонал: три десятка фамилий! То есть фамилий, или родов, поменьше, конечно, но все представители как на подбор родовитые да заслуженные, хоть и разновозрастные. Впрочем, крючкотворов они не переплюнули — как и ожидалось, озвучивались те же две позиции: кто сам ещё помнил юность, защищали молодых да ранних, те, что постарше, поддерживали Евграфа Анатольевича. За последующий час мы выслушали по три спича за каждую из сторон и приготовились было к дальнейшему многочасовому бдению, но дядя Герман решил иначе:

— Братие! Будем ли остальных выслушивать? Сдаётся мне, и дальше равенство сохранится… Евграф Анатольевич, молви слово!

— Согласен, глава, — с достоинством кивнул тот. — Предлагаю вынести вопрос на голосование. И при сохранении паритета перенести Совет на завтрашний вечер, как велит Уложение!

— Да будет так! — заключил Герман Романович. — Но перед тем как вы проголосуете, братие, послушайте, что я вам скажу. Посмотрите на Марию! Что вы видите? Очаровательная девочка, не более. У вас почти у каждого подрастают такие. Так представьте на мгновение, что она вынуждена взвалить на себя обязанности главы рода! Представьте, и подумайте, пожелали бы вы такого собственной дочери, или постарались бы её оградить до поры? Лично для меня выбор очевиден, братие!

— Это нечестно, дядя Герман! — прошипела Машка, но наткнулась на жёсткий взгляд дядюшки (в этом я уверен, сам неоднократно в аналогичных ситуациях бывал) и моментально сникла.

Мне даже показалось, что у неё глаза на мокром месте. А тут ещё и оператор подкузьмил — взял её лицо крупным планом и вывел в «дополненную реальность» вместо голограммы с результатами предыдущего голосования.

— Как он её, э! — одобрительно прогудел кэп.

Да и мне в этот момент стало ясно, что Машка в пролёте. По крайней мере, в главном вопросе.

Что характерно, угадал — возрастные мужики, и впрямь обременённые подрастающими дочерьми, словам Германа Романовича вняли. И победили с перевесом более пятнадцати процентов. А если ещё учесть около десяти процентов воздержавшихся, то картина более чем ясная. Машка при виде цифр вознамерилась было что-то вякнуть, но Эмили снова её удержала от необдуманного поступка. Да и крючкотворы-иностранцы предпочли промолчать, даже скандальный бритт, что говорило о многом.

— Итого, решением Совета клана Завьяловых в признании совершеннолетия урождённой Марии Федоровны Завьяловой, наследницы главы рода Завьяловых Федора Романовича, отказано! — снова поднявшись со своего места, объявил дядя Герман. — Я же, действующий глава клана Герман Романович Завьялов, данной мне властью заключаю следующее: Завьялова Мария Фёдоровна наследует всё движимое и недвижимое имущество рода Завьяловых, а равно доли в коммерческих предприятиях, но не допускается к прямому управлению активами до наступления полного совершеннолетия, а именно двадцати одного года с даты рождения за вычетом срока, проведённого в анабиозной капсуле яхты «Аделаида» в обстоятельствах, признанных форс-мажорными! До тех же пор вести дела от её имени уполномочен опекун — ближайший совершеннолетний родственник по мужской линии либо законный супруг! Так есть и так будет, братие!

Ну вот и всё, сестрица. Села в лужу. Ну ничего, со всеми бывает. Я, вон, например, постоянно в ней оказываюсь. Не успею зад обсушить, глянь, а уже в следующей отмокаю. Не мы такие, жизнь такая, ага.

— Принимаешь ли ты решение Совета и главы клана, дитя? — перевёл внимательный взгляд на Машку дядька. — Ежели не согласна, говори здесь и сейчас!

— Принимаю, глава, — смиренно поклонилась сестрица, отчего я снова чуть не поперхнулся пивом. — И подчиняюсь обстоятельствам. Одно лишь желаю узнать: кто будет моим опекуном?

— Сию заботу я взвалю на собственные плечи, дитя. На правах ближайшего совершеннолетнего родственника мужского пола. Или ты предпочтёшь своего родного брата?

— Вот уж нет! — вскинулась Машка. — Обойдётся! Да и не может он, он же теперь Заварзин, а не Завьялов!

— Значит, возражений с твоей стороны нет?

— Нет, дядюшка, — снова склонила голову девушка. — Опекайте. Пока.

— Извини?

Ха! Зуб даю, что он сейчас этак недоумённо бровь вздёрнул!

— Опекайте, говорю, — прямо-таки пропела Машка. — Но недолго, поскольку я в ближайшее время намерена выйти замуж. Надеюсь, возражений с вашей стороны не последует? Или и для этого возрастом не вышла?

— Вышла, — подтвердил дядька. — И вольна в своём решении. Осталось только партию подходящую сыскать…

— Так уже! — удивлённо хлопнула глазами Мария. — А вы что-то имеете против, дядюшка?

— Ну… э-э-э…

— В этом вопросе никто мне не указчик! — Голос Машки обрёл твердость и уверенность, да и вся она как-то собралась и стала жёстче. А взгляд так вообще в лёд превратился. — Вы мне не отец, а тётка Вероника не мать! Родительские права на вас не распространяются, а значит, не имеете вы голоса при выборе моего будущего супруга! Выбирать стану я сама, и никто больше! Нет у меня иных родственников, сиротинушка я!

— А брат что скажет? — немного растерянно, как мне показалось, хмыкнул дядя Герман.

— Какой брат? — сделала большие глаза клятая девчонка. — Нет у меня брата! Александр Фёдорович Завьялов более не существует, он теперь Алекс Заварзин, и тем более мне не указ! Так что ждите скорого знакомства с моим женихом, Герман Романович!

Подловила, как есть подловила. Правда, не учла одного обстоятельства — зал зароптал. Впрочем, и здесь Машка быстро сообразила, что делать:

— Евграф Анатольевич! Не поведаете ли уважаемому собранию, есть ли в моих словах противоречие Уложению?

Тот смерил наглую девчонку тяжёлым взглядом, но после довольно длительной паузы признал:

— Не волен опекун силком выдавать замуж опекаемую! Нет у него родительских полномочий!

— Все слышали?! — окинула торжествующим взглядом зал Совета Машка. — Уложение на моей стороне! В остальном же я подчиняюсь решению главы и остаюсь на «Савве Морозове», дабы дяде Герману сподручнее было меня опекать! Какие покои мне отведут?

Распорядитель вопросительно уставился на дядьку, но тот лишь раздражённо отмахнулся:

— Отведи её, Евграф Анатольевич, с глаз моих долой, сделай милость! Служанку подсели к Марии, а вот этих господ попроси со станции, и как можно скорее. Или они сомневаются в благих намерениях официального опекуна?

Что характерно, никто не усомнился, даже бритт. Ну а Совет на том и завершился, хоть расходиться никто и не стал — когда ещё представится такой случай пересечься да посудачить о том, о сём? Зато дядя Герман от трансляции отключился, как только Машка со свитой в сопровождении распорядителя церемонии скрылась в лифте. И вид камеры переключил, чтобы нормально отображаться в «дополненной реальности» да собеседника видеть.

— Ну, что скажешь, племяш? — устало глянул он на меня.

— А что тут скажешь? Пипец! — развёл я руками…

Глава 7-4

—//-

— Так меня, дурака старого! — понурился дядюшка. — Нечего жалеть! Как вы там, молодёжь, говорите? Надежда? Не, не слышал…

— Да не убивайся ты так, дядя Герман. Знаешь же, что нет такого положения, из которого не было бы как минимум двух выходов.

— Здесь я реальный вижу только один. Потому что подход «нет человека, нет проблемы» в данном конкретном случае неприменим в принципе.

— Потому что она твоя племянница?

— Потому что время упущено, э! — влез кэп.

И, что характерно, дядька, вместо того, чтобы возмутиться, поддержал Рина коротким кивком.

Зато возмутился я:

— Вот вы циничные сволочи! Оба!

— Не груби дядьке, — буркнул Герман Романович. — Поддержал бы лучше. Если не делом, так хотя бы словом.

— А смысл?! — хмыкнул я. — И это… не мне тебя попрекать, но… ты как вообще до такого ситуацию довёл?

— Я довёл?! — изумился дядька. — А кто мне обещал за сестрой приглядывать?!

— А нефиг было политику двойных стандартов вести! — включил «обратку» я. — То, значит, за моей спиной ей деньжат подкинет, то наобещает всякого… и для чего?! Чтобы казаться лучше, чем есть на самом деле! Чтобы все шишки на братца, дескать, это он изверг, а я-то со всей душой к любимой племяшке! Что, не так, что ли?!

— Эх, Алекс, Алекс…

— Я всю жизнь А… кхм…

— Вот-вот. Мне тебя, племяш, с лихвой хватило. Не хотел ещё и Машку окончательно против себя настроить. Всё-таки родная кровь, а не отрезанный ломоть, как некоторые!

— И мне от этого должно стать легче?! Как же меня достали эти аристократические заскоки!

— А тебе лишь бы от ответственности уйти!

— Господа, господа, брэк! — влез в перепалку Влад. — Помните о собственном достоинстве!

— Пусть выговорятся, им сейчас нужно, — попридержал коллегу Рин. — Думаешь, легко принять тот факт, что тебя сопливая девчонка обставила?

Дядька засопел и нехорошо зыркнул на кэпа, но тот в ответ лишь безмятежно ухмыльнулся и присосался к пивной банке.

Чёрт, где-то я уже эту картинку видел… да и приёмчик приелся — довести оппонента до белого каления, а потом пригвоздить парой убийственных доводов. Вот только каких? Или это он для меня почву готовит?

— Ладно, бог с ней, с Машкой! — выдохнул дядя Герман. — Ну, обставила… первый раз, что ли?

— Вот именно! — поддержал я его. — Вот тебе, кстати, и надежда: уж на что со мной морока была, а обошлось. Все заинтересованные лица остались как минимум при своих, а некоторые ещё и наварились неплохо.

— Твоими бы устами, племяш… стоп! Это ты на что намекаешь?

— А то ты не догадался! — расхохотался я. — Эх, дядя Герман, дядя Герман… не знай я тебя настолько хорошо, может, и повёлся бы. Вон, как Влад.

— В плане? — вскинулся тот.

— Ну ты же поверил, что Герман Романович крупно прокололся и сейчас будет просить у нас помощи? Поверил же?

— Э-э-э…

— Поверил! — ткнул я в него пальцем. — Мало того, уже начал комбинации в голове прокручивать, как бы так повернуть дело, чтобы мы в максимальном выигрыше остались. Что в качестве награды запросить, какие преференции вытребовать.

— Да что ты меня совсем уж…

— Влад, пойми, это не твоя задача. Я таких мыслей от Деррика ожидаю, поэтому его и не позвал на разговор. А тебе надо не о барышах, а о безопасности вверенной организации заботиться. А ты чем вместо этого занимаешься?

— Чем?

— Ждёшь и догоняешь, вместо того, чтобы быть всегда на шаг впереди.

— Ну, ты уж совсем-то парня не опускай, — вступился за Влада дядя Герман. — Судьба у него такая — по факту реагировать. С тобой иначе никак, убедился на собственном горьком опыте.

— Вот именно! — воодушевился Пахомов. — А чего мы паникуем, кстати?

— А ты не видишь повода, э? — булькнул пивом кэп.

— Ну а чего?! — покосился на него Влад. — Если честно, то разошлись по «гамбургскому счёту»: Машка достигла ровно половины из намеченного, Герман Романович, соответственно, тоже… вы ведь примерно так и планировали, не правда ли? Потому и пошли на созыв Совета, не поставив в известность Алекса?

— Была такая мысль, — и не подумал отнекиваться дядька. — Правда, я ещё кое на что надеялся…

— Лыко и мочало, начинай сначала! — закатил я глаза. — Дядя Герман, только не говори, что ты опять на меня положился. Как тогда, перед разборкой в совете! В смысле, что я просеку… и пресеку!

— Это был один из вариантов, причём наиболее предпочтительный, — невозмутимо признал дядя Герман. — Но… произошло то, что произошло. Соответственно, зная тебя, это не противоречило уже твоим планам. Не так ли, племяш?

— Один — один, — резюмировал я. — Да, ты прав. Мы тут относительно недавно закрутили интригу по результатам неких имевших место событий… поэтому и не пресекли. Ну и занят я был чуток.

— Совпало так, значит… — покивал дядька. — Судьба, однако. Ладно. Что делать-то будем?

— Действовать, что же ещё? — пожал я плечами. — Фору ты себе выгадал, не думаю, что она уже завтра под венец пойдёт. А если и выкажет такое намерение, то ты на правах главы клана можешь этому воспрепятствовать. Мне, что ли, тебя учить? Ты можешь не возражать в принципе, но докопаться до каждой отдельной детали, вплоть до назначения сроков. Все ж не девка из вольнонаемных замуж выскакивает, а законная — и единственная! — наследница рода Завьяловых! Свои же не поймут, если она вздумает отделаться скромной церемонией. Так что действуй, дядя Герман, действуй. Сначала подкинь ей организатора повъедливей, потом дизайнера позаковыристей, портного, там, из далей дальних выпиши… приглашения, опять же, разослать надо. Да и саму церемонию подгадать так, чтобы максимальное количество гостей имело возможность засвидетельствовать своё почтение. Но всё это, разумеется, только после того, как она представит, хм, избранника.

— Да это-то всё понятно! — отмахнулся дядька. — Но сколько на этом выгадаешь? Месяц? Два?

— Минимум три, дядя Герман. И, это…

— Что ещё?

— Я в тебя верю!

— Два — один, — вернул мне любезность дядька. — А ты чем заниматься будешь?

— Как чем? Козни строить! — широко улыбнулся я. — Как и положено брату! Так-то отцу дочерин женишок должен не понравиться, но за неимением его придётся мне как старше-младшему брату отдуваться.

— Как ты сказал? — заинтересовался Влад. — Старше-младшему?

— Именно.

— Н-да, подруга… подкинула проблем…

— Нам ли быть в печали, Владик? — поддержал я своего шефа СБ. — Мы же нечто такое и планировали, помнишь?

— Помню… правда, жениха собирались сами подобрать.

— Не только. Это был желаемый вариант. Но и сейчас, в принципе, неплохо.

— Неплохо? — удивился дядя Герман. — Ну ладно, оттяпает она у меня всё движимое и недвижимое имущество Завьяловых… через три года. С этим я готов смириться, тем более, не чужая она мне. Да и активы ей выводить из кланового оборота смысла нет… а через три года тем более не будет, уж я постараюсь. Но… привести в семью невесть кого? Тут ведь и на афериста нарваться можно!

— Чего ты так переживаешь, дядя Герман? Для того тебе и фора минимум в три месяца. А коли не успеешь, просто предложишь выкупить активы, вот и всё. Аферисту-то какая разница? Так даже проще — бабло поднял да скрылся в космической тьме. А Машке впредь наука.

— И ты так легко относишься к крупным финансовым потерям?

— Не знаю как тебе, дядя Герман, но мне сестра дороже…

— …. да и деньги не свои, — завершил мою мысль дядька. — Хорошо, Алекс, я тебя понял. Но… почему ты так уверен, что Машкин избранник удовольствуется малым?

— Потому что я её знаю. И, смею надеяться, разгадал её нехитрый план. Ей, если уж на то пошло, не деньги нужны. Она, чтоб ты знал, спит и видит, как занять в клане подобающее ей место. Ключевой момент, как нетрудно догадаться, в клане. Её устремления диаметрально противоположны моим, дядя Герман. И потому она постарается подобрать себе мужа-подкаблучника, говорящую голову, не более того.

— Хм… а с такой стороны я ситуацию не рассматривал… пожалуй, это действительно выход.

— И, что характерно, всё по Уложению, — окончательно добил я дядьку. — Так что не переживай, думаю, и в этот раз все останутся при своих. А если подойти к проблеме с умом, ты ещё и верного соратника получишь, дядя Герман. Не спугни только, я тебя умоляю.

— Дай-то бог, дай-то бог, — вздохнул дядька.

— Значит, так и решим: Машке не препятствуем, но и на поводу не идём. По крайней мере, не во всём.

— Ладно, племяш, уговорил.

— Влад?

— Да, босс?

— Ну, давай. Спрашивай.

— Э-э-э… не сочтите за наглость, Герман Романович… и ты, Алекс. Но… мы-то с Рином вам для чего? Это проблема семейная, не для посторонних глаз…

— Думаешь, проверка на вшивость? — прищурившись, посмотрел я на Пахомова. — Не грузись, доверяю я тебе. А про Рина тем более молчу. Просто для вас тоже найдётся работёнка. Сказать, или сам догадаешься?

— А вот это уже проверка на вшивость, э! — усмехнулся кэп и подмигнул шефу СБ. — Выкручивайся, симатта!

— Нам надо отшить бретонцев?

— Бинго! Но не столько бретонцев, сколько бриттов. Делай что хочешь, Влад, но чтобы ноги этой нечисти рядом с Машкой больше не было. И в первую очередь напряги Эмили. Дядя Герман, а ты будь так любезен, не отказывай нашему Владику в пустяковых просьбах. Ну, там, персоной нон-грата отдельных личностей объявить, или технический сбой устроить при регистрации въезда-выезда…

— Без проблем, племяш. Сам этих… эту… зарубежных партнёров, короче, не люблю.

— Ну, вот и договорились. Со стратегией определились, а тактика уже частности.

— В таком случае, всего хорошего, господа.

— До встречи, Герман Романович.

Дядькино «окошко» в «дополненной реальности» растаяло, и только в этот момент я облегчённо выдохнул — получилось! Дядя Герман успокоился, принял ситуацию такой, какая она есть, и будет действовать на нашей стороне. Мало того, ещё и подчиняться согласился. Не во всём и не напрямую, но это не проблема — если не лезть с приказами, а подавать каждое желаемое действие как смиренную просьбу, проблем не предвидится. Теперь главное, чтобы ещё и меня Машка не переиграла. Как? Да есть один затык, маловероятный, но всё же…

— А ты стал донельзя скользким, Алекс! — выбросив в утилизатор опустевшую банку, заявил мне кэп. — Даже я тебе почти поверил.

— Кэп, вот только ты не начинай! Мы же уже всё обсудили. Да и Машка не разочаровала — мы ведь именно такой вариант и спрогнозировали, помните?

— Помним, — подтвердил Влад. — Но кое в чём всё же прокололись.

— Ты про сроки?

— Про них, босс, про них, родимых. Очень уж она рьяно за дело взялась. Не удивлюсь, если уже и женишок имеется.

— Согласен, это самое слабое место плана. Сам только что об этом думал. Но я всё же верю в Машку. Не может она вот так, внезапно, возжелать крепкого мужского плеча. Однозначно будет искать потенциального подкаблучника, которым вертеть можно. Если уже не нашла.

— Алекс, мне кажется, что ты занимаешься самоуспокоением.

— Если бы, кэп! А если и так, то что?

— Да так, ничего, — ухмыльнулся тот. — Просто ты становишься очень предсказуемым, а это плохо, симатта!

— В каком смысле предсказуемым? Ты чего городишь?

— Ну, как же!.. Сам же сказал: Мария-сан должна найти тряпку-куна. Ведь если он реально будет тряпкой, то на него не только жена сможет повлиять… ну, скажи, что я неправ!

— Хм…

— Да ладно! — изумился Рин. — Похоже, поспешил я с предсказуемостью…

— Кэп, а ведь ты прав… мелькало что-то такое, но я всё не мог мысль в слова облечь. А теперь вот всё встало на свои места… да твою же! Я сам себя скоро бояться начну!

— Матереешь, симатта! — одобрительно хлопнул меня по плечу кэп, благо тянуться было недалеко. — Молодец! Правда, ты ещё одну возможность не учел…

— Какую?

— Входящее сообщение от абонента из доверенного списка, капитан Заварзин! — как нельзя вовремя нарисовался Кумо.

— Опять? — возмутился я. — Ладно, выводи, что там у тебя?

Ага, абонент всё тот же — несравненная Э. Б. Да и сообщение опять не поражает объёмом: «Потенциальный избранник. Подробности позже». И один-единственный приложенный файл.

— Чего застыл, э?! Открывай!

— Кэп, только не накаркай…

— Это ты у нас оборотень-тэнгу, не я.

— Босс, давай уже. Я сейчас от любопытства икать начну.

— Ладно! — Я мысленно сосчитал про себя до десяти и ткнул в иконку «открыть» на ссылке в «дополненной реальности».

Как я и предполагал, в файле содержалось краткое досье на некоего молодого человека. Естественно, все первым делом уставились на фотографию, недоумённо переглянулись — парень как парень, молодой разве что — и вчитались в имя.

А вот последующая наша реакция разнилась весьма и весьма: Влад озадаченно хмыкнул, я скрипнул зубами, а кэп раскатисто расхохотался. А всё потому, что молодого человека звали Антон Олегович… Спиридонов.

— Ладно хоть не Геннадьевич, — всхлипнул, смахнув слезу, Рин-сан. — Вот это был бы номер! А так ещё остаётся надежда, что просто однофамилец.

— Если бы, — буркнул я, в лихорадочном темпе пробежавшись глазами по тексту. — Он из клана. Мало того, бастард Олега Спиридонова, младшего сына Юрия Спиридонова, который, как всем известно, действующий глава.

— А я ведь этого мальца знаю, — задумчиво констатировал Влад. — Только под другой фамилией. Вот, сейчас… готово.

Вторая версия досье, предоставленная Пахомовым, особых расхождений с посланием Эмили в официальной части не имела. За исключением того, что фигурант в нём проходил под именем Антона Олеговича Гнеушева. А вот дополнения типа ссылок на некие обучающие курсы и целый набор дипломов и сертификатов отсутствовали, что говорило о многом.

— Н-да…ну что ж, соратники, подкинула нам Машка очередную задачку, — резюмировал я, повторно — на этот раз весьма тщательно — изучив оба документа. — Вопрос лишь в одном: кого именно моя шебутная сестрица напророчила себе в мужья? Бастарда Олега Спиридонова, прошедшего спецподготовку и обладающего множеством специфических умений в сфере промышленного шпионажа, или простого паренька Антона Гнеушева, представителя одного из самых захудалых родов клана Спиридоновых?

— А это важно? — заломил бровь кэп. — Нам-то в любом случае работать по самой неблагоприятной версии.

— Важно! — твёрдо заявил я. — Лично мне важно. Я хочу понять, насколько далеко готова зайти Машка в своих стремлениях. Что ею движет? Как высоко она хочет подняться? На что она пойдёт ради достижения цели? Сумеет ли перешагнуть через трупы? Если да, то чьи? Одно дело дядя Герман, другое — мы с Лизкой и мелкими. И так далее, и тому подобное.

— Ну ты совсем-то её не демонизируй! — вступился за мою сестрицу Влад. — Я в ней такого явного цинизма вкупе с беспринципностью не заметил.

— Да и Рин-тян о ней хорошо отзывалась, — добавил кэп. — А она такие вещи на раз просекает, сам же знаешь прекрасно.

— Да знаю, знаю! — отмахнулся я. — Но ты, Рин, тоже хорош! «Ты ещё одну возможность не учёл»… Тьфу! И после этого ты будешь утверждать, что не каркаешь?

— Я просто стараюсь любую ситуацию рассмотреть с максимального количества сторон. Такой подход здорово помогает в жизни, Алекс. Лучше быть готовым к проблемам, чем прятаться от них. Кстати, ты ещё один момент упускаешь, — снова хитро ухмыльнулся кэп. — Подсказать, или?..

— Или! — огрызнулся я. — Влад, делай что хочешь, но найди «крысу»! Сроку тебе… вчера!

— Да откуда?! — заикнулся было Пахомов, но я его незамедлительно перебил:

— А как ещё они о наших планах узнали?! Предугадали, что ли?!

— Ну, полагаю, аналитики у них тоже не зря свой хлеб с маслом едят, — поддержал безопасника Рин.

— То есть совпадение? — скривился я. — Кэп, я тебя умоляю! Это почти так же нереально, как случайное знакомство этих двух одиночеств! Без инсайдерской информации просчитать такое развитие ситуации, как в нашем случае, попросту невозможно! Поэтому исходим из предпосылки, что этого Антона Машке подсунули. Кстати, Влад, этим тоже займись. Все обстоятельства знакомства, как, где, когда, с чьей подачи… ну, ты понял.

— Да, босс.

— М-мать… как же не вовремя! — скрипнул я зубами. — Молодой да ранний… может, он несовершеннолетний?

— Не надейся, симатта. Если верить досье — причём обоим! — ему двадцать один стукнуло четыре дня назад.

— И это лишь подтверждает мою версию о сознательной разработке Машки как фактора влияния на…

— Кого? — прищурился кэп. — Договаривай, если уж начал!

— Чёрт… опять развилка. Опять два равновероятных варианта: либо дядя Герман, как человек, финансирующий лобби от Корпорации «Э(П)РОН», либо я как источник технологий… у меня сейчас мигрень начнётся.

— Или это вообще многоходовочка, — добил меня Рин. — Как вы, россы, говорите? Лучше всё сразу и много, э!

— А может это всё-таки случайность? — без особой надежды протянул Влад.

— Ага, новые Ромео и Джульетта! — срезал его я. — Сам-то понял, что сказал?

— А почему нет? Классика же!

— Влад, лучше делом займись. Задач я тебе уже с запасом нарезал.

— Приоритет? — моментально подобрался глава СБ.

— Для начала нарой всё, что сможешь, про этого Антошу. Ну и обстоятельства его знакомства с Машкой вскрой как можно быстрей. Сам, лично. А по задачам дяди Германа задействуй кого-то из парней потолковей.

— Разрешите приступать, босс?

— А ты всё еще здесь?! Часики-то тикают!

Комментировать этот мой пассаж Влад не стал, просто разорвал связь. Да и мы с Рином из «дополненной реальности» вышли, потому как не было никакого смысла через неё общаться — сидели-то мы рядом, в ходовой рубке «Набата».

— Кэп, а теперь давай серьёзно, — предвосхитил я очередную подколку соратника. — Твой прогноз.

— Их несть числа, э!

— Да ну тебя!

— Ладно, слушай. На мой взгляд, равнозначных вариантов может быть несколько десятков. Но я озвучу два, так сказать, крайних. Первый — это всё и впрямь совпадение. Или любовь с первого взгляда. Или ещё что-то в этом роде. И второй — целенаправленная атака на два фронта. А может, и на три: законодательство Протектората Росс, регулирование деятельности спасателей и технологии поиска «утопленников» с последующим «судоподъёмом». Если будем работать по этому варианту, все остальные окажутся приятным сюрпризом.

— Что ж, я тебя понял. У дураков мысли сходятся.

— Это почему мы дураки? — возмутился Рин. — Ну, ты-то ещё ладно, а я за что?

— За компанию, кэп, за компанию. Ты видел и знал ровно столько же, сколько и я. Но предпочёл бездействовать.

— То есть я виноват в том, что тебя не остановил? — изумился Рин-сан.

— Именно! Как старший и более опытный товарищ.

— Ну, знаешь!.. — не нашёлся, что возразить тот.

— Но есть и плюс! — обнадежил я кэпа.

— Да ладно?!

— Угу. Я снова вижу цель.

— И какую же? Приструнить Марию-сан?

— В очередной раз разгрести бардак. Вернуть в мир гармонию. Выжить самому и сберечь близких.

— Достойно.

— И знаешь, кэп… вот это вот предвкушение… да и сам процесс… они вдохновляют меня даже больше, чем конечный результат.

— Да ты прозрел, симатта! Становишься настоящим самураем!

— Прикалываешься?

— Вовсе нет. Просто ты наконец осознал разницу между понятиями «достижение цели» и «путь». Главное, не стань фаталистом, ни к чему хорошему это не приведёт.

— Скажешь тоже! А ведь было бы прикольно…

— Что именно?

— Новая версия Ромео и Джульетты.

— Была бы тут Рин-тян, знаешь, что бы она сказала?

— Ага. Ты совсем бака?!

— В точку.

— А Лизка бы вздохнула этак вот мечтательно… — Я словно наяву увидел свою вторую половину и довольно точно её сымитировал: — Как романтично!.. Не то, что у нас!..

Кэп хмыкнул, потом не удержался и захохотал — от души и беззлобно. А несколько секунд спустя и я к нему присоединился, до того мне стало… нет, не хорошо. Проблемы-то никуда не делись. Легко. А ещё появилась непоколебимая уверенность в завтрашнем дне — как бы ни было трудно, я буду двигаться к намеченной цели. Потому что в этом главное. В этом смысл.

Конец четвёртой книги

Самара, 2021 год

Продолжение следует

* * *

Опубликовано: Цокольный этаж, на котором есть книги📚:

https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!

Content

Александр Быченин
Э(П)РОН-4

Пролог

Глава 1-1

Глава 1-2

Глава 1-3

Глава 1-4

Глава 2-1

Глава 2-2

Глава 2-3

Глава 2-4

Глава 2-5

Глава 3-1

Глава 3-2

Глава 3-3

Глава 3-4

Глава 3-5

Глава 4-1

Глава 4-2

Глава 4-3

Глава 4-4

Глава 4-5

Глава 5-1

Глава 5-2

Глава 5-3

Глава 5-4

Глава 5-5

Глава 6-1

Глава 6-2

Глава 6-3

Глава 6-4

Глава 7-1

Глава 7-2

Глава 7-3

Глава 7-4