Мясоедов Владимир Михайлович

Огонь извечного колдовства

Глава 1

Пролог

Два корабля, лишь недавно бывших сцепленными друг с другом в единое целое, теперь стремительно удалялись друг от друга. Тот из них, что был несколько больше, хранил гордое молчание и лишь слегка чадил дымом медленно разгорающегося пожара. Огонь уверенно распространялся по слегка сбрызнутой маслом верхней палубе, цеплялся за свисающие вниз канаты и паруса, с недовольным шипением встречая очередную лужу крови, натекшую из валяющихся тут и там трупов. Умеренной высоты волны периодически захлестывали дыру в районе киля, оставшуюся после близкого знакомства с вражеским тараном, однако утонуть раньше, чем сгореть, судну не грозило. Лишенное большей части ранее перевозимого в трюме груза, оно имело как никогда высокую осадку и потому воду набирало очень медленно. Второй корабль отличался от первого весьма серьезно. Он был чуть меньше, имел более вытянутую форму, а главное, был буквально переполнен звуками и жизнью. Впрочем, количество последней постепенно сокращалось. Удачно взявшие на абордаж пузатого купца пираты сортировали живую добычу по степени ценности, избавлялись от неликвидных активов и придавались испытанному средству морских разбойников для снятия стресса. Казням.

— Твари! Сволочи! Подонки! — Почтенную леди Анастис буквально душило от переполняющих её эмоций. Гнева, боли, отчаяния, страха…В основном страха, которому оставалось совсем чуть-чуть до того, чтобы перейти во всепоглощающий ужас. Правда боялась пожилая женщина, уже года три как ставшая прабабушкой, не столько за себя, сколько за пятерку плачущих у борта детей, напрасно зовущих своих мам и пап. Те из экипажа и пассажиров, кто пытался сражаться, были безжалостно убиты при абордаже. Ну а сдавшихся пираты уже утолкали в трюм, где пленникам предстояло теперь провести на диете из скудных порций объедков и глотка воды в день долгие недели, а может даже и месяцы перед продажей. На рабских рынках пользовались спросом в основном более-менее здоровые рабы, способные долго работать и принести своих хозяевам немалую выгоду. Ребятишек же прежде чем эксплуатировать требовалось сначала несколько лет кормить задаром, а то и обучать. Нет, подобный товар тоже вызывал интерес у определенных категорий покупателей, например тех же темных магов или содержателей борделей. Однако шансы свои довести маленьких пленников до подходящего порта морские разбойники по какой-то причине оценили как весьма низкие, а потому после короткого спора решили поступить с ними также, как и со всеми стариками. Отправить прогуляться по доске, дорога с которой у обреченных была всего одна. В открытое море, полное разнообразных хищных чудовищ, да и просто не оставляющей шансов на спасение холодной соленой воды. — Ненавижу! Чтоб вы все сдохли, нелюди!

— В моей команде, мадмуазель, нет ни одного недочеловека. Мы все здесь истинные люди, которым не пристало якшаться со всякой швалью. — С преувеличенной серьнзостью сделал ей замечание пиратский капитан, чем вызвал среди своих подчиненных настоящую бурю смеха. Однако глаза мужчины лет сорока, одетого в расшитый серебряной нитью синий камзол, оставались безжалостно холодными. К своим жертвам он явно не испытывал ни капли сострадания…А может даже и не думал, будто делает нечто плохое, избавляясь от ненужной ему части пленников? — Боцман! Заканчивай с этим сосунком! Хватит акулам жрать сладкое нежное мясо, разбалуешь ты их! Пора рыбкам размять зубки и об жесткую шкуру настоящих морских волков.

— Как скажешь. — Заросший рыжей бородой по самые брови здоровяк со всей силы стегнул небольшим кнутом по ногам подростка, замершего на краю вставленной в специальный паз длинной доски и с ужасом взирающего вниз. Под ударом скрученных в единый жгут полосок дубленой кожи штанина бывшего купеческого юнги лопнула, как и спрятанная под ней плоть. От боли юноша рефлекторно вздрогнул, взмахнул руками в тщетной попытке сохранить равновесие и с коротким криком рухнул вниз. Вероятно еще даже ни разу не бравший бритву в руки молодой матрос не замолк бы так быстро, но лететь до воды ему предстояло совсем недалеко, а сомкнувшаяся с плеском вода надежно обрывала любые звуки.

— Человек за бортом! — Округлил глаза какой-то загорелый до черноты пират, отвлекаясь от сморщенного яблока, которое он мимоходом жевал. Обслюнявленный огрызок взмыл в воздух и стукнулся о голову вынырнувшего на поверхность отплевывающегося подростка, заставив его от неожиданности нелепо взмахнуть руками и снова уйти на глубину. — Вы слышите меня?! Человек за бортом! Уже девятый за последний час!

— Ай-яй-яй, надо довести до ровного счета, верно я говорю, парни?! — Расхохотался боцман, освобождая от пут новую жертву и при помощи парочки добровольных помощников затаскивая её на доску. На сей раз ей оказался начавший седеть матрос сожженного торгового корабля, которого во время абордажа кто-то нокаутировал ударом эфеса сабли в висок. Мужчина еще мог считаться достаточно крепким, но в недавно закончившейся схватке, прежде чем потерять сознание, получил еще и проникающее ранение в живот. Вылечить его подвизавшийся в команде колдун, сейчас застывший изваянием перед каким-то обмазанном свежей кровью идолом на носу судна в принципе мог…Но не захотел. — Танцуй, торгаш! Танцуй для нас последний раз, если хочешь прожить подольше!

— Да провались ты к демонам в преисподнюю! Авось хозяева черного льда потравятся твоей смердящей душой! — Сплюнул в направлении боцмана раненный, рядом с головой которого щелкнул кнут, а после не желая оттягивать неизбежное взял и прыгнул…На пиратского капитана, стоявшего у самого борта рядом с доской и наблюдавшего за казнью, что называется, из первых рядов.

Похоже, раненный намеревался забрать его с собой в холодную мокрую бездну. И, в принципе, у него имелись некоторые шансы на успех. Схватить врага мертвой хваткой, утащить тяжестью собственного тела вниз и не отпускать достаточно долго, чтобы тот успел нахлебаться воды. Пират пирату не только соратник, но и конкурент. Далеко не факт, что они будут спасать своего вожака, а даже если и будут…Корабль мгновенно не остановишь и не развернешь, а чтобы утонуть человеку надо то совсем немного посторонней помощи. Вот только от раненного моряка чего-то подобного, кажется, ждали. С едва различимой для глаза скоростью кулак облаченного в синий камзол морского разбойника метнулся вперед и врезался в скулу обреченного, ломая траекторию его полета и отшвыривая вниз. Главный хищник в человеческом обличье в очередной раз доказал свою силу, а потому оказался вознагражден за это настоящей бурей ликования со стороны команды. Возможно, когда он ослабеет, эти же люди разорвут его в клочья, но сегодня подобного не произойдет…Наверное.

— Кого следующего? — Кровожадно хмыкнул боцман, поворачиваясь к остальным пленникам и леди Анастис тут же сделала то, что делать леди вообще-то не полагается. Плюнула в него и даже умудрилась попасть. Давным-давно поседевшая и покрывшаяся морщинами женщина к смерти морально готовилась не первое десятилетие, регулярно мучаясь болями чуть ли не во всех частях успевшего поизноситься организма. Её не сильно пугала норовящая вывернуться из под трясущихся ног доска, и плещущиеся внизу волны. Ну а акулы и вовсе ни капельки не беспокоили. Морские хищницы банально не успеют цапнуть её раньше, чем сброшенная им подачка утонет. Никогда толком не умевшая плавать старуха должна была захлебнуться соленой водой так быстро, что по сравнению с очередным приступом заставляющего буквально выть от боли радикулита подобная судьба выглядела едва ли не милосердием. — Щенков или старающуюся прикрыть их собой клушу?

— Да все равно, но давай уже быстрее с ними заканчивай! — Посоветовали ему из задних рядов толпы, собравшейся поглазеть на казнь. — Пора покувыркаться с теми дамочками, которых мы захватили!

— Так их же всего четверо живыми дались. — Напомнили ему. — Ты думаешь, они не сдохнут, если их сразу вся команда разом отведать пожелает?

— Да ну а мне то какое дело?

Гулкий рев, полный какой-то дикой звериной злобы, разнесся над морем и заставил, кажется, в страхе замереть даже волны. Впрочем, в следующую же секунду оцепеневшие было пираты шустро бросились по своим местам, поднимая паруса и на всякий случай готовясь к бою. Опытные морские разбойники знать не знали правил классификации многочисленных морских чудовищ, но от глотки способной издавать такие звуки на всякий случай следовало держаться подальше. А то проглотит. И хорошо еще, если не вместе с кораблем. По сравнению с некоторыми из таящихся в глубинах океана монстров даже драконы, не раз единолично сжигавшие целые города, выглядели всего лишь летучими ящерицами-переростками.

— Кидайте в воду сухопутных крыс всем скопом! — Скомандовал боцман, убедившись, что судно уверенно набирает максимально возможную для него скорость. Теперь оставалось лишь надеяться, что ветер не стихнет, оставив беспомощное деревянное корыто на произвол волн и прячущихся под ними тварей. — Хватит с нас на сегодня плясок по доске!

Вновь над океаном раздался громогласный и полный ярости рев, но на сей раз, он звучал куда громче. Видимо источник его стал к судну несколько ближе.

— Отставить! — Тут же скомандовал капитан пиратам, уже начавшим толкать всю вязанку из ревущих детей и одной плюющейся куда попало старухи в сторону борта. — Нечего привлекать к себе лишнее внимание. Мы и так уже вымостили за собой дорогу из судорожно плещущейся наживки. Скинем, если монстр нас догонит. Авось они отвлекут это чудище на себя!

В своем гнезде на верхушке мачты матерно заорал чего-то нечленораздельное наблюдатель, не забывая взмахом специального чуть-чуть светящегося флажка из зачарованной ткани указать направление на угрозу, которую он с высоты, ожидаемо, заметил первым. Впрочем, почти моментально взглянувшие в нужном направлении морские волки и сами заметили подозрительное зеленое пятно, находившееся как раз между ними и еще виднеющемся на горизонте горящим судном.

— Похоже на водяную повозку. — Высказался капитан, обескуражено теребя рукоять своего клинка. Плывущий по волнам объект определенно состоял из двух частей. Первой являлось некое подобие кособокого плота, тем не менее, имеющего достаточные размеры, чтобы на нем пара чего-то не поделивших конных рыцарей могла устроить полноценное ристалище по всем дуэльным правилам. По центру сколоченного из бревен помоста высилась небольшая скала, кажется даже с растущим на ней деревцем, а остальное пространство оказалось забито каким-то мусором. Но куда больше внимания привлекал тот, кто тащил весь этот хлам по морю. Длинное вытянутое тело, полностью скрывающееся под водой, в длину и ширину пиратскому кораблю не сильно и уступало. Скорее даже наоборот, превосходило его! — Я видел, как в похожие запрягали дрессированных русалками дельфинов и прочую живность. Только они были меньше, намного меньше…

Громадная зеленая туша вильнула в сторону и резко остановилась как вкопанная, презрев неизбежную для подобной махины инерцию. На поверхности появился громадный плоский хвост, ударивший по воде и брызгами повесивший над плотом самую настоящую радугу. А после мерный рокот океана вновь перекрыл яростный рев, как оказалось, пробивающийся наружу прямо из под поверхности моря.

— Может быть это просто ручной кит? — С надеждой предположил кто-то, отчаянно вглядываясь в виднеющийся над волнамиобъект. — Ну, кашалот какой-нибудь. По размерам вроде подходит, да и форма более-менее та. А орет, потому как его погонщик сзади колет.

— Киты другого цвета и уж точно киты так не орут, вернее киты орут совсем не так. — Ответил ему многоопытный боцман, навидавшийся морских исполинов во всех видах. Живых, мертвых, вареных, жареных, пареных, поднятых в виде нежити и находящихся на службе у ушлого пирата-некороманта. — Даже когда у них брачные пляски или когда им всадили с десяток гарпунов в спину. К тому же смотри, за тварью подозрительный белый след на воде остается. Причем либо я осел сухопутный, либо это самый настоящий лед. Вода замерзает там, где плывет монстр.

— Демон! — Ахнул кто-то. — Вот принесла же нелегкая!

Леди Анастис принялась терзаться сразу от трех вещей. Злорадства в адрес пиратов, которых явно за их грехи собрались забрать в преисподнюю живьем. Легкой опаски за свою душу, ведь дети то при всем желании особо нагрешить бы не успели, а вот она за годы жизни могли потихоньку и скопить порядочный груз из мелочей, вроде пропущенных молитв, несоблюдения постов и даже одной измены мужу. Мочевого пузыря, который очень не вовремя начал требовать, чтобы его опорожнили.

— Плывет быстро. Оторваться не сможем. — Констатировал капитан пиратов, покачиваясь с носка на пятку. Как-либо еще проявлять беспокойство этот хищник в человеческом обличье не собирался…Да и было ли оно у него? Вряд ли в жизни морского разбойника ранее не происходило встреч с порождениями зла, весьма охотно идущих на контакт с теми из смертных, кто еще при жизни заслужил себе место в нижних мирах. С одной стороны в подобных сделках обычно идут деньги, артефакты, долголетие и сила, с другой же льется кровь и продаются души тех, до кого обычно демоны дотянуться ну никак не могут. — Остается драться или попытаться откупиться. Что скажешь, колдун?

— Странное существо. В ауре перемешаны в равных долях вода и черный лед, а из под них разит смертью. — Несмотря на откровенно тщедушный и нелепый вид увешанного разными побрякушками, тряпочками и мусором старичка, черного мага на борту заслужено опасались все, включая капитана. Одного его недовольного взгляда хватало, чтобы незащищенный действительно мощными амулетами человек растекся заживо лужей смердящей слизи. Ну а если вызвавшая его гнев персона располагала какой-никакой защитой, то ему просто требовалось чуть больше времени. — Однако…Мои амулеты не реагируют на него, а значит, у него нет знаков принадлежности к свите кого-то из Ледяных Чертогов.

— Ага. Получается это вестник Отца Времен! Только нимб и белые крылышки он дома забыл! — Попробовал пошутить какой-то новичок, но получил удар локтем от другого пирата и тут же заткнулся.

— Ну, не так далеко от истины, как могло бы быть. — Едва заметно улыбнулся колдун, сам себя искренне считающий любителем тонкого юмора. И мысленно тут же взял остряка на заметку. Если тот отпустит хоть одну шуточку в его адрес — ему не жить. — Клейма Слуги Света я тоже не чувствую. Остается не так уж много сил, которым бы могло принадлежать подобное создание. Думаю, когда это существо подплывет поближе, станет заметна печать Безымянной!

— Хозяйка морей? Думаешь, её зверушка? — Чуть удивился пиратский капитан, по этим самым морям плававший не один год, однако же встречавшийся со слугами древней богини считанные разы. Да и то ему попадались либо рядовые язычники, либо слабенькие жрецы, из всех особых талантов способные похвастаться лишь исцелением едва ли не любой болячки. Частично в этом были виноваты другие религии, активно переманивавшие у конкурентки паству, а частично и сама небожительница. Даже её собственные слуги признавали, что их хозяйка переменчива как само море. Ну, или как настоящая женщина. Капризная, взбалмошная, с плохим чувством юмора и довольно жестокая женщина. — Надо же…Столько слышал о Морских Хранителях, но вижу одного из них впервые.

— Редко встречаются, да. — Согласно покивал колдун, уже не одну жертву отправивший прямиком в лапы к демонам, чтобы слегка сбросить свой возраст. — И никогда не знаешь, чего от них ждать. У каждого мозги вывернуты как-то по своему…Демоны в это плане хотя бы куда более предсказуемы, поскольку за редким исключением желают только одного. Больше власти, больше жертв, больше проистекающего из них личного могущества.

Установленная на носу небольшая катапульта развернулась на своем поворотном механизме и швырнула небольшой, но очень-очень опасный снаряд на неожиданно большую дистанцию. Судя по всему её расчет счел, что сейчас не время экономить, а потому зарядил в свое орудие зачарованный колдуном артефакт. До момента соприкосновения с целью он весил в несколько раз меньше, чем обычно, а потому летел куда дальше обычных камней. Зато в момент удара вся убранная на время тяжесть резко возвращалась на положенное ей место, придавая зачарованному куску гранита способность пробивать любую броню. При удаче одного такого попадания в верхнюю палубу цели хватало, чтобы отвлечь вражескую команду на затыкание любым подвернувшим под руку хламом появившейся у них в днище пробоины. Прицел оказался взят верно и смутно виднеющаяся под волнами туша дернулась, когда в её передней части взмыл высоко в небо водяной столб. Радостный клич прокатился по рядам пиратов…И тут же затих. Громаднейший плот остался качаться на волнах один одинешенек, а отцепившаяся от себя буксируемый груз морская тварь рванула наперерез кораблю с такой скоростью, что стало ясно, боя теперь уже не избежать. И вторично перезарядить катапульту и навести её на цель, теперь вряд ли получится.

Леди Анастис совершенно неподобающим для дамы её возраста и положения злорадно смеялась, когда в корму вцепились две громадные соединенные перепонками зеленые лапы и наклонили судно назад так сильно, что все люди попадали с ног, а бушприткорабля его уверенно уставился в небо. Она, барахтаясь в куче зареванных детей, истерично хихикала, сама не слыша себя, поскольку все заглушал скрежет двух клыков, высовывающихся на многие метры из пасти монстра, о поднятый колдуном щит из мрака. Пожилая дама буквально стонала от переполнявших её эмоций и, кажется, вывиха лодыжки, когда пиратов одного за другим невидимая сила вздымала в воздух, лишала всей одежды, а после швыряла по частям далеко в море. Немного легче перенесшей за сегодняшний день слишком много испытаний старушке стало лишь после того, как её аккуратно перенесло по воздуху и опустило на поверхность громадного плота. Прямиком к той части пленников, которых пираты заставили прогуляться по доске чуть раньше.

— Питер? — Простонала она, увидев своего старшего внука, которого успела уже мысленно похоронить в море. Морские разбойники в море его не выбрасывали…Он сам туда спрыгнул, когда остатки команды корабля при абордаже бросили оружие. — Ты жив?! Слава Отцу Времен!

— Ну, тогда уж слава хозяйке морей и океанов. — Поежился мокрый как мышь, но вполне себе целый и невредимый подросток. То ли неприятно ему было славить языческую богиню, пусть и не особо порицаемую церковью, то ли облепившее тело мокрая одежда даже при легком ветерке казалась слишком холодной. — В конце-концов, это же она послала своего слугу спасти вас из пиратского плена и нас всех из воды вытащить.

Остатки корабля, разобранного в прямом смысле слова по бревнышкам, присоединились к громадному плоту, еще чуть-чуть его увеличив. А сверху на них спланировала большая часть содержимого трюмов морских разбойников, начиная от массивного сундука не иначе с сокровищами и заканчивая бочками с немного затхлой пресной водой.

— Меня никто не посылал. — Прогрохотал в вышине рокочущий голос. Обернувшись леди Анастис попыталась посмотреть в лицо своего спасителя и для этого её пришлось задрать голову так высоко, что будь на старушке шляпка, и она бы обязательно свалилась. Не слишком то и острое зрение пожилой женщины не давало рассмотреть все подробности, но уничтожившее пиратский корабль существо чем-то походило на громадную и очень уродливую русалку. Верхняя половина туловища более-менее человекоподобная, пусть даже руки больше напоминают плавники, а вместо нижней большой плоский хвост. А еще оно определенно имело некоторые проблемы с лишним весом, поскольку его плоть наслаивалась друг на друга жировыми складками. Лицо его могло похвастаться усами и двумя длинными, спускающимися едва ли не до середины груди белоснежными клыками. — Я тут просто своими делами занимался, а потом смотрю, дрейфует мне наперерез какая-то школота, в обломок доски вцепившаяся.

— Что?! — Леди Анастис не могла точно сказать почему, но этот факт внезапно возмутил её до глубины души. У них тут трагедия всей жизни, внезапно завершившаяся счастливым спасением, а эмиссар божества, пусть и языческого, оказывается, не явился в ответ на отчаянные мольбы и посылаемые в адрес убийц проклятия. Он просто мимо проплывал! — И чем же, скажите на милость, вы тут занимаетесь?!

— А разве по мне не видно? — Удивилось громадное морское существо, своим водоизмещением вполне сравнимое с уничтоженным им пиратским кораблем. — Моржую!

Глава 1

Как гласит первая заповедь всех, кто решился связаться с темными силами: «Бойтесь своих желаний, они могут исполниться». Меня угораздило удостовериться в её истинности, хотя вроде бы ничего такого никогда и не желал. Очень давно, кажется чуть ли не в прошлой жизни, я я был обычным человеком. Ну, относительно обычным…Не без отклонений в психике, если честно. Ибо кто кроме психа мог бы сначала устроиться сторожем на кладбище, а потом попытаться при помощи друзей выжить оттуда сатанистов? Даже не верится, что хронологически прошло меньше двух лет с тех пор как три А, команда относительно молодых оболтусов с несколько экстравагантными взглядами на жизнь, решила выгнать с кладбища сатанистов. Один из моих друзей, Артем, с гордостью носил кличку Ассасин, поскольку из всех нас был самым спортивным, драчливым, резким, дерзким и даже любил паркур. Второго, Ярослава, мы сообща прозвали Алколитом, чуть-чуть исказив название одной из ступеней церковной иерархиии…От первоначального варианта в виде «Алконавта» самому упитанному, ленивому и интеллигентному из нас удалось все-таки открутиться. А ведь мы еще и девушек себе под стать каким-то чудом нашли. Интересно, как там три В без нас…Впрочем, не пропадут. Не просто так они Вампирша, Ведьма и Василиса Премудро-Прекрасная.

Первый раунд борьбы остался за нами. Хорошая подготовка, пара пиротехнических фокусов, большая наглость…Сектанты бежали с кладбища впереди собственного визга. Но на следующий день у всех моих друзей и меня лично внезапно прорезались сверхъестественные способности. И была попытка разобраться в происходящем, и был второй раунд, и я, вместе с двумя своими лучшими друзьями, попал в лапы к вызванному культистами демону. Тварь попыталась утащить нас в свою родную преисподнюю, где наверняка бы съела, смакуя каждый кусочек. Вот только не успела сущность с нижних планов бытия вернуться домой, нарвалась по дороге на гоп-стоп в исполнении подкараулившего её гоблинского божка. Тот добычу в виде смертных на тот момент уже почти магов оценил не слишком высоко. И сбагрил своим почитателям, у которых как раз давно сытного ужина не было. А уж от тех мы и сами удрали.

— Мама, смотри, что я нашел! — Задорный детский вопль, перекрывший шелест волн и хруст глубоко врезавшихся в плоть лямок, буквально бальзамом пролился на мое измученное сердце. Сделанный из попавшихся под руку деревьев и пары разобранных на запчасти кораблей плот был буквально завален добром, просто выбросить которое рука не поднималась. Оставшиеся от пиратов трофеи, очищенные от плоти скелеты нескольких морских чудовищ, кораллы чуть ли не десятка разных видов, которые торговцы вполне возьмут на вес как сырье для свои поделок. В общем, достаточно ценные вещи даже по меркам взрослого человека, а уж для подрастающего поколения и вовсе настоящие сокровища. Вот и норовили дети удрать из под присмотра взрослых и как следует полазить по собранному мной на продажу добру.

— Положи на место! Это чужое! — Тот час же всполошилась родительница удачливого кладоискателя, разумно не желающая злить многотонного человекоподобного моржа, тянущего по волнам гигантский плот вместе со всем его содержимым.

— Да ладно, пусть себе оставляет. — Благодушно прогудел я, даже не оборачиваясь, чтобы посмотреть, а чего именно вызвало такую бурю восторгов. Во-первых, самые ценные из находок лежали в крепко запертом сундуке размером с микроавтобус и крышку его дети бы просто поднять не сумели, а во-вторых собранные по пути товары и так рискуют обвалить несколько секторов оптового рынка…Если все нагло собранное со дна и честно награбленное, конечно, все-таки удастся довезти до более-менее цивилизованных мест. — Мне не жалко.

— Балуешь ты их! Эти бездельники и так плывут, словно оплатившие проезд золотом пассажиры. — Ворчливо пробормотал старый матрос по имени Джером, которого я вытащил из воды одним из последних. В данный момент этот доживший до седин морской волк выполнял в транспортном средстве имени меня должность не то лоцмана, не то кучера. Короче сидел на переднем крае плота, который я при помощи десятка сделанных из корабельных канатов петель тащил через океан и по мере возможностей пытался корректировать траекторию нашего движения. Мне очень повезло, что при абордаже пиратами торгового корабля выжил хотя бы один опытный мореход, умеющий ориентироваться по звездам. Не скажу, что подвержен географическому кретинизму, но в ориентировании на местности понимаю не больше, чем любой другой потомственный горожанин. И если попадаю в незнакомое место, то пользуюсь вывесками, путеводителем, картой с компасом на худой конец! Очень жаль, что в открытом океане нет ни одного, ни другого, ни третьего. До встречи с ним приходилось ориентироваться главным образом по матам с тех кораблей, к которым приближался, чтобы уточнить дорогу. И получалось у меня это крайне фигово! Уже раз пять терялся и плыл куда глаза глядят, стараясь хоть более-менее верного направления придерживаться. — Пресной воды хоть залейся, рыбу можно вообще не есть, припасами с суши ограничившись, печка на палубе круглые сутки горячей стоит!

— Мне не сложно. — Ничуть не покривил душой я. Магия довольно универсальный инструмент, и при наличии достаточно количества энергии отделить им из пары сотен литров все лишние соли дело всего лишь двух минут. Я банально испрял взятый прямо из моря объем в несколько десятков кубических литров, а после заставлял получившиеся пары сконденсироваться прямо в какую-нибудь бочку. Разогреть пирокинезом несколько больших плоских камней, используемых в качестве обогревателей и пунктов приготовления пищи, было еще проще. Принадлежавшая пиратам и их жертвам еда, правда, вызывала повышенное слюноотделение…Но мне всей их провизии хватило бы, максимум, на один легкий перекус, а вот спасенные могут питаться ею до конца путешествия. — И потом, дети слишком многое пережили накануне. Почти каждый из них и близких людей лишился. Пусть хоть на минутку забудут о проблемах и радуются жизни, пока у них есть такая возможность.

— Это да, когда вырастут, причин для смеха будет существенно меньше. Зато поводов выпить найдется, хоть отбавляй. — Думаю, если бы Джером родился на Земле, то мог бы стать выдающимся психоаналитиком. По крайней мере, со мной разговор он поддерживал настолько легко и непринужденно, что даже ставшая вроде бы хронической депрессия ненадолго решила взять выходной. А может так действовал скорое ожидание окончания путешествия и сложившаяся на борту плота атмосфера. Мир, покой и детский смех…То немногое, о чем я так долго мечтал. Печально, конечно, что мне сейчас доступно только любоваться на чужое счастье, но с этим все же можно смириться. По сравнению с тем кошмаром, который я пережил, относительно тихое плавание с редкими стычками вполне может считаться за полноценный отпуск! — Проклятые пираты! И откуда их столько развелось на наши головы?! Там, где раньше суда грабил один морской разбойник, сейчас их имеется целых три! Погоня, после которой нас взяли на абордаж, была ведь далеко не первой! Имперский флот, похоже, совсем перестал выходить в море и торговые маршруты чистить.

— Некогда ему. Гражданская война у них на фоне массовой гибели правящей элиты и нескольких прорывов демонов. Все матросы и офицеры занят тем, что маршируют дружными рядами вглубь страны и там уничтожают чудовищ, попутно выпуская кровь друг другу, поддерживая своего претендента на престол. — Я еще до становления морским хранителем успел слегка поучаствовать в конфликте, поглотившем крупнейшее человеческое государство ближайшего континента. Да, много прошло времени с тех пор, когда мы с моими лучшими друзьями удрали прямиком из гоблинского котла, не имея за душой чего-то серьезнее балаганных фокусов и ложной уверенности в собственной неуязвимости. Наша компания трех обормотов с колдовскими силами путешествовала, осваивали новые возможности, дрались, построила себе настоящий дом, призывала специализировавшегося на торговле информацией демона…Вернее, архидемона. И обряд не очень удался. Прорвавшийся сквозь все барьеры монстр по имени Окреш хоть и стоял в самом низу списка себе подобных, а также был жестоко гнобим родней, но от трех самонадеянных оккультистов оставил бы, максимум, кровавые пятна. Ну, или там выжженные в камне человеческие силуэты. По настроению. — Видимо потому-то и нет у них крупных успехов, даже столицу никак освободить от занявших её чудовищ и демонопоклонников не могут. Вот и обнаглели пираты Алого острова, устроив чужим судам и прибрежным поселениям настоящий геноцид. Когда еще им выдастся такая свобода безнаказанно грабить в свое удовольствие?

— Да, Отец Времен, похоже, совсем забыл о своих детях. — Сокрушенно вздохнул Джером, видимо где-то в глубине души являющийся религиозным человеком…Впрочем, такой бог в этом мире действительно есть, спорить глупо. Только он настолько древен и могуществен, что ему уже практически безразличны все дрязги смертных и даже демоны на вроде как подведомственных территориях уже особого интереса не вызывают. Последний раз, правда, он вмешивался лично также во время гражданской войны в Империи. Когда его ангелы, называемые в данном мире вестниками, заигрались политику и друг с другом сошлись врукопашную на поле боя. С тех пор развязавших братоубийственную войну эмиссаров Света никто больше не видел…А в расположенной неподалеку деревеньке по странному совпадению появилась порода магических куриц. — Так может хотя бы Безымянная наведет порядок?

— Даже не надейся. — Сквозь зубы процедил я, едва удерживаясь от желания сплюнуть при упоминании текущего начальства. К добру или к худу, но за нас перед архидемоном заступилось морская богиня, решившая сделать из заинтересовавших её смертных свои игрушки, для простоты называющиеся жрецами. Та еще тварь, между прочим. Ни один из избранных ею неудачников, если верить летописям, от старости так и не умер. Не дожил он до неё. Вмешательство данной особы, которую мне бы хотелось видеть мертвой и похороненной, превратилообычную бойню в игру на выживание, где мне и моим друзьям отводилась роль выживающих. Правда, кроме кнута в устроенном между высшими сущностями состязании полагался еще и пряник. Такой, что лучше бы уж стеганули кнутом раз пару…Сотен тысяч. Я успешно справился с брошенным вызовом, пройдя путь от учебной куклы для легионеров до одного из вожаков мятежного отряда дезертиров, рыскавшего по просторам охваченной смутой империи. И в награду стал волшебным существом, этаким проводником воли морской богини, её эмиссаром….Моржом, чье водоизмещение измеряется сотнями тонн. А может даже и тысячами. Причем хоть подобные создания, называемые Хранителями и имеют способности к смене облика, без которых им сложно полноценно контактировать с иными разумными обитателями данного мира, основным является все же животный. — Точнее, лучше не надейся. Во избежание. А не то накличешь, и только хуже будет!

Всласть нахохотавшись над моими метаниями по какому-то прибрежному пляжу, хозяйка моря изволила утечь в родную стихию. А я остался посреди галечной косы, бомбардируемый с высоты перепуганными чайками. Превращаться обратно в человека меня никто не научил. Пришлось самому корячиться…Долго. Не вылезая из шкуры моржа, абсолютно неспособного совершать длинные прогулки по суше, но лобовым столкновением имеющего шансы расколошматить вдребезги любой местный деревянный корабль! А есть хотелось, между прочим, каждый день! И плавать в отличии от настоящих ластоногих мне никакие инстинкты не помогали! Сначала чуть не утонул, пытаясь сделать пробный нырок, и в прямом смысле зубами цеплялся за резко обрывающийся край берега, с которого сдуру в воду очертя голову булькнул. Ну ничего, в итоге моржовые бивни доказали свою прочность, позволив подтянуться и вылезти. Затем дня три или четыре пришлось сначала искать мелководье, а потом осторожно ползать по дну этого лягушатника, осваиваясь с новым телом и пытаясь от него оторваться своими силами. Затем еще почти неделю сидел на вынужденной диете из соленой морской водички с планктоном и редкими рыбешками, которые не успели далеко уплыть от внезапно распахнувшейся пасти.

В связи с коренной перестройкой организма контроль над магией мной почти полностью оказался утерян. Только спустя шесть с половиной дней удалось устроить элементарный выброс сырой магической силы…Превратив кусок моря вокруг себя в наполовину замороженную кашу, до кучи отравленную эманациями тьмы. Вся нормальная рыбка в окрестностях либо превратилась в сосульки и отправилась на дно, откуда её было без рук не достать, либо расползалась гниющими ошметками. Хорошо еще, краешком устроенного безобразия мимо проплывавшую по своим делам акулу зацепило. Большая белая или иной какой вид, не знаю, но она оказалась достаточно могучей, чтобы уцелеть, отделавшись не то легким обмороком, не то полноценным инсультом. И когда я в два укуса её проглотил, то почувствовал себя почти сытым. А еще понял, что в отличии от настоящих моржей вкус сырой рыбы мне вообще не нравится!

Более-менее подчинить свой магический дар и превратиться обратно в человека оказалось совсем не просто! У меня четыре с половиной недели непрестанных тренировок ушло, прежде чем стало получаться чего-то промежуточное между морским млекопитающим и обычным представителем людского племени! Ходить по суше в подобном облике нечего было и мечтать, но зато появилась возможность говорить! И спрашивать текущие географические координаты у рыбаков, путешественников, купцов, патрульных и прочих личностей, в не добрый для себя час решивших выйти в море. Нет, до того я тоже пытался сориентироваться в пространстве и найти дорогу домой, но на плавающего кругами вокруг корабля и чего-то ревущего моржа размером с мамонта отвечали матом, стрелами, гарпунами, боевой магией, мольбами, обмороками, инфарктами, энурезом…В общем чем угодно кроме того, что мне действительно требовалось.

Когда-то какой-то древнегреческий философ сказал: «Все есть огонь». Согласились не все. Потом его коллега ляпнул: «Все есть вода». Желающих оспорить его утверждение появилось немало. Ученые мужи говорили еще много чего умного, но в конце-концов кто-то пожелавший остаться неизвестным осторожно предположил: «Все есть дерьмо». Возражения и тут нашлись, но звучали они вполголоса и как-то неуверенно. Мой опыт общения с безымянной повелительницей морей и океанов для данной философской концепции может служить неопровержимым доказательством! И только робкая надежда на лучшее будущее удерживает меня от того, чтобы найти скалу потверже, разогнаться побыстрее и со всей дури врезаться в неё головой. Иные способны самоубийства в моем положении…Затруднительны.

Вешаться банально не на чем, ибо к чему крепить петлю из корабельной цепи? Яд переварю, думаю, даже цианистый калий не поможет вывести из строя магический метаболизм. Водой захлебнуться в принципе можно, но очень уж долго, организм морского хранителя прекрасно приспособлен к кислородному голоданию. Раны зарастают на глазах, поэтому резать вены в принципе бесполезно, а мясорубок размером с кита почему-то промышленность данного мира не производит. К тому же далеко не факт, что смерть изменит ситуацию к лучшему. Серьезно сомневаюсь, что морская богиня так просто отпустит душу хорошо развлекающей её игрушки! И вообще, мне еще повезло, попав под воистину божественный произвол и став слугой и игрушкой капризной языческой небожительницы не только уцелел, но и заполучил серьезное увеличение своей и без того внушающей магической силы. И даже уже почти научился возвращать себе обратно человеческий облик! Особенно хорошо удается трансформировать руки, ну да это и не удивительно. Мало чего угнетает людей настолько же сильно, как отсутствие этих практически универсальных манипуляторов. Ну, или замена их на практически бесполезные моржовые ласты, которым нельзя ни почесаться толком, ни налипшие на лицо водоросли убрать, ни дать в морду пытающейся выхватить из твоего бока шмат мяса наглой большой белой акуле.…Кстати, что это такое к моему плоту снизу стремительно приближается?!

— Пошел отсюда! — Заорал я, резко опустив голову в воду и безошибочно направив вектор звуковой атаки в сторону морского обитателя, решившего поближе познакомиться с людьми, закинувшими в море с края импровизированного транспортного средства несколько удочек. Часть непрестанно циркулировавшей в моей ауре энергии проявилась в реальности и устремилась вперед в виде гидродинамического удара, двигавшегося по прямой с прямолинейностью локомотива и обладавшего примерно той же мощью. Настоящий чародей, не говоря уж о волшебных существах вроде демонов или духов, скорее всего никогда бы не потратил силы столь бездарно. Увы, я по их меркам заслуженно могу считаться тупым варваром, признающим только самые прямолинейные и грубые заклинания. Они оперируют тончайшими потоками эфира, создавая плетения, обладающие высокой чувствительностью, избирательным действием, низким коэффициентом рассеивания, самонаведением и чуть ли не полноценным искусственным интеллектом. И мне нечего им противопоставить кроме воистину запредельной голой мощи, словно исполинская дубина сметающей все преграды на своем пути.

Попавший под акустически-колдовскую атаку молодой морской змей, на самом деле являющийся дальней родней драконам, а потому имеющий целых шесть пар видоизменных в плавники конечностей, резко заложил крутой вираж, оставил на прощание после себя вонючее мутное облако не хуже иного осьминога и шустро свалил обратно на глубину. Да уж, мозгов у рептилии явно побольше, чем у какого-нибудь вполне в данном мире здравствующего кархарадона! Привыкшие никого не бояться рыбки если уж кидались на добычу, то остановить их могла только смерть…Впрочем данная особь пока не вымахала не только до своих максимальных габаритов, но и едва ли могла сравниться с десятиметровыми королевами всех акул. Ничего, вот пройдет еще лет двести и станет он способным топить корабли чудовищем…Если раньше не нарвется на своих естественных врагов в виде кракена или русалок. Последние регулярно прореживают на подвластных им подводных территориях популяции крупнейших морских хищников, обоснованно считая, что паровозы лучше давить, пока они чайники. Ну а спруты-мутанты просто жрут все подряд, если оно кажется им достаточно большим и питательным, чтобы к нему стоило протянуть свое щупальце.

— Пфе, какая гадость! — Я выдернул морду из воды и немедленно принялся отплевываться, стараясь избавиться от мерзкого вкуса в носу. Не знаю уж, стол ли чутко ощущают воду настоящие моржи или только морским хранителям положено подобное «счастье», но в океане нет особой нужды пользоваться глазами, чтобы пассивно воспринимать окружающую среду. Всю целиком, включая разные неаппетитные подробности вроде гниющей на дне рыбы или сходившего по маленькому парой километров к северу кита! — Ненавижу свою работу!

— А разве быть морских хранителем — это работа? — Удивился сидящий на краю плота пожилой моряк, где-то успевший раздобыть удочку. Ну да, действительно, чего время терять, раз уж за движение нашего «судна» кто-то другой отвечает…К тому же рыбалка неплохо успокаивает нервы, а они и у Джерома не железные.

— Знаешь, наверное, все-таки нет. — Поразмыслив, пришел я к однозначному выводу. — Мне же за неё не платят!

— Что, совсем? — Поразился морской волк, явно раньше имевший какое-то другое представление о жизни посланцев богов. Наивный! Как личность, имеющая большой опыт по части общения с разными сверхъестественными шишками, твердо всем заявляю — поклонов, жертв и покорной паствы себе желают одни сволочи! И вообще, надо еще разобраться, что это за сверхсущности такие, с чем их едят и по какому праву они командуют отдельными участками мироздания. Пока все больше смахивает на то, что вся их власть проистекает банально из личной силы, а раз так, то даешь первую теологически-атестическую революцию!

— Ну, я хвостом и бивнями уже месяца четыре как обзавелся, но ни одной монеты жалования еще так и не видел. — Если старик не расслышал язвительности в словах большого зеленого моржа, значит, у него точно от возраста начались проблемы с ушами! Впрочем, у меня имелись все основания жаловаться на судьбу и прочие высшие силы. Ладно еще морж…Но почему такого цвета?! Да, будучи человеком, я имел не совсем здоровый зеленоватый окрас кожи. Спасибо родной Российской экологии, прекрасной везде, где нет промышленных производств, нагло плюющих на нормы выбросов вредных веществ в воду, воздух, почв, да все равно куда, лишь бы не оштрафовали. Однако зачем его было так усугублять, доводя до нежного оттенка молодой листвы?! Маскировочную окраску мне придать хотели, что ли?! Так в море камуфляж совсем иного цвета! — И начальства с момента принятия на службу тоже не видел. Хоть чего-то в моей жизни есть хорошего.

— Пару на горизонте! — Раздался крик с верхушки занимающей центральную часть плота скалы, где плотно обосновался еще один из матросов с уничтоженного корабля, похоже, после принудительного купания в океане заимевший стойкую водобоязнь. Иначе чем еще объяснить тот факт, что он со вчерашнего дня так и не слезал с точки, максимально удаленной от мокрой стихии?

— Подплывем, поздороваемся? Заодно и курс уточним. — Предложил я, с некоторым трудом находя замеченную наблюдателем посудину. — Не то, чтобы у меня были сомнения в твоем мастерстве, но если из всех измерительных астрономических инструментов вроде секстантов и астролябий в наличии имеются только собственные пальцы, то мы вполне может промахнуться мимо нужной нам суши и совершить случайно какое-нибудь географическое открытие.

— А надо ли? — Засомневался Джером. — Все-таки у нас людей мало, а море оно такое, все спишет. А вдруг там пираты, слишком жадные купцы?

— Скорее беженцы, которые решили, будто морем выбираться из охваченной войной страны будет безопаснее. — Не согласился с ним я, предварительно попробовав морскую воду на вкус. Корабль, показавшийся на горизонте, был старым и довольно вонючти. Его дно все обросло ракушками, борта из-за чрезмерной нагрузки почти черпали воду, а днище периодически давало течь. И кровью от него ну вот совсем не веяло, зато в обилии имелся смутно знакомый еще по человеческой жизни вкус гниловатой сельди, которой явно регулярно заполняли трюм сверху донизу. Стандартная рыболовецкая калоша, в силу возраста не удаляющаяся далеко от порта приписки и прячущаяся в бухту при первых признаках непогоды. На таких не пускаются в погоню и не уходят от нее. Подобные живые ископаемые скорее уж должны лежать на дне или быть разобраны на дрова, а в море их выводят больше по необходимости. — Конечно, возможно они потеряли все свои капиталы и теперь страшно нуждаются в деньгах…Но меня это не напугает. Собственно меня вообще ни один корабль не напугает, во всяком случае, если он не умеет нырять и вести бой в подводном положении. А вас можно и тут оставить, чтобы если вдруг чего случайно не зацепить.

— Не надо! — Встревожился старый моряк. — Я не уверен, что без твоей магии этот плот переживет хотя бы самую маленькую волну! Он слишком широкий, чтобы не переломиться!

— Ну, ветра вроде нет… — В словах Джерома был свой резон. Конструкция, которую я собрал из подвернувшихся под руку материалов, действительно не выдерживала ничего, кроме полного штиля. И если налетала буря, то мне приходилось держать своеобразный глаз урагана вокруг неё, успокаивая ветер и волны при помощи магии. Внезапно на щеке, которой когда-то коснулась морская богиня, оставив там татуировку морской звезды в качестве своей личной метки, появился зуд, который с каждой секундой все больше и больше усиливался. Точнее не совсем зуд, а будто кожа стремилась завернуться сама внутрь себя и сжаться в одну точку. И если это ощущение игнорировать, то постепенно оно начнет переходить из слабенького дискомфорта в практически натуральную пытку. — Вот черт! Как не вовремя то! Хоть бы в этот раз все было быстро, я ж теперь не один!

— Что-то случилось?! — Встревожился моряк, видя, как я выпутываюсь из постромок, не очень следя за их целостностью. Один из корабельных канатов просто лопнул, когда я рванул его слишком сильно, стремясь побыстрее распутать самим же наверченные и задубевшие от морской соли узлы.

— Да ничего особенного, просто щас ты своими глазами увидишь, зачем именно мне таскать за собой по океану эту поросшую мхом каменюку! — Зло прошипел я, поглядывая в сторону далекого корабля. Чем бы ему таким посигналить?! Ведь если со мной вдруг что-то случится, то пассажиры моего плота вынуждены будут положиться только на милость судьбы…Хорошо, что заранее им запас пресной воды наготовил. Возможности отказаться от призыва не было. Богиня хоть и не выходила со своим слугой на связь, но если тот вызывал её неудовольствие отказом выполнять рабочие обязанности, то расположившаяся на щеке татуировка жреца в виде морской звезды начинала пульсировать болью. И узнавать, до каких пределов та может вырасти, меня как-то не тянуло. — Джером, ты высоты боишься?

— Нет, — удивленно ответил моряк, который наверняка не раз лазил по парусам своего корабля. — А…Аааа!

Возможно, поднимать его в воздух при помощи телекинеза и сажать себе на голову надо было нежнее. Или предварительную подготовку вести лучше. Но времени на это уже просто не оставалось. Что есть общего у демона, духа, ангела и прочей подобной публики? То, что если с ними кому-то нужно поговорить или больше того, припрячь данную сущность для полезной и нужной работы, то её сначала требуется к себе призвать! И неважно чем она там занимается и есть ли у неё свободное время! Кстати, вполне возможно, что это одна из причин, по которой явившиеся в пентаграмму демоны вечно до безобразия злы, а белокрылые посланцы света обряды для своей экстренной телепортации в нужную точку держат в глубоком секрете и обычно заявляются туда и тогда, куда им самим нужно. Морские хранители в этом плане исключениями из общего ряда отнюдь не являлись и стояли ближе к обитателям нижних планов. Правда, понял я это лишь после того, как меня первый раз дернуло непойми куда, чтобы спасти какое-то племя болотных русалок от невесть как попавшего в их затянутую ряской лужу молодого дракона с тягой к поеданию полулюдей-полурыб на завтрак, обед и ужин.

Рептилии то свернуть набок челюсть оказалось не так уж и трудно, но вот дальше начались действительно большие проблемы. Местность была незнакомая, про человеческую расу в тех краях и слыхом не слыхивали, рисунок созвездий от ставшего более-менее привычным или Земного нагло отличался и даже луна казалась какой-то не такой, словно покрытой беловатым налетом. К счастью толком отчаяться я не успел, поскольку через два дня странствий по болоту меня дернуло в какое-то из вольных баронств, где вольный же барон от большого ума решил осквернить один из последних действующих в тех краях храмов Безымянной съеденным накануне завтраком. Засранец во время макания в собственное дерьмо голосил на вполне понятном языке, что не могло не радовать. А от слуг его и более конкретные географические координаты узнать получилось. Лично в тех краях никогда не был, но регион на карте видел и потому успокоился.

— Значит так, я сейчас отбываю по делам Безымянной, ведешь переговоры с командой корабля, просишь пару дней у плота покрутиться или вообще его в ближайший порт отбуксировать. Ясное дело не задаром. Если моя посудина даст течь или шторм налетит, пусть берут на борт всех людей. — Инструктировал я старого матроса, намертво вцепившегося в то жалкое подобие шерсти, которое теперь росло на моей голове вместо нормальных волос. Видимо впечатлили его свист ветра в ушах и остающаяся за бьющим по воде хвостом килеваторная струя. Это он еще не видел, как я на плавниках иду, словно на подводных крыльях, придерживая большую часть своей туши в воздухе телекинезом. Учитывая, что скорость я развил километров в сто пятьдесят, а то и больше, держаться ему следовало действительно крепко. Впрочем, даже если сорвется — не беда! Успею подхватить силой мысли…Правда не факт, что при этом ничего ему не сломаю. Люди — хрупкие существа, уж мне ли не знать. — Вернусь, согласуем с ними размер оплаты. Если захотят забрать сразу все мое имущество, не мешай, просто отойди в сторонку. Когда сумею перенестись обратно, тогда и решим, кто кому и сколько должен. Главное людей береги, ну а кораллов я себе и еще без проблем наломаю. Как и пиратских сундуков, в принципе.

— Да ка-какой же ид-идиот ре-решит обма-мануть слугу морско-ой богини в мо-оре?! — Лязгая зубами на каждой волне, прокричал Джером.

Потом меня периодически перебрасывало еще много куда, возможно только в пределах этого мира, а возможно и нет. Правда, люди не так уж и часто пытались получить помощь у Безымянной…Но поскольку она богиня очень широких взглядов, то без каких-либо проблем покровительствует и другим разумным существам. Русалкам, дельфинам, громадным морским котикам, китам, один раз даже к вполне себе религиозным крокодилам занесло. Интервалы между перемещениями никаким понятным алгоритмам не поддавались, да и связи с начальством тоже не было, во всяком случае, с моей стороны. Пришлось импровизировать…А именно делать из подвернувшейся под руку каменюки алтарь имени себя. Вернее, не совсем первой попавшейся, скорее уж пятой попавшейся, ведь первые четыре гранитных блина вышли каменным комом и лишь с пятым удалось наладить более-менее приемлемую тавматургическую связь. Суть получившегося многотонного артефакта была очень проста. Он в автоматическом режиме пытался призывать меня к себе раз в день до тех пор, пока ему хватает залитой в гигантский зачарованный булыжник под завязку энергии. В отличии от рабочих обязанностей такие «левые» запросы вполне можно было игнорировать до поры до времени. А потом рраз! И я переношусь из неведомых далей в ту точку, откуда меня дернули. Ну, или почти в ту, в любом случае многотонная глыба без посторонней помощи далеко не уйдет. Да и сломать её случайному вандалу не вдруг получится. Во всяком случае, не без помощи пары ящиков динамита.

— Как говорил великий Эйнштейн: «Две вещи в мире безграничны. Вселенная и человеческая глупость. Но насчет вселенной я как-то не уверен!». — Вряд ли старый матрос смог как следует оценить красоту фразы, ну да это уже было и не важно. То ли корабль был ближе, чем казалось, то ли плавать я незаметно для себя научился действительно быстро, а только борт рыболовецкого судна оказался уже рядом. Штук пять гарпунов, довольно метко брошенных с него мне прямо в лицо, завязли в прикрывшей глаза левой руке, а дальше моряки застыли, оглушенные обрушившимся на них угрозами. Видимо всякого от морского чудовища они ожидали, но не того, что он посулить их всех оштрафовать нафиг, если они не прекратят делать глупости. Аккуратно переставив старого морехода со своей макушки на палубу судна, я издевательски помахал ошалелым людям ручкой и наконец-то поддался призыву, старательно пытающемуся уволочь свою цель сквозь пространство…Куда-то.

Глава 2

Ощущение было такое, словно меня начало вкручивать внутрь себя и растягивать в тех измерениях, которые лежат за границей воспринимаемого смертными континуума. Однако же Морскими Хранителями, ангелами, демонами и прочими схожими существами прекрасно чувствуются. Это только я, как новичок, все еще не мог нормально взаимодействовать с данными слоями реальности, цепляясь за привычную схему восприятия. Было не то, чтобы больно, но очень неприятно. Словно в животе у тебя вдруг открылся под полным наркозом гибрид черной дыры и работающего в режиме непрерывного смыва унитаза. Возможно так бы чувствовали себя космонавты футуристических космических звездолетов с гиперприводом, если бы перешли на сверхсветовую скорость без самого корабля. И каждая секунда промедления лишь увеличивала дискомфорт, вызываемый проводимым каким-то уродом ну в очень неподходящее время ритуалом. Мир дрогнул и сжался в точку. А может это я растянулся до такой степени, что даже планету легко бы потерял? В любом случае, понятие «реальность» к тому месту, сквозь которое меня тащило, подходило не очень, и когда турне по изнанке мироздания кончилось, в вале нахлынувшего облегчения можно было легко захлебнуться…А нет, это не облегчение, просто перемешанный с какими-то свечками и тряпочками песок. Песок?!

— Мда, такого со мной еще не было. — Констатировал я, пытаясь пошевелиться и мимоходом разбрасывая хвостом какой-то бархан. Похоже, проводивший ритуал заклинатель ждал кого угодно, но только не многотонного моржа. И соответственно подготавливая площадку для обряда не озаботился такой критически важной мелочью, как способный выдержать средних размеров здание фундамент. Дальше в дело пошла чистая физика, заставившая поплыть песчаную дюну вместе с обрушившейся на неё тяжестью. — Эй, люди и нелюди, есть кто живой?! Неживые, в принципе, тоже сойдут, главное, чтобы говорить умели.

Окружающий меня песок остался безмолвным, только метрах в ста от меня ветер неспешно катил по барханам состоящий из сухих веточек шар перекати-поля. К счастью, обычное зрение было далеко не единственным способом воспринимать мир даже в арсенала совсем неопытного мага. И трансформация в ластоногого моржа не слишком сильно мешала мне различать энергетические оболочки живых и неживых объектов, а проще говоря — ауры.

Под песком в настоящее время вяло шевелилось четыре объекта, вне всяких сомнений относившихся к гуманоидам. Скорее всего, людям, но тут полной уверенности нет, не настолько еще наловчился колдовским рентгеном работать. Зато точно могу сказать, что один из них является средней паршивости чернокнижником, чьи очертания странно двоились. То ли одержимый, то ли какой-нибудь тотемный шаман, таскающий внутри себя духа-хранителя. Еще двоим пошевелиться толком мешали напяленные на себя зачарованные доспехи, скорее всего они являются воинами, ибо личной энергии практически нет, да и облачение говорит само за себя. Даже боевые маги предпочитают куда большую подвижность. А вот последний явный клирик церкви Отца Времен. Болтающийся в районе груди священный круг так и светится от переполняющей его силы Света…Которая, как на грех, очень плохо годится для того, чтобы разбрасывать наваливавшуюся на него рыхлую сыпучую тяжесть. Расплавить не оформленным в заклинание выбросом его еще можно, но кажется, этому жрецу неохота оказаться не только задыхающимся, но еще и хорошенько прожаренным. Эх, видно придется поработать экскаватором, благо размеры грабок позволяют, да и перепонки между пальцами будто предназначены для того, чтобы задерживать собою песок.

— Делать мне больше нечего, только вот разных дебилов из под земли вытаскивать. — Зло пробурчал я, отбрасывая в сторону по парочке квадратных кубометров породы каждым взмахом и удерживая стенки образующегося колодца от осыпания при помощи телекинеза. — Эй, ты, старый пень! Тебя кто колдовать учил?!

— Мудрейший Аль-Ферзан. — Пробормотал мужчина лет пятидесяти, который вообще-то являлся скорее пожилым, несмотря на обильно проступившую в волосах седину. Чернокнижника в нем можно было узнать по ауре…А также по обильно украшенной руническими символами одежде, вполне способной за счет наложенной магии стать при ударе прочнее доспеха. Правда продержаться в таком режиме больше нескольких минут интенсивных нагрузок ткань точно бы не смогла. А еще у него оказалась очень оригинальная шапка в форме черепа, наполовину состоявшего из потемневшего от времени серебра, а наполовину из старой желтой кости. Видимо когда-то чью-то черепушку распили на составляющие и дополнили вставками так нелюбимого нечистью и нежитью благородного металла, чтобы использовать в качестве шлема.

— Передай ему, что он дятел, раз такого недотепу подготовить умудрился. — Велел я, раскапывая следующих жертв катастрофы, благо оба воина барахтались под слоем песка практически друг на друге. А вот священника мы оставим напоследок. Во-первых, эти ребята живучи не меньше, чем темные маги, а во-вторых, не помешает с него и спесь немного сбить. Не то больно уж у Отца Времен служители наглые! Есть и среди них вполне себе неплохие ребята, и немало, да только статус посредников между жалкими смертными и всемогущими небесами весьма способствует гордыне. — Что это за магическая фигура, если она разрушается вместе со своим основанием от малейшего чиха?! Пришел бы вместо меня какой-нибудь демон и вас бы мгновенно порвали на лоскутки!

— Не порвали, в благословленных землях Иравии порождения мрака и холода слабеют до крайности, ведь даже черный лед тает под здешним полуденным солнцем. — Пробормотал колдунишка, тщетно пытаясь вытрясти из волос песок. Секунд через десять до него все-таки дошло, что не снимая шлема данную процедуру проделать проблематично, а потому шапка из серебра и кости покинула свое законное место, обнажив короткую стрижку под горшок. — Кстати…А вы, собственно, кто и откуда взялись?! Я же никого не призывал!

— Ученик, похоже, я действительно дятел, раз воспитал такое полено как ты! — Проскрипел головной убор, как оказалось и бывший источником той самой замеченной мной аномалии. Дух довольно опытного темного чародея крепко цеплялся нитями жизненной энергии за переделанную в шлем черепушку, скорее всего некогда бывшую его собственной. Видимо наставник стоящего передо мной недоразумения заимел себе достаточно врагов, способных испортить ему существование даже по ту сторону могилы, раз прибег к такому своеобразному эрзацу бессмертия. Интересно, почему он просто не стал способным хотя бы к самостоятельному передвижению личем? Силы не хватило? Или просто тело оказалось уничтожено? — Ты просил помощи у морской богини…Ну, вот ты и получил её! Просто вместо обычного благословления безымянная хозяйка вод подрядила помочь тебе входящего в сонм её слуг великого духа. Во всех смыслах великого, особенно в талии. Дарование излишне массивного или излишне миниатюрного облика — одна из любимейших шуток Безымянной над теми недотепами, что принесли ей клятву верности.

— Но-но, черепушка! У меня хоты бы тело осталось, а кто-то тут в результате своей карьеры даже рукой нос почесать не сможет, поскольку нету у него ни того, ни другого. — Предостерег я в некотором смысле коллегу от выпадов в мой адрес. — Ай, отцепитесь, паразиты!

Обладатели зачарованных побрякушек, которых я откопал, на свое освобождение отреагировали не очень адекватно…Или наоборот, проявили верх здравомыслия. Они без лишних разговоров вонзили в выгребающую их на поверхность зеленую лапу размером с ковш тяжелого экскаватора то оружие, что держали в руках видимо еще на момент песчаного погребения. Да еще и налегли на него всем весом. А поскольку в качестве средств обороны и нападения эти молодчики имели по два зазубренных криса каждый, перепонка между пальцами левой руки обзавелась несколькими прорехами и парочкой болтающих ногами в воздухе заноз.

— Все в порядке, это не демон! — Поспешил заверить своих спутников колдун, а потом возмущенно заорал. Поскольку я взял и мстительно зарыл его товарищей обратно по самую шею. Вернее по кольчужный воротник, эту самую шею прикрывавший. Вообще открытыми у бойцов были только глаза, зло сверкавшие из незнакомой мне модели шлемов. С боков и сверху их головы прикрывала сплошная сталь примерно до начала бровей, а примерно от середины переносицы вниз спускалось нечто вроде туго натянутой кольчужной шторки, продолжающейся аж до груди. Все остальное тело, ныне вновь принимающее песчаную ванну, было упаковано не хуже и добраться до него без какой-нибудь очень острой и прочной открывашки враги бы сумели далеко не сразу. А вообще свалившиеся на одного невезучего землянина испытания определенно изменили его характер и чувство юмора в худшую сторону. Но это все обстоятельства виноваты! Очень продолжительные обстоятельства, складывающиеся из плохих дней в ужасные месяцы, составляющие ну просто отвратительные годы…

— И нечего так орать, за минутку-другую теплой песчаной ванны с ними ничего не случится. Ну, может если только вши и блохи со всего тела дружно рванут повыше и вытопчут всю макушку до состояния лысины. — Мне банально лень было копать бархан на прежнюю глубину, а потом воинов я присыпал песком совсем немного. Впрочем, пыль все равно поднялась знатная, а потому боевые кличи и ругань намертво утонули в надсадном кашле. — Зато над своим поведением подумают. Может даже это пойдет им на пользу. Возьмутся за ум и бросятся таскаться с разными сомнительными типами по…Кстати, а мы вообще где?

— Пустыня Салтархала, северо-западная окраина царства Кин. — Проскрипел череп, самостоятельно взлетая в воздух и одеваясь обратно на голову недовольно поморщившемуся чернонижнику. Хм, кажется, заключенный в кость дух оттягивает на себя часть жизненной энергии ученика, а попросту вампирит. Интересныйсимбиотический паразитизм тут у них! Может потому колдунишка и такой хилый, что его специально не учили? А то вдруг еще решит жить своим умом и оставить наставника голодать в какой-нибудь кладовке. — Дикие края, где нет ничего, кроме песка, колючек и узкоглазых макак. Ну, почти ничего. Малый храм Сарка здесь все же есть и, если будет к нам милостива морская богиня, сегодня мы очистим это место от всего живого!

— Повелитель злого рока и мора… — Задумчиво пробормотал я официальный титул архидемона, находящегося на четвертом месте среди владык местной преисподней. Насылание стремительно распространяющихся в массах эпидемий и индивидуальные проклятья, способные свалить с ног и заставить биться в агонии даже железного голема, были мощным оружием данного монстра и его слуг. Учитывая, что мое текущее начальство ненавидело слабость во всего её проявлениях, не было ничего удивительного в доставшемся «квесте». Безымянная вообще-то считалась нейтральным божеством, наплевательски относящимся ко всем остальным своим конкурентам за души людские, но с Сарком у неё наблюдались серьезные идеологические разногласия. — Это объясняет, почему меня к вам перекинуло. Так, а ну стоп!!!

Появившийся во вспышке солнечно-желтого огня прямо перед носом худощавый светловолосый тип, облаченный в подбитую полированными стальными пластинами белую рясу, покорно затормозил…Ну, вернее его отбросило не то звуковой волной, не то вырвавшимся при громогласном реве ветром, не то ароматом несвежего моржового дыхания. Судя по скривившейся от отвращения и вони роже с едва-едва начавшим пробиваться юношеским пухом, все-таки последнее. Увы, но сделать тут ничего нельзя, зубных щеток для ластоногих в этом мире не делают. Да собственно их тут вообще никаких не делают, благо от кариеса зубы заговорить может любая сельская ведьма или частенько исполняющий точно те же обязанности священник.

— Ну, я же знал, что не следует доверять этому заблудшему язычнику! — Звонко воскликнул парень голосом, больше подобающей молодой симпатичной девушке. Я уж даже засомневался, что правильно оценил по ауре его пол, но после увидел высовывающийся из блондинистой шевелюры заостренный кончик уха и успокоился. Полукровки и квартероны светлых эльфов среди людей встречались довольно таки часто, что объяснялось банальной математикой. Истинные дети лесов после вступления в юношескую пору активно интересовались противоположенным полом никак не меньше двух-трех столетий, прежде чем успеть окончательно повзрослеть и остепениться. Соответственно и число интрижек со всеми вытекающими отсюда последствия по сравнению со средним человеком у них увеличивалось в десять раз. — Страшись моей святой булавы, демон!

— Неудачный у тебя выбор оружия. — Решил я, разглядывая здоровенную относительно масштабов полуэльфа металлическую дубинку, отважно занесенную им обоими руками над головой. Закопанные по самую шею «овощи» принялись активно подбадривать своего товарища, заодно разбрасывая в стороны движениями корпуса песок и проворно откапываясь. В принципе ударно-дробящее оружие имело свои плюсы, я и сам довольно долгое время ходил с подобной «волшебной палочкой» наперевес. Вот только для боя с противником больших габаритов гладкая поверхность решительно не подходит! Ну, будет у кого-то весом в десять тон синяк…Пусть даже нанесенный освященным оружием, то есть заживающий на темных тварях из рук вон плохо. Да только особого впечатления он на противника не окажет, а мечом хоть есть шансы какую-нибудь важную деталь организма вроде сердца или мозга сквозь толщу плоти пощекотать. — Ладно, раз к доводам разума вы трое прислушиваться не хотите…Ххха!

Сложно сказать почему, но практически любая примитивная магия легче дается людям, если они одновременно с напряжением ауры совершают еще и какое-нибудь телодвижение. И практически в половине случаев это выдох. Можно, конечно, все списать на инстинкты…Но чего-то я не помню в эволюционном древе вида хомо сапиенс драконов. В любом случае магия, вложенная мною в выдох, воплотилась в реальности холодной морской водой. Большим количеством холодной морской воды. Волна, нежданно-негаданно поднявшаяся посреди пустыни, уволокла за собой и священника, и парочку успевших выкопаться почти до пояса бойцов, протащила их метров двадцать и растеклась в разные стороны, оставив после себя грязные лужи и отплевывающихся людей. Воевать дальше эти мокрые и грязные кутята может и хотели…Но временно не могли. Сначала им надо было выплюнуть из легких всю воду и подняться на упорно стремящиеся разъехаться в стороны ноги.

— Ну, все, теперь мне точно полную долю в добыче не дадут. — Печально вздохнул колдунишка, по счастливой для себя случайности не оказавшийся на векторе атаки. — Учитель, чтобы вы не говорили, я точно проклят! Получить вместо не дающего заболеть и ослабнуть благословления хозяйки океанов такого монстра себе на голову…

— Ученик, ты не проклят, ты просто балбес! — Проскрипел череп. — Подумаешь, подмочил пришедший тебе на помощь морской хранитель светлого петушка и двух наемников….Переживут! Зато когда он доберется до темных жрецов и их тварей, то тех вообще смоет прямо в преисподнюю, а вам останется лишь шагать по лужам! Да сегодня твой счастливый день!

— Ага. — Вздохнул еще более печально темный маг, определенно не ожидавший от собственного ритуала такого критического успеха. — Последний раз мне так везло за карточным столом…Когда сначала два лишних туза из рукава выпали, а потом сломавшийся об мою голову стул очень мягким оказался….

На то, чтобы почиститься, обсохнуть и принять новые реалии, у промокшей троицы искателей приключений ушло минут пятнадцать. Частично помогло жаркое южное солнце, частично опасение лишиться возможной добычи. Храм Сарка — совсем не то заведение, которому может обрадоваться на своей территории любой более-менее влиятельный властитель. Кому нужны периодически вспыхивающие эпидемии, уносящие жизни налогоплательщиков? И потому, когда по ближайшему городу разнеслись стремительно обрастающие подробностями слухи, что кто-то обнаружил логово демонопоклонников посреди песков, то местный феодал немедленно принялся собирать свои войска. В идее раздавить сектантов многократно превосходящей военной силой, в принципе, имелось здравое зерно. Вот только за это время добровольные разносчики мора имели все шансы смыться…А даже если они промедлят и попадут под каток вооруженных сил царства Кин, то группе невесть как забредших в эти края авантюристов уж точно ничего из трофеев не обломится.

— С чего вы вообще взяли, будто у служителей Сарка есть золото? — Буркнул я, морщась от неприятных ощущений, которые вызывал стелющийся под брюхом раскаленный песок. До цели похода оставалось еще около десяти километров пустыни, все же пытавшийся попросить помощи у Безымянной колдун не был совсем уж полным идиотом. Сообразил, что проводи он обряд ближе к логову демонопоклонников, и враги могут его не только засечь, но и сорвать, вмешавшись в самый ответственный момент. — За неправедно нажитое богатство и наживу всеми возможными способами совсем другой архидемон отвечает.

— Слуги зла редко отказывают себе в удовольствии забрать все мало-мальски ценное у тех, кто стал жертвой их темным хозяевам. А уж поклоняющимся Сарку нечего бояться случайно подцепить чуму, что оставила какой-нибудь город или село без единого живого человека. — Главным в этой необычной шайке к моему удивлению оказался один из двух наемников, что я поначалу принял за обычных тупых громил. Покрытый шрамами ветеран со стальными мускулами и не менее твердым пивным животом путешествовал в компании своего младшего брата. Вдвоем они быстро сообразили, куда дует ветер и разыскали других таких же авантюристов, причем коренные жители с их узким разрезом глаз ими игнорировались напрочь. — Вот и тащат они оставшееся без хозяев барахло. А самое ценное всегда с собой носят, на случай если придется бежать или подкупать кого-нибудь. Последнее чаще даже действует намного лучше, ведь многие из тех, кто никогда не будет иметь дела со слугами темных богов, без особых проблем согласится взять золото у обычного незнакомца.

— Да, самому не раз приходилось при помощи денег проблемы с официальными властями решать. Взяточная магия это то еще могучее черное колдунство, которое кое-где даже узаконено. — Согласился я, внимательно осматривая окрестности на предмет аномалий. Не окружить свое логово ловушками — моветон для тех, кто занимается деятельностью, за которую в большинстве стран принято убивать на месте. — А почему, если мы посреди царства Кин, среди вас нет ни одного азиата? Хотя бы как проводника…

— Не доверяю я желтым мартышкам, а они не доверяют всем у кого глаза шире чем у них. — Буркнул наемник. — И потом, кто даст гарантию, что среди них нет культистов? Если есть храм, должна быть и паства, в отличии от жрецов вполне способная пройти беглую проверку и прекрасно чувствующая себя среди нормальных людей.

— Звучит логично. — Снова пришлось согласиться мне, поневоле притормаживая, чтобы люди не отстали. Моржи вообще-то не очень хороши в деле забега по пересеченной местности, но это только в том случае, если они не могут держать большую часть своей массы в воздухе при помощи телекинеза. Я бы вообще взлетел, но тогда итак невеликие шансы на внезапную атаку точно пропадут, поскольку не заметить подобный дирижабль сумеет только слепой. — Кстати, делаем все дружно сорок шагов вправо. Там под песком что-то… Не могу идентифицировать. Но оно мне точно не нравится.

— Я ничего не чувствую! — Запротестовал колдун, просвечивающий песок перед нами лучами, бьющими из глазниц его шлема-черепа.

— На глубине девяти метров. Восьми. Семи…Да, такого я не ожидал. — Я едва удержал на месте челюсть, когда из песка взметнулись длинные тонкие напоминающие канаты щупальца и схватили какую-то хищную птицу, пролетевшую опасно близко к земле в погоне не то за мышкой, не то за ящеркой. Миг — и пернатое, не успев даже курлыкнуть, схвачено щупальцами песчаного родича осьминогов, а сам хищник вновь погрузился на глубину. — Сухопутные кальмары, ну бывает же. Еще только пробегающей по своим делам рыбы для полного счастья не хватает, чтобы создать полную картину моего обычного рабочего дня.

— Таких тут не водится, жарко им. — Откликнулся с головы колдуна череп. — В отрогах Драконьих гор поищи, может и наткнешься на косяк, если не всех еще гномы с пивом стрескали.

— Хорошая шутка. — Оценил я. — Шутка ведь, да?

— Какие еще шутки? Водятся они там! — Возмутилась разумная нежить. — Сам ел, еще когда тело было!

В принципе….Почему бы и нет? С точки зрения эволюции сухопутный карась принципиально куда менее невозможен, чем та же русалка. Ибо магия. И владеющие ею экспериментаторы, вполне способные скрестить ежа с ужом ради промышленного получения колючей проволоки на собственном приусадебном хозяйстве. А еще на месте многих пустынь раньше были моря, которые пересохли и жители их обязаны либо приспособиться к новым условиям, либо взять и сдохнуть. Это, кстати, объясняет и песчаного спрута. Хм, может если хорошенько поискать, тут и святилище Безымянной отрыть получится? Построенное теми же осьминогами…Или вообще какими-нибудь ископаемыми трилобитами. Кто его знает, сколько этой богине лет на самом-то деле? Чувство юмора у неё, во всяком случае, явно подошло бы какой-нибудь окаменелой страхолюдине.

— Кажется, это здесь. — Жрец-полуэльф рассматривал лишь слегка приподнимающуюся над барханами скалу, к которой примостилось штук семь кривобоких глиняных хижин, с ясно видимым отвращением. Это поселение даже хутором назвать было нельзя, так, постоянно обитаемая стоянка для пересекающих пустыню караванов. И самая главная ценность в ней — сделанный из камня колодец, который сейчас закрыт деревянной крышкой наглухо. — Мы нашли логово служителей мора.

— Уверен? — Придирчиво уточнил у него колдун, разминая пальцы, между которых начали проскакивать искры бледного пламени. — По мне так в этот сарай уважающий себя культист и плюнуть то сочтет зазорным.

— Красный и фиолетовый. Цвета воспаленной плоти. Герб Сарка так и выглядит. Две разноцветные болячки напротив друг друга. — Ткнул пальцем служитель церкви Отца Времен в центральные строения, выглядящие чуточку приличнее окружающих. У них даже крыши были покрыты пусть облупившейся, но все же краской. Двуручная дубина, которую он поднял на вытянутых руках над головой, принялась сверкать словно прожектор маяка. Кончик оружия и небеса соединил луч белого сияния, от которого мне немедленно захотелось отвернуться, а болтливый череп тут же принялся требовать прикрыть его капюшоном. — Вперед же, воины света, сокрушим зло и низвергнем его обратно в те холодные и мрачные глубины, из которых оно выползло!

Кажется, начавший генерировать пафос в немерянных количествах полуэльф полагал, что после его вдохновляющего призыва мы дружно обнажим оружие и понесемся вперед с боевым кличем…И не меняя героической позы так все оставшиеся до зданий метров триста и преодолеем. А потому, не увидев у своих спутников энтузиазма, жрец изрядно сконфузился.

— Ой, дураак…Вся конспирация насмарку. — Вздохнул я, пытаясь вытереть о плечо набежавшие от рези в глазах слезы. Руки, которыми приходилось упираться в песок, чтобы приподнять вверх туловище, были слишком грязными, чтобы трогать ими лицо. Да и плечевые суставы работали как-то…Не так. Вероятно моржам никогда не приходилось задирать ласты вверх, чтобы чего-нибудь ими схватить. — Такую иллюминацию могли заметить чуть ли не с другого континента.

— Молодой еще. — Вздохнул колдун, поправляя одежду, из под которой чего-то злобное шипел его обожженный наставник. — Горячий.

— Ага. — Поддакнул старший из наемников. — Ничего, научится.

— Если выживет. — Резюмировал его младший брат.

Между домиков тем временем кто-то бегал и чем-то подозрительно сверкал на солнце. Обычно такие блики дает хорошо полированная сталь. Не оставалось сомнений, хозяева еще дома. И группу из четырех путников, громадного моржа и болтливого шлема они заметили. В принципе, в наличии у жителей этих халуп оружия не было ничего удивительного. Пустыня почти как море — все спишет. И потому разбой в ней считается едва ли не национальным видом спорта. Однако поднявшаяся в крохотном населенном пункте суета не слишком походила на панику, которую демонстрируют всему миру обыватели при приближении опасности. Скорее уж поднявшаяся там возня напоминала упорядоченную суету муравейника или военного лагеря, где каждый твердо знает свое место.

— Сам храм где-то под землей, если верить удравшему оттуда купцу. — Проскрипел череп с головы своего ученика, мерно загребающего ногами песок. — Да впрочем, такие вещи всегда там и прячут, открыто же демонический алтарь посреди чистого поля не поставишь…

— Сопрут? — Предположил я, вспомнив свой первый опыт общения со сверхъестественным. Каким наивным ведь был…Впрочем раз я упорно продолжаю раз за разом влипать в разные передряги, значит опыт собственным ошибок меня ничему так и не научил. А значит ничего радикально не поменялось.

— Ага. Не сам алтарь так ритуальные предметы или облицовку, ведь зачарованию лучше всего поддаются благородные металлы. — Согласился мертвый колдун, наверняка лично разрабатывавший схему инкрустации собственного черепа серебряными вставками. — Или какие-нибудь служители Света нагрянут, чтобы подрастающее поколение потренировать на столь тупом и потому удобном противнике.

— В общем, все мало-мальски ценное ваш брат колдун всегда в землю прячет. — Буркнул старший из наемников, начиная разминать кисти с зажатыми в них крисами. Два коротких кинжала с волнообразным лезвием как ничто другое подходило для битв в стиснутых пространствах, например катакомбах. Впрочем, имелось у братьев и дополнительное вооружение в виде висевших за спинами боевых топоров. — Уж сколько раз такие ухоронки видел, иной раз чуть ли не целые дворцы под ногами попадаются. Кто их вам только копает в таком то количестве?!

— Да сами и делаем. — В период, посвященный самообразованию, мне как-то попадалась книга о быте подгорных гномов. И примерно треть её была посвящена разъяснениям того, как же эти бородатые коротышки вообще умудряются жить в толще камня. — В районах подземного пролегания природных энергетических линий грунт насыщен свободной магией настолько сильно, что сам по себе является чуть ли не готовым к применению артефактом. Опытный заклинатель-геомант за час пророет в подобной породе стометровый туннель в собственный рост, если будет идти внутри подобного волшебного канала. Да еще и успеет врезать в пол, потолок и стены самозаряжающиеся руны, отвечающие за циркуляцию воздуха, температуру и освещение. Ну а недоучка с хорошо расписанной инструкцией пусть и потратит раз в десять больше времени, но тоже с задачей справится без особых проблем. Главное — найти правильное место.

— Или создать. — Поддакнул мне череп. — Жертвоприношения может и не такой стабильный источник энергии, но их можно проводить почти где угодно. Сухого, чистого и свежего воздуха как в городах гномов, конечно, ожидать от вырытых подобным образом помещений не приходится, но у слуг Сарка понятие комфорта вообще весьма…Своеобразное.

То, что мы пришли по нужному адресу, я окончательно понял, когда далеко в сторону улетела тяжеленная деревянная крышка колодца, небрежно отброшенная в сторону ударившей в небеса колонной пепла. Жирные черные хлопья обильно закружились в воздухе, не пересекая тем не менее четко отмерянной границы. О крайне сомнительной полезности данного вредного выброса для здоровья пустыне во всю глотку заявил привязанный к какому-то колышку на самой окраине крохотного поселка пес, с которого принялась сползать вспухающая гнойными нарывами шкура. Чуть ли не колесом ходящее в агонии животное стесало не меньше пяти килограмм родного мяса о все мало-мальски подходящие твердые объекты, прежде чем резко заткнулось и упало. А потом встало, но уже не живым. Нет, внешне оно осталось почти таким же, только аура его больше не походила на энергетическую оболочку простого животного.

Новосотворенный монстр рванул вперед и тут же лопнула кожа на его ошейнике, не выдержав напора мертвой плоти. Булькая, завывая и роняя на песок стекающую изо рта зеленую пену, почти лишившаяся шкуры собака кинулась к нам, явно не желая приветливо облизать лицо. Сорвавшаяся с дубины священника тонкая золотая молния избавило животное от мучений, расплескав его мозги в разные стороны, однако спокойствия мне это не принесло. Ведь у сектантов просто обязано было быть какое-то приусадебное хозяйство, а в нем коровы, свиньи, утки, куры, мыши наконец…Последние волновали меня даже сильнее, чем сами демонопоклонники. Врага размером с человека умеющий колдовать гуманоидоподобный морж способен уничтожить множеством способов…В конце-то концов, можно просто на него наползти и раздавить! Но как прикажете бороться с мелкой зубастой дрянью, если она сначала спрячется в какой-нибудь щелке, а потом выскочит оттуда и вцепится в уязвимое место? Взобраться по складкам дубленой шкуры вверх и добежать по колонноподобной шее до того же уха можно и без особых акробатических навыков. Или еще хуже, затаившейся мелочи никуда особо тянуться и не придется. Я же мужчина в конце то концов. И останусь им даже при худшем из возможных развитии событий, поскольку могу регенерировать простые физические травмы в рекордно короткое время. Но доводить до этого очень не хочется.

— Я смогу защитить нас от зла…На один час уж точно. — Не слишком-то уверенно высказался полуэльф, с явной опаской косясь на облако. Дубина его оказалась воткнута в песок, а сам жрец опустился на одно колено и схватился обоими руками за священный круг. Немедленно наш небольшой отряд окутала аура божественной энергии, образующая вокруг всего тело нечто вроде невидимого простым глазом накидки…В моем случае, наполненной мелкими колючими иголками. Недовольно поморщившись, я сбросил чужое воздействие, наплевав на его защитные функции. В магии близкородственные энергии очень неохотно идут друг с другом на конфликт, и потому пироманты почти не боятся огня, воздушники в центре урагана прочно стоят на ногах, ну а получивший изрядную часть силы от тьмы морж-переросток чихать хотел на низшую боевую магию той же направленности. Она просто растворится в моей ауре не оставив после себя существенных следов, как капля заварки в стакане с крепким кофе. — Но когда силы мои иссякнут, и о ранах позаботиться будет некому.

— Значит, четверть часа у нас точно будет, а там как повезет. К тому же есть у меня зелья, что должны предотвратить отравления темными эманациями. — Колдунишка запусти руки в небольшую поясную сумку и чем- то там зашуршал. — О травмах же сегодня нам волноваться не придется. В это сложно поверить, но все слуги хозяйки морей в первую очередь целители. Какими бы страшными, дикими и свирепыми они не были. И они не отказывают в помощи никому…

— Да? — Заинтересовался младший из наемников. — Слушай, а у меня как раз на главной мужской гордости какое-то пятнышко подозрительное появилось. Не болит, не чешется, но есть и этим очень нервирует. Может посмотришь, а?

— Делать всех здоровыми направо и налево, избавляя их от слабостей — наш долг. — Согласился я, демонстративно разминая кулаки и чувствуя, как провокационно дергается татуировка морской звезды на щеке. Интересно, каким образом Безымянная смогла прикрутить к своей отметине столь продвинутую систему контроля новой игрушки? Ну, ведь не лично же она за мной каждую секунду наблюдает, делать ей больше нечего. Может душу какого-нибудь из своих фанатичных верующих привлекла служить эдаким погонщиком для моржа-переростка, заставив его пахать по двадцать четыре часа семь дней в неделю? — Но это не значит, что мы не можем снести пациенту голову, как только он станет полностью здоров. А потому садиться на шею не рекомендую. Хотя если тебя то пятнышко действительно так беспокоит, то могу не глядя исцелить тебя по полной и от всего, включая выпавшие зубы, старые шрамы и перхоть. Сто золотых за сеанс.

— Да это ж целое состояние! — Подавился воздухом от моих запросов наемников. — Откуда такие расценки?

— Ну, если не можешь позволить себя врача, то не болей. — Подал я ему здравый совет, пытаясь понять, что же творится за пеленой кружащего на одном месте пепла. Однако разглядеть ничего кроме смутных очертаний строений так и не смог. Оставалось лишь надеяться, что и демонопоклонники видят через неё ничуть не больше. В противном случае нас уже должны брать на прицел луков, арбалетов и хорошо еще, если не крепостных баллист. Если уж они тут свежие трупы жертв регулярно прятали, то почему бы им заодно не иметь в каком-нибудь тайничке и местный аналог тяжелого вооружения? — Ну, в атаку? Или мы еще чего-то ждем?

— Эм, а ты не хочешь пойти первым? Дорогу проложить, ну и тому подобное? — Тонко по своим меркам намекнул на свое нежелание попадаться в ловушки и засады сектантов старший наемник. — Раз уж пришел на бой и все такое. А мы, похоже, только под ногами у тебя будем путаться…Ну, под хвостом.

— Да без проблем, проложу вам путь…Но тогда и долю в добыче я возьму соразмерно своему вкладу. Процентов шестьдесят-семьдесят. Ну и то, что вы с собой утащить уж точно не сможете. — Деланно вздохнул я и пополз вперед, окунаясь в круговерть мельтешащего пепла. Кожу немедленно начало неприятно пощипывать, будто в данном участке пустыни внезапно воцарился суровый мороз.

— Две трети добычи?! Колдун, ты кого призвал?! — Раздался потрясенный вопль за моей спиной. — Да где-то это видано, чтобы явившийся демон забирал не душу или там ребенка о котором не знаешь, а твое родное золото?!

— Это не демон, говорили же вам уже. — Вздохнул шлем-череп с такой тоской, будто уже видел, как монеты уплывают из его отсутствующих пальцев.

— А что-то незаметно! — Немедленно последовал возмущенный ответ. — Грабит он нас, во всяком случае, как истинное порождение вселенского зла!

Первая из хижин встретила меня абсолютной пустотой и запустением. Даже двери в ней не было, вместо нее болталась какая-то держащаяся на соплях дырявая циновка, сквозь которую открывался прекрасный вид на смятую лежанку, какие-то неопрятные кули и пару кувшинов. Причем все было грязным и замызганным до такой степени, что на подобные трофеи не польстился бы и последний мародер. Интересно, это так культисты Сарка от воров и любопытных прохожих защищаются или у них способ почтить свое темное божество зиждется на сплошной антисанитарии?

Второй дом был зеркальной копией первого, разве только в размерах чуть побольше, кроватей там было две, а по полу оказались разбросаны женские тряпки. Видимо состоящая в числе сектантов дама попыталась уволочь в храм не только самое ценное, но и шмотки с прочими предметами обихода, но ей кто-то помешал. Скорее всего муж или еще какой сожитель. Сунувшиеся следом наемники на всякий случай переворошили топорами разбросанное тряпье, но ничего привлекшего их внимание и загребущие ручки не обнаружили. Либо дела у данной семейной ячейки почитателей темных богов шли не важно, либо ценности они хранили там, куда посторонний уж точно не залезет. А залезет — так не выйдет. Во всяком случае, живым.

Следующей на очереди оказалась хижина, чья крыша носила следы краски и вот в ней то нас встретила первая линия обороны. Стоило моей руке коснуться перекрывающей проход занавеси, на сей раз плотной и почти похожей на настоящую дверь, как порог буквально взорвался обжигающими брызгами зеленого гноя, буквально за секунду разъевшими до крови упорно не поддающуюся трансформации перепонку между пальцами. И будто повинуясь невидимому сигналу глиняные стены окружающих зданий стали осыпаться, открывая десятки ниш. И тех, кто был в них замурован, но сейчас спешно пробуждался ото сна. Десятки существ, похожих на гибрид сушеного трупа с мухомором, выглядели скорее нелепо, чем страшно. Тонкие как спички конечности, в которых с некоторым трудом еще получалось узнать руки или ноги, опирались на землю все сразу. Но даже с четырьмя точками опоры выглядящие крайне несвежими человеческие тела с трудом поддерживали на своих спинах мясистое круглые наросты красной плоти, испещренные многочисленными глазками, шипами, усиками и гнойными нарывами. Эти штуки выглядели достаточно чужеродно, чтобы не являться ничем иным, кроме как какими-то демоническими тварями, использующими жертв демонопоклонников не то как кормушку, не то как средства передвижения.

— Болезнетворные фырчалы! — Опознал нашего противника разговорчивый шлем колдуна, видимо немало времени при жизни посвятивший изучению бестиариев. Кто-то из наемников выругался, вонзая кинжал в центр мясистого нароста монстра, принявшегося выкапываться из песка прямо под его ногами. Оказывается, хитрые сектанты спрятали своих ручных чудовищ не только в домах, но и прямо в песке. Нежити дышать вообще не нужно, ну а седоки мертвых тел, похоже, оказались крайне нетребовательны к условиям своего содержания. Пара десятков монстров плавно увеличились до сотни с лишним, сделав ситуацию угрожающей. Хорошо хоть мгновенно отойти от режима консервации они не могли, а потому первые несколько секунд после появления под тускло светившим сквозь пелену света солнцем нещадно тупили и не двигались с места. Пользуясь их нерасторопностью, братья оперативно раскромсали четырех чудовищ, а колдун ударил по скоплению тварей какой-то алой сферой, будто засосавшей в себя сразу с десяток монстров. Жаль только, после этого маленького подвига он побледнел, затрясся, пустил две струйки крови из носа и вынужден оказался опереться о плечо священника, чтобы не упасть. — Берегите глаза, они довольно метко плюются. И дыхание задержите…Если сможете.

Выдохнутое мной облако морозной тьмы оттолкнуло ближайших монстров и прокатило их по земле пару метров, но особого урона не нанесло. Сторожи демонопоклонников оказались весьма устойчивы к родным для них стихиям, концентрированного удара всей доступной силой они, конечно же, не выдержат. Вот только продавливать их природное сопротивление у одного за другим совсем не вариант! Еще чуть-чуть и я окажусь в положении человека, вынужденного голыми руками драться со стаей рассерженных кошек. Каждый удар по мелким надоедам будет смертельным или как минимум калечащим, зацепляя при удаче еще две-три цели, но и уберечься от сотен мелких ранок, в итоге способных стать фатальными просто за счет количества, черта с два удастся!

С надсадным пыхтением разросшиеся на мертвых телах паразиты принялись надуваться и снова возвращаться к прежним объемам. Воздух, прошедший через эти чудовищные фильтры, ощутимо позеленел от насытивших его миазмов и начал стелиться к песку. Еще толком не успевшего вырваться из глиняного плена монстра священник с размаху огрел своей палицей, на секунду вспыхнувшей желтым огнем, но сразу же с невнятным богохульством отскочил от раненной твари. Там, где его тела коснулось рукотворное облако, на белой ткани расплылись сотни мелких дырочек. Наложенная им защита не могла одновременно противостоять и этой дряни, и кружащему вокруг нас пеплу. Почти с каждым вздохом фырчалы метали в нас покрывающие их тела колючки, влажно поблескивающие не то слизью, не то гноем. Темп стрельбы у них оказался откровенно смехотворный и составлял едва ли два залпа в минуту. Вот только количество этих гибридов паразитов, пневматических винтовок и мумий искупало данный недостаток. Если не прикончить заполнивших поселок монстров быстро, то минут через пять утыканные отравленными иголками люди окажутся в настоящей газовой камере.

— Прижмитесь ко мне и держите строй! — Приказал я, ударом пострадавшего кулака расплющивая ближайшее чудовище и болезненно морщась. Не успевшая зажить рана ясно просигнализировала о том, что размазавшиеся по ней потроха демонического паразита в роли крема для рук выступать никак не могут. Хорошо хоть хуже не стало, а то вдруг бы у них еще и кровь ядовитая оказалась? Правда, в ближний бой бросаться в любом случае не вариант. Оставшиеся без прикрытия искатели приключений окажутся мертвы за пару секунд, в лучшем случае минуту. На что эти идиоты вообще рассчитывали, когда сунулись в такое опасное место всего-то вчетвером?! Да, они ребята не промах, но чтобы иметь хоть какие-то шансы, сюда должно было заявиться не меньше полутора дюжин подобных бойцов! — Сейчас им будет кегельбан!

Телекинез — одно из наиболее простых и в то же время универсальных умений в арсенале любого волшебника. Заключается оно в том, что из магической энергии чародея формируется нужной формы конструкция, в некоторых случаях даже вполне видимая обычным глазом, а после оная не разрывая связи с создателем посылается «на дело». Надо что-то взять? Делаем манипулятор с тремя-четырьмя пальцами. Зачерпнуть? Ковшик. Ударить? Ну, тут совсем просто, хватит и не слишком четко оформленного кома, эдакого нематериального кистеня с дистанционным управлением. Правда есть один нюанс, затраты на поддержание подобной игрушки увеличиваются пропорционально расстоянию от колдующего. Расплющить в окровавленную кашу чудовище, злобно пыхающее ядовитым газом на другом конце поселка, можно без особых проблем. Одно, второе, пятое, десятое…Однако перебить чуть ли не сотню чудовищ таким макаром в один присест не осилить даже Морскому Хранителю. Если он туп как пробка. Ведь есть же такая вещь как инерция. А в непосредственной близости имеются вполне подходящие на роль источника боеприпасов хибары, и без того рассыпающиеся на отдельные глиняные кирпичи.

Первый снаряд улетел куда-то в неведомые дали, просвистав мимо цели. Второй взмыл вверх лишь секундой позже, оказался слишком далек от ровных аэродинамических форм и шлепнулся с изрядным недолетом. Третий рассыпался прямо в воздухе на почти безвредную труху, не заставившую нежить даже чихнуть. Четвертый, наконец, попал…Правда, не в послужившую мишенью тварь, а в её товарку тремя метрами левее. Дальше я несколько приноровился силой мысли отламывать одинаковые кусочки от стен и тут же запускать их в короткий полет, а потому мазать стал реже. Примерно один раз из двух. Фырчалы же оказались если и не прирожденными снайперами, то по крайней мере не совсем уж косорукими стрелками…Хотя рук как таковых для своих атак и не использовали. Их иголки звонко стучали с недюжинной силой о броню наемников, прикрывающих собой священника и колдуна, но конечно же основную массу отравленных колючек собрала наиболее заметная цель. Вот только основной целью монстров обязаны были являться люди, ну на крайний случай не сильно превосходящие их по массе живые объекты вроде лошадей или медведей…Но никак не многотонные моржеподобные живые танки. Моя дубленая шкура град подобных колючек выдержала стоически, дальше пары миллиметров ни одна из них углубиться так и не смогла. Да и яд их вовсе не мог считаться грозным оружием, если всего лишь вызывал зуд в районе едва ощущаемых уколов.

— Треть уже готова, так поднажмем и добьем оставшихся! — Кровожадно хмыкнул старший из наемников, левой рукой заслоняя единственное уязвимое место в виде забрала шлема, а правой метая вперед один из своих крисов. Свистнувшее в воздухе лезвие резануло красную плоть одного из фырчальщиков, заставив бодро потечь вниз по мертвому телу струйку не то крови, не то гноя, а после медленно поползло назад к своему владельцу. К рукояти оружия крепился длинный тонкий шнур, который благодаря не то магии, не то какой-то хитрой механике мог самостоятельно сматываться обратно. Но скорее всего в дело все-таки вступило волшебство, иначе для чего братьям столько навешанных на них артефактов? — Арр!

Ударившая в его ладонь игла раздвинула пальцы и все-таки врезалась в лицо искателя приключений, пусть и сильно замедлившись. Оставалось лишь надеяться, что глаз у раненного уцелел…Нет, при нужде можно и его регенерировать, но это значительно сложнее, чем просто привести в порядок мясо и кожу.

— Я же говорил, глаза берегите! — Охнул колдун, немного успевший оклематься после применения измотавших его чар и даже выставившего какой-то барьер, тормозящий вокруг него и священника большую часть носящихся в воздухе снарядов. Покопавшись в своей поясной сумочке он извлек оттуда пропитанный вонючими мазями бинт. Не знаю уж, какие составы использовались при создании данного медицинского приспособления, но их нежный аромат мгновенно перекрыл все запахи, доносящиеся от отнюдь не благоухающих розами фырчал. — На, приложи, сразу боль снимет.

Понявшие непродуктивность избранной тактики твари принялись стягивать вокруг нас кольцо, сокращая дистанцию, постепенно раздуваясь словно воздушные шарики присоединенные к баллону с гелием и перестав выдавать ядовитые испарения в окружающую среду. Интересно они сами додумались сконцентрировать свои выдохи вплотную и в едином порыве, имеющем неплохие шансы разъесть всю наложенную на авантюристов защиту или ими кто-то управляет? Скорее все-таки последнее, слишком уж они слажено действуют.

— Засунь эту пакость туда, где солнце не светит, а снег не тает! — Грубо посоветовал товарищу по оружию наемник, отнимая от лица окровавленную ладонь, в которой была крепко сжата выдернутая из раны игла. Ну, новый шрам в районе носа его внешность сильно уже не испортит. И без того отметин на лице пса войны столько, что издалека их вполне можно принять за татуировки. — Я не нуждаюсь в твоей помощи!

Вырвав из-за спины топор рассвирепевший боец как следует размахнулся, едва не пришибив шарахнувшегося от него в сторону чародея…Ислучайно всадил красующийся на обратной стороне оружия кривой шип в прикрывавшую его спину преграду, то есть мой бок. За что и удостоился абсолютно справедливого и громогласного эпитета: «собаки свинской». А не надо отвлекать огневую поддержку! Она из-за непродуманных действий всяких берсеркеров лишний раз промахивается.

— Вот же идиот. — Прошипел священник непонятно в чей адрес, без особо толка тиская свою дубину. Потративший почти весь дарованный свыше запас сил на постановку защиты от черного пепла служитель Отца Времен в завязавшейся перестрелке оказался чуть менее чем бесполезен. Пару раз он выдавал какие-то хиленькие вспышки света, слепившие и обжигавшие тварей, но на мой взгляд страдали те от них не сильно. Можно даже сказать вообще не страдали, словно их приласкали не божественным Светом, а обычным факелом. Отвлекались ненадолго в лучшем случае. — Мы теряем время, надо перейти в контратаку!

— Зачем? — Удивился младший из наемников, точным броском всаживая свой крис прямо в центр мясистого нароста, а потом начиная подтягивать загарпуненного монстра к себе, прямо под второй кинжал с волнистым лезвием. — По-моему все и так неплохо складывается. Тварюг осталось уже едва ли половина и они выдохлись, а у нас всего один раненный. Да и тот далеко не смертельно.

Монстров действительно стало заметно меньше, но поводов для оптимистичного настроя у искателей приключений, на мой взгляд, было маловато. Сомкнувшие вокруг нас кольцо твари явно готовились к скоординированной атаке, ради такого случая даже перестав метать иглы и выдыхать ядовитый газ. Раздувшиеся словно настоящие воздушные шары комки алой плоти грозили вот-вот лопнуть от переполнявшего их давления. Прекратив упражняться в телекинезе, я принялся создавать вокруг четверки авантюристов максимально прочный барьер…И чудом, не иначе, успел переместить его вверх и закрутить в нечто вроде полусферы, прикрывая голову, когда чудовища наконец атаковали. Но не малоразмерные, юркие и относительно легкоуязвимые цели. А самую большую для себя и, главное, спрятавшихся сектантов угрозу.

Выдавая в обратном направлении длиннющие хвосты ядовитого газа, наросты искаженной плоти сорвались со своих неживых опор и словно неуправляемые ракеты понеслись вперед по идеально прямой траектории, чтобы разбиться вдребезги о мои плечи, спину, хвост, живот или прикрывший лицо, щеки и затылок магический щит. В момент своего саморазрушения фырчалы выдавали мощнейший направленный импульс, состоящий наполовину из ударной волны, наполовину из концентрированной негативной энергии. Словно игла стилета эти выплески шли только вперед, раздвигая, проламывая, промораживая и обращая во прах то, что находилось на их пути. Кто-то другой, ну может за исключением богов и высших демонов, на моем месте бы сразу умер. Существа светлые и нейтральные не смогли бы выдержать такую концентрацию ядовитой магии. Даже драконья чешуя вряд ли бы сумела выдержать подобный напор и сдалась в месте удара, пропуская волшебный аналог кислоты к мягкому и уязвимому нутру. Да и темным тварям сродство с атакующей их стихией помогло бы не сильно. Лич или кто-нибудь из ледяных легионеров не сдохнет от близкого знакомства с родственной ему силой? Ну и ладно. Все равно останется кинетический импульс, сопровождающий магическую самоликвидацию фырчал. И несколько таких своеобразных живых или псевдоживых снарядов без труда порвут цель размером с человека на несколько кусков.

— Ой, блин. — Только и смог сказать я, прежде чем завалиться на бок, лишь чудом не придавив никого из авантюристов. В бытность человеком мне случалось огребать в драках…Особенно последнее время. Однако так сильно давно уже не лупцевали! Каждый удар от фырчалы, пришедшийся в незащищенное барьером тело, был подобен близкому знакомству с арматурной, ломающей кости и разбивающей в кровавые лохмотья плоть. И таких за какую то жалкую секунду я выдержал сразу полсотни! — Ооо…Ааа…Собака, как же больно…Ууух!

Минуту или около того я только и мог, что корчиться на песке, доламывая остатки хибар и стараясь найти то положение, в котором истекающее кровью тело будет хоть немножечко меньше болеть, а обломки костей перестанут впиваться в окружающее их мясо. Остатков самоконтроля едва хватило на то, чтобы не раздавить группу авантюристов. Да и то не знаю, сумели бы они уцелеть, не окажись глаза выпученными от боли до такой степени, что круговой обзор стал немногим хуже, чем у совы. Потерявшие большую часть живой массы фырчалы порядочно сдали свои позиции, но из боя тем не менее не выбыли. Лишившись пригибающей их вниз тяжести, высушенные жаркой погодой и временем трупы с хрустом разгибались и резво бросались вперед, скаля гнилые зубы. От обычных зомби подобных противников отличало нечто вроде вросшей в позвоночник гусеницы с множеством коротких лапок, очевидно и бывшей основой демонического монстра. Хорошо хоть отделяться от носителя или как-то помогать ему в бою она не могла, ограничиваясь не то функциями лишнего слоя брони с тыла, не то вообще чисто декоративной ролью.

— Дыхание, иголки…Какого демона ты не сказал, что они взрываются?! — Злобно скрежетал старший из наемников на колдуна, всаживая один из своих длинных кинжалов прямо в гнилую грудь ближайшего к нему монстра, неожиданно резвым скачком кинувшегося вперед. Лезвие без особых проблем проломило изъеденную временем плоть и хрустнуло ребрами. Углубившись сверху вниз клинок, кажется, зацепил верхнюю часть вросшего в спину покойника фырчалы. Во всяком случае, других причин, заставивших бы давно мертвое тело сначала выгнуться дугой от боли, а потом упасть словно марионетка с обрезанными нитями, найти было бы сложно. — Без ростовых щитов драться против такого противника вообще дохлый номер! Драпать сразу надо было!

— Догнали бы. — Проскрежетал шлем-череп с башки своего ученика, который оказался слишком занят, чтобы лично поддерживать беседу. Сразу пятеро монстров пытались его повалить и растерзать…И если бы не тот факт, что вместо темного чародея они упорно лупили со всей дури не чувствующими боли кулаками сляпанную на скорую руку иллюзию, у них бы все получилось. Сам же чернокнижник относительно удачно притворялся обломком каменной скалы. Поросшая мхом серая гранитная глыба смотрелась посреди песка донельзя чужеродно, да и стоящее высоко в небе солнце высвечивало тень присевшего на короточки человека. К его счастью, с дедукцией у врага было не очень, да и с органами чувств тоже. — Мертвецы могут бегать куда быстрее, чем кажется. И уж точно они способны делать это дольше, чем напяливший на себя тяжелую броню человек.

— Это ты просто не видел, как можем драпать мы с братом, когда за нами гонится нежить!

Лишившиеся ядовитого выдоха и отравленных иголок фырчалы, несмотря на свою многочисленность, оказались оперативно переработаны авантюристами в груды неаппетитно выглядящего органического мусора. Высохшие как палки конечности даже не рубились, а ломались мощными ударами мужчин, далеко не в первый раз взявших в руки оружие. Старший из наемников вообще своим топором махал как вентилятором, иной раз умудряясь за одно движение обезглавить, обезручить или обезножить сразу по два врага. Толком же использовать свое численное превосходство твари так и не смогли. Кто бы ни отдавал им приказы, его контроль над своими марионетками оказался явно недостаточен, чтобы приказать им нечто более умное, чем попробовать навалиться гуртом.

— У меня на такую тушу бинтов не хватит. — Категорично заявил колдун, когда сражение замерло и авантюристы обессилено привалились к наиболее надежному в данный момент укреплению. Ну, то есть окровавленному боку скрипящего сквозь зубы от боли зеленого моржа. Он же главным образом и занял их внимание. Младший из солдат удачи даже хотел просунуть руку в одну из пробитых магическими взрывами дурр, но встретившись с моим взглядом, резко передумал. — Могу попробовать самые серьезные раны просто зашить, одновременно налагая на них чары регенерации, но не уверен, что иголка сможет проткнуть эту дубленую шкуру. Эй, слуга света, не найдется ли немного времени ли твоего божественного покровителя, это самое время якобы породившего, поработать медбратом?

— Я не уверен… — Задумчиво пробормотал полуэльф, обессилено опираясь на свою дубинку, словно на костыль. — Он же из свиты Безымянной…Говорят, иногда от столкновения их сил бывают побочные эффекты…

— Бывают. Ооох, дышать то как больно…Пророческие глюки бывают. — Подтвердил его лепет я, вспомнив не сильно приятный опыт не такого уж далекого прошлого. Татуировка морской звезды на щеке пульсировала от циркулирующей в ней энергии, и с каждым мигом терзающая тело агония все сильнее и сильнее разжимала свои тиски. Увы, то ли пропускная способность у неё оказалась недостаточной, то ли покалечить свою цель фырчалы умудрились на редкость качественно. Пока все старания божественной отметины походили на попытку вычерпать ванну ложкой под непрекращающимся дождем. Рано или поздно это удастся, но пока дождешься финала, рискуешь весь промокнуть. Может даже не в переносном смысле, если в туалет захочется раньше, чем снова обретешь хотя бы ограниченную подвижность. — Насчет их использования в деле предсказания будущего или объяснения прошлого судить затрудняюсь, но крышу рвет капитально. Уж лучше я сам как-нибудь отлежусь потихонечку. Состояние у меня хоть и тяжелое, но кажется стабильное.

— Ладно, а мы тогда все-таки наведаемся в гости к разносчикам мора. — Кровожадно ухмыльнулся старший из наемников. — Зуб даю, они не думали, будто кто-то кроме армии сможет справиться сразу и с их тварями и с этим их проклятым пеплом. Значит, других линий обороны у них скорее всего нет. Их же надо регулярно проверять, возиться…Мы возьмем их зловонную нору тепленькой!

— Псих! Это же натуральное самоубийство! — Возмутился шлем-череп колдуна, очевидно не боящийся получить от профессионального мордоворота по шапке. — Если у них есть еще хоть одна ловушка хотя бы в треть, да пусть даже в четверть подобной мощи, нам крышка! И это я еще про самих сектантов не говорю!

— Да ладно, чего нам сделают эти больные задохлики? — Пренебрежительно отмахнулся наемник, явно испытывающий серьезные проблемы с головой. А может он просто жаждет мученической смерти в бою во имя своей веры? — И потом, если бы они могли с нами справиться, то уже вылезли бы и всех добили! К тому же у нас есть козырь…Большой зеленый козырь!

— Я ближайшие часа два с места не сдвинусь. — Признание собственной слабости далось мне легко. Собственно, какой тут гонор, когда у тебя крови снаружи организма чуть ли не больше, чем осталось внутри? Туманящая разум слабость предательски растекалась по истерзанному телу и бравировать в подобный момент собственной мощью и крутизной стал бы только полный идиот, у которого в организме скопилось достаточно пафоса, чтобы полностью вытеснить здравый смысл. — А полностью восстановлюсь только к вечеру…Завтрашнему, скорее всего. Была бы здесь вода и еда, ну хоть все та же проклятая рыба…Однако к имеющимся у таких сектантов припасам я притронусь и вам не советую. Уж лучше на чистой магии регенерировать.

— Да, потрепали тебя знатно. Ну и покровительство хозяина болезней это вам не мышиный чих. — Понимающе покивал старший наемник, кровожадно ухмыляясь. Свежий шрам на лице, еще кровивший алыми каплями, придавал его лицу на редкость зверское выражение. — Но ведь ударить прямо с этого места ты ведь можешь? А я готов съесть свой подшлемник без соли, если вход в храм не окажется внутри одного из двух главных домов, рядом с которыми мы сейчас стоим.

Развернувшаяся перепалка закончилась победой жадности над здравым смыслом, и команда авантюристов все-таки решила сунуться в подземелье. Вход в него они отыскали быстро, буквально за две минуты, после чего священник продемонстрировал вообще-то совсем неподходящие духовному лицу умения и взломал замок. После четверо искателей приключений коварно отступили в стороны, пропуская мимо себя ударившие изнутри арбалетные болты и заклинания. Ну а я, кое-как развернувшись в нужную сторону, загнал по сложной траектории сферу концентрированной энтропии прямо в открывший зев прохода. Дистанционно управлять своими грубоватыми чарами у меня получалось из рук вон плохо, но хорошенько прицелиться, если есть пара минут на подготовку — почему нет? Укрепленные магией своды удар негативной энергии выдержали. Сектанты — нет. Уважительно покивав, авантюристы аккуратно переступили человеческие останки и скрылись под землей, откуда скоро зазвучал звон стали и крики. Впрочем, они быстро смолкли, кружащий в воздухе черный пепел рассеялся без следа и высунувшийся на секундочку колдун крикнул, что все в порядке, и они начинают обыск храма. Ну а мне оставалось только лежать под жарким южным солнцем, любоваться пейзажами и наслаждаться ощущением жуткого зуда под всеми болячками сразу.

— Интересные существа эти фырчалы. Ядовитые шипы, газовые выхлопы и реактивный, черт его дери, двигатель! — Не смог не оценить я своеобразной универсальности напавших на нас монстров, стараясь лишний раз не шевелиться, чтобы из под корки запекшейся крови снова не начало капать. О том, чтобы подняться на ноги…Ну, точнее снова ползти куда-то на хвосте, ближайшее время нечего было даже и думать. — В лаве бы искупать того, кто их создал. До полного растворения. И перемешать её ломом для надежности, чтобы уж точно без следа растаял.

Время шло, раны подживали, а команда авантюристов даже и не думала вылезать на свет божий. Спустя час я начал волноваться. Через два всерьез забеспокоился. После третьего попытался доораться до искателей приключений. На четвертом преодолел волнами накатывающую волнами слабость и кое-как дополз до лаза в подземный храм…Запертый изнутри. Впрочем, дверь высадить бы было не сложно, но как протиснуться в узкий проход, просто не рассчитанные на габариты волшебных моржей? Со сложными сканирующими заклинаниями в моем арсенале было не очень. Попадись мне под руку какое-нибудь животное, сделал бы из него разведчика при помощи магии крови, но в поселке сектантов после черно пепла, кажется, даже мыши все передохли. К счастью, имелись и обходные пути. Например усиление собственных органов чувств при помощи все того же искусства. Подслушать разговор за километр с его помощью, конечно же не удалось бы, но вот лучше воспринимать едва слышимые шумы — вполне.

— Еще не исчез? — Раздался громкий шепот священника, полагавшего, будто расстояние станет непреодолимой преградой для этих звуков. Зря! В прокопанных демонопоклонниками катакомбах оказалась прекрасная акустика, даже сильно напрягаться не пришлось.

— Пока нет, нас караулит. — Последовал ответ от колдуна. — Ох, зря мы это затеяли.

— И ничего не зря! Я не собираюсь отдавать свои трофеи какому-то водоплавающему недодемону! — Самоуверенно фыркнул старший из братьев-наемников. — Ничего, еще чуть-чуть и эта издырявленная килька-переросток свалит туда, откуда пришла! Местное солнце еще и не таких тварей в бгество обращало, а без воды и еды осаду ему все равно долго не продержать.

— Но все же свою долю он честно заслужил. — Несколько неуверенно пробормотал колдун. — Отдать ему ну хоть те же подсвечники из черной бронзы. Вещи красивые, дорогие, а сами мы их все равно не упрем, тяжелые как собаки.

— Да щас, возьмет он мебель! — Вступил в разговор второй наемник, в голосе кторого буквально плескалась язвительность. — Золото наше потребует, как пить дать! Сам такое говорил!

Вот заразы! Я за них, значит, беспокоюсь, а они меня кинуть решили?! Ну все, теперь из принципа эту нору до основания разрою. И все у них отберу. Совсем все…Сейчас…Передохну только….

Глава 3

— Скажи, Феон, почему люди в большинстве своем такие неблагодарные скоты? — Задал я вопрос, терзавший меня уже почти сутки. Обстановка для беседы на философские подходила как нельзя лучше. Море, солнце, фрукты, пляж и выпивка …И уже не столь неважно, что один из участвующих в диспуте хлебает скисший виноградный сок прямо из бочки, выглядящей в его зеленой лапе скорее рюмкой, а закусывает каждый глоток пары десятков литров алкоголя аналогичным количеством зеленых яблок. Продукция каких-то фермеров заметно кислила и уж точно её никто не мыл, но после продолжительной диеты из одних морепродуктов дикий аппетит и обильное слюноотделение вызывала даже пропахшая столь желанным продуктом четырехколесная тара. Впряженная в её повозки лошадь косилась на меня круглым от ужаса взглядом, но честное слово, волновалась она за свою линялую шкуру зря. После продолжительной диеты из сырой рыбы все, что хоть отдаленно её напоминает, включая толком не приготовленную мясную дичь, вызывало глубокое отвращение. — Уж ты то должен знать. По роду службы, так сказать.

— Я?! — Поразился мой собеседник, зависший в паре метров от кончика морды и старательно наполняющий из откупоренный бочки простой деревянный кубок. — Нет, Алхимик, с таким вопросом ты обратился не по адресу. Скажу тебе больше, ответа на твой вопрос даже мое самое высокое начальство не знает. В конце-то концов, не он же нашу бывшую расу творил. Хотя в проповедях и говорят обратное, но я тебе серьезно заявляю — не он!

— Ну вот, даже ты не знаешь. И Отец Времен вряд ли знает. А люди почему-то все равно изрядные скоты. Да, не все. Но как минимум через одного. — Принялся я жаловаться на жизнь одному из немногих, кто действительно мог меня понять. И к тому же ни капельки не боялся. Он же просто сильнее ставшего большим зеленым моржом молодого темного колдуна. Как-никак свою трансформацию из человека в нечто большее перенес на несколько столетий раньше. — Ты им, фактически, спасаешь жизнь, заслоняя своим широким пузом…А они решают лишить тебя честно заработанной потом и кровью доли сокровищ. Да еще и возмущаются, когда их в прямом смысле слова хватаешь за руку, мешая удрать с чужими деньгами.

— Ну, положим, не за руку, а за шею. Арканами. Да еще и самозатягивающимися. — Педантично поправил меня собеседник и собутыльник, к отнюдь не ограничившийся чисто символическим количеством предложенного угощения. Интересно, а он чисто физически вообще может в себя запихнуть хотя бы одну пятую того, что я уже съел и выпил? Пропорции и габариты говорят, что такое количество жратвы в него просто не влезет. Но сильно настораживают мерно машущие за спиной крылья, состоящие из чисто света. Вестники Отца Времен, отличающиеся от классических ангелов по большей части названием, являются скорее одушевленными сгустками магии, чем созданиями из плоти и крови, а потому и метаболизм имеют крайне…Адаптивный. Морские хранители на их фоне выглядят донельзя материальными. Впрочем, кого-то из них, кроме себя самого я еще не видел, а значит и какие-либо выводы делать несколько преждевременно. — А потом еще долго угрожал запихнуть этим заблудшим душам вытащенные из логова сектантов вместе с ними подсвечники туда, куда бы они точно не поместились. Хорошо хоть обещания свои так и не исполнил. Даже и не пойму, чего в тебе тогда больше было. То ли греха гнева, то ли добродетели прощения.

— Финансового расчета. Стало жалко хорошую мебель такими погаными задницами портить. — Буркнул я, даже не пытаясь оправдываться или выставить себя лучше, чем есть. Все равно не поможет. Даже простые священники нередко умеют отличать ложь от правды, а уж полноценный святой и вовсе любой детектор лжи обставив, с легкостью находя даже малейшие крупицы истины и самые изощренные умолчания. — Подсвечники у сектантов оказались действительно замечательные. Художественная ковка, инкрустация полудрагоценными камнями, да просто чистый вес пошедшей на их изготовление черной бронзы! Тоже ведь далеко не самый распространенный в мире металл, обычно идущий лишь на зачарованные клинки и прочие артефакты! Откуда они вообще смогли спереть такое сокровище?

Должно быть, со стороны мы смотрелись очень странно, но оценить сюрреализм картины случайные зрители не могли. По той простой причине, что они нас банально не видели. Никаких иллюзий или банального отвода глаз — настоящая свертка пространства! Участок пляжа, на который я выбрался, буквально исчез полчаса назад из материального мира и не факт, что он туда вообще вернется. Феон Своевременный, являвшийся покровителем города, где меня и моих друзей когда-то угораздило поселиться, на своей территории мог откалывать и не такие фокусы. А самое главное, несмотря на свой высокий статус, он оставался весьма простым в общении существом, всегда готовым оказать нуждающемуся поддержку. И даже почти бескорыстно. Четверть всех собранных мною по пути капиталов, ушедших как пожертвование его храму, не в счет. В конце-то концов самому бы мне реализовать такую кучу барахла было сложно, а церковные закрома еще и не то переварят, выдав вместо громоздких и разнородных материальных ценностей приятно звякающий золотыми монетами кошелек.

— Пути добычи мародеров неисповедимы…Точнее их прослеживать ради какой-то мелочи никакого терпения не хватит. — С деланным безразличием пожал плечами святой, отрываясь на секунду от кубка. То ли когда он только начинал свою карьеру нравы у церкви были менее строгими, то ли вышестоящим в их иерархии разрешалось куда больше, чем рядовым верующим, однако дармовой алкоголь в его присутствии исчезал буквально в никуда. Впрочем, возможно это только с моей точки зрения темпы расхода спиртосодержащей жидкости были чрезмерно велики. Все-таки сам Феон находился в совершенно особых отношениях со временем и, ожидая ответа своего собеседника, вполне мог смотаться в иной мир по делам, сделать всю необходимую работу и вернуться обратно, чтобы поддержать разговор. — Ладно, хватит об этих заблудших душах, вернемся к твоим проблемам. Хотя я бы их и проблемами то не назвал. Так…Мелкие неприятности.

— Ага. Совсем крохотные. Один только хвост на сорок тонн. — Смерил я взглядом свою тыловую часть, которую вездесущие чайки явно принимали за утес. Кажется, кто-то из птиц даже начал делать там гнездо между складками кожи. — Не можешь помочь, так не издевайся, пожалуйста.

— Я серьезно! — Запротестовал Феон. — Между прочим, сам научился сворачивать крылья только на седьмой год после своего возвышения! До того ни в один нормальный бордель спокойно зайти не мог ….Так, ты этого не слышал!

— Само собой. — Хмыкнул я, пряча улыбку в моржовых усах. Полагаю, покровитель города давно бы мог уйти на повышение и приблизиться к трону Отца Времен, если бы не его тяга к выпивке, особенно дармовой. Да и к женщинам один из признанных деятелей церкви испытывал далеко не только платоническую любовь. Однако меняться святой, при жизни присоединивший к территориям человеческим владений изрядный шмат земель, не желал. А начальство не очень то и настаивало. В конце-концов, компетентных специалистов на любом уровне много по определению не бывает. — И то, что любое дело требует тренировок это понятно…Но можно ли как-то ускорить процесс? У меня же нет времени ждать! Да может быть вообще уже поздно и из всей нашей троицы я остался один!

— Вряд ли. Твои друзья находятся вне сферы моего влияния, а потому гарантий давать не могу, но скорее всего они живы. — Обнадежил меня святой. — При вашей степени побратимства, скорее уж являющейся духовным родством, ты бы обязательно почувствовал их гибель. Увидел в кошмаре, например.

— Это только если бы на тот момент спал…Или хотя бы валялся без сознания, что в начале свалившихся на голову злоключений было чуть ли не чаще. — Недовольно пробурчал я. — Ладно, не будем строить гипотез. Скоро должны подойти мои слуги со всеми нужными материалами и можно будет создать кровавый компас. Будем надеяться, сцеженный из вены в хрустальную пробирку биологический материал не успел испортиться…

— В стандартном алхимическом фиале такие образцы могут храниться десятилетиями, а вашей закладке еще и год вряд ли исполнился! — Фыркнул святой, проигнорировав тот факт, что буквально на его глазах будет твориться официально очень неодобряемая церковью магия…С другой стороны, под полный и абсолютный запрет слуги Отца Времен практически ничего не помещали, при необходимости выдавая обратившимся к ним колдунам лицензии на любую гадость. Ведь ситуации бывают разные. А рабство в данных краях отнюдь не запрещено. И загладить грех человеческого жертвоприношения очень даже можно, если хорошо постараться. — Я бы хотел сделать так, чтобы ты нашел своих друзей как можно быстрее…Жаль, не могу. Когда два бога заключают друг с другом пари, то слугам какой-то третьей силы в него лучше не соваться. Бить будут обе стороны сразу, да еще и от начальства по шапке прилетит. Вплоть до полного разжалования. Даже сегодняшняя моя помощь уже проходит по самой грани дозволенного.

— Чисто технически Окреш архидемон. — Заметил я. — Ну или даже не архи…В конце-то концов, души смертных он трогать не может, армии слуг у него нет, власти над кем-то нижестоящим тоже не имеет.

— Как говорят в царстве Кин: «Тигр, которого с рождения кормят манной кашей вместо мяса, все равно остается тигром». — Процитировал Феон неизвестную мне поговорку. — Увы, все, что в моих силах, так это оказать тебе моральную поддержку, помочь с оптовой реализацией трофеев, да дать парочку ценных советов. Но я всем сердцем желаю вам удачи. В конце-концов, если Колон будут помимо меня от всякого сверхъестественного дерьма защищать еще и три живущих там морских хранителя, то девять из десяти напастей предпочтут по собственной воле обойти город стороной. Чисто из чувства самосохранения.

— Чтобы приблизить этот светлый миг, придумай, как мне ужаться до более-менее нормальных размеров. Пусть даже масса останется той же. Черт с ним с весом, сбросить бы объем! — Вырвался из меня буквально крик души. Ну, в самом-то деле, тяжело быть таким крупным! Даже если забыть о количестве необходимого регулярно провианта, то как взаимодействовать с кем-то, кто мельче дракона? Ни в дверь войти, ни руку пожать, ни книжку почитать! — Моржом размером с кита провести спасательную операцию, знаешь ли, затруднительно!

— В принципе тебе мог бы помочь обряд разделения сути. Я видел пару раз, как им пользовались перерожденные демоны, желавшие куда-то пробраться инкогнито. Полученную извне силу можно ведь и вернуть. — Задумчиво пробормотал Феон, скребыхая кубком по донышку подошедшего к концу бочонка. — Поскольку наша с тобой плоть скорее материализованная энергия, чем просто мясо и кости, то вместе с ужиманием ауры она должна пропорционально уменьшаться…Но тут есть ряд неприятных нюансов.

— Куда ж без них. — Тяжело вздохнул я, понимая, о чем он говорит. Боги и демоны наделяли своих слуг силой, отдавая им частичку личного могущества и с каждым подобным адептом становясь чуть-чуть слабее. На время, разумеется. Ведь те отдавали «кредит» всю жизнь, через какое-то время возвращая потерянное с большими процентами и выводя покровителей в плюс по совершенной сделке. — Дай, догадаюсь, отданное на время может не вернуться вообще, если начальство тобой не довольно?

— Само собой. И чтобы потом не было отторжения, обряд лучше проводить без помощников. Ну а еще это очень больно, ведь по сути дела тебе придется оторвать от себя кусок души. — Мрачно подтвердил вестник, которому очень не нравилось найденное решение. — Кроме того в подобном состоянии ты станешь уязвим почти как простой смертный. Тебя можно будет убить обычным нарушением целостности материальной оболочки. Пырнуть мечом, раскроить голову камнем, отравить быстродействующим ядом, прикончить каким-нибудь заклинанием. Готов пойти на такие риски?

— Плевать. — С достоинством отозвался я, отгоняя куда подальше мысли о возможной смерти и последствиях. Особенно последствиях. Если уж при жизни у слуг морской богини не жизнь, а сплошной кошмар, то что же будет дальше?! Не пришлось бы завидовать обладателям адских джакузи с дровяным подогревом и чертями-баньщиками! — Всю свою карьеру, если последних месяцев не считать, как-то справлялся, не сдохну и теперь. Ну а вдруг все-таки отброшу копыта — что ж, это был мой осознанный выбор. Но все же, как быстро происходит процедура возвращения утраченного? Если верить всему моему опыту общения с Безымянной, просто пробежаться по удаленным уголкам мира и собрать своих друзей не получится. Придется драться и не раз.

— Тут прямая зависимость между количеством отданной силы и скоростью, с которой она вернется. Чем больше потеряешь, тем меньше будет затраченное время. — Феон задумался и достал прямо из воздуха методичку, которую тут же принялся листать с просто сумасшедшей скоростью. — Да, точно, вот эта формула! Энергия, при помощи которой еле-еле свечку зажжешь, будет проталкиваться через барьеры граней реальности не меньше суток. А вот если ты решишься рискнуть хотя бы половиной своих возможностей, то потребуется лишь девять-десять минут.

— Половина…Значит и ужмусь пропорционально, раза в два. — Задумался я и окинул взглядом свое вытянутое толстое и неуклюжее тело, весящее десятки тонн. — Знаешь, этого маловато будет. Сколько я должен потерять, чтобы приблизиться к человеческим габаритам? Ну, пусть буду в два-три раза больше, сравнявшись со среднестатистическим моржом?

— Девять десятых. — Осторожно заметил Феон. — Но, Алхимик, ты уверен? Это же практически Низвержение, которое ты устроишь себе собственными руками.

— Пф! Я и не просил, чтобы меня кто-то Возвышал! Если это безобразие вообще можно так назвать иначе как в качестве насмешки. — Фыркнул я. — Но ладно, так уж и быть, обещаю не пороть горячку. Для начала выясню, нельзя ли обойтись без крайних мер и где вообще находятся мои друзья…Тем более, что все необходимое для построения кровавого компаса к нам стремительно приближается!

— Ага! — Ничуть не менее радостно подтвердил святой, проследив за направлением моего взгляда. — В комплекте с еще парой бочонков вина и, кажется, даже закусью!

По пляжу медленно тащилась еще одна повозка, груженная яблоками. Впрочем, из под слоя ароматной растительной вкуснятины отчетливо проступали некие вытянутые предметы, внутри которых наверняка плескался забродивший виноградный сок. Лошадь, тащившая все это великолепие и увязавшая в песке при каждом шаге чуть ли не до кончиков копыт, выглядела на редкость раздраженной. Ну, еще бы! Ладно еще груз был, так ведь ей еще и пассажиры к нему добавились! Миниатюрную женщину лет тридцати с густой копной черных волос, спускающихся до лопаток, работавшую в нашем доме одновременно поваром и уборщицей, было сложно счесть существенной обузой. Но вот приходящийся ей мужем громадный лысый бугай, исполняющий обязанности конюха, сторожа и разнорабочего, весил явно больше центнера. И это еще без учета его воинского снаряжения, а именно подходящей под габариты полусатира тяжеленной кольчуги, скрывающих копыта подбитых железом сапог и громадного двуручного топора. Хорошо хоть дочку свою, официально числящуюся при три А чем-то вроде ученицы, наши слуги с собой не прихватили. Впрочем, а зачем тут может понадобиться несовершеннолетняя малявка, если у неё до сих пор на уме только игры со сверстниками и пошив нарядов своим любимым куклам?

Внезапно со стороны тракта, проходившего на некотором отдалении от пляжа, там куда даже во время самых жестоких штормов не доставали волны, показались человеческие фигуры. Судя по замотанным тряпкой лицам, сжимаемому в руках оружию и появлению из ближайших кустов, промышляли сии господа одной из древнейших в мире профессий, а именно дорожным разбоем. С подобными им деятелями в этом мире я сталкивался неоднократно, а слышал про них еще больше. Причем в большинстве своем очень страшного. Не все же мирные путники являются темными магами, которых попытаться обобрать до нитки и бросить с проломленной головой прямо на месте ограблениями, себе дороже. А уж что эти ублюдки, которым в любом цивилизованном обществе при поимке грозит смертная казнь вытворяют с женщинами…Свидетели же при подобном способе заработка ой как не нужны, а потому и в живых подобное шакалье никого обычно не оставляет.

— Лукреция! Ош! — Попытался привлечь я внимание сидящей на телеге семейной пары, но был ими попросту незамечен. — А, черт, барьер! Они же нас не видят!

— Не волнуйся, ничего с ними не случится. — Успокоил меня Феон, силой удерживая на месте и не позволяя ринуться на выручку. — Святой я или так, погулять вышел?

— То-то свежие трупы в больших городах появляются каждый день. — Чуть успокоился я, вспомнив о разнице между собой и среднестатистическим разбойником. Если бы не свертка пространства, эти ребята не только из своих кустов бы не вылезли, вздохнуть бы лишний раз боялись. Впятером можно напасть на телегу, в которой два человека…Но не моржа размером с корабь. Да и вестник птаха хоть и мирная, но огненный меч или его аналог с примерно теми же свойствами в комплекте прилагается. — Скажешь, это все как один заблудшие души?

— Я не вездесущ. Даже Отец Времен не может уследить за всем, что происходит с его паствой. — Виновато развел руками святой, причем, похоже, совершенно искренно. — Но если уж какой бардак вижу, то всегда вмешиваюсь. Правда, обычно инкогнито и косвенными воздействиями, в соответствии с инструкциями. А сейчас и напрягаться то особо не нужно, вон у тебя какой мажодорм…Внушительный. Да и домоправительница не хуже.

Бандиты и вправду замерли, не решаясь приблизиться к полусатиру ближе, чем на десять метров. Ребята они были тертые, судя по снаряжению. Куртки из толстой кожи, кое-где усиленны металлическими бляшками, являлись вполне себе легкой броней, да и сжимаемые в руках мечи выглядели отнюдь не ржавым хламом. Но видимо пугала их здоровенная секира, которой он в полном молчании описывал в воздухе восьмерки. Попадись под такой замах человек — располовинит. Ну, в лучшем случае отсечет напрочь чего-нибудь ненужное, вроде головы или руки. Удержать подобное оружие имел бы шансы лишь рыцарский доспех. Но в латах самозваный дорожный патруль как-то не сидит…Дорогие они, тяжелые, да и бликуют сильно. Самый храбрый из грабителей попытался воодушевить своих подельников призывом, смысл которого сводился к: «Мужика убить, девку изнасиловать, обоих обобрать и прикопать», но на середине фразы подавился собственными словами и арбалетным болтом, вошедшим ему в живот. Лукреция определенно не собиралась изменять мужу и была готова приложить все силы, чтобы соблюсти супружескую верность. Тем более у неё и инструмент оказался подходящий среди яблок запрятан. В свое время мы с друзьями скопили неплохую коллекцию трофеев, и посколькутемным магом дополнительное вооружение не очень и требовалось, то на часть этого арсенала наложили руку слуги с полного нашего одобрения.

Оставшийся квартет так растерялся от зрелища своего предводителя, катающегося по песку и пускающего изо рта кровавую пену, что едва заметил, как стал дуэтом. С неожиданной для такой туши проворством Ош рванул вперед, сшибая ближайшего врага с ног и топча его копытами. Ну а его монструозный топор стремительным взмахом метнулся к шее второго грабителя, располосовав ту почти до половины невзирая на кольчужный воротник. Оставшаяся парочка переглянулась и бросилась бежать, куда глаза глядят. Одному из них даже удалось выйти из зоны обстрела раньше, чем Лукреция успела перезарядиться, а вот второму не повезло. Ударивший на излете куда-то в плечо болт не пробил брони, но заставил парня потерять равновесие и покатиться кубарем, а дальше его догнал разъяренный полусатир и окровавленный топор поставил жирную точку на карьере любителя прятаться в придорожных кустах.

— Слушай, а как они нас вообще под твоим барьером найдут? — Задался я вопрос, наблюдая за тем, как семейный дуэт споро лишает трупы всего ценного, включая одежду. Да уж, цены на рынках, где вся продукция производится исключительно вручную, быстро приучают быть бережливым и напрочь вышибают чувство брезгливости в рекордно короткие сроки.

— Мимо не проскочат, даже если обратно к городу развернутся. Сейчас так им дорогу закруглю, что прямо тебе под нос и выйдут. — Успокоил меня Феон, поспешно опуская на землю и не то втягивая свои крылья, не то просто делая их невидимыми. — Так, если что, я никакой не вестник, а просто твой знакомый инквизитор.

— Тогда уж и ауру спрячь. Лукреция хоть и слабенькая, но все же ведьма. — Посоветовал святому я, невольно выдыхая. Близость концентрированного света в такой близости от организма, пропитанного энергиями тьмы…Напрягала. И игнорировать враждебную энергию было не проще, чем гудение трансформаторной будки под ухом. Вроде и можно спокойно сидеть в метре от неё, не опасаясь внезапного удара током, а все равно психологически находиться в столь опасной зоне неприятно. — И вообще, к чему такой маскарад?

— Правила поведения, чтоб их… — Неразборчиво пробурчал покровитель города Колона, спешно охлопывая свою одежду и превращая её из белоснежной тоги в обычную залатанную мантию грязно-бурого цвета. — Не подобает попадаться на глаза простым смертным в истинном виде, дабы не смущать их умы, если нет для того соответствующего повода. Идиотизм полный, но соблюдать его приходится! Хорошо хоть не только нам одним, слуги других светлых богов тоже также мучаются. Заключили высшие силы когда-то между собой договор на эту тему, а простым исполнителям их воли теперь страдать приходиться!

— Оу, а ничего, что меня куча народа видела? — Забеспокоился я соблюдением приличий среди того круга существ, к которым теперь волей-неволей принадлежал.

— На морских хранителей в этом плане давно все махнули рукой. — Вздохнул Феон, заканчивая процедуры камуфляжа. — Во-первых, Безымянная данное соглашение так и не подписала. А во-вторых, вы как берсеркеры в армиях варваров. Каждый год новые. Кхм, ну некоторым и подольше задержаться везет…

— Тпру! — Дернул Ош за поводья, томорзя лошадь, которая и без того остановилась как вкопанная, когда внезапно прямо перед ней появился титанических размеров зеленый морж. Границу свертки пространства, которую они пересекли, животное явно не заметило, а потому сейчас находилось в состоянии шока, банально оцепенев от ужаса. Да, вообще-то ластоногие копытными питаться не должны…Однако при таких размерах можно и тирнозавра загрызть, если эта ожившая окаменелость вдруг сдуру к воде сунется. — Ну?! Он?! Или нас обманули?!

Полусатир как всегда прямолинеен и косноязычен. Интересно, насколько в его манере речи виновато строение гортани, зверски саднящей от длинных фраз, а насколько суровый характер?

— Кажется, да…Алхимик…Да и ключевые фразы в письма совпадали…И потом, кто бы кроме него прислал нам столько золота… — Неуверенно протянула Лукреция, разглядывая меня и обычным, и магическим взором. И, судя по тому, как лезли на лоб глаза ведьмы, поверить в изменения, произошедшие с одним из её нанимателей ей было очень непросто. — Во имя богов, да что же такое с вами произошло?!

— Ну, боги и произошли. — Вздохнул я, понимая, что коротким рассказом тут не отделаешься. Впрочем, почему бы в кои-то веки и не провести время за беседой в приятной компании с рюмкой…Ну ладно, бочкой, вина.

Пересказ произошедших с момента нашей последней встречи событий занял чуть ли не час, по истечении которых заведующая хозяйством ведьма попыталась отчитаться о всех случившихся за период моего отсутствия расходах, но эта информация так и не потребовалась. Лично я был вполне доволен уже тем, что здание дома и все собранное нами имущество осталось в целости и сохранности. Оно не сгорело, не исчезло, не поменяло хозяев? Ну и прекрасно! Да, перед тем как решиться на призыв архидемона, мы с друзьями составили тщательные инструкции для слуг, предусматривающие, в том числе и длительный период нашего отсутствия либо полной недееспособности. Однако то, что Ош и Лукреция не присвоили себе все золото работадателей и не переехали куда-нибудь, где их не знают, уже повод для того, чтобы облегченно выдохнуть. Заказанные еще Алколитом книги оплатили? Так и надо. Выбросили те из собранных мною органических ингредиентов, которые протухли по истечении срока годности? Ну а куда их еще девать? Пошили несколько смен новой одежды взамен истрепавшейся? Это само-собой разумеется, подобные расходы изначально запланированы. Заплатили положенную дань, для приличия обозванную налогами и сборами? Так от них в любом случае никуда не денешься, если собираешься в обществе жить!

— Вот фиалы с кровью ваших друзей, которые вы просили передать в письме. Ну и все необходимое для ритуалов я тоже привезла. — Обрадовала меня Лукреция, бережно разматывая ткань, прикрывающую собою лакированный деревянный сундучок. — Только вот лицензия…

— Я ничего не вижу, ничего не слышу и вообще пьяный! — Поспешил заверить её Феон и поспешно загородил свое ухмыляющееся лицо вновь наполненным кубком. — Какие еще ритуалы, чтобы на них разрешение требовалось, вы о чем? Да и вообще на этот кусок побережья никто не зайдет, чтобы нам помешать, а после море смоет все следы.

— Смоет, смоет… — Я сцепил трясущиеся пальцы в кулаки и глубоко задышал, стараясь как можно быстрее успокоиться. Поскольку сохраняющие некоторое сходство с ластами конечности слишком грубы для тонкой работы, расставлять все предметы по своим местам предстояло телекинезом. И раздавить воистину бесценный фиал из-за того, что не получается контролировать собственные эмоции стал бы просто позорно! — Оно еще и не то смоет, с моей-то внезапно открывшей склонностью к стихии воды. Главное, чтобы до города волной не достало. Чего тут до него, каких-то десять километров. Тьфу! Кхе! Ой, гадость…

Комары моржа с воистину дубленой шкурой не очень-то и беспокоили, поскольку толщина кожного покрова банально превышала в разы длину их хоботков, но как оказалось залетевшая прямо в рот дурная чайка с успехом может их заменить. Пока я откашливался от пуха и перьев, Лукреция уже успела приготовить все необходимые ингредиенты и теперь ждала только указаний о том, что именно мы будем использовать в качестве основы под Кровавый компас. Сам ритуал и получающийся в результате его проведения артефакт особой сложностью не отличался, поскольку опирался на один из самых простейших приемов разного рода чародеев, а именно принцип подобия. Обычно его, правда, применяют для насылания проклятий, например, изготовив фигурку своего недруга и истыкав её иголками, но тавматургия в принципе штука довольно универсальная и может очень многое. Наложение защит, лечение, призыв и, самое главное, удаленное сканирование избранного объекта. Действительно чего-то умеющие экстрасенсы по одной лишь фотографии могут многое сказать о человеке…Ну а опытные колдуны при помощи кровавого компаса без проблем скажут, в каком направлении находится донор использованного для ритуала биологического материала, сколько конкретно до него метров и даже как он себя на настоящий момент чувствует.

— Звезду будем чертить здесь! Материал хороший, прочный, насыщение энергией хорошо переносит. И случайно сломать или потерять такой артефакт фиг получится. — Я кивнул на свой «алтарный валун», скромно стоящий у самой кромки постепенно отступающего прибоя. Впрочем, даже на пике прилива волны до его верхушки все равно не дотянутся. Размеры выбранной мной каменюки позволяли свободно нанести на неё помимо отвечающих за призыв рун еще штуки три магических рисунков без особой опаски, что чары начнут конфликтовать между собой. Еще даже запас останется на всякие непредвиденные нужды…Добавить туда, что ли, гриль? Хоть будет на чем пойманных акул жарить. Или все же задвинуть подальше личный комфорт и смастерить хорошую противоугонку? За счет одного только количества залитой туда энергии обычный некогда булыжник уже стал поистине великим артефактом! На вещи подобной мощи найдется немало желающих, начиная от рядовых волшебников и заканчивая обычными ворами. Вдруг у кого-то из данной публики найдется собственный подъемный кран? — Внешний контур со всеми нужными отметками увеличиваем в десять раз по сравнению со стандартным. Все же искать цели ритуала мы будем не в пределах города или даже региона, а по всему миру.

— Не уверена, что это хорошая идея. Ритуальные ножи просто не возьмут камень. — Осторожно заметила Лукреция, явно привыкшая работать с куда более податливым деревом. На худой конец она могла задуматься о стали. — Да и подобный масштаб кажется мне все же чрезмерным. Эффективность ритуала зависит ведь не от размеров магической фигуры, а от количества вложенной в неё силы.

— Я больше чем уверен, Ассасин и Алколит находятся где-то далеко. Неточность даже в один лишний миллиметр на стандартном кровавом компасе заставит меня обыскивать район в пару десятков квадратных километров. В лучшем случае. — Разъяснил я ведьме её ошибку, сначала намораживая несколько очень острых и прочных из-за вкачанной в них магии сосулек, а потом начиная ими шустро выдалбливать в скале канавки при помощи телекинеза. — Нет уж, лучше сейчас лишние полчаса покорячимся, зато потом можно буду точно знать, где именно искать моих друзей. Ну, во всяком случае, так должно быть в теории. На практике я подобным первый раз занимаюсь. Феон, может у тебя есть какие-нибудь дельные предложения?

— Не моя область, ну вот совсем не моя. — Извиняющееся развел руками замаскированный святой, который наверняка со времен ранней молодости получал исключительно точные и верные целеуказания свыше. А после достал из внутреннего кармана мантии здоровенный фолиант, который без проблем можно было бы использовать в качестве щита. Да что там! В талмуде на несколько тысяч страниц с изукрашенной золотом обложкой могла бы застрять и крупнокалиберная пуля! — Зато чисто случайно я прихватил с собой полный географический атлас земель известных, за точность составления которого ручаюсь головой. Если ты вычислишь точное направление на своих друзей и дальность до них, то я предоставлю полные и достоверные сведения по нужному региону. А может даже и скажу, к кому там лучше обратиться. По роду своей деятельности мне случалось путешествовать по таким дырам, куда нормального человека в жизни не загонишь! А где лично меня не было, там обязательно хоть кто-нибудь из коллег да побывал!

— Тоже неплохо. — Линии магической фигуры, которые я вырезал в камне, получались не слишком аккуратными. Скала просто трескалась под ударами укрепленных магией ледышек! Чтобы более-менее выровнять медленно створяемый рисунок приходилось углублять проделанные канавы до такой степени, что пара-тройка лишних трещин уже не будет на общем фоне играть никакой роли. Правда, на заполнение подобной халтуры понадобится уж вовсе неприличное количество энергии, ну да ладно. Выдержу как-нибудь. — Лукреция, отойди! Если я тебя случайно хвостом задену, то Ошу придется вести все домашнее хозяйство до тех пор, пока переломы не срастутся!

— Ладно-ладно… — Отступила назад ведьма, едва не оказавшаяся раздавленной. — Но как быть со свечами? Я, конечно, могу поставить их в узловые точки, только работать они не будут. Слишком маленькие. Для ритуала нужно что-то пропорциональное, даже факелы маловаты будут.

— Сейчас сделаю костры. — Наконец-то нашел, куда руки приложить Феон. — Уж чего-чего, но зажигать я умею. Погаснет не раньше утра, да и гореть будет очень ровным пламенем.

— Плеснуть? — Предложил Ош, протягивая якобы инквизитору флягу с чистейшим спиртом. Данную емкость ему, кажется, посоветовал всегда носить с собой Алколит, в душе несмотря ни на что являющийся настоящим Алконавтом. Данный продукт перегонки зерновых входил в обязательное снаряжение нашего сторожа и должен был использоваться как средство для дезинфекции ран телесных и, в случае необходимости, душевных. Но и процесс поджигания врагов или свежесрубленных деревьев, он облегчить очень даже мог. — На дрова?

— Переводить качественный продукт на такую мелочь?! — Аж содрогнулся от такой перспективы обладатель крыльев из чистого света. — Да это святотатство!

На то, чтобы полностью начертить магическую фигуру у нас ушло почти полчаса. Получившийся результат выглядеть как святаящся от наполняющей её силы алым цветом звезда с десятью лучами, каждый из которых указывал на одну из принятых в местной географии сторон света и венчался крупным костром. Причем данное великолепие вписали в круг из двухсот шестидесяти цифр. Последние никакого мистического значения не имели, а были банальными математическими градусами, общепринятыми имперскими учеными. Кроме того в самом центре чертежа располагалась пересечение крест накрест двух линий. Первая отражала расстояние до цели ритуала, вторая высоту над уровнем моря. Состояние здоровья же здоровья людей, на которых нацеливался кровавый компас, предполагалось угадывать по поведению участвующей в обряде алой жидкости. Чем быстрее она двигалась по нужной траектории, тем в лучшем физическом состоянии находился донор…Ну а если вылитая в наполненную энергией звезды жидкость не двигалась с места, то либо в ритуале оказались допущены грубые ошибки, либо данная часть по какой-то причине не может установить магическую связь с остальным целым. Последнего я боялся больше всего, ибо с вероятностью в девяносто процентов подобный исход обозначал переход цели в принципиально иное агрегатное состояние. Скорее всего уже неживое, а попросту труп.

— Смешайте кровь с красителем. — Подсказал мне Лукреция, протягивая пару крохотным комочком какого-то вещества. — Там будет проще отследить результаты, да и не забудете, где кто. Способ проверенный, я им раньше не раз пользовалась.

— Ладно. — Не стал я спорить с опытной ведьмой и, откупорив при помощи телекинеза один из флаконов, силой воли перенес туда это вещество и хорошенько взболтал содержимое фиала. — Пусть первым будем Ярослав, все-таки у него были серьезные проблема с глазами, уж и не знаю, как можно жить, если лишиться сразу и почти всех магических сил, и зрения.

Капнувшая в центр магической звезды синяя жидкость разделилась на три равных части, шустро рванула в разных направлениях. Я не смог сдержать облегченно вздоха. Алколит жив! И, кажется, даже вполне здоров! У больного человека кровь бы двигалась со скоростью сантиметр в секунду, а у умирающего едва ползла. Вот только где он?! Одна из капель замерла напротив той стороны круга, которая была обращена к морю на отметке в сто девяносто четыре градуса. Вторая преодолела почти половину своеобразной линейки, отмеряющей расстояние. Если не ошибаюсь, то нас сейчас должно разделять около пяти тысяч семисот километров. Третья же замерла на отметке чуть выше условного уровня поверхности. Метров пятьдесят-шестьдесят. Склон горы? Холмы? Он просто на крыше какого-то здания сидит?

— Фью, твоего друга занесло в самое сердце Черного континента! — Пораженно присвистнул Феон, для вида спешно листая географический атлас. — Так…Да, вот этот район! Тебе нужны западные предместья города, чье название переводится как Крона Чернодрева! Храм пытливого разума, если быть точным. Точнее не скажу, он большой. Больше, чем иные кварталы Колона.

— Звучит не слишком страшно. — Ну, если быть объективным, то словосочетание: «Учебный легион» тоже ужас не нагоняло. Однако выжить в нем оказалось ой как не просто! — Что можешь рассказать о тех землях?

— Глухие окраины земель язычников, поклоняющихся ложному богу — Чернодреву. Они, в принципе, зло…Но, так сказать, зло умеренное. Из своих границ уже многие тысячи лет не выбиравшееся. Тем более все необходимое к ним и так торговцы сами везут. Тварь, которая властвует в тех краях, страшна и жестока, но смертные для неё скорее не пища, а скрашивающие вечность забавные игрушки. Там есть свои законы, в чем-то даже не хуже имперских. В почете искусства и ремесло. — Задумчиво почесал подбородок святой. — Жрецы постоянно скупают тысячи рабов, чтобы развлечь ими своего повелителя. Одни сражаются между собой, другие вынуждены добывать диковины из самых дальних уголков мира или иных измерений, третьи пытаются существовать там, где выжить нельзя. Но не меньше и тех, кто обеспечивает эти богопротивные игрища всем необходимым, от еды до разводимых на фермах чудовищ. Слуги Чернодрева известны как лучшие артефакторы мира, способные исполнить любой заказ. А некоторые из них вообще стараются проявить себя в литературе, живописи или театральных постановках. И, бывает, удостаиваются милости своего странного покровителя.

— Хорошо…В смысле ничего хорошего, но раз Ярослав до сих пор жив, то все терпимо. Где-то как-то он смог пристроиться, несмотря на слепоту. А может как раз благодаря ей и в безопасности находится. Вряд ли внимание темного бога может привлечь калека, который ни шиша не видит. Приставили его жрецы к какой-нибудь несложной работе, да и позабыли. — Я перевел свой взгляд на второй флакон и он тут же взмыл в воздух, чтобы вылить свое драгоценное содержимое в центр магической звезды. — Так, ну и чего это значит?

Какую-то ужасно долгую секунду казалось, что кровь, на сей раз получившая благодаря красе золотистый оттенок, так никуда и не двинется со своего места, знаменуя конец судьбы одного из моих друзей. Но нет, единая капля разделилась на три части и они постепенно набирая скорость направились в разные стороны. Вектор направления, по которому следовало искать Ассасина, указывал куда-то вдоль линии побережья. Причем дистанция, разделяющая нас, казалась на фоне местоположения Ярослава откровенно смешной. Примерно тысяча километров, пф, подумаешь! Даже при отсутствии автомагистралей обычный человек преодолеет подобный сухопутный путь за пару месяцев. Темный маг, который не боится случайных встреч с монстрами или разбойниками, справился бы раз в пять быстрее. Громадный морж…Ну, не знаю. Неделя? Может даже быстрее, если в нужную сторону будут вести водные пути, на что есть неплохие шансы. И если не заблужусь, но при движении в одном направлении вдоль берега потеряться вроде не должен. Только почему отметка высоты над уровнем моря ушла в глубокий минус и показывает полторы сотни метров вглубь? И откуда на лице Феона такая откровенная бледность и растерянность?

— Судя по поведению крови, у вашего друга серьезный упадок сил на фоне не то легких ран, не то запущенной болезни. — Пришла мне на помощь с истолкованием результатов ритуала Фелиция. — Ну а где именно он, это не ко мне. Никогда толком не знала географию.

— Он под Драконьим Хребтом. В столице дроу, городе Шарозане. Точнее уже не сказать, в их логове слишком много помех, способных сбить с толку любые поисковые ритуалы. — Просипел святой, откуда-то извлекая свою собственную фляжку и от души к ней прикладываясь. — И это плохо, очень плохо. По степени своей опасности и недружелюбности к людям темные эльфы уступают лишь демонам…Не сильно. И периодически умудряются даже обитателей Ледяного Провала в своей испорченности превзойти.

— Это писец. — Только и мог сказать, пытаясь вспомнить то, что знал об этом народе. Общественный строй — феодальная олигархия, в которой власть принадлежит сотням соперничающих между собой кланов. Главный способ пополнения бюджета благородных домов — контрабанда всего и вся через их же усилиями непроходимые горы. Раньше с ним конкурировал еще и грабеж жителей поверхности, но последние лет двести открытые военные действия вести менее выгодно, чем наживаться на транзите грузов. В зоне их досягаемости банально не осталось более-менее крупных город, которые можно разграбить и смыться раньше, чем будет нанесен ответный удар. Официально любят, ценят и практикуют кровавые жертвоприношения, расизм, рабство и людоедство. Подземные города знамениты своими кварталами, населенными высшей нежитью, для которой там созданы все условия. Вечный полумрак, полное отсутствие слуг светлых богов и свободная продажа разумной еды. Встречаются и осевшие на постоянное место жительства демоны. Единой религии вроде как нет, но полно темных культов, отчаянно конкурирующих между собой за паству и приносимую ей прибыль. Ах да, еще у них матриархат, а Ассасин — неисправимый бабник. — Полный писец!

Хотя и закономерный, к сожалению. Именно Артем и был тем, кто довел архидемона до состояния невменяемого бешенства. Он явно являлся целью номер один для мести Окреша. А еще никогда не отличался смирением. Да и дроу даже в теории не могли считаться терпеливыми. Потому его плохое состояние вполне объяснимо…И, кажется, я уже знаю, куда направлюсь первым делом. Судя по результату вычислений, наложенному на карту мира, так и не успевшего вылечить себе глаза Ярослава забросило аж вообще куда-то в самое сердце Черного континента. На берега обители местных негров добираться бы было не сильно дольше, чем до подземного царства дроу. Но потом же еще пришлось бы тысячи километров по суше пересечь. Сложное дело, учитывая, что я полуморж. Пусть и летающий при необходимости. Не знаю, как Алколит сумел выжить, лишившись впридачу к обычному зрению магических сил, но раз протянул первые несколько месяцев, то и еще чуть-чуть потерпеть должен.

— Обряд разделения сути. — Повернулся я к святому. — Мне срочно нужно провести обряд разделения сути! Эй, Феон, ты что, уснул? Алло, ответь что-нибудь! Ну, хоть моргни!

Фальшивый инквизитор замер, так и не успев закрыть своего географического талмуда. Более того, остановился весь мир, включая накатывающие на берег волны и уворачивающуюся от ладони Оша крупную зеленую муху.

— Занятный паренек. Думает, что является мастером в искусстве петлять меж временных потоков…Наивный! Даже самый талантливый бывший смертный просто по своей природе не сможет также властвовать над силами мироздания, как тот, кто рожден для этого. Поучил бы он еще рыбу плавать, дурачок. — Счастливый женский голос, раздавшийся за моей спиной, мог принадлежать только одной особе. Безымянной хозяйке морей и океанов. Твари, по попустительству которой мне пришлось вступить в смертельную схватку с собственной девушкой. Существу, что защитило три А от разгневанного архидемона и сделало спасенных своими игрушками, перетасовав наши судьбы как карты в игральной колоде и сделав объектами заключенного с архидемоном пари. Небожительнице, даровавшей мне способность исцелять и позволившей не сдохнуть мучительной смертью. Богине, посчитавшей забавным превратить выигравшего для неё пари смертного в большого зеленого моржа и бросить его на каком-то безымянном островке посреди океана. — Ну же, Алхимик, не куксись! Разве ты не рад меня видеть? В этот раз я сделала все, чтобы тебе понравиться. Даже оделась прилично. В латекс! Или все же резину? Всегда путалась в этих алхимических материалах.

— Моему восхищению нет границ. — Язвительно пробормотал я, созерцая совершенно обычную на первый взгляд синеволосую женщину, облаченную в абсолютно несоответствующей данному миру водолазный костюм. Все портила только давящая аура корежащей мироздание силы, от которой возжелать обтянутые черной резиной выпуклости было не легче, чем готовую к старту баллистическую ракету. Или пирамиду Хеопса. А может и Великую Китайскую стену. В общем, плохо соответствовал внешний вид аватары её же содержанию…Ну, для существ имеющих куда больше стандартного для людей набора чувств плохо. — Пришла сказать, что я не должен мешать заключенному тобою с Окрешом пари? А почему лично? Поверь, я был бы счастлив, если бы ты ограничилась письмом. Или посыльным. На худой конец ударом молнии, после которого в мозгу забрезжит нужная информация.

— В общем, ты готов на все, что угодно, лишь бы лишний раз меня не видеть. Ай-яй-яй, какое неуважение к своей богине. — Осуждающе покачала головой Безымянная. — А я ведь так хочу, чтобы все меня любили? Ну, неужели несчастная женщина так многого хочет? Ой, ладно, шутки в сторону. Я вырвала тебя из потоков времени, чтобы сообщить, что Окреш жульничает. Он через третьи руки разместил весьма высокооплачиваемые заказы на головы трех людей-колдунов…Думаю, один из них уже можно счесть аннулированным, ибо в морже свою цель ни один убийца не узнает. Можешь не благодарить.

— Эм, это было ожидаемо? — Осторожно предположил я, ничуть не удивленный таким поворотом событий. В конце-концов, это для хозйки океанов происходящее с три А — просто развлечение. А для самого молодого из архидемонов — месть! И в ней, как и на войне, все средства хороши.

— Пожалуй. — Согласилась обладательница синих волос, поправляя криво сидящие у неё на лбу водонепроницаемые очки. — Но я очень не люблю проигрывать, особенно когда против меня играют нечестно. Жульничать приличной девушке, конечно, не подобает, но ведь не она это первая начала…Скажи, Алхимик, как ты относишься к идее своего самоубийства?

— Резко отрицательно! — Вот честно, а какой ответ она ожидала услышать? Нет, бывают такие ситуации, когда реально все плохо и жить дальше слишком больно…Но зачем же прибегать к крайним мерам просто так? Финал должен быть красивым! Вот, например, сцепленные на горле обидчика зубы — очень красивый финал! Даже если прокусить не удастся, так хоть обслюнявишь его напоследок.

— Ладно, переформулируем вопрос. — Усмехнулась Безымянная, видимо такой реакции на свои слова и ожидавшая. — Как смотришь на то, чтобы увеличить шансы на спасение своих друзей? Обряд разделения сути — хорошее решение вставшей перед тобой проблемы. И, если я буду не против, ты сумеешь менять свои размеры и доступную мощь в мгновение ока и без всякой боли. Однако ничего не дается в этом мире просто так. Я хочу выиграть заключенное с Окрешем пари если не полностью, то хотя бы на две третьих. А если оба твоих приятеля испустят дух — сдохнешь и ты.

— Согласен. — В дополнительной мотивации для спасения Артема и Ярослава я не нуждался. Лишний риск для самого себя в подобном ключе выглядел вполне приемлемым.

— Отлично. — Довольно потерла затянутые в черные резиновые перчатки руки Безымянная. — Но перед тем как мы начнем, позволить задать один маленький вопрос. Ты в курсе, что любые призванные существа могут возвращаться обратно туда, откуда их призвали, если попросят о перемещении своего покровителя? Ключевое слово — попросят. Вежливо

— Ага. Так вот значит, почему у меня ничего не получалось. — Понял я причину собственных неудач на ниве обратной телепортации. Нет, морскую богиню в процессе мучений вспоминал и не раз…Но сугубо матерно. И, видимо, её любимую позу ни разу так и не угадал. — Ну, ладно, ничего не поделаешь. Буду исключением из общего правила и изрядно тормозить. Если подумать, в большинстве случаев, сутки ожидания — это не так уж и много.

— Ага. Щаззз! Будут мне тут всякие обидчивые моржи репутацию портить. — Фыркнула богиня и топнула ножкой. Моя алтарная скала, осуществляющая функцию призыва своего создателя раз в сутки, развалилась на отдельные мелкие камешки. — Не хочешь вежливо просить — можешь не просить. Но за наглость и тупость следует платить, а значит никакого тебе больше кровавого компаса!

Безымянная исчезла. Мир ожил. Ош поймал своей лопатообразной ладонью докучавшую ему муху и немедленно швырнул пойманное насекомое на песок, чтобы припечатать сапогом. Лукрция, стоявшая ближе всех к уничтоженной скале, донельзя впечатлилась мгновенной трансформацией зачарованного камня в глыбу обычных булыжников и от удивления отвесила челюсть. Феон покачнулся, принял свой натуральный облик и рухнул на пляж, распластав в разные стороны крылья. Похоже, он все-таки пытался сопротивляться воздействию хозяйки океанов, но переоценил свои силы и теперь валялся в глубоком обмороке.

— Вот блин. — Только и мог сказать я, печально рассматривая враз ставшие бесполезным мусором фиалы из под крови. Жалких остатков, которые осели на стенках, для проведения второго ритуала точно не хватит. — Как же я жалею о тех прекрасных временах, когда мог позволить себе быть махровым атеистом!

Интерлюдия.

В таверне «Подземелье» все было как всегда…По меркам этой таверны, конечно же. Какой-нибудь не знакомый с её интерьером посторонний человек, попади он сюда, счел бы себя вовсе не посетителем заведения общепита. Скорее уж несчастный решил бы, что попал в качестве предназначенной на убой жертвы в самый центре логова Зла…Впрочем, не так бы сильно он и ошибся. Посторонний человек в этих стенах жил, как правило, плохо и недолго. Да и не посторонний собственно тоже. Как раз сейчас уже затихала одна из служанок-рабынь людского племени, которую к себе на колени меньше получаса назад посадил зашедший перекусить вампир. Если у одетой исключительно в немногочисленные татуировки темноволосой девушки с узкими глазами и желтоватой кожей и были надежды, что все обойдется использованием её в качестве собеседника или игрушки, то они не сбылись. Мужчина с белоснежно белой кожей и алыми глазами действительно сначала немного поболтал со своей едой, потискал её ледяными пальцами в разных местах и даже угостил парой глотков заказанного первоначально вина с пряностями. А потом медленно, растягивая удовольствия от страха и ужаса жертвы, впился в её шею. Он не спешил, желая дать прочувствовать своему обеду всю возможную боль, причиняемую похожими на небольшие сосульки прозрачными клыками. И даже не особо мешал ей вырываться и звать на помощь в тщетной надежде, что у кого-то из посетителей проснется жалость или хозяин заступится за свое живое имущество. Для стоящего где-то посередине между нежитью и демоном вампира эмоции жертвы могли считаться приятным дополнением к главному блюду. Крови!

Окружающие не обращали на происходящее никакого внимания. Пришедшие есть ели. Пришедшие пить пили. Насытившиеся играли в кости и карты, обменивались сплетнями или вещами, тройка каких-то оборванных личностей у входа дралась между собой. Оставшиеся рабыни обслуживали посетителей, периодически со страхом косясь на пожираемую заживо товарку и стараясь максимально угодить всем и каждому, чтобы оказаться как можно более полезными и не разделить судьбу неудачницы. А сидящий за стойкой бармен добавил в стоимость счета одного из постоянных посетителей еще один пункт. Подобные сценки, с некоторыми вариациями, происходили в «Подземелье» едва ли не ежедневно. Хотя употребление разумных существ в пищу случалось даже чаще. Например, как раз сейчас дюжина занявших центральный стол орков-наемников с аппетитом жрала мясную уху из русалки. Вся разница была в том, что обладательницу высовывающегося из большого вытянутого котла хвоста доставили на кухню в коробке уже выпотрошенной. Хотя, судя по раздающимся от зеленокожих громил гоготу и шуточкам, они не отказались бы сначала познакомиться с пожираемой ими особой поближе, будь она чуть менее наваристой. Только одно существо, сидящее в темном уголке общего зала, упорно хмурилось. Но не из-за недовольства окружающим миром, а просто потому, что выработанное годами чутье на опасность буквально вопило о грядущих неприятностях.

Рилд Ланет был несколько параноидален…Для дроу. Даже для контрабандиста-дроу. Даже для контрабандиста-дроу, что обтяпывает приносящие груды золота дела в самом Шарозане, великой столице подземного королевства темных эльфов. В обществе, где удар в спину является наиболее частой причиной смерти даже среди относительно законопослушных личностей, это чего-нибудь да значит. Но то, что он подозревал всех и вся, вовсе не делало его замкнутым, угрюмым и необщительным. Для того, чтобы лучшим образом реагировать на великое множество потенциальных угроз, требовалось поддерживать хорошие отношения с невероятным количеством самых разных персон. Офицеры и рядовые городской стражи, коллеги-контрабандисты, представители криминалитета, аристократы из младших ветвей благородных кланов, жрицы мало-мальски влиятельных храмов, торговцы рабами, наемники и редкие под землей гости из людских держав…Очень-очень многие из них получали в свое время от контрабандиста дорогие памятные подарки, вместе кутили с ним или вкладывали в его бизнес свои капиталы. И не были против при оказии и повторить сей занятный опыт, обогативший их приятными впечатлениями или золотыми монетами. А потому пеклись о здоровье и благосостоянии контрабандиста, если не являлись по какой-то причине прямо заинтересованы в обратном.

Когда прислуживающая в таверне рабыня внезапно прервала его тревожные размышления и подала на стол блюдо из правильным образом приготовленной ядовитой рыбы, Рилд нисколько не удивился. Хозяин и повар данного заведения был должен контрабандисту. И знал, что если тот вдруг куда-то неожиданно исчезнет, то на его голову в гильдию убийц придет заказ. Уже оплаченный, дожидающийся своего времени у какого-нибудь посредника. А то и не одного. И потому охотно принимал весточки для дроу, промышлявшего запрещенными в государстве темных эльфов товарами. Причем передавали их ему не записками или устными сообщениями, которые было слишком легко заметить окружающим. Нет, они общались на языке заказываемых блюд и экзотических приправ. Рилд Ланет долго и кропотливо создавал себе репутацию изысканного гурмана. Хотя нельзя сказать, чтобы поддержание данного образа ему совсем не нравилось.

Только лишь бросив взгляд на глубоководную рыбу, из которой повар заботливо вырезал ядовитые железы и вставил вместо них лимоны, Рилд допил свое вино и проверил, как лежат в рукавах отравленные метательные кинжалы. Красный перец поверх глаз выпотрошенной жительницы моря повар насыпали только в одном случае. Если сообщение приходило от самого надежного партнера контрабандиста, прикрывавшего его от немногочисленных законов общества дроу. А в случае нужды оказывающего силовую поддержку. И регулярно забирающего половину прибыли. Его старшей сестры. Матриарха клана Ланет, якобы мечтающей получить голову блудного брата на блюде. На самом-то деле между ними существовали весьма теплые отношения, скрепленные взаимной выгодой. И если бы Лирсее Ланет все-таки принесли вышеуказанную часть тела кровного родственника, убийц бы она обязательно публично наградила. И отдала бы втихомолку приказ ликвидировать их к следующему вечеру. По мелочам полноправная правительница далеко не самого последнего клана темных эльфов не разменивалась. Если она сообщала, что надо драпать и прятаться, то Рилд мгновенно пытался слиться с местностью. А после осторожно мигрировал к какой-нибудь из самых надежных своих берлог, стараясь передвигаться бесшумно и ни на миг не выходить из состояния невидимости.

— Кто и почему? — Вопрос стучался в мозг темного эльфа, бросившего на стол несколько монет и принявшего смещаться в сторону выхода. Но как не напрягал память Рилд, ему не удалось вспомнить за собой в последнее время каких-нибудь действий, из-за которых крайне влиятельные дроу могли захотеть разделаться со скромным контрабандистом. — Впрочем, неважно. Сестра предоставит все известные ей сведения, заставившие поднять тревогу. И поможет закончить начавшийся конфликт тем или иным образом.

Однако так просто покинуть таверну контрабандист уже не успел. Двери распахнулись от сильного пинка. Завсегдатаи этого места, большинство из которых живущие наверху людские священники могли с полным на то основанием объявить истинными порождениями зла, как по команде развернулись к тем, кто осмелился вломиться в их уютное и укромное логово. Патруль сил правопорядка, если бы составляющие его стражники вдруг дружно сошли бы с ума, имел все шансы из этого места обратно живым не выйти. Не говоря уж о прочих существах, менее безобидных, чем дюжина бойцов, усиленных магом и парой всадников на хищных ящерах. Обитатели городского дня пристально посмотрели на вошедших…И сделали вид, что они очень заняты собой, едой, судьбой мироздания и прочими подобными вещами. Втекавшие в двери темным ручьем жрицы храма Ночи могли зайти куда угодно. Тем более таким составом. Два десятка прекрасных и опасных ведьм, одетых лишь чуть менее скудно, чем местные рабыни, могли хоть в преисподнюю спуститься. И большинство тамошних обитателей от них бы постаралось убежать как можно скорее и как можно дальше.

— Он? — Старшая жрица, отличавшаяся от подчиненных выкрашенными светящейся белой краской волосами, смотрела прямо на Рилда. При взгляде на неё контрабандист почему-то вспомнил мать…И сразу же решил, что лучше вскроет себе горло тупой ложкой, чем попадется в её руки. Чтобы занять высокое место в иерархии темных эльфов требовалась сила. Ну а сохраняли его, как правило, при помощи жестокости. И служительницы храма Ночи в последней могли дать большую фору любым другим дроу. Разве только обитательницы храма Паука могли превзойти их в изощренности по части причинения страданий. Даже поклоняющиеся Змее и то убивали своих жертв куда быстрее. Ну, максимум на третьи сутки пыток.

— Он. — Утвердительно кивнула другая жрица. В ней контрабандист мгновенно узнал одну из своих многочисленных подружек, с которыми иногда проводил ночи и устраивал взаимовыгодные сделки. Конкретно у этой расценки на её благосклонность были весьма высоки. Не меньше трех молодых и полных сил рабов требовалось, чтобы обитательница столичного храма Ночи из злобной фурии превращалась в ластящуюся кошку. Но это стоило того, ведь только она могла продать уникальные шедевры магии крови, крайне высоко ценящиеся на поверхности. Или сделать выписку из какой-нибудь библиотечной книги, за одно лишь хранение которой служители светлых богов могли сжечь живьем всю семью, владевшую запрещенным гримуаром.

— Не я! — Панически крикнул Рилд, выпрыгивая в ближайшее окно. Хрустнули слюдяные витражи, пропуская сквозь себя тренированное тело. Лететь вниз было не так уж и далеко…Однако тело контрабандиста против всех законов природы рвануло к небесам титанической пещеры. Левитационные артефакты были в обществе темных эльфов весьма ходовым товаром. А контрабандист всегда носил с собой их как минимум три. От разных производителей. — Чтоб ты облыселаааа!

Падающий вниз камнем дроу, чьи артефакты вдруг перестали работать, не мог точно определиться, кому он это сказал. Не то своей подружке, не то той старшей жрице…Скорее всего все-таки собственной сестре, стоящей под окнами таверны вместе с еще десятком дроу и кем-то еще. Кем именно темный эльф разглядеть не успел по уважительной причине. Он приземлился и застрял. В цепкой и липкой паутине, которую оперативно наколдовали служительницы темных богов, не желающие дать своей жертве отправиться на тот свет раньше срока. Ну и заодно она заткнула контрабандисту рот, чтобы его дальнейшие мольбы, проклятия и угрозы не отвлекали женщин от их несомненно важных дел.

— Ты уверена, что он справится, порождение плоти моей? — Произнесший эти слова женский голос Рилду знаком ну совершенно точно не был. Но то, что отвечать принялась его сестра, контрабандиста изрядно ошарашило.

— Да, о могущественная. — Голос матриарха, персоны по определению ни перед кем не склоняющейся, был исполнен подобострастного почтения. — Более изворотливого, умелого и пронырливого лазутчика, способного найти и добыть искомое любым путем, мне неизвестно. И он одной крови со мной, пускай и мужчина.

— Могущественная. А мы значит порождение её плоти… — Мысли забегали в голове у Рилда, словно вспугнутые визитом кошки в амбар мыши. — Но у нас нет живых родственников женского пола старше Лирсеи! Остаются неживые. Душа матери находится в сокровищнице, запечатанной в рубин. Да и узнал бы я её. Бабка погибла без надежды на хоть какое-то возрождение в зубах высшего демона. Прабабка! Точно, она! Добилась одного из высших постов храма Ночи при жизни, а после переродилась! Её же еще при отражении атаки клана Черных Клинков призывали!

— Переверните его! — Скомандовала непререкаемым тоном дроу, которой отчего-то не сиделось спокойно во владениях Ночи вместе с душами других последовательниц этого культа. — Смотри на меня, ничтожество!

— Слушаю и повинуюсь. — Покорно пробубнил дроу прямо в перекрывающую ему рот паутину, внимательно рассматривая ставшую слугой Ночи родственницу. Тем более в этой ипостаси он её еще не видел. На защиту клановой цитадели явилось нечто лишь отдаленно напоминающее гуманоида и состоящее из ощетинившегося во все стороны иглами мрака. Этот импровизированный ежик в одиночку контратаковал по направлению главного удара, уничтожив и обратив в бегство десяток низших жриц, столько же магов и сотни полторы воинов с зачарованным оружием. Сейчас же перед контрабандистом стояла в целом обычная темная эльфийка. Только вместо глаз у неё плескались глубокие омуты мрака, а её светящиеся белые волосы непрестанно шевелились в отсутствии ветра.

— Тебе будет дано поручение. Очень важное поручение. — Кровная родственница, ставшая слугой темного божества, одним движением содрала паутину с губ своего потомка. Они лопнули в нескольких местах, но мужчина-дроу не посмел издать даже и единого звука боли. Опасался рассердить свою прабабушку и познать в этом случае настоящие муки. — И если ты провалишь его и подведешься меня, судьба твоя будет ужасна!

— Исполню все! — Твердо пообещал Рилд, прекрасно знающий, такими вещами темные жрицы не шутят. Тем более те из них, кому выпала честь стать бессмертной и вечной слугой своего божества. А иначе их начальство может решить, что им не нужны такие слюнтяи среди подчиненных.

— Верю. — Несколько расслабилось и снизило накал принявшее обличье высшей жрицы существо. — Расслабься, мальчик, я не так уж безумна, чтобы требовать невыполнимого. Поможешь вот этому чужаку в его делах и свободен. Можешь даже в храм прийти и награду взять, там тебя не обидят. Я распоряжусь. Или с сестры её стребуешь, тут уж сам разберешься. Так показать, что будет в том случае, если мне не доставят удовольствия твои действия? Или ты пока не хочешь на своей шкуре узнать, чем так славно абсолютное небытие?

— Вы будете гордиться моими делами. — Ответил Рилд официальной фразой, применяемой при общении с матриархом. Одновременно краем глаза он косился на вышеупомянутого чужака, которого поначалу просто проигнорировал. Увидь он его на улице и счел бы чьей-то химерой, прячущий рабский ошейник и клеймо в толстых складках кожи. Если бы умудрился не заметить свиту, безмолвно стоящую у него за спиной.

Человек…Вернее, относительно человекоподобное существо. Напоминающее гибрид представителя людской расы с… Каким-то червем? Вытянутое тело десяти шагов в длину и пяти в поперечнике было слишком толстым и коротким, чтобы заслуживать название змеиного. К тому же покрывавшая его на манер тоги светло-серая ткань не могла скрыть прячущихся под ней огромных пластов жира. Две неявно выраженные конечности упирались в землю и тем приподнимали относительно привычного вида грудь чудовища вверх. От сросшихся вместе когтистых пальцев, глубоко ушедших в мерзлый грунт, во все стороны расходился морозный пар. Не нужно было быть дроу, чтобы узнать в нем проявление демонических сил, ведь не зря же одним из титулов владыки преисподней являлся «Хозяин Черного Льда». Голова данного существа была, пожалуй, самой приятной на вид его частью. Обычная, человеческая, совсем даже не страшная. Ну, максимум слегка уродливая из-за низкого лба, маленьких глаз и торчащих в разные стороны грубых жестких черных усов.

— Надеюсь на это. — Бывшая полноправная властительница клана Ланет начала растворяться в воздухе, уходя из этой реальности. — Учти, если чего, я-то выкручусь. А вот ты, потомок, из-за нашей родственной крови никуда не сбежишь…

— Прости. — Тихонько прошептала контрабандисту сестра, уничтожая паутину…Хотя, скорее всего, теперь его следовало назвать бывшим контрабандистом. После такого представления вновь делать вид, будто он никак не связаны с правящими кругами Шарозана станет затруднительно. Или наоборот, вести дела станет легче, поскольку клиенты не будут тревожиться о его каналах сбыта запрещенной продукции? — Но либо ты, либо я…Других исполнителей её воли наша могущественная покровительница бы не приняла. Не в этом случае.

Исчерпав все свои запасы совести и заботливости по отношению к родственникам, матриарх развернулась и отправилась не иначе как в свою резиденцию. Компанию ей составило и большинство жриц Ночи, выключая и вышедших из таверны.

— Слушаю и повинуюсь, могущественный. — Поспешил согнуться в поклоне Рилд, изящным поворотом разворачиваясь к безмолвно стоящему…Лежащему? Существу. Тот его слов, впрочем, даже не услышал. Был слишком занят рассматриванием столицы темных эльфов и тех, кто в ней проживал. Причем заметившие интерес к своим персонам дроу, считающие убийство чужаков за косой взгляд достойным поступком, буквально испарялись куда подальше от его взора. И даже почти умиравшие от истощения, ран и болезней рабы под ним словно обретали второе дыхание и крылья на пятках. Их можно было понять. Три младших жрицы, стоящие за спиной монстра, сжимали в руках оранжевые полотнища слегка светящихся флагов. И более наглядных доказательств мощи и опасности этого существа никому обычно уже не требовалось.

Во владениях темных эльфов все, кто не являлся дроу, носили опознавательные знаки тех кланов или клановых союзов, которым они платили за защиту. Внешний вид их определяли полезность и нужность данных существ. За убийство «не того» чужака матриархи могли жестоко покарать своих подданных, ввергнувших их в убытки или разборки с коллегами. Повязки полагались обычным данникам, слугам или партнерам. Небольшие флажки — тем, за кого не поленится вступиться тот или иной аристократ. Полотнища флагов обозначали покровительство целого клана и таскать подобный символ полагалось не самому важному гостю, а кому-нибудь из настоящих темных эльфов…Но сильнее чем форма окружающих пугали цвет и количество обвисших на древках знаков. Оранжевый окрас полагался лишь тем, кому защита дроу на землях дроу в принципе не нужна. Он и без неё проживет прекрасно. А вот вставшие на его пути быстро подохнут. Стоящие за спиной гостя послушницы храма вовсе не защищали его от угроз, хотя и были обязаны находиться при чужаке неотступно. Они следили за тем, чтобы эта персона втихомолку ни на какого не напала. Ну, во всяком случае, ни на кого важного. И не допускали до чужака идиотов, способных рассердить существо, имеющее шансы уничтожить не меньше трех кланов дроу одновременно. Именно существо, не какого-то там мутанта, метаморфа или иного какого просто смертного. При всех своих достоинствах прабабка Рилда, способная разорвать в прямой схватке большинство демонов, не имела права претендовать больше чем на одно такое украшение. Клан темных эльфов не мог быть маленьким и слабым. Если дроу переводили свои тексты на надземные языки, то упорно использовали в качестве синонима к нему слово «государство».

— Сбылась мечта идиота. — Губы монстра, разошлись, исторгнув из себя слова неизвестного никому в этом мире языка. Органично сочетающие друг с другом звуки, наверняка несущие в себе неимоверно ужасный и непостижимый для простых смертных смысл, заставили темных эльфов испуганно вздрогнуть. — Попал я на женский нудистский пляж, куда старухам и колобкам вход воспрещен…И даже не моржом-оборотнем, размером с чертов «Титаник«…Всего лишь уродцем, застрявшем на середине трансформации в нормального человека! Каким-то гребанным Джаббой-Хаттом!

Глава 4

Мне не нравился этот город. Казалось бы, чего не так? Тысячи прохожих, спешащих по своим делам. Широкие, чистые, прямые улицы, брусчатка на которых укладывалась настолько качественно, что впору было перепутать её с асфальтом. Искусственный свет, исходящий от полной копии ночного неба на потолке, окон многоэтажных строений, рекламных вывесок и натыканных тут и там фонарей превращал вечную ночь в сумрачный день и даже навивал воспоминания о родине. Постоянно мелькающие на периферии зрения полуголые девицы, искренне считающие мини-юбки рабочей формой одежды, также выглядели весьма эстетично. Среди эльфиек вообще на пару десятков фотогеничных особ найдется хорошо, если одна, успевшая под гнетом столетий растерять природную красоту. Ну а то, что они были темные…Так я вроде бы не расист. Для большинства тех мужчин, кто родился в России, с её подчас самыми невероятными смешениями рас и народов, происхождение симпатичных женщин вообще обычно никакой роли не играет.

Однако приятные впечатления от магического мегаполиса, являвшегося столицей подземного царства дроу, серьезно портили некоторые особенности его обитателей, на которые закрывать глаза никак не получалось. Я давно уже не подхожу под понятие «хороший человек», поскольку не могу уверенно причислить себя к роду хомо сапиенс, но местные порядки серьезно коробили душу. Или то, что полагается вместо неё бывшим темным магам, умудрившимся сменить мир своего обитания, прикончить тучу народа и стать игрушкой одной далеко не самой доброй богини. Вот старый раб тащит из последних сил корзину с покупками. Или не старый, а просто седой? Не знаю. Но на его спине, не прикрытой даже лохмотьями, видна мешанина из старых и свежих шрамов, оставленных не иначе как кнутом. Из храма, возвышающегося над всеми окрестными строениями, доносятся вопли боли. Если развернуться к нему лицом, то можно будет полюбоваться на жриц темных эльфов, медленно вытаскивающих кишки из своего светлого сородича, каким-то образом угодившего в их изящные ручки. Причем зрелище, проводимое на особой открытой взглядом площадке, пользуется искренней любовью и восхищением собравшейся на представление публики. Мальчишка-глашатай лет пятнадцати, тоже темнокожий, но судя по нормальным ушам и ошейнику не дроу, а просто негр, зазывает прохожих на гладиаторские бои. Другой уличный крикун вовсю рекламировал сапоги из кожи ящеролюдов. Те, конечно, были далеко не самыми приятными существами, однако же несомненно обладали разумом. И даже числились гражданами завоевавшей их невесть когда человеческой империи и исправно платили ей налоги. Из окна таверны, где для меня выловили проводника, доносятся затихающие мольбы о пощаде вперемешку с запахом крови. Короче, не нравился мне этот город. Не нравился и все тут!

— Есть здесь место, где мы могли бы обсудить предстоящее дельце и твою награду без лишних ушей? — Уточнил я контрабандиста из числа аборигенов подземного царства, помощью которого пришлось довольствоваться за отсутствием в этом мире такой профессии как частный детектив. Профессиональный специалист по розыску пропаж подошел бы лучше, но остается надеяться, что и эрзац-замена справится. Все-таки ищем мы человека, а не иголку в стоге сена. И за восемь месяцев, что прошли с момента нашей последней встречи, он не мог не засветиться. Ну не та это личность, чтобы вести себя тихо и спокойно! — А также, разумеется, твою награду. И было бы совсем хорошо, если там окажется бассейн, куда меня можно будет погрузить целиком.

— Разумеется, Великий. — Похоже данный экземпляр дроу не до конца отошел от процедуры своего захвата…Весьма зрелищной, надо сказать. Вот сразу понятно, что всем здесь заправляют бабы. Стал бы нормальный мужик вместо тихой, мирной и почти рутинной операции по склонению к сотрудничеству по определению продажного контрабандиста устраивать целое представление с криками, битьем стекол и визитом местного аналога ОМОНа? Зрелищности много, королевы в восхищении, народ в шоке. А здравый смысл медленно ползет в сторону самой глубокой местной шахты, плача горючими слезами и надеясь похоронить себя там за плинтусом. — Прикажите вызвать для вас паланкин?

Мда…Ну вот она, заветная цель всех чернокнижников. Можно сказать, что как темный маг я добился успеха. Силы — больше чем у какого-нибудь круга колдунов, могу часами энергоемкими заклятиями разбрасываться, а не вываливаю язык после двух-трех минут активного чудотворчества. Окружающие при виде тебя трепещут, испытывая страх и разумное опасение за собственную шкуру. Старость вроде как не страшна: демоны, духи и прочая сверхъестественная братия с годами только крепнет. Раны зарастают на глазах. О болезнях физического тела вообще забыть можно начисто. Только чего же мне так не радостно то? Хочется с горя пойти и напиться. Вот только никак не могу решить, алкоголем или кровью тех тварей, которые меня и двух моих лучших друзей во все это втянул. Склоняюсь все же к последнему варианту, жаль нет возможности его осуществить. Пока нет. Слишком занят спасением тех, с кем вместе вырос, не раз рисковал жизнью и дружно вляпался в по-настоящему плохое мистическое дерьмо!

— Не стоит. — Я приметил взгляд, которым темный эльф зацепился за мое царапающее о брусчатку брюхо, плавно переходящее в сросшиеся ноги. Или все-таки хвост? Никогда не было особого дела до анатомии ластоногих…До тех пор, пока одна стерва с божественными возможностями не превратила хорошо развлекшего её смертного в моржа. Впрочем, по мнению большинства окружающих этобыло великой честью. Я ж теперь не кто-то там, а аж целый Морской Хранитель! Существо могучее, волшебное, теоретически имеющее прямую связь со своим небожительствующим начальством и даже условно бессмертное. Вот только с передвижением по поверхности земли зверушка с подобной анатомией волей-неволей испытывала сложности. И уж точно подобный процесс не мог являться комфортным. — У меня не так уж плохо получается летать. Вернее, леветировать, если ты понимаешь разницу.

— Рискну ли я предположить, что в целях маскировки вы можете… — Осторожно начал издалека идущий по улице с видом великомученика контрабандист, которому явно хотелось предложить мне нечто важное.

— Более гуманоидоподобный облик не приму. — Отрезал я, ловя краем глаза свое отражение в кусочке стекла и едва удерживаясь от зубовного скрежета. Летающая жирная туша весом тонны на три-четыре выглядела просто отвратительно. Не человек, не морж, нечто среднее. Кожа была почти нужного цвета, но свисала складками и по фактуре больше напоминала брезент. Хвост периодически начинал дергаться вниз и вверх, когда по сознание по старой привычке начинало пытаться переставлять отсутствующие ныне ноги. Лицо еще более-менее оставалось моим, но веник жестких как проволок усов вызывал острое желание выжечь к чертям эту мерзость. Хорошо хоть одежда теперь есть! Феон, когда очнулся, метнулся в город и раздобыл где-то тогу, мало уступающую его собственной. Изделие явно не первый век зачаровывавших вещи светлоэльфийских мастеров растягивалось в невообразимых пределах, имело кучу кармашков и даже могло самостоятельно заращивать дыры. Магию, правда, жрало как не в себя. Обычного колдуна подобный «шмот» выдоил бы досуха минут так за сорок. Видимо изначально и делалась в расчете не на людей, а на кого более энергоемкого. — Мне и так боязно, что если вдруг чихну, то вернусь к своим истинным размерам…И сразу снесу пузом штук пять-шесть близлежащих зданий.

Контрабандист кинул взгляд себе за спину на таверну, выглядящую достаточно монументально. В четыре этажа, каменная, на вид стоящая как бы не крепче, чем большинство укрепленных усадеб, гордо зовущихся рыцарскими замками. Потом явно прикинул расстояние до соседних строений, мало уступающих заведению культурного досуга по своим техническим характеристикам. Произвел в уме нехитрые вычисления и слегка побледнел, осознав, как близко находится к состоянию раздавленной в кровавый блин по неосторожности лепешки. Темные эльфы и те, кто комфортно чувствовал себя в их столице, мирными овечками никогда не являлись. А потому междоусобных войн, погромов, бунтов рабов и просто драк с применением боевой магии улицы мегаполиса видели больше, чем у их долгоживущих строителей имелось волос на головах. Соответственно и требования к архитектуре предъявлялись достаточно строгие. Дом, не способный выдержать хотя бы один штурм, априори являлся халупой. Впрочем, для меня разница между ними все равно оставалась несущественной. Не знаю, сколько тонн теперь вешу в своем как бы основном облике…Но парусные океанские корабли дальнего плавания, к которым подплывал, были меньше. Немного.

— Если позволите, то свое гостеприимство вам мог бы предоставить храм. — Вдруг влезла в наш разговор одна из младших жриц, которая теперь будет всюду таскать за мной флаг. Ну и шпионить, чего уж там…Впрочем, я изначально не предполагал проведения в ближайшем будущем тайных операций. Какая уж тут личная разведывательно-диверсионная деятельность, если ты в большинство дверных проемов банально не войдешь? Ну, если только выворотив косяк и половину стены. — Раз вы состоите в союзе с шагнувшей-в-ночь, то мы безусловно должны оказывать вам помощь.

— Не сказал бы, что наши отношения можно назвать союзом. — Фыркнул я, припомнив обстоятельства знакомства с переродившейся дроу. Тогда мне очень удачно удалось трансформироваться, вернувшись обратно почти к человеческим габаритам, и даже получилось притормозить непроизвольный процесс насыщения собственной ауры магической энергией. Нет, дураку было ясно, вынырнувшее на подземный причал существо не просто разжиревший морж-мутант. Но перерожденная дроу, незримо контролирующая один из портов темноэльфийского народа на предмет сбора дани с заплывших в гости духов, демонов и прочих подобных сущностей, обманулась нелепым обликом и на свою беду решила понаглеть. — Скорее мы просто заключили сделку. Она выдает гостевую визу и помогает мне с тем, чтобы легально и без лишних сложностей работать среди вашего народа. Я не сглатываю и даже открываю рот, чтобы она могла вылезти наружу.

Носительница флага выпучила глаза, поперхнулась воздухом и едва не выронила полотнище на длинном флагштоке, которое чем-то провинившуюся дроу заставили носить за подозрительным чужаком. Подозрительным, щедро оплатившим таможенный сбор и одновременно достаточно опасным, чтобы без особой нужды с ним связываться.

— Эй, падаль, это гостиница а не хлев, со своими свиньями сюда нельзя! Тем более, если они безногие инвалиды! — Пока я предавался размышлениям, наш маленький отряд добрался до какого-то здания, которое значительн отличалось от окружающих своим архитектурным стилем. Большая часть местных строений походили на более-менее правильной формы цилиндры с окнами на все стороны света и плоской крышей с парапетом, из-за которого удобно отстреливаться. Но это являлось практически классической пирамидой, сложенной из массивных даже на вид каменных блоков. Причем вход в неё охранялся…Гм…Ну, наверное троллем. Грязно-бурая массивная фигура четырех с лишним метров высоты щеголяла почти полным отсутствием одежды и волос, если не считать засаленные меховые трусы. Но зато у неё имелся здоровенный двулезвийный топор, которым чудовищный гуманоид сделал ложный выпад в нашу сторону. Тусклое темное лезвие, покрытое подозрительного вида пятнами, вспороло камень в паре сантиметров от ног проводника. Кстати, подобных отметин там было немало. Видать часто здоровяк развлекается. — Или это у вас мясной червяк-переросток? И сколько стоит отрезать от него ломоть сала?

— Мы — клиенты! И у нас есть рекомендации от Храма Ночи! — Важно заявил свежеотловленный контрабандист, после чего бросил взгляд на меня…И как-то странно изменился в лице, ощутимо посерев. Если не ошибаюсь, у негров и дроу подобные цветовые метаморфозы являются аналогом смертельной бледности. Я его так напугать смог бы вряд ли, все же вид имею скорее уродливый, чем страшный. Хм, может у нас что-то за спиной? Да вроде нет ничего, только улица пустая. Совсем пустая. И ни следа трех художественно раздетых темных эльфиек, таскающих с собой здоровенные светящиеся тряпки на длинных палках.

— Ха, ну тогда покажи мне её, клиентушка, — расплылся в улыбке гигант, делая пару шагов вперед и обнажая в кровожадно-радостной улыбке неровный и местами обломанный частокол клыков. — И давай быстрее. Или я решу, что кто-то здесь хочет впустую побеспокоить мою госпожу. А она не любит, когда его тревожат без веских прич…

Новый взмах его топора должен был свистнуть в паре сантиметров от моего лица. Должен был, но у меня имелись другие планы. В этом мире вообще, да и в подземном царстве темных эльфов в частности, лучшим способом ведения диалога являлась диктовка своих условий с позиции силы. А без начищенной физиомордии собеседника попытки быть вежливым или жить дружно обычно принимались за слабость, после чего немедленно появлялись желающие тебя надуть, ограбить, ну или просто сожрать. Со всей дури я постарался толкнуть этого монстра в грудь, на пару секунд вернув правой руке истинные габариты. По идее даже нежный и аккуратный шлепок ладонью-ластом, размером с чертов железнодорожный вагон, заставил бы здоровяка прилечь отдохнуть прямо у стен охраняемой пирамиды. Увы, собственный контроль за массой тела оставлял желать лучшего, вместо одной конечности организм увеличился весь.

— Уй. — Только и смог сказать гигант, когда его боднула моя голова. К истинным габаритам я все же не вернулся, но внезапное разбухание в пять раз без последствий не осталось. Рука долбанула в гладкую каменную кладку пирамиды полутора метрами правее цели, оставив после себя здоровенную выбоину, но зато передней частью резко повысившего объем тела уродливого привратника впечатало в строение. Наверное, со стороны это смотрелось чем-то похоже на бросок раздувшей капюшон кобры. Если бывают змеи, страдающие целлюлитом и таранящие своих обидчиков головой. Да и не только обидчиков, условному союзнику тоже досталось, хоть он и умудрился в последнюю секунду непонятным образом отскочить, заменив лобовой удар на боковое столкновение.

— Чтоб ты постарелааа! — Непонятно кому пожелал отлетающий куда-то в сторону дроу. Поскольку масса наших тел различалась более чем на порядок, сообщенный ему краешком морды импульс заставил субтильного контрабандиста удалиться довольно таки далеко. Причем преимущественно кубарем и подметая собой мостовую.

— Шта?! Насмерть, гадюка?! — Возмущенно ахнул я от боли, пытаясь скосить глаза к переносице и разглядеть середину собственного лба, в котором плотно засел топор. Оружие явно было артефактным, раз смогло прорубить дубленную шкуру и пустить мне темную, почти черную кровь. Одним из немногих преимуществ моржа-оборотня являлась на редкость прочная шкура, в которой вязли гарпуны китобоев и метровые стрелы корабельных баллист. И даже при трансформации в более-менее человеческий облик приобретенная толстокожесть никуда особо не девалась, был случай убедиться…Впрочем, мои физические кондиции не совсем соответствовали телосложению уже тогда, когда я только-только в себе дар темной магии открыл. Любой инквизитор подтвердит, что чернокнижники есть скотины аномально живучие. А еще частенько могут похвастаться запредельной силой, неутомляемостью, шарнирностью выворачиваемых как им угодно суставов, высоким сопротивлением враждебной магии и прочими интересными вещами. — Ну, все, зеленый, теперь ты действительно попал!

Поскольку превратившиеся в ласты руки для вытаскивания топора подходили слабо, я постарался оружие владельцу вернуть методом занесения оставшегося лезвия в его же плоть. Судя по ощущениям, в мою кость трофейная секира все же не впилась, а значит можно не опасаться загнать её неловким движением слишком уж глубоко. В богатырском замахе, призванном воткнуть обоюдоострое оружие владельцу куда-то в район грудины, аж шея хрустнула. Вот только этот тролль был каким-то нетипично ловким. И, похоже, даже не троллем. Во всяком случае, я раньше не слышал, чтобы эти зеленые громилы могли телепортироваться метров на двадцать в сторону, напоследок оставляя после себя вонючее облако, в котором мельтешила какая-то подозрительного вида пакость.

— Морской хранитель, как я и думал. — Зеленый громила, внезапно встретивший противника значительно больше себя, пугаться и не подумал. Напротив, он расплылся в столь довольной улыбке, будто выиграл в бесплатной лотерее миллион. Топор с хрустом вывернулся из моего носа и самостоятельно полетел в руку противника на весьма приличной скорости. — Кто еще кроме вашей братии может так вонять одновременно рыбой и силой?

— Демон Грязевого Болота. — Наконец-то опознал я одного из обитателей местного ада, едва-едва удерживаясь от желания бросить все и начать яростно чесаться. В вонючем облаке, которое напоследок выдал соперник, чьи многочисленные бородавки будто взорвались изнутри, остались извиваться сотни маленьких червячков. Эта летающая пакость большей частью осела на землю и там затихла, но не меньше трети её зацепилось за мою шкуру. И теперь старательно пыталась прогрызть себе пусть внутрь, шустро орудуя неожиданно сильными для таких малявок челюстями. Самой страшной частью здешней преисподней заслуженно считалась ледяная пустыня, где жили архидемоны, но имелись там и более теплые регионы. Тварь, что стояла напротив, очевидно относилась к обитателям вечно булькающей трясины, печально известным за свою способность распространять повсюду обитающие в их теле болезни и плодиться с просто ошеломительной скоростью. — Не могу сказать, к какой из разновидностей инфернального биологического оружия ты относишься. В сортах навоза не разбираюсь. Хотя может и стоило бы. Что-то частенько последнее время мне приходится давить разных отродий Сарка как вонючих клопов!

— Смелые слова для того кто уже проиграл и находится в моей власти! — Ощерился демон и сочащиеся гноем бородавки на его теле налились зеленым светом, а грызущие мою плоть черви, получив энергетическую подпитку от своего хозяина, принялись стремительно эволюционировать. Они росли со скоростью около миллиметра в секунду, начали покрываться чем-то похожим на шипы и даже стали выделять какую-то едкую слизь.

— Знаешь…На людях твои паразитические фокусы, наверное, неплохо работают. — Я плюнул на относительную конспирацию и использовал волшебство. В своем любимом, и по правде говоря, почти единственном стиле. Совместив в единое целое собственное желание и полноводную реку…Да что там реку — океан доступной мне магии! Откликнувшаяся на призыв сила окутала громадное тело, вымораживая и разлагая заживо успевших лишь за несколько секунд надоесть хуже горькой редьки паразитов. И, наверное, такую концентрацию негативной энергии в одном месте более-менее опытный чародей мог почувствовать даже с другого конца города. — Но интересно мне, как часто ты пытался использовать их в драке с равным или куда более сильным противником? Чтобы причинить мне действительно серьезный вред твоим червячкам понадобится слишком много времени. Х-Ха!

Выдох, вместе с которым вперед устремилась вся накопленная мощь, ударил по демону обжигающе-холодным черным ветром. Телепортироваться вторично он попытался, но выбрал для смещения очень и очень неудачную траекторию. Идеальную прямую, лишь отдалившую его еще метров на двадцать. Что ж, благодаря своим усилиям, защитник пирамиды прожил секунды на три подольше. Сначала с него буквально сорвало расползающуюся гнилыми ошметками кожу, затем не успевая начать кровоточить принялось осыпаться промороженным прахом таящее под ней мясо и под конец даже обнажившиеся кости превратились в пыль. Может я и дилетант, может и неумеха, может и тупой варвар…Но зато грубой магической мощи, если не сказать дури, имею слишком много, чтобы обращать внимание на всякие мелочи.

— Мда, кажется, привратника мне придется искать нового. — Констатировал хриплый женский голос у меня за спиной, впрочем, без особых ноток неудовольствия в голосе. Развернувшись, я обнаружил стоявшую в дверях пирамиды сгорбленную сухую старушку, в седых волосах которой застряли какие-то веточки с пожухлыми листочками….Поправка, из седых волос которой прорастала увядшая зелень. Да и общая структура кожи её сморщенного лица больше напоминала кору, чем человеческую кожу. В ауре данной особы причудливо мешалась вся известная палитра энергий, постоянно перетекая из одного состояния в другое. Огонь, вода, жизнь, смерть, природа… — Ну что за напасть? Когда уже кажется мне, что наконец-то нашла толкового слугу, он обязательно начинает чувствовать к себе хорошее отношение и наглеть от безнаказанности. Кстати, милый, с тебя штраф на починку мостовой перед моей гостиницей, если ты после этого представления все-таки соберешься в ней жить.

— А у вас есть номера для постояльцев с моими габаритами? — На всякий случай уточнил я, начиная ужиматься до прежнего относительно компактного состояния. Получалось…Не очень. Требовалось сосредоточиться, отрешиться от ощущений собственного жирного тела, в общем по большей части улететь сознанием в астрал и уже оттуда постараться воздействовать на материальную оболочку своей энергией и волей. Увы, еще не успевшая толком схлынуть ярость боя и необходимость вести диалог сильно мешали процессу.

— Нет, так сделаю. — Безразлично откликнулась старушка, ковыляя до края проделанной моим выдохом канавы и соскребая длинными желтыми ногтями слой покрывшего её инея. А потом, недолго думая, пожилая дамочка отправила добычу в рот. Впрочем, расстройством желудка действительно могущественные маги и ведьмы, не говоря уж о разного рода волшебных существах, страдают редко. Не выживают микробы в их организмах. Отдельные экземпляры даже могут растворить в рекордно короткие сроки мечи, кинжалы и прочий колюще-режущий арсенал, который владельцы необдуманно сунут совсем не в тот живот. — Ммм, какой букет. Покойники, морская вода и черный лед. Давненько я такого не пробовала. Как ты умудрился спереть частицу истинной мощи у кого-то из архидемонов, если не секрет?

Изначально мне и двум моим друзьям была дарована от чьих-то сомнительных щедрот сила, густо замешанная на энергии Смерти. Подобные способности обретают те некроманты, что не ленятся проводить свои ритуалы над свежими трупами. Когда кто-то умирает, душа его уходит…Но оставляет в своем бывшем вместилище нечто вроде отброшенной за ненадобностью периферии, которую если хорошо постараться можно собрать, сконцентрировать, очистить и сделать частью себя, увеличивая собственную мощь. Однако когда меня с моими друзьями угораздило рассердить архидемона, а его в свою очередь в последний момент схватила за руку морская богиня, они немного подумали, поторговались и заключили небольшое пари. Объекты спора разъединяют, лишают большей части ставшей уже привычной магической мощи и засовывают туда, где шансов выжить маловато. За каждого подохшего хозяйка разных соленых водоемов отстегивает младшему из повелителей зла частичку своего могущества. А за сумевшего спастись своими силами смертничка уже он ей передавал свою темную мощь, что иными какими путями черта с два заполучить получится. И часть своего первого выигрыша богиня решила пожертвовать принесшей ей удачу «лошадке» в моем лице.

— Ты не настолько мне нравишься, чтобы я дал ответ на такой вопрос. — Смерил я взглядом старушку, с некоторым трудом все же идентифицируя свою собеседницу как темного друида. Про это ответвление природопоклонников известно мне было немного. В основном то, что их очень не любят во всех цивилизованных землях за регулярно совершаемые кровавые ритуалы. Правда и вытравить до конца почему-то не могут. — Во всяком случае, бесплатно.

— Лучший номер, лучшие девочки и лучшая еда на целый месяц за мой счет? — Тут же предложила добрая бабушка, вход в заведение которой сторожил уничтоженный мною демон. — Но только если ты не будешь жрать постоянный персонал, а ограничишься мясом с рабского рынка. Как я уже говорила, нормальных слуг обучать тяжело и долго.

— У меня довольно скромные запросы и разумные существа в них не входят. Ограничусь простыми фруктами, овощами и мучным. Мяса не надо, ну в крайнем случае чуть-чуть копченых колбас можно. А вот блюдо из рыбы, особенно сырой, надену на голову тому, кто его приготовил. — Я с некоторым трудом добился того, чтобы слипшиеся в единый ласт пальцы вновь разлепились, а после залез рукой в карман, пришитый с внутренней стороны моей тоги. Во сколько мне даже при посредничестве святого обошлась ткань, способная растягиваться и сокращаться в десятки раз, вспомнить дурно…Но лучше уж непомерные расходы, чем вынужденный после каждой трансформации нудизм! — Уверен, вот эта сотня золотых покроет расходы на довольно длительный промежуток времени

Вопреки своим словам, я достал из объемного кошелька не груду монет, а относительно компактный и легкий свернутый в трубочку пергаментный свиток. Впрочем, старушка замене ничуть не расстроилась, ибо гномы-банкиры, выдающие подобные бумажки, ценили свои векселя весьма высоко. И случаи, когда они не могли обменять их обратно на желтый металл, в истории удалось бы пересчитать по пальцам. Даже если выдавший документ финансист умирал или разорялся, тот принимался к оплате любым представителем этого племени.

— Ладно, в таком случае проходи. Поторгуемся потом. — Кивнула ведьма, и вход в пирамиду за её спиной внезапно резко увеличился в размерах. — Кстати, эти с тобой?

— Какие еще эти? — Удивился я, а после, проследив за направлением её взгляда, наткнулся на троицу ведьм. Запыхавшихся, ободранных, потных и почему-то бегущих к нам со своими флагами наперевес аж чуть ли от начала улицы, на которой мы сейчас стояли. — Хм, пожалуй, что так. Но знаешь, я за них платить не буду.

— Значит, станут ждать тебя на улице. — Безразлично пожала плечами старушка, скрываясь в недрах проема. — Были бы кто другие, пустила бы на конюшню, но этих то и тут не съедят.

— Мы! — Выдохнула сама резвая из бегуний, очевидно услышавшая наш диалог. Впрочем, поскольку голос никто особо не понижал, в этом не было ничего удивительного. — Сами! Деньги…Есть. Поручение храма! Должны всегда быть рядом!

— Ну, мне же лучше. — Выдохнул, казалось, сам воздух, поскольку бабулька уже успела уйти в недра своей пирамиды. Недолго думая, я направился следом, необычное строение и его хозяйка успели меня заинтриговать. Чувствовалось в них нечто такое…Опасное. Почему-то сразу становилось ясно, убитый привратник исполнял здесь роль брехливого цепного кобеля. От воров и бродяг сия зверюшка помогает неплохо, но если цапнет кого не того, живо станет новым воротником или свежим шашлыком. А ведь выходец из Гнилого Болота был не слаб, даже более того, весьма силен и опасен. Я еще будучи обычным человеком дрался с ледяными легионерами, рядовыми бойцами местного ада. И пусть на стороне людей тогда было численное преимущество, но мы их уничтожили без особых проблем. А вот этого здоровяка мы бы тогда не забороли. Вероятно, потому он и оказался настолько нагл. Привык, что вне родного участка преисподней, в сторону умеющего телепортироваться на короткие дистанции разносчика паразитов даже косо смотреть побаиваются.

Сразу после порога я на миг окунулся в какую-то вязкую тьму, напрочь глушащую все возможные чувства. Однако даже толком испугаться не получилось, поскольку в следующий момент мрак явно неестественной природы выплюнул меня в богато обставленный холл, только по своим размерам явно превышающий всю виденную на улице пирамиду. Либо обнаружившаяся в пяти шагах от меня старушка умеет сворачивать пространство, либо вместо входной двери у неё стоит настоящий портал. И, кажется мне, что правилен будет второй вариант. Без её ведома сюда не войти. И не выйти. Пол не был застелен коврами, зато оказался покрыт мозаикой из множества геометрических узоров, при необходимости наверняка становящихся опорными линями требуемой магической фигуры. На две неравные части его делила самая настоящая река, в которой среди цветных камешков плескалась рыба. Стены, до которых еще шагать и шагать, блистали просто неприличным количеством полированного черного мрамора. Вдоль них шли кругами галереи, соединенные между собою лестницами. Свет лился из множества расставленных тут и там подсвечников, вернее судя по отсутствию нагара и дыма закамуфлированных под них магических артефактов, аналогичных по принципам работы обычным лампам. Чтобы дотронуться до потолка, неожиданно сделанного из простой земли, обильно утыканной проросшими сквозь неё корнями, пришлось бы лететь метров семьдесят вертикального вверх.

— Я не из тех, кто сдает отдельные комнаты. У меня снимают сразу этажи, на которых вы вольны творить чего угодно и можете без разговоров убить любого, кто не имеет разрешения на вход. Везде по двадцать комнат: тринадцать жилых, один люкс, пыточная, зал для занятий магией, арсенал, столовая, бассейн, стойло для животных. Захотите изменить обстановкуили добавить помещений — возьму за такую услугу почти символическую плату в пару золотых. Свободны три яруса: четвертый, пятый и седьмой. — Чуть обернулась к нам ведьма. — Рекомендую самый верхний. Обстановка и обслуживание везде на одном уровне, а весь низ занят какими-то беглецами из царства Кин, они шумные и наглые. Если пересечетесь на лестнице — почти наверняка подеретесь. Мне не нравится заниматься ремонтом, а вам не понравится сумма, которую я за него запрошу.

— Пусть так, мне седьмой. — Терять время на драки с жителями местного аналога Китая мне решительно не хотелось. Леветировать напрямую, минуя необходимость топать ногами по ступенькам, мы с контрабандистом умеем. Проблемы жриц же меня не касаются. Кстати, о чем это они тут ругаются с единственным в зоне видимости мужчиной-дроу?

— Где вас носило?! — Шипел этот изрядно побитый за последний день тип не хуже любой гадюки. — Из-за того, что вас не было, Великий схватился с одним из стражей госпожи Каменки! И не надо даже заикаться, будто виноват я! Напал бы не он — напал бы кто другой, потому как не было знаков ни слуги, ни принадлежности, ни гостя!

Одним из стражей? Значит есть и другие? Ну, ожидаемо, на такую махину обслуживающего персонала надо много. Причем не только разных горничных и поварих, но и тех, кто в случае проблем быстро утащит в укромный уголок останки клиентов, намеревающихся испортить репутацию заведения или просто не заплатить. Вот только почему тогда кроме этой старушки в зоне видимости никого нет? И почему её аура так сильно сливается с этим местом? Складывается такое ощущение, будто они одно целое и то ли гостиница является продолжением астрального тела старушки, то ли сама бабка есть примерно такой же атрибут строение как стоящие вдоль стен подсвечники.

— Мы застряли! — В голосе ведьмы слышалась злость пополам с паникой. Видимо за допущенный косяк, последствия которого исправлять теперь придется аж коммунальным службам столицы темных эльфов, с неё в родном храме спросят. Причем с пристрастием. — Ты зачем пролез сквозь ограду двора ящеров?!

— Да я всегда срезаю, когда мимо казарм всадников пройти нужно. — В голосе контрабандиста послышалось искреннее недоумение. — Загоны с их питомцами обходить, это чуть не полквартала только в одну сторону топать надо. Да там все ходят! Как вы в том заборе застрять то ухитрились?!

— Мы то вслед за тобой протиснуться могли, а вот флаги — нет! — Последовал яростный ответ. — У них же горизонтальная планка для удержания полотнища в развернутом виде широкая! Даже под углом не пропихнуть!

Черт с ними, с этими ведьмами, но я то тогда как там прошел?! Не помню, чтобы превращал свое леветирование в паре сантиметров над землей в настоящий полет, перемахивая препятствия. Или не выходя из раздумий ухитрился таки ужаться до габаритов, не превышающих среднестатистического темного эльфа?! В принципе мог…Когда последний раз разговаривал с хозяйкой морей, то сравнил Морских Хранителей с ангелами кустарного производства. Однако переделавшая меня под новый формат сущность с таким определением решительно не согласилась и настояла, что ближайшим аналогом её доверенных слуг и любимых игрушек будет скорее джин. А тех, как известно, можно засунуть даже в очень скромную по габаритам бутылку. Главное — хорошо упихивать!

Глава 5

Этаж, который достался мне, располагался под самой крышей. Мда уж, высокие тут потолки. И сразу ясно, что на клиентах не экономят. К выделенной площади прилагалось около дюжины рабов, преимущественно представленных человеческими девушками более-менее юного возраста и восточной внешности. Откуда у дроу вдруг оказалось в плену столько азиатов? Я сколько по этому миру шарахлся, узкоглазые лица встречал буквально считанные разы. Впрочем…Темных эльфов видел еще реже, хотя и много слышал о них. Видимо местные предпочитают ходить в свои редкие набеги на царство Кин, а в не в известный мне регион. Интересно, оно хуже защищено или просто богаче и потому привлекательней?

— Ну что ж, Рилд Ланет, теперь можно и поговорить. — Решил я, после того как разогнал куда подальше обслуживающий персонал и с большим удовольствием плюхнулся в маленький бассейн, занимающий одну из комнат. Держать себя в воздухе мне было не слишком тяжело, но делать это постоянно — раздражает. Примерно так же, как переноска с места на место умеренно тяжелого пакета. Тащить его можно часами, при необходимости меняя руки, но с каждым пройденным километром все больше и больше хочется просто взять и выкинуть. А потому погружение своего массивного и неуклюжего тела в подходящую для него среду, частично убирающую вес, доставило истинное удовольствие. — Кто ты я в общих чертах знаю, твоя сестра успела рассказать. А вот это — залог наших будущих плодотворных отношений. Можешь считать его авансом за свою работу.

— Великий, я не смею… — Уныло затянул контрабандист, с явным сожалением косясь на еще пару векселей по сотне золотых каждый, которые я вытащил из удерживаемого в воздухе кошеля телекинезом.

— Смеешь, смеешь. — Заверил его я, стараясь никак не показать того, как жаль мне расставаться с данной суммой, очень значительной по любым меркам. Мне и моим друзьям сильно повезло, что наш общий дом стоял в одном из прибрежных городов…Будь иначе, разве у моржеподобного уродца получилось бы забрать все наши сбережения и рвануть на выручку товарищам? С другой стороны, реши мы обосноваться где-нибудь в глубине континента и с повелительницей морей вряд ли бы вообще познакомились. И, следовательно, никто бы тут не превратился в ластоногого гиганта. — Да, если ты провалишь дело, ваш храм Ночи тебя накажет. Хотя вряд ли успеет, ведь я сам убью на месте. Однако за хорошую работу положено награждать, если намереваешься получит понравившийся тебе результат. И потом, вдруг тебе в решающий момент денег на служебные расходы не хватит?

— Не смею оспаривать вашу мудрость. — Дроу проворно спрятал ценные бумаги куда-то вглубь своей одежды, до безобразия напоминающей классическое кожаное пальто. — Так что именно я должен сделать?

— Начни с объяснения того, почему именно это место ты счел безопасным и чем оно так хорошо. — Предложил ему я, желая для начала как можно лучше оценить своего собеседника. — Кстати, меня можешь звать Алхимиком. Я привык к этому прозвищу еще с тех пор, когда был человеком.

— Госпожа Каминка, владелица данного заведения, специализируется как раз на том, что предоставляет временное жилье очень особым клиентам. Для которых обычного ассортимента вроде доступных служанок и дорогого вина будет абсолютно недостаточно. — Пожал плечами местный житель. — Демоны, каким-то образом закрепившиеся в нашем плане реальности. Высшие вампиры, решившие переселиться из столь опасного для них надземного мира в наши вечно темные подземелья. Паладины, прибывшие обменять пленников или выкупить какую-нибудь украденную реликвии. Однажды я видел даже, как из этого места вестник Отца Времен выходил. Под нужды постояльцев госпожа Каминка в течении несколько часов может подобрать приятную им обслугу, полностью переделать комнаты выделенного этажа и даже легко воздвигнет малое святилище любой из известных сил…А потом столь же легко и непринужденно его разрушит, каким-то образом избегая гнева божеств.

— Интересно, что ему могло быть здесь нужно. — Задумался я о том, какая необходимость могла привести в такое место самого настоящего ангела, пусть и не земного разрыва. Крылья есть? Есть! Перья белые есть? Есть! Богу служит? Служит! Значит — ангел. Правда, Отец Времен на главного виновника написании Библии походит вроде бы далеко не во всем, ну да я никого из них своими глазами еще не видел, чтобы сравнительный анализ проводить. — Наверное, тоже спасал кого-нибудь. А еще интереснее, кто же такая этаКаминка, раз проворачивает подобные фокусы.

— Насчет силы и способностей её мне известно мало. Однако почему-то никого из её людей разговорить даже у лучших мастеров пыток не получалось. Рискнувших сунуться сюда воров больше никто и никогда не видел. Осторожно сказал дроу. — Когда эту пирамиду пытались взять штурмом во время одной из клановых воин, то никто из находящихся внутри постояльцев атаки более чем тысячи воинов просто не заметил. А сами бойцы вышли отсюда уже в виде очищенных от плоти скелетов, отправились в свой дом и постарались вырезать там все живое.

— Намекаешь, что лучше не связываться? — Задумался я. — Да, пожалуй ты прав. У меня и своих дел по горло хватает, чтобы еще там в какие-то тайны вашей элитной гостиницы влезать. Итак, вот наша цель, которую надо найти.

Вода, выплеснувшаяся из бассейна повинуясь моей воле, приняла облик высокого молодого мужчины с немного восточными чертами лица, и уже в таком виде застыла ледяной статуей. Чуть нахмурившись, я постарался навести на получившуюся скульптуру морок, который придал бы получившейся поделке цвета и дополнительную схожесть с оригиналом. Конечно, в теории внушение следовало бы наложить прямо на разум собеседника, вытащив образ из собственного сознания….Но, боюсь, при попытке обмена информацией без материального носителя мозги дроу случайно выкипят. Или замерзнут. А может быть сгниют. Короче, ну его нафиг такие эксперименты!

— Имя — Артем. Прозвище — Ассасин. Владеет навыками рукопашного боя и холодным оружием выше среднего…Среднего человеческого уровня, пожалуй. До профессионального фехтовальщика или оттачивающего свои приемы сотню лет эльфийского воина все же не дотягивает. — Я задумался, вспоминая тот период, когда сам был внезапно лишен ставшей привычной силы. Возможности у меня тогда упали, а вот гонор нет…В результате был бит, причем неоднократно. Хорошо, что повелительница морей если чего и ненавидела — так это слабость. А потому привлекшие её внимание смертные могли вылечить себя и окружающих практически любые раны, вновь возвращая смертным способность совершать героически подвиги и красиво дохнуть, не справившись с очередным ударом судьбы. — Предположительно сохранил минимальные способности в темной магии и магии духа, но мог их и лишиться полностью. На лице татуировка жреца морской богини, причем настоящая, со всеми вытекающими отсюда последствиями. К покровительнице должен относиться неодобрительно, не стесняясь красочно описывать все позы, в которых он её видал. Впрочем, подобное среди нас не редкость. Даже сама хозяйка морей уверена, что убить её мечтает как минимум каждый пятый из собственных жрецов.

Или Морских Хранителей, как в моем случае. Превращение в полуморжа…Ну, его бы можно было вытерпеть, все лучше чем оказаться проглоченным архидемоном. Однако есть у меня к ней свой счет, оплатить который получится только кровью. Незадолго до того, как мы с друзьями решились провести злополучный призыв, эта тварь забавлялась, наблюдая за кипевшими в вольном городе Колоне страстями. Умеющая полностью превращаться в сухопутного гуманоида радужная русалка мстила за убитую родню, вырезая всех причастных и просто попавшихся на пути людей. Один из моих друзей, Ярослав, серьезно пострадал после стычки с ней, лишившись зрения. В храме морской богини, исцеляющей своих жрецов и последователей от увечий, за её покровительство мне предложили забрать у той, кто послужила виновницей травмы, самую дорогую для неё вещь. Я ловил чешуйчатую террористку и ухаживал за прелестной уличной музыканткой, после долгих ухаживаний сумев таки добиться желаемого. А на следующий день после прекрасной ночи сначала победил в схватке с той, кого так долго искал, а потом оказался вынужден добить женщину, которую лишь совсем недавно целовал. Не из жестокости и даже не из-за ослепших глаз Ярослава, просто попади она в руки окруживших нас людей и ей бы пришлось долго молить о смерти. Не забуду. Не прощу. Никогда!

— Эээ…Великий, вы сказали, надо его найти. — Осторожно начал дроу, обходя созданную мной статую со всех сторон и внимательно её рассматривая. — Но не найти и уничтожить, а найти и притащить вам, я правильно понял?

— В общем, верно, но последнее не факт, что получится. Да и совсем не обязательно так напрягаться. — Кивнул я, мысленно передергиваясь от мысли, чего бы получилось, если бы обратился с поисками нужной мне персоны не к контрабандисту, а скажем, к кому-нибудь из наемных убийц. Они ведь тоже специалисты по выслеживанию нужных целей в некотором роде. И могли сработать по привычному шаблону действий, не имея дополнительных то указаний. — Если скажешь, что ты от его друга — Алхимика, то он на встречу отправится добровольно и с песней. Ну, а если этому чего-нибудь может помешать, окажешь любую возможную помощь и немедленно пошлешь за мной. Прилечу как смогу, а летать при необходимости умею быстро.

— Большую часть по-настоящему влиятельных гостей Шарозана я знаю в лицо. Он не из них точно. — Задумался Рилд, непонятно откуда доставая небольшой лист пергамента…И начиная с невероятной скоростью и четкостью зарисовывать портрет сделанной мною скульптуры. Да уж, неожиданный навык для контрабандиста! С другой стороны эльф все-таки, а они те еще эстеты. — В свите их тоже не мелькал, у меня профессиональная память на лица.

— Боюсь, искать придется не с того конца. — Поморщился я, вспоминая как сам долгие месяцы мерз в бараке, полном уголовников. Хотя далеко не все из них были плохими людьми…Ну да зарекаться от сумы и тюрьмы еще народная мудрость не советовала. У всех возможны роковые обстоятельства или слишком влиятельные недруги. — Увы, в первую очередь придется проверить не верхи, а низы. Рабов, пленников, бандитов и прочий сброд. Несколько месяцев назад Артем должен был оказаться в самом низу социальной лестницы, где наличествует огромный риск для жизни. Однако же и некоторые шансы на выживание у него имелись в обязательном порядке. И он ими воспользовался, если верить магическому компасу с его кровью.

— О, с наличием подобного поискового артефакта дело значительно упрощается. — Оживился контрабандист, видимо прекрасно знакомый с разнообразными магическими приборами слежения. Собственно в том, чтобы зачаровать частичку чьей-нибудь плоти указывать путь к основному организму, ничего хитрого нет. Любая деревенская ведьма справится. Вопрос лишь в точности, дальности и сроке работы получившегося «прибора». — Можно на него взглянуть?

— А вот это вряд ли, он оказался уничтожен. — Я вздохнул, озадаченно потерев затылок. — Но неделю назад Артем точно был где-то в этом районе. Плюс-минус двадцать-тридцать километров. Ваш проклятый город дает слишком много помех для поисковых ритуалов. О состоянии его здоровья судить было сложно, но оно колебалось у отметки «плохо». Однако живым он оставался точно.

— Значит, ищем не только в городе, но и предместьях. А также на наземных фермах. Долго, но можно будет привлечь к поискам кого-нибудь из наемников. — Решил дроу, продолжая зарисовывать портрет. — За пару золотых они обойдут все рабские бараки, не особо интересуясь, зачем нам нужен конкретно этот человек.

Откуда-то снизу донесся жуткий захлебывающийся болью крик. Начался он резко и оборвался внезапно. Как будто проигрыватель вдруг воспроизвел часть записанного кем-то вопля агонии. Или, скорее, на пару секунд приоткрылась дверь в пыточную, снабженную помимо прочего еще и подавляющим лишние звуки барьером. Элитное заведение, черт возьми! Может попробовать сжечь его нафиг вместе с хозяйкой? Карму подобный поступок должен повысить весьма и весьма, если существует какое-то мировое равновесие, в чем я лично сомневаюсь. Разумеется, устраивать акты вандализма стоит лишь после того как найду Ассасина. И расплачусь по всем долгам с друидкой. Спалить гостиницу — это одно, а вот не оплатить в ней счет совсем другое. Не стоит оставлять на своей репутации такие темные пятна, а то будущие деловые партнеры не поймут.

— Не привлекай дополнительного внимания, если это может для нас плохо кончится. — Напомнил я темному эльфу, внезапно увеличиваясь в размерах и нависая над ним буквально со всех сторон. В этот раз изменение габаритов прошло согласно плану, а потому жертв и разрушений не было. Ну, если не считать небольшого количества воды, выплеснувшегося из бассейна и окатившего дроу. — Учитывай риски и помни, на кону стоит в том числе и твоя шкура.

— Выкуп посаженного в общий загон пленника с тем, чтобы перепродать его тем, кто заплатит за него большую сумму, вполне обычное дело. А если текущие хозяева не смогли вовремя оценить истинную собственность своего имущества — сами виноваты. — Несмотря на уверенный голос, контрабандист слегка посерел. Ну да, понимаю…Сложно оставаться спокойным, если с вами спорит кто-то, превосходящий вас раз в десять только по массе. И уже не столь и важно, чисто мышечной или все же жировой. А ведь есть еще и перевес в магической силе, причем куда более значительный. — Регулярно появляются с поверхности гости, которые кого-то выкупают. Раньше существовала даже специальная гильдия посредников, но во время последней войны кланов её уничтожили. А потому сейчас подобными делами могут заняться все, кому не лень.

— Тебе виднее. — Я принялся вновь ужиматься к более-менее приемлемым габаритам. Каждый раз процесс шел хоть чуточку, но легче. Настанет день и вновь в полноценного человека перекинутся смогу. Помнится, хозяйка морей давала мне на это год…Интересно, насколько теперь после её своеобразного благословления смогу опередить график? Или напротив, отстану от него из-за спасательных мероприятий. — Что еще может потребоваться для поисков?

— Возможно, в некоторых случаях понадобится ваше личное участие. Со мной будут разговаривать в Шарозане далеко не все персоны…Но игнорировать кого-то с вашими возможностями, если он вдруг заявится на порог, не станет и матриарх любого из старших кланов. — Решил дроу, продолжая зарисовывать портрет. Бумага в его руке, к счастью, осталась сухой, поскольку поднятая мною волна доставала максимум до пояса. — Хм, какие-нибудь дополнительные сведения кроме внешности можно узнать об этом человеке? Характер, слабости, привычки, фобии, возможные знакомства…

— Смелый, наглый, временами безрассудный, не сказать, чтобы глупый, просто слишком импульсивный. Очень любит женщин. Твою сестру или даже прабабушку мог хлопнуть по заднице раньше, чем подумал бы, какими последствиями ему это грозит. — Ничуть не задумался я о том, как лучше всего охарактеризовать моего друга. — А мог даже подумать предварительно и все осознать, но счесть риск приемлемым и все-таки хлопнуть. Ах да! Возможно пытался выйти на одну из ваших жриц…Как же там её звали, говорил же Окреш…Тьфу, черт, имя забыл! На этой их выпускной сексуальной церемонии она постаралась призвать для участия в оргии ледяного легионера, осталась им немного недовольна и в результате засунула один из своих кинжалов в спину партнеру. Пыталась, кажется, оба, только второй выпал.

— Храм паука, только у них финальные испытания на звание жрицы до сих пор проходят в подобном ключе. — Определил местный житель. — Служительницы Ночи перешли на упрощенный вариант лет двести назад, а поклоняющиеся Змее и вовсе подобных традиций не имели. До выпуска в нем доживает не больше трех десятков послушниц в год, я найду её до наступления следующих суток. Вот только…Великий, прошу простить за наглость, но как именно связаны между собой эти персоны?

— А Ассасин и был тем, кто прибыл через портал вместо вызванного ей демона. — Сдал я своего друга с потрохами. — Не знаю, распознали ли подмену в храме, все-таки внешность он скопировал идеально, но вот сама жрица гарантированно ожидала не его. Потому и начала махать кинжалами…Впрочем, безуспешно. Разыскиваемая нами персона сделала свое дело и беспрепятственно свалила обратно в портал.

— Великий, при всем моем уважении, но притвориться подобным существом и выжить в храме паука — это далеко не слабые возможности в магии смерти и духа. — Осторожно заметил контрабандист. — Я не был на подобных церемониях ни разу…Но если там вдруг появится посторонний, его сразу убьют. Значит, подмены не распознали. И, следовательно, этот человек чародей куда выше среднего уровня.

— Раньше был. — Спорить с очевидным было глупо. — Но сейчас он наказан лишением почти всех своих магических сил и заключением…Куда-то. А я его, идиота, спасаю.

— Но кто мог вот так просто взять и отобрать дар к магии? — Удивился Рилд, даже помотав головой. — Ведь на это способны только…Боги?

Последнее слово контрабандист прошептал почти шепотом, на всякий случай вжав голову в плечи. Кстати, судя по тому, как зашевелились его длинные волосы, до парня стала доходить глубина той ямы, куда он может ухнуть при расследовании данного дела.

— В данном случае морская богиня и архидемон Окреш. — Подтвердил я его самые худшие повреждения, чем заставил несчастного темного эльфа уже даже не посереть, а практически побелеть до состояния своего светлого сородича. — Но успокойся, противодействие может ожидаться, если только со стороны последнего. И хотя он единственный ныне живой кровный родственник повелителя преисподней, но в отношениях со смертными скован строгими рамками. Просто так взять и растерзать не может, даже если очень хочет. А натравливать ему на тебя некого, ибо и слуг ему иметь запрещено.

Кстати, интересно, а ограничен ли он чем-нибудь в отношении Морских Хранителей? По идее мы уже под известные мне ограничения не подпадаем…А на защиту как бы божественного начальства надежды нет. С безымянной повелительницы морей станется преподнести нас троих в дар племяннику самого главного из местных темных богов как утешительный приз в проигранном им пари. Потерянную силу он, конечно же, этим не вернет. Зато душу, ну или чего вместо неё полагается иметь архидемонам, на виновниках своего поражения отведет изрядно и особого зла на богиню не затаит.

— Великий, рискну уточнить… — Просипел дроу, который от волнения явно забыл, как дышать. — То, чем мы занимаемся, это глобальная политика?

— Скорее уж прикладная мифология. — Вздохнул я, морщась при воспоминаниях о том, как вляпался во все это. — А если быть совсем конкретным, то тараканьи бега. По лабиринту с ловушками и кусочкам сахара в самом конце. Короче, развлекаются две высшие сущности так. А ваш город со всеми его жителями идет за декорации и прочие интерактивные объекты.

Кажется, услышанное чуть успокоило контрабандиста. Ну, в общем-то многие знают, что хозяйка морей обожает устраивать своим немногочисленным слугам и верующим жестокие испытания. Потому-то они и немногочисленные. Дохнут, несмотря на медицинскую страховку высшего ранга. А раз богиня подобным образом развлекается часто, то никаких совсем уж экстраординарных катаклизмов не предвидится. Возможно, чего то и будет, но в рамках, к которым все обитатели этого мира уже давно привыкли. Ну а слабейший из архидемонов…Скованного запретами «любимого» дяди по рукам, зубам и ногам монстра за серьезного игрока никто и не воспринимает. Любой смертный колдун вправе призвать его как минимум однажды в жизни и задать пару вопросов, на которые тот обязан дать бесплатный ответ. И только после того как наглый человечек превысит свою квоту, он окажется обязан договариваться с Окрешом, а не требовать от него максимально полной и правдивой информации. Даже человеческая церковь иногда дает санкцию на подобный призыв, поскольку обряд хоть и сложен, но относительно других возможных альтернатив установления желаемой истины полностью безопасен.

— Связь…Способ поддержания связи обсудим в другой раз. — Внезапно я ощутил, что меня начало как будто вкручивать внутрь себя и растягивать в тех измерениях, которые лежат за границей ощущаемого смертными континуума. Каждая секунда промедления лишь увеличивала дискомфорт, вызываемый проводимым каким-то уродом ну в очень неподходящее время ритуалом. — Меня кто-то призывает, чтоб этому верующему в морскую богиню поближе с ней познакомиться лично!

Чтобы облегчить себе процесс перехода, я полностью погрузился в воду, расслабился, закрыл глаза и потянулся своими чувствами и магией к тому, кто пытался протащить меня сквозь пространство. Призывателям обычно не хватало мощи, чтобы добиться желаемого своими силами, впрочем им этого и не требовалось. Главное, чтобы поданный им сигнал достиг своего адресата, а дальше тот уже и сам пройдет по настроенному на него путеводному маяку. Несколько секунд бултыхания в пространстве, имеющем явно больше четырех измерений, внезапно завершились обжигающим кожу даже сквозь слой жира холодом. Более-менее человекоподобный облик сменился животной ипостасью с первой же конвульсивной судорогой, из горла вырвалось хриплое злобные рычание, а грудь слегка кольнули загнутые вниз бивни. Ударившаяся об нечто твердое голова загудела как колокол, но проломила преграду, а дальше тело под влиянием инстинктов сделало глубокий вдох и как могло принялось карабкаться наверх из воды. Перед глазами расстилалась бескрайняя снежная пустошь, над которой кое-где возвышались ледяные торосы. Не то северный полюс, не то его ближайшие окрестности. Это чего, моей башкой пару секунд назад целый айсберг размолотило?!

— Кааакой мужчина…. — Пришла мысль-образ, очевидно принадлежащий одному из призывающих. Вернее, одной, судя по тону, эмоциональной окраске, обильно сдобренной восхищением, кокетством и капелькой возбуждения. Одним из приятных дополнений к статусу Морского Хранителя стала способность к ограниченной телепатии, помогающей наладить контакт с верующими морской богини, к какой бы расе те не принадлежали. Жаль на прочих встречных-поперечных личностей подобные бонусы не распространялись.

— Сейчас не время! — Возмуталась за моей спиной еще одна особа, также относящаяся к слабому полу. В её ментальном «голосе» слышалось возмущение и осуждение, направленные на свою товарку. Однако не очень сильные и приправленные толикой смущенного согласия. — Сезон не тот!

— Да, но кааакой мужчина! — Все, эта для нормального общения потеряна. И вообще, судя по окрасу эмоционального фона она «блондинко«…С поправкой на то, что может оказаться и вообще без волос. В таком деле главное не окрас шерсти — а наличие, вернее почти полное отсутствие, интеллекта. А у данной особы её мыслительную деятельность, похоже, сильно угнетают животные инстинкты.

Неуклюже и медленно, а иначе с такой анатомией и не получалось, я развернулся лицом к своим призывательницам. Так, ну и что тут у нас?! А…Хм…Ну, учитывая то, в кого меня превратило и наличие среди паствы морской богини других крупных морских млекопитающих, этого следовало ожидать. Моржи. Вернее, моржихи.

Глава 6

— На что жалуемся? — Я твердо решил как можно быстрее сделать то, зачем меня призвали, а потом свалить обратно в Шарозан. Магические возмущения на месте призыва вполне позволяли пройти мне обратным курсом…Если не буду медлить слишком сильно. А не то придется добираться до города дроу своим ходом и хорошо еще, если не через половину планеты, а только через четверть. Или молиться, чтобы следующий призыв дернул хотя бы в нужном направлении.

— Проблемы с мужчинами! — Быстро вывалила левая моржиха, судя по эмоциональной окраске старательно строя глазки. От правой она отличалась главным образом значительно более крупными размерами….Ну не настолько я еще магическое существо, чтобы без напряжения читать души разумных. Да и правильно оценить внешние данные ластоногих не могу. Туши как туши, немного пятнистые книзу, различий с Земными родичами особых не наблюдаю…Стоп, а я же сейчас вернулся к своим «естественным» габаритам?! Тогда еще как наблюдаю! Они размером если и не с синего кита, так как минимум со среднего кашалота! Мне все равно уступают, но разница не больше, чем между африканским пигмеем и борцом сумо.

— Мужчины в наличии или их для вас еще поймать требуется? — Уточнил я, едва удерживаясь от того, чтобы как-нибудь выразить свое удивление. Создание семей, поиск подходящего партнера и прочее сводничество как-то не вязались ни с самой морской богиней, ни с её Хранителями. Меня призывали в стремительно меняющуюся гущу боя, чтобы срочно надавал по морде оппоненту и посреди кровавого хаоса требовалось сначала найти того, кто это сделал. Меня призывали в тиши и покое заклинательных залов и храмов, чтобы послать заранее устранить возможный источник проблем. Пару раз призывали даже для организации спасательной экспедиции, когда рядовым верующим пускаться на поиски было страшновато. В общем, типичный набор миссий от квестовых персонажей, только какого-нибудь вращающегося восклицательного знака над головами призывателей не хватало. — Предупреждаю сразу, на меня можете не рассчитывать.

— Да ты для меня и крупноват. Раздавишь. — Смерила меня оценивающим взглядом правая из моржих, судя по ментальной окраске её мыслей бывшая…Рассудительнее, что ли? Но уж в том, что она действительно полноценное разумное существо, а не кое-как мыслящее магическое животное, сомневаться не приходилось. С другой стороны биологии это даже не противоречило. Пусть рук нет и искусственно созданных предметов при ней не видно, но почему бы мозгу размером с маленький автомобильчик не поддерживать развитое сознание? — Не знаю, как я умру, но делать этого под самцом точно не собираюсь. Ну, не в ближайшие лет сорок, а там посмотрим.

— Почему? Я что, слишком худая? — Обиделась левая моржиха, которую видимо разница в наших размерах совсем не пугала…Скорее уж наоборот. — Между прочим, меня еще никто не мог победить в поединках за хозяина гарема!

— Я изначально совсем к другой расе принадлежал, прежде чем с хозяйкой океанов связаться. Потому женщинами интересуюсь только гуманоидного типа и в ближайшие лет сто своих привычек менять не намерен. — Надеюсь, получилось достаточно доходчиво, и она отстанет. А если нет — придется вырубить, чтобы не приставала. Надеюсь, оставшейся хватит, чтобывыполнить то, ради чего меня призвали. — Так как вас зовут и чего там у вас с мужчинами?

— Я — Та-Которая-Любит-Мидии. Она — Кусающая-подруг-за-хвост. А защитники племени у нас дохнут. — Лаконичное объяснений от правой моржихи не особо прояснило ситуацию, но видимо она и сама это поняла, а потому поспешила чуть прояснить обстановку. — В слишком больших количествах мрут тощие юнцы. Вырасти и набраться сил успевают немногие из них. Как в нашем племени, так и в соседних. Детей завести еще есть от кого, но вот стычки с пришедшими из глубин чудовищами, кораблями сухопутников и прочими врагами мы проигрываем все чаще. Даже охота на киджи стала больше похожа на полноценную войну, ведь женщины плохие бойцы. Начинают гибнуть старики и детеныши, которых некому защитить. Сделай что-нибудь!

У них, однако, тут еще и война, оказывается. Впрочем, весь остальной мир про это может и не подозревать, вряд ли найдется среди людей, эльфов, гоблинов и прочих привычных мне рас много желающих хотя бы мельком посетить бесплодную ледяную пустыню и изучить её разумных водоплавающих обитателей.

— С кем вы воюете то? — Я постарался припомнить весь ассортимент потенциальных угроз, которые могли бы вести боевые действия против подданных морской богини на её территории. — Демоны глубин? Акулы? Гигантские спруты? Китобои?

— Да нет же! Киджи — Нетерпеливо шлепнула ластой по льду левая моржиха. — Мелкие надоедливые поганцы, налетающие стаей и выпивающие кровь! Их панцири хрустят, когда их давишь! А яйца — очень вкусные!

— Сильно надеюсь, что это не подводные комары. — В этом мире водилось много разных тварей. Вампиры, оборотни, даже я сам…Ничего удивительного, что нашлись и те, кому и морж размером с грузовик — добыча. — Покажите мне их. Но ваши мужчины, так понимаю, дохнут не из-за этих киджи?

— Некоторые умирают и так. — Фыркнула левая моржиха. — Но мужчина, что не смог с ними справиться, и женщины-то не достоин!

— Одного пришлепнуть не трудно даже мне, хотя я далеко не самая крупная в племени. — Подтвердила правая. — Раньше любому кто не ребенок погибнуть в стычке с ними было позором. Но сейчас, когда защитников стало меньше, они стали доставлять серьезные проблемы. Чудища глубин и сухопутники появляются у нас редко…А вот киджи всегда под боком.

— Ладно, разберемся. — Я понял, что застрял здесь скорее всего надолго. Ничего, Рилд Ланет задаток уже получил и впечатление самоубийцы не производит, а значит пойдет по пути наименьшего сопротивления и Ассасина найдет…Будем надеяться. — Только я одного не пойму, а ваше племя то где? Куда ни гляну, одна пустота кругом.

— Ну, мы же не совсем идиотки располагать лежбище рядом с местом силы. — Пожала плечами правая моржиха. — Те, кто живут в темноте, хорошо чувствуют магию, которая скапливается в этом месте и любят ей подзакусить. Да и на призыв мало ли кто на зов придет. Бывали ведь случаи, когда откликались совсем не те, кто надо. Ныряй в полынью и плыви за нами!

Проследив за тем, куда прошлепала моя собеседница, я едва удержался от ругани. Всего в десятке метров от того места, где я с одного удара прошиб башкою ледяной панцирь, красовалось ровное и аккуратное отверстие с оплавленными краями. Видимо помимо выдергивания на помощь слуг морской богини моржихи владели и какими-то другими чарами, помогающими им выжить в этом суровом краю. Холодная вода, в которую волей-неволей пришлось бултыхнуться, приятней за время нашего разговора ни капельки не стала. Мокрая тога, грозящая развалиться несмотря на наложенные на неё чары, неприятно облепила грудь, ласты, спины и хвост. Брр! Да как они терпят подобную холодрыгу?! Мужественно попытавшись перетерпеть неприятные ощущения секунд десять я пришел к выводу, что где-то в глубине души являюсь не то безвольной половой тряпкой, не то теплолюбивым южным цветком, а после окутал себя магией и заставил холодное до безобразие море отступить от кожи на расстояние пары сантиметров. Плыть стало немного неудобно, поскольку созданный барьер при каждом взмахе хвоста так и норовил прохудиться и допустить внутрь ледяную воду, и приходилось отвлекаться на его поддержание в абсолютной целостности. Зато больше не было риска испортить свою репутацию перед моржихами громким воплем почти нормального человека, которого голышом скинули в прорубь.

— Зачем такая магия? Это опасно! — Закружилась вокруг меня любительница мидий. Поскольку общались мы, как и раньше, в телепатическом диапазоне, то общению невозможность сделать вдох и нежелательность делать выдох нисколько не мешала. Сразу под ледяной коркой еще можно было наблюдать какой-то свет, не иначе как чудом пробивающийся с поверхности, а вот глубже всего десятком метров уже начиналось царство беспросветного мрака. И в нем, насколько можно верить моему опыту, просто обязаны водиться чудовища. Основной задачей Морских Хранителей с точки зрения всех водоплавающих как раз и было спасать их от того, что может не только зародиться в царстве вечной темноты, но и всплыть ближе к поверхности. Как правило, явившиеся оттуда созданияотносились к числу так называемых диких демонов, то есть являлись полуразумными магическими опасными и очень-очень голодными тварями, не признававшими над собой никакой власти. Даже архидемон Сакраеш, числящийся в этом мире владыкой Холода и Тьмы мог командовать ими не больше, чем какой-нибудь Фридрих Барбаросса водящимися в лесах Германии волками. — Её чуешь раз в десять дальше, чем слышишь движение в толще воды!

— Вот и хорошо. — Буркнул я, раздумывая, чем подсветить можно холодные темные воды. Классический файербол тут явно не годился, поскольку гореть без воздуха просто не мог. Не знаю, как воспринимали окружающий мир настоящие моржи, но для меня он оставался местом весьма…Туманным, за неимением лучшего слова. Глаза хоть и видели в этой мутной толще явно лучше, чем человеческие, но уже о происходящем всего-то метрах в двадцати приходилось по большей части догадываться. Главным образом по порядочно обострившемуся в жидкой среде слуху. Еще не эхолокация дельфинов, но уже нечто близкое к тому, как ориентируются слабовидящие люди. — Если нас кто-то заметит и нападет, одним опасным для вас станет меньше.

— Или станет меньше тобой! — Фыркнула кусательница хвостов. — Не думаешь же ты, будто способен осилить всех демонов глубин?! Ой! Плывут! Бежим!

— Всех сразу — точно нет. — Согласился я, замирая в толще воды и стараясь понять, с какого направления исходит угроза. Вроде справа снизу…Или слева снизу…Одно ясно — снизу. Вверху то ледяный панцирь, за которым безводное солнечное пространство, где тварям с глубины будет мягко говоря не уютно. — А вот с маленькими стайками пока справлялся. Хотя на сей раз, похоже, попался крупный одиночка. Валите на поверхность, живо!

— Раскомандовался, мужлан! — Буркнула более крупная моржиха, пока её товарка сосредоточенно плавила полынью. Открытого огня она, ожидаемо, не использовала, но вперед и вверх от раскрывшейся пасти чего-то колдующей ластоногой ударила струя если и не крутого кипятка, так по крайней мере очень и очень горячей воды. Сталкиваясь с окружающим холодным морем это искусственное течение создавало настоящие водовороты и стремительно остужалось, но тем не менее свою задачу заклинание выполняло исправно. — Надеюсь, тебя укусят за…

За какое именно место всплывающий из глубины демон обязан был цапнуть морского хранителя осталось неизвестным, поскольку любительница мидий вцепилась подруге в хвост и вытащила её наружу. Теперь они в относительной безопасности, если конечно кружащий в опасной близости от меня монстр не умеет выслеживать и ловичу добычу, что спряталась за метровой толщины ледяной пластиной. Какой-нибудь крабообразный демон вполне может и на суше действовать ничуть не менее ловко, чем в воде, но кажется сегодняшний противник не из таких. Пару раз на периферии зрения мне удавалось заметить нечто более темное, чем окружающее вода и уж точно куда более энергонасыщенное. И судя по общей аморфности мелькнувшего силуэта, я столкнулся с одним из наиболее часто встречающихся подвидов диких морских демонов, а именно спрутом. Вот только к земным осьминогам-переросткам, пусть даже гигантским, подобные тварюшки относились весьма отдаленно. Скорее уж они напоминали гибрид гидры с глубоководной пираньей, ибо на каждом из многочисленных щупалец у них обязательно имелась помимо зубастая цепкая пасть. Крупная добыча в привычных ему слоях океана попадается относительно редко, а мелкую вроде той же рыбы проще ловить подобными плотоядными удочками, чем одним единственным ротовым аппаратом.

— Нежелание драться. Голод, Сделка. — Замершее метрах в тридцати от меня существо по меркам своих сородичей оказалось настоящим интеллектуалом. Оно попыталось договориться, используя телепатическую передачу мыслей-образов! Судя по всему, я внушал ему некоторые…Опасения, скажем так. Магические монстры придерживаются несколько других шаблонов поведения, чем обычные хищники, крайне аккуратно охотящиеся на способную дать отпор добычу и в спорных случаях предпочитающие поискать менее опасный кусок мяса. Нас искалечить случайным ударом брыкающейся жертвы почти невозможно. Если победили или хотя бы выжили — регенерируем рано или поздно. Но все же обитающий в глубинах холодного океана монстр не желал проверять, сколько щупалец ему сумеет откусить необычайно крупный морж со странной аурой. — Мелкое вкусное жалящее мясо. Одно. Уйду. Потом.

— Отказано. Разумных есть нельзя. — Постарался передать ему я и, видимо, достиг успеха, поскольку в следующую же секунду монстр пошел на сближение. Обитатель холодных темных глубин больше не собирался торговаться с тем, кто не понимает его щедрости и гастрономических пристрастий.

Выглядел монстр действительно как древний многовековой спрут, если бы гигансткий моллюск все века своей жизни плавал в водах, охлаждающих ядерный реактор. Почти два десятка щупалец разной длинны, вырастающих из овального картошкообразного тела не только имели рты, но и были покрыты бахромой ветвящихся и вторичных отростков, заканчивающихся длинными прямыми как иголка когтями. Вполне возможно — отравленными. Выплюнутый ему в лобовую заряд тьмы и холода он принял, сжавшись на секунду в комок, а после поплыл дальше. Магическая сила, циркулирующая в его ауре, относилась к тому же самому диапазону энергий, а подавляющего превосходства в несколько раз я все же не имел.

Сократив дистанцию, тварь опутал меня со всех сторон своими конечностями, философски отнесясь к потере сразу трех из них. Одно щупальце, попытавшееся обвиться вокруг бивней, удалось порвать резким движением шеи, а два других нацелилась на передние ласты, неожиданно для врага вдруг ставшие руками и попытавшиеся вырвать гибкие отростки с корнем. Черная и густая, похожая на нефть, кровь демона медленно и неохотно стала выталкиваться из обрубков и медленно попыла вниз, в породившую чудовище темноту. Я же не смог удержаться от рева боли, когда сотни мелких, но очень острых когтей-иголок впились в моржовую шкуру, достигли мяса и впрыснули в него адскую смесь, напоминающую не то кислоту, не то жидкий азот. Отрава стремительно растекалась во все стороны по моему телу…И не наносила ему особого вреда, если не считать крайне болезненных ощущений. Яд твари, безусловно, являлся магической субстанцией, вот только на сей раз спруту попался враг, имеющий с ним в плане энергетического развития очень много общего. Морская богиня сама говорил мне, что создает себе идеальную сторожевую собаку. Злобную, кусачую, живучую и по большей части параметров соответствующую «волкам», что населяют глубины океана. Настанет день, и я перегрызу ей за это глотку!

Пасти на щупальцах остервенело рвали жировые складки, нанося по отдельности хоть и совсем не страшные, но совокупно довольно опасные раны. Но кроме этого у монстра на его туловище обнаружилось и средство для пережевывания врагов, не уступающих ему по габаритам. Словно огромный птичий клюв передняя часть «картофелины», являющейся телом монстра распахнулась и попыталась впиться огромными челюстями мне в спину…Чтобы впустую клацнуть зубами, когда мое вдруг уменьшившееся в десятки раз тело выскользнуло из захвата монстра. Да, в таком виде я был куда более уязвим, но долго рисковать собой тут никто и не собирался. А зачем, если мне хватило лишь пары секунд для того, чтобы выстрелить собой при помощи телекинеза как торпедой под брюхо не успевшего даже ничего понять монстра, потом вновь увеличиться до прежних габаритов и вонзить оба бивня ему в пузо.

Природное оружие гигантского моржа вошло в тело спрута, словно нож в принесенное с рынка мясо. Шло оно туго, приходилось для его скорейшего углубления прикладывать немалые силы, да и мешало ему там чего-то вроде костей, хотя они головоногим вроде как и не полагаются. Однако, судя по количеству изливающейся из чудовища черной крови, волей-неволей попадавшей мне в рот и нос, маневр прошел на редкость удачно и завершился полным успехом. Истошно заверещавший на всех доступных диапазонах, включая телепатический, монстр оттолкнулся от своего убийцы всеми щупальцами и попытался уйти вниз, в спасительную для него глубину. Да только кто бы его отпустил?

Всосав в себя морскую воду с плавающей в ней мерзкой жижей, я воспользовался магией крови. То, что вылилось из туши спрута, все еще могло считаться вполне себе живым и с энергетической точки зрения являлось его частью. И по связи между частью и целым как по телефонному проводу мною был пущен разряд чистой энергии, в прямом смысле изнутри ударившей по внутренностям монстра. Будь на его месте кто-нибудь еще и он бы умер на месте, а спрут всего лишь оказался на несколько секунд парализован от боли и дезориентирован. Растопырившая во все стороны щупальца туша стала напоминать не то медузу, не то экзотический морской цветок. И этого времени хватило, чтобы его нагнать и вонзить бивни вторично, на этот раз в спину. Проколотая с двух разных направлений тварь еще огрызалась, из последних сил махая щупальцами и оглашая океан воплями, но особого сопротивления оказать уже не смогла. Да и о пощаде просить даже не подумала. Все-таки демонические существа, зарождающиеся в глубинах океана, в большинстве своем являются просто животными. Со временем они могут заматереть, отожраться на чужой жизненной энергии и душах, а также развить полноценное сознание и научиться каким-нибудь трюкам…Но насколько мне известно, морская богиня просто не допускает развития подобных «умников» в своих владениях. Видимо, конкуренты ей не нужны.

— Опять пора поработать головой, а она у меня еще с прошлого раза болит. — Истыканный бивнями до состояния решета монстр был мертв…Или притворялся настолько талантливо, что не дергался от боли даже при отрывании щупалец или пронзании чуть ли не насквозь. Если раньше его тло напоминало картофелину, то сейчас стало похоже на всю тот же овощ, из которого беспощадные огородники-селекционеры вырезали острым ножиком штук десять глазков. — А впрочем, есть же альтернатива. Да и под солнышком этот мутант уж точно не регенерирует.

Ударами головы я толкал спрута наверх до тех пор, пока его истекающее кровью тело не врезалось в ледяной панцирь. Полынья, проделанная для себя убегающими моржихами, была для любого из нас откровенно тесновата, а потому пришлось поднажать спиной, чтобы сначала вытолкнуть истекающий кровью труп на поверхность, а потом и вылезти туда самому. И первое, чем меня встретил приятно теплый по сравнению с ледяным океаном продувающий северный ветер, так это ударившим прямо в лицо огненным мячиком.

— Вы что творите, свиньи водоплавающие?! — Взвыл я, тряся головой, в которую жадно вцепился никак не желающий отлипать от шкуры огонь. Если атаки холодом и тьмой для меня были почти не страшны, то вот свет или пламя, напротив, доставляли крайне неприятные ощущения. Еще когда был просто чернокнижником этот эффект уже проявлялся, но теперь полученные ожоги стали воистину невыносимыми. Казалось, будто еще немного и плоть отвалится от костей и стечет вниз…Впрочем таким Морского Хранителя не убить. Ну, не раньше, чем удастся полностью уничтожить его голову. — Больно же!

— Прости! Мы целились в монстра! — Кусательница хвостов и любительница мидий выглядели виноватыми…Ну, насколько виноватыми вообще могут выглядеть лишенные привычных мне мимических мышц моржи. — Думали, он победил, раз полез за нами на лед.

— Женщины, блин, подключите логику, блин. — Пламя, наконец, догорело и теперь остались только ожоги. Очень и очень болезненные ожоги, справиться с которыми даже моя регенерация сможет далеко не мгновенно! — Я крупнее вас обоих вместе взятых, а у этого головоногого несмотря на длину щупалец относительно небольшое тело. Втроем мы бы в его желудок просто не поместились!

— Вот о анатомических особенностях пришедшего из глубины думаешь как-то в последнюю очередь после того, как оказываешься слишком близко от его пасти. — Ядовито заметила меньшая из моржих, как-то странно махая ластом. С кончика лопатообразной конечности в тушу спрута ударила молния, но истерзанное тело монстра и на неё никак не отреагировало. — Зачем ты вообще вытолкал его сюда? Обитатели мрака ведь несъедобны!

— Ну, трофей ведь. — Признаваться, что просто не хотел пробивать льдину своей головой почему-то не хотелось. Сочтут еще неженкой. — Можно его голову на стенку повесить. Хотя нет, с головой не получится, лучше пару-тройку из сохранившихся невредимыми щупалец оборвать.

— Куда повесить? — Не поняла меня любительница мидий и только тут я сообразил, что самого понятия «мебель» у разумных ластоногих может и не быть. Да и вообще их быт и нравы человеческому обществу, скорее всего, не слишком соответствуют. — И зачем?

Лежбище разумных моржей действительно было лишено всего, кроме самих моржей. Ну и еще некоторого количества мелкой гальки, для туш такого размера малоотличимой от песка. По сути это был просто склон едва-едва на десять метров выступающей из под воды круглой горы, который несмотря на царящий вокруг лед был достаточно теплым, чтобы на голой земле удалось расположиться с некоторым комфортом. И почти весь он был покрыт десятками вытянутых неуклюжих тел, лежащих на спине, животе или боку. У самого берега редкой цепочкой расположились самцы, при виде гостя встрепенувшиеся и явно почувствовавшие себя неуютно. При каждом из снабженных бивнями патриархов находился гарем из женщин в количестве от пяти до двадцати особей. Выше отдыхали детеныши, ползающие туда-сюда и почти постоянно чего-то кричавшие либо мамашам, либо друг другу. Ну а у самого гребня расположились те, кого можно было назвать подростками. Недостаточно крупные, чтобы считаться взрослыми, но уже явно вышедшие из детского возраста.

— Вы живете прямо на жерле вулкана?! — Если честно, я просто не мог в такое поверить…С другой стороны, жители Помпеи вроде бы вполне неплохо себя чувствовали несмотря на соседство с Везувием. До дня извержения. — А если вдруг оттуда ударит газ или пепел?! О лаве уж вообще не говорю.

— Иногда бывает так, что огонь в глубинах земли начинает рваться наружу. — Согласилась со мной кусательница хвостов. — Но каждый, кто имеет внутреннюю силу, чувствует напряжение лежбища за несколько часов до начала гнева пламени. И тогда мы просто отплываем подальше.

— А много у вас магов? — Я разглядывал толпу моржей и понимал, что ничего не понимаю. Вся занятая исполинскими морскими млекопитающими территория в магическом зрении была настолько заполнена энергией, что различить там отдельные ауры не представлялось возможным. Однако несмотря на жизнь в явно волшебном месте ластоногие выглядели в большинстве своем как-то…Нехорошо. Нет, столь экзотически обладатели разума были могучими, огромными, даже вполне себе страшными. Однако у многих на мордах имелись настоящие залежи натекшего из глаз или носа гноя, для смахивания которого ласты годились куда меньше, чем руки. Шкуры этих странноватых существ покрывали пятна и наросты, больше похожие на лишай, чем на естественную пигментацию и бородавки. А еще мои уши без всякого напряжения улавливали кашель и чихание, столь похожие на человеческие. — И насколько они сильны?

— Всех перечислять долго. Наше племя — лучшее! И сильнейшее! — Не без гордости заявила Та-Которая-Любит-Мидии. — На лежбище не могут пользоваться внутренней силой только детеныши. Да и то лишь некоторые. Взрослый должен доказать, что достоин остаться здесь, если не хочет оказаться изгнанным. А если он попробует вернуться в родные воды, то его будут бить, пока не уплывет. Ну, или пока не утонет.

— Слабакам место в других племенах! — Горячо поддержала свою напарницу Кусающая-подруг-за-хвост. — На наше лежбище, лучшее лежбище, открыта дорога только сильным!

— Ластоногие фашисты. И чего только в жизни не увидишь. — Известие о том, что здесь правит бал родо-племеная магократия, меня удивило не слишком сильно. Жестокий мир, жестокие нравы…Местные люди от местных же моржей в этом плане отличались не особо сильно и всегда были готовы забредшего к ним на огонек чужака ограбить, убить или продать в рабство. И отказывались от этой идеи только если видели реальную опасность для своих собственных шкур оказаться продырявленной в результате неудачи. — Хм, а тебе чего, парень?

— Этой мой пляж! Я здесь лежу! — Заорал во всю глотку относительно некрупный морж, приподнимаясь на хвосте, окутываясь чем-то вроде ореола из статического электричества и стучась своей грудью куда-то мне в пузо, стараясь зацепиться за что-нибудь бивнями. Разница в размерах просто не позволяла ему без стремянки достать куда-то выше. — Проваливай отсюда, пока я тебя не убил! Прочь! Вон! Уходииии!

Последний вопль больше напоминал надрывное истеричное скуление, поскольку все попытки этого горячего ластоногого собственника сделать с незваным гостем хоть чего-то привели к его нокауту. Когда этот морж умудрился зацепить одну из оставшихся после спрута ран и расковырять её, то закономерно получил по шее телекинетической оплеухой и свалился в обморок.

— Зачем он на меня напал? — Особых неприятностей неадекватный тип мне не доставил. В душе даже шевельнулось сожаление о том, что ударил в ответ настолько сильно. Убить то не убил, но сотрясение мозга теперь гарантированно.

— Защищал свой участок пляжа. — Посмотрела на меня как на идиота кусательница хвостов. — А что же он еще должен был делать, когда по его территории идет чужак? Ты не хотел драться? Так почему тогда не делал вид, будто торопишься и хочешь поскорее пройти дальше?

— Не забывай, я не морж, я только так выгляжу. — Похоже она напрочь забыла о том, что разговаривает не с одним из своих сородичей. — Мне ваши культурные традиции вообще неизвестны. Кстати, как зовут этого героя?

— Это Выжил-когда-не-ждали. Его ужалила донная актиния, и он болел почти четыре года, но как-то умудрился не только выздороветь, но и выиграть поединок с одним из самых дряхлых самцов за его место на пляже. — Представила мне вырубившего моржа любительница мидий. — Впрочем, может быть, тот просто помер от старости во во время боя.

— Стукни его еще раз — Посоветовала кусательница хвостов. — А лучше вообще убей. Тогда все сразу поймут, что с тобой шутить не надо. Да и женщинам его тогда будет лучше, смогут в другие гаремы уйти и немало самцов перебрать, пока у кого-нибудь не остановятся.

— Вот делать мне больше нечего, кроме как вашим шалавм карт-бланш на сексуальные подвиги открывать. — Я внимательно изучал вырубленного мною моржа. Как и многие обитатели этого лежбища, он нес на себе явные признаки какого-то заболевания. Глаза блестят, по туше расползся сизоватый налет, в складках кожи просматриваются множественные шишки от гнойников. Это из-за инфекции в племени сложился дефицит взрослых мужчин? Может, детский организм просто менее устойчив к заболеванию? — Скажите, девочки, а для вашего народа нормально иметь вот такие отметины, которые любой чумной доктор постарается либо вырезать острым скальпелем, либо сжечь вместе с носителем?

— Я тебя не очень понимаю, но он не болен. — Если бы любительница мидий могла, она бы пожала плечами. Но увы, подобный жест не был предусмотрен анатомией моржихи. — Просто отравился ядом киджи. Но от него если сразу не сдохнешь, то потом уже ничего страшнее чесотки по всему телу и чихания не будет. К новолунию все пройдет, если его еще разок другой не ужалят.

— Опасные звери, эти ваши киджи. — Я вторично оглядел лежбище и убедился, что примерно три четверти его обитателей в той или иной мере демонстрируют одни и те же симптомы. — Вкусные хоть, чтобы ради них так мучиться?

— Сами — одна сплошная колючка, в которой капелька мяса прячется только для запаха. — Сморщилась кусательница хвостов. — Но яйца их — это то немногое, что я бы ела и ела, пока не лопнула. Жаль кладки у киджи обычно маленькие, ни разу досыта наесться ими не удалось.

— У меня как-то получилось. — Несмело заметила любительница мидий, похоже числящая в списке своих продуктов не одни только ракушки. — Когда их гнездо у дырявой скалы разорить сумели.

— Это не считается! — Уверенно заявила её подруга. — Мы тогда всем племенем охотились. И есть яйца должны были начать тоже все вместе! Просто кто-то слишком хитрый решил пролезть вперед!

— А кто-то слишком жадный мне тогда чуть хвост не отгрыз! — Не осталась в долгу маленькая волшебница. — Между прочим, шрам до сих пор не сошел!

— Ладно, дело старое. — Поспешила соскользнуть с неприятной темы более крупная моржиха. — Ты не знаешь, на дырявой скале гнездо обратно не отстроили еще? Вроде бы уже много лун прошло с последней большой охоты, а в тех краях я их больше и не видала.

— Я тоже, сама не понимаю почему. — В голосе любительницы мидий слышалась растерянность пополам с досадой. — Раньше они всегда восстанавливали его. Любят киджи дырявую скалу чуть ли не сильнее, чем мы их яйца.

— Может мы их слишком много съели? — Та-Которая-Любит-Мидии явно боялась получить на свой вопрос ответ: «да». — Надо подождать, чтобы они размножились?

Углубившись в проблемы воспроизводства популяции киджи моржихи обо мне забыли напрочь. Вот…Бабы! Доорались до слуги божества, решают проблему выживания их племени, а мысли все только о еде! Честное слово, такое впечатление, будто они на диете не первый год сидят! Эх, ну и с чего мне начинать свое расследование причин преждевременной смерти моржей? Ну не поголовный же медосмотр этих территориальных драчунов устраивать?

Глава 7

— Ты — последний! Пожалуйста, не осложняй мне работу. — Честно говоря на сотрудничество я уже не рассчитывал. Если женщины племени еще были более-менее адекватны, то вот их мужчинам мозги явно заменял тестостерон, разбавленный напополам отборной глупостью. Взрослые самцы упорно старались нарваться на драку, несмотря на разницу в размерах и все уверения о ненужности гостю их владений и гарема. А подростки, еще не успевшие набрать лишние центнеры и нарастить себе клыки, так и норовили удрать и орали о том, что сдаются и признают меня победителем. Хотя на поединок их никто и не вызывал! Когда превратился в нечто более-менее человекоподобное, решив будто на неведому зверюшку животные инстинкты моржей не будут на неё реагировать, все стало только хуже. Бить кинулись чуть ли не всем пляжем, исключая совсем уж малышей. Пришлось срочно набирать высоту и не меньше получаса обкладывать с высоту телепатическим матом толпу животных, у которых на все происходящее вокруг имелось только два мнения. Их и неправильное. — Вот честное слово, здесь уже все видели, что я не кусаюсь и могу летать быстрее, чем вы ползаете. Или даже плаваете. Так какого демона от меня убегать, если это все равно не помогает?!

— Но так же все делают! — Молодой морж, по чистой случайности ставший последним в очереди попавших под профилактический осмотр «пациентов» решительно не понимал причины возмущения посланника морской богини. — Всегда!

— Аррр! — Честное слово, от того, чтобы дать ему подзатыльник, меня главным образом останавливало отсутствие рук. Да и телекинезом пользоваться было нельзя, поскольку из-за переполнявших душу эмоций вместо легкого шлепка может получится просто отрывающий голову от шеи удар. Хотя местные воспримут это как должное, поскольку их основополагающим законом является право силы. — Ладно. Я спокоен. Спокоен. Спокоен, я сказал! А теперь не зли меня больше и рассказывай все, что знаешь, о смерти Объвшегося-Жирной-Треской и С-Пятном-На-Морде.

Расследование причин регулярной гибели подростков ничего не давало. Я попытался проследить судьбу последних из отправившихся на тот свет, кого еще не успели подзабыть, но перекрестный опрос племени ничего не дал. То ли великий детектив из меня не получится, то ли моржи мужского пола молодого возраста брали и умирали по естественным причинам. Точнее причинам, которые ни у кого кроме меня не вызывали удивления. Неудачно поохотились на акул, были зажалены защищающими свои яйца киджи, проиграли поединок с кем-то из старших самцов за их участок Лежбища, просто легли спать и не проснулись…Последнее выглядело наиболее подозрительным. Целительной магией, пусть и в большинстве своем через пень-колоду, владела почти половина женщин. А ведь имелась еще и парочка профессиональных волшебниц-шамнок-священнослужительниц в виде моих первых знакомых обитателей этого места. Слуги морской богини если и не могли излечить совсем все, то по крайней мере уверенно диагностировали не поддающиеся их усилиям болезни и травмы. И, если верить им, покойные умерли чуть ли не абсолютно здоровыми.

— Если бы все было просто, мы бы справились сами. — Заметила Та-Которая-Любит-Мидии, когда последний подросток, не скрывая своего облегчения, пополз прочь по склону вулкана. — Хотя я удивлена, что ты до сих пор не поднял погибших, чтобы расспросить их самих.

— Не люблю некромантии. — Буркнул я, вновь осматривая лежбище моржей. Сотни очень крупных морских млекопитающих с каким-никаким, но разумом, а также магией. Однако раньше их насчитывалось еще больше, целые тысячи. На пляже в прямом смысле слова яблоку было негде упасть, поединки велись за территорию размером с самого моржа, а задавленные невзначайдети и женщины считались обычным делом. Племя — сила изрядная и кто-то озаботился, чтобы она уменьшилась. Но кому они могут мешать в этом ледяном краю? — Плюс если бы было так просто, вы бы точно сами справились. Ты универсал, но помимо всего прочего я чувствую в тебе и магию смерти, она даже на мою изрядно смахивает, пусть и менее концентрированная.

Итак, на минутку отвлечемся от вопроса «Кто виноват?», раз уж ответа на него все равно найти не получается. Тогда следующим по логике должен идти «Чего ему надо?». Золота у моржей нет, как и нет вообще материальных ценностей, еду добывают только охотой и рыбалкой, впрочем, эти два понятия они не особо разделяют, включая туда заодно сбор ракушек и съедобных водорослей. Единственное имеющееся богатство — теплый склон едва-едва высовывающегося из воды вулкана, но даже он ценен исключительно коренным обитателям суровых северных краев. Сумасшедший маньяк или просто амбициозный слабак, пытающийся давить конкурентов пока они еще маленькие? А может вообще другое племя или какие-нибудь ледовые черепахи, жаждущие комфортных условий? Пока не найду опровержений данных гипотез, буду о них помнить. И тогда остается только вопрос: «Как такое провернули?». Возможно, если ответить на него, то получится, хотя бы очертить круг подозреваемых.

Смерть от невыясненных причин…О криминалистике тут вообще не имеют представления, поэтому найти менее значимую улику чем открытая рана вряд ли бы смогли. С равным успехом за тихую остановку дыхания во сне может отвечать яд медленного действия, отложенное проклятие или заболевание, не имеющее видимых симптомов. Смерть от клыков и когтей живущих в океане зверей и чудовищ. Раз повышенные потери несет только одна категория обитателей племени — то монстров как-то натравливают. Возможно, берут под ментальный контроль. Или помечают смертников особыми метками, вызывающими агрессию. Проверить и поискать такие. Поединки за место на пляже с летальным исходом. По уверениям моржей добить поверженного в них совершенно нормально. Но сделать это может только победитель, посторонние вмешиваться не должны. И незаметное убийство раненного совершить не получится, поскольку с развлечениями тут туго, на поединки глазеют все от мала до велика. А значит тут, скорее всего, выясняющие кто круче тупоголовые идиоты с бивнями сами виноваты.

Итак, что мы имеем? В первую очередь неведомый злодей наделен неплохим интеллектом. Для полуразумной твари вроде убитого сегодня спрута провернуть такое и не вызвать даже четко оформленного подозрения в своем существовании просто не по силам. Местный, иначе бы ради куска теплой земли так не старался, а уплыл себе куда-нибудь под пальмы на юга. Скорее всего, неплохой чародей. Криворукий недоучка, пусть даже сильный, не наследить бы не смог. По себе знаю.

— Та-Которая-Любит-Мидии, а кто еще в вашем племени достаточно силен в магии, чтобы выделяться среди остальных? — Если у моржей есть две лучшие не то жрицы, не то ведьмы, значит, и кто-то классом похуже найдется. Амбициозный и, видимо, не стесняющий в средствах. — Ну, у кого вы учились? С кем вы учились? Кто еще хотел с вами учиться?

Почему-то в ответ на этот вопрос обе моржихи, повсюду меня сопровождавшие, ничего не ответили. Хотя до того они практически не затыкались, перебрасываясь болтовней с окружающими нас собеседниками или друг с другом. Тааак! Если свидетель запирается, ему есть чего скрывать!

— Это не важно. — Кусательница хвостов смотрела куда угодно, но только не на меня. — Ты должен…

— Я сам решаю, кому и что должен! — Татуировка в виде морской звезды на моем лице…Ну, в настоящий момент морде, вела себя прилично. Не то безымянная хозяйка всех соленых луж была слишком занята, чтобы следить за нами, не то ей попросту было все равно. Да и в самом деле, пока даже никто не дерется, так зачем же вмешиваться. — Не забывай в моих интересах, разобраться с вашими проблемами и как можно скорее свалить обратно! Но если вы не поможете, то процесс затянется надолго. Рано или поздно я же все равно докопаюсь до того, что вы скрываете, но потеря времени будет огорчительна. В первую очередь для тех, из-за кого она случится.

— Шаман. — Кусающая-подруг-за-хвост буквально выдавила из себя это слово. — Нас учил шаман племени.

— Нас и еще….Нескольких. — Та-Которая-Любит-Мидии явно чего-то не договаривала. — Он проиграл поединок своему ученику и ушел в изгнание.

Может ли выгнанный взашей старый морж стать старым козлом, который положит остаток жизни на то, чтобы подгадить своему бывшему племени? Ха, да легко! Особенно если лелеет мысли вернуться и «спасти» благодарных сородичей от тех проблем, которые сам и устроил. У профессионального колдуна наверняка в запасе найдется много трюков. И вовсе не обязательно все из них он показывал другим. Мог даже заранее со времен молодости разрабатывать план действий в то время, когда возраст начнет брать свое.

— Хм, а где тогда тот ученик? — Картина чуть прояснилась, но многое еще оставалось неясно. Если среди моржей имелись профессиональные маги, то почему я их еще не увидел? — Он же по вашим обычаям стал новым шаманом, верно?

— Умер от ран почти сразу после боя. — Почему-то я уже подозревал нечто подобное.

— А кто занял его место? — Каждое слово приходилось тянуть из моржих буквально клещами. Однако они, хоть и с неохотой, но отвечали. Видимо боялись, что в случае отказа от сотрудничества посланный им слуга морской богини свалит туда, откуда пришел, оставив дам самих разбираться с проблемами племени. Я чувствовал, что на верном пути…Или где-то в глубине моей души поселился маленький инквизитор, жаждущий выбить из подозреваемых и свидетелей правду. — Ведь не вы же, по глазам вижу.

— У племени больше нет шамана. — Полагаю если бы передо мной оказались более цивилизованные существа, то они бы еще долго пытались пудрить слуге богини мозги. Но у ластоногих аналогов простых северных чукчей просто не нашлось достаточного опыта в интригах, чтобы уверенно лгать в глаза. — Другие, те кто учился с нами, ушли в изгнание тоже. Остались только мы.

— Почему? — Спустя минуту ответа так и не прозвучало, а потому я просто притянул к себе телекинезом ближайшего подростка и задал ему тот же самый вопрос.

— Со старым шаманом ушли всего его ученики, потому что поединок был нечестным! И гаремы свои увели! — Заверещала молодая моржиха, медленно крутясь в воздухе вдоль своей оси. — Подними меня повыше, кажется, мне нравится летать!

— А эти? — Кивнул я в сторону двух подруг, с готовностью устраивая для ластоногого ребенка качели. Оказывается, у нас тут не один изгнанник с повышенным магическим потенциалом, а целая группа диссидентов.

— А их с собой не взяли! Не знаю почему!

Ребенок, сдавший призвавших меня моржих с поличным, больше ничего не знал. Даже того, почему именно поединок был нечестным. Он его даже не видел, поскольку родился несколько позже и лишь повторял то, что услышал от взрослых. А эти самые взрослые старательно имитировали заплывшие жиром неразумные туши. Даже женщины, прежде пытающиеся хотя бы словесно урезонить своих самцов, прежде чем они на меня кинутся, замолкали как пробки при первом же упоминании шамана. Я почти уже собрался начать выбивать из них информацию, но тут с дальнего края лежбища послышался жуткий рев и грохот, который мог бы производить дракон, которому без предупреждения вставили соответствующую его размерам свету от геморроя.

— Чужаки! Прогнать! — Заволновалось лежбище, выстраиваясь в некоторое подобие боевого порядка. Те моржи, которые владели дальнобойной магией, принялись посылать острые льдинки, огненные плевки, молнии и сгустки концентрированного пара в неопознанный летающий объект, зависший в небе над вулканом. Идеально круглый матово-серый шар диаметров метров сто завис в воздух. В нижней его части чего-то сверкало и туда же поднималось с воплями штук пять ластоногих с довольно скромными размерами. — Защищайте детенышей!

— Чужаки?! Да это ж натуральные ксеносы, ерш твою медь! Только воруют не людей или коров, а моржей! Впрочем, разницы то… — Цензурных слов не было. Нецензурных тоже. У меня уже давно вся жизнь — одна сплошная страшная сказка. Сектанты, призраки, демоны, гоблины, оборотни, колдуны, боги….Эй, Высшие Силы, вам не кажется, что зеленые человечки в этом списке будут смотреться как-то чужеродно?! Хотя черт бы с ним, скажите лучше, где мне посреди магического средневековья срочно взять ракету класса земля-воздух, чтобы ссадить с неба офигитетльных размеров НЛО?! — И, похоже, бронированные!

Обстрел магией с земли не производил на неопознанный летающий объект никакого впечатления. Даже посланный мной заряд разъедающей все и вся тьмы, столкнувшись с матовой серым корпусом неизвестной машины, не произвел на него ни малейшего впечатления. Хотя будь это каменная скала — и фонтана крошек с разлетающимися во все стороны осколками было бы не избежать. А от чего-нибудь менее крепкого, скажем человека, осталась бы лишь мелкая горстка праха, которую можно собрать в совочек. Тем временем инопланетяне, ну или кто там сидел за управлением, стали наглеть все больше и больше. Шар одного за другим всасывал поднимаемых в воздух моржат, по каким-то своим причинам отдавая предпочтение наиболее маленьким особям. Какой-то из взрослых бивненосцев, что владел воздухом, попытался удержать одного из похищаемых. Подобие сотканных из струй ветра рук обхватили оторвавшегося от зели детеныша, но рванув с усилием в противоположенную сторону, просто разорвали ребенка пополам.

— Нет, так больше продолжаться не может. — Мне очень хотелось объяснить излишне самоуверенному самцу зачем именно природа дала ему мозг. Ну, или вышибить к чертям этот явно неиспользуемый по назначению орган. Но разбирательство могло и подождать, к тому же в гибели молодого моржа он был виноват не меньше, чем засевшие в НЛО твари. И каждая секунда промедления могла стоить еще кому-нибудь жизни. — А, была не была, вступаю в воздушный бой, авось сверху эту штука бронирована хуже!

Взлетая с пляжа я каждую секунду ждал если и не обстрела из какого-нибудь высокотехнологичного плазменного орудия, так по крайней мере пулеметной очереди. Ведь насколько чуждым разумом надо обладать, чтобы построить гигантский летательный аппарат, с помощью которого можно похищать людей или там моржей, а потом забыть впихнуть туда пушки? Насчет исхода воздушной дуэли, затеянной больше от отсутствия иных вариантов отвлечь внимание от ластоногих детей, больших сомнений не имелось. Левитировать я умел еще будучи почти обычным чернокнижником, но ни тогда, ни сейчас, навык полета не развивался достаточно, чтобы посоперничать и с самым паршивым истребителем. Возможно имелись бы шансы против поставленного в строй дирижабля или фанерного планера с маленьким пулеметиком, но эта громадная неуязвимая серая штука выглядела куда более совершенной, чем боевая авиация времен Первой Мировой.

— Да из чего же сделана эта проклятая летающая скороварка?! — Взвыл я, когда не только набрал высоту без происшествий, но и приблизился к неторопливо плывущему в воздухе серому шару. Все усилия моржей не оставили на нем ни малейшего следа! Складывалось ощущение, что мы пытаемся остановить какой-то футуристический шаротанк, брызгая на него водичкой! — Да в ней даже ни одного слабого места нет, она со всех сторон одинак…

Жалуясь на жизнь неизвестно кому я поднялся выше неопознанного летающего объекта и немедленно получил в брюхо довольно чувствительно ужалившую меня молнию. Молнию, прошедшую через громадный однородный серый шар. Пролетевшую его насквозь. Примерно так же вели себя если и не все запущенные снизу вверх заклинания, то по крайней мере их большая часть.

— Иллюзия! — Я уже понял, что обманул сам себя, приняв непросматриваемый объем, созданный какими-то чарами, за единый материальный объект. Но поверить в это все еще не мог. Требовалось пощупать доказательства и выйдет уж совсем хорошо, если ими окажутся шеи тех, кто прячется внутри непрозрачного серого шарика. — Ну, все, штуки кончились! Иду на таран!

Внутри сферы оказалось…Да никак не оказалось. Куда исчезли все звуки и даже запахи, а обычное и энергетическое зрение упорно сигнализировали, что вокруг одна серя хмарь. Единственное разнообразие вносили то и дело бьющие с земли заклинания с большим радиусом поражения, цепляющие помимо всего прочего и мою дубленую шкуру. Несколько раз приходилось даже отвлекаться от попыток нащупать противников и сосредоточенно латать полученные повреждения, перенаправляя свою магию на самоисцеление. Интересно, тут вроде кругом один только лед, так почему же моржи направо и налево используют файерболы? Научились, наблюдая за извержением вулкана? Или просто огонь так эффективен против большинства местных глубинных демонов, что находится у всех воинов племени в приоритете?

Внезапно одного из усов, отходящих в стороны от моей морды едва ли не на пару метров, что-то коснулось. Повинуясь скорее инстинктам, чем разуму, я цапнул его и еле успел остановить свои бивни, подумав, будто это может быть один из похищаемых детенышей. Как оказалось, иногда лишний раз шевелить извилинами вредно для здоровья. Мощный удар в по зубам швырнул меня через голову и если бы мы не находились в воздухе, то уложил бы на обе лопатки. Нижняя челюсть не просто болела…Если верить ощущениям, то её на положенном месте вообще не было! Вместо неё к моей шеё прицепили настоящий генератор агонии, выдающий по десять отдающихся во всем теле импульсов в секунду!

— Как приятно знать, что ты еще не самый страшный в мире монстр. — Глубокомысленно заметил я, пытаясь перевернуться со спины на живот. Если бы глаза видели чего-нибудь кроме серой хмари, то оно бы наверняка кружилось как бешенное. Однако поскольку зона видимости как таковая отсутствовала, то и сопутствующие любому нокауту спецэффекты на общем фоне особо не выделялись. — Есть еще рыбки и покрупнее. В воздушном океане плавают. Щас я их…Если встану…

Подняться на ноги мне ожидаемо не дали. Новый сокрушительный удар, на сей раз в живот, словно мячик вышвырнул меня из серого шарообразного облака и швырнул вниз с такой силой, что ледяной панцирь падение даже не сильно замедлил. Оглушенный и свернувшийся в клубок словно поджаренный электротоком червяк, я врезался в подводную часть вулкана и понял, что тону. Воздух из легких выбило ударом…Не знаю уж точно, каким. Кроме того вследствие полученных повреждений рот просто отказывался закрываться, видимо чудовищной силы апперкот повредил кости челюсти или крепящиеся к ним мышцы, а может и все сразу. Моржи то ли не заметили моего падения, то ли оказались сильно заняты, то ли им было попросту все равно. В любом случае, спасать ушедшего в дно по самые уши посланца богини никто не торопился. Обжигающе холодная вода потекла в легкие и…Внезапно оказалось, что главным её недостатком является как раз таки низкая температура.

— Пхе. Видимо Морской Хранитель не может утонуть…Как не может сгореть саламандра. — Кое-как пробулькал я, ворочаясь в яме, выбитой моим же телом. Удивительно, но анатомически удобной она уж точно не являлась. — Хотя, скорее всего, нас просто убивать надо с помощью родной стихии каким-нибудь особо изощренным способом, типа растворения в ней или накачки, пока не лопнем. Ой, больно-то как! Да, давно так не мутузили.

Волшебство как всегда пришло на помощь и позволило залатать раны, но к сожалению процесс не был слишком быстрым. И уж точно его оказалось трудно назвать безболезненным. Сложно сказать, чем именно приложили прячущиеся в серой хмари типы ищущего их летающего моржа. Однако такие раны оставило явно не простое железо. И даже не обычная зачарованная сталь, которую в любой оружейной лавке купить можно за пару золотых монеток. Да у меня укусы, оставленные демоническим спрутом так не болели! Хм…И на ожоги, остающиеся от Света жрецов и паладинов, не очень похоже. Я никогда не учился специально отличать один вид боли от другого, но ощущения все же немного не те. Может в основе удара лежала энергия какого-нибудь нейтрального божества? Мир большой, хозяйка океанов в нем не одна такая.

— Кажется, ты хотел пообщаться с шаманом племени? — Кусающая-подруг-за-хвост впервые перестала строить глазки и сделалась серьезной, убийственно серьезной. — Ну вот, твое желание осуществилось. Понравилось?

— Это был он? — Поразился я и подергал вправо-влево челюстью, уже успевшей восстановиться, но все еще терзаемой фантомными болями. — Ничего себе удар у вашего шамана! С такой легкостью меня еще никто в бараний рог не скручивал…Ну, если не считать богов, архидемонов и времени, когда большая часть сил улетучивалась из-за них же в неизвестном направлении. Как он вообще смог проиграть в поединке, пусть даже и не особо честном?! Его обрушившейся горой трупов помощников ученика завалило?

— Нет, просто сам вызов произнесли несколько тихо. — Та-Которая-Любит-Мидии наконец-то перестала скрывать правду. — И вообще по старику нельзя было понять, когда он спит, а когда просто закрыл глаза.

— А, ну тоже вариант. — Не мог не признать я такого способа выиграть дуэль с намного более сильным противником. Моржи моржами, а если очень надо, извилинами шевелить умеют…Жаль только, в совсем не нужном направлении. Вместо того, чтобы в порыве гениального озарения придумывать подлые способы убийства ближнего своего, могли бы изобрести чего-нибудь нужное. Одежду там. Ну или искусственный пляж с подогревом, чтобы драки за территорию прекратились. Хотя с другой стороны, а так ли сильно нужна ластоногим цивилизация? И реально ли вообще построить её без рук? Хотя у них есть магия, а она вполне может заменить собою большинство инструментов. — Странно только, что проснулся он еще живым, а не пару секунд как убитым. Кстати, а ваше желание выпнуть шамана подальше, желательно на тот свет, чем обусловлено-то было? Явно же не подступающей к нему старческой слабостью. Судя по силе удара, он еще условно бессмертного меня пережить шутя может.

Для сильных чародеев возраст вообще понятие…Растяжимое. Особенно если учесть, что есть много методов отдалить приближающуюся смерть или хорошенько к ней подготовиться. Одни эликсирами и ритуалами омолаживают себя, другие нагло крадут юность и жизненную энергию у других. Не имеющие возможности справиться самостоятельно заключают сделки с демонами. Многие идут на службу к богам, заранее обеспечивая себе комфортный уголок загробного мира с возможностью переселиться туда как можно позже, ибо хороших оперативников у любого начальства много не бывает. А отдельные индивидуумы, в основном изучающие некромантию, вообще игнорируют смерть ипродолжают дальше заниматься дальше своими делами, несмотря на прекращение процессов дыхания и прочие мелочи.

— Тебя не должно это волновать! — Если бы Кусающая-подруг-за-хвост родилась змеей, то она бы уже давно шипела на весь пляж. — Ты должен сделать так, чтобы мужчины племени перестали дохнуть! И все!

— В наши дела не лезь! — Поддержала её подруга. — Все равно уйдешь, сам же говорил!

— Ваши моржи умирают, потому что их убивают. И скорее всего в этом виноват тот же, кто устроил недавний налет и похищение детей! Разве это не очевидно всем, кроме вас? — Поддел их я. — Объясните, почему шаман это делает. Расскажите, сколько еще вместе с ним ушло членов племени, и на что они способны. И тогда мы во всем разберемся, найдем их и вернем всех пропавших обратно домой. А ничего больше мне и не надо!

— Призвать тебя было ошибкой. — Кусающая-подруг-за-хвост сказала то, что я от неё ожидал уже давненько. Типичная ошибка всех обладателей скелета в шкафу. Они хотят избавиться от проблем, но больше смерти бояться, чтобы кто-то смог докопаться до их маленьких грязных секретов. Особенно если они совсем не маленькие и очень сильно смердят. — Мы зря провели ритуал призыва.

— Уходи. Ты нам не нужен! — Вторила ей Та-Которая-Любит-Мидии. Не знаю точно как, но я ощутил, что действительно свободен от выполнения взваленных на мою спину обязательств. Чтобы разорвать ткань реальности и вернуться обратно в гостиницу города дроу требовалось совершить всего одно волевое-магическое усилие, притом не такое уж и напряженное. Но…

— А как же дети? — Если бы не маленькие моржи, затянутые внутрь серой сферы, то холодные северные края не удостоились бы даже прощального: «до свидания». Однако подрастающее поколение не виновато в том, что лежбищем заправляют какие-то заплывшие жиром от осознания собственного превосходства интриганы. — Без меня вы их вряд ли сможете вернуть.

— Родятся новые, делов-то. Детеныши и так постоянно дохнут. Впрочем, как и взрослые. — Эти безразличные слова окончательно поставили крест на судьбе похищенных, которых похоже уже списали в безвозвратные потери. Ну и на моем скорейшем возвращении к поискам своих друзей.

— Дурак! Дебил! Баран! — Кажется популяция местных моржей изрядно удивилась, увидев как посланец богини со всего размаха бьется головой о землю, оставляя в той немаленьких размером вмятины. Ну а какие еще есть варианты, если ничего твердого под рукой больше нет, а постучаться об стенку головой очень надо? — Чё вы пялитесь на меня, дуры? Где родители похищенных! Мне нужна их кровь! Ну…Пара капель их крови всего-то, не надо так испуганно в стороны расползаться. И целиться в меня файерболами тоже не надо!

Сотрудничать моржи больше не хотели. Более того, они начали окружать меня с явно недружелюбными намереньями, одновременно выставляя магические барьеры, препятствующие отступлению по воде или воздуху. К счастью у меня имелся достаточный опыт по части спасения собственной шкуры от недружелюбно настроенных личностей с подавляющим численным превосходством, чтобы оставить ластоногих с носом. Телекинетический бур взрыл землю под моим брюхом, и я мгновенно ухнул в образовавшуюся яму, смыкая за собой грунт. Его, разумеется, попытались разрыть, но преследователи явно раньше никогда не играли в шахтеров. Да и где бы им, если этот клочок суши — единственный на многие километры, если морского дна не считать?

— Это «жжж» неспроста. — Констатировал я, даже сквозь защитный слой почвы ощущая, как ударило в цель какое-то мощное заклинание. Подводный взрыв — фигня по сравнению с подземным! Особенно если у прокопанного тобой тоннеля свод вообще ничем не крепится. Впрочем в отличии от обычных горняков моржеподобный морской хранитель вполне в состоянии подвинуть стиснувший его со всех сторон завал силой мысли. — Зачем устранять того, кого сами же и вызвали? Что я тут такого видел и кому могу об этом рассказать, если моржи дружно решили устранить свидетеля? Хм, видел непонятную фигню, ну а докладывать по идеё должен богине. По идее. Должен. Так может у меня с их племенем вообще идейный союз, а они сразу драться? Ай!

Занявшись самокопанием и прекратив копание почвы, я успокоенный ложной безопасностью остановился и превратился в относительно легкую мишень. Засевшие наверху дикари ластоного происхождения явно владели помимо всего прочего и каким-то магическим аналогом радара, позволявшим пеленговать даже скрытую от глаз метрами породы цель. Обжигающе-ледяная молния пробила грунт, хвост и углубилась куда-то дальше вниз, оставив после себя противно ноющую рану. А если бы не высочайшее сопротивление темной магии — чары вполне могли бы стать смертельными. Ну, все, моржи доигрались! Сейчас как вдарю в ответ! Тем более, после их удара осталась так удобно ведущая наверх маленькая оплавленная шахта, жаль только диаметр у неё маловат. Ну да ничего, где только наша не пропадала! Вот и на Северный Полюс судьба занесла…Эм…Или это все же Южный?

Сконцентрировав ядовитую для всего живого и неживого темную энергию в не слишком-то устойчивые глобулы, я одну за другой как воздушные шарики запустил их наверх. Барьеры там выставлять умеют многие, мои подарочки перехватят, но секунд на тридцать их ловля довольно опасных нематериальных бомбочек отвлечет. Ну а я тем временем выложусь на полную, ударив магией в четырех или пяти направлениях сразу. Авось из-за масштабности выброса моржи отследить не смогут, в каком именно направлении после этого поползу.

План удался….Более или менее. Еще несколько раз землю пронзали заклинания, способные пробуриться через метры почвы, но новых ран на моем многострадальном теле не прибавилось. Очевидно с повышением магического фона радар моржей стал выдавать одну сплошную засветку вместо четкого целеуказания, и они банально не знали, куда целиться. А бить по площадям, пытаясь насытить нужный объем боевыми заклинаниями до предела, ластоногим не хватало мощи. Минутка работы дождевым червяком, и я выныриваю совсем не в том месте, где уходил под землю, хватаю подвернувшегося языка и снова скрываюсь в безопасности. На пару каких-то обжигающих ударов и застрявшую в шее ледяную стрелу внимания можно не обращать, ранки затянутся и сами.

— Ой, а вы меня еще полетаете? Мне понравилось летать! — Захваченным источником информации оказался уже знакомый мне моржонок, сдавший призвавших меня ведьм с поличным. — А из наших летать никто не умеет, даже взрослые! Вы научите меня летать?!

— Посмотрим на твое поведение. — Расплывчато пообещал я ребенку, пытаясь понять, можно ли рассчитывать на него как источник информации. Он наверняка знает, почему на меня так резко озлобилось остальное племя. Знать то знает…Но вот понимает ли? Маленький слишком. Хотя использовать его в моих целях все равно можно. — Скажи, а у тебя среди украденных детей родственники есть? Братья, сестры, кузины наконец?

— Ну, если верить маме — то нет. А если папе — то да. — Задумался молодой морж. — Так считается?

— Считается. — Заверил его я, мысленно прокручивая в памяти все необходимые манипуляции, нужные для построения компаса на основе магии крови. — Знаешь, парень, похоже буду должен тебе пару уроков полета. И большое-большое яблоко. Нет, учитывая наши текущие размеры, целую телегу яблок. Если встретимся еще раз, не забудь её с меня стребовать, а то с собой такие вещи как-то не ношу.

— Не знаю, чего это такое, но жалко, что у тебя его нет. — Расстроился ребенок, каким-то шестым чувством сообразивший, что шанса отведать таинственную вкусняшку ему, скорее всего, так и не подвернется.

Аккуратно взяв требуемый мне образец крови, я провел еще один отвлекающий маневр и вернул ребенка на поверхность, чтобы потом еще глубже зарыться в землю. Уж лучше потрачу часа полтора на то, чтобы безопасно удалиться от лежбища не вылезая из морского дна, чем подставлюсь моржам. Нервные они какие-то! Главное за время бурения слежавшейся почвы, которую не перетряхивали с прошлого извержения вулкана, не раздавить случайно крупную алую льдинку, лежащую в одном из уцелевших карманов издырявленной тоги. Зачарованная одежда с честью выдерживала обрушившиеся на нас обоих заклинания, но все-таки у неё имелись свои пределы, а потому одежда сейчас напоминала больше огородные лохмотья пугала-великана. В принципе при достаточно количестве влитой магии ткань должна была начать затягивать дыры при помощи саморемонта, но сейчас заниматься приведением гардероба в должный вид было просто некогда. Да ну и ладно, публика тут нетребовательная и вид не сильно одетого моржа-великана её вряд ли смутит.

Установить направление движения похищенных детей оказалось относительно просто, а вот догнать их…Старый шаман определенно не считал, что стоит останавливаться, едва лишь покинешь зону прямой видимости своих врагов. Мне понадобилось почти пять часов выжимать из себя всю возможную скорость, загоняя в самые глубокие уголки души усталость и раздражения, пока глаза неожиданно не зацепились за объект, серьезно отличающийся от остальной ледяной равнины. Сделанный из снега и льда купол напоминал не то исполинское жилище коренных эскимосов, не то многоквартирный дом, поскольку в нем чернели десятки провалов дверей и окон. И строение явно не пустовало. Маленькие с такого расстояния точки, на самом деле являющиеся гигантскими моржами, сновали туда-сюда, занятые своими делами. Причем значительная их часть была меньше, чем остальные. Пропажа нашлась.

— Чем они там занимаются? На кровавые жертвоприношения уж точно не похоже. — Покорный моей воле воздух уплотнился в несколько линз. Минутка манипуляций ими — и происходящее у снежного замка значительно приблизилось. Четкость, правда, получилась неважная, но для начала и такая разведка сойдет. — Больше смахивает на какую-то шагистику. Хм, старый шаман решил воспитать из молодежи верную только ему армию и с ней захватить если не мир, так хотя бы теплое вулканическое лежбище?

Десятки моржей со скоростью улиток перемещались по снегу туда-сюда, подчиняясь неким четко прослеживающимся алгоритмам. Детей разбили на стайки по три-четыре особи, и к каждой такой прикрепили как минимум одного взрослого. Причем среди этих надзирателей самцы и самки оказались представлены в примерно равном соотношении. Самое интересное заключалось в том, что движение подобных групп можно было проследить по необычно взрыхленной поверхности, остающейся после них. Качества импровизированной подзорной трубы не хватало, чтобы разглядеть подробности, но я практически уверен, что там были прямые линии и какие-то символы. Магическая звезда? Но крупнейший из когда-либо попадавшихся мне на глаза подобный чертеж имел едва ли десяток метров в поперечнике. А тут складывается такое ощущение, они своими каракулями весь многоквартирный сугроб окружить в несколько слоев хотят. Для какого сверхмогущественного заклинания может понадобиться распределять поток энергии по подобной площади или напротив, концентрировать её в столь большом объеме?

— Любопытно, тут ночь скоро? — Я взглянул на солнце, пытаясь понять, сдвинулось ли оно по горизонту за время моего пребывания в суровых северных краях. Увы, похоже, в самом разгаре стоял полярный день и закончиться он обещал в лучшем случае через пару месяцев. — Так, план прокрасться туда под покровом темноты отпадает. Да и вообще с прокрасться будет туго…Особенно на территорию опытного колдуна. Даже три недоучки родом с Земли на свой дом кучу разных сигналок понаставили, а уж местные то кадры должны в защите жилища априори лучше разбираться.

Сосредоточенно поскрипев извилинами минут пять и не придумав ничего лучше, я взял и поперся к ледяному жилищу напролом. Раз уж скрытно туда все равно пробраться поучиться навряд ли, то почему бы не заявиться на порог с официальным визитом? Тем более в большинстве культур гостей, пусть даже не очень званных, убивать в своем доме не принято. По крайней мере, хозяин должен подождать, пока они из его усадьбы выйдут, чтобы кровью половики не запачкать. Ковров тут вроде не ожидается, но застывшую на морозе алую жидкость со стен откалывать тоже, наверное, не очень интересно.

— Ноль внимания, фунт презрения… — Пробурчал я себе под нос, когда приблизился к по-прежнему занятым своими делами моржам, удостоившим медленно плывшую к ним по воздуху исполинскую фигуру лишь парой взглядов. Все их внимание занимали вычерчиваемые на снегу круги, прямоугольники, углы и цепочки знаков разной длины, в которых чувствовалось нечто смутно знакомое. Где-то подобное уже видел, но где? И когда? Не помню, ну вот хоть убей. — Эй, народ, шаман где? Поговорить надо.

— В самый крупный ход давай и дальше по коридору дальше только прямо ползи, мимо главного зала не промахнешься. — Отвлекся на секунду от детей один из мужчин. Должен сказать, раньше столь длинных и сложных словесных конструкций от ластоногих обладателей бивней я не слышал. Причем в ней даже не содержалось ни одной угрозы или восхваления собственной силы! — Итак, ученики, повторяем за мной. Квадрат гипотенузы равен сумме квадратов катетов…

Весящие целые тонны разумные магические моржи учили детей геометрии. Ну, не только ей, кажется, более дальние группы изучали нечто более сложное, может даже высшую математику. Мой мир вряд ли когда-нибудь станет прежним. Пытаясь хоть как-то перебороть поселившийся в душе когнитивный диссонанс я отправился по указанному маршруту, и полз по нему, пока чуть было не своротил головой…Кровать? Ванну? Трон? В общем, какую-то мебель, сделанную из нетающего льда и невыливающейся из неё воды. А с верхней части этой странной конструкции, выполненной в духе авангардизма, глядела физиономия, подозрительно похожая на мою собственную. То есть моржовая, но с татуировкой морской звезды. Только если я когда-то отметину богини получил на щеку, то этому типу она поставила знак принадлежности к своим жрецам точно на середину лба.

Глава 8

— Ты явился, чтобы бросить мне вызов?! — Грозно пророкотал хозяин ледяного дворца, приподнимаясь со своего трона. Усы моржа, превосходящего меня размерами раза в полтора и несущего на своей шкуре сотни мелких шрамов, заметно осветлявших её, заискрились от электрических разрядов. Вот черт, кажется, сейчас будут бить. Снова. Нет, оно конечно приятно, когда в жизни есть стабильность…Но можно все-таки регулярные драки заменить чем-то еще? О регулярной раздаче пряников уже даже не мечтаю. Ограничиться строгими выговорами там или на худой конец необходимостью для вида соблюдать новые дурацкие законы? К последним я, как истинный русский человек, ну почти человек, даже относиться буду с изрядным смирением, ибо привык. — Забрать себе мои владения, учеников и женщин?!

— Да нужны они мне, как черепахе каска! — Если честно, следовало все бросить и уйти. Однако этого не давало сделать глубоко засевшее в душе упрямство, толкающее до конца разобраться в происходящем. Интересно, моржи случайно не родственники ослам? Ох, кажется, был у них относительно недавно по меркам эволюции общий предок. Иначе чем объяснить тот факт, что напротив сейчас стоит другой морской хранитель. Именно хранитель, а не жрец из ластоногого народа. Ауры у нас похожи друг на друга, как разные модели автомашин от одного производителя. — Я лучше сдохну, чем до конца жизни буду видеть снег и питаться одной только рыбой! Ты зачем детей спер, пенек престарелый водоплавающий?! Математике учить?!

— Не только! — С достоинством ответил мне старый морж. — Еще медицине, стихосложению, географии, умению изготавливать инструменты при помощи магии и искусству телекинеза. В общем, всему, что необходимо, чтобы они выросли в достойных членов общества, а не в тупых полуживотных, умеющих только спать и есть!

— Дело, в принципе, неплохое. Полезное. — Обитающее на вулканическом пляже племя действительно требовало некоторой…Дрессировки. По итогам нашего общения от классических дикарей с каких-нибудь далеких южных островов или глубин местной Африки их отличало главным образом отсутствие даже каменного оружия. Кстати, об оружии и броне, щит вокруг себя не помешало бы создать попрочнее. А то выстрелят сейчас в затылок из какого-нибудь трофейного крепостного арбалета и все, пишите письма мелким подчерком, заказывайте астральной почтой методичку: «Воскреси себя сам». — А ничего, что одного из детей вы, идиоты ластоногие, пополам порвали?!

— Смерть моего праправнука печальна, но я себя виновным в ней не считаю. — Владыка ледяного многоэтажного здания, которое по местным меркам смело можно было называть дворцом, сморщился, будто сжевал лимон. Или, учитывая его природу, скорее сожрал тухлую рыбину, ведь где ему бы выдалась возможность оценить кислый вкус тропических фруктов? — Все, кого мы поднимали в воздух, двигались прямолинейно и равномерно. Даже если бы его успели отпустить, подобный рывок по направлению к земле раздавил бы Играющего-на-песке как ледяную вошь.

— Но зачем ты вообще с остальным племенем сцепился? — Вспомнив произошедшее во всех подробностях, мне пришлось согласиться со словами коллеги. То подобие ладоней, созданных кем-то из моржей, просто сплющили ребенка в тонкий блин и уже после он порвался пополам. — Неужели нельзя было решить вопрос как-то…Мирно? Прилетал бы в день на пару часов, орал бы с высоты лекции…

— Не тебя меня учить, молокосос! — Шаман почти неразличимым для глаза движение метнулся вперед и минимум вдвое увеличился в размерах, начиная нависать надо мной…Знакомый трюк, интересно, такие как мы учимся использовать его инстинктивно? — Я пробовал все! Все, что можно! И когда не помогло, пришлось использовать и то, что нельзя!

— Убийства, похищения, тщательно подстроенные несчастные случаи? — Поддел его я, готовясь к бою. Если мы и будем драться, то это случится сейчас…

То, что местные обитатели могут вмешаться в нашу беседу, причем радикально переводя её в банальный мордобой, было довольно ожидаемо. Я начал следить за своей спиной, а так же стенами, потолком и полом сразу же, как немного отошел от шока, вызванного лицезрением занятий по геометрии и коллеги-хранителя. А потому обрушение части перекрытий стало событием хоть и внезапным, но едва ли не запланированным. Вот только того, что с рефлекторным воплем куда-то вниз улетит владелец территории, а после его там начнут старательно бить, стал бы ожидать лишь на редкость пароноидальный разум. С края аккуратного круглого отверстия мне открывался прекрасный вид на все происходящее на соседнем этаже.

— Вырывается!

— Держите крепче!

— Он разлагает ткань!

— Тащите цемент! Будем замуровывать!

— Грааа!

Около дюжины моржей обоего пола сосредоточенно месили ударами молотов чехол из темной ткани, на которой ярко светились вышитые руны. Ткань явно была очень даже не простой, поскольку не только не рвалась от ударов снаружи, но и стремительно регенерировала повреждения, получаемые изнутри. Факелы багрового огня и черные иглы тьмы, которыми пытался освободить себя ревущий что-то матерное шаман, оставляли после себя лишь небольшие и моментально затягивающиеся прорехи. Еще десятка два ластоногих, удерживающих адаптированное под их размеры и анатомию топоры либо при помощи телекинеза, либо ртом, находились в состоянии полной боевой готовности и явно могли прийти на помощь молотильщикам, если их жертва все же выберется из подготовленной для неё ловушки. Понять, что их удерживает от атаки на духовного лидера, если уж они затеяли полноценный бунт, лично мне никак не удавалось понять. Может, боятся все-таки разрезать лезвиями ценный артефакт, пригодный для ловли в него не самых мелких демонов и прочей добычи подобного рода?

— Учитель, а вы говорили, что мы ни на что не годны! — Подскочила ко мне выползшая из ближайшего ответвления коридора молодая моржиха, чем-то неуловимо похожая на Ту-Что-Любит-Мидии. То ли аура у них была почти одинаковая, то ли нарочито скромное выражение мордочки удивительно совпадало. — Учитель, а почему вы сами на себя не похожи? Ой. Ооой! Это ж мы получается…

Окончательно убедившись в том, что перед ней находится совсем не тот морской хранитель, к которому она привыкла, сея особа с ужасом перевела взгляд на дыру в полу. Внизу молотобойцы старательно выбивали пыль из наброшенной на шамана ткани, а сам духовный лидер местных диссидентов все еще сопротивлялся, но в связи с нехваткой дыхания перешел с грозного рева на тихий полный ненависти рык.

— Стоять! Не бейте! Хватит! — Вышедшая ко мне моржиха рыбкой прыгнула в дыру, явно подправляя траекторию своего движения магией. Однако впавшие в раж соплеменники её то ли не услышали, то ли не поняли, а потому ей пришлось бросаться грудью на своего учителя. И кто-то тут же со всего размаху опустил тяжеленное оголовье молота ей на хвост. А еще одно чудом успело остановиться в паре миллиметров от носа, держись за рукоять руки, а не телекинетический захват, вряд ли бы подобный фокус вообще стал возможен. — Ай! Больно! Да остановитесь же вы! Это не он!

— А кто же еще?! — Спросил обладатель оружия, едва не раскрошившего ластоногой дамочке череп. — Их же в тронном зале было только двое! Чужак и…

— Кхе-кхе! — Демонстративно прокашлялся я, привлекая к себе внимание расположившихся внизу моржей. Секунд тридцать им понадобилось на то, чтобы осознать, кто именно стоит на краю дыры и с любопытством на происходящий цирк сверху вниз пялится. А потом еще столько же времени они потратили на то, чтобы перешептываясь и толкая друг друга послать самого смелого развернуть тканевый сверток, по-прежнему противостоящий упорно рвущемуся наружу разъяренному морскому хранителю. Надо бы, кстати, узнать у него, откуда они вообще достали такую штуку. А то вдруг понадобиться упаковать кого-то классом повыше чем простые смертные, а на них и кандалы то в свободной продаже не найти.

— Учитель, а это вы тут? — Осторожно потыкал край ткани мордой назначенный прямым открытым голосованием «доброволец». — Спокойно, не дергайтесь, мы вас сейчас вытащим!

— Ах вы пожиратели гнилого ила, дети спаривающихся с анемонами мурен! — Донеслось в ответ из необычного полотнища. Видимо шаман достаточно успокоился, чтобы вспомнить о том, что в мире существует членораздельная речь…Впрочем, замена боевого безумия расчетливой холодной ненавистью далеко не всегда приятна для того субъекта, на которого направлена данная эмоция. — Я заставлю вас сожрать собственные…

— Учитель, мы случайно! — Отчаянно дергающийся сверток из зачарованной ткани принялись медленно разворачивать, стараясь не попасть под удары вспарывающих его изнутри заклинаний.

— Так это не еще один бунт?! — Осторожно уточнили из недр полотнища, героически выдерживавшего натиск разъяренного морского хранителя. Хм, интересно, в каком смысле: «еще один»?

— Нет, вас просто перепутали с чужаком! — Поспешила заверить начальника чуть не оказавшаяся расплющенной моржиха. Судя по её расстроенной мордочке и общему эмоциональному настрою от того, чтобы расплакаться, данную особу удерживало лишь нежелание закатывать истерику при таком количестве народа.

Из недр необычной ловушки послышался звук удара, и до того дергающийся как припадочная гусеница куль разом расслабился и обмяк. Больше он не реагировал на вопросы, извинения и осторожные тычки. Вообще. Никак. Ластоногие бойцы забеспокоились и разделились на две части. Обладатели топоров выстроились в стеночку и отделили на всякий случай меня от своих собратьев, а молотобойцы сгрудились вокруг шамана, принявшись его освобождать. Их суета неприятно напомнила мне те моменты, когда я пытался выжить посреди набранных сбору по сосенке в учебный легион преступников. Энтузиазма много, но друг другу все только мешают в связи с громадной нехваткой опыта. Откуда бы эти ребята не взяли оружие, раньше вести боевые действия они не тренировались. Ну, или уделяли этому делу пару часов раз в несколько месяцев.

— Что с ним?

— Кажется, вырубился.

— Это мы его так?

— Нет, кажется, он сам себя ударил.

— Но чем?!

— Ластом! И как дотянулся то только…

Больше шаман не сопротивлялся и потому его освобождение стало делом лишь нескольких секунд, после которых из свертка вытряхнули наружу морского хранителя с ярко видимыми следами гематом по всему телу и четким отпечатком собственной конечности поперек морды. Те штуки, которыми его молотили, явно были не простыми кусками железа. Впрочем, серьезно раненным духовынй лидер данной общины разумных моржей не выглядел. Стоило ему шлепнуться на живот, как он немедленно принялся наводить порядок среди своих подчиненных. Половина отправилась драить до блеска ледяные полы, вторая убирать никогда не кончающийся в местном климате снег, руководящую всей операцией моржиху назначили наводить стерильную чистоту в туалете пожизненно. Или, по крайней мере, до конца года. Закончив раздавать предварительные наказания, мой коллега одним невероятным для своей анатомии прыжком взвился обратно на покинутый им этаж, зарастил дыру в перекрытиях и обессилено растянулся на троне.

— На чем мы остановились? Забыл уже… — Пробормотал шаман, подпирая морду ластом. Жест, который следовало бы ожидать от кого-то, кто привык к более функциональным конечностям. Например, рукам. В крайнем случае — щупальцам. — Перепутали они! Ох, детский сад, штаны на лямках…Хотя каких еще лямкамх, не носят они штанов. А стоило бы! Или нет, не доросли еще, лучше пеленки вроде твоей! Сами план разработали, сами его осуществили, да только чуть-чуть объект приложения своих усилий не тот выбрали!

— Ну, бывает. — Признаться честно, особого сочувствия к коллеге у меня не имелось. Хорошо хоть драться после такого мы теперь будем вряд ли. Он сам уже не в лучшей форме, а наличный состав местного ополчения всеми силами драит полы.

— Идиоты! Четыре века я с ними уже вожусь, пытаясь вколотить в их дубовые головы хоть чуть-чуть мозгов! — Продолжал разоряться шаман. — И, такое чувство, все стало только хуже! Сначала большая часть племени вышвырнула нас с лежбища, желая вместо нормально развития только жрать, спать и спариваться!

Ну, понятное дело, добровольно постигать сложные науки моржи вряд ли бы согласились. Заставить трудиться любое разумное существо может либо необходимость, либо выгода. Обычно все же первое, ибо теоретически доступное после долгой и напряженной работы благо редко перевешивает лень

— Теперь еще и оставшиеся верными ученики чуть не убили! Как?! Ну вот как они могли перепутать меня, которого видели со дня своего рождения и тебя, впервые показавшегося им на глаза?! — Продолжал разоряться шаман, начиная искриться разрядами как замкнувшая подстанция. — И ведь не издеваются же, действительно перепутали! Просто взяли и перепутали! Слушай, скажи, что ты явился, чтобы бросить мне вызов! Сегодня я как никогда хочу сбагрить кому-нибудь свои владения, учеников и женщин! Ибо моя шея такой ноши уже больше не выдержит!

— Сам занят по горло! Своих обалдуев спасать надо! — Поспешил заверить коллегу я, решив не уточнять количество последних. А то всунут внагрузку еще пару-тройку дополнительных моржей… — Итак из-за этого проклятого призыва все планы черт знает куда улетели!

— Жаль. Искренне жаль! — Вздохнул шаман, пригасил искорки на усах и тяжело обрушился обратно на свой ледяной трон. Необычная мебель брызнула во все стороны сверкающими крошками и заскрипела, но потом принялась стремительно заращивать полученные повреждения. — Я уже не молод, а спихнуть свою работу не на кого.

— Ты не выглядишь дряхлым. — Мой внимательный осмотр и впрямь не обнаружил у собеседника ни единого признака подступающей старости. Впрочем, не уверен, что сумел бы вообще найти таковые у моржа. — Да и дрался, мягко говоря, не плохо. Такими ударами, какой мне на лежбище отвесил, только скалы крошить.

— Не физически, такие как мы, не стареют. Душевно. — Шаман как-то странно размылся и в следующую секунду на краю ледяного насеста сидел уже метрового роста карлик в зеленом сюртуке, с подбитым глазом и волосатыми ногами. Хоббит щелкнул пальцами, и тут же непонятно откуда в помещение влетело десятка два отдаленно похожих на фей существ, совокупными усилиями тащащих несколько бутылок вина и поднос с разложенной на нем закусью. — Давай, превращайся. Я же вижу, обличье дарованное безымянной хозяйкой вод тебе непривычно. Сам таким был…К концу второго века это пройдет. Оба обличья станут абсолютно естественны и начнут взаимодополнять друг друга. Если доживешь

— У меня пока не очень хорошо получается с трансформацией. — Странные уродцы, похожие на гибрид летучей рыбы с маленьким человечком, проворно сервировали намороженный ими ледяной столик. Их маленькие личики были почти привычных пропорций, но тела покрывала чешуя, а растущие из-за плеч длинные наросты являлись скорее плавниками. Одеждой необычные официанты, несмотря на царивший кругом холод, по большей части пренебрегали, ограничиваясь набедренными повязками как у мужчин, так и у женщин. — Я на этой работе недавно. И она, если честно, всего за несколько месяцев успела порядочно задолбать!

— То ли еще будет! — Усмехнулся хоббит, откупоривая первую бутылку. — Когда-то давно один только-только выбравшийся из маминой норы фермер захотел прокатиться на лодке в грозу…Если бы он только знал, к чему это в итоге приведет, то меня бы даже к лужам пришлось подтаскивать цепями. Ну, за встречу! Я, кстати, Сенжер.

— Алхимик. А что, слуг из исконно морских обитателей у начальства нет вообще, если она по океанам распихивает типов вроде нас? — В идее выпить с коллегой я видел один большой недостаток…Выпивку. Учитывая, что я первый раз встретил кого-то из слуг морской богини, кроме себя, вопросов у меня скопилось воз и маленькая тележка. — И это, давай с алкоголем уже после дела, а?

— Спирт — это яд, но яд не очень сильный. Меньше чем бочонком на нос даже взбодриться то толком не получится. — С толикой сожаления вздохнул хоббит. — А дослужившиеся до превращения в морских хранителей жрецы из дельфинов или там китов имеются…По пустыням, степям и лесам бродят, осваивая новый для способ передвижения — на ногах вместо плавников.

— Это уже не естественный отбор, это уже неестественный беспредел какой-то. — Вздохнув, я аккуратно поднял сделанную из льда рюмку телекинезом и выплеснул её содержимое себе в рот. — Безымянная совсем с ума сошла со своими принципами выживания наиболее приспособленного к окружающей среде.

— Ну, вот не надо на богов роптать, не надо. — Погрозил мне пальцем Сенжер. — Во-первых, они все слышат и запоминают, собаки такие. А во-вторых, в совсем уж безнадежные ситуации она не посылает никого. Даже тех своих адептов, которыми очень недовольна. Уж мне ли не знать? Морж — это было просто таки нереальным повышением! Первые сорок лет своей службы в качестве морского хранителя я вообще провел лангустом. Поверь, жить на дне и отбиваться от всех желающих тебя сожрать исключительно усами совсем не весело!

— И чего ты умудрился натворить? — Я грубил повелительнице морей напропалую…Но надо признать, всегда заслуженно. В тех ситуациях чтобы удержаться от хотя бы словесного выражения своей ненависти к этой высшей сущности, надо было иметь поистине стальную выдержку. Ну, или полное отсутствие гордости. — Разрушил храм? Убил кого-то из жрецов? Сливал конфиденциальную информацию конкурентам из других религий?

— Ударил Безымянную кинжалом, который был выкован одним из божков Черного континента для своего сына. — Хоббит не без интереса понаблюдал за тем, как здоровенный полуморж чуть не утонул в содержимом маленькой рюмки, отчаянно закашлявшись. — Убить не сумел, но раздери меня все демоны преисподней, ей действительно было больно. Вот и пришлось несколько десятков лет ползать по дну задом наперед и питаться падалью. А тебя то за какие грехи в моржа превратили?

— Говорил в лицо Безымянной все, что о ней думаю. А еще не совсем честно выиграл пари, которое богиня с архидемоном на меня заключали. — Поразмыслив, я не нашел причин скрывать правду. — Чтобы выиграть мне надо было покинуть страну…А в итоге занесло во владения церковников, пользующихся правом на экстерриториальность. Слушай, ты где конкретно такой интересный кинжал достал? И ту ткань, в которую можно морского хранителя завернуть и долго не разворачивать? Там еще есть похожие вещички? Только…Получше. Чтобы одна наша общая знакомая не выпуталась, а то я задом наперед ползать по дну не хочу.

— Все может быть. Я артефакт приобрел у торговцев Чернодрева. Те еще твари, себе на уме. Хотя товар лучше, чем у них, найти сложно. — Покатал по столу туда-сюда бутылочную пробку хоббит. — Наверняка они придержали для себя более мощные реликвии. Но если решишься искать их на Черном континенте, будь осторожен. Эти ребята не просто людоеды-работорговцы, за ними один из богов тех диких мест стоит. И по сравнению с ним наша госпожа, чтоб её армия драконов отодрала, просто милая добрая девочка.

— Буду иметь в виду. Тем более мне, вот уж совпадения, надо срочно наведаться в те края. — Я оглядел ассортимент закусок и решил остановиться на омлете. Сто лет его не ел! Правда, учитывая размер желтков погоду за окном, ингредиенты для него наверняка давал какой-нибудь императорской пингвин, а не привычная нормальным людям курица…Хотя стоп, не подали ли нам любимый деликатес местной популяции моржей? — Скажи, а это яйца киджи?

Фееерыбы, давно закончившие сервировать стол, но почему-то все еще продолжавшие виться вокруг нас, синхронно заверещали как стая рассерженных воробьев и ринулись в атаку. Словно разгневанные обитатели пчелиного улья они принялись виться вокруг меня, норовя всадить в лицо короткие иглы, до этого момента прятавшиеся в их запястьях. Сами по себе подобные булавочные уколы не были опасны телу исполинского полуморжа, но от каждой крохотной ранки в стороны начинало расползаться очень неприятное жжение.

— Пошли прочь! Кыш! Эй, если не уйметесь, вам же хуже будет! У меня аура ядовитая! И кровь, кажется, тоже! — Замахал я на них руками, стараясь тем не менее действовать как можно аккуратнее. Не знаю, насколько прочны эти довольно больно жалящие уродцы, но обычно крылья всякого рода летающих существ довольно хрупкие. Чуть задену — и придется либо собирать его из кусочков, либо вообще выращивать заново. На помощь первоначальному составу из незаметных на первый взгляд щелей в стенах и потолке принялись вылетать новые фееребы, стремительно наращивая свою численность до практически сотни экземпляров. — Уйми их, Сенжер!

— Только то, что ты явно не знаешь о чем говоришь, иначе бы такое здесь точно не ляпнул, удерживает меня от того, чтобы разорвать тебя на две части. Левую и правую. — В глазах коротышки-хообита, ничуть не увеличившего в размерах, плескалось нечто такое…В общем, я оценил степень вероятности исполнения озвученной угрозы куда выше пятидесяти процентов. Этот не либо сделает, либо нет. Этот очень постарается сделать и применит все свои возможности, которых у него много. — Сама мысль о том, будто бы родители могут подать на стол своих жареных детей, заслуживает хорошей взбучки!

— Ты хочешь сказать… — Я так удивился, что даже забыл отмахиваться от непрестанно жалящей меня мелочи. Мой взгляд метался туда сюда от выложенного на тарелке омлета до кружащих вокруг гибридов фей и рыбин. С равной вероятностью подобные магические существа могли как рожать живых детенышей, так и откладывать икру. То есть, по сути, яйца. — Эти существа…Они и есть киджи?! Но тогда получается…

— Племя, которое стало мне домом более чем на четыре столетия. Племя, от которого мне Безымянной запрещено удаляться дальше, чем на день пути. Племя, которое чуть менее чем полностью связано со мной кровными узами. Племя, которое я не могу заставить себя перебить, но которое всеми силами стараюсь лишить будущего…Теперь это племя людоедов. — Мрачно констатировал морской хранитель в облике хоббита, делая правой рукой какой-то жест. Все феерыбы мгновенно отлетели от меня на расстояние пары метров, но прятать свои жала не спешили. Они кружили вокруг, злобно жужжа и поглядывая с явной злобой на крохотных личиках. — Если быть точным, то мои внуки и правнуки не делают различий по тому, к какому именно виду принадлежит добыча. И разумна она или нет. Для них мясо — все, кто не морж. А единственные градации, что могут быть применены к людям, эльфам, гномам, хоббитам, русалкам или киджи — так это вкусовые.

— Но как так получилось? — Я был настолько шокирован услышанным откровением, что остро ощутил необходимость куда-нибудь присесть…Неосуществимую, если учесть, что мое тело и так лежало себе смирненько на пузе.

В состояние когнитивного диссонанса меня ввело вовсе не известие о том, что обитатели лежбища ловят и жрут всех, кого могут. Пф! Да большая часть гоблинов и не меньше половины орков этого мира практикуют те же кулинарные традиции! Шок вызвало известие о том, что стоящий передо мной хоббит папа, дедушка, прадедушка и вообще патриарх в энном колене у немалого количества моржат!

Понятно, если четыре века куковать среди чужого изначально общества, то волей неволей примешь новый стиль жизни. А проблема совместимости видов у существ с магическим метаболизмом вообще не стоит. Но если Сенжер докатился до того, что позарился на моржих, то получается рано или поздно и мне представительницы данной расы могут показаться не такими уж и уродливыми?! Я не хочу!!! Изменения должны быть к лучшему, а не в такой ужас! Надо срочно слать подальше облик морского хранителя, принимать человеческую ипостась и не снимать её вообще! Во избежание! А еще регулярно закреплять правильную ориентацию с людскими женщинами и прочими более-менее приличными гуманоидками! В городе дроу должны быть бордели на любой вкус и для самых разных клиентов. Надо бы посетить. Или заказать девочек прямо у содержащей гостиницу темной друидки, только уточнить, что они мне нужны не для жертвоприношений или еще какой пакости, а так сказать по основному профилю.

— В основе падения моих потомков лежать гордыня, лень и жажда силы. Возможно в обратном порядке. — Вздохнул Сенжер, видимо не заметивший душевных метаний своего собеседника, устало подпирая голову ладонью. — Эти края всегда были жестоки. Тьма находится в морской бездне под нашими ногами и регулярно посылает наверх своих ужасающих детей. А кроме того именно сюда открываются двери из проклятых чертогов Сакраеша в том случае, если кто-то из высших демонов желает выйти в мир вне призывного круга.

— Ты хочешь сказать, что племя развратила одна лишь тень присутствия архидемонов? — Я постарался скептически поднять брови, но анатомия моржей подобному мимическому упражнению не благоприятствовала. Или просто лицо так опухло из-за множества полученных от киджи уколов? Интересно, а их яд на меня подействует? Ой, не хотелось бы…Прекрасно обойдусь и без напоминания о том, как чувствуются текущие из носа сопли. — Прости, но не верю. Лично видел только Окреша, а он большинством экспертов относится к числу темных владык лишь формально, но его аура уж точно не могла изменить к худшему никого, кроме излишне пугливых или жадных до силы идиотов.

— Ты серьезно недооцениваешь племянника владыки Ледяного Провала, но речь все же немного о другом. — Покачал головой хоббит. — Насколько я понимаю, все окрестные племена представляют из себя этакий буфер, которым хозяйка океанов решила окружить потенциально опасное место. Безымянная намеренно поселила их среди льдин, подготовив несколько удобных лежбищ и даровав увеличение физической и магической силы. Они веками останавливали то, что могли остановить…И по праву победителя поступали с трофеями единственным возможным для них способом. Ели.

— Демонятина вряд ли может считаться редкостным деликатесом. — Я вспомнил вкус убитого несколько часов назад спрута, волей неволей оставившего некоторую часть своей крови на зубах убившего его гигантского моржа…Если может быть нечто среднее между бензином и плесенью, так это был он. — Скажу больше, она отвратительна. Ну, или мне не те породы порождений зла на пути попадались. Уж лучше рыба, пускай даже не только сырая, но и живая.

— Зато она содержит в себе достаточно энергии, чтобы поддержать ослабленный ранами организм победителя. — Сенжер поморщился от явно неприятных воспоминаний. — К тому же десятилетия подобной диеты способствуют как выработке сопротивления к магии тьмы, так и увеличению собственного потенциала. Я вижу, ты когда-то обрел свою силу, собирая из трупов оставшиеся там после отлета души крупицы…Так вот, поедание сырой и еще теплой плоти по сути мало чем от данных ритуалов отличается.

— Эту силу мне всучили насильно, но не суть. — Мне начала надоедать данный разговор. А еще с каждой секундой места, куда жалили киджи, начинали чесаться все сильнее и сильнее. — Но как же племя перешло от борьбы с демонами к поеданию всех, кто не морж?

— Я не видел большой беды в том, что молодежь начала устраивать охоты на тварей. Напротив, гордился этим. Думал, мы перешли из обороны в наступление. — Хоббит взялся за откупоренную бутылку вина и надолго присосался к её горлышку, пытаясь хотя бы вкусом напитка перебить неприятные воспоминания. — Ну а то, что у убитых монстров съедались наиболее полезные части, так разве они поступили бы с нами иначе? Да и вообще, чем это так уж сильно отличается от взятия трофеев с трупа? Разумность некоторых демонов роли не играла. Даже никогда не появляющиеся в столь безлюдных краях суккубы, несмотря на свой обворожительный облик и вполне понятную речь живут высасыванием жизни жертв. Вот только кроме опасной добычи, которая и сама всеми силами старается закусить охотниками, имелись в наших краях и иные способы стать со временем сильнее. Более вкусные и такие же полезные.

— Киджи. — Кивнул я на кружащую по-прежнему вокруг нас мелочь.

— Киджи. Касатки. Киты. Белые медведи. Моржи других племен. Жизнь сурова, стычки с кем-то из них по разным причинам бывали и раньше. Вот только с некоторых пор мои потомки стали сами их искать. И не оставлять после ими же начатого боя ни раненных, ни пленных, ни мертвых тел. — Зубы хоббита скрипнули так, словно могли вот-вот сломаться. — А взамен своей беспощадности и кровожадности они получили лишнюю силу и свободные охотничьи угодья, в которых кроме них больше никто не мог позариться на рыбу, ракушки или иные продукты, доступные в ледяном море.

— И ты не сразу понял, что к чему? Не попытался их остановить? — В это мне верилось слабо. Сенжер не производил впечатления мерзавца, способного попустительствовать подобному…Ну, во всяком случае, я еще ни разу раньше не видел мерзавцев, которые озабочены обучением подрастающего поколения математике. Заковать детей в цепи, продать их или заставить работать на себя по двадцать часов в сутки — это они могут. Но учить?! Таких пока не встречалось.

— Они таились. Первые решившие, что они выше всех и остальные им лишь пища догадались — остановлю их, если узнаю. Втягивали к себе одного за другим, соблазняя их спокойной и комфортной жизнью. Ведь охотиться на чужаков в разы легче, чем на демонов. — Хоббит допил бутылку и в ярости расколотил сосуд об ледяной столик. Крошево из сверкающих осколков брызнуло в разные стороны. — Да и не слишком охотно связываются твари тьмы с теми, кто равен им или уж тем более куда сильнее. Особенно наши демоны, не очень-то далеко ушедшие от хищных животных. А когда правда все-таки вскрылась, я оказался практически один против всего племени. Племени, большая часть которого не слишком уступала мне в грубой силе.

— Мы сильнее любого из моржей, ведь размер не главное. — Что-то в рассказе Сенжера не вязалось. — Я так на пляже чуть не всех хозяев гаремов по одному отметелил, когда пытался понять, что происходит.

— Ты сильнее. — Хоббит сделал упор на первое слово. — Не знаю, как и почему, но дурной мощи в тебе больше, чем в любых двух из знакомых мне морских хранителей вместе взятых. Конечно, сам тоже далеко не слабак и в поединке раскатаю любого из детей даже без учеты опыта, которого и на троих-четверых хватит…Но против толпы один не выстою.

— Тем более, что убивать направо и налево тех, кто её составляет, у тебя рука не поднимется. — Кажется, подарочек в виде части выигрыша Безымянной я недооценил. Понятно, что кусок отданной архидемоном мощи сейчас лишь по большей части хороший потенциал…Но иметь возможность для развития и раз за разом биться об свой потолок в попытках проломить его — это две большие разницы. — Только точечно. По одному. Тех, кто заслужил или кого совсем не жалко.

— Я все еще надеюсь как-то исправить ситуацию. Но пока все мои усилия так ни к чему и не привели. Вот уже дошел до того, что детей у племени воровать начал. — Вздохнул шаман. — Все равно их родителям до отпрысков дела нет. У матерей еще инстинкты хоть как-то работают и кормить потомство заставляют, а вот отцы могут не успевшего вовремя отползти с пути сына или дочь попросту задавить, когда им лень менять траекторию своего пути. Или съесть их, если по какой-то причине не желают опускаться в воду, а защитить мелочь некому. Сам видел! Даже две мои младшие дочери, которые тебя призвали, не понимают, что так жить нельзя! Дуры.

— Действительно, призывать одного морского хранителя, чтобы он помог решить проблемы, создаваемые другим морских хранителем, не очень умно. — Поддакнул ему я. — Уж лучше бы квалифицированного специалиста призвали из старших слуг Сакраеша. Они, думаю, разумными моржами в качестве жертв плату без проблем возьмут.

— Не знают эти идиотки демонологии. Я и сам её не знаю, потому и не учил. А в оторванном от остального мира расстояниями и льдами глухом углу кроме прямолинейной боевой магии и примитивных повседневных заговоров вообще ничего и не используют. За ненадобностью. — Хоббит подозрительно шмыгнул носом, похоже его душили незаметно наворачивающиеся на глаза слезы. — Вообще их идея была вполне рабочей. За почти четыре века прозябания во льдах я видел лишь около десятка других морских хранителей, ты всего двенадцатым будешь. С четырьмя у нас случались драки, и двое из них вполне серьезно пытались меня убить.

— Из-за чего воевали-то? — Насторожился я от такого признания.

— Двое сами первыми задираться начали, третий думал, будто у нас тут какие-то неведомые сокровища в вулкане спрятаны и пытался его взорвать, ну а с четвертой нехорошо вышло… — Чуть смутился шаман. — Я тогда еще был совсем молодой и не желал смириться с тем, что не могу удаляться от лежбища дальше дня пути. А тут вдруг настоящая живая женщина! Причем даже гном, ну то есть вполне привычных форм и габаритов! Потом пришлось долго извиняться.

— Да, вовремя попросить прощения, это конечно самое главное. — Не смог удержаться от мелкой подколки я. — Так понимаю, оставаться во льдах она не захотела?

— Угу. Ушла, как ни умолял я её задержаться хотя бы на пару годиков или десятилетий. А жаль! Вдвоем мы бы стали отличной парой, может даже удалось бы основать свой клан. — Размечтался Сенжер, но потом скривился. — Но вышло как вышло. И в итоге часть детей от наложниц из племени погибла, а двое оставшихся уж лучше бы и не рождались! Вот же вырастил тварей двуличных на свою голову! Родного отца убили б не моргнув глазом, если бы не боялись, что в случае моей смерти Безымянная может отозвать свое благословление с племени и их любимого теплого лежбища…Подозреваю, гибель большинства их старших братьев и сестер была не настолько случайной, как всем казалось.

— Да, тебе не позавидуешь. — По отношению к коллеге личные проблемы выглядели…Незначительными. Оба моих пропавших друга живы и вряд ли за прошедшие месяцы столь кардинально изменились, чтобы нам стало решительно не по пути. Конечно, их могли сломать морально…Ну, реабилитационной терапии еще никто не отменял. Исправить при достаточно количестве средств, времени и магии можно почти все. Кроме природной паскудности, пожалуй. Хотя и с ней борются карательными методами, иногда даже успешно. Либо мерзавец действительно исправляется, либо просто боится вновь взяться за старое. Ну, или тихо гниет в земле и пусть она ему будет пухом. — Может, я чем помочь смогу? Все равно собираюсь отбыть в дальние края так быстро, как только сумею.

— И? — Нехорошо взглянул на меня хоббит. — Предлагаешь взять и убить моих дочерей? Какие бы они не были, но они мои дети! Пусть плохие, испорченные, злые! Однако других нет! Больше нет… И даже если бы были, это ничего бы не изменило.

— Ну, проблему надо решать. — Я неуверенно покосился на вино. Интересно, где Сенжер его взял? Вряд ли торговые экспедиции обладают своими ледоколами. С другой стороны, когда есть порталы, то доставка груза в любую точку мироздания становится технически возможной — а остальное лишь вопрос затрат. — Тем более с учетом того, что недавно было сказано, логичнее было бы тебе заняться данным вопросом самому. Но ладно, воздержимся от кардинальных мер. Перекинем их вместе со мною в цивилизованные земли и всего делов. Уж до ближайшей впадающей в океан реки клянусь дотащить их целыми и невредимыми. А там пусть живут как хотят, но подальше от своего племени.

— Они никогда не были в теплых морях, не знают их… — Забормотал хоббит, но по глазам его я понял, что своим предложением попал точно в цель. Убить дочерей у Сенжера не поднималась рука…Ну или ласт, учитывая то, в каком облике он провел большую часть своей жизни. Заботливый отец и этим все сказано. Мне не понять его мотивов…Во всяком случае до тех пор, пока не озабочусь созданием собственной семьи со всеми вытекающими. — Как же им там совсем одним? Съедят чего-нибудь не того, заболеют, на акул нарвутся, от китобоев уйти не успеют…

— Ну, не одним, а вдвоем. И потом, ты вспомни, как ваше племя от остальных моржей в плане размеров и личной мощи отличается. Да они же большинство водящихся в океане тварей вообще одним плевком пришибут! А на пару могут хоть вылезать на сушу и ползти захватывать себе свое маленькое королевство. — Мое замечание имело под собой более чем веское основание. Пусть я в плане мощи превосхожу среднестатистического морского хранителя. Пусть сестры оному же среднестатистическому морскому хранителю несколько уступают. И? Нет, даже не так. И чё?! — Какой самоубийца рискнет обидеть весящего десятки тонн исполина, до кучи располагающего магическими возможностями на уровне опытного колдуна? Если твои сестры не будут задираться на богов, архидемонов драконов и топающие мимо по своим делам армии, то вряд ли им серьезно начнет угрожать что-то, кроме скуки!

Неспешное планирование устранения политических конкурентов шамана прервало ощущение какой-то…Неправильности. Я буквально чувствовал, как воздух в паре метров от нас дрожит и пахнет кровью, готовясь уступить место чему-то еще. А вон Сенжер, похоже, прекрасно понял, что именно происходит, поскольку одним рывком отправил ледяной столик со всем его содержимым в дальний угол, каким-то чудом умудрившись не стряхнуть с него бутылки, а после перевоплотился в моржа и покрылся электрическими разрядами.

— Это же не ты открываешь портал, вливая в него жизненную силу? — Полуутвердительно спросил бывший хоббит, готовясь к бою. — Проклятье, да сколько же жертв там под нож положили, что у меня аж с этой стороны усы ноют?

— Единственное, что я сегодня резал, так это твой омлет. — Гадать о том, кто к нам сейчас заявится в гости, было бесполезно. Но вряд ли это будет друг или случайный прохожий, не с моим везением надеяться на подобную милость судьбы…Ну, учитывая биографию Сенжера, не с нашим. На всякий случай я создал между своих ластообразных рук чуть ли не метрового диаметра шарик, и теперь сосредоточенно накачивал его энергией тьмы. Даже если с той стороны открываемого портала окажется демон, чего вполне можно ожидать, таким количеством родственной ему энергии захлебнется подавляющая часть жителей нижних планов. — Но вряд ли пошедшие на него нерожденные зародыши могут рассматриваться как жертвенная пища.

Два десятка алых от покрывающей их свежей крови когтей, исходящих паром, прорезали пространство и рванули его в разные стороны. Трехметровый четырехрукий скелет с вытянутой зубастой пастью, наводящей мысли об оборотнях, удивленно уставился на двух поджидающих его морских хранителей в облике моржей. Ну, точнее я думаю, что удивленно. На самом деле судить о его настроении за отсутствием мимических мышц пришлось бы по отблескам синего огня, горящего в трех глазницах. Две располагались там, где и надо, а вот последняя нагло пялилась мне прямо в морду с середины лба. Одеждой монстр пренебрегал, если не считать пары нацепленных на верхние руки браслетов и какой-то темной цепочки, обмотанной вокруг пояса. Впрочем, а чего ему тряпками то особо прикрывать от нескромных взоров? Тазовую кость? Аура существа была довольно характерной для большинства немертвых и некромантов, вот только энергонасыщенность её неприятно поражала. Запас магических сил чудовища примерно раза в три превышал то, чем располагал я, будучи обычным чернокнижником. Живые колдуны с подобным «боезапасом» запросто именуются магистрами. Впрочем, в плане доступного объема энергии я все равно буду круче…Жаль, пользоваться ей могу из рук вон плохо.

— Пошел обратно в преисподнюю, гнилушка! — Сенжер, благодаря векам опыта, ударил незваного гостя быстрее, чем он успел хоть чего-то предпринять. Ослепительно яркая молния, сорвавшаяся с усов коллеги, вонзилась в центр груди скелета и пробила её навылет, оставив после себя оплавленную дыру, куда человек сумел бы просунуть руку. Безмолвно отшатнувшаяся назад тварь взмахнула руками и пространство немедленно схлопнулось, отсекая её от нас. Выпущенный мной шарообразный снаряд из концентрированной энтропии пробил насквозь несколько стенок на пути, а после улетел куда-то вдаль черной кометой. Ну, ничего, больше высотных построек в данном районе вроде нет, а километров через пять прямолинейного и равномерного движения заклятие должно рассеяться, впустую поразив воздух. — Хм, ты гляди, и правда пошел! С чего бы это он, а?

— Ну, убить его с одного удара ты не мог. Покойники до безобразия живучи, если можно о них так сказать. — Я по мере возможностей и умения старался просканировать окружающее нас пространство, но ничего подозрительного в нем не было. Даже кровь в воздухе больше не чувствовалась. Видимо портал действительно оказался закрыт, а выйти из него никто так и не успел. — Пугливость нежити тоже не свойственна. Скорее всего, решил, что с нами связываться себе дороже. Меня больше интересует, кто его послал.

— Враги, кто же еще. Вопрос только твои, мои или наши общие. Эта тварь сюда пыталась заявиться уж явно не чтобы с нами на троих сообразить. — Сенжер неспешно пополз в тот уголок, куда отправил столик с вином, на ходу принимая облик хоббита. — Сколько на свете живу, а дружелюбную нежить ни разу не видел. Ну, если не считать случаев, когда трупешники пытались прикидываться случайными прохожими, чтобы удобнее было зайти тебе за спину. И то, что монстр ушел сейчас, еще ничего не значит. Он вполне может вернуться через некоторое время, дождавшись более удобного случая. Немертвым некуда спешить, а уж ждать они умеют немногим хуже камней.

— Живых врагов, способных натравить такое чувырло, а не обычную шпану из подворотни, у меня не густо…Поумирали все как-то от неестественных причин вроде меча в пузе. — Я попытался вспомнить всех персон, которые могли бы истово желать смерти одному скромному морскому хранителю, в прошлом не менее скромному темному магу. Выходило, что таковых персон двое. Гоблинский божок и архидемон. Мда, тот случай, когда качество с лихвой заменяет количество. — Правда, один Ленваху, а второй — Окреш. Ну и еще твои дочери, возможно.

— У меня врагов такого ранга тоже негусто. — Задумался шаман. — В смысле, раньше то их было много, но за четыре сотни лет безвылазного сидения во льдах они в большинстве своем передохли и без посторонней помощи. Неужто и правда девочки? Ты вспоминай, может еще кто есть? У подданных морской богини жизнь, как правило, интересная. От всех желающих её оборвать отмахаться не успеваешь.

— Ну, еще одну перерожденную ведьму из дроу недавно очень даже обидел. — Поднапряг память я. — Но она бы никогда не послала против меня этого четырехрукого костяка. Дамочка была банально сильнее его, а я раскатал её саму в тонкий блин, пусть и по большей части за счет эффекта неожиданности.

— Да, так глупо подставляться совсем не их стиль. — Был вынужден признать Сенжер. — А для двух упомянутых тобой персон простой лич в качестве посланца тоже как-то слабоват. Они, конечно, в иерархии им подобных тварей стоят в самом низу, что один, что второй. Но все равно ближе к высшим сущностям, чем к бывшим смертным вроде нас! Методом исключения остаются…Мда…Но чтобы не в первую попавшуюся реку их выкинул, а до самого океана дотащил! Понял меня?!

— Да они же либо меня пришибут, либо на полпути сбегут! — Нянькаться с чересчур самоуверенными и злыми ластоногими ведьмами не хотелось. Впрочем, куда сильнее возможности схлопотать заклятие в спину нервировала необходимость длительное время выдерживать женскую истерику. А сестры её обязательно закатят, если их похитить из родного дома переместить куда-то еще. Это, конечно, если у нас вообще получится изъять двух наиболее просвященных и магически опасных членов племени с пляжа, полного их единомышленников.

— Не сбегут, я их надежно упакую. — Поморщился Сенжер, а после допил прямо из горла содержимое одной из бутылок в три глотка. — У меня тут как раз и тара нужная освободилась…

Глава 9

Надраенный до блеска медный голем, больше всего похожий на гибрид терминатора с пузатым самоваром, смялся как жестянка, когда моя рука пробила его корпус насквозь, выйдя наружу в том месте, где у человека располагались бы лопатки. Особой необходимости в таком изуверском добивающем ударе уже не было, ведь обе руки магического робота уже валялись под ногами отдельно от его туловища, но вот конкретно на данный образчик техномагии я сейчас был очень зол. Злиться на того, кто без всяких предупреждений вдруг обрушивает тебе прямо на голову здоровенную шипастую булавы — это очень естественно, не так ли? Изнутри теперь уже точно вышедшего из строя механического охранника ударил фонтан темной жидкости, подозрительно напоминающей кровь…А, нет, все же это просто масло! Ну, или бензин. Во всяком случае, горит здорово. Взвившиеся вокруг нас языки жаркого пламени можно рассмотреть даже с другого конца города, если забраться повыше. Напротив лба в нескольких сантиметрах от кожи завис в воздухе арбалетный болт, в котором вместо стального наконечника использовался подозрительного вида зеленый кристалл. Под воздействием энергии смерти древко за пару секунд сгнило, а заряженный убойной магией камешек лишившись поддержки плюхнулся вниз. Там куда он упал отполированный сотнями тысяч ступавших по нему ног гранит немедленно начал крошиться, словно взбиваемый невидимым отбойным молотком. Хорошо, что перед дружеским визитом в гости я озаботился тем, что тщательно создал вокруг своего неуклюжего тела полноценный магический щит и теперь только едва-едва отвлекался на подпитку его дополнительными порциями энергии.

— Я так понимаю, мне тут не рады? — Полуутвердительно спросил я у привратника, судорожного перезаряжавшего арбалет за спинами пары големов, один в один похожего на того, который догорал у моих ног…Ну ладно, ладно! Учитывая анатомию ластоногих и им подобных — у моего пуза. — Тогда зачем писать на фасаде здания большими буквами, что вход свободный для всех, у кого есть два золотых вне зависимости от их расы, пола, способа существования и вероисповедания? Я требую, как минимум, вернуть деньги!

Между прочим, не такая уж и маленькая сумма за один только вход! А все дополнительные услуги наверняка идут за дополнительную же плату. То, что они тут есть, сомнению вообще не подлежит. Как же это в бане, да без них? Пиво, закусь, девочки, караоке…Вряд ли даже темные эльфы могли внести в этот список развлечений, доступных посетителям дальних родичей общественных бассейнов чего-нибудь кардинально новое. Разве только расширили ассортимент подаваемых блюд и оказываемых персоналом услуг свыше всяких разумных пределов, включив туда разные извращения вроде тушеных в собственном панцире бронированных слизней или расширенного набора плеток для гостей.

— Десять монет, и ты сторожишь эту дверь снаружи, чтобы никто больше сюда раньше времени не зашел! — Предложил над самым ухом бархатистым и достаточно мелодичным женским голосом незамеченный мною до того силуэт. Основание шеи кольнуло приставленным к коже стилетом, цепком удерживаемым затянутой в черный шелк рукой. Каким-то чудом сия особа, одетая практически как настоящий ниндзя, за исключением полностью открытой головы, умудрилась полностью спрятаться в незначительной тени, отбрасываемой в один из множества внутренних двориков общественных бань полуоткрытой створкой ворот, ведущих в настоящий лабиринт из соединяющихся друг с другом коридоров. Выкопанный в земной породе комплекс изначально строился с таким расчетом, чтобы свободно ориентироваться в нем мог лишь тот, кто привык перемещаться сразу во всех трех измерениях. — Или можешь получить мой нож в свою шею. Твой барьер не плох, но Зуб Змеи может впрыснуть в тебя свой яд сквозь любую магию. Выбирай.

— Всего десять золотых? Как-то маловато будет! — Начал торговаться я, одновременно принимая профилактические меры против приставленного к шее зачарованного клинка. Учитывая название оружие, оно вполне может оказаться чем-то из храмового арсенала жриц, а значит, будет опасно и для морского хранителя. Мне раньше приходилось множество раз использовать свои целительные силы для того, чтобы ставить на ноги раненных….Но ими же, при необходимости, можно и убивать. Причем не только полностью, но и частично, если будет в том нужда. Из находящегося в опасности участка тела была стремительно откачена вся кровь, а следом за ней последовала и жизненная сила. Сразу же под слоем кожи омертвевшее мясо трескалось, изнутри отделяясь от живых прослойками соединительных тканей. — Тем более, что тот, кто оплатил это чудное местечко на ближайшие два часа, работает то на меня.

Стилет немедленно впился в шею на всю свою глубину. От ответного удара ластообразной лапой оказавшая к врагу слишком близко темная эльфийка ушла изящно прогнувшись в спине и пропустив над собой чудовищную конечность. Неудобный ракурс, впрочем, не помешал мимоходом выдернувшей кинжал обратно дроу удивленно расширить глаза, когда вслед за оружием из раны последовала и насаженная на узкое лезвие искусственно выращенная прямо под кожей бородавка, формой напоминающая обычную пробку от винной бутылки. Яд, который туда впрыснул артефакт, мог оказаться до ужаса убойным…Но с тем же успехом им можно было травить выдернутый из головы волос или срезанный с пальца ноготь.

— Вот, что у меня за жизнь? Даже культурно отдохнуть в сауне по приглашению не получается. Обязательно придут какие-нибудь отморозки и весь отдых будет сведен на нет очередным мордобоем. — Пожаловался я своим сопровождающим, полностью вползая в отнорок, состоящий из нескольких цепочкой расположенных комнат. Думаю, такой странное расположение их не случайно. В случае нападения, вот как сейчас, темные эльфы или гости их города могут легко занять оборону, удерживая противника в единственном проходе. А если предбанник возьмут штурмом, отступить дальше и продолжить сражаться уже на новом рубеже. — Кликните, кстати, кто-нибудь обслугу. Тут сейчас очень много крови пополам с машинным маслом надо будет отмыть.

Парочка дроу и служащие у них грубой силой големы при виде трех ведьм с оранжевыми полотнищами флагов несколько растерялись…До такой степени, что арбалетчик вдруг взял и потерял голову. Из соседней комнаты, проход в которую перегораживала наваленная из мебели и немножко обугленная баррикада, вылетело на огромной скорости свернутое в кольцо лезвие с шипами. Если не ошибаюсь, такая штука называется чарамом или вроде того. Вращаясь не хуже циркулярной пилы экзотическое метательное оружие вгрызлось в шею стрелка и, не сильно замедлившись, понеслось дальше, пока не вгрызлось в стену. Где и застряло, обдав напоследок помещение целым фонтаном каменной крошки.

, — Убить Рилда! — Симпатичное личико хозяйки стилета искривилось в гримасе ненависти и страха, но присутсвие духа она явно не утратила. Девушка резанула своим кинжалом собственную руку и сорвавшиеся с неё капли крови растеклись в алый туман, прикрывший заклинательницу полусферическим щитом. — Живее, болваны металлические!

Её механические подручные гуськом, двинулись вперед и начали своими телами таранить баррикаду. Развернуться в ряд хотя бы из двух бойцов им не позволяла ширина входа. Первого из големов немедленно начало густо утыкивать короткими метательными стрелками, с небрежной легкостью свойственной лишь зачарованному оружию пробивающих полированный металл.

— Сдавайся. — Предложил я волшебнице, окутываясь энергией тьмы и начиная давить на барьер. Тот мало того, что устоял, выдержав просто чудовищный натиск, так еще и довольно чувствительно обжог меня! Впрочем, поддержание подобных чар далось темной эльфийке нелегко. Её кожа стала пепельно серой, а глаза едва не вылезли из орбит, но созданный магией крови барьер стоял непроницаемой стеной. Точнее, непроницаемой он будет до тех пор, пока подпитывающееся напрямую от заклинательницыволшебство не высосет из дроу всю жизнь до последней капли. Тем временем големы продавили таки баррикады и прорвались вглубь помещения, пусть даже первый из них и стал напоминать страдающего от нервного припадка ежа. Пробившие медь стрелки чего-то нарушили в самоходном магическом механизме и теперь он при каждом движении отчаянно дребезжал и шатался из стороны в сторону. — Твоя жизнь мне все равно не особо нужна, а вот выкуп за неё пригодится.

— Раз так, то я займу место твоего подручного, когда он умрет. — Если бы в гримасе на её лице было меньше боли, то она могла бы сойти за усмешку. — Мне не составит труда справиться даже с тем, что не осилит этот жалкий слабак!

— Это не так работает. — Предупредил её я, начиная накаливать в руке заряд из концентрированной до предела энтропии. Возможно, получится создать из самой магии подобие кумулятивного боеприпаса, который сначала пробьет в разделяющем нас барьере для себя маленькую дырочку, а уже потом рванет внутри защищенного от окружающего мира пространства. Вот только прибегать к данному трюку очень не хочется. Шансов выжить в таком случае у ведьмы будет лишь чуть-чуть больше нуля, а мне не очень нравится убивать женщин. — Во всяком случае, у всех, кто не дроу. Последний раз предлагаю, сдавайся.

Гласу разума темная эльфийка так и не вняла, к тому же из глубины помещения послышался звук удара чего-то твердого, предположительно дубины, по чему-то мягкому и мучительно стонущему, предположительно исполняющему обязанности детектива. Наплевав на сохранность её жизни, я ударил всей своей магической мощью в барьер, и созданная из крови преграда разлетелась в мелкие мгновенно истаявшие клочки, а ведьму вместе с дверным косяком, облицовкой стен и частью мраморно пола унесло маленьким взрывом прямиком в бассейн, располагавшийся в соседней комнате.

— Рилд! Ты где?! — Прорычал я, влетая следом за своей жертвой и начиная внимательно осматривать царящий в комнате бардак. В бортике за которым плескается мутная от машинного масла до безобразия вода выбоины, такие же в полу, один голем тихонько догорает в углу, второго вообще не видно. И ни следа контрабандиста! А ведь прятаться в шкафу он при всем желании не сумеет, не осталось тут целых шкафов, как и любой другой мебели. Все пошло на изготовление баррикады, чьи останки оказались растоптаны магическими механизмами. — Отзовись, если жив, а то хуже будет! Хотя если и нет, не страшно. У меня и мертвый отзовется, а свежего покойника при наличии достаточного количества сил даже самый неумелый некромант разговорить должен суметь…Ну, если ротовой аппарат у трупа поврежден не слишком сильно.

— Я в порядке, о Великий! — Послышалось из-за края бортика бассейна. Судя по голосу, ни в каком порядке мой наемный сотрудник не был. Нормальные дроу так замучено не хрипят, во всяком случае, пока их не начнешь душить. — Только вылезти не могу! Она слишком тяжелая!

— Она — это кто? Ты там с подружкой, что ли, плаваешь? — Заинтересовался я, заглядывая в искусственный водоем. Внутри ожидаемо обнаружилось некоторое количество строительного мусора, второй голем, разложившиеся до состояния лежалого трупа остатки волшебницы и отчаянно цепляющийся за уводящую вниз лесенку Рилд Ланет. Со своим противником, очевидно и загнавшим его в мокрую стихию, контрабандист справился на твердую четверку. Ноги, торс и голова голема, почему-то не взорвавшегося в отличии от двух других, смирно лежали на дне. Вот только левая рука конструкта, отделенная от остального тела чем-то острым, насмерть вцепилась в моего информатора. Если бы тот не имел точки опоры, то весящая явно не один десяток килограмм железка мигом бы утянула коренного жителя подземелья вниз. И еще большой вопрос, сумел бы он освободиться от неё быстрее, чем оказался бы вынужден захлебнуться. — Ууу, как банально! А я уж думал, ты тут со свежим трупом этой на редкость самоотверженной ведьмы борешься не на жизнь, а на смерть.

— Не верьте ей, Великий. Она может быть почти здорова, несмотря на состояние тела и ауры. — Буркнул дроу, когда я его поднял его телекинезом и осторожно перенес на ровное пространство. — Эта дрянь из дома Фрит, помимо склонности достаточно вольно трактовать законы о контрабанде славящего своей живучестью. Они настоящие мастера на такие фокусы, никого лучше них нет в искусстве ложной смерти. Единственная надежная гарантия их убийства — расчленение тела или хотя бы отрубание головы. В ином случае не меньше трети вроде бы убитых ведьм с их клановым знаком рано или поздно вновь могут вам встретиться.

— Нет, я не думаю, что это тот случай. Полагаю, с её стороны конкуренции ты уже можешь не опасаться. — Внимательный осмотр тела ведьмы позволил без всяких дополнительных приборов увидеть ребра, обнажившиеся из под слоев истлевший плоти. Хотя в любом случае, даже если сейчас она в своего рода магической коме и вдобавок не нуждается в кислороде для дыхания, то восстановиться после подобных травм быстро вряд ли сможет. К тому времени, хотелось верить, Ассасин уже будет найден. — У тебя есть для меня хорошие новости? Или ты выслал мне с посыльным записку лишь затем, чтобы доложить о провале? Дамы, выйдите, пожалуйста, и подождите нас снаружи. Поймаю за подслушиванием — не поленюсь лично оттащить на поверхность и сдать в самый строгий пансион для благородных девиц, где из всех доступных радостей жизни есть только молитвы светлым богам о прощении за факт собственного рождения, а про занятия любовью даже родящиеся из пыли и сырости мыши в подвале слыхом не слыхивали.

Устрашенные угрозой младшие жрицы Ночи покинули номер. Надеюсь, излишне любопытствовать они не будут, а то ведь возьму и приведу свою угрозу в исполнение. Тем более, две кандидатки на перевоспитание уже есть, осталось найти монастырь, куда могут взять двух сверхбольших моржих с фашистскими и людоедскими замашками. Как оказалось Сенжер помимо всего прочего замечательно умеет работать с пространством. Во всяком случае упихать обоих дочерей в одну бутылку и остановить для них же время бывший хоббит смог минуты за три всего. Да мы дольше этих поганок, каким-то образом почуявших, что запахло их жареными хвостами, по всей акватории ловили. Еле нашли в подобии водолазного колокола из льда, не только опущенного на дно, но и основательно замаскированного кораллами.

— Разыскиваемый вами человек определенно был в городе. Начинался его путь на главной городской арене, где он провел по меньшей мере четыре месяца, постепенно поднимаясь от обычного мяса до ранга довольно ценного раба-гладиатора. Признаков безумия, хронических болезней, следов наложенных проклятий или иных тревожных симптомов лекари у него на последнем осмотре не обнаружили. Конечно, там не самые лучшие целители из доступных, но уж практики им более чем хватает. — Поспешно зачастил дроу, как только его соотечественницы вышли. Видимо контрабандист опасался схлопотать по шее за дурные вести и необходимость его спасения. — Объект даже успел заслужить некоторую любовь публики и право сохранить за собой любимое прозвище, прежде чем таинственным образом исчез. Не сбежал, не умер, не был куплен, а будто испарился в никуда одним абсолютно ничем не примечательным утром как раз после раздачи завтрака. Дальше достоверных свидетельств о нем нет, только слухи, причиной возникновения которых может являться и кто-то еще.

— Уже неплохо для начала. — Довольно ухмыльнулся я. Ассасин не только жив, но и более-менее в здравом уме и твердой памяти. Возможно, даже смог устроиться здесь с некоторым комфортом. Скорее всего, у него изрядно прибавилось шрамов и неприятного жизненного опыта, ну да это дело житейское. И вообще, будет знать, как злить демона и уводить у него темных эльфиек, желающих отдаться относительно безобидному и щедрому порождению зла! Если бы не его импульсивные действия, та яма с коричневой дурнопахнущей жижей сугубо натурального происхождения, куда мы все трое дружно ухнули, могла бы оказаться куда менее глубокой. — Давай свою непроверенную информацию.

— Одна из надсмотрщиц гладиаторских бараков Фирин Красейзис столь же загадочно пропала в никуда через месяц после исчезновения интересующего вас гладиатора. — Чуть снизил темп своей речи, немного успокоившийся контрабандист. — Это далеко не первый подобный случай, ведь дисциплину среди только-только поступившего на арену мяса насаждают исключительно болью и страхом. Да и среди боевых рабов буйные почти все, а более-менее продуманные планы мести своим мучителям лелеет минимум каждый второй. К тому же конкурентов и просто недоброжелателей пропавшей надсмотрщицы никто не отменял. Только обычно находят если и не виновников произошедшего, то хотя бы тела. Или их остатки. А тут — ничего, если не считать столь же загадочной пропажи одного из рабов, к которому Фирин явно испытывала особое отношение.

— Особое — это в смысле у них был роман? — Уточнил я, пытаясь мысленно примерить на своего друга лавры альфонса. Нет, в принципе соблазнять девушек он более чем умел…И предостерегающие взмахи кнутом его бы не остановили, как и обычный визит на больничную койку из-за своей дерзости. Однако талантов в тонком манипулировании партнершами в нем раньше замечено не было. А без них максимум, который мог бы урвать себе удачливый гладиатор, это стать личной постельной грелкой симпатичной тюремщицы.

— Нет, вряд ли. — Несколько сбился с мысли Рилд. — Скорее уж наоборот. Она не раз подвергала его различным телесным наказаниям, особенно до тех пор, пока он не завоевал себе симпатий публики. Только кастрацию раба по прозвищу Ассасин Фирин проводила минимум трижды.

— В смысле, трижды?! — Я невольно ощутил холодок внизу живота и рефлекторно постарался прикрыть самое дорогое дополнительным магическим щитом. — Зачем трижды?! Одного раза не хватило, что ли?! По кусочкам резала?! Ну, садюга…Странно, что Артем еще весь ваш город с четырех концов не поджог!

— Действительно вызывающий некоторые вопросы момент. Увы, в записях таких тонкостей не отмечают, а свидетелей ни одной из процедур не было. — Судя по всему, контрабандисту и самому было неуютно обсуждать подобное. Видимо рефлекторно примеривал данное чудовищное изуверство и на себя, ведь перед карательной системой наказаний, прописанных законами дроу равны даже другие дроу. Особенно если они мужчины. — Могу точно сказать, что частичную кастрацию гладиаторам не проводят, при необходимости удаляя детородный орган за один раз. Подобное не запрещено, просто не принято. И надсмотрщица Фирин раньше ни в чем подобном замечена не была.

— Повод для того, чтобы её исчезнуть у Ассасина определенно был…Даже если он смог регенерировать. В четвертый раз подряд. — В принципе, подобная версия была не такой уж и невероятной. Морская богиня давала всем своим жрецам возможность исцелять раны. Мой друг, правда, никогда не проявлял особого интереса к магической медицине, ну да жить захочешь и не так раскорячишься. Ну, или захочешь чего-нибудь еще до такой степени, что дело сделать надо, а вот дышать уже вроде как и не обязательно… — Какие еще слухи ты мне принес?

— За последние месяцы несколько ограблений и убийств в городе было совершенно людьми, не имеющими при себе опознавательных знаков гостей или снявших их. — Пожал плечами контрабандист. — В нераскрытых преступлениях есть как минимум четыре эпизода, когда беглый раб соответствовал части примет разыскиваемого субъекта. Магия духа и умение виртуозно сражаться без оружия не столь уже редкое сочетание навыков, но встречается оно обычно все же у желтокожих обитателей царства Кин. Реже у жителей Черного континента. Белые люди тоже владеют ею, но предпочитают усиливать меч, дубину или на худой конец острый обломок камня, а не собственные кулаки.

— Да, это вполне может быть тот, кого мы ищем. — Согласился я с контрабандистом. У дроу в рабстве вполне мог оказаться и мастер меча, и паладин, и имеющий неплохой опыт по части рукопашной боевой маг…Да только вся эта братия в первую очередь училась предъявлять ближнему своему всю тяжесть имеющихся аргументов на тренировках по фехтованию. А вот земляне, которых в городе темных эльфов раз, два и обчелся, не могли учиться выпускать противникам кишки острыми железяками. Во всяком случае, официально. Потому и приходилось как каким-нибудь средневековым бесправным крестьянам извращаться с искусством боя без оружия. — Подробности?

— Патрульный ящер вместе с седоком бросились догонять подозрительного человека. Точнее, первоначально за ним кинулись все стражники, но преследуемый мог передвигаться по вертикальным поверхностям стен пещеры быстрее, чем большинство дроу. Догнать его смог лишь оторвавший от остальных всадник. Зверь и его хозяин разбились, упав на камни с большой высоты, но пропал меч, кошелек и уздечка. — Принялся перечислять Рилд. — В склад торговца едой с поверхности Хрынга по выкопанному прямо с улицы без применения активной магии подземному ходу проник грабитель. Охранник, перед тем как потерять сознание, увидел белую тонкую руку, обхватывающую сзади его шею. Учитывая, что он — тролль, придушить его было не просто. Как и унести товаров, преимущественно копченого мяса, вина и фруктов, на сумму более двух сотен золотых.

— Нет, ну Артем конечно любит пожрать, но столько ему не съесть. Испортится раньше. — Прикинул я возможности своего друга. — Скорее всего, ваш торгаш занялся приписками. То ли от налогов таким образом хочет уйти, то ли как-то застраховаться умудрился…Или разыскиваемая нами персона умудрилась найти какое-нибудь сообщество беглых рабов, и продуктов они набрали сразу на всю компанию.

— У нас такого не может быть. Любая шайка оказывается обнаруженной и уничтоженной в течении нескольких дней. Если же нет, значит, её покрывает как минимум кто-то очень влиятельный. — Осторожно возразил Рилд. — Наземники, да даже и гномы, в абсолютной темноте просто не видят. Под и над городом много тоннелей, проходов и почти неиспользуемых пещер. Вот только даже отблеск самой маленькой свечи там истинное дитя подземелий заметит за тысячу шагов. Искусственно освещаются только те места, где трудятся рабы. Ну и улицы города. Да только здесь попавшегося на глаза беглеца попробует схватить первый попавшийся прохожий, чтобы оставить его себе, тут же продать в один из храмов для жертвоприношения, выставить на арене или вернуть хозяину за вознаграждение.

— Оставшиеся два случая? — В услышанном был резон. Жить под землей в искусственно созданной паутине тоннелей и приспособленных для разных хозяйственных целей пещер было можно без особых проблем. Но делать это незаметно для хозяев, не одну собаку съевших на подозрительности и паранойе по отношению к всему и вся? Нет, возможно, в принципе все…Вопрос только в том, насколько виртуозно надо уметь прятаться и какой запредельной удачей обладать, чтобы раз за разом не попадаться.

— В боевого мага клана Принкелес до того мирно стучавший в кузнице молотом раб-человек метнул наковальню. Входящий в первую сотню сильнейших чародеев города покойный успел поставить щит, но тот ему помог не сильно. Просто его смяло в кучу окровавленных костей раскаленным и частично расплавившимся металлом. Убийца ударом кулака пробил мостовую и скрылся по канализации в неизвестном направлении. — Продолжил докладывать о подозрительных случаях мой информатов. — Свидетелей происшествия хватало, некоторые из них даже уверенно опознали исчезнувшего с арены гладиатора по прозвищу Ассасин.

— Как же у него вышло скрыться, если там было столько народа? — Озадачился я логической нестыковкой. — Разве свидетели не должны были его поймать? Ну, или хотя бы долго преследовать?

— Желающих связываться с тем, кто без особых проблем может ударом кулака раскрошить камень вглубь на длину собственного роста, не нашлось. Подобный риск мог бы позволить себе другой боевой маг или кто-нибудь из жриц, но никак не обычный обыватель. — Развел руками контрабандист, а после направился к стене, в которой засел его чакрам. Просто так глубоко засевшее в камне оружие не выдергивалось и тогда дроу достал из рукава кинжал и принялся использовать тот словно самое обычное долото. — Нет, будь у них время, чтобы договориться между собой и объединить усилия, тогда безусловно.…Но в связи с полной внезапность произошедшего такая возможность отсутствовала, а уже сложившихся организованных групп поблизости не оказалось. Район, где произошло убийство, откровенно небогатый. Там живут бедные ремесленники, мелкие торговцы, не успевшие войти в хороший отряд, не говоря уж о клане, наемники. К сожалению, у меня так и не получилось выяснить, что именно покойный забыл в почти трущобах.

— И последний случай? — Причин убить боевого мага у Артема могла быть воз и маленькая тележка. Тот ему как-то насолил за время мыканья среди гладиаторов, случайно увидел убежище моего друга и следовательно представлял опасность, да в конце-концов дроу могли банально заказать! Не думаю, что в подобной ситуации получится перебирать источниками дохода. Тем более, по сравнению с моральным обликом большинства коренных обитателей подземной столицы темных эльфов обычный киллер будет выглядеть практически святым человеком.

— О, это можно сказать свежая сплетня, поскольку случилось все только позавчера. В квартале мертвецов какой-то человек проник в особняк одного из относительно молодых высших вампиров и воспользовался артефактом, вызвавшим вспышку солнечного света. — Охотно доложил контрабандист, наконец-то выдирая свой чакрам из стены. — Умер окончательно и сам кровохолеб, и пять из семи его обращенных слуг. — Возможно, это был и кто-то еще, но отделавшиеся ожогами мертвецы утверждают, будто ворвавшийся к ним живой уверенно блокировал голыми руками удары владельца дома первых секунд десять. Дожидался, пока на шум явятся остальные, и попытался накрыть их всех одним ударом своего артефакта. Почти получилось, надо сказать. Одного подранка спасли глухие латы, отделался только выжженными глазами и вслепую сиганул в погреб для вина, крышку которого потом едва-едва смог удержать. Ну а второй, разваливаясь пеплом, несмотря на боль все же сумел убедительно притвориться окончательно дохлым и потому не удостоился добивающего удара.

— Высший вампир может вырвать рыцарю сердце прямо сквозь кольчугу. Мужи и воительницы смертных рас в бою на равных ему не соперники и лишь при численном перевесе да с благословлением богов можно одолеть монстра. Минимальный отряд, с коим имеет смысл нападать на одинокого кровопийцу подобной силы, должен насчитывать не менее четырех мечников или иных бойцов ближнего боя, двух лучников и одного мага. — Задумчиво процитировал я строчки какого-то местного талмуда по нежити, задержавшиеся в памяти со времен периода упорного самообразования. — Мда, либо Ассасин успел за время выживания на арене порядочно прокачаться, либо это был вообще не он. Из дома чего-нибудь пропало? Артефакты? Деньги? Складированный в чулане ужин, чья кровь пока еще находилась в оригинальной упаковке, то бишь человеческом теле?

— Ну, не совсем человеческом…Светлоэльфийском. Кроме взятой высшим вампиром во время его только-только закончившейся вылазки на поверхность пленницы из особняка ничего не пропало. Ни монеты, ни драгоценные камни, ни даже довольно неплохая коллекция книг, некоторые из которых стоят куда больше своего веса в золоте. — Подтвердил мое предположение контрабандист. Да уж, узнаю Артема! Сойтись со стаей кровососов на кулачках ради прекрасной дамы? Да раз плюнуть! А потом гордо удалиться в закат, перебросив оную через плечо, собирая выбитые зубы сломанными руками и абсолютно позабыв предаться главной радости любой битвы, ну то есть мародерству. Впрочем, ему помимо собственной безалаберности могли помешать какие-нибудь объективные обстоятельства, вроде необходимости как можно скорее перевязать раны или приближающихся стражей правопорядка пополам с соседями. — На личность убийцы вампиров всем, в общем-то, наплевать. А вот пропавшую пленницу ищут усиленно. Знакомый из стражи шепнул мне, что она принадлежит к какому-то ну просто таки до неприличия знатному роду, и за такую жертву жрица любого из храмов мигом окажется в любимицах у своего божества.

— Знакомо звучит. — Мне уже дважды доводилось спасать светлых эльфиек с алтаря. Правда, оба раза это оказалась одна и та же на редкость невезучая особа…Если и в третью нашу встречу она будет голой, связанной и кровоточащей, то она точно проклята. Или старательно пытается стать мученицей во имя своей веры, подобный вариант тоже не исключен. Короче, придетсяповести себя как порядочный темный маг и оставить ушастую деву себе в личное пользование! Глядишь, пока научусь возвращаться к полностью человеческому облику, она уже акклиматизируется и не придется лишний раз напрягаться, чтобы склонить к интиму. — Полагаю, наша задача сильно осложнилась. Ведь где прячется никому кроме меня ненужный Ассасин, там и находится всем срочно необходимая эльфийка…

— Хха! — Нашу беседу прервал звук, который больше подошел бы не объекту, за исключением цвета кожи идентичному текущему предмету обсуждения, а всплывшему на поверхность киту. Ну, или моржу в моем лице. Короче, с трудом добравшаяся до поверхности воды ведьма жадно глотала полной грудью воздух. За то время, пока Рилд вел свой доклад, её трупу стало существенно лучше. Исчезли не только следы разложения заживо, даже синяков и тех не осталось! Правда, несколько натянулась кожа на скулах и прочих участках тела, открытыхне обладающей способностью к восстановлению одеждой, но за такую регенерацию плата в виде пары-тройки килограмм родного мяса и жира может считаться просто ничтожной. Моя не хуже, но я же элитная игрушка морской богини, которой нельзя дать сломаться слишком быстро, а она относительно простая темная эльфийка с минимумом сваливающихся на её голову подлянок от высших сил! — Вы еще тут?! Вот же попала…Сдаюсь! Пожалуйста, делайте со мной что хотите, только не убивайте! Я готова на все!

— Какие резкие перемены, однако. Видимо у тебя была только одна запасная жизнь. — Пробормотал я, взмахом ласта останавливая контрабандиста, уже заносящего для броска свой чакрам. — Рилд, не торопись. Убивать людей, ну и темных эльфов тоже, не слишком-то выгодно. В отличии от использования. Какие у нас есть варианты действий с настолько талантливой ведьмой, что сумела обмануть мнимой смертью даже меня?

— Выкупа за неё не дадут. У нас не принято выкупать пленников своей расы. Это считается признаком слабости. Можно попытать насчет тайников, но смысла особого не имеет. Я хорошо знаю её, всю прибыль она вкладывала в своих големов, а их эксплуатация стоит немалых денег. — Экзотическое оружие неспешно принялась раскручиваться вдоль кисти дроу. Видимо прощать свою потенциальную убийцу он не собирался. — В общем, прибытка никакого, если не считать возможности поразвлечься. Сначала убить, а потом изнасиловать или сначала изнасиловать, а потом убить. Рекомендую все же первый вариант.

— С моей дочерью ты так и сделал, ублюдок! — Усыпленной ложной покорностью ведьмы я не заметил, как она вытряхнула из мокрой гривы своих волос длинную тонкую иглу с подобием хвостовых стабилизаторов, которую ловко перехватила в ладонь и метнула. Но не в меня, самым позорным образом проворонившим удар, а в контрабандиста, напротив держащегося весьма настороженно. Результат был немного предсказуем, дротик скрытого ношения оказался отбит, а сорвавшийся в короткий полет зазубренный круг прорезал в груди темной эльфийки громадных размеров вертикальную дыру, обдав все вокруг кровью и размолотыми костями. Покачнувшись, словно подрубленное дерево, дроу рухнула прямо так, где стояла.

— Имел полное право. — Пожал плечами контрабандист, доставая из кармана какой-то камешек, похожий на губку и начиная им очищаться. Странный предмет впитывал в себя все лишнее с одежды с такой эффективностью, что попади он на Землю и все производители стирального порошка разорались бы в течении пары месяцев. И даже реклама по всем каналам им бы не помогла. — Не стоило ей пытаться влезть в торговлю гримуарами с поверхностью. Это — мои дела! Ну, или дела рода Ланет, если уж на то пошло.

— Она имела на это право! — Слабо пробулькала ведьма, несмотря на явно смертельную рану все еще остающаяся не только живой, но даже и в сознании. Возможно, она бы даже смогла её регенерировать, но закончивший наводить красоту Рилд принялся обходить её по широкой дуге, двигаясь к опять засевшему в стене чакраму. И, что-то мне подсказывает, следующим броском контрабандист отпилит таки своей противнице голову. Просто для гарантии и возможности спать спокойно остаток своей жизни. — В конце-концов, она была и твоей дочерью!

— Вряд ли. В лучшем случае шансы были один к трем. — Каким-то образом Рилд смог так раскрутить свое оружие, что оно не только перерубило шею корчащейся на полу ведьмы, но еще и отскочив от пола вернулось обратно ему на руку. — Какие будут дальнейшие приказы, Великий?

— Следи за свежими новостями. Если кто-то начнет выкуривать Ассасина из той норы, где он прячется, скорее всего, это потребует некоторого напряжения. — Пробормотал я всеми силами стараясь казаться невозмутим. Кажется, получалось не очень. Во всяком случае, левая бровь начала ритмично дергаться и до ужаса хотелось придержать её руками. — Ну и за принесением в жертву светлых эльфиек следи. Поймавшие её могут заодно сцапать и нашу цель…А еще найди для меня подробности того, сколько вообще ваших дальних родичей притащили в подземелье, и где они сейчас находятся. Насколько я знаю их породу, дама обязательно захочет спасти соотечественников. И Артем ей в этом с радостью поможет, поскольку понадеется урвать в качестве благодарности нечто посущественнее пары поцелуев. Да к тому же прорываться к людям в одиночку, и прорываться к людям вместе с энным количеством беглецов, как минимум худо-бедно научившихся владеть оружием или магией за столетия жизни, это таки две большие разницы!

После услышанного скромный контрабандист буквально требовал пересмотра моего к нему отношения. Вообще к профессиональному неплательщику таможенных сборов и прочих налогов я испытывал неприязни не более чем к любому другому прохиндею. Ну, то есть почти вообще не испытывал. По сравнению с разоряющим поселения других народов работорговцем, грабителем-горлорезом или даже честным наемником, режущим простых обывателей за пригоршню золотых, данная профессия выглядела вполне тихой и миролюбивой. Соответственно на фоне других дроу представитель клана Ланет выглядел вполне приличным существом, которому и руку подать не зазорно. Однако его сексуальные пристрастия, мягко говоря, напрягали. Вплоть до желания прихлопнуть контрабандиста ластом и растереть, словно попавшего под ногу таракана. Останавливало лишь то, что в таком состоянии он больше не сможет работать. Однако на прощение надо будет все же передать ему кроме обещанной платы еще и какое-нибудь проклятие позаковыристей. Например, на моментальную остановку сердца, и пусть, если захочет, идет потом жаловаться на произвол со стороны нанимателя. Секунд пять-десять у него будет, а не успеет — сам виноват.

— Таких пленников охраняют лучше, чем сокровищницы. В конце концов, золото — это просто золото. Само по себе оно никуда не убежит и никого не убьет. — Похоже Рилд каким-то шестым чувством понял перемену моего к нему отношения…Или просто мимические мышцы моржа оказались куда более выразительными, чем мне казалось. Во всяком случае, теперь контрабандист явно не сводил с меня настороженного взгляда и не торопился прятать свой чакрам. — Я сомневаюсь, что пробиться к ним силой получится даже у вас. Наши дальние родичи не раз пытались освобождать своих пленников при помощи могущественных духов природы или света, которым практически все равно, в каком месте воплощаться, но очень редко те добивались хоть каких-то результатов.

Внезапно до безобразия резко запахло кровью. Нет, ей тут и раньше воняло, особенно после едва ли не расчленения бывшей подружки Рилда, но сейчас этот аромат воспринимался как-то иначе. Да и воздух над изгаженным в ходе битвы бассейном как-то подозрительно задрожал, не то сминаясь внутрь себя, не то перемешиваясь невидимым миксером вместе с самим пространством. Знакомые симптомы, почти так же все выглядело перед тем, как на меня и Сенжера напал тот странный скелет. Опять он?! Но ведь дочери шамана заточены в бутылку, а бутылка находится в одном из внутренних карманов моей тоги! Или это не из-за них тогда на нас напали? Впрочем, не важно! Кто-то или скорее что-то ломится сюда и, кажется, в этот раз для открытия портала использовали куда больше силы. Тогда я её еле чувствовал, а сейчас у меня от ощущения дрожи реальности аж бивни ноют! Просто так тратить энергию никто не будет, с точки зрения магов её бывает либо мало, либо мало, но больше в резерв не влезает. Значит, на этот распахнутые врата будут крепче…Или больше. А зачем так напрягаться ради одного скелета, пусть и очень крутого? Незачем, если он, конечно же, не решил привести с собою приятелей!

— Готовься к бою! — Рявкнул я контрабандисту, жирной моржеподобной стрелой бросаясь к дверям. Жрецы всегда считались прекрасными борцами с нежитью. Светлые её просто испепеляли без долгих разбирательств, а темные брали ходячие трупы под контроль или банально вышибали клин клином, разрушая те магические конструкты, которые позволяли тварям двигаться. — Девочки, ко мне! Стоп, не туда! Давайте, как на улице, за спину. Да, там и стойте! И подготовьте самые мощные трюки из тех, на что способны.

— Зачем? — Подозрительно осведомилась та из троицы моих сопровождающих, которая в их компании занимала главенствующую позицию. Впрочем, от остальных её если и отличали какие-то внешние признаки, то я их заметить не смог. Во всяком случае, на грудях и ягодицах данной особы точно никаких аномалий не имелось, их мои глаза изучали особенно тщательно.

— Вас тут сейчас будут убивать! Точнее, убивать будут, скорее всего, меня, но вы теперь тоже на линии атаки! — Обрадовал я жриц прогнозом на ближайшее будущее. Возможно, использовать их в качестве средства огневой поддержки было и не очень благородно…Ну, все равно не быть мне паладином в сияющих доспехах, латы на хвост не налезут, а клыки из под забрала торчать будут. Да и потом, если имеют наглость официально шпионить за подозрительным гостем города, то пусть уж и отрабатывают получения инсайдерской информации. — В любую секунду ожидается открытие портала, из которого может выйти нежить. И вряд ли она на диете исключительно из полуморжей. Хорошо себя покажете в отражении атаки, дам каждой шоколадку.

Учитывая цены на лакомство родом с Черного континента, которые ушлые торговцы задирали до поистине космических вершин, не такой уж и маленький бонус! Вполне сравнимый по стоимости с тем же новым платьем…Гм, ну учитывая откровенный минимализм свойственный моде дроу, даже еще дороже. На их то одеяния ткани и кожи ушло совсем чуть-чуть.

— Всего одну?! — Возмутилась жрица, окутываясь переливами мягкого серебряного света, сильно напоминающего звездный. Две её коллеги положили ей на плечи свои руки и так же обзавелись подобным ореолом. Теперь силы всех трех жриц Ночи объединены в единое целое и нанесенный ими сообща удар значительно выиграет в грубой пробивной мощи. — А почему так мало?!

— Ну ладно, две! — Придется срочно изыскать дополнительные финансовые резервы. Уличными грабежами, что ли заняться? Пока местный аналог криминальной полиции поверит, что кошельки ворует гигантский полуморж, а пострадавшие действительно ничего наркотического не употребляли, Ассасин уже вполне может и найтись. — Начали, кажется, я уже вижу прокол пространства!

В открывшемся портале замаячило штук десять уже знакомого вида скелетов с вытянутыми как у собак челюстями. Эта нежить была классом пониже, чем мой старый знакомец, а потому заметно уступала ему в росте и имела всего одну пару верхних конечностей. Однако за спинами рядовой нежити находился её комадир…Который, кажется, изрядно удивился, когда его обдало фонтаном из осколков своих подчиненных. Нанесшие удар жрицы расколошматили больше половины врагов на мелкие кусочки потоком энергии, стачивающей ауры и тела немертвых словно горячая вода упавшие в неё льдинки. Полетевший следом от меня комок чистой энтропии разложил еще троих костяков до состояния уже никому кроме аллергиков не опасной серой пыли и, кажется, неплохо зацепил их предводителя.

— Ты! — Взревел трехглазый костяк, взмахами своих верхних конечностей посылая вперед целых четыре струи уплотненного до плотности стали ветра. Если бы я не успел выставить на их пути созданный из тьмы барьер, опасно затрещавший под действием враждебной магии, то пришлось бы объясняться с храмом Ночи по поводу распиливания их жриц на несколько частей. Кажется, монстр хотел сказать чего-то еще, но тут брошенный контрабандистом чакрам вонзился ему в пылающую колдовским огнем глазницу, расположенную чуть выше переносицы, а после немедленно покраснел как раскаленное железо и взорвался. Пахнущий свежей кровью портал схлопнулся, но от шрапнели в виде разрушенного артефакта нас это не спасло. Один из едва ли не расплавившихся шипов вонзился мне прямиком в живот, пробив с небрежностью легкостью магический барьер и жировые складки. Я зашипел от боли и наклонил голову вперед, чтобы разглядеть неприятно пекущую жаром рану…А после удержаться от вызванной неприятными ощущениями ругани все-таки не смог. Да и кто бы сумел удержаться от сквернословия, если бы в двух местах до крови пропорол собственной пузо своими же так и свисающими вниз с верхней челюсти длиннющими клыками?

Глава 10

— Итак, что у нас есть? У нас есть нежить, которая пыталась вылезти из портала и прибить меня уже дважды. — Рилд шнырял где-то по темным закоулкам города, выискивая малейшие следы Артема, ну а я якобы осматривал культурные достопримечательности столицы темных эльфов и приценивался к поставляемым ими товарам и услугам…Но на самом деле искал своего друга довольно оригинальным методом. Медленно ползал по главным улицам Шаризеда туда-сюда, нацепив на грудь и спину плакаты провокационного содержания. Впрочем, вряд ли надпись: «Я — Алхимик!», сделанная на чистом русском языке, могла быть по достоинству оценена темными эльфами. Скорее уж они принимали неизвестные им и светящиеся от переполняющей их энергии не хуже лампочек письмена за могущественное руническое заклятие, начерченное на каком-то аналоге всегда готового к применению магического свитка. — Вопрос лишь в том, кто её послал? Для Окреша как-то мелковаты тварюшки. Уж специализирующийся на торговле информацией архидемон то должен знать мой текущий уровень силы. Он бы нанял кого-то одного, но действительно опасного. Или наоборот, толпу пушечного мяса, имеющую шансы завалить морского хранителя трупами. Но тогда кто? Какие-нибудь прихлебатели Сарка, обидевшиеся за разрушенный храм и вообще имеющие свои счеты со слугами Безымянной?

— Ткани! Лучшие ткани! Пурпурный бархат! Паучий шелк! Гномий брезент!

— Костюмы на любую фигуру! Со скрытой броней! Потайные кармашки пришиваются бесплатно!

— Ковры! Красивые! Негорючие! Летающие! Бронебойные!

— Одежда из северных тигров, медведей, волков, лисиц и людей! Широкий выбор доступных размеров!

Вокруг меня шумел один из многочисленных базаров Шарозана, специализирующийся на торговле разного рода тряпками. Со спецификой, доступной лишь дроу, разумеется. Кому бы еще пришло в голову снимать кожу с какого-то изукрашенного шрамами и татуировками варвара, заботливо сохранив длинные черные волосы, а после переделывать её в плащ? К счастью, подобная экзотика составляла едва ли один процент от общего ассортимента, поскольку являлась скорее статусной шмоткой, чем реально удобной в применении вещью. А остальное было вполне обычными вещами разной степени комфортности, прочности и дороговизны. Попадались и вполне себе любопытные зачарованные вещи, вроде того же летающего ковра, рассчитанного не иначе как на воздушный таран. В общем, разглядывание товаров, продавцов и покупателей позволяло слегка успокоить нервы, посещение предыдущего рынка. Рабского. Я и раньше полагал, что некоторые цивилизации следует давить в зародыше, но после близкого знакомства с этим местом окончательно утвердился в правоте данного утверждения.

Наиболее элитные категории невольников еще находились в более-менее сносных условиях, проживая в почти стандартных комнатах, вырубленных в толще камня по три-четыре персоны на одни аппартаменты. Ну, подумаешь, вместо одной стены решетка и мимо покупатели ходят, иногда желая удостовериться в качестве товара. Жить можно, во всяком случае, до перехода к новому хозяину. Качественному товару позволяли иметь какую-то одежду, спать на циновках и питаться как минимум два раза в день. В основном подобным привилегированным положением пользовались разного рода ремесленники, которые могли даже в условиях подземелья продолжать свою профессиональную деятельность. Повара, металлурги, ювелиры, стеклодувы, портные, ткачи, кузнецы, каменщики. Некоторая часть живого товара возвращалась обратно под ясно солнышко, только уже в землях, где никому и в голову не могло прийти их освободить. Например, с тем же Алым островом, рассадником пиратов и драконопоклонников, существовали регулярные двухсторонние торгово-пассажирские маршруты. Наибольшим интересом у гостей с поверхности, как правило, пользовались шлюхи, которых темные эльфы старательно воспитывали из большинства угнанных в рабство человеческих женщин. Отсев кандидаток составлял не меньше половины. Одни оказывались недостаточно обучаемы, другие кончали жизнь самоубийством, третьи не выдерживали психологической ломки и сходили с ума. Однако оставшиеся после близкого знакомства с профессиональными извращенцами в более-менее сносном состоянии рабыни были готовы на все, лишь бы их не возвращали обратно на переподготовку и с огромным энтузиазмом оказывались готовы радовать своих новых хозяев всеми своими умениями.

Пленники, не обладающие особо полезными навыками или хотя бы нормальными физическими кондициями, теснились человек по пятьдесят в узких каменных мешках, больше всего напоминающих салон автобуса или хозяйственный вагон поезда. Прилечь можно только на грязный пол, который подметают не каждую неделю. Да и то только если его еще весь не заняли другие постояльцы, ведь все одновременно вытянуться в условиях такой скученности просто не могут. Из всей мебели — ведро для нечистот. Гигиенические процедуры проводят нерегулярно, и только если общая масса рабов начинает терять товарный вид. Раз в сутки им заносят большой чан помоев, годных лишь для прокорма свиней. Соответственно среди несчастных регулярно появляются разнообразные болезни, вши и прочие радости скученного существования друг у друга на головах. Нередки драки и даже изнасилования, которые обычно игнорируются охраной, если не появляется убитых и искалеченных. Основным предназначением подобной массовки была работа на многочисленных шахтах и подземных фермах государства дроу. Тяжелая, однообразная, безрадостная и продолжающаяся до самой смерти.

Но хуже всего тем, кого признали вообще непригодным в качестве раба. Тогда они переходят в категорию «мясо», которое живет лишь пару часов, в лучшем случае дней. Три четверти этих смертников забирает себе вечноголодная нежить по понятным причинам иных продуктов питания не признающая. Оставшееся идет либо в темные храмы для регулярных церемоний, где качество жертвы не так уж важно, либо на «промышленные» нужды вроде изготовления зомби-рабочих или зачарованных флейт из человеческих костей. Хотя и в примерной темноэльфийской домохозяйке, решившей на рабском рынке запастись парой килограмм свежей вырезки и завернувшей для того в «мясные» отделы, нет ничего необычного. Выбранного невольника ей разделают прямо там, а что останется после двух трех сеансов обрезания симпатичных краешков кинут на прокорм ездовым хищным ящерам. Эти поганые чешуйчатые хищники ведут себя хуже воротящих от полной миски нос избалованных котов и охотно едят только живую добычу, которая еще может хрипеть и дергаться.

— Эм, я не уверен, что у нас найдется для вас что-то подходящее, господин. — Нервно поклонился торгующий разнообразными ремнями дроу, перед лотком которого я остановился и глубоко задумался сначала о способах легкого геноцида темноэльфийского народа. Уничтожать всех подряд мне, конечно, претило…В конце-концов, детей всегда можно перевоспитать, главное в данном случае не допускать их к знакомству с биологическими родителями! А вот как минимум пятьдесят процентов совершеннолетних носителей их уникальной культуры исправят только могилы, тут никакими трудовыми лагерями ограничиться, просто не получится. — Могу предложить лишь этот пояс из кожи гоблинши-девственницы, создающий вокруг своего носителя защищающий от света полог тумана. Он прекрасно подойдет к вашей зеленой коже! Ну а остальное, боюсь, сгодится вам только как браслет.

Предложенная вещь действительно имела некоторые шансы сойтись у меня на пузе. Уничтожить половину дроу?! Я был излишне оптимистичен! Пожалуй, следует начать с девяноста процентов и играть на повышение! Возраст согласия у гоблинов, хотя они в большинстве своем таких сложных слов банально не знают, составляет лет десять-одиннадцать! И чтобы изготовить такую вещь, несчастного ребенка следовало ободрать целиком, иначе на пояс просто материала бы не хватило! А артефакты из двух и более разных существ делать не то, чтобы совсем нельзя, но намного сложнее, чем из компонентов одного единственного.

— Бесполезное барахло. — Я снова пополз вперед, старательно пытаясь разглядеть среди мелькающих тут и там рабов знакомое лицо. Маловероятно, конечно, что Артем будет вот так просто разгуливать по центру города…Ну а вдруг? В конце-конов, меня теперь не заметить сложно! Темные эльфы с пути сами расступаются, завидев бодро ползущее-летяющего вперед громадного зеленого моржа. Правда, наверное дело тут не в цвете и форме, а в таскающихся хвостиком младших жрицах. Уступить путь непонятному чуду-юду для истинного дитя подземелий может и западло, но стоять на дороге магического аналога тяжелого танка будет только полный глупец. Впрочем, если прямо по курсу попадается какая-нибудь важная особа, то уже мне приходится притормаживать. Даже очень крупному жуку не стоит попусту злить муравьев в их родном муравейнике. — Девочки, а что тут поблизости есть из общественных развлечений? Казни не предлагать и гладиаторские бои тоже.

Вряд ли Артем будет шляться там, где его каждая собака знает или в местах концентрации священнослужительниц, от которых в случае проблем фиг убежишь. Мой друг смелый до безобразия, импульсивный до неприличия и очень азартен, но он все-таки далеко не глупый человек. Совать голову в петлю просто так не будет. Вот за соответствующую плату — совсем другое дело. Жаль только, с определением ценности предполагаемого вознаграждения у него большие проблемы. Однако прогуляться по вещевому рынку он вполне может. В конце-концов, тут хватает рабов, таскающих за хозяевами покупки и на их фоне легко затеряться, ведьушастые расисты к чужой собственности не слишком то и присматриваются. А вот самих дроу почему-то маловато. И с каждой минутой становится все меньше и меньше.

— Уличный театр: «Фея и дракон». — Подумав, решила одна из жриц. — У них бывают очень неплохие эротические постановки, вот например…

Дослушать любительницу высокого искусства мне помешал блеск стали в руках одного из жавшихся к краю тротуара бедно одетого дроу, прячущего лицо капюшоном серой хламиды, а тело скрывающего за небольшой тележкой с какими-то пирожками, конфетами, печеньями и даже одним большим кремовым тортом. Само по себе наличие оружия вряд ли могло считаться среди местной публики чем-то особенным даже в руках не то продавца, не то кондитера. Но обычно для самообороны берут нож, меч, кинжал, топор на худой конец…Только не здоровенный арбалет, выпирающий из под плаща несмотря ни на какие ухищрения. Этот младший братец баллисты способен без всякой магии прошибить рыцарскую броню. Или толстую моржовую кожу. Учитывая же, что стальных консервов вокруг как-то не водится, ведь эльфы вне зависимости от цвета кожи предпочитают скорость и верткость толщине железной скорлупы, второй вариант выглядит более вероятным. Нет, еще в качестве потенциальных целей для тяжелого стрелкового оружия могли бы сгодиться те же големы, но на рынке одежды их как-то не водится. Ну, может в качестве охранников где-нибудь стоят, но на глаза как-то не попадаются. В отличии от торговцев едой. Буквально в пятнадцати метрах от первого лоточника нетерпеливо переминался с ноги на ногу второй, чем-то позвякивая при каждом движении. Тоже в серой хламиде без каких-либо украшений или меток и с капюшоном, скрывающим лицо. И кроме них подобных торговцев сегодня на глаза попадалось немало. То ли во время покупки тряпок на темных эльфиек нападает дикий жор, то ли скоро тут прольется немало крови.

— Девочки, готовьтесь. Сейчас, наверно, будут убивать. — Обрадовал я своих спутниц вполголоса, сначала накладывая на себя магический щит, а затем демонстративно игнорируя стрелка и проползая мимо. Может еще пронесет, может и не на меня охотятся. В конце-то концов, отжатие торговых точек у старых хозяев в пользу новых владельцев — чего может быть банальнее в этом мире? Да и не только в нем одном, если на то пошло. Измерения меняются, рэкет остается и только лишь играет новыми красками национального колорита. Но удобный уголок, где можно будет вжаться в стену и забыть о тылах, стоит просматривать уже сейчас. — Чисто для справки, последняя межклановая война у вас когда была? И какие между ними обычно промежутки?

— Месяца полтора назад, когда гильдию посредников вырезали. Да и поделом им, зажрались. Стали считать себя выше отдельных кланов, выше гильдий и даже выше храмов, вот и втоптали их сообща в пыль. — Неуверенно ответил кто-то из жриц, видимо тоже отметив, куда дует отсутствующий в подземелье ветер. По сравнению с тем столпотворением, которое наблюдалось здесь в начале «шопинга» рынок буквально вымер. Даже торговцы один за другим закрывали свои лавочки, захлопывая массивные окованные железом двери и опуская прочные решетки на витрины. Однако сами оставались внутри, не желая оставлять без присмотра товар. Да впрочем и чего им то бояться? Налогоплательщики нужны любому, просто так их вырезать станет лишь завоеватель, который не собирается в этом месте жить. — Вроде рано еще, чтобы снова город перетряхивать. Собственность посредников еще не окончательно переделили, больно уж много её было. Но данный рынок в их сферу влияния никогда и не входил!

— Странно. Чего ж тогда куда ни глянь вокруг какие-то подозрительные типы в серых плащах? — Задумался я, сворачивая на боковую улицу и обнаруживая в конце её сразу две тележки с едой, которые стоит лишь слегка толкнуть друг к другу, чтобы перегородить проход. И на каждый такой лоток приходилось по три «торговца». Видимо один принимает деньги, второй выдает товар, а последний отсчитывает сдачу. — На них, по-моему, еще не косится только охрана рынка…Которая вся куда-то резко исчезла.

— Может, просто переворот в контролирующем квартал доме намечается? — Внешне беззаботные жрицы также окутались в несколько слоев разнообразными магическими щитами, надежно прикрывавших их от всего, кроме похотливых взглядов. Кстати, странно, что эти фальшивые лоточники так глазеют на почти голых эльфиек. Нет, посмотреть там есть на что…Но обычно пялиться на священнослужительниц их сородичи предпочитали искоса и ненавязчиво. Чисто из соблюдения приличий и боязни получить по морде. И хорошо еще, если попадет только флагштоком по зубам, а не каким-нибудь пакостным проклятием спереди пониже пояса. — Кстати, какие-то странные эти наемники. Морды у них подозрительно похожие друг на друга.

— Ага. Одинаково наглые! — Поддержала её подруга. — Такое бы было понятно у близких родственников, но в какой семье может оказаться сразу сотня родных братьев или хотя бы кузенов?! И потом, почему тут одни мужики? Где командующие ими женщины?

— Я не знаю, но выход уже рядом. — Подала голос самая осторожная из жриц. — Поспешим!

Вещевой рынок мы покинули абсолютно беспрепятственно. Караулившие одни из ворот общего пользования «торговцы едой» даже чуть подвинули свои лотки, чтобы моя туша могла между ними проползти. И не успел наш своеобразный отряд удалиться от торговых рядов на сотню метров, как за нашими спинами раздался сначала шум перепалки на повышенных тонах, а потом и вовсе звуки жестокой драки, в которой смешивались воедино звон клинков, глухие удары, свист стрел, а также крики ярости и боли. Кажется, фальшивые лоточники решили не пропустить мимо себя кого-то, выглядящего менее опасными, чем три сексапильных ведьмы в компании большого уродливого моржа с явными внешними признаками не самого слабого демона. Полагаю, так бы мы и ушли себе спокойненько, если бы в гаме начавшейся потасовки не прозвучал полный ярости и боевого азарта хриплый вопль: «Бей козлов, спасай Россию!». Чего-то еще в этом вопле было не так, но обдумывать странности мозгу стало решительно некогда, поскольку сознание буквально затопило волной облегчения от находки Артема и какого-то щенячьего восторга, вызванного предстоящей встречей.

Кажется, я исполнил обратное сальто, чтобы побыстрее перемахнуть тащившихся следом жриц, но точно не уверен. Помню только их нереально большие испуганные глаза где-то внизу под собой, да намотавшееся на левый бивень полотнище предупредительного флага. Разделяющее меня и ворота рынка расстояние оказалось преодолено буквально за секунду, а вот дальше впал в некоторый ступор. Ассасин явно поддерживает одну из сражающихся сторон, перегородивших буквально весь проход рычащим, дергающимся и непрестанно лязгающим сталью клубком…Но какую?! Лупить со всей дури облаченных в невзрачные серые дерюги темных эльфов или размазывать по камням их противников в сине-алой униформе охранников рынка?! Было бы логично поддержать тех, на чьей стороне бьются рабы, поскольку вряд ли Артем мог сойти среди коренных жителей Шарозана за своего. Да только и невольников использовали и те, и другие! Официальные власти поддерживало примерно штук шесть взявших оружие в руки боевых рабов, от прочих невольников отличающихся кучей нанесенных на тело магических печатей и крепким телосложением, свойственным хорошо и регулярно кушающим людям. Ну а захватчики в качестве средства усиления использовали четверых оборванцев самого замученного и потасканного вида, один из которых, несмотря на красующийся на шее ошейник весьма бодро раздавал направо и налево разрывающие цель на куски воздушные удары, а оставшаяся троица его умело прикрывала обычными деревянными на вид поддонами, огрызаясь выпадами коротких деревянных дубинок. Только вот от грубых исцарапанных и перепачканных краской досок обычно мечи с таким звоном не отскакивают, да и обычное круглое полено толщиной со швабру при столкновении с клинком как правило ломается само, а не ломает вражеское оружие. Следовательно, весь их внешний вид не более чем маскировка, и она вполне может стоить больше, чем красочная униформа охраны.

Сражение шло с переменным успехом, перемалывая все новых и новых бойцов как с той, так и с другой стороны. Вот взрывается не хуже бочки с порохом тележка, которую буквально зашвырнул против всех законов физики в скопление противника субтильный дроу, еще толком не вышедший из юношеской поры. Парниша явно оказался умным и навесил на свой снаряд амулет левитации, жаль вырасти этот гениальный мозг уже не сможет, поскольку спустя пару секунд ему устроили лоботомию резким ударом коротко акинака. Владельца кривого клинка угостили арбалетной стрелой в лицо, которую тот каким-то чудом умудрился отбить. Однако на этом его везение кончилось, поскольку почти одновременно его толкнули в спину, повалили на землю, перевернули обратно на живот хорошим пинком, а после выпустили кишки топором, заодно разворотив и пару ребер. Впрочем, убийца не долго радовался своему триумфу. Короткий кинжал, ударивший ему сзади под лопатку и высунувшийся на пару сантиметров из грудины, прервал путь боевого раба. Каждая секунду кровопролития увеличивала шансы на то, что Артема точно так же кто-нибудь прирежет, а потому действовать надо было быстро. И грубо. Сомневаюсь, что призыв остановиться и пропустить спешащего по своим делам мирно моржа хоть кто-нибудь воспримет тут адекватно…Ну, если только его мощным галлюциногеном предварительно не обкурить до потери пульса.

— А, ладно, грубой силы хватит на всех! И дури тоже! А перед своими я потом извинюсь! — Принял наконец-то важное решение я и попер вперед как истинный нейтрал в понимании какого-нибудь героя, то есть раздавая удары направо и налево встречным и поперечным. Вот только ластообразные руки размером с экскаваторный ковш для щадящего ближнего боя с гуманодным противником не очень-то и годились, так как легко движения соединенных перепонками пальцев хватило бы, чтобы переломать цели половину костей. А потому пришлось импровизировать с магией. Созданная моей волей громадная капля океанической воды двинулась вперед, заполняя собой всю искусственную пещеру от пола и до потолка. Драка на ближайшем участке подземелья мигом остановилась. Кто успел — то улепетывал куда подальше, на ходу обмениваясь ударами с представителями враждебной фракции, кто не успел — чего то возмущенно булькал, загребая холодную жидкость руками и пытаясь выбраться наружу. Ага, щас, так я их и отпустил! Легкое телекинетическое нажатие куда-то в район живота и боец волей-неволей глотает воды, а после судорожно пытается откашляться, но только начинает захлебываться еще сильнее. Утонуть они не утонут, вода схлынет раньше, но на несколько минут из строя выйдут. — Артем, ты где?! Артем, покажись! Артем, найду, хуже будет!

Вода щедро расходилась от меня во все стороны волна за волной, заливая на несколько секунд каждый отнорок. Даже ведущие вверх проходы с винтовыми лестницами, позволяющие переместиться на другой ярус трехмерного города, подвергались принудительной промывке пока хватало мощи волшебного напора. Я крутил головой как сова, игнорируя протестующую ноющую боль в суставах и старательно вслушивался в звуки ругани намокших темных эльфов, людей, гномов и прочих разумных существ, оказавшихся по воле судьбы здесь и сейчас. Не мелькнут ли среди их диалектов такие привычные и понятные слова великого и могучего русского языка, матерно предлагающие расколдовавшемуся моржу сексуальных извращений всяких и разных? Ну, зарубежный «фак» тоже сойдет, никогда раньше не встречал дроу со знанием английского. Да и люди местные не говорят на языке Шекспира. Хотя это еще совсем не значит, что тут совсем не может быть индивидов с неожиданными лингвистическими навыками. Если уж меня с друзьями сюда занесло, то почему бы не попасть в похожий переплет и еще кому-то?

— Ассасин! Да отзовись ты! — Трубил я во всю мощь моржовых легких, старательно изображая из себя не то киношного монстра-разрушителя городов, не то самоходную систему звукового оповещения о воздушной тревоге. Ну и заодно заглядывал в каждую лавку по пути, стараясь углядеть знакомое лицо. Или знакомую ауру. А лучше сочетание и того, и другого, и в хорошем состоянии. Однако осмотр приходилось ограничивать теми из них, которые не перегородили вход в себя наглухо толстыми каменными плитами, заменившими двери и оконные ставни. Но в те бы Артем и сам без ключа быстро залезть бы не смог. — Это я — Алхимик! Просто меня разнесло!

Как оказалось, насчет замеченного мельком арбалета можно было особенно и не волноваться. Мелкая стрелка размером, максимум, полметра. Пфф! А вот копье в три раза больше, да еще воспламеняющееся в ране не хуже напалма, в бок со всего размаху не хотите ли? Я — не хотел. Но, увы, меня никто не спрашивал. Какой-то камикадзе, выскочивший с тылу как из под земли, умудрился пробить таранным ударом не выдержавший напряжения в данной точке магический щит и ткнуть своим оружием в самый кончик хвоста. Ощущение было, словно в обе пятки сразу вогнали по длиннющему раскаленному докрасна гвоздю. Если бы еще не умел летать к тому моменту, то точно бы научился. Рефлекторный рывок вперед прервала стенка тоннеля как раз сворачивающего под углом, но как оказалось к объектам капитального строительства данное сооружение не относится, а потому меня внесло прямо в окружении осыпающегося строительного мусора на битком забитый товаром магазин. Правда, даже не со стороны двери, но это уже мелочи.

— Вей, вей, вей, я разорен! — Запричитало нечто маленькое и кругленькое, хватаясь за голову при виде барахтающегося среди поваленных стеллажей слегка подпаленного моржа. Кажется, это был гном, просто невероятно низкорослый даже для своего племени. И еще очень толстый. Ему явно жилось довольно неплохо в городе дроу, доказательством чего служило множество перстней на пальцах, какие-то золотые финтивлюшки вплетенные в бороду и прикрепленный к спине маленький флажок на серебряной рукояти. Кстааати, а не в его ли лавке торговали тем плащом из кожи варваров? Да и другие предметы, в очертаниях которых заботливо сохранили очертания разумных существ, вроде бы висят в одном из уголков на вешалке. — Мои кожи! Мои меха! Мои деньги!

— Нет, ты еще не разорен. Но сейчас будешь, если не озаботился вовремя средствами пожаротушения. — Просветил его я, а после вырвал из своего хвоста пылающее копье и тут же испытал просто непередаваемое облегчение, когда отбросил артефакт куда-то на разгромленный товар. Миниатюрный торговец тут же коршуном прыгнул следом и отважно накрыл оружие собой, сбивая немедленно занявшееся пламя. — Так, где этот герой?

Однако умелый копейщик предпочел не ждать изъявлений благодарности за мастерски проведенный сеанс иглоукалывания и то ли успел смыться куда-то очень далеко, то ли мастерски спрятался где-то рядом. Ладно, искать его нет времени, пусть живет и хвалится потом своим подвигом перед товарищами. Однако, где же Артем? Почему он не отзывается в ответ на русскую речь? Неужели не понимает, что стоит ему подать голос и на выручку тут же явится кавалерия? Может и не сильно фотогеничная, зато очень крупная. Учитывая количество магии, которой я сейчас в прямом смысле слова мочу темных эльфов, можно даже сказать крупнокалиберная.

— Ненавижу комаров! — Процедил я сквозь зубы, когда в едва успевшее закрыть глаз веко вонзилось несколько десятков ледяных иголок. Досадливо скривилась темнокожая волшебница, вышедшая из невидимости в нескольких десятках метров от меня и отважно атаковавшая одно из немногих уязвимых мест на теле гигантского моржа, увидев бесславный провал своего заклинания. Однако разочарование не помешало ей со скоростью хорошо напуганной кошки пуститься наутек, на всякий случай, передвигаясь прыжками по непредсказуемым ломаным траекториям и стараясь держаться к угрозе правым боком. Кажется, нечто подобное я как-то видел в интернете как совет для тех, по кому сейчас будут стрелять. Мол прицелиться в профиль человека примерно на пятьдесят процентов тяжелее, чем в грудь или спину, да и уязвимые органы так чуть больше защищены. Ха, будто бы против меня это помогло, желай я её убить! Один насыщенный негативной энергией выдох в полную силу — и сгнившие прямо на бегу остатки ведьмы осыпались бы на камень подземелий. Да только не хочется мне убивать женщин, тем более таких симпатичных, без очень существенного повода. Вон как туго обтянутые кожаными штанами упругие ягодицы трясутся на бегу…Гадство, какая тварь попробовала засунуть в левое ухо наэлектризованный шомпол?! — Эй! Где тут ваш главный! Давайте так, я ему полсотни золотых и пару ведер своей крови в качестве вещественного доказательства нашей великой битвы, а вы от меня все нафиг отвяжитесь! Ну, по крайней мере, на ближайшие полчаса!

— Это не так делается! — Прозвучал у меня за спиной знакомый голос. Обернувшись, я с удивлением обнаружил в своих тылах всю троицу младших жриц, крайне бодро вырубающих и вяжущих всех тех, кто внезапно для себя оказался вынужден немного поплавать. Ну, точнее этим занимались только двое из них, заодно избавляя надсадно кашляющие тела от всяких ценных мелочей вроде кошельков, кинжалов, амулетов и перстней. А третья уже гнала пинками от ворот в нашу сторону большущую телегу, влекомую упряжкой худых изможденных гоблинов, при всем желании не способных избавить от врезающихся в их плоть постромок, поскольку те оказались намертво соединены с ошейниками. Видимо темные священнослужительницы твердо вознамерились утащить абсолютно всю неожиданную добычу, которая благодаря их поднадзорному в прямом смысле слова валялась под ногами. Вот только интересно, откуда она вообще выкопала этих зеленух? Вроде бы на улице ничего такого рядом с рынком не стояло… — О нейтралитете в конфликте, в который уже вступил, надо договариваться с глазу на глаз и полушепотом! А не орать о нем на полгорода! Кстати, а почему мы вообще сюда сунулись? Что я должна старшим жрицам потом сказать?

— Ну, соври чего-нибудь! Не первый раз, думаю! Можешь себе за это лишнюю побрякушку из моих трофеев оставить. — Взгляд сам собой упал на пухлого коротышку, опасливо выглядывающего в пролом. Торговец, наверняка изгнанный соотечественниками за какое-то жуткое преступление, раз он смог так хорошо устроиться в городе дроу, выглядел чуть-чуть подкопченным, но и только. Жаль, было бы неплохо, если бы артефакт его вообще поджарил нафиг, ведь хороший человек не будет торговать кожей, содранной с разумных существ. И к гномам это тоже относится. Впрочем…Мы в обители узаконенного насилия во время беспорядков или где? — И не забудьте потрясти этого пузана, раз уж мы все равно подломили его лавку. Готов поклясться, у него скопилась немаленькая кубышка, вон какую харю наел.

— Я под защитой клана Мирис и храма Паука! — Отчаянно заверещал гном, на котором скрестились полные жажды наживы взгляды темных эльфиек. — Меня нельзя…

Словоизлияния торговца оригинальной одеждой прервала плеть, захлестнувшая его горло, а после хрупкая и изящная девушка проворно утащила его в темный уголок, на ходу доставая кинжал из ножен. Думается, что экстренное потрошение источника информации после выдачи местонахождения ближайших тайников превратится в потрошение обычное. Вряд ли дроу оставит в живых свидетеля, да еще и такого, что платит дань конкурентам её культа. Да ну и ладно, заслужил! Сказать откровенно, этот город вообще стоило бы поджечь со всех четырех концов, если бы он не состоял на девяносто пять процентов из сплошного камня. Даже неизбежными потерями среди рабов, возможно, стоило бы пренебречь, поскольку гибель сотен позволила бы спастись от куда более страшной участи десяткам тысяч потенциальных невольников, так никогда бы и не ступивших в эти темнейшие подземелья.

Я продвигался вперед, останавливая схватку в месте своего появления, словно школьный учитель массовую драку разошедшихся первоклашек и понемногу схема нападения на рынок вырисовывалась в моем сознании. Охранники зачем-то все перешли на один ярус выше, видимо имел место искусно продуманный отвлекающий маневр. Пользуясь их временным отсутствием «торговцы едой» сначала заняли все стратегические места атакуемого объекта, а потом постарались перекрыть все входы и выходы. Однако они явно переоценили свои силы, и когда очухавшиеся владельцы торговой точки рванули обратно, то смогли смять выставленные на их пути заслоны. В немалой степени этому помог тот факт, что им противостояли практически лишенные магической поддержки дроу, располагающие лишь артефактами и поддержкой нескольких не особо сильных чародеев в рабских ошейниках. Невольники были не так уж и плохи, по меркам человеческой армии они вполне могли бы считаться полноценным усилением для какой-нибудь армейской части. Однако противостояли им жрицы и боевые маги дроу, не один век оттачивавшие свое мастерство и не ограниченные необходимостью отказываться от массивных и фонящих артефактов ради большей скрытности. И именно они доставляли мне больше всего хлопот, непрестанно атакуя с разных направлений и стремительно отступая куда-то на другие этажи.

— Это начинает меня раздражать! — К охранникам рынка подтянулась кавалерия и прямо по стенам магазинов в атаку побежали роняющие из зубастых пастей пену и хрипло рычащие оседланные ящеры-переростки. Сами по себе они не были такой уж угрозой, но вот сидящие в седлах темные эльфы как один держали в руках руки. И ухитрялись ими пользоваться очень даже ловко, выпуская по зачарованной стреле в три-четыре секунды. Надеяться же на быстрое истощение их боеприпасов мешали притороченные к седлам с обоих сторон колчаны, вмещавшие явно не один десяток оперенных снарядов каждый. Зачарованные наконечники впивались в руки, грудь и шею, оставляя после себя с трудом затягивающиеся и непрестанно кровоточащие ранки. Не знаю, какую дрянь использовали для их изготовления, но даже морской хранитель не мог её просто взять и игонорировать. — Еще чуть-чуть и я уже не буду с вами нежным!

Кажется, громогласный моржовый рук двухсмысленного содержания смутил всадников. Или может это сделали чешуйчатые лошадки парочки наиболее резвых наездников, которых я поднял в воздух телекинезом и выкрутил как половую тряпку? Кровь не успевших даже толком заорать от боли рептилий брызнула во все стороны. Вот черт, об этом как-то не подумал, теперь тогу долго отчищать придется, а запасной как-то и нет. Дроу, по-прежнему восседающие в своих седлах, так вообще резко перекрасились целиком в стильный алый цвет и теперь замерли как истуканы, боясь не только за свое оружие взяться, но и лишний раз вздохнуть. И правильно делали, ибо я как никогда был близок к тому, чтобы затолкать им их же луки пониже спины. Ну, хоть остальные всадники удрали. Как-то слишком резво удрали. Словно им скомандовали отступление. И почему это так подозрительно мерцают постепенно наливающиеся багрянцем руны, вырезанные на древках некоторых стрел, воткнувшихся в камень вокруг меня?

То, что случилось дальше, было сложно как-то охарактеризовать. Взрыв? Нет, не взрыв, хотя пыль в разные стороны и разлетелась. Удар? Да и на удар это походило не очень, пусть даже попавший в зону действия необычного воздействия камень взял и растрескался. Взрывная декомпрессия? Ну, возможно…Только магическая. Энергия, которой было буквально переполнено мое тело, стремительно стала исчезать, будто всасываемая мощнейшим пылесосом. Артефактное оружие темных эльфов каким-то образом создало зону, в которой практически исчезло любое волшебство. Хорошо хоть мощность у него оказалась ограниченная! Будь на моем месте призрак или какой-нибудь низший демон — развоплотило бы его к чертям собачьим! Ну а у меня хватило резервов, чтобы отделаться «всего лишь» внезапно накатившей жуткой слабостью и внезапным усыханием до почти человеческих габаритов. Хорошо хоть жрицы из эскорта были приучены к тому, что размеры их странного подопечного могут резко меняться. И привыкли к мысли о том, что его мощь от общего объема моржеподобного тела не очень то и зависит. Знали бы они, что сейчас я при всем желании не смогу снова превратиться в чудовищного всесокрушающего монстра — могли бы и прирезать оперативно.

— Дамы, здесь становится жарковато. — Обрадовал я служительниц храма ночи, старательно перебарывая желание растянуться прямо тут на камнях и немножечко полежать. Вдруг вернутся всадники на ящерах? Ну, или хотя бы всадники уже без ящеров, под шумок куда-то свалившие? — Думаю, нам нет нужды дожидаться того, или кто тут все эту кашу заварил. Зачем нам знакомство с чужими матриархами? Совершенно лишнее оно сейчас будет. Вы трофеи все собрали?

— Ага. — Кивнула старшая из жриц, щелкая поводьями и заставляя тащивших телегу гоблинов дружно заверещать от боли и начать разворачивать телегу. — Драпаем?

— Стратегически отступаем. — Поправил её я, мысленно костеря себя и слишком уж ушлых дроу на все лады. Ну, чего им стоило найти в своих закромах средство против оборзевших магических тварей чуть-чуть позже, а? — Ложимся, так сказать, на обратный курс. Да сколько ж можно?!

— Сдохни, мерзкая тварь! — Вылетевшая из-за ближайшей двери пятерка обладателей серых плащей, один из которых зачем-то еще катил перед собой свою тележки с едой, недвусмысленно питали к нам самые агрессивные намерения. Во всяком случае, у желающих мирного диалога персон оружие как правило находится все-таки находилось в ножнах. И уж тем более не направляется в чью-то сторону так, чтобы иметь все шансы вонзиться кончиком клинка прямо в глаз. Параноики, а практически все взрослые дроу вынуждены страдать данным специфическим отклонением психики, обычно на такие вещи реагируют очень бурно…Почти как я, едва-едва успевший перехватить лапой устремившуюся вперед тонкую шпагу и тут же переломивший её клинок, невзирая на боль от глубоко врезавшегося в плоть лезвия.

— Мы знакомы? — Деловито осведомился я у темного эльфа, казавшегося на фоне остальных своих соплеменников каким-то излишне…Плотным. Латы скрытного ношения, что ли носит под своей дешевенькой серой хламидой? Да и аура у него какая-то подозрительно однородная. Она ведь должна непрестанно изменяться, поскольку является частью раздираемого эмоциями, желаниями и гормонами живого организма, а не напоминать застывшую картинку.

— Нет. — Абсолютно спокойно улыбнулся лишившийся оружия дроу. Паршивец явно считал, что находится в выигрышном положении, хотя обычно лишившийся своего клинка фехтовальщик имеет все поводы для паники. — И уже не будем.

После этих слов я ожидал всякого. Роя арбалетных болтов, точечного падения прямо на голову куска потолка, удара в спину от жриц, боевой магии…Но только не того, что второй рукой нападающий возьмет со своего лотка торт и со всего размаху двинет им мне в морду. Нагромождения теста и крема в момент удара размазалось по всей удивленной моржовой физиономии, исключая только не полностью попавшие в радиус поражения бивни, однако уже спустя секунду оно почему-то намертво затвердело и напрочь перекрыло возможность видеть и дышать. Причем просто содрать его не получилось.

Эта дрянь оказалась неимоверно прочной и ударам кулаков и магии сдаваться просто так не собиралась. Пожалуй, попытка столь необычного удушения имела бы все шансы на успех…Если бы её целью стал кто-то другой, а не морской хранитель, умеющий во-первых очень долго обходиться без глотка живительного кислорода, а во-вторых очень быстро менять свои размеры. Фальшивый торт оказался рассчитан на многое. Но не на то, что площадь покрываемой им поверхности внезапно сначала увеличится в два раза, а потом стремительно вернется к прежним габаритам. Силы у меня по-прежнему оставались сущие крохи, но уж поднапрячься и выдать частичную кратковременную трансформацию я мог бы, наверное, даже на пороге смерти. Закрывающая глаза и ноздри масса со страшной силой цеплялась за плоть, но все же отвалилась вместе с изрядной частью усов, всеми ресницами, веками и, кажется, половиной носа.

Сероплащники, ужавшие до двух, теснили последнюю из жриц, отчаянно отмахивающуюся от них боевой плетью и кинжалом. Двое из фальшивых торговцев посинели и выпучили глаза как типичные жертвы удушья, а еще один булькал перерезанным горлом, но компанию ему составляли сразу две вышедшие из строя темные эльфийки. У первой в груди застрял тонкий прямой клинок, а вторая каталась туда-сюда с выжженными до мяса глазами и утробно выла. Меня эти бравые молодчики, очевидно, почитали уже неопасным, за что жестоко и поплатились. Банально подобранный с земли флаг с размаху опустился на затылок ближайшей цели и просто разнес его в клочья. Во всяком случае, какие-то темные клочки вместе с прилипшими к ним волосами точно в сторону отлетали! Его напарник, которому хлестнуло по лицу оранжевым полотнищем, споткнулся, потерял равновесие и так растерялся, что тут же оказался зарезан.

— Коз-зел. — Пробормотал по-русски обладатель разнесенного в кашу затылка и рухнул там, где стоял.

Глава 11

Почему-то рабочие места некромантов принято представлять как темные мрачные залы, где с потолка капает вода….Нет, в принципе можно работать и в таких условиях, но зачем создавать себе лишние трудности? Только из желания следовать веяньям моды? Для хирургических операций, являющихся неотъемлемой частью создания качественного живого мертвеца, требуется очень даже яркое освещение. Немного неаккуратное вырезание внутренних органов, конечно, хуже «больному» уже не сделает, но вот криво нанесенная не совсем на нужное место руна уже способна пустить вес процесс насмарку. Да и лишняя сырость отнюдь не способствует длительному хранению материала и без того склонного к разложению. Впрочем, возможно мое мнение поверхностно, как-никак профессиональным магом смерти себя не считаю. Хотя и получается у меня их работа вроде неплохо.

— Я…Жив? — Задавший этот вопрос на трясущихся ногах постарался подняться с перепачканного его же кровью пола, на котором до того он лежал. Со второй попытки у него даже получилось. Неплохой результат, ведь судя по прочитанной литературе на освоение с закоченевшим тело могло потребоваться аж до получаса!

— Нет. — Это короткое слово заставило восставшего из мертвых вздрогнуть и потянуться рукой к затылку. Пальцы его наткнулись на проломленную кость и скользнули внутрь. И, похоже, тактильный анализ свежей раны не доставил ожидаемого дискомфорта, что послужило лишним доказательством сказанного.

— Понятно. — В следующую секунду меня попытались не то избить, не то задушить, но вытянутые вперед руки с растопыренными пальцами наткнулись на незримый барьер. Примерно половина рун, заблаговременно нанесенных на пол до начала темного ритуала, требовалась вовсе не для его проведения. Без них, в принципе, даже можно было обойтись. Это какому-нибудь тщедушному пожилому некроманту стоит опасаться жадных рук восставшего из мертвых. А вот для здоровенного полуморжа со способностями к самоисцелению одиночная нежить опасности вообще не представляла. Во всяком случае, без оружия.

Возможно, следовало бы поискать в своей шкуре седые волосы. Старость морским хранителям, конечно, не грозит, однако от последствий чрезмерного стресса подобный статус мог и не защитить. Разбитый древком флага череп темного эльфа оказался не более чем причудливой маской, только надетой на всю голову сразу. Это объясняло, почему все фальшивые лоточники выглядели как братья, да и ауру имели неестественную. Напавшие на рынок типы просто пользовались весьма продвинутой маскировкой. Какую-то секунду я был практически уверен, что прикончил Ассасина и как никогда оказался близок к инфаркту. Хорошо хоть быстрый осмотр еще вздрагивающего в агонии тела смог меня несколько успокоить. Под фальшивой плотью дроу обнаружился еще один дроу! Просто совершенно другой и где-то успевший нахвататься русскоязычных ругательств.

— Знаешь его? — Создал я ледяную скульптуру Артема перед трупом, который утащил в гостиницу и уже там вернул к некоему подобию жизни. Весьма качественному подобию, судя по тому, что первым делом покойник поинтересовался, а жив ли он. Видимо сочетание из еще не успевшего толком смириться с собственной смертью тела и обилие влитой в ритуал силы позволило удержать на месте не успевшую покинуть испортившееся обиталище душу. В результате получился не тупой зомби, имеющий большие сложности с мыслительным процессом, а нечто большее. Если оно станет с течением времени утрачивать прежнюю личность и скатываться к инстинктивной попытке сожрать все, что шевелится, то это умертвие. Если останется на прежнем уровне — ревенант. Имеются также некоторые шансы, что данный труп будет способен самосовершенствоваться, в итоге дойдя до стадии либо вампира, либо лича, но они очень невелики. Во всех прочитанных мною источниках утверждалось, будто без долгих и сложных ритуалов высшую нежить даже из самой качественной заготовки получится поднять только при очень большом благорасположении темных богов.

— С чего бы мне отвечать своему убийце? — В большинстве методической литературы отмечалось крайняя агрессивность немертвых ко всему и вся, возрастающая на порядок в отношении виновников прекращения собственной жизнедеятельности. Вот только почему-то там это норовили обосновать некими мистическими причинами, в то время как сам я данный факт списывал скорее на чистое желание поквитаться с обидчиком. Уж если тебя кто-то ухлопает, ты точно надолго испортишь себе настроение и пусть горит все синем пламенем. И, конечно же, появится сильнейшее желание провести с обидчиком как минимум аналогичную процедуру, разве нет?

— Не будешь кочевряжиться — уберу в дальний ящик и, может быть, когда-нибудь оттуда достану. Ну а нет — сожгу то, что останется после допроса и выброшу на помойку. — Миндальничать с делом рук своих я не собирался. Дроу и к живым то сородичам, за исключением полезных лично им, относились без особой теплоты. А уж до куска мертвого мяса, поставленного на службу некроманта, им и вовсе не было никакого дела, пока то не начало рассыпаться на части в общественных местах или не покусало чью-нибудь собственность. Покровители темных эльфов за сию персону тоже вряд ли заступятся. Души тех, кого с распростертыми объятиями ждут на том свете, между прочим, не так то легко захомутать. Некромантам, непременно желающим соорудить чего-нибудь эдакое из поверженного противника, тесно общавшегося с богами либо демонами, рекомендуется начинать ритуалы преобразования в то время, пока жертва еще жива. — Ну, так что?

— Это гладиатор, видел его несколько раз на арене. — Ожидаемо не стал играть в партизана на допросе дроу, которому собственная сохранность была куда важнее сохранения каких-то там не особо ценных сведений. — Имени не запомнил, но дрался он интересно. Раньше я не видел кистень, состоящий из двух абсолютно одинаковых частей.

— Нунчаки, видимо. — Да, экзотическое оружие могло привлечь внимание профессиональных убийц и несколько объясняло взлет популярности Артема. Я глубоко уважаю его фехтовальные навыки, но по сравнению с теми же рыцарями, которых тренируют сражаться на мечах с рождения и не отвлекают зарабатыванием денег на хлеб насущный они явно оставляют желать лучшего. — И чем же он так впечатлил тебя, что ты даже не поленился запомнить его ругательства? А может, он тебе еще что-нибудь говорил?

— Ругательства? — Не понял мертвец, вовсю напрягая свой ушибленный мозг в попытке понять, чего же от него требуется. — Какие еще ругательства? И кто он? Тот гладиатор? Так я к нему ближе полусотни метров никогда и не приближался.

— Ну, в частности то слово, которое ты перед смертью прохрипел. — Теперь уже мне настала пора напрягать извилины. — Откуда ты его узнал? От кого?

— Шаман-наемник Торгук научил. Говорил, что это древний боевой клич орков, помогающий забыть о боли. Он таких много знает. — Огорошил меня мертвец, внезапно начавший запинаться в словах. Перед глазами так и встал образ свирепого зеленокожего воителя, выходящего на поле боя и с гордостью прямо в лицо рычащего набегающим врагам то слово из трех букв, которое обычно пишут на заборах. И хорошо если только его. Не, это Артема работа. Точно Артема. Даже если здесь из землян каким-то чудом оказались и не только мы вдвоем, то научить орков подобному больше никому ума бы не хватило. — Я не маг. Я не шаман. И уж точно я не орк.

Но вроде его кличи действительно помогали. Хоть как-то. Значит они хорошие.

— Ага, значит наемник. Да, думаю данный след надо проверить. — Скорее всего тут просто действовала сила самовнушения. Ну, или среди десятков действующих примитивных заклинаний шамана несколько обычных ругательств просто затерялись на общем фоне. — И ты тоже наемник, верно?

Предположение, что мой друг связался с солдатами удачи выглядело довольно правдоподобным. Где еще прятаться особо опасному беглому рабу в городе дроу как не среди вооруженных представителей иных рас? Конечно, квартирующие в Шарозане псы войны представляют собой наиболее беспринципных и отпетых мерзавцев из всей своей касты, но альтернативы то нет. Да и ряды они вполне официально пополняют из числа захваченных в плен бойцов, которых выкупить некому, а кидать в шахты или разделывать на мясо не настолько выгодно, как впаривать вербовщикам. Уверен, им категорически запрещается принимать тех, кто официально находится в розыске… Да только кто и где видел наемника, по собственной воле выполняющего дух или букву закона тогда, когда это ему не выгодно? К тому же и сами дроу к нарушениям установленных ими же норм относятся весьма вольно до определенной черты. За взятку они легко закроют глаза на лишнего человечка. Тем более Артем еще не натворил ничего такого, чтобы его голову на блюде имело смысл показывать кому-то из начальства. Ну, я надеюсь, что не натворил…

— Наемник. — Согласно кивнул перешедший на очень короткие предложения мертвец, как-то странно поворачивая головой из стороны в сторону и будто принюхиваясь. Причем взгляд его с меня упорно норовил соскользнуть на дверь заклинательного покоя на выделенном мне этаже, за которой расположились чего-то бурно обсуждающие жрицы. Шум аж сквозь взрыво и монстроустойчивую преграду сюда долетал. Хм, может они там передрались? — Отряд Ядовитый коготь. А Торгук в отряде Зеленая дубина…Скажи, демон, а тебя не осталось чего-нибудь…Ну, чего-нибудь….Жрать. Ну хоть немножечко, жрать. А?! Я рассказал! Дай жрать!

— Конечно. В твоем полном распоряжении свежие абрикосы, груши, огурцы, виноград, булочки с изюмом и, кажется, оставалась даже четвертинка недоеденного арбуза. — При каждом перечислении предложенного блюда из остатков моего ужина лицо мертвеца кривилось все сильнее и сильнее. А вот когда я чуть надкусил на своей ладони перепонку между пальцами и продемонстрировал кровь, то глаза мертвого дроу тут же принялись следовать за маленькой ранкой, как привязанные. Из отвисшей вниз челюсти на пол стала капать слюна. Раньше он себе такого не позволял, пытаясь более-менее соответствовать своему прижизненному состоянию. Ухудшающаяся прямо на глазах дикция и потеря контроля над собой явно свидетельствовала, что ревенанта не говоря уж о высшей нежити у меня все-таки создать не получилось. Из свежего трупа поднялось умертвие, пусть и довольно качественное. Возможно, оно даже останется умнее, чем среднестатистический монстр этого класса. Например, сможет открывать двери. Или не забудет как пользоваться оружием. — Но я вижу, ты хочешь чего-то еще? Мяса, быть может? Человеческого?

— Да! — Радостно подтвердил покойник. — Раба! Живого! Теплого! С кровью! Дай!

— Прости, но кажется я тебя обманул. В сундук ты не отправишься. — Мертвый наемник оскалился, зарычал и принялся царапать невидимую преграду крючковыми черными когтями, в которые как-то незаметно превратились его ногти. — Боюсь, я могу позволить себе хранить в багаже только ту нежить, которая проявляет склонность к вегетарианству.

Внутренний контур, которому было практически безразлично какую именно энергию перерабатывать в чистую плазму, получил порцию силу и покорно воспламенил воздух внутри магической звезды. Полный злобы обреченный вой, в котором первые секунды две еще проскальзывало нечто членораздельное, продлился недолго. Хотя не факт, что нежить сдохла именно с обрывом всех звуков. Возможно, у неё просто не осталось чем кричать. Доведя состояние заключенного в барьере объекта до горки обугленных костей, из которых регенерировать уже ничего не могло, я с чувством выполненного долга пополз к выходу. Наведаться к наемникам самому или все же Рилда послать? Если у них есть что-то более менее централизованное вроде цеха или гильдии, то скорее всего сам сползаю. Просмотрю список доступных для найма бойцов, может и на Ассасина наткнусь. Или он на меня. Так, а куда я дел свой транспорант с пояснительной надписью? Он вообще после драки на рынке на мне остался или пора новый рисовать?

Ушедший в свои мысли по уши я открыл дверь…И немедленно получил лифчиком в лицо. Было больно, ведь данный предмет одежды из гардероба истинной дроу оказался снабжен вшитой под черную кожу стальной пластиной и острым шипом по центру чашечки. Однако извиняться хозяйка брошенной в поднадзорного полуморжа одежды и не подумала. Была слишком сильно занята тем, что прядь за прядью вырывала роскошную мелированную гриву другой ведьмы, видимо и сорвавшей с неё данную деталь нижнего белья. Или в случае с темными эльфийками белье бывает только верхнее, поскольку они его ни от кого не прячут? Но как бы то ни было, в моих апартаментах здесь и сейчас творился фирменный бедлам, напоминающий не то миниатюрные массовые беспорядки в борделе, не то крайне высоковозрастный женский реслинг. Штук шесть коренных обитательниц Шарозана дрались, щипались, кусались, ругались и рвали друг на друге одежду, не замечая ничего вокруг себя. Однако при всем накале бушевавших страстей, они все-таки не пускали в ход ни кинжалов, ни плетей, ни магии, а значит, все происходящее по меркам дроу могло считаться вполне себе дружеской потасовкой.

— Кхе-кхе! — Громко откашлялся я, стараясь привлечь к себе внимание, но оказался попросту проигнорирован. Моего выхода из заклинательного покоя увлекшиеся разборками дамы так и не заметили. Видимо расцепить этих сцепившихся кошек без применения насилия не выйдет. Хм, а ведь действительно есть в них чего-то кошачье, вон как шипят, царапаются и выгибаются под казалось бы невозможными углами…Черт, кажется, стоит выделить немного времени и заглянуть в один из местных борделей, где и без того имеющие весьма свободную мораль коренные жительницы подземелья ограничивают свои аппетиты фиксированными ставками. Часик там или два. Можно и больше, но только после того как найду Артема. В конце-то концов, демонов они обслуживают без особых моральных терзаний, а чем морские хранители хуже?! И вообще мужчине долго без женщины нельзя, а то крыша начнет съезжать ближе к фундаменту. И лучше уж повстречаться с бешеным тираннозавром, чем с озабоченным летающим моржом того же размера. — Ну, ладно, раз не хотите по-хорошему, будем разливать. Волна!

Кубометров двадцать сотворенной магией холодной морской воды нахлынули на женскую драку, упали вниз и растеклись в разные стороны по углам. Мгновенно прекратившие разборки дроу, враз утратившие не меньше трети своей соблазнительности из-за облепивших лица мокрых белых мочалок, в которые превратились их прически, дружно выхватили оружие и повернулись в мою сторону…А потом видимо вспомнили, с кем имеют дело и очень аккуратно убрали его обратно.

— Это кто? — Уточнил я, ткнув ластом в трех лишних темных эльфиек, которых с некоторым трудом смог отличить от троицы своих постоянных сопровождающих. Фигуры у всех шестерых женщин были одинаково подтянутыми, цвет кожи тоже оказался почти идентичным, заменяющее одежду нижнее белье явно делалось по одному фасону, вооружены пришелицы также оказались плетьми и кинжалами, черты лица…Ну, в общем на него смотрелось как-то в последнюю очередь. — И почему они тут, хотя я их к себе не приглашал?

— О, мы всего лишь скромные слуги Ночи, которые прибыли, чтобы сменить наших сестер. — С достоинством ответила одна из новеньких дроу, стараясь как можно небрежнее распутать собственную перевязь для кинжалов, закрученную вокруг её же шеи. Учитывая, что изначально она располагалась на бедрах и была одним целым с ныне сорванными мини-шортиками, я за время своей беседы с трупом пропустил должно быть воистину эксклюзивные кадры. — Нести флаги, возвещающие о вашем передвижении, конечно же, великая честь, но они уже выбились из сил, сопровождая столь высокого гостя города.

— Мы не устали! — Непреклонно заявила старшая из сопровождавших меня жриц, особо выделив интонацией свое второе слово. — И в замене не нуждаемся.

— А я говорю — нуждаетесь! — Зло прищурила глаза главная сменщица.

— А я — нет! — Тот час же последовал не менее твердый ответ и демонстративное разминание кулаков. — И вообще, почему это ты мне приказываешь? Ранг у нас, между прочим, один и тот же! Только появились вы именно тогда, когда мы заработали за пару дней больше, чем обычно за месяц ухитряемся!

Пограбить немного ближнего своего, пока он с кем-то дерется, по меркам дроу было если и не добродетелью, то вполне приличным способом зарабатывания денег. Ну а уж если на рынке возникли какие-то беспорядки, которые не смогли вовремя пресечь, то стопроцентные скидки на подвернувшееся под руку товары и вовсе считались сами собой разумеющимися. Правда в комплекте с риском получить по шее саблей от охраны торговцев или стражей правопорядка. Обо всем этом меня просветила собственная свита, пока мы под завистливые взгляды других дроу удирали с телегой полной ценного барахла. Конечно, на грабеж, разорение и прочие нарушения общественного порядка существовал некоторый неофициальный лимит, за превышение которого могли быть назначены штрафы вплоть до летальных. Но раз уж мы почти никого не убили, а также не устроили массовых разрушений или пожара, то значит все прошло в рамках приличия. Конечно же обе стороны конфликта, куда вмешались посторонние, затаят обиду…Но не слишком большую, куда меньшую чем на обычных конкурентов, с которыми регулярно цапаются. К тому же имей они возможность нас прищучить без особых для себя проблем, прищучили бы и так.

— Волна! — Мой рев заставил вновь начавших сходиться для продолжения вульгарной женской дроу прыснуть в разные стороны и выставить защитные барьеры…Которые так и не пригодились. — Шутка! Хе-хе…В общем так, дамы, старый состав надзирательниц меня вполне устраивает и если они не против, то могут оставаться. Ну а вы смените их, когда им надоест по городу за мной таскаться или когда придет приказ от руководства. И если я раньше восвояси не уеду. Вопросы есть?

Те трое, что со мной с самого начала, уже замазаны в совместном мародерстве на атакованном наемниками рынке. И не меньше половины честно украденного там они оставили себе. Разумеется, это не гарантия от предательства. Нет, сами девушки уверяли, будто ограничились чисто символической долей, но поскольку реализовывали добычу они через свой храм, то наверняка взяли за неё куда больше, чем у обычных скупщиков. И лишние денежки оставили себе. Хотя я не в претензии — свою долю получил приятными желтыми маленькими слиточками, которые без разговоров примут в любом государстве. И было их не так уж и мало, как минимум по затратам на найм контрабандиста вышел в ноль. Ну а неплохо поживившиеся на поднадзорном объекте ведьмочки лишний раз подумают, прежде чем портить наши отношения. Уже немало, если вспомнить, как много ножей в спину в этом месте втыкается за просто так.

— Есть! — Не пожелала так просто сдаваться новенькая, картинно отставив в сторону ножку, выпятив грудь и призывно облизав губы. — Почему они, ведь мы же сильнее, красивее и можем полностью удовлетворить любые ваши мелкие капризы, чего эти жадные дуры явно еще не сделали. Да вы и сами видите, вон как туника натянулась. Кстати, я слышала, что у моржей там кость…Это правда?

— Вопросы интимной анатомии ластоногих оставлю вам для самостоятельного изучения. — Буркнул я, начиная закипать. У меня тут дела, а эти кошки драные старательно изображают, что у них наступил март месяц. — По делу вопросы есть?!

— Есть. — Кивнула другая новенькая, выглядящая приличнее всех остальных дроу вместе взятых. Во всяком случае, на ней было платье. Не просвечивающее! От горла до упрятанных в простые сандалии лодыжек. Да, у него были очень даже интригующие разрезы на бедрах и солидное декольте, но на общем фоне оно смотрелось просто таки образцом целомудрия! Интересно, чего она прячет под тканью? Шрамы? Или какую-нибудь скрываемую от посторонних бяку вроде нанесенной на почти всю кожу рунной татуировки? — А что это за кровавый портал у вас за спиной открывается?

— Шо?! Опять?! — Я обернулся, уже понимая, что увижу. Пространство вновь начинало дрожать, буквально выворачиваемое наизнанку, а воздух постепенно наполнял аромат свежей крови. Распахнувшееся в ткани реальности окно открыло мне уже привычную картинку собакоголовой нежити…Только на сей раз её оказалось как-то много. Чеканя шаг и бряцая навешанным железом из портала сплошной стены стали выдвигаться хищного вида костяки, прикрывшие свои и без того малоуязвимые мощи кольчугами и большими ростовыми щитами. А на спинах их лежали древки длинных копий, удерживаемых вторым рядом немертвых бойцов. — Оу, как вас много-то, целая фаланга…

Я уже приготовился встретить широкой грудью нежить и со всей дури жахнуть по порталу и выходящей из него маленькой армии концентрированной энтропией, но неожиданно прямо из воздуха на мой нос ступила хозяйка гостиницы. Дрожание материи, сопровождающее открытие врат из черт знает какой дыры, резко изменило тон. Если раньше это было что-то вроде работы дрели на крупных оборотах, то сейчас в изнанке пространства разыгрался настоящий рок-концерт. Первый ряд щитоносцев, как раз синхронно переступающий магический порог, перемололо в труху из костяной муки и металлической пыли. Окно в ткани реальности за их спинами немедленно пошло сильнейшей рябью, словно экран телевизора со сбившимися настройками, но не погасло. Магическую пелену рвало, жамкало, давило и плющило, временами заставляя плеваться в нашу сторону новыми порциями праха. Причем складывалось такое ощущение, будто мы слышим лишь отголоски бедлама творящегося там, откуда и строился портал. Судя по всему, старая ведьма очень серьезно относилась к вторжению на её личную территорию. И спускать его кому бы то ни было не собиралась. Секунд тридцать продолжалась эта вакханалия магии пространства, прежде чем портал наконец-то рассыпался на сотни быстро гаснущих искр.

— Интересно. — Только и сказала темная друидка, смеривая меня взглядом ученого-энтомолога, не сумевшего сходу идентифицировать укусившее его насекомое. Слезть с головы своего квартиранта она даже и не подумала. Зато внимательно осмотрела помещение, в котором после междоусобных разборок дроу наблюдался некоторый беспорядок и хлюпала стоящая по щиколотку вода. — Хм, вы тут немного насорили. Трупы есть?

— Один в заклинательном покое, сожженный до состояния пепла. — Не стал отрицать я. — Мне доплатить за уборку?

— Да ну не стоит. Насорили ведь действительно немного. Подобные мелочи входят в базовое обслуживание. — Успокоила меня старая перечница, явно не один век занимавшаяся коммерцией в городе дроу. — Я так понимаю, якорем для открытия портала ты стал не добровольно?

— Якорь? Это в смысле маячок? — Уточнил я, аккуратно снимая женщину со своей головы и удивляясь её малому весу. Килограмм двадцать, ну самое многое двадцать пять. Как так? У неё кости пустотелые? Или может просто в постоянном режиме работает какой-нибудь артефакт, ослабляющей гравитацию, поскольку в её возрасте людям тяжело ходить? Магия-магией, но артрит, артроз, радикулит и прочие старческие радости могут доконать кого угодно. — Они эти штуки конкретно на меня наводят?

— На твою кровь. — Сделала уточнение старуха. — Не следует такими вещами разбрасываться. Где ты её оставлял?

— Да вроде нигде. — Задумался я, перетряхивая свою память. Донорством не занимался. Зелья на подобной основе не варил. Артефактов не делал. Зачарованный флакон с алой жидкостью лежит в Колоне, но за домом помимо обычной охраны присматривает вполглаза и Феон. Обойти святого, умеющего при необходимости подкручивать время в нужное сторону, это надо еще постараться. — Ранили меня в драках, конечно, часто. Может кто-то и собрал с земли. Или сохранил на своем клинке образец в состоянии, пригодном для колдовства.

— Сжигать такие вещи надо. Или вымораживать. — Только и сказала ведьма, направляясь к выходу и легким движением руки отодвигая в сторону сразу трех столпившихся у дверей дроу. Самозвано вызвавшиеся на замену жрицы при первых признаках начинающейся драки отошли назад, но совсем покинуть опасное место им не дало то ли женское любопытство, то ли желание наложить ручки на побежденных. — И детьми не разбрасываться. А то наделают бастардов, а потом еще удивляются, чего это их убить хотят и как вражеские чары через все защиты проходят.

Не, это не наш случай. Нет. Да ну нет! Нет, нет и нет, я сказал! Подсознание, хватит! Единственная возможная кандидатка на то, чтобы стать матерью, предохранялась! Сам ей противозачаточные чары обновлять помогал! Учебный легион был совсем не тем местом, чтобы беременеть! Хотя, если где-то напортачил из-за малого опыта в этой сфере…Но на момент нашего расставания живота же не было! И времени с его момента прошло не так уж много! Если вдруг чего в последние дни мы и натворили — пузико бы еще надувалось и надувалось несколько месяцев! А вдруг аборт?! Она же разорвала все отношения, поскольку собралась за какогото старого аристократического пенька замуж выскочить и участвовать в той катавасии, что заварилась в Империи! Ей, видите ли, надо восстановить свой древний род и перебить всех, кто посмел замарать их фамильную честь!

— Эй! — Меня принялись пинать в бок острым носиком кожаного сапога, надетого на ногу одной из жриц. Впрочем, учитывая толщину жирового слоя, скорее она испортит обувь, чем на коже появятся синяки. — Отомри!

— А? Чего? — Вздрогнул я, отрешаясь от важных мыслей. — Фу…Что вам еще надо то? Эти лишние ведь вроде бы ушли.

— Они ушли. — Кивнула жрица. — А шпион твой пришел, нашел он чего-то. Уже полчаса дожидается, пока ты из транса выйдешь.

Какие еще полчаса?! Стоп, чего именно там нашел сияющий как начищенная золотая монета Рилд, втихую примостившийся в уголке комнаты и лапающий одну из жриц, не очень-то сопротивляющуюся его ухаживаниям?!

— Великий, смею полагать, что я нашел либо вашу цель, либо место где она была совсем недавно. И то нападение, которые вы сегодня доблестно отбили, лишнее тому подтверждение. — Обрадовал он меня, едва лишь за нами захлопнулись двери заклинательного зала. Кстати, пепла в нем уже не было. Неужели я и визит горничных как-то пропустил?! — И то нападение, которые вы сегодня доблестно отбили, лишнее тому подтверждение.

— Меньше лести, больше дела. — Оборвал я излишне словоохотливого контрабандиста. — Излагай уже, чего нарыл!

— Я смог договориться с кое-кем из офицеров на службе городского совета, ведающего общественным порядком, чтобы он сравнил следы порталов, которые открывали в городе за последние дни. Настолько могущественные чары явление редкое даже в Шарозане. Большая часть матриархов предпочитает перемещаться не при помощи магии пространства, а по дорогам с подобающим их положению эскортом, так как не хочет тратить столько сил. — Рилд почти приплясывал на месте, настолько переполняли его положительные эмоции…Или скорее настолько хорошо опытный лицемер изображал свою неумеренную радость. Впрочем, он мог быть отчасти даже искренен. В конце-концов, чем раньше найдем Артема, тем раньше мы свалим из подземелий, а он ввернется к нормальной жизни. — Особое внимание мой знакомый уделял порталам, подобным тем, что открывался в банях. Он таких нашел сразу два, причем почти в одном и том же месте. Подобные чары были применены в туннелях у фермы Белеслый Лист с интервалом в несколько часов. Но и это еще не все! Проходивший мимо патруль отметил стычку охранников фермы с довольно необычной нежитью!

— Которая выглядела как собакоголовые скелеты? — Уточнил я на всякий случай. Темные эльфы те еще чернокнижники, среди них много умельцев как поднимать трупы, так и ставить порталы. Чародеи их расы банально могут уделить больше времени тренировкам, чем три из четырех волшебников-людей, ко второй сотне лет без очень тщательной заботы о собственном здоровье превращающихся в старые развалины. Да и проживание в тоннелях, прорытых вдоль природных магических линий, играет свою роль. В условии подобной энергонасыщенности легче колдовать и можно намного быстрее и дешевле заряжать разнообразные артефакты, на которые так любят опираться начинающие колдуны.

— Именно! И они вряд ли могли оказаться там просто так! Немертвые гнолы в бестиарии занесены, но лично я до встречи с вами ни одного из них не видел! На нашем континенте всех представителей этой расы истребили настолько давно, что от них даже кладбищ не осталось! — Довольно подтвердил контрабандист. — Охрана фермы очень удивила патрульных тем, что справилась с отражением атаки. Почти два десятка умертвий под предводительством ревенанта — это весьма серьезная сила. Но мало того, в уничтожении тварей был замечен белый человек, способный драться голыми руками против нежити. Её предводителя он и заломал, вырвав голой рукой позвоночник прямо сквозь пластинчатые латы.

— Так-так-так! — Кажется, обещанное вознаграждение стало к контрабандисту намного ближе, как и финал его карьеры вследствие размазывания по земле ластом. Если одновременно весьма необычная нежить с удручающей регулярностью атакует и меня, и кого-то еще, то на совпадение это не похоже! Окреш, зараза, точно он. Предупреждала же Безымянная. Ну а спрятаться от специализирующегося на торговле информацией архидемона вряд ли поможет обычное актерское мастерство или там трансформация в полуморжа. Правда, остается вопрос низкой компетентности атаковавших нас тварей, но её можно списать на обычное раздолбайство исполнителей. В конце-то концов, нашему врагу особо негде было научиться командовать, так как слуг ему иметь запрещено. Да и напрямую управлять завербованными через третьи руки тварями наверняка не очень удобно, ведь можно попасться на откровенном жульничестве и оказаться дисквалифицированным. — Подробности есть?

— Полно! Столь необычный человек привлек внимание командира патрульного отряда. Сначала она провела его допрос и уже хотела забрать себе, но тут появился хозяин фермы, имевший при себе кучу бумаг от городского совета, гарантирующих неприкосновенность его самого и его собственности. — Контрабандист извлек из кармана мятый пергамент и помахал им в воздухе с победным видом. — Младшей матроне одного из кланов пришлось отступиться, но протоколы допроса то остались! И мне с них сняли копию! Этот человек довольно неплохо владел магией духа и искусством рукопашного боя, а также демонстрировал крайнюю дерзость и непочтительность в разговорах с женщиной. Якобы он представитель рыцарского сословия, попал в плен месяца два назад, а потом оказался выкуплен вербовщиками. Отметок раба-гладиатора на теле и ауре не носит, но их ведь можно и убрать. Простое клеймо слуга морской богини вообще мог самостоятельно срезать, а шрам банально зарастить. Только вот внешность созданному вами изображению не соответствовала.

— А имя? — Уточнил я, срываясь к выходу и уже почти не сомневаясь, что речь идет о Артеме. Слишком много совпадений. Дверь заклинательного покоя распахнулась так резко, что если бы за ней кто-нибудь подслушивал, ему бы как минимум чего-нибудь сломало. К счастью, жрицы оказались умными и то ли не пытались влезть не в свое дело, то ли шпионили достаточно профессионально, чтобы не попадаться. Флаги эскорта оказались сложены себе аккуратно в уголке и на то, чтобы их взять и развернуть у девушек ушло бы некоторое время…А, плевать! Догонят!

— Имя у него другое. Да и возраст был вроде как больше заявленного вами лет на десять. — Заглянул на ходу свои бумаги Рилд. — Но кем надо быть, чтобы не догадаться в такой ситуации воспользоваться псевдонимом и хоть чуть-чуть не изменить свою биографию?! Даже самый безмозглый гоблин в такой ситуации соврать чего-нибудь попробует…Попадется на вранье тут же, но он хоть попытается!

— Действительно. — Согласился с ним я, подхватывая своего осведомителя телекинезом и поднимая нас обоих в воздух, чтобы попасть на первый этаж гостиницы по кратчайшему маршруту. И мысленно отвесил себе подзатыльник. Использовать в разговоре с патрульными свои настоящие паспортные данные Артем стал бы лишь в том случае, если ему вдруг резко понадобилось бы в местную тюрьму. — А чем занимается эта ферма, что у неё такая охрана?

— Вообще-то производством элитных продуктов питания, прежде всего свежего молока. На поверхности эту пищу может себе позволить каждый крестьянин, но у нас она довольно серьезный дефицит. — Поведал мне дроу, которого пребывание в состоянии магической невесомости ни капли не волновало. Ну, еще бы, он и сам в момент нашего знакомства неплохо так порхал, пусть и при помощи довольно быстро выдыхающихся артефактов. — А наемники там не столько охраняют чего-то, сколько просто квартируют. Им так дешевле чем в городе, ведь наши налоги для чужаков изрядно высоки. Да и нет риска, что кто-нибудь с рабом перепутает.

Жуткий рев, в котором смешалась одновременно ярость, ненависть и обещание мучительной смерти, заставил меня шарахнуться в сторону и врезаться в парапет ограждающий очередной этаж, невольно проломив с сочным хрустом изящную вязь деревянных перил собственной тушей. Кто-то тоненько вскрикнул испуганным голосом, и я едва успел затормозить себя прямо в воздухе, лишь чудом не раздавив сжавшуюся в комочек девушку, распластавшуюся на полу словно лягушка. Заодно поймал силой мысли и Рилда, пролетевшего большую часть расстояния до земли и поставил на ближайшую горизонтальную поверхность. Удрать из под опасно нависшего над ней моржового пуза едва не задавленная мною особа не могла по той простой причине, что была привязана к тому самому ограждению короткой цепочкой, намертво соединяющейся с ошейником на её шее. Рабыня. Очередная жительница царства Кин, если верить желтоватому оттенку кожи и характерному разрезу узких глаз. И, судя по выпирающим из под кожи ребрам и покрывающим кожу многочисленным воспаленным рубцам, бедняжка онюдь не из тех невольников, которым в городе дроу живется хоть сколько-то комфортно.

— Это ты кричала? — Я поискал глазами источник звуков, достойных глотки бешенного слона, но нашел только сидящую на перилах с противоположенной стороны лестничного колодца девочку ростом, ростом едва ли в метр. Ребенок, честно говоря, больше напоминал оживший рисунок, настолько тонкими и изящными были его черты лица и столь сильно выделялась на маленьком тельце грудь второго размера. Вырастет — станет настоящей грозой мужчин, ну а сейчас просто воплощенная мечта педофила, одетая в украшенное золотой вышивкой темно-синее шелковое кимоно. Довольная проказой особа расплылась в улыбке до ушей. Кстати, острых словно у эльфа. Аура насыщена темной энергией, но не слишком сильно. Какой-то подвид неизвестной мне нелюди? Этнические меньшинства местного аналога Китая вроде кицуне, баканеко и прочих отклонений от стандарта вида хомо сапиенс мной изучались крайне бегло и фрагментарно. Думал, данные сведения вообще не пригодятся.

— Я! — Гордо заявила малявка, блеснув маленькими ровненькими зубками, складывающимися в белоснежную улыбку.

— Зачем? — Тяжело вздохнул я, понимая, что на ребенка рука не поднимается. Хотя бы потому, что отвешивать педагогические подзатыльники ластом банально не получится. Слишком он большой, вызовет даже не сотрясение мозга у девочки, а сотрясение всей девочки целиком. А ремня, чтобы контролировать его телекинезом, под рукой как назло нет. — Похулиганить захотелось?

— Неа! — Мотнула голвой эта проказница. — Просто так мама просила!

Что-то длинное и тонкое обвило мои плечи и неожиданно резко дернуло вниз. Хрустнуло, чавкнуло и стало тепло в районе хвоста и пуза. Рабыня не успела даже закричать, прежде чем весящая несколько тонн туша раздавила её в кровавую кашу не хуже гидравлического пресса. Одной моей массы на такое бы не хватило, но слишком уж сильным оказался тот рывок, после которого даже у морского хранителя гудели кости.

— Ой, кажется, наш ужин испортился. — В женском голосе, произнесем эти слова, буквально сквозило удивленное изумление. Вот только выражать его изволила та особа, которая и несла не себе вину за все случившееся. На моих плечах лежали немного непропорционально вытянутые, но все равно изящные женские руки. Впрочем, спустя секунду они отлепились от морщинистой шкуры полуморжа и резко укоротились. А крепились сии конечности к до умопомрачения красивой женщине с восточными чертами лица, маленькими рожками и мраморно-белой кожей. Одеждой ей служило белое платье, будто сотканное из множества полупрозрачных льдинок и обтягивающее фигуру так плотно, что можно было рассмотреть даже морщинки на сосках. — Но я надеюсь, такой большой и сильный мужчина поможет двум слабым женщинам справиться со всем этим мясом? Окажет милость своим присутствием за ужином? Ну а наша ответная благодарность будет…Не знать никаких границ.

— Суккубы. — Наконец-то сообразил я, чувствуя, как на меня с двух сторон буквально обрушиваются концентрированные флюиды похоти. В том, что сходу их заметить и идентифицировать не удалось, не было ничего необычного. Главная соблазнительница местного ледяного ада заслуженно звалась Многоликой, а находящиеся под её началом беспринципные демонические шлюхи могли менять свой внешний вид в очень широких пределах. Кардинальной перестройке по первому требованию подвергались рост, вес, объем бюста, цвет глаз, волос, кожи…Ну и аура, если требовалось тайком пробраться в постель к нужной персоне и не попасться на глаза священникам или магам. Все, что угодно, лишь бы мужик клюнул и дал высосать из себя жизненную энергию вместе с теплом тела. — Слушай, детка, а тебе не говорили, что такие наглые подставы делать опасно для здоровья? Я же вместо того, чтобы заплатить, вас обеих тонким слоем размазать могу. Да и хозяйке гостиницы вряд ли понравится, что кто-то тут разводит постояльцев на деньги кроме неё.

— Ой, ну скажите тоже! — Всплеснула руками старшая из суккуб, будто невзначай на излете погладив грудь подошедшей к ней дочери. Скорее всего насчет своего родства с данной особой малявка не врала, лица у них действительно похожи. Хотя при общении с подобными особами это и ничего не значит. Могут прикинуться хоть маленькими мертвыми осликами, если их потенциального партнера это вдруг возбуждает. — Разве тут кто-то говорил про деньги? Да этому мясу в базарный день цена была пять серебрушек! Я просто хотела найти хороший повод для знакомства! Согласитесь, ведь не каждый же день можно встретить мужчину, от которого так веет Черным Льдом!

— У тебя оригинальный подход. — Я взлетел с того, что осталось от рабыни и усилием мысли отчистил от одежды кровь и прочие посторонние примеси. Лечить невольницу было попросту бесполезно, раздавлена всмятку. Сила, таящаяся в этом изящном и хрупком женском теле, позволяет легко рвать мягкое железо и крошить хрупкий камень. Демоница находится далеко не в самом низу иерархии себе подобных. Впрочем, будь иначе, она бы вряд ли решила даже в шутку напасть на существо, явно знавшееся с кем-то из архидемонов. — И весьма рискованный.

— Мама помимо других талантов еще и хорошо гадает! И сегодня руны говорят, что нам ничего не угрожает! — Похвасталась младшая из суккуб, начиная в свою очередь мять ягодицы родительницы. Интересно, сколько этой девочке исполнилось годиков? Сто? Двести? Как вообще взрослеют подобные демоны и с какого возраста им можно не делать скидку из-за несовершеннолетия? — Хотя если вы хотите, то конечно можете нас наказать! А накажите маму первой! Я очень люблю смотреть, как её наказывают! Особенно огнем!

— Руны не ошиблись. — Подстроенное убийство по неосторожности как повод для знакомства и дальнейшее приглашение на плавно перетекающую в оргию людоедскую трапезу…Да уж, такое не забыть. К сожалению, бузить на территории гостиницы не выход. Возможно, я бы смог справиться с темной друидкой. И с работающими на неё охранниками. И с пассивными системами обороны, которые тут просто обязаны быть. И с двумя распутными демоницами. Но, увы, не со всеми сразу. Логичнее будет сначала найти Артема, а уже потом нанести им визит вежливости. Даже если его тоже превратят в моржа, эту халабуду мы вдвоем разнесем по камешку. В деле агрессивного демонтажа зданий и сооружений большой размер помешать не может, скорее уж наоборот. — Но сегодня у меня нет времени. Сегодня. Просто. Нет. Времени.

Глава 12

— Не пущу! — Решительно бросили мне прямо в лицо…Ну, скорее куда-то чуть ниже пупка, учитывая разницу габаритов. — Замок заело! Засов перекосило! Туннель обрушился! Короче, прохода нет! Не пущу и все тут!

— Слушай ты, лягушка кровосущая. Последний раз по-хорошему прошу, позови начальство. — Я как никогда был близок к холоднокровному и расчетливому решению впасть в неконтролируемое буйство. Час. Целый проклятый час меня уже держали перед животноводческой фермой «Белеслый лист», попасть в которую было едва ли не сложнее, чем в спальню правительницы какого-нибудь из кланов дроу. Вот честное слово, если бы их охрана выполняла свою работу также самоотверженно, то главной причиной смерти правительниц темных эльфов была бы старость! И умирали они девственницами! — Или ты начинаешь сотрудничать, или отправишься своим ходом к своим же предкам!

— Я — бессмертен! — Уверенно и нагло бросили мне куда-то в пузо.

— Ты всего лишь зеленая немертвая пиявка-переросток! — Ну, некоторая причина для самоуверенности у охранника имелась. Убить его обычными средствами действительно сумел бы не каждый. Да и необычными в общем-то тоже. Точную характеристику ему как бойцу с виду дать сложно, но почти наверняка он для своего крохотного размера невероятно опасен. А может даже еще опаснее именно благодаря миниатюрности. Чем меньше цель, тем легче ей набрать скорость, спрятаться в какой-нибудь щели или даже прошмыгнуть под ногами врага ему же за спину. — Но сильно ли это поможет, если я все-таки поползу вперед и размажу тебя своим пузом по всему туннелю?!

Вампир — это воплощенная квинтэссенция смерти. Сила, в разы или даже десятки раз превосходящая любые возможности смертных. Ловкость, дающая возможность уклоняться чуть ли не от каждой капли дождя. Выносливость, позволяющая стоически относиться к сквозным дыркам в теле, если те не приходятся на сердце или голову. Да и смертельные в общем-то раны затянутся у них очень быстро, может даже на глазах, если с последней трапезы сохранились излишки жизненной энергии. У действительно древних кровопийц к этим достоинствам добавляются опыт сотен лет успешных охот на разумную дичь и впечатляющие познания в различных областях темной магии…Но конкретно этому стоящему передо мной кровососу выглядеть свирепо и внушительно все это не помогало. Сложно повергать в трепет, если твой рост колеблется в районе метра, а вес не дотягивает до полусотни килограмм.

— Меня это не убьет! — Уже не так уверенно возразил стоящий на страже сельхозугодий кровосос. Я понятия не имел, как давно родился и переродился заступивший мне дорогу монстр. Однако кое-что о нем мог все же сказать совершенно точно. Он клинический самоубийца, в роду которого причудливо перемешались бараны и гоблины. Первые даровали гибриду воистину непрошибаемую твердолобость, ну а вторые все остальное: рост, уши-лопухи, зеленую кожу и длинный нос, обильно покрытый бородавками. Причем, скорее всего, предки данного индивида по какой-то из родительских линий страдали от тяжкой склонности к самоубийствам, сполна передавшейся их непутевому немертвому потомку. Или тяга к суициду стала следствием трансформации в высшую нежить? Подобные метаморфозы, если подумать, должны довольно сильно бить по мозгам. — А тебе не вынести собою малые ворота! Они и дракона удержат!

— Нет таких преград, которые не могли бы продолбить настойчивые дятлы крупного калибра. — Усмехнулся я, чуть наклонив шею и без особых проблем прочертив левым бивнем по стене тоннеля глубокую борозду, от которой во все стороны по камню побежали паутинки трещин. А после кинул демонстративно-оценивающий взгляд поверх своего собеседника на комплекс укреплений, перегородивших тоннель словно пробка. Да, серьезная штучка…Но раздолбать её можно! Вопрос лишь в том, управлюсь ли за эти сутки или придется ходить на штурм несколько раз, а потом отползать подальше, чтобы затянуть раны. — Или меня пускают внутрь, или вам придется тратиться на ремонт и нового привратника. Легче будет потом извиниться перед хозяином этого свинарника за мусор в прихожей и оттереть от живота оставшуюся от тебя кровавую слизь, чем и дальше слушать разного рода отговорки! Или ты думаешь, будто можешь безнаказанно водить меня за нос, только потому, что все свои глупости кричишь под прикрытием пятерки посредственных магов и пары тяжелых стрелометов, выставленных в бойницу?!

К вопросу самообороны животноводческая ферма, снабжающая столицу дроу элитной молочной продукцией, подошла вполне профессионально. С полным учетом всех реалий подземной войны. Во время атаки собакоголовых скелетов заранее подготовленные и ждущие своего часа заклятия обрушили главный вход в это заведение сельского хозяйства. Чем сразу переломила ситуацию, похоронив под тоннами камня больше половины нападающих. Тех это может и не убило, все же оживленным магией скелетам воздух не сильно нужен. Однако остаток их сил квартирующие там наемники вполне успешно перемолола, после чего занялась планомерным откапыванием и утилизацией остальных врагов…А все сообщение с окружающим миром «Белеслый лист» теперь вел через сеть из нескольких запасных проходов. Прямых как стрела и перегороженных миниатюрными дотами…Охраняемых на редкость упертыми привратниками, напрочь лишенными чувства самосохранения и мурыжащими гостей уже целый час!

— Мы платим налоги городскому совету и находится под защитой закона! — Гоблин-вампир демонстративно покосился мне за спину на жриц, что обязаны были в случае моего наезда на элитную дойную корову, точнее целую ферму дойных коров, свистнуть свое начальство. И уж вот оно быстро объяснит залетному моржу почем фунт лиха. В конце-то концов, я у себя один! А у дроу среди высшего жречества перерождается в нечто сравнимое со мной по классу едва ли не каждая вторая. Правда и друг друга эти перешедшие на иной способ существования дамочки по старой памяти жрут за милую душу в прямом и переносном смысле, но тем опаснее вышедшие из горнила их междоусобных склок крысиные тигры. Внезапно к зеленокожему и алоглазому коротышке метнулось из глубины туннеля нечто темное, при ближайшем рассмотрении оказавшееся крупной летучей мышью. Рукокрылая тварюшка чего-то защебетала в пулеметном темпе и преградивший мне путь охранник резко поменялся в лице. — Что? Где? И сколько их? Сколько?! Да чего мелешь, ты же до тысячи и считать то не умеешь!

— Проблемы? — Участливо осведомился у него я, про себя гадая, что же это могло тут случиться такого серьезного. Почему-то на ум упорно просился новый визит экзотической нежити. Только на сей раз она, похоже, решила заявиться в гости целой армией. Где только Окреш столько тварей нарыл…Впрочем, глупый вопрос. Для существа его возраста, опыта и статуса скопить заначку не проблема. А за деньги к требуемой тебе работе и вполне обычное человеческое войско приплести можно. Если финансов хватит. — Это не моя работа! Клянусь Безымянной!

— Алые Ножи! — Выкрик гоблина-вампира мне ни о чем не говорил. Это какая-то местная банда? Клан дроу? Орден искоренителей зла, без особых сомнений готовый убивать в подземной стране дроу каждого встречного и поперечного без рабского ошейника, ведь все равно невиновных среди них нет? Впрочем, следующий же вопль маленького кровососа расставил все по своим местам. — Конкуренты! Узнали, что мы ослабли и решили добить!

— Подумать только, какие страсти могут кипеть на ниве сельского хозяйства. — Покачал я головой, пытаясь вообразить себе фермеров-дроу, отравленными клинками безжалостно вырезающих всех и каждого ради заветного приза. Монополии на рынке молока! Нет, в роли налетчиков и головорезов темные эльфы представлялись легко…Но вот как потом эта банда потом будет сама молоко добывать? Они дружно спрячут оружие и пойдут дергать коров и коз за вымя? — Но может это не к нам, а просто мимо по своим делам идут?

— Маловероятно. — Подсказал мне крутящийся где-то сбоку Рилд, который явно нервничал, но убегать и прятаться в какую-нибудь щель не спешил. Очень уж ему, видимо, хотелось оставшуюся часть гонорара получить. — Отряд Зеленая Дубина и отряд Алые Ножи уже не один раз вступали между собой в конфликт, так как специализируются примерно на одном и том же виде деятельности. Уничтожении на поверхности небольших отрядов и отдельных целей, замаскированном под случайную стычку с разбойниками, нежитью или рейдерской бандой орков.

— А как же молоко? — Кивнул я в сторону подземной фермы, у самых ворот которой сейчас бесновался маленький вампир. Оставаться снаружи при приближении потенциального противника он явно не хотел…А те, кто внутри, не желали открывать почти непрошибаемые створки в опасной близости от подозрительных чужаков. Угрозы и ругательства обильно летели в обе стороны, но поскольку все они были на гоблинском, то оценить красоту и изощренность словесных конструкций не получалось. — Так они в первую очередь наемники или фермеры?

— Сложно сказать. — Искренне пожал плечами контрабандист, наблюдая за метаниями немертвого гоблина, которого похоже решили списать в допустимые потери. — Сначала они создали свою штаб квартиру в этом месте. Потом быстро пришли к выводу, что покупать продукты в городе слишком дорого. Затем как-то смогли не только протащить сюда коров, но и найти для них пищу в достаточном количестве, чтобы появились излишки продовольствия. А теперь уже не один десяток лет вовсю торгуют молоком, но и от старого способа зарабатывания денег не отказались.

— Подумать только… — Я проследил взглядом за еще одной летучей мышью, клочком живого мрака промчавшейся под потолком тоннеля и камнем рухнувшей прямо на голову гоблина-вампира. Сами по себе эти животные так себя вести вряд ли будут, значит скорее всего ими управляет кто-нибудь еще. Скорее всего такой же вампир, только осуществляющий наблюдение за всеми подозрительными объектами на дальних подступах к ферме. — Эй, мелкий, деловое предложение есть! С меня помощь в обороне, с вас маг духа!

— Я не уполномочен заключать такие соглашения! — Судя по глазам, уже чувствующий приближающуюся окончательную смерть коротышка очень желал согласиться…Но не мог. Видимо гнева хозяина фермы он боялся все же больше, чем прекращения немертвого существования. Однако одну лазейку для собственного спасения мелкий кровосос отыскать все же смог. — Прошу защиты у храма Ночи! Пришлите стражу, храмовую гвардию, патрульных…Ну хоть кого-нибудь!

— Отряд Алые Ножи тоже платит налоги городскому совету и немало жертвует темным богам. — Как бы извиняясь развела руками старшая из жриц, колыхнув своим аппетитным бюстом. — А раз так, то вы должны разбираться между собой сами. И пусть победит достойный!

— Или тупо сильный. А может заранее сделавший ловушку. Или вовремя вонзивший клинок в нужную спину. — Фыркнул я, начиная создавать воду и обильно покрывать ею пол. Сейчас еще чуть-чуть криокинеза — и вместо гладкого ровного пола врагам придется шагать по очень скользкому льду. Льду, который создан моей магией, а потому так просто не растает. Да и просто воды по нему сверху стоит пустить слой сантиметров в восемьдесят-девяносто. Чтобы поскользнувшимся было где тонуть, да и у морских хранителей управление разнообразными жидкостями все-таки один из профильных навыков. — Смирись, малыш, из всех здесь присутствующих помочь вам желаю только я. И то не от доброты своей, а исключительно из корыстных соображений. Так что придется вам мага духа то мне отдать. Ничего не поделаешь, уговор есть уговор.

— Эй, говорил же, не уполномочен заключать такие соглашения. — Гоблин-вампир попытался вытереть проступивший на зеленом лбу алый пот летучей мышью, видимо в растерянности приняв её за платок и оказался немедленно укушен за длинный нос. Верещащий комочек плоти рассердился не на шутку и попытался даже выцарапать обидчику глаза крохотными коготками, расположенными на его крыльях, но кровопийца шустро достал из кармана чей-то засушенный палец и отдал его зверьку в качестве извинений. Видимо это лакомство было куда более вкусным и питательным, чем нос живого мертвеца, а потому зверек немедленно выпустил бяку и принялся громко чавкать подачкой. — Такие дела может решать только хозяин!

— Ну, так я же не демон, мне согласие противоположенной стороны в сделке особо и не требуется. — Драться не сильно хотелось…Но, видимо, придется. Отступать некуда, где-то на укрепленной ферме прячется Артем. Сильно смущала только численность предполагаемого противника. Тысяча — это много. С другой стороны — а тысяча, простите, кого? Какие-нибудь крестьяне с вилами даже в подобном количестве проблемой не будут. Или более подходящее для данной местности племя обычных гоблинов той же численности. А имелась бы у этих Алых Ножей тысяча профессиональных бойцов из числа наемников средней руки с полагающейся по штату поддержкой в виде боевых магов…Ну, в таком случае, дроу пришлось бы искать новый источник молока для своей столицы. Наверное. Все же за этими монструозными дверьми не может прятаться штук шестьсот-семьсот ухорезов-животноводов с парой сотен злобных боевых быков. Ведь правда? — Ну а если задумаете не отдать мне то, что окажитесь должны, то мы узнаем, идут ли на пользу моржовой шкуре ванны из соленой вампирской крови. Да и девочки не будут тогда докладывать о происшествии в своей храм, ведь я просто восстановлю справедливость…Верно?

Извлеченный из кармана кошель пару раз подпрыгнул на перепонке между пальцами моей правой руки, издавая характерное звяканье.

— Нет, ну доложить мы доложим, но не сразу. К вечеру там или следующему утру… — Покрутила рукой в неопределенном жесте старшая из жриц. — Все же молчать нам не полагается. А на таком смешном расстоянии от города и без нас найдется, кому доложить.

— Устраивает. — Спрятал я деньги и вновь повернулся к мелкому вампиру. — Кстати, малыш, а сколько здесь до поверхности напрямую? Как думаешь, часа за четыре проложить туда новый выход успею?

— Не надо ничего прокладывать, о Великий. Тут всего в получасе ходьбы итак имеется одна из вентиляционных шахт, по которой к нам с гор закачивается свежий воздух. — Обрадовал меня контрабандист. — В подземельях и так то атмосфера частенько бывает спертой, а уж без прямого соединения с поверхностью такой большой город как столица и вовсе задохнется.

Прошу прощения, но слышу какой-то шум! Кажется, на вас сейчас нападут с тыла!

— Извините, не могли бы вы не дышать, а то я соскальзываю?!

— Ай, кажется мой каблук разодрал вашу бородавку! Это все они виноваты!

По моему хвосту бодро промаршировали три пары изящных женских ног, а усатую морду задело флагом, когда скромно стоящие за спиной жрицы дроу вдруг шустро ломанулились вперед прямо по телу своего поднадзорного объекта. И даже возможность таким образом его обидеть их не сильно смутила. Не то паршивки успели неплохо изучить меня за время нашего знакомства и поняли, что в самом худшем случае отделаются символическими шлепками по аппетитным пятым точкам, не то внезапно обнаружившаяся на противоположенном конце туннеля опасность показалась им слишком серьезной, чтобы задерживаться в авангарде даже одну лишнюю секунду.

— Это еще кто? Те самые конкуренты? — Я с некоторым трудом развернулся, кроша непослушным и негибким телом редкие выступы камней в мелкие осколки и прищурился, уставившись сначала на десятки мерцающих в воздухе энергетических рунных конструкций, а потом на сплошную стену прямоугольных щитов и тускло блестящие наконечники длинных копий, за которыми разглядеть облаченные в темные рваные тряпки худощавые фигуры оказалось не так уж и легко. Со скоростью около двадцати-тридцати километров в час и идеальным сохранением строя на нас надвигалась классическая пехотная фаланга. Причем прикрытая защитной магией в достаточной мере, чтобы быть не удобной мишенью для вражеских площадных заклинаний, а проламывающим все на своем пути кулаком. — И чего им тут надо?

Возможно, никакой резни на ферме «Белеслый лист» и не случилось бы. Возможно, планировался стремительный рейдерский захват с минимумом жертв и сохранением всей инфраструктуры. Возможно, нападающие бы притормозили перед перегораживающей проход тушей подозрительно смахивающего на демона моржа. Возможно, их бы остановили оранжевые флаги жриц. Я проверять не стал. Вал заблаговременно созданной воды поднялся трехметровой волной, достигнув не такого уж и высокого потолка, а после стремительно устремился вперед. Грубое физическое воздействие, которое почти невозможно отразить. Только попытаться переселить или отвести в сторону. Однако последнее в не таком уж и большом туннеле совсем не вариант! Посмотрим, как с таким ударом справится вражеская магия!

Зашитные чары катящийся вперед вал воды проигнорировали. Стена щитов колыхнулась и подалась под его напором. Большие ростовые щиты от пришедшегося на них удара вырвались из рук, первые ряды бойцов потеряв равновесие легли под ноги своим собратьям…А после те как ни в чем не бывало пошла дальше. Прямо по их телам и через замершую от пола до потолка исполинскую каплю, растечься в стороны которой не давала моя воля. Присмотревшись к противнику, я мысленно обозвал себя идиотом. Нет, ну а кто еще будет пытаться утопить тех, у кого нет легких?! Когда-то они у идущих вперед копейщиков явно имелись, но исчезли в неизвестном направлении вместе с остальным мясом. На меня с неуклонностью самой смерти надвигалась маленькая армия замотанных в драные тряпки человеческих скелетов.

— Самая обычная низшая нежить, готовая подобно человеку слечь от одного хорошего удара. И снаряжение у них дрянь, взятая не иначе как с ближайшей помойки. — Оценил я их прочность по рассыпавшимся на отдельные кости индивидам, принявшим на себя основную ярость водной стихии. — Только и плюсов, что страха не знает и боли не чувствует. А также компактно хранится в холодильнике до нужного момента, не требуя денег на содержание.

— Да, похоже на то, что основу для своих слуг поднявший их всех некромант просто скупил оптом на бойне после срезания всего мяса и не стал особо возиться с её улучшением. — С большим знанием дела прокомментировала это наблюдение одна из жриц. Хорошо, что ей не было видно моего лица, которое в этот момент скривилось в гримасе ярости. В то помещение, где наиболее никчемных невольников разделывали на составляющие, я на рабском рынке так и не зашел. Опасался не сдержаться и начать крушить там все налево и направо. Но мне вполне хватило и ауры этого места, буквально пропитанной болью, смертью и кровью. — Быстро и дешево, но на редкость некачественно. Впрочем, попугать каких-нибудь варваров или разрядить ловушки сойдет.

Скелеты дошагали до намороженной мною ледяной корки и их казавшаяся несокрушимой фаланга враз превратилась в одну сплошную баррикаду из перепутавшихся между собой костей и копий. Координации и ловкости у низшей нежити едва хватало, чтобы на ровном месте не падать, а управляющий ей некромант явно не стремился идти в первых рядах своего воинства и потому каток просто прозевал. Или не смог вовремя придумать, как его уничтожить, что в общем-то по результатам одно и то же. Нет, совсем остановить продвижение тварей магический гололед конечно же не сумел…Но и за замедление противника в три-четыре раза вместе с разрушением его строя любой грамотный полководец не задумываясь отдаст правую руку вражеского военноначальника. Все равно она ему будет особо не нужна, после того как с него голову снимут.

— Это как-то примитивно, подобные болваны никогда бы не сумели пробиться здесь через укрепления. — Я обрушил на дружно пытающихся подняться обратно на ноги, но только бестолково хватающихся друг за друга костяных конструктов пару глобул концентрированный тьмы, ощутимо замедлившихся и уменьшившихся в рунных барьерах, но все же пробившихся на ту сторону волшебной преграды. В месте попадания этих магических снарядов в бестолковое мельтешение скелетов кости, успевшие в большинстве своем пожелтеть от времени, просто рассыпались мгновенно растворяющейся в воде пылью. Но куда больше урона мои примитивные эрзац-чары нанесли потом, когда вложенная в них энергия проела внешнюю оболочку получившихся шариков и воплощенная энтропия хлестнула во все стороны будто брызги кислоты. Ну, или осколки гранаты. В радиусе пяти-семи метров от эпицентра скелетов переломало в неспособные больше никому причинить вреда обломки, а стоящим дальше «повезло» отделаться менее солидными травмами, вроде сквозных дыр в ребрах, потерянных конечностей или голов…Однако столь разрушительному воздействию подверглись не все, далеко не все. — Оу, беру свои слова обратно. Какое-то тактическое мышление у наших врагов безусловно присутствует.

Среди сотен абсолютно никчемных скелетов, по своим тактико-техническим характеристикам подходящих скорее на роль самоходного огородного пугала находились полтора десятка умертвий. Куда более прочных, сильных, ловких, быстрых и в некоторой мере даже умных. Во всяком случае, когда их младшие собратья принялись рассыпаться в пыль, а сами они лишились сползшей с чуть покоробившихся костей одежды, то эти твари тут же рванули вперед на обращая внимания на такие мелочи как скользкий лед и хлюпающая вода под ногами. Также полностью лишенные плоти, но с привязанными к костям обрывками души. Абсолютно неразличимые в толпе массовки эти монстры могли бы сколько угодно толпиться перед воротами укрепленной фермы, банально не принимаемые во внимание. А потом…Ну, не знаю, что потом. Протиснулись бы в бойницу какую-нибудь скорее всего или воспользовались пробитой специально для них вражескими магами маленькой дыркой. Насколько я помню из прочитанных гримуаров, им не слишком сложно на несколько секунд или даже минут отцепить от себя ту или иную часть тела или даже отдельную кость и буквально по частям пропихнуть себя в любую щель. Другое дело, что без контроля некромантов мозгов на столь сложную тактику и нежити обычно не хватает.

На то, чтобы преодолеть разделяющее нас расстояние, монстры потратили секунд пять-шесть. За это время количество их сократилось наполовину, поскольку я решив не ограничиваться полумерами как следует поднатужился и совершил резкий выдох, буквально заполнив тоннель перед в двадцати метрах перед собой разъедающим все и вся непроглядным и очень-очень холодным туманом. Через такую преграду ни один обычный пехотинец не пройдет. Даже какой-нибудь крутой невидимка незамеченным не проберется, поскольку без защитных барьеров сдохнет под своей маскировкой еще на середине пути. Да и вражеские заклинания в нем запросто могут сбиться с цели, заплутать и ударить куда-нибудь не туда. Восемь проскочивших опасную область относительно целыми умертвий немедленно кинулись ко мне, намереваясь пустить в ход свои руки, которыми они без проблем разрывали людей на части. Правда одно из них почти сразу неудачно споткнулось, колено его подломилось, и оно влетело прямо в моржовое пузо, об которое и разбилось вдребезги, поскольку его кости под воздействием низких температур стали ломкими, будто стекло.

— Пошли вон, уроды! — Злобно проревел я, отмахиваясь свои ластообразными руками от лезущих в лицо с настойчивостью лесных комаров умертвий. Инерция мышления или скорее полное отсутствие этого самого мышления опять сыграло с ними дурную шутку и от ударов нежить не уворачивалась. Привыкла, что она самая сильная и самая стойкая, да и вообще не было у неё инстинкта самосохранения. Одного монстра просто разбил на части, снеся ему половину ребер и позвоночный столб, а еще троих удачно откинул обратно в ледяной туман, откуда они уже вторично не вышли. К сожалению оставшаяся троица тварей смогла вцепиться в складки шкуры на животе и боках, а после поползли по ним вверх как коты с выпущенными когтями, оставляя после себя десятки мелких кровоточащих ранок. — Вот я вас!

Ползущего с левого бока покойника я просто раздавил о стенку тоннеля, как следует потершись об неё боком, а вот двух оставшихся и добравшихся уже почти до загривка пришлось поднимать в воздух телекинезом. Причем вместе с солидными шматами кожи, в которую они вцепились в прямом смысле слова намертво. Ну, пусть она останется им утешительным призом. Не став изобретать велосипед, я столкнул их друг с другом на такой скорости, что только костяная крошка в разные стороны брызнула.

— Первый раунд за мной! — Прокричал я нападающим, которые не только не продвинулись вперед, но еще и отошли. Даже умудрившиеся расцепиться скелеты предприняли стратегическое отступление, утаскивая за собой наиболее неловких товарищей. — Ну, кто следующий?!

— Почему ты защищаешь Зеленую Дубину, чужак? — Говоривший благоразумно на глаза не показывался. — Какое тебе до них дело? Уйди с дороги Алого Клинка!

— Сегодня они мне нужны! — Не стал скрывать очевидной правды я. — И ты не пройдешь!

Хотелось пафосно стукнуть посохом об мост и обвалить его к едрене-фене, но немного мешало отсутсвие посоха. И моста. Хотя, в принципе, при сильном желании устроить тут небольшой обвал это не сильно помешает.

— Тьфу! — Исправно донесло до нас акустическое заклинание звук смачного плевка. — Неудачный сегодня день…

Скелеты еще минутку постояли на одном месте, а потом также слитно как до того шагали вперед. Сначала я было заподозрил в этом тактическую хитрость, но время шло, а враги не возвращались. И даже остающаяся вне зоны нашей досягаемости разведка при помощи очередной летучей мыши подтвердила, что враги ушли. Очевидно они прикинули планируемый уровень сопротивления с учетом вновь открывшихся обстоятельств крайне моржового вида и решили подождать более удобного случая для устранения конкурентов.

— Ну, не могу я вас просто так пустить. Не просто не хочу или там права не имею! — Заныл поймавший мой довольный взгляд гоблин, которому, несмотря на всю его браваду и сверхъестественные возможности явно не улыбалось прекратить свое немертвое существование. А размазать его за продолжение канители на воротах сейчас стало бы уже скорее признаком хорошего тона, чем дерзостью. Ну, по меркам этого общества. — Мастер велел не пускать посторонних. А сам ушел в город по тропе теней! И только высший вампир может ослушаться прямого приказа того, кто его обратил!

Ага, вот значит, почему так долго не помогали ни угрозы, ни золото. Про вампиров можно и нужно говорить много плохого, но вот в ментальной магии они на высоте. Внушить излишнюю покорность жертве способны даже некоторые новообращенные, а уж владыки их племени ставят всем подчиненным закладки на верность и постоянно обновляют их едва ли не на уровне безусловных рефлексов.

— Связи с ним у вас, так понимаю, нет. — Вздохнул я, поправляя на груди новую картонку с надписью на чистом русском языке. Полагаю, сейчас с той стороны укреплений собралась если и не вся охрана фермы, то как минимум большая её часть. Все же не каждый день в гости приезжает магический аналог тяжелого танка и начинает требовательно и матерно бибикать перед воротами, требуя прохода внутрь. Так почему же Артем еще никак на мой визит не отреагировал? Стоит на страже какого-нибудь другого прохода, готовясь отражать атаку с тыла? Отлеживается в местном лазарете после драки? Или вообще убыл в город вместе с начальством? — Ладно, какие есть другие варианты? Кого твой мастер разрешал допускать внутрь, да так и не отменил лично своего приказа?

— Патруль пускать, если с документом, без документа не пускать! Демон Фитильгоф больше не пускать, но деньги у него забирать, если вдруг долг пришел отдать. Гигантский пещерный слизень пускать и самим убегать, все равно мы его не остановим. — От волнения маленький вампир, до того изъяснявшийся довольно четко, благодаря векам разговорной практики, вновь стал подпускать в свою речь характерный гоблинский акцент. — Лейлу Кровавую тоже пускать, крышу на неё сразу ронять, и тут же в куски порубать, пока не очухалась! Только она не вернется, не дура же, на дуре мастер бы никогда не женился.

— Ты давай не отвлекайся на личную жизнь своего начальства. — оборвал я его разглагольствования. — Дальше вспоминай!

— А все! Больше кого не пускать! Остальные пусть через наши трупы входят, если смогут! Хотя… — Гоблин запнулся и с сомнением посмотрел на меня. — Целителя пускать можно и нужно, давно его ждем. Не простого целителя. Для телок. Нам для телок нужно целитель, очень нужен, давно его ждем. Только нету его. Все одни шарлатаны какие-то попадаются, которые и не знают с какой стороны к телке подойти, чтобы у неё молоко появилось.

— Ну, допустим я целителя…То есть тьфу-ты, целитель. — Татуировка в виде морской звезды на щеке заныла. Слуги морской богини не имели права отказывать в помощи тем, кто желал избавиться от какой-либо слабости или хвори. Хорошо хоть работать мы должны были не бесплатно. И вполне могли заломить за свои услуги самую неимоверную сумму, причем потребовать её выплаты авансом. — Так что у вас с телками то? Молока нет?

— Есть молоко, как не быть. Только мало. Раньше больше было, но потом вдруг болезнь появилась. Или порча. Только странная она какая-то, никак мы её даже обнаружить не можем. — Гоблин внимательно рассмотрел нанесенный на мое лицо знак и видимо решил счесть его достаточным свидетельством высокой квалификации. В этом мире как-то не очень много смельчаков, кто осмеливается нанести на себя символы тех или иных богов без оснований на это. То ли не выживают они после таких художеств, то ли попросту не доживают до них, очищая генофонд от своего наследия раньше, чем дорастут до возможности взять в руки кисточку и краски. — Телки выглядят здоровыми, ни на что не жалуются, не буянят, не худеют. Только молока от них почти и нет. Нам не из чего делать крем для пирожных. А без пирожных ведьмы звереют. В смысле, еще больше, чем всегда.

— Так вот почему так выросли цены, и торт со сливками в продаже стало найти не проще, чем светлую эльфийку в борделе! — Ахнула какая-то из жриц за моей спиной. Обернувшись на секундочку я удостоверился в том, что мне не почудилось. В голосе служанки темных богов плескался отчетливый ужас. Вот, оказывается, чего боятся женщины дроу…Отсутствия свежего товара в кондитерской! — Но почему же об этом никто не знает?! Да к вам же даже матриархи из городского совета не побрезговали бы зайти, чтобы проблему решить!

— Так они у нас и были уже! Только не помогло. — Развел руками гоблин, не спеша трогаться с места. Видимо все еще надеялся, что проблема как-то рассосется сама собой. Или мы куда-нибудь денемся, или хозяин фермы вернется. Вообще, конечно, интересный выбор профессии у этих вампиров. Нежить трудящаяся в сельском хозяйстве самим фактом своего существования вызывает некий когнитивный диссонанс. Кем они тут питаются, интересно. Доярками? Или…Телками?! — Молока как не было, так и нет. Потому и ждем для них целителя!

— Вот и дождались. — Хмуро бросил я, а после пополз вперед, ничуть не заботясь тем, успеет ли гоблин попятиться назад. В конце-то концов, он вампир! А значит, обязан обладать хорошей реакцией! — Посмотрю я ваших телок. Кто они, что они, как они…Уж если разбирался с выпотрошенными животами и травматической трепанацией черепа грязными железяками, так неужели обычную лактацию не осилю?

К счастью, худшие предположения не подтвердились. Припертый к воротам гоблин-вампир решил не доводить наше противостояние до открытого конфликта, а потому на территорию фермы подозрительного полуморжа все-таки пустили. И тут же уши услышали пробивающееся сквозь стены многоголосое мычание, ноздри уловили запах навоза, а глаза уцепились за прилипшую к сапогам одного из охранников-орков коровью лепешку. Никакой экзотики с национальным темноэльфийским колоритом вроде выдаивания рабынь на ферме «Белеслый лист» определенно не имелось. Нет, дроу могли бы подобную промышленность развернуть. Их мораль, которую так и тянет назвать полной аморальностью, позволяет и не такое. Но видимо крупный рогатый скот банально давал больший выход полезного продукта или содержать его оказывалось дешевле. Ну а невольницы тут хоть и обнаружились, но были это, как правило, женщины в годах и самого крестьянского вида, успевшие научиться правильно добывать молоко из коров еще во время вольной жизни на поверхности.

— Великий, вы и вправду собрались возиться с этими животными?! — Кажется, прихваченный с собою контрабандист заработал полный разрыв шаблона и душевную травму на всю оставшуюся жизнь. — Но зачем?! Мы же уже внутри периметра и охранников здесь недостаточно много, чтобы они посмели вас останавливать!

— Показавшихся нам на глаза охранников. — Поправил его я, обшаривая глазами обширную пещеру, имеющую не меньше десятка проходов куда-то вглубь животноводческой фермы. Наиболее широкий и расположенный у самого дна ведет к коровам, если верить долетающим оттуда малоаппетитным ароматам и мычанию. А вот остальные вполне могли скрывать в своем нутре десятки наемников. Вроде тех, что сейчас старательно рассредоточились по территории и делают вид, будто оружие свое достали просто так. Поточить, почистить, попытаться попускать лезвием солнечных зайчиков несмотря на энное количество метров камня над нашими головами. — И потом, в жизни нужно попробовать все. Рок, драйв, адреналин, вегетарианство и квантовую физику…Ветеринарию тоже, почему нет? Никогда раньше коров не лечил, но начать ведь никогда не поздно.

— А я вот никогда раньше с гарпуном на китов не охотился. — Заметил мне подпирающий собой створки с обратной стороны ворот вампир, опирающийся на здоровенное костяное копье, выточенное не иначе как из позвоночника дракона. Как и мурыжившего нас охранника кожа у него была зеленой, но этого кровопийцу назвать задохликом бы язык не повернулся. Рост под два метра, лишь едва прикрытая кожаной безрукавкой грудь перевита жгутами мускулов, размах высовывающихся из-за нижней губы клыков составлял не менее четверти метра. Короче, передо мной стоял типичный орк, когда-то давно ставший высшей нежитью. — Но, чувствую, сегодня могу начать. Слушай сюда, дитя морей и не говори, что не слышал. Если ты пришел купить нашего мага духа, то лучше сразу уходи туда, откуда пришел. Столь перспективного кандидата на становления нашим сородичем мы тебе не отдадим. Ни за какие деньги.

— Я — морж…Ну, частично. — Хмыкнул я, обозревая видимую часть обороны фермы. Девять десятков солдат удачи выглядели довольно разномастно, но каждый из них имел как минимум кольчугу и меч. Парочку так и вовсе мог бы вполне отнести к рыцарям, где-то потерявшим свою лошадь. Расовый состав у них подобрался смешанный: гоблины, орки, люди, дроу, смески и даже один тролль с массивным железным молотом. К тому же их усиливали кровососы в количестве семи штук. Двое держатся ко мне очень близко и явно рассчитывают в случае начала драки ввязаться в рукопашную. Еще пятеро кровопийц застыло на границе ведущих вглубь пещеры тоннелей и, судя по количеству навешанных на них артефактов и магическим посохам, числятся боевыми магами. — А какого он сам мнения, кстати, насчет подобной сомнительной чести?

— Резко отрицательного. Называет нас разными нехорошими словами, среди которых «гнилые трупожоры» еще можно считать комплиментом. — Орк-вампир обнажил в улыбке прозрачные клыки-сосульки, ярко блеснувшие в свете магического освещения. — Но ничего, мы его переубедим. И не таких твердолобых фанатиков обращали.

— Позови его все же. Пожалуйста. — Вежливо попросил его я, медленно начиная увеличиваться в размерах, благо теперь до потолка пещеры были уже не считанные сантиметры, а несколько метров. Все метательное оружие, что до этого было направленно в сторону или в землю тот час же оказалось нацелено на подозрительного гостя…Но атаки так и не последовало. Кровососы были опасны, но они знали, что я тупо сильнее их всех вместе взятых. Возможно, если им улыбнется удача и в этой пещере есть мощные ловушки, они даже меня смогут убить. Но без потерь, причем скорее всего очень серьезных, им никак не обойтись. А они хоть и монстры, но вовсе не тупые мобы из компьютерных игр. И согласны вытерпеть многое, лишь бы ничего серьезного не угрожало их драгоценному и теоретически вечному существованию. — Видишь ли, есть такое подозрение, что у меня к этому человеку большой долг. И надо его отдать. Лично в руки. Хуже ему от этого точно не станет, скорее уж наоборот.

— Хорошо. Отдашь. — Проскрипел орк, пряча пылающий ненавистью взгляд алых глаз в землю. — Как только он очнется и сможет встать с кровати. Или когда вернется владелец этого места лорд Шейтон и вы с ним договоритесь, чтобы его вынесли сюда. Или когда наши коровы смогут вновь дать достаточно молока, чтобы наполнить сухие бидоны.

— С магом духа что-то серьезное? — Забеспокоился я. — Пострадал во время недавнего нападения?

— Ничего особенного. — Дернул щекой немертвый орк. — Слегка перенапрягся, получил несколько ушибов и потерял пару мисок крови. Даже без помощи целителя встанет на ноги уже завтра.

— Хорошо. Но тогда ты будешь меня сопровождать в турне по вашему хлеву. — Скрепя сердце, мне пришлось согласиться на озвученные условия. Тем более и были то они не особо жесткие. — И мы же оба понимаем, окончательно тебя упокоить в случае обмана я успею. На крайний случай просто сожру.

— Хе, пугать меня смертью не имеет смысла. — Продемонстрировал свои клыки в улыбке орк-вампир. — Чего мне духи предки нового скажут? Я уже и сам, считай, один из них! Просто пока еще в своем теле.

— Вот и узнаешь как к таким как ты там относятся. — Я еще раз пересчитал защитников фермы и тяжело вздохнул. Вырубить аккуратно такое количество народа шансов почти нет. А если разрушить снабжающую город элитным продуктом ферму — то таскающиеся следом жрицы дроу тут же заложат своему начальству. И придется либо платить астрономический штраф, либо шустро линять из подземной страны. Гешефт-гешефтом, но свои рабочие обязанности эти дамочки знают назубок и выполняют безукоризненно. Ибо никакие не стоят таких проблем с начальством, вполне буднично спускающим с подчиненных шкуры в прямом смысле этого слова. — Кстати, как вы вообще этого типично светлого героя убедили сражаться на своей стороне? Гипнозом?

— Да если бы, не действует на него внушение почти…Почему нам и приходится ждать его добровольного согласия на обращение. — Мрачно буркнул орк, отлипая от ворот и медленно заковыляв в сторону хлева. — Думаю, если бы от его покорности не зависели жизнь и здоровье других рабов из той же партии, маг бы уже не раз пытался устроить побег или бунт.

Хм…Ну да, имеет смысл. Шантажировать Артема обещанием сожрать живьем на его глазах каких-нибудь заложников — это вполне рабочий способ временно получить возможность отдавать ему приказы. Временно. До той поры, пока он не найдет лазейку, позволяющую обеспечить им безопасность и не начнет мстить. А я помогу. Сразу же, как только получу от него конкретные целеуказания, кого тут надо спасать и эвакуировать на поверхность по кратчайшему маршруту, а кого безжалостно давить и плющить от всей широты русской души, дополненной моржовым телом.

Внезапно раздавшийся в одном из проходов шум и ругань привлекли мое внимание. Оттуда сквозь строй наемников в основную пещеру пытался пробить перемотанный окровавленными бинтами человек, в данный момент голыми руками авязывающий узлом лезвие какой-то шпаги, которой ему пытались преградить путь. Его лицо мне было прекрасно знакомо. И это был не Ассасин!

Глава 13

— И это вот демоническое отродье осмеливается заявлять, что у него со мной какие-то общие дела?! — Сделавший смелое заявление мужчина в качестве доказательства весомости своих слов резко рубанул рукой воздух…А потом покачнулся и, чтобы не упасть, уперся в землю тем клинком, который парой секунд раньше отобрал у наемников и голыми руками превратил в шедевр авангардного стального макраме. Классический паладин во всем его великолепии. В глазах — яростный фанатизм, в ауре — чистейший свет, в плечах — двухстворчатый шкаф, в мозгах — одна извилина. И я ему должен деньги, один комплект умеренно потасканной одежды и дешвенький зачарованный кинжал с возможностью аккумулировать темную энергию. А еще умеренно жестокое избиение тюремщиков. Интересно, он согласится взять компенсацию золотом или все же придется чистить морды вампирам-фермерам с их прихлебателями? — Да такого в принципе быть не может, потому что не может быть!

— Сэр Олкометр, а вы ко мне присмотритесь повнимательнее. — Посоветовал ему я, а после повернул голову в профиль. Вроде бы так моя полуморжовая физиономия более-менее напоминает бывшую человеческую, если спускающихся до середины пуза бивней не считать. — Не узнаете? Нет? Это же я, Алхимик! Вот, пришел вам долги отдать!

— Что?! Ты?! Здесь?! — Поразился паладин, явно с большим трудом сумев таки опознать своего знакомого темного мага. В глазах воина света, попавшего во враждебное окружение, израненного, но не сломленного, отразилось то, чего от него вряд ли могли бы добиться все вампиры подземелья. Ужас. И, кажется, не за себя. — Но почему?! Как?! Я же сам видел, ты встал на путь исправления?! Просветлел! Ооох…

Кажется, осознание того, кто именно тут развалился пузом на четверть пещеры и упирается хвостом в ворота, подкосило волю Олкометра. А может, сделала свое дело кровопотеря, из-за которой он и находился в местном аналоге больнички. Зашатавшегося несмотря на импровизированный костыль паладина во время успел поймать один из наемников…Правда, дернулся он к нему на выручку только после приказного окрика одного из вампиров. Сами кровососы явно к воину света подходить избегали. Видимо не нравилась им его аура, полная света. Или оружие в руках. А может сочетание того и другого вкупе с возможность быть примененным прямо к клыкастым физиономиям.

— Просветлел?! Он?! — Раздалось где-то в районе хвоста так долго мурыживший нас на воротах гоблин, вновь начавший подпускать акцента в свою речь. — Раньше это чудовище еще сильнее и темный была?! Да куда уж больше, оно ж и так ходячее кошмаро во плоти и мясе!

— Маскировался, наверно. — Послышался голос контрабандиста. — Честно сказать, таких мастеров по изменению своих размеров и ауры я еще не встречал.

— Да вроде страшноватое оно для инкуба. — Продолжал сомневаться гоблин-вампир. — Я конечно не баба, но не соблазнительное ну вообще!

— Так не только одни слуги Многоликой умеют виртуозно маскироваться. — Вмешалась в их диалог одна из жриц. — Просто они считаются лучшими. Однако почему бы кому-нибудь другому не освоить искусство перевоплощения на том же уровне, если к нему есть талант?

Паладина, начавшего терять сознание, попытались привести в чувство, но как-то бестолково. Не то вампиры и их слуги особо вопросами целительства никогда не интересовались, ограничиваясь простым затягиванием ран, не то специально тянули время. Сэр Олкометр продолжал шататься, закатывать глаза и норовил сползи в обморок до тех пор, пока я аккуратно не подтянул его телекинезом к себе и не принялся за дело сам, за что тут же и поплатился. Первым делом вернувшийся к по его меркам здравому уму и ясному сознанию воин света попытался вырвать мне сердце, резко подпрыгнув вверх на пару метров и пробив голой рукой дубленую моржовую шкуру словно раскаленный гвоздь кусок мягкой пластмассы. Хорошо хоть до цели своей не достал, банально длины конечности не хватило.

— Уй, блин! — Не смог удержаться я от выражения своего неудовольствия, когда в грудь вонзилась эта полыхающая силой света заноза. Силой мысли схватить этого чрезмерно развоевавшегося служителя церкви и подвесить его в воздухе без какой-либо точки опоры тоже оказалось не сильно приятно. Аура паладина жгла, словно горячий уголек. — Сэр Олкометр, вы чего? Вроде в нашу последнюю встречу так хорошо общались, а теперь на меня так неадекватно реагируете! Вам снова, что ли, Ассасин рожу начистил?

— Изыди, зло! — Прорычал едва-едва поставленный на ноги человек, дергаясь как угорь и тщетно стараясь вывернуться из невидимой хватки телекинеза. — Я не могу обратить во прах этих трусливых кровохлебов, так хоть на окончательно упавшем во мрак чернокнижнике отыграюсь! Знаю, что пожалею об этом, отродье, но скажи, чем ты так допек хозяйку морей, чтобы она низвергла тебя в ледяную бездну!

— Да никуда она меня не бросала. Напротив, по службе повысила. Слышали пословицу: «Ты то, что ты ешь»? Не слышали? А Безымянная слышала. И прописала одному из своих невезучих слуг довольно оригинальную диету. — Фыркнул я, начиная понимать, в чем заключается причина агрессии. Полученная через вторые руки от проигравшегося архидемона сила сыграла дурную шутку, сделав меня похожим в энергетическом плане если и не на почетного гражданина местной преисподнии, так на какой-то их импортный аналог. А паладин решил, что если нечто выглядит как утка и крякает как утка, то его святой долг заключается в том, чтобы пташке такой шейку то открутить. — Скажите лучше, как же эти вампиры аж целого паладина контролировать умудряются. Ну не запугали же они вас, право слово. Судя по тому, с каким энтузиазмом вы бросаетесь даже на прекрасно знакомых жрецов морской богини, слуги темных сил вообще должны сразу же удостоиться самоубийственной лобовой атаки.

— Увы, но в плен я попал вместе со всем населением женского аббатства Миртен, куда я завернул, дабы переночевать под крышей и почтить память его святой основательницы. — Тяжело вздохнул паладин, даже и не подумав извиняться за свой поступок. — Сразу сорок пять монахинь утащили за собой подземные разбойники в свои темные глубины. И более десятка из них немощные старухи, которых ждала бы мученическая смерть…Если бы какой-то потерявший последний стыд кровосос не придумал меня ими шантажировать. Если я не сильно буйствую и соглашаюсь уничтожать только те порождения зла, на которых укажут, то раз в неделю они отпускают одну из них. Да не куда-нибудь в свои туннели, где и армия света сгинет, а доставляют к ближайшим человеческим поселениям.

— Кровь девственниц-служительниц светлых богов самая лучшая! — Послышалось за спиной смелое заявление вампира-гоблина, заставившая паладина скрипнуть зубами. — Жаль с возрастом сильно горчить начинает…А уж если они еще и к мужчинам тайком проберутся то весь вкус напрочь уходит!

— Хитрый план. — Оценил я вампирскую смекалку, позволившую им разжиться одновременно и возобновляемым источником деликатеса, и более-менее ручным воином света, наверняка чертовски эффективно против прямых конкурентов фермы «Белеслый лист». Пострадавшее от чудовищной силы удара место жутко болело и никак не могло затянуться. Пришлось даже зажимать его ластом и намораживать ледяную пробку, чтобы хоть как-то удержать льющийся вниз ручей темно-алой жидкости. Пальцы дотронулись до чего-то инородного и шершавого, напрочь застрявшего в глубине раны среди опаленного мяса…Тряпка? Бумага? Послание, которое постарались передать так, чтобы со стороны этого никто не заметил! Уже скатившиеся вниз капли крови тут же уничтожил небольшой выплеск энергии тьмы, превративший их из ценного атрибута магии подобия вникчемный мусор. Я еще не настолько одурел, чтобы разбрасываться подобными вещами в самом логове профессиональных знатоков магии крови. Тем более, после недавно полученного наглядного доказательства опасности подобных поступков. — А как быть, когда неликвидные монахини кончатся? Эй, сделай два шага назад. Пожалуйста. Или хуже будет.

— Других никчемных рабов найдем, чьи мольбы и судьбы тронут его доброн сердце. — Пожал плечами орк-кровосос, с явным сожалением убирая ногу с крупного темного пятнышка, избежавшего участи быть уничтоженным. Однако извиняться за попытку утаить «улику» он даже и не подумал, все в рамках своеобразного этикета темных. Подставился? Ну и сам дурак! Пусть обеденный котел тебе будет пухом! — В Шарозане их много и все по бросовым ценам. Хватит, чтобы занять их освобождением целый орден паладинов. Но я думаю еще пара-тройка лет среди нас, и он устанет. Очерствеет. Какое-то время станет совершать свои подвиги по привычке, но потом все же бросит это неблагодарное дело. И добровольно вкусит холодную кровь, чтобы раскрыть себе вечность! Мы умеем работать с невольниками и добиваться нужных от них результатов.

— И не мечтай, ублюдок. — Мой старый знакомый обжог ненавидящим взглядом вампира. В прямом смысле слова обжог, тот отшатнулся, когда по его щеке пролегла быстро темнеющая полоса. А раньше он таких фокусов не демонстрировал! Неужели паломничество по святым местам пошло на пользу? — Я еще растопчу своими сапогами ваш пепел!

— Ты обязательно попробуешь, обязательно. — Заверил его я и перевел взгляд на немертвого орка. — Так сколько? С учетом всех оставшихся монахинь, ведь без них он точно не уйдет.

— Ну, я же уже говорил. — Скривил губы в злобной усмешке вампир, обнажив целый частокол сверкнувших на солнце льдинками клыков. — Не продается!

— Да я и сам отсюда, честно говоря, уйти не особо спешу. — Внезапно влез в наш разговор сэр Олкометр и, удостоившись недоуменного взгляда от обоих сторон, пояснил свою позицию. — Во всяком случае, раньше, чем полностью очищу это место от зла. Времени потребуется много, но истинно верующим в Отца Времен его всегда хватит, дабы совершить благое дело. Тем более адепты магии духа, которую я стал изучать после своего позорного поражения, наставившего меня на путь истинный, могут не бояться старческой немощи. К чему им сила дряхлеющих мускул, когда врага можно вбить во прах одним ударом собственной души?

— Рад, что ты понимаешь, как долго тебе стараться придется. — Хмыкнул я, чуть отходя от неожиданной встречи со старым знакомым, спутавшей мне все планы и расчеты. Спросить или не спросить его о том, сам ли он добился подобных успехов? С одной стороны Артем должен быть где-то здесь и он, пусть даже лишенный большей части своих сил, вполне годится на роль сенсея. С другой стороны, если в моем животе сейчас действительно медленно врастает в мясо секретное послание, то проявлять лишний интерес может быть чревато. — Ладно, этот вопрос мы обсудим с хозяином данного места. К завтрашнему дню он же должен вернуться? Ну, вот и прекрасно! А пока, сэр Олкометр, чем я могу вам помочь не считая некоторой суммы на мелкие расходы, которую итак задолжал?

— Мне не нужны подачки от отродий тьмы! — Гордо заявил самоуверенный воин света, в настоящий момент работающий цепным псом у вампиров. — Ну, разве только вы избавите от лишних страданий несчастных женщин, что уже которую неделю не могут надоить положенную им норму и за то регулярно страдают, подвергаясь плетям.

— Да вы сговорились тут все, что ли?! — Возмутился я, а потом тяжело вздохнул. — Ладно…Видимо это судьба. Показывайте ваших коров!

Первоначальные подозрения подтвердились. Крупнейший туннель действительно вел к животным, правда по дороге к стойлам пришлось пройти и мимо того, что дало ферме «Белеслый лист» свое название. В свете вырезанных по всему потолку магических рун не такой уж и высокой, но крайне просторной пещеры раскинулся настоящий искусственный биоценоз. Ковер из густой и сочной, пусть и слегка бледноватой, травы приятно щекотал брюхо. Хаотически возвышались тут и там из него какие-то колючие кустарники, густо обсыпанные покуда еще зелеными ягодами. Подпирали свод относительно невысокие, метра два-три деревья с ощутимо мерцающими листьями. Прямо сейчас эту явно предназначенную в пищу крупному рогатому скоту зелень старательно косили серпами полтора десятка желтолицых рабов мужского пола, однако видимых проплешин за ними не оставалось. Следом за невольниками из царства Кин медленно и печально брела увешанная звенящими цепями фигура с очень бледной кожей и заостренными ушами. Ну а уже следом за ней тащилось еще два изначально бывших орками кровососа, один из которых не выпускал из рук семихвостую плеть с вплетенными в бичи лезвиями, а второй таскал на плече крупную металлическую сеть, порвать которую быстро вряд ли бы сумел даже я. Эльфийка. Светлая. Немертвая. Там, где она шагала, пострадавшая от рук подневольных крестьян растительность стремительно восстанавливала утраченные части. Однако скорость передвижения её была весьма невысокой, и явно уступающей труженикам подземных полей. А потому надсмотрщик периодически пытался придать ей ускорения обрушивающимися лишь на едва-едва прикрытую дерюгой спину ударами бича.

— Мне казалось, будто обижать темных друидов среди подвластной их воле растительности занятие крайне небезопасное. — Кивнул я в сторону занятной процессии. — Не боитесь, что растущие тут цветочки вас загрызут и переварят?

— Они уже пытались и не смогли. Эта остроухая думала, будто статус подружки жены нашего главы и единственного мага природы позволяет ей наглеть. — Пожал плечами орк-вампир, сопровождающий меня по ферме. — Она ошибалась, что выяснилось почти сразу же после начала их бабьего бунта. Потому и в цепях.

— Строго говоря, для начала боевых действий у них имелся очень даже существенный повод. Главный кровохлеб этого места задумался о том, чтобы стать еще и слугой Многоликой. — Счел нужным заметить паладин, который тоже увязался за нами следом. И сказанное им действительно объясняло крах данной семейной пары. Наложница повелителя местного ада являлась третьим по силе архидемоном этого мира, а жертвы ей приносились исключительно бывшими любовниками и любовницами. Причем чем ярче бушевала страсть и чем ужасней смерть — тем лучше для сей свихнувшей садистки и выше награда от неё. — Вот и не стала Лейла Кровавая ждать, пока её торжественно изнасилуют, окончательно убьют и сожрут, причем не обязательно в данной последовательности. Ну и у подружки её тоже за сохранность своей шкуры весомые опасения появились, так как эти порождения тьмы не только живут чужими жизнями, но и тянут свое существование в грехе и пороке.

— Не завидуй. — Гордо бросил вампир, наверняка и при жизни имевший крайне своеобразное понятие слова: «нравственность». Не даром же самым благородным занятием у большинства представителей его расы считается разбой?

Стойла встретили меня жуткой вонью успешного скотоводческого предприятия и отчаянным мычанием буренок, по какой-то причине дружно записавших проползающего мимо полуморжа в разряд опасных хищников. Руководствовались животные то ли размерами, то ли полной энергий холода, смерти и тьмы аурой, но в любом случае данное соседство им очень не нравилось. Пожалуй, они бы и разбежались все…Если бы было куда. Каждая рогатая подательница молока проживала в не слишком комфортабельном загоне трех метров в длину и двух в поперечнике, сделанном из чистого камня. Только друг от их разделял монолитный слой, выход в центральный коридор блокировала поворачивающихся на петлях калитка, а под ногами находилось подобие мелкоячеистой сетки, куда и продавливался под тяжестью копыт весь навоз. Да уж, не завидую тем, кто вынужден регулярно прочищать эти норы. Я, вероятно, могу без особых проблем для невероятно прочной и постоянно регенерирующей шкуры искупаться в кислоте, но сама атмосфера данного места режет глаза. А вот у немертвых, судя по довольной харе орка-вампира, таких проблем нет. Или он просто в дикой молодости скота успел нанюхаться на всю ближайшую вечность, и теперь данные ароматы его не смущают? Вот паладин тоже держится молодцом. Не то аура света защищает его и от ароматов сортира, не то привык и не к такому амбре в средневековых городах и весях.

— Я не большой специалист по коровам, но животные не выглядят тощими или больными. — Внимательный осмотр мычащего поголовья проблем не выявил. Пятна только природные, морды чистые, лишай по шерсти не ползет, да и ребра из под кожи не выпирают. — Что сказала ваша друидка насчет проблем с маленькими удоями?

— Она у нас больше по растениям. Ну, живому еще рану сможет затянуть, если не сильно опасная. — Пожал плечами орк, жестом подзывая к себе женщину, что громыхала ведрами в одном из ближайших к нам стоил. — Ну, сколько сегодня?

— Вот. — Рабыня, чье лицо густо покрывали синяки, протянула нам сколоченную из плотно подогнанных друг к другу досок емкость, на дне которой плескалось едва ли миллилитров триста. — Больше нет.

— Лентяйка! — Доярку мотнуло от пощечины, отвешенной зеленой рукой, но удар был скорее символическим, ведь голова её осталась на месте. Да и кожа не лопнула. — Вот видите? Треть! Треть от того, что было раньше! Если не четверть!

— По вашим словам складывается такое ощущение, будто молоко кто-то пьет! — Фыркнул я, про себя думая как бы быстрее и без лишнего привлечения внимания оказаться в одиночестве, чтобы внимательно изучить записку. Впрочем, в стойло наблюдатели ведь за мной не полезут? Точнее, не пролезут! Наконец-то я нашел, для чего создано моржовое тело! Его кормой дверной проем перекрывать удобно!

— Мы дошли до того, что всех живых уже не кормили по несколько дней и регулярно взвешивали — не они! — Развел руками вампир. — Все только худели, толстеющих или сохраняющих массу ни одного не было. Как и молока.

— Ладно, раз попытки снять порчу ни к чему не привели, попробуем зайти другим путем. — Деланно вздохнул я, пряча в усах усмешку. — Так какое из животных сегодня еще не доили?

— Пожалуй, вон те стойла еще рабы не посещали. — Махнул рукой куда-то в дальний конец пещеры орк. — Начинают они с тех, что ближе к выходу. К тому же сегодня их сначала к разбору завалов привлекали, потом в бараки сгоняли при тревоге…Но что ты собираешься делать?

— Импровизировать! — Заверил его я. — Попадались мне в руки как-то трактаты по химерологии…

Волна холодной воды, вычистившая стойло едва ли не до блеска, вряд ли обрадовала ставшую жертвой обстоятельств корову. А когда к ней в гости наведалась передняя часть туши полуморжа, притиснув несчастное животное к стене, то глаза на рогатой голове ощутимо вылезли из орбит. Единственное, что оставалось буренке, так это икнуть от ужаса и прямо стоя потерять сознание. Впрочем, её страдания остались мною почти незамеченными на фоне собственных. Заткнутая ледяной пробкой рана все-таки стянулась….Вместе с застрявшим в ней посторонним предметом, который нарастающей плоти не удалось вытолкнуть наружу. Пришлось расковыривать.

— Долбоеж! За тобой хвост! Хватит меня искать, спалишь все подполье! — Прочитал я корявые русские буквы, нанесенные чем-то темным на кусок дерюги и облегченно выдохнул. Ассасин. Подписи нет, но её и не требовалось. Я этот подчерк, больше подходящий страдающему от похмелья цыпленку, из тысячи узнаю. — Главная храмовая площадь, великое жертвоприношение завтра. Держись как можно дальше от алтаря, нас будет целая маленькая армия!

Итак, подозрения оказались верными. Артем где-то тут. Сэр Олкометр у него в роли связного. Просто взять и выйти не может, потому как боится моего хвоста. Симпатичного такого хвоста из трех ведьм с сиськами наголо …Ну, почти наголо. Сами по себе они бы его никогда не испугали, значит опасны как способ сообщения с высшим жречеством и покровительствующими дроу сущностями. Но причем тогда завтрашнее жертвоприношение, где судя по его описанию должны собраться все сливки общества темных эльфов и какая-то маленькая армия? Мля, этот ушибленный на всю голову камикадзе готовит теракт! Или спасательную операцию, но без массовых жертв и обильных разрушений она все равно не обойдется! Как иначе вытащить обреченных на заклание пленников, если не по трупам сильнейших ведьм столицы подземного царства?!

— Я подумываю о том, чтобы найти себе другую работу. Более безопасную. Дегустатором ядов, например. Или двойником для политиков, за которыми охотятся убийцы. А что? Среди них много персон с ожирением, а усы с бивнями можно и сбрить! — Пожаловался я на ушко прижатой к стене корове. Причем, судя по тому, что животное испуганно икнуло, оно умудрилось меня понять! — Чую еще немного и соглашусь даже быть манекеном, назначенном на краш-тест автомобиля. Все меньше шансов шею свернуть, особенно если машины тестировать отечественные, которые не каждый раз заводятся. Но ладно, чего это мы все обо мне и обо мне? Ты то на что жалуешься?

Внешне корова оказалась абсолютно здорова. Внутренне тоже, ну насколько позволяли в этом убедиться мои умения сканировать живой и не сопротивляющийся объект. Может её и вправду доят втихаря? Маленькая армия, которую упоминал Артем, должна чем-то питаться. Например, молоком. Ну а фермеры-вампиры…Кровососов или ухитряются регулярно обводить вокруг пальца какие-то феерически крутые ниндзя, незаметно для них наведывающиеся в каждое стойло, или они тупо участвуют в грядущем бардаке на той же стороне, что и Ассасин. А весь спектакль с низкими удоями нужен затем, чтобы оправдать снижение поставок продовольствия. Дроу параноики и в пропажу хорошо оплачиваемого товара из-за наведенной кем-то порчи поверят куда с большей охотой, чем в резкое и беспричинное желание лишиться части прибыли.

— Если объект здоров и выдает все, что может, а вам надо больше, о нужно использовать стимуляторы. — Пробормотал я вслух, обдумывая про себя, в чем же может быть выгода вампиров от предстоящей резни. Пока коренные жители будут собачиться между собой спеша занять верхушку пирамиды власти, пришлая нежить сможет увеличить свое влияние? Ну, как по мне, вполне реальный вариант. Вот только я готов буду съесть собственный хвост, если кровососы не подготовили план устранения всех лишних свидетелей грядущего побоища. Надеюсь, Артем это учел. Нет, можно бы было наплевать на все и пойти его искать, переворачивая ферму вверх дном…Но тогда действительно имею все шансы засветить перед своим эскортом Ассасина с товарищами. А если уж я, пробывший в их царстве всего-ничего в роли привилегированного туриста, хочу увидеть Шарозан в огне, то мечтает о его полном уничтожении бывший раб-гладиатор и подумать страшно. Помешаю ему в таком благородном деле — и наша дружба может дать трещину. — Главное, чтобы международный комитет на допинге не спалил. И чем же прикажешь тебя таким накачать, чтобы выработка молока увеличилась?

По идее количество полезного продукта, который производит корова, ограничено возможностями её организма. А те в свою очередь определяют условия содержания и генетический код. ДНК переписать с помощью магии можно, куча населяющих этот мир рас тому свидетельство, но не мой это уровень даже близко. Изменить к лучшему внешнюю среду? Интересно как? Кормить свежей травой с поверхности вместо подозрительных подземных светящихся растений слишком дорого. Выгуливать зверье в подземных коридорах тоже не получится. Классическую музыку им поставить для лучшего пищеварения? Тоже не вариант, не знают в этом мире земных исполнителей, а местные таланты пока еще подберешь…Так, а может пойти от противного? Заставить корову войти в форсированный режим работы организма, ускоряющий все процессы, в том числе по идее и выработку молока? Здоровью её, конечно, окажется нанесен серьезный вред, но все-таки до смерти от истощения пройдет не один день, и к моменту начала проблем я уже окажусь далеко. Да и свежая говядина в хозяйстве лишней не бывает.

— Так есть один вариант, но вам он не понравится. И в реализации до безобразия труден, поскольку придется клин с незнакомым проклятием вышибать клином с проклятием более-менее понятным. — Обрадовал я вампиров, с большим трудом пятясь хвостом вперед. — Нам нужен кто-то из действительно талантливых слуг Сарка, который сумеет навести на животных очень-очень узкоспециализированную порчу!

Орк щелкнул пальцами и буквально из ниоткуда возник тот самый гоблин, который старательно мурыжил нас на воротах. Хм, ну это ожидаемо. Самым страшным оружием коротышек заслуженно считались жуткие эпидемии, которые их шаманы могли наслать на города и села своих врагов. Мор убивает медленнее клинок, но столь же неотвратимо, и возможно только потому эти уродливые карлики еще не оказались уничтожены другими расами.

— Значит, молишься хозяину болезней? Не слишком-то у тебя здравый выбор покровителя, впрочем, мое начальство в плане здравомыслия ничуть не лучше. — Хмыкнул я, раздумывая о том, хватит ли у коротышки пороху обделать задуманное. А впрочем какого черта?! Сдались мне эти коровы?! Да пусть хоть передохнут, только порадуюсь снижению цен на колбасу. — Что такое метаболизм, знаешь? Ладно, не делай такие большие испуганные глаза, упрощу задачу. С проклятиями обжорства или какого-нибудь вечного голода знаком?

— Для казней пару раз использовал. — Кивнул оживившийся уродец. — Только не понравились мне они. Сильно долгие и не зрелищные совсем. Больше суток нужно, чтобы брошенный в каменный мешок раб осмелился начать сам себя жрать. Не угадать момент, когда он все-таки решится, а значит и потешиться не получится.

— То, что в твоих руках они медленно действуют, это даже хорошо. Можешь наложить их отдельно на коровье вымя? Не на всю корову, а только на вымя? — Поставил я перед гоблином довольно неожиданную для него задачу. — Естественно делать надо все так, чтобы потом снять можно было.

— Ну, как распухнуть в теле чего-нибудь одно, не затронув другого, знаю. Значит и другие проклятия натравить на нужную часть тела смогу. Не сразу, но сумею. — Почесав бугристую зеленую голову решил привратник. — Только зачем?

— Вымя будет сосать из коровы соки, а что такое концентрация соков в вымени? — Пояснил ему я. — Молоко! Только надо аккуратнее, чтобы совсем её не высушить. Потренируйся для начала на тех, кого не очень жалко.

— А если вымя еще и распахнуть, то молока будет больше! — Обрадовался коротышка, нашедший куда применить свой талант с пользой для дела. И, скорее всего, его личного кошелька. Тем, не является ли подобное вывернутое наизнанку проклятие скорее оскорбляющим его болезнетворнорго бога благословлением он не заморачивался. Гоблины они вообще существа практичные и все вокруг делят на полезное и вредное. А еще на съедобное и несъедобное. — И зуд в сосках добавить, чтобы зверюга думала, будто её теленок сосет!

— Ну, дерзай, дальше сам разберешься! — Напутствовал я кровососа на противоестественные опыты с братьями нашими меньшими. Ну, учитывая пол предполагаемых подопытных, скорее сестрами. — Только кормить скот придется больше, не то от голода сдохнет. И убирать за ним чаще, так гадить станет быстрее.

— Если навоза будет много, это тоже неплохо. — Степенно кивнул орк. — Мы его тоже продаем.

— Кому? — Удивился я. Темные эльфы, конечно, те еще эстеты…Но для каких еще инсталляций им могли бы понадобиться коровьи лепешки?!

— Да тем же кровавым ножам, например. — Огорошил меня неожиданным признанием вампир. — Они когда найма нет на зомби грибы выращивают, пока те скелетами не становятся, но на зомби грибы плохо растут. На навозе лучше!

Взять на заметку. Рекомендовать вегетарианскую темноэльфийскую кухню всем своим врагам и недоброжелателям. Инкогнито. А потом смеяться, смеяться, смеяться….Тьфу, кажется, это мрачное место и это неуклюжее тело на меня плохо действуют! Еще чуть-чуть и полностью вживусь в амплуа карикатурного злодея, начав строить свою тайную всемирноизвестную базу над кратером действующего вулкана, чтобы сэкономить на отоплении и системах утилизации мусора.

— Что ж, в таком случае на сегодня у меня все. Приду завтра…Может быть. Или послезавтра. — Решил я, что хватит с меня на сегодня этой фермы. И вообще, пора наконец-то чуть-чуть расслабиться и выпустить пар, пока еще в местные бордели пускают. Чую после той заварушки, которая скоро начнется благодаря Артему, больше подозрительным полуморжам здесь рады не будут. Даже и за очень большие деньги. — Заодно узнаем, какие будут результаты у этого любопытного магического опыта.

— Мы будем ждать. — Чуть наклонил голову орк, провожая меня в сторону выхода.

— Здесь что-то не так. — Сказал Рилд, едва за нами закрылись ворота фермы. — Эти ходячие трупы скрывают нечто от нас, в смысле от вас о Великий. Тот человек действительно вам знаком, но не является целью?

— Да, необычное совпадение. И подозрительное. Однако он на нужной мне стороне, жаль поговорить наедине у нас не получилось, вампиры видимо боялись, что их потенциального рекрута схватят, посадят в карман и унесут. — Усмехнулся я, в кои-то веки пребывающий в относительно хорошем расположении духа. Можно было бы устранить контрабандиста прямо сейчас, уж главную храмовую площадь можно и без гида найти…Но мало ли чего? Вдруг случится еще какая-нибудь пакость из тех, на которые так богата жизнь? Пусть живет. До завтра. Вот увижу как Ассасин начинает бучу, первым же делом размажу пронырливого дроу. А вторым постараюсь вырубить таскающихся за мной хвостом девочек. Не уверен точно, но кажется они будут чуть получше большинства здешних обитателей и немедленной смерти не заслуживают. Слишком молодые, почему их собственно и приставили к подозрительному чужаку — такую мелочь пузатую старшим жрицам потерять не жалко. По крайней мере, пусть эти ведьмочки умрут не от моих рук, а схватятся с кем-нибудь из восставших рабов, заслужено имеющих громадный зуб на все темнокожее и остроухое племя. — Ничего, теперь мы знаем, где именно нужно искать со всей тщательностью, а значит, ты быстро докопаешься до истины. Ну а пока настало время немного отдохнуть…Мне показалось или вдоль потолка шмыгнула подозрительно гуманоидных очертаний тень?

— Мы уже три раза повернули с тех пор, как за нами начали следить. Ничего особенного, обычный наблюдатель из какой-то мелкой шайки. Видимо надеется, что мы будем сражаться с кем-то, чьи трупы потом получится обобрать. — Разбила в пух и прах мою наблюдательность одна из жриц. — Опытный наемник или представитель какого-нибудь захудалого дома не стал бы облачаться в одежду, от которой так сильно несет скисшим пивом.

— А я не чую…Вот были бы мы в воде — тогда совсем другой разговор. Рилд, ты там не уснул еще? А то бредешь с какой-то на редкость задумчивой физиономией, никак предательство замышляешь? А ты уверен, что строить планы в присутсвии того, кто может прочесть твои мысли — это хорошая идея? Ладно, ладно, не бледней ты так! Я не умею копаться в черепушках незаметно для обладателя этой самой черепушки. Ну, если он живой — Представитель местного преступного мира серьезного внимания явно не заслуживал. Шакалов стоит бояться только больным или раненным, на здоровую и опасную добычи они и сами не полезут. — Скажи ка лучше, где в Шарозане может от всей души отдохнуть с веселыми дамами персона моего положения. Интересует сервис на уровне заведения госпожи Каминки, ориентированный в том числе и на жителей поверхности с их весьма низкой планкой уровня дозволенных извращений, но в сотрудницах не должно быть мужчин, рабынь и суккуб.

В том, что подобное заведение существует, я практически не сомневался. Это как с пищей. Если везде и всюду класть в огромных количествах соль, сахар, перец и чеснок — то обязательно появятся те, кому хотелось бы отведать чего-то пресного. И если их будет достаточно много, то мигом появится и закусочная, где восхитительно безвкусные лепешку станут запивать обычной чистой водой. Да и для гастрита, неизбежного при регулярном обилии специй, подобные кушанья окажутся ой как полезны.

— Ну, есть здесь неподалеку небольшой клан кицуне, состоящий почти исключительно из гостеприимных женщин. Мужчин у них почти всех истребили в ходе междоусобицы, вот остатки рода и решили перебраться туда, где будет безопаснее. — Не замедлился с ответом многоопытный контрабандист. Восточные лисы-обротни…Причем на классических обротней походят весьма отдаленно, поскольку укусом заразить не могут, в бешенство не впадают, да и выглядят как почти обычные люди с некоторыми зверинами чертами. Для маскировки им достаточно скрывающих хвосты плотных штанов и широкополой шляпы, из под которой уши не видно. — Поскольку они все немного метаморфы и могут принимать звериное обличье, то вы их должны больше заинтриговать, чем испугать. Достаточно сильны, чтобы не бояться всякой швали, но не рискнут связываться с кем-то действительно опасным, так как две-три крупных стычки их клан просто добьют. Молодые особи могут непроизвольно вытянуть немного магической или жизненной энергии подобно суккубам, но вас же это вряд ли смутит.

— Веди, посмотрим, что там за восточная экзотика. — Из прочитанных бестиариев следовало, что кицуне действительно весьма развратный народ, представители которой как дома чувствовали бы себя где-нибудь в Амстердаме. У них нормой считаются гаремы и межрасовые браки, поскольку мальчиков рождается в среднем десять на сотню, а до взрослого возраста доживает и еще меньше. Склонны к менталистике и магии иллюзий, а потому часто дурачат людей. Однако их стиль — это скорее карманная кража, чем грабеж. Могут быть крайне жестоки, однако же подобно зверям не склонны к бессмысленному садизму. Людей не едят, во всяком случае, не чаще, чем это делают сами человеки. — Девочки, поскучаете немного одни? Не обещаю вернуться быстро, но можете купить себе каких-нибудь сладостей за мой счет.

— Да ну зачем же нам скучать, думаю, мы составим вам компанию. — Ничуть не смущаясь хихикнула одна из жриц, лукаво мне подмигнув. — Я у них уже была неоднократно и по достоинству оценила то, на что способны их пушистые хвостики. Да и сами вы мужчина интересный…

— А главное — крупный. — Шутливо толкнула её в бок подружка. — Она ведь давно хотела попробовать нечто такое, я то знаю! Только великаны, огры и иже с ними слишком грязные и грубые, а от демона еще неизвестно уйдешь ли живой.

— Нет, самое главное, что спокойный и рассудительный. — Не согласилась третья ведьмочка. — Ну, допустим ничего не получится, не поместится…Но мы будем много стараться и вы все равно останетесь довольны. Раз пять или шесть, если кицуне больше по вкусу не придутся.

Кажется, остаток этих суток и, возможно, утро следующего дня выдастся насыщенным. Главное — на подготавливаемую Артемом бучу спросонья не опоздать. И чтобы не призвали. Вот честное слово, если опять какая-нибудь идиотка меня срочно к себе сорвет и не сумеет тут же отправить обратно, заставляю её отработать за всех дроу и кицуне вместе взятых, наплевав на разницу в габаритах! Даже если это будет фея. Придется ей изыскать способ либо подрасти, либо меня уменьшить, либо выполнить ударную норму работницы постельного фронта, несколько часов непрерывно трудясь каждым мускулом своего крохотного тельца!

— Добро пожаловать. — Поклонилась стоящая на середине прохода в очередной рукотворный комплекс пещер стражница, едва мы подошли к ничем не перегороженному туннелю. От обычного человека азиатской расы эту девушку отличали пушистые лисьи уши, немного напоминающие формой эльфийские, а также три увешанных блестящими серебряными колокольчиками пышных хвоста. Облачением кицуне служила сделанная из лакированных деревянных дощечек броня, несмотря на защитные функции неплохо подчеркивающие фигуру, а в руках она сжимала короткую нагинату. Гибрид копья с мечом — не слишком удобное оружие в тесноте подземных переходов, но видимо она была к нему привычна. — Что привело вас под свод дома Чайной Розы?

— Желание дать отдых усталому телу и духу. — Опередила всех та же из жриц, которая и без того неплохо знала спектр услуг, предоставляемых лисами. — Свободна ли галерея янтарного шелка?

— Боюсь, там сейчас еще нет нашей фирменной весенней свежести, так как вчера её занимало несколько гномов-купцов, прокуривших все портьеры насквозь. — Повинилась стражинца, делая шаг в сторону. — Я бы рекомендовала вам зимнюю галерею, но лучше поговорите с достойнейшей…Сзади!

— Караул! — Только и смог сказать я, когда понял, что предстал перед кицуне голым. Не то, чтобы подобного сегодня не планировалось…Но не так же резко! Полоснувший воздух разряд негативной энергии на целых полметра разминулся с юркой шустрой тенью, долго кравшейся за нами, а потом предпринявшей довольно неожиданную атаку. — Раздевают!

Подобравшийся сзади темный эльф, вооруженный двумя серпами на длинных цепочках, метнул издалека свое оружие. И срезал им напрочь мою тогу, которую умудрился подцепить обратным движением этих экзотических приспособлений. Теперь он шустро улепетывал прочь по подземным коридорам, унося в неведомые дали единственную более-менее подходящую мне одежду, находящиеся в её внутренних карманах деньги и запрятанных там же двух моржих с вредным характером.

— За ним, дебил, он украл в том числе и твое жалование! — Послал я в полет легковесного контрабандиста при помощи телекинеза. — Проклятье! Дамы, кажется, наш отдых отменяется. Всю наличность сперли, гулять не на что.

— Ну, возможно мы могли бы поговорить о кредите. — Стражница заинтересованно рассматривала то, что я прятал под одеждой. Хм, мне кажется или раньше там мускул было меньше, а жира больше? Неужели постепенно человеческий облик берет верх над моржовым? Было бы неплохо! — И потом, может вора еще удастся догнать?

Ругаясь как пилот сбитого мессершмита, несмотря на потерю самолета вынужденный выполнять боевое задание, Рилд стрелой понесся вперед, преодолев сразу метров сто одним рывком по воздуху. Но стоило ему приземлиться и сделать первые шаги, как он, запнувшись о какую-то невидимую преграду, кубарем покатился по утоптанным камням подземелий. Совершивший дерзкую кражу ворюга не поленился натянуть поперек прохода прозрачную леску. Поддавшие азарту жрицы выпустили в него по боевому заклинанию каждая, но непостижимым образом из цель ушла от враждебных чар, изгибаясь так, словно у неё на затылке росли глаза, а в теле не имелось ни одной кости. Прямо на бегу темный эльф принялся потрошить карманы тоги, разбрасывая в разные стороны мои скудные пожитики.

Сознание заполнили ярость и гнев, струящаяся в теле магия откликнулась на душевный порыв, тело рывком увеличилось до максимальных габаритов, перегородив собою тоннель и вытянувшись в струнку, чтобы хоть на голову камень со всех сторон не давил, а те странные чувства, которые появились с момента становления морским хранителем на миг заменили собой зрение, осязание и чувство равновесия. А потом я сделал то, чего раньше никогда не делала. Сдвинул пространство. Или сдвинул в пространстве себя. Может это называлось и как-то иначе, не знаю уж толком. Одним словом сначала я злобно ревел в одном месте, а миг спустя уже оглашал пещеры ревом совершенно в другом. В двух метрах от несущегося словно стрела вора, успевшего увидеть и осознать внезапную угрозу, но похоже уже не способного справиться с собственной инерцией.

В раззявленную пасть влетел сначала один серп, потом другой, а под конец и их хозяин. Поменять курс на противоположенный он не сумел, а иначе миновать распахнувшийся на всю ширину коридора рот получилось бы только телепортом. С громким треском захлопнулись зубы, отсекая дорогу назад. Немедленно принявшийся размахивать своим оружием темный эльф нанес пару довольно чувствительных порезов с внутренней стороны левой щеки, явно пытаясь прорубить себе выход наружу, но уже спустя секунду оказался намертво прижат к ней языком. Да уж, это вам не прабабушка Рилда, которая кололась и жалилась как целое гнездо диких пчел, тут добыча куда менее проблемная будет. Главное не сглотнуть её ненароком вместе с тогой.

Ползти обратно до жриц, успевшего подняться на ноги Рилда и ошарашенной такими резкими метаморфозами кицуне, было сущим испытанием. Все-таки человек — не гусеница! И морж — тоже! Не приспособлены мы для того, чтобы перемещать по узким вытянутым помещениям, обдирающим бока, живот и спину при каждом вдохе. Можно бы было уменьшиться в размерах, но я никогда еще раньше не делал этого с живым грузом во рту и не хотел рисковать. Ситуацию осложняло еще и то, что темные эльфы мое напряженное мычание долго понимать отказывались. Судя по всему они попросту ждали, пока я пережую нарушителя и наконец-то смогу заговорить с ними нормально. Только с десятой попытки жрицы поняли, чего от них требуется и наколдовали аналог очень вязких зыбучих песков, куда я с облегчением сплюнул шустрого ворюгу. Впрочем, судя по тому как жадно он глотал свежий воздух, облегчение испытанное им было куда больше…А, нет, облегчение испытанное ей. Сразу не заметил, но покусившийся на единственную одежду индивид определенно обладал женскими половыми признаками. Просто пока они у неё были недоразвиты, как и у всякого подростка.

— Как помолодела преступность. — Я внимательно осмотрел раздевшую меня особу и констатировал, что до темноэльфийского совершеннолетия ей осталось еще как минимум лет двадцать. Уже не совсем ребенок, еще определенно не сформировавшаяся женщина. — Дамы, ну и что это такое мы имеем?

Сама пленница говорить не могла. Едва она чуть-чуть отдышалась, то тут же начала ругаться словно портовый грузчик и схлопотала кляп, который непонятно откуда достала старшая из жриц. Вот еще, кстати, хороший вопрос, зачем ей такая игрушка в носимом с собой комплекте вещей первой необходимости?

— Больше всего похоже на аристократку какого-то уничтоженного дома. Учили её слишком хорошо для городского отребья, но видимо просто не успели дойти до тактики. Иначе бы она знала, кого можно грабить, а с кем лучше не связываться. — Предположила стражница-кицуне, неприязненно рассматривая пленную, устроившую свой дерзкий налет в непосредственной близости от территорий лисьего клана. — Будете казнить, оттащите предварительно подальше. Мы, кицуне, все-таки частично хищники. От запаха свежей крови немного дуреем.

— Маленькая еще, чтобы так за свою дурость расплачиваться. — С сомнением оценил я тощие мослы воровки, ощутимо занервничавшей при обсуждении её судьбы. — Вымыть, накормить, отправить на исправительные работы и хватит с неё. Рилд, можешь быть на сегодня свободен. Дамы, вам не кажется, что слишком долго на пороге стоим?

Следующие несколько часов были, возможно, самыми интересными в моей жизни. Зимней галерей оказались искусно обустроенные среди искусственно созданных снегов горячие источники, мгновенно наполнившиеся паром, брызгами, веселыми визгами, мелодичным перезвонам бокалов с десятками сортов чая, риса и вина, ароматами свежего жарено на углях мяса, а также раскованными банщицами, чьи пушистые хвостики от воды чудесным образом совсем не слеживались. Только на главную шишку этого бедлама их пришлось пятеро, да еще и каждой из жриц по две досталось. Последовавший вслед за этим марофон открытий чудных на ниве анатомии кицуне, дроу и морских хранителей имел все шансы для обычного человека кончиться смертью от наслаждения, ну а меня вымотал настолько, что я просто вынужден был взять небольшой технический перерыв и удалиться в одну из огороженных символическими бумажными заборами заводей, чтобы там немного охладиться и прийти в себя. Хруст снега над ухом большой неожиданностью не стал. С расшалившихся девушек, уже забывших, кто тут кому за удовольствие платил, сталось бы принудить вернуться единственного мужчину к общему веселью невзирая на его попытки вялого сопротивления. Однако брошенный в сторону источника звука взгляд наткнулся на мрачную словно туча физиономию крайне юной дроу, которой тут явно не нравилось.

— Тебе чего? — Честно говоря, обнаружить у себя под боком не слишком удачливую воровку было довольно неожиданно. Тем более в коротком синем кимоно вроде тех, что носили банщицы еще до того, как полностью обнажились, скинув мешающие им тряпочки.

— Мне сказали, я могу здесь остаться. — Судя по голосу, она и сама не решила, радоваться этому или не очень. — Если захочу. И если выдержу расплату за свою глупость.

— Это твоя жизнь и решать такие вещи следует только тебе. — Я прислушался к довольным ритмичным стонам, доносящимся из основной части горячих источников. Голоса сходу опознать не получалось, а значит издавал их не мой храмовый эскорт. Не похоже, чтобы местные обитательницы так уж сильно страдали от выбранной ими судьбы. С другой стороны, меня назвать хорошим актером сложно. Следовательно и притворство других распознаю не раньше, чем они сбросят маски. — Этот мир жестокое место. Чтобы выжить в нем хорошо если и не все, так очень-очень многое. А еще за все надо платить. За глупость в том числе. Нет, стой, раздеваться не надо! И приближаться ко мне тоже!

— А? — Искренне удивилась юная дроу, похоже, заподозрившая, что сейчас с ней будут делать действительно извращенные вещи. Ну, в принципе она не сильно ошиблась. — А как же тогда? И куда?

— Акустически. И прямо в мозг! — Хихикнул я, подмигивая собственному червеобразному отражению в приятно теплой воде. Кажется, выпитое вино было действительно забористой штукой. Или во всем виноват чай, настаивавшийся лисичками на экзотических восточных травах? Уже очень долгое время жизнь не была такой прекрасной, как сейчас! В животе у меня сейчас воцарилась сытая тяжесть, тело слегка ныло от приятных нагрузок, а на душе в кои-то веки поселилось желание немного пошалить. К примеру, попробовать спеть караоке, несмотря на полное отсутствие музыкального сопровождения, крайне приблизительное знание текста смутно вертящихся в голове песен и хриплый моржовый рев, вряд ли способный усладить изысканный слух плещущихся по соседству девушек. — Каждую ночь пусть тебе снится Джаббааа….

Глава 14

Глава четырнадцать.

Насколько хорошим выдался вчерашний вечер, настолько же паршивым оказалось сегодняшнее утро. Прямо-таки закон всемирного равновесия какой-то…Хотелось бы узнать, кто его принял и дружески пожать этих деятелей обоими передними ластами до тех пор, пока они не лопнут, как перезрелая ягода. Только с куда менее аппетитным ароматом. Пока я развлекался с экзотическими красотками, какая-то чересчур честолюбивая и ведьма обыскала покои своей конкурентки в поисках компромата, нашла его и тут же кинулась созывать совет кланов. Обнаруженные сведения оказались слишком горячими, чтобы использовать их единолично. А за попытку утаить подобное её душу бы по кусочкам скормили самым отвратительным из известных чернокнижникам демонов. В Шарозане шпионов хватало всегда, но были они исключительно свои собственные, принадлежащие конкурирующим кланам. В крайнем случае, другим городам дроу. А тут, видите ли, поверхностные вдруг нарисовались. Светлые эльфы, которых при помощи магии метаморфизма замаскировали под дальних родичей и внедрили в подземную столицу. Да не просто так, а ради скорейшей подготовки вторжения.

По найденным уликам и вследствие перекрестных проверок, включающих чуть ли не вивисекцию подозреваемых, дроу отыскали много чего для себя интересного. Полтора десятка лазутчиков и лазутчиц, принявших облик удавленных втихую младших офицеров из числа патрульных и вербовавших себе подручных из числа способных рабов. Их действия совсем уж незамеченными не оставались, но принимались за обычные интриги с использованием одноразовых инструментов в виде представителей низших рас, подобные которым прокручивались здесь постоянно. Обнаружены оказались несколько спрятанных в ключевых местах Шарозана мощных мин. В случае своей одновременно активации они снесли бы к чертям собачьим или как минимум хорошо подпалили здание городского совета, склады с продовольствием и загоны для хищных ящеров. Непонятно кому принадлежащие арсеналы оружия располагались вблизи скоплений невольников. И охраняли их чисто символически вечно пьяные сторожа, которых бы и страдавшие от длительной дистрофии гоблины забороли бы голыми руками. Но венцом всего стала армия из десятка кланов гномов, которая незаметно промаршировала по горам почти к самой столице дроу. Ну а почему нет, если они не просто знали маршруты всех патрулей, а могли при необходимости «попросить» дозорных задержаться, внимательно обследовать совсем другой участок пути или занять их выгодной шабашкой, не оставляющей время на исполнение рабочих обязанностей? На общем фоне как-то даже терялось известие, что жрицы поймали беглую эльфийскую аристократку. Ценную настолько, что шпионскую сеть напрягли её спасением из лап вампиров и дальнейшей эвакуацией. На чем оная собственно и погорела, оставив за собой слишком много не уничтоженных вовремя следов.

Мне огромных трудов стоило сохранить более-менее спокойное выражение лица при этих новостях. Думаю, я принялся бы метаться по арендованному этажу гостиницы и все крушить, если бы не одно но. Ассасин писал о большом жертвоприношении и маленькой армии вчера. До того, как раскрыли первых шпионов и подняли тревогу. И, кроме того, в принесенных контрабандистом сплетнях нигде не фигурировала ферма «Белесый лист». Получается, все идет по какому-то на редкость мудреному плану?! Какой дурак, в таком случае, его составлял?! Ну, не Артем точно. Он сторонник прямых и оттого надежных как лом решений и никогда не увлекался хитрыми схемами, имеющими двойное и тройное дно.

— Значит, скоро на главной храмовой площади состоится великое жертвоприношение, благодаря которому матриархи кланов рассчитывают заручиться милостью темных богов. — Повторил я слова Рилда, прикрыв глаза веками, чтобы не выдать своих истинных чувств. Контрабандист наверняка в физиогномике не одну собаку съел. Надеюсь, без главного индикатора эмоций даже ему окажется сложно разобрать выражение моржовой морды. И уже по ней просчитать мои дальнейшие планы. — И как же будут проходить эти ритуалы? Каждому из архидемонов начнут приносить жертвы по очереди или всех скопом отдадут Сакраешу, а уже он простимулирует своих подчиненных и, возможно, поделится с ними кусочками пиршества со своего стола?

— Скорее первое. Каждый клан имеет своего покровителя, что ревниво следит за тем, чтобы они не заигрывали с прочими силами ближе необходимого. — Осторожно поведал мне дроу, похоже, все-таки каким-то тридцать шестым чувством сумевший ощутить мое истинное отношение к грядущему мероприятию. — И далеко не все те сущности, с которыми наши благородные дома испокон веков заключат сделки, хотя бы формально входят в сонм подчиненных ледяного провала. Сакраеш велик…Слишком велик, чтобы беспокоить его по пустякам, способным вызвать гнев Владыки Черного Льда. И ближний круг подобрал себе под стать, не считая племянника. Наше жречество предпочитает тех, кто более отзывчив.

— Ну да, я должен был догадаться. В конце-то концов неспроста у вас за первенство в столице борются храмы Ночи, Змеи и Паука, а какие-нибудь боевые часовни ледяных легионеров стоят на отшибе и хорошо еще если не вынесены за городскую черту. — Хмыкнул я, бросая взгляд на троицу молодых ведьмочек, старательно делающих вид, будто они не спят. Вчера девушки веселились до упаду, потом приводили себя в чувство магией и зажигали дальше, а когда и та уже не могла помочь, продолжали отрываться на одной лишь силе воли. В общем, совершали настоящие подвиги на ниве наслаждений плотских и гастрономических, причем много-много раз подряд. Причина же их ненасытности обнаружилась в предъявленном наутро счете. Они платили исключительно за услуги их личных банщиц, удостоенных едва ли получасового внимания, а за аренду помещения, напитки, закуски и выпавшую на долю остальных сотрудниц экзотического борделя нагрузку расплачивался я. Причем если цены за ласки всегда готовых повеселиться хвостатых красавиц у кицуне «приятно радовали» всего-то двухзначными цифрами в золоте, то вот выпитое и съеденное обошлось почти в три раза дороже и перевалили за трехзначную отметку! — Эй, девочки, а мы на это мероприятие как зрители пройдем?

— Можем даже поучаствовать, если найдем подходящих жертв. Храмовая площадь она большая, изначально и строилась так, чтобы там всем желающим места хватило. — Отозвалась старшая из троицы моих сопровождающих, страдальчески разлепляя глаза. Имен своих, кстати, они мне так и не назвали. Даже под угрозой пытки щекоткой или посажения голой попой из горячего источника в холодный снег. Ссылались на какие-то свои внутрихрамовые заморочки, запрещающие жрицам низшего звена пользоваться любыми личными идентификаторами. Якобы это помогает молодым ведьмам несколько отойти от преданности породившему их клану и проникнуться идеалами приютившей организации. Притом опытные служительницы темных богов на эти правила чихали с отсутствующей в подземельях высокой колокольни, нещадно кошмаря нижестояющих побоями или заключением в карцер за нарушение подобных нелепых мелочей. Дедовщина в чистом виде. Ну, учитывая их пол, бабовщина. — Только цены на лучших рабов сейчас должны были взлететь до самой поверхности, ведь абы каким подношением сильных демонов не умаслить. Вряд ли удастся сейчас на рынке купить кого путного, а своих запасов живого товара у вас нет. Хотя можно спросить у госпожи Каминки, думаю она найдет кого-нибудь подходящего среди своих слуг.

— Ничего, значит, просто полюбуемся на представление из первого ряда. — Обращаться к темной друидке по такому поводу я стал бы исключительно под угрозой немедленной мучительной смерти. Желательно её. Однако причинение маскирующейся под пенсионерку злобной твари несовместимых с жизнью повреждений лучше будет отложить как минимум до начала той бучи, которую планирует поднять Артем. Если обнаруженная армия гномов ворвется в город, то думаю я найду время заняться этим вопросом. На единственном входе в пирамиду стоит множество магических барьеров и ловушек? Пфф! Буду долбить её снаружи до тех пор, пока вся эта постройка не рассыплется на отдельные маленькие кирпичики. — Безымянная жертвы разумными существами от меня в любом случае не дождется. Подъем, дамы! Чем раньше мы придем на главную храмовую площадь, тем лучшие места нам достанутся!

— Идем-идем. — Застонала та из жриц, которая одевалась скромнее всех, с трудом поднимая себя из глубокого кресла и прикладывая к явно гудящему лбу широкое лезвие непонятно откуда добытого тесака. У меня такого, во всяком случае, явно не было. Фасон её одежд тоже вроде бы не позволял скрывать подобные игрушки, неминуемо начавшей бы выпирать из под ткани. Неужели нашла в одной из комнат гостиничного номера завалявшуюся после прочих постояльцев вещь? Или, по мнению темной друидки, подобная металлическая лопасть для смачного разрубания всего и вся относится к предметам первой гостиничной необходимости, а потому клинок лежал на кухне рядом со столовыми ножиками? — Только, пожалуйста, не быстро. У меня после ваших акустических пыток все болит, хотя пытали то и не меня. Или все же меня? Кажется, под утро та соплячка задремала где-то под столом…А я осталась последней стоять и приняла на себя весь звуковой удар.

— Может быть. — Конец затянувшегося веселья в голове отпечатался довольно смутно. Приготовленные кицуне алкоголесодержащие напитки все-таки смогли переселить сопротивляемость организма морского хранителя, тем более им в этом активно помогали хвостатые банщицы, высасывающие не хуже самых настоящих вампирш из не особо возражающего клиента все соки, напополам с жизненной и магической энергией. С ног удавалось не падать главным образом благодаря отсутствию ног. Ну а при ползании туда-сюда на животе потерю равновесия и обычную остановку окружающие различить вряд ли могли. — Стыдно признаться, но я вас без одежды очень плохо различал. Возможно, просто не знал, куда именно смотреть надо.

Чтобы покинуть гостиницу много времени не потребовалось. Вещей у меня изначально было немного, да и носить их обычно приходилось при себе. Отлично изученный маршрут до выхода из пирамиды тоже не принес сюрпризов. Неожиданности начались после выхода с нейтральной территории, принадлежащей темной друидки, уже не один век успешно ведущей свой бизнес в городе дроу. И следовательно сотрудничающей с его властями. Да и вообще, какие к черту неожиданности? Я чего-то такого давно ждал! В конце-то концов, темные эльфы и удар в спину — это же почти слова-синонимы, верно? Да и почтенный эскорт за гостем города именно сзади ходит явно неспроста. Однако получить три колющих удара: в правый бок, в левое бедро и куда-то между лопатками, было по-настоящему больно. Особенно после вчерашних развлечений. Хотя нет…По-настоящему больно стало, когда младшие жрицы храма ночи активировали шоковый режим своих копий, лишь искусно замаскированных под обычные флагштоки. На фоне этого незабываемого впечатления даже едва не осталось незамеченным появление нового действующего лица, наверняка и спланировавшего нападение.

— Арргарр! — По телу будто разлился сжиженный электрический ток, смешанный с напалмом. Хорошо изучившие поднадзорный объект предательницы доказали, что дроу не зря считаются расой крайне искушенной к магии. Интересно, сколько у них ушло времени и сил, чтобы сварганить чары, одновременно способные вызвать у морского хранителя паралич и жутчайшую агонию? Причем воздействие распространялось не только на тело, но и на ауру. У меня едва получалось дышать и свирепо вращать глазами, но отшвырнуть предательниц взмахом хвоста, поднять руку или чего-нибудь сколдовать уже бы не получилось. — Ты?! Но как?! Я же взял с тебя клятву, что ты не будешь причинять мне вреда и не позволишь делать этого своим подчиненным?!

— А я и не позволяю. — Усмехнулся женский силуэт, ощетинившийся во все стороны иглами первородной тьмы. Бывший матриарх клана Лланет, хотя бывшими такие как она не бывают. Могущественный, бессмертный и наверняка очень-очень гордый. Подобное существо просто не могло спустить полученную при нашем первом знакомстве плюху. В конце-то концов, ведь передо мной одна из тех, кто действительно управляет Шарозаном. И всем народом темных эльфов, если уж на то пошло. Дроу так падки на темные искусства отнюдь не из желания быть плохими или любви к готическим образам. Просто паразитировать на жизнях других — наиболее простой способ разжиться истинным могуществом, преодолеть слабость смертной оболочки и обрести Вечность. — Девочки, я ваши действия решительно осуждаю! И запрещаю заниматься чем-то подобным!

— Мы не подчиняемся, о наша темная госпожа. — Ответила со всем возможным почтением старшая из моих сопровождающих, а после провернула в ране копье, вонзившееся судя по ощущениям прямо в позвоночник. Интересно, когда они успели заменить обычные флаги на их боевую версию? Скорее всего, во время неудавшейся пересменки, ведь поначалу то это были обычные куски дерева и ткани, зачарованные лишь ради дополнительной прочности и слабой светимости. — Можете назначить нам за это наказание, которое мы смиренно примем.

— Это тебя так с рук не сойдет, тварь! — Прохрипел я, очень стараясь придать своему голосу побольше истеричных ноток. Мне требовалось чуть-чуть потянуть время и если ради этого требуется дать поиграть с собой ведьмам, словно кошкам с попавшейся в их лапы жирной мышью, то почему нет?

— Умницы, девочки. Я вас жутко покараю. Отныне и вовеки запрещаю вам красить волосы в белый цвет. — Расплылась в улыбке демоница, наслаждающаяся ситуацией. — Даже немного жаль, что вам и незачем это больше делать. Даже четверти силы, которую мы выкачаем из этой жирной туши, хватит на вас всех, чтобы получить благословление Ночи. Кстати, а каков он в постели?

— Размеры радуют, но излишне мягковат. — Ответила та из жриц, которая стояла от меня слева. Ты гляди, она еще и недовольна осталась! А ведь вчера ухала от натуги как сова, которая решила всех посрамить и таки натянуться на глобус! Кицуне даже откуда-то со дна запрятанный в герметичный ящичек набор первой помощи достали, на случай если сия персона вдруг переоценит свои силы и пополам треснет. — Стражи внутренних святилищ храма однозначно лучше. И даже больше.

— Тогда не будем тратить время на то, чтобы он как следует оценил наши подвалы. Такая жертва на храмовой площади должна изрядно поднять престиж как дома Лланет, так и храма Ночи. — Решила тварь, некогда бывшая главой клана дроу, больше не обращая на меня внимания. А действительно, зачем? Она же полностью контролирует ситуацию! Даже вопреки всем моим предположениям эскорт из простых солдат и магов с собой не взяла. — Правнук, я тобой довольна. Отнеси бутылку с упрятанными в неё существами в гильдию химерологов. Уверена, они высоко оценят их потенциал в плане межвидового скрещивания с теми из демонов, для которых обычные человеческие самки слишком мелкие.

Значит и тогу с меня вчера сдирали не просто так. Хотели проверить, что спрятано в её карманах, насколько хорошо зачарованная ткань сможет сопротивляться пытающимся пробить её копьям и нет ли под нею артефактов скрытного ношения. Интересно, кицуне приплачивали за то, чтобы они без устали развратничали прямо перед глазами пускающего на них слюни клиента, всячески отвлекая его внимание от обыскиваемой одежды или это входит в базовый комплект услуг борделя, протекцию которому в подземном государстве наверняка оказывает все тот же Храм Ночи?

— Скажи, ты никогда не думал, почему меня зовут Алхимик? Прозвище, оно же дается неспроста. — Кое-как прохрипел я в лицо кинувшемуся безмолвно исполнять приказание Рилду. Контрандист напрягся, вздрогнул и приготовился к неприятностям…Но когда спустя три секунды ничего не вспыхнуло, не взорвалось и не разъело его плоть до костей, то облегченно выдохнул и продолжил шмонать мои карманы дальше. — Это не только потому, что я в детстве баловался с самодельными петардами. Главным качеством успешного алхимика всегда считалось умение догадаться о том, во что выльется забодяженная им смесь несовместимых вроде бы компонентов. И, при необходимости, сделать ноги!

Морская богиня разрушила алтарную скалу, при помощи которой я возвращался обратно в нужный район после завершения призыва. Однако неужели бы я не озаботился найти замену импровизированного святилища имени себя в рекордно короткие сроки? Особенно когда собирался очертя голову кинуться во владения одного из самых жестоких и вереломных народов этого мира и, возможно, эвакуироваться их логова с боем? Хороший камень найти не так уж и просто, но и ничего сложного в этом нет. Особенно если тебе помогает святой, знающий подотчетную территорию со всеми месторождениями как свои пять пальцев. Ну, или как перья на собственных белых крылышках, неважно. Главное, что он без проблем вывел собирающегося в дальний путь полуморжа к месторождению гранита. И даже дал несколько дельных советов, вполне оправдывавших сделанное щедрое пожертвование. Опыта у Феона еще при жизни хватало, да и с момента его Возвышения способности учиться новым трюкам или запоминать во всех подробностях чужие фокусы он вовсе не утратил.

Тот, кто пока еще не отвык от смертного восприятия мира, после становления чем-то иным, не умеет самостоятельно скользить по изнанке реальности дальше чем видит. Собственно это один из главных признаков подобного новичка, который вполне может иметь и тонны опыта, и огромную магическую силу, так как боги и демоны в качестве своих слуг предпочитают видеть наиболее перспективные кадры. Но некоторая скованность в применении доступных сил и неизбежная при резком измении тела неуклюжесть, становятся сразу видны любому более-менее опытному существу сравнимого с ним класса. И тогда способные выдернуть тебя хоть из другого измерения спасательные поводки становится жизненно необходимыми! Тем более, зачарованным булыжникам все равно в каком ты состоянии. Больной, раненный, обездвиженный, связанный…Если им хватит энергии, они будут пытаться тебя к себе переместить. А энергии хватит, ведь за получившимися алтарями присматривает Лукреция вместе с еще несколькими вольными магами, за звонкое золото вполне готовыми поработать банальной батарейкой.

Ритм жизни всегда привязан к активности светила. Даже в городах дроу, которые никогда не спят. Им так банально проще синхронизироваться с поверхностью и её обитателями. Двенадцать свежезачарованных монолитов начинали работать в условно светлое время суток, каждый час один из них пытался переместить своего создателя обратно…И именно к этим моментам я старался подгадывать все свои активные действия, чтобы в случае проблем иметь шансы помахать недружелюбным подземельям ручкой. Ну, то есть ластом. Немного раздражала необходимость обходиться без часов, но попытки действовать по идеально выверенному строгому расписанию могли навести окружающих на какие-то подозрения. В конце-то концов, у кого-то ведь этот трюк Феон Своевременный подсмотрел! Значит и меры противодействия ему могут быть известны! Ну, кроме стационарных барьеров, которые быстро и незаметно создать получится разве только у богов и архидемонов.

— До скорой встречи, шалавы! — Усмешка помимо моей воли растянула губы, когда вновь нахлынуло знакомое чувство растягивания между двумя разными точками реальности. Чувство, за эти дни ставшее таким же привычным как ощущения от слегка пораженного кариесом зуба, ушиба мышц или легкого радикулита. Без сомнения неприятно, но длится недолго и вполне терпимо, а окружающие если чего и заметят, так только легкую вспышку раздражения, для которого может иметься множество поводов. Чтобы прервать это перемещение не требовалось сопротивляться ему долго, следовало поднапрячься только секунд на пять…Но я бы сейчас этого и при всем желании не осилил. На то и строился расчет, позволяющий при некоторой удаче спастись даже в виде бессознательной туши. — Не тот вы выбрали объект для своих игр, а потому ждите матч-реванша уже на моих условиях!

Несколько секунд безвременья и вот я уже лежу на освещенном утренним восходящим солнцем пляже. И получаю по носу способной резать деревья водяной струей, исходящей из протянутой вперед руки девушки с характерными признаками орочьей расы, сиречь зеленой кожей, мускулами и клыками. Да и одета она в кожаную броню, а не в любимые чародеями за удобство зачарования мантии.

— Спокойно. Свои. — Прохрипел я, поворачивая голову так, чтобы тугая плеть жидкой стихии била куда-нибудь в щеку, которая если и окажется прорезанной, так быстро заживет. Главное, чтобы глаза не вышибло, времени на их регенерацию нет. — Лукреция, да скажи ты ей, чтобы бросила фигней страдать и копья из меня быстрее вытащила…Так, стоп, а ты то здесь откуда?!

Удивление мое вызвала не экономка и уж тем более не представители гильдии темной воды, которых она наняла за мои же деньги ради поддержания в работоспособном состоянии системы алтарей, а прижавшийся к ближайшему зачарованному куску гранита дроу с бутылкой в руках. Рилд Лланет, по всей видимости, не успел вовремя отцепиться от обыскиваемой одежды, когда меня перенесло. Ну и отправился следом в качестве не то дополнительного аксессуара, не то как особо опасный экземпляр паразитирующего вредителя. Вид у побывавшего на изнанке реальности темного эльфа был несколько помятый, но несмотря на обильно текущие из глаз слезы и стоящие дыбом волосы сдаваться просто так контрабандист явно не собирался.

— Все назад! — Процедил он, хватаясь за горлышко винной бутылки. Судя по всему, ведьмы не соизволили объяснять какому-то мужчине, кто именно запечатан внутри похищенной им тары. Чего-то они ему, наверное, рассказали, но ограничились общими фразами. Вроде видовой принадлежности и степени опасности, которую можно определить по сканированию ауры. Без указаний размеров пленниц. Иначе бы Рилд знал, что случится, стоит ему нарушить герметичности сосуда, внутри которого пространство расширилось, а время остановилось. — Или я…

Другие члены гильдии темной воды, не считая уже прекратившей машинально атаковать меня полуорки, отреагировали на угроажающей предмет в руках подозрительной личности так, как и пристало боевым магам. В представителя клана Лланет ударила жиденькая сиреневая молния, метрового размера сосулька ледяной стрелы, рой каких-то подозрительных темных клякс и классический огненный шар. Возможно, до последнего дроу еще был жив, но вот после детонации огненного мячика шансов у него уже никаких не осталось. Две многотонные туши размером с небольшого кита, плюхнувшиеся друг на друга одновременно с уничтожением бутылки, должны были раздавить его тело в просочившуюся сквозь слой песка кровавую кашу.

— Справедливость свершилась. И умер он примерно так, как мне и виделось. — Проводил я в последний путь безвременно почившего темного эльфа, наблюдая за копошением несколько дезориентированных после пребывания в бутылке сестер. Если каким-то чудом до того Рилд еще оставался жив, то топтание на нем ластоногого бронтозавра уж точно не выдержал. — Хм, может я аватара справедливости, как думаете, девочки?

Вместо ответа любительница мидий и кусательница хвостов дружно ломанулись к видневшейся невдалеке кромке прибоя. Ну да, это для меня их захват случился уже давно. А вот с точки зрения моржих они еще минуту назад прятались от папы и его залетного коллеги под водолазным куполом, но потом случилось нечто странное. И единственное для них спасение — укрыться в холодном океане, где новоиспеченный морской хранитель вроде меня чувствовал себя в отличии от коренных его обитательниц не слишком уютно. Жаль, не увижу их морды, когда они погрузятся в теплое ласковое и море, в котором ледяного панциря не видели минимум с позапрошлой геологической эпохи.

— Уй, блин! — Отвлекло меня от собственных мыслей копье, которое вытащили из под лопатки. — Больно! Лукреция, у вас тут какие-нибудь заживляющие бальзамы есть? Лей быстро на рану! Мне надо успеть вернуться, пока враги далеко не убежали!

— Судя по твоему внешнему виду, я бы лучше дал им удрать с чистой совестью и осознанием собственной победы. — Заметил глава гильдии темной воды, вытаскивая еще один лже-флаг из моего бедра. — Давно не видилсь, Алхимик. Хотел бы поздравить тебя с повышением, но не уверен, стоит ли. Приличному темному магу надлежит оборачиваться в волка, змею, ворона на худой конец…Но морж в нашей среде — это что-то новенькое!

— Не подкалывай. Яй! — Взвизгнул я, когда и третья зачарованная палка оказалась вынута наружу из многострадального организма. К счастью почти сразу же молчаливо-сосредоточенная Лукреция плеснула туда каким-то зельем, заготовленным как раз на случай возвращения её работодателей частями и боль быстро стала стихать. Ооо, блаженство! Ждать пока ссадину на лице смажут? Хотя, да ну её! Не сильно то мощная у орчанки водяная плеть и получилось, а морду мне в грядущей потасовке чую все одно разукрасить успеют. — А то вспомню про нападение на свою персону и урежу вам премию!

Увеличиться в размерах и накачаться энергией до максимума, не заботясь о том, чтобы сохранить как можно больше человеческих черт. Сейчас гуманоидоподобное тело будет только вредить, люди слишком уж хрупкие существа по сравнению с теми же моржами. Вновь изнанка пространства, которая несмотря на движение вроде бы проторенной дорогой лучше не становится. Определенно все демоны, ангелы, духи и иже с ними на всю голову ушиблены потому, что регулярно подобным процедурам подвергаются? Чувствую себя даже не смытой в канализацию рыбкой, а скорее информационным пакетом, потерявшимся при передаче данных! Наконец-то реальность! Ледяной выдох в полную силу стерилизует не меньше гектара улицы перед гостиной, вымораживая на ней всех микробов, но ни одной дроу под эту атаку так и не попало. К моему возвращению никто не озаботился подготовить теплую встречу. Засады нет. Следов спешного бегства, а отсутствовал я от силы пару минут, тоже нет. Ведьмы с их демонизировавшейся начальницей спрятались? Ну, логичный поступок с их стороны. Они ведь должны понимать, их единственный шанс крылся во внезапности атаку. В грубом силовом противостоянии я раздавлю переродившегося матриарха, которому её темные повелители бросали жалкие крошки от того, что доставалось им самим. Но куда могли запрятаться эти вероломные шлюшки, чьи сердца чернее, чем их же кожа? Рядом ведь ничего, способного выдержать гнев морского хранителя, нет. Ничего, кроме пирамидальной гостиницы, вход в которую буквально в двух шагах…И который меня теперь просто не пропускает! Дотронувшийся до дверного проема кончик ласта немедленно мучительно заныл, словно через него пропустили мощный электрический разряд.

— Откройте по-хорошему! — Рыкнул я, выгибаясь на хвосте назад словно змея и резко разгибаясь, с размаху обрушивая свои бивни на стену здания. Природное оружие моржей пусть с ощутимым напряжением, отозвавшимся глухой болью во всей челюсти, но пробило выглядящий монолитным слой камня. И тут же застряло в чем-то подозрительно теплом, мягком и…Живом? Быстро выдернутые наружу клыки-переростки оказались измазаны в подозрительной зеленой слизи и белых ниточках-корешках. Неужели темная друидка не построила свою гостинцу, а вырастила её? Тогда становится понятной феноменальная защищенность данного заведения и его же пластичность. Растение для его создателя-мага природы податливо как пластилин и легко примет нужную форму, а заодно оно же и служит гигантским аккумулятором энергии, строительных веществ для создания новых монстров и хорошо еще, если не пленных душ. А чего? Организм подобных размеров, да еще на подкормке из темной магии, рабов дроу и самих дроу вполне может эволюционировать в демона. Впрочем, нет таких сорняков, которые нельзя выкорчевать с корнем! — Каменка! Старая перечница! А ну открывай! У меня, в конце-то концов, за эту неделю еще заплачено!

— Могу вернуть деньги. В полном объеме за весь оплаченный тобой срок. — Как и когда сухонькая старушка объявилась в дверном проеме я так и не заметил. И ведь не боится, что размажу, плесень дряхлая! Плесень…А что если она такая храбрая, поскольку это вообще не она?! Создать дистанционно управляемую растительную куклу для друида её уровня — раз плюнуть! И себестоимость подобного кадавра, который в Шарозане наверняка регулярно станут тыкать отравленными кинжалами, взрывать, сжигать или уничтожать еще каким образом будет лишь чуть выше, чем у стога сена! — И хватит портить облицовку!

— Будто меня так уж сильно интересуют монеты. — Фыркнул я, не испытывая особого желания забрать обратно золотые кругляши. Нет, они пришлись бы к месту! Но даже на одну из вонзивших в спину свои лже-флаги ведьм обменял бы их не задумываясь. — Эти четыре трусишки ведь у тебя спрятались, верно? Ну, не просто же так ныне покойный контрабандистменя сюда привел? Только не пойму никак, почему же вы прямо в номере захват провернуть не попробовали? Там же у магии природы должно иметься подавляющее преимущество.

— Сотрудничать с местными домами и прогибаться под них — две большие разницы. Хотя три из четырех неудачниц дружно прогнулись бы под тебя даже на самой людной улице, лишь бы извиниться за случившийся конфликт. — Озорно хихикнула старушка, лукаво стрельнув глазками, чем лишний раз подтвердила мою теорию. Не может быть подобного поведения у старой перечницы, рассыпающей повсюду песок и сморщенной, словно печеное яблоко. Женщины в большинстве своем готовы все отдать, чтобы навсегда остаться молодыми и прекрасными. Волшебница же обладающая такими возможностями на ниве изменения живого вообще должна стать воплощенным идеалом, если у неё крыша не улетела в неизвестном направлении. Скорее всего её настоящее тело где-то далеко. Хорошо спрятанное и защищенное бронированной скорлупой. А все проблемы на себя собирает дистанционно управляемая марионетка. Сам бы так сделал, если бы мог. — Ладно, а как тебе другой вариант компенсации? Ты ближайший месяц не ведешь охоты на представителей дома Лланет, а я делюсь кое-какими своими предположениями об истинной роли морских хранителей для Безымянной. А то многих из вашего племени интересует причина, по которой они все такие расчудесные не успевают оставить в истории более-менее значимый след.

— И откуда же у тебя подобные сведения? — Прищурился я, внимательно рассматривая свою собеседницу. — Прочла заметки какого-нибудь ученого чудака, после того как его на твоей кухне поджарили на костре из собственных книг?

— Когда была молодой, но совсем не глупой, подумывала о том, чтобы вступить в ряды её верующих. — С самым безразличным видом пожала плечами Каменка. — Силой то Безымянная делится весьма охотно. Вот только изучив собранную информацию, мне как-то расхотелось идти такой дорожкой.

— Тц. Умеешь ты уговаривать. — Жизни темных эльфиек были мне, по большому счету, не так уж и нужны. Я изначально знал, что они шпионки и следовательно ударят в спину как только сочтут это выгодным. Правда, в последние дни уже начал думать, будто мы расстанемся раньше, чем им подвернется достаточно удобный случай. Ошибался. — Излагай, не буду я ближайшее время трогать дом Лланет…Специально.

— Что ж, вот тебе информация для размышления. Несмотря на то, что множество новоиспеченных морских хранителей гибнет, не прожив даже двух-трех лет и не успев возместить богине потраченные на них силы, Безымянная с течением веков не слабеет. — Хищная злая улыбка исказила старушечье личико. — Как ты думаешь, почему? Ведь ничего не может взяться совсем уж ниоткуда.

— Это очевидно, она получает больше, чем тратит. — Подобным вопросом я и сам задавался не раз. В чем выгода внешне странного и сумасбродного поведения хозяйки океанов, настраивающей против себя собственных слуг либо же втравливающей их в самоубийственные авантюры? — У неё хватает верующих, правда большинство их принадлежит к совсем нечеловеческим расам.

— И много ты видел её действующих храмов? Святых реликвий? Пользующихся поддержкой толп фанатиков пророков? Успешных и многочисленных племен, что поклоняются Безымянной? — Ткнула в меня пальцем старуха или то, что только выглядело как старуха. — Их нет! Жалкие кучки дикарей, пусть даже вододышащих, вот и вся её паства, ютящаяся среди руин! Но сама Безымянная между тем себя прекрасно чувствует. Сакраеш и Отец Времен, только они двое сильнее её…А может и не сильнее. И все благодаря морским хранителям.

— Ты думаешь, она нас жрет втихарях? — Подобное предположение выглядело не то, чтобы совсем невозможным…Кто бы хозяйку океанов остановил от подобной тактики? Море жестоко, в нем всегда кто-то кого-то ест. Пищевая цепочка вообще одна единая непрерывная цепь насилия, нужного более развитым формам жизни, чтобы существовать. И Безымянная само воплощение моря. — Не сразу, понятное дело. Как нагуляем жирок магической силы, неизбежно повышающейся в ходе многочисленных разборок, в которые нас она втравливает.

— Там схема явно сложнее будет, но полагаю принцип верный. Рядовой верующий, жрец или даже морской хранитель могут проваливать раз за разом назначенные ей поручения, но если они отчаянно цепляются за жизнь и малейшие шансы на победу, то все равно остаются для неё интересными. — Кивнула старая ведьма, явно довольная тем, как я вздрогнул при её словах. — Хозяйке океанов зачем-то надо, чтобы её последователи на протяжении почти всей своей карьеры пребывали в состоянии крайнего напряжения, как физического, так и душевного. Можно было бы подумать, что она собирает армию бойцов, привыкших побеждать вопреки всему…Но где тогда это войско, в которое каждый век должно добавляться от пары десятков до целой сотни искусно взращенных героев? Святые Отца Времен известны и иногда снисходят до верующих. Перерожденные в демонов чернокнижники друг друга жрут, но их судьбу тоже можно отследить. А морских хранителей просто нет! Но ничуть не ослабевшая от многочисленных потерь Безымянная есть. Вывод? Она таких как ты как-то использует для усиления собственного могущества.

— Хотелось бы чего-то повесомее, чем просто твои слова. — Пробормотал я, сотворяя несколько кубических метров зависшей в воздухе воды и жадно начиная её хлебать. Соленая морская? А, ладно, пофиг! — У тебя сохранились материалы проведенных исследований?

— Конечно нет! Я с тех пор слишком часто переезжала, чтобы всякую ненужную макулатуру хранить! Можешь сам зарыться в летописи и поискать там информацию о своих предшественниках. — Фыркнула ведьма. — Примерно три четверти их не были кем-то уничтожены, а просто пропали без вести. Допускаю, что половину от этого числа все-таки прикончили, просто убийцы о своем триумфе не стали распространяться. Те же неразумные морские демоны их сожрали и не поморщились. Но куда могла деться вторая? За период записанной истории в никуда пропало никак не меньше тысячи нестареющих и очень могущественных магических существ, способных возродиться после уничтожения физического тела!

— Я видел хранителя, которому было больше трех веков. — Верить в услышанное очень не хотелось. Быть магическим аналогом кабанчика на откорме — удовольствие куда ниже среднего. — И у него были явно плохие отношения с Безымянной. Такие, что она по идее имела законное право его сожрать в качестве наказания за предательство давным-давно, однако ограничилась лишь ссылкой в ледяную пустыню.

— Есть и такие. Как правило, неудачники, которых Безымянная по одной ей ведомым причинам отбраковывала и прекратили тянуть выше. Они не очень сильны и потому периодически дохнут, когда нарвутся на более могучего противника. — Согласилась темная друидка, которой похоже стал надоедать наш разговор. — Мне не удалось выявить стабильных закономерностей, но если мужчины могли служить хозяйке океанов достаточно долго и даже успевали иногда завести семью, то ни одна женщина дольше десятилетия в ранге морского хранителя не задерживалась и детей не имела. Все либо пропадали, либо умирали. Потому то я и решила в свое время, что игра не стоит свеч. На этом все. Проваливай!

— Ухожу. — Не стал спорить я, раздумывая, а не навешали ли мне на уши лапши. Выходило где-то тридцать против семидесяти, что таки навешали. Каменка могла врать. Или искренне заблуждаться. А может она банально не знает всего и у Безымянной есть её армия героев! Дремлет в энергосберегающем режиме где-нибудь на дне моря. Или отчаянно дерется не щадя себя в другом мире, ведь океаны то и там должны иметься. Однако даже десятипроцентная вероятность того, что три А рано или поздно сожрут в полном составе, уже достаточно неприятная новость. — И молись всем, кому хочешь, чтобы не вернулся. Иначе косметическим ремонтом уж точно не отделаешься.

Мой путь к главной храмовой площади, где уже скоро должна была начаться церемония жертвоприношения, пролегал по наиболее широким и хорошо освещенным улицам, словно паутина сходившимся в едином центре. Притопленный чуть ниже основного уровня города амфитеатр, по периметру которого возвышались над общей массой зданий крупнейшие храмы. Собственно в день своего прибытия я краем глаза видел, как на демонстрационной площадке одного из них приносили в жертву светлого эльфа. Сегодня будет почти то же самое, только массовку станут резать у подножия, а на всеобщее обозрение постараются выставить наиболее ценные кадры.

Готовящаяся к бою столица подземного государства выглядела на удивление мирной. И тихой. Рабов всех заперли, чтобы они не устроили беспорядки в надежде обрести свободу или по крайней мере дать лишние шансы на победу приближающемуся неприятелю. Не задирали друг друга представители враждующих кланов, сплоченные появлением общего врага в единый монолит. Не шевелилась лишний раз в своем квартале нежить, отбросившая все второстепенные задачи ради главной цели. Торговцы из числа представителей иных рас закрыли свои лавочки и вместо того, чтобы зазывать покупателей, готовились к спешному организованному отступлению по системе подземных туннелей. Темные эльфы пользовались в глазах представителей иных рас заслуженной ненавистью…Но ведущие с ним дела ради баснословных прибылей жадины из числа других народов, если попадались на горячем, в большинстве своем умирали куда более жуткой смертью, чем какой-нибудь рядовой солдат-дроу. Те ведь сразу опознавались как враги, а предатели могли десятилетиями координировать набеги. Или продавать из под полы сомнительным личностям запрещенные товары вроде ядов, наркотиков и темных артефактов, уносящих не меньше жизней, чем клинки подземных разбойников.

Уже на подходе к площади дорогу мне перегородила колонна солдат какого-то дома, сопровождающая примерно три десятка отчаянно упирающихся рабов разных рас, которых волокли вперед цепями другие невольники, которым сегодня повезло не стать гвоздями планирующегося культурного мероприятия. Хотя с дроу бы сталось заставить одних пленников тащить на заклание других, а потом вторых прирезать, а первых отпустить обратно в бараки. Ну, чисто так, из любви к искусству. Меланхолично скользнув взглядом по этой преграде, я зацепился взглядом за одно из лиц и сумел не потерять равновесия исключительно потому, что передвигался на неспособном без магии оторваться от земли хвосте. С выбритым до синевы черепом и изукрашенный множеством аляповатых татуировок, отчаянно рыдающую молодую гному волоком за собой тянул Ассасин.

Глава 15

Один из двух моих лучших друзей, можно сказать практически братьев, выглядел бы так, что его родная мама…Нет, все же она бы его с трудом, но узнала. И тут же принялась бы нещадно пороть, не обращая внимания ни на оправдания, ни на мольбы о прощении. Возможно, даже и попытки самообороны с применением магии оказались бы замечены далеко не сразу. Артем выглядел так, словно вступил в подпольную секту татуировщиков-любителей, давших обет практиковаться исключительно на себе. Синие, черные и даже алые рисунки на его теле практически не оставляли места для нормальной кожи, причем характер кое-как сделанных рисунков оказался ожидаемо далек от мирных пейзажиков. В расплывающихся и нечетких изображениях скорее угадывались, чем узнавались пышногрудые голые русалки, выдыхающие пламя драконы, непропорционально суженные в талии голые эльфийки, скалящиеся окровавленные черепа, мускулистые и клыкастые голые дамы орочьей наружности, мечи разных форм и размеров и, конечно же, обычные голые человеческие женщины. Ну прямо таки живая галерея низкопробной порнухи идет, да еще и ревущую в три ручья пленницу-гному за собой на цепи тащит. Кстати, на очень необычной цепочке. Белой, словно земной флаг безоговорочной капитуляции. Никогда раньше такого не видел. Что это за металл и почему взяли именно его? Иногда применяющиеся в ритуалистике сплавы серебра вроде бы несколько другой оттенок имеют.

— Свали с дороги, образин… — Я настолько погрузился в изучение внешности своего друга, что не заметил, как сзади подвалил один из отрядов городского патруля. И довольно болезненно получил многохвостой плетью поперек шеи. Поскольку за моей спиной больше не маячило предупредительных флагов, то возглавлявшая его ведьма решил убрать с дороги едва ли не перегородившую половину тротуара тушу. Однако стоило темной эльфийке встретиться взглядом с существом, которое она «приласкала» ударом, способным убить на месте обычного человека, как у неё язык примерз к глотке. Ну а заодно и все остальное тоже заметно так охладилось, внезапно оказавшись замурованным в не слишком-то аккуратную ледяную глыбу.

— Слышь, бойцы, а из какого она клана? Тут её матриарх есть? А если найду? — Уточнил я в нагловатом стиле типичного гопника у обнаживших оружие патрульных, мгновенно изготовившихся к бою. Рука, потянувшаяся к саднящей от удара шее, оказалась вся перепачкана в крови. Хороший удар и хорошее оружие, а следовательно сейчас корчащая отчаянные рожи за мутноватой пеленой темного магического льда ведьма стоит далеко не в самом низу иерархии себе подобных. Получается, стрясать виру за её действия или извиняться за конфликт надо будет с тем, кто находится выше в цепочке командования. И с вероятностью в девяносто процентов ближайшие персоны нужного ранга находятся сейчас в самом сердце храмовой площади. Там, куда сейчас силой пробиться сможет через самых элитных бойцов, магов и священнослужительниц темных эльфов разве только бог, но куда мне сильно надо. — Только не стоит тут сочинять, что начальство щас сильно занято! Таких как я они не призовут, даже если из своих маленьких кожаных трусиков выпрыгнут, ну а меня и призывать не надо. Уже здесь и готов посмотреть, что же такое ваши матриархи могут предложить за участие в вашей небольшой войнушке на нужной им стороне.

Наглость моего поведения была довольно четко просчитана. Типичный демон от типичного же обитателя темных подворотен отличается главным образом степенью опасности, а вот психология у них почти абсолютно одинаковая. А именно под порождение местно ледяного ада я сейчас старательно косил. Конечно, опытный маг или жрица легко опознает хранителя, но так то опытный, а не слоняющийся туда-сюда по улицам вместе с такими же неудачниками темноэльфийский городовой. Он, если случайно не изучал ориентировок на одного из подозрительных гостей города, должен счесть крупную относительно гуманоидоподобную хренотень именно демоном. Одним из тех, кто не столь уж и редко навешает Шарозан или вообще в нем осел на постоянное место жительства. И, чтобы не зародить в нем лишних подозрений, вести следовало соответственно выбранной маске. Слабого кусай, толкай и прижимай, ведь он тебе ответить не посмеет, а посмеет, так ему же хуже будет. Договариваться о чем-то такие твари могут лишь с равным, а более-менее верно служить станут лишь безусловно сильнейшему, что может растереть их пальцем.

— Сними свои чары! — Потребовал один из патрульных, рассыпавшихся вокруг меня в что-то похожее на круг. Впрочем, идти в лобовую атаку они не спешили, единственным исключением являлся их штатный чародей, безуспешно пытавшийся растопить магический лед жиденькой струйкой пламени. Однако стражи порядка вовсе не испугались. Просто те из них, кто был верхом, сорвали с седел своих ездовых ящеров какие-то рожки и теперь старательно созывали переливчатыми руладами подкрепление. Вот и хорошо, вот и ладненько. Чем больше сил правопорядка отвлечется на меня, тем выше шансы у Ассасина проскочить охранение площади провернуть задуманное. Интересно все же, какую именно пакость он готовит? Только бы не шахидский подрыв или банальную попытку завалить вражеское руководство с клинками наголо! На местных, по большому счету, плевать. Даже если Шарозан в тартарары провалится, мир к лучшему конечно же изменится. Но ненамного. В конце-концов, это всего лишь один город подземного государства, паразитирующего на всех своих ближних и дальних соседях. Уничтожение столицы со всеми прилегающими туннелями проживающим под далеко не маленьким горным хребтом темные эльфы переживут без особого урона для своей популяции. — Или тебе придется начать разговор с матриархом клана Рилим с объяснения того, почему её младшая дочь вдруг взяла и задохнулась!

Скосив глаза на намороженную глыбу магического льда, которую с налета имевшийся в составе патрульных чародей смог разве только слегка поцарапать, я был вынужден признать его правоту. Судя по выпученным глазам и пепельно-серой физиономии плененной ведьмы, кислорода внутри герметичного саркофага осталось крайне маловато. Да и вылезший из приоткрытого рта язык, отчаянно мечущийся по отделяющей его от нормальной атмосферы прозрачной преграде, на это как бы намекал. Поднапрягшись куда сильнее, чем при мимолетном сотворении чар, я сумел избирательно разрушить собственное творение только в верхней его части, освободив из холодного плена голову, шею и плечи дроу. Темная эльфийка немедленно сделала один из самых жадных вдохов в своей жизни, по звуку больше похожий на всасывание компрессором пары литров воздуха. А после того как более-менее продышалась, на что ей потребовалось секунд двацать, тоненько и жалобно заскулила, даже не став тратить время на угрозы в мой адрес. Видимо прилегающий к её темной коже вплотную почти везде магический лед оказался действительно очень холодным. И мини-юбка с таким же мини-топиком, прикрывающими совместно меньшую площадь, чем иной пояс, от него ни капельки не спасали.

— Пойдем, красотка. Настало для нас время познакомиться с твоей мамашей. — Усмехнулся я, телекинезом притянув к себе на плечо пленницу вместе с её тюрьмой. Если уж идешь на растерзание к одной из могущественнейших ведьм города, наверняка окруженной подобающей свитой из прихлебателей и телохранителей, то заложника лучше держать поближе к телу. Авось тогда способные пронять морского хранителя боевые чары сразу и не применят. — Надеюсь, ты последнее время была очень плохой девочкой.

— П-п-почему? — Кое-как пролязгала зубами самоуверенная патрульная, в недобрый для себя час узнавшая об опасности связываться с некоторыми участниками дорожного движения, даже если у них и нет заменяющих здесь дипломатический госномер предупредительного флага.

— Потому, что она в таком случае может и пойти мне на встречу. — С как можно более наглой улыбкой заявил я, начиная двигаться к храмовой площади, пристраиваясь в след колонне, в состав которой и входил Ассасин. Для большее соответствия выбранному образу следовало бы еще и похлопать ведьму по аппетитной пятой точке, но не развеивать же для этого еще и нижнюю часть ледяного саркофага? Хм, может тогда её обилзнуть на манер мороженного? А это идея! — Сама понимаешь, защита города требует жертв и моей жертвой сегодня, скорее всего, станешь ты. Аф! Пуфти яфыфк, фуфка!

Кажется, использовать дроу в качестве пикантного эскимо было все-таки плохой идеей. Вкусового удовольствия никакого, да еще и паршивка видимо решила, что ей теперь нечего терять и своими зубками в мой язык вцепилась! Причем в роду у неё явно имелись не то вампиры, не то пираньи, не то вообще бультерьеры! Оторвать сцепившиеся намертво челюсти удалось только с куском родного мяса! Потеря пятидесяти грамм плоти для морского хранителя, конечно, не опаснее чем для человека заноза под ногтем, но когда их вырывают без всякого наркоза, да еще и из столь чувствительно части тела, это черт побери больно!

Окружающий мир в виде храмовой площади и заполнивших её темных эльфов на происходящее между нами не отреагировал ничем, кроме пары-тройки заинтересованных взглядов. Во-первых, своих проблем у занятых делом дроу хватало. А во-вторых, имелись в непосредственной видимости зрелища и поинтересней. Храмовою площадь заполняли тысячи обитателей Шарозана, десятки из которых должны были сегодня здесь и встретить свой конец, а потому отчаянно сопротивлялись палачам, яростно ругались в лицо своим будущим убийцам, торговались в напрасных попытках обмануть хотя бы самих себя или даже напоследок яростно трахались, наплевав на невероятное число свидетелей и советчиков. Во всяком случае, ни на что другое затеянная четырьмя минотаврами возня у самой границы площади не походила. Хорошо хоть, по крайней мере, один из них оказался женщиной, сейчас стиснутой сразу с трех сторон и судя по протяжному мычанию находящейся сейчас где-то на половине пути к небесам. Попытки растащить любовников за крепящиеся к их ошейникам цепи успеха владельцам экзотических рабов не приносили. Столпившиеся вокруг дроу из какого-то клана могли легко свою живую собственность убить…Но банально переселить их у гневно ругающегося матриарха, четверки её спутниц и дюжины телохранителей не получалось. Большую часть охраны дамочки видимо куда-то отослали, решив будто и без неё справятся с приведенными на заклание быколюдьми. А оставшиеся могли похвастаться чем угодно, но только не раздутыми до неприличия мускулами.

Громадный амфитеатр напоминал котел, в котором варится ядреное волшебное зелье. Булькающее, постоянно меняющееся, состоящее из кучи различных компонентов и вместе с тем однородное. И пропитанное ядреной застарелой смесью магии, жизненной энергии и страданий. Гладкая и блестящая поверхность заменяющего пол черного камня, повинуясь едва заметным жестам жриц, шла волнами, накатываясь на подтащенного к нужному месту раба, а после фиксируя его в нужном положении и уже так застывая. Дальше уже шло вычерчивание на податливом под мягкими женскими руками материале многоугольных магических фигур и цепочек длинных таинственных символов, обеспечивающих призыв нужной конкретно этой заклинательнице сущности. В геометрическом центре площади прямо в воздухе на высоте пары метров парила зловеще светящаяся темно-синим глыба, очертаниями подозрительно похожая на исполинский череп. Аурное зрение при попытке исследовать данный феномен давало одну сплошную засветку, словно обычный глаз при попытке взглянуть на солнце в бинокль. Если я чего-то понимаю в высшей магии, то это накопитель, куда станут сливать оставшиеся после жертвоприношений излишки, чтобы оставить их на черный день. И заодно гарантия, что никто из призванных бузить не станет. Если контролирующие эту штуку жрицы задействуют свою мега-батарейку, то их удар не удержит и архидемон. Скорее всего именно поближе к нему меня просил держаться Ассасин.

От разлитой вокруг мощи древнего извечного колдовства, концентрировавшейся здесь на протяжении едва ли не тысячелетий, становилось даже как-то не по себе. Я полз среди многочисленных групп профессиональных убийц-мучителей по пропитанному агонией камню и буквально ощущал, как аура этого места давит на чуждый здесь элемент в виде морского хранителя. Полагаю, так бы чувствовал бы себя приглашенный в гестапо еврейский специалист, неспешно прогуливающийся между самыми отборными и первоклассными фашистами, которые только вообще могут быть.

Пока призывов еще не осуществляли, очевидно, ожидая отмашки от хозяев города, наверняка собирающихся перед ритуалом сказать какую-нибудь длинную напутственную речь, покрасоваться собой любимой с лучшего ракурса на самой высокой башне, да и лично преподнести темным богам самую особую жертву. Вторая причина, скорее всего, являлась и самой главной. Бабы же! Им всегда и в любой ситуации надо произвести впечатление на публику! Вон, в десяти метрах от меня очередная темнокожая безнравственная шваль, обряженная в ничего не прикрывающие лоскутки, ведет на цепочке какое-то одноглазое пугало и при этом умудряется вовсю строить глазки всем попадающимся на её пути личностям, не исключая вроде бы даже обреченных на заклание рабов. Кстати, пугало выглядит очень знакомым и под покрывающим его слоем грязи, засохшей крови и мешковины несет на себе характерные признаки во-первых, женщины, а во-вторых, светлой эльфийки. Ё! Нет, даже не так. Ёёёёоооо!!! Да это же одна из последних представительниц клана Солнечного Ветра, которую я уже два раза спасал из примерно таких же ситуаций! Вот прямо как чувствовал, что она тут обязательно появится! Интересно, у ушастых принцесс попадать в виде жертвы на всяческие темные ритуалы — это обязательный классовый навык такой? Хотя называть её принцессой и не совсем правильно, все же их род официально лиши прав на трон, за профуканное к чертям собачьим государство…Тогда, если подумать, её потрясающая невезучесть, раз за разом приводящая то в руки маньяка, то на алтарь демонов, то вообще в столицу дроу, может быть и следствием особо хитрого проклятия. Возможно даже наложенного на весь род скопом, чтобы подсократить и без того короткий список претендентов на корону.

— Эй, большой страшный морж, а ты хорошо разбираешься в молоке и коровах. — Я поначалу даже не понял, откуда исходит тонкий противный голосок. И только скосив глаза к самому подножию своего бронированного толстой дубленой шкурой пуза, сумел разглядеть крохотного зеленокожего кровососа. Маленький гоблин, мурыживший меня на воротах фермы целую бездну времени, довольно скалился. И напрочь перегораживал путь вслед за остановившимся от меня в нескольких шагах патрульными. — Все сделал так, как ты сказал! И помогло! Удой вырос! Да как вырос! Коровы, кажется, сами не знали, что они столько молока давать могут!

— Рад за них. — Я попытался обогнуть неожиданное препятствие слева, но низкорослый вампир сделал шаг в сторону и снова перегородил дорогу. — Тебе еще что-то нужно?

— А как же?! — Даже удивился такой постановке вопроса немертвый гоблин. — Похвастаться! Думаешь, за одни неполные сутки было легко правильно составить заклинание, наложить его на коров и оценить получившийся результат? Но ведь и это еще не все! Добавив в чары элемент проклятия ликантропии, я добился того, что магия стала самоподдерживающейся! И может сама распространяться между целями! Причем не только коровами, а вообще!

— Рад за тебя. — Совсем не искренне похвалил я гоблина, мысленно отвешивая себе подзатыльник. Похоже, передо мной находился не обычный немертвый дикарь, а как минимум признанный мастер проклятий. Пусть даже зеленый, уродливый, мелкий и говорящий с акцентом. Опасности колдуна, скорее всего практиковавшего свое подленькое искусство не один век, размеры почти не умаляли. — Только сейчас я немного занят, чтобы беседовать на эту тему. Дай пройти.

— Не дам. Артем уже сделал свою работу, а это значит, что сейчас все начнется. — Мгновенно став серьезным, ответил гоблин-вампир. — Артем уже сделал свою работу, а это значит, что сейчас все начнется

— Начнется что? — Подозрительным тоном осведомилась закинутая на плечо пленница, от волнения умудрившись даже почти забыть о терзающем её холоде и почти не стучать зубами. Похоже женская интуиция настойчиво принялась сигнализировать ей о приближающихся крупных неприятностях, по сравнению с которыми пребывания в ледяном саркофаге может показаться курортным отдыхом.

— Три! — Усмехнулся гоблин-вампир, чей рот расплылся в настолько широком оскале, что стало видно коренные зубы. Между прочим украшенные какими-то подозрительно симметричными узорами. Никак у кровососа там магический аналог ампулы с ядом нанесен.

— Тереть? Что тереть? — Продолжала недоумевать ведьма, переглядываясь со своими сослуживцами, которые не спешили далеко от нас удаляться Пожалуй, первым вынесу того из них, кто со мной разговаривал. Наверняка он заместитель жрицы…Вот ею же по хребту и получит. Дроу существа довольно ловкие и быстрые, но все же малость хлипковатые. Даже если они после соударения друг с другом останутся в сознании, то бойцы из них на ближайшее время станут уже никакие. А может и вообще насмерть обоих прихлопну. — Эй! Вы о чем?!

— Два. — Я краешком глаза поймал находящегося от меня в сотне метров Артема. В данный момент он старательно наматывал на руку длинную белую цепь, отсоединенную от по-прежнему рыдающей гномы. Кстати, её будто невзначай прикрывала едва ли не половина той колонны, в которую входил мой друг. Причем темные эльфы абсолютно без страха поворачивались спиною к своим рабам, носившим пусть рваные и грязные, но довольно длиннополые одеяния. В которых, если постараться, можно было спрятать хоть двуручник, хоть кувалду. — Правильно?

— Ложись! — Упавший на пол немертвый гоблин, для надежности прикрывший голову своими хилыми руками, прекрасно заменил собою ожидаемый ответ «Один». Я успел увидеть, как стоящие вокруг нас патрульные кинулись в атаку и тут мир буквально утонул в океане яркого до боли света, способного напрочь отшибить зрение не только у коренных обитателей подземелья, но и у залетного полуморжа. Причем вышли из строя не только глаза. Магическое восприятие мира тоже выдавало одну сплошную мельтешащую из хаотических пятен какофонию, единственным подходящим определением которой было «белый шум».

— Понеслась! — Проводил я в дальнюю дорогу сброшенную с плеча пленницу вместе с её ледяной тюрьмой, направив траекторию полета отчаянно визжащего снаряда по ближайшему скоплению патрульных. Попал или нет — осталось неясно. В воцарившимся вокруг хаосе, полном ослепших, испуганных и очень-очень злых темных эльфов, различить вопли одной единственной дроу просто не представлялось возможным. Дубленую шкуру кольнули вонзившиеся в неё острия не то давно не точенных копий, не то не пробившихся дальше наружного слоя эпидермиса мечей. Пфе, ну и ширпотреб выдают простым патрульным! Честно слово, один удар плетью их начальницы оказался куда сильнее, чем все эти игрушки вместе взятые. Пара взмахов рукообразными ластами смела двух или трех отважных бойцов, а остальные либо зашли с неудобной стороны, либо имели чересчур длинное оружие и потому уцелели. Ладно, поиграем с ними в легкую пехоту и давящие её танки! — Мелкий, с дороги, раздавлю!

— Стоятя тута! — Вскарабкалось мне на шею нечто мелкое, юркое, проворное и весьма холодное. Серьезно, температура босых ступней снова сбившегося на дикий акцент зеленокожего вампира оказалась куда ниже комнатной! Гоблин как-то странно затанцевал на одном месте, разворачиваясь чуть ли не во все стороны света разом, а в уши даже сквозь воцарившуюся на площади какофонию пробился свист быстро рассекающих воздух предметов. И сразу же вслед за этим уколы холодным оружием прекратились, а в ноздри ткнулся аромат свежей крови. Сюрикены? Метательные ножи? Еще какие-то национальные гоблинские малоразмерные игрушки? Не знаю. Но владел своим оружием кровосос просто великолепно. По глазам прямо сквозь накрепко зажмуренные веки ударила новая ослепительная вспышка. И шла она как раз с того направления, куда тащили эльфийскую недопринцессу, по совместительству как раз и являющуюся сильным магом данного направления. Неужели в кои-то веки сия ушастая особа не просто попала в переплет, а контролирует ситуацию и действует по заранее продуманному плану? Ой, не верится даже как-то! — Ты как раз хорошо подполз, чтобы правая фланга прикрыть! Не давай има пройти к рунный мастер!

— Еще бы я видел, кто это и где стоит… — Пробурчал я, смаргивая слезы и внезапно осознал, что хотя магический взор еще напрочь заблокирован белым шумом, но вот пляшущие перед глазами солнечные зайчики мало-помалу уступают место мечущимся по площади туда-сюда силуэтам. Причем крики боли они пусть периодически и издавали, но для нормального теракта, резни, побоища или иных подобных массовых беспорядков пострадавших пока насчитывалось до безобразия мало. В основном дроу несли потери от того, что сослепу натыкались на своих сородичей, принимали их за врагов и тут же начинали отстаивать свою жизнь с оружием в руках, нередко задевая сослепу совсем иную цель и втягивая её в драку. Засевший на макушке кровососущий паразит создал какое-то заклинание, окутавшее мое лицо и в следующий миг мое аурное восприятие мира вернулось в абсолютную норму. — Хотя, стоп! Вижу!

Левее меня находился алтарь в виде летающего черепа, сейчас обильно забрызганный кровью. Ближайшие к нему группы темных эльфов лежали мертвыми или умирающими, поскольку одновременно с ослепительной вспышкой к ним с нескольких направлений рванули явно защищенные от действия чар хорошо скоординированные и подготовленные отряды. Причем среди диверсантов, ухитрившихся пробраться в самое сердце столицы темных эльфов, безжалостно вырезающих сородичей дроу оказалось как бы не больше, чем приведенных якобы в качестве жертв рабов. Не меньше полусотни фигур, выглядящих точь-в-точь как коренные обитатели Шарозана, метались от одной цели к другой, широкими взмахами клинков срубая головы, отсекая конечности, вспарывая животы. Если все это — замаскированные светлые эльфы, то снимаю шляпу перед их мастерством подготовки шпионов и заранее зарекаюсь когда-либо вести против них контрразведывательную деятельность. Действующая совместно с, вероятно, фальшивыми дроу невольники оказались магами если и не все поголовно, то как минимум через одного.

Эльфийская недопринцесса узкими точечными световыми лучами словно выстрелами из лазерной винтовки методично и расчетливо пробивала навылет головы находящихся на площади матриархов, чья основанная в большинстве совеем на темной магии защита в пассивном режиме не могла противостоять такому концентрированному напору стихии-антогониста. Её как бы хозяйка деражала вокруг снайперши водяной барьер с односторонней проницаемостью, уже успевший поглотить или отклонить в сторону то ли три, то ли четыре контратаки и несколько зачарованных арбалетных болтов. Несколько друидов дружными усилиями выращивали вокруг алтаря защитный периметр из дальних родичей кактусов, способных при прохождении рядом с ними темного эльфа взорваться не хуже противопехотной мины. Орк-шаман бился головой об собственный бубен и в том же ритме ближайшую башню, с балкончика которой парочка жриц пыталась отстреливаться огненными шарами, шатала громадная невидимая рука. Блистающая радужной чешуей русалка, к моему облегчению ну совсем не похожая на одну из своих сородичей, которую я любил и убил, призывала десятками и сотнями агрессивных электрических угрей, прекрасно умеющих скользить даже по твердым поверхностям. Виденные мною на ферме «Белесый лист» вампиры дружно тянули к себе многочисленные ручейки крови, окутываясь алой жидкостью словно броней. По-прежнему ревущая навзрыд гнома, которую чуть ли не волоком тащил за собой Асссин, шустро ползала под громадным летающему алтарю туда-сюда, с размаху прикладываясь по одной ведомым ей точкам небольшим золотым молотом. Причем каждый раз после удара в черное покрытие площади оказывался впечатан абсолютно новый рисунок, напоминающий букву неизвестного алфавита. Так, видимо, рунный мастер найден.

— Сильно надеюсь, что у вас есть хороший план. Очень сильно. — Я вырос до своих максимальных размеров, сравнявшись в габаритах не то с некрупным китом, не то с офигительно большим ластоногим динозавром, а после вложил все силы в волну холода и энтропии, косой прошедшую по ближайшим двум-трем гектарам заполненной темными эльфами площади. И моя атака оказалась если и не совсем отбита, так по крайней мере лишена большей части своей убийственной мощи, напоровшись на сотканный из тьмы щит и все же пробив его, но последовав дальше в уже сильно ослабленном виде. Попавшие под действие чар дроу не превращались в ледяные статуи, раскалывающиеся при ударах об пол на мелкие кусочки, а просто начинали кричать от боли, заполучив множественные криоожоги. Находящиеся дальше всего от эпицентра солнечной вспышки ведьмы уже более-менее оправились и успели сгруппироваться в магический круг, совокупными усилиями пары десятков участниц создавших барьер достаточной силы, чтобы удержать атаку морского хранителя. Когда их станет хотя бы пара сотен, то они порвут меня как стая пираний свалившегося в воду ягуара. А всего их тут, наверное, не меньше пары тысяч, не считая армии обычных темных эльфов, многие из которых наверняка владеют зачарованным оружием. И еще из остального города подкрепления сейчас начнут подтягиваться. — Артем! Сверху!

Ассасин зачем-то метался по периметру площади взад-вперед со скоростью гоночного болида, безжалостно сшибая с ног как темных эльфов, так и их рабов. Причем он не просто наводил хаос и панику, а таскал за собой прикрепленную одним концом к летающему черепу длинную белую цепь, в чем-то понравившихся ему местах вминая её звенья в черный каменный пол. Одну окружность вокруг большей части свободного пространства, мешающую разбредаться в стороны ослепшим подземным жителям, он уже успел создать и теперь как раз приступал ко второй. Своим делом мой друг был увлечен настолько, что не заметил, как на него спикировал один из немногих отрядов защитников Шарозана, что полностью сохранил свою боеспособность. Под потолком громадной пещеры расправил крылья, сбросив прикрывающий его от посторонних взглядов слой каменной крошки, громадный костяной дракон. Вероятно, затаившихся под маскировкой бойцов там находилось даже больше, но внезапная световая атака временно вывела из строя не привыкших к такому подземных жителей. Ну а падать камнем вниз, чтобы при помощи левитации зависнуть в нескольких метрах от земли, не видя препятствий на своем пути и оставшегося до расшибания в лепешку расстояния — верный способ самоубийства.

— Пошла прочь, дохлятина! — Пикирующее вниз чудовище, в котором было ну никак не меньше десяти тонн одной сплошной зачарованной кости, Артем встретил ударом кулака, усиленного несколькими витками таинственной белой цепи. Монстру, пытавшемуся на лету ухватить моего друга своей зубастой пастью, просто разнесло в щепки половину нижней челюсти. Не то, чтобы это сильно травмировало и без того неживое создание, но на способной вызвать у пугливого человека инфаркт одним своим видом морде поселилось выражение какого-то обиженного недоумения. Как это так?! Он тут уже собрался пообедать, а добыча, оказывается, дерется! — Зарира, мать твою, мою родную тещу, а ну не спи! Я что, сам себя еще и прикрывать должен?!

Соткавшийся из теней аркан соединил собою хвост костяного дракона и руку странно знакомой фигурки у алтаря, принадлежащей женщине-дроу, а после скелет гигантского ящера на всем ходу уснул в полете. Ну, или подумал, что уснул, ведь хотя его лишенные перепонок крылья продолжали взбивать воздух, но особой надобности в этих движениях творению некромантии не требовалось. Оно передвигалось в пространстве, да и существовало вообще, исключительно мощью наполнившей его останки темной магии, а потому обычных физиологических потребностей не испытывало, продолжая следовать более-менее привычным шаблонам поведения для привязанной к костям душе. А может ведьма просто перехватила над ним управление? Не знаю…Но в любом случае равномерный и прямолинейный полет опасного даже для меня гиганта закончился только в одной из стен вмещающей в себя город темных эльфов пещеры, по которой он и стек вниз набором отдельных запчастей. Стоп, Ассасин сказал тещу, но это же получается…Чтоооо?!?! Он?! Женился?! И не на оставшейся в нашем родном измерении Вампирше?! Все вокруг какая-то безумная галлюцинация. Я сплю. Сплю и вижу какой-то безумный страшный и кровавый сон о том, как перекрываю собой дорогу к громадному летающему черепу. Вот прямо не выходя из затянувшегося бреда, мощным ледяным выдохом обращаю близлежащий участок площади в один сплошной каток, чтобы начавшие приходить в себя после светового шоу темные эльфы с ног попадали и подольше на них обратно не вставали.

— Рунная мастера прикрывай! Еще совсема чуть-чуть осталося! — Топнул мне по макушке вскарабкавшийся на голову вампир-недоросток. — Выиграй нам время!

— Её и так неплохо. — Я кинул взгляд в сторону летающего алтаря и успел увидеть, как плачущая гнома вычеканивает очередную руну на коленке у похожего на железный скелет голема, прорвавшегося к ней через все слои обороны. Судя по тому, что конечность тут же рассыпалась отдельными стружками, в ближнем бою сия непрестанно хнычущая особа умеет постоять за себя. Да и защитников в неё и без меня хватает. Если бы напавший на мастера рун металлический болван не был бы одним из полусотни себе подобных — фиг бы он до неё добрался! Разбили бы еще на половине дороги, как и еще сорок девять подобных конструктов. — Ну, не хуже, чем остальным. А вот Артема зажимают!

Ассасин уже не бежал, а шагал, упорно стараясь замкнуть своей белой цепью, которой на его руке остались намотаны уже считанные метры, второй круг. Увы, в этом ему активно мешали. Поскольку этот враг был рядом, был один и был по уши занятым каким-то важным делом, не несущим тем не менее прямой угрозы жизням окружающих, то именно его выбирали в качестве приоритетной цели и самые благоразумные, и самые агрессивные темные эльфы. На разукрашенную татуировками кожу обрушивались сотни метательных снарядов, об нее ломались копья, по ней стекала вниз враждебная магия. Однако мой друг шел вперед с неудержимостью асфальтового катка, голой силой прошибая встающие у него на пути барьеры. Именно этим и страшны были истинные маги духа. Тем, что покуда у них есть энергия, они становились воистину неуязвимы и бессмертны. И остановить их можно было либо заставив выложиться на полную и доведя до истощения внешних и внутренних резервов непрерывным градом атак, либо ударив с мощью, на порядок превосходящую доступное обороняющейся стороне. Дроу явно пытались пойти вторым путем, да только Артем за время своего выживания в их подземной стране как-то успел накачать свои магические мускулы до такой степени, что процесс попытки его убийства больше напоминал расстрел танкера из пулемета. Да, каждую секунду получались новые повреждения и таял оставшийся запас прочности, но чтобы они переросли некоторую критическую отметку и стали фатальными, врагам требовалось время. И как много — не знали ни они, ни я.

— Да что ему сделается? Он совсема-совсема неубиваемый! — С явным оттенком зависти заметил коротышка, броском серпа на длинной веревке отправляя на тот свет темноэльфийского рыцаря плаща и кинжала, подбиравшегося к моему хвосту с совсем не характерным для представителей его народа оружием в виде двуручного топора. Видимо поняв заведомую обреченность на неудачу попыток проткнуть толстую моржовую шкуру привычными изящными клинками, дроу решили поискать в своих арсеналах более подходящую «открывалку». — Стой! Куда?! Дай моя слезет!!!

Обступившая Артема толпа при моем приближении дружно постаралась попятиться. В большинстве своем эти бойцы были не лишены здравого смысла. А потому при виде прущей вперед как паравоз многотонной туши, издающей громогласный угрожающей рев и гонящей впереди себя конус сверхъестественной энтропии, разлагающей все живое и неживое в прах, постарались убраться с предполагаемой траектории движения. Нескольким это даже удалось. Еще примерно сотню я развеял в пыль, прежде чем потерял контроль над чарами из-за обрушившегося на загривок шара очень едкой кислоты. Но вряд ли оставшиеся жертвы таранной атаки оказались сильно благодарны магу, совершившему этот маленький подвиг. Занятый по пытающееся стечь на землю кучкой слизи горло самолечением, я подминал под себя дроу, словно ворвавшийся в ряды пехоты танк, окруженный брызгами крови, истошными воплями и хрустом сминаемых в лепешку черепов и ребер. А может, это все же трещали копья, которыми от безысходности старались живой снаряд не остановить, так притормозить? Кто теперь скажет?

— Кавалерия прибыла! — Объявил я, резко финишируя на группке из десятка жриц, до последнего пытавшихся защитить впаянного в черный пол кентавра, из которого одна из них вырезала сердце. Видимо дамочки надеялись кого призвать, но немного не успели. Одна из них стояла чуть дальше прочих и потому уцелела, но на неё очень удачно чебурахнулся свалившийся с макушки гоблин-вампир. А после с матами шустро полез обратно, оставив после себя булькающее разорванным горлом тело и несколько клинков, лязгнувших о камень в той точке, где кровосос был секунду назад. Интересно, сколько у нас осталось времени до того момента, куда в реальность массово начнут воплощаться перерожденные матриархи? Секунд тридцать? Меньше? — Кстати, ты знаешь, что твою цепочку уже минимум в паре сотен мест перерубили? Обычно артефакты после такого взрываются или как минимум не работают!

— Да пофиг, пусть хоть в порошок смелют, эта фигня на то и рассчитана! Эх, Алхимик! Если бы ты только знал, как мне тебя не хватало! — Утер скупую мужскую слезу Артем, перепрыгивая открывшийся у него под ногами бездонный провал, куда ухнуло с пронзительными воплями не меньше дюжины темных эльфов. Впрочем, вполне возможно, что такую реакцию у него вызвала не наша долгожданная встреча, а врезавшийся прямо в левый глаз дротик с обсидиановым наконечником. Выступающая в роли незримой брони магия духа, конечно, поглотила удар, но возможно не весь. — Представляешь, во всем этом проклятом городе нет ни одной сволочи, к которой я бы рисковал повернуть спиной со спокойным сердцем!

— И твоя жена тоже? — Хмыкнул я, хлопая по плечу ластом. Какого-то чересчур прыткого обоерукого мечника, шустро карабкавшегося вверх по моржовой шкуре при помощи длинных волнистых кинжалов, размазало словно комара.

— Которая из них? Фирин или Зарира? Но да, к ним тоже! Особенно в спальне! Так и норовят подловить врасплох и вторгнуться с тыла! — Да, в этом был весь Артем. Ты рвешься его спасать и с замиранием сердца ожидаешь увидеть искалеченного и сломленного узника…А он уже с какими-то бабами замутил любовь в общественных местах и массовые беспорядки! — Мстят, заразы, за свою беременность! Слушай, я очень надеюсь на твою поддержку при встрече с Вампиршей. Кажется мне, что возможность влиться в гарем только третьей женой она сразу по достоинству оценить то и не сумеет.

Нашу беседу на несколько секунд прервало небольшое торнадо, что закружилось вокруг, но почти сразу же рассеялось. Видимо создавшему его магу свои же дали по шее, поскольку дроу то в воздух магическим ветром успешно поднимались и бросались куда придется, а вот с магом духа или огромным полуморжем такие фокусы уже не проходили.

— Как ты вообще дошел до жизни такой?! — Я описал рукой полукруг, обводя недобро смотрящую на нас армию темных эльфов, уже окончательно отошедших от светового шока. Чего-то мне подсказывает, будто повторно подловить их со спущенными штанами и вывести из строя яркой вспышкой теперь не получится.

— О, это очень хороший вопрос. В первые дни своего знакомства с культурой темных эльфов я очень жалел, что глупая эволюция не защитила самый главный с точки зрения мужчины орган броней с шипами. В самом-то деле, ну что за дела? С точки зрения выживания вида он же куда важнее, чем даже конечности! И даже элементов бронирования на себе не несет! — Усмехнулся Артем, пинком отбрасывая пытавшегося плеснуть ему в лицо какой-то пузырящийся яд бойца. Тот отлетел метров на тридцать, повалив не меньше двух десятков сородичей на совеем пути. — Только потом до меня дошло, что эволюция дала нам разум! И если для чувства собственной безопасности так уж нужны колючки на причинном месте, то никто не мешает привязать к мошонке ежика!

— Но…Но… Но в этой реальности нет ежей! — Если бы в это мгновение меня атаковал маг-менталист, то весь его удар пришелся бы в никуда. Как прикажите воздействовать на сознание, когда мозг уже сломан?! — Или ты иносказательно?!

— Ну, в чем-то где-то как-то…. — Уклончиво покрутил рукой Ассасин, как бы невзначай сбивая летящие ему в лицо арбалетные стрелы, просто светящиеся от переполнявшей их магии. — А вообще знаешь, у дроу действительно странные эротические фантазии. К тому же ежей в этом мире нет только сухопутных. Морские вполне себе водятся.

От дальнейших расспросов и неизбежного вслед за ними краха психики, меня спасла цепь, остаток которой все еще был намотан на руку Артема. Она внезапно засветилась рунами, проявившимися на каждом из её звеньев, а после взяла и растеклась по полу стремительно расползающейся в разные стороны жидкостью белого цвета. И очень-очень знакомого запаха. Окружившие нас дроу постарались на всякий случай отпрыгнуть от подозрительной субстанции, но куда там! То ли в разрушившимся артефакте имелось свернутое пространство, то ли он просто представлял из себя эту субстанцию, сжатую под большим давлением…Но прошла от силы пара секунд, а большую часть площади уже накрыло собой самое настоящее парное молоко! Сражение практически остановились. Темные эльфы подозревали какую-то изощренную хитрость своих врагов, но пока видимо не могли понять, какую. Сотворители всего этого безобразия сосредоточили все свои усилия на защите от тех немногих дроу, кто еще продолжал их атаковать. Я отобрал у какого-то закованного в латы гиганта, видимо служащего телохранителем одной из высокопоставленных персон города, металлический башенный щит, покрыл его льдом и приложил ко лбу, чтобы холодом чуть-чуть унять резко открывшуюся головную боль.

— Все по плану? — Честно скажу, не знаю, какой ответ страшил меня больше. Положительный или отрицательный. С одной стороны, если дела наши летят в тартарары, то тут обоих и замочат невзирая на отчаянное сопротивление. Даже душ, скорее всего, для Безымянной не останется. С другой, если занявшие площадь почти целиком дроу вдруг возьмут и издохнут, скажем, получив распространившийся по жидкой среде электрический удар или схватив аллергический шок из-за лактозы, то мы приобретем крайне сомнительную репутацию типов, замочивших в молоке маленькую армию.

— Ага. — Безмятежно кивнул головой Артем, на которого как раз набросили в три слоя сети, чьи нити матово отблескивали металлом. — Вон, видишь, воронка уже появляется?

В районе алтаря-черепа действительно начинал набирать силу постепенно расширяющийся смерч, образованный молочно-белым туманом. Разглядеть происходящее в его глубине не удавалось, но вот в пяти-семи метрах от границы бешено крутящегося марева дроу оставались вполне себе живыми и невредимыми. Однако относительная невзрачность действия масштабных чар несколько искупалась идущим от них фоном дрожи реальности, чувствующимся довольно знакомо.

— И что это такое?! — Я загородил себя магическим щитом, поскольку сразу штук пятнадцать неплохих пиромантов решили объединить усилия и сообща выдали струю пламени, способным шутя прожечь крепостную стену. Её удалось блокировать, но тем временем новая опасность подвалила снизу. Черная поверхность площади под моим пузом поплыла, словно мокрая глина и я начал медленно погружаться в объятия каменной ловушки. Холода неживой капкан в принципе не боялся, грубой силы для его преодоления не хватало, да и энтропия на данную материю действовала слабовато. Нет, ничего непреодолимого…Но не тогда, когда пара секунд отвлечения от постановки барьера обернется полноценным огненным купанием. — Ощущается почти как магия крови!

— Ну, теперь она уже скорее магия молока! Я четыре месяца пересчитывал формулы рунной магии под эту жидкость, которая жизненную энергию тоже содержит, но добывается в разы проще! — Довольно крикнул из под постоянно растущего слоя наброшенных на него сетей Артем. Необычный белый смерч тем временем занял уже четверть площади и останавливаться явно не собирался. Попытки темных эльфов как-то повлиять на его распространение успехом пока не увенчались. — Отныне только абсолютно не умеющий считать деньги и трудозатраты идиот будет выжимать досуха зверюшек или рабов, вместо того, чтобы взять бидон и отправиться на ферму!

— Ты сделал…Что?! — Мог ли этот день стать более странным? Нет, ну теоретически мог. К примеру, если бы в происходящее вмешалась рота конных водолазов. Причем верхом на розовых пони. Занявший уже половину площади белый смерч теперь стал казаться едва ли не более опасным, что окружающие нас дроу. — Ой, блин, ну вот теперь мне действительно страшно!

— Эй, если бы кто-то не взялся гонять сатанистов, я бы уже имел в кармане честно полученные корочки инженера! — Возмутился Артем, который действительно получал высшее техническое образование и прервал свое обучение только из-за того, что нас троих закинуло в другой мир. — Поверь, все известные местным магам правила сочетания рун ничто по сравнению с обычным сопроматом!

Белая стена вращающегося и очень аппетитно пахнущего воздуха достигла края площади и ударила по нам, слов мокрое кухонное полотенце. Все звуки мгновенно стихли в реве вращающегося воздуха, а дрожь ткани реальности стала нарастать до тех пор, пока пространство не треснуло, вздрогнуло и сместилось. Резко прекративший свой бег на месте смерч обернулся обычным туманом, который к тому же стремительно рассеивался. Однако даже не видя ничего, дальше десятка метров, я мог сказать, что мы больше находимся не в Шарозане. Сверху сквозь плотную пелену пробивался приятно ласкавший глаз солнечный свет. Ноздри втягивали свежий горный воздух, равного которому в подземелье не создаст никакая вентиляция. А шкуру, примерно на треть застрявшую в каменном плену, теперь омывало целое озеро воды…Нет, не воды. Молока. Точно такого же, как и то, что было разлито на площади.

— В подземной войне даже двух условно равных по выучке противников обороняющийся всегда имеет как минимум десятикратное преимущество. Установка ловушек, вывод грунтовых вод в туннели, вызов небольших землятресений ударами в заранее размеченные слабые точки. Много там хитростей, благодаря которым на подходе к любому спрятанному в толще камня городу можно похоронить целую армию, а то и не одну. — Глухо бухнуло из недр кургана из сетей, который набросали на Артема дроу. Среди темных эльфов стремительно нарастала паника, уничтожая всякое подобие дисциплины. Кажется, они уже поняли, что произошло. — А как известно, лучшее средство против авиации противника, это твои танки на его аэродромах! Еще лучше, если ты сумеешь протащить бронетехнику прямо во вражеский генеральный штаб. Но я решил схитрить.

— Подобное к подобному. Разлитое молоко послужило маяком, задающим цель для переноса. А алтарь, видимо, дал необходимую для него энергию, которую сообщил жидкости при помощи рун. — Магический барьер вокруг меня перестал подвергаться атакам. Темные эльфы видимо решили съэкномить силы и перестать атаковать обездвиженного врага. — Вы могли бы перенести прямо в сердце Шарозана армию…

— Ага! Определенно могли бы! — Радостно согласился Артем. — К сожалению, наши союзники оказались на редкость недоверчивыми и в портал свои войска вводить отказавшимися категорически! Вот и пришлось всю городскую верхушку тащить сюда!

Туман рассеялся окончательно, и стало видно, что он скрывал. Гномов. Сотни и тысячи закованных в сталь бородатых коротышек, выстроившихся в боевые порядки вокруг молочного озера. Озера, куда перенесло все сливки столицы давних врагов и главных конкурентов в деле освоения недр. Жрицы, маги, аристократы, телохранители, закованные в цепи отборные жертвы. Все, кто находился на главной храмовой площади или, по крайней мере, их большая часть. Сила огромная, но к масштабным боевым действиям вот прямо сейчас не совсем готовая. Воцарилась относительная тишина, которую нарушало лишь протяжное мычание минотавров. Занятые вопросами размножения быколюди перенос если и заметили, то поводом прекращать занятие любовью он для них определенно не стал.

— Бар-ра!!! — Окончательно уверившиеся в том, что план сработал, гномы рванули вперед неудержимой стальной лавиной. Свистнули в воздухе стрелы арбалетов, мгновенно выкосивших сотни целей. Темные эльфы пытались сопротивляться. Вспыхивали разряды заклинаний, крутились как волчки мастера меча, наскоро вспарывались глотки невольникам в попытках ценой их жизни воплотить в реальность кого-то из демонов. Но все это было скорее агонией, чем полноценными попытками контратаки. Собравшаяся на жертвоприношение толпа была именно толпой, а не войском. И она мало того, что численно уступала противнику, так еще оказалась внезапным переносом повергнута в смятение и напрочь лишена хоть какого-то руководства. О большем тактическом преимуществе командующий бородатыми воителями полководец явно не смел бы мечтать и в самых безумных своих фантазиях. Сегодня он просто обречен на победу с невероятно малым количеством погибших. И то большая их часть наверняка придется на рабов, которых от бессильной злобы прирежут теперь уж точно бывшие хозяева.

— Слушай, а нас эти бородатые на ноль не помножат? — С сомнением спросил я, прикрывая глаза ластом, в котором засело штук двадцать пробивших магический барьер артефактных заноз. Дроу меня уже почти и не атаковали…Но вот арбалетчики подгорного народа просто не могли пройти мимо столь крупной и демоноподобной цели.

— Да ну не должны, мы же вроде как союзники, принесшие им на блюдечке победу. — С сомнением пробормотал Артем, выбираясь из под груды наваленных на него металлических сетей. — Ты главное никого из них не раздави, когда они вплотную к нам пробьются. Простому то пехотинцу кто будет растолковывать, который тут из врагов на самом деле замаскированный свой? Он в бою тупо пытается зарезать всех, кто однозначно не свой, на то, чтобы думать, у него командир имеется.

Реальность снова дрогнула, пахнуло кровью и прямо рядом с нами открылся весьма знакомого вида портал. Только большой. Очень большой. Высунувшаяся оттуда костяная лапа по размерам раз в пять превосходила сренестатистический экскаваторный ковш. Вслед за конечностью появился и остальной гигантский скелет оборотнеподобной твари, которая по массе мне хоть и уступала, но зато в холке была выше минимум метров на двадцать. Пылающий зеленым огнем взгляд пустых глазниц безошибочно нашарил свои цели, стоящие друг с другом рядышком.

— Ого. Это что-то новенькое. — Только и сказал Ассасин, с хрустом разминая шею. — Я, конечно, заметил, что эти страхолюдины имеют тенденцию с каждым разом становиться все более крутыми, но такого все же не ожидал…

— Ага. — Только и оставалось согласиться мне, утроив усилия по выдиранию из каменного плена. — Нападавшие на меня скелеты тоже как-то поменьше были.

— Вы… — Утробно прорычала тварь, а после вынужденно заткнулась прилетевшим прямо в её ужасную харю камнем тонны эдак на три-четыре. Только зубы размером с человека веером брызнули. Готовившиеся встречать противников гномы, как выяснилось, отнюдь не поленились и полевую артиллерию развернуть. Просто раньше они её в дело не пускали не то за отсутствием достойных целей, не то из боязни случайно задеть заложников. Но против подобной махины столь любимые бородочами топоры смотрелись несколько блекло, а потому дети гор решили пустить в дело и свой аналог крупных калибров. С громким треском раскалывающейся кости исполинскую нежить утыкало десятками стрел, выпущенных из баллист. Второй и третий камни, ненамного отставшие от первого, саданули монстра в грудную клетку и заставили сделать шаг назад. А четвертый пробил ему череп, да так там и застрял. —

— Вы… — Снова утробно провыл чудовищный скелет, медленно заваливаясь обратно в закрывающийся за ним портал. Там, где сей титан наконец-то рухнет, наверняка будет маленькое такое землятресение. — Вы — долбодтялты!!!

Последнее слово было сказано на чистом русском языке, поскольку ни в одном из местных наречий полного аналога ему не имелось.

— Ты думаешь о том же, о чем и я?

— Ага. Похоже на наших глазах только что завалили Алколита.

Эпилог.

— Так это и правда был ты! — Артем обвиняющее ткнул пальцем в Алколита. Точнее, в обильно изукрашенный драгоценными камнями деревянный саркофаг с открытым лицом, внутри которого и находился наш друг. Оную передвижную гробницу вытащили из портала на чем-то вроде паланкина шесть уже знакомого вида собакоголовых скелетов, каждый не менее чем трехметрового роста. — А Алхимик говорил, что ты где-то в центре здешней Африки засел и от негров прячешься.

— Местные негры цивилизованнее не только здешних белых, но и своих дальних родичей с Земли. — С достоинством отозвался из недр необычной конструкции Ярослав. — Во всяком случае, у них есть магическая электрификация, канализация и газеты. И даже туалетная бумага.

— Офигеть! — Только и мог сказать на такое Ассасин, да и меня подобные известия из колеи выбили. Может продать дом в Колоне и махнуть на соседний материк? — А почему твои дохлые зверушки на меня так подозрительно клыки скалят?

— Они не мои. Точнее, не совсем мои. Обычные храмовые умертвия-стражи, которым положено жрецов Чернодрева охранять. Если ты не в курсе — это самый большой бог на Черном континенте, причем в прямом смысле слова. Размером с Большой Барьерный Риф, то бишь виден из космоса. Ну и примерно того же возраста. Только по сути своей он какое-то разумное корнеотпрысковое растение. — Спокойно рассказывал Алколит, пока его сгружали с паланкина на землю. Кстати, закончившие со своей работой скелеты тут же отделили Ярослава от нас немертвой скалящейся стеночкой. Да еще и кривые ятаганы себе прямо из воздуха вытащили. И, естественно, без ножен. — Цыть, собаки! Назад! Блин, эти ребята преданные до невозможности, но тупыыые….Да и вы не лучше.

— Это еще почему? — Обиделся Артем.

— А сколько раз два обладуя, которых я считаю лучшими друзьями, срывали попытку установить с ними мирный контакт?! Да вы хоть знаете, как сложно было наводить на вас порталы, без более-менее пристойных целеуказателей вроде добровольно отданной крови? — Возмутился Алколит. — Зачем? Ну, вот зачем надо было целиком и полностью уничтожать те партии умертвий, которые должны были обеспечить безопасный переход через портал с той стороны?! А в потенциально опасное место меня из храма тупо отказывались пускать!

— Ну, они выглядят уж больно агрессивными, вот мы и били первыми. — Пробурчал я, сконфуженно потирая ластом бугристый затылок. — А ты, похоже, стал большой шишкой у этого Чернодрева. Неужели он выкупил тебя у Безымянной?

— Да не, просто своим слугам чуть-чуть подкалымить на стороне хозяйка морей не запрещает. А то, что у меня вышло не чуть-чуть…Ну, похоже этого она и сама не ожидала. — Поморщился Ярослав. — Понимаете, он от классического Великого Древнего отличается в первую очередь тем, что спать не может. Постоянно бодрствует. И скучает. Ради того, чтобы хоть немного развеять хандру, завел себе верующих, которые постоянно чего-то мастерят, творят, воюют…Я мог бы свободно уйти из той дыры, куда меня закинуло, по памяти вспомнив текст какой-нибудь хорошей книги и продиктовав его ближайшему жрецу. Да только далеко бы слепой ушел по незнакомому континенту? Вот и решил сначала подготовить базу для путешествия в более привычные края. Переусердствовал слегка и нарвался на персональное внимание самого Чернодрева, залезшего ко мне в память. Представляете, сколько интересного он там нашел? Почти два месяца выпали из жизни, поскольку считывать данные растительному богу оказалось удобнее с лежащего в искусственной коме человечка.

— Настолки, компьютерные игры, фильмы и вся прочитанная тобой библиотека фантастики и приключений. — Мгновенно понял я причины, по которым скучающее божество могло высоко оценить содержимое черепной коробки Ярослава. — А еще учебники, справочники и методические материалы по куче известных тебе наук, если его интересует технический прогресс. Как бы теперь поклоняющиеся данному сорняку негры теперь не начали танки строить!

— Не начнут, их бог считает технологии по большому счету вредноватыми, поскольку они делают жизнь людей слишком легкими. К тому же самый обычный учебник химии универсален для любой цивилизации, а Чернодрево на предмет интересненького и соседние миры активно шерстит своими слугами. — Помотал головой в своем передвижном бункере Алколит. — В его коллекции даже имелись фильм про прибытие поезда и парочка других самых первых черно-белых лент! И лет через тридцать-сорок он собирался послать на Землю очередного эмиссара, дабы тот собрал все сливки…Которые принес ему я, да и к тому же в просто небывалом объеме! Двадцатый век на планете Земля оказался связан с таким взлетом культуры и искусств, что в иных мирах столько создавали не каждое тысячелетие! Да ладно, чего мы все обо мне и обо мне? Давайте о вас поговорим!

С момента побоища в искусственном молочном озере прошло уже почти шесть часов. За это время произошло довольно многое. Гномы закончили почти поголовное уничтожение преподнесенных им на блюдечке с голубой каемочкой врагов и встали лагерем, чтобы разобрать трофеи и вылечить немногочисленных раненных. Я вдоволь наболтался с Артемом обо всем, что случилось с нами за последние месяцы, а также познакомился с новыми членами его семейства. Сводный отряд из замаскированных эльфов, фальшивых рабов, дроу-перебежчиков и вампиров, сделавших эту бойню возможной, частично влился в ряды победителей, частично вернулся обратно в Шарозан окольными путями, а частично упокоился с честью. К моему удивлению, главным организатором и вдохновителем всего случившегося в столице подземного государства оказался хозяин фермы «Белесый лист». Личность красноглазая, низкорослая и бородатая. Которая лет двести назад совсем не хотела остаться последним выжившим из уничтоженного темными эльфами клана. Купивший и обративший талантливого раба вампир обзавелся личным оружейником и непримиримым врагом, чья ненависть сумела преодолеть большинство инстинктов немертвых, включая чувство самосохранения. Избавившийся от хозяина лет десять назад гном мечтал главным образом о двух вещах. Расплатиться с дроу и окончательно умереть с честью. Сегодня он осуществил и то, и другое. Вся армия гномов низко кланялась герою, когда тот шагал в ярко пылающий погребальный костер собственной тризны. Проводившие его в последний путь жрецы были абсолютно уверены, что предки не отвернутся от его души, пусть и запятнанной длительным пребыванием в виде нежити. Или же потомкам придется забыть уже о них.

— Так как же тебе удалось выжить в рабстве у темных эльфов? — Насел на Ассасина Ярослав, едва только выслушал краткий пересказ наших злоключений. — Да притом не просто выжить! Судя по тому, что я вижу, ты навел шороху на все их подземелье!

— О, это оказалось не так уж и сложно! — Натянуто рассмеялся Артем, избегая явно неудобной для него темы. — Надо было просто быть очень умным и хитрым, и ловким, и быстрым…

— Его чуть ли не в первый же день плясок на гладиаторской арене опознала та ведьма, из-за которой Окреш окончательно озверел. Вспомнила бывший ранее у случайного любовника уровень силы и тут же решила, что тут какая-то интрига, в которой бы неплохо разобраться. С помощью знакомой надсмотрщицы она попыталась припереть его к стенке…Что было дальше, в подробностях не знаю, но к концу месяца обе заметили за собой тошноту, тягу к соленому и прочие характерные признаки беременности. — Сдал я вынужденного многоженца с потрохами и удостоился весьма болезненного пинка в правый бок. Толстенная моржовая шкура, без особых проблем выдерживавшая удары мечей и копий, прогнулась вглубь жировых отложений на полметра, не меньше. — Ай, больно же! В общем, наш бравый кролик-производитель хоть и дважды идиот, но зато с мозгами, хорошо подвешенным языком и вообще уж непомерной удачей. Как-то он ведь смог нарваться именно на тех дроу, которые были по уши замешаны в подготовке сегодняшних событий, по сути своей являющихся маленьким государственным переворотом. Да еще и убедил своих пузатых пассий, что таскающий в семью алименты морской хранитель будет дамам полезнее, чем экстренное прерывание беременности и мелко-мелко наструганная мясная нарезка из никчемного раба!

— Ну, цель оправдывает средства. Тем более, ничего по-настоящему плохого я в итоге так и не совершил. Хотя и имел все на то основания. — Артем с нарочитой беззаботностью развалился на земле, закинув руки за голову. На лице его поселилось на редкость мрачное и угрюмое выражение. Все же хоть он и относился к числу благополучных рабов, поскольку зрелищно дрался и умел как-то лечить другую живую собственность, но поначалу успел хлебнуть лиха. Да и потом, после появления полезных знакомств, вытащить его смогли далеко не сразу. Те же отводы к лекарям якобы на кастрацию нужны были для того, чтобы спрятать Ассасина среди временно недееспособных раненных, которых жрицы темных культов не использовали в торжественных жертвоприношениях и мало от них отличающихся особо жестоких праздничных побоищах. — То, что меня заставляли сражаться за свою жизнь, это ладно…Но за необходимость убивать того, кто вчера прикрывал тебе спину в бою, а потом находить в своей порции баланды его пальцы, Шарозан заслуживает как минимум расстрела каждого второго своего жителя. Или даже трех четвертей населения. А возможно и девяти из десяти темных эльфов!

— И твои… — Вопрос, заданный Алколитом, повис в воздухе.

— Лучшие из худших. Их кланы делали бизнес вместе с недавно уничтоженной гильдии посредников, позволявших части рабов выкупаться на свободу. А потому они видят в чужаках не просто прямоходящий двуногий скот, а личностей. И даже прекрасно понимают, что в чем-то их невольники могут запросто превосходить дроу. Вот только они все равно не имеют ничего против того, чтобы не связанную с ними узами взаимной выгоды персону ограбить, убить или даже сожрать. Но разве виноваты какие-нибудь дикие людоедки в том, что их мораль имеет мало общего с нравами случайно заплывшего не в те воды колонизатора? — Как-то даже печально фыркнул Артем. — Нет, матери моих детей вовсе не глупы. Просто от их воспитания большинство нормальных людей вывернет наизнанку. К счастью, местные нравы вполне допускают крайне широкие пределы у брачных контрактов, а личная выгода ставится у женщин во главу угла. За пятидесятилетний полный доступ к её телу со всеми крикливыми и жрущими молоко как не в себя последствиями Зарира хочет свой десятикратный вес в серебре. Фирин, как сильно уступающая ей по знатности особа, готова ограничиться всего лишь тройным. И с первыми платежами лучше не затягивать. В противном случае тещи и тещины мамы с бабушками найдут находящимся в глубине их клановых цитаделей полукровкам альтернативное применение. Вам лучше не знать, сколько у дроу есть могущественных ритуалов, основанных именно на принесении в жертву родственной крови.

— Хорошо, что дроу мелковаты. Если взвешивать в голом виде, то едва ли килограмм шестьдесят-семьдесят наберется. Но все равно почти тонна серебра — это многовато. Придется поднапрячься. У нас времени где-то год. Максимум, полтора. — Помолчав секунд десять, решил я. — Потом уже родня по женской линии воспитанием подрастающего поколения озаботиться попробует. Может даже и из лучших побуждений, чтобы ты не передумал платить за второсортный товар. Однако нафиг такой образовательный процесс!

— Поддерживаю. — Буркнул Алколит. — Спасательная операция, так понимаю, совсем не вариант? Риски слишком высоки для стремительного штурма.

— Да. Плюс я должен им как минимум свою шкуру, ведь без поддержки жен шансы выбраться на свободу у меня были бы призрачными. — Мрачно согласился Артем. — А так они сначала меня прикрывали от участи послужить рядовым мясом, потом вывезли за границу Шарозана, чтобы вновь вошел в силу и шустро вернули обратно, дабы мы вместе поучаствовали в подготовке маленького такого контролируемого внешнего вторжения. Но ведь и это еще не все!

— Господи, мне уже страшно. — Тяжело вздохнул в своей деревянной темнице Алколит, и один из скелетов тут же протер его вспотевший лоб платочком. — Каким же еще крючком зацепили тебя эти паучихи?

— Самым для идиотов надежным. Стремлением к лучшему будущему. Эти паршивки входят в ту политическую фракцию, что пытается увеличить степень контактов темных эльфов с остальным миром. Теми же бытовыми и боевыми артефактами собственного производства они способны завалить Империю, Баронства и Царство Кин, не особо напрягаясь. Вот только без смягчения нравов дроу о какой открытой торговле может идти речь? — Развел руками Артем. — Собственно ради дополнительных сверхприбылей они и решились поучаствовать в этой авантюре с контролируемым внешним вторжением…Надежно прикрыв свои тылы, само собой. После гибели такого количества аристократов ранее второсортный дома пойдут вперед и будут теперь определять политику Шарозана. А внедрить в общество темных эльфов тягу нажиться на представителях других народов без того, чтобы выпустить им кишки или бросить в шахты, единственный мирный способ внести изменения в их общество.

— Мирный?! — Ярослав кивнул в сторону почти пересохшего молочного пруда, в настоящий момент больше похожего на жуткое инфернальное болото, поскольку его чуть ли не на треть заполняли собой тела темных эльфов и вытекшая из них кровь. — Да тут же не меньше семи тысяч трупов осталось! И я не верю, что их число еще не вырастет! К этому месту сейчас запросто могут стягиваться карательные войска! Да и дальнейший передел власти у дроу точно без новых жертв не обойдется!

Ну, шансы вновь поучаствовать в боевых действиях, не так уж и велики. Во всяком случае, по мнению вставших лагерем гномов. Они надеялись, что их древние враги все-таки вылезут из своих подземных логовищ на поверхность, дабы дать им честный бой, но не сильно рассчитывали на подобную удачу. По всем расчетам вероятность стычки с дроу на удобных именно бородачам условиях была очень и очень мала. Темных эльфов в их подземном государстве оставалось еще предостаточно, да только на какую добычу они могли бы рассчитывать при штурме укрепленной позиции готовых к бою врагов? Слишком тяжелое для них оружие и чересчур маленькие доспехи, годные разве только для переплавки? Да ради подобных трофеев умный налетчик из дома не выйдет! Особенно если велик риск нарваться на большой острый топор.

— Ну, по крайней мере, с очень контролируемыми массовыми побоищами вроде сегодняшнего. Ведь на храмовой площади не было никого, кого можно бы было назвать полностью невиновным. — Внес некоторые поправки в свои слова Ассасин. — Детям и подросткам там было нечего делать. Да и бедняков, не способных особо позверствовать над рабами из-за недостатка средств на содержание невольников, туда не пускали. Можно сказать, мы выцедили одни только сливки общества темных эльфов. И мой вклад в это дело был велик!

— Да уж, переделать магические ритуалы с крови на молоко — это сильно. — Не мог не признать я. — Честно говоря, не подозревал в тебе таких талантов.

— Теоретически такое допускалось. — Счел нужным заметить Ярослав. — Мне где-то попадались описания несложных обрядов, где подобную замену использовали, чтобы церковь Отца Времен лишний раз не нервировать. Но построить на подобной основе портал…Это же высшая пространственная магия! Я сам её так и не освоил. Каждый раз ради попытки открыть к вашему текущему местоположению врата приходилось напрягать кого-нибудь из старших жрецов Чернодрева. Ох и задолбались же с вами они! Лучше ближайшие лет двести им на глаза не попадайтесь, если не будет хорошего искупительного дара.

— Скажу честно, сам от себя не ожидал такого творческого порыва. Но когда ты несколько месяцев прячешься в одном каменном мешке с кучей литературы, сваленной там засевшим через стенку рунным мастером, то волей-неволей начнешь разбираться в предмете. — Согласно тряхнул головой Артем. — Ибо столько спать физически невозможно, а наведаться в гости к соседке и отвлечь её на пару часиков от расчетов мешает поставленный ею барьер. Собственно в поисках средства его обойти в первый раз я в эти пыльные фолианты и полез…

— Кажется, нам надо поблагодарить всех богов скопом, что у тебя дело ограничилось всего двумя детьми. — Вздохнул я, устало массируя морду ластом. — Эй, а как это так получилось, что вы остались в человеческом обличье, хотя справились со своими испытаниями позже меня?!

— Я не хотел терять возможность полноценно общаться и колдовать на неопределенный срок, потому и озаботился заранее блокирующим трансформацию саркофагом. — С достоинством отозвался заключенный в деревянную гробницу Ярослав. — Стоит мне из него выбраться и все…Буду осваивать облик прибрежного дракона. Ну, это такой их подвид, который несмотря на наличие четырех лап и крыльев еще и нырять за рыбой выучился.

— Неплохое обличье. — Позавидовал ему я. — Красивое, универсальное дл любой окружающей среды, да еще и бронированное.

— Ну, поскольку за меня просило Чернодрево, то Безымянная дала возможность выбрать самому, кем становиться. — Расплылся в довольной улыбке Ярослав. — А я давно хотел научится по-настоящему летать. Кстати, не ошибусь, если скажу, что татуировки Артема выполняют почти те же функции, что и мой деревянный макинтош. В аурном зрении они, во всяком случае, чем-то неуловимо схожи.

— Ага! Только я в отличии от тебя мобильным остался! — Похлопал себя по аляповатым рисункам на коже Ассасин. — В темных культах дроу принудительные превращения отличившихся деятелей во всякую разную хренотень не редкость, а потому вернуть обратно предыдущий облик и закрепить его мои тещи сумели всего-то за два дня.

— Читеры. — Насупился я, вспомнив, через какие муки сам прошел в первые дни бытия моржом. Но почти тот час же повесел, когда понял, что моим друзьям еще только предстоит подобное веселье с поправками на их второе обличье. — Так, Артем, а почему ты не сказал, в кого превращаешься ты?

Ассасин чего-то буркнул, насупился и…Покраснел?! Да ладно!

— Да ладно?! — Судя по всему, Ярослав подобно многим слепцам в качестве отсутствующего зрения неплохо развил слух. — Галатурия?!

— Он просил тентакли! — Сначала я услышал женский голос, полный праведного возмущения, а только потом вздрогнул, обнаружив у самого бока спокойно сидящую на траве Безымянную. На этот раз одежда хозяйки была и приличной, и обычной. Джинсы и туго обтягивающая высокую грудь майка не пришлись бы по вкусу исключительно любителям консервативной паранджи. — Ну, в некотором роде он их и получил! Просто короткие и негнущиеся. И вообще! За такую наглость я имела полное право превратить его в что-то более мерзкое, чем обычную мохнатую придонную гусеницу!

— Вообще-то галатурия не гусеница, а своеобразное иглокожее… — Задумался Ярослав, но поймав недовольный взгляд богини поспешно исправился. — Впрочем, наверняка Артем опредили вид не правильно и это действительно просто мохнатая морская гусеница! В конце-то концов, он вряд ли видел живого морского огурца иначе чем по телевизору!

— Вот. Бойся меня. А то укушу! — Ткнула пальчиком в деревянный саркофаг небожительница. Оказавшийся на траектории покрытого синим лаком ногтя скелет на всякий случай грохнулся в обморок. — Что ж, подведем итоги нашего маленького пари. Вы живы, я с прибытком, Окреш в бешенстве из-за потерянной силы и денег. Кстати, вы посланных им демонов-наемников хоть заметили? Я их сама искать пыталась — не нашла!

— Так вот кто это был… — Глубокомысленно протянул Ярослав. — Вроде бы пока Чернодрево изучало мою память, кто-то пытался этому процессу помешать и вонзить в грудь ценному источнику информации высасывающий душу клинок. Пусть перегной ему будет пухом.

— Ну, не повезло им. Бывает. — Возвела глазки к небу богиня и так лицемерно ухмыльнулась, что я немедленно заподозрил её в организации данной случайности. — Итак, вернемся к нашим временно неводоплавающим баранам, ни капли мне не благодарным. И ко мне, такой доброй, мудрой, всепрощающей. Чьи морские хранители, как узнали вы все трое, таинственным образом куда-то быстро исчезают после того как нагуляют немного мускулов и мозгов. А вы трое, что ни говори, изрядные скороспелки.

Я вспомнил разговор с темной друидкой и попытался окружить себя магическим щитом…Но не сумел даже бровью дернуть. Похоже, Безымянная не долго думая наложила мощнейший паралич. И, скорее всего, не на меня одного.

— Алхимик думает, что его банально сожрут. Ассасин считает, где-то есть лежащий в анабиозе аналог личной гвардии, приберегаемый для защиты моря на следующей войне богов. Алколит полагает, будто энергетическая оболочка морских хранителей используется для создания аватар, а избавленные от лишней силы души уходят на заслуженный отпуск в контролируемую мной часть загробного мира. — Безымянная внимательно оглядела нас троих, а после щелкнула пальцами. Деревянный саркофаг Ярослава разлетелся щепками, а татуировки Артема стекли вниз водой. Я непроизвольно принял свои максимальные размеры. Моих друзей подняло в воздух и выгнуло дугой, их очертания размылись. Секунду спустя земля вздрогнула, когда на неё свалились ошеломительных размеров серый дракон, три четверти тела которого тем не менее составляли громадные паруса-крылья. Компанию ему составила темно-коричневая мохнатая гусеница длинной и толщиной всего-то с пяток вагонов. Видимо Ассасину из-за его наглой просьбы перепало меньше всего силы, соответственно и габариты его подкачали. — Вы все частично правы…И все серьезно ошибаетесь! Хотите знать больше?

— Нет! — Рявкнул я раньше, чем осознал, что голосовые связки снова работают. — Прекрасно обойдемся и без этого!

— Бука! — Обиженно сморщилась богиня. — А если в качестве аванса я предоставлю вам тонну серебра, годовой отпуск и, самое главное, три билета на Землю? Хочу заметить, вполне официальных билета, скрещенных с гостевыми визами. Благодаря им вам не придется играть в партизан со всеми тамошними демонами и ангелами, которые обычно весьма нервно реагируют на чужаков.

Дракон, подняв голову и помотав ей из стороны в сторону, чего ты проревел. А громадная гусеница, действительно похожая чем-то на покрытый шерстью огурец, громогласно забулькала непонятно чем. Тяжело вздохнув, Безымянная щелкнула пальцами, и оба не вполне освоившихся с новыми телами морских хранителя обрели человеческую речь.

— Виктор, надо соглашаться! — Поспешил заявить Артем. — Мне надо внуков сдать маме! Ну, то есть моей маме, их уже бабушке!

— Договор одновременно с Раем и Адом? — Ярослава интересовал несколько другой аспект сделанного заявления. — Ты действительно можешь это сделать?

— Уже сделала! — Рассмеялась богиня и трех звероподобных морских хранителей стиснул закрутившийся вокруг нас водоворот, отчаянно пахнущий морем. Алколита впечатало в мою спину и, черт побери, похоже там теперь останется шрам в виде дракона. Единственное, что не врезалось в моржовую шкуру до крови, так это его конвульсивно расправившиеся в стороны крылья. А Ассасина каким-то образом умудрился намотаться на бивни, завязавшись чуть ли не в узел. — Можете не благодарить!

— Ку…! — Я ощутил, как нас троих начинает тащить сквозь реальность и попытался выяснить, куда же именно она нас направила. Жаль, не успел.

— Ту…! — Ярослав попытался передразнить меня, при помощи слова: «туда», но ему тоже немножко не хватило времени.

— Ху….! — Артем явно желал выразить свое отношение к способу перемещения, но восхищенно заткнулся, поскольку мы прибыли раньше, чем он договорил.

Наш путь завершился на облаке. Довольно необычно таком облаке, состоящем наполовину из мерцающего жемчужного тумана, а наполовину из ярко-алых искр, плавающем где-то в верхних слоях атмосферы Земли, поскольку сейчас с него открывался отличный вид на Северную и Южную Америки одновременно. И оно было буквально заполнено личностями, уверенно делящимися на две категории. Одна — с белыми светящимися крыльями и аурами, наполненными светом. Вторые же предпочитали энергии тьмы и огня, а кроме того были в большинстве своем копытны и рогаты. До момента нашего триумфального появления ангелы и демоны, похоже, занимались чем-то вроде меновой торговли. Во всяком случае, при них имелись многочисленные свертки, баулы, пакеты и коробки. А также весы. Однако теперь все прошлые дела оказались забыты, поскольку все смотрели исключительно на скульптурную группу из трех морских хранителей.

— Копец. — Сказал кто-то белооперенный. — Доигрались.

— Ага. — Подтвердила ему стоящая рядом чешуйчатая личность, чьи развесистые рога на полтора метра каждый могли бы посрамить альфа-лося. — Разбудили.

— Аааааа! Апокалипсис грядет! — Заорал кто-то в толпе и спустя секунду ангелы и демоны разлетелись в прямом и переносном смысле кто куда, оставив три А посреди забитого чужими товарами облака. Ярослав перестал изображать из себя прицепные к полуморжу крылья, отлип от моей спины и плюхнулся на все четыре лапы. Артем отвязался от клыков, шлепнулся вниз и принялся биться предположительно головной частью тела об облако. Мдааа! Учитывая, как прошла первая встреча с представителями местных властей, а также нашу неспособность принимать человеческие обличья, командировка на Землю обещает быть ооочень интересной!

Важно!

Продолжение и многие другие книги вы найдете в телеграм-канале «Цокольный этаж»:

https://t.me/groundfloor

Нравится книга?

Давайте кинем автору награду на АТ. Хотя бы 10–20 рублей…

https://author.today/work/17652.

Content

Мясоедов Владимир Михайлович Огонь извечного колдовства

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Важно!