Моя Прелесть

Глава 1

Пролог

Такое чувство, что меня сначала хорошенько отбили, потом в блендер сунули и, бонусом, итоговое пюре пропихнули через мелкое сито. Паршиво. Нет, хреново! Ни рук, ни ног не ощущаю. О, зрение «подвезли». Чем смотрю — непонятно, глаз-то явно нет, да еще и картинка мутновата. Вижу почти лысого великана. Чувствую тепло его ладони. Зашибись, еще и в лапах какого-то урода. Хм, а ведь где-то уже видел эту пучеглазую рожу. Блин, он тянет вторую граболку, а я даже пошевелиться не могу. Заскорузлые пальцы щербатого монстра касаются тела, его бледные губы шепчут — моя прелесссть. Чего?! Да ладно… да не может быть… вы серьезно?! Твою же ж маааать!!!

Глава 1

У вас когда-нибудь было такое ощущение, словно вы — часть какой-то истории, сценарист которой последний гад? Вот у меня сейчас именно это чувство. Ну за чтооооооо? За что я опять в артефакте. Но теперь не в палочке, а чертовом кольце, великого, мать его, черного властелина Саурона! Ладно, Аид, спокойно. Спокойно. Ты бывал в ситуациях и похуже этой и ничего, выбрался. Кроме того, ты уже был артефактом, ничего, прорвался. А раз смог вернуть тело один раз, сможешь и во второй, так что отставить панику, перестать психовать и пытаемся рассуждать здраво.

Для начала проведем инвентаризацию. Что мы имеем? У нас в распоряжении кольцо всевластия, в котором я нахожусь. Минусы: у меня есть сожитель в виде жизненной энергии Саурона. Кроме того, я долбанное кольцо. Плюсы: я мощный артефакт, в котором заключена сила одного из сильнейших Майар, которой я могу спокойно оперировать. Ну как спокойно… почти. Как не странно, у обсидиановой палочки в этом плане было сильно больше свободы действия. Там я мог хотя бы как-то колдовать, здесь все сильно проще.

Так же я не знаю как влияет кольцо в магическом плане на хозяина. Если с хозяином я смогу колдовать как при Обсидиановой палочке, это офигенно и решает сразу несколько моих первостепенных проблем. Но это надо будет проверить.

Далее, что еще мы имеем? Я точно могу влиять на волю носителя будучи даже не надетым на палец. Это сто процентов, я точно помню, как оригинал влиял на своих носителей, сводя тех с ума. Мне сводить никого не с руки, а вот подводить к моим желаниям наоборот очень удобно.

Так, а это еще что за шёпот? А, сожитель пытается понять, что происходит. Так, а вот волей меня давить нельзя, ишь чего удумал, подчинить пытается. Молчать я сказал! В угол, и сиди не высовывайся, я теперь твой господин! В угол! Вот, молодец. И сиди там, а не то разозлюсь и будет тебе аврал! К хозяину хочешь? Я теперь твой хозяин! Не согласен?

Бац!

А теперь? Вот, молодец, вижу, что согласен. А теперь сиди и не дергайся, и вообще ничего не делай, пока я не разрешил. Так, фхух, вопросы жилплощади порешали, теперь можно вернутся к способностям. Что мы еще можем?

У кольца всевластия есть власть над другими кольцами. Однако здесь есть маленькая проблемка — никто кольца больше не носит. Эльфийские мне не подвластны, вроде их кузнец схалтурил с Сауроном. Из семи колец гномов существуют до сих пор только три, при том, что все три находятся у Саурона, я это чувствую прекрасно. Так же, Саурон держит при себе девять колец людей, как следствие назгулов мне не подчинить. Обидно, хнык-хнык. А у меня уже стрельнула шальная мысль обзавестись назгулами, отличные ведь слуги! Верные, исполнительные и страшные.

Но ладно, с кольцами все тяжко, будем отталкиваться от себя. А что я могу? Ну я точно могу перемещать живой объект из мира духов в мир физический, по сути, перебрасывать с первого слоя реальности на второй.

Ииии, на этом мои возможности заканчиваются. Н-да, не богато. А можно мне какой-нибудь вспомогательный артефакт? Или хотя бы мой личный резерв? Нет? Грустно. Очень-очень грустно. Но, с другой стороны, оно как бы оригинальному кольцу и не нужно, это ведь, по сути, качественная самовосстанавливающаяся батарейка.

Ладно, с собой разобрались. Теперь смотрим на обстановку. Я в Мглистых горах, это факт. Бильбо с гоп-компанией здесь еще не проходили, значит и похода не было. Но Шмыга колечко у Дрыги уже отжал. В итоге мы имеем диапазон в пять сотен лет примерно понятного мне временного отрезка. Ммм, нет, быть столько лет в руках этого психа я точно не собираюсь. К черту! Надо что-то делать. Но вот что? Это большой вопрос.

По-хорошему мне надо свалить отсюда, но, если судить по тому, что мое тело благополучно размазалось по защитной пленке, а не имей я божественного пинка так и вовсе бы остался по ту сторону. Значит и выйти просто так не получится, нужна прорва энергии. Хм… А какие я знаю источники энергии? Ну… кольцо. Но не думаю, что её хватит. Великие деревья в Валиноре, но кто мне даст их срубить? Вот и я думаю, что никто. Дальше… можно было бы Морийского Барлога скрутить и как батарейку пристроить, но его еще надо поймать, а это, мягко говоря, проблематично.

Может истари отловить? Как-никак, а низшие майар. Тоже нет, меня самого быстрее в лаве искупают. Ммм… ну не к валарам же идти, в самом то деле? Мол, парни, я тут залетный, случайно дверью ошибся, выпустите пожалуйста? Ага, выпустят. Эти точно в лаве утопят, истари я хотя бы слово сказать успею, эти даже пискнуть не дадут. Чертовы боги…

Хреново! Хреново всё, вот что я скажу.

— Моя… прелесть…

Ах, да, еще Шмыга надо мной как… как Голлум над кольцом чахнет. Блеск. Нет, так дело не пойдет. Оставим пока вопрос с энергией, для начала нужно пустить хоть какие-то корни и где-нибудь закрепиться. Местные боги мне точно будут не рады, не рады будут и люди с эльфами… блин, мне даже Саурон не обрадуется, ведь, по сути, я у него кольцо отжимаю. Да мне вообще тут никто рад не будет так-то! Ааааааааа!!!

— Аааааа! — поддержал мой крик души Голлум своим хрипящим скребущим голоском.

«Опа. В смысле?!» — мелькает мысль и Шмыга тут же затихает. Ну-ка, ну-ка…

— Аааа!!! — снова заверещал Голлум на всю пещеру.

Хм. Значит, моя воля самым прямым образом влияет на волю носителя. Если я хочу, чтобы Голлум верещал, он верещит. А если попробуем отдать приказ?

«Посмотри на потолок!»

Хм… либо я что-то не понимаю, либо Шмыга настолько тупой что просто не понимает приказа. Скорее всего первое, но надо бы убедится.

«Поймай рыбу!»

Ноль реакции. Видимо я действительно что-то не понимаю. Хм… а почему он верещал? Может потому, что я не приказываю, а именно желаю, при этом проявляя собственную волю? Представив образ рыбы, образ того, как её ем, передаю это желание Голлуму, и о чудо! Шмыга тут же убирает меня в кармашек на набедренной повязке и несется охотится на рыбу.

Точно! Воля! Здесь же все завязано на нее. Вроде бы кто-то говорил, что кольцо имеет собственную волю и способно подчинить. И лишь сильный духом может противится его воле. Ммм, ну я вам не оригинальное кольцо, мой дух в разы сильнее находящегося здесь огрызка, так что, по сути, это будет битва между моей волей и волей носителя. Интересная концепция, действительно интересная. Так, к Бильбо мне попадать нельзя, это факт. Хоббит мало того, что шестьдесят… вроде шестьдесят лет носил кольцо в кармане и еще даже почти добровольно с ним распрощался, а значит у него достаточно сильная воля. Играть в лотерею я не хочу, а потому будем глядеть на кого-то более приземленного.

Вроде тут был король гоблинов, вот к нему и можно перекочевать. Хм… а стоит ли? Вот кстати большой вопрос. Что я получу от гоблинов? Неуправляемую ораву мордоворотов. Причем тупую. И жадную. И вонючую. Страдающую каннибализмом и манией величия. Мелькор, мать твою, ты не мог своих слуг сделать чуть-чуть адекватнее, не? Хотя это же гоблины, а ведь есть орки. Тот же белый орк… не помню его имени, по сравнению с другими орками был вполне себе адекватен, но он командир, ему положено быть таковым. Ммм… а кроме орков и гоблинов, у нас есть еще варианты?

Сидя в кармане и наблюдая за тем с каким аппетитом Голлум поедает рыбу, я думал над хоббитами. Хоббиты — читеры. И это факт! Фродо дотащил колечко до Мордора, Бильбо тот вообще с кольцом по Средиземью только так рассекал, Голлум пять сотен лет в каноне с кольцом бегал непойманный. Какая маскировка, какие эльфы, следопыты, магия, о чем вы? Если нужен разведчик, просто берем хоббита, или двух, одеваем, снаряжаем и все, у вас готовые разведчики, которые пролезут там, где таракан не пройдет.

Но подумав еще немного, отказываюсь от идеи. Разведчик — это хорошо, но далеко с ними не уйдешь. Нужна крепость. А кто умеет делать крепости? Люди, Гномы, Эльфы. Нет, к эльфам я не пойду, ну их нафиг, тем более в каноне они сваливали со Средиземья оставляя его людям. Люди? Вариант. Сомнительный правда, мне будет намного удобнее оперировать гномами. Хм… гномы? А хорошая идея, у нас тут как раз скоро будет проходить их отряд. Или не скоро, но проходить точно будет. А в отряде есть царь. С манией величия. С жаждой дракона к золоту. Ба, да это же мой клиент! Торин, золотце, ты где?!

— Гхлому, кхолум! — поперхнулся мой носитель.

Да я и так знаю как тебя зовут. Хм… Да, идея с Торином мне определенно импонирует. Кроме того, в Эреборе как раз будет дракон, а дракон — это офигенный донор магической энергии, которой мне катастрофически не хватает. Да и материалов для артефактов там много. А как я не так давно убедился, у гномов феноменальная тяга к разным механизмам и устройствам.

Только бы понять, а я в каком времени? Гномы уже потеряли Эребор, или еще нет? Может прямо сейчас пытаются отбить Морию, а я тут мозговой штурм предпринимаю. Да не… такое здесь точно было бы слышно. Блин, пятьсот лет, это большая цифра, которую как-то надо сократить… а как? Ммм… давай Аид, соберись, напряги память. Ты теперь опять стал артефактом, а артефакты ничего не забывают, ты это уже понял. Ммм… точно! Кольцо гномов! Саурон уже владеет третьим кольцом, значит битва при Мории была и короля гномов благополучно умертвили, а колечко приватизировали. Ммм, и что это нам дает? Да хрен его знает, я ведь без понятия какие тут даты.

Хорошо, попробуем рассуждать логически. Смауг уже оторвался на Эреборе, выгнав всех обитателей вон, Торин на тот момент был более-менее молод. Гномы живут в среднем пять сотен лет, а когда он пошел в поход, он все-равно оставался бодрячком, значит прошло от силы лет двести… нет, сто пятьдесят. Короче где-то так. Как следствие, поход будет либо завтра, либо через сто пятьдесят лет. Ага, теперь лучше, по крайней мере я теперь более-менее понимаю куда попал.

«Эй, Смеагол. Ты же Смеагол, да? Сейчас какая дата?» — интересуюсь у этого пожирателя рыбы, но без толку. Ладно, раз гномов нет, подойдем к вопросу адаптации с практической стороны, а там разберёмся. Будем отрабатывать методы контроля на кроли… в смысле Голлумах.

Сконцентрировавшись, пускаю желание выбраться на поверхность и осмотреться. Голлум тут же перестает жрать и довольно сноровисто перемещаясь по пещерам направляется, по-видимому, к выходу.

Пока Шмыга перемещался по этой канализации, я продолжил рассуждать на тему будущей жизни. Кольцо не палочка, растворить и даже сломать просто так не выйдет, что делает для меня определенную проблему. Только лава, только, мать его, хардкор! Из-за этого возможность возвращения тела откладывается на неопределенный срок. А вот ценность слуг наоборот возрастала до небес. Причем конкретно моих. Личных.

Опыт в выращивании у меня есть, так что справлюсь. Донор в перспективе на это дело тоже есть. Надо будет только Торина обработать и все, дело в шляпе. Но действовать надо аккуратно. Ни Гендальф, ни Саурон, вообще никто не должен знать о моей деятельности, иначе мой шитый белыми нитками план пойдет крахом еще даже не начавшись.

О! А вот и гоблинский патруль. Хм, Шмыга отреагировал весьма оперативно. Словно фокусник, заученным наизусть движением он вытащил меня из-за пазухи и натянул на палец. Мир тут же изменился, сила распахнулась, а я словно бы обрел свободу. Как-будто глоток чистого воздуха, после душной клетки.

— Совсем другое дело, — ухмыляюсь и тут Шмыга замирает. Обернувшись назад, тот подозрительно осматривает уходящий патруль.

Опа! Это он меня что ли слышал? Как интересно…

— Голлум… — окликаю этого недо-хоббита и тот сразу же понимает, кто его зовет.

— Моя Прелесть?! — уставился он на меня широко распахнутыми глазами.

— Да.

— Моя прелесть! Моя прелесть заговорила с нами! — возрадовался этот… это… недоразумение.

— Тише ты, успокойся, — отрезвляю прыгающего на месте карлика.

Хм… значит, имея связь с носителем, я могу с ним общаться. Это хорошо. Вдвойне хорошо, что мы со Шмыгой друг друга понимаем, хотя это можно списать на ментальный канал. Независимо от языка, он подсознательно понимает, что я говорю и наоборот. Хотя, вроде у кольца была пассивная способность переводчика с возможностью понимать вообще любое наречие в этом мире. Если так, это хорошо, мне не придется ездить по мозгам.

— Моя прелесть говорит с нааамиии! — продолжал танцевать Голлум.

Пока оно танцевало, я думал. А как мне с ним себя вести? Этот повернутый на кольце психопат, который не спит, не ест, а целыми годами д… медитирует на кольцо! Так, ладно, не будем привередничать, еще хорошо, что я попал уже к Голлуму, а не допустим в тот момент, когда кольцо три тысячи лет на дне реки лежало! Мне одной тысячи за глаза хватило, а здесь три! Я ж тогда точно с ума сойду.

— Прелесть?

Да слышу я тебя, не верещи, гоблинов распугаешь. Так, ладно, работаем.

— Голлум, слушай меня внимательно…

Так, начались мои тренировки на «кроликах». Я научился контролировать процесс перемещения из мира духов в мир реальный и наоборот, тем самым носитель может не снимать кольцо. Свойство это, можно сказать лежит на поверхности, поэтому я очень хорошо ощутил своего рода «переключатель», когда Голлум надел кольцо на палец. Дальше только дело техники.

Так же, я научился контролировать находящуюся в кольце силу. Увы, колдовать я так и не смог, все-таки у палочки в этом плане было побольше свободы. Вместо этого, я передаю силу хозяину и колдует уже он. С учетом того, что в голове Голлума сквозной тоннель, по которому гуляет ветер, мне было очень сложно с ним работать.

В целях эксперимента, я пытался донести до этого идиота, как правильно чертить руны освещения. Самые простые руны из трех чертовых палочек, самые дешёвые, но как же было тяжело, кто б знал. Что бы вы понимали, это выглядело следующим образом:

— Голлум, черти вертикальную палочку.

— Что такое «чертить», Моя Прелесть?

— Чертить, это наносить рисунок.

— Рисовать, Моя Прелесть? Мы будем рисовать? Голлуму нравится рисовать, Моя Прелесть.

— Ррр… да, мы будем рисовать. Возьми острый камень.

— Рисовать, Моя Прелесть, мы будем рисовать! Голлум так долго был один, но ты была с нами, Моя Прелесть, ты была с нами.

— Что. Ты. Делаешь?

— Рисую, Моя Прелесть. Голлум рисует!

В этот момент, мне уже хотелось его удавить. Этот хмырь из-за влияния кольца растерял последние мозги и был просто не способен на элементарные вещи.

— Молодец, ты очень хорошо рисуешь. А теперь давай нарисуем вместе?

— Рисовать, рисовать вместе с Прелестью, Голлум так счастлив!

— Я очень рад за тебя. Видишь чистую поверхность? Без рисунков?

— Да, Моя Прелесть, Голлум видит.

— Начерти вертикальную линию.

— Линию? Нарисовать линию? Голлум нарисует линию! — обрадовалось это существо и начало по новой рисовать палочки в произвольном порядке, да с таким энтузиазмом, что я диву давался.

— Так… спокойно.

— Что такое, Моя Прелесть?

— Я себе говорю спокойно.

— Ааааа, мы понимаем Моя Прелесть, мы тоже одиноки.

— Так, проехали. Вы… в смысле ты, положи острый конец камня на чистую стену.

— Вот так?

— Да. Теперь меееедленно веди его вниз. Стоп! Молодец. Теперь приложи острие камня на середину этой линии.

— Так, Моя Прелесть?

— Именно, молодец. Теперь другой рукой приложи два пальца к тому месту, где внизу заканчивается линия.

— Мы положили, Моя Прелесть!

— Ага. Теперь как будто делаешь шаги пальчиками, медленно шагай ими влево. Вооот, молодец. Стоп! Вот теперь, где у тебя средний палец, рисуй до этого места линию. Вот! Вот, молодец. Теперь самое сложное. Положи пальчик к середине верхней линии. Да! Да, вот так. Теперь твой палец разделяет её пополам, видишь? Молодец, а теперь приложи камень к середине верхней половины. Чуть-чуть выше. Нет, не настолько, чуть-чуть ниже. Рррр, много! Чуть выше. Совсем-совсем чуть-чуть. Да! Да, стой, вот, молодец. Теперь мееедленно веди камень вправо. Медленно я сказал! Все, молодец, отпускай.

— Мы молодцы, Моя Прелесть, мы нарисовали рисунок!

Примерно таким образом была нарисована первая руна осколком гранита на неровной стене. Но она не работала. Сначала я грешил на неровную стену, потом на неправильный гранит, затем на законы этого мира, но, когда до меня дошло… я не знаю, что меня удержало от того, чтобы не натравить гоблинов на голлума.

Как оказалось, я не могу влить в руну силу, это должен сделать хозяин. А Голлум, в упор не понимал, что я от него хочу, что меня бесило. Когда у меня случилась истерика, в пылу я выкрикнул Голлуму что бы он поссал на эту несчастную руну, и… нет, это не сработало несмотря на то, что Голлум действительно на неё помочился. Господи ты боже мой, какой это позор, я в жизни большего идиота не видел!

Но несмотря на мучения, несмотря на всю боль и нервы, я таки смог добиться от идиота желаемого результата, и о чудо, руна, которая раз десять была перерисована, заработала как надо, освещая пещеру дневным светом. Как ликовал при этом Голлум, я описывать не стану, ведь я ликовал куда как сильнее.

«ДААААА!!!» — рвалась моя душа на волю. Я сделал это! Я смог! У меня получилось! Алилуяяяяя! Слава Илу… тфу, чуть не сказанул, а то блин еще вызову в суе, ну его нафиг.

На этом магические достижения кончились, зато, я понял кое-что другое. Во время правки мозгов Голлуму, до меня дошло, что говорить с ним я могу только по одной причине. Время. Голлум уже очень давно носит кольцо, он насквозь прогнил магическими эманациями артефакта, поэтому он меня слышит. Если меня наденет «свеженький» носитель, который не оказался под влиянием артефакта, то слышать он меня не будет. По крайней мере сразу. Из чего делаем вывод, нужно учиться правильно формировать желание и направлять его носителю дабы тот понимал меня без слов, чем я и занялся.

Так же, мне необходимо скрывать носителя кольца от взора Саурона. Прикол в том, что Хозяин кольца чувствует свою игрушку и чем дольше кольцо «В активной фазе», тем уже зона поиска. Голлум почти не надевал кольцо, поэтому Саурон его не выковырял, да и Бильбо не сказать, что часто пользовался, если мне память не изменяет. Так что, будучи надетым на палец, мне намеренно придется скрывать своего носителя от взора великого ока, иначе мои приключения могут очень быстро закончиться. Не хочу я сражаться с хозяином кольца на его поле, не думаю, что у меня большие шансы победить соперника в его игре. Тут надо действовать аккуратней.

Оба-на! А вот и гоблины гномов схватили. О как шумят, даже здесь слышно. Надо же, видимо не все так печально и где-то мне таки повезло.

— Голлум, пойдем посмотрим, как Гоблины будут пытать гномов?

— Пойдем, Моя Прелесть, пойдем посмотрим! — обрадовался мой попутчик. Прости, Шмыга, но мне с тобой не по пути…

Глава 2

Лейла

Ну ничего себе мы попали! Подумать только, я даже не могла представить, что Аид оказывается пришел к нам вообще из другого мира! Но теперь понятно, почему ему незнакомы многие привычные нам вещи. Взять тех же богов, ни одного не знает. А оно вот как получается… теперь мы с Ари понимаем, что его вечная шутка: «Я здесь турист», отнюдь вовсе не шутка.

Пока общались с пикси, на поляну появилось еще одно действующее лицо. Причем появилось как это делал Аид, то есть через портал. Вот открывается переход, вот он с невероятной для человеческого глаза скоростью идет вниз, осуществляя практически мгновенный перенос заклинателя.

И вот нам предстает высокий молодой человек. Строгие прямоугольные очки, заведенные назад и заплетенные в хвост волосы, черная одежда, расшитая серебряной нитью с эмблемой знакомого паука на плече. Вообще, складывалось впечатление, что перед нами стояла копия Аида, только человеческого формата и другим лицом, а вот стиль был один в один.

— Госпожа Лейла? Госпожа Ариана? — вежливо уточнил этот человек. Переглянувшись с Арианой, мы с удивлением посмотрели на мага.

— Они-они-они-они! — запищали пикси, присев на плечи странного человека.

— Позвольте представится, Гарольд Джеймс Аид Поттер, — чуть поклонился маг, улыбнувшись краями губ. — Мы вас ждали.

— Ждали?!

— Да. Наша прорицательница предвещала ваш приход. Я попросил сестренок встретить гостей. Надеюсь, они не доставили вам дискомфорта?

— Сестренок?! — вырвалось у Арианы.

— Погодите… — дошло до меня, кто сейчас стоит перед нами. — Вы — первый ученик Аида?

— Именно. И не только. Аид стал мне вторым отцом, и сделал тем, кем я сейчас являюсь. А вы, как я могу судить, тоже его ученица? — перевел он взгляд на Ариану и поправил очки. Ох, не простые у него линзы, точно не простые. Жаль из-за общего фона я не могу разобрать насколько мощные на нем артефакты, но зная Аида с уверенностью могу сказать, что не слабые.

— Д… да. А как вы узнали? — зардела Ариана, вызвав у пикси ехидные, чуть пошловатые улыбки, а у Гарри, наоборот, снисходительную, словно бы понимающую. Ну да, им ли не знать тонкостей процедуры.

— Аид сделал ядро не только вам, юная леди. Мне не нужно его видеть, чтобы понять — без учителя не обошлось. У него… есть особый фирменный почерк, который он на вас и оставил.

— Правда?

— Абсолютно. А вы, госпожа из преисподней, кем будете?

— Знаете, что я демон, а какой именно — нет? — складываю руки на груди.

— Я имел введу кем вы будете моему учителю, но ладно. То, кто вы я и так вижу.

— Да?

— У вас тело — есть ваш дух, причем тело вполне материально. Уже этим не многие могут похвастаться. Добавим сюда вашу энергию, которая имеет иную природу и вуаля. Даже сканировать не надо. Но вот какой именно демон, вы правы, этого я не знаю.

— А не догадаетесь? — интересуюсь, улыбнувшись и томно вздохнув.

— Ясно всё с тобой, воплощение похоти, — вздохнул маг. — Даже не пытайся меня одурманить, сразу по рогам получишь.

— Как грубо!

— Хи-хи-хи… — засмеялась Ариана.

— Что такое?

— Господин Аид почти так же говорит!

— Ммм, яблоко от яблони, — пожал он плечами. — Так возвращаясь к теме. С этой дамой все ясно, а вот кем ему будешь ты?

— Рабыней, — вздыхаю, опустив взгляд.

— Какая же она врунья! — вклинилась в разговор светленькая.

— Так демон же! — поддакнула темненькая. — Чего от неё еще ждать.

— Да.

— Но я не вру!

— Аид не держит рабов, — качнул головой маг.

— На мне была! Печать раба. Но он ею ни разу не воспользовался. Я не давала повода.

— А каким образом ты к нему попала?

— Ему нужна была официантка для трактира, — развожу руками. Правда от моего ответа волшебник расхохотался. — И что смешного?

— Это в духе Аида, — сняв очки, маг утирал выступившие слезы. — Призвать демона и заставить работать не по профилю. Но сейчас я этой печати на тебе не вижу.

— Правильно, потому что я доказала свою преданность!

— Преданный демон? — фыркнула темненькая.

— Да я скорее поверю в пьяного Черного Стража! — при этом взгляды обеих пикси подозрительно сошлись на маге. — А… ну да. Блин…

— Да ладно? Что, реально были? — не поверила я своим ушам.

— Да было по молодости, — виновато развел руками маг.

— Ничего себе у вас компания подобралась…

— Так почему ты с учителем?

— Выгодно мне это, — нехотя бурчу. — Мой уровень не позволяет мне обходится без покровителя, а лучшей крыши чем ваш учитель, я не нашла. Поэтому всеми силами за него держусь вплоть до того, что стала ему фамильяром!

Зря, я, наверное, последнее сказала. Взгляд мага стал задумчивым, а вот у пикси…

— Брааатиииик.

— Да?

— Раз у нас теперь есть папин фамильяр, может разберем её и узнаем, где папа? — спросила светленькая, заинтересованно поглядывая в мою сторону, попутно накручивая на пальчик локон волос. Несмотря на безобидный вид, от взгляда этой пикси у меня по спине пробежали мурашки.

Знаете, я привыкла к Аиду. К Черным Стражам, к его страшному взгляду и научилась держать себя в руках. Но сейчас… Аид никогда на меня так не смотрел. Будучи суккубой, такие как я умеют читать по глазам. Аид всегда прятал чувства, оттого-то его взгляд был холодным, спокойным, и лишь иногда озорным или веселым. Эти же… пикси меня совершенно ни во что не ставили. В отличие от Аида, их глаза совершенно ничего не скрывали, и оттого мне было еще страшнее. Я не видела ни страха, ни сострадания, ни даже капли жалости к самим себе. Лишь фанатизм к отцу. Они с улыбкой подарят тебе цветы, а потом с этой же улыбкой будут сдирать кожу и выворачивать наизнанку душу, получая от процесса удовольствие. Просто потому, что им так сказали. Просто потому, что они выполняют его волю. И это страшно.

Только сейчас я поняла, на что подписалась и в какой «клан», как любит говорить Ариана, вписалась. Эти… эти странные существа самые настоящие монстры. Они исчадия, которые в принципе не могли появится сами собой. Теперь я понимаю, что Аид вовсе не шутил, когда говорил — «Черные Стражи боятся лишь двух существ в мире. И это мои дочери». Да… они действительно будут страшнее.

— Девочки, ну что вы говорите. Ну зачем? Перестаньте, не пугайте наших гостей. В конце-концов, первая ученица Аида, а вторая его фамильяр. Ну и что что демон, у кого недостатков нет? В конце концов, это решение учителя, ему виднее.

— А связь?

— Используем её, — кивнул человек. — Но гуманно. Я не думаю, что Аид обрадуется, когда узнает, как вы разобрали эту прелестную демонессу на запчасти.

— Да?

— Да, — и уже обращаясь ко мне. — Лейла, верно? Раз ты с Аидом, значит неприкосновенна, так что не бойся, они тебя не тронут. И ты, Ариана, тоже не пугайся, тебя они не тронут тем более. Ная и Мая очень послушные и добрые пикси, только шутки у них иногда злыми выходят.

— Да мы уже поняли, — отвечаю, передернув плечами. Ариана так и вовсе язык проглотила от такого общения.

— Ная, Мая. Вы меня слышали?

— А? — состроила невинные глазки темненькая.

— Гостей не трогать! — строго пригрозил маг.

— Совсем?

— Совсем!

— Совсем-совсем?

— Совсем-совсем! Мы ведь уже говорили на эту тему. С девушками не играть, не шутить, не подкалывать, по проклятым местам экскурсию не устраивать! — последние слова были сказаны чуть громче, а намеревавшаяся вставить слово светленькая тут же закрыла ротик.

— А с Васей можно познакомить?

— Ммм… не сразу.

— А Риктор?

— НЕТ! Эээтоого Ктуулху из озера, чтоб я в замке, больше не видел!

— Буууука, — протянула темненькая, уперев ручку в мужскую щеку.

— Знаю я вас. Так. Собственно, а чего мы стоим? Пройдемте, я покажу вам наш прекрасный замок.

Позвал нас за собой маг, раскрывая портальную арку и приглашая рукой в нее войти. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы переварить услышанное. Сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, более-менее унимаю рвущиеся эмоции и поворачиваюсь к Ариане.

— Идём, Ари.

— А?

— Здесь мы в безопасности, — и тише, глядя на пикси добавляю. — Я надеюсь.

Подхватив так и не отошедшую от шока эльфийку под локоток, тащу за собой в портал. Как не странно, вышли мы не где-то, а прямо перед входом на большой каменный мост, ведущий к возвышающейся на скале крепости.

— Ого…

— Добро пожаловать в «Хогвартс»! — радушно провозгласил маг.

— Простите, я запамятовала… как вас зовут?

— Зовите меня просто по имени — Гарри.

— Гарри, мне кажется, или это не совсем боевой замок?

— С чего вы взяли?

— Некоторые пристройки — явно новые, они выбиваются из общей канвы замка. Да и обстановка здесь… скажем так, особая.

— Вам не кажется, Лейла. Эта крепость, на самом деле школа. Магическая школа для одаренных магией детей. Аид был одним из основателей и, по совместительству, директором школы.

— А почему «был»? — цепляюсь за слово.

— Ну как вам сказать… — стушевался Гарри, чуть улыбнувшись. — Дело в том, что несмотря на всю свою любовь к ученикам, он немного устал и решил взять отпуск, переложив все дела на меня. Здесь ему отдохнуть не давали, поэтому пошел на радикальные меры, удалившись в другой мир.

— Не удивительно, — фыркаю, глянув на пикси. Ага, с такими «отдохнешь».

— Значит… у Аида есть свой клан? — ожила наконец-то Ариана.

— Что, простите?

— Ари у нас из клановых эльфов, а так как Аид похож на эльфа, постоянно меряет на него свою структуру.

— Ааа. Я понял. Простите, но нет. У Аида нет своего клана. Он, как бы это не звучало — одиночка.

— Как это?!

— Да-да, мне тоже интересно, — поддакиваю, пытаясь сложить в голове: «Аид» и «одиночка» в одно предложение.

— Аид всегда был себе на уме. Его бы воля, так месяцами из лаборатории не выбирался, проверяя свои теории и формулы, уж поверьте, я знаю о чем говорю. Я вообще считаю, что мне очень повезло, когда он перешел на мою сторону и влез во все эти дрязги. Не в его характере. Он больше со стороны наблюдать любит. Максимум, прикола ради устроит биржевой крах… — при этом Гарри задумался, словно бы припоминая те события. — собственно, несколько лет назад он это и сделал, когда в мир вышли первые наши выпускники. На нас тогда еще обиделись сильно. Дааа, помню-помню. Но это так, исключение.

— Я поняла. Если он входит во вкус, отрывается по полной, — киваю, вспоминая его план с подставой эльфов.

— Именно.

— А школа?

— А что — школа?

— Как при таком подходе, он умудрился её создать?!

— Тут все интереснее. Понимаете, эта школа, это его наследие для меня. Я вообще не думаю, что он вернется на пост директора, максимум преподавателем иногда заскакивать будет, не больше.

— Значит, по сути, его ничего здесь не держит?

— Формально — да. Неформально, его отсюда никто выпускать не хочет, — рассмеялся маг. — Дело в том, что Аид не только мой учитель. Он стал символом. Идемте, — махнув рукой Гарри позвал нас за собой. Переглянувшись, мы пошли следом.

— Воли, — спокойно ответила притихшая темненькая пикси.

— Да. Спасибо, Ная. Когда он ставит цель, то идет к ней не взирая ни на что. Конечно, он предпочитает решать любые возникающие конфликты миром, и предпочитает сначала поговорить, но, когда разговоры бесполезны, сразу же начинает бить. Он никому и никогда не позволит ставить себе условия, как не позволит себя ограничивать. А если прижмет, то и себя взорвет и обидчика прихватит. Поэтому в нашем мире с Хогвартсом просто никто не хочет связываться. Даже сейчас, когда я стал у власти, все просто понимают, что Аид никуда не делся и тенью стоит за моей спиной. У него железная воля, и я даже не могу себе представить, через что ему пришлось пройти. Одним словом, его не сломить. Это качество, приобрело отражение в дочерях.

— Ага! — поддакнула беленькая.

— А то! — вторила темненькая.

— Ная и Мая — просто его зеркальное отражение. Думаете они жестоки? Не больше, чем их отец. Поверьте, я знаю о чем говорю.

— Мы верим… — тихонько шепчу. — Не так давно, одна дама очень его разозлила. Не хочу говорить, что он с ней сделал.

— Ну вот. Вы все прекрасно знаете сами…

Пройдя через мост, мы вошли в гигантские ворота и оказались в холле. Сколько здесь было детей, это что-то. Причем не только человеческих! Я впервые видела, чтобы вампиры и оборотни спокойно общались с человеческим дитя на равных.

— Ух ты…

— Что такое?

— А у вас тут… большая разновидность учеников.

— А. Да, учитель постарался. Идемте, я покажу школу и проведу вас до покоев…

— Господин Гарри, подождите, — останавливаю мага.

— Что такое?

— Вы, наверное, не знаете, но Хозяин в беде.

— Аид-то? — хмыкнул Гарри.

— Да. Дело в том, что мы сюда попали при отступлении. Он резко приложил все силы для перехода. Мы прыгнули. А вот он… — я покачала головой.

— Девушки, успокойтесь. Все с учителем в порядке.

— С чего вы взяли?

— У нас с папой связь, — ответила темненькая.

— Папа не хотел, чтобы кто-то пошел за ним, поэтому приглушил её. Мы не можем определить, где он, не можем с ним связаться, но мы чувствуем — он жив.

— Да даже если все плохо, если он умирает, у него есть кольцо, в которое попадет его дух в случае смерти тела. И как только это произойдет, связь вернется, и мы сможем найти и вернуть его. Папа не дурак, чтобы полностью отрезать себя от нас.

— А если вы ошибаетесь?

— В плане?

— Ну… попадет не в это кольцо, а куда-то?

— Блин, тётя. Тебе рога жмут, или как?

— В смысле?

— Мы же говорим, что там особый механизм, завязанный на него самого. Единственное место, куда он может еще попасть, это другое точно такое же кольцо. А ты много знаешь золотых колец со сто процентной пробой, мощными чарами и при этом обладающих возможностью вместить целую душу?

— Нет…

— Ну вот и я о том же. Так что с ним все в порядке, не переживай…

Аид

«ААААААААААААА» — кричал я, мысленно хватаясь за голову. Я уже не ругался. Я уже не бился в истерике. Я просто орал как потерпевший, ведь все мои планы пошли к чертовой матери из-за одного идиота.

А как хорошо все начиналось, ммм — сказка. Гоблины схватили гномов, те с ними общались, потом явился Гендальф и пошла рубилова. На протяжении всего этого времени, я настойчиво обрабатывал Голлума идеей убить Торина и забрать его меч себе. Для этого, мы даже организовали ловушку на пути бегства отряда.

И все бы хорошо, если бы не одно мааааленькое «но». Я просчитался с умственными возможностями своего носителя. Шмыга мало того, что выдернул НЕ ТУ опору, обрушив часть секции, так потом выдернул вторую, обрушив уже всю секцию прямо нам на голову. В итоге драка переехала на ярус ниже прямо к нам. Голлуму во время этой вакханалии случайно отрезали пальцы вместе со мной, из-за чего я отправился вниз. Поправка, отправился первым.

Следом за мной вниз летели гоблины, как целые, так и не очень. Так как приземлились мы в воду, а меня гоблины приметили еще в полете, то на сушу выбирались уже со мной. Думаете этим все кончилось? Неееет, это было только начало. Уцелевшие гоблины начали резать друг друга за право обладать мною. Здесь меня посетила мысль: как вырезать королевство гоблинов, потеряв максимум одного человека? Правильный ответ — отправить этого человека со мной в кармане к гоблинам и все. Дело сделано, вся эта орава дружно перережет друг другу глотки и даже король гоблинов не сможет навести порядки не смотря на весь свой авторитет.

Следующим к драке присоединился лысый гном. Я точно не помню, но вроде его зовут Двалин, а вдобавок к нему еще партия гоблинов. Вторым гномом оказался Торин, с до сих пор живым Шмыгой. Голлум мало того, что оказался живучим по круче любого таракана, так еще вполне успешно душил выбравшегося на сушу короля гномов, заставив меня схватится за голову.

И когда я уже смирился с тем, что мои планы похерены и нужно придумывать новый, появился Бильбо! Хоббит оглушил по затылку Голлума и помог подняться Торину. Как раз к этому моменту Двалин добил последних гоблинов и направился к нам.

— Кха-кха-кха… — откашливался Торин.

— Торин! Как ты? — окликнул его Двалин.

— Я в порядке.

Тут взгляды сошлись на дрожащем Бильбо.

— Я… я в норме! — встряхнулся тот. Дальше Бильбо просто не успел ничего сказать, потому как раздался гоблинский визг. На шум боя сюда бежали новые гоблины.

— Скорее! Уходим! — крикнул Торин, указывая на проход. И сделав несколько шагов, в буквальном смысле наступил на меня.

А я… я просто лежу и на всю силу транслирую эффект «прелести». Мне уже без разницы кто меня подберет, хоть Бильбо, хоть Двалин, только бы не остаться здесь с Гоблинами. Но по воле случая заметил меня именно Торин. Видимо я исчерпал лимит невезения на данный момент, не иначе.

Убрав ногу и присмотревшись, Торин подобрал меня с земли и внимательно осмотрел. Убежавшие чуть вперед Бильбо с Двалином этого не видели, чему я был несказанно рад.

— Какая… прелесть…

Так, стоп. Гасим эффект «прелести», а то еще и этот крышей поедет. Придя в себя, Торин встряхнул головой и по-новому осмотрев кольцо, убрал меня во внутренний карман. Ну вот и хорошо, ну вот и замечательно. Может быть не совсем так как я планировал, но я теперь у Торина и теперь дело за малым. Нужно всего-то добраться до одинокой горы, захватить дракона, сделать слуг, подмять гномов, найти мощный источник энергии и в конце концов придумать способ выбраться из этой вселенной. Пф, всего делов-то, ага, на раз плюнуть. Про тело, я уже не заикаюсь. С учетом того, что кольцо можно расплавить, или хотя бы изменить, только в лаве Ородруина, что-то я не горю желанием проверять методики извлечения себя любимого из данного артефакта.

Эх… а ведь я просто хотел отдохнуть… но ничего. Вот вернусь, наведу порядки, позову дочерей, и не дай высший та падла, которая разгневала богов, будет жива!

Глава 3

Аид

Не ходите, дети, по горам гулять. Здесь вас ждет ужасная — твою мать млять! Вас встретят «дружелюбные» орки — каннибалы, «милые» тролли — людоеды, «гостеприимные» гоблины — отбросы и волки… вернее варги. Которые просто хотят кушать. И хоть сейчас троллей не было, зато всех остальных было явно больше, чем хотелось бы.

Благополучно выбравшись из пещер, группа вновь воссоединилась. Торин наконец-то поблагодарил Бильбо за помощь в пещере… ну как поблагодарил. Это больше напоминало «Спасибо что помог, но я тебя все равно не уважаю». Бильбо, разумеется, обиделся, и выдал каноничную речь о том, что — «Торин, ты во мне конечно сомневаешься, и можешь сомневается дальше, говоря — что мне среди вас не место, но я все-равно вам помогу».

Эх Бильбо… добрый ты малый. Очень добрый. И воля у тебя сильная. Не каждый «домашний мальчик», сможет пережить такие вещи и не просто не сломаться, а пойти дальше. Не удивительно, что после возвращения домой, родные края ему были не в радость. После таких приключений по любому захочется если не новых впечатлений, то хотя бы по старым местам пройтись.

Меж тем, к моему счастью, про меня так никто и не прознал. Бильбо с Двалином действительно не видели того, как Торин подобрал меня с земли и закинул в карман. Вот уже чего я опасался, так это огласки. Гендальф точно бы не стал молчать и проявил интерес к такому необычному колечку. Хотя опять же, если смотреть с другой стороны, он же не знает о кольце Саурона, верно? Не знает, что кольцо было у Голлума. Это позже, от Бильбо он узнает историю и пойдет искать голозадого. А так как я особо внимания не привлекал и магию не применял, следовательно, и докопаться не до чего. Так что все хорошо, волноваться не о чём, все идет как надо, все идет по плану.

Собственно, этой мантрой я себя и утешал. А что еще делать? Курить не могу, девочек нет, даже наорать не на кого, грустно, одним словом. Вот и сижу теперь в кармашке, слушая пыхтение гномов, стук их каблуков, и короткие разговоры. Блин, теперь я понял, что, будучи Обсидиановой палочкой я еще не плохо жил! Даже будучи в чехле у меня была возможность смотреть по сторонам, была возможность хоть как-то влиять на мир, а теперь… теперь и этого нет. Рррр, бесит.

Зато могу вблизи рассмотреть лежащие здесь же золотые монетки. Каждую завитушку, каждую царапинку, я мог рассмотреть все, просто потому что больше ничего не оставалось. А затем появился Азог. Отряд ожидаемо попытался сначала убежать, а потом начал забираться на деревья. Гендальф устроил традиционное фаершоу, после которого Торин попытался сразиться с Азогом. Здесь я честно попытался помочь гному как своему перспективному коню в новой игре, но глухо. Для этого я обязан быть на пальце, а не в кармане, так что итог закономерен. Торин на земле, побитый и покусанный.

Азог приказал своему подопечному отрезать Торину голову и, судя по шагам, тот уже даже подошел, как на орка налетел Бильбо. Затем остальные гномы подтянулись, отгоняя орков. Так, не понял, а кто это к нам подошел? Слышу шорох, хрип… кто-то обыскивает Торина?

— Где она… где Моя Прелесть… — раздался шепот.

Да ладно… Шмыга?! Ты??? Да не может быть!

— Прелесть, где Моя Прелесть, — зло хрипел Голлум обыскивая одежду. Вот он запустил руку во внутренний карман и нащупав меня, вынимает кольцо на свет…

«Нет! Шмыга, сволочь, на куски порву, душу наизнанку выверну, на опыты пущу! А ну пошел вон, гнида!!!» — заорал я на это исчадие ада, которое второй раз подряд за последние 24 часа умудряется похерить мне все планы.

— Моя Прелесть! — восторженно прокричал Голлум подняв меня к небу целой рукой. Данный крик для Голлума оказался фатальным, на него обратили внимание. Причем как Орки, так и Гномы. И если первые сначала не поняли, что происходит, то до вторых сразу дошло, что один предприимчивый тип только что поживился за счет их побитого короля.

Не знаю, что бы случилось дальше, но сцену прервали прилетевшие орлы. Один из них, видимо посчитал Голлума за орка и, схватив его вместе с еще одним орком, скинул вниз. Во время данного процесса, Шмыга умудрился обронить меня прямо возле огня.

Знаете, за всю свою жизнь я, наверное, никого еще так не ненавидел как Шмыгу. Вот серьезно. Я не просто хотел его удавить, нет. Если бы я мог, то передал бы своим малышкам со словами: «заставьте его страдать!». Я так, конечно, еще ни разу не делал, прекрасно зная на что способны мои дети, но для Голлума обязательно сделал бы исключение.

В целях выживания, я выкрутил «Хочу Прелесть», на максимум. Ближе всего ко мне оказался Фили, который недолго думая побежал меня подбирать. Что самое противное, Гендальф это прекрасно видел, и я уверен, что потом будут вопросы, а моя единственная возможность их избежать, это не отсвечивать.

«Не отсвечивать». Пф! Легко сказать. Беда в том, что когда кольцо «активно» то проявляются письмена. И я говорю не о «переносе» в мир духов, а о действительно сильных чарах. Так же, кольцо переходит в активную фазу под воздействием огня. И сейчас, из-за того, что я лежу очень близко к огню, артефакт начал работать против моей воли.

Что бы вы меня поняли, съешьте пачку слабительного, а потом попытайтесь себя удержать. Вот тогда вы сможете понять, что я испытываю и какие усилия приходится прилагать только для того, чтобы не дать артефакту перейти в активную фазу, тем самым показав письмена. Если это произойдет, то мне конец. Все здесь присутствующие сразу же поймут, КАКОЕ кольцо лежит прямо у них под носом и что тогда начнется, я даже знать не хочу. Шмыга… не дай Иллуватар ты умудрился с такой высоты выжить! Клянусь, увижу — легкой смертью этот крысеныш не умрет.

Но меня пронесло. Фили успел меня подхватить и сунуть в карман до того, как его самого схватил орел. Так что, уже будучи спрятанным с глаз, я с облегчением выдыхаю и подобно человеку, успевшему добраться по адресу, беру процедуру в свои руки. По сути, это «пробный» запуск так сказать, дабы проверить систему на исправность.

В процессе изучения артефакта, я понял одну интересную штуку. Чтобы выковать такое вот колечко, мало обладать большой мощью и знаниями. Раз кольцо может расплавить только роковая гора, значит в ней должно быть что-то, что делает её уникальной. В ней должно быть что-то, что даровало кольцу иммунитет к любому термальному воздействую кроме того самого, в котором оно было отлито. Что-то очень мощное. И древнее. Интересно…

Чем бы это не было, как Артефактор я снимаю перед Сауроном шляпу и даже не отказался бы взять пару уроков, будь мужик чуть-чуть по адекватнее. Да и сам он тоже интересен. Может и гад, но гад талантливый и очень-очень умный. Подняться рабом до первого советника короля, а потом натравить целое государство, это реально надо суметь. Про то, что осколки Нуменора до сих пор служат Саурону, я вообще молчу. Кто забыл, напомню, речь о «Черных Нуменорцах».

Да и тема с Великими Кольцами тоже интересная. Минимум затрат, максимум профита. Только чуть-чуть просчитался. Не думал Майрон (он же Саурон), что кузнец, с которым он работал сам окажется тем еще жуком. Но план отличный, да, здесь я уже не то, что шляпу снимаю, а как фанат протягиваю блокнотик для автографа.

Закончив с тестом системы, благополучно погружаю её обратно в сон, скрывая письмена. Кстати, вовремя, мы как раз прилетели. Судя по звукам Гендальф уже привел Торина в чувство и тот… хм… Бильбо отчитал. И поблагодарил. Между прочим, заслуженно, молодец мелкий, пересилив страх кинулся спасать мою будущую фигуру. Если так посмотреть, то немного работы и из Бильбо выйдет отличный разведчик. Смелый. Верный. Незаметный. Как вариант, стоит подумать над этой мыслью, а пока надо решить главную проблему.

— Фили, а что за кольцо ты подобрал там, у огня? — глянул маг на гнома.

— А? А, да, точно. Кольцо, — потянувшись к карману, гном вынимает меня и демонстрирует всем собравшимся гномам. Н-да… нет, ну правильно, че? Хотел по-тихому, втайне ото всех, не вышло. Так давайте теперь поставим сразу всех в известность и серого мага в том числе, чтобы потом вопросов не возникло, верно? А для этого, прикидываемся ветошью.

Так, а вот это плохо. Оригинальный житель колечка начал шебуршиться. Дабы этот гад не доломал и без того шаткий план, я аккурат прижал своего сожителя. Если бы у нас были тела, то можно было бы провести аналогию, как я уложил его на землю и придавил ногой горло, дабы тот даже не пискнул.

— Красивое, — подметил Бильбо. Потянувшего руку Гендальфа опередил Торин.

— Спасибо, Фили, — молвил тот, забирая меня.

— Какой-то гоблин пытался украсть его у тебя. Орел схватил того гоблина и сбросил с обрыва, а кольцо осталось лежать на земле возле меня, вот и подобрал.

— Я не припомню такого кольца, — задумчиво протянул Балин, глянув на своего короля.

— Хм… — задумчиво протянул Гендальф, так же заинтересованно глянув на Торина.

— Эм… ребят! — окликнул Бильбо гномов, указывая на возвышающуюся в чистом поле гору.

«Бильбо! Я тебя обожаю. С меня причитается» — радуюсь резкой смене темы. На этом разговор обо мне затих. Убрав кольцо во внутренний карман, Торин, как и все гномы, просто смотрел на Одинокую гору. Пока был в руках, кстати, смог оценить виды. Зрелище действительно потрясное, жаль насладится не дали, но да и ладно. Главное со скользкой темы убежал.

Теперь же, мне остается только ждать ближайшего привала и можно начинать потихоньку действовать. Гендальф ничего вроде как не заподозрил, в глазах остальных гномов себя тоже вроде как оправдал. Правда откуда я, вопрос остается открыт, но здесь тайны нет. Ну нашел у гоблинов и нашел, ну красивая вещь, ну и что? Мало ли какие интересные вещи эти барахольщики собрали. По крайней мере я на это надеюсь…

Торин Дубощит

Лежа чуть в сторонке, король Синих Гор рассуждал. Над тем, что было, и тем, что их ждет впереди. Его не покидали мысли об Азоге, Эреборе, драконе, что охраняет золото в недрах горы. Их золото. Гномов. Если честно, то только от одной этой мысли Торин начинал злиться. Как какая-то ящерица присвоила себе их исконные сокровища и называет своими. Желание убить дракона, было непреодолимым, убить и вернуть себе сокровища. Вернуть Аркенстон.

Торин вспоминал залы, полные блеска золота, вспоминал те дни величия Эребора до появления дракона. Но ход мыслей и воспоминаний неожиданно прервался. Сквозь шелест листвы и потрескивание костра, до Торина донесся странный шепот…

«Тоооориииин…»

Шепот был очень тихим, на самом краю слышимости, а его голос отнюдь не располагал к доверию. Спокойный, но в тоже время грозный, эхом отражающийся в самой душе. Привстав, гном осмотрелся, но видимо, никто кроме него этого голоса больше не услышал. Бомбур как сидел на часах, так и сидит, остальные спят.

Однако стоило лечь обратно, как шепот повторился. Это было странным, и немного напугало Торина. Еще раз осмотревшись, Торин понял, что голос, что он слышит, отнюдь не наяву, а в его голове. А голоса в голове, никогда не были положительным тоном. Но именно в этот момент, Дубощит вспомнил о лежавшем во внутреннем кармане кольце.

Поддавшись интуиции, он потянулся во внутренний карман. И, прежде чем вынуть кольцо, убедился, что за ним никто не наблюдает. Торин сам не понимает, зачем это сделал, ведь кольцо уже все видели. Но интуиция твердила, что не стоит лишний раз выставлять кольцо на показ.

Вытащив золотое украшение, Торин внимательно его осмотрел. Золото как золото, ничего особенного. Но почему оно тогда так манит? Почему будоражит до мурашек? Это странно. Непонятно. Но очень интересно.

Торин не мог объяснить, даже самому себе, чем это кольцо так манит. Почему он его подобрал и так радуется, когда держит в руках. Однако он знал… чувствовал, что кольцо в руках отнюдь не простое. Желание гладить, обладать просыпались все сильнее. Не удержавшись, он решает примерить такую замечательную вещь, которая бесспорно достойна руки короля.

Надев кольцо на указательный палец правой руки, Король-Под-Горой почувствовал силу, разлившуюся по венам. Она будоражила, заставляла уверовать в собственную мощь. И власть. Кольцо на пальце покрылось незнакомыми красивыми письменами. Торин не знал, что это, он не мог прочесть наречие, но они ему очень понравились. Письмена источали силу, сопоставимую с той, что текла внутри гнома.

Но дальше — больше. Его мысли сначала начали путаться, гном не понимал, что чужая воля вмешалась в ход его суждений и теперь незаметно перестраивала. Золото, занимавшее мысли гнома, более в них не фигурировало. Эребор — вот его цель…

«Нужно восстановить великую крепость, а для этого нужен Аркенстон. Собственно, за камнем мы сейчас и идем, но одного «Камня Государя» будет недостаточно. Смауг, что сейчас спит в Эреборе, так просто не вернет подгорную твердыню, а значит надо придумать способ не просто выкрасть камень, а убить дракона.

Стоп. Убить? Нет, убивать нельзя. Дракон, это чешуя. Дракон, это символ мощи. Дракон это… нет, убивать Смауга нельзя. Для него это будет слишком легко. Нужно захватить дракона! Да, это послужит ему уроком и покажет всем силу Эребора».

Так текли мысли Торина. Он не замечал, что некая сила чуть-чуть подправляла, а точнее даже направляла ход этих мыслей в угоду себе. Гном принимал эти рассуждения за свои, и в принципе так оно и было. При этом, Торина ничуть не смущал тот маленький факт, что Дракона очень сложно убить, а захватить такого зверя их небольшой группе вообще будет не по силам.

Нет, Король-Под-Горой верил, что все по силам. Он пока не знал как именно, но то, что они одолеют Смауга, он знал наверняка. А затем Эребор вновь оживет, и обретет такое величие, которого не было даже в «золотые» годы…

Аид

Фхух. Это было тяжко. Помнится в каноне Торин обладал «драконьей жаждой золота». Могу вас заверить, здесь все точно так же. У Торина действительно есть «Драконий недуг», но ввиду отсутствия золота данное психологическое отклонение пребывало в форме «сна». Не думаю, что сейчас у меня получилось сразу вот так избавиться от этой проблемы, но первые шаги были сделаны, а там, глядишь, пока дотопаем до Эребора и вовсе пациента вылечим. По крайней мере надо как минимум сделать так, чтоб Торин мог понимать сложные формулы, посылаемые мною для колдовства. Хех, будем делать «боевого гномьего мага».

К слову, о гномах. Им всем определенно стоит помыться. Помните, я в одно время чихвостил Гарри, чтобы прикасался к Обсидиановой палочке только чистыми руками? Так вот, зря я его гонял. На фоне этих (!) товарищей, он был образцом чистоты. И хоть сейчас я уже не настолько привередливый, но все-равно, быть в грязных руках — приятного мало. Хотя вот опять же, все познается в сравнении. Я почему не таким привередливым стал? Потому что в лапах Голлума побывал, вот кто отучил меня от привередливости, так это он. После НЕГО хоть в земле ковыряйтесь, только экскрементов руками не касайтесь, большего не прошу.

Блин, да после Голлума на пальце Торина я вообще чувствую себя как дома! Даже если отбросить удобства. Благодаря тому, что Торин не дурак, мне очень легко проводить тонкие манипуляции с его сознанием. Чуть-чуть подтолкнуть, и все, дальше он сам справляется. Для «начала», это очень хорошие показатели, а там, глядишь, неделька — другая и можно будет побеседовать с пациентом. Сейчас, максимум на что меня хватает это «позвать» носителя, тем самым привлекая его внимание. И то, для этого мне приходится себя в узел от напряжения завязывать.

Хотя, даже если бы я мог с ним говорить, не думаю, что это была бы хорошая идея. Не припомню я, что б в этом мире артефакты говорили, еще удар бедолагу хватит, а так глядишь, пообвыкнет, легче новость воспримет, хех.

Убрав меня обратно в карман, Торин наконец-то заснул. Ну что-же… теперь остается только ждать. Как только Гендальф покинет нас у проклятого леса, можно будет действовать чуть-чуть активнее, а пока серый маг подле нас, лучше не отсвечивать.

Так, с первыми лучами солнца группа отправилась дальше в путь. От заката до рассвета ребята чуть ли не бежали, преодолевая пешком поистине гигантские расстояния даже по моим меркам. Хотя… какие они, эти «мои мерки»? Я ведь, по сути, пешком марш-броски и не делал. Но не суть. Народ бежал, причем бежал как будто от смерти… хотя постфактум так оно и было.

Торин то и дело на привалах не мог удержаться от соблазна и не порассматривать меня перед сном, но я активности более никакой не проявлял, даже будучи надетым на палец. Гендальф и так в последние дни коситься начал, ну его на… еще заподозрит чего, если уже не заподозрил. Зная мой уровень везения, я уже ни в чем не уверен.

Ну, а когда Бильбо вернулся в очередной раз с разведки, и сказал, что орки нас таки нагнали, отряд реально припустил. Как и ожидалось, Гендальф вел парней к дому Бьерна, загадочного медведя — оборотня. Вот кстати тоже момент, если мне не изменяет память в том же фильме мишка был сильно большим, за книгу не знаю. Сейчас, по словам Бильбо он тоже видел очень большого медведя. И если так оно и есть, то у меня всего один вопрос к Азогу — КАК он умудрился не просто перебить, а посадить на цепи представителей ТАКОГО народа?! Может орк и сволочь, но ведь блин талантливая же! Мало того что в горы пришел и местных выбил, к гномам в Морию наведался, там повоевал… трижды. И все три раза победил. Несмотря на проигранные битвы, войну он выиграл, Мория по-прежнему у Орков.

Знаете, я вот теперь даже и не знаю, а стоит ли мне валить Азога? Такие талантливые полководцы под ногами не валяются, а в том, что Азог талантлив, умен и опытен у меня сомнений нет. Ммм, блин. Торин и Азог, две перспективные фигуры по разные стороны доски. С другой стороны, Азог ведь служит Саурону, причем служит верой и правдой, такого переманить по доброй воле будет, мягко говоря, проблематично. А заставить служить такого силой, я не смогу, ему смерть что награда, муки стерпит, чай орк, угрозы? Ха… блин, а ведь идеальный боец, по сути. В очередной раз убеждаюсь в гениальности Саурона.

Хотя, такими качествами далеко не все орки могут похвастаться. Только орки Гундабада. В принципе, на мой взгляд это вообще самая лучшая и эффективная порода орков. Лучше них только Урук Хай, но, когда они еще появятся? Вот то-то и оно, что не скоро. Нет, можно, конечно, и самому вырастить… это будет мало того, что в моем стиле, так еще и более эффективно, но нет. Я взял ориентир на гномов, с ними и надо будет возиться. Максимум, какую-нибудь расу выращу, которой здесь в принципе нет, чтоб у гномов к ним неприязни не было. Да и для остальных сюрприз будет. Да…

За рассуждениями не заметил, как гномы уже добрались до дома Бьерна и благополучно в нем укрылись, захлопнув за собой дверь и выдворив хозяина наружу. Ну да, пусть проветрится, пока в себя не придет. Я фигею с их менталитета, мало того, что вломились в чужой дом, выгнали хозяина, так еще и по морде настучали. Просто восхитительные манеры! Нет, к себе гномов я приглашать точно не буду. Никогда. Да.

А Бьерн молодец. Наутро, не стал сразу рубить с плеча. Подошел к окошку, посмотрел на эту сонную толпу, да и не стал тревожить. Интеллигентный мужик. А ведь он будет даже повыше Хагрида… да и покосматее, кстати, тоже. Гендальф, как я и ожидал, прихватив Бильбо отправился на переговоры. В отличие от фильма, спектакля не вышло, маг тихо и бесхитростно договорился с хозяином дома и тот услужливо принял нас на постой.

Более того, накормил, дал в дорогу припасов, выделил в аренду коней, да и отправил восвояси чуть ли не пинком. Интересно, а он оборачивается в медведя по собственной воле, или только в определенное время? И полностью ли он контролирует себя в обличье медведя, или нет? Эх, вот душа моя исследовательская, так и хочется интересный образец разобрать и посмотреть, как он работает. Ну или хотя бы просто обследовать, что тоже приемлемо.

Добравшись до Лихолесья, я с нетерпением ждал того самого момента, когда же Гендальф развернется и свалит восвояси, а я смогу взяться за работу. Чуть ли обратный отсчет не вел. Вот серый маг выскакивает из-за деревьев, вот отдает команды гномам, запрягает коня и… так, а почему не уезжаем, я не понял?!

— Торин!

— Да?

«Мляяяяя» — мысленно схватился я за голову.

— Будь осторожен.

— О чем ты?

— Ты прекрасно понял, о чем я. А лучше избавься от него.

Торин лишь хмуро окинул мага, но не ответил. Посчитав на этом разговор исчерпанным, Гендальф ускакал в даль, не забыв пообещать вернуться. Н-да, прости Гендальф, но на Карлсона ты вот совсем не тянешь. Да и нравился мне тот больше, чем ты, уже не в обиду серому авантюристу. Глядя же ему в след, мне осталось только что платочком не махать вредно так подхихикивая. Главная помеха ушла, теперь можно не прятаться. И пофиг на предупреждение, как будто кольцо Всевластия кто-то по доброй воле выкинет. Ага, счаз! Тут оригинал брыкался, а я то тем более этого не допущу.

Хех. Ну что, Торин? Пойдем в лес, мой хороший? Пришла пора наводить здесь порядки, хе-хе-хе-хе…

Глава 4

Аид

А лес действительно оказался очень интересным местом. Чары, что на нем лежали, мало того, что были достаточно тяжелыми и энергозатратными, так еще очень тонко настроены. Это еще раз доказало мне, что Майрон — профессионал, знающий свое дело… даже если он эти чары не придумал, он их навеял, а это тоже показатель.

Так собственно, что меня так восхитило? Ну, например система, свой — чужой. В каждом порождении тьмы, будь то орки, пауки или еще кто, у них у всех в ауре есть частичка, отвечающая за связь со тьмой. Так что, когда Гендальф говорит: «темные твари», орков можно буквально воспринимать как темных ввиду конкретной связи с магией тьмы. Но не суть. Суть в том, что эта самая частика и выступает определяющим фактором для массовых чар, таких как проклятие, что легло на Лихолесье. Именно за счет этой частички заклинание обходит темных стороной, воздействуя на всех остальных.

Далее сам эффект. Тонкими, незаметными манипуляциями чары воздействуют на разум чужака. Нет, оно ничего не внушает, это и не требуется. Все намного хитрее. Заклинание просто мешает работе вполне себе естественных процессов. Из-за этого соображать становится труднее, мысли путаются, тебя начинает шатать, а в конце концов ты просто теряешься в пространстве не в состоянии взять себя в руки или хотя бы адекватно подумать.

И это только первый эффект, я бы сказал — первый уровень. Есть еще второй. Пока первый уровень мешает работать мозгам, второй накачивает твое тело темной энергией. Просто тупо накачивает, даже ничего не делает, но опять же, это так же не требуется. Напомню, что тьма очень пагубно влияет на живые и не только живые объекты, взять в пример мое любимое «касание тьмы», которое лежит… лежало на моем душебойном мече…

Это же время, где-то

— Ну что? — требовательно спросил Эльф, обращаясь к кузнецам.

— Мой господин, мы ничего не можем понять. Данный клинок сделан в наших лучших традициях. Легкость, элегантность, удобство, идеальный баланс, возможность использования как одной, так и двумя руками. Но при этом он из проклятого металла, с неизвестными письменами и черной магией! Мы просто не понимаем…

— Работайте! Я хочу знать, откуда этот меч и кто его создатель. Не Моргот же его породил?!

Аид

…Эх, жалко клинок, хороший ведь был! Интересно, прошел ли он защиту, или нет? Уничтожить такой артефакт, явно не просто, даже если божественную наковальню уронить, но, с другой стороны, чем высший не шутит?

Но я отвлекся. Возвращаясь к магии, «касание тьмы» служит отличным примером того, что будет с объектом, соприкоснувшимся с концентрированной тьмой. Вот и заклинание, наложенное на Лихолесье, накапливает в жертве тьму. Постепенно. Незаметно. Ухудшая состояние объекта и в конце концов убивая.

Нет, можно, конечно, сопротивляться, собственно Лесные Эльфы с помощью магии, как я подозреваю, и брыкаются, но это временные меры и рано или поздно защита не справится. Ведь чары крепнут, и захватывают все большую территорию и так будет пока не уничтожить источник этих чар. А вот на защиту силы расходуются постоянно, причем очень много, так что в плане измора преимущество на стороне Саурона.

Мне вообще политика Лесных Эльфов не нравится. Ну как это так: «моя хата с краю, ничего не знаю?» Блин, парни, обычно те, кто «с краю», в первую очередь и огребают, потому что им никто не поможет. Интересно, король лесных эльфов знает, что творит? А то от скуки можно и крышей потечь, так-то, уж я-то точно знаю. А здесь… блин, здесь трубить надо, к другим ломиться с гонцами, а не границы укреплять с верой в «пронесет». Тфу!

Меж тем, пока я рассуждал, группа двигалась по эльфийской тропе через лес. Будучи надетым на палец Торина и постоянно в активном состоянии, я отгонял от короля гномов тьму, защищая не только тело, но и разум. И кстати очень хорошо, что защищал. Уже через три часа, я мог наблюдать подавленность на лицах остальных гномов. Следом за подавленностью пришла растерянность, бедолаги реально стали хуже соображать, что поражало Торина.

На одном из привалов, он подозрительно меня рассматривал, нежно оглаживая краешек кольца. Хорошо, что прелестью не называет, и то хлеб. И надеюсь не назовет. В этот момент подозрительно покосился на своего сожителя, который был хмурее тучи. Интересно, когда Диагол вытащил его со дна реки, он так выкрутил обоим мозги от накопившегося стресса? Если да, то я могу понять мужика, сам сидя в коробке рвал и метал, а здесь тот же косарь, помноженный на три. Н-да.

«Коллега, ну что вы дуетесь? Я же вам ничего толком не сделал»

«Ррррр»

«Нет, рычать на меня не надо. Мы с вами в данный момент в одной лодке, так что просто смиритесь»

«Грррр»

«Хм… я так понимаю, что говорить ты не умеешь…» — выношу вердикт. Но оно ожидаемо, Дух Саурона гуляет на свободе, а это лишь его небольшой огрызок, сознание которого подобно животному, стремящемуся к хозяину. Нет, ну так-то тоже правильно мужик поступил, запри он себя здесь, то ничего больше не смог бы сделать, сам бы для себя организовал тюрьму, а так — нет, бегает, суетится, воду мутит, другим покоя не дает.

Оставив своего сожителя в покое, возвращаюсь в реальный мир. Группа уже давно продолжила путь и даже добралась до обрушенного… моста. Таааааак, я не понял. А почему мост цел?! Если я ничего не путаю, мост должен быть разрушен. Блин… это мне что-то напоминает. Помнится у меня и Поттериана оказалась неправильной. А если я сейчас в «неправильном» властелине колец?! Да не… да не может быть… ребят… вы серьезно?

От осознания такой маленькой детали, что этот мир может иметь отличия от оригинала, мне захотелось плакать. То есть понимаете, у меня и так задача была не из легких, а теперь, не зная, чего ожидать от жизни, она стала еще сложнее! Хотя, вот тот же Бьерн. Не знаю как было в каноне, а здесь мужик оказался вполне себе добрым, с черным юморком и не совсем агрессивным. Да и не помню я в каноне, чтоб его по морде били, выгоняя из собственного дома. Черт…

Если этот мир действительно имеет отличия от оригинала, мне надо понять, насколько далеко эти отличия простираются. В той же Поттериане Англия вполне себе варилась канонично… или почти канонично. Не суть, главные отличия начались тогда, когда начался турнир двенадцати чародеев и наступила большая международная игра. Вот тогда я понял масштабы беды, но выкрутился. Если здесь нечто похожее, то тоже выкручусь. Но если где-то в Средиземье у Валаров есть загородный домик, куда они приезжают отдохнуть, то мой план обречен на провал! Ммм, может пока не поздно с Сауроном попытаться договориться? Не, ну, а че? Я в его кольце, сразу по крайней мере не убьет, а там, глядишь и к консенсусу прийти сможем.

Хотя… нет, так себе идея. Может мужика я и уважаю, но с маньяками мне как-то не по пути. Нафиг. Лучше действовать по плану. Как со школой. Берем и тупо, незатейливо строим собственное государство. Да, задача это явно непростая, но адекватная, а главное — реализуемая. Опыт у меня какой-никакой уже есть, кроме того, носитель ни много не мало, а уже проявивший себя король, как следствие мне будет сложнее накосячить. Хм… может эльфов вырастить? А что, прикола для. Союз двух государств, гномов и эльфов, двух народов, которые больше всего друг друга недолюбливают. Ммм, не плохая идея, чай оба будут под моим контролем.

Мои рассуждения оказались прерваны весьма вероломным образом. Я, честно, хотел избежать встречи с пауками, но эти хитрые членистоногие поступили, нагло и находчиво, просто перекрыв единственную тропу через Лихолесье. Так что теперь у нас просто нет других вариантов, кроме как прорываться с боем.

— Стройся! Приготовились к бою! Двалин, очнись, Бомбур, проснись! Фили, Кили, придите уже в себя! — начал кричать Торин, обнажив клинок по направлению к приближающимся паукам.

Ммм, а это забавно. Слышать незнакомый диалект и понимать, что говорят. В данном случае с пауками. Особенно мне понравилось их: «Едаааа! \Сладкие какие…\Сочные\Упитанные\Еда пришла к наааам». Интересно, о чем бы они болтали, завидев Василия? Помнится от него пауки разбегаются как тараканы от неожиданно включившегося света.

Но да ладно. Придав Торину сил, толкаю его вперед нести «добро» и раздавать «справедливость» усердно нашептывая: «Крови богу крови!». Ну и что, что кровь паучья? Кровь же! Ммм, что-то я в последнее кровожадным становлюсь, всем головы оторвать хочу.

А Торину только и в радость. Словно цепной пёс, с которого сорвали поводок, он бросился на пауков. Кто помнит, как раздавал люлей Саурон в каноне булавой в рядах людей, раскидывая тех пачками во все стороны? Вот если вы это помните, то можете представить, что было с пауками от взмахов меча Дубощита. Нет, они не разлетались в разные стороны, как от булавы. Нет. Меч приобрел иное свойство и при каждом взмахе словно бы чуть-чуть удлинялся, из-за чего полностью перерезал пауков надвое. А так как на Торина пришелся основной удар, то остальным, даже с тугой соображалкой было легче сражаться. Так, своеобразным клином, отряд и продвигался пока до пауков просто тупо не дошло, что переть в лоб — себе дороже и арахниды не пустились наутек.

Догонять их никто не стал. Разрезав паутину, отряд поспешил прочь от этой «заставы». Признаюсь, я им даже немного завидовал. Не паукам! Гномам. Сам бы с огромным удовольствием железякой помахал, пару голов снял, но увы-увы… эх.

А когда гномы остановились на привал, я попытался заговорить с носителем. Вышло так себе, Торин тупо меня не слышал, но ощущал посыл, который я пытался донести. Со стороны… да и на деле, это выглядело как гном говорит с кольцом в моем лице и за меня же отвечает. Ни его, ни тем более других гномов ничуть не смущало, что Торин общается с кольцом на пальце как с разумным существом. Торину мешал это понять я, остальным магия Саурона в лесу. Собственно, поэтому я и не переживал за последствия такого палева.

Дальнейших приключений в лесу не возникло, как и каноничной встречи с Эльфами. Нафиг Трандуила. Как короля, я его может и уважаю… чуть-чуть, но сам по себе он тот еще засранец. Да, гномы в свое время поступили плохо. Мало того что оскорбили, так еще и подразнили, но ведь блин, чел… ты король эльфов, мудрейшей и высшей среди всех местных расы, протяни руку первым, не будь гн…ой! Гномы и так поплатились за свои ошибки, потеряв все что у них было, вплоть до собственных семей, зачем еще больше прессовать? Уверен, что после такого, у выживших как минимум должен был поменяться менталитет.

Да и потом, они бы стали должны. А гномы хоть и жадные, но долги всегда возвращают. Если только их «спасители» сами беду не устроили из которой надо спасать. Да. Но возвращаясь к эльфам, то лично я к Трандуилу особой любви не питаю и с удовольствием открутил бы его острые уши.

Покинув Лихолесье, отряд вздохнул с облегчением. Буквально. Народ ожил просто на глазах, сразу же. Нет, бледнота и общая тяжесть сразу не испарилась, но ребята стали выглядеть значительно лучше мертвецов, хотя до этого их смело можно было принять за шагающий труп.

Примечательно, что никаких орков мы здесь не увидели. Все было чинно и спокойно, что меня немного напрягало. Помнится, в каноне была потасовка с парнями Азога, но без него самого. Внимание вопрос, где они? Неужели это мое влияние? Или так и должно быть? Хм… странно. Но, да и ладно.

Следующим большим пунктом с остановкой стал Озерный Город, в который отряд прошел без каких-либо проблем и точно так же без проблем вышел, не забыв прикупить припасов. Видел Барда. Солидный мужик, за спиной такого что за каменной стеной. К своему удивлению, повидал его супругу. Очень красивая девушка, жаль не помню была ли она в каноне. Видел и бургомистра. Не скажу, что противоположность Барду, но… блин. Ну это типичный паразит. Умный, изворотливый, но пекущийся сугубо о своих личных целях и хорошо если эти цели хотя бы иногда проходят в той же плоскости, что и польза городу. Видел и его помощника. Как выразился Торин: «самый обычный глист», с чем я был полностью согласен.

Я вообще с Дубощитом во многом соглашаюсь. Умный мужик. И поговорить по делу любит. Вот сидим так вечерком, в том же Озерном Городе, в сторонке ото всех, руку подымет, на меня смотрит, перешептывается…

— Что думаешь, у нас получится одолеть дракона?

В ответ посылаю волну энергии, пробивающую гнома на мурашки по спине, а параллельно шепчу… «Даааа». Я как-то попробовал себя со стороны послушать, а именно через Торина, так чуть заикой не стал. Саурон в миниатюре, ха-ха-ха-ха, ой, веником убиться. Хотя, может это влияние оригинального кольца? Не только я на него влияю, но и оно на меня? Ммм, в таком случае мне срочно нужно менять место прописки. Интересно, а я могу пожаловаться управляющему на неприемлемые условия проживания? Нет? Очень-очень жаль.

— Я тоже так думаю, — кивнул Торин, получив мой ответ. — Мы с тобой всех одолеем… Моя Прелесть…

Хм… видимо я слишком сильно затянул гайки, надо бы чуть-чуть ослабить. Не хватало мне еще второго Голлума. Нафиг! Хотя вот, с другой стороны, результат моего прессования на лицо. Месяца не прошло, а Торин уже меня сам Прелестью называет и беспрекословно прислушивается к моим «словам». Еще бы придумать, как научить его руны рисовать, и совсем хорошо будет. Но не сразу, со временем. Не хочу королю мозги выжигать.

И не надо мне тут рассказывать, что в голову Гарри я заходил как к себе домой. Сейчас все по-другому. Кольцо в отличие от палочки имеет иные свойства и функции. Что бы иметь полноценную ментальную связь — артефакт-хозяин — кольцу надо быть реально в руках хозяина, а я напомню, что единственный хозяин кольца всевластия — Саурон. Спрашивается, ну и как отжимать у такого… правообладателя, эти самые права на кольцо? Никак. Вот и мучайся теперь.

Хотя я мог бы попытаться пободаться с Майроном, но опять же. Чья возьмет? Я, у которого за плечами тысяча лет жизни, череда опытов, десятилетия практики, или существо, которое живет от сотворения мира? Ммм, говорю сразу, на себя я бы не поставил. Боюсь у Майрона будет по больше опыта, не говоря уже о дури. Он без кольца, без тела, творит такие заклинания, что у некоторых магов из мира Поттерианы шарики за ролики заехали.

Блин. Я и в теле так-то не сильно хочу с ним связываться в открытом противостоянии, а уж теперь подавно. Поэтому на любые попытки кольца вернутся к хозяину, реагируем быстро, жёстко и эффективно. А еще намеренно скрываемся от великого ока. Да… Иногда правда это отражается на Торине. То головой непроизвольно дернет, то запнется, то речь оборвет на полуслове. Но это редко.

Следующей остановкой стала одинокая гора. В виду того, что добирались мы без приключений, к горе пришли на пару дней раньше запланированного срока, так что нам пришлось еще сидеть на выступе и тупо куковать. Вот здесь, на последнюю ночь я и рискнул проявить себя чуть-чуть сильнее и попробовать повлиять на носителя через его сны.

Если мы идем в крепость, гномы обязаны знать, что делать внутри. В сокровищницу спускаться опасно, и тем более опасно будить спящего там зверя. Нужно подготовится… эх. Прости Торин, но на утро у тебя точно будет болеть голова…

Торин Дубощит

Где я? Не понимаю… какое-то черное бескрайнее пространство. Здесь совершенно ничего не было, лишь холод и пустота.

— Торин…

Неожиданно со всех сторон эхом прошелся голос. Тот самый чуть-чуть хрипящий грубый голос, который я иногда слышу в реальном мире.

— Где ты? — попытавшись сориентироваться по голосу, пробую найти собеседника, но без толку. — Где ты? Покажись! — требую, сжимая от гнева кулаки.

— Я здесь, — услужливо отозвался голос, и прямо передо мной появилось нечто. Оно не имело тело. По крайней мере я не мог его отличить от мрака этого места. Но что я видел, это хищные красные глаза, устремлённые своим взором на меня.

— Что ты такое? — медленно, по слогам шепчу одними губами. Этот демон… почему-то он был мне знаком. Очень знаком, но я не понимал почему. А еще от его взора у меня по спине устраивали забег мурашки.

— Я — твой самый лучший друг, Торин… — усмехнулся демон. — Твой единственный и самый верный союзник. Тот, кто на твоей стороне… — медленно поплыл демон вокруг меня.

— Что тебе от меня нужно, демон?

— Демон? — удивился этот… монстр. — О, нет-нет. Я вовсе не демон. Хотя, если тебе проще, можешь называть меня так и дальше.

— Тогда кто ты?

— Дух, что заточен в кольцо, которое ты носишь на пальце.

— Так значит…

— Хех… мое имя — Аид. Рад познакомиться, — прикрыв глаза этот демон, по-видимому, поклонился. По крайней мере именно эти впечатления возникли у меня от его жеста.

— Уйди прочь, демон! Немедленно…

— А вот кричать и ругаться не надо, — перебил он меня и хищно прищурился. — Ведь это именно я помог тебе и твоей группе в целости и сохранности добраться до Эребора. Именно я даровал тебе ту силу. Именно со мной ты говоришь вечерами…

— Так значит…

— Да.

— Чего ты от меня хочешь?

— Нет, Торин. Вопрос в другом. Чего хочешь — ты? — лукаво протянул демон, облетев меня по кругу. Его взор не предвещал мне ничего хорошего, но я не чувствовал лжи. И более того… его слова выбили меня из колеи.

— В смысле, чего хочу — «я»?!

— Скажи мне. Чего же ты хочешь, великий Король-Под-Горой, — под конец голос рассмеялся, от чего я сжал в гневе кулаки.

— Не смей… не смей издеваться! Слышишь?

— А кто издевается? Я? — удивился демон, широко распахнув глаза. — Отнюдь. Никто здесь не издевается. Ты был и остаешься наследником Эребора. И это твой титул. Скажешь — я не прав?

— Рррр…

— И чего злимся?

— Дракон забрал Эребор… забрал мой дом и все сокровища. А ты насмехаешься над этим?!

— Я ведь уже сказал, что нет, не смеюсь. Пусть дракон забрал гору, но она не его, а ваша. Твоя. Хватит думать, что я над тобой издеваюсь, это не так. Но я повторю свой вопрос, чего ты хочешь?

— Ты ведь прекрасно знаешь…

— Знаю. Но хочу услышать.

— Вернуть Эребор! Вернуть Эребор и захватить дракона. Хочу, чтобы все узнали нашу силу, хочу, чтобы сам Смауг стал символом нашей мощи!

— А золото?

— Золото, всего лишь ресурс, не более того. Оно не показатель величия…

— Хе-хе-хе-хе-хе, это же замечательно… нет, восхитительно! Ты со мной согласен? Достойная цель, сильного правителя, — развеселился демон и полетел вокруг меня на второй круг. — Я рад, что ты понимаешь это. И могу предложить тебе свою помощь, Торин.

— Какого рода?

— Я сделаю так, что ты достигнешь своей цели. Дракон будет заточен в золоте, он станет символом вашей мощи. Эребор восстанет из пепла и вновь станет великой твердыней, а ваша слава будет греметь на все Средиземье…

— Ты… ты это можешь?

— Не мог бы, не предлагал.

— И что просишь взамен?

— Всего ничего, Торин. Всего-лишь свободу. И помощь в её достижении.

— Свободу? — пришел черед удивляться мне.

— Да. Видишь ли, я заточен в кольце и очень хочу выбраться. Я хочу вернуть свой народ, а дракон мне в этом может помочь. Живой дракон. Поэтому наши с тобой цели пересекаются.

— И что от меня потребуется?

— Почти ничего. Используя дракона, я воссоздам представителей моего вида, а уже они помогут мне обрести свободу. Эребор, мне нужен как оплот, твердыня, как верный союзник, на которого я смогу положиться. В дальнейшем, я его покину и, если ты того пожелаешь, полностью отдам тебе. Но я не думаю, что ты этого захочешь.

— Почему?

— Хороших друзей много не бывает. А я и мои сородичи станут верными союзниками вам, как и вы нам. Наши тайны станут вашими и наоборот. Мы станем друг другу очень близки…

— И где подвох, Демон?

— Его нет. Я помогал тебе на пути сюда. Но теперь хочу решить, стоит ли помогать дальше? Без меня, дракон внутри крепости вас всех перебьет и не почешется.

— А он до сих пор жив?

— Жив, Торин. Жив и прекрасно себя чувствует.

— Тебе-то откуда знать?

— Я его чувствую. Магию в нем. Силу.

— Ммм…

— Времени на раздумья все меньше, Король-Под-Горой. Что же ты решил?

— Ты… ты обещаешь сделать то, о чем говоришь?

— Обещаю. Гномы получат желаемое в твоем лице, будь уверен.

— Тогда… я согласен.

— Замечательно. У тебя на утро будет болеть голова, имей в виду. Но пока будешь помнить, запиши эти символы… — на этих словах, передо мной появились прямо в воздухе три различных символа, очень похожие на наши руны. — Это — руны Тарг’Харагат. С моей силой, ты сможешь их использовать.

— Магия?

— Магия. А теперь слушай меня внимательно и запоминай. А как проснешься, сразу записывай. Ты меня понял?

— Да.

— Первая руна — руна холода. Она моментально заморозит все что окажется в зоне поражения. Нанеси её в зале великих королей в низине подле статуи Трора.

— Как ты…

— Не перебивай! — рыкнул демон. С каждым словом мне казалось, что он нервничает все сильнее. — Нанесешь их на пол. Команда активации — Рагарат. Далее, вторая руна — руна огня. Нанеси их на печи в кузне. Активация — Рагрухар. Пусть топят золото. Третья руна — руна рассеянности. Нанеси её на статую Трора на уровень головы. Она активируется, как только дракон станет напротив нее и не даст тому быстро соображать. А теперь сам план — растопите золото в кузнях, заманите дракона к статуе Трора и когда тот подойдёт, снимите кожух. Золото затопит зал, и дракон окажется в золоте. Применяешь заклинание печати, и дракон не может пошевелиться. Из-за рассеянности он не сможет быстро реагировать, это даст вам больше времени. Ты все понял?

— Да…

— Все, Торин. Я на тебя рассчитываю. Не подведи… — с этими словами меня словно бы выбило из этого странного места.

Не знаю, что было дальше, но больше снов не было, а проснулся я только на утро. Голова действительно… нет, не болела, она раскалывалась, словно после удара чем-то тяжёлым, причем изнутри. Хотелось выть, но от элементарного стона становилось еще хуже, а любая мысль отдавала новым ударом.

Но я помнил. Помнил разговор. Помнил те руны… собрав все силы, беру камень и просто черчу им по другому камню символы и буквы. Только бы не забыть…

Аид

А Торин молодец. После того как я ему немного пошатнул разум, умудрился сцепив зубы взять ближайший камень и нацарапать им прямо возле себя ключевые символы и слова — активаторы, после чего благополучно расслабился и просто тупо отдыхал, стараясь ни о чем не думать.

Прости, дружище, но так было нужно. Терять вашу компанию я не собираюсь, как и дракона. Торин же, пролежал до самого вечера и лишь когда засияла луна более-мене ожил. Так, под лунным светом парни нашли спрятанную замочную скважину. Замечу, что механизм мне очень понравился, по крайней мере тот, кто прятал дверь, оказался профессионалом своего дела и мне есть чему поучиться.

А с открытием двери отряд под предводительством Торина приступил к делу. План был ясен, единственное гномы не понимали, откуда эти странные символы, но Дубощит сослался на древние записи, которые сразу же отбили все любопытство. Странные они. Раз «древние записи», значит все ясно? Ммм, мне этого не понять. Но, да и ладно. План «Дракон в курятнике» только что был приведен в исполнение и мне остается только ждать…

Глава 5

— АААААААААА! — кричали гномы, убегая от рассвирепевшего дракона.

«Ааааа» — кричал я, мысленно хватаясь за голову и подгоняя носителя.

— ГРААААААА!!! — гремел рёв, подгоняющий гномов пуще меня.

Пхххххх!!! — шипело всепожирающее пламя.

Эх, а ведь как все замечательно начиналось… вечно у меня все через ж…

Флешбек

Группа гномов не спеша продвигалась по темным коридорам легендарной подгорной цитадели Трора, одной из величайших крепостей Средиземья, Эрибору. Они шли тихо настолько, насколько могли. Бильбо шел впереди как разведчик и проверял маршрут по указаниям от гномов.

Гендальф был прав, запах Хоббита был для дракона не знаком, а значит и понять тот сразу не должен, что в сокровищнице нарушитель. Так группа и продвигалась, до самых залов королей, где Торин спешно единолично начал чертить символы указанных мною рун. Гномы тем временем рассредоточились и внимательно следили за обстановкой в то время пока Бильбо пошел вниз к кузницам, посмотреть что с ними. Следом за мистером Бэггинсом по пятам пошел Балин, дабы бедный хоббит ненароком не заблудился в этом подземном лабиринте.

— Торин, что ты делаешь? — шепотом прохрипел Двалин, глядя с каким упорством король гномов вырисовывает неизвестные ему рисунки.

— Черчу руны.

— Чертишь — что?

— Руны, Двалин. Древние руны гномов. Настолько древние, что о них практически никто не помнит.

Ай какой молодец, Торин! Если бы мог, похвалил гнома за смекалистость. Хотя с другой стороны, может он сам так считает? В конце-концов руны данные мной действительно похожи на руны местных гномов. А то что я их знаю, так ведь сколько в его глазах мне лет? Было бы странным если бы не знал, да? Хех, забавно, до чего разум только не додумается чтобы самому себе чертовщину объяснить.

— Древние руны гномов? Откуда?!

— Нашел. Они помогут нам одолеть дракона.

Дальнейших расспросов не произошло. Посерьезнев, Двалин кивнул и удалился, позволив Торину спокойно дорисовать остальные. Причем как на полу, так и на стенах, еще бы на потолке я думаю нарисовал бы, не будь тот так высоко…

После мой «компаньон» взобрался на статую на которой нарисовал вторую руну. Потом еще раз её продублировал. И еще. И так раз десять по всему периметру статуи. Хм… знаете, такой ментальный удар даже меня равнодушным бы не оставил, а тут как бы по неподготовленному разуму да с элементом неожиданности… блин, мне уже жалко Смауга. Немного. Совсем чуть-чуть.

Подготовив зал для «приема нынешнего подгорного короля», наша пати отправилась вниз к кузням. Все было в норме, все готово к работе, только что огонька ни у кого не было. Никого, кроме Торина. И здесь я уже расслабился и просто спокойно наблюдал за тем, как гном чертит воспламеняющую руну прямо на внутренней стенке печи.

Как оказалось — зря. Торин допустил ошибку и чуть-чуть неправильно изобразил элемент символа, из-за чего руна получилась не только воспламеняющей, но и с шумовым эффектом. Мой крик:

— «Неееееет!» — потонул мой крик в слове-активаторе с уст Торина.

И грохнуло так, что все гномы разом оглохли. И сверкнуло так, что коротышки с минуту не могли проморгаться. Да полыхнуло пламя на всю печь, обжигая нерадивых гномов, оказавшихся слишком близко к печи. Прочистив уши, первым в себя пришёл Торин, как моими стараниями, самый быстро регенерирующий. Оин был единственным кто не приходил в себя, он сам по себе глухой, так что лучше всех пережил звуковой удар.

— Все в порядке? — крикнул Торин на еще ошарашенных гномов и одного Хоббита.

— А? — повернулся Бильбо.

— Все в порядке? — повторил вопрос Торин.

— Я ничего не слышу! — прокричал в ответ Кили.

— ГРАААААААААААА! — раздался в ответ яростный рев ДВУХ глоток.

— Теперь услышал… теперь услышал! — запричитал Кили, испуганно дрогнув.

— В зал королей! — проорал Торин, указывая рукой на лестницу по которой мы спустились.

Конец флешбека

Пока гномы бежали к лестнице, я приходил в себя. Почему, почему воплей драконов оказалось — два?! Нет… я не согласен. Я протестую! Где канон?! Почему все не по канону??? Кто автор этой истории, покажите мне его, я хочу посмотреть в его глаза!

«Ик» — тихонько про себя выдаю, глянув на ТО что выползло у нас за спиной прямо в кузню. Огромный черный дракон, покрытый шипами, с солидной костяной короной на голове. По одному только виду было ясно, сколь прочная у этого дракона чешуя, а оскал с выглядывающими клыками ясно намекал на намерения этого дракона. Что я сразу приметил, это то, что в отличие от оригинального Смауга, этот дракон имел четыре лапы и сложенные на спине крылья.

— Нарррррушииителиии! — прорычал дракон довольно высоким для своего вида тоном и сразу же выдохнул струю огня. Спрыгнув с лестницы, Бильбо с Торином укрылись за ней, спасаясь от огня. Не успели парни заскочить в спасительную арку.

— Это — Смауг?! — прокричал Бильбо.

— Нет. Вот это — Смауг! — качнул головой Торин и указал рукой на второго дракона, спустившегося к нам откуда-то сверху. Хм… конечно не оригинал, который я помню по фильму, но около того.

— Дубощщщиит! — попривествовал Смауг Торина милым оскалом. А он явно гостеприимней будет своего напарника.

— Смауг… — выдохнул Торин.

— Если это — Смауг, тогда кто вон там?! — указал Бильбо рукой назад.

— Я — Ангарра! Последняя дочь Анкалагона Черного! — представилась первая туша, высунувшись над нами.

«Твою мать…» — вырвалось у меня обреченно. Может я и профан в мире Средеземья, но кто такой Анкалагон знаю. Самый крупный и сильнейший дракон среди всех драконов Моргота. Чести ради, должен отметить, что его дочурка сильно меньше папаши, тот ведь был соизмерим с горой. Но при этом она будет раза в два крупнее Смауга. Интересно, а от чего зависит рост дракона?

— Гррррр… — начала набирать в грудь воздух Ангара. Блин, вечно меня не туда уносит.

— Бежим! — схватив хоббита за шкирку, Торин рванул в сторону, скрываясь за лестничной опорой с внутренней стороны от направленной струи огня. С моей небольшой помощью, мы выжили и в этот раз, чему драконы явно не обрадовались.

Припустив, пара: Бильбо — Торин, неслись к спасительному проходу в боковой коридор.

— Нарррушители, вы потревожили мой покой, и теперь вы умрете! — попыталась развернуться Ангара, но с её размерами это оказалось сделать несколько проблематично, что позволило обоим героям скрыться.

— Торин, ты говорил, что дракон будет один! — сходу наехал Бильбо, тяжело дыша. И я кстати с ним был солидарен, о таких сюрпризах надо говорить заранее.

— Я не знал, что под горой появился кто-то еще! — огрызнулся Дубощит в ответ. — Смауг был тем, кто выгнал мой народ отсюда. С тех пор гора была недоступна. А о втором драконе никаких слухов не ходило. Я вообще не понимаю откуда здесь эта… драконица.

— Видимо посчитала, что ваш дом будет идеальным местом для её кладки, — попытался пошутить Бильбо улыбнувшись, но глянув на лицо Торина моментально заткнулся.

— Твой план не сработал, Демон, — прошипел Торин одними губами, поднеся меня к лицу. Ну, а я что? Я ничего. Ответить не могу, после всех недавних событий, мне просто нельзя дальше влиять на его разум. Еще раз радикально вмешаюсь, не дав тому отдохнуть, и на свет вполне может появится — Шмыга номер два, лайт версия. И толку мне тогда от Торина? Вот и приходится молчать и надеяться что гномы найдут выход… которого я сам пока не вижу.

Ведь что мы имеем? Имеем двух драконов. Одна разбушевавшаяся фурия, второй… второй просто дракон. То есть сильный, живучий, опасный. И что делать? Даже не представляю. Хм… а интересно, почему они решили обосновать кладку именно здесь?

Ммм, не знаю, на сколько я окажусь прав, но единственная причина основать здесь кладку — золото. Других причин я просто не вижу, зато минусов можно насчитать с десяток. Первый и главный — расположение. Гора Эрибор, имеет стратегическую ценность, а это значит, что сюда будут ломиться как «светлые», так и «темные» личности. Второй минус, это известность. Эрибор славится залами полными сокровищ, а значит и ломится сюда будут все кому не лень ради простой и понятной всем цели — поживится нахаляву. И минус третий — по соседству с Эрибором по меньшей мере три фракции, которые имеют к горе особое неравнодушие. Это — Лихолесье, с Трандуилом и его манией овладеть белоснежными камнями. Это — Железные горы, с Железностопом, который просто хочет вернуть то, что принадлежит гномам. Это — Дол-Гулдур с Сауроном, который видит в горе распахнутую дверь во владения Ангмар. Кстати, интересное королевство, может выращивать там что-то и проблематично, зато обилие руд позволяет создать неплохую военную машину.

Так вот, как не посмотри, а Эребор проблемное место для выведения «птенцов». Чего они сюда приперлись? Да и тот же Смауг в каноне в золоте купался… Нет, если предположить, что золото как-то связано с драконами и дает тем силу, тогда все становится на свои места. Ради ТАКОЙ халявной еды можно и повоевать, причем сразу со всеми.

Спрашивается, и что теперь делать? С одной стороны, что драконов два — это очень хорошо. Прямо таки, отлично! Больше энергии, хомяк одобряет. А кроме того, кладка и возможность выведения ручных драконов, что тоже актуально и очень вкусно. Но блин… два дракона, это черт возьми два дракона! Их еще надо скрутить. Обоих. В зале королей есть место только для Смауга, и что делать с Ангарой я просто не знаю. И как её убивать, тоже не знаю, едва ли гномы это смогут.

Эх… ну почему все идет не так как я планирую? Все. К черту канон. Мало того что он не работает, так еще и меня подкашивает.

— Торин? — окликнул Бильбо Дубощита.

— Что?

— Что будем делать?

— Я не знаю. План на который я рассчитывал только что сожгли драконы, — выдохнул Торин, присаживаясь на пол под стеночкой.

— А отсюда есть еще ходы?

— Нет. Только тот, через который мы в эту комнату вошли, — качнул головой гном.

— Нет. Не может быть все настолько плохо, — уверенно ответил Бильбо нахмурившись. Забавный он. — Давай, Торин, думай, план просто обязан быть. Я в тебя верю. И остальные верят.

— Я думаю, Бильбо. Думаю, но нет у меня идей!

— Ну хорошо. Давай исходить из того что есть. Что у нас есть?

— Только наша храбрость.

— Что еще?

— Магическое кольцо?

— Именно! Его как-то можно использовать?

— Не знаю… — в этот момент, я на пару секунд перенес Торина в мир духов и обратно. Широко распахнув глаза, гном не понял что произошло, а вот до Бильбо дошло.

— Торин?

— Я сам не понял что только что сейчас произошло…

— Торин, ты вдруг исчез! И появился…

— Исчез?

— Да.

— Хм… — задумавшись, Дубощит посмотрел на меня и я перенес его еще раз.

— Вот! Сейчас тебя не видно.

— Это кольцо, — ответил Торин, появившись. — Оно помогает нам. Но я не понимаю, что оно хочет.

— Скажи… а древние руны гномов, ты нашел вместе с ним?

— Да.

— Тогда, может быть оно хочет что бы ты их применил?

— А толку? Драконы ведь не в лову…шке… погоди! — пришла в голову Дубощита идея. — Точно! Руны! Вы гений, мастер Бэггинс! — обрадовался Торин, подскочив на ноги. И если честно, я сам не понял до чего эта пара додумалась.

— Ты что-то придумал?

— Именно. Ждите здесь. Как только я отвлеку их внимание, бегите к плавильням. Там будет цепь, открывающая задвижки. Как только золото расплавится, потяни её и жди там.

— Я понял. А что будешь делать ты?

— Пойду займу драконов, — усмехнулся Торин, исчезая в мире теней.

Я не знал что он задумал, но старался помочь чем могу. Возможно на крайние меры и не придется идти, ломая его разум. Во всяком случае, посмотрим до чего додумался Дубощит.

Покинув укрытие, мы увидели поджидающего нас Смауга, а вот Ангару нигде не было видно.

— Ррр… Дубощит… я чувствую твой запах, жалкий коротышка… где ты? — прорычал змей, прекратив отыгрывать партизана в засаде. Бегая взглядом по полу, дракон старался нас увидеть, но тщетно. — Хватит прятаться в тенях, они не спасут тебя от моего огня.

Пока змей пытался нас найти, Торин осторожно крался по-над самой стеночкой, не отводя взгляда от Смауга.

— …я слышу твои шаги, коротышка. Слышу дыхание… тебе не уйти! — продолжал рычать дракон и выпустил струю пламени. Мимо, нас там уже давно нет. А вот в том, что у дракона офигенный слух я оказался прав. Еще и обоняние хорошее. Интересно, что задумал Торин?

Ответом мне стал чиркающий по полу мелок, которым Торин быстро вырисовывал сначала руну огня, а затем рядом с ней руну охлаждения. На скрежет мела, к нам обернулся Смауг.

— Вот ты где!

— Попробуй поймай меня, слизняк! — прокричал Дубощит покинув мир теней и побежал прочь. Стоило дракону бросится следом как Торин активировал словами-активаторами обе руны. Из-за конфликта разнополярных чар, громыхнуло будь здоров. Там не то что Дракона подбросило, а каменную кладку разворотило к чертовой матери, оставив после взрыва здоровенную выбоину. А ведь я зарядил руны всего-ничего, боюсь представить что бы случилось, заряди сильнее.

Ухмыльнувшись, Торин прокричал:

— Бильбо, беги! — и сам припустил вверх по лестнице.

К моему удивлению, Смауг не сразу пришел в себя и как следствие бросился следом. Дракону не столько досталось, сколько он был шокирован такими фокусами. Взревев, Смауг бросился за нами, но выигранного времени оказалось достаточно чтобы скрыться во внутренних секциях крепости, а из них попасть на верхние ярусы под сводом самых больших залов, где дракон нас уже не достанет.

— Сейчас мне понадобиться твоя помощь. Я надеюсь ты сможешь сделать так, чтобы взрыв стал сильнее, — прошептал Торин, параллельно занимаясь начертанием этих же двух рун прямо на полу в какой-то из комнат. Я, будучи в замешательстве, так и не понял что хочет сделать этот впавший в безумие маньяк, но точно что-то нехорошее. По крайней мере блеск в глазах и толика безумия, доносившаяся до меня, ничего хорошего не говорили.

Послушав своего носителя, в этот раз сильнее заряжаю руны. Затем мы сделали еще одну остановку, на этот раз руны рисовались на какой-то стене. Затем еще раз, и еще. И так, пока Торин не оказался удовлетворен результатом и мы не отправились на поиски драконов.

Найти тушу в пару десятков, если не сотен, тонн в подгорном королевстве — задача проще некуда. Еще проще, найти две такие туши, которые к тому же старательно пытались выковырять забившихся в королевских залах гномов.

Замечу, не в зале королей, а королевских залах. У местных это разные помещения. Зал королей — место, где стоят статуи как королей так легендарных гномов. Королевские залы же — место, где местные правители проводили большую часть своего времени. Вот такая вот игра слов.

— Рррр, — рычала Анагара шкребя лапой по камню. Пока она возилась с камнем, Смауг меланхолично наблюдал за другими выходами, карауля тех, кто попытается через них сбежать. Параллельно где-то что-то горело, дым несмотря на хорошую вентиляцию уже давал о себе знать, но пока дышать еще было можно.

— Эй, вы! — окликнул обоих Торин. — Дарагах’Анграхар!!! — прокричал он непечатное гномье выражение которое по видимому оба дракона поняли как надо. Рассвирепев, обе туши оставили забившихся в угол гномов и бросились за нами.

— Я тебя сотру в порошок, гномья ты отрыжка! — взревел Смауг, в то время как его напарница просто пыталась до нас добраться, но опять же, размеры играли против нее. Слишком тесен оказался Эрибор для такого дракона. Поэтому вместо того чтобы бежать, она просто выдохнула новую порцию огня.

Не останавливаясь, Торин буквально выпрыгнул с нашего этажа и, перелетев добрых десять метров, с перекатом приземлился на соседний ярус, что располагался этажом ниже, тем самым скрывшись от потока. А вот Смауг не скрылся, но ему видимо пламя особого дискомфорта не причинило, даже чешуя не подкоптилась.

Прокряхтев ругательство, Торин подскочил на ноги и прихрамывая побежал дальше. В этот момент, дабы дать ему фору, переношу носителя в мир Духов, при этом напитывая тело маной, для поддержания естественных регенеративных процессов.

Спустившись на несколько ярусов ниже, Торин оказался в большом коридоре, ведущим в жилой сектор крепости. Периодически останавливаясь, он окрикивал следующих за нами драконов, которые, чтобы поймать несносного гнома, разделились. Пока Ангара шла за нами, Смауг куда-то подевался, но по видимому моего носителя это ничуть не смутило.

Так, остановившись в очередной раз и шепнув, он обратился ко мне:

— Покажи меня им, Демон. У меня для них сюрприз.

Выведя Торина из мира теней, смотрю за разворачивающимся действом. А посмотреть было на что. Обнаружив наглого Гнома, Ангара тут же бросилась к нам, но не добежала. На полпути Торин громко прокричал ключи — активаторы. Серия взрывов пронеслась эхом по залам крепости, и целая секция в потолке рухнула прямо на Ангару. Только этим дело не закончилось, сила удара оказалась такой, что пол не выдержал и отправил драконицу дальше вниз.

— Вот так. Одним драконом меньше! — радостно огласил Торин.

«Сейчас станет еще и на одного гнома меньше!» — в ужасе кричу на гнома, ведь очень отчетливо раздался треск камня. Затем еще один, и еще. Затрещал пол, затрещал потолок, покрылись трещинами несущие колонны. И понеслась.

Следом за сегментом, начала обрушатся целая секция, прямиком в бездонный мрак шахт. Расхохотавшись, Торин побежал прочь, наверное напугав меня еще больше чем обрушение. Видимо я все-таки повредил его рассудок из-за активного вмешательства в сознание, другого объяснения этому безумию, просто не вижу.

Хотя должен признать, вышло оригинально. Если Ангара после такого и выжила, то как минимум покалечена, а это преимущество. Но рисковать ради нее обрушением целой крепости, на мой взгляд — перебор… хотя, вот Ная с Маей в свое время творили куда как большую херню.

А вот Смаугу это явно не понравилось. Выскочивший нам наперерез дракон, мягко говоря был очень расстроен таким отношением к боевой подруге, о чем нам и сообщил посредством своего фирменного огненного дыхания. И даже достал.

Присев на колено, Торин, ведомый моей волей, сложил руки в защитном жесте. Он сам не понял что сделал, для него это выглядело как безумие. Вот Смауг начинает выдыхать потоки огня. Вот Торин очень начинает хотеть опуститься на колено и сложить руки определенным образом. Вот он так делает и заклинание под моим усилением выставляет магическую защиту.

На мое счастье, заклинание сработало как надо, и перед нами появился тоненький барьер, принявший на себя удар.

— Ха-ха-ха-ха-ха, бесполезно, слизняк! — хохотал Торин как психопат. Видимо, я действительно снес ему крышу… упс.

Выдохнувшись, Смауг в неверии посмотрел на Дубощита, а тот все не унимался. Поднявшись на ноги, Торин сквозь смех прокричал:

— Что-то ты разжирел и обмяк, ящер! Да в наших кузнях пламя жарче твоего, Смауг-жалкий-слизняк…

— Грррр…

— Ну же… попробуй достань меня!

Рванув прочь под невидимостью, Торин лишь чудом избежал удара хвостом. Признаюсь, меня пугало его веселье. Очень сильно пугало. Те же Ная с Маей не сделают без моей воли того, с чем не смогут разобраться. А если отчебучит Торин, скорее всего разбираться придется мне!

— Сейчас… сейчас мы с ним разберемся, Демон. Сейчас мы закуем дракона в золотые оковы, — говорил Торин себе под нос, пробегая пролеты. — … и он узнает, что такое месть подгорного короля. Надеюсь они в Зале Королей…

Точно крыша потекла.

— Торин! — выскочил нам наперерез Двалин, а за ним Фили, Кили, Нори…

— БЕГИТЕ! — прокричал Дубощит, махнув рукой для убедительности. — Все в Зал Королей! Живо!

Повторять не пришлось. Все гномы, которые отправились на поиск своего предводителя, тут же рванули куда им сказали. Смаугу же пришлось бежать в обход, но…

Глухой удар и грохот камней ясно сказали, что Дракон предпочел срезать. Повернувшись на грохот, мы удостоверились: Смауг проломил стену и несся к нам с ну ооооочень добрыми намерениями.

«Торин…» — окликаю замершего Дубощита. Отмерев, тот припускает к залу.

Уже в Залах Королей к нам вломился Смауг. К моему удивлению план, составленный в начале, вернулся в колею. Торин стоял прямо на плече статуи и манил пальцем дракона, ехидненько так приговаривал: «Цип-цип-цип-цип, иди сюда». И Смауг пошел. Вернее побежал.

Стоило ему войти в активную зону, Торин активировал дезориентирующие печати. Ментальный удар обрушился на голову дракона и потеряв равновесие, тот еще приложился ею прямо о статую, распластавшись на полу не в силах подняться.

Гномы тут же сломали замки и высвободили золотую статую. Секунда, вторая, третья… ничего не происходит.

— Не понял… — воскликнул Двалин. — Торин, так и должно быть?

Но отвечать ему никто не спешил, шокированы были все, включая самого Торина. Но не меня… меня накрыло.

«Да вы *Цензура*, *Цензура* в конец *пиииииииииииииииииииииип*, засуньте *Цензура* в *Цензура*, *Цензура*, чтоб вас всех *Цензура*, это уже ваще ни в какие *Цензура* ворота!!!!!» — сгорел я, опустившись до самой изощренной брани, на которую был способен. Нет, ну такого подвоха я ну никак не ожидал. Хотя… стоило догадаться. Золото ведь — металл с отвратительнейшей теплоемкостью. И как следствие очень быстро остывает. Прибавить сюда сколько мы гуляли по крепости, и получим… получим очень толстого Песца. Блин, а ведь еще и Бильбо нигде не видно. Видимо так и сидит парнишка в кузне. Эх… гадство. Просто гадство.

А дракон тем временем приходил в себя и уже предпринимал попытки подняться. Посмотрев на это дело, плюю на все планы и беру дело в свои руки. Я постарался приложить все силы чтобы вырваться из кольца. Я рвался словно дикий зверь из клетки, только бы взять ситуацию в свои руки, а точнее в руки Торина. Да что б я хотя бы еще раз положился на канон, да никогда! Все! Хватит! Достало!

Но мои потуги оказались бесполезны. Кольцо надежно держало мою душу, не давая той вырваться за пределы темницы и разом сломить волю носителя. Однако мои действия дали плоды. В какой-то момент я почувствовал тело, почувствовал контроль. Но вместе с этим чувствовал чужое присутствие.

«Торин?!» — удивленно мелькнула мысль.

«Я не знаю что ты задумал Демон, но я позволю тебе мне помочь. Давай же вместе разберемся с этим драконом!» — слышу его мысль — отклик.

Злорадно ухмыльнувшись, разжимаю руки и просто падаю на пол, притормозив у самой земли чарами левитации. Замечаю как от кольца исходит черный мрак, как он же стелиться за мной подобно туману, оставляя след, чувствую, как из носа течет кровь. Приятно все-таки чувствовать себя живым…

Но это позже. Сконцентрировавшись на деле, формирую воздушный толчок. Самое простое плетение, которые запросто сможет сходу освоить даже неподготовленный разум. А это важно. Ведь вместе со мной сейчас Торин. Тело не мое, я его лишь направлю. И я прекрасно понимаю, что в любой момент могу потерять контроль.

Направив заклинание на статую, чувствую как от напряжения вздуваются вены на руках, а в голову бьет давление, от чего темнеет в глазах.

— Мы сказали — лежать! — кричим мы на пару с Дубощитом и обрушиваем статую прямо на дракона, прижимая того к полу. Сама статуя изрядно деформируется, но общую структуру держит.

Под настоящий вопль боли дракона раздается грохот и змей тщетно пытается выкарабкаться из-под золотой клетки. А чтобы утихомирить, еще добиваю засранца теми самыми рунами холода, обжигая чешую ледяным ударом. Смауг ведь огненный, лед ему противопоказан, а тут что азотом облили, сразу утихомирился.

— Тыыыыы, — рычит дракон, сконцентрировав взгляд на нас.

— Ну вот и все, — утерев кровь с носа, мы посмотрели на дракона. — Ты будешь служить нам, Смауг.

— Никогда!

Мы не ответили. Лишь злорадно ухмыльнулись и повернулись к ошарашенным гномам. Дальше я добровольно отпустил Торина, возвращаясь в кольцо, а тот, вскинув кулак прокричал:

— Победа за нами! Мы победили драконов!

Сначала до гномов не дошло. Но затем… когда они переваривали услышанное, грянул радостный вой, на который прибежал потерянный Бильбо. Гномы радовались и поздравляли друг друга, подбрасывали Торина как Героя и их ничуть не волновало какая сила ему помогла или почему от него клубился мрак. Он был их королем, который не только показал себя, но и по сути одолел двух драконов.

А я… я не радовался. По возвращению в кольцо и чуть придя в себя, до меня дошло, что чужое присутствие не ушло.

«Саурон…» — говорю про себя. Чужак не ответил. Его присутствие исчезло, не оставив и следа. Значит… я только что привлек его внимание? Похоже на то. Собственно, ничего удивительного. Драконы гремели на всю округу, небось и в Дол-Гулдуре слышали, не говоря про Сумеречный Лес, оно же Лихолесье. Уверен, что даже без всякого канона, стоит ждать в скором времени гостей, а значит нам не помешает помощь, о чем постарался напомнить Торину — пусть отправит послание друзьям в Железных Холмах.

К слову о Торине. Несмотря на все мои попытки его угробить, гном до сих пор сохранил себя, вопреки всему. Ну стал чуточку безумнее. Ещё горячее. Клинить начало, постоянно дергается ко мне, то совета спросит шепотом, то о себе «мы» говорит. Ну и что? Уверен были короли с куда как более серьезными психическими отклонениями… я надеюсь.

Глава 6

Отправив ворона мы стали дожидаться помощи. Смауг ругался не переставая и периодически пытался нас спалить. Его подружку откапывать даже не пытались, ну её нафиг. Максимум что сделали, это нашли Аркенстон и привели в порядок пару залов, обустроив те для жизни. Как бы мне не хотелось разобрать светящийся камешек и поискать драконью кладку, сначала требовалось разобраться с делами житейскими.

По ходу дела, разобрался с Торином и нашел для себя способ воздействовать на мир. Когда Торин не сопротивляется и расслабляет тело, я могу взять его под контроль. Прикол в том, что даже если Дубощит спит, то телом я управлять не могу, хозяин должен бодрствовать. По сути, дух Торина, его разум для меня что посредник к телу. Если говорить простыми словами, я посылаю импульсы Торину, тот откликается, переадресуя их телу, тело действует, потом дает отклик мозгу Торина, а затем адрес доходит до меня. Вот такая вот «кривая» линия. Но малейшее сопротивление и я теряю управление. Н-да.

Буквально через два дня после отправки сообщения в Железные Горы, к нам примчался Железностоп с целой армией гномов. Вот чем мне нравятся конкретно эти низкорослые коротышки, так это коммуникабельностью и унифицированностью. Каждый воин разделяет в себе как боевика так и кого-то из мирной отрасли. Кузнецы, шахтеры, ремесленники, да блин даже пекари — все обученные воины, которые в случае необходимости берут в руки оружие и бегут на передовую.

Но в данном случае все было наоборот. Вооруженная до зубов толпа гномов была частично разоружена и переформирована в строителей для наведения здесь порядка. Условно говоря были созданы три направления работ. Первое занималось восстановлением обороноспособности крепости. Ворота, стены, башни, все это было на них. Они же ремонтировали баллисты и стрелометы. Вот кстати интересный момент, в Эреборе нет ни одной катапульты. Вместо них, в стенах торчат некие механизмы, по принципу баллисты выбрасывающие вперед пачками камни весом от одного до пяти кило. В сумме за один выстрел тебе на голову летит сто пятьдесят — двести кило, а перезарядка занимает от десяти до пятнадцати секунд. И таких точек штук десять, так как они достаточно компактны и до безобразия просты в обращении. Да, прицельность у такого оружия мягко говоря — никакая, но оно и не для того создавалось. В случае скопления вражеских сил, этот каменный град даст прикурить всем.

Еще мне понравился Тяжелый Гномий Стреломет. Да, оружие предназначено против драконов, но ничего не мешало коротышкам заменить боеприпасы и использовать против той же толпы. Если по простому, то это своего рода — кассетная стрела. К основной длинной стреле крепятся вокруг стрелы поменьше. Затем формируется еще один круг. После выстрела стрелы разделяются, образуя дождь. Ввиду того что каждая стрела не сильно меньше Черной Стрелы, то даже щит не сильно поможет.

Конечно же здесь были стандартные гномьи стрелометы, но Смауг спалил их в первую же минуту, как самую большую для себя угрозу.

Вторая группа гномов ремонтировала внутреннюю часть крепости, возвращая ей жилой вид. Начали они с самого главного — коммуникаций. Без этого, что-то куда-то везти или тащить было невыносимо тяжело и попахивало мазахизмом.

Третья группа, в которую вошли мы с Торином, занималась лично драконами, но перед этим поделили группу еще на три неравные части. Пока одни парни откапывали Ангару, мы с Торином поддерживали Смауга в неадекватном… простите, вялом, я хотел сказать вялом состоянии. Это позволило гномам спокойно, не опасаясь за собственные жизни, работать с драконом, создавая вокруг него клетку. Сначала заковали крылья, хвост, затем лапы, протянули вдоль позвоночника стальные балки. Намордник обязательно, куда без него? Из высококачественной стали — я лично проверял крепления, а потом еще через сны пояснял Торину, что надо делать и какие руны на них накладывать, чтобы гарантировать надежность оков.

Даже в бреду, Смауг оставался собой и пытался буйствовать. А разок с ним состоялся такой диалог:

— Дубощит… — тихо протянул дракон не отрывая взгляда от нас. Повернувшись к крылатому зверю, Торин вопросительно изогнул бровь.

— Чего тебе?

— Как ты пережил мое пламя? Мой огонь способен опалить даже Майар, как ты выжил?

Оппа. То-то я думал, почему мой щит по швам трещал, а оно оказывается дело не в Торине, а в Смауге было. Любопытно. Нет, но с другой стороны очень приятно знать, что одна из моих лучших работ выдержала то, от чего горят руки бога. А Майар, по сути это руки, глаза и уши местных божков.

Хорошо, что у Саурона кольцо заряжено до одури, боюсь представить последствия, если бы нам не хватило сил, щит то у меня вышел несколько прожорливым… блин… а ведь точно. Магия. Её сильнейшие проявления разрушили мою пелену и сдали мое местоположение и меня самого хозяину кольца. Вот уж, блин, палка о двух концах.

— А ты думаешь, что мы настолько глупы, что пришли бы сюда не имея за спиной козыря? — надменно спросил Торин.

— Ррр… Как? Как ты пережил? — не унимался дракон. — Это не по силам ни одному гному!

— Тебя это так волнует?

— Рррр… хватит испытывать мои нервы на прочность, коротышка.

— А не то — что? — интересно, Торин всегда был таким надменным, или это я на него так повлиял? Даже и не знаю.

Смауг же честно попытался хотя бы напрячь мышцы, но чем больше он сопротивлялся, тем хуже ему становилось. Руна давила на мозги, магические оковы сжимались, причиняя боль. Мгновение и чешуя трещит от напряжения и прямо в местах оков на пол начала скатываться драконья кровь.

— Твое время прошло, Смауг. Прошли те времена, когда драконы внушали ужас и трепет. Ты — не более чем эхо забытого величия своего вида, не более того, — спокойно глядя на потуги дракона пробормотал Торин.

Сдавшись, Смауг расслабился, прикрыл глаза и просто попытался унять боль. А Торин продолжил:

— А от твоего огня, нас защитили Древние руны. Настолько древние, что о них помнят лишь единицы. Но не смотря на это, мы нашли того, кто помнит.

— Ложь… — выдохнул дракон. — Нет таких рун. И никогда не было, даже во времена Войны Гнева.

— Как видишь, были, — усмехнулся Дубощит, разведя руками. — Или у тебя есть иное объяснение?

Приоткрыв глаз, дракон сосредоточил взгляд на мне. Конкретно на кольце. Он словно бы видел то, что скрыто под золотой оболочкой…

— Есть. Ты не один, — констатировал дракон. — Я чувствую это. Эта сила… она меня одолела, а не ты. Пусть ты её и нашел, но это не твоя победа, гном.

Оп-па. А драконы оказывается обладают очень высоким уровнем проницательности. Как интересно.

— Нет. Это были мы, — качнул головой Торин.

Интересно, а когда до Смауга дойдет, что Торин подразумевает под «мы» не себя и гномов, а себя и меня?

Дальнейшего разговора не последовало. Дракон затих, но при этом не сводил с меня взгляда. А Торин вернулся к командованию гномами.

Через неделю раскопок нашли Ангару. Драконица была жива, хотя придавило дамочку — будь здоров. Крылья поломаны, в гематомах, на лапе содрана чешуя, в общем не в лучшей форме, но тем не менее вполне боеспособна. Наложив на нее аналогичные руны что и на Смауга, мы позволили гномам скрутить второго дракона. Кузни на протяжении всех дней только и делали, что работали над созданием клеток. Максимум, отлили пару заготовок для ворот, а то жить с распахнутой… выбитой дверью, это такое себе удовольствие.

Случайно нашли её же кладку, просто тупо во время наведения в сокровищнице порядка. Одно единственное яйцо, спрятанное глубоко в золоте — вот и вся кладка. Но крупное, раза в четыре больше гнома. Вот здесь, нам пришлось попотеть, чтобы отстоять яйцо и поместить в личных покоях Торина, которые стали еще и нашей лабораторией, где Дубощит учился магии. А то, гномы, считая его угрозой, хотели уничтожить. Ф! Ага, такое сокровище — и уничтожить. Разбежались.

Что пока делать с яйцом было непонятно, для начала его необходимо исследовать, но будучи даже не в своем теле это сделать несколько проблематично. Поэтому, обложив искомый объект золотыми изделиями, временно оставляем в покое до лучших времен.

Хотя, вот тоже, большой вопрос, настанут ли эти самые «лучшие времена». Очень неожиданно знаете ли было обнаружить одним прекрасным утром у себя под стенами целую армию эльфов во главе с Трандуилом.

— Это они так решили нас поздравить? — тихонько спросил пока ещё не покинувший нас Бильбо, тоскливо-тоскливо окинув эту толпу эльфов, сидящую в пределах Дейла.

— Нет, мистер Бэггинс. Так они решили забрать у нас то, что наше по праву.

— С каких пор эльфы проявляют такой интерес к золоту?

— Отнюдь, к золоту ли, — хмыкнул стоявший здесь Балин, исполняющий роль начальника охраны.

— А что тогда?

— В этих стенах, лежат камни Ласгалена.

— Ммм, а что это?

— Это камни, мистер Бэггинс. Самоцветы, свет которых белее света звезд, — посмотрев на Бильбо, Торин тише добавил. — Они имеют невообразимую цену.

— И ради них Трандуил хочет развязать войну?

— Как видите, — усмехнулся Торин обернувшись и глянув на закованного прямо перед воротами Смауга. Дракон зло смотрел на нас, рычал, но что он мог сделать, скованный по рукам и ногам? Ничего. Однако его не зря подтащили к воротам. Идеальная система против любого штурма, даже ворот не надо. Ни одна армия не пройдет — все сгорит в огне. Между прочим, это не моя идея, Торин сам до этого допер, я все-равно пока еще не придумал как выкачать из Смауга энергию… да и кроме него у нас в подвале есть особь покрупнее.

— Ваши народы и без того пролили немало крови… разве стоят какие-то камни еще больших жертв?

— Стоят. Мы поставим зарвавшуюся "принцессу" на место и покажем из чего сделаны. Мы вернули себе гору, и отныне никто не сможет у нас её забрать… — прорычал Торин не хуже дракона, зло глядя на эльфов, а гномы одобрительно загудели.

Ммм, кстати по поводу этих камней. Насколько я узнал уже от местных, с ними связана очень мутная история. Эльфы вроде как заказывали их у гномов, но при этом не расплатились, на что гномы обиделись и прикарманили камни. Причем, камешкам этим больше лет чем Торину, Траину и Трору вместе взятым. Так вот, за то что гномы прикарманили камни, обиделись уже эльфы. Это та версия, которую я смог собрать воедино, но при этом я от нее не отталкиваюсь.

Там все настолько мутно, что камни запросто могли сделать и Эльфы, а гномы их прикарманить, ведь черт возьми, само название на самоцветах — «Камни Ласгалена». А Ласгален, уж не обессудьте, это одно из названий Лихолесья. Явный намек, да? Согласитесь. Тут есть о чем подумать, но правду не узнать. Чай эти два народа столетиями, если не тысячелетиями друг с другом бодаются и я сейчас не о мелких стычках как наша. В былые времена такие битвы шли, что ого-го-го, вархаммер на минималках блин, все против всех. Люди колошматят и эльфов и гномов, гномы соответственно первых двух как и эльфы. Но при этом все три стороны дружно били четвертого в лице орков, не стесняясь время от времени объединяться. Я вообще подозреваю, что если бы Моргот не вел войну до победного конца, а просто где-то на середине отошел в сторону и тупо не отсвечивая копил силы, эти три народа перебили бы друг друга. Всяко ведь известно, что дружить против кого-то значительно проще чем с кем-то.

Но я отвлекся. Вот прямо счас, вот прямо здесь, у нас под стенами собралась армия профессиональных, вымуштрованных, подготовленных и хорошо экипированных эльфийских воинов. И что с ними делать, я даже как то и не знаю. С одной стороны, мы можем дать им прикурить. Вот прямо от души. Чтоб запомнили гады, на кого меч заносить. Да, здесь еще мое личное выступает: — не люблю я, когда мои фигуры убрать пытаются. Очень сильно не люблю.

С другой стороны, нам эта драка как бы и не нужна, можно попробовать договориться. Гы-гы-гы, ага, договориться. Гномы договорятся с Эльфами, будучи в шаге от очередной войны. Не смешите мои сига… эх, руны.

А вот с третьей стороны, по канону к нам идет армия Дол-Гулдура, так что можно было бы заболтать эльфов и попробовать прикрыться ими как щитом. Это осуществимо и практично, а главное — выгодно.

Но знаете что? На *Цензура*, вертел я этот канон! Я уже понял, что на него рассчитывать себе дороже, а потому буду творить свою историю. Хм… с Торином что ли посоветоваться?

Глянув на носителя, понимаю что идея так себе. У него на лице написано, куда он запихнет Эльфов с их королем. Что-то я как-то этот момент упустил. От золотой лихорадки вылечил, а вот о неприязни к эльфам как-то и запамятовал.

— Балин, собирай солдат. Намечается война.

— Уже, — чуть поклонился старый воин.

— Мой король. К нам движутся парламентеры! — указал стражник рукой на приближающуюся группу эльфов во главе с самим Трандуилом. Ммм, видимо реально можно уболтать эльфов. По крайней мере попытаться.

— Готовьте арбалеты…

«Нет» — тут же шепчу. Настойчиво так, словно утюг на ногу уронил и еще взгляд такой обиженный сделал, мол: «Ты чего тут ногу отставил, не видишь утюг роняю?» И хоть Торин моего «взгляда» не видит, но чувствует отлично.

— …но без команды не стрелять, — тут же договаривает он, чуть дёрнувшись.

— Есть.

Спустившись вниз на ярус и став за колонной, он поднес меня к губам и осмотревшись, прошептал:

— Ты что задумал?

Да я и сам бы хотел знать, если честно. Просто не стоит рубить сгоряча. Дипломатией всегда можно добиться большего. Особенно если она подкреплена латным кулаком гнома… ну или драконом на поводке.

Сконцентрировавшись на Торине, пробую взять тело под контроль. К несчастью, это один из тех наиболее безопасных способов, когда мы можем поговорить без опасности спалить Дубощиту мозг. Я просто общаюсь с ним его же голосом. Один раз, чуть не спалились, но пронесло, у Дубощита и так репутация особенная, а если еще выясниться шизофрения, то как-то совсем грустно станет.

— Надо выслушать. Попробуем договориться…

— Никогда!

— Успокойся и не кричи, ты привлекаешь внимание.

— Я никогда не пойду на уступку эльфам.

— Ты помнишь о чем мы договаривались?

— Да.

— Я обещал вернуть гору, обещал вернуть вашу силу и приумножить величие. Так не мешай мне, я прекрасно знаю, что делаю.

— Но эльфы…

— Камни, как и золото — всего лишь ресурс, который не стоит вашей крови. Позволь мне говорить с Трандуилом.

— Ты отдашь их ему?

— Только если это будет выгодно.

— Хорошо. Будь по твоему.

Повернувшись, мы увидели заглядывающего за угол Бильбо, который с круглыми от удивления глазами так и стоял.

— Эм… — выдал Торин и я с ним был согласен. Действительно неудобно вышло.

— Бильбо, давай это останется нашим с тобой секретом? — вежливо и по доброму улыбнувшись, прошу нашего Хоббита.

— Но…

— Пожалуйста.

— Хорошо.

Блин, только бы Бильбо не проболтался. И чего это его за нами следом потянуло? Торин специально же с глаз ушел что бы в сторонке пошептаться. Тфу! Нет, в идеале можно свидетеля тихонько устранить, но это будет не красиво, тем более что я собирался использовать Бильбо в разведке. Я говорил это в самом начале, и говорю сейчас — хоббиты читеры с невообразимым уровнем везения.

— А ты что-то хотел?

— А? Да. Я увидел в конце колонны Гендальфа.

— Гендальфа?! — на пару удивились мы с Торином.

— Да.

— Это уже интересно.

Вернувшись на стену, молча жду пока эта делегация не спеша подберется к нашим стенам.

— Приветствую тебя, Торин! Сын Траина. Внук Трора. Законный правитель Эребора, — поклонился Гендальф. Трандуил даже не кивнул, сидит, смотрит, молчит. Где-то я этот взгляд уже видел… ах да, точно. Он был у одного мужика в мире имени моего ученика, которому я набил морду. Помню-помню. Бесят такие.

— Здравствуй, Таркун (Прозвище Гендальфа, данное гномами, Прим. Автора). А я ждал тебя… но я не думал, что ты вернешься с такой компанией.

Да, каюсь, не удержался чтобы не бросить камешек в его огород.

— Эм… это не то что ты думаешь, Торин.

— Да? А что я думаю? Что ты привел к моим стенам шайку остроухих воров, после того как обещал помочь нам сразить дракона и сбежал? Могу тебя заверить, я так не думаю.

— Ну…кхм-кхм — закашлялся серый маг. — Если так, то очень хорошо. Прошу меня простить за несдержанное обещание, но я принес очень важные вести.

— Что-то я сомневаюсь.

— Орки Мории под предводительством Азога вышли из Дол-Гулдура и идут сюда. Это хорошо подготовленная и обученная армия, вам не отстоять крепость без посторонней помощи.

— И поэтому ты решил привести к нам стаю шакалов?

— Нет… вовсе нет. С милордом Трандуилом мы пересеклись уже на пути сюда. У короля великого Восточного Леса к тебе предложение, Торин. И я надеюсь, что вы договоритесь.

— Верните мне мои камни, и я оставлю вашу жалкую крепость в покое, — наконец-то заговорил Трандуил, чем ввел в ступор и меня и Торина. А вот окружающие нас Гномы заржали как кони, даже не стесняясь нас. А затем заржали и мы, спиной ощущая злой взгляд Смауга.

— Неееееет, Трандуил. Так тебе камни никогда не вернуть. Не умеешь ты вести переговоры, поучился бы что-ли у Таркуна.

— Вас здесь едва ли несколько тысяч. Ваша крепость разбита, даже ворота держатся на невесть чем. Ты грубишь мне, и не понимаешь, на что обрекаешь свой народ?

— Нет, король леса. Это ты не понимаешь КУДА пришел. Вы никогда не войдете в эту гору без моей воли. Слышишь меня?

— Просто верни мне то, что принадлежит мне, и я уйду.

— Ха! Думаешь я возьму и так просто отдам сокровища Эребора? Просто так, за красивые глаза? А болтом между глаз не хочешь?

— Торин… — ужаснулся Гендальф. Ну да, манера речи у меня и у Торина чуть отличается, хотя я и стараюсь косить под него.

— Молчи, Таркун. Ты обманул нас, заставил драться с драконом самим. И пусть мы победили, но цена… А теперь ты водишь дружбу с нашим врагом.

— Здесь у тебя нет врагов, Торин Дубощит. Трандуил пришел говорить, а не драться. Я понимаю твою обиду, и ты в праве требовать извинения, — на этих словах Трандуил гневно посмотрел на Гендальфа, словно бы уже был готов убить. — … но я прошу. Сюда идет армия. Вам необходима помощь эльфов. Будь благоразумен, хотя бы попробуй договориться, не отвергай их предложение. И ты, Трандуил, не недооценивай гномов. Пусть их меньше, но Эребор тебе так просто не взять. Вы лишь зря прольете друг другу кровь.

— Хорошо. Будь по твоему, Таркун. Я готов провести переговоры с лесным королем. Если твои слова правда… то возможно есть смысл пойти на уступки. И у меня будет несколько предложений, которые я озвучу. Трандуил?

— Я согласен. Я готов тебя выслушать.

«Готов» — злорадно мелькнула мысль и я потер руки. Мышка только что залезла в ловушку, осталось лишь потянуть и подождать подхода армии Саурона и у эльфов просто не будет иного выхода как сражаться. Да, я знаю. Я — демон, но я этого никогда и не скрывал.

— Тогда как на счет завтра в обед? Я подготовлю список вопросов, посоветуюсь с советниками. Ты тоже подумаешь, заодно организуешь на нейтральной территории шатер для переговоров. Например между Дейлом и стенами Эребора. Твои и мои силы остаются на местах, только круг приближенных.

— Хорошо.

— Тогда до встречи.

Трандуил не ответил. Молча развернувшись, он поскакал прочь. А вот Гендальф наоборот уходить не спешил.

— Что то еще

— Торин, могу ли я поговорить с тобой наедине? В вашей крепости?

— Прости, Гендальф, но после твоего предательства, в крепость тебе ход закрыт. И в твою армию, я не верю, говори что хочешь. Однако ты прав, незачем проливать понапрасну кровь, поэтому я буду говорить с Трандуилом. До встречи на переговорах, Старик, — махнув рукой, покидаю стену и подмигиваю притаившемуся Смаугу.

— Мой король? — обратился ко мне Бален. В его взгляде читалось удивление таким решением, да и другие не понимали.

— Все хорошо. Я просто придумал, как можно по хорошей цене продать камни. А нет, ну поджарим пару эльфов, не велика потеря…

Блин, моей улыбкой только людей пугать. Даже гномов пробрало. А-н нет, вон тоже злорадно так заулыбались и на эльфов мстительно со стены поглядывают. Хех, свои ребята.

Так, теперь надо поговорить с Бильбо… стоп. А где Бильбо?

— Бален, а куда делся Бильбо?

— Эм…

Заподозрив неладное, возвращаюсь на стену и смотрю вслед удаляющемся магу на коне, за спиной которого сидел Хоббит.

— Да твою налево…

Глава 7

«КАК?!» — вертелась мысль. Вот как этот мелкий проныра умудрился незаметно выбраться из крепости? Ума не приложу, вот хоть убейте. И стража руками разводит, мол ничего не видела. Блин, хоббиты реально читеры, причем без всякой магии.

Вот только меня мучил еще один вопрос, связанный с Бильбо. На кой он сбежал? Аркенстон при нас, камни Ласгалена тоже как бы остались в крепости. Проведя инвентаризацию мы убедились, что Хоббит вообще в принципе ничего не крал, если только золото… ага, Бильбо спер золото, которое ему в общем-то нафиг не сдалось. Упасть не встать, вот уж кому желтый металл не сдался, так это ему.

Опять же, здесь Бильбо никто не прессовал, все обходились достаточно аккуратно, насколько это вообще позволяла гномья натура… но друг короля, это друг короля, хочешь не хочешь, а уважать будешь. Но тогда что могло его толкнуть? Если только не…

Хм, а ведь действительно. Бильбо уже мог видеть когда Торин разговаривает сам с собой, это ведь не редкость. Если так, то он мог просто этого испугаться, или наоборот хочет помочь, спросив у мага совета, или сдать, или… блин! Тут слишком много факторов «или». А может и все вместе. Эх, Бильбо-Бильбо, что же ты задумал?

Тем временем в Дейле

Хоббит и волшебник в серой мантии сидели в одиноком заброшенном доме на окраине города Дейл. Крыша дома давно сгорела и рухнула, открывая голубое небо. Стены покрылись копотью и сажей, а вместо окон и двери остались лишь пустые обгорелые проемы. Разместившись на поваленном перекрытии, маг закурил свою трубку, в то время как хоббит ходил взад — вперед.

— Ну, Бильбо, о чем ты хотел поговорить, чтобы не услышал Трандуил?

— Гендальф, это правда, что Трандуил пойдет войной на гномов? — обеспокоенно спросил хоббит остановившись.

— Да. Он твердо намерен вернуть то, что считает украденным гномами.

— А гномы считают, что это он хочет их обокрасть… но это не важно.

— А что важно?

— Трандуилу ни за что не взять Эребор, — покачал головой Бильбо. — Сейчас под горой целая армия гномов, Гендальф. Все до одного хорошо вооружены. За неделю они восстановили обороноспособность крепости. Не полностью, но большего и не надо, и они не отступят. Они умрут все до последнего, но не отдадут гору, — пока хоббит говорил, серый волшебник молча слушал не отводя взгляда от Бильбо. — Более того, Гендальф, у гномов есть козырь, который и позволит им выдержать любую атаку.

— Что это за козырь, Бильбо? — удивился маг.

— Смауг, Гендальф. Они не убили дракона, а схватили его.

— Что ты говоришь?!

— Да. Смауг до сих пор жив. И я скажу больше, под горой сейчас целых два дракона. Гномы смогли их победить и поместить в клетки. Прямо за воротами, они поместили Смауга. Стоит воротам распахнуться — все что будет по эту сторону, окажется в огне дракона.

— Не может быть…

— Но это так.

— Как. Как это случилось?

— Торин накладывал древние руны гномов, чтобы использовать магию против драконов. Он хитростью заманил Ангару — это второй дракон — в ловушку и обрушил на нее часть горы. На Смауга же они уронили целую золотую статую Трора. Я не знаю, каким чудом Смауга не расплющило, ведь удар вышел страшнейшим, но и без последствий не обошлось, по одному виду было понятно, что дракону плохо. А затем они заковали их в оковы…

— Подожди, Бильбо. Ты сказал, Торин использовал древние руны гномов?

— Именно. Он чертил какие-то символы на стенах, а затем выкрикивал непонятные мне слова. Я слышал сильнейший грохот, вспышки, но мало что видел. Торин сказал мне, чтобы я смотрел за золотом и как только то расплавится, дернул цепь, открывающую затворки, после чего оставался на месте. Поэтому я не видел как именно все было, но слышал и видел результат.

— Скажи, Бильбо, а что еще ты заметил в Торине? — насторожился маг.

— После того как ты ушел, многое поменялось, Гендальф. Торин начал… нет, он не изменился. Он все тот же Торин которого мы все знаем. Но при этом… есть странности.

— Странности?

— Да. Я помню наши разговоры о золоте. Более того, все гномы без исключения очень неровно дышат к этому драгоценному металлу. Но не Торин. Он абсолютно не обращает внимания ни на золото, ни на драгоценные камни, что лежат в горе. Когда мы останавливались в Озерном Городе, я слышал от людей, что золото внутри горы проклято. Что «драконий недуг», падёт на любого, кто к нему притронется и я вижу как это происходит со всеми… кроме Торина. Я вижу как гномы смотрят на благородный металл, вижу как смотрит он. Это совершенно два разных взгляда, хотя ты сам рассказывал, что деда Торина поразила эта болезнь. При этом, Торин сам же не дает этому недугу распространиться среди других гномов.

— Каким образом?

— Своим наплевательским отношением. Как-то раз, я случайно услышал его разговор с Даином. Торин спорил с ним по поводу золота. Он говорил, что золото — ничего не стоит, в то время как Даин утверждал обратное. Но в конце концов он проиграл.

— Торин переспорил гнома в том что золото ничего не стоит?! — воскликнул маг, широко распахнув глаза. Гендафль отказывался верить своим ушам, но не верить Бильбо у него причин не было. Тем более тому, что он говорит.

— Именно. Торин спросил у Даина, что дороже: какова цена злата? Когда Даин не нашелся что ответить, Торин ответил сам. Он сказал: «разве можно золото съесть? Из него можно что-то приготовить? Или из него можно сделать оружие? Может оно способно согреть в холод? Нет? Золото — бесценно. Оно просто не имеет цены без нас, тех, кто его использует». После этого, он подозвал стражника. И спросил у Даина, что дороже. Золотая монета в руке Торина, или стражник, на плечо которого Торин положил руку. Даин не знал что ответить, а Торин пояснил. Что гном, труд — вот истинная ценность. Что не золото делает их такими, какие они есть, а они делают золото таким, чтобы его можно было как-то использовать. И что истинная ценность в тех, кто рядом с нами. Тех, кто готов подставить плечо. А затем Торин сказал, что все богатства Эребора не стоят даже одного гнома, хлопнув при этом стражника по плечу.

— Так и сказал?

— Да, прямо так и сказал. Даин… а затем все, кто это слышали, опустились перед Торином на колено, обещая пойти за ним куда угодно.

— Не удивительно. Он ведь ясно и четко обозначил свою позицию по отношению к своему народу, что не пожалеет никаких богатств ради своего брата. Разумеется это подняло его в глазах других гномов.

— Да, Гендальф, так и есть. Эта новость разлетелась по крепости менее чем за день. И если до этого в рядах гномов были некие пререкания или сомнения, то после этого его слово стало законом. Если честно, я даже испугался немного, от того, с каким фанатизмом гномы стали к нему относиться.

— Хм…

— Но это не все.

— М?

— Торин довольно часто разговаривает сам с собой. Это не бессвязная речь, Гендальф. Иногда он говорит в пустоту, словно бы слыша ответ. А иногда сам себе и отвечает. Я увидел это когда ты вместе с эльфами отправился к их стенам. Торин отошел в сторону и шепотом говорил сам с собой. Гномы не обращают на это внимание, ходит слух, что Торин общается с самим Дурином.

— Кха-кха-кха…

— Гендальф, тебе плохо?

— Нет… нет, всё хорошо. На этом все странности?

— Нет, но это самые явные. Но несмотря на это, Торин остался Торином, Гендальф, и даже больше.

— В смысле?

— Как и в походе, он собирал наш отряд за столом на совместном ужине. Гномы смеялись, что-то обсуждали, я прямо дома себя почувствовал, столь теплая там была обстановка. К столу приглашались самые обычные гномы, кто не был занят, потом правда стол пришлось увеличивать, а затем и вовсе переезжать в общий зал. С первого дня в крепости, Торин каждый ужин устраивал среди гномов из общего котелка.

— Хм…

— Я… я не знаю что делать, Гендальф. Трандуил не пойдет на уступки, я это вижу по его намерениям. Но не пойдут на уступки и гномы. Начнется битва. Трандуил недооценивает гномов, ему не захватить крепости. Но и для гномов эта битва не пройдет бесследно. Я не хочу чтобы она состоялась, не хочу, чтобы погибли мои друзья. Но я не знаю что делать… Гендальф, помоги!

Но старый маг молчал. Попыхивая трубкой, Гендальф сосредоточенно смотрел в стену, обдумывая сказанное хоббитом.

— Гендальф?

— Я думаю, Бильбо. Трандуил не стал меня слушать, когда я предупреждал его о надвигающейся из Дол-Гулдура армии. Не стал слушать и Торин. Я могу понять Торина, я ведь обещал помочь в битве с драконом, а в итоге даже не появился, что для гномов сродни предательству. Но не понимаю Трандуила, и более того, не могу до него достучаться.

— Значит ли это что мы ничего не можем сделать?

— Как бы это не было прискорбно, но в данных обстоятельствах, мы действительно ничего не можем сделать.

— А если выставить все таким образом, что гномы наоборот готовы к бою и рассказать Трандуилу о драконе за воротами? Может это охладит его пыл?

— Он не поверит нам, — качнул головой маг. — Трандуил твердо уверен как и я, что убить дракона — задача посильная едва ли целой армии. А ты говоришь о том, что под горой не один дракон, а два. И что оба живы, но находятся в клетках. Признаюсь, я не могу в это поверить, это просто немыслимо, но я понимаю, что ты говоришь правду, Бильбо, я верю тебе. Трандуил высмеет нас, даже не став слушать и в лучшем случае выставит прочь, а в худшем — посадит под замок.

— Но не может же быть такого, чтобы выхода не было!

— Не волнуйся, Бильбо. Мы обязательно что-нибудь придумаем. Но скажи мне…

— Что сказать?

— Кольцо. В нашу последнюю встречу, я видел у Торина золотое кольцо. Оно при нем?

— Да, Торин всегда носит его на пальце не снимая.

Волшебник задумался. Он не припоминал, чтобы хотя бы одно из колец гномов имело такой вид. Но при этом, он прекрасно слышал о том, какую силу они в себе несут. Что они отравляют душу хозяина, делая её алчной и безмерно страждущей золота. Но судя по тому что говорил Хоббит, Торин либо избегает этого воздействия, либо оно еще не проявилось.

Тогда, в тот момент, когда волшебник покинул отряд Дубощита, он полагал что к Торину каким-то образом попало одно из потерянных или считающихся уничтоженных гномьих колец, потому и советовал избавиться, чтобы новый Король-Под-Горой не повторил судьбу своего деда. Но пока все шло хорошо. Значит ли это, что воля нового короля оказалась значительно сильнее магии кольца? Вряд ли.

Тогда, может это другое кольцо? Но тогда какое?! Три кольца эльфов при своих владельцах, как и девять, что находятся у Саурона. Без них он бы просто не смог вернуть своих слуг. Но если это и не гномьи, значит остается одно единственное. Главное. Но…

— Этого не может быть… — прошептали губы старика.

— Чего не может быть? — воскликнул Бильбо.

— Бильбо… опиши кольцо.

— Ну… золотое. С горящими письменами. Никаких камней или чего-то еще. Гендальф, что с тобой?

— Нет… да ну нет. Не может этого быть.

— Чего не может-то?

Но маг не ответил. Он лихорадочно рассуждал. Если к Торину попало Единое кольцо, значит… вот что это значит, маг и не мог понять. Более того, он отказывался верить в то, что это ТО САМОЕ кольцо. Ведь лишь Саурон способен им управлять. Но это объясняет, откуда у Торина магия, почему он начал говорить сам с собой, и как им удалось одолеть драконов. Ни одно кольцо просто не располагает той силой, которая есть у Единого. Но при этом, Торин обязан меняться в худшую сторону. Просто обязан. Не может быть такого, что бы под властью кольца он наоборот становился добрее. Это противоречит самой природе Единого кольца.

Гендальф не знал что и думать. С одной стороны загадки вокруг неизвестного кольца. С другой стороны Торин, который в общем-то стал порядочнее чем был. Конечно, может это лишь временно, и потом сила кольца возьмет свое… а может и нет. Кольцо уже достаточно долго находится в руках гнома и единственное что с ним сделало, это вылечило от драконьего недуга. А ведь он был. Серый маг знал, что у Торина, как и у его отца и у деда, сохранилась эта болезнь.

Нет. Слишком мало информации. Слишком все размыто. Нужно самому посмотреть на это кольцо и как следует обследовать. А еще, необходимо рассказать Белому Совету, возможно Саруман Мудрый подскажет выход из сложившейся ситуации. Ведь кто точно знает, сколько всего в мире было создано артефактов, большая часть из которых считается утерянной? Ведь даже Валары не сразу узнали о кольце Саурона.

Мысли мага были прерваны Эльфийским рогом.

— Что такое? — обернулся Бильбо. Подскочив, волшебник первым побежал на стену. Он ожидал увидеть все что угодно, и драконов, и Армию орков, и готовящихся к атаке гномов, но совсем не то, что было наяву. А наяву было вот что:

Гномы Эребора покидали крепость. Спешно, чуть ли не бегом, одетые в доспехи и готовые к бою, они спешно покидали крепость и уходили обратно к Железным Холмам, а вел их Даин II Железностоп.

— Гендальф, что происходит?! — воскликнул Бильбо. Серый маг лишь бросил на него взгляд. — Я тебя понял.

А между тем эвакуация Эребора продолжалась. Вскоре на стене показался сам Трандуил.

— Митрандир, что происходит?

— Не знаю, Милорд Трандуил, — постарался как можно вежливее ответить маг, хотя в душе у него были совсем другие слова.

— Хм…

— Я просто не могу поверить, что гномы решили оставить гору.

— Видимо, Дубощит сделал переоценку наших сил и понял, что не удержит свою сокровищницу.

— Милорд Трандуил, вы лучше чем кто-либо должны понимать, что это не так. Гномы предпочтут умереть, но не отдадут крепость.

— Да ну? — при этом, эльф указал рукой на спасающихся бегством подгорных жителей.

— Я не вижу Торина, — заметил Бильбо.

— Я кстати тоже. Видимо переговорам завтра быть, — подметил Гендальф.

— Если так, то я просто не понимаю, на что рассчитывает этот гном? Видимо от жажды золота он совсем потерял здравомыслие, не иначе.

— Торин никогда не был дураком. Он прекрасно знает что делает.

— Тогда объясни мне, зачем он уводит свой народ? На что он рассчитывает, в переговорах со мной? Мне не составит труда перебить их и занять гору.

— О нет, Милорд Трандуил. У него есть сила, способная уничтожить всех нас, и не дай великий, он выпустит её на волю.

— О чем ты?

— Драконы. Они живы, Милорд. Под горой два дракона.

— Это не смешная шутка, Митрандир! — нахмурился король Эльфов.

— Как видите, я и не шучу, — указал рукой на убегающих гномов маг. — Загнанный в угол зверь, обычно отбивается всем что у него есть. И очень похоже, что Торин намерен…

— Не может быть… это невозможно! — перебил Трандуил мага. — Хватит нести ложь, волшебник, про орков, про драконов, хватит! Она не спасет ни тебя ни Дубощита от моего гнева! Дракон мертв. Не знаю как Дубощиту удалось его убить, но если они под горой, значит дракон мертв. Ни одна сила не способна его подчинить.

Серый маг лишь вздохнул и приобнял Бильбо.

— Что нам делать? — прошептал хоббит.

— Надеяться на лучшее, Бильбо.

Некоторым временем ранее. Аид

И все-таки интересно, что же задумал хоббит? Ничего не украл, а слинял. Ну предположим он разболтает наши козыри о драконе и о том, что мы в общем-то готовимся к бою. Что остается? Да хрен его знает, мои аналитические навыки, просто не дают спрогнозировать дальнейшие события, а потому будем отталкиваться от самого худшего варианта.

— Торин? — окликнул нас Даин.

— Пусть уходит.

— Но этот полурослик выдаст наш сюрприз… — кивнул он на дракона.

— Выдаст и выдаст, легче будет вести переговоры.

— Думаешь?

— Я знаю. Бильбо хороший малый… кроме того за мной долг жизни. Да и не думаю я, что он наговорит им слишком много.

А про себя добавил: «Даже если наговорит, вряд ли Трандуил ему поверит. По крайней мере я бы не поверил».

— Если так, то тебе виднее.

— Но все-равно. Даин, у меня к тебе будет просьба.

— Слушаю, брат?

— Возьми две трети гномов и покинь Эребор.

— ЧТО?!

— Если Бильбо выдаст положение наших дел, Эльфам не придется драться, чтобы нас победить. Они возьмут нас измором. Поэтому возьми большую часть гномов и вернись в Железные Горы за провиантом. Даже если эльфы возьмут нас в блокаду, совместным ударом с двух сторон мы проделаем для вас коридор. А иначе, Эребор вполне может стать нашей могилой.

— Торин… но если мы уйдем, вас останется слишком мало!

— Нет. Не мало, — ухмыляюсь краями губ и смотрю на дракона. — Да, Смауг?

— Рррр…

— Вижу, ты со мной согласен.

— Ты уверен? — положив руку на наше плечо, с тревогой в голосе спросил Даин.

— Просто поверь. Эту гору они силой не возьмут никогда. Но пока блокады нет, срочно уводи гномов.

— Я тебя понял.

— Двалин.

— Да?

— Организуй оставшихся, переведи крепость на боевое положение.

— Будет исполнено.

— Фили, Кили.

— Да?

— Отберите из сундука с камнями Ласгалена с десяток понравившихся вам побрякушек и сложите в отдельную шкатулку. Так же отберите из того же сундучка небольшой мешочек камней.

— Но зачем? — спросил Фили переглянувшись с Кили.

— Будем вести переговоры.

Ага, «переговоры». Канон, или нет, я уже ничему не доверяю. Появятся орки, хорошо. Не появятся, тоже нормально, справимся своими силами.

Спустившись вниз, мы посмотрели какую деятельность развели гномы. Даин чуть ли не пинками организовывал коротышек для экстренной эвакуации, прикрываясь моим личным приказом. Ну да, я поднял авторитет Торина в этих стенах до самого потолка, как говорится — выше нас только звезды.

— Мой король, разрешите сказать, — неожиданно обратился к нам один из собирающихся гномов.

— Я слушаю тебя, воин.

— Если вы приказали нам уйти, переживая за наши жизни, то разрешите остаться. Мы не боимся умереть под вашим знаменем, и готовы отстоять наш дом! Когда-то мы с отцом спаслись отсюда и остались в Железных Холмах, но теперь…

— Все хорошо, — перебиваю воина, по-отечески улыбнувшись и хлопнув того по плечу. — Услышьте все: вы не бежите с поля боя! Я прекрасно понимаю, как выглядит приказ в ваших глазах, но услышьте меня. Единожды вернув Эребор, более мы его не потеряем. Вы — те, на кого возложена особая миссия и я жду чтобы вы выполнили её как можно быстрее. Я рассчитываю на вас, братья! На всех вас. Ведь исход грядущей битвы зависит именно от вас. Baruk Khazâd!

— Baruk Khazâd!!! — подхватили гномы клич.

Может я и не сильно люблю с публикой общаться, но то что происходит, мне определенно нравится. Вот могу ведь, воодушевить народ до такой степени, чтобы они сдохли от поручения, но сделали!

Хотя в данном случае подыхать не требовалось, но гномы весьма оперативно собрали вещи и устроили самое натуральное бегство из крепости. По крайней мере со стороны это походило именно на бегство. Толпа гномов вразнобой бегом покидала ворота и устремлялась в гору. В идеале, стоило бы их конечно выпустить налегке, но я не думаю что в Железных Холмах найдётся столько доспехов и оружия чтобы повторно вооружить всю эту толпу.

— Не думаю, что мы сможем удержать гору, Торин, даже с драконом, — тихонько сказал мне Двалин, назначенный на роль начальника личной стражи.

— Не переживай, все идет как надо, — ухмыляюсь и подхожу к следившему за нами дракону. — Смауг, скажи. Тебе намордник не жмет?

— Рррр…

— Если не будешь говорить, воткну под хвост раскаленную Черную Стрелу и буду вращать каждый раз, когда идет очередная атака на ворота! Отвечай когда с тобой разговаривает Король-Под-Горой! — наехали мы на дракона. Вот тоже интересный момент, Торин полностью разделял мое мнение, а потому эффект вышел сильнее чем ожидалось. Видимо, дракон понял что мы не шутили и даже немного испугался.

— Что ты хочешь?

А ящер интересно говорит, будучи с намордником. Как бы сквозь зубы, но без злобы.

— Если начнется битва, выдыхай пламя каждый раз когда я скажу, ты нас понял?

— Да…

— Эльфы не пощадят тебя, если ворвутся. Даже если решишь нас обмануть, помни об этом, так что оставить крепость в наших руках в твоих же интересах.

— Рррр…

— Вот видишь? Мы всегда знали, что найдем общий язык.

Отойдя в сторону, где никто не видит, я шепотом обратился к Торину.

— Ну как? Возражения к моим решениям есть?

— Возражений нет. Ты изначально все это спланировал?

— Отнюдь, Торин. Отнюдь.

— А выглядит все именно так.

— Я просто стараюсь выжать максимум из того, что есть. Радуйся, что мои интересы пролегают в параллельной с тобою плоскости.

— Радуюсь…

— Ага, охотно верю, радость из тебя прям так и прет.

— А что ты от меня хочешь, демон, чтобы я во все горло орал?

— Нет, но элементарного: «спасибо, друг», хватило бы.

— Было бы за что, у меня под стеной армия эльфов, а ты уводишь моих воинов!

— Предпочтешь голодную смерть? — деловито интересуюсь.

— Нет…

— Ну так, чего возражаешь. Сам же сказал, что возражений не имеешь.

— Обязательно было отправлять столько народа?

— Меньше ртов, больше еды. А наших сил в сочетании с драконом за глаза хватит чтобы отбить не одну армию.

— Думаешь?

— Уверен.

— А почему ты заикнулся про «не одну» армию?

— Ну так, чисто на всякий случай, если Гендальф окажется прав.

— Так значит, ты все-таки воспринял его слова всерьез?

— Если волшебник говорит, что идет пи***ц, значит он действительно идет. Запомни это, Торин. Правда какой именно — об этом волшебник может умолчать.

— Я запомню. И что теперь?

— Теперь, мой дорогой компаньон, мы с тобой будем ставить усиливающие руны на стены и ворота, а затем будем накладывать руну огня на каменные снаряды направленных баллист.

— Хех, понимаю, — одобрительно протянул Дубощит. — Хочешь обрушить пылающий дождь?

— Именно. Если конечно не договоримся.

— Думаешь?

— Худой мир, лучше доброй войны…

— Сказал демон, — перебил Торин.

— Хе-хе-хе-хе-хе, не без этого, коллега. Не без этого.

Глава 8

К обеду следующего дня, у нас все было готово. С удобством расположившись на боевых позициях, гномы ждали дальнейшего развития событий. Баллисты заряжены, котлы с маслом медленно нагреваются, на стенах, куда можно было бы приткнуть лестницу, выглядывают наскоро сделанные из копий шипы. Смауг периодически выдыхал из ноздрей дым, демонстрируя готовность внести свой вклад.

Ангару мы трогать не стали, в отличие от Смауга с той говорить вообще бесполезно — даже в состоянии аффекта бросается, пытается спалить или хоть как-то достать. При этом, у драконицы ни много ни мало, а хорошая вмятина на боку, не считая содранной чешуи. Воистину — мать, пытающаяся защитить свою кладку. Из-за этого, пришлось применить сильнейшие дурманящие плетения, дабы не дать драконице адекватно соображать и вообще шевелиться. Усыпить же её не вышло, Ангара оказалась слишком крепкой чтобы вот так просто заснуть, а возиться с тяжелыми чарами у нас не было ни времени, ни возможности.

Но я отвлекся. С наступлением обеда, мы вновь собрались на стене и смотрели на кучку эльфов, разложившую прямо посреди поля целый шатёр. Еще со стены было видно в нём Трандуила, Гендальфа, Бильбо и… Леголаса?! Забавно. Нет, ну, а кто еще может стоять свободно и без брони по правую руку от Трандуила? Вот и я думаю, что только его сын… наверно. Но ладно.

— Ну что? Начнем? — повернулись мы с Торином к Балену. Тот молча кивнул и, сжав кулаки, посмотрел на выглядывающую из-за стен Дейла толпу эльфов. Ну да, внушительно, что могу еще сказать. Не хотел бы я с нашими силами с такой оравой в лесу схлестнуться… да и в чистом поле пожалуй тоже.

Спустившись со стены, чуть-чуть приоткрываем ворота, чтобы наши остроухие, зоркие партнеры не увидели сидящего прямо перед ними дракона.

— Как только подниму ладонь, распахните ворота и покажите его, — шепчу оставшемуся за главного Балену и киваю на Смауга. Гном с серьезным видом кивнул, а мы первыми вышли наружу. С нами отправлялись: Фили, Кили, Бофур, Глоин и Двалин, под командованием которого находилось еще шесть гномов.

Ввиду того, что в крепости в общем-то никаких животных в данный момент нет, пришлось идти пешком. Уже из-за этого, одеваться решили более-менее легко. Никакой мантии короля, обычный доспех, да и только. Единственное, вместо шлема на голове корона. Так же поступили и остальные.

Так, выстроившись в колонну по трое, мы и шли. Мы с Торином впереди, по левую и правую руку Фили с Кили, водруженные щитами, за спиной Двалин, готовый в любой момент выдернуть нас назад и прикрыть собой. Сам про себя пошутил, назвав походный строй — небольшой черепашкой. Не, ну, а что? Пускай нас мало, но гордости хватит на роту.

— Плохая это идея… — прошептал Торин одними губами так, чтобы слышал только я.

— Смотри и учись, — так же тихо шепчу, поправив мешочек и шкатулку с драгоценностями.

Приблизившись к шатру, удостоверился: за большим прямоугольным столом по левую сторону сидит Гендальф и Бильбо, по правую Леголас и какой-то мне неизвестный эльф, по видимому исполняющий роль советника. Прямо посередине, на торце, с важной и высокомерной физиономией восседал сам Трандуил. По краям шатра же, кружком равномерно располагалась стража Лихолесья.

— Всем добрый день, — здороваюсь чуть поклонившись, как это принято по местным традициям. Еще когда я вошел, что Гендальф, что Бильбо тут же подскочили и поклонились мне в ответ, в отличие от эльфов. Эти даже кивнуть не удосужились, не говоря уже о том, чтобы оторвать свои седалища от кресел. Но хоть кресла вокруг стола всем поставили и то хлеб, а то если бы организовали для нас стулья, это было бы вообще оскорблением ниже плинтуса. Но ничего-ничего, Трандуил, ты нас еще плохо знаешь… а я вообще злопамятный.

— Приветствуем тебя, Торин, — ответил Гендальф. Хм… Леголас, а ты, как один из моих любимых героев, не сильно то и похож на оригинал. Скорее копия отца. А вот взгляд явно теплее будет чем у Трандуила. Мамин, не иначе.

— Итак, начнем переговоры? — интересуюсь, присаживаясь на торце со своей стороны. Фили сел слева, а Кили справа от меня, на этом свободные места кончились. Остальные гномы стали аккурат по периметру.

— Начнем. В прошлый раз ты говорил, что у тебя есть предложение. Я слушаю.

— Предложение да, есть, — киваю. — Но я не думаю, что оно тебе понравится. А звучит оно так — пшёл вон с моей земли.

— Кх-кх-кх-кх, — зашелся в приступе кашля Гендальф.

— Смелое заявление для того, от кого сбежали его собственные войска. Твои сородичи, Торин, поступили намного мудрее тебя.

Кр — хрустнул кулак Кили.

— Милорд Трандуил, Торин, пожалуйста… Мы здесь не для того, чтобы хвататься за мечи, — вмешался Митрандир.

— Ты прав, Гендальф. Не для того. Своё слово я сказал, Трандуил, теперь слушаю тебя.

— Мое предложение не изменилось. Верните мне мои камни, или я их заберу из ваших мертвых рук.

— А силенок хватит?

— Против кучки гномов? — фыркнул эльф.

— Ммм, Гендальф, а вы с этим крысенышем разве не сообщили нашей коронованной "принцессе", что у нас за воротами их ждёт не дождется дракон? — удивленным тоном обращаюсь к магу.

Волшебник опять зашелся в приступе кашля от табачной трубки, которую тот спешно набил и закурил. Бильбо только открыл рот чтобы что-то сказать, но тут же его закрыл, виновато опустив глаза.

— Что такое, Бильбо? Сдал нас, да? Крысеныш ты…

— Не может быть… — прошептал Трандуил.

— Хм… значит все-таки рассказали, а ты им не поверил? А зря, Трандуил. Зря. Маги никогда не лгут. Воду почем зря баламутить, они — да, могут. Но врать — неееет, до такого добросовестные волшебники никогда не опустятся. Да, Гендальф?

— Если ты намекаешь на то, что я не пришел к вам на помощь в убийстве дракона, то я уже сказал, почему. Я узнал, что сейчас к горе надвигается огромная армия Орков, под предводительством Азога.

— Да? И где же она? — но серый маг не ответил. — Молчишь? Вот и молчи.

— Торин, но это единственное о чем я рассказал, — встрял Бильбо.

— Разве?

— Я рассказал только о драконе, в надежде что Трандуил нас услышит и не захочет войны.

Просверлив хоббита взглядом, я видел на лице этого глупца искренность.

— Глупый ты, Бильбо. Просто глупый маленький Хоббит. Эта принцесса понимает лишь язык кулака, — тихо отвечаю на выдохе, постукивая пальцами по столу.

— Это блеф! — в неверии качая головой прошептал Трандуил.

— В чем именно?

— Ни одна сила не способна сковать дракона!

— Да ну? Спорим? — при этом, поднимаю ладонь. Уловив сигнал, Бален тут же дал команду на открытие врат и теперь через распахнутые створки, Эльфы могли лицезреть вполне себе живого и очень злого дракона. — Трандуил, что с тобой? Ты выглядишь так, словно выброшенная на берег рыба.

— Невозможно…

— Не знаю такого слова, — качаю головой.

Торин не мог удержаться и в то время пока я старался держать серьезное лицо, он давил лыбу, из-за чего у нас получилась достаточно неординарная гримаса на лице, которую можно было распознать как отвращение. Дабы не пугать и без того шокированных эльфов, отпускаю контроль над лицом. Остальные гномы, так же давили лыбы, поглядывая то на эльфов, то на Смауга. Эх, жаль фотика нет, обязательно бы своим дома показал такой редкий кадр.

— Все еще хочешь играть оружием, или поговорим уже нормально? — развеиваю тишину, привлекая внимание.

— Что ты хочешь? — процедил король эльфов сквозь зубы. Что, дошло с кем связался, гад? Вот то-то же!

— Ничего особенного, Трандуил. Нам для восстановления крепости нужны продукты, инструменты, материалы, хотя бы тот же лес. Вы — самое близкое к нам государство, которое может все это организовать без особых для себя проблем. Что скажешь? — при этом кладу на стол шкатулку с украшениями и толкаю её к Трандуилу.

Поймав небольшую коробочку, все еще пребывающий в шоке эльф медленно открыл крышку и просто тупо смотрел на блестящие самоцветы, инкрустированные в украшения. Медленно, словно бы величайшее сокровище, он вынул браслет и осмотрел его.

— Ты предлагаешь мне купить у вас мои же украшения?

— Именно.

— Я смотрю, наглость гномов шагнула далеко вперед.

— А как иначе, с тобой ведь по-другому нельзя, как можем так и крутимся, — развожу руками. — Итак?

— Постой, я правильно понял: ты хочешь купить все необходимое вот за это?

— А ты чем-то недоволен?

— А остальное?

— Остальное будет, если предоставишь все, что мы потребуем. А нет — мы просто продадим их тем, кто больше предложит. И возьмем не деньгами, нет, все теми же вещами… Хех, в деньгах, как ты знаешь, у нас нужды нет.

— Ах ты! — подскочил король эльфов, но к моему удивлению его одернул Леголас.

— Да, я смею. Еще как смею. Ведь именно вы предали нас в час нужды. Наш… — тут же прикусив язык, одергиваю нас. — … мой дед, Трор, поступил некрасиво по отношению к тебе. Я это признаю и лишь поэтому сейчас говорю с тобой. Но вы поступили еще хуже, причем даже хуже орков! Они хотя бы не притворяются благодетелями…

Повисла неловкая пауза. Трандуил, не скрывая злобы смотрел на нас, мы на него. Бильбо прикинулся ветошью, Гендальф так же старался не отсвечивать, переглядываясь с советником Трандуила. Фили и Кили скалились не хуже шакалов, рассматривающих добычу, в то время как Леголас просто бросал на нас хмурые взгляды.

— Я свое слово сказал, Трандуил. Если хочешь побороться — пожалуйста, мы с радостью снимем оковы с дракона и ты вспомнишь былые времена. Если нет — покупай. А не купишь, придется собирать их по всему Средиземью и выкупать уже у новых владельцев.

— Торин, так не ведут переговоры, — вмешался Гендальф. — Ты не предлагаешь Трандуилу компромисс, а выдвигаешь ультиматум.

— Так что не так? — уточняю, внутренне смеясь. Помню как сказал Лейле, что переговоры вести я не умею, обычно выдвигая ультиматумы. Забавно…

— А какова цена? — спросил Леголас.

— Ничего сверхъестественного, все в пределах разумного. Даже более того, так как вы кровно заинтересованы в получении этих камней, то так и быть, сделаем вам скидку.

Хе-хе-хе, улыбаемся и машем, господа. Улыбаемся и машем. Уж я то знаю, как работает «черная пятница»…

— А если я предложу ответную меру?

— Это какую? — изображать интерес не потребовалось. Нам с Торином действительно стало интересно, что может предложить король эльфов.

— Я могу дать…

Договорить он не успел. Сначала нас перебил топот копыт, а затем в шатер ворвался запыхавшийся Эльф.

— Милорд, на Лихолесье напали! — сходу прокричал эльф, только откинув полог.

— Что? КТО?!

— Армия орков, милорд! Они пришли из Дол-Гулдура. Их ведет Азог осквернитель, они прошли внешние рубежи и уже на подступах к городу.

От прозвучавших слов в комнате воцарилась гнетущая тишина. Все без исключения, но в разной степени удивления смотрели на посланника, а затем… затем тишину развеял дикий ржач. Мы с Торином на пару не просто ржали, мы просто стучали кулаком по столу от приступа охватившего нас смеха.

— Немедленно, всем войскам, возвращаемся в Лес! — тут же взялся командовать Трандуил. — Ты… ты говорил, что они идут сюда! — наехал эльф на мага.

— Ну…

— Я же говорил, — вмешиваюсь, перебив Гендальфа, параллельно поднимаясь из-за стола и утирая слезы. — Хе-хе… ой. Говорил, что маги не лгут. А вот недоговорить или ошибиться — они да, могут.

Трандуил не сказал и слова. Лишь подскочил и намеревался было покинуть нас, но…

— Эй.

— Что? — обернулся эльф. Сняв с пояса так и не пригодившийся мешочек с камнями, бросаю его под ноги эльфу. При приземлении, тот чуть развязался, и камни частично высыпались наружу.

— Держи. Может откупишься от орков, — посмеиваясь, разворачиваюсь и покидаю шатёр.

Да, такого унижения Трандуил нам никогда не простит, но не больно и надо. Таким незамысловатым жестом, я не просто опустил его, а буквально втоптал весь авторитет короля в грязь. Думал, что выше всех? Думал, что сможет втоптать нас? Ха! Дурак. Расслабился, потерял хватку, за что и поплатился. Вернее, расход по счетам проходит в данный момент в его доме. Вот уж не думал, что все так обернется, но… это даже забавно. Видимо Саурон посчитал меня темной лошадкой и не стал связываться с неизвестностью, что притаилась в горе, а вместо этого, прекрасно зная о том что эльфы пришли к нам под стены, направил своих к их дому. Ну да, что так, что так — профит.

— Торин, а ты уверен, что стоило отдавать камни? — неуверенно спросил Кили.

— Стоило. Такой удар на глазах его слуг, его сына, это контрольный удар по его чести. При хорошем для него раскладе, он бы сразу попытался нас за такое убить, но сейчас, когда у него в доме лютуют орки, когда мы с вами стали его наименьшей проблемой, он просто не может себе этого позволить.

— А потом?

— А что потом?

— Эльфы ведь злопамятны.

— А ты уверен, что будет кому что помнить? Я — нет.

— Пусть едят то, что заслужили, — припечатал Двалин.

— Пускай.

— И что теперь? — повернулся Фили. Но меня перебил Гендальф, нагнавший нас в компании Бильбо.

— Торин! Торин, подожди!

— Таркун. И снова здравствуй. Вроде переговоры окончены или нет?

— Ты… ты ведь знал. Ты услышал мои слова вчера и намеренно решил растянуть переговоры, подставив эльфов под удар! Я прав?

— Именно. Но я не думал, что твоя армия отвернет от Эребора и пойдет в Лихолесье.

— Значит все, что ты говорил на переговорах — ложь?

— Вовсе нет. Если бы орки не появились, я бы действительно заключил с Трандуилом союз, нам ведь необходимо восстанавливать экономику Эребора, а своими силами это будет не только долго, но и очень тяжело.

— Ты все просчитал… — дошло до мага.

— Не все. Но многое. Я исходил из худшего варианта.

— Худшего?

— Именно.

— А в этом худшем случае, ты бы действительно выпустил Смауга?

— Что? Разумеется — нет, я ведь не дурак. Это так, чтобы у Трандуила не было искушения махать мечом. Хотя… в крайнем случае, если бы нам уж действительно нечего стало терять, мы бы действительно сняли оковы. Нам-то от этого точно хуже не будет.

— Это безумие!

— Так повторюсь — это были бы крайние меры. Хех, совсем крайние. Так сказать, отчаянные времена требуют отчаянных решений.

— Я тебя понял…

— Таркун.

— Да?

— И много хоббит разболтал? Только честно.

— А как ты думаешь? — вопросом на вопрос ответил маг, оперевшись о свой посох.

— Я думаю, что — нет. Мы прошли очень длинный путь, мне сложно поверить, чтобы хоббит действительно стал шестеркой.

— И ты полностью прав. Бильбо сбежал, чтобы предотвратить бойню. Он боялся за вас, Торин. Он пришел ко мне за помощью и рассказал о драконе…

— Только ли о драконе? — вопросительно изгибаю бровь, глянув на сместившегося хоббита.

— Ну… не только. Но дракон — единственное, о чем мы сообщили Трандуилу. Более никаких тайн он не выдал.

— Трандуилу не выдал, — киваю. — А тебе?

— Кх…

— То-то и оно. Рассказывай.

— Эм… ну… тут такое дело… он рассказал… что…

— Таркун, хватит. Говори как есть, а не то иди туда откуда пришел.

— Ты действительно говоришь сам с собой?

— Нет.

— Правда? — удивился Бильбо.

— Мистер Беггинс, я еще не сошел с ума, чтобы разговаривать сам с собой. Если вас это так беспокоит, то попрошу о том, что скажу дальше, не распространяться. Я просто нашел верного союзника, вот и все.

— Эм…

— Союзника? — насторожился маг.

— Да, Гендальф. А это кольцо, которое ты сказал мне выкинуть — его подарок. Оно не одно из девятнадцати колец, это совершенно другой артефакт. Но именно благодаря нему, нам удается поддерживать связь.

Люблю я играть словами. Вот и не обманул, но при этом вроде как провел. Колец всего двадцать, а я сказал про девятнадцать. Если маг не уточнит за двадцатое, значит все отлично.

— И что же это за союзник?

Ну вот и провели старого мага.

— Со временем он сам придет к вам, Таркун, не переживай. — повернувшись, делаю два шага к крепости. — Бильбо, ты идешь? — вполоборота бросаю Хоббиту, остановившись.

— А?

— Идем, погостишь у нас, пока все не уляжется. А то домой тебе сейчас возвращаться будет несколько опасно.

— Вы… ты не обижаешься?

— Может ты и глупый, но добрый. Так что я тебя прощаю.

— Правда?

— Да. Но чтобы больше подобного не было!

— Спасибо, Торин. Я тебя больше не подведу!

— Идем уже. Гендальф, тебе особое приглашение нужно?

— Ох. Гоняешь ты старика, — по доброму улыбнулся маг.

— Видел я, как ты бегаешь… тоже мне, старик нашелся. Идем уже, расскажешь, где толком пропадал и откуда узнал об армии орков…

Гендальф

Серый маг стоял на внешней стене Эребора и куря трубку, смотрел вдаль. Мысли просто распирали сознание, волшебник не знал что ему делать и куда податься, ведь ситуация складывалась, мягко говоря, тяжелая.

Армия Дол-Гулдура штурмовала Лихолесье и по-хорошему, ему стоило быть там. Но и здесь, в Эреборе, было невпроворот дел, требующих его личного внимания. Начиная от Торина и заканчивая драконами.

Посмотрев на Смауга, волшебник сделал полную затяжку. У старика в последнее время и так начали ходить ходуном нервы, а тут еще это. Драконы. Подумать только, два дракона под горой! И с обоими гномы сумели совладать и даже использовать. Смауг стал сторожевым псом, а вот что делают с Ангарой, маг даже не представлял. Несмотря на дружелюбие, гномы не пускали его глубоко в крепость. Всего один раз волшебнику довелось понаблюдать за самкой, после чего его вежливо попросили удалиться на верхние уровни. Гномы вообще очень трепетно начали хранить тайны горы, довольно ясно пояснив границы перемещения.

А ведь еще Даин… после того как волшебник пересказал Торину о своих похождениях, он стал свидетелем удивительнейших событий. Буквально на следующий день, к вечеру, в крепость вернулся Даин, все с теми же воинами, но на этот раз они принесли с собой большой запас провианта, инструментов и просто расходных материалов. И началось.

Торин не просто наставил гномов, он создал настоящий единый организм. Каждый гном знал свое место, каждый работал не покладая рук. Все гномы до одного, казались словно одержимы. Они с невообразимым фанатизмом брались за порученную работу и за день делали то, на что в обычных обстоятельствах ушло бы все два, а то и три.

Блуждая по крепости, пусть и в разрешенных зонах, волшебник видел как оживает подгорная цитадель. Это действительно было завораживающе. Гномы, уверенные в том, что армия орков занята Лихолесьем, полностью сконцентрировались на восстановлении собственной твердыни. В идеале, к ним стоило бы обратиться за помощью — эльфам пригодится любая поддержка, но Торин едва ли станет слушать. И маг это понимал.

Да, Торин… с ним вообще отдельная история. Это был совсем не тот гном, которого Гендальф повстречал в Бри. Просто самые яркие отличия: нет знаменитого гномьего упрямства и упертости. Сейчас на троне Эребора восседал хитрый, расчетливый правитель, прекрасно знающий себе цену и достаточно харизматичный, чтобы за его спиной стала целая армия верных до смерти воинов.

Хотя вот опять же, неверно говорить «восседал на троне». Торин расхаживал в собственной крепости в простой рабочей одежде без короны и работал наравне со всеми, постоянно пребывая на публике. Было забавно, но некоторые гномы возмущались, что не пристало королю работать самолично с камнем, на что Торин отмахивался: «Я такой же гном как и вы». Гендальф знал — тогда, в тот день, когда они только встретились, тот Торин никогда бы этого не сказал. Это были два совершенно разных гнома.

Но и сделать маг ничего не мог. Несмотря на отличия, Торин умудрялся оставаться собой. Он все так же шутил, все так же улыбался, проводил время со своими товарищами. Серый маг просто не знал что думать и тем более что ему делать.

А ведь еще кольцо. Проклятый артефакт на руке Торина, который тот всегда носит с собой. Гендальф видел, что это самый настоящий темный артефакт. Не увидеть руны, нанесенные на стену, ворота, на оковы дракона, волшебник не мог. От них веяло тьмой, темной энергией, да и сами руны были магу неизвестны. Не то чтобы Гендальф хорошо разбирался в гномьих рунах, но он отлично знал их письменность, и эти руны — имели совершенно иную природу построения. Знаний категорически не хватало…

Маг даже подумал, что это сила Мордора. Ведь если подумать под другим углом, то картинка складывается просто идеально. Торин находит способ договориться с Мордором, там в свою очередь обещают его не трогать, и что мы имеем? Кольцо, напитанное темной силой, подаренное от неизвестного союзника. Армия Дол-Гулдура очень неожиданно отворачивает от Эребора и уходит в Лихолесье. Все просто идеально!

Хотя нет. Здесь тоже есть подоплека. Азог поклялся убить Торина, Дубощит ни за что бы не пошел на сделку со своим злейшим врагом. Кроме того, само поведение Дубощита, оно говорило об обратном. Если бы Торин заключил сделку с Мордором, он бы не пустил в крепость, ни меня ни Бильбо, и уж тем более не общался с нами как со своими гостями.

Возможно ли такое, что это просто стечение обстоятельств? Что на сцене появилась новая сила, не готовая себя проявить? Может быть. Но если так, то на чьей она стороне? Тоже непонятно. Ведь вроде ничего плохого сделано и не было, наоборот, идёт активная поддержка гномов, а конкретно Торина, но зачем? Чего эта сила хочет добиться?

Слишком… просто слишком много факторов, размывающих цельную картину. Если сейчас уйти и доложить Белому Совету, могут неправильно понять, как это вышло с «некромантом». Если уйти, тоже мало что получится выяснить. Выход один — необходимо остаться и наблюдать, в надежде выяснить хоть что-то и прояснить картину.

Верил ли Гендальф Торину? Относительно верил. У него просто не было причин чтобы не верить, в конце концов Дубощит действительно трудился на благо своего народа, и трудился не покладая рук. Это ведь тоже играло немаловажную роль. Ведь сейчас, наследник престола Эребора трудился как и тогда, в те времена, когда дракон забрал у них всё, что было. И при этом, как и тогда, он вновь воодушевлял свой народ.

— Мистер Гендальф? — неожиданно прервал мысли мага голос гнома.

— О! Дори. Здравствуй.

Увидеть знакомое лицо, тем более такое вежливое в далеких краях всегда приятно. И Гендальф признавался сам себе, что компания такого вежливого и интеллигентного гнома… по меркам самих гномов, очень приятна.

— А ты что не в сокровищнице?

— Я относил бумаги Торину. Вот, на обратном пути решил пройтись, посмотреть что сделали на верхних ярусах. А здесь вы.

— Понятно.

— Я очень рад, что с вами все в порядке.

— Хо-хо…

— Но я вижу, что вы чем-то обеспокоены.

— Меня тревожит война в Лихолесье. Я опасаюсь, что если оно падет…

— О, не переживайте. Не мне вам говорить, что эльфы достаточно сильны. Тем более, Трандуил сам показал нам, что готов воевать, ну вот ему представилась такая возможность.

— Ты прав, Дори. Как там Торин?

— Сейчас он на верхних ярусах — проверяют целостность крепости.

— Это в том месте, где он устроил обвал?

— Нет, это намного выше. Вам туда тоже нельзя.

— Ожидаемо.

— Ну ладно, мне пора возвращаться к делам. Всего доброго, мистер Гендальф, — чуть поклонившись, учтивый гном покинул стену, оставив мага наедине со стражей.

Так, посидев еще минут десять, волшебник принял решение. Нужно идти к Торину. Необходимо попытаться уговорить его вступить в войну на стороне Лихолесья. Ведь было у мага плохое чувство, что эльфы могут не справиться… а кроме гномов, как это ни прискорбно, поблизости рассчитывать более не на кого.

Глава 9

Аид

— Ты хочешь ЧТО?! — прокричали мы с Торином, услышав предложение серого волшебника.

— Торин, кроме вас помочь эльфам некому. И если вы сейчас не придете к ним на помощь, Лихолесье падет!

— А вот я так не думаю. Трандуил не раз и не два приседал на уши, твердя мне о том, что его королевство — вечно. Вот пусть и отстаивает свое «вечное».

— Против него целая армия. Это подготовленные, специально выращенные и хорошо укомплектованные орки!

— У них ничего не выйдет, — качаю головой. — Лихолесье для эльфов родной дом, там нет места, чтобы развернуть армию. Эльфы просто вырежут всех орков, постоянными, но короткими налетами.

— Думаешь?

— Уверен. Я бы вырезал, — пожимаю плечами.

— И кто это говорит?

— Ты и сам знаешь, — усмехаюсь.

— Хорошо… Но, а если нет? Если ты ошибаешься? Что, если орков слишком много? Их же просто затопчут.

— Если их слишком много, то мы здесь тем более ничего не сделаем. Хочешь, чтобы мы убились?

— Вовсе нет, Торин. Но я уверен, что объединенная армия эльфов и гномов, сможет их выбить. Тем более, что Аркенстон у тебя в руках.

— И что?

— Собери древние рода гномов под одним знаменем и…

— Ха-ха-ха-ха-ха, неееее, Гендальф, фига! — не выдержал я и довольно нахально перебил волшебника. Правда, здесь же лоханулся, напрочь забыв что тело в общем-то не мое, а Торин так выражаться никогда не будет. — Кха-кха, нет.

— Но почему?

— Потому, что пока я их соберу, пока войска мобилизуются, подготовятся, война в Лихолесье уже давно закончится!

— Да. Вполне может быть. Но ведь если Лихолесье падет, эта армия двинется к вам! А ты сам говоришь, что гномы не готовы к войне.

— Даже если и так, никуда эта армия не пойдет, — вздохнув, качаю головой. — После эльфов им потребуется отдых, армия будет измотана… если там вообще что-то останется от армии, в чем я очень сильно сомневаюсь. А за время, которое они восстановят силы, восстановимся и мы.

— Ты понимаешь, что наступаешь на те же грабли, что и Трандуил?

— Таркун, а ты понимаешь, что у нас попросту нет сил, чтобы сражаться?

— Сейчас под горой целая армия, — возмутился маг.

— Армия? Гендальф, я тебя сейчас со стены сброшу! Это не армия, это осколки великого народа который пытается всеми силами вернуть былое величие! Нам бы самим кто помог восстановить крепость. А ты мало того, что тянешь нас в драку, так еще в лес. Гномов, Гендальф! И в лес. Это даже не смешно.

— Но…

— Нет. Мы не окажем эльфам поддержки. Но не потому, что я этого не желаю, хотя я действительно этого не желаю. А потому, что мы просто не в состоянии это сделать.

Серый маг не ответил. Выдохнув, он просто смотрел на нас, словно бы ожидая того, что мы передумаем. Нет, ну наглость у волшебника! Даже у меня её поменьше будет.

— Иди. Я все сказал.

На этом наш спор закончился. Маг удалился думать над тем, что ему делать, а мы отправились к себе.

Однако, несмотря на то, что спор хоть и кончился, меня всё равно грыз червячок сомнений. Я понимал, что Гендальф частично прав. Армия Саурона очень велика, и что после Лихолесья мы будем следующими. А если Саурон возьмет Лихолесье, он получит прямую дорогу в Ангмар, богатое на руды и крепости королевство. Да, крепости разрушены, но не до основания и восстановить их — дело пары лет. Проложить же дорогу через лес армии орков труда не составит, как и отстроить Дол-Гулдур.

Блин. Нехорошо, совсем не хорошо получается. Мне самому нужна дорога на юг, вот кровь из носа нужна, а для этого надо сохранить эльфов, для которых мы тупо ничего не можем сделать. Эребор после драконов в руинах, у нас и так дефицит всего, от свободных рук до материалов, а если еще идти воевать, тооооо… можно сразу вешаться. Может, я не на тех ставку сделал? Может надо было гоблинов мучать, а там глядишь, и своих бы вывел. Нет, не вариант, я все сделал как надо, нужно только закрепить результат.

— Торин, что думаешь? — бурчу под нос. Сейчас мы были в мастерской и занимались разработкой рун… вернее я занимался, а Торин наблюдал. Нужно было как можно раньше приступить к выращиванию собственных эльфов, благо рабочая схема у меня уже есть.

— Что думаю? Да чтоб они все сгорели.

— Какой ты добрый.

— И поделом.

— Но ведь Гендальф прав. За Лихолесьем будем мы. Пусть и не сразу, но все-таки. А здесь уже даже я не уверен, сможем ли удержаться. В данный момент, Эребор очень зависим от внешних поставок, нам потребуется не один год, чтобы встать на ноги, но кто нам это время даст?

— Никто.

— Вот и я так думаю.

— И ты тоже предлагаешь помочь Трандуилу?

— Разумеется — нет!

— Тогда — что?

— Сейчас орки грызут его королевство. Трандуил нам тоже не такой уж союзник, так что пусть и дальше грызутся, лишь бы орки его до конца не сгрызли.

— А если Трандуил и так справляется неплохо?

— Нам же легче. Мы можем подойти, ударить и сказать: «Мы вам помогли, за вами долг». Вообще идеальный вариант.

— Ну и где здесь честь?

— Ты сам говорил, что я — демон. Демонам честь не полагается.

— Да, вот только я — гном!

— Ну хорошо, можно очень сильно ударить, вот прям от души, чтоб все увидели и запомнили.

— И как ты себе это представляешь?

— Ммм… надо что-то дальнобойное. И сильное. Желательно такое, чтобы пришлось задействовать минимум гномов, у нас и так дефицит с рабочими руками.

— Может, Дракон?

— Не получится. Смауг не станет с нами сейчас говорить — это раз. А во-вторых, мы не сможем его контролировать, поэтому — нет.

— Так ли не сможешь? Самке голову под плаху подставить и этому пригрозить, делов-то.

— А ты уверен, что он не попытается её спасти? Или наоборот, ему не наплевать на нее?

— Нет…

— Вот то-то и оно. Я не знаю, что происходит у него в голове. И пока я не обрету свободу, даже думать не стоит о том, чтобы выпустить дракона!

— Но моими руками ты ведь можешь неплохо колдовать.

— Вот именно — твоими руками, Торин. Мы можем использовать лишь ту магию, которая доступна тебе, которую понимаешь ты! Я лишь направляю, объясняю и напитываю энергией, всё. То, что тебе кажется, будто твое тело само собой управляется, это иллюзия, не более, ты просто чувствуешь мою волю и следуешь ей, как за путеводной нитью. Увы, но сложные чары нам недоступны…

— Почему?

— Ты для них слишком тупой, — огрызаюсь.

— Что?!

— Не принимай близко к сердцу. Просто пойми и смирись, что не маг ты. Не чародей. Твое дело мечом махать, да королевством править, максимум в кузне работать, но никак не волшбу творить. Мозги не под это заточены. Не твой профиль. И тут хоть с обрыва прыгай, но я быстрее руны себе выжгу, чем ты действительно мощные плетения освоишь.

— Всё так серьезно?

— А ты думал, магия — это раз махнул, два сказал, и всё, готово? Хех, если бы. Ладно, что-то мы отвлеклись. Другие предложения помимо дракона у тебя будут?

— Ну… можно забросать их вспых-зарядами.

— Эээ, чем-чем?

— Вспых-заряды. Они при ударе вспыхивают, громко хлопают и могут сильно отталкивать. Это такая смесь. Там сера, потом…

— Погоди, погоди, я тебя понял, — перебиваю Торина. — Вспых-заряды говоришь… Хм.

— Ты что-то придумал?

— Да так, новый вид оружия, но он сейчас будет не к месту.

— Что за оружие?

— В будущем, постараюсь усилить ваши вспых-заряды, добавив им яркости и грохота.

— И что это даст?

— Вот видишь? Какой из тебя маг, с таким-то воображением… — грустно вздыхаю и поясняю. — Армия, есть армия, Торин. Ей нужна координация. А что будет, если положить на голову армии пачку таких вот вспых-зарядов?

— Все оглохнут и ослепнут.

— Именно.

— И что это даст?

— Ты идиот?!

— Да скажи нормально!

— Координация будет нарушена. Хаос! Армия в мгновение ока превратиться в толпу, причем независимо от того, орки это, эльфы или гномы. Всем будет плохо. Но эльфам особенно, у них слух и зрение чувствительны. В этот момент идеально ворваться на конях и боевых колесницах прямо в ряды, тебе просто тупо ничего не смогут сделать. По крайней мере, пока не оправятся от шока. Но кто мешает повторить процедуру?

— Действительно очень полезно. Но это ведь не все что ты придумал.

— Не все, — соглашаюсь. — Потом, кроме вспых-зарядов можно накрыть осколочно-фугасными зарядами. Или можно сразу фугасом, а потом вспых-зарядами, тут уже вариативно.

— Погоди, что такое осколочно-фугасный заряд?

— Это такая штука, Торин, которая может взорваться, разбрасывая вокруг себя со страшной силой осколки. Убойная вещь…

— Я о таком не слышал.

— Потому и не слышал, что слишком опасная.

— У нас катапульт нет, чтобы такое забрасывать.

— Я знаю. Но это пока, потом может будут, но это неважно. Они не понадобятся.

— Тогда как…

— Ракеты, друг мой. Ракеты. У нас в крепости в данный момент находится офигенный пиротехник, чтоб ты знал, который очень заинтересован в нашем содействии эльфам.

— Гендальф?

— Он самый. Но это так, на перспективу.

— Почему? Это ведь то, что нам нужно! Издалека накроем орков и…

— Нихрена мы не накроем! — перебиваю гнома. — Это ведь лес. Армия орков разъединена, нет конкретного сосредоточения сил. Более того, мы их не видим. Так что здесь, надо либо очень много ракет… вот прям очень, либо нужен невообразимо мощный заряд. Что в первом, что во втором случае, мы не можем это позволить. Доооооорого. Сейчас по крайней мере.

— И что делать?

— Вот и я думаю, что делать.

— Ну, у меня идеи кончились.

— Я вижу. А вот я, походу, кое-что придумал.

— И что же?

— Есть у меня одна идея, как и на пенек сесть и пирожок съесть. Ну-ка пойдем, еще раз поговорим со стариком.

Отыскать Гендальфа оказалось достаточно просто. Волшебник общался со Смаугом. Сам дракон такой компании был не против — всяко лучше гномов, с которыми цивилизованно не поговорить, а с нами он общаться не хочет. Обиделся, видите ли. Ф!

— Таркун! — окликнув мага, киваю головой в сторону. — Отойдем?

Проведя волшебника за собой в одну из пустых комнат, притворяю за нами дверь.

— Мы обдумали твои слова…

— Мы?

— Смысл скрываться, ты и так все знаешь.

— И к чему же вы пришли?

— Взаимной помощи. Ты поможешь нам, а мы эльфам.

— Все что в моих силах, — тут же оживился старичок. Видимо сильно у деда пригорает.

— Подожди, ты сначала выслушай. Мы поможем эльфам, а ты не станешь рассказывать о моем союзнике. Идет?

— Ммм, у меня не получится скрыть правду.

— Скрывать не придется.

— Тогда как…

— Все просто. Погости у нас сверх нужной нормы, скажешь — изучал дракона, в принципе даже врать не придется. Потом еще куда-нибудь заскочишь в какое-нибудь подозрительное место. Так, туда-сюда, и время убьешь, большего не прошу.

— Хорошо. Я согласен на такие условия.

— Это еще не все. Помнишь свои фейерверки?

— Фейерверки? — удивился маг.

— Да. Нам нужна их технология.

— Что вы задумали? — напрягся маг. — Я не думаю, что эти красивые безделушки смогут вам помочь.

— О нет, Таркун. Поверь, мы найдем им применение.

— Думаешь?

— Я это знаю. Итак. По рукам? — при этом протягиваю руку. Блин, воистину чувствую себя демоном. Маг ведь не знает, что я придумал, а задумал я таааакуууую гадость, что пикси бы аплодировали стоя.

— И вы оказываете поддержку Лихолесью, — подвел черту волшебник.

— Не совсем. Мы поможем им выкурить орков, но Трандуилу мы помогать не будем.

Ох, каким на нас подозрительным взглядом посмотрели.

— Ну так что? — подгоняю волшебника. Спустя минуту маг даже не пошевелился, яростно ища подвох в моих словах.

— А в чём разница? Прогоните ли вы орков, или поможете эльфам? Это ведь одно и то же.

— Не совсем. Конкретно эльфам мы помогать, я повторюсь, не будем. Совсем. Но орков прогоним, это я тебе гарантирую. Итак?

Кто бы знал, каких усилий мне стоит самому не смеяться и удерживать от смеха Торина. Видеть внутреннюю борьбу Гендальфа — бесценно.

— Хорошо, я согласен.

— Вот и за-ме-ча-тель-но! Хе-хе-хе…

Так, договорившись с волшебником, мы приступили к работе. Что я задумал? Все до безобразия просто. Мы. Будем. Жечь. Лес. Гномы в кратчайшие сроки изготовили специальные стрелы для Стрелометов, с утолщенной сердцевиной. На каждую такую стрелу мы с Торином накладывали по шесть рун огня, запитывая каждую энергией до предела и соединяя все это дело в единую цель с таймером-активатором. Как я и сказал, план прост, проста и схема чар, что делает их доступными для Торина. Всего таких стрел вышло двенадцать, на мой взгляд этого более чем достаточно.

Пока занимались стрелами, гномы устанавливали на боевые колесницы Стрелометы, сняв последние со стены. Еще один отряд, который должен был нас сопровождать, готовился сам и готовил баранов. Всего в поход должно было выступить сорок воинов, не считая экипаж колесниц и нас с Торином. И все бы ничего, если бы не одно но: Гендальф.

— Двенадцать стрел? Торин, это не помощь, это изде… — распалялся волшебник, махая руками на ужине.

— Спокойно! — перебиваю мага. — Всё под контролем. Ты ведь их даже не видел.

— Они… зачарованы?

— Именно. Не переживай, этих стрел более чем хватит для прекращения войны, поверь мне.

Волшебник с недоверием посмотрел на нашу ехидную морду, но приняв решение, кивнул.

— Хорошо. Я вижу, ты знаешь, что делаешь. Могу только пожелать удачи…

Хе-хе-хе, спасибо конечно, Гендальф, но лучше бы ты адресовал её эльфам. Нет, ну, а что? Я ведь действительно его не обманываю, такой фейерверк точно остановит войну…

Тем временем где-то

Тем временем, пока гномы готовились к вылазке, в Чернолесье с каждым днем все сильнее разгоралась война. Проблема орков состояла в том, что крепость и одновременно с этим город эльфов имел очень неудобное месторасположение. Город — крепость, которой правил Трандуил, находилась в сети пещер, и имела всего-навсего два входа и выхода, перед которыми были узенькие мосты. Из-за этого взять крепость нахрапом просто физически не представлялось возможным, тем более что мосты постоянно обстреливались.

Не став понапрасну тратить силы, Азог взял город в осаду, но и здесь не все так просто. Леса по праву считаются непроходимыми, и управлять в них огромной армией задача мягко говоря — тяжелая. Но даже не это стало для орков главной проблемой. Эльфийские леса — это эльфийские леса, в которых ушастые чувствуют и ведут себя как дома.

Активные вылазки эльфов, с тактикой: бей-беги, стачивали разрозненную армию орков в непомерном соотношении чисел, при этом сами орки ничего не могли поделать против небольших, но мобильных эльфийских групп.

Но, белые орки никогда дураками не были. Когда армия продвинулась, когда взяла в осаду город, началась промышленная вырубка леса с последующей расчисткой территории. Рейдовые набеги эльфов моментально сошли на нет, а чаша весов колыхнулась в сторону сил Мордора.

Следующим шагом, который предприняли орки, стала установка запруды выше по течению реки, которая проходила под городом. Таким нехитрым образом, орки сразу сделали две вещи — отрезали эльфов от воды и организовали для своих сил дополнительные проходы. Ведь вода ушла, почему бы не пройти по каналу в город? Эльфы такого западла никак не ожидали, за что и поплатились, понеся чудовищные, по их меркам, потери в попытке отбросить захватчиков.

И им это удалось. Пусть не сразу, но удалось — орки были отброшены, но радость от короткой победы оказалась недолгой. За время ведения боевых действий, накопилось достаточное количетсво воды, чтобы устроить потоп, что орки и сделали, разрушив собственную же запруду. В итоге победителей немножко смыло. Результат так понравился слушающему доклады хозяину Мордора, что тот приказал повторить водные процедуры еще пару раз, только с более сильным эффектом.

На этом фантазия орков не закончилась. Катапульты, постоянно обстреливающие город, проделали достаточно дыр в потолке, чтобы в них можно было что-нибудь забросить. И орки начали закидывать город горящими шарами. Смазанные дегтем, смолой, с полупросушенной листвой, шары давали очень много дыма. После этого защитникам, которым и так было не скучно, стало еще веселее, хотя, казалось бы, куда хуже? Но нет, хуже могло быть еще как.

Орки пошли на штурм. Смастерив самодельные переправы, они перекинули те через провалы и начали наступление, продавливая ряды защитников всё с большим напором. Никакие ухищрения, навыки или отвага эльфов им не помогали перед сильной и многократно превосходящей численностью армией. Но именно здесь, когда казалось, что лесное королевство обречено, вмешалась третья сторона…

— Мой господин, к лесу с востока приближаются гномьи боевые колесницы! — сходу сообщил дозорный на варге с восточного края леса.

— Гномы? — удивился Азог. — Сколь велика их армия?

— Нет, не армия, господин. Всего четыре повозки и отряд всадников на баранах.

— И только?!

— Да, мой господин.

— Больг! — услышав имя, второй предводитель войск тут же обернулся. — Ты знаешь, что делать.

Кивнув, сын Азога отошел к своему варгу и, взяв личных телохранителей, покинул поляну. И все бы хорошо, если бы не одно но. После доклада властелину, Азог стал свидетелем того, как сердится его хозяин. Саурон очень не обрадовался гномам, настолько, что создалось впечатление, словно он их опасался. Опасался того, что они могут сделать. Но Азог не понимал, что происходит. Он не знал, не видел того, что видел его господин.

Саурон знал о третьей силе, появившейся в Эреборе, он знал, что именно эта сила помогла Дубощиту отстоять гору и одолеть драконов, и более того — он её опасался. Далеко не многие могут похвастать тем, что одолели и заковали дракона. Такие личности, прекрасно зная об армии в лесу, никогда не пойдут в самоубийственную атаку, а значит они что-то задумали. Вот это и напрягло владыку Мордора.

Собственно, опасения подтвердились. Когда гномы приблизились к лесу, они развернулись и помчались уже в обратную сторону, пуская как можно дальше в лес одинокие стрелы. Обогнув часть леса, и отстрелявшись, они вновь повернули, но уже на Эребор. Орки не понимали, что происходит, но ответ не заставил себя ждать. Двенадцать гигантских очагов огня вспыхнули в разных частях леса, окутывая его всепожирающим пламенем.

Наверное, за всю историю никогда еще кто-то не был так единогласен друг с другом, как Трандуил с Сауроном. Вырубленная орками просека, сыграла на руку эльфам, отрезав город от прямого огня. Да, задымление душило, но бороться с одним только дымом магии эльфов намного легче чем и с дымом и с огнем.

Азог же начал срочно уводить войска, но вывести из леса две объединенные армии — задача мягко говоря не из легких. Так, половина орков сгорела в огне, кому-то посчастливилось сбежать. В итоге к Дол-Гулдуру вернулась едва ли третья часть сил, в то время как от армии Ангбада практически ничего не осталось.

Над пожаром в лесу же, начали биться сразу и эльфы Лориена, и эльфы Лихолесья, и даже сам Саурон, спасающий свои войска. Вот уж что-что, а напустить туч с дождем при поддержке эльфов ему удалось очень легко.

И только голос вдали на вершине одинокой горы тихонько и очень зло хохотал, глядя на полыхающий лес.

— Экстерминатус, братья, пусть всё сгорит в огне, — прошептал гном себе под нос.

Аид

Я конечно знал, что негативно влияю на Торина, но не знал, что настолько. Признаюсь, мне и самому было весело, не каждый день получается устроить такую вакханалию, но по крайней мере я не веселился так как мой Носитель, который примерно в равной степени не любил как эльфов так и Орков. От того Торину и было весело глядеть, как полыхают и те и другие.

— Экстерминатус, братья, пусть всё сгорит в огне, — перебиваю смех гнома. Хорошо, что нас никто не видит, а то объясняться было бы очень тяжело.

— Как же я рад, что заключил с тобой сделку, демон! — сквозь хохот воскликнул Торин.

— Рад?

— Да я бы вечно мог смотреть на этот вид! Это просто восхитительно… полыхающий эльфийский лес, в котором горят и эльфы и орки. Я даже в самом лучшем сне не мог себе представить такого!

Ммм, что-то я теперь сильно начал переживать за психическое состояние Торина. Вот прямо очень сильно.

— Не забудь наш уговор, Торин. Я помогаю тебе, ты помогаешь обрести свободу мне. Помнишь?

— Да-да, помню.

Ага, помнит он, я вижу и даже слышу о чем ты думаешь, маньяк блин.

— Ладно, хватит, идем вниз.

— Погоди, дай еще чуть-чуть полюбуюсь.

Мысленно вздохнув, замолкаю. Пусть сидит, имеет право. Другие гномы тоже воодушевленно смотрят на поднимающийся из-за холма дым, видимо сильно они на Трандуила обиделись, не иначе. Интересно, а когда Гендальф перестанет ругаться?

Да, к слову о маге. После того как мы вернулись, серый волшебник был… в шоке. Я в очередной раз поразил Гендальфа до такой степени, что тот просто открывал и закрывал рот. А когда отошел, состоялся следующий диалог:

— Торин… вы что наделали?

— Как и обещал, мы помогли эльфам.

— Вы же лес подожгли!

— Именно. Вместе с орками.

— И эльфами!!!

— Гендальф, эльфы живут в этом лесу тысячелетиями, неужели они не придумали систему пожаротушения?

— Нет!

— Их что, до этого ни разу не поджигали? — с удивлением посмотрели мы на мага.

— Нет!

— Ммм, упс. Ну ничего, выкрутятся, уверен что они что-нибудь придумают.

— Смеешься?!

— Нет, ну, а что, свое обещание мы выполнили, так что ничего не знаю!

Да, серого волшебника окончательно припекло. Тот аж за сердце хвататься начал. Интересно, а Трандуил с Сауроном сильно на меня обиделись? Саурон — да, по любому, тем более он точно знает, кто виновник. А вот на счёт Трандуила у меня большие сомнения, он-то вряд ли знал что мы поучаствовали, скорее всего Саурона винит. Может быть. Но это не точно.

Блин… даже как-то неудобно вышло перед Сауроном. Подставили мужика, хотя у него и так репутация абсолютного зла, так что по идее ему ни тепло ни холодно, но всё-равно… не-кра-сииииииво. Извиниться, что-ли? А то ведь реально обидиться, зуб точить начнет, а я пока воевать с ним не хочу.

Пожалуй, стоит над этой идеей поразмыслить.

Глава 10

Три дня прошло с того момента, как сгорело Чернолесье. Гендальф, понятное дело, прощать нас даже и не думал — как ходил обиженный, так и ходит, даже говорить со мной не хочет. Ну, не сильно-то и надо, зато теперь дважды подумает, прежде чем просить помочь эльфам. Нет, я не говорю, что мы не поможем, мы поможем обязательно… но по своему. Да.

Так же, мы доказали и показали, что с Сауроном дел не ведем, спалив его армию. Ну да, какой полководец будет жечь собственные войска ради такой фигни? Только тот, который уж совсем с головой не дружит… или тот, которому собственные войска не жалко.

Но да ладно. Когда все стихло, мы начали собирать караваны, в которые десятками кило грузилось золото. Один такой караван должен был уйти на юго-восток к Истерлингам, еще один в Гондор, третий в Лориэн, четвертый в Рохан. Задача у всех стояла предельно четкая — собирать и скупать все, что может пригодится в восстановлении крепости. Продукты, стройматериалы, рабочий инвентарь, кони, коровы, новые телеги — всё, что можно пустить в дело, должно быть куплено и доставлено в Эребор. Из-за этого пришлось выделять на каждый караван львиную долю народа, в следствии чего крепость опустела чуть меньше чем наполовину.

Вместе с караваном в Рохан уехал и Бильбо. Мне даже немного грустно стало. Вернее не мне, а Торину, а мне уже от него чувства передались:

— Ну… вот и всё? — улыбнулся Бильбо, разведя руками.

— Вот и всё, — киваю. — Вам пора домой, мистер Бэггинс. А у нас еще много работы.

— Да… действительно. Но главное, что всё хорошо. Ведь правда?

— Да. Спасибо за то, что помог мне.

— Вам спасибо.

Не удержавшись, Бильбо начал по очереди обнимать каждого из участников нашего похода. А последним, обнял нас. Жалко ли мне отпускать такого разведчика? Ну… немного. Хоббит действительно хороший разведчик… по крайней мере может им стать, но для этого с ним надо будет очень много работать, а с этим я испытываю трудности. Поэтому пусть уходит. Я знаю, где он живет, если что — всегда найду.

— Если что, жду вас в гости. Всех вас. Угощения хватит всем.

— Хех…

— И вот что. Заходите без стука.

— Обязательно. До встречи, Бильбо.

Так, от нас в сопровождении каравана ушел четырнадцатый член отряда. Хороший он малый. Сильный духом. И верный. Но глупый. Глупый маленький хоббит.

После ухода первого каравана в Рохан собирались и остальные. Так, пока одна куча народа собиралась в походы, другой кучке был выдан наказ — продолжить разбор завалов и отремонтировать цитадель. Мы же, взяв немного охраны, решили отправиться к эльфам. Любопытно ведь, выжил ли вообще кто-нибудь! Может еще получится, кха-кха, кого-нибудь, хе-хе-хе, спасти.

— Гендальф, хватит обижаться, я еду к эльфам.

— Добивать? — сходу уточнил волшебник.

— Ну зачем сразу «добивать?» Между прочим, оказать помощь выжившим.

— И поглумиться, — кивнул маг.

— Может быть. Но в первую очередь помочь.

— Вы уже помогли. Так помогли, что треть леса выгорела подчистую.

— Не-не-не, не надо нас обижать. Мы ведь что сказали? Что прогоним орков, но при этом не станем помогать эльфам. Где мы тебя обманули, скажи?

— …

— Ну вот. Молчание — знак согласия. Так что, ты поедешь с нами?

— Конечно же поеду, иначе боюсь Милорд Трандуил так обрадуется вашей помощи, что решит наградить вас всеми своими богатствами.

— Хе-хе-хе, может быть, Таркун. Может быть.

На том и порешили. Так, небольшая группа, состоящая из сорока гномов, одного разумного артефакта и одного мага, выдвинулась в пеший путь к эльфам. После отправления караванов, у нас просто не осталось под горой ездовой живности. Печально, но не критично. Просто позже доберемся до леса… эээ, в смысле города эльфов.

Да, от леса здесь действительно ничего не осталось. Выжженная земля, покрытая сантиметровым слоем золы и пепла — вот и все, что осталось от северной части Лихолесья. На этом фоне довольно забавно смотрелся почти зеленый город эльфов.

— Горячо… земля еще не остыла, — вдруг сказал Двалин.

— Не удивительно. Уверен, что под этим слоем все еще что-то где-то тлеет. И это несмотря на то, что здесь три дня назад прошел очень сильный ливень. Боюсь представить, какой жар здесь стоял, — качаю головой.

— Чудо, если кто-то из эльфов выжил, — вздохнул Гендальф.

— Да выжили они, не переживай. Вон, видишь? Границы их города виднеются. Вполне себе ничего такие, даже деревья есть.

— Сожженные.

— Не надо! Вон, листики зеленые аж отсюда видно. И ствол почти нормального цвета. Местами. В любом случае, немного эльфийской магии, и уверен все опять будет цвести и пахнуть, как до этого.

— Будем надеяться, что ты прав.

Добравшись до города, мы были удивлены тем, что здесь творилось. Переправы на ту сторону города, сам город, стены которого были покрыты дырами, и трупы… просто неисчислимое количество орочьих трупов.

А вот на входе в крепость нас уже встречали. И не кто-нибудь, а сам Трандуил в окружении своих солдат.

— Стойте где стоите! — сходу воскликнул король эльфов, направив на нас… да ладно?! Да не может быть… мой же меч!?

— Милорд Трандуил! Мы рады приветствовать вас в добром здравии, — начал Гендальф.

— Я знаю, зачем вы пришли. Вы пришли разграбить моё королевство, ожидая что оно сгорело дотла!

— Вовсе нет, Милорд. Вы ошибаетесь.

— Да ну?

— Торин Дубощит изъявил желание и самолично, в окружении своих людей, отправился сюда с той мыслью, что вам может потребоваться помощь.

— Вот именно! Мы не такие, как вы, чтобы игнорировать горе соседнего с нами народа. Мы выше этого!

Как, однако, интересно прозвучало. Гномы, выше чего-то. Судя по скривившемуся лицу Трандуила, мы опять умудрились наступить ему на хвост.

— Да-да, рассказывай. Проваливайте отсюда, пока в вас не полетели стрелы.

— Погоди, Трандуил. Давай хотя бы поговорим?

— Поговорим?

— Да.

— Торин Дубощит просит разговора? Видимо тебе действительно что-то здесь нужно, раз ты пришел в такой час говорить.

— Нет, пришли мы действительно помочь, но говорить будем о другом.

— Я слушаю.

— Прямо здесь?!

— Да.

— Ну хорошо. Скажи, откуда у тебя этот меч?

— Это — эльфийский меч, какое тебе до него дело?

— Потому, что он тебе не принадлежит.

— ЧТО?!

— Этот клинок не твоих мастеров рук, и ни одного светлого эльфа. Это черный проклятый меч, созданный очень далеко отсюда — теми, чей народ не показывается на глаза!

— Откуда ты это знаешь? Даже мои мастера не смогли точно определить природу меча.

— Оттуда, что я знаю его создателя.

Забавно, какие слова могут оказать эффекты. После сказанного мною, воцарилась гнетущая тишина, даже ветер и тот затих, словно бы предвещая бурю.

— Этого не может быть…

— Неважно, может или нет. Трандуил… ты хотел камни? Я предлагаю обмен. Камни взамен на этот клинок. Все камни.

От моего напора король эльфов расширил в удивлении глаза. Да, мне нужен был мой меч, ведь он не только оружие, но еще и магический усилитель, постоянно поддерживающий своего носителя. Именно поэтому я всегда носил его с собой, даже когда не использовал. И сейчас, попади он ко мне обратно в руки, можно очень хорошо себя усилить.

— Этот меч… он стоит дороже, не так ли?

— Дороже или нет, но к нему прилагался еще кинжал. Он так же у тебя?

— Нет, кинжала у меня нет, только этот меч. Но ты не ответил на мой вопрос.

— Этот меч — реликвия, артефакт, который имеет для его хозяина такую же цену, что для тебя камни Ласгалена.

— Тогда я оставлю его у себя, — улыбнулся эльф, взмахнув клинком, после чего добавил. — И заберу камни силой. С таким оружием, можно и на дракона выйти.

— Трандуил.

— Что?

— Если не вернешь меч… я клянусь… что выброшу все камни Ласгалена в море.

— Ты не посмеешь!

— Еще как посмею. Это не твое оружие, не твоя реликвия…

Да, признаюсь, я был зол. Этот меч для меня дорог не только потому, что мощный артефакт, а еще и потому, что на нем красуются два имени. Два дорогих мне имени, которые я храню в своем мертвом сердце. Ная и Мая. Мои дочери, которые принимали самое что ни на есть активное участие в создании этого клинка. Было бы у меня мое тело, я бы не стал даже говорить — меч, как и кольцо, наполненный чувствами моих малышек, имеет свою волю, и потому я могу им управлять. Но сейчас я в кольце. Он просто не видит меня рядом с собой, а потому я не могу никак на него воздействовать.

— На меня напали… мой лес сожгли… а ты еще смеешь угрожать?!

— Я сказал свое слово. Но решать тебе.

— Хорошо… я отдам тебе меч. Но лишь тогда, когда получу свои камни!

— Идёт.

Закончив на этом разговор, мы развернулись и пошли обратно.

— Зачем тебе этот меч? — прошептал Торин.

— А зачем тебе Аркенстон?

— Это камень государя, дающий власть над другими гномами. Реликвия моего народа.

— Да. А тот меч, реликвия лично моего рода, артефакт, дающий силу.

— Я понял…

— Торин! — окликнул нас Гендальф.

— Что?

— Мы же пришли помочь. Зачем ты начал злить милорда Трандуила?

— Да потому, что он не стоит и монеты, — на наше возражение маг лишь покачал головой.

— Нельзя тебе вести с эльфами переговоры. Ой нельзя.

— Нельзя с Трандуилом. С эльфами можно, — поправляем. — Идём домой, хватит с нас этой выжженной земли. Мы предложили свою помощь, ты сам слышал, но Трандуил отверг её. Нам же легче.

— А ведь когда-то вы были славными союзниками…

— Это было до тех пор, пока он нас не предал.

— Но это гномы его оскорбили!

— Скажи мне, какая раса величайшая и мудрейшая из всех? Какая зовется бессмертной? Что, молчишь? Вот и молчи. Мы не поступали с ним жестоко, мы поступили глупо. Я это признаю. Но мы не бросали его в час нужды. Вот и скажи мне, серый странник, кто после этого великая раса? Они? Нет… я никогда их таковыми не признаю. Я всё сказал.

Эльфы? Высшая раса? Пф, ага, счАз. Аж два раза. В гробу я видел эту высшую расу. Хотя, если посмотреть с другой стороны, то конкретно лесных эльфов я всё-равно уважаю. Будучи отдаленными от своих собратьев и богов, они учились самостоятельно, на своих ошибках. Им практически ничего не давали из готовенького, всё сами, за что от меня немного уважения. Ммм, я конечно местную историю не знаю, но не думаю, что здесь было много открывателей. Знаю Феанора с его камнями, да и всё. А вот гномы, будучи народом незапланированным, учились всему сами, и ведь научились, лучшими шахтерами считаются! Но при этом нос не задирают как эльфы, им просто плевать на других… и то не всегда.

Вернувшись в крепость, мы быстро собрали новый обоз и всё тем же составом сразу же пошли обратно в Чернолесье… надо бы кстати его переименовать. Например — Сожженный лес. Гендальф снова настоял на своей компании — мы только за. Он вообще далеко от меня отходить не хочет, особенно когда дело касается Трандуила.

Второй раз нас встречали уже не на пороге, а внутри крепости. А городу не слабо досталось, довольно много разрушений сходу бросалось в глаза. Зато эльфы теперь более менее поймут как себя чувствуем мы, восстанавливая собственный дом.

— Трандуил, — чуть поклонились мы эльфийскому королю.

— Торин, — так же поклонился он в ответ.

Да ладно?! Трандуил и нам кланяется. Не иначе где-то что-то сдохло… или сгорело.

— Я сдержал слово, вот ваши камни, — киваю солдату и тот проходит вперед с открытым сундучком, в котором лежали самоцветы Ласгалена.

На этот раз, Трандуил не стал долго их рассматривать, лишь убедился, что сундучок действительно наполнен именно ими, без двойного дна.

— Благодарю. Принести меч! — камни взял эльф и понес в крепость, в то время как нам вынесли целый короб, сделанный в эльфийском стиле, видимо специально для меча. — Прошу.

Подойдя, отстегиваю щеколду и открываю коробку.

— Вы верно решили пошутить? — зло рычу, глянув на Трандуила.

— А что такое?

Молча развернув коробку, показываю пустоту. Хм, либо Трандуил офигенный актер, либо он действительно в шоке.

— Где меч?

— Не может быть…

— У тебя все «не может быть»! Меч где?

— Торин, это недоразумение. Прошу вас немного обождать, я ненадолго отлучусь.

Взяв у нас коробку, король эльфов удалился куда-то вниз.

— Я знал, что эльфам нельзя доверять, — тихо прошептал один из бойцов личной охраны.

— Подождите, не спешите с выводами. Всё это какое-то недоразумение, — примирительно сказал Гендальф. Хорошо, что он с нами бегает на переговоры, при нём нас никто убить не решится со словами «это не мы». Хотя, глядя на то, что творится сейчас, я уже в этом и не уверен.

— Недоразумение здесь только одно. Надо было сначала требовать меч, а потом отдавать камни, — вздыхаю.

Через несколько минут вернулся Трандуил. Причем весьма хмурый.

— Прошу меня простить, но похоже меч выкрали, — с явной видимой неохотой сообщил он.

— Не вешай мне лапшу на уши. Чтобы из твоего королевства что-то и выкрали, тем более такой артефакт…

— Я понимаю, ты обвиняешь меня во лжи, Торин Дубощит, но это не так, — на полном серьезе, посмотрев нам в глаза, произнес король эльфов перебивая меня. — Меч действительно выкрали, и я не понимаю как. На километры вокруг никого кроме нас.

— Офигенно. И что будем делать?

— Милорд, — обратился к трандуилу один из эльфов.

— Что?

— Несколько дней назад, во время разговора на воротах, мы видели существо, очень похожее на гоблина. Но оно было далеко и не решалось подходить.

— Гоблины?

— Гоблин.

— Он был один? — вмешиваюсь в разговор.

— Да. Видимо лазутчик. Прятался в пепле. Но мы его застрелили.

— Идиоты. Не гоблин это был, — качаю головой, грустно вздохнув.

— Ты знаешь его? — помяв кулаки, спросил Трандуил.

— Знаю. Голлум. Обитал в Мглистых Горах. Этот пролезет везде, будь уверен.

Шмыга… уууууу, сука, только попадись мне. Из под земли достану, гниду!

— Но мы его застрелили!

— Да ладно? Покажите труп! — воин мне не ответил. — Живой он. Не вы одни пытались убить гада.

— Если так, он не мог далеко уйти, тем более пешком. Немедленно выслать…

— Бесполезно. Этот — что ветер в поле, пока сам не объявится, не найдешь.

— Так хорошо прячется?

— Он всю жизнь только и делал, что прятался. Так что да. Он превосходно прячется, — а про себя добавляю: что он еще и Хоббит. А хоббиты в прятках читеры.

— В таком случае, боюсь, мне нечего предложить тебе в обмен на камни, Торин Дубощит.

— Плохо.

— Но ты ведь понимаешь, что и отдать я тебе их не отдам?

— Понимаю. Предлагаю компромисс — за тобой будет долг.

— Долг, за то что ты вернул мне мои же камни?

— Ты не выполнил часть сделки.

Если бы взглядом можно было убивать, то Торин с Трандуилом уже давно бы взаимоанигилировались.

— Нет.

— Что?

— Никакого долга. Эти камни — мои. А меч… мы будем по возможности искать этого… голлума. Никто не остается безнаказанным после кражи в моем королевстве. И как только мы найдем меч, я тебе его верну.

— Знаешь, Трандуил. Вот чтоб я еще хоть раз вел с твоим королевством дела! Идёмте, братья. Здесь нам делать больше нечего. Удачи в восстановлении крепости! — не оборачиваясь, махаю рукой. Шмыга… откуда он только взялся, этот лысый черт? Столько времени ни слуху ни духу, а поди-ж ты, нельзя забывать беса.

— Торин!

Остановившись в проходе, мы посмотрели на лесного короля, который смотрел нам вслед очень задумчивым взглядом.

— А не ты ли устроил поджог леса?

— Я? Нееееет. Как ты мог такое подумать?

— Оркам это было очень невыгодно…

— Так это и не они.

— А ты случайно не знаешь — кто?

— Случайно знаю, — тихо, загадочным тоном ответил гном.

— Ты все видел! — дошло до эльфа.

— Видел.

— Тогда кто?! Кто это был? — потребовал Трандуил, но Торин не ответил. Лишь улыбнулся краями губ, развернулся и ушел. Сейчас в разговор я не вмешивался. Торин действительно не поджигал лес, это был я. И гномы следовали моим приказам. Ну а то, что его руками, и небольшой поддержке, это уже детали.

— Прощай, король сгоревшего леса.

На это веселой ноте, переговоры и кончились. Трандуил хоть и получил камни, но его опять публично опустили. Интересно, а с такой репутацией, он вообще удержит власть? Мы ведь уже который раз его с небес на землю роняем.

— Торин! — прервал мои мысли окрик мага.

— Что тебе, Гендальф?

— Ты опять дразнил Трандуила.

— И?

— Это очень неразумно.

— Ой ли?

— Трандуил даже сейчас обладает великой силой. Кроме того, эльфы обладают хорошей памятью и бессмертием. Не стоит так сильно грубить ему, это может сказаться на твоих потомках.

— Не в этот раз, Таркун. Сейчас все будет по другому.

— Твой дед тоже был в этом уверен, и куда завела его эта тропа?

— Я — не мой дед. Запомни это. И сейчас, все совсем иначе.

— Что же… ты лучше знаешь, что будет хорошо для твоего народа.

— Именно.

Вернувшись в крепость, мы приступили к работе. Требовалось столько всего сделать, а ведь я еще даже капсулы для эльфов не сделал, не говоря уже о механизме, способном откачивать из Ангары энергии. Однако, уже на следующий день, нас отыскал серый маг.

— Таркун?! Что случилось? — воскликнул Торин, когда волшебник нагнал нас с собранными в сумку вещами.

— Мне пора уходить.

— Белый совет?

— Да.

— А повод?

— Пожар, — пожал он плечами.

— А ты им говорил, что изучаешь драконов?

— Да, посылал сообщение, но драконы у вас под контролем, а значит беспокоится пока не о чем. А нам, еще надо решить — что делать с Дол-Гулдуром. В нем пусть и нет сейчас армии, но в крепости достаточно сил, чтобы отстоять её. То, что Белый совет выгнал оттуда дух нашего врага, бесспорно отличная новость, но раз крепость под её контролем, дух запросто может вернутся.

— Ну, если долг зовет, то прощай, — пожимаю плечами.

— А наш договор?

— Просто постарайся говорить как можно меньше.

— Ничего не обещаю.

— Ты умеешь молчать, — ухмыляюсь. — А особенно, ничего не говори Саруману.

— Почему?

— Крыса он. Как есть крыса.

— Откуда у тебя такие мысли?!

— Мой друг подсказал. Он наблюдает за Средиземьем, как Белый совет или Саурон. И он кое-что знает о Сарумане. Будь осторожен, не доверяй белому магу.

— И почему же ты меня предостерегаешь?

— Разве плохо, предупредить об осторожности хорошего человека?

— Хо-хо, действительно. Вы тоже берегите себя.

— Обязательно.

— И спасибо за все.

— До встречи…

Так, Серый маг-волшебник покинул нас. Остались мы наедине. Я, гномы и драконы. Ах да, блин, надо же еще Саурону письмецо черкануть. Хм… с чего бы начать? Думаю можно так:

«Дорогой Саурон. Прости пожалуйста что сожгли лес вместе с твоими орками. Мы не нарочно, просто пытались сжечь эльфов, а тут ты со своей армией не вовремя пришел. Давай закопаем топор войны и будем жить в мире?»

Так что-ли? Ага, да он меня после такого в личные враги запишет, за издевку. Хм… а может лучше так?

«Саурон, пишет тебе из краев дальних, заморских… в смысле захолмских, твой самый ярый фанат и поклонник, восторгающийся твоим величием, талантом и навыками полководца. Ты уж не обижайся, но мы тут с эльфами воевали, и подожгли лес. Прости за причиненный ущерб, мы не нарочно. Готовы выплатить разумную компенсацию…»

Ээээ, нет, тоже не вариант. Мысленно смяв лист, выбрасываю из головы. Даже и не знаю. Понимаю, что что-то написать надо, но вот — что?

«Майрон! Пишет тебе твое кольцо. Забери меня пожалуйста, мне у гномов очень плохо. На той неделе они сожгли лес, на этой отрубили дракону хвост…»

Похихикав над очередным бредом, вздыхаю и вновь пытаюсь заново составить послание.

«Майрон. Ты меня не знаешь, но я знаю тебя. Приношу извинения за то, что сжёг твои войска, но эльфы мне нужны в целости, но не сохранности. Вернее — пока нужны. Я знаю, что тебе необходима одинокая гора как проход в Ангмар. Я могу помочь тебе. Что ты скажешь, если я предложу провести переговоры на нейтральной территории, вдали ото всех?»

Ну вот! Совсем другое дело. По крайней мере стеба я не увидел… да и обидится не должен. Осталось только переписать на бумагу и отправить. А вот с этим, уже будут проблемы.

— Торин.

— Да?

— Попроси Двалина поймать для нас пару орков или гоблинов.

— Зачем тебе? — удивился гном.

— Хочу отправить послание в Мордор.

— Что?!

— Ты не ослышался.

— Ты хочешь наладить с ним контакт?!

— Да. Мордор нам очень удобен. Он отвлекает и эльфов и людей, всех от Эребора. То, что будет здесь происходить, не может их не беспокоить, но пока у них будет более крупная проблема, нас трогать не будут.

— И ты хочешь эту проблему подкормить.

— Именно. Но тайно.

— Хорошо. Я сейчас же распоряжусь. А какое письмо?

— Бери чистый лист, и пиши!

— Взял.

— «Майрон, ты меня не знаешь, но…»

Глава 11

Хотел бы я сказать, что сижу и думаю, да вот беда, кроме того что “думать”, мне больше физически делать нечего. Но в данном случае, мои мысли, подобно бешено вращающимся шестеренкам, крутились вокруг цели и средств её достижения. Ведь что мне надо? Мне нужно найти способ выбраться отсюда. И под словом “выбраться” я подразумеваю не кольцо. Хрен бы с кольцом — я осознал, что стал узником этой вселенной.

С момента пожара в лесу, прошло почти четыре месяца. Письмо Саурону я так и не отправил, опасаясь местного антагониста. Все-таки медаль “высшего зла” за красивые глаза не дается, даже если на этой медальке красуется гордая цифра “2”. Но вот с другой стороны, Саурон мне был очень интересен. Даин говорил, что они активно торгуют с истерлингами, а я замечу, истерлинги ходят под дланью Властелина Колец. Решив не торопить с ним события, я отложил письмо и начал присматриваться к Мордору со стороны. Если Саурон действительно неадекват, то будем травить. А если нет, то почему бы и не законтачить? Канону я не верю, поэтому буду действовать по-своему. А если он еще окажется адекватным, то почему бы и не спросить совета, как выселиться из кольца? Ведь, кто как не создатель должен знать устройство собственного артефакта, верно?

Но мы отвлеклись. За прошедшее время, подгорная крепость — Эребор, обрела новые краски. К нам ручейком стекались гномы из самых разных королевств, будь то гномы Железных холмов, Синих Гор, или Орокарни, они же Красные горы, расположенные далеко на востоке за землями Рун. Что тут еще скажешь, Аркенстон и слава победителей дракона сделали свое дело, вернув Эребору первое место среди всех гномьих городов… Кхазад-Дум не в счет, он сейчас в руках орков.

Собственно, увеличилось население, увеличилось число свободных рук, работа стала выполняться заметно шустрее. Эребор расцветал прямо на глазах… Правду Винченцо Санторини говорил — “краска и шпатлевка творят чудеса”. А дополнительно ускоряло наши темпы активная торговля с людьми Юга, Востока и Запада.

От Рохана нам шел в основном провиант и древесина, Гондор поставлял всего по чуть-чуть, люди востока, они же Истерлинги и Вариаги, поставляли мясо, животных и бытовую мелочь. И только люди юга, они же — Харадрим, отличились, пусть и дорого, но продав нам парочку олифантов, которые в переводе с гондорского — Мумакил. Хорошие слоники. Крепкие. И большие. Правда настолько, что в ворота не пролазят, поэтому постоянно гоняем их в караванах. Хех, у нас вообще есть два каравана (по числу слонов), за которыми тянутся по одной гигантской повозке — их и тянут за собой слоны. И я здесь не при делах, гномы хоть и маленький народец, но у них определенно есть заскок к гигантомании, вот ребята и оторвались, построив трехэтажную шестиколёсную гигантскую повозку. Хотел бы я посмотреть на лица тех, кто увидит этот шедевр.

Однако. Помимо практической пользы, восточному и южному каравану, также было поручено задание — наблюдение. Прекрасно зная, что эти народы людей ходят под дланью Саурона, я хотел на их примере выяснить степень адекватности черного властелина. Пока то, что я слышал, было не плохо — люди живут и развиваются, ничего сверхъестественного там замечено не было.

Далее, Даин периодически мотался в Железные Горы и начал активную поставку металлов, ведь в шахтах нам работать было пока еще некогда, а острая нехватка руд говорила о себе еще в позапрошлом месяце. Также, прибегали главы других кланов. Причем, все шестеро, Торин был седьмым. Я, признаюсь, и не знал, что мой дорогой носитель, оказывается прямой потомок короля Кхазад-Дума и по совместительству его настоящая фамилия — Длиннобород. Даже несколько символично, что именно нам перепал Аркенстон, зато понятно почему гномы так стойко уверовали в то, что Торин общается с духом Дурина.

Но да ладно. Как я сказал, на совете были главы всех шести кланов. Огнебороды и Широкозады, эти двое пришли из Синих Гор. Железноруки, Жёсткобороды, Черновласы и Камненоги, все эти кланы приперлись к нам уже с Красных гор. Даин Второй тоже был на совете, хотя формально он под нашей властью и считается частью нашего клана. На совете, гномы принесли повторную присягу владельцу Аркенстона и принялись решать, что делать дальше. Кто-то предлагал собрать силы в кулак и всей могучей кучкой вломить оркам Мории по первое число. Кто-то намекал на то, что неплохо было бы заселить Белые горы — гнома там еще не было. Третий голос настаивал на том, что надо сделать поход на север, в забытые земли гномов и отвоевать у живущих там драконов былые твердыни. Нашелся даже голос за то, чтобы добить эльфов в Чернолесье и полностью подгрести эти земли под себя. Торину нравились все варианты, так что мне пришлось выступать стоп-краном. Так что когда наступил перерыв, отвел коллегу в сторонку и постарался доходчиво объяснить, что не надо, не надо спешить, для начала надо направить все силы на восстановление Эребора. Подумав на эту тему, Торин со мной согласился и все походы на совете были благополучно отложены. Дабы простимулировать другие кланы и народы в них, было сделано объявление: высокая награда тем, кто поможет отстроить Эребор, так что с каждым днем у нас в геометрической прогрессии росло число прибывающих на работы гастарбайтеров. Чести для, отдам коротышкам должное, хоть многие и приходили чисто на заработок, но свое они отрабатывали с достоинством.

Так как я планировал сделать Эребор мощным экономическим центром, то по плану кузни должны были увеличится раза в два, а арсенал во все три. Перестраивались и комнаты, возводились новые опоры, работа кипела днем и ночью в две смены и гномов это ничуть не смущало. Я в это дело не вмешивался, коротышкам виднее как налаживать свой быт, только бы не сгорели.

На этом, пожалуй, хорошие новости заканчиваются и начинаются нейтральные. Благодаря Торину и проведенным через него исследованиям, я подтвердил догадки. Этот мир, мало того что отличается от виденных мною ранее, так еще и окружен непроницаемым защитным барьером, который глушит любые мои попытки связаться с домом. Да, я попытался создать маяк, но если уж духовные узы глохнут, то что говорить об этой шелупони? Ничего.

Этот мир вообще к магам не очень приветлив. Здесь нет разлитой в воздухе маны, только источники. А это значит, что мы имеем очень серьезную проблему — при активном колдовстве у нас тупо может закончиться резерв. Но зато теперь понятно, почему после каждого боя обе стороны конфликта достаточно долго приходят в себя. Как я понял, но это еще надо подтвердить, эльфы, Майар и Валар, являясь частью этого мира, причем вплетенной частью, в саму суть мира, напрямую качают из него энергию. Это не точно, лишь мои предположения, требующие подтверждения, но они имеет под собой основания в виде кольца, в котором я сам же и сижу. Я не смог точно определить, откуда конкретно кольцо набирает энергию, но набирает и под теорию подходит. А что бы быть уверенным на все сто, мне нужны мои руки и ряд подопытных, желательно остроухих.

Кстати, об остроухих. С ними отношения не очень сложились. Гендальф разболтал, что это мы подожгли Чернолесье и все ушастики очень сильно на нас обиделись, а Лориен так и вовсе запретил нам приближаться к их лесам. Ф! Трусы. Но вот артефакты у них действительно интересные. Выкупив парочку у людей, я не смог удержатся и не попытаться разобраться в их работе… и не смог. Но не потому, что у моего носителя руки кривые, а потому что артефакты в принципе имеют другую основу, мне непонятную. Весело, правда? Появившийся зуд, аж с ума сводил, так уже хотелось разобраться, но увы-увы. И да, канонного меча, который Торин нашел в пещерах троллей, я у гнома не нашел.

Здесь кончились нейтральные новости и начались плохие. Мы. Видели. Голлума! Куда же без него? Этот гад живее всех живых, и даже более того. Он объявился через пару дней после того, как стащил у Трандуила меч, и знаете что? Этот… ненавистный мною до глубины души засранец, предложил обменять мой меч на кольцо! Он слышал, какой интерес к мечу проявил Торин и понял, что можно попытаться обменять клинок на колечко.

Сначала я хотел удавить это мерзкое создание на месте. Но сдержав порыв, и взяв себя в руки, я деловито поинтересовался через Торина: каким макаром Голлум умудрился стырить меч. Этим вопросом я постарался отвлечь и себя и Торина, а кроме того мне действительно было интересно. Но как это обычно бывает, оказалось что ларчик открывался очень просто: после битвы с орками, в лесном королевстве проходов больше чем дыр в сыре, зато сильно меньше стало охраны, война ведь только что прошла. Так что, Шмыге даже напрягаться не пришлось, чтобы спереть оружие.

Далее он это самое оружие благополучно спрятал и обещал вернуть Торину в обмен на кольцо. Ууууу, падла, сколько же он у меня крови выпил, гад такой? Нет, нельзя его убивать. Смерть будет наградой, и никак иначе. План по поимке засранца сформировался мгновенно, а потому я сходу предложил Торину провести обмен. По моей задумке, стоит Голлуму надеть кольцо на палец, так я нанесу сильнейший ментальный удар, от которого тот потеряет сознание. Выживет? Его проблемы. Нет? Так и быть, пусть повезет напоследок.

Но, как это обычно бывает, все пошло не по плану. Торин отказался от такой сделки, и приказал страже поймать Шмыгу. “Ой дурааак” — стонал я. “Он исчез!” — сказала вернувшаяся на баранах стража. На мое едкое замечание “ну на кой?” Король-Под-Горой ответил, что не пристало гному продавать друзей. А еще, что подумают о нем соплеменники?

Поразмыслив, был вынужден частично согласиться. Такая сделка, действительно нанесла бы существенный удар по его репутации… но черт возьми, я готов самолично эту репутацию стереть в порошок, только бы вернуть мой клинок! Но нет. Поезд уехал, и что теперь делать, где искать это исчадие никто не знает, и потом Голлум так и не появился. Небось сидит себе где-нибудь в закутке, и думает, как еще кольцо стырить можно.

После Шмыги, я понял, что оставаться с Торином дальше нельзя, необходимо срочно менять носителя, поэтому мы взялись за выращивание моих слуг. Ну как взялись… попытались. Будучи сильно ограниченным, мне пришлось забивать гвозди микроскопом. По итогу, мы имеем погнутые гвозди и сломанный микроскоп. Торин оказался слишком туп, чтобы я мог проводить хоть какие-то тонкие манипуляции, из-за чего эксперимент потерпел полный крах. Ангара, энергию которой мы брали на опыт, всего за пару дней усохла на четвертую часть от своей массы, а для дракона это дохрена, тем более с учетом того, что мы ничего не добились. В целях спасения шкурки ящерки, пришлось погружать её в золотую ванну для восстановления сил. Яйцо же, созданное как опытный эксперимент, благополучно сгнило, распространив вонь на добрых три этажа, так что плакал я вместе с гномами горькими слезами. Гномы от вони, я от обиды.

Самое обидное, что я не мог научить Торина магии, как делал это с Гарри и другими. Гномы обладали своей, особой силой, они наделяли энергией свои творения по умолчанию — любой гномий меч из той же стали будет в разы лучше созданного человеческим мастером. Но в магии… нет. В магию они не могли. Торин не чувствовал силу, не видел её, не мог составить формулу, хорошо хоть в силу природы они могли в процессе начертания руны её же напитывать, а то я бы уже веревку мылом смазывал. Ах да… блин, я же и повесится не могу, совсем забыл, ыыыыы.

Собственно, после провала в эксперименте я и начал проверять энергию вселенной, в которой оказался. Мне требовалось понять, как здесь что работает, а не делать что-то в надежде, что оно будет работать. Вот здесь то и выяснилось печальная правда о том, что маны в мире в открытом доступе не так чтобы много. После этого, попытался собрать из рун примитивный маяк, но как вы уже знаете, затея провалилась — защита, поставленная местными богами на собственный мир, была слишком крутой даже для меня.

Совокупность новых данных со старыми, привела меня к тому, что план, на который я опирался до этого момента, невозможно привести в исполнение и надо его менять. Что у меня есть на данный момент? Есть оплот, и толпа верных гномов… вернее, верных не мне, а моей фигуре, но это уже частности. Это плюс. Есть два дракона, полных жизненной силы, которую я не могу приспособить, но зато приспособил одного на ворота вместо огнемета, это тоже плюс, пусть и маленький. Что еще… есть дохрена золота и самоцветов, это тоже очень хорошо, золото сейчас нам очень помогает в восстановлении твердыни.

Далее, в перспективе мы можем найти Голлума и вернуть режик, но с учетом носителя, он не сильно то и поможет, а значит мне надо менять носителя и только потом можно бросать силы на поиски меча. Вот и вернулся я к тому, с чего начал — надо менять крышу. Ну допустим я носителя поменяю, но что дальше?

Вот в этом вопросе, мне очень неожиданно помогли сами гномы. Благодаря их легендам, я вспомнил, что в этом мире есть такие чудесные энергетические накопители — Сильмариллы. Вот на них и можно попробовать взять ориентир. Если я ничего не путаю, один камень утопили в лаве, другой в море, третий хранится у лодочника, который охраняет какие-то там космические врата. Хи-хи-хи, ага, космические врата, ха-ха-ха-ха, космодесант будем делать! Ха-ха-ха, ох блин, веником убиться. А если серьезно, то если я найду хотя бы один из этих камней, то могу попытаться проковырять в крыше отверстие и если не выбраться, то хотя бы послать сигнал о помощи, этого будет достаточно.

Ну… вариант определенно хороший, но малопригодный. Для него мне потребуется очень сильный маг, желательно уровня Майар, а где я таких найду? Гномы на эту роль не годятся совершенно. Не их это. Люди? Ну, с человеком работать уже можно, но его надо будет очень долго раскачивать. Не имея возможности влиять непосредственно на ядро объекта, я не смогу в кратчайшие сроки поднять магический потенциал носителя до приемлемого уровня, даже если смогу обучить самой манипуляции с маной, а время для меня — один из важнейших факторов. Уверен, если боги не полные придурки, они уже просекли засланца и пробуют найти, так что медлить мне нельзя. По крайней мере нежелательно.

Ну хорошо, а кто у нас еще есть? Эльфы? В этот момент, мысленно посмотрел в сторону Сожженного леса. Пха-ха-ха-ха-ха, ага, аж два раза. Трандуил самолично готов нас пристрелить, как и его народ, про Лориен с Ривенделлом я вообще молчу, как и Серые Гавани, уж не знаю кто ими там заправляет. И ведь лесного короля ничуть не смутило, что мы ему камешки отдали! Торин на угрозы со стороны Трандуила долго и красноречиво ругался на родном языке, я выразился проще и лаконичней: “пида*ас!”

Так, хорошо, если оставить народы Средиземья в покое и посмотреть на тех, кто уже “в теме”. У нас есть постоянно суетящийся и что-то делающий Гендальф. Ммм, однозначно — нет, с ним вести дела жизненно опасно. Скорее первым меня к Ородруину понесет, даже не сам, а через какого-нибудь хоббита. И нет, не потому что канон, тупо потому, что хоббита связать проще, если кольцо над ним власть возьмет.

Радогаст? Ну, вариант ни плохой, ни хороший. Этот маг сам себе на уме, сейчас возится с эльфами, помогая им заново засадить лес. Взяли у него породу подземных грибов для собственных нужд. И не надо смеяться, очень полезные нормальные грибы, волшебник хоть и придурковатый, но точно знает, что делает. Хагрида кстати напомнил, тоже фанат своего дела. Оставим как вариант.

Есть еще Синие маги. О которых я ничего не знаю, которые шляются хрен знает где, и даже непонятно в каком они состоянии. Не, с этими парнями мне точно не по пути. Кто остался? Саруман. Кстати, очень неплохой вариант. Вот уж кого смогу в лёгкую совратить и с кем смогу работать, так это с ним. Не, ну а что? Он маг. Мозгоед. У самого мозги заточены под ремесло, много чего знает, через него можно и слуг вырастить. Правда он с Сауроном, а я вроде как хочу остаться третьей стороной, поэтому появляется закавыка, но это мелочи. В принципе, самый нормальный вариант из всех доступных. А ведь я сам же его перед Гендальфом оклеветал. Блин. Поторопииился. Но не думаю, что это как-то повлияло на серого волшебника, скорее всего просто отнесся с настороженностью, а ну как это я решил его бдительность сбить? А, не суть.

Допустим с новым носителем я определился, но что потом? Потом конечно же делаем слуг, находим Сильмариллы и делаем отверстие в потолке! Ага. Вот так сразу. Эх, если бы все было так просто. Эти самоцветы, блин, всем миром ищут, с чего это именно я смогу найти? Но а даже если я их найду, то не факт, что смогу… или даже, успею ими воспользоваться. Скорее всего местные боги быстрее найдут меня, отберут камни и познакомят все с тем же Ородруином. Не верю я, что меня отсюда по хорошему выпустят, тем более, если учесть где я сижу.

Хорошо, помнится у нас были какие-то там врата, за которые выставили Моргота, он же Мелькор, он же враг всего мира. Где они, я не знаю, но точно знаю, что они: А — в космосе, и Б — ворота под охраной бога, в руках которого один из Сильмариллей. Ммм, офигенно, просто блеск! И как такого валить… а вишенкой на торте, маленький фактик о том, что на той стороне меня скорее всего встретит “очень добрый дядя Моргот”, который дохрена сколько лет там томился, а я по себе знаю, что долгое пребывание наедине с собой к доброте, а тем более здравомыслию не располагает. Но, кстати, вариант тоже более-менее. Если с защитой совладать не получится, будем ломится в двери. Хах! Даже забавно. Мелькор пытается войти, а мне наоборот надо выйти. Интересно, а на меня сильно обидятся, если я случайно его впущу? Думаю, таких проклятий в меня точно никогда еще не посылали.

Прекратив ломать голову о далеком будущем, останавливаюсь на том, что для начала надо подмять под себя Изенгард во главе с его нынешним правообладателем, а там уже видно будет. Вот после этого я и взялся за дело.

В идеале стоило все провернуть таким образом, чтобы волшебник сам нас посетил. После, подловив его где-нибудь в укромном месте, тайно передадим древний артефакт — уверен, что Белый маг колечко сразу узнает, а с учетом его желания им владеть, никаких проблем по передаче не будет. Правда, потом надо будет постараться сделать так, чтобы он сохранил нейтралитет и продолжал играть за обе стороны но по чуть-чуть. Если все получится, то с помощью мага, и хотя бы одного Сильмарилла получится создать отряд, который прорвет оборону и я… стану свободен? Ага, аж два раза! Фига лысого, я освобожусь! Я ведь — чёртово кольцо!

Ррр, это начинает бесить. Сам я не прыгну, значит надо будет еще и нового носителя после Сарумана подобрать, который сможет в магию перемещения. Или артефакт, который отправит сигнал “SOS”, что тоже уместно. В любом случае, отложим это на потом, сейчас надо хотя бы до Сарумана добраться.

Так, я начал раскручивать ХПА. Хитрый План Аида. Ровно до того момента, пока к нам не вернулся очередной караван с Востока.

Тук-тук-тук! — раздался стук в нашу лабораторию.

— Да? — не оборачиваясь бросил Торин. Дверь щелкнула, и достаточно резко отворилась.

— Мой король, вернулся караван из Восточных земель! — ворвался к нам запыхавшийся стражник. Удивившись такому развитию событий, мы с Торином отвлеклись от работы и посмотрели на тяжело дышащего гнома.

— Что-то случилось?

— Можно сказать и так. Вот.

Вытащив из кармана платок, вышитый в стиле людей востока, а именно: с яркими, красочными узорами, воин протянул его нам. В платке явно было что-то замотано, что-то небольшое.

— Что это?

— Вам стоит увидеть.

Взяв платок, мы начали разворачивать и какого же было мое удивление, когда мы обнаружили в нем одно из семи гномьих колец. А вернее, одно конкретное кольцо, которое носил отец Торина, Траин. И которое, между прочим, считается утерянным.

— Откуда оно? — грозно спросил Торин.

— Вместе с караваном прибыл человек востока. Он и передал это.

— Он что-нибудь сказал?

— Да. Что вы все поймете.

— Немедленно, приведите его в мои покои!

— Слушаюсь!

Как только за стражником закрылась дверь, Торин опустил взгляд на кольцо.

— Ты ведь тоже понял, что это значит? — шепотом спросил меня гном.

— Да.

— Мой отец…

— Не тешь себя, — перебиваю гнома. — Идем, посмотрим, что за гость к нам залетел и с чем пожаловал.

Глава 12

Стоя в своих покоях, мы молча смотрели на выходца с Востока. Мужчина средних лет, хорошо сложен, карие глаза, чуть смугловатая кожа, одет в традиционную одежду своего народа. Держится уверенно, но с уважением, при входе в покои традиционно поклонился.

— Приветствую тебя, Торин, Король-Под-Горой, хозяин Аркенстона, и первый среди всех гномьих родов. Меня зовут Нурахал. Я — сын Лахарага, одного из вождей людей востока.

— Приветствую тебя, Нурахал. От тебя передали мне это… — мы с Торином показали на ладони кольцо. — Зачем ты пришел с ним в мой дом? И где хозяин этого кольца?

— Эти стены имеют уши?

— Нет. Здесь можно говорить.

— Меня прислал Глашатай. Он просил передать, что хочет встретиться с вами на нейтральной территории. Без лишних ушей. Без войск. Поговорить. Он сказал, что хозяин этого кольца жив и почти здоров, сказал, что он будет присутствовать на переговорах.

— Ты хочешь, чтобы Король-Под-Горой отправился в неизвестность без охраны?

— Вовсе нет. Он предупредил, что вы можете взять столько сил, сколько пожелаете, но повторюсь, речь идет не о войне, а о переговорах.

— Что-то я не сильно верю в бескорыстие со стороны Мордора, — ухмыльнулся Торин.

— Ваша воля, — пожал плечами Нурахал.

— Где место встречи?

— Дорвинион.

Хм, не так далеко. Причем земли там, действительно нейтральные, это уже не территория людей востока. Можно сказать, что там маленькое локальное собственное государство, живущее за счет поставок шикарного славящегося на всё Средиземье вина.

— Когда?

— Через три недели. Вас там буду ждать.

— Это все?

— Да.

— Можешь быть свободен.

— Благодарю. Всего доброго, Король-Под-Горой, — поклонился с уважением воин востока и покинул покои.

— Что-нибудь скажешь? — спросил Торин как только дверь за человеком закрылась.

— А что я могу сказать?

— Это ведь ловушка.

— Разумеется. Но разве это повод, в нее не соваться?

— Ты рехнулся?!

— Давно.

— Нет, я только за, там ведь мой отец…

— По их словам, — тут же добавляю.

— Без разницы. У меня в руках его кольцо. Значит он жив.

— Или мертв. Раз его кольцо в твоих руках, — усмехаюсь. — Не горячись, Торин. Я просто шучу.

— Не смешно.

— А мне забавно. Но так или иначе, Глашатай знает, что ты не откажешься от переговоров. И от хозяина, он просто обязан знать, на что способен я. Он не будет нас провоцировать, будь уверен, скорее попытается тихонько придушить, это наиболее вероятно.

— И что мне сделать, чтобы этого избежать?

— Рисуй руны, Торин. Ты знаешь по меньшей мере четыре руны. Нарисуй, раздай гномам, пускай бросаются ими во врага, если прижмет. Если прижмет, устроим локальный фейерверк.

— Я чувствую, ты не все сказал.

— Хе-хе-хе, не без этого, друг мой. Просто у нас есть один очень существенный козырь, который даже в самой хреновой ситуации, не даст им на нас напасть. Так что езжай спокойно, тебя никто не тронет, если только бандиты.

— Хорошо.

Отдав соответствующие приказы на сбор гномов Двалину, Торин принялся мастерить руны. Огня, заморозки, рассеянного внимания, все тот же стандартный но не прихотливый набор, который уже не единожды нас выручал. Я же в этот момент пере составлял собственные планы. Саурон знает про меня, но ему нужно кольцо. Скорее всего попытается поторговаться, и если не выйдет, пойдут угрозы, тупо потому что у него не останется других вариантов заполучить кольцо. Оно ему крайне необходимо.

С другой стороны, что я могу здесь поиметь? Ну… Майрон, это ведь офигенный кладезь знаний. Он живет здесь, с сотворения мира, лет ему будет явно побольше чем мне, а значит и научить меня он может многому. В любом случае, если мужик окажется адекватным, то почему бы нам не законтачиться? Правда, с орками в лесу неудобно вышло, как бы обиду не затаил, тогда будет сложнее выпытать технологию изготовления колец. А в моем случае, одного конкретного кольца, что уж ну очень надо конкретно мне.

Через пару дней активной подготовки, наша бравая компания в лице десятка гномов, отправилась в славный город Дорвинион. Рисковали ли мы? Ну даже не знаю. Скорее нет, чем да. Большую армию в чистом поле не спрячешь, тем более орочью, от них за многие километры несет специфическими ароматами, а с небольшим отрядом мы справимся сами, даже если это будут назгулы. Кроме того, у меня действительно есть козырь. Так уж сложилось, что мой дух оказался заперт вместе с осколком души темного властелина, и мне не составит труда его для демонстрации покусать, а если не проймет, можно и запинать, хуже-то в любом случае не будет. Собственно, поэтому я Саурона и не боюсь, хотя и отношусь к нему с опасением, как, скорее всего, и он ко мне. Я куда сильнее побаиваюсь местных божков. Вот кто-кто, а они точно смогут испортить мне всю игру. Особенно тот, главный, который целый остров утопил.

Пока я рассуждал о местном Олимпе и его обитателях, наша бравая команда спокойно и не спеша добиралась до города всех вин. Две недели пути по бескрайним степям, две недели тишины и покоя. Признаюсь, я даже немного расслабился, столь спокойно было в дороге, ведь ни орков, ни бандитов, вообще никого, лишь степь, мелкие речушки и животные. Ни городов, ни поселков, только одинокая тянущаяся далеко вперед дорога, по которой изредка проходят караваны.

Возвращаясь к теме местных Олипийцев. Случайно в голову пришла забавная аналогия с моим родным миром, где Илуватар — создатель программист — программист лентяй. Сделал себе Валаров — программы, которые должны были сделать для него мир согласно выданному описанию, так как самому работать было лень. Флора, фауна, сам мир — искусственные нейросети. А у каждой нейросети есть свои модули, которые отвечали за отдельные функции, в данном случае — Майар. А эльфы, люди и все остальные, это методы и процедуры мелкого воздействия. Такая себе матрица получается. А Мелькор оказался тем еще Агентом Смитом. Он стал вирусом, который решил захватить всю систему под себя. Ха-ха-ха-ха, зашибись аналогия, а ведь очень прикольно ложится. Жаль поделиться не с кем. Эх, печаль беда, придумываешь шутку, а никто кроме тебя самого и оценить её не может. Все равно что один. Так и до шизофрении недалеко.

Но долго мне страдать над бренностью бытия не дали. Взобравшись на холм, мы увидели с него Дорвинион, представший перед нами во всей красе. Как и ожидалось, никакой армии здесь не было, более того, даже намека на нее. Самый обычный город, правда, с парочкой «но». Созданный в каком-то половинчатом стиле восточных и северных людей, с куполами и шатрами, но при этом вполне себе узнаваемыми строгими бойницами и крышами самых обычных домов. Достаточно высокая песчаная стена окружала город. В ней же были видны лишь одни гигантские ворота, через которые пройдет и Мумакил, а с внешней стороны стены были бескрайние виноградные сады, на которых трудились сотни людей. И это только те, кого мы видели, а сколько их в саду?

— А город неплохо развивается, — подметил Двалин.

— Так ведь, чем торгует. Местные вина несут славу на все Средиземье. Даже Эльфы и те оценили этот шедевр. А еще, здесь уже давно не было ни одной войны. Спокойный край, хороший продукт, никто не трогает, чего бы им не развиваться?

— Действительно.

— Ладно, идемте! Уверен, нас уже заметили.

Войти в Дорвинион оказалось до безобразия просто. Стража нас даже досматривать не стала, лишь взглядом проскользила, не более. Гномы и гномы. Замечу, что с отсутствием армии я погорячился — Истерлингов здесь было более чем достаточно, может на армию не наберется, но заварушку устроить можно знатную.

В этот самый момент меня посетило очень четкое чувство дежавю, словно со мной это уже было. И в прошлый раз, помнится, я вырезал целый город. Хм… одно утешает, местные не выглядят агрессивно. Самые обычные жители, самые обычные странники. Город живет своей повседневной жизнью, нет той гнетущей атмосферы, которая была в прошлый раз, так что вполне возможно, что я просто себя накручиваю.

В пользу этого говорит еще и тот факт, что здесь не ощущаются назгулы. Скрыть ауру ужаса назгула — даже не знаю, возможно ли это. Нет, фактически это возможно, пикси ведь дементоров от меня спрятали? Но Саурон не пикси, чтобы над всякой херней биться, поэтому скорее всего — нет. А если назгулов нет, то воевать Саурон действительно не собирается. Это ведь по сути, его элитная гвардия. Как знать, вполне возможно, что он просто не хочет рисковать. А ну как, я его колечко ненароком сломаю, или испоганю, тут я сам за себя ручаться не могу, куда с экспериментами случайно зайти могу.

Как бы то ни было, долго по городу бродить не пришлось. Практически сразу, прямо на центральной улице к нам подошел самый обыкновенный мужчина — истерлинг. Закутанный с ног до головы, скрывая лицо, он заговорил:

— Здравствуйте, жители подгорного королевства. Что привело вас, в наш славный город?

— Нас здесь ждут друзья. Они прислали мне послание, в котором просили прийти сюда.

— Тогда, я даже знаю кто это. Могу ли я вас к ним проводить?

— Конечно.

— Тогда прошу за мной.

Кивнув сопровождавшим нас гномам, отряд последовал за Истерлингом. Мужчина свернул с дороги, прошел узенькими закоулками и вывел нас к черному ходу какого-то здания. Внутри это оказался самый обыкновенный трактир. Только пустой, без посетителей. Вместо них, здесь были несколько вооруженных человек, причем мне не знакомых. Броня, в которую они были одеты, напоминала гондорскую, по крайней мере не узнать знакомые очертания шлема я не мог, но у этих парней он был закрыт. Так же, у них были черные плащи и более темный цвет железа, словно его из мешка с углем вытащили.

Посреди зала, за одним из столиков сидел человек в точно такой же броне, но его шлем лежал рядом на столе, а сам он не спеша пил вино. От одного только вида этого мужчины, я мысленно сглотнул. И нет, я не испугался. Просто вина очень сильно захотелось, вот прямо невмоготу. А еще я напрягся. Взгляд человека, который тот на нас бросал, говорил о высокой самооценке, уверенности и способности эту самую уверенность подкрепить силой. Интересно, если бы Гарри увидел его, он бы сравнил этого мужчину со мной? Вполне может быть.

— Приветствую тебя, Торин, — поднявшись из-за стола чуть поклонился нуменорец. В том, что это именно он, у меня не было и капли сомнения. Вот только откуда он здесь, на это я ответить не мог. Их остров давно затонул, потомки неоднократно воевали, их тупо уже не должно быть на свете! Но нет, вот он, представитель их вымершего народа сейчас стоит передо мной и дружелюбно улыбается.

— Здравствуй, посланник Мордора.

— Прошу, присаживайся. Разговор обещает быть долгим, — при этом человек уважительно предложил гному сесть напротив себя.

— Где мой отец? — сходу требовательным тоном рыкнул Торин. Нельзя, нельзя брать гномов на тонкие переговоры! Правильно Гэндальф говорил: «Прямолинейные, невыносимые, твердолобые», уууууу!!!

— О, не беспокойся. Он здесь, — взмах рукой, и к нам из кухни выводят достаточно потрепанного Траина. Гном хоть и был не в лучшей форме, но держался уверенно. Траин был достаточно хорошо одет, обут, правда организм имел несколько истощенный и фингал под глазом картину портил, но да это мелочи, главное живой и адекватный.

— Отец!

— Торин!

Вскочив со стула, Торин подскочил к Траину. Тот в ответ бросился к сыну — воины, что вывели гнома, не мешали воссоединению семьи, за что им мысленный плюсик.

— Торин…

— Отец… я так рад… Я знал, я верил, что ты жив!

— Торин, что ты здесь делаешь?

— Я пришел за тобой, отец.

— Глупец, это ловушка!

— Я вас попрошу! — возразил молчавший посланник Мордора. — Не стоит бросать оскорбления и клевету туда, где она не имеет места быть.

— Хочешь сказать, никакой ловушки нет? — скептически выплюнул Торин.

— До чего все предвзятые, кошмар, общаться невозможно, — выдохнул нуменорец, наливая в пару бокалов вино. — Именно что нет, господин гном. Если бы я хотел вас убить, то смазал бы седьмое кольцо гномов ядом с отсроченным эффектом, а теперь пожалуйста, сядьте и не стройте из себя невесть что.

Вот это мужиииик! Аплодирую стоя. Торина только что заткнули за пояс, причем весьма аккуратно.

— И почему же?

— Что именно?

— Почему я еще жив?

— Глупый вопрос, на который вы сами знаете ответ, господин гном. На вашей стороне есть тот, с кем нельзя не считаться. И говорить я пришел, не с тобой, Дубощит, а с ним.

А Саурон умеет подбирать кадры. Тут я недавно об эльфов ноги вытирал весьма экстравагантным образом, а здесь о нас точно так же вытирают, причем без прямого обращения. Нуменорец четко дал понять, что хочет говорить не с Торином, а со мной, а Торин — лишь так, пыль на его пути.

— Торин? — удивился Траин.

— Все хорошо, отец. Я разберусь.

— О чем это он?

Мы не стали сходу отвечать. Я вообще молчал, ничего не делал и наблюдал, Торин, будучи на нервах, не давал мне взять тело под контроль. Но осмотрев отца, затем своих гномов, Дубощит прошептал:

— Сейчас вы все поймете. Не беспокойся, отец, все будет хорошо, мы вернемся домой. Я тебе обещаю.

— Домой?

— Одинокая гора. Она в наших руках.

— Как?!

— Мой… друг помог её вернуть и отстоять. А теперь, прости, мне нужно сделать то, что должен.

Повернувшись, Торин вернулся за стол, сев напротив нуменорца.

— Итак, думаю можно начать говорить. Представлюсь: я — Глашатай, несущий слово Великой Темной Владычицы Майроны. С кем имею честь говорить?

Че… ЧЕГГОООО??? Какая, к чертовой матери, Майрона?!

— Демон, вопрос тебе, — окликнул меня Торин, когда тишина затянулась.

— Ми… минуточку. Я не ослышался, ты сказал — Майрона?

— Да.

А-фи-гееееть. Вот это я залетел. Интересно, а почему Торин раньше не сказал? Может он считал, что я говорю о другом человеке? Просто с созвучным именем? Или тупо меня не понял, что тоже вероятно.

— Вас что-то смутило?

— Да я как-то думал, что ты служишь Майрону…

— Издеваешься?! — взорвался нуменорец.

— Ничуть. Я действительно так считал. Торин, ты знал это?

— Что именно?

— Что у Мордора оказывается не Хозяин, а Хозяйка.

— Знал. Но ты всегда упоминал его в мужском лице, а раз ты всегда знал больше меня, то я и поверил в твою правду.

— Класс…

Интересно, какую реакцию мы произвели на Глашатая? Судя по его лицу, точно не положительную.

— Кхе-кхе. Прошу прощения. Позволь представится — Аид.

— Аид?

— Да.

— Вот так просто? Просто имя?

— Остальное тебе ни о чем не скажет.

— А ты нахален.

— Мое уважение еще нужно заслужить.

— Ты — эльф? — напрягся собеседник.

— По твоему, я похож на эльфа? — фыркаю.

— Нет, но нрав у тебя эльфийский.

— Попрошу без оскорблений!

От моего возражения нуменорец в голос рассмеялся. Утирая выступившие слезы, он сквозь пробегающую смешинку заговорил:

— Ха-ха-ха-ха… да, так принижать эльфов. Хе, если бы они тебя слышали.

— Они и слышали.

— И как?

— К эльфам мне путь закрыт, — пожимаю плечами.

— А разве это не из-за того, что ты спалил их лес?

— Да не, просто я еще в Трандуила камнями Ласгалена бросил. И в грязь мокнул. А еще использовал, придержав его армию у себя возле стен, когда ваши силы напали на Чернолесье, — от каждого моего слова, Глашатай становился все счастливее и счастливее. — Собственно, вы не сильно обижаетесь за тот пожар?

— Вовсе нет. Несмотря на то, что ты сжег добрую половину армии, получившийся итог более чем нас удовлетворил. Меня позабавил, госпожа так и вовсе довольна.

— В смысле?

— Ты сделал намного больше чем думаешь.

— Вот так поворот.

— А вот с осведомленностью, как я посмотрю, все плохо.

— Есть такое. Так ты не объяснишь, что происходит?

На мою просьбу, Глашатай ухмыльнулся и придвинув ко мне бокал с вином, заговорил:

— Легко. Камни Ласгалена, что ты отдал Трандуилу, сводят того с ума. Лесное королевство лихорадит, эльфы сомневаются в своем правителе. Лориен попытался вмешаться, но в итоге лишь обострил отношение. Сейчас там миротворцами выступают эльфы Ривенделла, дабы первые двое не перерезали друг друга за обладание этими самыми самоцветами.

— Жестко…

— Кхе… я только начал. Серый и белый маг подрались… на белом… ха-ха-ха, совете, ха-ха-ха, — еще не договорив Глашатай начал хохотать. И я даже не знаю, с чего больше, с того что сам сказал, или с вытянувшегося лица Торина.

— Эм… что?

— После того как Серый маг покинул Эребор, он некоторое время бродил по миру. Но потом он наведался в Изенгард, в котором должен был состоятся очередной Белый Совет. Он хотел спросить совета, как помочь эльфам урегулировать свой конфликт, но что-то пошло не так. Ни Элронда, ни Галадриэль на нем не было, оба были заняты в Лихолесье, так что совет состоялся без них, хе-хе, двоих. Саруман не хотел вмешиваться в чужой конфликт, моя госпожа активно над ним работает, но Гендальфу это не понравилось. Он начал задавать неудобные белому магу вопросы, после чего обвинил того в предательстве. Завязалась битва, в ходе которой Серый маг сбежал. В итоге, Саруман считает Гендальфа предателем, а тот считает предателем Белого мага. Есть такие подозрения, что это ты наставил серого волшебника проверить почву под белым чародеем.

— Ммм, есть такое. А откуда вы знаете?

— Саруман сам все рассказал, — пожал плечами Глашатай. — Уже сто пятьдесят лет он поддается влиянию моей госпожи. Он уже служит нам, хотя сам того еще не знает.

«Вот это мне фортануло, что я к Саруману сразу не пошел!» — сразу мелькает мысль. Ведь в противном случае, мне бы пришлось бится за разум белого волшебника, и не с кем-нибудь, а с Майроной — сомнительная перспектива, скажу я вам.

— Легендарный Белый Совет сейчас подобен колоссу, что клонится к земле под собственным весом, так посмотришь, и вовсе сломается.

— А ведь я всего лишь предупредил серого, да и только…

— «И только»? — усмехнулся Глашатай. — Ты между людьми развязал войну!

— Что?

— Эребор платит просто огромные деньги за поставки. Радаур, Кардолан, Эригон, Дунланд, Энедвайт, Гондор, Рохан, Харад — все эти государства готовы перегрызть друг другу глотки за право торговать с Эребором. В землях Кханд и Рун ситуация спокойней, моя госпожа не дает им пасть под золотой лихорадкой, которая охватила другие народы.

— По поводу золотой лихорадки, можно поподробней?

— Можно. Но чтобы ты осознал масштабы устроенного, еще кое-что поясню. Для западных народов есть только два пути на восток. Перевал Форн-Эн-Андраф в Мглистых горах, берущий начало в Ривинделе, и Врата Рохана. Перевал кишит орками, а кроме того эльфы не очень любят, когда через них проходит много народа, поэтому для людей остается свободным только проход через Врата Рохана. Но в самом Рохане не сильно спокойней. Там много бандитов. Орков. Путешествовать на дальние расстояния вообще опасно, а Рохан еще и плату берет за проход по своим землям. Западные народы очень недовольны такому раскладу, оттого совершают набеги на земли Рохана, пробуя на прочность их оборону. Не лучше дела у Гондора. Харадрим и пираты Умбары просто не дают Гондорцам развернутся, совершая активные набеги. Замечу, что Умбарцы продают товары в Харад, а те везут его крюком через земли Рун, в обход Гондора, в целях сохранности каравана. А там ведь рядом еще и Рохан, который пытается дотянутся до второго тракта. Ты даже не представляешь сколько сейчас льется крови, за ваше золото. Только из-за того, что вы платите в полтора, два, а то и в три раза дороже за любые товары, многие вековые союзы сейчас благополучно рухнули, и вместо них формируются новые. А ведь есть еще бандиты Тарбада, контролирующие северо-южный тракт и берущие плату за проход через подконтрольную им землю — для запада это вообще отдельный камень преткновения. И это отнюдь не конец. Всего за пару месяцев вы сломали экономику целого государства! Это я говорю об Арноре. Северные Дунэдайн, напрямую зависели от Гондора, а из-за воцарившегося на просторах Средиземья безумия, они просто остались без поддержки и вынуждены переделывать уже устоявшуюся экономическую систему. Орки и выжившие жители Ангмара активно этим пользуются, совершая набеги на земли Арнора и забирая то, что по праву считают своим…

Глашатай говорил. Говорил и говорил, а взгляд его горел нездоровым безумным огнем. А я слушал и охреневал от того, что чисто случайно учудил. Я ведь даже не задумывался, что проводимая гномами политика ТАК отразится на всем Средиземье.

— … Армия? Какая Армия, плевать на неё! Сейчас вот-вот полыхнет все Средиземье! Да это стоит трех таких же армий, если не больше. Все против всех, да о таком мы даже мечтать не смели! На фоне всего этого про нас никто даже и не вспомнил, ну проиграли и проиграли, армия разбита? Разбита. Так что еще надо? Надо золото. И драгоценные украшения с безупречными сверкающими камнями.

— …

— А ведь есть еще внутригосударственная грызня. Знатные рода людей делают очень многое, чтобы добиться у короля права торговать с вами. Подставы, убийства, клевета, в дело идет все. А подгоняет их время. Ведь придет время, и гномы перестанут скупать товары в таких объемах, и кто сейчас успеет как можно больше наторговать, тот и будет богаче, что еще больше стимулирует людей к активным действиям.

— Жесть…

— За маленькую победу, — ухмыльнулся Глашатай и стукнул бокалом о бокал возле нас и отпил. Не удержавшись, я взял бокал и отпил. Жалко вкуса не ощущаю, уверен вино отменное.

— Кому победа, а для кого просто реальность.

— Ты удивлен такому исходу?

Удивлен? Удивлен?! Да я в шоке! Только нельзя подавать виду. Надо собраться и сделать вид, что все так и задумывалось.

— Кхе… есть немного. Я в принципе это и планировал, только ошибся в расчетах.

— ? — изогнул бровь нуменорец.

— По моим расчетам, последствия должны были быть чуть-чуть мягче.

— Понятно. Переиграл самого себя.

— Именно.

— Вот поэтому, моя госпожа и проявила к тебе интерес. Заварить такое, далеко не каждый это сможет. Кто ты?

— Я ведь представился.

— Нет. Какова твоя натура? На чьей ты стороне, Аид? Моя госпожа не слышала о тебе раньше, а не заметить такого как ты — очень сложно.

— Я на своей стороне. Не за вас и не за Валар, а сам за себя.

— Вот оно как…

— Именно. Я дух, что сейчас заточен в кольце, за которым ты пришел, — при этом я через Торина пару раз постучал пальцами по столу.

— Значит, выторговать кольцо не получиться…

— Не-а. Прости, но я не товар, и уж тем более не раб.

— Товаров у нас хватает и без тебя, — усмехнулся нуменорец, — а вот рабов не держим.

— Да ладно?

— Невыгодно, — пожал плечами нуменорец. — За ними надо смотреть, ухаживать, кормить, одевать… намного проще просто за работу платить.

— Глашатай…

— Да?

— Если ты не против, я задам вопрос не по теме.

— Слушаю.

— А разве черные нуменорцы еще живы?

— Как видишь. Мы повсюду. И в Гондоре, и в Арноре, и в Ангмаре. Я не стану раскрывать, где наша основная твердыня, ибо она скрыта от людских глаз, но мы живы, хоть и прячемся. И дела у нас идут очень неплохо.

— Ты их король?

— Вовсе нет. Но я его сын.

— Ясно. Значит, Майрона бережет своих сторонников?

— Разумеется. Когда Ангмар пал… когда враги разрушили Умбару, она приютила нас и дала шанс на жизнь в новом мире.

— Майрона великодушна.

— И не только.

На этом наш разговор как-то затих. Я думал о своем, нуменорец о своем. Торин, как и другие гномы, молчали и не вмешивались, понимая, что разговор их совсем не касается. Причем, ни я, ни Глашатай не сомневался в том, что все, что гномы услышат в этих стенах, здесь же и останется. Подгорный народ, ребята в принципе не очень общительные, а тайны они и вовсе хранят до гроба. Тот же родной язык гномов знают единицы, а это показатель. А еще, стоит вспомнить одну шутку: «Если гномы забудут куда поставили дверь, то потом сами её не найдут». Так что тайны подгорные парни хранить умеют лучше кого-бы то ни было во всём Средиземье.

— Похоже у нас возникла небольшая загвоздка, — развеял тишину Глашатай.

— Похоже на то.

— Я не могу уйти без кольца, но при этом не могу его же получить. Выторговать его не получиться, забрать силой тоже не очень вариант. Что будем делать?

— Хех, надо подумать. Ведь купить кольцо куда реальней чем забрать силой.

— Это еще почему?

— Акцентирую твое внимание — я — и есть кольцо твоей госпожи. Я чувствую осколок её души в кольце. Чувствую её силу. И мне не составит труда этот самый осколок уничтожить изнутри.

— Что?!

— Ты не ослышался. Я не настолько глуп, чтобы рисковать и собой и своей фигурой понапрасну, тем более такой. Если говорить прямо, я — заложник кольца вашей госпожи. Я не могу выбраться из него, и практически беспомощен. Однако, весь юмор ситуации в том, что несмотря на мое печальное положение, в моих руках жизнь вашей госпожи. Так что не только купить, но и навредить вы нам не можете.

— Блеск.

— Ага. Но и обострять с вами отношения я не хочу. Более того, я лучше поцелую орка, чем склоню голову перед эльфом, так что в какой-то степени мне с вами даже по пути.

— Тем более, нам стоит искать выход.

— Вот и я о том же, что надо найти выход из этой патовой ситуации. Вы не можете достать меня, я не могу тронуть вас. Вернее, достать-то мы друг друга конечно можем, хе-хе-хе, но вот пользы от этого не будет никому, только вред.

— Резонно. Но у меня на данный момент идеи кончились.

— Посоветоваться с госпожой не хочешь?

— Вернусь без кольца, у нее будет новый Глашатай, — грустно вздохнул нуменорец. — Она ясно дала это понять.

— Какая роковая женщина.

— Она добрая, — возразил мужчина. И тут же добавил: — Иногда.

— Эх, есть у меня одна идея, конечно…

— Я слушаю, — тут же оживился Глашатай.

— Парадокс в том, что мне нужна Майрона так же, как я нужен ей. Мы можем помочь друг другу. Я жажду свободы, она — вернуть кольцо.

— Ииии, что ты предлагаешь?

— Ты возьмешь меня с собой в Мордор. Расскажешь госпоже о том, что услышал. А затем передаешь. Гномы беспрепятственно вернутся в крепость, словно ничего и не было и продолжают её отстаивать, а я уже буду говорить с твоей Хозяйкой.

— Какой чудесный вариант!

— Ага. Но помни, если мне что-то не понравится, ваша госпожа в моих руках.

— Разумеется. Не переживай, мы не тронем гномов. Более того, я еще и поддержку могу им оказать!

— Ага, подлить масло в огонь, чтоб другие еще активнее друг друга бить начали, — расхохотался я, договорив за Глашатаем.

— Не без этого. Но ведь гномам только плюс от этого.

— Как хочешь, Эребор и так неплохо растет и развивается. Ладно.

Выдохнув, сжимаю кольцо и пробую снять, но безуспешно. Тело перестало меня слушаться.

— Что за… Торин!

— Аид… погоди. А если… если это одна большая ловушка? Если тебя заманивают?

— Да пожалуйста, пусть только дернутся, и одной темной госпожой в мире станет меньше.

— Но если ты не справишься? Если она окажется тебе не по силам…

— Торин. Спокойно. Все будет в порядке. Майроне тупо не выгодно от меня избавится. Здесь наши интересы пролегают в одной плоскости, так что не стоит даже нервничать. Скорее всего, вместе мы придумаем способ высвободить меня из заточения…

— Уверен?

— Торин, просто заруби себе на носу. Я в очень большой ж… проблеме. Я не знаю как её решить. Но с помощью Майроны, можно найти выход. Мне физически хуже уже не станет! Я знаю, о чем говорю…

А про себя добавляю: «не можешь остановить, возглавь». Слуги — не просто руки хозяина. Доверенные придворные — его лицо. И судя по тому, что я вижу по Глашатаю, Майрона вполне себе адекватна, а значит у меня есть все шансы с ней договориться.

А самое главное, мне нельзя возвращаться в Эребор. Когда Глашатай рассказал о том, какую кашу я заварил, не трудно догадаться куда в первую очередь заглянут местные боги. Туда, откуда растут ноги. И если они будут ставить гномов на место, то быть в этот момент рядом с ними в форме кольца, я не хочу совершенно. Уж лучше сразу в Ородруин купаться пойду, там хотя бы есть шанс, что дух высвободится. А здесь — вообще никаких шансов. Так что пока не поздно, тикаем — выбираем меньшую из зол и быстренько делаем ноги.

А что до Майроны… она меня не убьет. Я действительно держу её за горло и могу в любой момент удавить. Ну а то, что ей не выгодно со мной конфликтовать я уже упоминал. Мне кстати тоже не выгодно, еще и в том плане, что она хоть и бывшая, а ученица бога-кузнеца. Следовательно — артефактор. А это — залог обширных новых знаний, до которых я может быть смогу добраться. Чисто к слову, я ведь в кольце так и не разобрался, хотя казалось бы, сколько в нем сижу? А эта его создала.

Хм… неожиданно посетила мысль. А ведь Майрона теперь может стать охрененной крышей, так-то. Нет, ну серьезно. Кто бы что не говорил, но канонный Саурон — очень серьезный мужик. Валары… боги этого мира, на Саурона главное божество натравили, которое целый остров утопило, а это показатель. Если Майрона может похвастаться хотя бы половиной тех успехов, значит она в одно лицо стоит всех Майар вместе взятых. Так что, вполне может быть, я еще и под прикрытием окажусь. Профит!

— Хорошо. Будь по твоему, — смирился с моим решением Торин. Волевым усилием, рывком он снял кольцо с пальца и положил перед собой на стол. — Прощай, Аид. Я не смог выполнить свою часть нашей сделки, поэтому за мной долг. Но знай, что я не забуду его и буду ждать твоего возвращения.

Вот он, вот он — истинный король! Обещаний не забывает, несгибаемая воля, сам имеет честь… которая мне в одно время мешала жить, но да ладно.

— От меня что-нибудь еще нужно?

— Нет. Рад был знакомству с величайшим после Дурина королем гномов, — привстав, Глашатай поклонился.

— Прощайте.

На этом, переговоры завершились. Гномы покинули трактир, а Глашатай, допив вино из бокала, аккуратно взял кольцо на ладонь. Бережно. Словно величайшее сокровище.

— Седлайте коней. Мы возвращаемся в Мордор!

Глава 13

Дорога в Мордор заняла всего неделю. Всадники черных нуменорцев останавливались только для того, чтобы дать коням отдохнуть, все остальное время мы были в пути. На протяжении всего пути, я, закутанный в платок, лежал во внутреннем кармане под доспехом Глашатая. Забавно, что Глашатай за весь путь ни разу со мной не заговорил, и более того, даже не прикасался. Он словно забыл про меня, по крайней складывалось именно такое впечатление. Я понимал мужика, светить таким сокровищем опасно. Его воины так же вели себя как ни в чем не бывало, никто ни разу не заикнулся о кольце. Поразительная выдержка, здесь даже я бы не удержался от разговора, а эти за неделю слова обо мне не сказали.

Затем были черные Врата… которые я не видел, а ведь очень хотелось. Судя по звукам, калиточка должна быть о-го-го! А внутри армия орков, которую я так же не видел, зато понял, что Майрона как была в каноне приверженцем порядка, так ей и осталась. Дисциплина здесь была суровая, орков гоняли и в хвост и в гриву, никто даже не думал обсуждать госпожу, а от Глашатая эти отбросы разбегались как тараканы. По крайней мере такую картину я смог сложить опираясь на то, что слышал.

А дальше, мы прибыли в Барад-Дур. Стук бронированных сапогов расходился эхом по пустым коридорам, чьи-то шепотки тянулись за нами по пятам, а затем я стал свидетелем следующего разговора:

— Двиммерлайк! — окликнул Глашатай кого-то.

— Приветствую тебя, Наместник Барад-Дура, — ответил шипящий, достаточно неприятный голос. Так, ну это точно не орк. Скорее всего назгул. Но что-то я не припомню, чтобы кого-то так называли. Интересно… неужели еще одно отступление от канона? Если так, мне уже нечему удивляться. — Оно с тобой?

— Да.

— Хорошо. Она уже ждет.

— Боюсь, все не так просто, друг мой, — вздохнул Глашатай. Повернувшись, он первым пошел по коридору, а судя по звуку, собеседник пристроился рядом.

— Как тебя понять?

— Дело в том, что в кольце находится тот самый дух.

— Тот, который управлял гномом?

— Да.

— И он не хочет покидать кольцо?

— Если бы, — усмехнулся Глашатай. — Все намного сложнее. Он не может его покинуть.

— Новый враг?

— Нет. Не враг. Но и не друг. Это не наше с тобой дело, Двиммерлайк, госпожа сама будет принимать решение. Все, что от меня зависело, я сделал, а ты и вовсе здесь бессилен.

— Ясно. Сама встреча прошла без особых… проблем?

— Без. Гномы не вмешивались, разговор был между мной, им, и Дубощитом.

— Этот несносный гном все еще жив? Ты его отпустил?

— Его трудно было не отпустить, так что да, он жив и пребывает в здравии.

— Азог будет в ярости.

— Тебе ли не все равно?

— Азог — командир одной из армий.

— А гном — перспективный союзник. Причем за ним не осколок армии, а семь полноценных гномьих войск.

— Аргумент.

— Весомый аргумент из качественной гномьей стали, — счел нужным добавить Глашатай.

— А откуда взяться союзу?

— Благодаря нашему новому… возможному другу, — похлопал по груди Глашатай.

— Хм… я тебя услышал. Спрошу совета у госпожи. Потом.

— Разумеется.

На этом разговор затих, а я, похоже, догадался с кем говорит Глашатай. Есть очень весомые подозрения, что рядом с нами идет Ангмарский Король-Чародей, вот только я без понятия: Двиммерлайк, это его имя, или титул? А может это и не он, может кто-то еще, кого я просто не знаю, что тоже вероятно.

А между тем, пара прислужников тьмы, наконец-то дошла до места назначения. Раздался грохот открываемых ворот, и…

— Госпожа! — воскликнул Глашатай. По видимому, он упал на колено, как и его коллега. А вот с кольцом начали происходить изменения. Осколок, чувствующий близость хозяина, зашевелился, но не попытался причинить мне вред или что-то еще. Наоборот, я почувствовал, словно древняя, забытая сила артефакта наконец-то зашевелилась. Эта сила была в восторге от того, что спустя столько лет наконец-то оказалась у хозяйки.

Сама Майрона на обращение Глашатая не ответила. По крайней мере я ответа не слышал. Зато почувствовал как меня вынимают из кармана и разворачивают платок. Сейчас мы находились в тронном зале Барад-Дура, это сто процентов. Знакомые очертания архитектуры, гармонирующие с шипами узоры и эльфийские замысловатые завитушки, трон… Несмотря на то, что это считается орочьей крепостью, помещение было не просто прибранным, а вылизанным.

Глашатай же стоял опустившись на колено, склонив голову и протянув руку со мной на ладони. Рядом с ним в таком же поклоне стоял назгул. Железный шлем-корона, стальные перчатки, на поясе меч, аккуратный балахон… из под которого выглядывал моргульский клинок и что-то еще. Нет, это точно Ангмарский Король-Чародей. С другой же стороны была Майрона. Её черный доспех сидел на троне, источая мрак, но он был пустым. Сама Великая Темная Госпожа стояла посреди зала в образе духа. Черный обезличенный силуэт, клубящийся вокруг нее мрак и жар…

— Моя госпожа, я принес кольцо. Но дух, о котором вы меня предупреждали, он вовсе не захватил ваше кольцо. Сейчас, он и есть ваше кольцо. Я не смог купить его, но не пришлось браться и за меч. Дух в кольце выразил желание говорить с вами, поэтому согласился отправиться с нами.

Майрона не ответила. Она подняла руку, и я подскочил в воздух. Пролетев добрых три метра я почувствовал, что меня схватили и сжали в кулаке.

— Можете быть свободны, — ну ничего себе! Да я от такого голоса чуть душу в пятки не отправил, если бы они у меня были. Это не голос, а какой-то шелест ветра. Только ледяного, колючего, неприятного, от которого бросает в дрожь. Он не был хриплым или грубым, наоборот, мягкий и достаточно приятный слуху, но от того не менее пугающий.

Поклонившись, оба подручных покинули зал, притворив за собой двери. Майрона же, раскрыв руку, посмотрела на меня.

— Что же… вот мы и встретились, Демон Эребора. Я приветствую тебя в Барад-Дуре. А теперь, если ты не против, я верну себе тело и мы сможем поговорить.

С этими словами, она надела кольцо на палец доспеха, после чего сама же в него вселилась. Ох ты ж, мама родная! Вот теперь я понимаю, что значит единое целое! Ощущения моментально обострились, я начал слышать чужие эмоции как свои собственные, а спрятанная в кольце сила проснулась подобно извергающемуся вулкану. Я сразу же почувствовал все остальные кольца… по крайней мере те из них, что были целы. Девять назгулов, три из семи гномьих и три эльфийских. Теперь я понимаю, почему не мог развернутся с кольцом на всю катушку, почему раньше не чувствовал остальных. Лишь хозяин способен управлять этой силой. Лишь одному кольцо будет служить в полной мере. Уух, как теперь развернутся-то можно! Но погодите, если сила кольца дремала, то как мы колдовали? Неужели, все это время я использовал СВОЮ силу, оказавшуюся в кольце, а от кольца брал лишь то, что лежит на поверхности? Похоже на то…

Между тем, пока я разбирался с открывшимися возможностями, доспех пару раз дернулся, а затем ожил. Майрона как будто разминаясь, поднялась с трона и сделала несколько шагов вперед, словно бы вспоминая забытые движения. Магия заполняла пустоты, доспех медленно принимал форму, детали переставали касаться друг друга, тем самым мешая движениям. Примечательно, что в доспехе не было никаких рун или чар кроме тех, которые отвечали за прочность и стойкость. Вся система движений была полностью завязана на надетое кольцо и если то срубить, дух потеряет связь с доспехом. С одной стороны, спорное решение, пальцев легко лишиться в том же эксперименте. Но ведь блин, доспех-то можно брать любой. Совершенно любой, только бы он был цельным. И чары будут работать с ним как с оригиналом, так что тут тоже такой момент.

“Хе-хе-хе-хе”, — не удержавшись, я засмеялся. Нет, Майрона точно не дура. Она тактик, что старается просчитать наперед, от того и играет. Она знает, что в проигрышном положении, потому и сделала ставку на кольцо. Даже если её сразят, кольцо уничтожить будет той еще проблемой. И собственно так и вышло — её убили, а кольцо уничтожить не смогли. Помнится, в каноне тот же Фродо так и не смог его уничтожить и если бы не шмыга, то еще неизвестно, кто бы в итоге победил в том противостоянии.

“Веселишься?” — раздался голос в моей голове, прервав ход мыслей. Это был совсем не тот голос, который я слышал. Нет, это по прежнему была Майрона, не узнать её я не мог, а тем более не догадаться. Но на этот раз, её голос имел несколько иные очертания. Он был несколько высокомерен, игрив и холоден, но от того не менее красив. Однако, вопреки голосу и тому, как она держится, я слышал… чувствовал, что царит в её душе. В ней горел азарт. И любопытство. Подняв руку, она смотрела на кольцо… смотрела на меня.

“Есть немного. Приветствую Великую Темную Госпожу — Майрону”.

“Ты помнишь мое настоящее имя?” — удивилась владычица Мордора.

“Помню. А что здесь удивительного?”

“Многие забыли его, и называют меня отвратительной. Сайрона”.

“Ммм, ничего не знаю. Я думаю, что такая как ты не могла потерять своей красоты, а потому как была прекрасной, такой и осталась”.

“А ты льстец”

“Есть такое. Но увы, твое имя — единственное, что я о тебе знаю”.

И ведь не вру! Канон опять сбоит, так что я действительно не знаю, с кем собираюсь играть.

“Как бы то ни было, мое имя ты знаешь. А вот я твоего — нет”.

“Мое имя — Аид. Я тот, кто пришел сюда из очень далеких краев, да и то случайно”.

“Я впервые вижу такого как ты, Аид. Кем ты будешь?”

“А как ты думаешь?”

“Не играй со мной, могу и обжечь”.

“Но тогда будет не интересно” — усмехаюсь в ответ.

“А наглости тебе не занимать, такое говорить мне в лицо”, — подметила Майрона, возвращаясь на трон.

“Мне ли тебя бояться, Майрона?”

“А разве нет?”

“Не-а. И плевать на репутацию, я прекрасно знаю, что историю пишут победители и что было на самом деле знают только те, кто в этой истории участвовал”.

“Значит, ты не веришь в то, что я зло?”

Мне показалось, или Майрона действительно внутренне засмеялась? Ну… что-то такое веселое я определенно уловил.

“Я вообще никому не верю, предпочитая общаться лично”.

“Ты точно другой”.

“В смысле?”

“За все то время, что я за тобой следила, мое отношение к тебе, менялось от ситуации к ситуации. Ты не эльф, не человек, не гном, и даже не Майар, иначе я бы о тебе знала. Твое поведение не укладывается ни в какие рамки. Ты не последователь Моргота, но общаешься со мной. Ты не последователь Валар, иначе бы тебя здесь не было в принципе. И о тебе никто раньше ничего не слышал, а такую личность не заметить невозможно. Поэтому я не могу даже представить кто ты и хочу услышать ответ”.

“Хм… я так-то тоже хочу услышать ответы на некоторые вопросы”, — усмехаюсь и продолжаю: — “А потому, предлагаю игру”.

“Что?”

“Майрона, я предлагаю нам с тобой сыграть открытыми картами. Я чувствую твои эмоции, ты не сможешь солгать. Не смогу солгать и я — уверен, что ты ощущаешь меня словно часть себя, ведь так?”

“Да”.

“Ну вот. Волей случая, мы с тобой оказались по одну сторону баррикад, и, хе-хе, по сути в одном доме. Так почему бы нам прямо сейчас не сыграть друг с другом в открытую игру и сразу не расставить приоритеты?”

“Союз?”

“Именно”.

“И разумеется ты хочешь, чтобы я поделилась с тобой властью?”

“Вовсе нет”.

“Что?” — удивилась Майрона.

“Мне нафиг не сдались ни власть ни влияние. У меня другие цели и хотелки. Но при этом, для взаимовыгодного сотрудничества мы можем многое друг другу предложить".

“Например руны, которым ты научил гномов?”

“Отнюдь. Есть вещи куда интересней”.

“Ты меня заинтриговал… хорошо, давай сыграем. И с чего начнем?”

“С целей, конечно же. Скажи мне, чего ты хочешь?”

“Выгнать тебя из моего кольца”.

“Ха-ха-ха-ха-ха, ожидаемо. И я тебя полностью поддерживаю!”

“…но пока это невозможно”, — с толикой грусти договорила она.

“Так, а вот теперь, если можно поподробнее. Почему невозможно?”

“Для этого потребуется разрушить кольцо, а умирать я не хочу, поэтому нет”.

“Плохо! Очень плохо!”

“Почему? Плохо, что я не хочу умирать?”

“Нет, не это. Плохо то, что я так же хочу выбраться из твоей игрушки на свободу! Настолько, что пришел к тебе за советом, а ты говоришь, что обрести свободу можно только с разрушением кольца. Это очень плохо, Майрона, потому как принимать лавовые ванны в Ородруине я даже не собираюсь”.

“Хе, а как ты в нем вообще оказался? Может так же и выберешься?”

“А вот это вряд ли. Там… особая история…” — Ага, а сам припоминаю божественный пендель и орбитальный удар. Ну нафиг!“ — “… видишь ли, я — дух, что пришел сюда из-за границ мира”.

— Невозможно! — выпалила в голос Майрона, подскочив с трона. — “Это невозможно. Никто не способен пройти через Врата Ночи, а уж тем более пройти незамеченным”.

“Так я и не через них прошел”, — усмехаюсь. — “Мной случайно пробили контур вашего мира, через который я и просочился. Твое кольцо просто оказалось не в том месте не в то время, вот я на полной скорости в него и залетел. Поначалу думал, что вообще загнусь, но нет, выжил”.

“Это невозможно…”

“Скажи мне, что я лгу”, — дааа, наглость в моем голосе можно ложкой черпать. А самое веселое, что она отлично понимает, я — не лгу.

“Но как?!”

“Говорю же. Случайно. И моя цель — вовсе не воевать за Средиземье, как ты можешь подумать, а выбраться обратно за врата”.

“Я чувствую, что ты не лжешь, но не понимаю ни как ты сюда попал, ни зачем тебе обратно? Там ведь лишь пустота”.

“О нет, там много что есть. Например — мой дом. Все это время, я бился над вопросом, как выбраться из кольца и покинуть ваш мир. Как я понимаю, из кольца мне выбраться не светит, но хотя бы мир покинуть вариант?”

“Вариант… “ — задумчиво протянула Майрона, постукивая по подлокотнику трона. Я не слышал её мыслей, но чувствовал с какой скоростью вращаются шестерни в голове второго после Моргота зла Средиземья.

“Если Вариант, то это очень хорошо. Если не сложно, не могла бы ты этим вариантом со мной поделиться? Ведь избавится от меня, в твоих прямых интересах”.

“Хм… вот что. Я не понимаю, как ты пробил Илурамбару, но еще раз тебе этого не сделать, тем более будучи скованным кольцом. Врата же охраняет Эарендиль на своем летучем корабле. Только добраться туда уже победа, а ведь еще необходимо сразить стража”.

“Блеск”.

“Но я не сказала, что ничего не выйдет. Я сказала, что это возможно. На самом деле, мы можем помочь друг другу, Аид”.

“А вот с этого места поподробнее”.

“Раз тебе надо за врата, есть… существо, которому надо наоборот сюда. Мой… господин, томится за ними и я хочу его освободить. Очень хочу. Но не могу. Мне не хватает сил, но судя по тому, что устроил всего за пару месяцев в Средиземье ты, вместе у нас появится шанс”.

“Сдается мне, что Мелькор для тебя не только господин”, — ехидненько так замечаю.

“Может и так, но ты ничего о нас не знаешь, чужак”.

“Так расскажи. Я ведь здесь турист, и с удовольствием послушаю эту историю”.

“Тур… кто?”

“Турист. Человек, который… ай, не важно. Просто расскажи, как вы докатились до жизни такой?”

“Это не важно. А теперь ответь: мы союзники, или враги?”

“Союзники, Майрона. Тут без вариантов. Но как мне покинуть твое кольцо?”

“Со мной никак, я уже сказала. Дело в том, что мы с тобой примерно в равном положении, Аид”.

“Поясни”.

“И ты и я духи, суть которых привязана к кольцу. Если кольцо уничтожить, умрем и я и ты. Разобрать кольцо я тоже не могу, лишь пламя Ородруина способно ему навредить — таковым я его создавала, и даже Валар не сможет на него повлиять”.

“Ничего себе ты колечко сделала…”

“И хорошо, что таким сделала! Ты даже не представляешь, сколько раз его пытались уничтожить”.

“И пожалуй, знать не хочу”.

“Но есть тот, кто сможет аккуратно его разрушить, высвободив нашу суть”.

“Могу догадаться, что этот кто-то сейчас сидит в вечном мраке”.

“Именно. Мелькор создал огонь. Он породил жар пламени. Он сможет аккуратно повредить кольцо, так, чтобы якорь оказался сломлен, но само кольцо не пострадало. Просто поверь мне, разрушать Мелькор умеет отлично, в том числе и аккуратно”.

“Верю”, — бурчу, уже прикидывая новый план работ. Выходило кошмарненько, самоубийственненько и вообще печальненько. — “Значит, я помогаю тебе со Средиземьем, а также с Мелькором. А ты замолвишь за нас словечко для обретения свободы и мы разойдемся, как в море корабли. Все верно?”

“Да”.

“Значит договорились. С чего начнем?”

“С того, что тебе нужно хотя бы какое-то воплощение”.

“Эээ?”

К моему удивлению, Майрона оказалась девушкой хваткой. Она сходу оценила мои перспективы пребывания в кольце, а потому стала учить некоторым особым фокусам, которыми обладает сама. Первым из них стала возможность покидать кольцо. Так как мы с ней были в равных положениях, а я не мог выбраться из золотой оболочки, Майрона показала на собственном примере трюк, который позволяет духу выбираться наружу. Собственно, она в образе духа постоянно и пребывает, только здесь есть казус. Обратно в кольцо можно спрятаться только если найти его и в буквальном смысле войти в оболочку, а нет — так и будешь бегать духом в поисках родной хаты.

Но и здесь не все так просто. Будучи духом и покидая кольцо, я оказываюсь в мире духов и остаюсь невидим для человеческого, гномьего или эльфийского глаза, пока эльф сам не перейдет в мир духов, или кто-либо еще. Лишь приложив огромные усилия, я могу разорвать грань и перейти в реальный мир. Только так я смогу влиять на реальный мир, но затраты энергии будут просто чудовищными. Проще вкачивать эту самую энергию в Майрону или в тот же доспех, чтобы она колдовала… ну или я колдовал, но опять же через носителя, коим считается доспех.

На этом примере я понял нашу разницу в силе — между мной и Майроной. Да, я силен. Но она намного сильнее. Не просто перейти из мира духов в реальный мир будучи самому духом и при этом сражаться с достаточно сильными противниками. Это реально надо много дури иметь, даже по моим меркам. Так что очень хорошо, что мы на одной стороне, кто бы что не говорил, но Майрона очень сильна, просто против нее либо дохрена сил выводят, либо на помощь творца зовут, который целые острова топит. Читеры, блин!

Но и на этом казусы не закончились. Когда я вышел из оболочки в первый раз, я походил на черный сгусток, из которого торчали паучьи лапы и восемь красных глаз. Майрона по началу на меня чуть с боем не кинулась, признав в моем образе собрата Унголиант, но я отболтался, что с той ненормальной паучихой вообще не имею ничего общего…однако после этого меня сразу же научили следующему фокусу, который позволял менять духовный облик. Так сказать, во избежание. Очень уж Унголиант насолить умудрилась, а Мелькор так и вообще к ней неравнодушен и с огромной любовью хотел бы её найти и выполнить давнее обещание — изжарить паскуду до хрустящей корочки. Для меня это был более чем весомый аргумент изменить внешний облик.

Так что теперь я перестал походить на паука, зато начал походить на себя-эльфа. По крайней мере телосложение, уши и рост оставил оригинальными, только ни рта ни носа на мне нет, лишь пара красных глаз. Да и в принципе мой силуэт полностью черного цвета, с тянущимся мраком. Не иначе, чем побочный эффект от активного взаимодействия с магией тьмы. Особых деталей тоже добавлять не стал. Незачем, я всегда любил минимализм в одежде, а здесь вообще достиг идеала, меньше, хе-хе-хе-хе, просто некуда.

Следующим фокусом стала возможность воздействовать на доспех. Так как мы были духами, я так же мог вселяться в доспех и управлять им подобно собственному телу. Практики у меня в этом деле было много, целых семь опытных экземпляров, причем единовременно, так что и освоился я быстро, чем удивил Майрону. Правда и здесь не обошлось без проблем, но уже не таких громких как предыдущие. В этот раз все до безобразия просто — доспех тупо был мне велик, отчего пришлось заново привыкать к его габаритам. Зато почувствовал себя великаном.

Не удержался от вопроса: на кой Майроне такая неудобная бандура? Оказалось, что это её натуральный рост, это потом она его уменьшила для удобства общения с народами Средиземья. С Мелькором примерно такая же ситуация, но тот в оригинальном виде был еще крупнее. Представив в голове образ такого дяди, да с огромным боевым двуручным молотом… не хотел бы я с таким встретиться, а уж тем более подраться.

Еще, случайно узнал об особой фишке кольца. С его помощью Майрона создавала вокруг себя особое защитное поле. Очень жаркое поле. Стрелы сгорали, металл отскакивал, а воины варились заживо, если вообще не запекались. А Исильдуру тупо повезло. Перед встречей с ним Майрона подралась с одним эльфом с мега-копьем и в особом доспехе, вот этот паразит её и измотал, сняв защиту, правда сам не выжил. Замечу, что копье засранцу дали Валары, как и доспех. Майрона очень сильно ругалась на такой произвол, ведь эти гады после затопления Нуменора обещали Эру не вмешиваться в ход событий, а в итоге пусть и косвенно но вмешались, за что хозяйка Мордора поносила их последними эпитетами. Я выразился короче и лаконичней:

“Вот, пииии*!”

Наверное это был первый раз с нашего знакомства, когда она позволила себе улыбку. И пусть я её не видел, но чувствовал. Собственно это и натолкнуло меня на следующий вопрос?

— Майрона, а ты не пробовала вернуть себе тело?

— Пробовала конечно же, но ничего не вышло. Ни я, ни Мелькор не умеем так тонко работать с плотью. Я вывела Олог-хай, троллей, что не боятся света. Подумывала вывести таких же орков, но озадачила этим Сарумана. А тело… нет, ничего не выйдет.

— А если я скажу, что ты не права? — появившись рядом с доспехом, ехидно так замечаю. Будучи Майар, она прекрасно видела меня, независимо от того, на каком слое реальности я нахожусь.

— В смысле?

— Ты уже помогла мне, теперь я хотя бы чувствую себя живым. Теперь мой черед. Я могу помочь вернуть тебе плоть. Настоящую. Сильную. С той самой красотой, с которой ты была рождена.

— Не шути так…

— А я не шучу. Я умею выращивать тела, опыт имею.

— Так почему ты молчал? Вырастим каждому по телу и…

— Я не договорил, — спокойно перебиваю Майрону. — Здесь, Майрона, возникнет проблема. Кольцо не позволит нам разъединиться и вселится сразу в две оболочки. Создавая одну, нам и придется использовать одну. Мне быть духом да в артефакте — не привыкать. Кроме того, это твой мир, а я здесь только проездом, так что и тело будем делать тебе.

— Это… очень благородно.

— Миледи, не стоит оскорблять меня в благородстве. Я лишь считаю, что так будет справедливо по отношению к вам. А еще рационально. Не думаю, что твой господин обрадуется неизвестному эльфу. А вот тебе он будет очень даже рад.

— Соглашусь, — пришла ко мне одобрительная волна чувств.

— Ну-с, тогда за дело.

На этой веселой ноте, мы приступили к делу. Я говорил, что и как, пояснял тонкости создания материальной оболочки. Майрона была идеальной ученицей, она схватывала на лету, активно задавала вопросы, и более того, местами меня поправляла и даже устраивала дискуссию на тему “а может лучше так?”. Вот что значит, когда разговариваешь с профессионалом. Может с органикой она и не работала, но шедевры создавала, а сейчас мы по сути делаем полуорганический артефакт, каким было мое тело. Я даже вспомнил своих малышек, те тоже на лету ловят и активно участвуют на равных.

Однако, сидя за работой, мы как-то разговорились:

“Майрон, а как началась вся эта кутерьма?”

“В смысле?”

“Ну как ты докатилась до жизни такой? Нормальная же девушка. Адекватная. Слуг не чихвостишь почем зря, если только орков, но эти по другому не понимают… кстати, вот еще вопрос, а почему именно орки? Не похоже на тебя”.

“Потому что дешево и сердито. А еще, потому что у нас выбора не было… да и сейчас особо нет. Поэтому воюю с тем, что есть. Одно хорошо: Нуменорцы в Дол Амроте восстановились и сейчас рассеялись по Средиземью. Люди востока и Юга тоже в порядок пришли после войн, а Орков я к ним не пускаю”.

“Ну еще бы, такие твари, ужас. И как Мелькор только их вывел?”

“Тебе лучше не знать”.

“Как скажешь. Но это значит, что нам еще предстоит вырастить новую породу слуг”.

“А ты и на такое способен?”

“Милая, я тебе тело сейчас собираю, которое на порядок сложнее. Кроме того, я уже знаю схемку новых Уруков — думал на досуге подкину их Саруману, пусть играется. А вот нам стоит вывести особых подручных, я бы сказал — элитную гвардию”.

“И чем тебе Назгулы не угодили?”

“Тем, что их только девять”.

“Это да”.

“Так это, скажи, как вся эта каша заварилась?”

“Мне придется начинать с самого начала”

“Уже во внимании”.

“Эх… Ну слушай. Все началось очень давно. Когда Всетворец, великий Эру, создал всех нас. Валар — стали первыми, они стали богами. Затем появились мы — Майар, младшие. Эру дал задание — создать Арду. Мир, в котором мы все живем. Мелькор на тот момент был сильнейшим и мудрейшим среди всех Валар. Многие шли к нему, просили совета. Мелькор был добр ко всем, всегда делился, если это было в его силах, наставлял. Он провел несчетное количество времени в великой пустоте, ища в ней Негасимое пламя. Но не нашел, оно было у Эру. Никто не знает, что это, но по преданиям именно с него все и началось. Затем было сотворение мира. Мелькор приложил больше всех усилий. Он создал Имбар Арды (Земную кору), огонь и холод. Воздвиг горы, сделал первые очертания мира, на которых работали все остальные. Но в отличие от остальных, его песня шла вразрез с замыслом Эру. Мелькор хотел творить, он хотел породить собственное творение. И с этим он подошел к остальным. Он предложил создать еще один материк, третий, помимо Амана и Средиземья. На нем он хотел править и творить. Но его не послушали. Другие уличили Мелькора в том, что он хочет разрушить замысел Эру. Но не все. Мне понравился мир, который задумывал Мелькор. Мне понравилась его песня. А кроме меня были другие, которые пошли за ним. Но тогда никаких конфликтов еще не было. Мелькор отказался от своей идеи, он даже не помышлял идти наперекор своим братьям. Но потом стало только хуже. Править Ардой поставили Манвэ, его брата, а Мелькора назвали вторым. Но он стерпел. Несмотря на это, его все-равно считали мудрейшим и к нему шли за советом. А после, Эру создал эльфов. Действительно прекрасных созданий. Мелькор не мог сотворить такое, но ему было интересно. И он обратился к Эру за помощью. Долго просил, но Эру был глух. Мелькор стерпел и это. Но когда он вернулся в Арду, то услышал что Арду закончили и без него. Тут уже мне стало обидно, но Мелькор стерпел и это. Он отрекся от всего и ушел прочь. Я первой последовала за ним. Тогда-то он меня и заметил…”

“И полюбил?”

“Да. Мы были с ним очень счастливы, пока к нам не спустился Эру. Как оказалось, за время нашего отсутствия Валар отступились от плана Эру. Они создали великие светильники. В этом Свете всё, что было благим, прекрасным или достойным, виделось таковым сполна. Также свет нёс радость и блаженство всем, кого освещал. Более не было смены дня и ночи, не было грусти, печали, не стало ни огня ни холода. Время словно бы остановилось, сохраняя то, что уже есть”.

“Нихренасебе у вас Дихотомию развести решили…”

“Не знаю, что это”.

“Заболевание такое. Прости, перебил, так что было дальше?”

“Дальше, Мелькор пусть и с неохотой но спустился в Арду. Будучи самым мудрым, он пытался вразумить остальных, но на него подняли руку и оклеветав, выгнали прочь. Это стало последней каплей, после которой Арда заполыхала огнем. Земля выбрасывала потоки огня, рухнули великие светильники, и началась война. Мелькор не умел творить прекрасных созданий, поэтому исковеркал уже имеющихся, вот так и появились орки. А в насмешку энтам, он сделал первых троллей. Потом появились и драконы. Что было дальше, ты уже знаешь…”

“Н-да, ребята. Ну вы жжёте”.

“Что жжём?”.

“Выражение такое. Весело говорю. А что Эру?”

“Молчит он. Но при этом уже четыре раза вмешивался в историю. Так, он сам решал судьбу погибшего Феанора. Воскресил человека — Берена, утопил мой Нуменор и изъял из кругов мира Аман”.

“Погоди-погоди, я все понял, кроме последнего. Что значит “изъял из кругов мира?”.

“Материк Аман существует. Но все кто на нем когда-то были, ныне пребывают в облике духов, не имея материальной плоти”.

Материализовавшись рядом с доспехом, я с круглыми от удивления глазами посмотрел на Майрону.

— Пооодоожди-ка. Просто уточняю. Эру. Великий создатель всего и вся. Утопил гигантский остров с сотнями тысяч людей, а потом еще и целый континент вырезал, сделав всех без исключения духами… все верно?

— Ага.

— …

А вот Майрона от моей реакции рассмеялась. Только про себя, негромко так, но очень мило.

— Ну нихрена себе у вас божество! Такого не то что просить, к такому подходить опасно.

— Это ты к чему?

— Врата нам надо открывать, Майрона. Врата. Плевать на войну в Средиземье, Мелькора надо вытаскивать, и чем раньше тем лучше. Если этот ваш Эру просечет что мы с тобой решили сделать, я опасаюсь как бы он и Средиземье так под корень не пустил.

— Как бы это было не грустно признавать, но я не знаю, что сможет сделать Мелькор. Боюсь, у него не хватит сил противостоять самому Эру, — грустно вздохнула Майрона.

— Ооо, моя дорогая, поверь мне. Хватит. И я знаю, где эту силу для него найти.

Глава 14

— Ооо, моя дорогая, поверь мне. Хватит. И я знаю, где эту силу для него найти.

— Ты что задумал? — с подозрением протянула Майрона.

— Твой план по завоеванию Средиземья конечно рабочий, но он нам не пригодится.

— Почему это?

— Просто послушай профессионала, вот в чем в чем, а в хаосе я мастер. У меня есть две любимые дочери, так они с хаосом неделимы. Но я отвлекся, суть вот в чем: сейчас Средиземье вот-вот готово полыхнуть и погрузиться в хаос, не надо давать повод народам объединяться, выдвигая против них армию. Наоборот, распредели эту армию по всему Средиземью с наказом — беспредельничать по полной программе. Пусть грабят, убивают, жгут, что хотят то и творят, пусть Средиземье заполыхает огнем.

— Ты говоришь как Мелькор.

— Только я подразумеваю фигуральное значение, а не прямое. Для большего успеха, периодически будем работать по конкретным коммуникациям противника. Пусть орки партизанят: жгут посевы, травят колодцы, нарушают работу шахт, вплоть до их обрушения. Мы устроим в Средиземье террор.

— А ничего, что ты собираешься разрушать в перспективе наши же территории?

— Если наша возьмет, восстановим. А если нет, то как бы у нас будут проблемы посерьезней. Далее, делаем провокации. Что бы у союзников было больше сомнений друг в друге, сделаем следующую гадость: отправим в разные фракции ненужных орков для проведения сепаратных переговоров.

— Это уличит одну страну в сговоре с нами против остальных…

— Именно. Но это не все. Можно использовать людей, чтобы те переоделись в одежду той или иной фракции и отправились под их флагом буянить к соседям. Только так, поверхностно, что бы было как можно больше свидетелей.

— Это окончательно убьёт отношения между народами, и тогда можно будет свободно захватывать одну страну за другой, не встречая сопротивления! Слушай, а это…

— Погоди, Майрона. Я не договорил. Никого нам захватывать не придется, по крайней мере так, чтобы серьезно. Я клоню к тому, что бы заварить всю эту кашу лишь с одной целью — отвлечь взор Валар и вашего «доброго» Эру от нас. На фоне этого бардака нам останется только не отсвечивать, чтобы оставаться незамеченными.

— Если будем бездействовать, это вызовет еще большие подозрения, — не согласилась Майрона.

— Нет, ты права, но бездействовать мы не будем. Но именно поэтому мы вырастим новую породу орков. Исполнительную и дисциплинированную. С моей помощью мы создадим просто восхитительную армию. К тому моменту Средиземье как раз будет в огне, а там и Армию пустим вперед, типа мы пользуемся положением и пытаемся покорить этот обезумевший мир. Но не сильно, надо сделать видимость, что и у нас дела не отлично идут. Ну там, можно пару тысяч орков сначала натравить на Осгилиат, а потом их же там перебить. Можно вообще сделать так, что орки Мории и Мордора станут по разные стороны баррикады, и если они будут активно драться, ни у кого не возникнет сомнений, что и у нас дела идут очень плохо.

— Ммм, соглашусь. Но вот он воцарился хаос, и что дальше?

— А дальше, моя дорогая, мы будем освобождать твоего возлюбленного.

— Каким образом? До Врат Ночи…

— Я знаю, они почти в космосе, Майрона, не переживай, все продуманно! Только если шмыга опять все не похерит…

— Шмыга? Это еще кто?

— Забей, это мои личные заскоки. Смотри, возвращаясь к сути дела. Для начала выводим особую породу эльфов. Моих эльфов. Они отправятся искать Сильмариллы…

— Кхе-кхе-кхе…

— Не надо мне тут кашлять, я на полном серьезе. Сильмариллы, это ведь камни с огромной сосредоточенной в них энергией, верно?

— Да…

— Ну вот.

— А ты знаешь, где нам их искать?

— В теории — знаю… Но ты мне ответь: у кого из нас башня с охрененным прожектором?

— Про… чем?

— Прожектор. Фонарь такой.

— Сам ты фонарь! — обиделась Майрона. — Это великое око! Мое, великое Око!

— Тогда почему ты этим великим оком не могла найти свое кольцо?

— Сил мало. Без кольца я не могла слишком далеко смотреть. А теперь могу охватить целое Средиземье.

— Так с этого и надо было начинать! — обрадовался я потирая руки. — Это же еще больше облегчает нам дело.

— Каким образом?

— Я знаю, что один камень в лаве… вроде. Но это не точно. Другой где-то в море на северо-западе. Камни — сами по себе очень мощные источники, если ты не против, я немного перенастрою чувствительность на твоей башне. Таким образом, мы найдем примерное положение камней.

— Допустим. А что дальше?

— А дальше пошлем моих эльфов. Достаточно дать эльфам высокую чувствительность к проявлению светлой магии, и те словно ищейки сами найдут два из трех камня, третий отожмем у Эарендиля. Так у нас появится для Мелькора сила.

— Как только появится хотя бы один Сильмарилл, к нему будет приковано сразу все внимание. Эру не даст нам шанса им воспользоваться.

— Вот поэтому, мы сначала сделаем артефакт, который способен скрыть такую силу. Сможешь?

— Я?

— Ну не я же. Ты ведь их видела, разве нет?

— Ну… да.

— Сможешь вспомнить какой они задавали фон и придумать как его экранировать?

— Думаю, да, — задумчиво протянула Майрона.

— Ну вот!

— Так, хорошо, с камнями, предположим, разобрались. А как мы поднимемся с ними в небо? У меня летающего корабля нет… и у тебя, замечу, тоже.

— Пф! В Эреборе по меньшей мере два дракона в цепях, уверен, тебе они не откажут в помощи, плюс одно яйцо. Вот тебе и транспорт.

— Откажут.

— Почему это?

— Они подчиняются только Морготу. Если бы я имела над драконами власть, уже бы использовала в войне, а так, они меня даже вровень не ставят. Совсем высокомерные твари.

— Ну ничего, мы их разубедим. Если клиент не полный идиот, с ним всегда можно договориться.

— Думаешь?

— Я это знаю.

— Даже если и так, Эарендиль их собьет, — качнула головой Майрона.

— Ммм… а ты уверена?

— У него лук, которым он свалил Анкалагона Черного. Что ему эти заморыши?

— Хм… тогда да, это проблема.

— Предлагаю отложить этот вопрос и решать проблемы по мере их поступления. Для начала нам надо будет поговорить с драконами Эребора, а там видно будет.

— Поддерживаю.

— Аид, а о каком оружии ты говорил?

— А, мой меч. Он сейчас находится в руках Голлума, что прячется где-то возле одинокой горы. По крайней мере так было, когда я её покинул. Нужно найти его.

— И убить? — повеселела Майрона.

— В смысле?

— Я ведь чувствую как ты злишься, поминая это ничтожное создание.

— Есть такое, но это не важно. Важно то, что мой меч — очень мощный темный артефакт. Он создавался чтобы резать плоть бога и выдерживать сопоставимые удары. А еще он значительно усиливает магические способности своего хозяина. С ним мы сможем пустить Эарендиля на корм оркам.

— А потом вместе с камнями передадим этот самый меч Мелькору.

— Именно. После такого, я думаю даже Эру придется с ним считаться.

— Хороший план. Мне нравится. Но я добавлю…

— Что именно?

— У меня есть не рядовой орк. Азог. Он отличный полководец, а в его руках достаточно серьезные силы орков Дол-Гулдура. Ему оказать немного поддержки, и пусть развлекает эльфов Лориена, чтобы те не совали свой нос из леса.

— Ммм, резонно, — киваю.

— А гоблины Мглистых Гор займутся Ривинделлом, чтобы не расслаблялись.

— А получится?

— В смысле?

— Ривинделл, насколько я знаю, очень неудобно расположен…

— А какая гоблинам разница, по стенам, или дорогам ползать?

— Таки да.

— Дальше. Поговори с Торином, я вызову Глашатая. Если так пошло, надо устроить небольшую войну между гномами и людьми востока. Не настоящую, только для публики, чтобы не вызывать подозрения.

— А не перебор? Гномы ведь и реальную развязать могут…

— Вот поэтому тебе и стоит переговорить с Торином, дабы объяснить детали.

— Попробую. Но с этими коротышками очень сложно говорить, они глухие, а лоб твердый настолько, что мысль вбивать надо. Одно радует — наличие исключений. Что дальше?

— Далее, я направлю черных нуменорцев к Серым Гаваням, эльфов там не много, вполне может быть и захватим.

— Погоди-погоди, зачем? Эльфы же вроде собирались уплывать из Средеземья, разве нет? Наоборот, нам в плюс, если они все дружно харакири сделают!

— Хара… что?

— Харакири. Форма самоубийства такая.

— Ммм, впервые слышу. И нет, никто никуда не уплывает. Да и куда? Валинор мертв, а они не настолько глупы, чтобы идти топиться. Более того, три кольца эльфов поддерживают ушастых, из-за чего они чувствуют себя здесь как дома. Так что эльфы никуда плыть даже не собирались.

— Тебе виднее. Но погоди, к слову о кольцах эльфов. А чего это мы их питаем?

— Я не могу оборвать связь. Если бы могла, давно бы уже это сделала.

— Нет, обрывать не надо, да и не выйдет. А если обернуть процесс вспять?

— В смысле?

— Чтобы кольца вытягивали из своих владельцев силу и передавали главному?

— Я о таком не думала… но в теории должно получиться.

Гы-гы-гы-гы, вот эльфы-то обрадуются, когда их дорогие игрушки, дарующие силу, начнут эту самую силу забирать.

— А хорошая кстати мысль!

— Ага. Стой. Мляяяяя…

— Что такое?

— У Торина ведь кольцо гномов! Сто процентов, он его надел…

— Пусть снимет. Или передаст враждебному клану, — пожала плечами Майрона.

— Хорошо, я его предупрежу на этот счет. Майрона.

— Да?

— Напомни, а в Ангбаде что-нибудь осталось?

— Нет, все уже давно либо разграбили либо сравняли с землей.

— Жалко.

— Итак, предлагаю начать с твоего меча. Двиммерлайк возьмет остальных назгулов и отправится к одинокой горе. Они очень хорошо чувствуют проявление тьмы, а твой меч с твоих же слов очень мощный темный артефакт. Так что если меч там, они его найдут.

— Голлума не трогать!

— Почему?

— Брать живым. У меня к нему есть счеты.

&lt;center&gt;

&lt;b&gt;Тем временем где-то&lt;/b&gt;&lt;/center&gt;

Директор Хогвартса сидел в своем кабинете и перебирал пальцами по столу. По левую руку на столе стояла бутылка вина и бокал. Рядом лежала коробка с сигаретами. Нет, Гарри не пил и не курил, просто эти предметы быта остались от прошлого директора Хогвартса и по совместителю учителя Гарри Поттера. Гарри не стал их убирать, выделив на столе отдельный уголок под такую мелочь, а все потому, что эти вещи отдавались теплыми воспоминаниями в душе.

Уже прошло очень много времени с тех пор, как Аид покинул этот мир… нет, покинул мир, плохо звучит. Отправился в путешествие! Да, так лучше. И ни одной новости, ничего. Нет, Гарри прекрасно знал, что Аид не то существо, которое будет писать письма. Он наглый, своенравный, никому никогда не отчитывающийся. Одно утешает: если бы с ним приключилась беда, то они бы уже знали.

От мыслей отвлек девичий смех, смешанный с криком за окном. Ная и Мая учили Ариану и Лейлу летать. С крыши. Вниз. И ведь не плохо получалось. Пикси вообще хорошо сдружились с гостями из другого мира, и очень много времени проводят именно с ними. С одной стороны, это хорошо. Жить стало проще, жить стало тише, главные организаторы хаоса были при деле, развлекая иноземок.

Сами девушки, хоть и проявляли беспокойство по Аиду, но домой не сказать чтобы спешили. Наоборот, им было очень интересно изучать мир, из которого пришел Аид. Им было интересно все. И технические достижения и магические, а пикси охотно девочкам рассказывали. Ная и Мая вообще отнеслись к иноземцам по родственному, хоть и подкалывая, но принимая к общему столу. Ну да, раз папа их принял, значит они свои.

— Ааааа! — пронеслось тело за окном.

Вздохнув, волшебник вернулся к бумагам. Надо возвращаться к работе, проблемы школы никто за него не решит. Ведь одной из главных проблем были и остаются различные секты. Мастер Силиш, посланник одного святого ордена, преподающий в школе святую силу… ну как, пытающийся преподавать. Его уроки, мягко говоря, спросом не пользуются, но это не мешает учителю исправно сливать информацию о делах школы за границу.

С тех пор как исчез Аид, они вообще в значительной мере оживились, а политические отношения с другими школами наоборот обострились. Благодаря Аиду, Хогвартс выбил себе первое место на мировой арене. Конструирование — преподнесло всем очень дурную шутку, ведь против учеников Хогвартса невозможно было выработать определенную тактику. Каждый ученик разрабатывал собственные заклинания, собственные артефакты и опирался на одному ему ведомую тактику ведения дуэлей. При этом у учеников были курсы, которые так и назывались: «работа в команде». Это позволяло собирать небольшие кучки ребят в команды для большей эффективности. И эти самые команды раз за разом брали на международных турнирах первые места.

Признаваясь самому себе, Гарри опасался войны. Ведь единственное, что удерживало сектантов в железной узде — сфера смерти на жиле дракона. Но Гарри Поттер не Аид, он не настолько безумен, как его учитель.

— Чтоб вас всех тьма поглотила, — пробормотал директор Хогвартса, перебирая пальцами по столу.

Однако, ход его мыслей был прерван весьма неожиданным образом. Имея в сестрах Пикси, Гарри Поттер был готов ко многому, но не к тому, что случилось в следующее мгновение. За считанные секунды температура в комнате опустилась до минусовой, а кружка с горячим чаем, стоявшая по правую руку, покрылась льдом. Возле одного из шкафов, в тенях, открылся черный провал, из которого вывалился самый настоящий Черный Страж.

Вскочив с кресла, Директор Хогвартса тут же подскочил к одному из Стражей своего учителя. Тот был измотан и пытался что-то прохрипеть, но не мог. Вместо этого, он протянул сжатую в кулак руку и раскрыл её перед волшебником, показывая содержимое. И то, что увидел Гарри, заставило его потерять дар речи. Страж держал кольцо Последнего Шанса, созданное Аидом на самый крайний случай, способное выдержать нахождение внутри небольшой звезды. Временное. Кратковременное. Но все же… звезды!

Взяв кольцо с ладони Чёрного Стража, Гарри прикрыл глаза, направил в него ману и понял — кольцо пустое. Внимательно осмотрев его, он увидел несколько царапин на матовой поверхности зачарованного металла.

— Тики!

— Да, господин, — тут же материализовалась домовичка.

— Немедленно собирай всех в моем доме, в зале совещаний.

— Всех? Даже…

— Всех, Тики, ЖИВО!!! — гаркнул на домовика волшебник. Тики тут же исчезла, а маг попытался привести в чувство измученного Чёрного Стража.

Буквально в течении десяти минут в Поттер Мэноре в зале для совещаний собрался весь круг приближенных лорда Поттера. За прямоугольным столом с родовым гербом собрались: Альбус Дамблдор, его брат Абефорт и сестра Ариана, Том Поттер Редлл, Лорд Малис со своим неизменным кровожадным помощником Хороу, Лорд Рагнар — сын Лорда Карнара и новый вожак оборотней Англии, Сивилла, находящаяся в положении Дафна Гринграсс. Так же, присутствовали Лили и Джеймс Поттер. Сам Гарри занимал кресло во главе стола, а подле него стояла неизменная помощница Тики. А вот пикси нигде не было видно, что было уж очень подозрительно.

Единственными, кто за столом были новенькими, это Ариана и Лейла, ранее не участвовавшие в подобных заседаниях совета клана Поттер.

— Так, всем успокоиться! — хлопнув ладонью по столу, поднялся Поттер, и суровым взглядом обвел всех собравшихся. — Да, учитель пропал. То, что кольцо у нас — ничего не значит. Лейла, сообщите остальным то же, что сказали мне.

— Господин Аид жив, — объявила суккуба. — Я — его фамильяр. У демонов особая система построения связей. Моя жизнь — привязана к нему. И если бы господин Аид умер, я бы почувствовала это, а раз этого не случилось, значит он жив.

По залу пошли шепотки, но хлопок ладонью по столу их оборвал.

— Тихо! Прах, один из личных стражей Аида, один из пяти командиров Черных Стражей. Он принес кольцо учителя, и сейчас он расскажет нам что знает, а уже после мы начнем думать, что делать. Прах!

На оклик из мира теней вышел более-менее оклемавшийся Черный Страж.

— Рассказывай.

— Мы проснулись с разрушением печати, — начал холодным шепотом демон мира теней. — Вокруг царил мрак и безвременье, мы были на границе между мирами. Тела хозяина уже не было. Мы начали искать его, но нашли лишь пустое кольцо. После этого, я оставил сородичей и последовал домой.

— Это все?

— Да.

— Хорошо. Ступай.

Демон поклонился и, сделав пару шагов назад, растворился в тенях на стене.

— Сивилла.

— Да?

— Ты говорила, что видела пророчество. В нем был Аид, живой и невредимый. Скажи еще раз, что конкретно ты видела?

— Освобожденный мечом вашего отца, вернет свое имя и спасет в час отчаяния.

— И как это понимать? — спросил Аберфорт.

— Как обычно, — ответил Том. — Доживем — увидим.

— У кого есть какие идеи, чтобы найти Аида?

— Предлагаю начать с вопроса — как именно его можно найти, — высказался Альбус.

— Кстати, да, вы ведь уже пытались его отыскать, но безуспешно, — поддакнул Аберфорт.

— Если не получилось один раз, значит надо попробовать еще раз! — припечатал Том. — Рано или поздно выйдет. Тем более теперь, когда у него вероятней всего нет тела, вряд ли работает магия сокрытия. Не на душу же он её себе ставил!

— Зная учителя… — покачал головой Гарри.

— А с чего ты решил, что у него нет тела?

— Потому что кольцо само по себе! А это значит… ему могли и руку отрубить.

— Ага. А потом сняли кольцо и в междумирье выбросили. Отрубили бы руку, так она бы с кольцом летела.

— Предлагаю провести ритуал поиска! Прямо сейчас. Составим круг и…

— Это будет пустой тратой времени и сил, — не согласился Малис.

— И что же ты предлагаешь?

— Давайте для начала воспользуемся простейшим поисковым амулетом. Не та обстановка, чтобы в круге силы тратить. Да и наверняка засекут такую мощную магию.

— Он прав, врагов у нас хватает.

— Сомневаюсь я, что поисковый амулет пробьется, — вздохнула Ариана Дамлдор.

— Как раз не факт. У него узкий диапазон. Это да. Зато сигнал в нем мощный. Только вещи вряд ли подойдут, если Том прав и он остался без тела.

— Я могу в качестве якоря поработать, — предложила Лейла. — У нас же связь на духовном плане.

— Давайте попробуем.

— Вообще-то это опасно! — подметил Том. — По себе знаю.

Предложения и спор, постепенно начали перерастать в галдёж.

— Хозяин, — подергав за рукав, окликнула Гарри Тики.

— Что такое?

В ответ, домовик кивнул в сторону. В дальнем уголке зала, расположившись прямо на полу, находились потерянные пикси. Глядя на них, сложилась сюрреалистическая картина, когда вокруг самых шебутных созданий появился островок спокойствия. Пока все в зале спорили, решая что делать, пара крохотных созданий словно бы не замечая шума, усердно что-то тихонько рисовали.

— Ная, Мая, что вы делаете? — спросил Гарри, подойдя к малышкам.

— Портал строим, — отозвалась Ная не отвлекаясь и дорисовывая пером на бумажке завитушку. Мая в это самое время задумчиво потирая подбородок, смотрела на схему сверху вниз.

— Портал?

— Ага.

— А куда?

— К папе.

— А вы знаете, где папа?

— Теперь — знаем.

— И где же он?

— В другом мире.

— Понятно. А вы знаете, в каком?

— Знаем.

— И сам мир знаете?

— Не-а.

— Не знаем, — качнула головкой Мая, и указала пальчиком сестре на элемент чертежа. Та тут же стерла несколько палочек и нарисовала их под другим углом.

— Но портал построить можете, — заключил Гарри.

— Ага.

— Можем.

— А раньше не могли?

— Не-а, — при этом Ная неуверенно нарисовала цифру пятьдесят. Но подумав, тут же дорисовала еще нолик, а Мая согласно кивнула.

— И как же вы это решили сделать?

— Прах пришел тропою теней. Его братья остались искать папу. А он их чувствует. Мы можем перейти на мир теней, а оттуда в провал между мирами. А там, Прах может отвести нас туда, где остались остальные.

— И возможно, там мы сможем найти отца.

— Или понять, куда идти дальше.

— Да. Но для этого нам нужно очень много энергии.

— А единственный источник, который может дать сразу и много необходимой уже отфильтрованной энергии, это сфера Смерти.

— Но она на жиле дракона! — возмутился Гарри.

— Достойной альтернативы нет, надо действовать сейчас. Прах и так потратил слишком много времени, добираясь домой, нельзя медлить, — строго сказала Ная.

— Я понял. Вы собираетесь использовать его в качестве наведения, а Сферу смерти для зарядки огромной рогатки для преодоления всего того расстояния, которое самостоятельно преодолел Прах.

— Именно!

— Ну… кажется… как-то так, — неуверенно протянула Мая, дорисовав чертеж устройства.

— А если не получится? — уточнил Гарри. Но посмотрев на пикси, сам же ответил. — Нет, не отвечайте. Не хочу знать.

— Хи-хи-хи-хи…

Глава 15

«Одно кольцо чтобы править всеми,

Одно кольцо чтобы найти их,

Одно кольцо чтобы привести их всех,

И заключить во тьме.»

Кто бы мог подумать, что слова, записанные на кольце, воплотятся в жизнь столь экстравагантным образом? Наверное никто, даже сама создательница кольца. А все потому, что Средиземье менялось. Невидимый механизм, сокрытый под хаосом от посторонних глаз, пришел в движение. Пелена мрака вновь начала сгущаться над Средиземьем, выползли из самых дальних щелей орки и гоблины, почувствовали волю бандиты начали сколачивать собственные союзы, а тем временем на востоке зарождалась новая сила.

Следуя приказам узника Единого Кольца, орки начали создание нового оплота. И днем и ночью они расширяли подземелья Барад-Дура, готовили место для будущей армии Мордора. Десятки тонн земли поднимались наверх, пробивались специальные каналы для лавы, выстраивались укрепления. День и ночь в этих подземельях гремели удары молота по металлу, шумели телеги, а свод содрогался от нескончаемых ударов кирки по камню.

Не редко в подземелья спускался сам наместник Барад-Дура. Железной рукой он показательно карал провинившихся, давал новые распоряжения, следил за их выполнением. И хоть он не стал призраком как Назгул, его голоса боялись не меньше. Спокойного. Грубого. Надменного. Простые орки старались избегать его, ведь в последнее время Глашатай особенно зверствовал, и мог отрубить голову просто за то, что орк не успел поклонится. Конечно, это касалось далеко не всех орков, например Надзиратели могли рассчитывать на его снисхождение, как и гвардия Барад-Дура. Другим так не везло.

В другой же части крепости, орки сооружали особые залы, в которых могли поместиться даже драконы. Огромные по площади, с высокими потолками, и массивными колоннами. А рядом, поближе к поверхности, возводилось кое-что еще. Никто не знал что именно, но тоненький обелиск, который выглядывал из под земли и на котором чернокнижники старательно выбивали неведомые рунические символы, говорил сам за себя.

Помимо этого, используя одно из семи колец, дух, заточенный в кольце Всевластия, при поддержке Тёмной Госпожи, тайно призвал гномов. Торин Дубощит, будучи обязанный стороннику, да под воздействием кольца гномов, не мог отказать в достаточно дорогой просьбе. А именно — выковать по чертежам оружие, броню, и особые отдельные металлические элементы, которые должны были остаться литыми.

Так, кузни гномов начали свою работу для новой Армии Мордора. Гномы даже не подозревали, кому именно они куют оружие и броню, ведь размеры не имели обычных стандартов. Для орков такая броня будет мало того что велика, так еще и слишком приличной. Никто просто не станет тратится на эту кучу мяса. Эльфы? Да, стиль похож, но телосложение эльфов отличается от человеческого, поэтому тоже нет. Вероятнее всего люди. Очень высокие, достаточно широкоплечие люди. По крайней мере так думали гномы, но все было не так.

В самом Мордоре, снаги начали выращивать новую породу орков — Огар-хай. Эти орки менее всего напоминали своих предшественников. На сей раз, новые орки более всего напоминали собой людей. Смуглые, широкоплечие, двухметровые, с выпирающими из под нижней губы клыками, с прямыми спинами и крутым, даже несколько агрессивным, пусть и в меньшей степени чем у со родичей, нравом.

Огар-Хай, должны были стать той силой, которая обрушится на Средиземье и объявит войну. Если того потребуют обстоятельства, они прикуют к себе внимание и сметут все на своем пути. Если договориться не получится, если народы восстанут, Огар-хай станут той силой, которая вынудит уставшие от междоусобиц народы пойти на уступки и примкнуть к Мордору. Или сгореть в огне вместе со старым миром, который и так объят пожаром.

Помимо них, в Мордоре формировалась еще одна сила. В темных подземельях Барад-Дура, вблизи к источникам лавы, что текла из роковой Горы, рядами стояли коконы, в которых зрела особая порода эльфов. Они не были темными, или светлыми. Они просто были другими. Особыми. Сила огня, что текла в подземных пещерах, насыщала оболочки и предопределяла их природу. Для большего эффекта требовалось пламя дракона, а за ними еще только предстояло отправится в поход, но и то что было, уже казалось достаточным.

Между тем, люди медленно начали отходить от охватившей их золотой лихорадки и пытаться восстановить собственные земли, на которых своевольничали орки. Однако, общая разобщенность народов, доходившая до откровенной вражды, делала свое дело усугубляя и без того плачевное положение. А ведь все становилось лишь хуже.

На фоне этого, очень бурную деятельность развели эльфы вкупе с Гендальфом. Потеряв силу трех великих колец, эльфы срочно начали искать им замену и даже оставили небольшие собственные междоусобицы в покое. Гендальф же, лишившись силы кольца Нарья, заподозрил неладные дела, творившиеся в Мордоре. Хаос в Средиземье, подозрительное поведение гномов, предательство Сарумана, а теперь еще и кольца власти… все это было на руку лишь одной. Значит ли это, что старый враг вернулся и обрел силу? Если учесть, что её орки распространились на все Средиземье — вполне может быть. А значит, надо бить тревогу, но вот как? Над этим и бился волшебник. Ведь никто не то что не будет слушать, скоро слушать будет вовсе некому.

Аид

«Майрона, а ты уверена?» — не унимался я, глядя на то, как Майрона собирается в поездку. Обретя тело, эта особа в основном курсировала между тремя объектами — кухней, спальней и лабораторией, изредка спускаясь на нижние ярусы и вставляя начальственный втык. Причем сразу, сходу, без разбора. И как показала практика, это давало эффект, орки боялись её пуще огня. Зато понятно, в сколь крепких ежовых рукавицах она держала Мордор.

Сейчас же, мы собирались отправится к Эребору. Несколько более-менее приличных орков из свиты Глашатая помогали ей собираться, сам Глашатай стоял в сторонке и не отсвечивал, а в проходе статуями застыла пара Назгулов.

«Ну и что тебе не нравится на сей раз?» — с возмущением спросила Майрона.

Материализовавшись между ней и Глашатаем, с недовольством отвечаю:

— Мы ведь уже говорили насчет Назгулов. Ну вот зачем ты тащишь их вместе собой в Эребор? — повысил я голос, указав рукой на парочку в проходе. Бедные призраки смотрели на это и просто не знали что делать. Ввиду того, что я как второй житель кольца так же обладаю над ними властью, кольценосцы разрывались между двух противоречащих приказов.

— Они — моя свита, элита. С кем мне еще идти в путь, если не с ними? К тому же, нам по пути — твой Голлум с твоих же слов как раз в районе одинокой горы. Так что готовьтесь выступать, — последнее она бросила уже назгулам.

— Стоять! — одергиваю кольценосцев. — Майрона, то, что они элита, это хорошо. Но если на то пошло, возьми с собой Глашатая и черных нуменорцев, а не этих мрачных ребят!

— Глашатай — наместник Барад-Дура, в мое отсутствие именно он распоряжается здесь всем, а потому, он не может покинуть крепости.

— Ну не его, так другого кого, но не назгулов!

— Чем тебе не нравятся назгулы? Идеальные воины! Вы еще здесь?

— Стоять, говорю! — одергиваю уже развернувшихся в пол оборота призраков. — Майрона, они — идеальная приманка. Я не сомневаюсь в их силе и навыках, но они привлекают слишком много внимания. Аура ужаса идет следом за ними, а там рядом леса эльфов. Если эти ушастые увидят их в нашей компании, могут появится вопросы. А так, мало ли какие люди решили посетить Эребор, может от тех же назгулов убегали и спрятались в подгорной крепости!

— Ты преувеличиваешь.

— Да ну?

Это же время. Назгулы

Пара призраков стояла в проходе и наблюдала за спором двух хозяев.

— У меня такое ощущение, что они уже тысячу лет женаты, — тихонько прошептал один призрак другому.

— Будь они женаты, у нас бы не было хозяев, — мрачно ответил Король-Чародей, тоскливо и с толикой зависти окинув наместника Барад-Дура.

Аид

Постояв, и подумав, Майрона посмотрела в сторону назгулов.

— Нет, Аид, я согласна с тобой, они привлекают внимание, но нам ли не все равно?

— Пока — нет. Уверен, найдется умник, который сопоставит факты, кому хаос в Средиземье выгоден и будет копать. И чем меньше накопает, тем лучше.

— А смысл?

— Просто поверь мне. Если нас будут считать злом, пусть думают, что мы зло маленькое и беззубое.

— Мелькор бы уже вел легион в бой, — прокомментировала Майрона.

— Мы с тобой даже вместе взятые не будем такими как он, так что это очень плохая идея. Действуем изощреннее.

— Хорошо. Будь по-твоему.

— Двиммерлайк, собирай своих и выдвигайся после нас с задержкой в сутки. Сделайте вид, что преследуете нас.

Поклонившись, и кажется с облегчением выдохнув, назгул поспешил удалится. И чего это он, в самом-то деле? Пару минут постоять не мог что-ли? Глашатай тем временем даже не думал вмешиваться, как прикидывался частью декора, так и стоит под стеночкой в тенечке, изредка давая подручным оркам наставления. Кстати, я все так и не удосужился поинтересоваться, а как зовут наместника Барад-Дура?

— Хей, — окликиваю нуменорца.

— Да, господин?

— У тебя есть имя?

— Простите?

— Как тебя зовут?

— …

— Я что-то не то спросил? — обращаюсь к Майроне.

— Глашатай со мной уже более трех тысяч лет. Еще во второй эпохе, он занял должность наместника Барад-Дура.

— Не хило для человека.

— Я уже давно не человек, — качнул головой Глашатай. — Я живу, чтобы нести волю моей госпожи, иной причины для жизни у меня нет. И я уже не помню, ни кем я был, ни даже собственного имени.

— Какие-то пессимисты у тебя в слугах, Майрона, — негодую, повернувшись к коллеге. Сама Майрона одевалась в свою броню. И нет, это был не бронелифчик. Это был нормальный полноценный закрытый доспех из зачарованной черной стали. Только вместо шлема, шипастая корона. Офигенная стелс-маскировка, вот что я скажу, но одеваться во что-то другое действительно нецелесообразно. Комплект очень весомые плюшки давал, проще сверху плащ накинуть и в капюшон закутаться.

А кроме того, признаюсь, даже по моим завышенным меркам, Майрона в таком виде цепляла взгляд, и чего греха таить, смогла растопить даже мои охладевшие чувства. Нет, ну серьезно. Сообразительная, сильная, в кармане целое государство, характер достаточно терпимый, так еще и внешность на все сто десять! А ведь она еще может менять эту самую внешность без особого напряга. Жалко, очень жалко, что эта девушка занята, а то бы приударил, но уводить чужую невесту — последнее дело. Особенно, если это невеста темного бога.

— Что? — спросила Майрона, когда заметила что и я, и Глашатай на неё засмотрелись.

— Кхе-кхе, — прокашлялся нуменорец, а я тут же переключил свое внимание на него.

— Так, значит, говоришь, имя ты не помнишь? — сменив тон с делового на придурковатый, спрашиваю получеловека.

— Именно так, господин.

— Это плохо. Нельзя носить только титул. Особенно тебе. Надо еще и именем обладать!

— Быть её голосом для меня достаточно.

— А для меня — нет.

Интересно, а когда я доведу прислугу Майроны до белого каления? Судя по всему, достаточно быстро.

— Выбирай, либо ты сейчас вспомнишь имя, либо я сам тебя нареку.

— Но я не помню…

— Тогда будешь — Барнаби Мармадюк Алоизий Бенджи Кобвеб Эгберт Чипо…

— Вспомнил! Я вспомнил.

— О! Это же замечательно. И?

— Талион.

— А ты умеешь стимулировать память, — заметила Майрона. И хоть на её лице ни дрогнул и мускул, но глаза смеялись. Да и эмоции, что царили внутри, выдавали хозяйку.

— Могу, умею, практикую. Кстати, я тут вспомнил, — бедный нуменорец, он от меня аж вздрогнул. — Расслабься. Майрона, а у вас по Мордору, когда еще Черные Врата принадлежали Гондору, не бегал такой человек с именем «Талион» в компании Келебримбора?

От моего, казалось бы невинного вопроса, темная госпожа замерла. Вопросительно выгнув бровь, она холодно уточнила:

— Нет, такого не было. А откуда ты знаешь Келебримбора? — ух, какая женщина! Ничего не сделала, а уже прислугу в пот бросает, да и меня, признаюсь, проняло. Видимо у нее есть особые счеты к этому эльфу.

— Слышал всякое, вот и подумал. Видимо — ошибся. А ты чего так напряглась?

— С чего вдруг?

— Да лааадно тебе, уж я то тебя насквозь вижу.

— Молчал бы лучше.

— Ну а все же?

— Да так… не обращай внимания. Плохие воспоминания. Доволен?

— Ага. Понимаю, — киваю. При этом орк — помощник застегнул на её ножке застежку, после чего получил латной перчаткой по кумполу за то, что неправильно застегнул. Пара других подручных тут же подхватили ло… неудачника под руки и потащили к выходу.

Проследив за тем, как орка вынесут, поворачиваюсь к нуменорцу.

— Талион, а у Ангмарского Короля-чародея тоже нет имени, верно?

— Абсолютно так, господин.

— Плохо. Что-же вы все безымянные ходите. Надо, надо это дело решать.

— Я передам ему ваши слова, господин, — поклонился Талион.

— Не стоит, как пересечемся так и напомню.

— Ммм, если это все, я могу идти?

— Майрона? — переадресовываю вопрос.

— Ступай. Ты знаешь, что делать в мое отсутствие.

— Да, госпожа.

Поклонившись, Талион тут же ретировался, не забыв прикрыть за собой дверь, оставив нас с Темной Госпожой наедине.

— Какие у тебя слуги слабонервные.

— Скорее ты слишком сильно эти нервы треплешь. Сдались тебе эти имена?

— Мне скучно. Знаешь как мне было скучно в кольце? Когда банально не мог ни с кем поговорить. А теперь, я мало того что болтать могу, так эти ребята меня еще и видеть могут среди всех прочих!

— И пусть страдают? — улыбнулась Майрона.

— Ну почему сразу «страдают»? Пускай составляют компанию и помогают удовлетворить потребность в общении.

— Я так и поняла. Кажется, в прошлый раз, после общения с тобой один из Назгулов вырезал пару десятков орков, попавших ему под горячую руку.

— Бывает.

— А в позапрошлый я сутки не могла найти Глашатая, так как он начал тебя избегать. А с тобой и меня.

— Но не убежал ведь!

— Про то, что ты предложил Ангмарцу сыграть орками в шахматы, я вообще молчу.

— Я не виноват, что у тебя настольной игры нет!

— А как же твое предложение открыть в Мордоре трактир?

— Ну есть у меня старые хотелки, — развожу руками. — У всех свои мечты.

— Ты точно не от нашего мира, — покачала она головой. Тут к нам вернулась все та же парочка орков, начавшая спешно исправлять косяк своего собрата.

— Эй вы! — окликаю пару орков, но без толку.

— Они тебя не слышат, — качнула головой Марона, а мне только и оставалось, что горестно вздохнуть.

— Да знаю, но а вдруг? Тяжело быть духом…

— Понимаю, — кивнула она.

— Даже не представляю, как ты будучи без тела смогла навести здесь такой порядок.

— Не могу жить в беспорядке.

— Сказала та, кто помогает мне погрузить Средиземье в Хаос.

— Лишь затем, чтобы выстроить новый порядок.

— По заветам Эру? — усмехаюсь.

— В бездну Эру. В бездну всех. Этот край будет нашим и жить и править им будем мы с Мелькором. Мне надоело смотреть, как эльфы, люди и гномы раз за разом учиняют беспорядки. Мне надоело смотреть, как великие народы постоянно возятся в грязи. Покуда будут разные правители, покуда не будет той силы, что объединит всех под одним знаменем, порядок никогда не наступит. Раздражает.

— Ага, орки идеальный пример дисциплины, — хихикнул я в кулак.

— Ты к чему?

— Ты понимаешь, что даже завоюй Средиземье, то Орки не дали бы тебе построить что-то величественное. Их натура не предрасполагает к созиданию.

— Я знаю.

— Так как тогда…

— Но кроме орков, есть другие народы. Харадримы, Истрелниги, Черные нуменорцы, Вариаги… к ним примкнут другие народы. И тогда…

— Нужда в орках отпадет, — договорил я, после того как Майрона замолчала, не желая говорить эти слова при прислужниках. — Ты хотела пустить их на мясо под удар, сократить и их ряды и врагов, а затем добить подконтрольными тебе людьми.

— Именно.

Закончив снаряжаться, Майрона выгнала слуг и повесила на пояс булаву. Причем тоже не простую, артефакт в руках хозяина становился заметно легче, а вот сила ударов наоборот была тяжелее чем может показаться.

— Мне не нужна сила, которую я не смогу контролировать. А я не смогу. Если оркам дать время, они размножатся и, не имея над головой меча, восстанут против тебя самого. Они — народ созданный для войны и живут только чтобы умереть. Таковыми их сделал Мелькор, такова их натура.

— Но это ты о снагах.

— Уруки не лучше.

— А урук-хай?

— Над ними можно подумать, — покинув покои, мы пошли по коридору к центральной лестнице. — Твоя порода менее всего располагает к разрушению. Да, они будут агрессивными, но агрессия и желание уничтожать все к чему прикоснешься — разные вещи. Можно быть вспыльчивым, но разумным… — на этих словах, мы встали посреди коридора и посмотрели в темный закуток. Спустив штаны, никого не стесняясь, гадил самый обыкновенный снаг.

— А можно быть таким, — закончил я за Майрону и меланхолично проследил за вылетевшим в окно идиотом. — Я удивлен, миледи.

— Чем?

— Как ты их до сих пор сама не перебила?

— Сама не знаю, — вздохнула Майрона и повернувшись, прокричала: — Стража!

На окрик тут же прибежала четверка патрульных уруков. Первый сразу же отправился следом за идиотом, второй, трясясь от страха, постарался прикинутся столбом, третий рухнул на пол, и лишь четвертый, будучи командиром отряда, вышел вперед.

— Что здесь делал снаг?

— Они носят материалы для ремонта восточного крыла, госпожа, — на одном дыхании отчитался воин.

— Убрать, — кивнула она на… к-хм, продукт жизнедеятельности. — Увижу еще раз, всех на корм отправлю. И вас. И их.

— Есть!

Надо же, какая у Майроны выдержка. Не рычит, не кричит, говорит спокойно, только вот все тем же ледяным тоном. Уууу, ледяная королева. Вот только я-то знаю, как злится она внутри. И если нам сейчас попадется Талион, то нуменорцу за такие косяки я не позавидую.

Спустившись вниз, мы еще пару раз пристукнули орков за хулиганство. За смерть сородичей никто не переживал, каждый боялся оказаться на их месте, а потому дисциплина моментально вернулась в норму. В самом низу же, нас ждал отряд в десять черных нуменорцев. Все в черных плащах и такой же протянули нам. А вот Талиона нигде не было видно, видимо свалил жук. Чувствует угрозу, хе-хе-хе.

— Госпожа, — поклонился командир отряда, остальные последовали его примеру.

— Спроси его, как зовут, — сходу бурчу под руку, стараясь отвлечь Майрону от дурных мыслей о линчевании.

— Зачем? — даже не заметив воина, Темная Госпожа прошла к своему коню.

— Простите? — не понял воин.

— Я не тебе, — отмахнулась она рукой.

— Майрона, ну спроси. Пожалуйста! — все не унимаюсь. Вздохнув, она поворачивается к воину.

— У тебя есть имя?

— Да, госпожа. Этилион, сын Аанира.

«Доволен?» — мысленно бросили уже мне.

— Какая ты холодная. Прикольные ведь ребята, все под иголочку вырядились, тебя сопровождают, а ты на них даже внимания не обратила.

«Не заслужили».

— Скорее, не накосячили еще.

«Аид, хватит меня раздражать».

— Вообще-то я пытаюсь до тебя достучаться.

«Да ну»?

— Зря ты с ними так. Вот зря.

«И почему?»

— Те, кто идут подле тебя, всегда заслуживают твоего внимания, — тон, с которым я это сказал, был полностью серьезным. Майрона уже поняла, что когда я меняю манеру общения, то мое мнение хотя бы стоит выслушать.

«Ты будешь учить меня, как править моими людьми?»

«Я хочу дать тебе понять, что страхом и силой власть не удержать», — растворившись, ухожу обратно в кольцо.

«Пока, я вижу обратное».

«Майрона. Просто послушай, что я скажу. Преданность не купишь. Ты должна это знать, потому что сама предана Мелькору. И я знаю, что ты ни за что его не предашь. Ни за какие сокровища, или угрозы. Ты сама — пример чистой преданности, продолжая бороться за своего господина и возлюбленного до конца. Но пойми, те люди, что сейчас вокруг тебя, так же преданы и тебе. Они не только умрут, сражаясь за тебя, они будут жить во имя тебя, а это намного дороже. И если ты хочешь быть достойным правителем, тебе придется меняться и забыть, что вокруг тебя есть не только безмозглые орки с атрофированным чувством самосохранения, но и эти благородные воины».

На этом я замолчал, оставив Майрону в размышлениях. Мы покинули Барад-Дур, отправившись к Изенмоуту. Проскакав по дорогам выжженой пустыни между рядов полчищ орков, мы оказались на внутреннем рубеже обороны Мордора. А затем, были Черные Врата. Признаюсь, второй раз мимо них проезжаю, а все-равно восхищаюсь. Пробить такое, даже Энтам будет проблематично.

Выехав из Мордора, наш путь лег на север, к одинокой горе, которую видно даже из Мордора. По ходу дела, я продолжал аккуратно приседать на уши, что иногда надо снисходить до приличного народа в массы, одаривая тот своим вниманием.

К моему удивлению, труды не прошли даром, и на первом же привале, Майрона решила поговорить с людьми. Наверное, она даже себе не признается, как редко снисходит со своей высоченной вершины до простых обывателей. А ведь казалось бы, хороший же управленец. Управляла целым Ангбадом, а там такая твердыня была, что Кхазад-Дум нервно курит в сторонке. Да и здесь неплохо оборону организовала.

Но, видимо из-за того, что в слугах в основном были орки, Майрона попросту привыкла относится к сторонникам как к… ну в общем, понятно к чему. Максимум на что она способна, это проигнорировать, дабы не искалечить и без того покалеченное тело. Соответственно, ни о каком общении с народом не может идти и речи — тебе прямо говорят что делать и ты пистофаешь делать!

Но сейчас, вокруг нее очень много людей. Верных людей, разум которых не затуманен магией. Черные нуменорцы идут за ней хотя бы потому, что их родную хату утопили. А затем еще и обидели. Дважды. Так что к этим ребятам вопросов нет. С Людьми Юга и Востока все еще проще, они тупо хорошо живут под её властью. Ни войн, ни врагов, всех в округе либо вывели либо присоединили, а бандиты боятся туда даже нос сунуть, как и орки. Так что эти ребята тоже вполне обоснованно на её стороне.

Однако, как я сказал ранее, Майроне надо понять, что она не сможет достойно править, пока не спустится до народа и не начнет хотя бы его слышать. Об этом я ей и твердил словно заведенная шарманка.

«Не вижу проблем», — возразила Майрона.

«Н-дэ?»

«По крайней мере никто не жаловался».

«Охрененный аргумент, об стенку убиться можно», — покинув кольцо, принимаю облик духа и, встав рядом с Майроной, смотрю на вытянувшихся людей. — Пожалуешься тут, ага, аж два раза! Да они тебя до ус… кх-м, до смерти боятся.

«Ты преувеличиваешь».

Если бы — мелькнула мысль, а сам смотрю на людей. Любое слово госпожи эти воспринимали как приказ и старались ответить четко и быстро. Правда, парни затупили после первого же вопроса, но я их понимаю. Майрона мало того, что в свойственной ей манере задала вопрос в приказном тоне, так еще сама формулировка звучала примерно так: «Все ли вас устраивает в моей компании?» И вот попробуй тут ответить, что что-то не устраивает, хотел бы я посмотреть на этого самоубийцу. Понимали это и люди, потому пусть и растерявшись и не стройно, но все таки дали отрицательный ответ.

«Ну вот, видишь? Их все устраивает».

— Ага. Я вижу, — бурчу под нос. А ведь она иногда и про меня забывает, что я не её подчиненный а коллега, и вспоминает лишь тогда, когда я без зазрения совести или норм приличия выставляю средний палец. Самое забавное, что никто из нас друг на друга не обижается. Я понимаю, что это её рабочие заскоки, она, чувствуя мои эмоции понимает, что я не всерьез. А так как нас в такие моменты никто не видит, следовательно и репутация не страдает в глазах подчиненных. Так и живем.

«Ну и о чем мне их еще спросить?»

— Блин, скажи чтобы расслабились, у меня такое ощущение, что их сейчас инфаркт хватит.

— Этилион, скажи своим чтобы расслабились, а то на них смотреть неприятно.

Хлоп! — соприкоснулась моя рука с лицом.

«Что не так на этот раз?» — возмутилась она, гневно глянув в мою сторону. Правда, так как я стоял между ей и одним из солдат, тот принял это на свой счет и… ну в общем одно тело все-таки рухнуло на землю.

— …

«Аид?»

— Я, отказываюсь это комментировать.

Зря, вот зря я не обращал внимание на то, как часто она убивала орков. Так ненароком можно и человека зашибить, забыв, что он, в общем-то, сильно умнее орка. Интересно, а Талион с Королем-Чародеем такие же? Если да, то все намного хуже чем я думал.

— Так. Майрона, начнем с того, что хватит отдавать приказы. Ты людей сейчас в гроб уложишь.

«Смерть — не спасет от моего гнева».

— Ммм, я и забыл, что ты еще и в некромантию можешь.

«И причем тут некромантия?»

— Ни при чём, забей, проехали. Короче, постарайся быть проще. Говори чуть-чуть эмоциональней, но не приказывая. Например, спроси у людей, есть ли у них близкие?

— У кого из вас есть семьи?

Ммм, еще минус два. Видимо зря я про близких предложил спросить…

«И что не так на этот раз?»

— Репутация у тебя убойная, вот что, — ворчу, хмуро осмотрев оставшихся. Повезло часовым. Думаю, дозор сегодня точно меняться не будет, часовые не придут будить своих товарищей.

«Аид, по моему ты мне даешь какие-то неправильные советы».

Это ты неправильно их воспринимаешь, — думаю про себя, а вслух говорю:

— Так, хорошо. Давай начнем сначала. Предложи людям сесть вокруг костра.

— Все сели к костру.

Нет, эту ночь я точно запомню надолго. Скорей бы уже Эребор.

Глава 16

Эребор. Великая твердыня гномов. Вторая после Мории, и первая по количеству хранимого золота вообще в Средиземье. К ней лежал наш путь. Миновав Озерный город, я был сильно удивлен, когда обнаружил толпу людей в Дейле. Как оказалось, в мое отсутствие сюда пришли несколько караванов с юго-запада и пользуясь тем, что здесь более-менее спокойно и есть где укрыться, решили возродить город.

Уж не знаю, в чью голову пришла эта гениальная мысль, но я бы мог её оспорить. Во-первых, в Эреборе живы-здоровы по меньшей мере два дракона, что должно заставлять задуматься. Во-вторых, не так давно в этих краях гремела война, горел лес, а Лесные эльфы… Сожженого Леса, и вовсе лютуют и косо смотрят на любого кто проходит вблизи их владений. Так что насколько этот край «тихий», еще большой вопрос.

Остановившись перед Дейлом, Майрона при моей помощи начала создавать грозовые тучи. Для меня это было в новинку, так как я в принципе особо погодой не управлял. Не доводилось. А тут получилось воочию посмотреть, как это делает профессионал.

Сначала Майрона поднялась на большой валун и, повернувшись к небу, начала петь. Я сначала не понял шутки юмора, а потому работал батарейкой, подливая в «общий котел» собственный резерв. Поначалу её голос был тих, и подобно легкому дуновению ветра расходился по всему краю. Затем, он усилился, появилось некое эхо, идущее следом за каждым выданным ею звуком. Примечательно, что Майрона пела не слова. Вернее это были слова, только я не мог понять их смысл, несмотря на особенность кольца — распознавание любых языков. Согласных звуков в этих словах не было в принципе, только гласные. И нет, это не было похоже на оперу, вот вообще ни разу.

А затем к голосу подключились руки. Плавными жестами она рисовала в воздухе узор в такт словам, а параллельно на небе постепенно начала меняться погода. Посмотрев на сие дело в магическом спектре, я обомлел. Своим голосом Майрона формировала перед собой достаточно сложную печать, при этом помогая себе руками. Таких фокусов в мире волшебных палочек я еще не видел, а потому смотрел во все глаза, только что не фотографировал.

Когда Майрона закончила, грянул настоящий ливень. Сделали же мы это для того, чтобы помочь идущим за нами по пятам Назгулам найти мой клинок. Солнечный свет хорошенько так урезал зону их видимости, поэтому Майрона решила таким образом помочь своим слугам.

«А не хило приспустило», — подмечаю льющийся с неба столб воды.

«Мелькор мог и лучше», — накинув капюшон, Майрона развернулась к ожидающим нас у коней людям.

«Потоп, что ли, устроить?»

«Нет. Он мог сделать так, чтобы мрак так покрыл землю, что днем будет темно как ночью».

«Ясно. И долго будет так поливать?»

«Побочный эффект заклинания. Полчасика в таком духе, а потом станет стихать до обычного дождя», — и уже обращаясь к людям: — Выступаем!

Вернувшись в седла коней и подкрепив их магией, мы отправились к Одинокой горе. Примечательно, что в пути люди пили какой-то напиток, я сам не понял что именно. Варилась эта бурда по заветам алхимиков, с разными травами и, как не странно, мясом, получая на выходе подобие супа. Именно что подобие, потому что мясо в итоге изымалось, а жидкость разливалась по флягам. Такая штука невероятно долго хранилась, а по словам Майроны, при употреблении придавала бодрости, снимала усталость и восполняла силы не хуже полноценного обеда. Нечто попроще пили уруки на длительных перебросках, а травяным аналогом обладали эльфы.

Так что благодаря этой настойке двигались мы очень быстро, хотя те же Назгулы ехали еще быстрее, им в принципе перерывы были не нужны. Так, уже через два дня пути они нас случайно нагнали и пришлось говорить парням ехать сильно медленнее. Это был единственный подобного рода казус, но сам факт говорил лучше любых слов.

Эребор же нас встречал очень интересным образом: топорами и вилами.

«Аид, а ты уверен, что нам здесь рады?» — спросила Майрона, осмотрев ряды арбалетчиков на стене, а также направленные на нас баллисты.

«Ууувееерен, это они всех так встречают. Гномы же! Но давай лучше я буду с ними говорить?»

«Почему?»

Я задумался. Как бы так аккуратнее сказать, чтобы не обидеть маленького бога, что у него очень посредственный уровень красноречия? Нет, серьезно, я не просто так приседал на Уши Майроне по поводу слуг. За неделю пути говорить с ними она так и не научилась, зато парни хорошо выучили команды: «Сидеть, говорить, молчать». Если бы мог выдать медаль по дрессуре, у Майроны была бы золотая под номером один.

«Ну понимаешь… тут Торин, я его лучше знаю. Еще гномы, народ упрямый и твердолобый, а ты терпением не располагаешь, поэтому, во избежание несчастных случаев, давай лучше я буду говорить от твоего имени?»

«Ну попробуй».

Почувствовав, как тело расслабилось, беру его под контроль. Воу, как шатает-то, ужас. А девушкой кстати, мне быть еще не доводилось, достаточно необычные ощущения, скажу я вам. Когда кое-где что-то отсутствует, а кое-где что-то присутствует. Еще и чувства как-то изменились. И тактильные ощущения совсем другие. Нет, нафиг, это первый и последний раз когда я вселяюсь в женское тело!

— Приветствую жителей подгорного народа!

«Что-то не очень они рады нас видеть», — заметила Майрона.

«Погоди, сейчас разберемся», — а сам тем временем шарюсь по стене в поисках знакомых лиц.

— Кем вы будете, путники? — О! Балин, как же я рад тебя видеть, хотя сам в это не верю.

— Мы — друзья вашего народа, и вашего короля, Балин, сын Фудина!

— Мы знакомы? — удивился гном.

— Нет. Но у нас есть общий знакомый.

Немного поколебавшись, гном скомандовал:

— Открыть ворота!

Мы проехали по небольшому отремонтированному мосту прямо в распахнутые створки. Сразу же нас встречала закованная в стальной намордник морда дракона. Смауг, давненько я тебя уже не видел, даже соскучиться по его угрозам успел. В отличие от тех же гномов, дракон сходу нас узнал, о чем свидетельствовали распахнутые в удивлении глаза. А вот сами гномы встречали нас обнаженным оружием. И чего это они так? Интересно…

Балин

Начальник гномьей стражи Эребора спокойно делал обход внешнего периметра. Ничего не предвещало беды, все было спокойно, если не считать дождя, что идет уже вторые сутки без перерыва.

— Всадники! — раздался окрик. Повернувшись, гном увидел приближающихся к горе черных всадников. Одиннадцать человек в черных плащах спокойно приближались к Одинокой горе. При их виде Балин сразу насторожился. В эти неспокойные времена кого только не носит по дорогам Средиземья, западные караваны регулярно подвергаются нападениям, хорошо хоть дорога на восток более-менее безопасна. Гномы надежно охраняют свои дороги.

Когда всадники приблизились, Двалин рассмотрел, что один из них сильно отличался от остальных. Во-первых он был выше, заметно выше, а во-вторых из общей одежды выбивался стиль брони. Черный закрытый доспех, и выглядывающие из под плаща светлые длинные волосы. Лица путников скрывали плащи, поэтому было не рассмотреть, кто именно к ним приехал.

Общий вид всадников, а особенно их лидера, не говорил ничего хорошего, поэтому Балин незаметно дал остальным сигнал целиться. Более того, неожиданный отряд почему-то напрягал и откровенно пугал гнома, а при взгляде на первого человека в отряде, по спине начинали бежать муражки.

— Приветствую жителей подгорного народа! — достаточно громко поприветствовала гномов лидер отряда. В том, что это была именно она, у Балина не было никаких сомнений. Однако её голос был каким-то странным. Он был приятен и певуч. Люди таким голосом не обладают, а значит к ним пожаловали либо эльфы, либо как минимум полукровки. Но эльфы не носят ни такой брони, ни расцветки, да и породы коней у них совершенно другие, а значит у них перед воротами стоит кто-то совсем непонятный.

— Кем вы будете, путники?

— Мы — друзья вашего народа, и вашего короля, Балин, сын Фудина!

«Странно» — мелькнула мысль у гнома. Он не знал девушку, но тон, с которым она это сказала, ясно давал понять — эта женщина прекрасно знает с кем говорит.

— Мы знакомы?

— Нет. Но у нас есть общий знакомый.

«Общий знакомый?» — повторил про себя Балин. Он пытался вспомнить такого, но на ум приходил только Бильбо. Но вряд ли Хоббит хоть как-то связан с такими темными личностями. Скорее они его схватили. А значит, если хоббит у них, его надо вызволять.

В любом случае, путников стоит хотя бы выслушать. Такие личности никогда не приедут без серьезного повода, а потому Балин дал команду открыть ворота. Пока команда исполнялась, пока подозрительные странники въезжали внутрь, начальник стражи спускался вниз.

К собственному удивлению, Балин отметил, что всадники ничуть не были удивлены драконом, и более того, они его даже не опасались. Сняв капюшоны, гости показали всем, что они люди. Только какие-то особенные. Их движения выдавали в них профессиональных закостенелых воинов. Кроме того, их броня напоминала очертаниями гондорскую, но в ней же имелись существенные отличия, будь то черный цвет и редкие шипы, а на плечах красовался символ Мордора.

Вот тоже, большой вопрос. Что Её слуги забыли в Эреборе? Балин знал, что по воле короля — Торина Дубощита, гномы начали активную торговлю и поставку снаряжения в Мордор. Далеко не многие кланы поддержали это, ведь Мордор всегда был их врагом, а тут такое. Но спорить никто не стал, Торин не давал повода усомнится в его словах. А сейчас, к ним без предупреждения заявляются их посланники.

По крайней мере о «посланниках» Балин думал ровно до тех пор, пока лидер отряда не скинула свой капюшон. Все звуки тут же стихли, а гномы, затаив дыхание, смотрели на ту, КТО их посетила. Сама хозяйка Мордора, великая госпожа Сайрона, враг всех свободных народов Средиземья сейчас стояла перед ними во плоти и как ни в чем не бывало, осматривала крепость. В том, что это была именно она, ни у кого не было никаких сомнений. Высокий рост, выше чем у людей, броня, словно сошедшая со страниц древних книг, и черная зубчатая корона. А еще кольцо. То самое кольцо, которое некогда носил Торин, покрытое теми самыми письменами. Балин никогда его не забудет, ведь именно с ним их король отвоевал Эребор и отстроил гору.

— А у вас здесь уютно, — прервала тишину гостья.

Эти слова привели гномов в чувство. Если она здесь, причем лично, значит на то есть очень серьезная причина. Значит ли это, что Торин решил объединится с Мордором? Может быть. Никто не знал, что именно задумал их король. А возможно, что и не задумывал, просто случилось что-то, что заставило Сайрону приехать без предупреждения. Пройдя мимо стражи, Балин учтиво поклонился.

Кто бы только знал, как тяжело держать гному лицо. Аура, что чувствовалась вблизи этой женщины, просто подавляла, заставляла испытывать липкий страх. Одного её взгляда хватало, чтобы душа уходила в пятки, а дар речи куда-то исчезал. Но взяв себя в руки, и набравшись смелости, Балин произнес:

— Приветствую владычицу Мордора в стенах Эребора. Чем мы обязаны такой чести?

— Я хочу видеть Торина.

— Простите, но я думаю, это крайне бесцеремонно вот так приезжать без предупреждения. И кроме того, о каком нашем общем знакомом вы говорили?

— О моем посланнике, Балин. Ты знаешь о ком я, просто не понимаешь. Именно он помог вашему королю найти и призвать дух Дурина на помощь. И он помогал вам восстанавливать Эребор от драконов, — при этом Сайрона приподняла руку с кольцом.

Картинка моментально сложилась в голове гнома. Вот откуда Торин нашел то кольцо! И теперь понятно, почему отдал его. Видимо в кольце заточен дух, который и был посланником. А когда он выполнил свою задачу, то вернулся к госпоже. И это поясняет, почему Торин заключил договор с Мордором на поставку металлических изделий.

Однако это порождало целый ряд вопросов, на которые не было ответов. Например, армия орков, что напала на Чернолесье. Почему гномов предупреждали о том, что они будут следующими? Потому что не знали? Может быть. Но зачем тогда Торин сжёг эту армию? Возможно ли, что хаос в Средиземье начался из-за того, что произошел раскол в Мордоре? И орки Дол-Гулдура действовали отдельно от Мордора?

— Балин, у меня мало времени. Проведи, пожалуйста, — прервала ход мыслей гнома Сайрона.

Неожиданно сердце гнома начало успокаиваться. Он смотрел в лицо госпожи, что посетила их, и почему-то начинал доверять ей. Почему-то сомнения уходили, уходил и страх, а её голос приносил умиротворение.

— Хорошо, миледи. Прошу за мной, — еще раз поклонившись, он повел гостью за собой. Вопросы, терзавшие его мгновение назад, ушли, оставив после себя цель. Госпожа Сайрона попросила провести их к королю. Попросила с ним аудиенции, и Балину ничего не оставалось кроме как выполнить её просьбу. Почему-то он считал это правильным, даже не задумываясь почему именно.

Пройдя через подземные коридоры, они вышли в тронный зал. Торина уже уведомили о том, кто к нему приехал и уведомили, что они идут к нему, а потому Король-Под-Горой успел подняться из кузни, для того чтобы принять гостей.

— Госпожа Сайрона, владычица Мордора, прибыла навестить короля! — важно огласил советник короля, стараясь блюсти церемонию. Торин кивнул в приветствии, а вот Майрона лишь окинула гнома взглядом. В нем не было ни интереса, ни любопытства. Лишь равнодушие.

— Чем обязан такой чести, владычица Мордора?

— Приветствую тебя, Торин. Я прибыла сюда с личной небольшой просьбой. Мы можем поговорить наедине?

— Сразу к делу? Разумеется можем. Прошу за мной.

Оставив охрану за спиной, они уединились в комнате для переговоров, где обычно собирается гномий совет кланов. И как только дверь захлопнулась, Балин встряхнулся, словно сбрасывая наваждение.

— Что… со мной только что было?

Аид

Должен заметить, что Майрона неплохо держится. Будучи с завышенным ЧСВ, она местами помогала мне, применяя магию, из-за чего общаться с гномами было как никогда просто. Да и в принципе мне не мешала, лишь иногда мысленно что-то комментировала. С другой стороны, не умей она контролировать свои заскоки, не смогла бы захватить Нуменор и обмануть эльфов.

Между тем, мы прошли в комнату для переговоров, где на моей памяти собирался совет кланов. Торин сел во главе стола, Майрона же осматривала комнату.

«И как тебе это удалось?»

«Что именно?» — не понял я.

«Я кольцами пыталась сломить гномам волю, причем несколько столетий, а ты менее чем за полугодие подмял под свою длань все семь кланов сразу. Как? Вот как? Я же сейчас могу через него собрать семь армий и устроить в Средиземье войну».

«Майрона!»

«Нет, это я теоретически».

«Вот пусть в теории и остается. Гномы нам нужны, гномы нам важны».

«Я знаю».

— Итак? — начал Торин. — Что же привело вас ко мне? Вроде бы всё ведь обсудили через кольцо, разве нет?

— Привело дело, — опередила меня Майрона.

«Эй!» — возмущаюсь, чувствуя потерю контроля над телом.

«Успокойся, говорить с королями я умею».

«Только не убей его».

«Не обещаю», — про себя рассмеялась Майрона.

— На самом деле, я пришла не к вам, Король-Под-Горой. Я пришла к драконам, что вы держите в цепях.

— Драконам? — удивился Торин.

— Именно, — при этом Майрона пошла по залу. — Видите ли, я хочу с ними поговорить. С обоими.

— Вы хотите их освободить?

— Договориться, — поправила она, проведя пальчиком по отшлифованной статуе одного из гномьих воинов, что был вырезан прямо в стене.

— Простите, но у вас ничего не выйдет.

— И почему?

— Если со Смаугом еще можно хотя бы поговорить, Ангару мы держим в бессознательном состоянии. Если её разбудить, она не успокоится пока не сорвет оковы и даже слушать не будет.

— Разбудить, как и усыпить дракона для меня проблемой не станет. А вот слушать они меня в любом случае будут.

— И почему?

— Признаюсь, это не моя инициатива, а нашего с тобой общего знакомого.

— Демон?

— Именно. И он знает, как найти на драконов управу.

«Миледи, вы заставляете меня краснеть».

«Не возгордись. Я все-таки попробую поговорить сама, но если не получиться, договариваться будешь ты. Идет?»

«Заметано».

— И зачем вам драконы?

— Глупый вопрос, разумеется чтобы их использовать.

— Значит, вы хотите забрать их?

— Именно.

— А в чем здесь мой интерес? Иметь дракона на поводке ведь очень полезно для города.

— Полезно, — кивнула Майрона. — А иметь двух драконов без поводка но подчиняющихся тебе еще полезней.

— Как?

— Я хочу подчинить тех драконов, что есть в Эреборе. Они знают, где остальные. И мне в скором времени понадобиться их помощь.

— Хм… не думаю, что они кого-то послушают, госпожа Майрона, — качнул головой Торин. — Скорее попытаются убить, стоит оковам пасть. И это Смауг. Ангара даже слушать не станет.

— Станет, — уверенно кивнула Майрона. — У вас же осталось её яйцо?

— Разумеется.

— Ну вот, у неё просто не останется выбора. Но для начала мы посетим более адекватного дракона.

— Как пожелаете.

Договорившись с Торином, мы отправились обратно к воротам. Змей все лежал и пыхтел, недобро поглядывая на окружавших его гномов. Однако, заметив нас, сконцентрировал свое внимание на Майроне.

— Ну здравствуй, Смауг, — усмехнулась Майрона, глядя на дракона.

— Рррр…

— Видимо, он не сильно вам рад, — подметил Торин.

«Соглашусь с Торином».

— Не стоит на меня тебе рычать, мелочь, — зло проговорила Майрона. — Ты — позорище великих предков.

— ГРррррр…

Появившись в облике духа рядом с ней, я переводил взгляд то с нее, то на Дракона. Не удержавшись от вопроса, интересуюсь у Майроны:

— А почему позорище?

«Ты просто других не видел. А я видела. Драконы обладают магией и могут накладывать чары. Смауг на фоне остальных лишь блеклая тень. Даже загипнотизировать толком не может, лишь слегка воздействовать на желание конкретного человека. И он это знает, потому и злится».

— По-моему он злится от твоей манеры общения.

— Где остальные, Смауг?

— Ты думаешь, я тебе отвечу?

— А я не прошу. Я приказываю, как его наместник!

— Ха-ха-ха-ха, ты зарываешься, приспешница павшего.

— Уж кто бы говорил, ящер. Да если бы тебя сейчас увидели остальные, ты бы от позора в жизни не отмылся! Дожили, двух драконов живьем схватила кучка гномов.

— Дргхар, урагад! — прорычал дракон на черном наречии. Нет, переводить такое я не буду.

— А вот за это, ты еще ответишь. В отличие от тебя, я никогда не предам!

Как однако Майрона красиво обошла слово «его». Если что, речь о Мелькоре.

— Отвечай мне, где остальные драконы, пока я…

— Что? — перебил Смауг. — Пока ты что? У тебя надо мной нет власти, приспешница Моргота. Темный Господин пал, падешь и ты, это лишь вопрос времени.

— Ах ты ящерица, ты как обращаешься к хозяину?! — разозлилась Майрона.

— Хозяину? У меня нет хозяина!

— Да я тебя…

— Кхе-кхе, Майрона, позволь мне? — привлекаю внимание.

«Что?»

— Ну, дай я с ним поговорю.

«Попробуй. Только не через меня».

«Я и не собирался».

Приложив силы, перехожу с плана реальности духов на материальный. А это забавно, на том слое нет ни ветра, ни тепла, а здесь я прямо сквознячок почувствовал, который потянул от меня темную пелену. Прямо так хорошо стало. Даже немного живым себя почувствовал.

— Кхе. Смауг, а Смауг. Ты помнишь меня?

— Кто ты?

— Я — демон теней. Посланник Майроны, и тот кто помог Торину воззвать к Дурину. Я тот, кто стал причиной твоего пленения. И это мои слова тебе передал Торин, когда угрожал запихнуть под хвост Чёрную Стрелу.

— Рррртттыыыырррр… — кажется я перестарался. Вон как глаза яростью налились. Небось, без намордника уже бы пытался испепелить.

— Спокойно, без нервов! Они тебе еще понадобятся, хе-хе.

— Что тебе от меня нужно, демон?

— Так уж сложилось, что мы с Майроной стали коллегами, и нам очень нужна твоя помощь. Вот прям совсем, понимаешь?

— Никогда!

— А если подумать?

— Дргхар, урагад! — послал меня дракон туда же, куда минуту назад Майрону.

— Хватит грубить, ящер, где твое приличие? В конце-концов, среди нас есть дама!

— Рррр… я скорее умру, чем буду служить тебе, жалкий призрак!

— Ммм, во-первых, я не призрак. Я — дух. Прошу не путать. Во-вторых, ты это зря. Я ведь не предлагаю тебе служить, я предлагаю договор, — как можно более официальным тоном заканчиваю предложение.

— Договор?

— Именно! — щелкнув пальцами, подхожу ближе к его голове.

— Я слушаю.

— Скажи мне, чего ты хочешь, и я думаю, мы с тобой договоримся.

— Вашей смерти! Всех вас!!!

— Ммм, нет, кроме этого. Подумай как следует, ведь если нас это не устроит, то ты останешься прикованной шавкой на поводке гномов до конца своих дней.

— Рррр…

— Итак?

— Свободы.

— Воооот! Видишь, можешь ведь, когда…

— И золота! — перебил меня Смауг.

— Так, а вот здесь я не понял. Давай что-то одно.

— Свободы с золотом!

— Я сказал одно, а не объединить.

— Иначе нам говорить не о чем, дух.

— Ммм, какие оказывается драконы жадные. Но хорошо. Допустим. Свободы и золота. Начнем с первого пункта. Где гарантии, что обретя свободу ты нас не убьешь?

— Я поклянусь.

— Что-то маловато будет…

— Драконы всегда держат клятву, — вмешалась Майрона. — Они не могут её нарушить, даже если не хотят выполнять, но заставить дракона поклясться… только Мелькор мог это.

— А, ну отлично. Клятва и клятва, не суть важно. Следующий пункт — золото. И сколько же ты хочешь?

— Сокровищницу Эребора!

— Да ты охренел! — возмутился я.

— Никогда! — вторил Торин.

— Я же говорила, — вздохнула Майрона, с гневом глядя на крылатого змея.

— Тогда, нам говорить не о чем, — прикрыв глаза, Смауг дал понять, что разговор окончен.

— Ну я тебя, ящерица, — прорычал я не хуже Майроны. — Морготу пожалуюсь!

От такого дракон поперхнулся, кто-то где-то крякнул, а Торин вылупился на меня как будто в первый раз увидел. Майрона тоже удивилась, создав такую моську, что мне пришлось приложить усилия, чтобы не рассмеяться.

— Это… шутка?

— Разумеется — шутка. Или ты думаешь, я могу спокойно гулять через Врата Ночи?

Смауг не ответил. Лишь прикрыл глаза и задумался. Таким нехитрым образом я дал ему понять наши планы, при этом оставив в неведении остальных. Он прекрасно сложил два и два и понял, зачем нам с Майроной понадобились его крылья. Без него мы просто не сможем достигнуть этих самых врат. Перед этим же Майрона так же помянула, что не оставила Мелькора и до сих пор старается его вытащить. А остальные драконы нам нужны как поддержка.

— Нет, — выдохнул дракон.

— Что?

— Я не стану вам помогать.

— А по рогам?

— Я не стану вам помогать, пока не получу золото, для меня и Ангары.

— Продолжай.

— Ангара не станет вас даже слушать, и ты это знаешь, демон теней. В отличие от своего отца, она имеет очень… бурный характер. Лишь я могу её обуздать.

— И что для этого надо?

— Золото. Много золота для нас обоих, чтобы мы могли создать кладку. Мне не важно откуда или чье. Мне важно само его наличие и количество.

— И сколько?

— Я уже сказал. Все, что есть в Эреборе.

— Обойдешься! — воскликнул Торин.

«Может мне его разок стукнуть?» — предложила Майрона.

«Погоди, не спеши, успеем».

— Ха-ха-ха, Смауг, смешная шутка. А теперь давай серьезно. Десять процентов от имеющегося в Эреборе.

— Что? — в голос воскликнули и Торин и Смауг.

— Торин, погоди. Смауг?

— Да за такое я в тебя даже не плюну! — возмутился дракон. — Четыре пятых от сокровищницы Эребора.

«А я — предупреждала», — подмечает Майрона.

Проигнорировав Майрону, обращаюсь к королю гномов:

— Торин, пожалуйста, перестань на меня так смотреть, все идет как надо. Значит так, Смауг. Мы с тобой разумные-разумные, значит чисто из уважения к твоей драконьей морде — одна пятая от сокровищницы Эребора.

— Между прочим, эта сокровищница принадлежит мне, как королю подгорного народа! — возмутился Торин.

«Может я хотя бы его стукну?» — предложила Майрона, оглаживая рукоять булавы.

«Майрона, спокойно! Сейчас всех разведем. Обойдемся без крайних мер, просто смотри», — и уже Торину: — Торин, прошу тебя, успокойся. Вопросы принадлежности золота, мы обсудим с тобой отдельно, но уверяю тебя, причины для паники — нет. И вообще, дыши глубже, не стоит так нервничать. Смауг, двадцать процентов.

— Да за двадцать процентов, я только в тебя огнем плюну!

— За двадцать процентов я и сам ему голову сниму! — тихо прошептал Торин.

— Да что ж вы все такие нервные. Успокойтесь вы уже наконец. Смауг, прояви разумность, двадцать процентов, это же целая куча золота. Ты в нее целиком зарыться можешь.

— Могу. Если один и ужмусь. А вот в трех пятых сокровищницах Эребора я обустроюсь не только сам, но и с Ангарой.

— Не, ну это уже сверх наглость. Там не то, что места для кладки, там место еще для десятка таких как ты найдётся!

— Много золота не бывает.

— Обойдешься! Тридцать процентов, и это мое последнее слово.

— Это ты пришел ко мне, дух, а не я к тебе. Половину сокровищницы Эребора, и ни килограммом меньше!

«Аид» — окликнула меня Майрона.

«Нет, бить нельзя».

«Я не поэтому».

«Что такое?»

«Кажется король гномов вот-вот в обморок упадет».

«Это у него драконий рецидив, не обращай внимания».

«Точно?»

«Точно».

«Ну смотри».

— Ладно, Смауг, так и быть. Тридцать пять процентов. Договорились?

— Сорок!

— Тридцать шесть.

— Тридцать девять!

— Тридцать шесть с половиной.

— Тридцать восемь.

— Тридцать семь.

— Тридцать семь с половиной!

— Договорились. Торин, а Торин. Ты пока совсем тут не посинел и на меня не кинулся, убери подальше пожалуйста свой меч, все-равно он бесполезен, и успокойся. Попомни мои слова, жадность тебя погубит.

— Но это наше золото!!!

— Никто на ваше золото не покушается, успокойся.

— Что?

— Кажется, я знаю, где можно достать ещё.

Глава 17

— Кажется, знаю где достать ещё.

— У меня столько не будет! — тут же возмутилась Майрона, стоило мне на неё посмотреть.

— Да не у тебя, — отмахиваюсь.

— А где?

— Сейчас скажу. Смауг, так что, мы договорились? Если получишь золото и свободу, пойдешь за нами?

— Да. Я пойду. За Ангару ничего не скажу, но возможно смогу её убедить.

— Отлично.

— Демон, а не о Железных ли холмах ты подумал? — вмешался Торин.

— Нет.

— Красные горы?

— Тоже нет.

— Неужели Синие?

— Да свяжите его уже кто-нибудь! — с возмущением осматриваю других гномов, которые подозрительно быстро вспомнили, что у них есть дела. — Нет, Торин, не Синие, и вообще, хватит на меня так смотреть, словно я тебя грабить собрался! Не будем мы трогать сокровища Эребора. Не будем.

— И других гномов?

— И других гномов, — киваю.

— Точно?

— Точно.

— И их сокровища?

— Тфу! Ты издеваешься?

— Нет, просто я знаю, как ты умеешь играть словами.

— Резонно.

Успокоив разбушевавшегося гнома, что ни его твердыню, ни со родичей, я трогать в принципе не буду, при этом клятвенно это пообещав, Майрона отозвала меня в сторонку «посоветоватся».

«Что такое?» — вопросительно выгнув бровь, по мысли-речи спрашиваю у своей коллеги.

«Так где ты собрался брать такую кучу золота, если не у гномов?»

«Любое уважающее себя королевство гномов, обязано иметь определенный запас драгоценного металла. И так сложилось, что любое их королевство будет значительно богаче всех остальных народов».

«Но ты же поклялся, что не будешь трогать гномов!»

«Если ты не обратила внимание, я поклялся что не стану трогать гномов, а после перечислил по названиям все крепости, которые действительно трогать не буду».

«Но остались брошенные…»

«Именно. Первое королевство Гномов давно уже им не принадлежит, так почему бы этим не воспользоваться?»

«Первое? Погоди… ты говоришь о Кхазад-Думе?»

«В точку».

«Ооо, нееет, даже не думай!»

«Почему?»

«Во-первых, оттуда давно уже все вынесли и растащили орки с гоблинами».

«Уверена?»

«Я так думаю».

«Но это не точно! А значит, надо проверить, в любом случае, там можно найти Митрил, который в свою очередь можно выторговать у Торина в обмен на золото».

«Может быть».

«Ну вот. А что во-вторых?»

«А во-вторых, там обитает Балрог».

«Так ведь это же хорошо! Перспективный союзник, разве нет?»

«Нет, Аид. Балрог — это ни то ни другое. Я бы сказала, что это вообще плохо».

«Как тебя понять?»

«Мы с ним в равном положении. Он не станет мне подчинятся. И возможно даже попытается убить».

«А вот это уже интересно. Вы же были союзниками, шли под одним знаменем, с чего бы ему пытаться тебя убить?»

«Скажем так, мы не сошлись в интересах».

«А если конкретнее?»

«Это так важно?»

«Я хочу понять, насколько все запущено, и насколько опасна моя затея».

«Она опасна», — усмехнулась Майрона.

«Да я уже понял! Конкретнее, что между вами произошло?»

«Хорошо. Еще в незапамятные времена, когда я управляла Ангбадом, мы с Балрогами никогда не ладили. В отличие от них, я не боец. Я — маг, который стоит за спинами передовой линии, и лишь когда нет иного выхода, вступаю в ближний бой. Ведь моя физическая сила на фоне их очень сомнительна. Но при этом, я отличный стратег и управленец, потому в большинстве своем была даже не на войне, а в тылу, пока воевали они. Сами Балроги были командирами на передовой. И так сложилось, что фактически находясь на равных ступенях, де-юре я стояла выше них. Они были личной гвардией Мелькора, а я его правой рукой, и по сути находилась между ними и Мелькором, и оттого могла от его лица отдавать команды. Им это не нравилось, ибо демоны огня подчиняются лишь одному Мелькору, лишь его они признают своим командиром. И нередко на этой почве у нас случались конфликты».

«Постой. Небольшое уточнение. И ты и они — Майар. Причем вы вошли в своего рода топ сильнейших. Так почему ты их слабее?»

«Я по большей части маг, Аид, ближний бой — не мое достоинство. Но одной магией Балрога не одолеть. Знаешь, как сразили шестерых из семи?»

«Нет».

«На каждого бросили по армии эльфов в зачарованных доспехах, с зачарованным оружием, при поддержке Валар. И когда демон с этой армией разбирался, к нему выпускали специально подготовленного бойца, который добивал ослабевшего врага. Как следствие, вся слава доставалась этому эльфу, а о том, что перед этим демон огня разделался с целой армией, все почему-то умалчивают».

«Так историю пишут победители», — пожимаю плечами.

«Именно. И в отличие от них, я такими результатами похвастаться не могла даже близко, поэтому они меня, мягко говоря не любили, и даже близко напротив себя не ставили».

«То-есть эти ребята тебя просто гнобили».

«Скорее не уважали. А после падения Мелькора и вовсе послали. Когда последний из них проснулся в Мории, я попыталась с ним связаться, но, скажем так, он не стал меня даже слушать».

«А орки с гоблинами?»

«Они обитают на верхних уровнях и не спускаются к нему. Он их так же не трогает, ибо это своего рода щит от всяких непрошеных гостей в виде гномов или эльфов. Он может и агрессивный, заводится с полуоборота, но не дурак. Дураков Мелькор подле себя не держал».

«А ты не пробовала с ним договориться? Не по связи, а в живую, сама же говоришь, что он не дурак. Да и потом, у вас вроде одна цель, не?»

«Балроги сначала бьют, потом говорят, Аид. Готмог был единственным, с кем я более-менее из них общалась. Если я появлюсь в Мории, он меня встретит мечом, и называя «позором господина», попытается в лучшем случае выгнать».

«Я смотрю, у вас просто отличный уровень сплоченности», — комментирую, почесывая свою тыкву. Дилемма, однако. И как Гендальф его в каноне только одолел? Не иначе по воле автора вселенной, другого объяснения я не вижу.

«Все еще хочешь туда лезть?»

«Придется. Нам так и так туда надо, не за золотом, так за митрилом…»

Договорить мне не дали. Неожиданно раздался крик гнома со стены:

— Нааааазгууууул! — прокричал дозорный в крепость.

«А вот и наши», — усмехаюсь.

«Видимо нашли твой меч».

«Так быстро?» — удивляюсь.

«Может быть».

— Госпожа Сайрона? — обратился к нам Торин.

— Все в порядке, это мои. Откройте ворота, они не причинят вреда.

— Открыть ворота!

Со скрипом и грохотом, отворились врата. Подождав пару минут, в них въехали девять черных всадников. За спиной Короля-Чародея я сходу высмотрел знакомое голое тело, связанное по рукам и ногам и аккуратно уложенное поперех коня.

— Аид? — окликнула меня Майрона. Повернув голову, молча смотрю, мол, «что такое?» — У меня от тебя мурашки по коже. Ладно эмоции, но хотя бы не улыбайся так, — поежилась она.

— Прости. Просто еще с первого дня в этом мире, я хотел придушить эту голозадую тварь.

— Почему?

— Он столько планов мне разрушил, столько раз чуть не подставил, что я не просто хочу его убить. Нет. Я заставлю эту падлу страдать!

— А я уже начала сомневаться в том, демон ли ты?

— С чего вдруг?

— На моей памяти ты еще ни разу не злился.

— Я дооообрый, — успокаиваюсь и стараюсь показать коллеге положительные эмоции. Правда вышло так себе.

— Ага. И со всей «добротой», ты устроишь ему посмертные муки.

— Может быть.

Спрыгнув с коней, все девятеро направились к нам.

— Моя госпожа… — поклонился он, вместе с остальными. Обойдя назгула по дуге, смотрю на Голлума.

— Ого. Это вы его так? — обращаюсь к Ангмарцу, глядя на Шмыгу. Заплывший глаз, сломанная правая рука, весь в синяках и окровавленных бинтах.

— Нет, господин. Мы его таким нашли у входа в одну из пещер и оказали первую помощь.

— Что-то мне подсказывает, что меча вы не нашли.

— В этих землях описанного вами клинка нет. Мы ничего не почувствовали. Но нашли его, — кивнул он на Шмыгу.

— Плохо. Плохо, что не нашли. Но очень хорошо, что привезли живым этого, — резюмирую, и сделав пару шагов к таращащемуся на меня Голлуму, хлопаю того по щекам. — Эй, Смеагол. Где черный меч, который ты выкрал у эльфов?

— Эльфы, — прохрипел Голлум.

— Что эльфы?

— Эльфы… — еще раз прохрипел Шмыга.

— Эльфы забрали что-ли? — Голлум кивнул. — Ну зашибись…

Разместив назгулов в крепости, мы немного привели Голлума в чувство и приступили к допросу. Присутствовал и Торин, гному было очень интересно, что за кипишь идет возле его крепости. В ходе допроса подтвердились слова, что да — Шмыгу нашли эльфы. Остроухие не стали заморачиваться, поэтому по-быстрому допросили Голлума и, забрав меч из тайника, бросили умирать. Но умирать тот не хотел, поэтому умудрился выбраться из пещер на поверхность, где его и нашли наши назгулы. Оказывается, Шмыга там еще со вчерашнего дня валялся, до чего живучее создание, сам аж поражаюсь. Однако теперь мы узнали, что меч опять у Трандуила и надо что-то делать.

— На меня не смотри, армии нет, чтобы штурмовать Лихолесье, — возразила Майрона.

— Да мы сами как армия. Я, ты, плюс назгулы, вполне можем и потрепанное королевство с землей сравнять.

— Даже если и так, пока мы пробьемся, меч будет перепрятан. Или они вообще с ним сбегут. Про то, что вся наша секретность с моим возвращением благополучно рухнет, и говорить нечего.

— Резонно. Но других вариантов у меня — нет, — развожу руками.

— Предлагаю подождать. Через месяц будет готова армия. Подойдут до готовности и твои «особые» эльфы к тому времени.

— Это вы о том черном мече? — вмешался Торин.

— Именно.

— Хм… может, я смогу вам помочь?

— Каким образом?

— Трандуил мне солидно задолжал. Я мог бы надавить на него. Кроме того, он должен мне этот меч еще с того момента, когда мы отдали ему камни Ласгалена. Если он откажется, это будет повод для войны между лесным королевством и гномами.

— Идея хорошая, но она долгая.

— И в чем проблема? Мы разве спешим?

— В том то и дело, что спешим.

— Тогда я тоже без понятия как здесь быть.

«Почему?» — по мысли-речи обратилась ко мне Майрона.

«Что именно?»

«Почему ты так спешишь?»

«Потому, что у нас очень большая проблема в моем лице».

«Поясни».

«Дело в том, что я не являюсь частью замысла вашего Эру. Он хитрый мужик и распланировал все так, что ты в любом случае должна была проиграть, как и Мелькор. Он создал вас, и знает вас как облупленных. А я — неучтенная константа в его уравнении. То, что он до сих пор меня не нашел, уже хорошо. Но меня гложет тревога. Признаюсь тебе, я боюсь его. Очень сильно боюсь, до дрожи. Потому что я понимаю: когда он меня найдет, для меня это будет конец, тем более после того, что я уже здесь наворотил. Да и для тебя это тоже ничем хорошим не окончиться. Сейчас Эру думает, что все до сих пор у него под контролем. Что ситуация у него в руках, и все идет как надо — он просто не знает, что мы с тобой заодно. Но я не знаю, сколько это еще продлится, а потому действовать нужно сейчас».

«Умеешь ты озадачить…»

«Есть такое».

— Я так понимаю, все, совет окончен? — привлек внимание Торин, когда зал погрузился в тишину.

— Нет. Просто задумались, — вздыхаю.

— Есть у меня мысль, — простучала пальцами дробью по столу Майрона.

— Что за мысль?

— Голлум уже раз украл меч. Правильно? Значит он уже был в королевстве Трандуила. И я уверена, он сможет пробраться туда еще раз. Я предлагаю провести скрытую группу, которая будет искать меч, пока Торин пытается договориться с Трандуилом. Получится? Группу отзовем. Не получится? Сам виноват. Что думаете?

— Ну… мысль хорошая. Но отряд должен быть лучшим.

— Я гномов на смерть не пошлю, — сходу высказался Торин. — Они мало того, что вряд ли найдут клинок в том лабиринте, так еще и не выберуться.

— Это да. Может назгул? — я посмотрел на Майрону.

— Назгулы? А как ты их спрячешь? Эльфы почувствуют их за километр.

— Хе-хе-хе, мои дочери как-то спрятали в моем замке от меня тварь, которая будет пострашнее назгула. Я отлично помню ту хитрость, так что и твоих ребят спрячем.

— Хм… тогда назгул.

— А согласится ли Голлум?

— Да куда он денется? Конечно проведет, особенно после того как я с ним поговорю.

— Может лучше я? — предложила Майрона.

— А что?

— Я боюсь, что после тебя он не то что показывать дорогу, а ходить не сможет.

— Ммм, да. Пожалуй давай ты, а то я сам в себе не уверен. Очень уж хочу отблагодарить его за все то добро, что он мне принес.

— Значит решено. Вы с госпожой Майроной останетесь здесь, я попробую вразумить Трандуила, а тем временем группа назгулов пройдет под крепостью.

— Это позволит нам сохранить тайну и показать, что Майрона еще не в большой игре, — добавляю и подмигиваю своей коллеге.

На том мы и решили. Оставив Торина готовиться к походу, мы с Майроной отправились к назгулам, просвещать их, а также готовить к скрытому проникновению. Вот уж не думал, что воспользуюсь такой фигней, но в очередной раз говорю мысленно дочерям — «спасибо, милые. Снова вы меня выручаете». Используя их наработки, мы с Майроной сделали для девятерых всадников по несколько амулетов. Первый сворачивал и размывал ауру до такой степени, что её было не увидеть-не почувствовать. Второй давал сопротивление огню, дабы парни не сгорели на работе, хех. А третий вешал специальный магический барьер, который защищал их от дальних атак в принципе. Все три амулета были сделан из золота, которое мы благополучно позаимствовали в сокровищнице. И может сами по себе они не сильно прочные, но вот чары лежали действительно сильные.

Правда здесь мы вошли в так называемый творческий угар, и «понеслась». Апнули меч Ангмарца, скопировали чары на остальные клинки назгулов. Немного усилили его моргенштерн. Подправили и заточили порядком поизносившиеся Моргульские Клинки. Торин расщедрился на гномьи доспехи из арсенала, которые мы быстренько расписали рунами, немного украсили и подогнали под телосложение назгулов. Теперь наши гордые воины действительно напоминали элиту, на которую любо-дорого смотреть. Вот Трандуил «обрадуется» такому сюрпризу, хех.

«А ты силен», — заметила Майрона, оценив количество энергии, которое я вкладывал в чары.

«Признаюсь, сам удивлен. Моя сила ведь была привязана к телу, и с его уничтожением я вроде как должен был её потерять».

«Расскажи, как это случилось?»

«Скажем так, я получил от другого бога и вылетел из его мира. Имея феноменальное ускорение, впаялся в защиту твоего мира».

«И ты смог просочиться?»

«Как видишь».

«А ты везунчик. Даже Мелькор не сможет пробить слой иллумбары, или даже Эру. Этот барьер воистину непоколебим».

«Да я как бы в курсе, на себе проверил», — от моей небольшой шутки Майрона не просто улыбнулась, а тихонько захохотала. — «И ничего тут смешного нет. Здесь плакать надо!»

«Ой. Хорошо. И как я понимаю, ты в стенку на полной скорости, правильно?»

«Да».

«Хм… ты ведь просто обязан знать о законе сохранении энергии? Что она не может взять и исчезнуть».

«Знаю. И что?»

«Я к тому, что скорее всего всё, что хранила твоя оболочка, срослось с твоей сутью. Ты ведь по сути оказался под прессом, так что такое вполне могло случиться. Отсюда и сила. А также другие некоторые особенности, которые были присущи твоему телу».

«Например?»

«Да откуда я знаю, это ведь твое тело было!»

«Хм… логично. И возможно ты права, я об этом не думал».

«Я закончила», — вернулась она к теме, дорисовав узор. Оценив и проверив, что все работает как надо, мы успокоились и на этом приготовления были закончены.

Напоследок, Майрона поговорила с Голлумом… ну как поговорила, она не стала сильно заморачиваться, и просто промыла тому мозг, так что Шмыга теперь хоть на край света отведет назгулов.

«Как думаешь, мы все сделали как надо?» — спрашиваю Майрону, когда мы стоя на стене, смотрели в спину уходящим отрядам.

«Думаю — да. Теперь остается только ждать».

Торин

Отряд гномов во главе с королем неспешно приближался к границам эльфийских земель. Торин не говорил на совещании, но он был очень рад сложившимися обстоятельствами. Ведь Трандуил очень сильно вредил королевству гномов Эребору, а сейчас была отличная возможность ему отомстить.

Из-за лесного короля западным народам, которым и так очень тяжело добираться до Эребора, торговать стало просто не выгодно. Он брал с них непомерные налоги за проход по своим землям, а некоторым просто не давал пройти. Иногда, он пытался подмять под себя и юго-восточный тракт, тянущийся от Эребора на юг, но Истерлинги, ходившие по нему, были очень-очень против и каждый раз сразу же били по длинным загребущим рукам лесного короля. Били и гномы, идущие на юг, называя этот тракт своим.

Но теперь представилась отличная возможность поквитаться, оттого у Короля-Под-Горой было восхитительнейшее настроение. И когда он подъехал к городу, Трандуил уже традиционно вышел к ним на встречу, даже не пуская гномов внутрь.

— Здравствуй, король лесных эльфов. Рад видеть тебя в добром здравии.

— Не могу сказать того же.

— Не можешь, и не можешь, это не важно. Ведь в отличие от Выжженого Леса, в Эреборе дела идут отлично, и в отличие от меня, тебе здравие точно пригодится.

В этот момент, рядом с головой Торина пролетела пущенная сыном Трандуила стрела.

— Еще слово, и стрела будет у тебя между глаз!

— Какие, однако, вы стали нервные, — усмехнулся Торин, потирая бороду. — Трандуил, успокой своего сына, а иначе вам придется иметь дело не со мной, а с объединенной армией семи гномьих кланов, которые обязательно к вам придут.

Трандуил нахмурился. Показалось, что эльф готов собственными руками порвать нахального гнома, но нет. Он понимал, что Торин прав, и что в случае его смерти, остальные гномы обязательно будут мстить.

— Леголас, — подняв руку, король дал понять, чтобы тот не стрелял. — Зачем ты пришел?

— Поговорить. Поговорить и напомнить тебе, что ты задолжал мне черный клинок, который обещал вернуть в обмен на камни Ласгалена.

— Значит, твои гномы нашли то искалеченное создание?

— Нашли, — кивнул гном. — И многое рассказали. Я знаю, что ты вернул меч. И пришел забрать его.

— А с чего ты решил, что я тебе его отдам?

— Потому что ты его обещал?

— Я. Тебе. Ничего. Не отдам! Ты сжёг мой лес, отбираешь мои земли, насмехаешься и еще смеешь что-то требовать? Ты зарываешься, гном!

— В таком случае, тебе придется разговаривать уже не со мной, а с хозяином клинка. Он знает, что меч снова у вас, Трандуил. И он придет за ним. И в отличие от меня, он разговаривать не будет.

— Кто?

— Ты сам узнаешь, — махнув рукой, Торин развернулся.

— Дубощит!

— Я все сказал. Прощай, последний король Эльфов. Я запомню тебя последним правителем лесных эльфов.

На этом переговоры закончились. Если бы только Лесной король видел, как улыбался Торин, покидая его, он бы догадался, что за мечом уже пришли. Но он этого не видел.

А тем временем, где-то

Девять назгулов, следуя за голлумом, скрытно продвигались по сделанным орками пещерам. Голлум вел уверенно, он точно знал, куда выведет отряд. И вскоре, за поворотом, группа выходит на свет. Так вышло, что выход из тоннеля был в потолке, и вел в какую-то полуразрушенную комнату.

— Сюда, — указал пальцем вниз Голлум.

Первым спрыгнул Ангмарец. За ним остальные. Как оказалось, это был чей-то дом, по крайней мере разрушенная мебель, валяющиеся разбитые черепки посуды, столовые преборы, одежда, говорили именно об этом.

Чувствуя поблизости клинок, отряд осторожно покинул дом и направился на верхние ярусы. Ввиду того, что здесь прятаться было физически негде, группу достаточно быстро увидели. Зазвучал тревожный рог, раздались крики эльфов, забегала охрана.

— Никого не щадить, — приказал Ангмарец остальным, обнажая свой клинок. Девять мечей покинули ножны и покрылись огнем. Девять великих воинов прошлого бросились вперед, уже не пытаясь скрываться. Голлум бежал рядом, он хотел найти меч не меньше назгулов. Найти и принести госпоже. Любой ценой.

Так как группа вышла в жилой зоне города-крепости, вокруг было очень много обычных эльфов, которые могли затормозить отряд. Дабы разогнать всех, назгулы выключили амулеты сокрытия и прокричали свой устрашающий вопль, который эхом прошел по всей крепости.

Пара патрульных, набравшись храбрости, пробуют преградить путь, но они даже не затормозили отряд. Первые двое отразили оружие эльфов, следующая пара пронзила их своими клинками и группа побежала дальше. Назгулы чувствовали друг друга, они знали, что сделает их собрат и сражались как одно целое. Кольцо питало их своей мощью, давало силу и они летели стрелою вперед. Выполнить приказ любой ценой. Любой ценой выполнить поставленную задачу. Ни что не встанет между назгулом и его целью.

Вот оно — истинное братство кольца, объединенное единой судьбой. Пролет за пролетом, они мчались вперёд, снося одну преграду за другой. Их пылающие мечи обагрились кровью перворожденных. Их устрашающий крик разгонял малодушных эльфов. А клинки безжалостно разили тех, кто осмеливался встать на пути, и вскоре, они нашли его.

Походя сломив сопротивление пятерки гвардейцев, они ворвались в личные покои лесного короля. Черный меч лежал на специально выращенном для него постаменте. Изогнутое лезвие, удлиненная рукоять, неизвестные светящиеся символы, тянущиеся вдоль всего клинка от наконечника до небольшой гарды.

Убрав свое оружие, Ангмарец прошел к артефакту. Оружие чувствовало связь между назгулами и своим хозяином. Оно просилось к нему в руки, оно жаждало вернуться к истинному владельцу и чувствовало, что существо перед ним пришло по воле хозяина. От клинка шла черная пелена мрака, оружие наконец-то проснулось. Взяв его, Ангмарец застыл. Письмена на клинке вспыхнули с новой силой и он услышал голоса. Тоненькие девичьи голоса, которые от души хохотали. А перед его взором появился образ из прошлого этого меча.

Две маленькие крылатые девочки, похожие на мифических фей из сказок, протягивали огромный для них меч темному эльфу.

— Папа, папа, это тебе!

— Доченьки… — прошептал восхищенно эльф.

— Мы знаем.

— Мы вредные.

— И поэтому помогли тебе с ним.

— Мы хотим, чтобы он помог тебе разить врагов.

— Когда нас рядом не будет.

— И чтобы он помог вернутся тебе назад.

— Когда отправишься в путь.

— И не дал забыть о нас.

— Что за глупость вы говорите. Как-будто какая-то железяка, способна мне вас заменить, — наклонившись, эльф взял оружие, а другой рукой подхватил двух маленьких крылатых девочек.

— Мы использовали твои чертежи и выковали этот клинок в наших чувствах.

— Так что пока он будет с тобой, с тобой будем и мы…

Наваждение спало, а назгул почувствовал силу, которой обладает клинок. Чувства пошли по руке и наполнили его охладевшее призрачное сердце. Чувства той детской непосредственности, доброты и радости, направленной к отцу. И он вспомнил. Вспомнил свое забытое прошлое. Вспомнил, как потерял своих близких, как лишился семьи, как добровольно обрек себя на службу Майроне, когда люди севера вырезали весь его род. Он вспомнил, как сам же поклялся уничтожить всех потомков королей государств Артадайн, Радаур и Кардолан. Детский смех напомнил ему тех, кого он забыл, наполнил сердце теми образами, которые стремился стереть из памяти. Но он вспомнил всех. Он вспомнил все. Вот только месть, ставшая целью его жизни, исполнившись, не принесла облегчения.

В покои ворвались эльфы во главе с самим королем Трандуилом. Назгулы вскинули оружие, готовясь к бою. И лишь Ангмарец стоял спиной к проходу, даже не обернувшись на звук.

— Отдай меч, ты, раб тьмы, и я подарю вам быструю смерть, — прорычал Трандуил.

— Ты не сможешь нас убить, — спокойно ответил Ангмарец, повернувшись к Трандуилу и удобнее перехватывая меч. — И мое имя Хэлкар.

Закончив разговор, назгул издал дикий яростный вопль и бросился в бой. Плоть, сталь, все рассыпалось в прах, стоило оружию коснутся. Клинок проходил через щиты словно резал воздух, и с каждым новым взмахом на пол падало то, что оставалось от эльфа.

Остальные назгулы почти не участвовали в схватке. Да какая схватка — бойня, это была просто бойня, в которой бесславно пал король Трандуил, оказавшись не в силах защититься от проклятия черного оружия. Неспособный противостоять ярости и мощи величайшего мечника, когда-либо рождавшегося среди людей.

Потеряв своего предводителя, не в силах выдержать натиск назгулов, эльфы бросились бежать. Пронизывающий до костей вой призраков кольца гнал их прочь. Он вселял ужас, который гулял по рядам остроухих, словно ветер среди колосьев. И как ветер клонит колосья, так и воля эльфов склонилась пред мощью Её посланцев.

Не встречая более сопротивления, назгулы покинули лесную крепость. Пришла пора возвращаться домой. Черный клинок в их руках. Задание выполнено. К госпоже.

Глава 18

Аид

Пока ждали назгулов, Майрона взялась за продолжение моего обучения. Можно сказать, что мы по очереди учили друг друга своим фокусам и теперь пришел её черед. И здесь стоит прояснить один момент, который нам с ней непонятен.

Дело в том, что после того как она показала мне способ покидать кольцо, я понял, что могу колдовать, и вообще без тела можно жить. Но! Мои обычные плетения не работали. Я не мог начертить руну и запитать её. Энергия, из которой я состоял, имела какую-то особенность, из-за чего мои руны, формулы и наработки не хотели работать в моих же руках! Зато работали в руках Майроны, именно поэтому мне приходилось использовать её тело.

Но факт того, что я вроде как могу колдовать никуда ведь не делся! Надо только понять — как. Этим мы с ней и занимались. Майрона поочередно пыталась применить на мне свои методики, но пока результата не было. Я честно пытался петь. На второй день этих завываний попытки были прекращены. Пытался махать призрачными руками, формируя печати, но ничего не происходило. Пытался рисовать — вообще происходило что-то несуразное. Если я рисовал на бумаге, бумага осыпалась прахом как после касания тьмы. С деревом то же самое, как и с металлами. А вот камень взрывался, стоило мне завершить узор хотя бы наполовину. Так что маг из меня был ну просто отвратительный и признаться самому себе — бесполезный. Обидно блин! Даже Майрона задумчиво руками разводила, приговаривая, что мы делаем что-то не так, но вот что? Я же колдую! Когда перехожу с одного слоя на другой, это форма проявления колдовства, значит с контролем все в порядке. И пока ответа не было.

На пятый день тренировки опять были приостановлены по причине того, что вернулись назгулы. С моим мечом за спиной Ангмарец выглядел действительно устрашающе, вон как гномов пробирало от одного вида назгула. Напомню, что оружие имеет усиливающий эффект, потому даже будучи в чехле за спиной усиливает пассивные способности носителя.

Ворвавшись в крепость, девятеро тут же спрыгнули с коней и направились к встречающей их Майроне. Я уже по традиции стоял рядом. Майрона говорила, что пребывание в материальном мире занимает много сил, но если честно, разницы я для себя не замечал, ни будучи в кольце, ни на плане духов, ни в реальном мире. Нет, со мной точно что-то не так.

— Моя госпожа, — склонился Ангмарец. Сняв из-за спины меч, он протянул его двумя руками своей госпоже.

— Как все прошло? — в присущей ей строгости спросила Майрона, принимая оружие. Только вот внутри радуется как ребенок игрушке.

— Мы не смогли провести операцию тайно, и пришлось пробиваться с боем.

— Едва ли Трандуил отдал вам меч по хорошему, — подмечаю.

— Трандуил мертв, господин.

Мы с Майроной переглянулись.

— Приплыли ёжики…

— Идем. Расскажешь, как все было.

Удалившись в покой, выделенные нам Торином, Ангмарец начал рассказ. Рассказал как проникли в твердыню Трандуила, как спалились, как дрались. Порадовался с Майроной на пару, что экипировка и оружие пригодилось Братству Кольца. А вот потом я очень сильно удивился, когда дело дошло до меча. Как оказалось, оружие чувствует связь между мной и назгулами. Напомню, связь проста: Я — Кольцо — Назгул. Вот клинок и откликнулся, когда назгул взял его в руки.

Примечательно, что чувства и сила, что спрятаны в клинке, пробудили в Ангмарце воспоминания, что тот даже собственное имя вспомнил. Должен заметить, воспоминания весьма печальные. И я было уже подумал, что мужик попросит добить его, чтобы не мучался, но нет. Хэлкар обещал служить госпоже верным мечом, и он будет служить покуда она сама его не отпустит или он не падет в битве. Кремень мужик! Выполняет клятву до конца даже после смерти, когда весь мир ненавистен.

Закончив с ним, мы вернулись к моему оружию. Майрона сгорала от нетерпения, ей хотелось вытащить меч из ножен и посмотреть на артефакт воочию. Естественно, она этого не показывала, но я-то чувствую внутреннюю хотелку, хе-хе-хе.

Когда в комнате не осталось никого, Майрона взялась за рукоять, но даже не успела обнажить клинок, как застыла прямо посреди комнаты. Я услышал отголоски мурашек, которые пробежали по её коже и дошли до меня.

— Вынимай уже, — усмехаюсь, глядя за её нерешительностью.

— Я чувствую мощь… темную, необузданную, разрушающую все, с чем она соприкоснется.

— Это «касание тьмы». Одни из сильнейших чар. Ты правильно сказала, оно разрушает все, до чего коснется оружие. Поэтому лезвия попрошу не касаться, моего иммунитета у тебя нет.

— В смысле «Иммунитета?» — начала вытаскивать оружие, но потом снова застыла Майрона.

— Я толком сам не пойму, но даже будучи в теле, я спокойно касался меча, эффект на меня не влиял. Возможно это потому, что я сам пропитан темной энергией, — развожу руками, демонстрируя свой нынешний вид. — Но я не думаю, что оно не навредит тебе. Имей ввиду.

— Хм…

Задумчиво окинув оружие взглядом, она резко вынимает меч. Черная сталь источала мрак, а её поверхность словно бы поглощала свет. Кстати забавный эффект, в моих руках оружие «дымило» раза в два меньше, видимо сказывается уровень силы носителя клинка, что логично. Меч-то не самостоятельный артефакт, а лишь усилитель.

— Красивый, правда?

— Очень. Но… я чувствую чужие эмоции. Не могу понять…

— Оружие не имеет ни души ни сущности. Оно имеет отголосок того, что вложили мои дочери, не более. Но этого более чем достаточно, чтобы меч воспринимался как нечто особенное…

— Живое?

— Вроде того.

— Забавно. Хм…

— Что ты делаешь? — любопытствую, глядя на то, как Майрона подходит к столу и прикладывает к нему лезвие меча.

— Ты сказал, что на мече лежит особое проклятие, «Касание тьмы». Я просто хочу проверить… — с этим словом мы вдвоем некоторое время наблюдали за тем, как участок стола осыпается прахом. — Ничего не напоминает?

— Напоминает. У меня в руках предметы так же разваливаются, стоит мне на них магией воздействовать.

— Вот именно. Ловишь связь?

— Да пока не очень…

— Я тоже.

— А она есть, ха-ха-ха-ха, — расхохотался я.

— Тут по любому что-то есть, надо только понять… — она задумчиво посмотрела на меч. Сделав пару взмахов, Майрона с удивлением обнаружила следы на потолке и полу.

— Меч имеет еще одно свойство. При взмахе он оставляет за собой дугой теневой след, который в некотором роде увеличивает клинок. Из-за этого в момент, когда кажется, что меч тебя не достанет, на практике он достанет только так, поэтому нужно быть аккуратней.

— С таким оружием в рядах союзников не повоюешь.

— Вокруг меня никогда не было большой группы, особенно в боевых обстоятельствах. Предпочитаю решать все в одиночку, ну или при поддержке одного-двух лиц. Исключение было, когда стал за управление одной организации, но там я больше возился с обеспечением функционирования этой организации, нежели вел её сражаться. Командиром там работает мой ученик.

— Одиночка, значит?

— Скорее да чем нет. Мне больше нравится наблюдать за людьми, взаимодействовать с ними, задавать необычные вопросы и смотреть на реакцию. Не знаю, откуда у меня эта черта.

— У каждого свои тайны, — она пожала плечами.

— А похож на эльфийский, — усмехаюсь, наблюдая за тем, как Майрона вертит клинок в руках.

— Нет. Ну… может быть отдаленно.

— Письмена выдают?

— Не только. Узоры и общий стиль клинка отличаются от того, что, если так сказать: «входит в стандарты эльфийских кузнецов». Это оружие мне напоминает Оркрист. Рубящего Гоблинов. Есть схожие очертания, но есть и различия. Во-первых, твой меч черного цвета, и источает тьму, что само по себе визуальное отличие. Во-вторых имеет иную дугу, более агрессивную форму, а в районе рукояти есть зубцы. Правда я не понимаю зачем — один замах и ни одна броня не окажет сопротивления.

— Этот меч создавался не против обычных смертных.

— Ты кого собирался им резать? — с подозрением уточнила Майрона.

— Демонов, архидемонов, разных высших духов, тех, против кого обычное оружие бесполезно.

— Ага, например всяких богов.

— Не, на бога я не полезу, один раз уже случайно получил, больше не хочу. Не мой уровень.

— Тогда как ты собрался помогать Мелькору? Без тебя для него этот меч бесполезен.

— А ну-ка, ради интереса… — я протянул руку. Майрона в ответ протянула меч и разжала рукоять. Клинок пролетел сквозь мою руку. — Ммм, что-то пошло не так.

— Ты дух, не забывай этого.

— Но я ведь уже воздействовал на реальный мир!

— Нужна привязка, Аид. Я не просто так наряжаю назгулов в одежду и броню. Через них им намного проще воздействовать на реальный мир, — она начала наклоняться, но я остановил.

— Погоди. Дай еще раз попробую.

Склонившись, подвожу руку и пробую схватить оружие. Раз пробую, два пробую, три. Но на четвертый у меня получается! Взявшись за него, аккуратно поднимаю. Но здесь происходит что-то неладное, оружие просто перестает работать, я не чувствую никакого усиления, и более того, клинок даже не дымит.

— Ты его сломал?

— Нет. Чтобы я мог им пользоваться, мне нужно тело. Структура оружия расчитана на другую энергетическую составляющую носителя, он тупо меня не видит. Чувствует, что я рядом, но не видит.

Протянув меч, передаю его Майроне.

— Пользуйся пока ты.

— Погоди. Это получается, что ты своим мечом воспользоваться не сможешь. Моих сил не хватит, чем тогда клинок поможет Мелькору, если без тебя меч вообще не работает как надо?

— А в чем проблема передать ему и твое кольцо и мой меч? Я в кольце, и будучи в связи с Мелькором оружие будет считать его хозяином.

— А… тогда да.

— Блин. Обидно! До чертиков обидно.

— Понимаю, — улыбнулась краями губ Майрона. Она-то чувствовала мою обидку. Эх… — Аид, ну не стоит так расстраиваться, у меня от тебя мурашки.

— Прости.

— Лучше подумай. Клинок имеет касание тьмы. Имеешь его и ты. Сам по себе. Значит, проклятие на мече и твоя сила имеют одну природу. Верно?

— Выходит что так. Но что это нам дает?

— Направление?

— Какое? Руну тьмы я начертить не могу, любой предмет рассыпается, причем и тот, которым пишу и тот, на котором пишу, стоит подать ману. Здесь пат, — развожу руками. — Нужны исследования. Полноценные. А не это, — машу на полуразрушенный стол.

— Ладно. Будет тебе, вернется Мелькор, вернем тебе тело и со всем разберемся. А пока, пошли в Морию?

— Пошли, что уж. Навестим твоего старого знакомого.

— Плохая это идея, Аид, — качнула она головой, убирая меч.

— Посмотрим.

На этом наше пребывание в Эреборе закончилось. Поблагодарив Торина за гостеприимство, наша бравая команда в лице: десяти человек, девяти назгулов, одного духа и одного высшего Майар, отправилась к Мории. К моему удивлению, дорога до Кхазад-Дума заняла у нас без малого три с лишним недели, что для нас очень и очень много. Но не потому что мы заблудились. Нет. Просто на подходах к Мории шла война между Азогом и Лориэном. Это первая причина.

Второй причиной стала толпа беженцев из Лихолесья. Лесное королевство официально пало, и Леголас, ставший новым правителем лесных ушастых, дал команду отступить к эльфам Лориэна, что в их ситуации логично. У лесных ужасные потери после войны, потери в ходе диверсий, потери от хаоса, так еще назгулы их ряды проредили и обезглавили. Тут как бы, и ежу должно быть понятно, что надо тикать с городу. Собственно этим они и занимались. Только очень не вовремя.

Лориэн провел ответную акцию ради сородичей и отбросил Азога назад, тем самым организовав между Чернолесьем и Лориэном коридор для эльфов. Коридор, который перекрыл нам путь к Мории. Зашибись…

Вот теперь, сидим вчетвером и думаем, как быть. Я, Майрона, Хэлкар, Азог. Кстати, Азог реально умный полководец! Хоть и не оправданно жестокий, даже по отношению к другим оркам. Даже с численным преимуществом, он не пер на эльфов напролом, аккуратно выпиливая их оборону вместе с лесом. В горах же и на реках устраивали запруды, которые впоследствии разом сносили и топили эльфов. Первое время тактика работала безупречно, потом ушастые полностью перебрались на деревья и вода только не давала им расслабляться, частично превратив лес в топи. Точнее где как — зависит от уровня земли.

Вырубленную древесину орки без зазрения совести жгли возле леса, пуская максимум дыма с подветренной стороны. Такая себе газовая атака, но чувствительным ушастым этого хватало за глаза, по крайней мере точно бить они уже не могли, а оркам большего и не надо. Когда в лес стреляет толпа в тысячу лучников, какая-нибудь стрела по-любому в кого-нибудь да попадет.

Но дальнейшее противостояние затянется еще на неопределенный срок, ведь эльфы Лихолесья не только беженцы, но и своего рода подкрепление. Нам же надо в Морию прямо сейчас, поэтому были приняты крайние меры. Старый добрый зерг-раш, с прорывом позиций.

Вот здесь к эльфам постучался мой старый знакомый — песец. Так как война между эльфами и орками до этого текла относительно вяло, остроухие не ожидали столь мощной атаки, и как итог, заслон прорван, ушастые загнаны обратно на деревья, выжившие из Лихолесья не могут попасть к собратьям, а у нас есть свободный проход к Мории. Ну да, потери вышли великоваты, но с учетом того, какую атаку мы провели, то потери вообще оказались сильно меньшими тех, на которые мы рассчитывали по плану.

И теперь впереди была только Мория. Признаюсь, от одного вида её врат и стен захватывало дух. Это явно не Эребор, ворота раза в три выше, вдвое шире и толще. Разрушенные дозорные башни, выглядывающие из скал невидимые бойницы, небольшие точки для выведения механических устройств будь то катапульта или баллиста, местами вижу отверстия для кипящего масла, так что желающих подойти поближе ждет неприятный сюрприз.

Не, такую крепость штурмовать себе дороже будет, даже если задолбать защитников, те тупо могут захлопнуть ворота, закрыть все двери и отстреливаться из бойниц, периодически сливая масло, чтобы стену не долбили. А при условии, что здесь есть дополнительные скрытые выходы для проведения диверсий в тылу противника… просто обязаны быть, даже в Эреборе такое есть, хотя когда мы только туда пришли это все дело было благополучно разрушено. В общем конфетка, а не крепость! По крайней мере по первой оценке, а там посмотрим.

Внутри нас встречал в окружении свиты Горкил, король местных гоблинов. После того, как Гендальф с Торином немного порезали второго короля гоблинов, Мглистые горы полностью отошли Горкилу. Так что здесь наши бравые герои случайно еще и услугу Майроне оказали, дав повод соединиться двум королевствам гоблинов.

Сам Горкил оказался не совсем гоблином, а скорее гибридом орка, полуорка и полутролля. Он был на две головы выше всех своих сородичей, имел нестандартную выделяющуюся на фоне остальных морду, хорошую мускулатуру и совершенно хреновый речевой аппарат, постоянно глотая звуки.

Нашему визиту Горкил не сильно обрадовался, но благодаря назгулам сразу узнал, кто конкретно к нему решил зайти на огонек. Еще меньше он обрадовался вопросу: «Где золото, Федя?». Отнекиваться у орка не вышло, но тот честно попытался. Когда Майрона не в духе, взгляд у неё становится тяжелым, а тут какой-то орк канючить собрался. Непорядок! Вот она его немного взглядом и придавила. Я тут было подумал, что орк дух испустит, но нет, выжил, хотя и сменил цвет кожи.

Как выяснилось в процессе допроса-общения, Мория была не просто государством, она имела целых три города внутри себя, расположенные один под другим. Первый город, он же верхний, предназначался для торговли, королевских залов, пары мелких сокровищниц, арсенала, ну и естественно жилых залов. Второй — промышленный и жилой одновременно. Там стоят кузни, цеха, вообще вся промышленность Мории, а также дополнительные залы стражи и собственно основная сокровищницы, в которую нам надо.

Третий уровень, если можно так сказать, шахтерский. Именно на него приходилось 80 % шахтерских работ по добыче ресурсов. На нем же расположена сокровищница Митрила, и здесь стоит сделать отступление. Дело в том, что верхние уровни все разграблены подчистую. Второй уровень разграблен постольку-поскольку, потому что там можно наткнуться на Барлога, а тот не любит, когда в его сокровищницу кто-то забирается. Из-за того, что демон не редко поднимался на шум наверх и вставлял звездюлей вообще всем кого видел, Горкил запретил гоблинам спускаться слишком глубоко вниз или тем более бесить демона огня. Как можно догадаться, на третьем уровне никого кроме Балрога нет в принципе, просто не нашлось того психа, который туда добровольно сунется, а потому высока вероятность, что сокровищница Митрила осталась нетронута. Так что даже если мы не насобираем золота, с помощью Митрила мы выторгуем это самое золото у Торина и других гномов.

И теперь наш путь лежал глубоко вниз. Сначала в основную сокровищницу, потом на глубинные уровни. Горкил добровольно вызвался быть проводником в этих катакомбах. Еще бы он не вызвался, когда Хэлкар так ненавязчиво у него перед носом Моргульским клинком покрутил. Нуменорцев же, по здравому размышлению, решили оставить наверху, во избежание так сказать. Люди все-таки, а со слов Майроны, Балрог обладает аурой, которая выжигает всех, кто к нему близко подходит, не говоря уже о пассивной ауре Страха. С собой же взяли пару десятков орков по смышленней и по безумней, которые смогут сориентироваться в этих копях.

— Далеко еще? — обратилась моя коллега к гоблину. Шел второй день, мы все еще спускались вниз и кажется даже не вышли за пределы первого уровня. Это так, к слову о размерах Кхазад-Дума.

— Пршли третъйий чртог гхоспжа. Еще дхва до втрого урвня.

«И как коротышки только продолбили это все в горе?» — восхищаюсь. Эребор не просто меньше. Он в десятки раз меньше Кхазад-Дума.

«Эти шахты копались в течении десяти тысяч лет. Гномы, орки, гоблины, даже эльфы здесь были».

«Вот это я понимаю, богатая история у крепости», — присвистываю.

«Ангбанд был больше», — грустно вздохнула Майрона.

«Моей фантазии не хватает, чтобы это представить», — качаю головой.

Материализовавшись рядом, осматриваюсь. Мрак не мешал мне детально рассматривать местные красоты, что примечательно, ведь никакой магией для улучшения обзора я не пользовался. Каждый выступ, каждый силуэт — я видел все. Только по другому, в темных тонах, в контурах, очертаниях, без цвета.

Спустившись еще на пару ярусов вниз, мы оказались во втором городе. Здесь нам пришлось попетлять, так как Горкил ссылался на завалы и «особые опасные места», где можно натолкнуться на Балрога. Кто мы такие, чтобы возражать жильцам дома? Они всяко лучше знают куда идти, поэтому маршрут превратился в некий лабиринт минотавра.

К слову о лабиринте. Не будь у нас проводников, мы бы реально очень долго блуждали по местным коридорам и не факт что выбрались бы обратно. Этот город — самый натуральный непроходимый лабиринт, который может убить просто потому, что ты в него вошел. А ведь еще есть гоблины, орки, тролли, пауки. Про Балрога я вообще молчу, от этого разбегаются все выше перечисленные, независимо от их количества.

И вот, спустя неизвестно сколько дней, на четвертом я сбился, мы наконец дошли до сокровищницы. И здесь у нас будут две новости. Хорошая и плохая. Хорошая. Золото в ней есть. Плохая — нам его не вынести. Зал провалился на этаж ниже и рассыпал все добро, нормального прохода к нему нет, надо строить и привлекать довольно значительные силы. Если кто не знал, золото металл тяжелый, и чтобы вынести его отсюда нам потребуется ОЧЕНЬ много гоблинов. А еще очень много времени, потому как мы тупо неделю (или около того), спускались вниз. А ведь это не предел, и под нами есть третий, пусть самый маленький, но город.

«Нам, это, отсюда, не вытащить», — медленно, по слогам протянула Майрона, смотря вниз.

«Да знаю. Что делать будем?»

«Это ты меня сюда притащил».

«Ммм, предлагаю спуститься ниже».

«Шутишь?»

«У меня только одна надежда теперь. Митрил. Он легкий, и чрезвычайно дорогой, ты и одна сможешь унести достаточно этого металла для наших целей».

«А золото ты значит думал — легкий металл», — фыркнула она.

«Нет, но я даже не думал что оно будет ТАК глубоко. А еще, что его будет проблемой достать чисто физически».

«Ладно. Значит вниз?»

«Без вариантов»

Глава 19

— Горкил, ты знаешь путь вниз? — повернулась Майрона к гоблину. Сам король суетливо мялся возле Хэлкара, который не сводил с него взгляда и постоянно был в метре от орка. А ну как решит сделать ноги?

— Внз? — пискнул этот поначалу напыщенный орк.

— Вниз.

— Не… тость да. Не уверн. Мы внзу не ходм.

— Но ты знаешь где сокровищница Митрила?

— Ну? — поторопил Хэлкар замявшегося орка.

— Я — нет. Он — да, — кивнул гоблин на своего подручного.

«Пособие о том, как переложить ответственность. Просто прикинуться валенком», — рассмеялся я.

— Пусть ведет.

— Мжно мне уйти?

— Разумеется. Я никого не держу, — при этом гоблин посмотрел на назгула за его спиной.

— Пжалуй я пердумл.

Мне прямо любо-дорого смотреть на эту рожу. Делать Горкилу было нечего, госпожа отказов не любит, о чем мягко говорил поглаживающий меч назгул. А потому, он отдал приказ своему младшему собрату, который повел нас дальше в глубины Мории. Правда, не довел. Не успели мы перейти в нижний город, как Гаркил остановил отряд рукой.

— Вы слште?

Прислушавшись, я действительно услышал в полной тишине далекие глухие удары.

— А вот и он. Вы сможете понять, где именно он? — прошептала Майрона, на что гоблины во главе с орком дружно замотали головами.

«Что-то как-то они не синхронно», — усмехаюсь.

«Аид, перестань, сейчас не до шуток».

«Не могу. Мне весело».

— Ф!

«Майрон, а если попробуем найти Балрога через магию?»

«Если применим магию, он сам нас найдет», — возразила Майрона. — «Он и так чувствует наше присутствие, но не знает где мы, вот и ищет. Но если применим магию, это будет сродни всплеску на глади воды».

«Ммм, тогда прислушиваемся, молчим и идем дальше», — вздыхаю.

— Всем тихо. Идем вперед.

Горкиру и его прихвостням ничего не оставалось кроме как запихнуть страхи глубоко-глубоко и пойти дальше. Как я их понимаю: парни оказались между молотом и наковальней. С одной стороны Балрог, с другой мы и что хуже еще непонятно. Но надо, терпите хлопцы, и да воздастся вам за терпение! Я думаю. Но это не точно.

Спустившись в нижний город, мы впервые услышали где-то вдали утробный рык. Не громкий такой, но очень внушительный.

— Он близко… он близко, — впал в панику один из гоблинов намереваясь броситься наутек, но взмах клинком назгула и голова паникера падает на пол.

— Никому не звука! — прошептал Кхмаул, второй по старшинству назгул в отряде. Остальные тут же заткнули рты, а отряд пошел дальше, прислушиваясь к каждому удару, доносящегося до нас эхом.

Несмотря на то, что гоблины здесь почти или вообще не ходили, ориентировалась эта братия очень хорошо. Видимо у гномов была некая типовая схема, по которой они строили свои ходы и о которых знали наши проводники. Правда я пока никакой систематики не уловил, но оно и понятно, для этого надо здесь жить, а я так — турист.

Между тем, мы спускались все ниже, все дальше во тьму, и чем глубже уходили, тем громче становилось рычание и поступь Барлога. Ровно до того момента, пока мы не вышли в главные залы, из которых был единственный путь к митриловой руде. И вот здесь мы увидели его. Вернее свет от пламени Удуна. Выйдя из-за поворота, наша братия увидела свет огня в конце тоннеля.

— Он знает, зачем мы здесь? — прошептал Хэлкар Майроне.

— Может быть, — ответила та и повернулась к Горкилу. — Есть другой путь?

— Нет…

— А если подумать?

Вернувшись за угол, мы стали свидетелями того, как группа гоблина и одного орка стоит кружком и бурно шепотом что-то обсуждает.

«Мне кажется, или шаги стали громче?» — обращаюсь к Майроне.

— Кхамул.

Назгул все понял сразу. Подойдя к углу и выглянув, тот быстро отпрянул.

— Идет сюда, но в коридор еще не вошел.

— Горкил! — шикнула Марйона на орка.

— В сокрвищнцу дргого пути нет, тлько из этго зала, — тут же отозвался орк. — Но мы мжем ппробвать обйти его и зйти в зал с дргой сторны.

— Веди.

Развернувшись, мы спешно пошли обратно. Судя по описываемому кольцу, гоблин решил перестраховаться и повел нас совсем далекими коридорами, и вывел ни много ни мало, а к подземному озеру. Жаль времени нет, а так бы с удовольствием остановился и полюбовался на этот вид еще, ведь открывшуюся нам красоту словами не описать. Хоть садись и картину рисуй, серьезно.

— Искупаемся? — усмехаюсь. На каждое мое появление, гоблины реагировали дерганием, подпрыгиванием, или просто руганью.

— Все бы тебе шутить, — качнула головой Майрона.

— Смех продлевает жизнь.

— Тебе он её сократит, — я не ответил, а только улыбнулся.

Покинув легендарное озеро Мории, мы вернулись в шахты, но результат наших махинаций был… непонятным. С одной стороны, ни огня, ни шума более не было. Демон перестал рычать, или ходить, не было даже света его огня. И тут либо он ушел, либо схоронился. Не сговариваясь мы понадеялись на первый вариант. Зря. Ничего не подозревая, мы шли по шахте прямиком к виднеющемуся впереди залу, как внезапно боковую стену проламывает Балрог. Идущий впереди Хэлкар успел схватить орка за шкирку и дернуть на себя, выдергивая того из-под камня, а вот некоторым из его слуг так не повезло, завалило бедолаг, еще и сверху придавило Балрогом, как и Кхамула.

Здесь я сам не понял что произошло, так как все подозрительным образом резко замерло. Майрона впала в ступор от такого появления Балрога. Я оказался в ступоре от его вида. Что вы там говорили про фильм? Демон? Неее, вот Это реально демон огня! Горит, дымит, шипы торчат, кожа по одному только виду непробиваемая. Хотя с другой стороны, сходство с каноничным очень даже велико.

Гоблины, те, что были поближе… нет, они не в ступоре. Они просто жареные. Аура демона сделала свое дело. Вот выжившие были как раз-таки в ступоре, включая короля. Единственным, кому из нас всех было плевать, это назгулы, но эти вообще на голову отбиты и не имеют страха в принципе как такового.

Подняв медленно на нас голову, Балрог заговорил:

— Майрррона, — утробным, грубым рыком прозвучало имя моей коллеги.

— Гартхар, — выдохнула Майрона.

Я было подумал, что сейчас получится поговорить, но нет. Взревев, Балрог бросился в атаку не хуже разъяренного носорога. И вот здесь произошло нечто. Сформировав на ходу клинок из пламени Удуна, Балрог наступил на ближайшего к нему назгула и, занеся оружие, попытался обрушить его на Майрону. Мгновение, и полыхающий клинок блокируется черным, сотканным из мрака, мечом.

Примечательно, что это был не тот меч. Действуя по наитию, страху, желанию защититься, нафиг забыв о том, что я в общем-то дух, я потянулся назад, и вытащив меч, выставил блок, как делал это обладая телом. И лишь после этого до меня дошло, что я стою перед Майроной, и что блок я поставил не тем оружием, а его полной копией, сотканной из мрака.

«Что за…» — мелькает мысль в сознании.

— Ты еще кто? — рыкнул Гартхар, отступив на шаг.

Попятившись, становлюсь рядом с Майроной, которая стояла с моим мечом на изготовку.

— Привет, Гартхар, — приветливо поднимаю свободную руку. — А я с ней, — киваю на Майрону. Сама Тёмная Госпожа дала ментальную команду выжившим назгулам бежать с гоблинами в сокровищницу, хватить сколько есть Митрила и валить отсюда.

— Один из её рабов, — фыркнул демон.

— Сам ты раб, а я — компаньон! — важно выставляю палец.

— Аид.

— Что?

— Лучше бы ты молчал.

— Почему?

— Рррраб?! — взревел Балрог, бросаясь вперед. — Я вас уничтожу!

«Не, с таким точно говорить бесполезно», — успеваю подумать, глядя на эту рогатую рожу и отпрыгивая от пылающего гигантского меча.

— Бежим! — крикнула Майрона, первой пускаясь наутек. Я же ласточкой нырнул в кольцо.

«И чего он такой злой, не с той ноги что ли встал?»

«Ты перестанешь шутить, или нет?»

«Скорее нет чем да, но возможно, что…»

«Аид!»

«Все-все, хе-хе, ты кстати заметила тот меч?»

«Потом!» — отмахивается она и, резко развернувшись, выставляет магический барьер, в который прилетает удар хлыста.

«Потом в подробностях, сейчас — вкратце. Ты ведь поняла, что я сделал, я почувствовал это».

«Ты придал своей энергии форму!»

Придал энергии форму? А вот это уже интересно…

— ГРААААА!!!

«Ммм, Майрона, дорогая, шевели пожалуйста булочками, оно нас догоняет».

«Лучше бы вместо шуток, придумал бы что делать!» — наехала она в ответ.

«Да думаю я».

«Я же говорила, плохая, плохая это идея!»

«Спокойно! Без паники, молоко еще не убежало».

«Что?»

«Говорю, что я понял как именно призвал меч, а это главное».

«И чем это нам поможет?»

«Беги к озеру, есть мысль».

«Что задумал?»

«Будем тушить огонь».

Свернув в боковой коридор, Майрона побежала к подземному озеру. Так как оно сравнительно недалеко, добрались быстро. Примечательно, что несмотря на размеры, Балрог бегал достаточно шустро, а потому от нас не сильно и отставал, периодически пытаясь достать разными пакостями вплоть до огненных шаров. Увы, я еще не до конца понял, как колдовать, потому защищаться Майроне приходилось самой, раз за разом выставляя магический барьер.

Как только она выскочила к озеру, я тут же отделился и пристроился сбоку от стены.

«Что теперь?»

«Зайди в воду и стой на берегу».

«ЧТО?!»

«Просто стой на месте. Доверься мне — ты поймёшь, когда надо будет пригнуться».

«Но…»

Договорить она не успела. Рассвирепевший, окутанный огнем и дымящийся не хуже, а то и по круче любого паровоза, Балрог вывалился из тоннеля и бросился к Майроне. Я же начал подготовку к рывку, отсчитывая про себя секунды.

«Пять…»

Майрона сказала, что я придал своей энергии форму…

«Четыре…»

Надо как когда-то оставить формулы и использовать силу по наитию. Услышать её внутри себя. Почувствовать уже забытое чувство, когда я был в палочке Певереллов.

«Три…»

Да, это другая сила, но она моя, она внутри меня. Это не та магия, которой я оперировал до этого. Это конкретная энергия…

«Два…»

И сейчас мне надо придать ей форму. Направить.

«Один…»

В последний момент, когда демон занес меч над Майроной, я применяю рывок и что есть силы врезаюсь ему в спину. Удар, и демон улетает далеко в озеро, пролетев прямо над Майроной. Шипение, обилие пара, рев, всплески воды, все это наполянет пещеру, а потом все как-то резко затихает. Проходит секунда, вторая, третья…

— В следующий раз, сначала говори, а потом делай! — зло возмущается Майрона, выбираясь на берег.

— Но ведь сработало, — усмехаюсь.

— Нет, — качает она головой отходя от воды и указывая на нее пальцем.

— Почему? — оборачиваюсь к ней, но ответом мне становится резкий всплеск и выбирающийся на берег мокрый балрог. Очень-очень злой балрог. Прямо до одури. И этими злыми-злыми глазами он смотрит прямо на меня. — Кажется я понял. Может печеньку дружбы? — как можно вежливее спрашиваю у демона.

— ГРАААААААА!!!

&lt;center&gt;

&lt;b&gt;Через час&lt;/b&gt;&lt;/center&gt;

— Да ладно тебе, ну искупался разок, надо же иногда принимать ванну! — кричу, улепетывая от демона огня.

— Ты его только еще больше раздражаешь!

— У тебя есть другие варианты?

— Да. Бежать!

Выбравшись из озера, Гартхар прямо-таки воспылал аки феникс. Даже мне, не обладающему телом, довелось прочувствовать жар его пламени, а Майрона и того себя словно в парилке почувствовала. И теперь мы бежим по мрачным ходам Кхазад-Дума, и думаем что делать. Гартхар очень сильно обиделся за такую подставу и гонял нас в хвост и в гриву. Конечно, мы могли бы попытаться с ним сражаться, но признаюсь, как-то не тянет.

Я сам по себе его не вытяну, сил не хватит, мое оружие просто рассыпается при ударе по демону, хотя и причиняет тому заметную боль. Майрона же держится только за счет моего меча. Она ведь не воин, и правильно обращаться с оружием в отличие от того же демона не умеет. А даже если и могла бы, после того как мы его разочек чуть-чуть этим мечом достали, Гартхар больше не подставляется и правильно оценив угрозу, держится от клинка подальше.

Также, как показала практика, дури в балроге будет намного больше чем в нас двоих вместе взятых, что он нам уже и продемонстрировал своей аурой. Магией же, ни я, ни Майрона достать его не можем, демон имеет хороший иммунитет к магии, и тьме в частности, поэтому только оружие, только хардкор.

Вот нам и приходиться от него бегать. Иногда, как сейчас, пробую с ним договориться, но что-то как-то не очень.

— Майрона, что делать будем? Я не знаю куда бежать, и могу предположить — ты тоже. А этот факел, с учетом его мощи, может гонять нас по своему подземелью ещё очень и очень долго.

— Да я знаю!

— Так предложи что-нибудь! Это ведь твой соратник! В прошлом.

— Напомню, что прийти сюда была твоя идея!

— Ты не говорила, что у него столько сил!

— Я предупреждала!

— Но не настолько же!

— УНИЧТОЖУ!!!

— И чего он такой злой? Всего разок искупали, — обернувшись назад, смотрю на демона.

— Они в принципе никогда добрыми не были.

— Верю наслово.

Пробежав еще пару коридоров, Майрона останавливается на передышку. Это мне хорошо, тела нет, а вот у неё ввиду отсутствия тренировок уже одышка появляться начала.

— Нет, бесконечно бегать я не смогу, — качает она головой.

— Вижу. Ладно, есть у меня идея.

— Как предыдущая?

— Нет, на этот раз лучше.

— Ты хочешь уронить на него колонну? — проследила она за моим взглядом.

— Да.

— Она его не остановит.

— Но замедлит! А мне это и надо. Ломай.

— В смысле?

— Мечом, блин, разрежь, дура!

Огрызнувшись, Майрона делает взмах и срезает часть камня.

— Во. Теперь встань здесь и как только Балрог появится, роняй на него колонну!

— Я поняла.

Отойдя от Майроны, становлюсь аккурат возле ловушки. Демон не заставил себя ждать, выскочив из коридора и осмотревшись.

— Эй, красавчик! Я здесь! — машу рукой, и посылаю Барлогу воздушный поцелуй.

— ГРАААА!

«Последнее было не обязательно».

«Но ведь сработало», — возражаю.

Вот Гартхар бежит на меня, вот Майрона «дорезает» колонну и, применив магию, роняет в нашу сторону. Вот камень крошится, привлекая внимание демона. Остановившись, тот оборачивается и успевает заметить летящий прямо ему в лоб каменный опорный столб и получает точно по рогам.

— Уууууу, — представив на себе как прилетело демону, немного сочувствую болезному. Совсем чуть-чуть. Кааапельку.

Нет, после такого точно должны быть последствия. Просто обязаны быть.

— В смыыыысле? — восклицаю, когда вижу через рассеивающую пыль как поднимается на ноги демон.

«Я говорила».

«Погоди», — останавливаю уже намеревавшуюся дать деру Майрону.

Нет, я оказался прав! Демон шатался. Все-таки такой удар не прошел бесследно. Пройдя до целой колонны, Гартхар оперся о нее и встряхнул головой. Я же, пользуясь моментом, тут же подлетел к нему.

— Гартхар, пожалуйста хватит! Мы пришли поговорить, а не сражаться.

— Гррррр…

— Не-не-не-не-не-не! — отпрыгиваю от демона и ровно в то место, где я только что стоял, прилетает его полыхающий кулак. — Идиот, мы хотим спасти Мелькора и пришли за помощью! — выдаю я свой последний аргумент в попытках образумить это исчадие. Драться до потери сил с Балрогом не было никакого желания ни у меня ни тем более у Майроны.

— Что? — застыл демон.

«Подействовало?!» — разом мысленно удивились мы с Майроной.

— Мы с Майроной хотим вытащить Мелькора из-за Врат Ночи. У нас есть план, но не хватает сил. Мы пришли сюда, чтобы попросить у тебя золота и митрила.

— Издеваешься?

— Он говорит правду, Гартхар, — вступилась за меня Майрона подойдя к нам. — Мы действительно собираемся это сделать. И мы знаем как. Мы пришли не грабить тебя, а просить помощи.

— Так почему вы сразу не сказали?!

— Так мы пытались! — наехал я на демона. — А ты нас убить пытался, рожа рогатая!

— Гррррр…

— Не-не-не, не надо! — отступаю от демона на всякий случай. А ну как заедет.

— Рассказывайте.

И Майрона рассказала. Все с самого начала, как мы дошли до этого и как решили это дело провернуть. Балрог внимательно слушал, местами уточнял, местами Майрону дополнял я. Рассказ растянулся на добрых полчаса, причем в том же зале, а по его окончанию демон безапелляционно заявил:

— С этого момента, командование беру на себя я.

— А на*** не пойдешь? — моему возмущению не было предела.

— Да я тебя!

ВЖУХ! — пролетел огненный снаряд у меня над головой. Вовремя пригнулся.

— Хорошая ведь была статуя, — вздыхаю, смотря на то, что когда то было статуей гнома.

— Гартхар, при всем к тебе уважении, но ты полководец, а не стратег. Я понимаю, что тебе противно подчиняться мне, но я прошу тебя, ради господина, ради Мелькора, услышь нас и пойди за нами.

— Рррр…

— Пожалуйста.

Ого! Впервые вижу у Майроны такой просящий взгляд.

— Кхе-кхе. Добавлю. Мы не просим тебя подчиняться. Мы просим тебя стать соучастником, который будет помогать по собственной воле и инициативе.

— Ррр, хоррошо. А что это за огрызок с тобой летает? — кивнул он на меня.

— Сам ты огрызок!

Зря я это сказал. Пришлось отлетать от кулака. Заводной он какой-то, сразу бьёт, потом говорит. А… ну да. С кем я говорю.

— Этого духа зовут Аид. Он может и слабейший из нас, зато очень умен. И это он сделал этот меч, — Майрона показала мой клинок. Я только хотел сказать, что давать демону мое оружие плохая идея, но поздно. Балрог взялся двумя пальцами за рукоять и внимательно осмотрел лезвие.

— Необычное оружие, — задумчиво протянул демон. — Я такого еще не видел. Чувствую в нем что-то похоже на Митрил, но не он.

— Аид вообще много интересных вещей умеет делать.

— Не сомневаюсь, — вернув оружие, он посмотрел на меня. — Так, ваш план я понял. Но зачем вам золото и митрил?

— Для того чтобы подняться к воротам, нам нужны драконы. А без золота они сотрудничать не хотят, хотя мы пояснили этим гадам, зачем именно нам нужна их помощь.

— Чтоооооооо??? — вспыхнул демон. — КТО?!

— Смауг и Ангара.

— Эти жалкие ящерицы? Где они???

— В Эреборе.

— Эребор… а где это?

— Не так далеко отсюда, можем показать.

— Да. Но для начала нам бы выбраться из этих лабиринтов.

— За мной! — поднявшись с земли, демон пошел по коридору Мории.

— Он всегда будет командовать?

— Балроги подчиняются лишь одному, — вздохнула Майрона.

— Я тебя услышал.

— Меня другое смущает.

— Что такое?

— Ты понимаешь, на что мы только что подписали драконов?

— Да. Им пиииииии…

— Ага. Аид.

— А?

— Где-то здесь митрил.

— Точно! Гартхар, погоди, — окликаю демона, опережая его.

— Что еще?

— Нам все-таки не помешает Митрил. Он здесь есть?

— Есть, — кивнул демон. — И много. Я никого не пускал на нижние ярусы. Еще не хватало, чтобы оружие против меня делали!

— Мы можем его взять? Для наших нужд.

— Берите, — отмахнулся балрог.

— Не, без твоей помощи мы его отсюда не вынесем. Это ты знаешь эти залы вдоль и поперек, мы — нет.

— Рррр…

— Да брось, не будь таким злым. Я для тебя броню из все того же митрила в конце-концов сделаю. М?

— Броню?

— Ага.

— А сможешь?

— Этот сможет, — вступилась Майрона.

— Хм… за мной.

— О! Совсем другой разговор.

Развернувшись, мы пошли обратно вниз, к хранилищ, где собрана Митриловая руда. Впереди шел Балрог, мы следом за ним.

«Он всегда такой немногословный?» — не выдержал я, когда за полчаса пути демон не издал и слова.

«Да».

«Неужели ему не интересно, кто я, откуда, как жила все это время ты?»

«Нет».

«А что ему интересно?»

«Может лучше спросишь его?»

Посмотрев на крылатую спину демона, я как-то не спешил озвучивать свой вопрос.

«Аид, единственное, что тебе о нем надо знать, это то, что Балроги — воплощение огня, тьмы и страха. Они не умеют созидать, лишь сражаться и разрушать. И они всегда злы, просто в меньшей или в большей степени. Как думаешь, чего будет желать такой майар?

«К-хм. Вопрос снят».

«Вот то-то же».

Блуждая в бескрайнем мраке, мы вернулись к теме моих сил. Я докопался до Майроны, чтобы та пояснила мне принципы взаимодействия моих же сил. Я понял, как могу придавать собственной энергии форму, но вот то, как именно это я делаю, уж простите не понимаю. Майрона поясняла как могла, хотя сама здесь не совсем понимала. Ведь вопрос стал не о том, как я колдую, а о том — что я такое.

А соль вот в чем. С одной стороны, я похож на Майар. Как она, как Гендальф, как другие маги. Если простыми словами, я похож на духа, который стоит обособленно от тела и тело в данном случае выступает бонусным придатком. Не важно каким, усиливающим, ослабляющим, важен сам факт того, что тело стоит отдельно от духа и без него вполне можно жить.

С другой же стороны, я похож на такого Майар как Балроги или Унголиант. У этих ребят, тело и дух — одно и то же, если они теряют тело — дух тут же отдает концы. И вот здесь, я взаимодействую с магией как эти ребята. Как Балрог формирует свой меч, так и я сформировал свой. Как демон огня подпитывал свою форму энергией, так и я совершал рывки.

В ходе диспута мы пришли к патовой ситуации, что я гибрид ужа с ежом, непонятно как склеенный и тем более непонятно как живущий. Блеск! Случайно забылся, обратился к проводнику за советом. Тот сразу бить не стал, а уточнил, что именно от него хотят. Попросил пояснить, как тот взаимодействует со своими силами. И демон объяснил. Правда почему-то пояснять решил на мне, но зато доходчиво и сразу все понятно, ничего повторить я не просил.

Правда я все-равно не понял как это дело работает и мои знания оказались тут бесполезны. Обидно, но разбираться будем позже. Благодаря Гартхару я могу источать мрак аки он, формировать меч и хлыст, сферу тьмы (вместо сферы огня), а еще призывать окружающий меня мрак, тем самым восполняя и приумножая собственные силы. Именно за счет этой фишки демон отожрался за столько лет до тех размеров и силы, с которой мы его застали. Читер он. Как есть Читер. Зато понятно, почему из Мории не выходит. Тут во первых опасный для него металл, который он же и охраняет, а во вторых мрак и тьма, которая его питает. По сути, этот гений решил подождать здесь Дагор-Дагорат — судного дня, в который Мелькор сам придет из-за Врат Ночи и присоединится к большому пиздецу, что тот по заветам должен устроить.

— Майрооонаааа.

— А?

— Что-то меня слова о «Дагор-Дагорат» напрягают.

— Это страшилка, не более. Просто свершится месть обидчикам, которая ознаменует начало новой эры.

— А чем это грозит мне?

— К тому моменту ты уже будешь за Вратами Ночи.

— Точно?

— Точно.

— Ну смотри.

Успокоившись на этом, я продолжил практику в магии, совершая по сути небольшие рывки взад-вперед. Со стороны они смотрелись как телепортация, столь быстро проходили. Прекратилась же эта кутерьма, когда мы наконец дошли до хранилища руды.

— Ого… — восторженно осматриваю горы сырой митриловой руды.

— Я же говорил, что никого сюда не пускал.

— Да здесь хватит снарядить небольшую армию, причем по полной программе.

— Митрил — один из любимейших металлов эльфов Нолдр. Ты не представляешь сколько у них было изделий из него в годы великой войны, — посмотрела на меня Майрона.

— Представляю.

— Что теперь? — посмотрел на меня демон огня.

— Ну как это «что»? Майрона, зови своих, и пусть возвращаются вниз. И пусть возьмут с собой побольше гоблинов.

— Ты что задумал?

— Пусть Хэлкар организует вынос всего этого добра в Барад-Дур, потом золото.

— А мы?

— А мы возвращаемся в Эребор.

Глава 20

Аид

Задачка: Как перевезти демона огня в другую часть Средиземья так, чтобы об этом никто не прознал? Условия: Демон необычный. Пять с половиной, почти шесть метров в росте (постоянно сгорблен). Окутан огнем, постоянно источает в промышленных объемах пелену мрака. Имеет неконтролируемую ауру, сжигающую все в радиусе пяти метров. Неконтролируемую, по причине эмоций. Насколько демон зол, так его Аура и жарит. Важно: добровольно ложиться в спячку для спокойной доставки демон не хочет, а также постоянно угрожает расправой.

Решение: никак. Никак эту тварь не перевезти. Собственно, Гартхар вообще не понял нашего порыва доставить его втихаря из точки А в точку Б. И в то время, пока мы с Майроной обсуждали всевозможные варианты, демон огня отправился погулять. Ну так, чисто осмотреться. И естественно никого об этом не предупредил. Спасибо гоблинам, ребята быстро сообразили что надо поставить нас в известность.

Оповнившись, что возле нас как бы идет война орков и Лориэна, мы с Майроной бросились следом за демоном, который к тому моменту уже отправился в Лориэн.

— Майрона, ты мне скажи. И как мы должны управиться вот с ЭТИМ? — стоя рядом с Майроной, я повернул к ней голову и указал рукой на очаг пожара в лесу эльфов. Хороший такой очаг. Прямо как в прошлый раз.

— Не знаю. Но это было ожидаемо.

— Да ну?

— Он столько лет сидел взаперти, вот и решил пар спустить, — пожала она плечами.

— Ох… только бы Эру не вмешался. Хэлкар.

— Да, господин?

— Пошли одного из своих к Азогу. Пусть соберет орков, и если не поступит другой команды — зачистит Лориэн.

— Ты что задумал? — повернулась ко мне Майрона.

— Идем в лес. Надо помогать союзнику, пока не потушили и его и нас вместе с ним.

— Думаешь, эльфы его одолеют?

— Дело не в том, что эльфы его порежут, а в том, что он вырежет всех эльфов, а нам этого пока не надо.

— Согласна. Хэлкар, действуй по плану.

— Да, моя госпожа.

— Ну, а мы пройдемся.

Надев на голову капюшон, Майрона отправилась к Лориэну. За нами шли всё те же десяток нуменорцев, все как один в черных плащах, а лица скрывал закрытый шлем. Спустившись к границам леса, мы пошли по проложенной балрогом просеке. Горели деревья, валялись обугленные тела эльфов, дымарь стоял такой, что без специальных чар идти дальше было физически невозможно, особенно людям. Так что здесь пришлось сделать остановку и по быстрому объяснить Майроне как можно наложить на маску специальный фильтр.

При этом где-то там вдали слышались крики, рев балрога, шум боя и грохот падающих деревьев. Одним словом, демон отрывался по полной программе.

«Вот уж не думала, что буду спасать эльфов от темного пламени Удуна».

«Действительно забавно. Майрон, а кто такой Удун?»

«Не кто, а что. Это иное название первой крепости Мелькора. Крепость называлась Утумна. Именно в ней он создал темный огонь, которым пользуются балроги, отсюда выражение — пламя Удуна, то есть темное пламя Утумны».

«Прикольно. А драконы пользуются тем же огнем?»

«Нет, другим. Оно намного слабее чем то, что у балрогов».

«Слабее… погодиии. А балрог случайно не способен расплавить наше колечко?»

«Мое, Аид. Это мое кольцо. И нет, не способен. Лишь роковая гора способна его расплавить. Или Мелькор, как создатель огня в природе».

«А как же Тайный огонь и пламя Анора?»

«Тайный огонь — фигуральное значение силы, с помощью которой Эру создал нас. Пламя Анора — тут все сложнее. У Олорина есть кольцо — Нарья, которое берет силу из пламени Анора, но управляется оно моим кольцом и без моего ничего не стоит. Само пламя Анора, это плод одного из деревьев валинора. Когда деревья пали, двум Майар, вызвавшимся добровольцами, были переданы по последнему плоду от каждого дерева. Ариэн, одна из последних Майр огня, и поныне перемещает свет одного из плодов по небу, ты его называешь солнцем. Этот плод и есть — пламя Анора. Оно источает настолько яркий и жаркий свет, что сжигает все, что подойдет слишком близко, даже других Майар, если у тех нет предрасположенности к огню. Ариэн очень сильная девушка. Одна из сильнейших, именно из таких как она появились балроги».

«Ого как все запущено… а Олорин, это кто?»

«Настоящее имя Гендальфа. Так понятней?»

«Намного. То есть, погоди. Это что получается, все это время луну и солнце по небу возят конкретные Майар?»

«Несовсем. Лодка есть только у Талиона, хранителя Луны. Ариэн отреклась от плоти и перемещает свет солнца в образе духа».

«Я смотрю, у вас по небу опасно летать».

«Ты о чем?»

«Гигантские орлы, драконы, летающие корабли, духи с мощными артефактами, выжигающими все и вся… кошмар!»

От моего негодования Майрона не смогла удержать улыбки и прыснула в кулачок.

«Слушай, скажи честно, как та, кто здесь живет. Какие у нас шансы?»

«Относительно неплохие».

«Это как понять?»

«Я не могу учесть того, что будет завтра, или через час, Аид. С одной стороны Валары, как ты любишь говорить — те еще овощи, некоторые из них инертны, другие до крайности деятельные. Они обещали Эру не вмешиваться в дела средиземья, но могут вмешаться. Сам Эру тебя должен искать, а в придачу еще и меня, и чудо, что до сих пор не нашел. Хотя вот, после того что сейчас творит Балрог, я уже как-то и не уверена. Кроме того, Майар. Младшие духи все без исключения очень деятельны, эти тоже могут вмешаться несмотря на запреты. Да что там, Ариэн может посмотреть на этот беспредел и спуститься к нам, что тогда будет ты и так понимаешь. Понимаешь, все так шатко, что уже через минуту мы можем предстать перед Эру, а может мы его и через год не увидим. Может он никого из нас не ищет, все это плод нашего воображения, с него и такое станется, хотя и маловероятно»

«Короче, пятьдесят на пятьдесят».

«Да».

«Знаешь, теперь я понимаю твое стремление навести здесь порядок».

Так мы и продвигались. Минут через двадцать легкого бега, наша компания наконец наткнулась на бушующего Балрога, против которого вышла Галадриэль и её муж. Ну как… муж уже лежал в сторонке без руки, а вот Галадриэль пока еще держалась. Не атаковала, а просто тупо держала щит, по которому демон огня молотил кулаками.

«Есть идеи?» — спрашиваю у Майроны.

«Что-то не приходит. А у тебя?»

«На меня даже не рассчитывай, у меня здравый смысл застрелился еще в Мории, а логическое мышление только что повесилось. Пока не реинкарнирую, ничем помочь не смогу».

«Предатель ты».

«В смыыыысле?»

«На меня вот это бросаешь, да?»

«Майрона, я не знаю что делать. Более того, я скажу что мы не успели, потому как я рассчитывал догнать демона до того как он найдет вот эту парочку остроухих. Но теперь… Можно дать Галадриэль погибнуть, тогда мы с тобой останемся в тени и будут знать только о Балроге, но кто-то может сильно-сильно обидеться. Если не дать погибнуть и вмешаться, она точно тебя узнает и тогда вся наша маскировка прикажет долго жить. Хотя она уже должна была приказать долго жить. В то же время стоять в стороне и смотреть на это дело тоже ведь нельзя».

«Ну почему? Лично мне очень даже нравится».

«Знаю я тебя, твоя бы воля ты бы даже сюда не пришла, как стояла бы возле Мории так там бы и стояла, расположившись в кресле с вином в руке».

«Да-да».

«Эх…»

«Так что решили?»

«Твое мнение?»

«Пусть добивает».

«Ну значит пусть добивает, спасём — только себе хуже сделаем».

Долго бой не продлился. Буквально еще по прошествии секунд тридцати демон расковырял защиту Галадриэль и сжег наглую эльфийку, а с ней и всех, кто оказался рядом. Уж не знаю, насколько далеко, но больше рядом с нами живых не нашлось, пекло и дым стояли такие, что если бы не наша защита, весь отряд давно бы присоединился к эльфам под ногами.

— Лориэн пал. Это официально, — появившись рядом с Майроной, вонзаю в землю сотканный из мрака полностью черный флаг.

— Что, пришли на готовенькое? — прорычал демон, развернувшись к нам.

— Да нет, мы так-то тебе помочь хотели, но ты и так со всем справился, — я пожал плечами. — Собственно, Гартхар, зачем ты вообще напал на Лориэн?

— Они стояли на пути.

— Нам как бы на север надо, не на юг, — задумчиво глажу подбородок.

— Да? — удивился балрог. — Вроде Мордор на юге.

— Так мы не в Мордор, а в Эребор.

— А моя броня?

— После Эребора.

— Аааа. Хорошо. Ну на севере я тоже эльфов видел.

— Не-не-не-не-не, стой, не надо! — я прыгнул к демону, преграждая ему путь.

— Что?

«Майрона, спасай! Как сказать демону, чтобы он тебя не убил, что нападать и добивать эльфов — плохая идея?»

— Гортхар, нам надо спешить, у нас очень мало времени. То, что ты пришел сюда, сыграло им на руку, они хотят нас задержать.

— Рррр, твари! — прорычал демон, ударив по земле.

— Да. Поэтому нам надо спешить в Эребор, несмотря ни на что.

— Я понял. Где эта крепость?

— Мы покажем, — добавляю за Майроной.

Так мы и выдвинулись в путь. Одиннадцать всадников и один балрог. Двигались аккуратно по южному тракту, так как он у нас под контролем и там в основном ходят караваны истерлингов, вариагов и харадримов. Интересно, что скажет Торин, когда узнает, кого мы к нему привели? Надеюсь гном не будет сильно ругаться. Н-да.

В пути практиковался с Гортхаром в занятиях магией. Отрабатывали старое, учились новому, хотя со стороны это более походило на попытки убийства. Самое забавное, что я тоже достаточно жестко тренировал Гарри, но тогда это были контролируемые тренировки, здесь же, я реально понимаю, что если раз подставлюсь, то прилетит — будь здоров.

Зато удостоверился в знаниях демона. Верзила знал и умел очень многое, а уж как он фехтовал своим пылающим мечом — вообще сказка, и это с его-то габаритами. Законы физики? Не, не слышали.

Наша поездка была прервана весьма неожиданным образом. В небе грохнуло так, словно где-то рванул ядерный заряд эдак на шестьдесят мегатонн. Мне даже показалось, что само небо дрогнуло и на мгновение померкло. Но нет. Далее ничего не происходило, однако ни птицы ни звери говорить не спешили. Лишь гуляющий по дороге ветер.

— Ну нихрена себе громыхнуло. Это явно не гром, — я посмотрел на Майрону, которая внимательно всматривалась в голубое небо.

— Это слой Иллумбары. Что-то только что очень-очень сильно ударило по нему с той стороны.

— Походу твой суженый чувствует нас и пробует пробиться навстречу, — усмехаюсь.

— Это точно не Мелькор, — качнула она головой. — Ему не хватит сил пробить эту защиту и он это знает.

— Хм…

— Есть идеи? — она повернулась ко мне.

— Нет, так, лишь догадки.

— Да ну?

— Да. Слушай, а это не могли ваши Валары разойтись? Или сам Эру?

— Вряд ли. Скорее они сейчас тоже в шоке.

— Ясно.

— Ладно, выдвигаемся! Привалов до Эребора более не будет!

Собравшись, напоив коней походным зельем и наложив чары как на них так и на людей, мы выдвинулись в путь. На протяжении всей дороги меня забавляло, что разогнавшийся балрог может бежать быстрее лошади, высоко прыгать и планировать на своих крыльях мрака. Летать, правда, демон не мог, что печально. Но падал красиво.

Тут вспомнился канон и то, что демон боится высоты. Ага, сейчас. Нифига. В том же каноне демон вроде как летел в пропасти, сшибая собой выступы из стены, а потом еще и в воду приземлился. А вода, на такой скорости, я вам напомню — не сильно уступает камню. Тут скорее вопрос Гендальфу, как в таких обстоятельствах умудрился выжить ОН. Авторский произвол, не иначе. Но это в каноне. А у нас демон будет по зубастее, по шипастее, и вообще на него колонну уронили, а он только и сделал, что встряхнулся.

Когда мы почти добрались до Эребора, ко мне обратилась Майрона.

«Аид, я думаю, что гномы не сильно обрадуются такому гостю и не станут открывать ворота, а тем более встречать нас как долгожданных гостей».

«Согласен. Еще и с огоньком встретят. Я давно об этом думаю. Что предлагаешь?»

«Лети вперед духом, предупреди гномов о том, чтобы бежали и не атаковали. Демон никого не тронет».

«Лады».

Вылетев из кольца, я устремился к Эребору. На стене нас уже встречал Торин собственной персоной в окружении толпы гномов, которая спешно готовилась к бою.

— Торин! — приземлившись на стену, радостно приветствую Короля-Под-Горой.

— Демон?

— Не, я просто посыльный. Демон будет чуть позже. Слушай, у нас к тебе просьба. Открой пожалуйста ворота и разгони гномов.

— Ты смеешься?

— Нет, я серьезно. Я готовлю теплую встречу «старых друзей». И поэтому прошу отвести гномов назад и раскрыть ворота. Демон не станет буянить на вас, если вы первыми не начнете, его цель — драконы.

— А если мы откажемся?

— Тогда он просто выломает ворота и сожжет все к чертовой матери, как сделал это с Лориэном.

— В смысле с «Лориэном»?!

— Ах да… ну короче, второго лесного королевства тоже нет, его сожгли.

— Ты?!

— Не, на этот раз без моего участия, демон сам справился. В общем, отводи войска, раскрывай ворота и жди гостей. Даю слово, если высовываться не будете, никто не умрет. Вы по сути сейчас третья сторона, которая может попасть под раздачу.

— Хорошо. Я тебя понял. Открыть ворота!

— Спасибо, что услышал, — чуть поклонившись, отталкиваюсь от камня и подлетаю к Смаугу. — Смауг, дорогой! Привет, мой хороший.

— Ты? Уже вернулся?! — удивился дракон.

— Ага.

— И где золото?

— Прости, но мы тебе его не привезли. Но зато, привезли то, что намного-намного лучше!

— Лучше золота, может быть только еще больше золота!

— Поверь. Очень скоро ты изменишь свое мнение.

— Ты заинтриговал меня, — хмыкнул Смауг, выпустив струйку дыма из ноздрей. Здесь ворота начали раскрываться и в них вошел ОН.

— Ну… как я и сказал, золота мы не принесли. Но зато, с нами пришел Он, — киваю на балрога и рыбкой ухожу в сторону.

— Смауг, — радостно оскалился демон. Дракон ответить не успел. Но его расширенные в ужасе глаза, сказали все сами за себя.

БАЦ! — получил дракон кулаком по роже.

— Ах ты…

БАЦ!

— …выродок чешуйчатый…

БАЦ!

— … да как ты посмел ставить условия…

БАЦ!

— Ууу, вот это удар. Интересно, кто ему сделает предъяву за жестокое обращение с животными?

Бац!

В этот момент лопнули цепи и драконья морда высвободилась из клетки. Попытка выкрутиться была пресечена балрогом, который оперативно схватил рожу одной рукой, а второй продолжил воспитательные меры.

— Аид, по-моему мы сейчас потеряем одного из драконов. Не пора ли притормозить демона? — подошла ко мне Майрона.

— Да вроде нет. Драконы крепкие, убить не должен, сам же понимает, ведь так? — но посмотрев на скептический взгляд Майроны, я сильно усомнился в своих словах.

Между тем, избиение наглого жадного дракона… эээ, в смысле воспитательные меры продолжались. Ровно до тех пор, пока Смауг сквозь крики и ругань не взмолился о помощи.

— Похоже с него хватит.

— Я тоже так думаю. Пойдем, поможем животинке.

Но вмешиваться не пришлось. Балрог услышал Смауга и остановился сам. Схватив того за шею, он потребовал от дракона клятву. Деваться ящеру было некуда, а потому тот весьма оперативно поклялся Балрогу в верной службе.

— А мне? — возмутилась Майрона, обиженно посмотрев на демона.

— А у тебя колечко есть, — отмахнулся демон. — Говорящее, — добавил он с усмешкой.

— А вот щас обидно было, — хмыкаю.

— Кхе. Прошу прощения, господа, но я хотел бы поговорить за причиненный ущерб, — встрял Торин.

— Не-не-не-не-не! — подлетаю к демону, когда тот намеревался раздавить гнома. — Торин за нас! Он свой!

— Ручной гном? — удивился демон.

— Дрессированный, — поправила Майрона.

— Что? Да я…

Прикрыв рот Торину рукой, шепчу ему:

— Выбирай. Либо ты король. Либо ты раздавленный король.

Торин понял, что к чему, и решил смирить гордость во благо своего седалища на королевском троне. Следующим драконом стала Ангара. С ней вышло все проще. Стоило ей увидеть побитую морду смауга и Гортхара, она сразу предпочла принести клятву, хотя и попыталась «случайно», раздавить гнома-другого из охраны Торина.

С самим Королем-Под-Горой начались непродолжительные переговоры, в которых мы сошлись на том, что Торин удовлетворится возможностью пошуровать в Мории на свой страх и риск. Точнее, страх и риск отправленных гномов, сам он туда лезть не собирался. Не королевское это дело, по кишащим ордами гоблинов руинам шастать.

А вот дальше, у нас между собой возникла дискуссия, которая заставила понервничать жителей подгорного королевства и особенно Торина. Ну еще бы, когда трое Майар (а с подачки Майроны меня считают именно им), один сильней другого говорят друг с другом на повышенных тонах, тут кто не хочет занервничает. И каждый топил за свое.

Балрог хотел действовать вот прямо сейчас, хотел чтобы ему дали броню и он сам полетит спасать Мелькора. Правда пока не придумал как. Я хотел пробудить моих эльфов в Барад-Дуре. Майрона просекла фишку: балрог = драконы, и настаивала на походе на север в целях накопления сил.

В итоге мы пришли к следующему: Балрог берет с собой драконов и чешет сначала в Серые горы, так как там обосновался холодный дракон в падшей крепости гномов. Дракона в строй, крепость Торину, так как союзника обижать нельзя. Гном после такого прямо расцвел и отмел все претензии в нашу сторону, став грудью на защиту между нами и представителями других кланов. Те тоже подумали, посовещались и пришли к выводу, что надо бы нам помочь в таком благом деле.

Следующим пунктом мы с Майроной возвращались в Барад-Дур, где я делаю демону обещанную броню, пробуждаю эльфов и уже с ними мы выдвигаемся на поиски Сильмариллов. Я точно знаю, что один из камней лежит где-то либо в заливе Лун, либо в заливе Форхел. Скорее всего второе, так как в первом заливе очень много эльфов плавает, и камень уже бы нашли.

Обсуждения были прерваны визитом Гендальфа. Говорю сразу, я был готов умереть от смеха ведь что началось дальше, словами не описать. Но я постараюсь. Сначала Балрог хотел его убить, но общими усилиями нам удалось переубедить демона и заставить того уйти на самое дно пещер и спрятаться. Акцентирую ваше внимание, спрятать балрога, особенно его энергию — задачка сложная даже для меня в расцвете сил. Балрог не назгул, и уж тем более не дементор, у него такая аура, что хрен свернешь.

Также надо спрятать присутствие Майроны. И меня. Так как я забылся и давно пользуюсь своей силой, меня тоже можно учуять. Нельзя забывать и о драконах. Например о том, что они сейчас без цепей и быстро заковать их не выйдет. У Смауга ведь оковы вообще сломаны, если что. Так что поднявшаяся суета напоминала какой-то бардак. Словно студент, который дотянул до конца и перед самой сессией опомнился. Вроде бегает, что-то делает, но ведь бесполезно и ничего не выйдет. Это понимал и я, потому веселился и подливал масла в огонь, подкалывая всех и каждого.

В итоге Торин принял решение встретить чародея перед крепостью, вообще не пуская того внутрь. Офигенное решение, просто блестящее, а главное не вызывающее никаких подозрений, о чем я сквозь смех и «слезы» высказался гному. Тот обиделся и спросил альтернативу.

— А чего нам рыпаться, когда корабль уплыл?

— В смысле?

— Давайте так. Ты пускаешь его внутрь, спрашиваешь чего он хочет, мы с Майроной стоим рядом и наблюдаем, но так чтобы Гендальф не знал и в случае чего вмешиваемся.

— Убьете его?

— Нет, убивать Гендальфа нельзя, ему Эрр… в смысле у него есть покровители, которые ему импонируют и в случае смерти мага на нас падет тень. Поэтому в крайнем случае берем в оковы, усыпляем и держим без сознания связанным по рукам и ногам, как делали это с Ангарой.

— Кстати хороший вариант, — прищелкнула пальцами Майрона. — Это на некоторое время отсрочит раскрытие нашего замысла. Пусть и небольшое, но нам много и не надо.

— А есть еще идеи? — спросил Торин.

— Я свою идею выложил, — пожимаю плечами и смотрю на Майрону.

— Поддержу и обе стороны.

— В смысле? Так нельзя.

— Тут равные золы, что не выбери, результат будет един.

— Может еще подумаем? — предложил Торин.

— Время, у нас его нет, — качнула головой Майрона. — Аид, так что решаем?

— Ммм… есть у меня еще одна идейка, — задумчиво пройдясь по комнате, смотрю на обычного гномьего охранника.

— Что за идея?

— Она вам не понравится.

Глава 21

Некоторым временем ранее. Гендальф

Серый маг скакал к крепости гномов. Лориэн сгорел, свидетелей нет и нужно было понять, кто это сделал. Волшебник знал, что эльфы сражались с орками, и помнил, что в прошлый раз в ход такой войны вмешались гномы и он помнил — как именно они вмешались. А потому, подозрения пали на Торина. Если он сжёг один лес, он запросто мог сжечь второй. Однако в этот раз пожар не принес успеха, ибо орков с гоблинами вокруг леса было слишком много. Настолько, что к лесу было даже не подойти.

И сейчас, волшебник надеялся, что гном внесет ясности в это событие. Однако когда он прибыл, все пошло совсем не так как рассчитывал маг. Во-первых его встретили во всеоружии, словно чужака, хотя маг повода к этому не давал. В ходе переговоров, он упросил гномов открыть ворота и пустить на порог, для срочного разговора с королем, но то что он увидел внутри, поразило до глубины души. Дракона на месте не нашлось, оковы были пусты. Более того, вокруг царила разруха и запустение, лежал щебень и гномьи искореженные латы. В воздухе витала пелена мрака, на языке чувствовалась гарь и пепел, а кожей маг испытывал остаточный жар. Он ощущал черную магию, но не понимал откуда она здесь и что вообще происходит.

Более того, он чувствовал, видел сгущающуюся не только над Эребором, но и в самой горе тьму. Уже давно маг приметил, что она подозрительным образом облюбовала это место. Чародею казалось, что за ним наблюдает каждая тень, из каждого темного угла на него кто-то смотрит, но там никого не было, лишь темнота. И это пугало.

Попытка достучаться до гномов не увенчалась успехом. На любые вопросы, гномы мало того что отмалчивались, так еще попросили эти самые вопросы не задавать. Вся немногочисленная стража была словно на иголках, и как-будто бы срывалась на чужаке. Одной надеждой тешил себя волшебник, что придет Торин и объяснит что тут происходит. Но Торин так и не пришел. Вместо него появился какой-то другой гном с короной на голове.

— Эм… здравствуй, серый странник! — как-то неуверенно, но громко сказал Король-Под-Горой.

Где-то в Эреборе

Шлеп! — легла женская рука на миловидное личико.

— Майрона, успокойся, все хорошо.

— Это не сработает! — яростно прошептали в ответ.

— Все сработает, а нет — у нас всегда есть балрог.

Гендальф

— Здравствуйте, ваше величество! — поклонился маг, приветствуя гнома. — С кем я имею честь говорить?

— Тугур четвертый, эээ, Твердолоб! Что привело тебя сюда, волшебник?

— Я хотел бы видеть Торина Дубощита. У меня для него важные вести из Лориэна.

— Торин Дубощит пал!

Эти слова прозвучали словно гром средь ясного неба. Маг не мог поверить в услышанное.

— К-как п-пал?

— Нас навещали черные всадники Мордора. Мы не пустили их, но их черная магия высвободила дракона из оков. В ярости он убил многих из моих братьев и сестер. Торин Дубощит, ценой своей жизни, выманил дракона наружу и пал в неравном бою. Смауг же предпочел не возвращаться, опасаясь повторной попытки быть взятым в плен или убитым.

— Значит, беда Средиземья не обошла и вас…

— Какая беда? — нахмурился король.

— Темные силы набирают мощь. Люди опомнились и стараются собраться. Эльфийские королевства уже лежат в руинах и пепле, остались только Серая Гавань и Ривенделл. Ходят слухи, что Лихо Дурина проснулось и вышло из Мории, а также ходят слухи о том, что видели Сайрону во плоти.

— Я слышал об этих слухах, серый странник. Но ничем помочь тебе в них не могу. Ни подтвердить, ни опровергнуть. Сейчас мой народ занят своими бедами.

— Я понимаю, но…

— Уходи.

— Что?

— Уходи. Нам более не о чем с тобой говорить, а у меня и без того много дел.

Развернувшись, гном дал понять что разговор закончен, а стража мягко так намекнула что пора бы волшебнику в обратную путь-дорогу. Гендальфу ничего не оставалось, кроме как собраться и покинуть Эребор. Теперь его путь лежал на Восток, в Гондор. Возможно там что-то знают о зле, идущем от Мордора.

Аид

— Аид, ты понимаешь, как сильно нам повезло? — спросила меня Майрона, глядя вслед уезжающему магу.

— Да не, все прошло по плану, — отмахиваюсь. При этом замечаю, что ко мне опять потянулись тени, из-за чего приходится их разогнать. После Мории, после того как единожды я втянул в себя мрак, дабы восстановить резерв, он тянется постоянно. А еще тени. Отовсюду и всегда.

— Твой план был шит белыми нитками!

— Но ведь сработал. А о результатах не спорят.

— Тьма с тобой.

— Она всегда со мной, я един со тьмой, — рассмеялся я.

— Это к чему?

— Да так, ты не поймешь.

— Что теперь? — спросил нас «мертвый» Король-Под-Горой.

— Теперь расходимся. Мы в Мордор, Гартхар на Север. А ты, Торин, сиди здесь и не высовывайся. Если что, ты с этого момента официально мертв.

— Я не понимаю, в какую историю вы меня втягиваете. Чего я не знаю, демон?

— Все что тебе надо знать, ты знаешь. Остальное тебя не касается. Не переживай, я на стороне твоего народа, покуда мы идем под одним флагом. А ты знаешь, свое слово я держу.

— Знаю, — кивнул Торин. — А еще я знаю твою изворотливую натуру.

— Хе-хе-хе-хе-хе, о нет, гном, здесь ты очень сильно заблуждаешься, — рассмеялась Майрона. Ну да, она-то всяко лучше меня смогла узнать чем гном.

— Даже если так, у меня такое ощущение, что не тебя мне надо опасаться, — задумчиво пробормотал Торин, пытаясь просверлить взглядом дыру во мне.

— Может быть. Как бы то ни было, пора за дело, — подвел я итог и на этом мы разошлись.

Мы с Майроной все в том же сопровождении верных нуменорцев отправились в Мордор. В пути продолжил тренировки и отработку навыков, вот только, в один прекрасный момент, я заметил стойкое чувство дежавю. Словно я это уже проходил. И то, чему я сейчас «учусь», я уже использовал. Возможно именно этим объясняется скорость, с которой происходит освоение навыков. Возможно, что где-то внутри меня что-то помнит и подсознательно воспроизводит знакомые движения, чары… и сейчас я просто вспоминаю забытое, а не учусь новому. С одной стороны, это хорошо. Но вот с другой…

Майрона не могла не заметить таких перемен во мне. За считанные дни моя жизнерадостность увядала на глазах. Я перестал шутить и прикалываться, каждый новый привал напоминал тихие посиделки у костра, вместо танцев с бубном. А моя задумчивая физиономия все сильнее напрягала мою коллегу.

«Аид?» — окликнула меня Майрона. Сидя возле костра между ей и Этилионом, я переключил внимание с огня на неё.

«М?»

«Что с тобой?»

«В смысле?»

«Ты в последнее время какой-то тихий. Что случилось?»

«А. Мелочь».

«Да ну?»

«Ага».

«То-то ты третий день приколов не шутишь и пламя костра гипнотизируешь».

«Хех. Есть такое».

«Эй. Ну я же чувствую тебя».

«Сомнения меня гложат, Майрона. Сомнения».

«На тему?»

«Кто я? Вот ты знаешь? Я — нет».

«В смысле?»

«Я не помню, кто я. Никогда не помнил. Но эхо прошлого преследует меня сколько себя помню. Когда у меня было тело, я мог спать. И каждый сон был похож на другой, а иногда меня вообще замыкало и я словно бы переносился в отрезок из прошлого».

«А оно разве такое страшное?»

«Не знаю. Я помню некую девушку. Её имя Риса. Я не знаю ни кто она, ни откуда, я просто помню её имя, силуэт, и то, что она для меня что-то значит. Что-то значимое».

«А почему ты вспомнил об этом сейчас?»

«Потому что технику, что я сейчас осваиваю, я уже проходил в прошлом. Я был духом, Майрона. Был и знаю, как управлять этой формой воплощения. Я сходу осваиваю то, на что в идеальных условиях должны уходить месяцы, если не годы. Более того, каждый раз применяя знакомое плетение, я его узнаю, и вспоминается такое… знаешь, такое противное чувство, что ты знаешь, точно знаешь, что этим уже пользовался, но не можешь вспомнить?»

«Возможно, придет время и ты вспомнишь?»

«Нет. Не думаю».

«А приведи пример, чему ты вот так сходу научился», — сменила тему Майрона.

«Пример? Ну смотри», — перейдя в мир реальный, чем чуть-чуть напугал расслабившегося Этилиона, наклоняюсь и срываю с земли травинку, демонстрируя её Майроне. Загвоздкой здесь было то, что если раньше любые предметы в моих руках со временем или сразу начинали распадается, даже если я в них не подаю свою силу, то сейчас я научился контролировать энергию.

«И это только начало. Что меня самого поражает, это поведение пауков».

«В плане?»

«Чтобы ты поняла о чем я говорю, надо немного рассказать из прошлого. Дело в том, что в одно время я был внутри другого артефакта. Волшебной палочки. Эта палочка имела на рукояти изображение паука. Сам он ничего не значил, просто стилизация, однако ввиду своего положения я частенько строил разные планы, крутил интриги, можно сказать — плел паутину. После, этот паук стал моим знаменем, символом, я даже маску с этим символом носил. Но я никогда не обращал внимания на одну маленькую деталь — самих пауков. Они меня не боялись, но и не атаковали. Они меня словно бы не замечали. Это сложно описать, но мне кажется, что между мной и арахнидами есть невидимая связь. И что все это не просто случайности, а некий заворот в моей голове, который всегда был со мной, просто я не обращал на него внимания».

«Что-то тебя прямо уносит».

«Есть немного. Мое прошлое, скажем так — больная мозоль».

«У всех из нас есть что-то такое, чего мы не помним, или помним, но хотели бы забыть».

«Может быть… слушай».

«Да?»

«Помнишь ты говорила про некую королеву пауков?»

«Унголиант», — кивнула Майрона.

«Что с ней стало?»

«Если не вдаваться в подробности, то она ушла в далекие края. Неизвестно куда именно. И там в непреодолимом голоде она пожрала сама себя».

«Знаешь, что-то я передумал её искать».

«А хотел?»

«Были такие мысли. Не хотел бы я встретиться с такой тварью…»

«Ты так говоришь, словно бы она жива».

«Она — дух. Одна из сильнейших Майар, я это точно знаю. И знаю, что Мелькор в одно время по глупости её откормил».

«Есть такое».

«Она могла пожрать тело, но дух её должен был остаться. А значит, она и по сей день скитается где-то в далеких краях. Даже представить боюсь, насколько сильно она тронулась умом».

«Возможно ты и прав. Её уже очень давно никто не видел и даже не слышал. А к чему у тебя к ней такой интерес?»

«Да так, подумал задать пару вопросов. Не важно».

Сидим, молчим, люди ужа давно пошли спать, мы все еще полуночничаем.

«Нет, ну так нельзя. Я тебя не узнаю».

«В смысле?»

«Я уже привыкла к тебе, а сейчас вижу совсем другое существо. Аид, хватит забивать себе голову этой чепухой, будешь разбираться со всем когда выберешься, а сейчас лучше подумай о том, как ты будешь делать для балрога его броню. Мои обычные кузницы митрил не расплавят, а в Роковой Горе она одна и то специфическая».

«Хех. Хорошо, придумаю что-нибудь. Иди уже спать».

«Вот. Вот сейчас я вижу, что твои глаза улыбаются. И чувствую. Стоп, это куда твои мысли потекли?!»

«Да так. Мелькору завидую. Повезло ему с тобой».

«Издеваешься?»

«А по мне не видно?»

«… спасибо»,

Определенно, смеющаяся темная госпожа — это что-то новенькое. Но не могу не признать, что очень красивое и милое. Самое интересное, что если бы нас сейчас кто-то видел, то Майрона бы даже бровью не повела, сохраняя образ ледяной госпожи. Это я её насквозь вижу, хех. Женщина — есть женщина.

На следующий день мы вновь двинулись в путь. Барад-Дур встречал нас изрядно поредевшей толпой черных орков, зато целой армией свеже выведенного вида — Огар-Хай. Глашатай при этом весь светился, радовался, только что лучики не пускал. Очень захотелось устроить подлянку, но удержался, мужик в своем праве. С появлением новой породы, он первым делом обновил весь персонал Барад-Дура. Затем остальные ключевые точки в Мордоре. А уже после этого постепенно начал заменять регулярные силы орков моими, отправляя раз за разом партии Черных Орков через Минас-Моргул в сторону Гондора. Ну чисто чтобы людишки не расслаблялись.

Здесь же уже были все девять назгулов. Пока мы мотались в Эребор, потом сюда, эти оперативные ребята уже вынесли весь митрил и теперь принимали поставки золота.

— …уже поставлено, все готово для экипировки особого отряда, — подвел черту Талион, шагая за Майроной и на ходу зачитывая доклад.

— А что по Огар-Хай?

— Две трети вооружены и расставлены на постах, еще треть вооружается и готовиться встать в строй регулярных сил.

— Майрооон.

— Что, Аид?

— Я тут подумал. А почему бы тебе не вырастить побольше боевых троллей Олог-Хай? Отличные ведь ребята, тяжелей пехоту физически не найти.

— Ты что предлагаешь?

— Сделать пару отрядов в поддержку регулярных сил — они отлично дополнят моих орков.

— Талион, ты слышал?

— Да, моя госпожа. Я закажу в Харадриме и у Истерлингов новую броню для троллей.

— Давай дальше.

— Слушаюсь. Народ харада прислал гонца, они хотят выступать на Гондор, слишком сильно те давят караваны на север. Черные Нуменорцы Дол-Амрота также поддерживают это решение и готовы оказать поддержку… госпожа? Моя госпожа? — забеспокоился Талион, как только Майрона встала посреди коридора и ни на что не реагировала. Её хмурый взгляд был обращен вдаль, но я чувствовал, что она в глубоком шоке.

— Майрона, что случилось? — аккуратно прикоснувшись к её плечу, разворачиваю девушку к себе.

— Аид… я только что увидела с вершины Барад-Дура, как сложилась Одинокая Гора.

— В смысле «сложилась?!»

— Буквально, Аид. В её вершину ударила молния и все подгорное королевство провалилось вниз. Эребора больше нет…

— … приплыли ёжики…

— Это Эру. Он вмешался в ход событий. Я опасалась этого…

— А почему гномы?!

— Твоими стараниями Эребор стал исписан чужими для нашего мира рунами вдоль и поперек, а недавно там побывало сразу три темных создания, оставивших свой след. Подозреваю, что он рассчитывал найти там тебя.

— Ну зашибись.

— Нам очень повезло, что вовремя ушли оттуда.

— Согласен. Торин, прости, я даже не предполагал такого, — сняв теневую шляпу, прикладываю к груди.

— Эру беспощаден в своих играх. Он уничтожит все, что представляет угрозу его планам.

— Какой-то псих у вас, а не всесоздатель.

— И это еще не все, я вижу как со стороны Великого Моря в Кардолан из магического тумана выходит целая армия Ар-Фаразона.

— Кого-кого?

— Ар-Фаразон, король нуменора, которого я натравила на Валинор. Эру переубедил их всех и заточил в Залах Забвения до прихода Дагор-Дагората. Видимо бардак, что мы устроили в Средиземье, вынудил вывести армию раньше срока.

— Охренеть… и сколько их?

— Много, Аид. Очень много. Такой Армады, которая в те времена пошла на Валинор, еще ни видела Арда.

— …

— Что будем делать?

Я не ответил. Подойдя к окну, молча смотрю на Ородруин, лихорадочно перебирая варианты развития события. Эру вмешался, и будет вмешиваться далее, дабы вернуть управление ситуацией. Но даже так, инициатива на нашей стороне. Пока еще он не нашел меня, он думает, что Сайрона действует по собственной инициативе. По крайней мере она ничем особым не выделялась и нигде не светилась, а значит и подозрений к ней быть не должно. Балрог — вот он может заинтересовать Эру, так как демон с чего-то решил погулять. Но балрог в Северных пустошах, а там кроме драконов никого нет.

— Аид?

— Придется форсировать события.

— Каким образом?

— У нас одна дорога Майрона — ва-банк. Пока инициатива на нашей стороне, этим надо пользоваться.

— И как ты себе это представляешь? Балрог далеко на севере, драконов под рукой нет, как нет и камней…

— Майрона, спокойно! — обернувшись, перебиваю нервничавшую до капелек пота на лице девушку. — Вмешался и вмешался, ну наступает он нам на хвост, ничего страшного, сейчас развернемся и по морде каааак, треснем, — стараюсь схохмить и подбодрить коллегу, положив на её плечо руку. Улыбнувшись, Майрона более-менее унимает бегущее сердце.

— Как будем действовать? — уже спокойней спрашивает она.

— Ммм, у тебя вроде были крылатые твари для назгулов? Они у тебя еще есть?

— Да.

— Талион, зови Хелкара, пусть собирает своих и готовит крылатых тварей, уж не знаю, как они называются.

— Ты что задумал?

— Сейчас разбудим моих эльфов и отправим девять из них вместе с назгулами на северо-запад. Сами делаем пару артефактов, включая броню для балрога и бегом к нему. Фоном, для отвлечения внимания, устраиваем войну теми силами, что есть, вон Харадр как раз в бой рвется на Гондор, вместе с Черными Нуменорцами. Только направим их не на Гондор, а на Ар-Фаразона. Гондор мы сметем и не заметим, а вот те парни могут дать нам жару.

— У них не хватит сил, — качнула она головой.

— У них — нет. А у нас — да. Собираем всех. Вообще всех. Черных Нуменорцев, Харад, Истерлингов, Вариагов, Умбарцев, даже тех, кто в Мордоре.

— У нас не будет обратной дороги, Аид.

— У нас уже её нет, Майрон. Всё, или ничего.

— Я поняла. А что делаем с гномами?

— Ничего. С исчезновением Торина исчез и Аркенстон — символ, который бы их объединил под одним знаменем. Гномы по сути представляют из себя третью силу, которая не станет вмешиваться, пока не выстроит внутри себя новую иерархию. С одной стороны, для нас это очень плохо, семь гномьих армий нам бы очень пригодились. Но с другой, они и за наших врагов играть не будут. По крайней мере сейчас. Ну, а нам надо собрать силы в кулак и показать, что кусаться мы можем и будем.

— Талион, ты все понял? — повернулась Майрона к Глашатаю.

— Да, моя госпожа.

— Тогда почему ты еще здесь?!

Талион тут же растворился, словно по волшебству, убежав разыскивать Ангмарца и объявлять военные сборы. Мы же пошли на нижние ярусы, где ждала своего часа рота моих пылающих эльфов. Сто коконов: в каждом плавал уже сформировавшийся организм, оставалось его только разбудить. Проходя один пролет за другим, мы шугали охрану. Майрону окружала аура страха и тьмы, вокруг меня просто клубились тени. Успокоиться до конца ни один из нас так и не смог. Но по разным причинам. В то время как Майрона опасалась грядущего, в ней боролись ярость и страх проиграть. Она была готова втоптать любого в землю, кто сейчас подвернется под руку. Я же наоборот, веселился. Я не боялся Эру, и не злился на него. Я воспринимал это дело несколько отстраненно. Как игру? Возможно. И сейчас в этой игре нас будут пытаться прижать. Но нет. Все еще впереди, мы только начали играть.

«Эру, пусть ты и бог этого мира, но и на богов найдется управа», — мелькнула мысль. Меня забавлял сам факт того, что я думаю как низвергнуть всевышнего. И самое забавное, что ведь может получиться! Это будоражило, пугало и вместе с тем будило во мне некую искру безумия.

Спустившись же наконец на нижний ярус, в котором текла лава и стояли рядами коконы с эльфами, я подошел к одному из них.

— Аид? Ты чего?

— Да так, наслаждаюсь видом. Буди, — киваю Майроне.

Майрона молча подходит к управляющему контуру, активирует систему и выводит первого среди многих из анабиоза. Вот эльф в первом яйце колыхнулся, дернулся, а затем яйцо взрывается, раскидывая ошметки кокона и жидкости во все стороны. Эльф же висел в воздухе, окутанный вихрем огня. Вместо волос пламя, развитая мускулатура, на теле от кончиков пальцев ног до лица равномерные пульсирующие узоры. Медленно спустившись вниз, он унимает вихрь. Огонь на голове сменяется волосами, а сам эльф открывает свои огненно-красные глаза.

«Не хиииило», — усмехаюсь, глядя на это чудо. В нашем создании оказалась такая мощь, с которой он может и с Гендальфом пообщаться.

«Мне кажется, или он вышел сильнее чем мы рассчитывали?» — подошла ко мне Майрона, внимательно осматривая эльфа.

«Тебе не кажется. Он не просто вышел сильнее, он впитал в себя в разы больше того, что мы планировали», — обойдя эльфа по кругу, обращаюсь к нему. — Как самочувствие?

Странно, но меня проигнорировали. Лишь посмотрели в мою сторону, осмотрели, оценили, промолчали и вернули ожидающий взгляд к Майроне.

«Не поняла…»

«Зато я понял. Ты их создавала, на тебя они и завязаны».

«Аид, он меня пугает. Мне кажется в назгулах больше жизни чем в нем».

«Все нормально, так и должно быть».

«Уверен?»

«Абсолютно. Давай, скажи ему что-нибудь».

«Сейчас», — и уже вслух, — Ты знаешь, кто ты?

— Да.

— И кому служишь?

— Вам, госпожа.

— Склонись.

Эльф послушно опустился на колено, склонив голову.

«У него твой характер», — хмыкаю.

«В смысле?»

«Внешне холодные, как и ты, тон твой, я подозреваю, что и манеры тоже твои. Похоже мы создали роту твоих мини-копий».

«Чтооо?»

«Все хорошо, Майрона. Лучше так, чем если бы они были похожи на меня. Я уже сделал два таких чуда, если бы вышла рота, я бы повесился, так что сейчас все очень хорошо».

«И что мне делать?»

«Все как планировали. Дай ему имя и в строй».

— Ммм, я нарекаю тебя Этилионом. Первым эльфом своего народа.

— Да, госпожа.

«Буди остальных».

— А теперь, поднимись и давай разбудим твоих сородичей.

Вернувшись к контуру, Майрона запустила подъем всей роты. Все пробуждались точь-в-точь как первый, и вскоре перед нами стояли два полтинника женских и мужских особей огненных эльфов.

«Вот это я понимаю, горячие ребята», — усмехаюсь. — «Такие могут и балрогу дать прикурить, тем более что у них иммунитет к огню».

«Ты понимаешь, что может натворить эта толпа, если выйдет из-под контроля?»

«Понимаю. Но нам ли переживать?»

«Тоже верно».

«Командуй»

— Внимание всем. Справа по коридору арсенал, напротив склад. Всем одеться, вооружиться и построиться здесь же для получения дальнейших приказов…

Майрона не кричала, говорила в свойственной ей спокойной манере, но слышали её все. Как только же она закончила, эльфы без всякой суеты, но широкими шагами пошли в сторону склада выполнять приказ. С одной стороны, вся эта толпа немного походила на зомби или кукол, но вот с другой… скорее некий единый организм, который только-только пришел в движение и еще не пришел в себя после долгого сна.

Пока эльфы снаряжались, к нам спустился Глашатай и доложил о готовности назгулов. Еще через пару минут, рота была построена и готова к выдвижению. Тут не то что у нуменорца, тут у меня дух захватывало при взгляде на эту силу. Целая сотня в рунических облегченных элегантных доспехах цвета огня. Зачарованы были и броня и оружие, из-за чего клинки и копья периодических покрывались всполохами огня.

— За мной.

Повернувшись, Майрона пошла на выход из подземелий. За ней, в три колонны, пошли эльфы. По левую руку шел Глашатай, по правую Этилион. Данная процессия возымела эффект на всех, кто её видел. Снаружи нас уже ждали назгулы.

— Госпожа, — склонился Ангмарец.

— Хэлкар. Это Этилион. Этилион, это мой первый командующий армиями Хэлкар. Задача перед вами следующая: либо в заливе Форхел, либо в заливе Лун лежит очень могущественный артефакт. Этилион, вы должны его почувствовать. Поэтому отбери восемь сородичей и вместе с Хэлкаром отправляйтесь на северо-запад. Имейте ввиду, что на западе чужая армия, поэтому будьте осторожны.

— Слушаюсь, — в голос ответили оба лидера.

— Госпожа, — не спешил уходить Этилион.

— Да?

— Вы сказали, чтобы мы нашли силу, которую должны почувствовать.

— Все верно.

— Но ведь и здесь мы чувствуем колебания.

— Здесь? — удивилась Майрона. Остальные подтвердили слова брата.

— Оппа… — я переглянулся с Майроной.

— Хорошо. Мы сами найдем её источник. Твоя задача — найти артефакт в северо-западных водах.

— Слушаюсь.

«Похоже я догадываюсь, что они чувствуют», — повернувшись к Ородруин, смотрю на вулкан.

«Я тоже. Вот уж не думала, что все это время сидела на камне».

«Но это логично. Откуда в вулкане такая мощь, чтобы ты выковала себе кольцо, а эльфы впитали столько сил?»

«Вот уж ирония судьбы», — усмехнулась Майрона.

«Ладно. Идем к Ородруину, попробуем его вытащить».

«А еще броня для Гортхара».

«Да помню я про нее».

Глава 22

Стоим с Майроной в кузнице Ородруина. Смотрим вниз на лаву. Думаем.

— Чувствуете источник силы там? — обращаюсь к одному из эльфов и указываю пальцем вниз.

— Да.

— Я туда точно не полезу, — усмехнулась Майрона.

— Ага, ты бы лучше вообще отошла, от греха подальше, — хмыкаю.

— Как будем вынимать?

— Легко. Берем эльфа, надеваем акваланг, отправляем в лаву.

— Аква… что?

— Акваланг — средство для дыхания под водой.

— Вода не лава.

— Да я пошутил.

— Ну почему? Они же у нас огнеупорные.

— Они — да. Акваланг — нет, — пожимаю плечами.

Отойдя от края, мы стали думать как вытащить камень из магического вулкана. Я предлагал идею, Майрона её разбивала, она предлагала, разбивал уже я. Вариантом было сделать особый акваланг который выдержал бы жар Ородруина и не расплавился, но такой надо еще придумать, а потому умудриться сделать. Сильмарилл же вулкан усиливает, чтоб его. Майрона предложила спуститься мне. Типа, у меня нет тела, и мне можно не бояться физических аспектов. Напомнил о том, что лава в общем-то магическая и проверять на себе её свойства я желанием не горю. И так мы сидели с час, пока наши думы не прервал один из эльфов.

— Госпожа, — позвал эльф Майрону.

— Подожди. Аид, а если позвать Гортхара?

— Он, блин, за тридевять земель, Майрона. Это нам к нему надо идти, а не ему к нам.

— Госпожа, — снова позвал эльф.

— Что? — мы повернулись к эльфу.

— Вы об этом камне? — протянул он нам Сильмарилл.

— …

— А классные у нас эльфы получились, — тихо говорю Майроне. Та, молча посмотрела в мою сторону даже не став комментировать. Ну что тут скажешь… дети, они такие дети. Даже если ты их старался сделать заведомо взрослыми. И пока ты будешь думать, как что-то сделать, они просто пойдут это делать. В большинстве своем, это дополнительная головная боль родителей. Но в нашем случае, «деточки», смышленые, и вообще искусственно выращенные, поэтому последствия разбирать не приходится. По крайней мере не всегда.

— Приятель, а как вы его достали? — решаю поинтересоваться, развеяв тишину. А то Майрона видимо не собирается выходить из прострации.

— Вот так, — при этом камень в руках эльфа поднялся в воздух. — Мы чувствуем его. Чувствуем связь с ним. И можем воздействовать.

— Телекинез, лайт версия, — усмехаюсь. — Майрона, ну что ты так на него смотришь? Хорошо же! Проблема решена, можно переходить к следующей, — смеюсь и хлопнув Майрону по спине подхожу к эльфу.

Протянув руку, пробую взять висящий в воздухе артефакт, но вместо этого меня словно бы бьет током. Короткая вспышка, болезненный разряд и я отлетаю назад разбиваясь о камни. Дух развоплощается оставляя после себя легкую черную дымку.

— Аид! — встревожилась Майрона. Собравшись в кучу, и приняв форму, встряхиваю головой. Дааа, впервые на моей памяти у меня в башке такой шум и гвал. Очень трудно с ним духовную оболочку контролировать, а без контроля она развеется и я окажусь в кольце. Еще раз, встряхнувшись, встаю с земли.

— Ох… вот это шибануло… ну и что это было?

— В сильмариле заключен свет великих древ. Это очень мощная светлая магия, которая развеивает любую тьму.

— Ясно, руками трогать запрещено. А раньше сказать — не?

— Прости. Забыла.

— Я тебе таблетки «Антизабыин» пропишу, — бурчу под нос. А вот девушка явно повеселела. Что улыбаешься? Сделала гадость, на сердце радость? — Да ну вас всех.

— Аид, прости, я правда не специально. Я вообще думала, что ты сможешь к нему прикасаться, но видимо твоя природа абсолютно противоположна свету в камне.

— А то по мне не видно.

— На самом деле, это лишь подтверждает что ты не из этого мира. Любое существо, даже самое темное, может держать в руках сильмарилл, разница лишь в том, что кому-то он будет обжигать руки, а кому-то нет. Не более. Тебя же он чуть не развоплотил.

— И что это нам дает в данный момент?

— Тебе камни трогать нельзя.

— Спасибо. Я уже понял. Бери уже сильмарилл и пошли делать броню для Гортхара.

— Каким же образом ты её собрался делать? Мои кузни не приспособлены для работы с митрилом или тем более для отливки брони на Барлога.

— Использовать будем только одну, ту, что находится здесь. Это раз. Во вторых мы её немного переделаем. А в третьих, нам помогут вот эти ребята, — киваю на эльфов.

Еще пояснять не пришлось. Марона поняла что я хочу сделать и работа завертелась. Так как напрямую я работать не мог, чай без тела, мне была отведена роль руководителя. Так что под моим контролем рота огненных эльфов достаточно быстро превратилась в роту огненных бесов которые метались по кузне и спешно её переделывали, формировали заготовки, создавали формы для отливки, тащили и дорабатывали инструменты.

Я активно пользовался тем, что эльфы руками могут нагревать металл, а потом его же сгибать и мять словно пластилин. Пользовался и тем, что они же могут в разы усиливать жар кузни создавая магический огонь в котором любые выкованные изделия будут заметно лучшего качества чем в обычной кузнице. Да, сами эльфы кузнецами не были и первое время тупили либо косячили, но пара новых попыток и у нас начало получаться нечто вразумительное.

Тут же суетилась Майрона, шустро инкрустировавшая сильмарилл в амулет и повесив тот на шею с молотком и зубилом аккуратно выводила на формах рунические символы.

Стоит сказать, что сам по себе митрил, по крайней мере местный позиционирует себя с самостоятельной стороны как очень хреновый металл. Он плавкий как медь, легко нагревается и гнется, и вообще не обладает никакими защитными свойствами. Но! Стоит добавить в него самое обычное железо, и металл меняется. После отливки, он становится тем самым знаменитым неразрушимым митрилом, что прочнее чешуи дракона и в разы легче. Я знал об этом, а еще будучи немного подкованым в артефакторике решился на новый эксперимент и перед отливкой брони мы сделали несколько пробников с разными добавками чтобы посмотреть на результат.

А посмотреть в итоге было на что. Мы добавляли чуть ли не все металлы из таблицы Менделеева, по крайней мере те, что смогли достать и с каждым элементом митрил вел себя по-своему. Например в сплаве с литием, митрил становился в разы легче чем с железом. Да, он терял в прочности, но зато появлялась возможность создания так называемой — Митриловой Нити. В прошлом я делал мифриловую нить для прокладки проводов в техномагических устройствах. Нить же, можно было использовать как поддоспешник. Легкий, незаметный, очень тонкий, но при этом сопоставимый по прочности стальному доспеху. А если добавить сюда Калий, получиться вообще некое подобие одежды. Металл будет не отличим от ткани, но при этом неплохо держать колющие и режущие удары. Да, копье на полном ходу конечно может и не остановит, но тут скорее надо играть с пропорциями. А если зачаровать, то и совсем хорошо станет, митрил же отличный магический проводник, как и мифрил, а вкупе с серебром или алюминием вообще загляденье в этом плане. Правда здесь он теряет прочность и уже не может служить броней.

Еще мне понравилась связка — Митрил + Железо + Хром. Вот это реально мощная штука выходит! Правда тяжеловата, но зато даже пол миллиметра такой брони без всяких зачарований выдержат ого-го какие удары. А если кольчуга? Тогда вообще жесть выйдет.

Интересно, а что будет если смешать мифрил и митрил? Даже представить боюсь. Еще хотелось бы попробовать смешать митрил с титаном, но увы-увы, этого металла я не нашел ни грамма. Печально. Но и того что узнали нам достаточно чтобы сделать и себе и барлогу броню, еще и на Мелькора хватит.

Собственно мы этим и занялись. Сначала подарок Гортхару. Ему сделали необычный комплект сочетающий в себе полноценную защиту на грудь, руки и ноги, в стыках шла кольчуга под которой проходила митриловая нить. Вокруг шеи специальная заслонка прикрывающая эту самую шею, на голову шлем с кольчугой перекрывающей шею. Можно сказать, что мы заковали демона в митрил с ног до головы, но оно и правильно, он у нас остался один и он же у нас главная ударная сила. Разумеется металл очернили, добавили немного шипов, на руки приделали специальные шипованные кастеты, уж я-то знаю как демон любит бить кулаками, вот пусть порадуется.

Следующей стала Майрона. В целом дизайн остался старым, просто по образу и подобию сделали аналог просто из лучшего металла и с более качественным зачарованием. Меня по разумному решению решили обделить, вселиться в доспех я может и могу, только смысла в этом особого не вижу. Либо в кольце сижу, либо так ошиваюсь.

Под конец делали доспехи Мелькору. Размеров его я не знал, зато знала Майрона поэтому эскиз и формы я повесил ей, да и вообще отошел на второй план. Так вот, эта буйная женщина имея опыт ошибок и гениальных решений в работе с доспехом барлога, просто собрала все лучшее и сделала еще один полностью закрытый комплект. Правда по ходу дела меня терроризировала на «СамыеЛучшиеЧарыКоторыеЯЗнаю». Что-то получилось вставить, что-то нет, а что-то лучше бы и не вставляли… н-да. Как бы то ни было, все упиралось в знания и навыки самой Майроны. Сам хотел прикрутить личный подпространственный карман к доспеху, или сумку какую, но обломался, в бытовой магии Майрона на уровне табуретки, когда я на люстре.

Неоднократно поминал Эребор и Эру непечатными выражениями. Кузницы гномов нам сейчас были нужны как воздух, но их не было. Гномы вообще с нами общаться перестали после такого фиаско в Эреборе. Твари неблагодарные. Чтобы они кольцо Майроны нашли и оно их всех с ума свело!

Поэтому, создавая рабочий инвентарь уже по ходу дела, мы провозились с этим делом не день, не два, и даже не неделю. Месяц мы вообще не вылезали из кузни, а потом еще один разгребали то что накопилось. А накопилось многое.

Пока мы с Майроной и эльфами изображали из себя Стахановцев в десятки раз перевыполняя план, тем временем, Глашатай бегал по всем нашим землям и трубил: «Ахтнуг, Ахтнуг, нам писец, срочно все в строй!». И так по окончанию первого месяца кое-как собрал и даже организовал армию в которую вошли все. Вообще все. Мумаки? Вместо конницы, коней у нас нет. Боевые тролли? Тяжелая пехота стоявшая особняком. Вастаки, Харадрим, Черные нуменорцы, даже орки с Азогом и те в строю были, хотя им радовались меньше всего, причем все. Даже сам Азог, когда сравнил то чем командует он, и то, кем командуют другие полководцы. Нет, мужика я понимаю, черные орки на фоне моих — тот еще шлак, поэтому порадовал Белого тем, что эта дружная кучка переходит в его распоряжение. Кстати тут сам про себя посмеялся, что Азог Торина таки пережил и роду Трора полный и безоговорочный писец. Жалко. Нормальный гном был. Иллуватар, ты, *цензура*!

Армия Ар-Фаразона же высадившаяся на берега Средиземья во всю порезвилась на западе. Несчастный Саруман с его Урук-хайцами грудью преградил единственный проход для целой армии — Врата Рохана и все это время не пускал захватчиков на восток. Ну, до определенного момента тамошние к нам и не ломились, вырезая орков, бандитов, троллей, пауков, вообще всю нечисть в западных землях и только теперь повернули к нам. Бедный Изенгард, ох и огребает же сейчас Саруман. Вторую неделю он кричит о помощи, но ничего, держись, Радужный, помощь скоро придет и кааак вломит чужакам! Я надеюсь. Как-никак там вроде Валары. И Майар. И вообще писец. Н-да.

Что меня напрягало, как раз в тех землях ошиваются наши призраки и эльфы. Самое хреновое, что семь из девяти призраков уже ушли на респаун, но среди них не было Хэлкара, это обнадеживало и давало надежду — парни таки выполнят свою задачу и принесут камень.

Но как бы то не было, независимо от того, принесут камень или нет, мы должны были действовать сейчас. Совместным с Майроной решением, мы поставили командирами новой армии — Азога, Глашатая и Малиану, эльфийку ставшую во главе наших огненных эльфов. И да, добрая половина эльфов стала в строй армии как этакий элитный отряд. Какое-никакое, а усиление. И теперь вся эта толпа пошла на запад. Пусть развлекают бога, с его, *цензура*, армией боевых пи…сов!

Мы с Майроной же, взяв оставшихся эльфов и прихватив броню отправились по земле на север за Барлогом. Хэлкар чувствует Майрону и если камень у него то найдет нас, не заблудится. Использовать же ментальную связь с ними мы не решились. Она что маяк в ночи для особо чувствительных и может как к нам так и к нему привлечь ненужное внимание. Поэтому ножками-ножками, тихо, но быстро чешем на север в земли драконов.

— Вот это сверкает, — восторгаюсь вспышкам видным в небе со стороны гор. А точнее, в той стороне Мория.

— Это Эру. Он чувствует надвигающуюся бурю, вот и подгоняет младших, — меланхолично посмотрев в сторону гор, ответила Майрона.

— Что-то слишком бодро подгоняет. Скорее похоже на драку.

— Вполне может быть.

— Слушай, а ему ли не все равно, когда случиться Дагор-Дагорат?

— Нет. Сейчас слишком рано. Эпоха людей даже не началась, его замысел почти разрушен, он сам уже не знает что будет дальше. Поэтому он всеми силами будет пытаться вернуть сейчас все на круги своя.

— Это как?

— Ты же знаешь, что дружить против кого-то намного легче чем с кем-то?

— Знаю.

— Эру не станет меня убивать и не даст убить другим даже если бы они нашли кольцо. Вероятнее всего он хочет сейчас разрушить все что я создала, но аккуратно. Чтобы я могла это восстановить и использовать для объединения всех людей. Ведь люди сейчас разобщены как никогда, хех, нашими стараниями. И уже когда они объединятся, позволить меня устранить как последнюю преграду. После этого он будет готовить почву для Дагор-Дагората, возвращения Мелькора. Это будет бой на чужом поле, в невыгодных для Мелькора условиях, с численным превосходством.

— Я понял. Он хочет сделать игру в одни ворота.

— Да. Ты правильно сказал. У меня не будет даже шанса на победу. Он неоднократно говорил, что все идет по его замыслу, и что мы также являемся частью его замысла и что что бы мы не делали все будет по его воле. Кстати. Никого не напоминает?

— Ага, себя в зеркале увидел, — усмехаюсь, а про себя думаю: «Получается, что в каноне Барлога Гендальфу помог убить сам Эру? Интересно…»

— Ну почему сразу в зеркале? Просто ты тоже любишь пользоваться другими.

— Не-не-не, я не эксплуататор! Даже мои дочери имеют куда как большую свободу чем вы. И я никому не навязывал свое видение мира. Максимум, я над учеником прикалывался, называя его темным властелином, но и он и я понимал что это шутка. Пусть отчасти, но шутка.

— «Темный властелин»?

— Ага. Просто я так его подталкивал к значимой роли. Сейчас он директор школы, — пожимаю плечами.

— Отличный «темный властелин», — рассмеялась Майрона.

— Не смейся, между прочим почетная должность. И школа очень классная, я постарался создать в её стенах сказку.

— Сказку?

— Многие дети что в нее приходили, даже не знали что такое волшебство. Они думали что попали в сказку, но реальность разбивала их об стену. Я изменил это и сделал то место действительно сказочным. Теперь у ребят совсем другое видение мира, и более того они могут изменить этот самый мир. Все до одного — творческие натуры, пусть в большей или меньшей степени. И в отличие от того что было раньше, у них у всех есть великое будущее к которому они целенаправленно идут.

— А ты точно демон?

— Скорее совсем Не демон. На светлого разумеется я тоже не тяну, ты и сама знаешь. Но… у меня есть особое отношение к детям.

— Почему? Они же те же люди. А к людям ты особой любви не питаешь.

— Нет, тут ты не права. На людей мне плевать. Важная деталь — взрослых людей. Но в том то и дело, они — маленькие люди. Чистые, непорочные души, которые только пришли в этот мир и еще не успели испачкаться. Не успели потерять человечность в отличие от многих взрослых, что гонятся за деньгами или властью. Мне интересно за ними наблюдать, это я понял не сразу, но благодаря своему ученику. А еще, от него же понял, что больше никогда в жизни не буду заниматься такой деятельностью! Учить — прикольно. Наблюдать за успехами — вообще шикарно. Но черт возьми, какая же это ответственность. И совесть не позволит бросить. Дети же.

— Не скажи. Бывают такие деточки, от которых в дрожь бросает… или повесить хочется.

— Ха-ха-ха-ха… Не они такие, Майрона, их такими сделали. Знаешь, я как-то имел дело с проклятыми самой магией. Детьми. Над одними я поставил достаточно жесткий эксперимент. С одной стороны мне их было жаль, ведь дети не должны нести ответственность за родителей. Более того, мне было их жаль, потому что их вырастили идиотами. Но с другой стороны, от них было столько вреда… поэтому конкретно эти личности были мне безразличны и уже поэтому поставил на них эксперимент, чтобы помочь тем, кто мне уже не безразличен. Я не буду говорить, что правильно или нет, я поступил так, как сам посчитал нужным, и все. Но. Я их не мучал, не пытал, эксперимент был гуманным, потому как я не садист. Да, для них он кончился печально, но даже если бы я его не поставил, их род все-равно бы вымер, просто парой поколений позже из-за проклятия, так что в какой-то степени я попытался помочь и им в том числе. Пусть и неудачно.

— А что эксперимент?

— Да ничего. С духом — смотрителем пообщался, узнал, что проклятые сами знают что делать, просто не хотят исправляться. Пообщался с парочкой таких, выяснил, что да, ребята действительно знают грехи своей семьи, но никто даже не думает ни перед кем извиняться, поэтому как-то вообще на них плевать. Собственно такая же проблема была еще с одним кадром, но в его отношении мне пришлось вмешаться из-за ученика, а так бы даже внимания не обратил. Скорее всего в стороне постоял, посмотрел бы как загнутся, не более. Кстати.

— Что такое?

— Я теперь понял зачем накладывают родовые проклятия которые передаются детям.

— И зачем же?

— Дети берут пример с родителей и вырастают. Если магия убивают род, надо исправиться. И пока не исправиться проклятие не спадет, а иначе, это получится — убрать симптомы, а болезнь оставить. Пройдет поколение и детишки грешников снова учудят что-то такое, а так проклятие хотя бы не даст им наступить на те же грабли. Некоторые конечно умудряются на них даже еще раз прыгнуть, но это исключение из правил.

— Какая хорошая штука…

— Ты о чем?

— А вот представь. Ты глава королевства. У тебя есть верные подданные в близком кругу. Кто-то из них накосячил. Вот кинуть на его род такую штуку и пусть исправляются, и пока не справляются на ноги не встанут если совсем не вымрут. Другим пример, этим наказание с возможностью исправления. Классно же! Или еще лучше, сразу на всех наложить проклятие и кто решит предать, тот сразу же получит удар. Дополнительная страховка.

— И кто после этого из нас демон?

— Ха-ха-ха-ха-ха…

Так мы и продвигались. Я вспоминал Хогвартс, Майрона делилась своим прошлым. Ровно до того момента пока нас на нагнал Хэлкар в компании еще одного назгула. Потрепанный, в рваном плаще, с помятой короной, без своего Моргенштерна, без моргульского клинка, но с мечом в одной руке и Сильмариллом в другой верхом на варге.

— Госпожа… — склонился в поклоне Ангмарец спрыгнув с Варга. Кхмамул выглядел не лучше, у этого вообще меч наполовину сколот.

— Хэлкар… ты принес его.

— Да, госпожа, — взяв дар, Майрона осмотрела второй камень.

— Хэлкар, что случилось, где остальные? — взяв у назгула корону, смотрю на вмятины.

— Мы нашли камень, и эльфы смогли достать его, но на обратном пути нас сбили. Западные земли полностью в руках захватчиков, там не остались ни одного орка. Этилион с другими эльфами остались прикрывать наш отход.

— Вот мы и нашли тех, кто устраивал фейерверк, — присвистываю.

— Мне удалось скрыться в недрах Мории, и там состоялась очередная битва. Гоблины выиграли нам с Кхамулом время и мы смогли скрыться. Простите госпожа, но враг знает что сильмарилл у нас.

— Ничего. Это уже не важно, армия Мордора встретит их на пути. Скорее всего они ожидают, что вы ушли в Мордор и будут рваться в него, что нам на руку. Ты с блеском выполнил свою задачу, Хэлкар.

— Спасибо, госпожа.

— Ну, раз второй камень у нас и Хэлкар с нами, предлагаю валить отсюда нафиг, ибо я не думаю что гоблины смогут надолго сдержать такую бурю.

— Выдвигаемся!

Глава 23

Достаточно быстро продвигаясь по равнинам Средиземья мы добрались до Дейла. Город людей был… плох. Столь же плох как Эребор. Дейл находился под горой и разрушение этой самой горы завалило еще и его. Не полностью, нет, но досталось людям очень серьезно и теперь можно смело сказать — городу крышка. Так что сейчас на развалинах горы, и города толпами сновали люди и гномы откапывающие из под развалин то что осталось от двух городов.

«Майрона, мне кажется, или у вас тут управляет не бог, а демон какой-то?»

«В смысле?»

«Разрушил только-только восстановившееся королевство гномов. Снес заодно и город людей, который еще оклематься не успел. В прошлом утопил континент и пол материка связывающий Аман и Средиземье. Вырезал из материального мира всех в Амане… у меня такое ощущение, что это залетный попаданец который набрал много сил и решил создать собственный мир, только ни опыта, ни тем более здравомыслия набраться не успел».

«Попаданец?»

«Как бы тебе так объяснить… существо пришедшее из другого мира. Это бы кстати объяснило, его „Тайный огонь“, который он не нашел, а украл… или создал, что тоже вероятно».

«Вот только не надо мне миропонимание ломать!» — возмутилась Майрона.

«Все-все, молчу. Идем, поболтаем с гномами».

«Думаешь — послушают?»

«Я отсюда вижу Даина. Может получится договориться с ним как с самым адекватным после Торина, так что дуй к нему».

«И как ты себе это видишь? Мы вообще-то у них в глазах предатели».

«Я сейчас попробую найти Аркенстон. Духу порода не помеха. А с ним может получится договориться с Даином на взаимоуслугу».

«Не думаю, что из этого что-то выйдет, но попробовать стоит. Действуй».

Нам этих словах Майрона пошла к гномам, а я покинул кольцо и через мир духов просочившись в камень отправился искать Аркенстон. Торин не носил его, держал как и Трор в спинке трона, а значит я примерно знаю где искать.

Спустившись на нижние ярусы, с удивлением обнаруживаю обилие духов. Оказывается, под грудой камней, сохранились пустоты и даже целые залы в которых были пачками набиты гномы. Мертвые гномы, которые пережили удар, но задохнулись. Все они, их духи сидели или стояли возле своих тел и с моим появлением молча провожали меня взглядом.

«Ну что там?» — спросила Майрона, уловив перемену в моем настроении.

«Сыровато, мрачновато, горы трупов как всегда».

«А если серьезно?»

«Так я серьезно. Гномы пережили падение Эребора, но вот выбраться не смогли, очень многие умерли задохнувшись в катакомбах. А самое интересное, что все они сейчас здесь».

«В смысле «здесь?!»

«В прямом, Майрона. Их души никуда не ушли, все здесь. Пойду, разыщу Торина, спрошу, что происходит».

Так, переходя из одного зала в другой, я наблюдал везде одну и туже картину — мечту некроманта. Просто горы трупов, порою в коридорах ими был усеян весь пол. При этом, кто-то из духов постоянно плакал, кто-то злился, кто-то смиренно сидел у стены, а кто-то метался из стороны в сторону. Я шел между ними в тронный зал, ни с кем не заговаривая и не останавливаясь. Однако, неожиданно мне преградили дорогу духи — стражи, наставив на меня свои призрачные копья.

— Эм… парни, вы чего?

— Уходи прочь демон. Здесь тебе нечем живится.

Стою, смотрю на этих ребят. Не иначе чем в мертвых мозгах перемкнуло. Стоят на старом месте, где должен был быть проход, «охраняют». Пощупав острие копья, вздыхаю. Такие не отступят, гномы и так упертые, а мертвые гномы вообще в стену превращаются.

— Мужики, простите, но ничего личного. — резкий взмах черным мечом и оба духа развоплощаются. Убрав клинок, спокойно прохожу под аркой сквозь камень. А вот и королевский зал. Вернее, то что от него осталось. Из-за обрушения зал переехал сильно глубже вниз, потому мне еще пришлось спускаться, но сам трон хоть и расколот, но при этом сохранил форму, не зря его укрепили железом. А на самом троне сидел дух Короля-Под-Горой.

— Торин…

— Демон… — отозвался гном подняв свой пустой взгляд ко мне. — Зачем ты пришел?

— Аркенстон.

— Значит, мало тебе было разрушить мое королевство, ты решил уничтожить остальные? — разозлился Торин.

— Разрушение Эребора — не моя вина. Я обещал привести твое королевство к процветанию. И я сдержал слово. То, что его разрушил ваш все создатель Илуватар, не моя вина.

— Твоя, демон. Если бы не ты, этого не случилось. Будь ты проклят…

— Хватит меня винить в чужих грехах, ты, бородатая табуретка! — вспылил я, прикрикнув на гнома. — Если бы не я, вы бы вообще не вернули себе гору, а ты, и весь твой отряд уже год как был бы мертв!

— Но Эру…

— Вот именно. Эру! Я здесь причем?! Ведь это не я ударил по вам, а он по одним видимым лишь ему причинам.

— Я понял во что ты меня втянул, демон. Ты втянул меня в противостояние самому создателю.

— Не совсем. Противостояли ему я и Майрона, вас я к этому делу привлекать даже не собирался. Твой народ лишь оказывал небольшое содействие в делах материальных, не более.

— Неужели ты думаешь, что у вас есть шансы?

— Есть, Торин. Еще какие. И сейчас мы идем брать свое. Я и Майрона.

— У вас ничего не выйдет. Это глупая затея.

— Как знать, — пожимаю плечами. — Может глупая, но рабочая. К слову, а вы почему все здесь?

— Мы прокляты, Аид. Сам Эру проклял нас на вечные муки в недрах Одинокой Горы. Мы не можем уйти отсюда, не можем обрести покой.

— И как снять проклятие?

— Никак. Сам Илуватар наложил его. И лишь ему дано его снять.

— А если его убить? В теории развеется и поддерживаемое им проклятие, верно?

— Убить?! Ты себя слышишь, демон?! Да как ты только можешь такое помышлять?

— Могу. И буду. А пока, я заберу этот камень Торин, что лежит у твоих ног.

— Зачем он тебе?

— Твой народ без тебя стал на перепутье между нами и Эру. Им придется принять сторону. И с помощью камня я хочу помочь им это сделать.

— Не выйдет. Мой народ никогда к вам отныне не примкнет. Не после такого. А вся ваша идея — ничто и обречена на провал.

— Еще посмотрим, кто будет смеяться последним.

Подойдя к трону пригибаюсь и беру камень. В этот момент, гном попытался напасть но взмах рукой и духа отбрасывает назад.

— Успокойся. Я тебе врагом не был и не стану.

— Ты уже им стал, демон, — в ответ я лишь пожал плечами. — Оставь мой народ в покое, он и так уже натерпелся.

— Не получится, Торин, оставить твой народ в покое. То, что сейчас происходит в Средиземье, коснется всех. Не будет крайних. И я тебе не угрожаю, просто говорю факт, потому что не я буду судьей.

— А кто?

— Либо Илуватар. Либо Мелькор.

«Аид, где ты?» — встряла Майрона. — «У меня тут накал страстей».

«Скоро буду».

— Вы хотите освободить Моргота?! — ужаснулся гном.

— Да. И мы его освободим. Мне не сложно оставить в покое гномов сейчас. Но я не гарантирую, что их не тронут потом.

— Будь ты проклят, демон. Будьте прокляты все вы.

— Спасибо. Я тоже тебя люблю, старый союзник. А теперь прощай, мне пора.

Забрав камень я переместил его в мир духов и с ним отправился на поверхность. И вовремя, Майрона пыталась достучаться до гномов, которые в это время хотели её прирезать. Ну как, драки не было, но к ней все шло. А впереди всех стоял Даин.

— Даин, — окликаю гнома появившись в реальном мире позади него. Охрана среагировала моментально перенаставив копья, но что железяка духу? Правильно — ничто.

— Демон…

— В чем проблема, Даин? Почему обижаешь девушку?

— Девушку? Это порождение тьмы, как и ты! Это из-за вас Эребор оказался разрушен!

— Еще один, — вздыхаю закатив глаза. — Не мы это сделали, Даин. Не мы! То, что мы враги Эру, еще не делает нас вашими врагами. И не на нас тебе надо злиться, а на Илуватара, ведь это он разрушил Эребор.

— Если бы не вы, этого бы не случилось!

— Ну-ну, — сняв с Аркенстона пелену мрака, демонстративно подкидываю тот в руке.

— Аркенстон…

— Он самый. Поговорим?

— Отдай камень демон, или…

— Или что? — перебиваю. — Убьешь меня? Хах, удачи. Даин, в моей власти сейчас перебить всех вас. Но я пришел говорить, так что успокойся и просто послушай что я скажу. Сейчас идет война. На одной стороне мы, на другой Илуватар. И у твоего народа есть три пути. Путь первый, вы присоединяетесь к Эру и идете против нас. Если Эру победит, вы живете дальше, для вас все хорошо. Но если победим мы, весь ваш род будет вырезан, ибо пощады не будет никому. Путь второй — вы присоединяетесь к нам. Результат тот же, победа наша, живете себе дальше. Победит Эру… ну, я не думаю, что он будет к вам снисходителен. Скорее тоже всех перебьет, но еще и проклянет в довесок чтобы покоя не обрели. И путь третий — вы остаетесь в стороне, но тогда, кто бы не победил в противостоянии, он обязательно придет к вам. Эру, скорее всего устроит геноцид. А вот наша сторона может проигнорировать, так что этот вариант для вас тоже приемлем.

— Почему ты говоришь это мне? Это должен решать совет кланов…

— Потому, что я могу передать сейчас тебе Аркенстон. Потому, что у нас нет времени чтобы что-то решать война уже идет и действовать надо здесь и сейчас, потом будет поздно. Так что ты решил?

«А ты умеешь договариваться», — усмехнулась Майрона.

«Могу, умею, практикую».

«Но он не согласится».

«А вдруг?»

Майрона не ответила. Лишь хмыкнула. А гном тем временем колебался. Поджав губу, он хмурил брови. Но посмотрев на Эребор, произнес:

— Мы будем на стороне Эру.

— Ты выбираешь сторону того, кто убил и проклял целое гномье королевство?

— Я выбираю сторону того, кого вам одолеть не суждено. Сдавайтесь, и я сохраню вам жизнь.

— Ну… я попытался, — развожу руками перед Майроной.

— Уходим.

— Вы никуда не уйдете! — припечатал Даин. — Вы либо сдадитесь. Либо умрете!

— Аид?

— Что, «Аид»? Я попытался. А теперь скажу только одно — вали коз… в смысле крыс. И это нам больше не понадобиться, — выпустив силу касанием тьмы оскверняю Аркенстон и тот осыпается прахом.

Видеть лица гномов на глазах которых я разрушил величайшую реликвию — бесценно. Но не успел кто-либо опомниться, как Майрона нанесла удар. Целая куча гномов, просто улетела в дальние края от первого же взмаха.

— Хорошо полетели… дождя не будет, — усмехаюсь смотря в след летунам. Еще взмах, и следующая партия бронированных гномов уходит в полет. Третьего взмаха не потребовалось, Майрона не успела, вмешались эльфы. Прямо в Даина прилетел огненный шар который «сдул гнома». Вспыхнули целые стены из огня, полетели огненные шары, наши эльфы устроили для консервированных гномов настоящее пекло запекая тех заживо.

— Уходим. — прошел эхом голос Майроны. Не став добивать разбегающихся коротышек, мы прошли через пламя и достаточно быстро покинули границы Эребора. Жалко конечно, что так все вышло, я надеялся с помощью Аркенстона обратить гномов на нашу сторону. Но не вышло.

Теперь впереди лежали пустоши, где обитали драконы. И барлог в единственном экземпляре. И если поначалу я думал, что найти здесь нашего рогатого крепыша задачка простая, то спустя пару дней пути по этой пустынной земле мое мнение изменилось. Кто бы мог подумать, что найти Барлога такая сложная задача? Хорошо хоть видно, где он проходил.

— Майрона, а Майрона.

— Что?

— Как думаешь, что здесь было? — киваю на выжженную и перепаханную землю.

— Кого-то спустили с небес на землю. Причем радикально.

— А барлоги все такими были?

— Почти. Готмог сначала говорил, потом бил. Если конечно был в настроении.

— А если нет?

В ответ, Майрона молча посмотрела в мою сторону.

— Ммм, я тебя понял, вопрос снят.

Проходит еще час. Все едем по этой забытой богом земле. У меня кончились шутки и анекдоты, темы чтобы что-то вякнуть тоже не находил, поэтому про себя напевал песню «довакин-довакин, ты дракону въ*би и за хвост ко мне притащи». Майрона как-то раз поинтересовалась — что я про себя напеваю. Больше не спрашивала. Обидно блин!

— Майрона, а не здесь ли шляются Синие Маги?

— Нет. Алатар и Палландо ушли далеко на восток. Настолько далеко, даже я о них давно ничего не слышала.

— А они вообще кто?

— Они из свиты Оромэ. Пришли в Средиземье чтобы мешать мне на востоке. Должны были оттянуть часть моих сил среди Истрелингов, Вариагов и Харадрима.

— А как вышло на практике?

— Все три народа преданы мне, и у них ничего не вышло. А потом, как я поняла, эти двое основали целых три культа и ушли с ними далеко на восток.

— Ха-ха-ха-ха, ой, «Свалили в закат», что называется. Ой, не могу.

— Аид, хватит веселиться. У нас время идет не на дни, а на часы, мы должны как можно скорее найти Гортхара.

— Что? Все так плохо на западе?

— Нет, Аид. Все намного хуже. После того как наша армия вступила в бой, и оттеснила Ар-Фаразона на помощь людям пришли Майар. И не только. Еще Тулкас собственной персоной в первых рядах крутится.

— Тулкас… а это кто?

— Один из Валар.

— …

— Я же говорю. Все очень плохо.

— А Эру там часом нигде не бегает?

— Бегает. Еще как бегает. Только он не на западе, а в Мордоре.

— В смысле?!

— Я над Барад-Дуром ощущаю его сосредоточенный взгляд. Видимо тебя пытается высмотреть. Или понять, откуда растут ноги у новоявленных эльфов, которые дают жару всем Майар.

— Писец… слушай, ну раз такие дела, то может стоит вызвать Гортхара по ментальному каналу?

— Думаешь? Мы же выдадим себя.

— Ну выдадим, и что? Мы сейчас уже в Северной Пустоши, нам только встретиться с ним и все, улетаем. Пока кто-то сориентируется где был короткий всплеск, пока придет, мы уже улетим.

— Ну хорошо.

Так, мы вышли с демоном на связь и скоординировавшись отправились друг другу на встречу. Не проходит и часа, как впереди показываются драконы, а еще через пару минут рядом с нами приземляется Ангара со спины которой спрыгивает Гортхар. А с ним прилетело, не много не мало, пятьдесят три дракона включая Смауга.

— Вы — долго, — сходу наехал демон.

— Хотя бы поздоровался, для приличия.

— Привет, заморыш. Где моя броня?

— Здесь, — кивнула Майрона на закутанный груз, опережая меня и тем самым затыкая. Сорвав полотно, демон не скрывая ошеломления поднял шлем. — Я же говорила. Он умеет делать артефакты, — при этом Майрона мне подмигнула.

Рассусоливать рогатый не стал. И благодарить кстати тоже, а сразу начал одеваться. Ну как начал… попытался. Самостоятельно надеть на себя доспех у демона не вышло, поэтому нам пришлось помогать. Драконы тем временем, молча сидели на жопе ровно и не вмешивались. Они вообще как-будто бы прикидывались частью декора, до чего же их Гортхар выдрессировал, ууух!

Когда демон оделся, то эти самые драконы попятились, а мы с Майроной восторженно офигели. Полыхающая огнем митриловая броня, огненный меч, и сам демон. Совокупность этих трех факторов внушала и подавляла. И если я раньше не хотел встретиться с таким вот кадром, то теперь и подавно не хочу.

— Ну что? Полетели? — повернулся я к Майроне.

— Летим, — кивнула она. — Но врата охраняются. Как будем действовать?

— Просто не путайтесь под ногами, — прорычал демон забираясь на дракона. — Эарендиль — мой!

— Пф, да пожалуйста!

— Хорошо. А мы тогда откроем ворота, — кивнула Майрона. Я же подошел к нашему будущему транспорту.

— Смауг, а Смауг. Привет!

— Фр!

— Да брось, ты же рад мне.

— Рад? РАД?! Да я тебя…

— А у меня для тебя подарок, — перебиваю дракона и вынимаю митриловую чешуйку. — Смотри, как тебе?

— …

Вы когда-нибудь видели готового взорваться от ярости дракона? Вот он надулся, вот набрал воздуха, и резко замер вытаращив глаза. Прямо как шарик. Еще и щеки надул. Как хорошо что у меня самоконтроль на высоте, а то бы расхохотался и контроль над духом потерял.

— Ну видишь? Рад же! Ну ка, двигайся, сейчас мы тебя лечить будем, — подойдя к дракону вплотную, закрепляю недостающую чешуйку на место. — Ну вот. Совсем другой вид! Прямо как золотой зуб, ток у тебя митриловая чешуйка.

Пока я говорил, другие драконы посмеивались, но без злорадства. Когда же змей оклемался, то фыркнул и позволил Майроне на него забраться. Другие эльфы так же разобрали себе драконов и мы отправились вверх, к Вратам Ночи.

К моему удивлению, у врат нас никто не ждал. Ну да, висел одинокий корабль, да и только. Который, между прочим даже не сразу понял что происходит. А когда понял, оказалось слишком поздно и никакой тактики или плана, только прямое столкновение. За самим кораблем, находились собственно Врата Ночи. Огромные, каменные, с двумя статуями драконов по бокам. Причем настолько огромные, что в них могла бы поместиться вся лицевая сторона королевства Эребор.

Судно Эарендиля же, заметив угрозу, раскрыло паруса и повернуло на нас. Первая стрела, вторая, третья. Каждая вторая стрела попадала в дракона, и выбивала того из строя, от первой еще кое-как уклонялись, хотя и не всегда. Но так или иначе, драконы свою задачу выполнили, они прикрыли нас, а дальше стало слишком поздно, Ангара пошла на заход. Вот, Эарендиль стреляет по ней но промахивается. Вторую стрелу Ангара принимает на крыло, но держится и продолжает пикирование. Третью, отбивает спрыгнувший Гортхар. Сверкнула митриловая броня, и пущенная стрела отскочила от неё даже не поцарапав. Находившиеся на корабле помощники Эарендиля также перенацелились на Гортахара, но их луки и стрелы не шли ни в какой сравнение с оружием Эарендиля.

Приземление, грохот, взрыв. Гортхар проломал собой мачту и взрывом выбросил с борта несколько эльфов. Эарендиль продолжал попытки пробить броню демона, но безуспешно. Оставив демона развлекаться, мы миновали корабль и оказались перед вратами. Майрона спустила Смауга вниз, где был небольшой каменный пятачок выступающий из под самих врат.

«Ты хотя бы знаешь, как ЭТО открывать?»

«Знаю. Но мне понадобиться твоя помощь».

«Внимаю».

«Я снимаю защиту. А тебе предстоит их приоткрыть».

«Как?!»

«Буквально. Магией. Сможешь?»

«Ну… попробую. Но у меня сил будет поменьше чем у тебя».

«Я поделюсь. Готов?»

«Давно готов».

«Начали».

Хлопнув в ладоши, Майрона запела. Только на этот раз как-то по особому. На мгновение, мне даже показалось, что слышу удары барабанов, но нет. И если раньше Майрона пела на черном наречии, то теперь я даже с кольцом не понимал на каком языке, а тем более о чем песня. Но не став акцентировать на этом внимание, встряхнулся как после ушата ледяной воды и приготовился действовать. Майрона водила руками по воздуху, рисуя контур плетения. Мне потребовалось всего пара секунд, чтобы понять что именно она рисует.

Сосредоточившись, чувствую как её контроль над телом слабеет, а значит пришел мой черед. Перехватив управление телом, завершаю нашу печать и добавляю в нее собственные элементы. Странно это, чувствовать тело, рисовать и понимать что твой рот говорит без твоего желания.

Как только печать завершилась, активирую её. Во вратах образуется щель, и я понимаю, вот он — наш шанс. Словно открывая двери, хватаюсь за эту щель призрачным касанием. Пара черных рук мертвой хваткой вцепляются в ворота и прикладывая все силы пытаюсь раздвинуть створки. А Майрона колдовала. Она уже не пела, шептала. Давление оказываемое на наше тело оказалось столь большим, что правая рука на котором было надето кольцо начала покрываться пеленой мрака и покрывалась до самого лица захватив половину.

«Давай… еще чуть-чуть».

Раздался треск камня, задрожала земля, начали падать небольшие осколки, но врата начали открываться. С неохотой, скрежетом камня, но открывались. Нам оказалось всего немного их приоткрыть, чтобы в образовавшуюся щель просочился узник за которым мы и пришли. Но когда я его увидел… лучше бы не видел и дальше. Ведь мой Черный Страж на фоне ЭТОГО покажется светлячком в ночи излучающим море позитива, доброты и любви к ближнему.

«Твоюююю ты мааать, кого я выпустил?!».

Глава 24

«Твоюююю ты мааать, кого я выпустил?!» — пронеслись мысли. Ведь вышел к нам даже не дух. Это был просто сгусток тьмы, ужаса, боли, отчаяния и ярости. Просто лютой ярости, настолько, что одной ей уже можно было убивать. И я уже было приготовился умирать, так как сбежать из кольца не выйдет, но нет. Оно не спешило нападать. Вместо этого, то что мы выпустили, спокойно полетело к нам. По мере полета начал формироваться силуэт человека, пока дух не перестал «левитировать» и не пошел по земле уже с характерными формами.

— Мелькор… — выдохнула Майрона. На её губах заиграла улыбка, а я тем временем предпочел по быстрому самоустраниться в кольцо.

— Майрона? — удивился дух. — Как ты…

— Я пришла за тобой. Я смогла…

Майрона не смогла сдержать слез радости что потекли по щекам. Протянув руку к Мелькору, она постаралась прикоснуться к его щеке, но не смогла. Тела ведь не было. Изменился и Мелькор. Прямо на глазах я видел как это скопление негатива стихает и по видимому приходит в себя после долгой изоляции.

— Майрона… — протянув руку, Мелькор так же постарался коснуться Майроны. — Ты пришла за мной.

— Да.

Знаете, то неловкое чувство, когда ты хочешь кого-то обнять, но не можешь? Вот я сейчас видел это самое чувство воочию.

— Кто это с тобой? — нахмурился Мелькор, по видимому почувствовав или заметив меня.

— Это Аид. Он помог мне освободить тебя.

— Здрасте… — материализовавшись рядом, приветливо машу рукой. — Очень рад. Аид.

— Я не помню тебя среди моих последователей, — удивился Мелькор.

— Да собственно, я не местный, так, залетный. Вот, помочь решил.

— …

— А еще он помог мне достать их, — протянула Майрона сильмариллы.

— Вы где их только достали? — сделал большие-большие глаза мелькор при виде камней.

— Нашли. Аид помог мне найти их. Я принесла их тебе Мелькор…

— Майрона, — мне показалось, или Мелькор поплыл? Минуту назад этот кадр был порвать любого кто встретиться ему на пути, а сейчас стоит, и кажется улыбается. А вот взгляд которым он смотрел на Майрону, был скорее снисходительно-добрым.

— К-хе, ребят, все понимаю, у вас тут любовь-морковь, но это… вон тот тип, который ломится к нам словно таран, очень хочет нашей с вами крови, так что вы не могли бы побыстрее? — указываю пальцем на летящий в нашу сторону голубую окутанную белым огнем сферу.

— Илуватар… — с толикой обреченности и гнева выдохнул Мелькор.

— Он самый, — киваю. Пока Мелькор зависал и осознавал масштаб песца который к нам летел, Майрона среагировала моментально и сняла со спины сложенный выкованный для супруга доспех.

— Мелькор, вот доспех, он собран специально для тебя Аидом. Ты сможешь создать себе телесную оболочку?

— Нет… но я могу вселиться.

— Нельзя. Нужно тело!

— Нет, не могу. Не сейчас.

— Плохо… тогда так. Это, — она показала на мой меч, — клинок Аида. Очень мощное оружие. Вот сильмариллы, используй их мощь. И еще, я отдаю тебе свою плоть и кровь.

— Уверена?

— Просто поверь мне.

На такое заявление Мелькор кивнул, а Майрона начала какой-то непонятный ритуал. Приложив одну ладонь на сердце, а вторую погрузив в дух Мелькора, Майрона быстро прошептала два слова. В этот момент, по каким-то причинам связь с ней нарушилась и я, не удержавшись в образе духа вернулся в кольцо. Когда очухался, не сразу понял что Мелькора возле нас вобщем-то нет. А вот Майрона стояла как ни в чем небывало.

«Майрона?»

Но в ответ тишина.

«Майрона!»

Снова не было ответа. Но вдруг…

«Привет Аид», — раздалось рядом со мной. Хорошо что у меня нет сердца, иначе точно екнуло.

«МАЙРОНА?!» — кричу на тот самый осколок души который я раньше пинал.

«Да. Я собрала все свои силы в кольцо, а что оставалось в теле передала Мелькору. Как и само тело. Ведь без него, он не сможет использовать твой меч. И да. За то, что ты запинал часть моей души, ты еще ответишь!»

«Прости, оно шипело и рычало, это была самооборона!»

«Ага-ага».

Пока мы за счет перепалки снимали стресс, Мелькор приходил в себя. Он осматривал себя и вспоминал забытые ощущения — каково это быть живым. И от этого важного занятия его и отвлек барлог, который принес третий и последний сильмарилл.

— Господин…

— Гортхар.

— С возвращением, господин.

— Я тоже рад тебе, старый друг.

— Но почему вы в теле этой слабачки?

— Просто прими, что так надо, — усмехнулся Мелькор принимая камень. Вынув оставшиеся два, он внимательно на них посмотрел. — Не хотел я это делать, но видимо придется.

Сжав кулак, он раскалывает все три камня и поглощает спрятанную в них силу.

«Ого. А так можно?» — обратился я к Майроне.

«Нет того минерала, который не знал бы Мелькор. И нет ничего, что он бы не смог разрушить».

«А почему не хотел?»

«Камни сами по себе хорошие усилители, и могли бы принести больше пользы оставаясь целыми».

«Понятно…»

Следом за камнями, Мелькор размял плечи и выставив вперед мой меч создал защитный барьер. Он действовал спокойно, без особой спешки, с удивительным хладнокровием. Но я-то чувствовал какая жажда крови поднимается в его душе. Он хотел драки, хотел мести и собирался задать трепку тому, волей кого все это произошло.

А стоило щиту появиться, на него тут же пришелся удар. Долетевший до нас шарик, резко вспыхнул и перед нами предстал гигантский, сотканный из грозовых облаков и молний образ бородатого человека. В момент, когда он «менял форму», от него пошла мощная магическая ударная волна. Щит мрака, усиленный моим мечом, кольцом Майроны и силой трех сильмариллов, с достоинством выдержал лобовую атаку. А вот барлога не то что сдуло, а развоплотило. Вот он стоял рядом, а вот вместо демона на камень падает пустой митриловый доспех. Так же не повезло и драконам, что оказались в этот момент рядом с нами.

«Гортахр», — грустно комментирую с тоской глядя на пустой шлем. Да, хоть с демоном я и не ладил, но он мне нравился.

«С ним все хорошо. Пока жив Мелькор, будут жить и они», — спокойно ответила Майрона.

— Нет! Еще слишком рано! — раздался басовитый крик и к нам спустился лик всевышнего.

— Здравствуй Эру.

— Сайрона?

— Нет.

— Моргот…

Губы Майроны растянулись в зверином оскале.

— Нет. Твое время еще не пришло, Моргот, убирайся во мрак!

— А как же твой великий план? — меланхолично спросил Мелькор, удобнее перехватывая мой меч. — Тот самый, где все учтено и все мы — лишь часть твоего замысла? Все? Отыграл свое? — насмехался Мелькор над Эру. А как он смаковал эти слова, ммм.

— Не испытывай мое терпение, Моргот. Я твой создатель, и ты будешь мне повиноваться!

Новая волна силы, но не физической, а ментальной, направленная на то, чтобы подавить и сломить волю. Но здесь, Мелькору даже не пришлось ничего делать, ведь внутри были мы. Я и Майрона. И естественно, мы не просто не пустили, а отфутболили с ней на пару вторженца.

«Эээтож фииигушки», — расхохотался я. Вот уж где-где, а на ментальном плане я натренировался — будь здоров, а силу давал Мелькор, да и Майрона не лыком шита.

— Ох… — отшатнулся Эру. — Что за… тыыыыы!!! Я чувствую что ты там, покажись!

«Видимо я его окончательно достал».

«Похоже на то».

«Пойдем поздороваемся?»

«Пойдем».

Я материализовался за левым плечом Мекльора на плане духов. За правым плечом стал призрак Майроны. Странно наверное наблюдать, два обезличенных черных силуэта.

— Привет Эру, — салютую ему двумя пальцами, — А вот и я. Долго ты меня искал, правда? А я вот… успел найти Мелькора раньше. Хе-хе-хе…

— Тыы… ты испортил все мои планы. Я порву тебя на части, наглец!

— Обойдешься, — без зазрения совести выставляю средний палец. — Не ты первый, не ты последний кто мне угрожает. Так что иди на *цензура*.

Вместо ответа, Эру попытался замахнутся, но с удивлением замер. Ведь по округ разлетался тихий смех Мелькора. Сначала совсем тихий, но потом он смеялся все громче и громче.

— Ха-ха-ха-ха, Майрона, я не знаю где ты его нашла, ха-ха-ха-ха, но он мне уже нравится.

— Я вас уничтожу!!! — взревел первый бог.

«Да начнется Мортал Комбат», — мелькает мысль.

Вот только никакого «Мортал Комбата» не вышло. Вот Эру делает замах, вот кулак опускается на нас, но в какой-то момент все резко взрывается волной мрака. Я даже толком не понял что случилось, но когда оклемался мягко говоря офигел. Мелькор так же увеличил свой дух и если Эру выглядел как грозовое скопление, то Мелькор как помесь огня и мрака. Мелькор остановил замах, поймав его, чем по видимому шокировал Эру.

— Ты мне больше не указ! — проревел громовидный голос и вторая рука прилетела прямо по перекошенной от удивления роже бога всея Средиземья.

Засверкали молнии, разлетелся по округе рев ярости и боли, загрохотало так, что казалось само небо вот-вот упадет на землю. Сходу соткав из мрака и огня огромный двуручный молот, Мелькор сразу же опустил его на голову Эру. Удар оказался такой силы, что первый бог потерял контроль над своей формой и начал развоплощаться, но отлетев пересобрал себя. В ответ, нам в грудь прилетела сфера из белого огня, как раз в то место, где висело без сознания тело Майроны.

— Это мой мир, и я его хозяин! — прокричал Эру, сжимая Мелькора между двух магических тисков. — И не тебе, Мелькор менять мои замыслы. Ты лишь одно из моих орудий, всегда им был, и навек останешься!

«Мы проигрываем», — обращаюсь к Майроне.

«Мало сил. Слишком мало», — ответила Майрона. По ощущениям, мне казалось что она готова провалиться под землю от стресса, но старалась держаться и не подавать виду. — «Даже так, разница в силе между нами слишком велика… Мелькор! Уходи в Средиземье».

«Зачем?» — не понял я.

«Средиземье для него, что для меня кольцо. Будем сражаться на нашем поле».

Вырвавшись из тисков, Мелькор откинул Эру и устремился вниз. Эру полетел следом, пуская во все стороны молнии и пытаясь нас достать грозовыми разрядами, но каждый раз он бил мимо. Зато на земле, нашими стараниями творилось черт знает что. Бушевали настоящие ураганы, а небо заволокли черные словно смог тучи из которых шел сильнейший ливень, град и даже снег. Сама природа сходила с ума, а в землю постоянно били молнии. Казалось, даже воздух стал тягуч и вязок от разлитой в нем силы.

Рухнув вниз, бой продолжился. Эру не собирался отступать, он наседал все сильнее и каждый новый удар казался болезненнее предыдущего. Но пока шла драка, я внимательно рассматривал нашего противника в магическом спектре. Пусть даже бог, но и боги смертны, а у нас есть оружие чтобы его сразить, нужно только найти куда бить. И я нашел. По всему телу Эру шли некие канальцы по которым как по венам текла его жизненная энергия. Независимо от удара Мелькора, эти канальцы оставались невредимы, а вокруг них по новой «отрастали» облака и контур бога принимал прежний вид, даже если ему отчекрыжить руку или голову.

«Майрона, я знаю как нам его победить».

«Как?!»

«Но действовать придется нам с тобой. Мелькор, ты меня слышишь?»

«Да».

«Займи Эру. Как только я дам команду, Майрона должна вернуть контроль над телом, вырваться вперед и передать управление мне».

«Что ты задумал?»

«Хочу смертельно ранить бога!»

«А справишься?»

«Да».

Так, собравшись, я начал выжидать момента, когда Эру подставится. К несчастью, прождать пришлось секунд тридцать, что в наших условиях очень и очень долго. К тому моменту, от земель на которых мы разбушевались почти ничего не осталось, а ведь дело было вблизи Лориэна. Дол-Гулдур так и вовсе сдуло, а под восточными вратами Мории теперь здоровенный кратер. Зато в Мглистых Горах появился новый проход… вернее его теперь можно сделать.

«Сейчас!» — кричу, как только Мелькор откинул Эру.

Перехватив контроль, Майрона словно ужаленная вырвалась из груди темного бога и тут же передала управление мне. Перехватив меч, мчусь вперед к ошарашенному и непонимающему такому повороту событий богу. Мир словно бы замедлился. Вот, я формирую очередную темную платформу на которую ступает нога Майроны. Толчок, и мы по касательной задеваем левый бок уклоняющегося бога. Давление рядом с ним было таким, что ни я, ни Майрона не могли вдохнуть, а в глазах все плыло. Её тело, даже с моим улучшениями попросту не было рассчитано на такие нагрузки, оттого начало разрушаться стоило нам покинуть «защитную оболочку». Но как бы то не было, мы выполнили задачу.

Уже миновав Эру, я потерял контроль над телом и вернулся в кольцо. Прямо на глазах, в белом пламени, сгорало тело Майроны. Вот на землю падает мой меч, вот приземляются доспехи, а за ними дымящийся шлем. Последним на землю упало кольцо, в котором спрятались и я и Майрона.

И хоть мы были никакими, но задачу выполнили. Илуватару было плохо! Очень-очень плохо. «Касание тьмы», делало свое дело, прямо на глазах чернели и разрушались жизненные каналы бога. Чуждая ему энергия, еще и противоположная по значению, особенно сильно отразились на светлом боге…

— … ааааааа!!! Что происходит?! Что со мной???

Так, сгорая изнутри от небольшого ранения умирал первый бог Средиземья. Изгибаясь в агонии, круша все что попадалось ему под руку, Эру пытался сделать хоть что-то. Не знаю как, но он смог остановить отравление. Сбросив оболочку, он сходу создал новую, которая оказалась в сотни раз слабее и попытался сбежать, но разве Мелькор этому позволит случиться? Нет.

Схватив ослабевший дух бога, Мелькор сжал тот в кулак. Не было никаких речей, лишь крик боли, ведь Мелькор заставил Эру заживо гореть в пламени Удуна. В какой-то момент все стихло, не осталось даже пепла. Сидя в кольце, я видел как Мелькор опустился на землю, и сформировав силуэт человека смотрит на небо. Я не слышал, не чувствовал, но видел в нем то огромное облегчение. Словно огромный груз свалился с плеч.

Повернувшись, он полетел в нашу сторону, а подлетев аккуратно подобрал кольцо с земли.

— Майрона? Аид? Вы целы?

«Я — оладушек», — хриплю от бессилия. Мне даже думать было тяжело, энергии не было совершенно.

«Поддерживаю», — поддакнула Майрона. Видимо ей было не легче. А вот Мелькора наш ответ очень сильно развеселил.

— Мы победили.

«Ураааа».

«Твое «Ура», больше похоже на стон умирающего», — хихикнула Майрона, а Мелькор тем временем начал вливать в кольцо свою силу тем самым немного нас взбодрив.

«Что теперь?»

— Теперь? — Мелькор посмотрел вдаль. — Хочу вернуть себе и Майроне тело и закрыться с ней на пару веков в своей башне. Чтобы больше никто не трогал.

«Это вряд ли».

— Почему?

«Остались еще Валары».

— Да разве они что-то из себя стоят? — рассмеялся Мелькор.

«А разве нет?»

«Я в одиночку сделала так, чтобы они пошли жаловаться на меня Эру», — пояснила Майрона. — «Сейчас, они даже помыслить не посмеют о том, чтобы стать у нас на пути».

«Вам виднее».

На этом, я замолчал и если можно так сказать «отошел в сторону», давая двум влюбленным выговориться друг другу после долгой разлуки. Поразительно, как изменилась Майрона всего за несколько минут. Смеющаяся, ласковая, озорная, можно сказать — совершенно другой чел… простите, майар. А вот Мелькор наоборот, прямой как лом. Стена. Причем, железобетонная, блин.

Да, мужик был умен. Очень умен. Но черт возьми, какой же он резкий и прямолинейный. Зато понятно, в кого пошли барлоги и как с ними уживалась Майрона, с таким мужем попробуй не ужиться. Чуть что не так, меры принимает сразу. Для себя подметил, что по прошествии стольких лет, самое ласковое слово что я услышал от него в адрес Майроны: «Моя красавица». Ииии, все. Наверное, это было единственное более-менее ласковое слово, в остальном Мелькор говорил спокойно, либо с некой любовью которая прослеживалась в интонации и взгляде. Правда осадочек в нем даже после такой драки все-равно сидел из-за чего темного бога можно было разозлись даже не с полуоборота, а с тычка.

Но это я ворчу, на практике Мелькор оказался офигенным мужиком! Практически спокойным, рассудительным, почти адекватным, все-таки долгая изоляция наложила свой след, и умным. Вот на этой почве мы с ним и нашли общий язык…

— Аид.

— Да-да?

— Так откуда ты, говоришь?

— Издалека. Я пришел из-за Врат Ночи.

— Значит где-то там есть жизнь?

— Есть. И много. Такие же миры как и ваш, со своими народами, богами, расами.

— А как ты к нам попал?

— Случайно вышибло.

— В смысле «вышибло»?! — удивился темный бог посмотрев на меня. Стоило мне оклематься, как я выбрался из кольца и шел в их компании третьим, в сторону Пеленорских Полей где собрались две… полоторы? Короче, где была по меньшей мере одна армия, наша.

— В прямом. Боги устроили разборки. Я попытался уйти в портал, но координаты сбились и в общем, залетел к вам.

— Все равно не понимаю… как ты мог к нам залететь? Иллумбара не должна была тебя пропустить.

— Она и не пропустила. Мое тело тонким слоем размазалось по вашей защите, а я сам лишь каким-то чудом просочился через защиту как и мой меч. А вот как я оказался в кольце, и сам не понимаю.

— Погоди-погоди. Ты говоришь, что у тебя было тело?

— Да. А что?

— Не понимаю. Зачем ты пользовался этим костылем?

— В смысле «костылем»?!

— Ты же дух. Зачем тебе тело?

— Ну, как бы, надо. Я с ним родился, — от моего ответа Мелькор нахмурился. Недобро так. Как барлог перед ударом, из-за чего я отскочил и откровенно говоря трухнул.

— Родился?

— Да. Когда-то я был человеком. Но потом…

— Не пытайся меня одурачить, Аид.

— Так я не пытаюсь, — тихонько опешиваю от таких перемен в настроении бога.

— Он не лжёт, — вступилась за меня Майрона. — Я чувствую это.

— Да-да, не вру. Поясните мне пожалуйста, чего я не понимаю?

— Ты правда считаешь себя человеком?

— Ну… был когда-то.

— Нет, — сказал как отрезал Мелькор.

— В смысле?

— Ты никогда не был человеком.

— Ээээ… но я же… помню жизнь. Человеческую.

— Ты мог вселиться в человека и прожить его жизнь. Вот в это я поверю. Но чтобы ты родился человеком… этого не может быть. Твоя природа имеет собственную уникальную черту и удел смертных для тебя чужд.

— А можно для чайника? А то я немножко закипел…

— Мы — Валар, были созданы с особыми… талантами. Помимо явных, у нас есть общие. Например, любой из нас видит естество существа или духа насквозь. Это было сделано для того, чтобы нам было легче творить. Твое естество, не относится к миру смертных в принципе, и ни одним из живых ты родиться не мог. Вселиться? Да, ты мог и я даже уверен что умеешь. Но родиться — нет.

— …

— Ты не помнишь свое прошлое? — более мягким тоном спросил он после небольшой паузы.

— Нет.

— Хм… скажи, а какие странности с тобой были?

Мой взгляд обращенный на Мелькора передал мое мнение лучше любых слов.

— Зайду с другой стороны. Перечисли мне, кем ты был и в каких телах побывал?

— Ну… на самом деле их немного. Я помню как был человеком. Потом словно туман, и я оказался в волшебной палочке.

— Артефакт?

— Да.

— Дальше.

— В стремлении вернуть тело, я создал искусственную оболочку очень похожую на эльфа, но на деле таковой не являющуюся.

— Ты ведь был человеком. Почему взял вид эльфа?

— Не знаю… просто мне так захотелось.

— Дальше.

— А дальше меня выкинуло из мира, и я оказался в кольце Майроны.

— Понятно. А твое псевдо-эльфийское тело, оно было живым?

— Не совсем. Скорее тоже артефакт, потому как «живые тела» меня отторгали… — стоило мне это произнести, как Мелькор усмехнулся. — И что смешного?

— Смешно, что после этого ты не догадался о том какова твоя суть и до сих пор считал себя человеком… пусть и в прошлом.

— А кто я тогда?

— Дух. Какой-то темный дух. Это ведь даже не твой настоящий вид.

— М?

— Даже сейчас ты стоишь предо мной в искусственной форме.

— Когда я только научился выходить из кольца, Майрона меня чуть не прибила, — возмущаюсь.

— Он похож на паука, — пояснила та. — Я подумала, что он один из потомков Унголиант.

— Вздор. Унголиант всегда была одна, все остальные — животные твари переростки. Покажи свой истинный вид, Аид.

Пожав плечами, сбрасываю с себя все «настройки».

— Ну как?

— Сам посмотри.

Слегка топнув ногой, Мелькор сделал прямо на земле идеальное зеркало. Я тоже так хочуууу! А вот из зеркала на меня смотрел все тот же непонятный тип. Рта нет, на лице словно маска, шесть расположенных симметрично глаз, «маска» переходит то ли в шипы, то ли некую корону, хрен поймешь. На плечах так же шипы, как и на руках.

— Ну вот. Совсем другое дело.

— Да ну?

— Это — твоей естественный вид. Если я отвяжу тебя от кольца, с тобой ничего не случится, наоборот получишь свободу. Только тебе надо научиться пользоваться своей оболочкой. Я более чем уверен, что ты можешь вселяться в предметы и людей.

— Если это мой естественный вид, то почему я не помню как был им?

— Кто знает, — пожал он плечами. — Твое прошлое, оно только твое. Кстати о прошлом. Пока я был за Вратами Ночи, залетали тут ко мне два чуда. Маленькие, крылатые, на людей похожи. Одна беленькая такая, другая темненькая. Меня ни во что не ставили, только спросили, не видел ли я там Темного эльфа. И дали описание. Не твои ли часом?

— Мои, — усмехаюсь. — И что ты сказал?

— Сказал, что не видел. Что еще мог сказать? Ну эта парочка и стала ломиться сначала через Иллумбару, потом во Врата Ночи. Я за этим делом смотрел, не вмешивался… собственно я вообще не понимал что происходит, кто это такие и откуда пришли. А еще мне было интересно посмотреть, когда они сдадутся.

— А они не сдавались.

— Вот именно. Они раз попробовали, другой, затем разгон взяли. Потом какой-то артефакт к Вратам Ночи приделали и подорвали. Такого, признаюсь, я еще не видел, грохнуло так, что мне показалось Врата Ночи во внутрь вылетят. Но нет, те устояли, а эти озадачились. Потом ко мне подлетели посоветоваться. Умные малые. Но упертые, не понимают, что такое не сломать.

— Н-да, ты моих мелких то куда услал?

— Никуда я их не усылал, сами улетели. И могу заподозрить, улетели в тот мир, откуда прилетел ты.

— И что они там забыли?

— Вероятно собираются повторить твой подвиг. Взять разбег чтобы пробить барьер.

— Писец…

— А кто это были?

— Мои дочери.

— Дочери? — воскликнула Майрона, а Мелькор вопросительно выгнул бровь.

— Дочери-дочери. Искусственно вывел и воспитал. Мои маленькие копии.

— Если они — твои копии, то ты точно никогда человеком не был!

— В смысле?!

— Потому что пытаясь пробить Иллумбару, они чуть меня не убили! И сами не убились. И их это ничуть не смутило.

— Они могут.

— Зато мы теперь знаем, что на весь мир громыхнуло, — усмехнулась Майрона.

— Ладно, оставим их в покое. Мелькор, ты сможешь аккуратно сломать кольцо, чтобы разъединить нас с Майроной?

— Смогу. Но мне потребуется тело. У меня проблемы с тонкими манипуляции энергии для которых я использовал смертную оболочку.

— Сделаем, — киваю.

— А ты можешь?

— Это он вернул мне тело, — добавила Майрона.

— А ты не можешь?

— Пока, у меня лучше всего вышли драконы, — задумчиво протянул Мелькор.

— А на втором месте орки?

— Ну почему? Нет. Так-то, я сделал много существ: Варги, Пауки, Летучие мыши, Лингвилоки, Червооборотни, Волколаков…

— А кто такие Лингвилоки?

— Морские Змеи, они же Морские Драконы. Хотя «драконами», их называть не совсем правильно.

— Я смотрю, с флотом ты не заморачивался.

— А почему нет? Тем более что содержание очень дешево обходится, сами себя кормят.

— А кого-то менее опасного ты не делал?

— Ммм… вепри? Не надо на меня так смотреть, может с животными у меня дела не очень, зато ландшафт меняю на загляденье! Вон, видишь Мглистые Горы? От начала и до конца их я возвел. А то развелось охотников, хоть сам охоту на них открывай.

Так, с небольшими шутками мы и шли, даже не пытаясь куда-то спешить. После заточения, Мелькор наслаждался каждым мгновением, каждым дуновением ветра, каждым звуком, потому наш поход больше походил на прогулку трех друзей. Ага, «друзей». Темный бог, его невеста, и я с краю, такой же темный. Причем все три в облике духов. Стоит ли говорить, что все виденные нами разумные на пути, либо драпали, либо падали в обморок?

Интересно, что Мелькора в общем-то не интересовало то, что он пропустил. Самое важное, он узнал сразу, а дальше его заботило будущее. Я подкинул богу идейку о том, как стабилизировать луну и солнце сделав те независимыми от Майар что носят светильники. Подсказал, как можно быстро и качественно восстанавливать вещи и даже крепости. Да-да, то самое и одно из моих любимых — Репаро Максима!

Так что пока наша компания дошла до Пеленорских полей, мы с темным богом всея Средиземье, забыв о том кто мы есть, активно спорили о нитях магического ядра соединяющего то с телом носителя. Мелькор настаивал на том, что ядро — вторично, главное — накопитель. Я утверждал, что без ядра носитель в принципе магией не воспользуется. Меня разбили тем, что привели в пример Олорина, он же Гендальф который нашелся на Пеленорских полях. Тип у него нет ядра, зато есть резерв, причем внешний из-за чего волшебник может колдовать без устали, но по чуть-чуть. Пропускная способность регулируется каналами тела. Здесь я сломал мозг, так как отказывался понимать — как Гендальф с таким раскладом вообще колдовать умудряется?! Это же против всех законов! Которые я знаю. Но факты на лицо — оно работает, а как — это вторично.

Собственно об Олорине. Гендальф оказался первым, кто заметил нашу компанию на подходе к Пеленорским полям. Что? Почему мы вообще сюда шли? Потому, что наша армия отступала. Отступала и при отходе разделилась на две части. Одна пошла в Минас Моргул, другая к Черным вратам. А как только мы победили Эру и Майар вместе с Валар оказались деморализованы наши быстро перегруппировались и пошли в атаку. Теперь часть армии сидит в Минас-Тирите, другая часть убежала на запад в Рохан. Хэлкар, вместе с назгулами, которые наверное за все время уже третий раз возвращаются с респауна, ждут наших дальнейших указаний так как что делать с городом пока неясно. Вроде враг сдался, но драка идет. Вроде город в осаде, но блин, Черные Нуменорцы умудряются продавать в город продовольствие в обмен на золото. Ну х*ли, если там их «коллеги» нуменорцы, пусть и другого лагеря.

Истерлинги просекли фишку, и по примеру своих старших коллег также начали творить эту херню. А чего нет? В городе колоссальное перенаселение, есть нечего, зато стараниями Торина и моими в нем нынче много золота и вообще драгоценностей, вот и пользуются ребята, а штурмовать такой город — как-то несолидно. Нет, можно было бы конечно взять штурмом, но зачем, если мы вроде как победили и враг бежит либо сдается? Так что сидят теперь ребята, нас ждут, на дичь вокруг флегматично смотрят.

Интересно, что инициатором торговли выступил Глашатай, который неофициально уже объявил Минас Тирит — Минас Дор и занес на карты этот город под нашим гербом. Так что когда мы пришли, нам пришлось сначала разобраться, какого хрена здесь творится, после чего взяв суетящегося в роли парламентера Олорина в охапку пойти к Ар-Фаразону, который вроде как готов пойти на переговоры. Еще бы он был не готов, когда сам Мелькор вежливо предлагает сдаться. Под «вежливо» и «Мелькор», я подразумеваю вломиться в главные ворота вынеся те с корнем и громко рявкнуть: «На колени, твари!» И хоть это относилось только к Ар-Фаразону и его окружению, послушались почти все. Лишь единицы предпочли остаться на ногах, а один так и вообще бросил нам вызов на честный бой на мечах.

— Кто этот самоубийца? — шепчу Майроне.

— Эонвэ. Майар. Лучший фехтовальщик в Арде. Всю жизнь с мечом. Чувство страха у него атрофировано напрочь.

— Я вижу. И что он этим хочет добиться?

— Хочет выбить себе право на город.

— Это он с Мелькором что-ли собрался сражаться?

— Нет, с тем, кого Мелькор собрался назначить на пост управляющего городом. Эонвэ всегда отличался цепким хватом, а раз мы уже победили, то почему не воспользоваться моментом?

Стоим, смотрим на то Мелькор отмахнулся от этой херни и пошел восвояси, а к наглому Майар вышел никто иной как Хэлкар.

— Ангмарцу Минас-Моргула мало?

— Видимо, — пожала плечами Майрона.

— А чего Мелькор ему голову не снимет?

— Есть определенный свод негласных традиций, вот и все. Пока их ни одна одна сторона не нарушила. Самому Мелькору без разницы кто здесь будет, только бы свою работу выполнял.

— Понятно. Эй, Эонвэ! — окликаю Майр и ровно в этот самый момент ему на голову опускается Моргенштерн Хэлкара. — Упс…

— Аид, это не спортивно.

— Да я хотел… ай, не важно.

Так, у Хэлкара во власти появились целых два города близнеца. Минас Моргул и Минас Дор. Ну, а мы вернулись в Барад-Дур.

Глава 25

По возвращению в Барад-Дур, жизнь закипела с новой силой. Но как-то по-другому. По-особому. Расслабленно, и я бы даже сказал — ленно. Более не было необходимости куда-то спешить, а потому и я и Майрона особо не напрягаясь начали выращивать новые тела и наводить порядки в Средиземье. Первым делом была проведена глобальная реформация на подконтрольной нам территории, а именно — запада и юго-восток. Были разосланы гонцы с вестью о смене власти. О том, что нынешние вожди должны либо присягнуть на верность новой госпоже, либо погибнуть. Весть о том, что Мелькор в общем-то вернулся и убил Эру шла перед гонцами, поэтому сопротивления никто не оказывал. Единственные с кем у нас были проблемы — это гномы. Подгорный народец не сказать что пытался с нами воевать, скорее просто брыкался и капризничал. Гномов кардинально не устраивает политика проводимая Майроной и тем более власть над ними, но поделать они с этим ничего не могут так как Мелькор, а против бога который завалил первого бога не пойдет вообще никто, даже боги. Поэтому коротышки со скрипом, пытаясь ставить условия и просто брыкаясь, но все-таки шли на попятную. Только единожды один из кланов с подначки Валар подняли оружие. Зря. Нам даже делать ничего не пришлось, Мелькор все сделал сам, устроив коротышкам девятибалльное землетрясение. Свидетелей оказалось много, весть разлетелась быстро, а потому даже те кто прислушивались к Валар стали посылать их в далекие края.

К слову, с Валар тоже были проблемы. После смерти Эру, боги потекли крышей. Все. Просто в разной степени. Кто-то впал в депрессию и отчаяние. Кто-то забил себе в голову мысль: «Эру жив, это все обман». Кто-то пытался отомстить. Мандос так и вообще морально меня убил, когда сам пришел к Мелькору с вопросом: «чем я могу тебе помочь, брат?» Примечательно, что именно к нему Мелькор не питал злобы, так как Мандос не участвовал в войне и вообще не имеет личных претензий к Мелькору. Этого бога просто назначили смотреть за умершими и быть судьей, этим он и занимался до нынешних дней, независимо от того чего хочет он сам. И вот уж не знаю о чем они договорились с Мелькором, но могу предположить что у нас появилось особое хранилище душ. А что? Полезно, это будет покруче кольца которое я носил и носит Гарри. То самое, которое должно втянуть в себя нашу душу в случае смерти. Здесь тот же принцип, ток способность распространяется на всех. Совсем. Абсолютно на всех кто живет в Арде… или кого-то вроде меня связанного с ней.

Сам Мелькор тем временем возвращал к жизни всех своих потерянных слуг, коих было несколько десятков. Просто считаем: семь барлогов, Глаурунг, двенадцать каких-то там оборотней-волколаков из Майар, а сколько полегло полководцев орков из числа Майар — я даже считать не возьмусь. Мелькор возвращал всех. Всех, кто был ему предан, но кто был убит в ходе войны, однако, стараниями Мелькора так окончательно и не умер. Темный господин умел беречь своих сторонников, даже в ущерб себе.

С одной стороны, Мелькор поступил неэкономно, потому что на привязку сторонников тратил много сил, а с другой благородно, так как не хотел чтобы они безвозвратно погибли. Так, кого-то он вытащил из чертогов Мандоса, кого-то поднял из лавы и разбудил, а кого-то пришлось заново создавать. Особые проблемы вышли с Глаурунгом и ему подобным, ведь драконов-то у нас не осталось! Гортхар собрал всех, и к несчастью все они пали при освобождении Мелькора. Однако! Помните то самое яйцо Ангары которое хранилось в Эреборе? По моей наводке Мелькор сходил за ним, а также нашел еще парочку в Пустынных Землях и теперь с их помощью будет постепенно возрождать род драконов.

Отдельно упомяну Анколагона Черного. Увы, но он не был Майр и вернуть дракона не представляется возможным. Жалко, Мелькор по нему действительно тоскует, говорит:

— Хороший малый был. — вздохнул Мелькор разливая вино. Сидим с ним, в виде призраков, вино загробных хлещем, уж не знаю где он его достал. Но вино хорошее, прямо живым себя почувствовал. По душам беседуем.

— Да? И чем был хорош дракончик?

— Смышленый очень. Правда ленивый. Даже чересчур. Представляешь? Всю жизнь в крепости провел. Как я его вывел, вырастил, так он никуда и не ходил. Не ходил. Не летал. Вообще ничем не интересовался, только орков пугал. Да и не только их. А как выпнул… причем один раз за все время, так и все. Нет дракона.

— Погиб?

— Погиб.

— Жалко птичку.

— Угу. Эарендиль с орлами постарался.

— Насколько я помню, Анкалагон был размером с гору. Как ЭТО смогли пристрелить?!

— Божественными стрелами. Подозреваю, что сам Эру Эарендилю выдал.

— Н-да. Папаша ваш был тем еще гадом.

— Я попрошу, — возразил Мелькор на мое выражение. — Но ты конечно прав. Даа, — протянул он разливая остатки вина…

Здесь кстати стоит снять шляпу перед почившим Эру. Этот хитрожопый тип все годы впаривал феньку о «тайном огне», его святости и всесилии. И небезуспешно, тогда как на деле это был пшик. Например, он сделал эльфов и людей, и типо дал им волю, правильно? Допустим. Аулэ создал гномов. Которых якобы "пощадил" всевышний и тоже дал им волю и жизнь. Так по крайней мере считают. А что на деле? Мелькор не обладая ничем подобным сделал вполне себе самостоятельную, а главное — волевую расу. Да-да, я о драконах. Эти ящеры были противны Эру, но в тоже время прекрасно жили и без Мелькора действовали в собственных интересах что подтверждает у них наличие воли. А ведь есть еще разумные пауки, летучие мыши, волколаки, которые увы до наших дней не дожили. Все они обладали собственной волей и жизнью.

И вот здесь мы вскрыли очень большой обман которым Эру травил всех и каждого. Ничего никому он не давал, просто Аулэ сделал сильную расу которую вырезать было себе дороже, поэтому он сыграл в «благословлю и нах пошлю».

Это же объясняло, почему Эру принимал на перерождение только души Эльфов. Дело в том, что чертоги Мандоса в которых Эру содержал души эльфов, были не резиновыми и впихнуть туда еще и людей с гномами не представлялось возможным, поэтому этот жук сделал ход конем — он аккуратно соединил разные измерения внутри своего мира и тем самым создал обходные пути мимо иллумбары. Через этот путь приходили и уходили души людей и гномов. И через этот путь пришел я. Но без тела. И при этом умудрился протащить с собой меч. В ходе данной операции мой клинок «сломал» проход так как не для него он создавался и вывалился черт знает где. То есть, уже своим появлением я устроил Эру просто феноменальные по своему масштабу проблемы, души людей и гномов больше не могли уходить из мира! Именно поэтому гномы Эребора никуда не ушли. Именно поэтому сейчас в Средиземье очень много духов развелось.

И именно поэтому, у нас все удалось. На первом этапе моего появления, мягко говоря, Эру стало не до меня. Он заделывал прорванную случайно мною канализацию, но так и не заделал так как я к тому моменту устроил ему еще большие проблемы, но уже в Средиземье. Так сказать, к потопу добавился пожар. А когда все забегали, от наших с Майроной шебуршений, то стало окончательно напоминать тот самый бородатый анекдот про пожар во время наводнения в публичном доме. Одна беда — Эру то мы грохнули до того, как он с бедой «сантехнического плана» разобрался. И теперь с этой проблемой придется заниматься Мелькору. Сам Мелькор, подумав над проблемой припахал к её решению еще и меня со словами: «ты заварил, помоги разгребать». Так что пришлось помогать, а всех призраков временно выгнать в Аман дабы те не мешались.

В общем для Эру из меня вообще тот еще жук древоточец вышел. То ножку у стула подъем, то столешницу погрызу, то косяк дверной подпорчу. В итоге несчастный хозяин то задницу отобьет, то кипяточек на коленки прольет, то отвалившемся куском деревяшки по кумполу получит. Вроде и мелочи, не смертельно, но адекватности и доброго нрава не прибавляет. А тут ведь, как костяшки домино, одно за другое цепляется. Хорошо что я к нему не пошел, боюсь представить что бы он со мной после такого сделал.

Кстати. Разбираясь с последствиями собственной активной деятельности, я понял почему попал в кольцо Майроны. Так как дух воедино собрать я не мог, а куда-то приткнуться надо, я перемещался по пути наименьшего сопротивления подыскивая себе артефакт. Кольцо Майроны оказалось ближе всех, фонило сильнее всех, а также соответствовало всем заданным параметрам, а именно: Огромная аккумулирующая емкость, сопротивление тьме, может удержать дух, да и просто кольцо в этом плане оказалось идеалом так как затачивалось под артефакт — сейф для души.

Вооооот. Так что сижу я теперь в этом «сейфе» и как выбраться не знаю. Одна надежда на Мелькора.

В ожидании долгожданного момента освобождения прошел месяц, за который у Майроны с Мелькором сформировались телесные оболочки и они наконец-то, ура-ура, стали живыми богами. А-ли-лу-я! Долгожданная свобода. Опять. Жди меня, я уже в пути!

Темный бог взялся за кольцо и начал его ломать. В земном воплощении, Мелькор выглядел внушительно. Высокий, в плаще, с длинными черными волосами, из-под которых выглядывали эльфийские уши. Красная радужка глаз, строгое волевое лицо, сам постоянно в своем черном доспехе, а рядом неизменный черный молот который он носит за спиной. Рукоять сего чуда выглядывает из-за плеча, так что очень практично — руку протянул, взял, по делу применил: и коня подковал, и гвоздь выпрямить и артефакт поправить и супостата по кумполу огреть. Удобная и универсальная штука! Самому что ли завести? Опять же, куда как больше меча. Это сколько-ж в него можно полезных штук воткнуть? Ммм, определенно стоит подумать. Что-то я нервничаю.

— Боишься? — обернулась ко мне Майрона. Сейчас мы сидели в лаборатории друг рядом с другом и смотрели за работой ванда… в смысле мастера.

— Есть такое. А ну как это мои последние минуты? Знаешь как обидно убить бога и умереть в ходе такой херни?

На мои слова Майрона рассмеялась. На самом деле она тоже боялась, ведь одна ошибка и случиться может все что угодно. От полной и бесповоротной смерти, до потери памяти или разума. Но Мелькор знал что делает, это знали мы, а потому сидели и ждали.

Очередной удар молота и я внезапно потерял контроль над духом. Кольцо затянуло меня в себя и в тот же миг Майрона упала без сознания. Мы оба оказались в кольце.

— Спокойно! — проревел Мелькор, — все идет как надо.

«Точно?» — спросил я Майрону.

«А у нас есть выбор?» — ответила она мне тем же. Грустно вздохнув мы приготовились к худшему.

Дальнейшую работу Мелькора мы наблюдали уже из кольца.

Сначала он рисовал разные символы и читал заклинания напевным голосом. Потом его рука стала жарче горна, её охватило пламя Удуна. Меня до глубины души поразило то, как он управлял огнем. Пламя словно пластилин в его руках менял форму и очень осторожно плавило кольцо.

— Готовьтесь. Сейчас я развяжу ваши духовные узы, — предупредил нас Мелькор и пламя резко объяло кольцо со всех сторон. Металл против всех своих природных свойств начал покрываться трещинами, а затем кольцо раскололось надвое. Меня словно бьет током и откидывает в сторону. Непередаваемые ощущения! Словно по мне промаршировала рота солдат, а затем еще и танк переехал. Майрона чувствовала себя не лучше, её тело подпрыгнуло на кровати так, словно на её вылили кипяток.

Мелькор сразу же бросился к своей любимой, которая в отличие от меня в себя пришла достаточно быстро. Я же, оказался… на грани? Нет. Можно сказать, что я оказался между гранями. Исконный мир теней, место где ходили Черные Стражи. Здесь никого и ничего не было, а мир виделся в странных черно-белых искаженных тонах. Я видел жизненную силу Майроны, видел Мелькора. Бог он и есть бог, дури столько что в дрожь бросает.

Когда Майрона оклемалась, они с Мелькором начали искать меня. Признаюсь, я был удивлен, так как стоял посреди комнаты, но меня никто не видел. Как появиться перед ними до меня тоже не сразу дошло, а потому некоторое время эти двое всеми силами и магией продолжали попытки понять куда я делся, не умер же. Каюсь, было приятно, когда увидел на лице Майроны тревогу, Мелькор тоже заволновался, но в меньшей степени.

Помня, что Черные Стражи появлялись в основном из теней, решаю провернуть их же фишку. Подойдя к темному закутку, пробую развернуть в нем переход, как обыкновенный портал, и, о чудо! Проход действительно открывается. Сделав пару шагов, я словно бы вхожу в зеркало и выхожу в этой же комнате, в этом же самом месте. Отстраненно пронеслась мысль, что Мир теней — отзеркален от реальности.

— И снова здравствуйте, — чуть кланяюсь двум богам. Да-да, Майрона постфактум тоже бог, только мааааленький, но сипатиииишный. Так бы и затискал, но пока еще жить охота.

— Аид! Ты в порядке? — спросила Майрона.

— Почти. Такое ощущение, словно молния ударила и сердце в груди запустила, — про танк говорить не стал, все-равно не поймут.

— Твоя суть вернулась к тебе, — пояснил Мелькор с торжественным пафосом. Определенно он гордился проделанной работой. Нет, я его понимаю, развязать две переплетенные души — задачка та еще, при этом вытащив из артефакта. Но можно и скромнее быть.

— Спасибо, — киваю Мелькору. К моему удивлению, тот слегка улыбнулся и чуть кивнул в ответ.

— Я рада что с тобой все в порядке, — вернув себе привычное спокойствие, стряхнув с плеча невидимую пылинку сказала Майрона.

— Взаимно. Что теперь? — оглядываю парочку богов.

— Я не хочу ломать иллумбару, — сказал Мелькор. — Надо попробовать восстановить колодец душ.

— А ты знаешь где он? — вопросительно смотрю на него.

— Нет… но я знаю у кого это можно спросить.

— Мандос?

— Он самый, — кивает Мелькор.

Так, следующим утром, мы с Мелькором отправились к местному богу мертвых в Аман. Майрона осталась в Средиземье, следить и продолжать делать то что ей нравится больше всего — наводить порядок. Помню я её порядок с орками. Ууууу, жуть. Не завидую я гномам… кстати. Забавно, что есть в Средиземье один народец которого вся эта кутерьма затронула в меньшей степени. Хоббиты. Шир был самым тихим краем во всем Средиземье, им он и оставался на момент войны. Видимо, у Хоббитов какая-то особая аура, не иначе. Правда, слышал я еще об одном человеке подобной аурой обладающим. Джо. Неуловимый Джо. Да-да, тот самый, который на фиг никому не нужен.

Переместившись в Аман, мы докопались до Мандоса. Ну как мы… Мелькор докопался, а я так, рядышком постоял.

— Мандос, где колодец душ? — прямо спрашивал Мелькор. А мне говорят, что я не умею переговоры вести. Пф! Это они Мелькора не видели. Стоит себе такой здоровяк, силу излучает, молот оглаживает. Ну как такому откажешь, когда он прямо в лицо спрашивает и взглядом доходчиво объясняет — не ответишь, лицо разобью.

— Мелькор… Брат мой. А ты знаешь, что Колодец Душ, это не совсем колодец?

— Поясни.

Мандос знал где находится колодец душ, только не согласился нас к нему проводить. Почему? Потому, что колодец душ это не конкретное место, а своего рода искусственное подизмерение куда уходят мертвые. Единственным, кто туда знал дорогу, был сам Эру так как он его и создал. Так что здесь мы встали в тупик.

— Тупик, аднака, — смотрю на Мелькора.

— Засада.

— Угу, — вздохнул Мандос, которого откровенно бесило такое количество беспокойных призраков на его земле.

Справка: призраки начали копиться сразу же после моего прихода в Средиземье, оттого здесь набралось уже достаточно народа которого некуда девать, и это не считая тех, кто застрял в Средиземье.

Выход нашелся спонтанно, так как старой тропой мы пройти не можем, значит надо что? Правильно — проложить новую! Это я и предложил. Так как в пространственной магии более-менее разбирался, а Мелькор, как бог, знал свой мир, мы начали творить. Хотя, «мы», громко сказано. Я просто рассказал что знал, а дальше Мелькор и Мандос делали сами и лишь иногда советовались.

Не знаю сколько мы убили на это времени, я перестал считать дни, но в один прекрасный момент мир погрузился во мрак. То есть совсем во мрак, не было ни солнца ни луны. Майар которые носили эти два светила, решили бросить это бесполезное и неблагодарное дело. Зря. Мелькор и без них особым радушием не отличался и бесился из-за неудач, а тут еще эти фокусы начали показывать. В итоге бог сорвался на обоих бунтовщиков, огрел обоих и вуаля, все вернулось на круги своя.

Пока возились, познакомился с окружением Мелькора. Готмог оказался офигенным Барлогом! Главное его только не бесить… заметка: не дай бог Ная с Маей пересекутся с барлогами. Не. Дай. Бог. А так, даже в шахматы выжившими орками сыграли. Еще меня Турингвэтиль покатала. Если что, она первый голос Майроны до появления Талиона. Майар, трансформриовалась в гигантскую летучую мышь, а обратная форма — вампир. Ага, сам удивился, самый настоящий Вампир, причем в Толкиене. Только такие как они очень сильно испортили жизнь Манвэ и тот вырезал большинство сородичей и потомков Турингвэтиль.

С Драуглуином пообщался. Первый из волколаков. Волк-оборотень с ростом барлога, ага. Еще и глаза светятся. Между прочим, лучший друг Туринвэтиль. Оборотень научил меня особому магическому зову стаи. Правда, сколько бы я его не применял, все было глухо. Драуглуин поддержал и сказал, что все это из-за Илумбары, она блокирует зов, а внутри мира просто нет тех кто мог бы откликнуться. В принципе, я был с ним согласен, в это мире на плане теней вообще как-то пусто. Никого нет. Словно экстерминатусом прошли… ну или Эру зашел и заранее все почистил от нежелательных лиц.

А по прошествии еще некоторого количество… Недель? Месяцев? Вообще без понятия, Мелькор и Мандос наконец-то своего добились. Колодец душ был возведен, но на сей раз это было конкретное место, можно сказать вторая дверь ведущая прочь из мира, но при этом запускающая тебя как рогатка.

Видеть лицо Мандоса, и то с каким благоговением он запускает, выгоняет всех вон — бесценно. Освободили от трупов и Средиземье. Майрона, шутя, сказала: еще пару лет и у нас вместо земель живых было бы царство мертвых с чем я был полностью согласен. Через этот же колодец душ, Мелькор выгнал всех вредителей из числа Валар и Майар не пожелавших жить в мире.

И теперь, когда все было готово, когда я на свободе, а глобальные проблемы решены, мы стояли на пороге Врат Ночи и прощались. Мне пришел черед уходить.

— Ну что могу сказать… было весело.

— Да чтоб никогда в жизни, — протянула Майрона, качнув головой чем рассмешила нас.

— Спасибо вам, — чуть кланяюсь Мелькору с Майроной.

— Тебе спасибо, — поклонился Мелькор в ответ. — Твоя помощь — бесценна. Я запомню тебя, Аид, как желанного гостя в моем доме. Так что заглядывай. В любое время.

— Обязательно.

— Аид?

— Да? — поворачиваюсь к Майроне.

— Признаюсь, что первое время я хотела тебя убить. Когда ты только появился. Но потом, по мере наблюдения изменила мнение и решила попробовать поговорить. И я рада, что приняла это решение. Как и рада, что пришлось разделить с тобой эту ношу, ты достойный соратник. Сейчас ты помог мне… — но посмотрев на Мелькора поправилась, — помог нам. И я не забуду этого. Если когда-нибудь тебе понадобится помощь, ты знаешь в какие двери постучаться.

— Буду иметь ввиду. Хей, рогатый. Давай пока? — обращаюсь к Гортхару. Барлоги, будучи личной свитой Мелькора почти всегда ходили рядом с ним. Вот и сейчас, все семеро стояли здесь.

— Смотри не сдохни, говорящее колечко, — хмыкнул демон. — Ты мне должен митриловую броню!

— Обойдешься. Старую ищи, — рассмеялся я, да и демон одобрительно дымом прыснул.

— Прощай?

— Нет, Майрона. До встречи.

Махнув рукой, я развернулся и пошел через Врата Ночи. Надо бы посмотреть, как там моей ученик, да и проверить как там вообще дела. Давненько не появлялся.

Раскрыв переход в мире Поттерианы, делаю шаг в Поттер Мэнор, а точнее в свою комнату. Вот только… на этой стороне я нашел лишь руины разрушенного дома.

— Не понял…

Глава 26

— Не понял… — нахмурившись, осматриваюсь. Поттер Мэнор оказался полностью разрушен. Быстрый осмотр через Взгляд Тьмы подтвердил, живых в районе нет. Но и мертвых тел, тем более знакомых, тоже нет. Как и призраков, слава богу, не шастает.

Новый переход через мир теней до Хогвартса, и я выхожу в кабинете директора. Пустом, но главное — целым. Не успеваю осмотреться, как за окном раздается грохот взрывов, а в окно пробивается свет голубого огня. Подлетев к окну, распахиваю створки и смотрю на беспредел что твориться снаружи, и не верю своим глазам. Хогвартс в осаде!

Над школой мерцает магический щит по которому постоянно кто-то долбит, а на мосту, готовые к бою, стройными рядами стоят статуи Годрика готовые к отражение удара. Центральная площадь провалилась вниз, отворяя врата для Драколича, который приготовился к старту, но пока еще был на своем месте. Так же, видел «свободных» големов созданных учениками. Каждый из них был уникален, и каждый из них занимал позицию на передовой, рядом со статуями Годрика.

То там то тут вспыхивали контуры на школе, символизирующие об активированной защите. Те ученики, которых я видел, стояли на позициях и смотрели на мерцание защитного щита. Отметил про себя, что как-то маловато защитников, не иначе Гарри народ куда-то разослал.

Присмотревшись к барьеру, вижу сквозь всполохи взрывов силы неприятеля, а также драку. Видимо, там уже идет бой, а значит мне туда. Шаг в тень, переход, рывок и вот я оказываюсь на верхушке дерева откуда открывается замечательный обзор на все что происходит вокруг. Беглый осмотр подтвердил первичный вывод, здесь действительно идет бой. Небольшая часть защитников во главе с моим учеником сражается с противником стараясь не дать тем закрепиться на подходах к школе.

Сами атакующие напоминали из себя народную солянку. Лишь небольшие группы имели более-менее похожее снаряжение, остальные были кто в чем одет, но одно объединяло всех. У всех были зачарованные шмотки, и зачарованное оружие, будь то пистолет, палочка, посох, или кольцо. Отдельно заприметил группу в специальном снаряжении с автоматами в руках. Эти парни стояли в стороне и пока в бой не ввязывались, спец. силы, не иначе. Также приметил позицию, откуда по Хогвартсу бьет артиллерия.

Примечательно, что увидел за холмом несколько гидр. Очень знакомых гидр. Таких же тварей, я видел в лабиринте на турнире двенадцати чародеев. А посмотрев в ту сторону через «Взгляд Тьмы», про себя выругался. Не только гидры были в той стороне, но и еще всякой живности на пару взводов минимум.

Вернув взгляд к ученику, хмурусь. Гарри проигрывал, несмотря на высокую подготовку. Враг был одет и подготовлен не хуже, а самое главное — их было больше. Намного больше. Закончив осмотр территории, призываю пару темных мечей и рывком вниз, перемещаюсь к магу. Взмах мечом, и голова отходит от тела, Касанию Тьмы защитный барьер не помеха.

Новый рывок, и следующего человек пронзает меч, еще рывок и пробиваю шею. Так, прыгая от одного к другому, я вырезал всех со своей стороны, пока враг не дал отступление.

— Кто ты? — подошел ко мне Гарри со спины в окружении Блейза, Сивиллы и Гермионы.

— Мелкий! Стоило отлучиться, так сразу кашу заварил?! — наехал я на него убирая мечи.

— Аид?!

— Нет, *цензура*, колобок! Кто же еще?

— Аид… я так рад что ты вернулся, — расплылся в улыбке Гарри. А суровый, грозный взгляд в мгновение ока сменился на живой, тот самый знакомый мне с огоньком в глубине.

— Рад, он. Идем в замок, расскажешь какого черта тут у вас происходит.

Гарри кивнул и открыл телепорт в крепость. И вовремя. Артиллеристы сменили цель и начали бить не только по замку но и по прилегающей территории. Сволочи.

После перехода, Гарри распустил своих и мы прошли с ним в кабинет директора. Единственным кто к нам присоединилась, оказалась Тики, которая от радости пыталась меня обнять, но каждый раз провалилась сквозь ногу.

— Тики, я тоже рад тебя видеть, но пожалуйста перестань, это меня раздражает.

— Хорошо, — надула щечки домовичка.

— Ну так что за херня тут у вас происходит? — спрашиваю ученика, после того как он упал в кресло.

— В общем, все началось после того как Черный Страж принес твое кольцо.

— Есть выжившие? — удивленно вскидываю брови.

— Да. По крайней мере один, про остальных не знаю. После этого, мы сразу поняли, что ты в беде и пока я думал что делать… Ная с Маей уже начали что-то делать. Ну ты же их знаешь, — я кивнул. — Они взяли Сферу Смерти и Стража что принес кольцо. Он провел их к миру, где потеряли тебя и на котором была защита.

— Я знаю, и они попытались пробиться, но не смогли.

— Да. Потом они вернулись сюда, забрали Лейлу с Арианой и снова улетели, но куда — я не знаю. И больше не возвращались.

— Дальше.

— А дальше, начался какой-то кошмар. Аид, ты помнишь турнир двенадцати чародеев?

— Ну?

— Рассказываю. Есть группа лиц, они — ещё одна сторона в мире магии. Но подпольная. Именно они финансировали турнир и собрали участников. На этом турнире и на таких как он, они обычно собирают самое лучшее от каждой школы, их достижения и особенность, собрали они и в этот раз. Но не все. Наши наработки им оказались чужды, так как не было базы, а делиться никто не спешил. Более того, так как у нас не было конкретного направления и каждый ученик развивал что-то свое, они не могли структурировать нашу магию. Пояснять же, что такое Конструирование им никто не спешил.

— Крыс не нашлось, — усмехаюсь.

— Да. И поначалу все было тихо, они продолжали действовать скрытно, но при этом пытаться разобраться в наших достижениях. Когда директором был ты, ты дал понять — Хогвартс не собирается тесно сотрудничать ни с одной из сторон. По крайней мере, не собирается делиться чем-то серьезным и опасным. В тебе видели весомую угрозу и предпочли затаиться и пока не связываться. Но когда опасность миновала они закопошились. Для того чтобы узнать наши достижения, они применяли любые методы, с которыми я уже зае… к-хм, задолбался бороться. В ход шло все, от подкупа до похищения и шантажа моих учеников. И если на подкуп никто не шел, твои старания не прошли даром, то вот со вторым надо было что-то делать. Другие школы видели что намечается конфликт и самоустранились сказав: «это не наше дело». Нарушились все связи с ними. Но а когда Аврорат всерьез взялся за работу и в Англии для вредителей просто не стало житья, эти сволочи перешли к серьезным действиям.

На этих словах, Гарри в ярости сжал кулак. Кожаная перчатка жалобно затрещала, но с достоинством выдержала ярость хозяина.

— И что они сделали?

— Они собрали со всего мира наемников. Целые кланы встали на их сторону за звонкую монету, а всякие секты которые вы с сестренками вырезали так и забесплатно пошли, считая нас последним злом которое надо искоренить. Я даже представить боюсь, сколько сюда было вложено средств, но одно могу сказать точно — дохрена.

— Я видел, что к Хогвартсу подтащили разных химер…

— Если бы только химер.

— И какова ситуация?

— Все очень плохо. Аид, всей Магической Англии конец. Это какая-то война. Кто не может или не хочет сражаться давно бежал из Англии, и таких большинство. Есть еще те, кто принял сторону неприятеля и те кто посчитал свой дом с краю. В любом случае, здесь сейчас форменный кавардак. Альбус, Том, Малис, Рагнар, все они сейчас в Министерстве и защищают его управляя Авроратом. Их стараниями, до сих пор за Хогвартс так и не взялись всерьез.

— Судя по тому, как по нам работают, я бы не назвал это «несерьезно», — при этом смотрю на взрывы за окном.

— Просто ты не знаешь, что творится в Министерстве.

— Хм…

— Дафна с ребенком и моими родителями в подземельях Хогвартса, туда же были эвакуированы все семьи учеников и вообще выпускников из-за чего у нас наблюдается перенаселение. Школа не была рассчитана на такое количество людей.

— Где Василий?

— Он как и Арагог вместе с оборотнями партизанят в Запретном Лесу, хотя бы этот фланг прикрыт но я не знаю надолго ли. И на этом хорошие новости заканчиваются.

— Ты называешь это «хорошими новостями»?

— Да. Поттер Мэнор полностью разрушен, применили очень мощные мне невиданные артефакты.

— Я видел его, — киваю.

— Дальше, банк Гринготтс отказался с нами сотрудничать до тех пор, пока не будет наведен порядок. Гоблины заняли нейтральную сторону и тупо перекрыли вход в банк. Для всех. Вообще для всех, заморозив все счета.

— И как давно начался этот бардак?

— Ну, сегодня четвертый день как конфликт перерос в открытое противостояние. Аберфорт говорит, что еще день-два и от Министерства останутся одни руины. Из-за того, что мы — официальная власть, враг берет штурмом всю магическую Англию.

— А что мир Маглов?

— А ничего. У этих гадов и там влияния хватает, чтобы скрывать последствия которые все-таки отражаются на их мире.

— Я тебя понял… — приложив руку к подбородку, оглаживаю его.

— Аид…

— М?

— Ты даже не представляешь, как я тебе рад.

— Представляю.

— И рад что с тобой все в порядке. Вот только, что с тобой-то случилось? И где тело?

— Долго рассказывать, — отмахиваюсь, и ровно в этот самый момент за окном раздается более сильный грохот. — Это еще что…

— Опять тяжелую артиллерию подтащили, — выдохнул Гарри. — Уже дважды с ними разбирался, а возвращаются. Регулярно бьют, гады.

— А каковы их требования?

— Поначалу — мое смещение, передача Хогвартса Международному Комитету Магии, а также отстранения органов управления Министерства в связи с террористической политикой которую те проводят.

— Хах. А теперь?

— А теперь — моя голова, сдача Хогвартса все тому же комитету, и полное разоружение Аврората с последующим отстранением управляющих.

— А где остальные ученики?

— В Министерстве они. Хогвартс пока под щитом и они здесь без надобности, только что лишние рты, а вот там их помощь неоценима, все-таки в Министерстве Магии сейчас очень жарко.

— Хм…

— Что будем делать? — стоя у окна и наблюдая за очередью взрывов, я думал. Можно конечно принять бой, но стоит ли игра свеч? Не проще ли…

— Аид?

— Погоди пару минут. Я сейчас.

Раскрыв портал в тени, иду к нему.

— Ты куда?! — опешил Гарри.

— Позову друзей.

Шаг в темноту, и я оказываюсь перед Вратами Ночи. Н-да, а тут действительно мрачновато. Подойдя к ним, активирую на вратах особую руну оставленную Мелькором специально для меня. Створки сразу же чуть приоткрываются пропуская меня вовнутрь, а стоило войти тут же захлопываются за спиной.

Следующая остановка — Барад-Дур. Новый прыжок, и вот я возле дверей в опочивальню Майроны. Стража тут же шарахается, но узнав меня расслабляется.

— Привет парни. Они там? — кивок. — Спасибо.

— Господин, вам стоит лучше обождать, — поднимает руку один из воинов.

— Некогда мне ждать, — грустно выдыхаю и пройдя сквозь стражу вежливо стучу в огромные двери.

— ВОН!!!! — проревел Мелькор.

— Говорю же, — втянув голову в плечи буркнул стражник. — Лучше подождать.

— Лучше просто отойдите, — советую страже и снова стучу, но уже с ноги.

Удивительно, но крика не последовало. Вместо этого, я почувствовал как от двери повеяло жаждой убивать. Секунда, вторая, вот створка приоткрывается и высовывается озлобленная физиономия Мелькора которая встречается со мной взглядом.

— Аид?!

— Привет Мелькор.

— Ты что тут делаешь?!

Тут створка приоткрывается шире и мне показывается закутанная в простыню Майрона.

— Аид?

— Привет Майрона. Ребят, простите что отвлекаю, но мне очень нужна ваша помощь.

— В смысле? Ты же только что домой ушел.

— В том то и беда. Моих дома избивают, а сам я в нынешнем состоянии не смогу оказать большого влияния, их просто быстрее задавят, да и времени нет. Выручайте…

— Погоди, мы сейчас, — дверь закрылась и я остался наедине со стражей.

— Ну чего вы побелели? Нормально же все!

Стража не ответила. Стоят, как по уставу, на меня не реагируют. Н-да.

Ждать Майрону с Мелькором долго не пришлось. Всего пара минут, и меня пускают внутрь.

— И снова здравствуйте.

— Ага. Давно не виделись, — хихикнула Майрона с кровати.

— А теперь рассказывай, что там у тебя случилось, — потребовал Мелькор.

— Ну в общем, возвращаюсь я домой, а там война полным ходом. В мое отсутствие враги решили что им все можно. А сейчас что-то делать у меня сил не хватит. Физически, победить я могу, но беда в том, что потери будут мягко говоря, большими.

— И ты хочешь, одолжить у меня пару легионов?

— Нет.

— Чтобы я обрушил на них метеоритный дождь?

— Нет, у меня другая мысль. Мелькор, а вам школа не нужна?

— Школа? — в голос спросили Мелькор и Майрона переглянувшись.

— Да. Я говорил Майроне, что у меня школа есть, в которой я сделал для детей сказку. Вот она и в беде. Ребята нормальные, не капризничают, навыки на высоте, директор вообще офигенный человек, сам вырастил. Что скажешь?

— Ну… неожиданно. Я думал конечно сделать что-то такое для обучения людей, но чтобы так?!

— А что? Пусть будет, нам же легче, — вступилась Майрона. — Это ведь готовая база знаний, а кроме того целая школа знаний из другого мира.

— Нет, я согласен, место мы для нее бесспорно найдем, но у меня вопрос в другом. Каким образом ты собрался перенести её? Могу предположить, что это целая крепость.

— Ты прав. Это крепость. Но как перенести, я знаю, нужна лишь ваша помощь.

Посмотрев на Майрону, и увидев кивок, он вернул взгляд ко мне а Майрона спросила:

— Кого будем бить?

Пока я рассказывал Мелькору и Майроне план действий, вызванный Готмог начал собирать передовой отряд в который вошли Барлоги, стая Волколаков, и Хэлкар с Назгулами. Рассказывать же пришлось о том, к чему готовиться и о том, что в моем мире магией владеет ну очень много народу, потому встречать нас будут по полной программе.

— Значит устроим пекло, — прокомментировал Гортахр рассмеявшись, а остальные согласились.

Дав координаты мира, Мелькор раскрыл полноценный портал в Хогвартс в который я шагнул первым. А здесь опять шла драка и новая атака.

— Аид? — удивленно спросил Гарри, телепортировавшись ко мне. — Это что такое?

— Это? Мои новые друзья. Отойди в сторону.

Мелкий послушал меня и вовремя. Один за другим из портала начали выходить Барлоги. Готмог только и поднял бровь, мол: «где?», на что я указал рукой на артиллеристов обстреливающих крепость. Барлог кивнул, и с диким ревом ярости бросился в бой. Защитный барьер? Не, не слышал. Все семеро прошли через него так, словно никакого барьера нет. Следом появились Волколаки, а за ними назгулы. Последними вышли Мелькор и Майрона.

— Добро пожаловать в Хогвартс!

— А здесь мило.

— И совсем печально, — добавил Мелькор посмотрел на всполохи взрывов.

— Гарри, это Мелькор и Майрона. Боги своего мира. Мелькор, Майрона, это Гарри Поттер, мой ученик, директор Хогвартса и просто офигенный человек, главное — надежный.

— Приветствую.

— Добрый день.

— Здрасте… — растерялся Мелкий.

— Гарри, дуй в Министерство, собирай всех в Хогвартсе. Мы переезжаем.

— В смысле «переезжаем»?!

— В прямом, Гарри. Бегом!

Миг, и Гарри Поттер растворяется во вспышке портала.

— Майрона, займи пожалуйста неприятеля, пока мы проверим ядро, — попросил Мелькор супругу.

— Как отличать своих от чужих?

— Герб школы, — указываю рукой на гобелен. — Герб Министерства, — указываю на соседний. — Это свои. Все остальные — чужие.

— А как мне пройти через барьер?

— Как только мы возьмемся за ядро, он сам опустится.

— Поняла. За мной, — взмах рукой и роковая женщина повела за собой два отряда убийц.

— Идем, я покажу где ядро.

— Для начала расскажи мне, что такое «Жила Дракона».

— В отличие от вашего мира, наш находится в своеобразной мировой связке. «Жила Дракона», это очень мощный источник маны на котором стоит школа. Мы можем использовать это, для того чтобы перенасытить ядро и разом высвободив энергию совершить мгновенный переход. Так как Врата Ночи остались открытыми, проблем возникнуть не должно.

— А почему ты просишь меня, а не ученика? Он же должен лучше понимать устройство.

— Так то да, но видишь ли, в отличие от тебя его разорвет от взаимодействия с таким объемом энергии.

— Логично.

Так, мы спустились на самый низ, где было ядро. Под моим руководством, Мелькор начал перенастраивать его работу, пока наверху Гарри переносил всех наших, будь то Министерство Магии, или Черный лес. Майрона же, стояла непреодолимой стеной к Хогвартсу отрываясь по полной программе. Гарри предупредил всех, чтобы даже не думали высовываться за территорию замка, и не зря. Барлоги, найдя себе достойных соперников разошлись не на шутку и судя по тому что я слышал, Запретный Лес конкретно так объят огнем… да и не только он.

К тому моменту как мы с Мелькором закончили подготовку перехода, как раз закончил и Гарри собрав всех наших воедино.

— Аид, я собрал всех, что дальше? — появился он в зале.

— Дальше, дуй к остальным и скажи им сесть на землю, а лучше лечь, так как переход может оказаться тяжелым, — кивнув, мой ученик исчез в портале, а я посмотрел на Мелькора.

— Почти готово.

— Отлично.

— Ты куда собрался? — тут же спохватился он, стоило мне развернуться.

— Хочу оставить прощальный подарок. Как будете готовы, переходите, я если не успею, сам метнусь.

— Хорошо.

Оставив Мелькора, перехожу на руины Поттер Мэнора. Здесь у меня сохранилась заначка с парой особо опасных артефактов которые разрушают любое проявление магии, спасибо Школе Угаду с их «анти магическими» барьерами.

Что-ж, гады, вы хотели войны, вы её получите. Нет, я не собирался устраивать армагедон. Зачем? Я просто собираюсь спалить весь магический мир перед Магглами. А еще, устроить пару подстав. И кое-куда документы подкинуть из Министерства. Да-да, Хаос мой лучший друг, ибо нефиг. Нефиг было обижать мою школу! Стоило за порог, блин, выйти, совсем страх потеряли твари.

Быстрыми переходами, разбрасываю по миру артефакты. Закладки делал в особых магических карманах в которых спрятаны целые районы. Ведь когда артефакты сработают, карманы потеряют стабильность и целые районы вывалятся в реальный мир.

Следующим пунктом, забрасываем в конвертах в новостные компании информацию, изображая из себя крота который «копал, копал и накопал, мир магии существует!» Нельзя забывать о паре шалостей. Активировав на плане теней зов, с удивлением обнаруживаю откликнувшихся духов которые предстали предо мной в образе черных пауков. Только неправильных. Они имели всего по два вытянутых глаза, вместо восьми — шесть лап, брюшки не шарообразные а овально-вытянутые, да и челюсти какие-то не такие. Но без разницы, для дела сгодятся.

Взяв целый отряд в охапку, я пошел чудить: для начала, ворвался с ними в одно отделение полиции, затем в другое, в третье, в армии засветился… в общем пошумел по полной программе. Нет, никого не убивал, только пугал, максимум ранил кого, но все живы. Во время этого процесса, я и почувствовал сильнейшее искажение пространства свидетельствовавшее о том, что Хогвартс покинул этот мир.

Дабы удостовериться, прыгаю на место замка, и точно. Школы больше нет, зато на её месте есть просто огромнейший по своим размерам кратер. Распустив духов, ухожу в тень и на этот раз, прыгаю уже в мир Средиземья на заранее оговоренное место переноса. Теперь Хогвартс стоял на территории Лориэна.

Люди, и нелюди, перенесшие переход выглядели плохо. Почти у всех кружилась голова, некоторых рвало, а кто-то лежал без сознания. Да… переход такого объекта на такое расстояние — задачка та еще. Мелькор тем временем сидел на стене и так же отходил от перехода. Судя по внешнему виду, богу тоже оказалось не просто.

— Ну как?

— Больше… я такого… делать не буду.

— Хе-хе-хе, и не придется. Спасибо тебе, — на это, темный бог лишь отмахнулся, после чего взяв Майрону в охапку устремился черным облаком сначала в небо а затем улетел по направлению Барад-Дура.

— Ох… это было тяжко, — кряхтя, поднялся ко мне Гарри.

— Ну вот Гарри. Добро пожаловать в новый мир, — усмехаюсь, и обвожу рукой просторы.

— Это была твоя идея? Бегство?

— Не бегство, Гарри. Эвакуация. Ты не думай, им там тоже весело теперь. Я оставил напоследок пару подарков.

— Охотно верю. Что теперь?

— Ничего. Пойдем. Я помогу вам здесь устроиться.

— Что за мир хоть?

— Офигенный мир. Дружелюбные соседи, мифические твари… я тут недавно бога завалил… ну как, помог завалить, так что совсем тихо стало.

— Кха-кха-кха-кха…

— Тебе постучать?

— Нхет… ох. Я не ослышался? Ты сказал — «Бога»?!

— Да.

— Ты обязан мне это рассказать.

— Хех. Идем уже, будем обживаться.

Эпилог

Средиземье. Хогвартс

Аид

Я сидел в кабинете Директора и смотрел на тлеющую сигарету. Кроме меня в кабинете был еще Гарри. Ученик сидел напротив меня в кресле самого директора и выжидательно молчал.

— Ну вот и все Мелкий, — подвожу итог, делая затяжку. Да, я вернул себе тело. То самое, которое я потерял, но с небольшим отличием. Я мог переносить тело в подпространственный карман становясь духом и возвращать его, тем самым «надевая» словно одежду. Хорошо это — быть живым, даже отвыкнуть успел.

— В каком смысле, «всё»? — не понял ученик.

— Я боюсь, что на этом наши пути разойдутся.

— Аид… учитель?

— Хогвартсу более ничего не угрожает, как и тебе, здесь я могу быть спокоен. Я попросил Майрону, чтобы она за вами присмотрела.

— Но… что ты будешь делать?

— У меня осталось еще одно незаконченное дельце. Мне надо понять, что со мной случилось. И откуда я. Мне неспроста сняться эти странные сны. Это воспоминания Гарри. Обрывки моих воспоминаний. Мелькор помог мне понять, когда сказал, что я никогда не был человеком. Но если так, то что тогда со мной было? Это я и хочу узнать. Но… я не знаю куда приведет меня эта тропа, и боюсь что мы с тобой можем не встретиться.

— Может, тогда мне стоит пойти с тобой?

— Нет. Твое место там, где твои люди, Гарри. Здесь, в Хогвартсе. Это моя ноша.

— И куда пойдешь?

— Для начала, найду пикси. Ты говорил, что угробив Сферу Смерти, они начали думать над более мощным источником силы?

— Да.

— Я думаю, что они решили обратиться к тому, что помогло мне. К богам того мира. И взяли для этого тех, кто сможет им в этом помочь — Лейлу и Ариану. В любом случае, я надеюсь их найти раньше, чем Ная с Маей натворят делов, ведь тот мир мне очень нужен. В нем есть зацепка из моего прошлого и я надеюсь, что Ариана мне с ней поможет.

— Тогда… желаю удачи.

Поднявшись, мы прошли к выходу из кабинета. Положив перед дверь амулет для постройки дальнего стационарного портала, открываю переход на ту сторону.

— Учитель.

— Да?

— Пожалуйста, берегите себя. Папа… — не удержавшись, Гарри обнял меня что есть сил. Усмехнувшись, хлопаю по спине.

— Прощай, Мелкий.

Конец

Больше книг на сайте - Knigoed.net

Content

Моя Прелесть

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог