Sedrik&Rakot

Князь

Глава 1

– Фобос, – требовательно зову этого хама. – Я знаю, что ты меня слышишь, Фобос. И я, кстати, тоже чувствую, как мы оба раздавлены морально тем, в каком положении оказались.

– Нет никаких нас! – сквозь зубы огрызнулся принц.

– Ой, только не надо мне тут рекламу «Орбита» цитировать! И не надо корчить тут рожи. Я хоть не вижу, но чувствую, что выглядим мы донельзя глупо.

– Заткнись!

– Кстати, твои подчинённые в соседних камерах прижались к стенкам, слушая, как беснуется их бывший князь. Тебе не кажется это унизительным?

Фобос молча сложил ноги по-турецки, садясь у стены, я же, находясь в его теле, чувствовал его бессильную молчаливую злость.

Да, я в теле Фобоса. Нет, не спутника, а того, который злой князь и колдун в мультфильме. И квартирант я бесправный. Говорить с хозяином тела могу, а управлять этим телом – нет. Фобос меня уже обозвал демоном, а себя причислил, видимо, к одержимым. И мы оба в отчаянии.

Фобоса посадили в тюрьму. Пока же он рефлексировал, переживая крайне болезненное крушение всех своих достижений и планов, к нему каким-то образом подселился такой же депрессивный я. Не паразит я! Это всё клевета Фобоса! Ну, я надеюсь… Сверженный правитель винит во всём какие-то манипуляции сестры над мирозданием, но так как у нас нет ни единой возможности узнать, что она там творит на троне, мы лишь можем строить догадки.

От меня помощи мало – я лишь знаю, что умер и очнулся уже здесь, после сопутствующих аттракционов в тёмной материи. Ещё после часа переругиваний между собой мы сошлись на том, что ощущаем нечто неправильное, неудобное и даже странное. Мы поумерили пыл, вяло продолжая выяснять, кто тут хозяин тела и положения, Фобос показательно сбил себе пальцы о каменную стену. И тут даже я заметил, что кровь не сворачивается.

По моим прикидкам, прошло уже десять минут, а она продолжает течь мелкими струйками. Если спустя ещё пару часов она не перестанет, я рискую второй раз отбросить коньки.

– Фобос, а Фобос, – начал я как можно мягче, будто маленького ребёнка уговариваю. – Ты ведь знаешь, что с нами происходит. Ничего страшного не случится, если ты поделишься этим со мной. Мы ведь в одном тазике, тьфу, в одной лодке. Умрёшь ты, умру и я.

Я почувствовал, как он выпустил воздух из лёгких и расслабился. Мне кажется, не от внезапного доверия ко мне, а от усталости.

– Силы покидают меня. Теперь из-за тебя моё тело может погибнуть, если ты не сведёшь меня с ума раньше.

– Почему из-за меня?

– Потому что я без источника силы, которая бы меня поддерживала! Те остатки, что я смог сохранить, всецело поглощаются тобой! – раздражённо и резко выплюнул он, а его ладонь окутало свечение тысячи мелких разрядов. Он пояснил уже спокойней и тише в ответ на моё недоумённое молчание: – Два сознания, как известно, не могут находиться в одной голове. Либо две головы, либо одна сущность подчиняет другую. Поэтому я убью тебя! – неожиданно закончил он, яростно вскрикнув.

– Стой, стой!

Фобос, похоже, пока сам не знал, как избавиться от меня, иначе бы меня уже здесь не было. Мне, в свою очередь, не хотелось снова умирать. Но выбор невелик – либо он, либо я. А я, по моему мнению, буду всё же лучше, тем более, что кое-что из этого мультфильма помню.

– Ты ведь уже проиграл стражницам, так? Ты оказался в тюрьме, проиграв пятерым девчонкам и своей младшей сестре. Позорище… У тебя не будет больше даже шанса, чтобы одержать победу и вернуть трон, ведь ты заключён здесь. Почему бы тебе не дать своё тело мне? Всё равно нам до скончания веков тут куковать, а я так хотя бы в четырёх стенах поживу. Мне и этого хватит.

Я затаил дыхание. По мультфильму Фобос был стандартным злодеем: злым и просто злым, доказательство тому – сидящий в соседней камере червяк – бывшая правая рука князя. Собственноручно его правителем, которому он верно служил, превращённый в этого задохлика, которого можно просто раздавить.

– Твои планы раз за разом ломали, – продолжал я вкрадчиво. – Пока ты сидишь тут, над тобой смеются не только стражники тюрьмы, но и весь Меридиан. Ты можешь просто уйти, оставив мне тело, и тебе больше не придётся всё это терпеть. Тебе ведь всё равно, что случится с телом, оно так и останется здесь.

– И что ты будешь делать с моим телом в четырёх стенах? – после долгого молчания величественно спросил Фобос.

– Доводить до белого каления стражу, – если бы мог, честно похлопал глазками, поправив нимб.

– Хорошо, демон… Только с одним условием, – я насторожился. – Ты найдёшь меня в загробном мире и расскажешь, куда привело Меридиан правление этой глупой девчонки, моей сестры. Я хочу вдоволь насмеяться, когда этот мир погибнет при ней, как должен был погибнуть при мне.

Мне послышалось злорадство в его голосе, но я с лёгкостью дал согласие.

– Почему не начинаешь? – спросил Фобос, прерывая воцарившееся молчание.

– Что? Я думал, ты что-то делаешь.

Глаза нам закрыла собственная правая рука.

– Я что, свою собственную душу ещё переваривать должен?! – воскликнул он гневно, когда обзор вернулся в норму.

– Как я могу это сделать, если даже не знаю как? – опешил я. – Нет уж, придумай сам. Я в этой вашей магии ни бум-бум.

– Меня не может одолеть такой слабый демон. Не тревожь меня, – ответил Фобос, вновь раздражаясь. – Мне нужна медитация, чтобы найти решение.

Фобос прикрыл веки, погрузив нас обоих во тьму, и что-то начал там думать. Я же помалкивал, от нечего делать считая минуты. Время шло. Я дошёл до часа, затем до двух, на третьем я сбился и снова требовательно позвал:

– Фобос!

– Демон! – взревел он. Если бы я мог двигаться, то подскочил бы от неожиданности. Тем не менее, это не помешало мне нетерпеливо поинтересоваться:

– Ну как?

– Не мешай!

Это не дело. Он нисколько не умерил своей злости. Может, он сейчас до чего-нибудь додумается и убьёт меня. Ведь может? Может. А жить ой как охота! Так что я сам взялся думать и полностью погрузился в свои ощущения, пытаясь найти хоть ниточку, которая мне поможет. Увы, усилия мои были тщетны. Часы шли, Фобос медитировал, я будто висел в пустоте, не в силах взять под контроль ни одной части тела. Движения, дыхание, слух, обоняние – всё принадлежало Фобосу, я был лишь сторонним наблюдателем.

Я полностью погрузился в его ощущения и слышал далёкие отсюда разговоры стражи о порциях в столовой, звуки соседних камер, потрескивание факелов под потолком, шум воды внизу и даже едва уловимый звенящий шум напряжения от решёток.

Вместе с тем я ощутил тянущую пустоту в районе желудка, похрипывания мерно вздувающихся лёгких и ненормально медленное сердцебиение.

Я направился дальше по течению, вслед за ритмичным пульсом. Весь организм работал в такт этому метроному, подчиняясь единому темпу. В районе солнечного сплетения обнаружилась ещё одна часть этого оркестра. Она работала гораздо тише сердца, но я был уверен, что это не артерии. Когда я к ней прикоснулся, то почувствовал лёгкий разряд, который перешёл на руки. Ритм организма резко увеличился, и хозяин тела отвлёк меня:

– Ты что делаешь, демон?

– Ничего, – ответил я, окончательно покинув это состояние, близкое к сонливой отстранённости.

Однако теперь я был полностью уверен, что он очень зол. Я ждал от него неожиданностей, ведь мы негласно боролись каждый за своё существование, потому сразу же вновь углубился в мои исследования, погрузившись вместе с Фобосом в медитацию.

Я понял, что нащупал источник его магии, точнее, по словам Фобоса, то, что он смог сохранить. И я понял, что могу на него воздействовать и им же управлять.

Для меня не стала неожиданностью его атака. Воспоминания, оставшиеся у меня, были похожи на ночной кошмар, который поутру не можешь вспомнить. Деталей нет, лишь смутные образы нас двоих. А сама борьба несравнима с обычной дракой. Мы не говорили, а пересылали друг другу мысли, желания, эмоции, и было это необычайно быстро.

Не знаю, как долго это продолжалось, но в конечном итоге я победил. Мне удалось вытеснить его.

– Моя взяла, – хрипло выдохнул я, разлепив глаза.

Мой голос прозвучал не как обычно… а как голос Фобоса.

Так и есть. Тело моё, и звуки произносят мои губы.

Глава 2

«Аллилуйя! Аллилуйя!» – запел в моей голове хор.

Тело ломило от многочасового неподвижного сидения в одной позе, но это не помешало мне подняться по стеночке на непослушные ноги, восторженно ощупывая МОЁ тело и привыкая к нему. Сразу же приковали внимание длинные – до самого пола – рукава мантии, которые с непривычки мешались. Тело, вдобавок, плохо слушалось и тряслось, так что пришлось упасть обратно.

Фобоса я одолел, хотя и начинаю предполагать, в силу своей накопленной и выращенной годами подозрительности, что он сам мне поддался в конце. Он выглядел уставшим, и теперь, в спокойном одиночестве, я могу его сравнить со старым псом по другую сторону забора, который порыкивает на гостей в силу службы. И всё ждёт того момента, когда кто-нибудь заменит его и продолжит службу…

Оставалось только мотать головой на свои сравнения, уж очень они не соответствовали образу злодея. Решив, что всё это не важно, я принялся за глубокое осмысление ситуации.

Должен признать, положение у меня такое плачевное, что поневоле задумываешься: а зачем вообще надо было выторговывать это тело? У меня лицо, которое ненавидит весь Меридиан и пятёрка стражниц из другого мира. А я же не Фобос, язык вроде бы понимаю, раз с оригиналом разговаривал, но насчёт письменности и магии сама темень! Моя несовершеннолетняя сестрёнка уже на троне, и пока она там, мне даже шанса не дадут показать, как я изменился. То есть Фобос, конечно, изменился. А ждать придётся до последнего, пока стражниц не прижмёт вконец. Кстати, может, уже прижало, и стоит ждать их в ближайшие дни? Это легко проверить. Так, кто тут у нас по соседству?

Жаль, к решёткам близко не придвинуться. О, а что это на меня так стража пялится? Ну выворачивает заключённый себе шею в попытке взглянуть по сторонам, что такого-то?

– Может, нам стоит сообщить королеве? – говорил широкоплечий и синекожий… да, наверное, это мужчина. Причём мужик квадратный, с квадратным подбородком и на вид твёрдыми наростами на брови и щеке.

– Конечно, сообщите. Я вообще-то собираюсь в ближайшее время покинуть это место, – ответил я честно.

Кто-то нагловато, по-мужицки гыкнул:

– Гы, смотрите, как князь заговорил.

Охранник, с виду похожий на человека, но с удлинёнными кончиками ушей, выглядел сонным.

– Он почти всю смену сам с собой разговаривает, ты такое представление пропустил: теперь точно безумный тиран, – говоривший имел тонкий голос юноши, но интонация спокойная.

Тонкоголосый тоже имел наросты на лысом черепе, но отличался более светлым оттенком зелёной кожи.

– Всё ещё спишь на службе, Триан? – все взоры обратились к водопаду у входа, в котором можно было разглядеть приближающийся силуэт посетителя.

– Что стряслось, Ватек? – не слушая отрицаний длинноухого человека, названного Трианом, вошедший молодой парень сразу же направился к синему.

Я же припомнил этого Ватека. Вроде бы он был хранителем ключей в замке и шпионом повстанцев.

– Ты долго, Калеб. С самого утра демонов зовет. Фобос либо уже на грани, либо стоит ждать неприятностей.

– Прости, дела на Земле. Не привык Фобос, поди, к такой обители, – хмыкнул Калеб. – Не беспокойтесь, эти решётки подпитываются силой Элион. Фобос бессилен по ту сторону решётки, так что у него ничего не выйдет.

"Что?! Она тратит силы на узников?!" Хотя чего я возмущаюсь, с чего такое презрение? Ведь я ничего не знаю о повадках здешней магии и магов.

– Мне было бы куда спокойнее, не сиди он тут. Может, всё-таки можно что-то сделать, а, Калеб? – обратился к человеку зеленокожий.

Калеб помрачнел, лицо его посуровело.

– К сожалению, нельзя, Олдерн. Плахи уже не в моде, но я с не меньшей радостью, чем ты, закинул бы ему верёвку на шею и повесил на ветке, как убийцу… – юноша недолго помолчал, а потом резко тряхнул головой. – Продолжайте нести службу. У меня ещё есть дела.

После ухода молодого главаря повстанцев стражи продолжали неподвижно стоять в молчании и не отводили взглядов от моей камеры. Я, в свою очередь, не отводил взгляда от них.

– Эй, мужики, что-то мне не нравится, как он на нас смотрит, – сказал человек. – У меня мурашки по заднице идут.

– Вспомнил свою службу? – со странной усмешкой ответил ему названный Олдерном.

– Да иди ты, – беззлобно отмахнулся от него человек. И продолжил гнуть своё: – Нет, вы посмотрите на него, какой у него взгляд. Будто и не поставили Фобоса на место. Будто у себя на троне сидит, как прежде.

– Правильно мыслишь, Триан, – донёсся хриплый голос невидимого собеседника сбоку. – Когда власть вернётся к законному правителю, ты будешь гнить в яме… если тебе очень повезёт, – этот кто-то злорадно хмыкнул.

– Законный правитель – это королева Элион, Рейтар, – хмуро ответил Ватек, задрав массивную голову.

– Продолжай себя в этом и дальше убеждать, чтобы хоть как-то оправдать своё предательство, жалкий перебежчик.

Рейтар… что-то знакомое. Воин, кажется, человек, и при этом выживает в этом жестоком мире наравне с более сильными чудовищами. Голос мне его понравился – уверенный и гордый. Может, это именно тот, на кого я смогу положиться? Седрик, учитывая его предательство в конце мультика, явно лишён этой верности.

Спор между стражей и заключённым прервался из-за нового посетителя. На этот раз это был воин с лицом простого деревенского увальня (почему, собственно, увальня? Я что, их много повидал?), который катил перед собой тележку. Быстро выяснилось, что это прикатили нам ужин. Ещё один «кормильщик» шёл за первым, неся лестницу. С её помощью они пересекали ров, разделявший площадку стражей и камеры. Миски с едой были маленькие и прямоугольной формы, ровно такой, чтобы пройти между электрическими решётками. Впрочем, руку в камеру они всё равно побоялись просовывать, использовав какой-то черпак.

Камер много, и к каждой приходилось подставлять лестницу, потому времени это дело заняло немало. Отвлекли меня от разглядывания мутной жижи, называемой кашей, снова громкие голоса стражников.

– Погодите! – это воскликнул Триан, останавливая носильщиков еды, один из которых как раз собирался забраться на лестницу. – Дайте мне. Рейтара надо проучить за наглость.

Ведомый любопытством и странным предчувствием чего-то нехорошего и неприятного, я отложил кашу и придвинулся к энергетическим решёткам, щурясь от яркого света.

Само помещение тюрьмы было круглой формы, потому угол обзора позволял видеть соседние камеры. И чем дальше, тем лучше. Мне даже удалось немного разглядеть этого воина, скрытого в полумраке камеры, но этого было слишком мало, чтобы дать точное описание.

Зато взбирающегося стражника с плошкой в руке было хорошо видно. Он замахнулся и выбросил содержимое тарелки в камеру. Энергетические решетки зашипели почти одновременно с хлюпающим звуком приземлившейся жижи.

– Сегодня ешь с пола, – довольный, сообщил ему стражник.

– Презренный трус! Годен лишь на мерзкие поступки, жалкая крыса! – закричал разъярённый Рейтар мощным голосом. С верхних камер раздался возмущённый рёв.

– А, хочешь приправы?! – издевательски протянул стражник.

Ведомый чувством отвращения, я отошёл к дальней стене под звуки журчания.

Господи, куда я попал?

Я находился в некой прострации, всё прекрасно слыша, отдавая себе отчёт об увиденном, но мой мозг по-прежнему отказывался воспринимать действительность. Слишком уж резким и непривычным был переход от недавнего среднестатистического законопослушного гражданина до пленённого князя в глубоком средневековье.

По ту сторону всё успокоилось, носильщики еды ушли, стража вернулась к вялым разговорам между собой, а я всё не мог выйти из оцепенения.

– Что ж, по крайней мере, один демон уже здесь, – прошептал я тихо сам себе.

Глава 3

День своего освобождения я ждал примерно как Новый год и День Рождения вместе взятые в пору счастливого детства. Считать дни было бесполезно. Доставать стражников после увиденного представления я не спешил.

В конце первого дня моего пребывания в новом теле, а точнее, уже под утро, меня ждала радостная новость – цветные сны-воспоминания. Они были смутные и часто обрывочные, но кое-что выловить там удавалось. В основном – привычки Фобоса, частые явления вокруг него, как то: кланяющиеся люди внизу у трона или магические опыты. Это всё, подозреваю, въедалось в меня, я даже заметил за собой новые привычки, например, откидывать назад волосы или держать голову так, чтобы эти самые патлы не мешали. Даже плечи перестали сутулиться, что практически невозможно само по себе после моей обильной жизни у компьютерной техники. Надеюсь, что это не преобразит меня в Фобоса номер два, я не уставал мысленно повторять себе каждое утро, кто я.

Иногда эти «части Фобоса» посещали меня при бодрствовании или при полудрёме (в камере всё равно только то и делаешь, что сидишь неподвижно). Вот так вот сидишь себе, никого не трогаешь, и тут… БАЦ! Теория заклинаний, изложенная в трёх томах. И нужно разобраться в полученных знаниях сейчас же, иначе голова рискует расколоться от боли, зато чем больше работы сделано, тем больше успокаиваются неприятные ощущения.

Собственно, делать в камере все эти дни мне было нечего, так что я взялся привыкать к дарованному коню… в смысле к магии. Давалось легко, будто идёшь по протоптанной дорожке. В каком-то смысле так и было, ведь я поднимал память и мысли Фобоса. Иногда случались неожиданности – я испытывал неясно откуда появившиеся эмоции или у меня возникали непривычные мысли, будто кто-то сидел в моём подсознании, наблюдая телепередачу и изредка комментируя. Меня это пока что не слишком доставало, так как случалось нечасто. Что с этим делать – я не знал, а как использовать – только предполагал.

Магия и Фобос меня выручили также в плане бытовых вопросов. Вот передо мной была абсолютно пустая камера. Без ничего. Ни лежанки, ни туалета. И когда прижало по надобности, возник закономерный вопрос. Лурдены с соседних камер подошли к вопросу просто – все продукты жизнедеятельности уходили в ров с водой, потому периодически что-то пролетало. Неизвестный летающий объект, ага. Но вообще-то князь, поднимающий подол длинной мантии у светящихся решеток… Сам князь, или то, что от него осталось, взбунтовалось и выдало мне на быстрое освоение простейшие чары левитации. Повторив все требующиеся магические действия, мы синхронно облегчённо выдохнули. Ну, я-то выдохнул и свалился на пол после простого заклинания, поглотившего уйму сил из-за блокирующих решёток, а Фобос прислал очередную эмоцию и исчез на пару часов. Странный у нас метод сожительства, да. Фиалками пахнуть всё равно почему-то не стало.

Вновь затосковав от безысходности и обманчивой свободы, обратил внимание на роскошную чёрную мантию с красными вставками, принадлежавшую князю, которую никто так и не сменил. Ткань очень мягкая… вот только под низом ничего нет. Непорядок. Как только заметил, так и сквозняки почувствовал. Зато мантия плотная и тёплая, пусть и мешаются постоянно эти длинные рукава.

Я нашел ещё парочку поводов для неудобства – чудная шляпка на голове, отсутствие какой бы то ни было одежды под плотной мантией и длинные волосы, о которых я уже говорил и буду упоминать ещё тысячу раз. Волосам требовались уход и бережное отношение, я же на них то садился, то откидывал назад. В конце концов, заплёл в косу, завязав конец узелком, но к этому времени они уже успели превратиться в подобие тряпки без ежедневных расчёсываний, которые проходил прежний Фобос.

Теперь всё это позади. Сюда, к месту заключения Фобоса, по каменному мосту через ров приближалось трое существ, и одно из них я опознал как стражницу Кандракара.

– Паршивая затея, – сообщил Ватек, зачем-то притащив с собой факел.

– Выбора нет. Кроме Элион есть только один наследник трона Меридиана, способный отнять у Нериссы силу, – без каких-то волнений любезно снабдил меня информацией Калеб.

– Ваш прекрасный князь. Прошу любить и жаловать, – с иронией произнёс я, повышая голос так, чтоб меня услышали издалека.

Они застыли на площадке для стражи, которая только что вышла вон. Не иначе как чтобы не грела уши.

– Принц Фобос! – провозгласила рыжая девчонка в зелёно-розовом костюмчике и с маленькими крылышками за спиной. Вилл…

– Князь Фобос, попрошу, – изобразив невнятный жест рукой, из серии: "Ну что за деревенщина меня окружает?", поправил я. – Хотя, делая скидку на наши давние, практически семейные отношения, можно просто Ваше Высочество.

Понимая, что всё сойдёт мне с рук, ведь я им нужен, я решил насладиться ситуацией по полной.

– Слушай, мы помилуем тебя и отпустим… – пропустив мой выпад мимо ушей, начала стражница, но была перебита:

– Боже, какая фамильярность и невоспитанность с особой королевской крови, – я показательно закатил глаза.

Вилл упёрла руки в бока и упрямо продолжила:

– Но при двух условиях: ты отнимешь сердце Меридиана у Нериссы и поклянёшься вернуть силу Элион и Кадме, и не использовать её.

– И с чего бы мне это делать? – ошарашил я их своим вопросом.

– Ты покинешь стены тюрьмы, что тебе ещё надо? – возмутился молодой вождь повстанцев.

– Мне и здесь, на каникулах, довольно неплохо, – беспечно пожимаю плечами. – Трёхразовое питание, чудная атмосфера, достойная компания и никаких стражниц Кандракара, – посмотрев на сбитых с толку гостей, я с улыбкой добил: – И не стоит забывать про ежедневные чаепития с моими маленькими змейкой и паучком, как же я без них?

– То есть ты отказываешься? – в растерянности спросила стражница.

– Милорд, эта сила по праву ваша! Вы не должны торговаться и связывать себя клятвой, данной изменникам! – эмоционально встрял Рейтар.

Если не ошибаюсь, где-то там же сейчас должна сидеть Хай Лин и капать ему на мозги. Точно-точно, нечто такое в сериале было…

– Верная мысль, – скосив взгляд в сторону невидимой камеры, одобрительно заметил я, – впрочем, я готов рассмотреть вариант своего согласия, но лишь в присутствии всех стражниц, – мой голос был абсолютно спокоен и высокомерием не уступал княжескому. – Это значит, что все стражницы будут стоять передо мной лицом, а не поливать уши мёдом моим воинам, словно гейши, пока меня отвлекает их главарь, – закончил, перейдя на ядовитую ярость, неожиданно даже для себя.

Никак Фобос активизировался. Молчи, блаженный, я всё сам решу! Уж лучше гнить в камере, чем соглашаться на этот развод!

Удивление и досада на лице рыжей девчонки были нам обоим бальзамом на душу, что вдохновило меня на новые подвиги.

Думаю, остальные девочки ожидали все вместе, потому что не прошло и минуты, как передо мной вышли сразу все преображённые стражницы и материализовалась Хай Лин. Мне было очень любопытно взглянуть на них поближе, но, увы, решётка ограничивала расстояние. Так-так.

– Теперь ты готов дать клятву? – вновь привлекает моё внимание упёртая рыженькая. Или огненно-рыженькая? Волосы у неё короткие, но цвет настолько насыщенный, что его можно назвать даже красным.

– Нет. Мне нужны были все, чтобы вы могли, смотря сверженному вами правителю в глаза, ответить, что именно вы сделали для Меридиана и почему? – я напрягся и приготовился к тяжёлой работе воспитателя, иначе не скажешь.

– Что тут говорить? – фыркнула Ирма. – Ты тиран, незаконно взявший престол. А мы вызволили нашу подругу и спасли жителей Меридиана от твоей тирании.

– Интересно, по какому… хотя точнее будет спросить, кто издал такой закон, что править Меридианом должна именно королева и моя сестра. Вы знаете, нет? А я знаю. В пятьсот двадцать третьем году по исчислению Кандракара Совет Кандракара принял этот закон, при невыполнении оного грозя закрыть целый мир завесой.

– Не надо было забирать престол у Элион и нарушать закон, – скрестив руки на груди, заявил вождь повстанцев.

– Вижу, ты плохо меня слушал. Закон принят другим миром, который, просто так, между прочим, запер всех меридианцев вместе с вашим «кровавым» тираном, – сарказма в моём голосе было больше, чем хотелось моим слушателям. – И при этом забрав у моего мира его Сердце.

– Меридиан не принадлежит тебе, Фобос! – снова воскликнул неугомонный Калеб.

Я не удержался от того, чтобы закатить глаза. С этим всё ясно – цепляется к каждому слову, значит, всё, что говорю, как горохом об стену.

– К чему ты ведёшь, Фобос? – спрашивает Вилл, отвлекая меня от выражения своих чувств.

– Я спешу обратить ваше внимание на такие незначительные детали… Опять же между прочим, по законам, например, такого мира, как Земля, уголовно наказуемые, а то и вовсе приравнивающиеся к измене родной стране. Но так как вы иномирные вторженцы, то и власть к вам должна быть строже.

– Что ты имеешь в виду? – поправила очки, сверкнув внимательными глазами, Тарани. Вот что за привычка меня перебивать!?

– Прежде всего – это содействие государственному перевороту, – Фобос в моей голове икнул от неожиданности. Тихо, Иванушка, я ещё и не такие умные слова знаю! Смотри и учись, как с самого начала следовало действовать! – Но вы и сами должны понимать, что посадили на трон угодного вам и повстанцам правителя.

– Чушь, Элион – законная королева и гораздо лучший правитель, чем ты! – снова Калеб чуть ли не подпрыгивает на месте от негодования.

– Элион всего лишь глупая девчонка! Как ты смеешь даже сравнивать её с князем Фобосом!? – решил вмешаться и Рейтар.

– Да сколько можно меня перебивать?! – вспылил уже я.

Чудики с верхних камер с приходом посетителей изначально затихли и делали вид, что их тут нет, а эти поди ж ты! В воцарившейся тишине, прерываемой лишь шумом воды, я повысил властный голос Фобоса, предупреждая следующие попытки:

– Далее по списку: проникновение со взломом (и не один раз), вызволение преступников (снова не единожды), уничтожение объектов инфраструктуры, поддержка мятежа, терроризм и расхищение чужой собственности! Таким образом, самим фактом своего существования, вы – группа людей, подрывающая экономику страны и благополучие граждан Меридиана. И это даже не беря во внимание сопутствующее превращение моих воинов в калек или вовсе убийство верных присяге защитников правопорядка, честно несущих свою службу.

– Да он просто хочет оправдать то, что хотел забрать силу Элион! Весь Меридиан стонал от правления Фобоса. Простые люди голодали, потому нам пришлось объединиться и поднять мятеж. Нам не пришлось бы красть еду, которую в обилии везли в замок, если бы у жителей Меридиана она была! – встрял с праведным гневом Калеб.

– Верно, мы сами помогали и отправили на Меридиан много печенья, – впервые заговорила Хай Лин. Голосок у неё оказался звонкий, словно колокольчик.

– При Элион таких проблем не было. Все были счастливы, – а вот и Корнелия вступилась за подругу, повторив жест Калеба со скрещиванием рук.

Наверное, лицо я в этот момент не удержал, не от факта возмущения, конечно, тут-то всё было ожидаемо, но от самой сути аргумента. Или мне послышалось? Да, наверное, послышалось, и не до этого сейчас… Но… "печенье", нет, это всё нервы и слуховые галлюцинации!

– Вот только правление Элион продолжалось меньше года, моё же в несколько десятков раз больше, – быстро совладав с лицом, отмечаю очевидное.

– Переворачивая факты вверх ногами, Фобос, ты не сможешь надавить нам на жалость, – хмыкнула стражница воды, состроив одухотворённую моську, должную означать превосходство.

Захотелось снова закатить глаза. Увы, меня не слышат, буду надеяться, что не все. Лёгкий путь не сработал. Но я, по крайней мере, попробовал. Положил первый камешек, так сказать.

– Ладно, зайдём с другой стороны. После всех озвученных претензий к вам, и это не вдаваясь в подробности, вы хотите, чтобы я решил все ваши проблемы, спас отрёкшуюся от меня сестру, добровольно отказался от всего, и всё это в обмен на… – делаю неопределённый жест рукой, якобы подбирая слово, – честь быть выкинутым на улицу без всяких средств к существованию и оставить всех своих верных последователей и дальше гнить в тюрьме?

Воцарилось такое молчание, что хоть в ладоши хлопай самому себе и фейерверки с хлопушками запускай! Мне удалось их ввести в ступор, да ещё какой! Даже Калеб – и тот растерялся от такого провала плана и переводит взгляд от одной девчонки к другой в ожидании действий.

– Ладно, говори, чего ты хочешь? – первой пришла в себя рыженькая. По лицу вижу, что план следующих действий ещё не готов, но активно обмозговывается. Может быть, даже совещается с остальными. Они же могут телепатически общаться. Хорошо, что я вникал в мультфильм…

– Сердце Кандракара, вечное добровольное рабство от вас пятерых и казнь наиболее отличившихся мятежников, – быстро отвечаю я, пока девочки не успели вновь разразиться протестующими воплями, – ну и, конечно, всё, что успеет насобирать себе Нерисса, тоже достаётся мне. В обмен я, так и быть, вытащу этот мир из той экономической ямы, куда его, безусловно, уже успели загнать дорвавшиеся до власти безграмотные бандиты и головорезы, всю жизнь учившиеся только грабежу и разбою, параллельно, по ходу дела, спасу кучу невинных жизней, парочку миров и родную сестрёнку, даже окружу её заботой и любовью.

Ответом мне послужили выпучившие глаза, словно рыбы, выкинутые на берег, парламентёры. Хе-хе, представили, поди, как им будет в таких условиях. И жизнь мёдом перестанет казаться.

Впрочем, блаженное молчание царило недолго – девочки и мальчишка разразились такими возгласами…

– Ты с ума сошёл!

– Да ни в жизни!

– Никогда!

– Ни за что!

– Да чтоб мы тебе!..

И всё в таком же духе. Зато какая завидная сплочённость!

– Ладно-ладно, – примирительно поднимаю руку в успокаивающем жесте, – блондинку можете вычеркнуть – не мой типаж.

– ЧТО?! ДА Я… – взорвалась длинноволосая блондиночка, по-детски сжав ручки в кулаки и опустив их вниз перед собой.

Зато личико перестало быть таким ангельски-миленьким, исказившись в злобной гримасе. Ирма и Хай Лин её принялись успокаивать, придерживая за плечи. Зрители в восторге и рукоплещут, в смысле, лурдены радостно ревут.

Зато как бы классно было – она, в приступе ярости, ломает стенку корнями, и я свободно покидаю темницу без всяких клятв и обещаний…

– Это несерьёзно, ты сам понимаешь, что мы не можем согласиться на такие условия, – подала голос Вилл, отвлекая моё внимание от скандала, который разразился за её спиной.

– А что такого? Вы же служите послушными собачками Кандракару, рискуя здоровьем, будущим и самой жизнью за интересы нескольких одухотворённых личностей, о которых, наверняка, ничего даже толком не знаете. Так почему не послужить мне? Наследное дворянство, положение почти вторых лиц в государстве, богатство, роскошь, поддержка целого мира за спиной, и за всё – необходимость подчиняться только одной-единственной инстанции. Вы же вроде в школе учитесь, то есть знаете, что после учёбы должны будете пойти на работу, где вам придётся подчиняться начальникам, которым плевать будет на все ваши заслуги по охране вселенной и мистические силы. Неужели это более привлекательная судьба, чем жизнь в комфорте и достатке, ни в чём не нуждаясь, без притворства и лицемерия, когда даже самым близким людям приходится врать о своих регулярных отлучках? Или, – подаюсь вперёд так, что свет магической решётки начинает покалывать кожу на лице, – вы считаете меня безнравственным ублюдком, который априори не сдержит слова и вас обманет? Но тогда зачем вы пришли? В надежде самим обмануть меня, в расчёте на мой обман? Что там должно было послужить гарантией сделки? Ммм… наверняка клятва на Сердце Кандракара, я угадал? – лицо Вилл дёрнулось. – Вижу, что угадал. Только должен разочаровать, во-первых, открою секрет – существуют десятки способов сломать или обойти магическую клятву, особенно ту, где вынудили клясться тем, что тебе НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ. А во-вторых… мне это неинтересно, помощь нужна вам, так и предложите мне что-то, что сгладит все обиды и компенсирует потери, без этого вообще разговора не будет, а потом добавьте что-нибудь сверху в качестве оплаты самой работы. Вот это будет честно. Вы же у нас силы добра и справедливости, так имейте храбрость действовать в соответствии со своими идеологическими убеждениями.

Зрители зависли и затихли, обмозговывая длинную речь. Хотя стражницы тоже. Переглядываются – волосами клянусь, что мысленно переговариваются. Калеб в непонятках, потому все собираются кучкой плечом к плечу, как баскетбольная команда, и беседуют. Эхо хорошее, но приходится сильно напрягать слух, чтобы уловить хотя бы обрывки слов… А если заклинанием изменить строение ушей совсем чуть-чуть? Магия-то внутри, а не снаружи, решётки не должны реагировать… Ага!

– Вилл, мы не можем согласиться на это! – Корнелия близка к панике.

– Не переживай, Корни, тебе рабство не светит, ты не тот тип девушек, который нравится Фобосу, – полушутливо напоминает Ирма с улыбкой.

– Значит, Фобосу не нравятся самые красивые, – Калеб подвинулся ближе к блондинке, видя, как закипает его подружка. А Ватек топчется в стороне, тревожно поглядывая на стражниц.

– Но что нам делать? Фобос, похоже, не намерен нам помогать, а предложить взамен что-нибудь кроме свободы и прощения мы не можем, – поправляет очки стражница огня.

Я чуть слышно фыркнул. Они предлагают то, что и так должны будут дать. Без свободы я не смогу забрать посох у старой карги, а они не смогут сделать этого без меня.

– А если мы пообещаем ему свободу после всего? – сообщает Хай Лин шёпотом. – Если он так переживает насчёт того, что будет после того, как он заберет посох, мы попросим Элион назначить его старостой какой-нибудь деревушки, и он под присмотром будет жить дальше.

– Ага, и отпустим на свободу его ходячий зоопарк? – иронично приподнимает брови Ирма. – Конечно, Хай Лин, мы можем так сделать, только вряд ли он будет продолжать лишь «чаёвничать со змейкой и паучком».

– Ни в коем случае его нельзя оставлять на свободе, – встревает Калеб. – Рано или поздно он дорвётся до власти. Элион будет в опасности, а мы из-за клятвы ничего не сможем сделать, – от меня не ускользнул быстрый едва заметный взгляд на Корнелию, лучшую подругу сестрички.

– Выбора у нас всё равно нет, – грустно сообщает Вилл.

– Но вы же не можете согласиться на вечное рабство! – воскликнул он так, что и без улучшенного слуха было бы слышно. – Вы забываете ещё кое-что. Нельзя отдавать ему Сердца! Это важнее всего! С ними его никто не остановит!

Стоящая спиной ко мне рыженькая оборачивается, выпрямляясь, и я вижу её нахмуренные брови с морщинкой посередине. Она выдыхает резко, с досадой, и её челка, наэлектризовавшись, вздымается на секунду вверх.

– Ты кое-что забываешь! – торжествующе изрекает Вилл, возвращаясь к разговору. – Нерисса рано или поздно вспомнит о тебе и решит убить, как угрозу для себя!

– Месяцем раньше, месяцем позже, какая, по сути, разница? – небрежно пожимаю плечами. – Умирать с осознанием того, что твои враги вскоре отправятся следом, предварительно познав чернейшие глубины отчаянья и бессилия – не самая худшая участь. Подождите ещё немного, подумайте, придумайте ещё один идиотский план, который сработает лишь в случае удачного стечения обстоятельств и чьего-нибудь внезапного отупения, я никуда вас не тороплю. Нерисса тем временем ещё парочку сердец отберёт, а там, глядишь, и я вам не понадоблюсь, так как, вы сами сказали, Нерисса до меня доберётся.

– Э… что? – в потрясении застыла столбом Вилл, не иначе как от свалившейся ответственности.

Но её подружки позади не выпали в астрал за компанию, а напряглись, приготовившись к драке, будто Нерисса собралась нападать прямо сейчас. Ирма дёргает рыженькую за локоть, а та безвольно движется вслед по инерции… Снова совещаются. Ха-ха, только теперь хранительница Сердца в прострации и приведена насильно на совет. А ничего у неё спина, и кое-что пониже – тоже…

– Вилл, только не соглашайся! – поспешно сообщает Калеб, донельзя взволнованно. – Будет только хуже. Тысячи невинных окажутся в рабстве или будут убиты. Голод и смута снова воцарятся на Меридиане, а если он получит Сердце Кандракара и Стражниц, то и соседние миры погибнут!

– Но ведь если мы не согласимся, то же самое случится, но под предводительством Нериссы, – обречённый голос Вилл. Мне её даже жалко немного стало.

– Надо спросить совета у бабушки, – отчаянно вздыхает Хай Лин и тут же ещё отчаянней: – Ах, нет, бабушка перешла на сторону Нериссы. Тогда надо на Кандракар, к Любе!

– Он прав, у нас нет времени. Пока мы перейдём на Кандракар и обратно, Нерисса уже может убить Фобоса, и тогда Элион нам не вернуть, – Тарани пока что держит себя в руках.

– А как же Элион? – стонет Корнелия, подлетает к Вилл и трясёт её за плечи: – Вилл, надо придумать что-нибудь, надо спасти Элион!

– Успокойтесь, девочки, – главарь повстанцев вынужден повысить голос и обхватить руками, опуская на землю, Корнелию. – Мы не можем согласиться на эти условия. Мы должны снизить цену, не думаю, что Фобос хочет умереть или оставаться в тюрьме дальше. Вы должны заставить его забрать посох. И помните, ведь он ещё и повстанцев всех казнит, включая меня, мы должны взять с него клятву.

– Э-э-э… я одна сейчас запуталась? Как можно с ним договориться, если договориться нельзя? – с виноватой улыбкой поднимает руку Ирма, как на уроке.

– Девочки, Вилл, он согласится, снижайте его условия. Он будет лгать и хитрить, но мы ему нужны так же, как и он нам, – Калеб прижимает к груди блондинку, которая, похоже, ударилась в слезы.

– Э… ладно, – голос Вилл, и уже ко мне: – Фобос, мы не можем согласиться на эти условия…

– Да-да, я понял, – махнул рукой, не желая затягивать обсуждение. Надоело уже. Тем более, что варианты со смертью и с продолжением заключения меня действительно не устраивают. Но им-то знать об этом необязательно. – Раз вы не можете придумать лучший вариант и пойти на компромисс, я, по праву старшего и мудрейшего, делаю последнее предложение. Казнить всех повстанцев я не буду.

И ни слова лжи. ВСЕХ не буду, парочку главарей казнить, остальных на шахты, как и делал раньше Фобос.

– Как минимум трое из вас, стражниц, приносят мне клятву верности, поклявшись своей жизнью, душой и телом на сердце Кандракара, которое вы передаёте мне после выполнения моей части договора. Я взамен отбираю силу у Нериссы и создаю вполне мирное свободное государство на Меридиане, править на котором буду я.

– Элион остаётся королевой! – вскрикивает Калеб, внезапно оказавшийся рядом с Вилл у края рва с водой.

– Да хоть падишахом, – дёргаю плечом, – со всеми полагающимися атрибутами, вроде гарема и евнухов. Но! – улыбаюсь. – Только во втором королевстве. Мы делим Меридиан поровну. Моя часть по размерам НЕ МЕНЬШЕ королевства моей сестры. Она на своих землях может править как душе угодно, я вмешиваться не буду… пока не попросят. Мои верные воины и рыцари будут отпущены, и на своих территориях я буду властен делать всё, что захочу. Естественно, жители будут иметь право свободно переселиться под крылышко моей сестры или наоборот.

Несмотря на мою улыбку и внутреннее ликование, стражницы несколько воспряли духом, а Калеб, наоборот, набычился и скрипел зубами. Молчал – и то хорошо.

– Только если ты вернёшь Сердце Замбалы, которое отобрала Нерисса.

– Замбале я не верну Сердце. Это будет слишком непредусмотрительно с моей стороны. Считайте это компенсацией за моральный ущерб. Со своей стороны обещаю позаботиться о Замбале. Я не буду отсекать их Сердце от мира, устраивать безобразия и диктатуру. В случае если Замбала подвергнется внешней агрессии, защищу в меру своих возможностей. Замбала станет моим подконтрольным миром, но будет продолжать жить своей жизнью.

– Не пойдёт, Фобос, – оглашает Вилл, и пара её спутниц согласно с ней, но не очень решительно кивает. – Слишком много хочешь. Забрать себе три Сердца, ещё и нас в прислугу взять.

Я еле подавил тяжкий вздох. Ну я уже требования снизил и сделал даже более удобными для них!

– Ну что вам ещё надо?! – получилось несколько страдальчески, потому я быстро исправился. – Я получаю не три Сердца: в жизнь Замбалы я обещал не вмешиваться по большей части, как жили, так и будут жить, Меридиан мы с сестрой делим поровну, что Сердце, что земли, остаётся одно Сердце Кандракара. Я и так пошёл на уступки без всяких на то оснований. А ведь могу и передумать, когда вы наконец созреете сказать «да».

– Поклянёшься, что не будет никаких завоевательных походов в другие миры, и мы согласны! – повышает голос рыженькая, заметно нервничая. Девочки дружно охнули.

– Только если Кандракар перестанет вмешиваться во внутренние дела Меридиана, и если не будет иной агрессии от других миров, в противном случае я оставляю за собой право ассиметричных действий, вплоть до воплощения права завоевателя, – быстро говорю, поднимая руку в жесте принесения клятвы.

– А… а кто будет служить Фобосу? – задаёт неожиданный и животрепещущий для них вопрос Ирма, дёргая головой по сторонам на соратников.

Вилл подрастеряла пыл, скосив глаза назад, остальные переглядываются взглядами побитых собак.

– Раз уж я хранительница Сердца Кандракара, то это должна быть я, – выдыхает обречённо, но уверенно рыженькая, став в полоборота, опуская голову в знак покорности судьбе.

– Ещё двое, – напомнил я довольно, прервав наступившее молчание. Вижу, не хочется, потому тороплю. – Ну что вы мнётесь, я ведь не буду заставлять вас делать что-то пятнающее гордость. Я не сказочный злыдень какой-то, – и сам себе ухмыляюсь.

– Я, – называется Тарани. – Фобос прав, на нормальную жизнь можно и не рассчитывать с нашими обязанностями. К тому же, стражница – профессия куда более интересная, чем городской судья, – грустно усмехается темнокожая девочка.

– Тарани, – охнула Ирма и, понурив голову, продолжила мысль: – Всё верно, ты ведь не хотела быть обычной школьницей.

– А ещё ведь кто-то должен позаботиться о жителях Меридиана, так? – просветлев лицом, попыталась не расстраивать подруг Тарани.

– Ну что? Вода или воздух? – спросил я, чувствуя не сползающую счастливую улыбку на лице.

Корнелия обиженно надулась, злобно зыркнув в мою сторону. Но блондиночку я даже не рассматривал. На фиг надо такой нарцисс, да ещё если её будет постоянно тянуть в сторону Элион. Так и нож в спину получить не долго.

– Эй, Хай Лин, выбери, наконец, время и сходи на нормальное свидание с Эриком. Мне всё равно не светит Эндрю Хорнби, а Мартин такой Мартин. Терять всё равно нечего, – стражница воды улыбается как-то слишком натужно, но этого, похоже, никто не заметил.

– Отлично, ваши клятвы придут в действие после моей части договора, потому у вас будет время завершить свои дела на Земле, – сказал, чтобы взбодрить это унылое царство. – А теперь освободите меня.

Глава 4

Ранее оговоренные клятвы немедля привели в исполнение и озвучили, как надо. Стражницы не заставили себя долго ждать – выпущенный с лёгкой руки Вилл электрический разряд разрушил энергетические решётки, и, всполошив память на предмет магических знаний.

Напряжённое магическое усилие – и перелетев пропасть, я уже рассматриваю девочек, находящихся в двух шагах, параллельно размышляя о своих дальнейших действиях.

– Ты теперь под нашей защитой, Фобос, – заключает рыженькая. – Идём.

– Минутку, – остановил я сдвинувшуюся с места процессию. – Нерисса ведь будет охотиться за мной, и я хотел бы взять с собой несколько телохранителей, – видя непонимание и намерение отказать на лицах, пояснил: – С моими теперешними силами мне трудновато будет победить колдунью владеющую несколькими Сердцами, а в вас я, уж не обессудьте, не слишком уверен.

Чувствую презрение во взглядах. Выделяется больше всего парнишка-повстанец, но, кажется, здесь понемногу ото всех, покуда взгляда хватает.

– Мы в силах тебя защитить, – оборачивается Хай Лин, взметнув хвостами в воздухе при резком обороте тела перед тем, как прыгнуть в переливающуюся светлыми бликами материю.

– Сейчас мы и есть твои телохранители, Фобос, – подтверждает хозяйка кристалла. – И лучше тебе в нас поверить.

Ну и как им объяснить, что я совершенно точно помню из мультфильма, что они облажались с защитой Фобоса, и ему пришлось выкручиваться самому, позаимствовав жизненные силы у двух стражниц? А я ведь не он, еще неизвестно, как я с этим справлюсь! Фобос мне передал теорию поглощения магии и способы, но практики у меня нет!

– Но ведь чем больше защитников, тем лучше, не так ли? – задал я риторический вопрос… И был гордо проигнорирован. Вот это да!

Я остался, по своему убеждению, донельзя глупо стоять на месте, никем не услышанный, когда почти все уже скрылись за сияющей поверхностью портала. Калеб, Ватек и Вилл не стали меня подгонять вслух, но взгляды были более чем красноречивые.

Я князь или не князь, в конце-то концов?!

«Ла-а-а-адно…» – почувствовав, как на лицо наползает злобная улыбка, я отвернулся и шагнул в портал, стараясь не смотреть вверх, в сторону светящихся решёток. Пока что с моим мнением не считаются. Пока что.

С другой стороны меня ожидало подвальное помещение, обставленное многочисленными коробками, старой железной отопительной печью с горой сажи и пепла на полу перед ней, парой стульев и одиноко стоящей кроватью. Надеюсь, это не мне. Сравнительно с камерой это хоромы, но я предпочел бы помещение посветлей и почище.

У лестницы наверх устроился зелёный чудик… Отзывается на Бланка вроде бы, и что-то с противным причмокиванием поедает из бумажной упаковки. Сделав шаг и присмотревшись поближе, констатировал – лапша. Зверюга отвернулась и продолжила себе чавкать ко мне спиной.

Тут только я понял, насколько же я хочу есть. Желательно чего-то мясного, хотя и кастрюля борща сойдёт. Да что там, я и лапшу с удовольствием бы проглотил и не поморщился после той мути на воде, называемой кашей. Но это обождёт. Пока я отвлекаюсь, мои «стражи» что-то уже придумали и главарь повстанцев с серьёзным выражением лица что-то кому-то втолковывает в телефонную трубку, в которой я опознал мобильник.

– Он немного старше своих сверстников, так как позже пошёл в школу, поэтому я настаиваю, чтобы моего племянника перевели именно в этот класс, – не своим голосом сообщил кому-то по ту сторону Калеб.

Только теперь я заметил новое лицо – парнишка, ростом чуть выше девчонок, одет в мешковатые одежды. Поглядывает в мою сторону настороженно. По-моему, ему ещё не успели сообщить условия сделки, но это и есть мальчик Вилл, как там его… По крайней мере, рыженькая очень красноречиво взяла его за руку. А девчонки изменились… Вроде бы неуловимо, но рост, волосы заложить могу, точно ниже стал.

– Да-а, конечно… Да, конечно, мы вышлем список оценок Фо…

– Филиппа, – подсказала Корнелия.

– Филиппа, – повторил Калеб, умильно улыбнувшись ей.

Просто рассадник подростковых гормонов какой-то…

– Да, ждите Филиппа завтра утром. Спасибо, директор Никербокер.

– Это ученик, прибывший из-за границы по обмену, – картинно представил меня повстанец, положив трубку.

– Вот задачка. Нужно подыскать одежду, – вызвалась Хай Лин с завидным энтузиазмом. – Я что-нибудь придумаю.

Так, помню, Фобос может свой облик изменить, даже лицо другое взять. Нериссу это всё равно не остановит – узнает. Но мантию я сам не прочь сменить на что-то более удобное для акробатических кульбитов, когда я буду длинными шагами убегать от старухи или подбегать – это как повезёт. А вот если не постоянно поддерживающийся мираж, то можно просто изменить природу одежды. Но энергию тратить на это жаба не позволяет (и чувство самосохранения, учитывая, что это мои первые опыты). Придётся отдать тело Фобоса на растерзание.

– Становись сюда и стой смирно, – под всеобщими взглядами Хай Лин отвела меня к коробкам и, доставая оттуда тряпки, разворачивала их и поочерёдно прикладывала ко мне. Размеры самые разнообразные, но все рассчитаны на подростков. Хотя всё-таки кое-что у всех одежд было едино – яркие вызывающие цвета.

– А потемней ничего не будет? – поинтересовался я, отвергнув оранжевые шорты.

– Для мрачного тёмного принца подойдёт вот это. Чёрная с красными цветами!

Она продолжала тарахтеть про изыски и прелесть этой рубашки, но я твёрдой рукой отверг напоминающую о цыганах одежду.

Дверь с предательским скрипом отворилась, я только и успел обернуться на звук, как стражница воздуха была уже у зелёного карлика, размерами сравнимого с откормленным пекинесом.

– Бланк, прячься!

Существо издало глубокомысленное «Э-э-э» и категорически не успевало, а женщина, не иначе как родственница Хай Лин, уже спустилась с лестницы и ставила три принесённые коробки с продуктами. Ладно, сосредоточиться, я знаю, как это делается. Сжать кулак, представить образ и, разжав кулак, выпустить энергию. Мгновенье – и перед нами материализовалась мусорное ведро. Ух, получилось.

– Вау, куда такие костюмы, Хай Лин? Уже готовитесь к вечеринке на Хелоуин? – довольно молодая женщина пристально разглядывала мою мантию.

– Да, у вас, случаем, не будет рубашки, брюк и какой-нибудь обуви моего размера? Для другого костюма, – пояснил я с улыбкой.

– А разве у тебя, Хай Лин, здесь нет ничего такого? – нахмурилась молодая женщина в задумчивости, не спуская с меня озорного взгляда, такого же, как у Хай Лин, а с лица – легкой смущенной улыбки.

Следующие минут двадцать мы с матерью Хай Лин (как выяснилось по ходу дела) отыскали мне белую рубашку, чёрные джинсы и кроссовки. Не шик, конечно, но сойдёт.

В это время девочки под всевозможными предлогами с неуместными улыбками, за которыми пытались скрыть заковыристую ложь, в которой сами успели запутаться, выгоняли женщину из подвала. Под конец таки выгнали, но я уже успел приодеться. И даже Бланк оказался цел и невредим, когда я его незаметно для женщины обернул обратно и пнул в уголок за коробками, чтоб скрылся с глаз.

Мне в сокращённом режиме напомнили, кто меня защищает и кто тут главный, и выдали план действий. Так себе план.

С этого дня я под защитой стражниц, бла-бла-бла. Шаг влево, шаг вправо – попытка побега, прыжок на месте – попытка улететь. Ждём, пока Нерисса объявится и можно будет забрать у неё посох. Как забирать – неясно. Они меня что, на крылышках донесут до Нериссы, уворачиваясь от её молний? Мой вопрос не поняли, сказали, они отвлекают, я подхожу и забираю, что непонятного? Но мне-то что им всё разжевывать – мне нужно освоиться с применением магии, а своей сохранности я уж добьюсь.

После чего все дружно поднялись наверх в ресторан, и я отъедался супом и рыбой, умудрившись при этом соблюдать правила приличия за столом, к которым был так привычен Фобос. Одна часть стражниц продолжала меня убеждать в надёжности плана, ведь с нами был Мэтт – Шегон и его хорёк – Гор, а другая – растолковывала Мэтту текущий расклад дел.

– Таким образом, после победы над Нериссой Фобос получает Сердце Кандракара, Сердце Замбалы и половину сердца Меридиана, а я, Тарани и Ирма отбываем на Меридиан служить Фобосу, – закончила виновато объяснять порядок дел своему дружку Вилл.

– Проблемы? – спросил я, заметив направленный на меня испепеляющий взгляд.

– Я не позволю этому случиться, – выдавил он из себя, пылая злостью.

– Не позволишь случиться чему? – поинтересовался я, философски подняв вилку. – Нормальной жизни девочек в роскоши и достатке, без необходимости врать родным и совмещать школу и воинские подвиги стражниц? Или, может, не позволишь им высыпаться по ночам, а не закрывать порталы?

Почему-то как только я заговорил, все за столом замолчали и прекратили свои разговоры. Слышно было лишь тихий шум за соседними столиками да спокойную музыку с восточным мотивом, перемешивающую все беседы в заведении, делая их не более чем едва заметным посторонним звуком.

– Я не позволю им прислуживать тебе и выполнять твои приказы, – ещё более яростно, с нескрываемым бешенством, подтвердил Мэтт, не повысив голоса.

– Хм, а чем я, собственно, хуже Совета Кандракара? Или это дело принципа? Поверь, ты не почувствуешь разницы. Они будут тратить своё время на Меридиан и, может быть, появляться здесь изредка.

Не скрывая ярости, мальчишка сжал кулаки над столом и почти шёпотом заявил, боясь, что нас услышат:

– Ты не имеешь права забрать их в рабство! Это бесчеловечно.

– То есть против рабства у Кандракара ты не возражаешь, лишь бы ты продолжал свою обычную жизнь, и она была рядом, совмещая работу стражницы с готовкой по дому и уходу за ребёнком, – со скучающим видом я кивнул на Вилл.

– Он не это имел в виду, – вмешалась рыженькая, слегка разрумянившись и впервые при мне стушевавшись.

– Хватит, Фобос, – поднялась из-за стола Корнелия, искривив розовые губки в сердитой гримасе. – Мы не желаем тебя слушать.

Калеб согласно поднялся с ней рядом на ноги.

Я оглянулся вокруг, на их лица. Мной явно недовольны. Но затыкать себе рот я позволить не могу. Вот и Фобос требует право последнего слова.

– Мог бы и не разводить эту пустую перепалку, а отправиться с ней на Меридиан, раз ценишь и любишь. Мало у меня, что ли, монстров на службе, – развёл руками, как бы говоря: право выбора всё равно за вами, а я всё сказал.

Дальше разговор не захотел клеиться, и все продолжили сидеть в напряженном тягучем молчании, сверля меня взглядами. Не удивлюсь, если отдельные личности мне ещё и подавиться желали, но кусок за куском не желали застревать в горле, к их разочарованию.

Затем мы покинули ресторан, и меня повели в круговом конвое под включившимися под вечер фонарями. Я отметил, что уже довольно поздно, скоро тёмно-серое небо сменит цвет на чёрный, а там, где отсутствуют фонари, и вовсе станет ходить опасно. Для грабителей, не для меня. Неудивительно, что Мэтт с поутихшей или, что вероятней, глубоко спрятанной злостью сообщил мне, что ночевать я буду у него. Иного варианта, по их мнению, просто не было – к девочкам меня ни один парень не подпустит – вон, повстанец рот на замке держит, но взглядом даёт понять, что готов меня мечом проткнуть в любой момент, как только я перестану быть нужен. Ну а оправдали перед девочками это тем, что, якобы, Мэтт сможет меня защитить, ведь он обладает силой Шегона, и первое утверждения пришлось вновь подвергнуть сомнениям.

– Я на месте Нериссы напал бы именно ночью, когда вы разделены. Из соображений безопасности будет лучше находиться около хранительницы Сердца, которая сможет открыть портал, собрать всех и получить в любой момент свои силы. А если проще, то отдать мне сразу Сердце Кандракара.

– Мэтт, если он не захочет ночевать у тебя, скажи Хаглзу укусить его, – обратилась к парню Вилл так, будто меня здесь нет.

– Я сам его укушу, если он отправится к тебе.

– Вилл, можешь меня сама кусать, я разрешаю, – изобразил оживление я. – Только чур без белки. Не хочу подхватить какую-то земную заразу.

Пока рыженькая с мальчишкой уставились на меня, как на какую-то плесень на стенке, Калеб, воспользовавшись тем, что ко мне близко стоят другие, ускорил темп и, задев плечом, попёр как танк вперёд. Детский сад. Уже и пошутить нельзя. А издеваться надо мной, значит, можно?

– Если серьёзно, вам лучше собрать все силы вместе, иначе, когда на нас нападут, вы будете беспомощны, – вернул я серьёзный тон. – Идеальный вариант – это постоянно держаться вместе, а значит, и ночью тоже.

– На пижамную вечеринку и не рассчитывай, Фобос, – фыркнула Ирма, улыбкой предлагая остальным оценить шутку.

– Не беда, я и через окно влететь смогу, – серьёзно заявил я, заставив их всех остановиться на месте. Поверить не могут, что князь заберется через окно? Так мы и через форточку можем, благо у них здесь окна большие.

– Эм… Мама не разрешит внеплановую ночёвку, и с тобой в одной комнате мы спать не будем, – заключила рыженькая, не сняв с лица забавное выражение с приподнятой бровью, означавшей немой вопрос «Какого чёрта здесь происходит?».

– Отлично, я буду спать, а вы будете меня сторожить, и не смейте сомкнуть глаз. Что? Сами вызвались, так отвечайте за слова. Я не собираюсь умирать из-за нерадивой стражи.

– Всё нормально будет, Фобос, – зазвенел голос Хай Лин, разбавляя возникшее напряжение. – Шегон и Гор тоже получают силы от Сердца, так что они справятся. А на случай тревоги у нас всех есть мобильники.

– М-м-м, – скептически оглядываю парочку владельцев Сердца, старательно сдерживая поднимающееся раздражение. – Этот "Шегон" настолько силён, что в одиночку одолеет пятерых стражниц во главе с Нериссой? Или у него два сердца в руках? О, знаю! Может, эта белка Сердце умеет эффективно использовать? Или ты умеешь что-то, кроме простейших выбросов силы и полёта? – упс, проговорился, этого не упоминали в ресторане, а Фобос Шегона не видел ни разу. Надо спасать ситуацию и не дать им времени на раздумья. – Нет, не подумайте, я не издеваюсь, – примирительно поднимаю руку, переводя взгляд на тёмное небо с едва видными звёздами. Голос, впрочем, остался именно издевающимся и ироничным, – но есть одно маленькое "но" – моё высшее математическое образование подсказывает мне, что пять – это больше, чем два, или за последние годы в алгебре что-то сильно изменилось?

– Высшее математическое образование? – недоуменно приподнимает бровь Тарани.

– А по-вашему, можно править миром без должного уровня знаний? – быстро отвечаю, сшибая дальнейшие вопросы, и скептически гляжу на девочку.

– Эту ночь я могу постоять на страже, я не думаю, что Нерисса так быстро узнает о твоём освобождении. Я не сомкну глаз, а завтра можно будет придумать что-нибудь получше.

А Мэтт тоже упрямый малый, только, к сожалению, до сих пор не понял, что раз уж стражницы не смогли остановить старуху, то ему это точно не по плечу. Она ему силу дала, а не наоборот, откуда взялись такие суицидальные мысли?!

– О, погоди, погоди, когда это ты успел получить степень доктора магических наук? – ещё более язвительно заметил я. – Она в ту же секунду узнала, как только разрушились решётки, ведь они подпитывались от Сердца Меридиана. Вы что, готовы рискнуть моей жизнью ради того, чтобы поспать в своих кроватях?

– Если честно, мы уже сами подумываем тебя убить, – заметила не менее язвительно Корнелия, скрестив руки на груди.

– Ладно, перефразирую: вы готовы рискнуть будущим моей сестры и всей вселенной ради того, чтобы поспать в своих кроватях?

– Вынуждена признать, что согласна с Фобосом. Риск в нашем случае может плохо закончиться. Тем более, что он – наш последний шанс, – внесла долю здравой мысли Тарани.

– Хорошо, что ты предлагаешь? – Вилл явно настроена враждебно, но хотя бы признала нависшую над моей головой опасность.

– Спасибо, что изволили вынуть бананы из ушей. Как я уже сказал, как минимум, моим постоянным защитником должен быть кто-то, кто реально может противостоять Нериссе, хотя бы до тех пор, пока не подойдут остальные. Кто-то, владеющий силой Сердца. Ну а насчет ночёвки… Как вы обычно поступаете, мне, что ли, вас учить? Придумайте отмазки для родителей, главное, чтобы все вместе собрались. Могу в качестве убежища предложить книжную лавку Седрика. Правда, спать вы будете на полу, но оно и не важно – всё равно всю ночь караулить придётся, – мстительности в моём голосе не заметил бы только глухой. – Могли бы и мои слуги посторожить, броня оборотня довольно прочная, да и люди уже обучены караульной службе, а вы бы сил набирались на главный бой, но уж чего нет, того нет… Ну что опять застыли? Мы сегодня до кроватей доберемся или как? – самый настоящий зевок мне удалось подавить с трудом, хотя я и выдал эту оплошность за очередную иронию.

В голове витала отчётливая мысль о мягкой перине, так что я даже не смог насладиться в полной мере растерянностью на лицах моих спутников. О, моя спина уже предвидит это чудо человеческой мысли.

– Что-то я не доверяю этой книжной лавке, – вклинился Калеб, обращаясь к девочкам. И всё же признал очевидное: – Но нам всем нужно хорошо отдохнуть и быть настороже.

– Всем идти больно подозрительно, родители на ночь глядя не отпустят. Такие дела надо решать днём, – поправила очки Тарани.

– Тогда держите мобильники под рукой. Отправим Фобоса ночевать к Мэтту, я и Мэтт сегодня подежурим. Маме скажу, что ночую у кого-то из вас. Думаю, я смогу подлететь к окну, а завтра что-нибудь получше придумаем.

Мне оставалось только радоваться хоть какому-то успеху, большего добиться всё равно пока не удастся.

Остается надеяться, что эта ночь пройдёт спокойно, и Нерисса потратит её лишь на поиски. Совсем здорово будет, если они, как и в мультфильме, нападут днём.

Всей кучной толпой меня довели до жилища Мэтта, и только у низкой зелёной изгороди дворика перед гаражом меня посетил вопрос, а где же ночует Калеб? Заострять дальше тему не стал, и так меня сегодня слишком ненавидят. Но кровать в подвале точно кому-то принадлежит.

Парень попрощался со всеми и провел меня в дом. Поднявшись в свою комнату, открыл окно и впустил «феечку», с интересом оглядевшую комнату.

– Вилл, ты отдыхай на кровати. Я подежурю.

– М-м-м… Ладно, я сменю тебя утром, – кивнула рыжая, не отрывая влюблённого взгляда от него. Мэтт этого уже не видел, так как достал спальный мешок, раскатал его на полу и приглашающе махнул мне рукой:

– Вот.

– Я князь, а не собака. На подстилке спать не буду, – в этом мы с Фобосом были единогласны.

Естественно, я понимал, что это грубо, но и он хорош – гостю предлагать мешок. Тут и так практически места нет: комнатка маленькая, ещё и заваленная всем подряд и неубранная, так что можно наступить на что-то на полу. Да и спина моя… Ох, лишь бы не радикулит замучил, в наши-то двадцать с чем-то лет.

– И не надо обвинений в бессердечности. Если хочешь, Вилл, можешь прилечь рядом. Я подвинусь.

Оба подростка скривились от моей ухмылки.

– Сходи лучше в душ, – отослала меня куда подальше рыжая.

– Ладно, можешь пока пижамку надеть, – как можно более ласково посоветовал я, буквально тащась от эмоций, крупными буквами написанных на юных лицах.

Обменявшись напоследок у дверей с мальчишкой взглядами (он испепеляющим, я – насмешливым), отправился в ванную отмачивать волосы. Мантию я забрал с собой из подвала ресторана, а сейчас, повесив её на подставку для полотенец, тренировал на ней превращение, отмокая в набранной ванной. Всё-таки водные процедуры Фобос давно не принимал, так что брезгливость девчонки понятна. Я-то уже привык к запаху немытого тела.

Мантия послушно превращалась, изменяя свою природу, становясь предметами, схожими по размерам. При этом неприятных ощущений, когда я взял её в руку и изменил, не было. Рука на месте, всё в порядке. Мне определенно везёт, как бы не накаркать.

Поэтому я уже более уверенно сократил длину волос и смог их расчесать. Даже пару раз обернулся стражницами. Обсохнув, побаловался, превращая щётки и мыло, стараясь не обращать внимания на разговор Вилл с матерью, приглушённый закрытой дверью, потренировал молнии на одном из полотенец и спрятал закопчённую ткань под ванную. Ну а что, самоучка, можно сказать, – переусердствовал чуток, меняя количество вольт.

Когда выбрался из ванной, рыженькая отвернулась к стене, по шею закутавшись в злополучный «мешок раздора», а Мэтт сидел на стуле в наушниках, закрыв глаза, и стоило мне приблизиться с нескрываемым желанием придать ему бодрости электрическим зарядом, как на меня с плеча зашипел его грызун, а сам мальчик открыл глаза.

Поняв намёк, я плавно свернул в сторону кровати и завалился сверху на неё.

Сон у Фобоса всегда был чуткий, но никаких заклинаний на всякий случай, долженствующих его разбудить при приближении врагов, у него в запасе не было. Обычно его охраняла стража и верные растения. Это если считать только комнату, а уж если замок… то зверушки в подвалах и канализационной системе – только небольшая часть этой огромной системы.

Я долго крутился, пытаясь разобраться с разными эмоциями – раздражением Фобоса от маленькой неудобной кровати и своей благодарностью, что хоть такая есть.

Дыхание Вилл было глубоким, что означало её крепкий сон. Я открыл глаза, скосив их на мальчишку – проверить, спит или не спит?

– Надеюсь, ты не сомкнёшь глаз, иначе все ваши труды будут напрасны, и вы проиграете без меня. Даже Земля рано или поздно падёт, – я не выдержал и зевнул, удобно расположившись на спине. Мы с Фобосом, наконец, сошлись на мнении, что даже такая небольшая кровать гораздо лучше, чем скручиваться в углу камеры, сидя на холодном каменном полу, и теперь я был полностью умиротворён.

– Что ты собрался делать? Зачем тебе нужны стражницы? – спустя долгую паузу донесся шепот мальчишки, когда я уже «уплывал» в царство сна.

– Это моё дело, – пробурчал и мгновенно заснул.

***

Пробуждение было до боли знакомым и неприятным – с головной болью от пришедшего клочка знаний. Вчера я почти весь день был напряжён и не давал себе и на секунду расслабиться, так что Фобос использовал единственный отдых. Хорошо хоть выспаться дал – за окном уже светлеет. Мгм, кошмар, уже разбираюсь, работаю, я сказал!

Так-так, на этот раз касается Элион и Меридиана, уже интересней.

Сердце измерения – это концентрация силы этого мира. И, насколько я понимаю, мир отдаёт свою энергию Сердцу, а Сердце – обратно миру, улучшая его параметры. Весь смысл именно в точечном воздействии. Если природа обычно действует штормами, ураганами и землетрясениями, то владелец Сердца может размышлять и определять, где именно нужна помощь. Причём не обязательно осознанно, чтобы энергия распределялась гармонично, достаточно психического здоровья и желания блага родному миру. Систему создали давным-давно, ещё до бабушек или прадедушек Фобоса. Так что теоретически всё идёт на пользу измерению и его обитателям.

Закон, заставляющий королеву добровольно передавать Сердце Меридиана дочери или внучке, обосновали долгими войнами, которые прежде устраивались как на самом Меридиане, так и в других измерениях. До Фобоса дошли лишь несколько страниц исторических хроник, так как вся королевская семья и прислуга, впрочем, как, наверное, и все остальные, делали вид, что ничего такого не было.

Кхм… Сбился я что-то из-за Фобоса. Итак, Меридиан мог позволить себе воевать. Сила этого измерения была так велика, что её владелец в достаточно короткий срок мог сделать из выжженного поля брани удобренную почву, годную для посевов, а потом собирать несколько урожаев в год, в зависимости от условий, а про остальные чудеса нечего и говорить. Вот так и жили, и не тужили. Не иначе как испугавшись таких вояк, армию Меридиана совместно разгромили, а Сердце раненный прежний правитель передал жене, чтобы право им владеть перешло к кому-нибудь достойному, и кто умеет им пользоваться. Мать Фобоса с самого детства чуть ли не носом тыкала его в эту балладу о бессмертной любви и великой мудрости королевы, которая вернулась на Меридиан и сказала, что она прощает врагов, покаравших её жестокого мужа, и теперь все будут жить мирно.

Временной промежуток от передачи Сердца до оглашения мира и помощи Меридиана пострадавшим измерениям оставался неясен. Кто его знает, как победителям удалось принудить женщину к миру после убийства мужа. Помнится, княжна Ольга, например, дала ответ «птицей мира». Хороший такой ответ – сожгла кучу народу, хотя до этого послов и мечом рубила, и закапывала живьём. Кто его знает, что они придумали, а может, вовсе женщина мягкая была и покладистая, уже и не узнаешь. С тех пор и решили передавать Сердце только принцессам.

Когда Элион отрезали от Меридиана, связь между Меридианом и его Сердцем не использовалась. Через Завесу энергия не проходила, рассыпаясь по дороге. Элион же не передала добровольно эту обязанность и долг, а силой отобрать, как оказалось, весьма проблематично, с чем в своё время и оплошал по незнанию Фобос. В его случае он отобрал силы Элион, но измерение, как стало понятно через десять минут, продолжало держать связь с девочкой и поделилось с ней энергией. Которой она, кстати, и одолела братца при поддержке стражниц. Как микроскопом гвозди забивала – чистой энергией, но весьма удачно.

Часть энергии Меридиана в последние годы, когда завеса стала тоньше, всё же достигла Элион на Земле, и она смогла её использовать, когда позвала её на помощь, о чём и доложил Седрик. Но все двенадцать лет до этого… Всё шло в никуда – уходило в Ничто, рассыпаясь о Завесу, которую не могло преодолеть по пути к Элион, лишь ничтожно малой частью возвращаясь. Систему, отлаженную веками, не так-то просто уничтожить при отсутствии владельца Сердца. Никто до сих пор не может дать чёткого ответа, что же это за Ничто, но у меня оно прочно ассоциируется с моим посмертием. С той непроглядной теменью, что встретила меня и доставила сюда, к Фобосу.

А теперь самое интересное. Что мог сделать Фобос, чтобы прекратить медленное увядание своего мира, который постепенно превращался в пустыню? Фобос собирал её в замок, сделав само здание, окружающую землю и воду концентратом энергии. Вот и росли у него оазисы и клумбы, когда у соседних крестьян поля неурожаи давали. Сначала, правда, собирать было что – и крестьянам хватало, но с каждым годом всё меньше и меньше. Он использовал её для решения государственных неурядиц и чтобы держать в страхе подчинённых, да что там греха таить, даже просто ради удовлетворения своего желания власти и силы Фобос регулярно устраивал себе купания в подземных пещерах под замком, а вода, как известно, лучший проводник. Собирали воду и насыщали её гигантские растения без цветов и с колючками вместо листов, как у кактусов. Они щедро опутывали площади города и конструкцию, на которой держится сам замок. Там, ближе к подземным источникам, Фобос поглощал магию телом и духом, как сам считал, а вот Нерисса поступила иначе, пожалуй, даже умнее, соорудив себе посох-накопитель. Так что Фобос пахал, пахал, а всё одно выжали до донышка, а надёжного накопителя под рукой не оказалось.

А сейчас… Нет, я и раньше догадывался, откуда Фобос, а теперь, выходит, и я, вынужден брать энергию для магических действий, но теперь точно уверен. Без источника, такого, как Сердце, остается лишь… жизненная энергия. И это даже меня, человека, до некоторого времени далёкого от магии, доводит до мурашек.

Как-то нерадостно стало. Что-то мне кажется, говоря, что силы покидают его, Фобос имел в виду нечто другое… Так, это может подождать, сейчас на повестке дня пустая комната. Где моя стража, бл…?!

Нормально, как ни в чём не бывало, Мэтт вернулся с кружкой кофе в руках, тихо прикрыв белую дверь с плакатом рок-музыканта за собой.

– Что во фразе "не спускать глаз ни на минуту" ты не понял? – угрожающе начал я, сев на кровати, когда он повернулся ко мне лицом.

– За тобой следил мистер Хаглз, – спокойно, даже сонно, ответил Мэтт, кивнув на подоконник, где, замерев неподвижно, своими чёрными глазами следил за нами его грызун. – Вилл уже в ванной. Умывается.

– Ты уже научил эту белку звать на помощь? Или, может, он умеет нажимать клавиши на телефоне в правильном порядке?! – сказать, что я зол, значит сильно приуменьшить.

– А я через час собирался тебя будить, – посмотрел на наручные часы мальчишка, проигнорировав выпад. – Собирайся, можешь в душ сходить после Вилл, если тебе надо. А ещё лучше – причешись.

– Без тебя знаю, – огрызнулся и принялся приводить себя в порядок, прекрасно поняв, что он будет полностью спокойно игнорировать меня, пока не проспится.

Все утренние процедуры заняли немного времени, и мальчишка принёс нам наверх завтрак. Всё это время мы упорно хранили молчание, делая вид, что каждый из нас тут один. Вилл ничему не удивлялась, лишь надевала на лицо своё недоуменное выражение с приподнятой бровью, когда просила что-то передать. Я был всё ещё зол на мальчишку, хоть и, успокоившись, понял, что просто вспылил. Ну не разбудили, так ведь в соседних комнатах были, успели бы, если что. Но риск, в случае с Нериссой, всегда остаётся.

Нам пришлось ещё потерпеть присутствие друг друга, пока стражницы с главарём повстанцев не собрались на улице для моего конвоя.

– Ну что, делаем ловушку для Нериссы? – специально бодро заявил я вместо приветствия, опередив сонного Мэтта.

– Какая ловушка? Сначала школа, – вздохнула Ирма, явно жалея, что не наоборот.

– Надеюсь, теперь вы поняли, что ночью вам нельзя смыкать глаз? – обратился к выглядящей немного сонной рыженькой. – Кстати, Вилл, где теперь ночевать будем?

– Э-э-э… Подумаем в школе, а то опоздаем.

Есть у меня подозрение, что она только что ушла от ответа, поспешив впереди всех.

Но проблема встала ребром. Вилл тоже не выспалась, а ослабленная хранительница Сердца – чревата.

– Слушай, Фобос, – обратилась шёпотом Хай Лин, подойдя ближе. – Твои слуги точно смогут обеспечить нормальную охрану ночью?

– Ну да. Молодец, хорошо, что хоть кто-то ещё здесь понял, что не выспавшаяся владелица Сердца – к беде.

– А ты уверен, что сможешь их замаскировать? – спрашивает Тарани, подойдя с другой стороны. И явно уязвлена. – Я вот не уверена, что люди не заметят огромного змея и паука.

– Как будто летающие феи с человека размером незаметней, – фыркнул я. – Будьте добры, уговорите Вилл на ночевку у неё. И пусть не отходит ни на шаг, иначе с таким отношением вы меня сразу можете Нериссе отдавать. А на ночную стражу я мог бы предложить хороших воинов, привыкших к караульной службе…

– Сможем своими силами справиться, – недобро глянул Калеб, прекрасно слышавший разговор и с утра уже хмурый. Девчонки отпрянули.

– Ну не тебе же, это решать, – снисходительно вернул взгляд. – Девочки и Мэтт, мне кажется, согласны со мной.

Пусть я нагло приукрасил общее расположение ко мне, но повстанцу нужно было утереть нос. Засыпающий на ходу Мэтт был замечен, и, думаю, я могу рассчитывать на выигрыш в этом раунде.

***

Школа, школа… Чем может быть примечательно место, набитое детьми? Которые мне максимум до плеча достают? Благо и напрягаться мне не надо было – учебники выдали в библиотеке, сгрузить всё Калебу, на уроках подремать и попытаться словить очередную порцию знаний Фобоса, если спросят – стражницы всегда под рукой.

Вообще, решение пойти в школу с девочками, мне кажется, было опрометчивым. Тяжело сдержать в секрете их тайну, если на меня средь бела дня нападут. Уж лучше найти укромное местечко или на Меридиан перенестись. Жаль, у них такая одержимость продолжать обычную жизнь, будто ничего и не было.

Дзинь-дзинь. Обед.

– Ты запоздала, Корнелия. В прислугу уже не возьмут, – подначивает Ирма подругу, которая принесла мне большую порцию… Э… Похоже на макароны в соусе… Или это хлопья?

– Больно надо, – вздёрнула нос блондиночка. – И к нему, и в прислугу.

– Шикарные платья, вкусные обеды, балы, почёт и уважение, – перечислил я, загибая поочерёдно пальцы, чтобы отсрочить дегустацию. Фобос вообще транслировал мысли выбросить содержимое на пол и поискать что-то более съедобное и вкусно пахнущее. – Даже не знаю, зачем вам это всё нужно?

– Ха-ха, – выдала смешок стражница воды. – А мы этого как-то и не заметили, – с сарказмом.

Потеряв полдня в школе, я уже думал, что пришло время для более важных дел, но нет, меня повели в школьный бассейн. Смотреть на соревнования, а не топить, как бы того хотелось некоторым личностям. Скукотища, да и только. Только гормоны подростковые отовсюду прут.

Между прочим, у Фобоса, несколько последних месяцев, имело место вынужденное воздержание, да и перед тем как угодить в тюрьму, принцу было "немного" не до того. Потому парочка красоток на задних рядах упорно притягивала наши общие с князем глаза… Вперед смотреть, я сказал! Хм… А тут Вилл сцену ревности своему Мэтту к девочке в красном купальнике устраивает. Вот же ж… соревнования ещё и между девочками! Я сейчас здесь кого-нибудь изнасилую. Нельзя же меня так испытывать на прочность! Это какая-то изощрённая пытка! Хоть купальники закрытые, но фигуры уже приобрели некоторую женственность… Блин! Я только вчера из камеры! А на Меридиане замуж выходят с четырнадцати… Чёрт, не о том думаю! Выпустите меня!

Проклятье, ещё эти чертовки, которые стражницы, прижались плечиками к моим плечам, не иначе как, чтобы не сбежал. Замуровали, демоны!

Так, я спокоен, надо погрузиться в медитацию. Отстраниться от эмоций и сосредоточиться на спортивном интересе… Нет, лучше вообще закрыть глаза.

Всего-то и надо было, что закрыть глаза.

***

– Пойдём, Фобос. Сегодня ночуешь у меня, – покинув раздевалку, ошарашила Вилл, присоединившись ко всем.

Несмотря на свою победу сегодня, она была мрачной донельзя. И виной тому мухлёж во время соревнования.

– Хм, меня устраивает.

А я что? Я ничего. Просто за руку взял, чтоб не убежала слишком быстро вперёд. Ничего ведь не видит перед собой.

– Э-э-э… – нехитрая манипуляция сработала, и Вилл уставилась на захваченную в плен конечность, остановившись. Что-то совсем часто она стала в ступор входить.

– А это тоже предусматривается? – повторив выражение лица рыженькой с приподнятой бровью, спросила Ирма, тыча пальцем на наши руки. Мэтт залился краской от злости. Сейчас лопнет!

– М… Да, сегодня Фобос переночует у меня. У меня Сердце, как он сказал, и смена места может сбить со следа Нериссу, – подыграла Вилл. Скорее всего, просто из ревности, чтобы насолить парню, который всего час назад мило беседовал с другой.

– Ну уж нет, – подошёл Мэтт вплотную, смотря горящим взором (буквально, горящим зелёным огнем) снизу вверх на меня.

– Да, – упрямо заявила Вилл.

– Кто-нибудь вспомнил о варианте с совместной ночёвкой? – невинно вклинился я.

– Мы так и не решили ничего, и никто не предупредил родителей, – досадливо заключила Тарани. – Я одна додумалась сказать им, так что я могу пойти с вами.

Калеб, до этого весь день ведущий себя тихо и задумчиво витающий в облаках, неожиданно для всех заявил:

– Я пойду с вами. Мне не надо отпрашиваться у родителей, я умею стоять на страже, и меня Нерисса не убьет, ведь я её сын, так что я смогу разбудить Вилл.

Мэтт бросил назад, на повстанца, взгляд. Неизвестно, что он хотел ему сказать, но Калеб остался таким же непоколебимым, а Мэтт не стал спорить. Собственно, никто не стал спорить.

Разминувшись с остальными по дороге или у самого дома Тарани Кук, мы с Вилл и Калебом остались ждать стражницу огня, пока та забирает вещи и спальный мешок.

– Послушай, Фобос, – рыженькая оглянулась на пинающего изгородь и явно невесёлого Калеба и потянула меня отойти подальше от него. – Хоть я и сказала, что ты ночуешь у меня, я не предупредила маму. Может, у тебя есть какие-нибудь штучки, приёмчики, чтобы, я не знаю… загипнотизировать её? – от внутреннего напряжения она закусила губу. – Мама не пустит переночевать первого встречного незнакомца.

– Не волнуйся на этот счёт, перед тобой не обычный незнакомец.

Глава 5

– Ты точно справишься? Смотри, чтобы ей никакого вреда не было, – напоминает Вилл, которая с приближением родного порога стала ещё больше нервничать и доставать меня вопросами и предупреждениями.

– Неужели я когда-то дал тебе повод во мне сомневаться?

– Тирания на Меридиане считается?

Я хмыкнул, ухмыльнувшись. Вилл расценила мою реакцию по-своему и собралась было уже снова капать мне на мозги. Пора заканчивать балаган.

– Всё, оставь всё на меня. Кыш, кыш. Идите спрячьтесь, и чтоб двадцать минут вас не было видно.

Вилл с мамой жила в многоэтажке, а само здание было далеко от школы. Калеба по пути решили оставить на лестничной клетке, чтобы потом либо впустить его, либо оставить там (угадайте, кто предложил второй вариант). Конечно, не обошлось без одного саркастичного замечания, но девочки и сами сразу поняли, что вчетвером нас точно не пустят. Тарани мялась позади и очень подозрительно поглядывала на всех без исключения, уже догадываясь о спонтанности решения Вилл. Подозреваю, она слышала, как Вилл меня доставала.

Но вот рыженькая подошла к Тарани, до меня донеслась её вариация моих указаний, и все втроём скрылись из виду этажом выше. Ну что ж, десять метров на двадцать минут – не думаю, что может что-нибудь случиться.

Я пересёк оставшееся расстояние до двери и, пригладив и так уложенные волосы, дотронулся до звонка. Пока ждал, с непринуждённым видом рассматривал простую дверь, на ощупь не дерево, явно какой-то заменитель.

Дверь открылась, звякнув открытой дверной цепочкой, и передо мной предстала весьма красивая молодая женщина. Возраст примерно мой, впрочем, о таких вещах женщин не принято спрашивать. Кожа сильно загорелая. Волосы тёмные, отливают фиолетовым, может быть, крашеные, но умело. Косметики на лице нет вообще, разве что насчёт ресниц не уверен. Удивление на лице.

– Здравствуйте, Сьюзен, – проявим вежливость для начала.

– Фо… Фобос, – удивлённо распахнула глаза миссис Вэндом, а это была именно она. От образа в моей-Фобосовой памяти она мало отличалась, они и виделись, считай, не так давно.

– Может, не будем стоять на пороге, и ты пригласишь меня внутрь? – взял я быка за рога, не желая, чтобы девочки и Калеб слышали дальнейший разговор.

– Конечно! Прости, так неожиданно! – она отошла, пропуская меня. Я не стал мешкать и заставлять себя долго ждать. Так, дверь закрыта, впрочем, такую тонкую легко выбить при надобности.

Мы сразу же оказались в гостиной. Намёк на прихожую отмечался лишь мебелью и вешалками. С прошлого визита почти ничего не поменялось… Хотя вещей чуток прибавилось, и, вон, лесной пейзаж на стене повесили.

– Давно не виделись, Сьюзен, – улыбнулся я как можно приветливей, повернувшись к хозяйке квартиры. – Я тут проезжал неподалёку, думал тебя проведать. Узнать по старой памяти, всё ли в порядке.

– Господи, Фобос, я думала, ты уехал навсегда. Надеюсь, ты не из-за меня тогда так быстро исчез?

– Нет, конечно. Ты не настолько плоха, чтобы мужчины от тебя убегали. Даже наоборот, у тебя, наверно, уйма поклонников. Если бы не работа, ты же знаешь… – я с сокрушённым видом развёл руками.

– Что же это я? – спохватилась женщина. – Хочешь чаю или кофе? Или, может, ты голоден?

– Нахальство с моей стороны, но я, пожалуй, соглашусь, уж больно хорошо ты готовишь.

Похоже, память Фобоса не подвела. Улыбка действительно очаровала Сьюзен, так что она поспешила отвести взгляд и провести меня на кухню. Или комплимент своё дело сыграл? Я приукрасил, но ведь это комплимент, ему положено.

М-м-м… Картошечка жареная и котлетки… Как я соскучился по нормальной еде! ЧТО?! Тихо, Фобос, это нормальная еда! Я говорю нормальная – значит, нормальная! Ну и что? Ты прав, котлеты не свежеприготовленные, скорее всего, полуфабрикат, но ведь не суши и не школьная еда!

– Значит, ты всего лишь проездом или решил вернуться на старую работу? – напомнила о себе Сьюзен.

– Нет, на старую я не вернусь, я ведь говорил, что на полставки работал? Ты права, я временно тут, в планах скоро всё должно наладиться. В наше время рынок труда нестабилен, – снова усмешка, скрывающая реальное положение вещей. Но Сьюзен это не удивляет.

Она улыбается понимающе и, полуприкрыв веки, проводит пальцем по губе.

Именно с этого жеста все началось между Сьюзен Вэндом и принцем Фобосом…

Обычное дело для здешних порядков. Новая ученица школы. Администрация школы связывается с родителями для обсуждения деталей. Пришёл молодой школьный психолог, задал несколько вопросов, когда да почему переехали, как изменилось поведение дочери со сменой обстановки, завела ли она друзей, и так далее.

«Это стандартная процедура, переходный возраст у подростков, иногда учителям просто жизненно необходимо знать правильный подход к конкретному ребёнку, и я задался целью сделать адаптацию вашей дочери максимально комфортной».

Фобос следил за Землёй и конкретно за этим городом – полигоном и питомником для новых стражниц Кандракара. После ослабления Завесы (что не обошлось без участия известного тирана и самодержца) удалось настроить магическое наблюдение за стражницей Воздуха. Конечно, не так всё было просто – старушка тоже не дурочка, нужно было действовать осторожно. Но несмотря ни на что, быстро собравшуюся компанию девочек одного возраста с её внучкой удалось заметить сразу, начиная с приглашения в гости. Проводившуюся пропаганду Фобос не смог наблюдать, но представлял, что там было. Присмотрелся, нашёл архив, достал свидетельства о рождении, узнал имена, нашёл в школе все документы на каждую девочку, прикинулся работником школы и навёл справки про характер и привычки каждой стражницы.

И Фобос был счастлив! Нет, не из-за мимолётных неожиданных отношений на один день… Хотя из-за них тоже доволен, но дело в другом. У таких просто не было шансов против него. У всех на уме что-то другое, типичные проблемы подростков и никаких максималистских молодёжных наклонностей, вроде изобретения панацеи или равноправного общества, а владелица Сердца и вовсе та ещё разгильдяйка.

То-то Седрик их напугал, чуть кирпичный завод не открыли, когда он повстанца забирал в портал. Вообще, Фобос удивился, что Кандракар взял таких молодых. Прежние стражницы начинали с шестнадцати-семнадцати, а тут думал, что ещё год-два их будет готовить старичьё. Толку было что-то требовать, да просто серьёзно воспринимать детей. Забрать кристалл – это можно, раз Кандракар был так неосторожен, но девочки против него… Ну блин, и я б тут не знал, что делать. Противник никакой, сражаться не могут, просто ранить их или убить, лишь бы не мешали, – даже речи не идёт. Вот и оставил их в покое, когда сердце Кандракара мимо проплыло, ведь его цель была другая. Тем более, неизвестно, кого подыщет Кандракар на замену в темпе вальса.

Мда, Фобос мне эти воспоминания скинул в ответ, когда я целый день в камере развлекался тем, что костерил его за спровоцированное предательство оборотня и Фобосову несдержанность. Тут я был прав, держать себя в руках было надо, но после такого ответа от Фобоса мог его понять. КАК вытащили свою подругу из ямы? КАК победили Гарголя? КАК они победили Седрика? КАК проникли на защищённую территорию? КАК им удалось пробраться в замок, минуя открытую площадь?! У меня были ответы. Но это не отменяло того факта, что это всё те же маленькие девочки. И удача. Просто удача. Легко было сказать себе это после первых провалов. План с сестрой удался, всё встало на свои места, мир вернулся с головы на ноги, но лишь чтобы в следующий момент крепко ударить по затылку мешком с мукой.

Не хочется сейчас об этом думать. Чёрт, Фобос, сейчас другая ситуация. Я её провернул и закончу начатое. Тем более, нам не стоит отвлекаться, время идёт. Сьюзен, вон, восприняла мой уход в астрал на свой счёт и невзначай слегка наклонилась вперёд, стараясь обратить на себя моё внимание.

Так, с неподдельным аппетитом заканчиваем трапезу, а последнюю ложку ещё надо уметь красиво обли… я хотел сказать, съесть.

– По правде говоря, Сьюзен, – сокрушённо вздыхаю, – я в очень нетвёрдом положении и вынужден просить у тебя помощи. Мне нужно переночевать где-то некоторое время, пока не найду жильё, а друзей в городе у меня не так уж много.

Она была совершенно не против и под видом протянутой руки помощи предложила пожить у неё, правда, сразу предупредив, что у неё есть дочь, и Сьюзен не знает, как та отреагирует на мужчину в квартире. Я сказал ей не переживать на этот счёт… Дело закончилось страстным поцелуем у накренившегося холодильника. Я был не против продолжить, но тут до кухни донёсся звук открываемой в прихожей двери, и Вилл сообщила:

– Ма-а-ам, я дома.

– Это Вилл, – отстранившись, шёпотом сообщила Сьюзен. Она быстро поправила одежду и волосы и, сказав «Будь тут», поспешила в прихожую.

– Мам, можно Тарани сегодня заночует у нас? – спросила Вилл, не скрывая надежды, что мать не разозлится на самоуправство дочери.

– Да, конечно, идите в комнату, – Сьюзен чуть ли не подталкивала ошарашенную внезапно легко давшимся согласием дочь с её подругой. Те, как в прострации, прошли по коридору.

В моих планах не было пункта «Скрываться от чужих глаз», потому я вышел к людям.

– Привет, Вилл, Тарани, – улыбнулся дружелюбно. – Давно не виделись. У вас всё в порядке?

Сьюзен застыла столбом в ожидании катастрофы. Девочки на мгновенье непонимающе переглянулись и сообщили:

– Да…

– Не думаю, что вы могли меня забыть так быстро. Я работал некоторое время у вас в школе. А твоя мама, Вилл, любезно согласилась дать мне крышу над головой, пока я испытываю некоторые неудобства с этим.

Улыбаться дружелюбно, но не ржать! Не ржать! А как хочется-то…

– Да, если мама согласна, оставайся… – всё ещё не веря в происходящее, мямлит рыженькая.

А ещё смешно так вжала голову в плечи и поглядывает на мать, думая, что же я такое сотворил.

– Даже не верится, что она не против, – покачала головой ошарашенная Сьюзен, когда девочки скрылись за дверью, оглядываясь на меня.

– Ну, меня очень любили ученицы.

Пока я отвлекал Сьюзен, готовившую для меня место в гостиной, девочки покушали и пошли тоже устраивать Тарани. Мне удалось с ними перекинуться парой слов и пришлось дальше продолжать милую беседу с флиртующей Сьюзен на кухне, пока девочки впустили Калеба и спрятали его у себя. До гостиной я уже не добрался, попав сразу в спальню… Кто бы подумал, что в этом стремлении мы с Фобосом будем единогласны…

***

Раскинув руки, я переводил дыхание, остывая от охватившего нас обоих жара. Одеяло покоилось в ногах, а женщина уже спала, прильнув к нашему телу… Тьфу, уйди, Фобос, можно я хоть сейчас один останусь, вуайерист хренов?!

Как бы ни хотелось остаться здесь и , быть может, ещё немного скинуть напряжение от вынужденного воздержания, но нужно вернуться к девочкам… Божечки, как прозвучало-то. Однако не стоит их шокировать такими новостями. Эх, надо бы использовать слабые чары, чтобы погрузить Сьюзен в более глубокий сон, хотя она и так уставшая, а то ещё проснётся и пойдёт искать меня в гостиной, а там Калеб… Мда, меня, конечно, не особо волнует, как он после этого будет сверлить меня взглядом, но может использовать это против меня.

Готово. Ещё одеться в слегка помятую одежду и причесаться. Неплохо было бы сходить в душ и сменить одежду, но не время сейчас.

Отодвинуть засов на двери – Сьюзен заперла нас, чтобы не было казусов. Хм, свет в спальне девочек горит, и даже слышно голоса. О чём, интересно, говорят? Неинтересно, обсуждают меня и мои магические уловки, что я использовал на Сьюзен. Можно зайти без стука.

– Всё, Калеб, иди в гостиную, – щелчок пальцев – и магическая энергия набрасывает на повстанца мой мираж. – Изображай меня. Можешь там же спать. Или лучше следи, чтобы всё тихо было.

На мне перекрещиваются подозрительные взгляды.

– С мамой всё в порядке будет? – спрашивает Вилл.

– Конечно, что ей сделается, – улыбочка, пожалуй, не к месту, она ж волнуется. – Не волнуйся, чары на ней совершенно безвредны. Я же не идиот, чтобы умышленно вредить матери той, от кого зависит моя безопасность.

– Ладно, – соглашается со смешанными чувствами моё зеркальное отражение, Калеб, хмуро глянув на меня, будто говоря, что ожидает от меня каких-либо гадостей, молча прошёл к двери, обогнув меня по дуге.

– Отдыхай, Вилл. Вторая бессонная ночь плохо скажется. Вы, надеюсь, закончили все дела в ванной, и она свободна?

– Угу.

«Ну хватит уже переглядываться, сколько можно? Я не монстр какой-то, от благ цивилизации не намерен отказываться» – бухтел я про себя, направляясь к ванной.

Контрастный душ отбил всякую дрёму и сладкую негу, оставшуюся после бурного времяпровождения. Насколько чистым я себя почувствовал после умываний, настолько же перебарывал себя-Фобоса, надевая обратно единственную одежду. Я прошлый, как и Фобос, по образу жизни был ближе к совам. Вчера я слишком устал от постоянного напряжения, которое сковывало от одной только мысли, что эти девчонки меня выпустят, теперь же пора уделить время и поработать. Пока никто меня не трогает.

«Или почти никто» – подумал, когда вернулся в комнату и застал сидящую на кровати рыженькую девчонку. Тарани уже спала в спальнике, другой спальник даже не развернули.

– Почему не спишь?

– Мы решили дежурить по очереди, – пояснила Вилл. – Я первая.

– Я же тебе уже сказал – спи. Без сил ты завтра будешь бесполезна. Так что отдыхай, я всё равно пока не собираюсь спать. Если переживаешь за Сердце Кандракара, то мы оба знаем, что его можно отдать только добровольно. Я разбужу, когда захочу спать.

С этими словами я занял рабочий стол. Включил лампу, осветившую тёмную комнату с закрытыми шторами, опустил её ниже, чтобы не мешать, и осмотрелся в поисках письменных принадлежностей. Карандаш был на виду, в подставке.

– В нижнем ящике есть пустые тетради, – подсказала Вилл, продолжая сидеть в той же позе.

– Ты ещё не спишь? – обернулся я к ней с гневно-осуждающим видом.

Она тихо фыркнула в одеяло, в которое укуталась, и решила промолчать. Ну ладно, дело ваше.

Тетради действительно нашлись в указанном месте. Пометка «двенадцать листов» нагнала ностальгию, но была в самый раз.

Приступим.

Для начала надо решить, на каком языке делать пометки. Английский сразу не вариант – вся моя компания его знает. Меридианский понимает Калеб и может стащить тетрадь, пожалуй, заклинания на ней не помешают, но нужно дождаться, пока заснёт Вилл. Частично можно писать на меридианском, а ту часть, что лучше не видеть никому, – на русском.

Теперь пора обмозговать и подытожить свои действия и результаты. Нериссу и её стражниц не видно и не слышно. Конечно, пока всё идёт крайне удачно, но это не значит, что не надо думать о будущем, а будущее представляется крайне хлопотным и бедным на свободное время. Я не собираюсь обманывать стражниц, напротив, в моих планах было самым порядочным образом следовать договору, ведь такой шанс выпадает раз в жизни, если не реже, следовательно, уже сейчас требовалось готовиться к некоторым… рабочим нюансам, скажем так. Разделение королевства на две равные части, создание заново управленческого аппарата, перенаправление ряда экономических потоков… Всё это требовало тщательной проработки, а ведь ещё крайне важным представлялась идеологическая база будущей империи имени меня. Но и это – только после отбирания части земель, за что ещё предстоит побороться.

Хвала всем великим силам, знания и опыт Фобоса у меня были, не сказать, чтобы он так уж рьяно и самоотверженно занимался государственными делами и заботился о благе народа, но… нужные знания и опыт, как я сказал, у него были. От меня же требовалось лишь привести их к удобоваримой, даже больше – к конкурентоспособной форме. А то, будем смотреть правде в глаза, если оставить всё на том же уровне, что у прежнего князя, и годика через три даже лурдены могут задуматься, что неплохо бы переселиться под крылышко моей сестрёнки, больно уж некоторые порядки у моего предшественника были… жёсткие. Я это сейчас набросил красок, но такое развитие событий вполне возможно. Таких уродцев моя сестричка вряд ли примет с распростёртыми объятиями, но если что, у неё есть советники, а там уж найдутся ушлые личности.

– Что делаешь? – отвлёк меня любопытный голос Вилл от размышлений и параллельного написания манифеста о восшествии на престол с обещанными благами и стремлениями к светлому будущему.

– Работаю, – отвлекаться не хотелось, я как раз уловил верную тональность, вдохновение окрыляло.

– Что, с домашкой? – рыжая макушка бесцеремонно придвинулась, склонилась над столом. – Так вроде немного задали… Погоди, это же меридианские буквы, разве нет?

– Да, – иди уже спи, нечего сверкать передо мной детской пижамой!

– Какую-то пакость задумал? – смешно подобралась девочка, сверля меня подозрительным взглядом. – Это же не какие-нибудь свитки заклинаний или магические ловушки, которые взорвутся в самый неподходящий момент?

Мысль безнадёжно потерялась на просторах вселенной. Ещё пару секунд я пытался её отчаянно уловить, даже глаза прикрыл, концентрируясь, но всё без толку. В результате Вилл была награждена хмурым и усталым взглядом:

– Знаешь, я, конечно, крайне благодарен тебе за столь лестную оценку моих магических и интеллектуальных талантов, но тебе определённо следует меньше играть в компьютерные игры.

– Я вообще не играю в компьютерные игры! – возмутилась девочка.

– А мои творения не взрываются сами собой.

– Зато они могут устроить хороший миниапокалипсис в отдельно взятом городе! – с чувством превосходства ткнула в меня пальцем стражница, не скрывая в голосе обвинительных ноток.

– Ты о чём? – правая бровь сама собой вскинулась в вопросительном жесте.

– О твоей печати.

– Постой… – перед глазами промелькнули смутные воспоминания сразу на два ракурса, да и чувства Фобоса как-то всполошились. – Ты хочешь сказать, что знаешь, где моя печать?

– Ну-у… да, – девочка резко растеряла свой боевой настрой и даже слегка смутилась. – Бланк нашёл её в канализации где-то полгода назад, потом почему-то её переклинило, и она стала бесконтрольно открывать порталы, а потом её поглотил кристалл.

– Эм… – детали мозаики с щелчком сложились в голове. Осознав результат, Фобос неистово взвыл в голос в порыве ярости и отчаяния. Спокойно, спокойно, братишка, уже ничего не изменишь, а вот достойно ответить можно. – Ты хочешь сказать, что эта жаба-переросток нашла мою печать, умудрилась её сломать, а потом вы поглотили её Сердцем Кандракара?.. И после этого ты хотела вынудить меня на нём поклясться? – главное – удержать лицо, и побольше скепсиса с недоверчивым изумлением. – О, боги! – поднимаю лицо к потолку, затем вспомнил и снизил тональность. – Я дурак! Надо было соглашаться!

– Э-э-э… ты о чём?

– Не важно. Уже не важно, – и пусть страдает, ломая голову над смыслом моих слов. Маленькая гадость, но как же приятно ткнуть носом туда, где собеседник ничего не понимает!

Помолчали. Я вернулся к бумаге, отделаться от нежданной собеседницы, видимо, не получится, а потому следовало ловить момент, пока она не собралась с мыслями, тем более, как раз вспомнил пару деталей по транспортной системе.

– И всё-таки, что ты делаешь? – спустя несколько секунд решила прервать неуютную паузу младшая Вэндом.

– Пишу проекты указов и рассчитываю новые вероятные схемы продовольственных поставок…

– Что, опять будешь отбирать у крестьян последнюю еду для себя?

Карандаш сломался…

Нет, я всё понимаю – злобный тиран, стонущие подданные и так далее, но как тогда все эти крестьяне дожили до возвращения Элион? Святым духом питались? Ох уж эта пропаганда…

Поднимаю тяжёлый взгляд на девочку. Как можно быть такими идиотами? Вдох-выдох, я спокоен, они просто дети, младше меня. Очень младше меня. И к тому же выросли в тепличных условиях.

– Нет, как ты себе это представляешь – я, сидя на чёрном-чёрном троне в чёрном-чёрном тронном зале чёрной-чёрной ночью… в одиночку пожираю зерно, которым можно накормить всё королевство?

– Ну не совсем так, – согласилась Вилл, смутившись, прыснула в кулак. – Но ведь люди голодали.

– Все голодали, – пожал плечами и, прикрыв глаза, продолжил, набравшись терпения. – Кто-то больше, кто-то меньше. Ты как себе это представляешь вообще? Зачем, по-твоему, я отбирал часть еды? Это называется «налог» и берётся определённая часть от продукции, можно, конечно, и деньгами, но мне всё равно нужно было забивать склады. Представь себе обычную семью на Меридиане. Они убрали поле, сложили всё себе в кладовку, но вот их дом по случайности сгорел, и они без крыши и без еды. Куда они пойдут просить помощи? Ко мне в замок, конечно. Или не было никакого пожара, они просто ели, сколько хотели, но однажды весной поняли, что еды до лета не хватит. Догадываешься, куда они пойдут просить помощи? Или крестьяне оказались на редкость сообразительными и собрались уже пахать поля, как выяснилось, что все зерно на посадку сгнило или изъедено насекомыми за зиму. Ты думаешь, сосед их выручит и отсыплет своего зерна? Добавь к этому природные катаклизмы, которые вспыхивали то тут, то там, делая ранее благодатную почву вулканом или болотом. Одна провинция могла получить фантастические урожаи, в то время как все другие хорошо если собирали столько же, сколько посеяли. Разумеется, положительно подобное сказаться на благосостоянии народа не могло. Оставлять ситуацию на совесть перекупщиков и спекулянтов – значило бы получить десятки тысяч умерших от голода подданных, ну и хлебный бунт заодно, поэтому я ввёл систему распределения, вывозя всё собранное зерно в элеваторы и раздавая по мере необходимости в равной доле между всеми провинциями. По крайней мере, у меня под заклинаниями зерно имело больше шансов сохраниться.

– Ну, это имеет смысл, – согласилась рыжая, насупив брови от новых закручивающихся извилин, не иначе. – А почему же тогда люди голодали при твоей помощи? Ты что же, зажал еды?

– А кто голодал? – искренне удивился я. – Неурожаи были. Расхищение налогов повстанцами было. Процент испортившихся продуктов был. Катаклизмы, опять же, были. Но истощённых людей с вжавшимися в спину животами на улицах или у стен замка не было.

– А кто людей жаждой морил?

– Это когда?

– А когда охотился за повстанцами!

– Практикуешься в наводящих вопросах?

– Ты невыносим! – сердито засопела девчонка и отвернулась.

Я бы и рад насладиться её молчанием, но раз тема развивается, вынужден продолжить, пока обиженная девчонка меня слушает.

– Знаешь, мне даже любопытно стало, кто вам такой лапши на уши навесил. Хорошо поработал. Обрати внимание, что вы постоянно вмешивались в дела Меридиана, наводили порядок на своё усмотрение, хотя называетесь Стражницами Завесы, а не, допустим, Добродетельницами Меридиана. И ладно бы это была полноценная тайная кампания от Совета Кандракара, так нет же, на первый взгляд мелкие уколы, мелкие победы, как та же шайка повстанцев. Вы ведь с Советом Кандракара даже не были знакомы… Я прав? – спросил риторически, поняв, что снова путаю воспоминания. – И вы даже не исследовали настоящее положение дел, просто поверили сказанным этим кем-то словам.

– То есть ты хочешь сказать, что весь такой белый и хороший, сидя в своём страшном замке, мирно правил, а мы, злые стражницы, пришли и тебя выгнали? А ничего, что мятеж поднялся? Люди просто так к восстанию не присоединяются! – пересилив свою обиду, ответила Вилл.

– А ты уверена, что это было восстание, а не спланированный государственный переворот со сменой власти? Ты слышала, за что они боролись, что кричали? «Свергнем Фобоса», «За королеву Элион!», – я, вообразив себя крестьянином с вилами, потряс ими в воздухе с воодушевленным лицом. Вилл улыбнулась, видимо, зрелище вышло забавным, как и было задумано. – В мятеже, если ты вспомнишь, принимали участие от силы пара тысяч человек вместе с женщинами и детьми, это меньше, чем жителей в каком-нибудь провинциальном городке, или даже крупной деревне. И если бы ты когда-нибудь интересовалась жизнью повстанцев до того, как они начали свою подрывную карьеру, то знала бы, что настоящих крестьян там единицы. Хотя да, вы, наверное, с ними толком и не общались. Но возьмём, к примеру, такого ветерана восстания, как Джулиан, отец Калеба. Он прекрасно справляется с оружием. Не вилами и топором, а мечом и луком… – я закончил фразу заговорщицким шепотом, придвинувшись к замершей девочке в одеяле. – Смекаешь? – улыбнулся, а рыженькая отпрянула от резкой смены тона на веселый и чуть не свалилась с кровати. Мда, Фобос, поигрывающий бровями, вреден для самоконтроля.

Я, довольный и позабавленный произведённым эффектом, вернулся с новыми силами к работе. Следовало еще многое рассчитать и вывести хотя бы к приблизительным числам, чтобы знать, сколько минимум отсудить денег. А то ещё облапошат меня друзья Элион, именно меня, а не Фобоса.

– Трил встретила и вывела нас из замка, когда мы случайно туда попали, притронувшись к точке инверсии в книжном магазине. Она сказала нам, что крестьяне отдали последнюю еду нам. Хотя мне это показалось даже тогда странным, ведь на кухне в замке было полно еды, но я подумала не на того.

Для меня стал полной неожиданностью голос Тарани. Оказывается, она тоже уже не спала. Как давно – неясно, но лучше бы всё слышала с самого начала.

– Постойте-ка… – я изобразил задумчивость, взявшись за подбородок. – Трил – это же маска Нериссы, и настоящей кухарки никогда не существовало. Ах, какая ситуация… некомфортная, – последнее слово я буквально промурлыкал.

Ответом мне было мрачное молчание.

– Раз мы закончили, то ложитесь спать, маленькие борцы за добро и справедливость. Потому что, во имя Луны, я вас сам сейчас усыплю и поработаю в тишине.

Отвечать мне вновь не спешили. Я взялся за новый карандаш, но прямо чувствовал, как они переглядываются и перешёптываются, безмолвно шевелят губами за моей спиной. Мешать им я не стал.

Работа ожидаемо затянулась до утра, но вздремнуть было уже поздно, и я решил сделать это днём, на уроках. Ещё раз оглядев закрывающимися глазами исписанные листы, испещренные цифрами, схемами и просто текстом со всех четырёх сторон тетрадки, да ещё и на разных языках, я решил, что надо заканчивать и сходить за ещё одной кружкой кофе.

Я покинул комнату под мерное посапывание девочек. На кухне тетрадь преобразовалась в простой брелок и легла в карман брюк.

На маленькую узкую кухню вошла заспанная Сьюзен – моё заклятье на ней давно развеялось.

– Я услышала шум и подумала, что это Вилл так рано встала, хотя на неё это совсем не похоже, – с улыбкой пояснила она, спешно приглаживая спутавшиеся волосы.

– Будешь кофе? – предложил я.

– Не откажусь. Если хочешь есть, я могу что-нибудь приготовить.

– Прости, я уже забрался в ваш холодильник, – шутливо кивнул на бутерброд с колбасой. Вообще-то уже второй по счёту, голодная рабочая ночь, как-никак. – В качестве извинений могу и тебе сделать.

– Фобос, мне так неудобно. Не стоит. Я скоро начну готовить завтрак на всех.

– Тогда, если позволишь, мне хотелось бы принять душ. Ты не против?

Она была совсем не против. Мы ещё немного поворковали, и я отправился в ванную снимать сонливость прохладным душем. Никогда не замечал за собой большой любви к водным процедурам, это Фобос у нас любил поплескаться в воде. Уже там, в процессе, когда вода с душа шумела и смывала пену, Сьюзен зашла в ванную и предложила постирать одежду в стиралке, пообещав, что когда будет пора выходить, она уже высушится и прогладится.

Я пусть и не питал уверенности, что всё успеет высохнуть, но согласился, когда она предложила пока что надеть махровый белый пушистый халат…

И значит, заходят девочки с утра на кухню, а тут я такой, весь белый и пушистый, в белом длинном халате и зелёных тапочках с помпоном…

***

– Вы мне не верите? Тарани тоже ЭТО видела. Он забрал мамин халат. Мне страшно представить, что за заклинание он использовал на маме, – сказала Вилл со вздохом сожаления, что согласилась на это.

– А вечером в душе он напевал «О палмолив, мой нежный гель, сегодня со вкусом орхидей!», – согласилась Тарани, скептическим взглядом снова найдя Фобоса на скамейке для наблюдателей за соревнованиями. – Что бы это ни значило, но самое странное, что он вполне привычно справился с электроприборами. Чего мы ещё о нём не знаем?

– Ой, да ладно вам. По-моему, ему просто нравится издеваться над людьми, – усмехнулась Ирма, тоже проверив, не видит ли их Фобос.

В этот момент Фобос заговорил с Мэттом, и тот одарил его возмущенно-испепеляющим взглядом, на что свергнутый князь ослепительно и одновременно хитро улыбнулся.

– Вы как хотите, а я согласна на совместную ночёвку в книжном магазине, – заявила Вилл.

– Ты больше не можешь выдержать его присутствие? – приподняла вопросительно аккуратную бровь Корнелия.

В этот момент не спускавшие глаз с принца девочки увидели его сияющую улыбку, направленную в сторону появившейся у другого конца зала Сьюзен Вэндом. Фобос поднялся и поспешил в её сторону пружинящей походкой.

Над бассейном и зрительскими сидениями разнесся голос судьи, приглашающего всех участников заплыва собраться.

– Уж лучше это, чем снова проводить опыты над мамой, – мрачно ответила Вилл, спускаясь.

Глава 6

– Если ты имеешь какие-то виды на маму Вилл, то лучше забудь об этом, – хмуро «посоветовал» Метт, сложив руки на груди. Выглядело это ну один в один с ситуацией: «Старший брат «знакомится» с ухажёром сестрёнки».

– Начал хорошо, – одобрительно кивнул я, заинтересованно оглядывая парня взглядом совершенно честного и ни в чём не повинного человека, – но хотелось бы подробностей в части темы вопроса и хода твоих рассуждений.

– Фобос, я не слепой и не глухой! – чуть ли не выплюнул музыкант. – Что ты сделал с мамой Вилл? Не надоело ещё издеваться над нами? Мы, между прочим, тебя защищаем от Нериссы!

– Хм… Надоело ли мне? – я сделал вид, что задумался. – После нескольких месяцев в сырой и холодной камере без малейших удобств и со спальным местом на полу… Даже и не знаю, как тебе сказать… – издёвки в моём голосе не услышал бы только глухой.

Олсен одарил меня ненавидяще-презрительным взглядом, который, впрочем, тут же сменил на куда более нейтральный, заметив вошедшую в зал и направившуюся к нам Сьюзен.

– Между прочим, мистер Коллинз встречается с ней, и ему может не понравиться твоё внимание, – сообщил парень, отходя в сторону. – А от него мы тебя защищать не обязаны.

Это что, попытка меня… испугать?

Я проводил спину Метта удивлённо-настороженным взглядом, но уточнять не стал. Кстати, видимо, этот её ухажёр совсем плох, раз она была так рада меня встретить. Хотя, может, я виноват в том, что она на него запала – после развода уже смирилась с ролью матери-одиночки, посвящающей всю себя дочери и работе, а тут Фобос такой ослепительный, и она внезапно понимает, что третий десяток – это ещё не конец жизни?

– Привет, Сьюзен, я думал, ты на работе, – всё ещё витая в размышлениях, поприветствовал я девушку.

– Не могла же я пропустить соревнования своей дочери? Удачи, Вилл! – старшая Вэндом радостно помахала дочери, которая как раз встала на позицию у края бассейна.

Заметив этот жест та чуть не рухнула в воду. По крайней мере, выражение лица было очень шокированным, а рот открыт. Впрочем, рыженькой в синей шапочке всё же удалось удержать равновесие и, повинуясь команде тренера, приготовиться к старту.

Засвистел свисток, пловцы прыгнули в воду, в одно мгновение шум голосов в зале набрал громкости. Болельщики кричали, махали руками, подбадривали учениц в бассейне.

– Фобос, я хотела бы кое-что тебе сказать наедине, – Сьюзен пришлось повысить голос, чтобы я её расслышал сквозь этот гам.

Надо ли говорить, что я стал срочно перебирать в голове поводы для разговора наедине? Начиная от каких-то несостыковок моей сфальсифицированной истории и заканчивая известными «двумя полосками». Я немного в панике порадовался, что она сама направилась к дверям на выход, давая таким образом время на раздумья. Там она свернула и продолжила идти по коридору.

– Куда мы? – спрашиваю, вынырнув из размышлений.

– Недалеко. В спортзал. Он сейчас пустует, а здесь слишком шумно.

Я не мог не согласиться, так как даже в коридоре было прекрасно слышно крики, визг и свист болельщиков, потому говорить приходилось, повышая голос, но что-то всё же меня напрягало…

– Прости, Сьюзен, я не хочу оставлять девочек одних надолго, – постарался я мягко возразить, остановившись на месте.

Она тоже остановилась. Красивая темноволосая женщина повернулась ко мне загорелым лицом, проявив на лице крайнее неудовольствие и сосредоточенность.

– Ничего не случится за пару минут, – произнесла она елейным голосом.

С каждой секундой во мне всё больше нарастала внутренняя паника от того, что я чего-то не понимаю. Что-то здесь было не так. Потому я всё же отступил на шаг, разрывая близкую дистанцию, рассматривая её, ища хоть что-нибудь, что создавало эти неприятные ощущения.

– Что-то не так? – чуть наклонив голову, поинтересовалась Сьюзен, наверное, почувствовав моё напряжение.

Фобос? Это Фобос. Он мне хочет что-то сказать. Это его чувства трезвонят о нависшей угрозе.

Опаска. Настоящая Сьюзен Вэндом никогда не вызывала опаски у интуиции… А значит, это мираж. А Фобос, опыт и знания которого живут во мне, заметил, наверное, что-то. Тень в полутемном коридоре, например, потому что миражи её не меняют или нескладные, рваные движения одежды, потому что под иллюзией она всё ещё продолжает двигаться при ходьбе, как настоящая. Впрочем, уже не важно. Это убийца.

Подтверждая мои слова, а может, прочитав осознание на моём лице, по телу Сьюзен Вэндом пробежал круг энергии, меняя очертания стройной молодой женщины в юбке и блузке на красивую темноволосую девушку, но в розовом платье с вырезом в районе пупка и полосатых зеленых лосинах. Её красота была другой, хищной: острый выдающийся подбородок, выпирающие скулы и миндалевидные притягивающие глаза с большими чёрными ресницами.

Ступора, к счастью, не было, что позволило вовремя отбить ударившую в меня молнию, энергии в которой было… впрочем, сейчас это несущественно. Не теряя времени, я сам ударил вспышкой света, ослепляя ведьму, и в тот же миг развернулся на сто восемьдесят градусов, давая дёру. Ошибку этого манёвра я понял ещё в процессе движения, мысленно обматерив себя всеми известными ругательствами, ведь единственный мой шанс на победу против двух Сердец был – сократить дистанцию и схватить посох, а я поступил как идиот. Но додумать эту мысль мне не дали – порыв ветра, выпущенный появившейся из ниоткуда Ян Лин, ударил в лицо и легко оторвал моё тело от пола, пронеся спиной вперед мимо Нериссы и впечатав в стену уже в спортзале. Воздух выбило из легких, и пару страшных мгновений я просто потратил на попытку сделать первый вдох.

Свалившись обратно на пол и за несколько секунд вернув способность дышать, я успел услышать потрескивание нескольких пар крыльев и поднять глаза вверх. Под крышей пустого спортзала зависли остальные бывшие стражницы, сверлящие меня пустыми глазами на ничего не выражающих лицах. А прямо ко мне, в тканевых сапогах, картинно шагала усмехающаяся Нерисса с посохом. В голове промелькнула мысль, что моя новая жизнь заканчивается, не успев толком начаться, и, плюнув на все последствия, я выплеснул ударную волну, щедро выжигая для колдовства жизненную энергию.

Нерисса устояла, вовремя закрывшись щитом, хотя улыбка на её лице померкла, превратившись в злой оскал. А что ты хочешь, дорогая? Это тебе не, сидя на бесконечном источнике энергии, примитивными молниями швыряться, что даже заклинаниями не являются, а лишь способностью, как у лардека – плеваться паутиной, это Магия! Магия, на изучение которой Фобос всю жизнь положил, никогда не имея под рукой такой роскоши, как бездонный колодец маны!

В тот момент у нас с князем случилось что-то вроде синхронизации, так как чары удавались рефлекторно, а знания по их структуре вообще приходили постфактум, когда очередной подарок летел в бывших стражниц. Я понимал, что шансов у меня нет, и против пяти мне не устоять, особенно при поддержке оных двумя Сердцами, но вопрос «сдаваться» даже не стоял. Хорошо хоть Нерисса, по сути, была абсолютно бездарной магессой, хорошо отточившей лишь свою способность Квинтэссенции да пару фокусов, но неспособной полноценно оперировать мощью Сердец, иначе бы меня ещё в первую секунду размазало тонким слоем по стене. Хороший пример тут Элион, что одним жестом спеленала и отправила по камерам целую армию, во главе с самим Фобосом, пару месяцев назад. Но для Нериссы Сердца были лишь источником энергии для её молний, и это было единственное, что меня спасало.

Бой не продлился и десятка секунд, как внезапно в треск разрядов и гул огня вклинился громкий крик: «А-а-а!», раздавшийся от дверей. Быстрый взгляд показал, что, приоткрыв чуть-чуть одну створку, прямо на нашу композицию смотрел усатый мужчина. Это небольшое обстоятельство – приоткрытые чуть-чуть створки – его и спасло – огненный шар экс-стражницы попал в уже закрытую дверь, а свидетель успел сбежать.

– Кадма, Кесседи, остановите его, пока я не закончу! – отдала приказ Нерисса. Её подруги дружно полетели к двери.

Захотелось облегчённо вздохнуть и одновременно сплюнуть, так как против оставшейся тройки тоже было шансов мало, а до дверей так далеко… Рвать и метать, в смысле отплевываться, учитывая нынешний объём энергии, оставалось мне минут пять, потом Нериссе даже делать ничего не придётся – сам сдохну. И, похоже, моя визави это понимала, так как, в очередной раз отбив все мои выпады, Нерисса показательно зевнула и, повернувшись к помощницам, явно злорадствуя, произнесла:

– Пусть перед смертью осознает, насколько же ничтожны его попытки вернуть былую власть.

Мысленно обругав её «пафосным разговорчивым злом» и добавив про уровень интеллекта людей, разговаривающих с тупыми куклами, ожидая от них реакции на свои шутки, я еле успел отпрыгнуть в сторону от летящих горячей дорожкой огненных шаров. Но мозги у меня всё ещё исправно работали, и я понимал, что единственный шанс спастись – это как можно быстрее добраться до Нериссы и отобрать посох. И шанс Нерисса как раз предоставила.

– Заканчивайте с ним! – вновь резко сменила настроение ведьма, едва уклонившись от моего прыжка, и, взмыв повыше в воздух, отрывисто взмахнула посохом, открывая портал. – Прощай, принц-неудачник! – и бывшая стражница нырнула внутрь.

Разрыв портала закрылся, а в следующее мгновение я на одних рефлексах защитился магическим щитом от шквала ветра, должного прибить меня к земле. От дверей спортзала раздался дружный многоголосый вскрик. Этим же себя и выдали вбежавшие девчонки.

Облегчение… и желание убиться об дверь! Вот что я испытал за долю секунды, прошедшую после вскрика и потребовавшуюся на то, чтобы найти их взглядом. Они были в человеческом обличье! Хотелось скрипеть зубами от досады – четверо девчонок! Без Вилл! Вместо неё весь такой мужественный и героический Калеб… тьфу. А у меня жизненной энергии осталось хоть уже в гроб клади!

Пока подручные Нериссы отвлеклись на новые цели, я, сделав крюк, побежал в сторону мелких. Сейчас мы все беспомощны, и нас вот-вот всех вместе убьют. Единственная надежда выйти отсюда живыми, по иронии судьбы, – одолжить сил у них.

– Быстро ко мне! – рявкаю на мечущихся в броуновском движении девчонок.

– Мы знаем про твою драгоценную жизнь, но у нас тут тоже проблемы! – огрызнулась Корнелия, прячась вместе с Ирмой за стопкой матов.

Чертыхнуться я не успел, добравшись до укрытия раньше. И вовремя, так как скакалки вместе с оторвавшимися от крюков на потолке канатами уже подползали змеями и норовили нас связать, повинуясь воле вернувшейся Кадмы, а мячи и прочий инвентарь летели сюда со скоростью пушечного ядра благодаря помолодевшей Ян Лин, не говоря уже про огонь, зажёгшийся на ладонях стражницы огня.

– Терпите! – еле успевая, я положил руки на плечи двум ближайшим девчонкам и сосредоточился на преподнесенных мне когда-то знаниях Фобоса о поглощении чужой магии.

Процесс не из приятных для обоих сторон. Девочек окутало сиреневое пламя, на тоненьких девичьих лицах, обращённых ко мне, отразился настоящий ужас и боль. Я же сжал челюсти от напряжения, когда по моим энергетическим каналам пошла чужеродная магия. Боль, принесенная от повреждений чужой магией, была терпимой, и пусть с некоторым трудом, но мне удалось сосредоточиться на звуковом и световом резонансе.

Весь зал залил ослепительный свет, уши заложило от набирающего обороты ультразвука, но если я стоял, считай, за источником, и меня задевало лишь краем, то что чувствовали остальные? Подхватив девчонок под локти, я потащил их к остальным, замершим скрючившимися статуями, закрывая уши руками. Ирма и Корнелия брели за мной по инерции, явно ничего не понимали и, возможно, были уже в полуобморочном состоянии – девчонки как-никак.

– Встаём! Быстро! Времени нет! – распинал я остальных и, зажмурившись, побрёл-побежал быстрым шагом к дверям, насколько позволяла ноша, пока действие оглушающего заклинания не закончилось. Свет постепенно мерк, если подождать ещё десяток секунд, то враги придут в себя.

Двери, почерневшие от охватившего их пламени, испускали чёрный дым горящей пластмассы. Вывалившись за них, всего на секунду оглядываюсь, чтобы удостовериться, что Калеб и Тарани тоже выберутся, вместе с постепенно проявляющейся из невидимости Хай Лин. Обе стражницы часто моргали и держались за стену. Калеб же вообще упал, видимо, запутавшись в ногах, но упорно щурился перед собой и расставлял руки.

Гаркнув на них, чтобы не отставали, я скорей побежал по коридору к залу с бассейном, всё ещё волоча за собой Ирму и Корнелию. К их чести, они уже начали приходить в себя, хоть и еле ворочали ногами. Ввалившись в зал на первые трибуны, которые медленно, но заметно редели, я усадил их на сиденья и вновь обернулся к двум стражницам, проверяя, как дошли и дошли ли вообще. Я бы себе не простил…

Все было в порядке, запыхавшиеся, но живые. Зал ещё полон зрителей, Нерисса не рискнёт показаться на люди, а значит, и своим загипнотизированным болванчикам такой же приказ отдала, уж это я могу предсказать. Ни одному из нас, главных злодеев, не выгодно разоблачение, по крайней мере, пока не собраны все возможные силы.

Теперь можно позволить себе небольшую передышку, чтобы перевести дух.

Поймать меня так!.. Это подло! Я тут главное Зло!

И главное, план же – вообще фигня, такой и мои «феечки» придумать смогли бы. Это, в принципе, ожидаемо – Нерисса большую часть жизни провела в камере, откуда опыту взяться? И связям тоже неоткуда, вот и выезжает на одной силе и своих возможностях. У неё, как у Фобоса, нет своих людей, бывшие подружки – и те отвернулись. Но я всё равно попался! Сосредоточился полностью на воспитании девчонок и дальнейших планах по построению королевства, а о Нериссе и забыл почти. Идиот!

Поток самобичевания прервали начавшие проявляться последствия израсходования жизненной энергии. Спина покрылась липким потом, в голове всё настойчивей стали раздаваться удары молотка, пока не очень сильные, но, как я знал, очень скоро их сменит работа перфораторной дрели. Стало холодно до колотящего озноба и одновременно душно настолько, что рука так и тянется разорвать ворот рубашки. Руки стали подрагивать…

– Где Вилл? – хрипло и едва слышно почти зарычал я на девочек, вылупившихся на меня, как на седьмое чудо света в перьях, когда не нашёл участниц соревнований у бассейна.

– В-в раздевалке, – запнулась Тарани, махнув куда-то в сторону.

– Веди быстрей!

Смуглая девчонка быстро подскочила, затем, вспомнив, закинула руку Ирмы на плечо и пошла к проходу между трибун. Хай Лин повторила за ней, встав с другого боку. Очнувшийся Калеб помог Корнелии. Я же, оглядываясь вокруг, чтобы вовремя заметить угрозу (а ещё – не показать слабость), пропустил их вперёд и пошёл последним.

– Фобос, что с девочками случилось? – раздался с боку обеспокоенный голос Сьюзен Вэндом.

Я вздрогнул и быстро осмотрел её фигуру на поиск недостатков иллюзии. Когда она оказалась в шаге от меня, я уже мог с уверенностью сказать, что она настоящая.

– Всё в порядке, просто отсидели себе ноги, – оправдание было паршивым, но вроде бы сработало.

– Девочки, скажите Вилл, что я рада за неё, и поздравьте вместо меня. Никак не могу найти Ди… мистера Коллинза, – Сьюзен смутилась и быстро исправилась, переключив внимание остановившихся девочек: – Хорошо отметьте. Пусть второе место, но она старалась, – и, одарив меня ещё одной смущённой улыбкой, девушка поспешила удалиться.

– Кто такой мистер Коллинз? – полюбопытствовал я между делом, стараясь отвлечься от мигрени и общего состояния тела.

– Мама Вилл с ним встречается. Он у нас учитель истории, – пропыхтела Хай Лин, чуть застенчиво улыбнувшись.

Дальше я разговор продолжать не стал, решив выяснить подробности позже, а сейчас – сконцентрироваться на том, чтобы не упасть на ровном месте. У дверей раздевалки мы встретили скучающего Мэтта, забеспокоившегося, когда увидел обессиленных стражниц воды и земли. Тарани и Хай Лин передали подругу в мужские руки и зашли в раздевалку, вернувшись с взъерошенной рыженькой, на ходу застёгивающей кофту от синего спортивного костюма.

Всё. Теперь я точно спокоен. В руках у неё розовый кулон Сердца Кандракара. Только бы не свалиться в обморок…

Пока все дружно выбирались из полных людей помещений, я вполуха слушал пересказ произошедшего аврала для Вилл и Мэтта, параллельно следя за дыханием. В голове крутились невеселые мысли, что следование событиям мультфильма сбилось, хотя мои действия вроде бы не были слишком масштабными. Изменение условий сделки вроде бы никак не должно сказаться на Нериссе, почему же она сначала не отправила своих стражниц, как в мультфильме, а пришла сама и не в то время и место, что я ожидал? Помнится, там тоже был момент с дракой в бассейне, но уже после соревнований, когда людей не осталось. А может быть, я слишком долго торговался в камере? Фобос бы сразу согласился. Или я слишком загнул с техникой безопасности и ночёвками, не дав им возможности застать нас в безлюдной местности врасплох? Впрочем, изменять эти решения я бы не стал, даже пусть бы мне дали второй шанс… Или третий.

Факт остаётся фактом: Нерисса обождала, разведала обстановку и заманила в ловушку. Она как-то узнала о Сьюзен. То ли следила за квартирой Вилл, то ли просто подслушала разговоры девочек – они весь день только это и обсуждали. В итоге пришлось пойти на похищение жизненных сил. А я-то ещё брезговал подговорить мальчишек походить под моим обликом, мда. Просто представил выражение лиц Калеба, Бланка и Мэтта, когда я озвучил бы им план и собственноручно позволил бы ходить под моим обликом и позориться. Ну а что, в мультфильме, что ли, не так? Ухаживания за Корнелией и пожирание всего подряд – это нормально? Хотя стоп. Если Нерисса уже вмешалась сама, значит ли это, что она отобрала сердце каменного мира? С одной стороны хорошо, у меня больше сил будет, с другой – мне же с ней и драться.

– Никогда так больше не делай! – привлекла к себе внимание Корнелия, вызвав резким голосом очередную вспышку боли в голове.

У меня ушло секунд пять, чтобы вспомнить, что она имеет в виду отбирание сил, а остальные уже враждебно уставились на меня. Ну вот, разговор зашёл об этом.

– Сделаю много раз, если потребуется спасать ваши жизни, – огрызнулся я. – О чём вы вообще думали, когда шли туда без Сердца?

Я, конечно, тоже хорош, но лучше не давать им нового повода ненавидеть меня, иначе все мои труды насмарку.

– Мы шли тебя спасать! – воскликнула снова Корнелия, обозленная больше всех. – Ты исчез непонятно куда!

– Вообще-то мы увидели мистера Коллинза вне себя и полусумасшедшего и пошли проверить, – устало пояснила Тарани.

– Замечательно вы сторожили меня, что даже пропажи не заметили, – проворчал я, на этот раз действительно ощущая себя виноватым. Или это всё тошнота и пятна перед глазами?

– О нет! Мистер Коллинз видел Нериссу и её стражниц, – испугалась Хай Лин внезапному озарению. – Что нам теперь делать?

– Фобос, а ты умеешь стирать память?

Ого. Такой деловой подход от Ирмы мне нравится.

– К вашему счастью, кое-что умею, но прежде… Вилл, будь любезна, дай Сердце Кандракара на минутку, – с выражения их лиц наверно можно было писать картину «Эталон эпического охренения», увы, я уже мало что видел, поэтому приходилось догадываться. – Что? Я потратил почти всю жизненную энергию, если я сейчас не получу доступ к источнику магии, то умру через пару часов крайне болезненным образом. Я и сейчас членораздельно разговариваю с огромным трудом, а так из-за боли в голове вас едва вижу.

Я, конечно, лукавил. Теперь, если магию не буду использовать, через пять-шесть дней всё будет нормально, но эти дни будут просто кошмарными, и я всё равно буду хуже выжатого лимона ещё с месяц.

– Но… – заикнулась рыженькая.

– О Великий Мрак! – мигрень становилась по-настоящему нестерпимой. – Я только что спас твоих подруг, двух из которых вынес на себе, а ты до сих пор видишь во мне какого-то фееричного кретина, который ради непонятно чего нарушит выгодный ему договор! Ты уж прости за повышенные тона, но мне сейчас действительно не до того.

– А… ну…

– Это уловка! Ты не должна ему верить! – взвился Калеб раненым носорогом.

– Да-да, я фееричный кретин, спасибо за ценное мнение повстанческого лагеря.

– Вообще-то Фобос прав, ему невыгодно нарушать договор, тем более тогда ему придётся драться с Нериссой в одиночку, – поддержала меня Тарани, судя по конфигурации мутного пятна перед глазами, посмотрев на меня и поправив очки.

– Ты серьёзно? Он же наш враг, забыли? – вступила в диалог Корнелия. Ну, в ней я никогда не сомневался.

– Сейчас он – наш подзащитный, и если он умрёт, Нерисса победит, – возразила Вилл, очевидно, будучи сама не в восторге от этих слов. После чего прямо посмотрела мне в глаза. – Я ещё сомневаюсь. Не знаю, можно ли тебе доверять, но… это твой шанс, – цепочка с кулоном нехотя была протянута мне, и все замерли в настороженной тишине.

– Знаешь, – с трудом сдерживаю резкий хватательный порыв и всплеск эмоций Фобоса, медленно принимая кристалл, – самую большую ошибку в своей жизни я совершил, когда мы первый раз встретились. Надо было вместо ямы бросить тебя в гостевые покои и завалить сладостями в форме лягушек, – и, насладившись с секунду ошарашенным видом зрителей, я сосредоточился на Сердце Кандракара.

Мягкая энергия волной наслаждения прокатилась по моему телу, наполняя силой и жизнью каждую клеточку. Душа пела в этом потоке блаженства, жадно впитывая каждую каплю магии. Фобос внутри что-то радостно выл про «всех покарать и отомстить», головная боль утихала, вкус свежего воздуха опьянял.

Первые несколько секунд я даже выпал из реальности, пока магический резерв не восстановился на две трети, и эйфория не схлынула. Тело всё ещё вбирало силу, залечивая физические и энергетические повреждения, а я углубился в изучение кристалла. Структура была очень сложной, моих познаний ещё не хватало, хотя Фобос явно понимал куда больше. Удалось с ходу найти участок, отвечающий за трансформацию стражниц, благо он был наверху и задействовался постоянно, дико захотелось кое-что подправить, вроде цветовой гаммы, но я сдержался. Это удовольствие мне ещё представится, а пока… Да, вот оно! Печать Фобоса. И ведь прямо-таки вплавилась в саму структуру, хм… А ведь действительно, благодаря ей я теперь мог отобрать Сердце силой. Интересные открываются возможности, и выходит, Фобос и сам был не дурак. А это что? О-о-о-о, да печать моя просто-таки прелесть и умница – псевдоразум кристалла, который не раз выручал стражниц на первых порах, оказался почти полностью уничтожен, видимо, во время слияния, и восстановить его без власти именно над Печатью было нельзя. Всё потому, что печать заняла эту ячейку в структуре чар. Как полон мир открытий чудных… А ведь если я…

– Ну что? Долго ты ещё? – вернул меня с небес на землю ворчливо-нервный голосок Вилл.

– Да, уже почти закончил, – бросаю взгляд на девочек. – Вы двое, подойдите сюда, – киваю Ирме с Корнелией.

– Зачем это? – прищурилась стражница земли.

– Буду вас сексуально домогаться. Что за вопрос?! Я из кого силу тянул, чтобы отбить атаку подручных Нериссы? Или хотите ещё пару дней ходить как разбитые клячи?

– А… Э-э-э. Блеск, – прокомментировала повелительница воды и первой шагнула ко мне.

Положив руку ей на плечо, я начал осторожно вливать энергию кристалла, сразу преобразуя её в родную жизненную силу девочки. Секунда, две, три… всё!

– Следующая.

– Не хочу, чтобы он меня трогал, прошлый раз это закончилось совсем не очень, – запротестовала Корнелия, но в четыре руки своих подруг была вытолкана вперёд.

– Не бойся, это почти не больно, – сочувственно посулил я, поднимая руку.

– Почти?! В смысле всё-таки больно?! Об этом мы не договари… – начинаю вливать силу, повторяя только что проделанную процедуру, – … вались… О-о-о, и правда. Даже приятно…

– Всё, превратитесь на пару минут – и будете в норме, – кидаю кристалл Вилл и ловлю семь удивлённых взглядов, похоже, никто так до конца и не верил, что я отдам Сердце. Да-да, Фобос, я знаю, что ты тоже не верил, сложно не знать, когда ты так орёшь. – А теперь можете вести к своему учителю.

– У меня одной такое чувство, что где-то на заднем плане что-то разбилось и мозги чешутся? – подняла вверх руку Ирма, словно прося слова на уроке в школе.

– Это называется когнитивный диссонанс, когда устоявшиеся взгляды встречаются с противоречащими им фактами реальности, – механически пояснила Тарани, вновь поправляя очки.

– Эм… Пошли уже, – буркнула юная Вэндом, пряча кристалл под одежду и о чём-то сильно задумавшись.

***

Коллинз действительно не был таким красавчиком, как Фобос, но и уродом тоже не являлся. Потратив полчаса на розыск перепуганного усатого дядьки в свитере, запертого в чулане, мокрого и связанного растениями, и подправку его памяти, чтобы он считал всё увиденное сегодняшним сном (хотя он был в таком состоянии, что появись перед ним пришельцы или Хагрид, он ничуть бы не удивился), мы оставили его там же и, наконец, покинули школу. Вот только не решили, куда идти, и отправились в кафе-мороженое, куда изначально планировали отправиться праздновать.

За мороженное я взялся с энтузиазмом, таким образом награждая себя за спасение ситуации и одновременно утешая за провал, но все остальные почему-то не разделяли моего оптимизма, катая тающее лакомство по вазочках.

– Мэтт, не оставляй больше Фобоса одного, – первая заговорила Вилл, нарушая мрачное молчание, воцарившееся за столом.

Один я, как последний дурак, в хорошем расположении духа и на их фоне сияю, как начищенный золотой, хотя это не самый счастливый момент в моей жизни. По правде, Фобос вообще готов был рвать и метать от того, что находился на волоске от смерти и не захапал Сердце, когда мог.

Мэтт же посмотрел на меня так, будто хотел просверлить дырку в черепе. Причём сверлом потолще.

– Не-а, пеликан, тебя я так же спасать не буду, и не надейся, – задумчиво и нагло заявил я, не отводя взгляда.

– А меня спасать и не надо.

– Замечательно. Вилл, готовь венок и заказывай место на кладбище, хотя я не уверен, что после Нериссы от нас останется что хоронить. Кстати! Не буду напоминать, что я говорил – Нерисса нападёт, что Сердце, распределённое на мальчишку, уже побывавшего на службе у ведьмы, и хорька, – это очень мало, что мне всегда нужно быть у Сердца Кандракара и что из вас охрана никакая… – делаю короткую паузу, изображая на лице лёгкий испуг. – Упс, напомнил… Какой я негодяй! – с явно различимыми нотками восхищения заканчиваю воспитательную программу, оправляя в рот очередную ложку мороженного.

– Было бы кого охранять, – твёрдо пробурчала Корнелия, бросая в мою сторону убийственный взгляд.

– Титула князя Меридиана для вас недостаточно? Нужно «Властительница миров Нерисса»? У неё объединённые два Сердца, которые она может использовать в любую минуту, и умело, должен вам сказать. И это она ещё не пошла в завоевательный поход. О чём вы вообще думали, когда распределяли Сердце Земли?! – я сам не заметил, как вспылил, вскочив на ноги и грохнув руками по столу так, что все вздрогнули и зазвенели ложки. – Вы сами беззащитны без Вилл и Сердца, сегодня она могла вас убить вместе со мной! И это не считая вашего учителя! И после этого я ещё опять самый виноватый! – моя злость, или наше с Фобосом княжеское негодование, выбила почти всех из колеи, но через секунду Калеб также вскочил, повторив мою позу:

– Поверь мне, мы думали! Вот только мы думали, ты заберешь посох у Нериссы, а не сбежишь!

– Если вы хотели чтобы я всё сделал, то надо было слушаться, когда я говорил, что и как делать! Военные операции не происходят просто так! Они состоят из множества этапов, каждый из которых необходимо подготовить и выполнить в своё, чётко определённое время! Пригласили меня в союзники, чтобы я помог вам с тактикой победы над Нериссой, так извольте меня слушать, а не делать всё по-своему, «по-умному», потому что, видите ли, я – глупый, безмозглый тиранишка, думающий только о том, как сделать всё назло!

Калеб что-то хотел сказать, оно так и рвалось с его языка, но молодого повстанца остановил выкрик рыжей:

– Хватит! Мы должны действовать сообща. Главное, что все целы. Фобос, хочешь освободить своих оборотней – давай. Только если ты уверен, что это поможет забрать посох у Нериссы.

В её глазах не было ненависти – опаска, риск, ведь она сейчас бросается в пропасть, делая мне уступку. Одна из причин, почему мы с Фобосом были готовы выпустить из тюрьмы предателей-оборотней, которых по-хорошему надо было казнить за будущее предательство, – это холодный расчёт, что пожертвованные жизни не будут так ценны, как эти детские. Цинично, не спорю, но когда ты гарантированно мог сегодня либо поджариться молнией, либо попасть в реанимацию, приходится задуматься и смириться. Седрик сделал свой выбор, Миранда тоже… у них есть шанс выжить и реабилитироваться за это время, это всё, что я могу им позволить.

– Это даст нам больше шансов, – честно и полностью спокойно ответил я. Если всё выгорит, хотя бы не хуже, чем в мультфильме, то, по крайней мере, они перестанут видеть во мне нечеловеческое зло. – И нам нельзя оставаться на ночевку у кого-то. Ты должна была понять, что, приводя меня домой и отказываясь от книжного магазина, как убежища, ты подвергаешь риску мать.

Вилл кивнула и медленно села обратно на скамью. Калеб посмотрел на меня испепеляюще, да так брезгливо, будто вместо меня ведро с грязью, я вернул ему победный взгляд и, скрестив руки на груди, сел в расслабленную позу.

Хорошо хоть они не спрашивают, почему я пошел за мамой Вилл…

***

Меридиан встретил нас ослепительно-ярким солнцем, освещавшим белокаменный замок на возвышении и отблескивающим от реки, обтекающей вокруг большого защищенного строения правящей семьи. Это солнце среди белых пушистых туч делало ярче и приветливей даже острые верхушки черепичных крыш окружающей столицы, а лес, наверняка до сих пор кишащий меридианскими хищниками, казался даже приветливым.

Сам город практически не изменился. Люди не сновали толпами на улицах, но и не сидели по домам. Сейчас середина рабочего дня, и городская жизнь продолжается, несмотря на переменчивую, недолгую, а учитывая фактор малолетней необученной принцессы, ещё и непутёвую, слегка наивную власть. Я умерил любопытство и свернул с широкой улицы в узкий переулок, к терпеливо ожидающим меня стражницам в своих розово-зелёных нарядах. Те продолжили путь, ведя меня ко входу в Запретный город с тюрьмой, я же по дороге обоюдно с Фобосом сравнивал произведенные изменения.

Конечно, первым делом в глаза сразу же бросался королевский замок. Но кроме него изменилось самое заметное – небо. Не было сосредоточия магии над замком – фиолетового сияния Завесы, вихрем крутящейся высоко в небе и вечно собирающей грозовые тучи, заливавшие окрестности пять раз в неделю. А замок тот же, только перекрашенный, отчищенный от грязи и сверкающий на солнце. С выступа на одной из башен слетела стая белых голубей, которые совсем не водились на Меридиане. Видимо, местные начали их разводить.

Я перевёл взгляд вперед и снова сдержал желание поморщиться – Калеб тоже отправился на Меридиан за компанию, хотя он был самый бесполезный, уж гораздо хуже мальчика с крыльями. Годен разве что контролировать. А сам напряжён, насторожен, готов в любую секунду в бой или воспрепятствовать «совращению» стражниц на тёмную сторону. Кажется, он начал догадываться о моих действиях…

– ЧТО?! – дурным голосом взвыл Ватек, словно новость сокрушила всю его картину мира. Хотя… в определённом смысле так и было. – Хочешь выпустить других заключенных?! – в темнице было пусто, так что споры с «командованием» дозволялись. Ну, как я понял. Рядовую стражу вежливо попросили покинуть помещение и только тогда милостиво «разрешили» мне снять облик Мэтта.

– Нерисса набирает мощь! А имеющимися силами мы просто не можем обеспечить защиту Фобоса и тем самым вернуть Элион! – с жаром ответил Калеб, подаваясь вперёд. Ещё бы не эти нотки, ммм… оправдания в голосе, я бы даже поверил, что обо мне реально заботятся.

Однако душевные волнения повстанца меня трогали мало, даже угрюмо-надутый вид юной Вэндом не вызывал привычного умиления, эм… в смысле, злорадства, да, точно, злорадства. Уважающему себя Тёмному Властелину не пристало умиляться даже такой прекрасной картине, как выражение трагедии всей жизни на лице главного врага, у нас это чувство называется «злорадствовать». Спасибо, Фобос, хоть в чём-то мы полностью солидарны.

Пока Калеб, на правах здешней шишки, доводил политику Партии, я просто разглядывал темницу, вспоминая своё заключение со светящимися решётками вместо ночника, и тихо внутренне радовался, что я больше не буду переживать этот кошмар. Всё высокое круглое помещение действовало угнетающе, и я пытался отвлечься, высматривая прильнувших к решёткам заключенных, коих сейчас и планировалось освободить.

Фрост – здоровый детина, родом из варварских племён севера. Жестокий, как и все его сородичи, но совсем не маньяк, просто воин эпохи, когда разорение вражеских городов и полонение его жителей – норма жизни. Буйный, весёлый, прямой, не слишком умный, но по-своему сообразительный, с таким понятием, как «честь», знаком слабо, больше ориентируясь на простое «личная выгода», хотя «верность своим» вполне присутствует.

Охотник – высокая, закутанная в плащ фигура в широкополой шляпе и с двумя пылающими углями глаз. Высшая нежить, что-то среднее между классическим личем и гулем. Может есть, пить, спать, выпивать, на счёт прочих радостей жизни… не уверен. Возможно. Хотя замечен не был. О своём прошлом никогда не говорит, откуда родом – тоже. Присоединился к Фобосу во время захвата им власти, откуда пришёл или кто его создал – никто не знает, в работе упорен и педантичен, причин сомневаться в себе никогда не давал. Немного садист, обожает пугать простых людей, однако не маньяк и на прохожих не бросается.

Гарголь – меридианский гигант из древних времён, один из немногих ныне живущих. По своей природе – монстр, близкий к настоящим гаргульям, по крайней мере, его плоть при отделении от тела обращается в камень. Особым расположением Фобоса никогда не пользовался, при относительно мирной жизни причислялся к монстрам и был оставлен на страже замка, верен и надёжен.

Песочник – ещё один монстр, в прямом смысле на кремниевой основе. Бывшие зыбучие пески Торус Филни, сперва расплавленные до превращения в стекло юными стражницами, а потом возвращённые к жизни Нериссой. Изначально – порождение природной магии агонизирующего Меридиана, которое полезно на службе, но, увы, тяжело привлекаемо к ней. Фобос с ним почти не контактировал, хотя и знал о разумности данной аномалии и даже взял на службу, насколько это применимо к стационарному географическому объекту, который даже не может разговаривать. На деле это значило, что пески не трогают слуг князя и помогают в обороне форта Торус Филни, иначе говоря – ничего примечательного, в столичном замке ту же функцию выполняли шептуны и хищные растения, да и пара иных мест с похожей защитой в мире имелась. Всякие селяне и дети сами лезли в это болото, проверив на собственном опыте объявление вояк от моего имени. И вот теперь он обрёл мобильность и превратился в одну из самых ценных боевых единиц королевства. Более того, если верить моей памяти, то и с моральными качествами у него было всё в порядке, достаточно, чтобы спеться с Рейтаром и его обострённым чувством чести. Странно для песка-людоеда, прямо скажем, но мне грех жаловаться, при случае надо будет поблагодарить Нериссу за такой подарок. Может быть… По настроению.

Седрик… мой маленький скользкий друг. В прямом смысле, как ни печально. Сморщенное змееподобное нечто с глазами навыкат и без всякой возможности принять человеческий облик. Что ни говори, а Фобос знал толк в наказаниях. Некогда лучший друг князя, достаточно умный и изобретательный, но как показала практика – совершенно бездарный в военной области. Сколько раз он подводил Фобоса своим исполнением планов – это отдельная песня. И что особенно грустно – планы-то были хорошие, некоторые так вообще на грани идеала, но топорное исполнение и фееричное везение стражниц с одним наглым мятежником в конечном итоге довели принца до состояния лютого озверения, и давняя дружба уже не помогла. Я его даже понимал, несмотря на знание событий с другой стороны, пусть проникновение мятежников в замок и не было виной Седрика, но вот все остальные провалы или почти все – вполне. Увы, раньше он был крайне верен, но теперь доверять ему не приходится, и опять же из-за этой глупой ситуации. Обида. И ничего не объяснишь, слишком это банально и одновременно глупо, из серии: «Да, подвёл, но ведь пили же вместе!», и это «пили» теперь будет зудеть, как мелкий камушек в парадных туфлях на важном приёме – не забудешь и не избавишься. Впрочем, иметь с ним дело всё же можно, главное – держать на виду и не совершать глупых ошибок.

Миранда – маленький волосатый паучок… И просто малолетняя дура. Гормоны играют, период – «я взрослая и всё о жизни сама знаю», наложенный на силы оборотня и отсутствие родителей. Воспитанница Фобоса, получившая нынешнюю взбучку за то, что бросила князя в тюрьме, спеша сбежать на волю по приглашению Нериссы. Думаю, будь у девочки чуть больше времени на «подумать» и обуздать эйфорию от обретённой свободы, она бы такой глупости никогда не совершила, но что есть, то есть, а за поступки надо отвечать. В плане верность – как ребёнок… девочка… обиженная.

И, наконец, главное действующее лицо – Рейтар. Лидер Рыцарей Мщения. Человек. Вернее, меридианец. Единственный, кто вернулся из Бездны Теней. Тот, кто не так давно едва не вернул власть принцу, освободив того из тюрьмы и взяв столицу за несколько часов. Очень… странная личность, по мнению Фобоса. В королевской армии служил давно, стал офицером ещё при матери принца, присоединился к князю добровольно и чуть ли не в числе первых регулярных частей, но потом… За годы отсутствия Элион высоко подняться так и не смог, тот же Ватек стоял выше в армейской иерархии! Выдающихся талантов тоже не проявлял, так, пару раз гонял банды мятежников, да и только, разве что службу нёс исправно. Обычный офицер, у которого на уме только чины, награды и уязвление конкурентов. Так его видел Фобос. Но тут случается Бездна Теней, и Рейтара как подменили. Человек чести, гениальный тактик, великолепный воин… Сейчас я подозреваю, в чём причина. Слишком уж много вокруг было монстров на службе. Где уж тут обычному человеку показать себя, когда и особых заданий, кроме того же разгона мятежников или охраны зерна, не дают. Бездна очень сильно меняет людей, не знаю, что он там пережил и кого или что встретил, как бы то ни было, сейчас он – самый верный мой последователь.

И, словно вторя моим мыслям, реальность это тут же подтвердила:

– Освободи меня, я жизни не пожалею! – с чувством, словно вкладывает в слова душу, пророкотал каркающий голос из верхних камер, привлекая всеобщее внимание к сухой фигуре воина с плотно обтянутыми желтоватой кожей мышцами. Вот только в голосе была надежда. Он сомневался, что я выберу его. Почему?

– Меня радует твоя решимость. Действительно радует, – выхожу вперёд, игнорируя испепеляющие взгляды в спину от двух едва закончивших переругиваться повстанцев. – И я знаю, что могу рассчитывать на тебя, – заверил я рыцаря, согласно кивнув.

Пусть он человек и не обладает магическими силами, но он тот, кто идеально подходит на роль командира тех, кто как раз и является магически одарёнными существами, что уже не раз доказал. Мне понадобятся его таланты, хотя бы для того, чтобы сосредоточиться на Нериссе и не отвлекаться на то, чем заняты мои воины.

– Но одного тебя будет мало, к тому же… Мне нужны помощники с магической силой… – я усмехнулся, услышав, как в одной из клеток возбуждённо зашевелились оборотни. И, желая поиграть на нервах, перевёл взгляд к другой камере, из которой доносился еле слышный шорох песка.

– Песочник, ты хороший страж и верно служил мне в прошлом качестве. Готов ли ты и дальше нести честь моего рыцаря?

В долю секунды песок взвился вверх, заполнив весь объем камеры, и образовал человекоподобную махину, которая открыла подобие рта и громче зашелестела, повторяя согласное движение человеческой головы. На Ватека, Калеба и стражниц я уже не обращал внимания, а те явно всполошились и приготовились непонятно к чему – ну не ждут же они, что я всё брошу и сбегу с ними? В самом деле… Нет, мне нужно Сердце и стражницы. Пусть молча терпят, это только начало. А теперь сосредоточимся на поддержке властного и высокомерного тона.

– Охотник, Гарголь и Фрост. Я ценю вашу силу и мастерство, они пригодятся мне позже, но сейчас цель требует незаметности, а потому прошу вас потерпеть ещё немного, – перечисленные, кто не очень охотно (Фрост), а кто и с готовностью, кивнули, сопроводив это жестами, демонстрирующими верность и готовность ждать. – И, наконец, оборотни…

Отчаянно взиравшая парочка снова подняла головы. Я сосредоточился, прокручивая в голове обратную последовательность превращений.

– Я всё ещё уверен, что вы заслужили своё наказание, но в виду обстоятельств вам выпал шанс доказать, что вы достойны моей благосклонности. Проявите больше усердия, показав свою верность.

Я выставил руку вперёд, магическая энергия скопилась, образовав круг вокруг ладони, который испустил разряды белых молний. Почти вся не стихийная магия, насколько я пока что могу судить, проявляется почему-то так.

Очертания маленького ужа и паука исчезли за серо-коричневой дымкой, в свою очередь, собравшейся в реальный размер оборотней и повалившей из тюремной ниши. Когда она рассеялась, я смог воочию познакомиться с будущими предателями, а не только из воспоминаний Фобоса. Они сразу же обернулись в людей, наверное, во избежание, так сказать. Миранда как всегда улыбалась, строя невинное детское личико. Седрик был серьёзен и сдержан.

– Думаю, затея паршивая, – ёмко прокомментировал всё это Ватек, ощутимо сдерживая себя от бранных слов.

Улыбнувшись удачному результату, я убрал решётки с камер Рейтара и Песочника, который практически слетел тучей к возвышению, и оглянулся назад.

– Ну? От стражницы земли можно дождаться пользы? Какие-нибудь лианы создать сможешь?

– Зачем? – подняла брови Корнелия, почти сразу сообразив ответ на свой вопрос. Но насмешливое выражение моего лица уже взбесило её, и лианы, пробившие каменную кладку, получились надежными, толстыми и прочными, одно лишь но – кривыми. Рейтар всего на секунду замешкался, ступая на растения, а затем уже ловко сбежал на постамент. Седрик с Мирандой задержались дольше.

– На этот раз я сделаю так, что всё будет совершенно по-другому, – не удержался я, чувствуя небывалый внутренний эмоциональный подъём, который наверняка отразился на лице.

– Одну минутку, – привлекла к себе внимание Ирма, застенчиво подняв указательный палец и прерывая такой великий момент. – Либо я где-то прослушала, либо речь шла о двух оборотнях?

– Думаю, Ирма, ничего страшного, всё в порядке, главное, чтобы всё получилось по плану.

Я хмыкнул, скептически глядя на Вилл, намекая, что плана, как такового, у них дальше и не было, заканчиваясь на моменте моего освобождения и дальнейшего одурачивания. Девчонка вопросительно изогнула бровь, скрестив руки на груди, и я промолчал. Раз она пошла мне на уступки, то, так уж и быть, я не буду напоминать об их провале.

Вместо этого обратился к теперь своим подчиненным:

– Все подробности потом. А сейчас нам придётся вернуться на Землю.

Дождавшись, пока Вилл откроет портал, я вошёл внутрь и вздохнул, вспомнив очередное откровение Фобоса, подкинувшего совет. На Земле у нас было больше шансов выжить, имея сердце Земли. И сколько бы я не ворчал по поводу недальновидности назначения хранителей и их же наивности, но, чисто со взгляда мощности, бой, навязанный на планете, Сердце которой у нас в руках, шёл нам в плюс. Сердце Меридиана явно мощнее, но мы на «своей» территории, сам источник к нам ближе, так что идея, явно подкинутая кем-то девочкам (а может, просто совпало так), была не так уж плоха.

Впрочем, долой лирику и пространные размышления. Кучная толпа заполняла тупичок в подворотне, и места становилось маловато. Мне, по крайней мере, везёт, меня толкать не рискуют. Девочки, вернувшись в земной обычный облик, вышли и дали чуть больше пространства для манёвра. Я, не постесняюсь выражения, хозяйским взглядом осмотрел своих подчиненных, выбирая им маскировку.

Песочник в первую же секунду осыпался на землю и затерялся – вот с кем меньше всего проблем. Рейтар по роже был закалённым военным, и армейский камуфляж смотрелся на нём как родной. К счастью, я недавно видел военного на улице, а память подсказывала, что звёзды – они на любых погонах звёзды. И четыре генеральские – они везде одни. Рейтар чуть дёрнулся, осторожно пошевелился, проверяя, что это за морок, и успокоился, вновь вытянувшись по струнке. Седрик и Миранда получили простые одежды, которые подходили под земную моду. Седрик – обычную белую рубашку и джинсы, а Миранда – розовую блузку и чёрную юбку. Я же так и щеголял в земной одежде, держа под иллюзией только волосы.

Внимательно осмотрев змея и выдержав долгую паузу и его взгляд, я произнес:

– Веди к книжному магазину.

– Как прикажете, – оборотень склонил голову в поклоне с хорошо скрытым облегчением, которое я распознал лишь потому, что якобы хорошо знал его, и прошёл к стражницам, уверенно следуя по улицам.

Я специально замедлил шаг, чтобы Миранда шла почти рядом со мной и всегда оставалась на виду. А то мало ли! Наученный горьким опытом, я уже не доверял мультфильму.

С ключом проблем не возникло – магия, и мы беспрепятственно зашли в магазин.

– Итак, – дождавшись закрытия двери, поворачиваюсь к компании, вернее, к своим подчинённым. – Ваша задача – обеспечить мою охрану. Старший – Рейтар, – сразу расставил я все точки над ё, прямо глядя на змея и рыцаря. – У вас есть пара часов для изучения местности, Седрик, Миранда – школа и путь до неё, Рейтар, Песочник – магазин и окрестности. Когда мы вернёмся, я должен точно знать, что вы здесь ориентируетесь и глупых ошибок не будет.

– А что с той, как её… книгой, которая переносит на Меридиан? – подала голос Вилл.

– Точка инверсии – это чёрный ход для нас, для Нериссы она бесполезна.

– Ну как знаешь, – Вэндом окинула взглядом притихших меридианцев и едва заметно передёрнула плечами. – Ну что, пошли? Ты, вроде, хотел всё время быть рядом с Сердцем Кандракара, а нам ещё вещи собирать.

– Вам ещё предстоит полуночная уборка, – не особо скрывая ехидство, обрадовал я девочек. – Вы же не хотите спать в полугодичной пыли?

– Я знала, что это была плохая идея, – горько вздохнула Ирма.

– Справимся, чего сложного убраться? – беспечно пожала плечами рыженькая, направляясь к выходу.

– Точно! А ещё порыться в книжных завалах – это же весело! – радостно ободрила подруг Хай Лин.

***

– Пижаму не забудь, – напомнила старшая Вэндом дочери, стоя рядом со мной на кухне и попивая кофе.

– А где она, кстати? – донеслось откуда-то из глубины квартиры.

– В нижнем ящике комода. Там, где она и должна быть. Когда ты уже научишься наводить у себя в комнате порядок?

– Моя комната – мои правила! Зачем, скажи мне, ты снова наводила у меня порядок? Теперь я не могу ничего найти!

– Затем, что за твоим «порядком» прячутся горы мусора и сэндвич месячной свежести! – при озвученных фактах у меня в ушах чётко прозвучала фраза: «Чего сложного убраться?», сопровождаемая беспечным пожатием плеч одной личности… Ну-ну. – И не ворчи, Хрусик-Шмусик-Мусипусик!

– Мам, я же просила не называть меня так! – в дверь резко влетела сама виновница торжества и, увидев меня, с ужасом покраснела.

Я ей просто улыбнулся. Тепло и нежно. Внутренне просто тая от открывшихся перспектив. «Хрусик-Шмусик-Мусипусик»…. о, да! Теперь «кто-то» будет очень… очень страдать! Я уж постараюсь.

Видимо, что-то такое разглядев в моей улыбке или глазах, Вилл съёжилась и бочком-бочком покинула кухню, на прощание одарив ТАКИМ умоляющим взглядом… Я начинаю обожать это прозвище, ещё ни разу его не использовав!

Когда Вилл собрала сумку и еду, то в подъезд вышла слегка пришибленная какая-то. Я уже успел к тому времени серьёзно поговорить со Сьюзен и выяснил, что, по крайней мере, у Коллинза есть стабильность, а у меня сплошные неприятности и вообще – планы по захвату власти. Напоследок, поддавшись идее улучшить жизнь Сьюзен и придать Коллинзу мотивации, попросил женщину сфотографироваться со мной на кухне. Нет, без обнимашек, но так, чтобы мужчина, претендующий на отношения, мог приревновать и проявить чуть больше мужественности в борьбе. Не факт, что поможет… видел я его. Но мне это ничего не стоит.

И только на улице, вновь увидев надутое лицо Вилл, я не смог больше сдерживать гложущее меня веселье:

– Ты хочешь меня о чём-то спросить, Хрусик-Шмусик-Мусипусик? – с серьёзным лицом переспросил я, через секунду зашедшись в безудержном надрывном смехе.

– Ты целовал мою маму, Фобос! – гневно повысила голос Вилл, уставившись на меня своим самым злобным взглядом, пока её волосы поднялись вверх от электрического разряда. От данного зрелища я ещё больше зашелся в смехе, хотя что-то всё-таки испуганно дёрнулось внутри.

– Скажи это ещё громче, Хрусик-Шмусик-Мусипусик, твои подружки ещё не слышали.

– Никому ни слова! – тоненько пискнула Вилл и, не совладав с чувствами, дёрнула меня за рукав. – И прекрати меня так называть!

И снова состроила это умильно-гневно-надутое выражение лица, что только больше подняло мне настроение. Да-да, это не умиляющаяся улыбка, это злорадная! На что бы она там больше ни была похожа…

– Как скажешь… Мой маленький, милый Хрусик-Шмусик-Мусипусик.

– Рр-р-р!!!

Спустя двадцать минут мы уже вновь были в магазине, Вилл страшно дулась и старалась держаться подальше от меня, глядя куда угодно, кроме моего счастливого лица. А я просто наслаждался этим видом, приводя в замешательство и тревогу остальных стражниц и в непонимание – своих «прихвостней». Несмотря на подтрунивание почти всю дорогу, при своих я «страшные» тайны Рыжика не раскрыл, всем видом изображая примерного и законопослушного гражданина. Так что дулись на меня хоть и оправданно, но без реальной злобы.

Встреча проходила в одной комнате на втором этаже магазина, по совместительству – квартире владельца, которая тоже загадочным образом вдруг стала маленькой и тесной. Пришло время распределения обязанностей и разработки плана. В процессе ожидания всех стражниц я успел кратко обрисовать ситуацию Рейтару и всем остальным, потому вводного курса уже не требовалось.

– Ну ладно. Фобос, раз ты знаешь, что делаешь, каков у нас план? – тяжело вздохнув (да-да, я жестокий тиран и деспот), спросила Вилл, перед этим осмотрев всю шайку тяжёлым взглядом. На лбу почти написано желание, чтобы кто-то сказал, что это всё сон.

– Если в долгосрочной перспективе, то с завтрашнего дня попробуем сделать для Нериссы ловушку в моём лице. А сейчас всем лучше просто отдохнуть и набраться сил. Рейтар, займись расположением на ночлег, я заметил тут несколько комнат. Я буду в той, где стол.

Воин согласно кивнул. Я почти полностью доверил организационные вопросы ему. По крайней мере, в Рейтаре мне не приходится пока сомневаться, и пусть так будет дальше, а то совсем никому верить нельзя. По шкале доверия он у меня вообще на первом месте, за неимением других кандидатов, далее идут стражницы, как бы враги Фобоса, а ещё ниже – оборотни. Песочник вне классификации – его мысли и мотивы трудно понять, но сейчас он с Рейтаром, а это только плюс. Положение дел не ахти, но что досталось в наследство. Да-да, снова дарёный конь, а нового я раздобуду не скоро.

Рейтар решил занять огромную комнату и разместить всех там, отправляя караульных на разведку. План караулов он быстро составил, а затем взял руководство над остальными от моего лица (второй после меня, хе-хе, самое время раздуться от собственной важности и величественности) и расчистил комнату от лишних коробок и других ненужных сейчас вещей, оставив только стол и стул.

Сначала стражницы стали возмущаться – как так, ночевать в одной комнате с этой скользкой кровожадной змеюкой, липкой противной паучихой и мужиком с подозрительной рожей? Все выражения, кстати, почти дословно собраны из того негодования, что вылили девочки.

– Что же делать?

– Всегда есть выход, – загадочно ответил я, мимоходом взглянув на Седрика. – Даже если тебя съели, у тебя всё равно остается как минимум два выхода.

Но и этот вопрос оказался решён Рейтаром, он просто не дал сразу всем разлёживаться. Караулы расписаны так, что в комнате оставались либо сам Рейтар с оборотнями, либо стражницы. Песочник перешёл в свободное плавание, высматривая потенциальную угрозу.

Так что ночь прошла почти спокойно. Я взялся за работу, даже поспал около пяти часов.

С утра девочки встали рано и, позёвывая, засобирались в школу. Школа у них, похоже, была делом принципа. Возникла толкотня у ванной, а затем и на кухне, но мои прихвостни, как я с ехидной улыбкой называл подчинённых при девочках, спокойно ожидали, ни на что не жалуясь.

Завтракая, девочки заняли почти всю кухню, и я, взяв бутерброд с растворимым кофе, удалился в соседнюю комнату, где устроилась на перекус вся остальная братия. Предпочёл бы общество дам, но девочки ещё молоды, а за моими прихвостнями нужен глаз да глаз. Между делом я проигнорировал заботливо оставленный незанятым стол и сел в кресло у двери, прислушиваясь к девичьим разговорам.

– Разрешено ли мне будет полюбопытствовать, мой князь, что вы намерены делать? – отложив еду на свободный стол, выпрямился Седрик.

Рейтар на него недобро зыркнул, но рта не раскрыл. Он вообще Седрика сильно недолюбливал за ту ситуацию с расправой. Стоит пояснить, что отношения между этими двумя немного глубже, если смотреть другим взглядом. Помню, в самом начале мультфильма и в самом начале проблем со стражницами девочки схитрили и подставили Рейтара, подсунув ему один ключик, на самом деле украденный Ватеком, таким образом позволив обвинить тогда капитана замковой стражи в предательстве. Седрик же отвёл Рейтара, как предателя, к Фобосу, а Фобос, услышав обвинения и прекрасно поняв складывающуюся ситуацию со слов Седрика, вынес вердикт – виновен. Вся проблема в том, что Седрик не воин. Он правая рука и советник, он помогает с вынесением решений, составлением законов, он в курсе дел, его слову князь поверил. Из-за его слов князь решил, что Рейтар предатель – так думает сам Рейтар. Ну, ему надо кого-то винить, и хорошо, что Фобос для него всё ещё символ гневного, но справедливого князя.

Помимо прочих обязанностей, Седрик занимал пост начальника стражи, но занимался этой ролью мало, переложив большую часть рутины на офицеров пониже. В нём уживаются две натуры – человеческая хотела знаний и вечеров в библиотеке, а змеиная – действий. Он изредка участвовал в силовых миссиях, пользуясь своей силой, и таким образом выпускал пар, но всё же до военного командира ему далеко…

Фобос вообще был не слишком проницателен в людях, на мой взгляд, тот же Седрик гораздо лучше играл со словами на приёмах, мог помочь в разработке общих планов, но реальный управленец из него был так себе. С ролью командира и исполнителя по поле боя у него тоже не задалось. Иное дело дипломатия, тут он был действительно неплох, но только пока держал себя в руках, не позволяя проявится своей змеиной сущности. Фобос никому не верил, подобие дружеских отношений у него сложилось только вот с этим худощавым, вытянутым длинноволосым блондином. Придворные для него – лицемерные подлизы, горожане – тупоголовая чернь. Но зато он умел использовать чужие способности и раздать обязанности, а для этого не обязательно быть мастером политических интриг.

Выходит, единственный, кто может понять, что Фобос изменился, – это он – змей, и он же, почти решено, – предатель. Но этот же змей хитёр и изворотлив. Было бы неплохо оставить его у себя на службе вместо подстраховки, чтобы обезопасить себя от возможных провалов в построении нового государства, но предатель ведь… Зубы скрипят, а все же полезный, зараза.

– То, что я и сказал, заключая сделку, Седрик. Ты вроде бы никогда не жаловался на слух.

– То есть вы не намерены нарушить договор и отправиться на завоевания?

– Если я нарушу договор, остальные стороны тоже могут это сделать. Если вас с Мирандой что-то не устраивает, скажите это сейчас, потому что если вы решите меня предать позже, мне ничего не останется, как избавиться от вас.

– Наша верность к вам безгранична, мой князь… – с поклоном, как ни в чём не бывало, заверил меня оборотень.

Но пока неприятный выбор можно отложить, в ближайшее время он мне будет полезен, а враги у меня таковы, что оборотням будут совсем не рады.

Надо сказать, я не зря занял место у двери – отсюда было прекрасно слышно, о чём говорят на кухне. В этот самый момент Вилл жаловалась на меня.

Глава 7

– Он меня ненавидит… – подавленным тоном сообщила рыженькая.

– По-моему, – донёсся беззаботный голос что-то жующей Хай Лин, – это больше похоже на то, что он тебя обожает.

– Нет! – в голосе стражницы прорезался натуральный испуг. – Это только так выглядит! Он же постоянно меня доводит, подначивает, выбешивает, критикует, – по голосу это было сложно определить, но создавалось такое ощущение, что девочка возбуждённо загибает пальцы, словно дополнительно убеждая саму себя. – А ещё он вчера фотографировался с мамой! А она ещё при нём вспомнила моё детское прозвище!

– Хрюсик-Шму… – начала предполагать Ирма, но резко замолчала. По звуку это было очень похоже на затыкание рта, а я ещё чуть-чуть обострил слух магией.

– Ни слова, они могут нас услышать! – шептала Вилл с нотками паники. Точно зажала рот подруги рукой.

– Прости, Вилл, – донёсся осторожный голос Тарани, – но я сомневаюсь, что злобным монстрам из параллельного мира есть дело до того, как тебя в детстве называла мама.

– Вы не понимаете! Фобос, он… он… Он целовался с мамой! – словно бросаясь в омут, да с таким чувством в голосе, как будто данное признание отражает просто-таки бездонные глубины моей гнусности и коварства, выдала девочка.

– Ооо!.. – многозначительно протянула Ирма, но быстро с собой справилась: – А как называется приёмная дочь принца? – в ответ послышался невнятный не то выдох, не то всхлип. Бедный Рыжик, мне её уже жалко.

– А откуда уверена, что целовал? – проигнорировав вопрос подруги, подозрительно и с нотками участия осведомилась Тарани.

– Кухня мне все уши прожужжала, холодильник больше всех ворчал. При том, что они его чуть не перевернули! И все, кроме меня, этому рады!

– Хорошо, когда в доме за тебя вся кухонная техника, – мечтательный вздох Ирмы. – А у меня только мойки забиваются.

– Если бы они все были за меня, – с досадой произносит Вилл. – А они все за маму рады! Знали бы они, какой Фобос на самом деле! И вы ещё не видели, как он отреагировал на мамино прозвище!

– И как же? – включилась в обсуждение Корнелия. – Скорчил презрительную рожу?

– Нет… – судя по звуку отодвинутого стула, Вилл села на место. – Он… так на меня посмотрел, как будто я какая-то дорогущая вкусность, а он собирается меня с аппетитом съесть. Даже Бланк так на еду не смотрит, с таким… предвкушением, – похоже, её передёрнуло.

– Да, подруга, ты попала, – посочувствовала стражница воды, правда, не особо сочувствующим голосом. – Что он уже успел сделать?

– Не хочу об этом говорить, – буркнули в ответ.

– Он над тобой издевался? Оскорблял? Смеялся над глупым прозвищем? – активно заинтересовалась Хай Лин.

– Н-не совсем… Он… Раз двадцать назвал меня милой, лапочкой, прелестью, усладой очей его, умницей и ещё… разное. И каждый раз повторяя прозвище! С видом, как будто ещё немного – и меня начнут тискать как плюшевую игрушку прямо на улице!

– Оооо! – синхронно (мне, кажется, послышались восхищённо-весёлые нотки?) протянули несколько голосов.

– А ты?! – похоже, китаянка от нетерпения даже подпрыгивала.

– Я… просила его прекратить, – судя по тону, Вилл уже и сама была не рада, что начала разговор. И добавила, явно рассчитывая впечатлить собеседниц трагизмом ситуации, в которую она попала: – Мы чуть было не столкнулись с миссис Никербокер!

– Ты огрызалась, – с довольными нотками констатировала Корнелия.

– Ну… да… – я просто воочию вижу эту картину: «надувшийся ёжик».

– И каждую новую порцию комплиментов он выдавал после твоего огрызания? – возбуждение стражницы воздуха уже хлестало через край.

– Ну…

– Блеск! – хмыкнула Ирма. – Поздравляю, Вилл, в тебя втюрился Князь Зла.

– Нет! – теперь подбросило рыженькую. – Нет-нет-нет! Это бред! Он просто меня ненавидит и отрывается за все наши подколки во время войны!

– Ему сложно отказать в наличии причин, – задумчиво протянула китаянка. – Но мне кажется, Ирма права, – и мечтательно протянула: – Это так романтично!

– Да, хотела бы я посмотреть на Фобоса с цветами, – вторила ей повелительница воды предвкушающим тоном.

– Нет! Прекратите, мне ещё от вас не хватало, я вообще ждала дружеской поддержки, а вы!..

– Ладно-ладно, – примирительно произнесла Корнелия, – Фобос – противный слизняк, мы согласны и полностью на твоей стороне. Как будешь мстить?

– Никак, – буркнула Вэндом. – Сейчас у нас другие дела, и я не могу опускаться до его уровня.

– Ты покраснела, – ехидно заметила китаянка.

– Хай Лин!

– Молчу-молчу, – пряча в голосе смех, зачастила воздушница.

– А мне даже показалось, что он не такой, как мы думали вначале! – негодующе шептала хранительница Сердца Кандракара, похоже, всё ещё надеясь вызвать у подруг ожидаемую реакцию, и, не сдержавшись, повысила голос, почти задыхаясь. – А он с моей мамой! Вот же злыдень, я думала, он заклинание применил, а он… он…

– Вот-вот, а строил из себя приличного парня. А тут и с мамой встречается, и с дочерью заигрывает. Ну это я так… к слову, – оправдывается Хай Лин, наверняка оказавшись под перекрёстным огнём взглядов. Похоже, девочки приняли позицию показательного игнорирования сообщения Вилл, оно и понятно – такая новость смущала их детские умы с бурной фантазией. И правда, сложно в этом возрасте представить «нового парня» мамы.

– А по мне, чего-то такого следовало ожидать. Это же Фобос.

– Просто ты, Ирма, не так много времени провела с ним, – наставительный голос Корнелии, явно задравшей нос. – Он не просто слизняк, вспомните, сколько раз он пытался нас убить и сколько людей от него пострадали! Ха, да он просто дурачил нас всех в школе, прикидывался добреньким, чтобы мы расслабились, а как появилась возможность – показал себя, – одухотворённо вещала блондинка. – Ясно же, что он хочет втереться в доверие и переманить нас всех на свою сторону, – и, предупреждающее: – Ни слова больше, Ирма.

– Девочки, он взрослый мужчина. Ожидаемо то, что у него появятся отношения с женщиной его возраста.

– Странно только, что мы этого не заметили, – перебила Тарани Ирма. Стражница огня, не сбившись, продолжила:

– Я говорю о том, что мы сами дали ему эту возможность, сосредоточившись на угрозе со стороны Нериссы. Мне не нравится, что он использовал наши силы, но, по-моему, мы сами его к этому принудили.

– Не хочешь же ты сказать, что это мы во всём виноваты? – снова Корнелия.

– Нет, вы не виноваты, – внезапно возразил новый голос. Что-то я увлёкся и не заметил, как в дом прибыл повстанец. Хотя не моя вина, учитывая, сколько раз Калеб проникал во дворец – бесшумно передвигаться он умеет отлично. Интересно, сколько он слышал? – И спорить об этом бессмысленно, потому что теперь он освободил своих слуг. Это поможет против Нериссы, но нам сложнее будет их остановить, когда он нарушит клятву. Не удивлюсь, если он не освободит Элион или иначе как-то обойдёт клятву, лишь бы взять всю власть на Меридиане.

– Ты прав, мы не должны расслабляться, – плохо скрывая облегчение от смены темы, Вилл постаралась придать своему голосу побольше твёрдости…

Как всё интереееесно… Мои усилия явно дают эффект. Корнелия постепенно отдаляется от подруг, её если и поддерживают, то не в голос, осталось пошатнуть авторитет Калеба. Пусть кратковременный успех, но при таком же темпе, если я не отступлю, то получу гораздо лучшие результаты. Хотя это стало очевидно ещё когда Вилл отдала мне Сердце, спорю, что неделю назад она о таком поступке не могла помыслить и в страшном сне. Кстати, мне подали хорошую идею, может, изобразить романтический интерес? Этакий ещё один гвоздик в крышку гроба картины мира и образа меня как Вселенского Зла. Со Сьюзен тут промах вышел с электронной техникой, но раз всё уже закончилось, пора приступать к завоеванию новых горизонтов. Ведь, право слово, сложно воспринимать гадом и врагом парня, которому ты нравишься, это же мазохизм получается, или самоуничижение?.. В том смысле, что кому понравится мысль, что привлекать она может только полных уродов и негодяев? И если я хоть что-то понимаю в женщинах, то тут чисто подсознательно должна начаться работа по поиску положительных качеств, просто чтобы не ронять самооценку. Мне также на руку играет внешность Фобоса и даже старший возраст. Остаётся вопрос, что делать с Мэттом? Хотя…

В памяти всплыли угрюмое лицо и взгляды музыканта… Он сейчас такой напряжённый от моего присутствия, что должный уровень внимания своей пассии оказать вряд ли сможет, а ведь от меня много и не надо, хм… Идея действительно заслуживает рассмотрения.

– Мой князь, – вывел меня из размышлений хриплый голос Рейтара, – разумно ли сейчас покидать безопасную территорию и куда-то двигаться? Ведьма может наплевать на случайных свидетелей и напасть в любой момент, когда стражницы будут бессильны из-за страха раскрыть свою личность.

– Ты прав, Рейтар, – щелчком пальцев активировав простенькие чары левитации, я перенёс опустевший стакан из-под кофе на стол. После общения с Сердцем Кандракара энергии у меня было через край, и такая мелочь ничего не значила, ну, кроме лишнего упражнения в контроле. – Скажу больше, я сам этого опасался поначалу, но трезво поразмыслив, пришёл к выводу, что это маловероятно, по крайней мере, до тех пор, пока Сердце Земли не окажется в её руках.

– Но почему? Это идеальный тактический ход, – прямолинейно, совсем не похоже на Седрика, продолжал допытываться воин.

– Особенность этого измерения, – я откинулся в кресле, чуть прикрывая глаза.

Похоже, мой голос привлёк внимание стражниц, так как я услышал аккуратное шуршание в коридоре и полную тишину на кухне. Ничего, пусть послушают, будет полезно.

– Земля – очень густонаселённый мир с очень развитыми коммуникациями, достаточно один раз засветиться – и местное общество будет готово к встрече в любом уголке планеты. С точки зрения завоевателя, планирующего подчинить себе данный мир, абсолютно неприемлемый поворот событий. Взять тебя, Рейтар. Допустим, тебе нужно победить кого-то из стражниц, любую на выбор, ты же представляешь, как это можно сделать?

– Конечно, мой князь! – подобрался меридианец. – Я уже не один раз их побеждал в поединке, но… – воин замялся, явно подбирая слова.

– Расклад пять против одного сложно назвать честным поединком и равными условиями, я знаю, – слегка усмехаюсь под ощущение зубовного скрежета Фобоса из глубины, который очень в тему разбудил во мне воспоминания о том, как потерял трон. Эпическая битва, мятежники ворвались в замок, часть солдат гарнизона переметнулась на их сторону, стражницы яростно атакуют, Седрик в очередной раз не оправдал надежд, князь один. Один против целой армии, возглавляемой пятью чародейками. И несмотря на всё это, он побеждает. Ещё бы пара секунд, и Сердце Кандракара сменило бы владельца, но… явилась Элион, и общими усилиями, шесть против одного, князя таки запинали. Всё в лучших традициях светлой стороны – честная победа, сила дружбы и всё такое.

– Но не в этом суть, – продолжал я. – Магия даёт массу преимуществ, и при должном уровне подготовки одного опытного мага более чем хватит, чтобы уничтожить всю местную цивилизацию. Но «уничтожить» – не значит «подчинить». Ты сам знаешь, сколько беспокойства может доставить одна жалкая кучка повстанцев, и это на нашем Меридиане, где прогресс по ряду причин застыл очень давно, а теперь представь, что против Нериссы будет всё население Земли, с армиями, оружием, чёткой организацией и представлением о возможностях противника. Тут даже несколько Сердец не помогут. А боевая старушка дама хоть и тщеславная, но не полная дура, чтобы так усложнять себе жизнь.

– Хозяин, а вы уверены, что она это понимает? – подала голос Миранда, изрядно меня удивив этим фактом. – Я имею в виду, она же ведьма, всё время молнии, фокусы, хитрые планы с ударом в спину и смена личин, вдруг она решит, что может притвориться кем-то из местных правителей и легко всё получить?

– Может быть, – неохотно протянул я. – Но есть и другой момент, и уж о нём-то Нерисса знает. Если люди Земли узнают о существовании магии, то они наверняка попробуют найти и своих магов, а там, с известным шансом, выйдут на хозяйку Сердца. Что будет дальше – спрогнозировать несложно: молодая девчонка, совершенно ничего не умеющая, не знающая о своих силах и абсолютно беззащитная, и толпа высокомерных невежд, пытающихся эти силы у неё отнять. С высокой степенью вероятности это приведёт к нервному срыву на почве желания, чтобы от неё отстали, и саморазрушению Сердца. Конец.

– И… тогда этот мир… умрёт? – в повисшей тишине спросил Рейтар.

– Не сразу, – я встал и прошёл к столу, а то НЕ замечать трагическое сопение стражниц из коридора становилось уже слишком сложно. – Меридиан протянул тринадцать лет, думаю, Земля выдержит тридцать, может, пятьдесят, хотя, глядя на то, как здесь принято без оглядки брать от природы всё, не поручусь. Здесь и так уже лет двести мир медленно агонизирует под наплевательским отношением жителей, попытки восстановить баланс есть, но они так несерьёзны на общем фоне… Да и хозяйку Сердца, похоже, учить никто не планирует. Здешние всё забыли, в лучшем случае, учить будут иномирцы. А иномирцы плюс стражницы – это однозначно Кандракар, что равняется ещё одному миру, лояльному Совету Кандракара. Ха, я хотел бы посмотреть на то, как её, повзрослевшую, будут убеждать в магической грани реальности, а уж если она вырастет копией своей сестры… О да, как начнётся этот апокалипсис, я обязательно должен взглянуть на это!

Эх, скорей всего, только взглянуть, потому что вмешаться мне никто не даст, и на первом месте тут так называемый Хранитель Миров – Кандракар. Блин, не могу так сказать при подчинённых – не поймут, зачем я готов рискнуть собой, своими людьми и своим миром за чужой, который совсем не рад будет такой моей инициативе, а стражницы там уши греют, попутно наверняка обсуждая, какой я плохой. Тем не менее, надеюсь по мере сил помочь и повлиять, если доживу при такой жизни. А то ещё одна Замбала мне не нужна.

– Но это лирика, – перехожу на более надменный и властный тон, – Нерисса не настолько глупа, чтобы так рисковать, а значит, следует ждать или хорошо подготовленного отвлекающего манёвра, вроде масштабной иллюзии, или атаки без свидетелей. Вы все много раз сражались со стражницами, хорошо изучили их тактику боя, надеюсь, этого хватит, чтобы в решающий момент я не наблюдал бессмысленного мельтешения и путаницы друг у друга под ногами. Идеально, конечно, было бы видеть взаимопомощь и синхронную работу, но я понимаю, что это мечта ещё более фантастичная и нереальная, чем увидеть Оракула в роли моего придворного шута, так что хотя бы не мешайтесь друг другу.

– Мой князь, если такой будет приказ, я…

– Я не в тебе сомневаюсь, Рейтар, – раздражённо отмахиваюсь. – Просто у наших очаровательных девочек гордыня цветёт и пахнет хлеще, чем у моей мамочки в лучшие годы. Не скажу, что необоснованно… – да, малышки, слушайте, что о вас думает злобный тиран, завивайте себе извилинки, – но иногда так раздражает, что хоть головой о стену бейся. Но это не то, чего следует бояться. Самое опасное, что от них может исходить – это безумный фанатизм вместе с чистейшей уверенностью в правильности своих действий. Я совершенно не уверен, что в самый ответственный момент им не стрельнет вожжа под хвост и нам не ударят в спину, потому как это «ради всеобщего блага», – даже напрягаться не пришлось, чтобы отразить в голосе всю глубину презрения, что вызывает у меня эта фраза.

Только Рейтар дёрнулся, привычно положив руку на пояс, Седрик и Миранда наверняка всё слышали даже лучше меня.

Не выдержали. Почти влетели в комнату без крыльев и покатили бочку на меня, перебивая друг друга:

– Ах так! Мы думали, в тебе проснулось добро и человечность, а ты всего лишь считаешь нас глупыми фанатками?! – обвинительная речь от Вилл.

Зато стала понятна её картина мира. В её глазах я стал исправляться от их воспитательной работы, хе-хе. Мои слова лишь ненадолго прервали общий галдёж.

– О, так вы подслушивали? – изображаю на лице удивление от вида ворвавшихся девочек. – Как это низко, мелочно и бескультурно… Одобряю! – и улыбка помногозначительнее. Ох, как их перекосило! Аж душа радуется.

– Не уходи от ответа! – рыжая красочно раскраснелась, как умеют краснеть только рыжие.

– Ответа? – ещё одно нарочитое удивление. – Ну ладно, во-первых, не фанатками, а фанатиками, это разные вещи, – поправил я, с улыбкой глядя в детские негодующие лица. Будто я в их песочницу влез и все куличики растоптал. – А во-вторых, не глупыми, я бы использовал формулировку «страдающими от недостатка критического мышления».

– Я знала, что ты притворяешься! И на Землю тебе наплевать! – поддержала рыженькую Хай Лин, но была резко перебита.

– Да ты настоящий козёл, Фобос! – оп-па, первый взрыв столь грубых слов от Корнелии. – Ты знаешь, что такое может произойти с моей сестрой, и тебе наплевать!

– А с какой стати мне должно быть не наплевать? – честно и на этот раз искренне удивился я, отвечая сразу на два вопроса. – Я с ней вообще знаком, она мне троюродная племянница, или я должен пылать к вам благодарностью за какие-то услуги?

– Мы тебя одолели честно! – выразила повод своего негодования Хай Лин. – Повстанцы сражались против твоего войска, мы сражались против тебя, и ты же был сильней, пока не появилась Элион!

– Напомнить о моём высшем математическом образовании?

Девочки снова загалдели без очереди. Разобрать обвинения уже не представлялось возможным, потому я был солидарен с Фобосом, который предложил сложить руки на груди и продолжать с улыбкой наслаждаться зрелищем. Он был привычен к такому, я, в свою очередь, тоже слабо поддаюсь давлению. В голове сразу же сформировалась мысль, такая естественная, что без раздумий сбежала с языка:

– Девочки… Я и не подозревал, что у нас с вами всё зашло так далеко и раскрытие моих маленьких тайн так больно ударит по вашим чувствам. Я тронут! Я вас всех тоже очень люблю!..

Стражницы задохнулись на полуслове. Картина до того забавная и впечатляющая, что я вновь пожалел, что у меня нет фотоаппарата или портативного художника, на худой конец, чтобы запечатлеть сии прелестные минуты.

– Ну ладно, повеселились и хватит, – отлипнув от стола, прохожу мимо девочек в коридор, по пути самым наглым образом взлохматив волосы Вилл. Я же не виноват, что она стояла ближе всех и эта возмущённая мордашка просто требовала себя поощрить?.. Ну лааадно, я негодяй, и мне действительно нравится над ней издеваться. – У нас ещё работа, не забыли? Да и кое-кому требуется успеть к очередному сеансу разгрызания гранита науки, или этот кое-кто мне нагло врал о важности сего процесса?

– Фобос… – глухо выдавила уже натурально трясущаяся от ярости и начавшая покрываться мелкими разрядами рыженькая, – я тебя…

– Да-да, знаю, – и не думая останавливаться, махнул рукой я, заворачивая за угол, – я тебя тоже, сказал ведь. Сегодня же куплю цветы, помню, в прошлый раз розы тебе не понравились, но я найду что-нибудь ещё под цвет твоих глаз, не переживай.

Сзади раздалось что-то душераздирающее, не то стон, не то рык, а может, вообще концентрированная ненависть, прорвавшаяся на уровень материи. Я чуть прибавил шаг. Ну так, на всякий случай. Подожду их в прихожей. Мои помощнички потянулись следом. Это не бегство! Это тактическое отступление Тёмных Сил! Просто не хочу ввязываться в этот конфликт, что-то мне подсказывает, голос разума они сейчас не услышат.

Стоило отойти подальше, как из так и оставшейся открытой двери донёсся рёв. Не слёзы в истерике, а скорее реакция «как же меня всё достало!» Именно тот, что в ряде ужастиков долженствует показать недовольство злобного тёмного монстра, обманутого в «лучших чувствах», ну там – добыча сбежала, перец в нос запихали… Из глубины памяти неожиданно всплыли несколько образов. Эмм… Н-да… А ведь точно, Седрик вот точно так же орал каждый раз, когда оказывался побит стражницами, спасибо, Фобос, лучше аналогии и не подобрать.

Блин, это же как я девочку довёл? Надо бы потом извиниться, что ли…

– А ты чего молчал?! – прервал мои размышления донёсшийся из-за спины возмущённый крик блондинки.

– А я с самого начала так и говорил. Он подлец и негодяй, – браво отвечает Калеб. Я прямо вижу эту маску праведного негодования на лице парня, а ведь сам наверняка доволен, что девочки опять на меня злятся.

– Хоть он и любитель поиздеваться, но что-то в его словах есть… – делает осторожное замечание Тарани.

Закономерно остальные девочки вспыхивают новой волной негодования.

Хм… Удивлён, хотя… А ведь точно, как раз она ни слова не сказала и вообще стояла где-то позади… Губы невольно расплылись в довольной улыбке, к счастью, я вовремя вспомнил, что на меня смотрят подчинённые, и удержал себя от радостных подпрыгиваний, рвущихся наружу. Одна есть!

Жаль, если пойду на помощь, сделаю только хуже. Ведь отстаивать, по сути, буду свои интересы, а если она решила вмешаться, то готова была к такому исходу. Теперь время покажет, сможет ли она повлиять на остальных.

***

Весь день в школе меня поливали негативом и подчёркнуто не разговаривали, даже отворачивались демонстративно, стоило мне попасть в поле зрения. Я же, столь же демонстративно, изображал примерного, тихого ученика, даже почти не лыбился, глядя на стражниц, и безропотно вкушал школьную еду, хоть два последних пункта и были серьёзным вызовом моему самоконтролю. Девочки на меня косились и, предполагаю, подозревали в построении очередных тёмных планов. Не отрицаю – они были правы, зато девочки всё время в тонусе.

Возвращаясь к моим жертвам. Жертвовать печенью на празднованиях – это одно, жертвовать чужим организмом на опытах Фобосу было не жалко, но вот жертвовать желудком из-за еды недельной давности, которую даже Фрост поостерёгся бы есть… Увы, превозмогать странного вида коричневую капусту с ещё более странного вида сосисками под общий аккомпанемент просто неописуемо подозрительного запаха мне пришлось честно, потому что это ещё было самое приличное блюдо. Фобос от ароматов блюда где-то внутри нервно подрагивал и делился со мной образами не самых аппетитных продуктов алхимических реакций, коих, будучи не последним алхимиком Меридиана, знал немало. А вот со вторым пунктом – отвлечься – выход я нашёл быстро, с головой погрузившись в заполнение своей планово-диктаторской тетрадочки, благо содержимое уроков сложностью не отличалось вообще, и на любой вопрос я мог ответить не задумываясь. А вкупе с честным лицом и примерным поведением это избавляло от любых попыток докопаться со стороны местных педагогов.

Что же до моих подчинённых, то Рейтар обеспечил неплохой контроль периметра. По крайней мере, Песочник всё время ошивался где-то за окном, да и сам воин вместе с Седриком и Мирандой периодически мелькали в поле зрения. Видели бы вы Рейтара в комбинезоне электрика и Седрика в форме работника доставки пиццы! Не зря, совсем не зря я дал приказ слиться с местными!

А вот Калеб опять куда-то делся, что начинало настораживать. В противоположность ему, Мэтью со своим ручным комком шерсти бдил, стараясь по мере сил не выпускать меня из виду ни на миг. Правда, приходилось сильно сомневаться, что его действия были продиктованы соображениями защиты меня любимого, тут скорее было личное – в подробности утренних «дискуссий» парня не посвятили, скажу больше, его практически открытым текстом послали, едва сунулся с вопросами, но одно музыкант для себя уяснил чётко – «я обидел Вилл». Разумеется, сама Вилл сразу оказалась забыта (никаких утешений и попыток поднять настроение, окружить заботой и так далее), а юный самец воспылал жаждой справедливости, в смысле, теперь неустанно пас меня с целью отомстить.

В общем, развлечений в школе хватало и без уроков биологии с расчленением лягушки.

– Эй, вы куда это? – недовольно прикрикнула Корнелия, заметив, что я, а следом и Рейтар с Мирандой и Седриком свернули на другую дорожку, нежели та, что вела к книжному магазину.

Уроки закончились несколько минут назад, и мы едва отошли от школы, кстати, это были первые слова, что адресовала мне хоть одна из девочек после утреннего скандала.

– Хочу прогуляться по городу, – небрежно ответил я, чуть обернувшись.

Краем зрения отмечаю, что Седрик и Миранда синхронно (богатый опыт придворной жизни) изобразили на обращённых к девочке лицах выражение: «Что за идиотский вопрос, деревенщина?» Рейтар был более сдержан, хотя при доле фантазии и его позу можно было расшифровать как: «ходят тут всякие…»

– К тому же надо бы прикупить пару вещей.

– Это каких? – не унималась блондинка. – Неужели краска для волос кончилась? – о, сразу перешли к личностям. За интонацию вообще браво, такой чудный оттенок презрения и брезгливости. А уж тема… Какая девчонка стерпит, когда насмехаются над её волосами? Сразу чувствуется опыт. Личный. Хе-хе.

– У меня её и не было, – продолжаю движение, сдерживая улыбку, и чуть встряхиваю волосы. – Это всё натуральное. Только не завидуй, хорошо?

– ЧТО?! Да ты на что намекаешь?!

Рёв, достойный натуральной банши (или женской ипостаси Седрика, хе-хе), незамедлительно привлёк внимание прохожих, что очень напрягло остальных стражниц, всё-таки застенчивые они девочки в мирной жизни. Под такое дело я даже приостановил движение и с удовольствием несколько секунд понаблюдал за спектаклем «укрощение строптивой», эх, им бы купальники и грязевую ванну, и лет по пять каждой добавить… Мечты-мечты. Ну и второй причиной остановки был элементарный здравый смысл, не уходить же, пока стражницы отвлеклись? Так и на зубок к Нериссе попасть недолго.

Ну вот, представление закончилось, потрёпанная, но не побеждённая блондинка с гордым видом отвернулась, девчонки, видя всеобщее внимание, сноровисто отбуксировали нас за угол – подальше от места происшествия, и ко мне с видом, ну честное слово, как на плаху приблизилась Вилл.

– Зачем тебе в магазин? У тебя же и денег нет.

– Продукты, – лаконично стал перечислять я, – предметы личной гигиены, одежда. Нас уже девять человек на одной площади, и все хотят кушать, приятно пахнуть, да и иллюзии поддерживать круглые сутки немного затратно, – киваю на Рейтара с Седриком. – А что до денег… Понятия не имею, кто тебе сказал такую глупость, но кто, по-твоему, купил помещение под книжный магазин? – на мгновение, при упоминании покупки книжного магазина, на лице Вилл промелькнуло что-то похожее на удивление, но она быстро с собой справилась.

– Всё равно нет нужды ходить толпой, всё это может купить кто-то из нас.

– Опустим момент, что очень вряд ли кто-то из вас знает хотя бы мои предпочтения в еде, не говоря уже о размерах Рейтара, но опять разделяться, давая Нериссе удобную возможность убить нас по частям… – складываю руки на груди и вздёргиваю бровь. – Ты серьёзно этого хочешь?

– Ммм… – на лице рыжика отразилась тяжёлая внутренняя борьба, она даже глаза закрыла. Понимаю, гордость, особенно после утренних происшествий, требует продолжать спорить, но здравый смысл, подкреплённый вполне реальными «синяками», нашёптывает прислушаться. К чести девочки, победил здравый смысл. – Ладно, идём все вместе. Но свои покупки несёшь сам!

– О, неужели ты думала, что я заставлю тащить свои вещи вас? Какая… бесчестная, подлая идея… Мне нравится! – и, счастливо ухмыляясь, поворачиваюсь, чтобы выйти обратно на тротуар, чувствуя, как сзади тихо искрят электрические разряды.

***

– Ну что, закончили? – спросила Вилл, подходя со своей тележкой к остальным.

– Вроде да, – неуверенно подтвердила Тарани, с некоторым страхом оглядывая содержимое трёх почти полных тележек.

– Точно-точно, – с энтузиазмом вклинилась Хай Лин, буквально с головой ныряя в свою с Ирмой часть закупок, – семь упаковок риса, пять пачек спагетти, соль, сахар, приправы и вот ещё соус карри, три бутылки – мой любимый! – улыбающаяся китаянка вынырнула, счастливо демонстрируя вышеозначенную бутылку соуса в руках.

– А ещё мыло, шампунь, чистящее средство, одноразовая посуда и, э-э-э… – темнокожая девочка удивлённо замялась, глядя в корзинку Корнелии, и рефлекторно поправила очки, – чулки и косметика? А это не слишком?

– Ну он же сказал, что платит за всё, – блондинка гордо мотнула волосами. – Тем более он нас оскорбил, забыли? Пусть расплачивается.

– Вообще-то это мы подслушивали его разговор с подчинёнными, а потом полезли ругаться, – попыталась возразить Тарани. – И сами мы тоже часто о нём всякое говорили, когда были одни.

– Ты на чьей вообще стороне?! – оскорбилась стражница земли. – Он слизняк, понятно?! Мы – правы, он – нет, точка!

– Да-да, – быстро поддакнула Ирма, с хитрой улыбкой подмигивая темнокожей, – и намёк на волосы тут совсем ни при чём.

– Я не крашу волосы! – завелась с пол-оборота Корнелия.

– Конечно, я и не отрицаю, – быстро закивала провокаторша, и не думая прятать улыбку.

– Вилл, а ты что скажешь? – обратилась Тарани к лидеру.

– Ну-у-у, – рыженькая оценила объёмы покупок, внутренне слегка холодея от страха. Даже на праздники они с мамой никогда столько не покупали. – Он, конечно, сказал, что заплатит, но как думаете, у него хватит денег?

Все пятеро дружно опустили глаза к тележкам.

– А-а-а-а… – протянула Ирма после минутной тишины и вновь на пару секунд замолчала. – Хороший вопрос.

– Кстати, – привлекла внимание Хай Лин, – а кто-нибудь знает, где Фобос?

Девочки испуганно переглянулись, у кое-кого на лицах уже успела отразиться паника, но ситуацию разрядила Тарани:

– Я видела, как он заходил в цветочный отдел, вон там, – девочка качнула головой в сторону прохода между полками магазина.

– Цветочный? – переспросила Ирма и, что-то сообразив, тут же перевела заинтересованно-предвкушающий взгляд на Вилл, мечтательно протянув: – «Подберу тебе что-нибудь под цвет глаз»… Девочки, у кого какие варианты?!

– Никаких вариантов! – быстро замотала головой рыжая, начав краснеть. – Идём за ним! – и, подавая пример (или убегая), быстро покатила тележку в указанном направлении.

– Может, гиацинты? – тут же донёсся до неё заговорщический шёпот Хай Лин.

– Они же белые, – таким же шёпотом неуверенно возразила Тарани.

– Бывают розовые!

Юная Вэндом стиснула зубы и прибавила шагу. Ну зачем она им только всё рассказала?!

***

Земные деньги у меня и вправду были, вернее, не у меня, как вышедшего из камеры заключённого, а в сейфе книжного магазина. Да, был там и такой, и не потому, что прежний Фобос или Седрик догадались сделать себе заначки на чёрный день, просто тащить их на Меридиан не имело смысла. Первоначально некие средства резервировались на оперативные расходы по поиску Элион, позже сам магазин приносил какую-то выручку, ну и всё так и осталось лежать. Не так чтобы много, но на несколько месяцев безбедного существования, думаю, вполне должно хватить. Я, честно говоря, не считал, просто убедился, что местные доллары визуально не отличаются от привычных мне, и взял первую попавшуюся пачку с банкнотами по два нуля после единицы.

Забег по супермаркету вышел плодотворный. Девочки так увлеклись, что даже немного оттаяли. Правда, была и обратная сторона – в процессе про меня они почти забыли, и приходилось всё время следить, чтобы не остаться без охраны. Ну, за вычетом моих «прихвостней». Впрочем, это мелочи.

А цветы я всё-таки купил. Да-да, в горшочке. А то чуяло моё сердце, обычный букет Вилл швырнула бы в первую попавшуюся урну. И я был прав! Тут она тоже попыталась, но я сделал одухотворённое лицо и одобрил жестокое убиение несчастного растения, «по секрету» поведав, что путь к становлению Великим Злобным Тираном начинается с первого маленького шажка, и у неё большой потенциал.

Рыжик пыхтела, скрипела зубами, метала из глаз молнии (почему-то больше в сторону подозрительно тихих и даже как-то благообразно стоящих в сторонке подруг), но горшок с цветком сохранила. Самое замечательное в ситуации было то, что Мэтью этого не видел – не пустили несчастного поэта со зверем в магазин, так что музыкант со своим ручным грызуном ждал у входа. А так как подробностей утреннего происшествия и моих обещаний он не знал, то и цветку не удивился, даже комплимент сделал – барабанная дробь! «…Идут к твоим глазам». Какой же я негодяй! Аж самому приятно. Кстати, девочки (кроме Корнелии) на этом моменте дружно прыснули в кулачки.

Ну, а вечером Вилл всё-таки не выдержала и пришла выяснять отношения:

– Так, говоришь, этот книжный магазин купил? – напомнила о нашем дневном разговоре девочка, когда мы остались одни.

Несмотря на кучу народа, я мог воспользоваться своей репутацией и остаться один. Правда, от вламывающихся без стука невоспитанных личностей это не спасало.

– Да, – отодвигаю стул от стола и оборачиваюсь к вошедшей. Стражница была на взводе, это сквозило во всей её позе, начиная от сложенных на груди рук и заканчивая взглядом. И её явно интересовало нечто большее, нежели прояснение вопроса моего финансового благополучия. – Или считаешь, я не могу этого себе позволить? Серьёзно? – улыбаюсь, видя, что ответа, несмотря на явно долгую подготовку к тому, чтобы сюда прийти, у неё не заготовлено. – Ты хоть представляешь, какими ресурсами я управлял, контролируя целый мир, и что по сравнению с этим какой-то там магазин?

Вилл перевела взгляд в сторону, изучая внезапно заинтересовавший её угол комнаты, и обиженно, с тенью переживаемого смущения, возразила:

– Меридиан не выглядел богатой страной. И вообще, насколько я помню, на Земле работал Седрик, а не ты.

– Он мой подчинённый, это раз, – движение пальцев, и от стены отъезжает ещё один стул, вставая напротив моего. Кивком предлагаю девочке сесть. – А во-вторых, если уровень жизни Меридиана ниже вашего, это не означает, что мы бедны. Это показывает уровень нашего промышленного развития. Но ведь тебя на самом деле не это интересует, верно? – улыбаюсь и ещё раз предлагаю взглядом сесть.

Вилл вздёргивает бровь, потом смотрит несколько мгновений на стул, на терпеливо ожидающего меня и, вздохнув, всё-таки садится. Недовольно.

– Что ты имеешь в виду? – ох, какая же у неё очаровательно-страдающая моська! Так и тянет схватить и затискать. Да-да, исключительно в целях помучить. Помучить, я сказал! – И прекрати на меня так смотреть, это бесит, – девочка передёрнулась.

– Ну ты уж прости, ничего не могу с собой поделать, – развожу руками. – Ты так очаровательно дуешься… мой милый Хрюсик-Шмусик-Мусипусик.

– Я не твоя и не милая! – стражница в искрах электрических разрядов вскочила со стула. – И прекрати меня так называть!

– Хорошо, чужая и противная, – успокаивающе качаю рукой, состроив раскаивающееся (чуть-чуть) лицо. – А называть не перестану, могу лишь обещать, что это будет строго между нами.

– Т-ты… – Вилл скрипела зубами и уже явно намеревалась выскочить за дверь, хорошенько той хлопнув. Всё-таки переборщил. Пришлось быстро вставать и брать за руку, вызывая у девочки секундный ступор.

– Успокойся, – заглядываю в насыщенно-карие, почти красные глаза волшебницы, – и присядь. Не стоит беситься из-за маленькой дружеской шутки.

– Дружеской? – скептически вскидывает бровь рыженькая, правда, руку вырывать всё-таки не спешит. – Когда это мы успели стать друзьями?

– Когда ты передала мне Сердце Кандракара, – тоном змея-искусителя с ходу выкладываю козырной туз и с наслаждением наблюдаю, как глаза девочки расширяются. – Пусть ты не хочешь этого признавать, но ты мне уже доверяешь, – опускаюсь почти к самому лицу Вилл, усиливая зрительный контакт. – Ты готова положиться на меня в бою, доверить спину и жизни подруг. Ты упорно убеждаешь себя, что я замышляю какую-то гадость, что от меня следует ждать удара в спину, но сердцем ты в это уже не веришь. Твоя интуиция, та самая, что не единожды спасала вас от смерти и выводила из передряг, где сгинули бы и в несколько раз более опытные воины, шепчет, что мне можно доверять. И поэтому ты страдаешь. Ты привыкла верить своим чувствам, тому внутреннему ориентиру, что сделал тебя лидером и много раз спасал жизнь, но сейчас его шёпот входит в противоречие с твоими убеждениями, с другой привычкой – считать меня воплощением Зла и верить в безгрешность своих поступков. Этот диссонанс чувств тревожит тебя, раздражает и пугает, – девочка смотрела на меня как загипнотизированная, хотя магии я не применял, но всё равно в этом моменте было что-то мистическое. Даже меня слегка пробирало от ощущения вдохновения этим… откровением. – Ты боишься, что твой привычный мир рухнет, обнажая нечто страшное и неприглядное, если вдруг выяснится, что я на самом деле вполне нормальный парень. Не плохой и не хороший, просто нормальный, со своими слабостями и недостатками, мечтами и надеждами. Не конченый психопат, голодно капающий слюной от мысли «как бы залить вселенную кровью», а человек, желающий блага родному миру не меньше, чем… ты. Именно поэтому тебя раздражают мои шутки и дружеские подколки, моя откровенная симпатия и дружелюбие, ты бы предпочла, чтобы я желчно зубоскалил над твоим детским прозвищем, чем произносил его с нежностью в голосе и взгляде. Тебе нужны подтверждения того, что я – Зло, подонок и маньяк, сейчас ты была бы счастлива их получить, ведь это вернуло бы привычный мир с головы на ноги и дало тебе моральное право плюнуть на мнение интуиции, заявив, что она ошиблась. Но вопрос в том, что для тебя важнее – истина? Или сладостное неведение?

Слова были сказаны, и мы замерли друг напротив друга. Девочка, смотрящая в мои глаза, как кролик на удава. Растерянно и даже как-то испуганно, тем самым взглядом, когда вроде бы и смотрит на тебя, но видно, что мыслями обращена уже только на собственную душу. И я – наслаждающийся этим незабываемым моментом, не решаясь даже ресницей дрогнуть, чтобы не разрушить мистического транса стражницы.

– Я… – Вилл моргнула и смущённо отвернулась. – Отпусти… ну… руку, пожалуйста.

Молча выполняю просьбу. Опять стоим, молчим. Стражница мнётся, но на что-то решиться никак не может. Я жду.

– Ты… – хозяйка Сердца Кандракара неуверенно скосила взгляд на меня. – Откуда ты вообще всё это взял?

– Я стал правителем Меридиана в тринадцать лет, когда погибла моя мать и была похищена новорождённая сестра, – поворачиваюсь к пустому участку пола и провожу в воздухе рукой, разворачивая иллюзию карты своего мира, готовясь поделиться частью биографии Фобоса. Разумеется, чуть сместив акценты. – Я был младше, чем ты сейчас, и на меня свалилась ответственность за огромное государство, – повинуясь мысли, контуры материков вспыхнули, наглядно иллюстрируя рассказ, – а вокруг трона имелась масса знати да приближённых покойной матушки, каждый из которых желал воспользоваться ситуацией, чтобы урвать кусок побольше. Перед Меридианом в полный рост маячила весёленькая перспектива эпохи феодальной раздробленности, – карта разбилась яркими граничными линиями, – королевство готово было рассыпаться на множество мелких владений, и… не умей я разбираться в людях, так бы оно и случилось. К тому же, – вновь поворачиваюсь к Вилл, – у тебя есть одно неоспоримое достоинство перед всеми и всяческими придворными… – замолкаю.

– Какое? – не выдержала паузы девочка.

– Ты не лицемерна. Ты можешь юлить, врать, пытаться скрыть свои чувства, но делаешь это так неумело и наивно, что ничего кроме умиления твои потуги вызвать не могут, – глаза стражницы возмущённо расширились, но сказать ей я ничего не дал. – Оставайся такой подольше. Поверь, – тепло улыбаясь, наклоняюсь ближе, – стать манерной дрянью очень легко, а вот перестать ей быть почти невозможно.

– Эээ… Спасибо… Наверное, – рыжик вновь растерянно отвернулась, судорожно шаря глазами по комнате. – Чёрт! – ругнулась девочка через пару секунд. – Ты меня совсем запутал!

– Ну-ну, не прибедняйся, всё ты поняла, – возвращаюсь на свой стул. – Просто не можешь решить, как теперь себя со мной вести и какие вопросы задавать.

– Очень умный, да? – стражница угрожающе прищурилась, сложив руки на груди.

– Не без того, – ухмыляюсь. – Кстати, вот это выражение тебе тоже очень идёт, я просто таю.

– Может хватит уже?! Только что разобрались, прекрати надо мной издеваться, – Вилл недовольно уселась на своё место.

– Я не издеваюсь, – с гордым видом отвергаю грязные инсинуации. Девочка опять одарила меня грозным прищуром. – Ну, может быть, совсем чуть-чуть, в любом случае, тебе это нравится, – улыбаюсь в ответ.

– Ничего подобного!

– Ладно-ладно, я не собираюсь с тобой ругаться, кстати, как тортик?

Девочка нахмурилась и засопела. А я всего-то дал указание не мешать стражницам ужинать. Ну и наглым образом открыл купленный образец кондитерской промышленности на глазах собравшихся в кухне феек, буркнул себе под нос, что, мол, «жаль, до утра засохнет», и, не обращая ни на кого внимания, с предвкушающим видом ушёл пить чай в свою комнату. Судя по реакции Вилл, провокация удалась.

– А сам как будто не знаешь? – рыжик воинственно вскинула подбородок, указывая взглядом на пустую тарелку на столе.

– Я хочу узнать твоё мнение и вкусы, – «улыбайтесь, это раздражает». Не помню, кто это сказал, но как он был прав!

– Опять задумал гадость?! – ты даже не представляешь, какую, хе-хе. – Тебе ещё не надоело? Мы, между прочим, должны тебя охранять, а не трепать каждый день нервы, потому как твоему высочеству захотелось повеселиться!

Ох, сколько же я могу на это сказать… Но одна лекция уже была, буду усердствовать дальше – добьюсь только того, что из-за обилия материала он не будет усвоен вообще, а значит…

– Но я же должен знать вкусы своей первой официальной ученицы? – и ангельски хлопаем глазками. Ангельски, я сказал, а не скалясь, как довольная демонюга!

– Э-э-э-э… Чего-о-о?!

– У тебя очень забавная реакция, – волевым усилием откидываюсь на спинку стула, переходя на серьёзный тон. – Но посуди сама, чего такого неожиданного в моих словах? Ты хозяйка Сердца Кандракара, но разве кто-нибудь когда-нибудь учил тебя полноценно пользоваться его силой, да и собственными возможностями? Несколько простейших фокусов – вот твой предел, да и там ты ведь и близко не знаешь, как реально они работают и на каких принципах строятся, или я ошибаюсь? – девочка нахмурилась, но я ещё не закончил. – В знании теории ты безнадёжно отстаёшь даже от Нериссы, а она, уж поверь мне, на титул архимага даже с натяжкой в виде двух Сердец не тянет. Вот и получается, что я просто обязан подтянуть тебя, тем более что скоро ты станешь моей правой рукой на Меридиане, а я очень не люблю рядом с собой дилетантов.

– К-какой правой рукой? – заикаясь, переспросила ошарашенная школьница.

– Ну не прачкой же тебя делать! – изображаю в воздухе неопределённый жест кистью. – Я, конечно, блондин, но не до такой же степени.

– П-подожди! – всплеснула руками Вилл. – Почему?! Объясни ты нормально!

– Что объяснять? – вскидываю бровь. – У нас договор: побеждаем Нериссу – ты идёшь ко мне служить, а гробить такой потенциал на роль элемента декора мне не позволяет врождённая вредность потомственного самодура. Так понятней?

– То есть стой, подожди! – стражница энергично всплеснула руками, потом закрыла ладонями лицо, помассировала его несколько секунд и подняла на меня обиженно-опасливо-враждебно-недоверчивый взгляд. – Ты сейчас сказал, что будешь учить меня магии, а потом сделаешь вторым лицом в государстве, и всё это несмотря на то, что мы были врагами?

– Мне просто интересно… Чем ты слушала, когда мы заключали сделку?

– Эй! Тогда ничего не было ни про ученичество, ни про должность! И вообще, я думала, что ты хочешь сделать нас рабами для удовлетворения всяких своих мерзких… – девочка задохнулась, не иначе пытаясь подобрать термин, наиболее отражающий её возмущение, и при этом не переходить черту приличия, – диктаторских потребностей!

– Тебе не надоело? – с мрачным видом протянул я, от усердия даже закатив глаза.

– Ну прости, это всё сложно переварить вот так сразу, – недовольно пробурчала стушевавшаяся волшебница.

– Забавно, что это говоришь мне ты – человек из мира, где существуют бразильские сериалы.

– Э, ты сейчас о чём? Как к нам относятся бразильские сериалы?

– Хочешь сказать – не смотрела?

– Ну-у, видела немного, – по-прежнему растерянно хлопая глазами, признала Вилл.

– А теперь представь, что я бы оказался твоим настоящим отцом, так как четырнадцать лет назад посещал Землю и познакомился с твоей мамой на вечеринке, про Седрика внезапно выяснилось, что он брат Корнелии, а Мэтью вышел бы тебе родным дядей, тайно и давно потерянным твоей бабушкой, ну и так далее по художественным приёмам, что так любят ваши сценаристы. Так что всё познаётся в сравнении.

– … – судя по взгляду стражницы, меня бессовестно бросили, отправившись в неведомые дали. Но девочку можно понять, даже меня описанная картина пробирала, и это я ещё не все варианты озвучил. – Да, – отмерла рыженькая, – наверное, ты прав.

– Ладно, – решаю закругляться, – иди уже спать, а то мы так и до утра просидеть можем. Или того хуже – тебя прибегут спасать, предварительно навыдумывав очередных страшилок о том, как злобный колдун делает что-то непотребное с их подругой, – изображаю полную тоски, страдания и обращённых к небу мук физиономию. Вилл тихо хмыкает. – А мне ещё разгрома на ночь глядя не хватало – спасибо, насмотрелся, пока вы шастали у меня по дворцу, причиняя добро и нанося справедливость.

– Это ты про тот случай, когда бросил меня в Яму или когда заставил без сил драться с превращающимися в нас птеродактилями? – вздёрнула бровь девочка, добавив в голос ироничных ноток.

– Туше, – довольно усмехаюсь. – Но хватит мне зубы заговаривать, иди уже, Хрюсик-Шмусик-Мусипусик.

– Ты неисправим! – вскочила волшебница и с возмущённым видом направилась к двери. Но уже у неё на секунду замерла и, что-то обдумав, тихо добавила: – И спасибо за цветы, – после чего, не дожидаясь ответа, выскочила наружу…

Глава 8

– Мне одной кажется, что это какое-то странное обучение магии? – неуверенно спросила Тарани, с опаской заглядывая в кипящую кастрюлю.

– Да, Вилл, мне тоже интересно, почему обучать взялись тебя, а стоим мы тут втроём? – вторил ей звонкий голос Ирмы, с подозрением осматривающей только что растолчённые в ступке орехи.

– Ну, я… – аловолосая девочка сама пребывала в крайне смешанных чувствах, в частности, оттого, что приходилось непрерывно помешивать какую-то подозрительную бурду коричневого цвета в кастрюле.

– Вы здесь потому, что у вас со мной контракт, – раздался холодный голос принца Меридиана, заставив юных феек нервно подпрыгнуть, – а мне не нужны в окружении невежды. К тому же, – Фобос навис над главной стражницей, почти касаясь её спины, и заглянул в булькающую посуду, – этот состав обязан уметь готовить любой уважающий себя маг. Особенно если этот маг – девушка, – похоже, удовлетворившись увиденным, беловолосый качнулся назад и отошёл в другой конец кухни.

– А-а-а… Почему? – не удержалась от проявления любопытства повелительница воды.

– Потому, что ни один маг не возьмёт в жёны женщину, которая не умеет варить Камру[1], – бескомпромиссно сообщил князь.

– В мире есть не только маги, – не смогла промолчать Вилл, чувствуя в словах мужчины неприкрытую дискриминацию.

– Не прекращай мешать! – тут же последовал повелительный окрик, и спохватившаяся девочка, злясь, продолжила осточертевшие движения серебряной ложкой. – Через восемнадцать помешиваний можете смениться, – уже на полтона ниже милостиво разрешил Фобос. Милость в его голосе просто чувствовалась кожей, что ему, однако, совершенно не помешало мгновенно сменить тон и тему: – Вы хотите, чтобы вашим детям передались способности?

– Ммм… – выразила общее отношение стражница огня, поправляя очки. К счастью для себя, Вилл в этот раз не сбилась и продолжила отсчитывать круги, пройденные ложкой, хотя впасть в прострацию от вопроса очень хотелось. – Мы, если честно, вообще ещё о детях не думали, – ответила Тарани.

– А зря, – Фобос уткнулся в свою тетрадь и старательно там что-то записывал, судя по голосу, о чём-то сильно задумавшись, – по меркам Меридиана вам всем уже давно пора…

Передав ложку и уступив место темнокожей подруге, младшая Вэндом недовольно размяла руку и перевела взгляд на спину «учителя».

– А сам-то ты тогда чего не женат?

– Этому есть много причин, – всё так же задумчиво отозвался князь. – В начале правления мне было не до того, потом я планировал устроить династический брак с кем-то из соседей для бескровного присоединения мира претендентки к Меридианской Империи, ну, а после создания Завесы смазливые личики придворных стерв уже давно перестали пленять моё сердце, а кого-то получше в окрестностях не наблюдалось… Так! – тетрадь хлопнула страницами, и беловолосый резко развернулся. – Вы добавили молотые орехи?

– Только что! – Ирма поспешно смахнула в кастрюлю последние несколько крупинок и изобразила честный-честный взгляд.

– Хм-м… – Фобос подошёл ближе и опять посмотрел на варево. – Ужасно. Просто ужасно.

– Эй! Мы всё делали так, как ты сказал! – возмутилась аловолосая волшебница.

– Дай-ка подумать, – тиран картинно помял подбородок, подняв взгляд к потолку. – Я говорил концентрировать магическую энергию на кончиках пальцев и думать о хорошем?

– Э-э-э… Ну-у… – главная стражница замялась, действительно припомнив что-то такое в начале «урока».

– Говорил, – удовлетворённо констатировал принц. – А вы наверняка думали о том, какой я придурок и какой фигнёй заставляю вас заниматься, я прав? – девочки невольно переглянулись и дружно попытались стать как можно незаметней, глядя куда угодно, кроме лица бывшего врага. – А раз «прав», то через пять минут снимете пробу и прочувствуете весь объём своей неправоты лично, – подвёл черту беловолосый и, вновь открыв тетрадь, удалился с кухни.

– Блеск… – заглянувшую в кастрюлю с бурлящей жижей Ирму передёрнуло. – Вилл, а ты уверена, что это урок магии? Может, нас хотят отравить, и всё это, – девочка обвела рукой «фронт работ», – просто алиби?

– Слишком сложно, – не очень уверенно возразила стражница, тоже с внутренним содроганием поглядев на результат их совместного труда.

– Но вдруг?! – не унималась повелительница воды. – Это может быть очень циничное отравление! С особой жестокостью и… это… Тарани, как там называется третье отягчающее у маньяков?

– Не знаю, о чём ты, – поправила очки мулатка, – но среди продуктов не было ядовитых. И я магию старалась концентрировать…

– Ладно, мы сами это сделали, будет справедливо, если мы сами это и попробуем, – произнося эту фразу, Вилл ни капельки не верила ни в единое слово, но признаться не позволяла гордость. Правда, в конце она всё-таки сделала попытку себя успокоить: – В конце концов, вряд ли от одного глотка что-то случится…

Судя по взглядам подруг, попытка провалилась с треском.

– Ну, у меня есть активированный уголь… – приняла эстафету самоуспокоения Тарани.

Пять минут спустя:

– Ну что, вместе? – спросила Вилл, держа на весу свой стакан.

– Может, сперва кто-то один? – предприняла последнюю попытку откосить Ирма, и тут же оказалась под перекрестием двух согласных и ожидающих взглядов. – Э-э-э-э, я это так… Пошутила. Давайте лучше вместе!

– Эх… – аловолосая вернулась к своей порции коричневой бурды, источающей страшный запах чего-то жжёного. – Ну, стражницы, мы проходили и не такое… Залпом, все вместе, раз, два…

Глоть…

Целую секунду Вилл крепилась, пытаясь сдержаться, но…

– А-а-а-а! Тьфу, какая гадость!

– Почему так остро?! Моё горло!

– А-а-а-а!!! Воды мне!

Безумная суета заполнила помещение на несколько минут. Едва не расколотив чайник с водой и несколько чашек, девочки наконец отдышались, опустошённо привалившись ко всем доступным поверхностям.

– Что за шум? – в дверном проёме возник Фобос и окинул взглядом композицию. – Угу, вижу, вы попробовали, ну и как?

– А ты сам проверь, – мстительно улыбнулась главная стражница. – Учитель должен проверять работу учеников!

Вопреки ожиданиям, тёмный князь промолчал и действительно прошёл к столу, где в спешке побросали свои стаканы девочки. Подняв ближайший, он взболтнул жидкость, посмотрел на просвет и, поднеся ко рту…

Стражницы затаили дыхание, не веря в то, что видят.

… одним глотком допил.

– Хм-м… – протянул мужчина просто издевательски громко и неторопливо, погоняв варево языком во рту. – Не шедевр, конечно, но я ожидал худшего. Кто-то из вас всё-таки слушал инструкции?

– А?.. – больше ничего ни Вилл, ни её подруги выдавить из себя не смогли.

– Что?

– Ты… Ты это выпил… – с суеверным ужасом вздрогнула юная Вэндом.

– У вас действительно не самый худший результат, поверь, мне есть с чем сравнивать, – снисходительно пожал плечами беловолосый. – А теперь смотрим, как это должно быть на самом деле, – парень щёлкнул пальцами, и использованная посуда с инструментами поднялась в воздух…

Ещё двадцать минут спустя:

– Ты уверен? – подозрительность совершенно не желала отпускать аловолосую стражницу.

– Пей, – требовательно щёлкнул холодный голос.

Подруги переглянулись и дружно вздохнули. Делать было нечего, но на этот раз хотя бы запах не вызывал желания натянуть противогаз.

Глоток…

– М-м-м-м! – удивлённо протянула Ирма, с энтузиазмом наклоняя стакан сильнее.

Вилл тоже с изумлением чувствовала, как вместо отвратительной бурды рот наполняет что-то… Вроде горячего шоколада… Или кофе, разведённого в молоке… Или шоколадного молока без сахара… Или… Подобрать точную аналогию не получалось. Напиток не был сладким, но в то же время и не горчил, при этом удивительно приятно растекаясь по рту и пищеводу. Казалось, путь приятных ощущений можно было проследить до желудка.

– Как так? – опустошившая свою порцию Тарани непонимающе глядела на остатки жидкости. – Продукты были те же самые, время приготовления и очерёдность – тоже…

– Всё дело в магическом наполнении, – обронил Фобос. – Тонкость и чёткий контроль спектра вливаемой энергии. Вы, когда учились использовать свои стихии, делали то же самое – концентрировались на строго определённых эмоциях, чтобы вызвать огонь, воду или квинтэссенцию. Это уже потом вы свыклись и стали использовать их автоматически.

– А ты откуда знаешь?

– Считаете себя очень оригинальными? – вздёрнул бровь князь.

– И это то, чему мы должны научиться на этих уроках? Ээ… Менять свою стихию? – криво улыбнулась мулатка, поправляя очки и пресекая в зародыше готовую начаться перепалку.

– Разумеется, нет, – небрежно махнул кистью принц. – Вы не сможете поменять свою стихию, максимум – научитесь пользоваться нейтральной магической энергией. Но моя задача сейчас – научить вас контролировать свою силу, придавая ей нужные вам свойства, а не только те, которые вы считаете для неё естественными. Например… – Фобос щёлкнул пальцами, и над его рукой возник шарик белого огня. Секунду он висел в воздухе, а потом упал на пол и, к изумлению девочек, подпрыгнул и покатился дальше, пока не истаял в нескольких метрах от них.

– Твёрдый огонь? – Тарани наклонилась к месту падения. – Но как это сочетается с законами физики?

– Если достаточно сильно сжать воздух и охладить, он тоже станет твёрдым, вопрос только в необходимых усилиях и фантазии. Магия зависит от ваших эмоций и желаний, сразу, конечно, ничего не получится, но без практики люди бы даже пальцами шевелить не могли. Тренируйтесь. Теперь каждый день дважды будете готовить Камру. Когда сможете выпить своё творчество – перейдём к простеньким фокусам.

– Стоп-стоп! Тайм-аут! – замахала руками Ирма. – Как нам тренироваться, если мы не знаем, что делать?!

– Я вам уже всё объяснил в начале занятия, – игнорируя возбуждение повелительницы воды, Фобос ещё раз наполнил себе кружку. – Кто не понял – обращайтесь к Тарани, она смогла влить свою силу, не расплавив ложку. Вечером получите краткий справочник зависимости маны от эмоционального состояния, я его почти закончил. Всё, – тёмный принц направился к выходу, – убирайтесь здесь, нам через полчаса выходить.

– Эй! – дёрнулась Вилл, внезапно осознав, что кухня находится в состоянии почти полного разгрома. – Ты же тоже участвовал?! Почему убирать должны мы одни?

Беловолосый на секунду замер, а потом обернулся, довольно улыбаясь.

– Учитель должен проверять работу учеников, а ученики – убирать рабочее место после учёбы, – и, игриво подмигнув начавшей закипать от возмущения аловолосой, шмыгнул наружу.

***

Нерисса затихла. То ли испугалась моей подготовки (похвалим себя), то ли готовила что-то. Её непревзойдённый сынок тоже что-то мутил. Пропадал куда-то чуть ли не каждый день на четыре-пять часов. Проследившая за ним Миранда доложила, что он находит болотного паслинка и перемещается на Меридиан. Его деятельность настораживала, но я понимал, что сделать пока что он ничего не может. Я им всем нужен.

После разговора по душам с Вилл наши отношения заметно улучшились. Нет, мы всё так же пикировались, и она при каждом удобном случае демонстрировала, как сильно я её раздражаю, но зато слушалась. Ох, кто бы ей про такое чудо рассказал месяц назад?..

Обучение магии я решил начать с самых основ, причём не только самой Вилл, но и её подружек, которым предстояло попасть в ряды моих боевых горничных, хэм… в смысле… хотя… Мысль и правда интересная! Только при них бы не ляпнуть. А вот над дизайном служебной формы подумать можно…

Так, я отвлёкся. Обучение я решил начать с основ, но тут была одна проблема – направлять свою силу девочки уже прекрасно умели, а вот стадию «почувствовать» пропустили полностью, а без этого ни о какой тонкой работе не может быть и речи. Как обычно учат магов? «Почувствуй Силу, юный падаван!», и совсем это не смешно! Правильный эмоциональный настрой, чаще всего достигаемый медитациями, но можно и без них, и какая-то простенькая задача, для решения которой нужен самый минимум энергии. Дальше всё зависит от характера, таланта, силы, но в сущности, помучившись от нескольких недель до месяцев, ученик наконец нащупывает нужный метод и кричит «Эврика!» Живительные тумаки от наставника и реальная опасность для жизни на сокращение срока прохождения этапа тоже действуют весьма положительно.

А вот дальше «прозревшего» ученика начинают учить брать эту энергию под контроль, осмысленно гонять её по телу, помещать в определённые рамки, преобразовывать… Процесс длительный и очень кропотливый, но не пройдя его, ни о каких заклинаниях не может быть и речи, только сырые выбросы.

И у стражниц этот этап пройден не был. Обладая огромным источником дармовой энергии, им не нужно было ничего чувствовать и заставлять куда-то двигаться, оно само вырывалось, как вода из шланга, только вентиль ослабь. Кроме того, помимо энергии, они обладали даром «управлять стихиями», а это вообще другая история.

Представим, что у вас две руки, и вместо того, чтобы обычным образом шевелить обеими, вы двигаете только правой, а если требуется задействовать левую, то правой же её берёте, поднимаете, кладёте куда нужно, и так далее. Вот и здесь то же самое – одна рука зовётся «магическая энергия», вторая – «управление стихиями», последнюю-то девочки и тренировали, требуя от первой лишь самых простых вещей, вроде превращения огненной маны в огонь или водной в воду. Хотя та же Корнелия, по чисто психологическим причинам, прямым преобразованием не овладела, действуя опосредованно, а именно – вливая энергию в растения и преобразовывая её уже там, думая, что просто ускоряет рост. У Хай Лин было чуть лучше, она просто думала, что когда атакует выдохом, тем самым «торнадо из сложенных трубочкой губ», то весь объём воздуха перед этим вдыхает сама.

Короче говоря, непосредственно магической энергией они все управляли через задницу! И это очень мягко сказано.

Эту-то проблему я и стал решать. Здраво рассудив, что раз мои подопечные – девушки, то классические варианты вроде «медитация обнажённым под водопадом три недели» им не очень подходят, а вот умение хорошо готовить, напротив, всяко пригодится. Прежний Фобос кулинаром был так себе, но пару чисто профессиональных блюд колдуна знал. Та же Камра – штука для чародея очень полезная, особенно после магического перенапряжения. На вершины мощи, ясное дело, не поднимет, но часть негативных ощущений снять поможет, да и на вкус ничем не хуже кофе и так же хорошо бодрит. А главное – требует от кулинара филигранной точности с вливанием маны – именно то, что было нужно девочкам.

Первая их попытка была, без всякого преувеличения, ужасна… Огненная мана почти в чистом виде… Натуральная заварка из красного перца, с соотношением одна треть – перец, две трети – вода. Чего мне стоило удержать лицо и подбодрить этих отравителей…

Но я отыгрался! Вот уже неделю эти мелкие чудовища два раза в день пьют свою бурду и даже не думают возмущаться! Даже не знаю, чего там больше – гордыни, что злобный тиран смог выпить их оружие массового поражения и не поморщиться, а значит, и они справятся, или желания таки научиться и превозмочь. В любом случае, я в выигрыше, хе-хе.

А вот с ночёвками всё было не так радужно. Перво-наперво, ни один родитель не позволит ребёнку недели кряду жить «где-то там» с подружками и, особенно, молодыми людьми, да без присмотра взрослых. Идеально было бы уговорить девочек на всё плюнуть и заниматься только охраной моей величественной персоны, и я даже примерно знал, как это осуществить…

Проблема состояла в том, что весь план держался на идее «поймать Нериссу на живца», а это было бы крайне сложно, возникни у нас необходимость прятаться от местных сил правопорядка, поднятых на уши обеспокоенными родителями и школьной администрацией. Вариант «сбежать на Меридиан» даже не рассматривался – мало того, что мы потеряем бонус «своего поля» от Сердца Земли, так ещё и на «чужое поле» попадём – Сердце Меридиана-то у Нериссы. Можно было бы спрятаться на Кандракаре, но туда ведьма, не будь уж совсем больной дурой, не полезет, пока не соберёт штук пять Сердец, а это для нас гарантированный проигрыш. С остальными вариантами ситуация была немногим лучше, так что самым разумным действием с моей стороны было «не суетиться» и решать проблемы, оперируя в местных реалиях.

Выход, не самый удобный и даже, прямо скажем, обременительный, был найден. Теперь каждый день девочки «собирались всей компанией» друг у друга и «делали уроки», после чего «расходились» по домам. Причём всё это было правдой, только ведь «правда» – понятие растяжимое.

Прежде всего, вместо пяти девочек по гостям ходила вся наша немаленькая банда, просто Рейтар, Седрик, я, Калеб и Мэтт скромно сидели под иллюзией, Миранде повезло чуть больше – её взяли шестой в «официальный состав». Ну и Песочник, да… Этот устроился лучше всех – блаженно растекался под окнами, пока мы изображали из себя «Рижские шпроты» в тесных комнатушках.

В принципе, можно было сделать чуть иначе, так, чтобы по домам ходила только одна из стражниц, а роль остальных выполняли бы иллюзии или астральные дубли. Одна настоящая стражница была нужна обязательно, чтобы непосредственные родственники не заметили подмены. Но у этого плана был один существенный недостаток: автономные (не сидеть же мне рядом! Это убьёт весь смысл!) и динамичные иллюзии – штука крайне сложная, даже без всякой псевдоматериальности, которая, по уму, тоже не помешает. Такие вещи делают неделями! А от попытки каждый день сдавать финальный экзамен на звание Магистра Магии Иллюзий у меня пупок развяжется и мозги коллапсируют. Вот было бы у меня Сердце Земли… Впрочем, тогда бы и элемент автономности не требовался, да и чего нет, того нет. Что же до астральных дублей, то они доставят больше проблем, чем пользы – слишком тупые. Кроме того, у меня были веские личные причины пока не напоминать Вилл о подобной возможности, и ради этих причин стоило потерпеть временные неудобства.

Неудобства же на необходимости тесниться не заканчивались. Утром и вечером следовала сложная игра в пятнашки с множественными телепортациями туда-сюда и созданием/снятием иллюзий спящих стражниц на кроватях. До/после чего каждая ещё должна была уделить время семье, изобразить активное участие в домашних делах и прочее-прочее-прочее, пока мы все терпеливо ждали за углом.

И, кстати говоря, как ни парадоксально, но больше всех от этих метаний страдали именно стражницы…

– Подъём! – поставленным долгими годами службы командным голосом возвестил на весь книжный магазин Рейтар.

Я отложил карандаш и протёр уставшие глаза. Сейчас начнётся… Три, два…

– Да что ж ты так орёшь, солдафон неотёсанный?! – как всегда, первой подала недовольный голос Корнелия.

– А-а-а-ах-х-х! – зевнула стражница воздуха, да так громогласно, что от пошедшего по коридору ветра где-то хлопнула форточка. – Всех с добрым утром!

– И ты туда же! – продолжила блондинка. – Кто-нибудь, стукните её, всю ночь спать мешала своим храпом!

– Эй! Я не храплю! – на секунду в комнате девочек повисла тишина. – Что, правда?!

– Хай Лин, не притворяйся, – невнятно пробурчал голос Ирмы, словно та уткнулась лицом в подушку. – Мы тебе ещё в про… аз… ли… – совсем сошёл он на нет.

– Э… Точно, я и забыла, – застенчиво сообщила китаянка.

– Вилл, пора вставать, – голосом не менее сонным, чем у стражницы воды, тихо сказала Тарани. На заднем фоне донеслось шевеление ткани.

– Да-да, ещё пару минут… Я только… совсем чуть-чуть… – со столь сладкой интонацией, что даже мне захотелось зевнуть, промурлыкала младшая Вэндом, похоже, так и не приходя окончательно в сознание.

– Сколько можно?! – вновь вклинился голосок недовольной златовласки. – До школы ещё два часа! Я не высыпаюсь уже неделю, скоро под глазами появятся синяки!

– Тебе хотя бы не нужно готовить, – попыталась утешить её мулатка, – а нам с Вилл и Ирмой сейчас на кухню.

– И не стыдно вам варить кофе этому самовлюблённому павлину? Забыли, что он хотел сделать с Элион?!

Дальнейшую склоку заглушил предупредительный стук в дверь и голос Рейтара:

– Мой князь? – приглушаю усиленный магией слух и, дёрнув пальцем, открываю дверь.

– Проходи, – киваю воину. – Есть что-то новое?

– Никак нет. За ночь никаких происшествий не произошло, дежурили я, Песочник и Миранда.

– А Калеб?

– Мятежник опять куда-то уходил, – лицо лидера Рыцарей Мщения закаменело. – Я ему не доверяю, он может снюхаться с ведьмой и сдать нас ей в самый опасный момент!

– Я знаю, – обращаю тетрадь в булавку и, закрепив её в кармане рубашки, поднимаюсь со стула. – Но я дал слово, а значит, мы пока ничего не можем с ним сделать. Лучше скажи, Мэтью ещё не появлялся?

– Нет, мальчишка не приходил.

– Прекрасно, пусть Миранда его встретит как обычно, – не сдерживаюсь и слегка улыбаюсь. Предвкушающе.

Ещё пару дней назад мне пришло в голову приказать воспитаннице слегка поприставать к музыканту. В своём человеческом облике она очень даже не дурна, уж точно не хуже стражниц, и великолепно умеет строить из себя милейшее существо. Тем более и ничего серьёзного от неё не требовалось, так, лёгкий флирт, немного навязчивого внимания и самую капельку невинных вопросов «от иномировой девушки к местному парню». Главной её задачей было примелькаться с ним перед глазами Вилл и, по возможности, не оставлять их наедине. Ничего сложного, особенно если не усердствовать с демонстрацией интереса при «Мусипусике», а результат – никаких претензий к ней и никакого времени друг на друга у парочки фея/недодемон.

И всё работало. Нет, никакой ревности и ссор, Миранда действовала по-настоящему аккуратно, но вот «осадочек» уже начал оседать.

Воин с готовностью кивнул. Может, он и не одобрил бы подобные методы, но я и не открывал ему всей подноготной, ну следит девчонка за потенциально опасным мальчишкой, не позволяя ему подбивать стражниц на всякие вредные для нас глупости, и ладно.

– Прикажете подать завтрак? – уже готовясь выйти, осведомился Рейтар.

– Нет, я поем позже. Ты-то уже питался?

– Так точно, мой князь.

– Хорошо, можешь идти, – ещё один короткий поклон – и он исчезает за дверью.

Ну что ж, мне тоже пора на выход. Увы, явление лучезарного наследника трона Меридиана, одного из сильнейших магов мира и Ужаснейшего Зла во Вселенной (последнее – по мнению совета Кандракара) прошло никем не замеченным. Возбуждённые девчонки носились по коридору, переругивались за право первой попасть в уборную, решали, кто готовит бутерброды, и так далее… В общем, делали то же самое, что и всегда на памяти настоящего Фобоса – создавали хаос и бедлам.

Запас времени ещё был, так что, стараясь не обращать внимания на кутерьму, я прошёл на кухню и неторопливо заварил себе кофе, за употреблением которого и наблюдал дальнейшее представление. Очень скоро рядом пристроились Седрик с такой же чашкой и Рейтар без оной. Невозмутимо созерцающих энтропию взглядов стало три.

– Мой князь, возможно, их следует поторопить? – осторожно скосил на меня взгляд оборотень, когда напиток уже давно подошёл к концу, а конца бессмысленному мельтешению всё никак видно не было. Судя по голосам, они умудрились потерять два носка, блузку, кофту и… ещё воз самой разной одежды. Как это было возможно в комнате, где из всей мебели – матрасы да школьные ранцы, я не хотел даже задумываться.

– Пожалуй. Но для чистоты эксперимента подождём ещё минуту.

– Вы правда думаете, что она справится? – вскинул брови блондин.

– Ну, она ими как-то командовала, когда водила на Меридиан, – чуть раздражённо пожимаю плечами. – Я хочу понять принцип. Или граничные условия. Должен же быть какой-то алгоритм!

Дело было в том, что иногда (вот как сейчас) у стражниц словно переключался какой-то тумблер, и начиналась «демократия», мигом превращающая спаянную группу в шумное, бессмысленное и феноменально глупое сборище. Практические исследования показали, что если к ним захожу я, вежливо рявкаю, получаю в ответ что-нибудь колкое со стороны Вилл, общим смыслом «мы сами с усами», и гордо удаляюсь, то в полной готовности они стоят уже через пять минут, а на плите уже кипит камра. Но если я вдруг не зайду, то сборы могут застрять и на двадцать, и на тридцать, и на сорок минут, причём на одной стадии, пока я всё-таки не спровоцирую юную Вэндом на вышеозначенную мысль. Вывод напрашивался один – побудительным мотивом к самоорганизации и духовному росту стражниц являюсь я. Но так как это слишком сильно отдавало нарциссизмом, прекращать эксперименты я не спешил.

– Они дети и умеют думать только в ситуации, опасной для жизни, – хмуро заявил Рейтар, пряча в голосе глубокую досаду.

– К сожалению, от понимания данного факта только хуже, – согласился я с чувствами воина.

Помолчали…

– Мы готовы! – влетела на кухню Вилл, судорожно пытаясь попасть левой рукой в рукав кофточки. За ней вяло подтянулись и остальные.

– Хм, – сверяюсь с часами на стене. Вроде тикают. – Ну, допустим… Браво, – складываю руки на груди. – Удивили. Хотя за урок по магии – «неуд».

– Ты хоть иногда можешь не язвить? – скривилась аловласка.

– А что я такого сказал? – с улыбкой вскидываю бровь. Про камру они и впрямь полностью забыли.

Судя по глазам, она и сама это знает, но вот согласиться гордость не даёт.

– Может, поторопимся? – внесла рациональное предложение Тарани. – А то меня вот-вот мама пойдёт будить.

– Да, точно, – Вилл начала вынимать из-под ворота цепочку с кристаллом. – Кстати, Мэтт ещё не приходил?

– Нет, – вместе с Рейтаром и Седриком шагаю ближе. – Будем ждать? – и ироничная улыбка. Мне-то с родителями объясняться не надо.

– Нет времени, – всё правильно поняла фейка и, таки достав Сердце, сосредоточилась, уперев в него взгляд. – К кому первым? – мулатка уже открыла рот, как вперёд выпрыгнула Ирма.

– Ко мне! – девочка сделала «страшные глаза», чуть ли не хватая Вэндом за грудки. – У Тарани только мама, а у меня Крисс! Если он ворвётся в комнату с очередной своей игрой, это будет конец! Катастрофа! Полный и абсолютный финиш!

– Ладно-ладно, я поняла, сейчас, – главная стражница сосредоточилась, и я ощутил укол разливающейся от кристалла магии, а взгляд на миг ослепила вспышка.

Холостяцкая, эм, я хотел сказать – девичья комната встретила нас тишиной и тем же самым бедламом, что и вчера. В кровати с видом натурального ангелочка лежала иллюзорная копия спящей повелительницы воды, никак на наше появление не реагируя. Щелчок пальцами – и она исчезает, сжать кулак – и все мы, кроме хозяйки помещения, «растворяемся в воздухе».

– Ирмаааа!!! Пора вставать! Кииийя! – дверь с грохотом распахнулась, и на пороге появился мелкий пацан в чёрной пижаме и с деревянным мечом в руках. – Иииийя! – меч кого-то «разрубил» перед владельцем. – Мама сказала тебя разбудить! А ты… Ты уже встала?

– ДА, КРИСС! Я уже встала, брысь из моей комнаты! – распалённая девочка оказалась рядом со скоростью звука и, схватив брата за шкирку, вытолкала его в коридор.

– Эй! Как ты со мной обращаешься?! – негодовал парень. – Я ужасный ниндзя-изгой!

– Ты ужасный шумный балбес! – припечатала Ирма снаружи, после чего резко вернулась в комнату задним ходом и захлопнула дверь. – Всё, идите, до скорого, – глядя в наш угол и с усилием подпирая створку, попрощалась девушка.

– С кем ты там разговариваешь? – подозрительно донеслось сквозь дерево.

– НИ С КЕМ! – рявкнула страдалица.

– Это заговор клана Кога! – радостно возопил мелкий. – Я знаю! Открой, я его раскрою! Киииийя! – с той стороны опять послышался удар, и девочку чуток качнуло.

– Уходите быстрее! – зашипела Ирма, содрогаясь от новых ударов и воплей.

– Удачи, – скованно буркнула Вилл, и мы вновь перенеслись.

– Знаешь, – новая смена иллюзий, но уже в спальне темнокожей стражницы, – когда во дворце появилась Элион, я имею в виду, во второй раз, я считал, что мне тяжело. Все эти вечные капризы, глупости и дёрганья во время важных дел, которые нужно терпеть…

– Ты это к чему? – подозрительно повернулась ко мне аловласая ученица.

– Неприятно это признавать… Но я был не прав.

– Ещё извинись, что хотел забрать её силу, – фыркнула Корнелия, пока Тарани аккуратно выглядывала в коридор.

– С чего бы? – вздёргиваю бровь.

– Никого нету, можете идти, – поделилась мулатка, притворяя дверь.

– Угу, – буркнула Вилл и активировала очередную телепортацию. Развивать тему ей явно не хотелось…

Дальнейшие события проходили уже без лишних эксцессов. Доставив по домам всех стражниц и оставив их на проведение сеансов семейного быта, мы оказались в квартире Вэндом. Процедура снятия изображения спящей девочки повторилась, и спустя пару мгновений и ещё одну вспышку мы уже стояли на лестничной клетке, дожидаясь аловласую «защитницу». Пусть этот момент и был самым опасным во всей схеме, но я уже убедился, что вполне способен и сам продержаться какое-то время, уж на то, чтобы девочка успела прибежать на шум, точно хватит.

– Мой князь, – подал голос Седрик после пары минут ожидания. Что-то он сегодня разговорчивый…

– Что? – краем глаза отмечаю, как нахмурился Рейтар. К гадалке не ходи – раздражают его попытки моего бывшего советника обратить на себя внимание, и тут даже не ревность фаворита, а сугубо личное.

– Быть может, я не владею всей информацией, – подобострастно начал оборотень, умасливая мой слух шелковистыми интонациями, – но вам не кажется, что эти игры слишком затянулись? Пока мы прячемся на Земле, колдунья набирает силы и не спешит попадать в расставленную на неё ловушку. Возможно… Стоит придумать новый план?

– У меня есть план, – отворачиваюсь в сторону коридора, откуда должна прийти Вилл. – Неужели ты думаешь, что я всерьёз полагаюсь на эти детские идеи и позволю использовать себя как наживку?

– Я не смел даже допускать подобные мысли, господин мой, – Змей поспешно поклонился.

– Не надо этого лицемерия, именно так ты и думал, – дёргаю щекой. – И стражницы до сих пор убеждены в том же самом, а это значит, что и Нерисса так считает. Потому не будем её переубеждать раньше времени.

– Повелитель, – с привычной резкостью вступил в разговор Рейтар, – если у вас есть план, не разумно ли будет поделиться им с нами? Я не оспариваю ваш ум, но любой воин лучше исполнит возложенную на него задачу, если будет знать цель операции.

– Каждый солдат должен знать свой манёвр? – воин удостоился понимающего прищура. – Ты прав. Но пока ещё не время. Сейчас ваша задача – защищать меня от возможного нападения Нериссы. В нужный момент я всё расскажу.

– Как пожелаете, господин, – Рыцарь Мщения отвернулся, вновь занявшись пристальным изучением окрестностей на предмет опасности. Ни поклонов, ни подобострастия, но при этом чувствуется – исполнит всё в точности.

Что же до плана, то я не стал изобретать велосипед и взял за основу канонный вариант с Хэллоуином – такую наживку она не сможет проигнорировать, даже зная о нашем присутствии. Хотелось бы, конечно, чего-то более оригинального, но…

Пытаться охотиться за Нериссой – дело гиблое, она абсолютно не ограничена манёвром, и если раньше по каким-то невнятным причинам постоянно норовила напакостить на Меридиане или Земле, то в настоящий момент период самоутверждения кончился. Не знаю, как это связано с непосредственно моим освобождением – в мультике вроде бы мелькало что-то о допёкших её стражницах, мол, доигралась старушка и начала серьёзно получать, но это непринципиально. Важно сейчас то, что никаких зацепок к поиску у нас нет, и прыгать по ближайшим мирам в надежде случайно повстречать колдунью можно хоть до старческих морщин.

Идея же ждать, пока она сама нападёт, соблазнённая моим неотразимым видом… Честно сказать, с самого начала отдавала изрядной толикой… наивности. Да, один раз она попробовала, но кто же станет долбиться головой в стену, в смысле – раз за разом лезть в лобовую атаку, зная, что тебя мало того что ждут, так ещё и именно этого от тебя хотят? Здраво рассуждая, от наличия бродящего где-то на свободе наследника Меридиана ей ни тепло, ни холодно, и вести завоевания я ей никак помешать не могу. Само собой, глупость человеческая безгранична, и если вдруг план выгорит, я буду последним, кто прольёт по этому поводу слёзы, но вот рассчитывать на него целиком я точно не собирался.

В конце концов, на самый крайний случай у меня всегда оставался вариант с заложниками, в роли которых отлично бы смотрелись Калеб с папашей. Разумеется, грубо его не исполнишь, но что-то вроде «злобный узурпатор всех обманул, вернул власть и собирается публично казнить главарей мятежников» может сработать. Воспалённое чувство гордости ей точно не позволит остаться в стороне.

За размышлениями чуть не пропустил момент, когда в конце лестничной площадки щёлкнул замок открывающейся двери и до нас донёсся приглушённый голос Сьюзен:

– …бя точно всё в порядке? Такой энтузиазм в учёбе ты не демонстрировала даже в прошлом году, когда миссис Ха…

– Да, всё хорошо! – оборвала её раздосадованная повышенным вниманием Вилл. – Хватит меня контролировать за каждый чих, я уже не маленькая!

– Да-да, а бельё в стирку опять сдать забыла, – спокойно заметила женщина.

– Завтра сдам, – тоном ниже ответила девочка. – Ну всё, мам, я пошла, а то опоздаю!

– Я могу подвезти…

– Нет! Я сама, всё, пока, удачи на работе!

– Ну как скажешь, – в голосе старшей Вэндом появилась улыбка. – Веди себя хорошо, Хрюс… – дальнейшую реплику старшей Вэндом заглушили звук захлопывающейся двери и быстрые шаги в нашу сторону под невнятное, но очень недовольное бурчание.

– Готова? – спрашиваю, бесстыдно ухмыляясь, глядя в глаза разгневанной стражницы, стоило той появиться из-за угла.

– Ты!.. – судя по лицу и нескольким искрам в волосах, Вилл прекрасно поняла, что последние слова её матери я не только услышал, но ещё и догадался, что там идёт дальше.

– Я, – соглашаюсь. – Хочешь мне что-то сказать? – и больше нежности во взгляде, больше! А вот ехидства можно и убавить… Потом… Может быть.

– Хр-р-р, – девочка скрипнула зубами. Глубокий вдох, и… – Нет, идём.

Очередная телепортация – и мы замерли в тёмном переулке у дома Ирмы, готовясь ждать последнюю.

– Сегодня какой-то нервный день, ты не находишь? – вкрадчиво обращаюсь к стражнице.

– Он станет намного лучше, если ты помолчишь, – буркнули в ответ, нахохлившись.

– Жаль-жаль… А я-то хотел узнать, что скромный принц может сделать, дабы поднять настроение прекрасной даме, – наклоняюсь чуть ближе, переходя на заговорщицкий шёпот. – Может быть, тортик?

Вилл уже набрала в грудь воздуха для достойного ответа, как неожиданно (и маааленький магический импульс с моей стороны тут совсем ни при чём!) её живот издал выразительное бурчание. Отповедь застряла в горле, а щёки девочки начали стремительно алеть.

В переулке установилась гробовая тишина, и Рейтар с Седриком, старательно изображающие детали интерьера, её совсем не портили.

– Я так понимаю, это был утвердительный ответ? – мою нежно улыбающуюся физиономию обожгли злым взглядом, при этом ещё больше покраснев.

От «окончательного позора» лидера стражниц спас донёсшийся от основной улицы звук бега и влетевшая в переулок тяжело дышащая Ирма.

– Уф, вырвалась… – согнулась повелительница воды, опираясь одной рукой о стену дома.

– Что, младший брат совсем замучил? – с готовностью ухватилась за спасительную тему Вилл.

– Не то слово! Он просто клещ! Настоящее Зло! Не то что эти! – в нашу сторону пренебрежительно махнули рукой и только спустя секунду спохватились: – Эм, не то чтобы я принижала ваши заслуги… – в голубых глазах шатенки отразилось понимание, что она опять сморозила что-то не то. – В смысле, вы тоже очень злобные и страшные… Точнее, это… Я хотела сказать…

– Замнём для ясности, – предложил я, пока паника, а вместе с ней и поток красноречия, не достигла совсем уж некрасивых величин.

– А-а-а… Ок. Договорились.

– Кто следующий? Тарани или Хай Лин? – на свет показалось Сердце Кандракара, а насыщенно-карие, почти красные глаза его хозяйки обвели нас взглядом.

– Хай Лин! – не раздумывая ни мгновения, ответила мисс Лэир. – Тарани точно задержит мама.

– Ага, а про Корнелию и думать нечего, – усмехнулась Вэндом, активируя телепортацию…

В книжный магазин мы вернулись почти вовремя, времени как раз осталось дойти до школы. Мэтью уже был здесь и активно окучивался Мирандой, специально для этой цели и оставленной. При нашем появлении они очень удачно над чем-то смеялись. Удачно для меня, само собой.

Впрочем, внешне Вилл на это внимания не обратила, ей было просто не до того – столь частые использования пространственной магии, даже если работаешь через артефакт, изматывают, а тут ещё Корнелия в очередной раз затянула любимую пластинку, на этот раз с мотивом «Я из-за вашей спешки сломала ноготь!». В общем, нервов ей и так хватало.

Часы показывали 8.27, очередной день на Земле только начинался…

Глава 9

– Хочешь сказать, за нами следят? – раздельно переспросил я у Рейтара, удивительно достоверно изображающего уборщика в школьном коридоре.

– Да, мой князь, – не поднимая головы от пола и не переставая работать шваброй, отозвался солдат. – Миранда заметила их десять минут назад на крыше бокового здания, Песочник проверил – там четыре прошлые стражницы. Нериссы не видно.

– Вот как, значит… – мысли судорожно заработали.

Простое наблюдение или очередная попытка напасть? Для наблюдения не нужны все, хватит и кого-то одного, но и нападать глупо, если только… Нерисса уже не захватила третье или четвёртое Сердце, времени у неё предостаточно, и хоть мультфильм ничего не говорит об этом, за время до Хэллоуина можно все успеть. Но тогда где она сама? Неужели опять подбирается ко мне?

Взгляд сам собой метнулся, обшаривая коридор. Щебечущие кучкой о повседневных мелочах стражницы, глупо улыбающийся рядом Мартин с фотоаппаратом, довольный Мэтт с приятелями из своей музыкальной банды и школьники, школьники, школьники… Всё естественно, никаких выбивающихся деталей, фальши и режущих глаз несоответствий. Хмм… Пристальное изучение самого Рейтара тоже не выявило подмены, а то на какой-то краткий миг я уже заподозрил.

Нет, я бы на её месте не стал приближаться к себе, то есть к тому, кто одним рывком может всё отобрать. Получается, всё возвращается на круги своя?

– Твои предложения?

– Мы можем атаковать их. Незаметно вывести стражниц из здания, перевоплотиться и напасть с разных сторон.

– Разумно, – искоса наблюдаю за чему-то с готовностью улыбающейся Вилл, – однако у меня есть идея получше. Если Нерисса рядом и ждёт момента, ей нужно этот момент дать… На выгодном для нас поле…

– Здание! – мигом уловил мысль боец. – Большое, но с низкими потолками и множеством препятствий.

– И такое, визит куда нашей компании не вызовет подозрений, – продолжил уже я.

– Магазин? Полки с товарами затруднят обзор и манёвры.

– Нет. Слишком много людей с сосредоточенными и ищущими взглядами, да и если мы пробудем там слишком долго, это вызовет подозрения. Лучше всего какой-нибудь развлекательный центр, там будет шанс, что она понадеется на нашу беспечность и расслабленность.

– Что делать со стражницами? – Рейтар покосился на продолжающих щебетать девочек.

– Я сам им сообщу. Можешь идти, уроки заканчиваются через полтора часа, тебе хватит времени?

– Да, мой князь, я всё узнаю и сообщу.

– Прекрасно. Рассчитываю на тебя…

***

– …а потом он уронил тарелку прямо мне под ноги! – возбуждённо рассказывала Ирма, с готовностью сопровождая повествование жестами и мимикой. – Штанам каюк, а Вилл меня уже на улице ждёт! Ну и я…

– Ой, да ладно, – манерно качнула рукой Корнелия, наморщив носик, – подумаешь – джинсы переодеть, вот у меня сегодня действительно чуть не случилась трагедия!

– Ты же, вроде бы, только ноготь сломала? – улыбнулась Тарани, понимающе переглянувшись с остальными.

– «Только?!» – возмущённо воскликнула блондинка. – Да ты хоть знаешь, как трудно за ними правильно ухаживать? А сколько теперь ждать, пока он отрастёт?

– Ну уж не сложнее, чем за волосами, – приняла эстафету ухмылок Хай Лин.

– Вы будете слушать? Я, между прочим, о серьёзных вещах рассказать хочу!

– Ладно-ладно, мы все во внимании, – говорит Вилл, а сама не слишком-то и слушает.

– Так вот. Сегодня, когда я уже шла к вам, я наткнулась на Питера…

– Брата? – удивлённо вставила стражница огня.

– Да-да, его, – нетерпеливо махнула рукой блондинка.

– А чего он там делал, ведь дом Тарани в другой стороне? – подхватила эстафету удивлённых вопросов повелительница воды.

– Наверное, искал нашу Корнелию, – медовым голосом отозвалась китаянка, переглядываясь понимающими взглядами с подругами.

– Рррр! Вы будете меня слушать или нет?! – вспылила Хейл.

– Всё-всё, я молчу, – Хай Лин даже провела пальцами у своего рта, изображая застёгиваемую «молнию».

– Ну так вот, он… пригласил меня прогуляться с ним после уроков, ну… – девушка смутилась.

– Стоп, тайм-аут! – вскинула руки Ирма. – Как это «тебя»?!

– Ну, не меня, а «Лилиан», – выделила имя голосом стражница земли, откровенно намекая на историю со сменой своего облика на более взрослый без полного превращения.

– Ах, Лиииилиан… – протянула воздушница, но тут же прикрыла рот ладошкой под гневным взглядом блондинки.

– Постой, – вновь включилась младшая Кук, – но мы же сказали ему, что она уехала, нет?

– Сказали, – поправила струящиеся по плечу волосы девушка. – Он и интересовался, не вернулась ли «она» и нет ли у «неё» планов на сегодняшний вечер.

– А ты? – множество жадных, прямо-таки пожирающих взглядов.

– А что я? Мы ведь сейчас защищаем нашего злобного тирана, пытавшегося захватить мир, от другого злобного тирана, пытающегося захватить мир, но не нашего…

– И с помощью нашего злобного тирана победить чужого злобного тирана, – подсказала стражница воды.

– Ему остаётся только на кухне злобствовать, – проворчала Вилл, ожив на упоминании тиранов.

– Так он просто хотел узнать, не вернулась ли Лилиан? – Тарани не прекращала попыток разузнать, что её брат ранним утром делал в другой части города.

– Ну да, – Корнелия порозовела и гордо отвернулась. – Что ты прицепилась, в самом деле?

– Действительно, – раздался из-за спин компании мурлыкающий голос Фобоса, – не стоит так бурно реагировать на такие незначительные детали. Любовь – это тема, как ничто иное не приемлющая мелочных подозрений.

– Эй! Не подкрадывайся так! – как самая пострадавшая (он заговорил, стоя прямо за ней!), первой воскликнула Вилл, заставив часть праздно шатающихся на перемене школьников обернуться в их сторону.

– Ничего не могу обещать, – улыбнулся тиран, откровенно наслаждаясь произведённым эффектом и заставляя целые стада мурашек пуститься в галоп по спине школьницы.

Что бы там Вилл ни говорила подругам, Фобосу, да и себе самой, в глубине души она вообще перестала понимать, как на него реагировать, особенно вот в такие моменты.

Раньше всё было просто: он – враг, подлый и гнусный, потом ситуация не сильно изменилась; он превратился в вынужденного союзника, подлого, гнусного, но иногда говорящего разумные вещи, но вслед за этим… Он спасает всех от подручных Нериссы, на себе вытаскивает Ирму и Корнелию, а потом… Немыслимо! Возвращает ей Сердце Кандракара, когда уже держал его в руках! Она до последнего мига не верила, готовясь отбирать его при помощи Мэтта и Хаглза, но он вернул. И ещё помог Корнелии с Ирмой. Немыслимо!

Привычный мир рухнул, воспринимать его по-прежнему подлым и гнусным хотелось, но… не очень получалось.

Шок…

Разбившийся вдребезги, одновременно с этим взяв новую высоту, когда она узнала, что он… с мамой! Прямо у них дома! Одного этого уже хватило бы, чтобы его… Убить! Но… Но… Но, опять это «НО»!

Детское прозвище… Как она его в тот момент ненавидела!.. Их обоих! Прозвище за сам факт, Фобоса за эту улыбку и… поведение! Как она хотела… но ничего не могла сделать! А он пользовался! И… погребал её под тоннами комплиментов… Каких ей вообще никогда в жизни не делали! Даже Мэтт! Лучше бы он бросил её в темницу, как тогда, в замке! То, что он творит сейчас, даже больше похоже на изощрённую пытку, и ведь никто не может ему помешать!

Дальше всё вообще смешалось в какую-то кучу. Она не помнила, что за чем следовало; негодование в ответ на пренебрежительную лекцию о том, какие они наивные и слепые, или желание провалиться сквозь землю, держа в руках горшок с цветком под смешки подруг? Мечты запустить ему в лицо молнию или страстное желание забиться куда-нибудь подальше, чтобы избежать очередной порции обожающих взглядов? Желчные комментарии на уроках магии или тот разговор по душам, когда его глаза были так близко, а сердце безумно стучало в ушах?

И наконец вот эти его попытки всё время подойти именно к ней! Не к Тарани, не к Хай Лин, а к ней! Дыша прямо в затылок, почти прикасаясь к спине, так, что она почти чувствовала его тепло, и нежно улыбаясь, заставляя слова резкой отповеди застревать в горле, а в душе подниматься беспричинную панику, от которой сердце то и дело грозит пробить грудную клетку, а голос дать петуха.

– Ха, ещё бы, что ты в этом понимаешь, – гордо вскинула подбородок блондинка, скрещивая руки на груди и не подозревая, что буквально спасает подругу от нервного срыва, переключив внимание на себя. – Уже и разговоры наши стал подслушивать, совсем гордости не осталось, – несмотря на формулировку фраз, в её голосе не было и намёка на вопрос.

Хозяйка Сердца Кандракара едва успела погасить внутреннее волнение, беря себя в руки и пытаясь выкинуть из головы всё, как сообразила, что именно сказала Корни и чем это чревато. Рот уже открылся в тщетной (в чём она ни на секунду не усомнилась) попытке предотвратить неизбежный скандал, как принц, не меняя выражения лица и интонации, ответил:

– Да-да, князь Фобос – подлый и бесчестный тип, средоточие всех мыслимых и немыслимых пороков (порой взаимоисключающих, но это частности), что обязан поработить Вселенную, это его основная задача, так сказать, смысловая нагрузка самого факта его существования. А в качестве хобби он подслушивает вопящих на весь коридор девочек, конечно, всё так же из-за своей гнусной природы, а вовсе не потому, что их слышно через половину здания. Я ничего не упустил?

Корнелия открыла рот, как и все присутствующие пытаясь переварить мудрёный поток слов.

– Вот! – чародей назидательно поднял палец. – Я тоже считаю это бредом, но кое-кто из вас почему-то до сих пор в это верит. Но сейчас о другом! После уроков идём развлекаться – хочу сходить в тир, развеяться, выиграть какой-нибудь красочный конкурс… И вы со мной, в качестве почётной свиты, ну и охраны, куда без этого?

– Стоп-стоп-стоп! Не так быстро! – замахала руками Ирма. – Ты не забыл, что за тобой охотятся?

– Конечно нет, но это же не значит, что Сам Великий Я теперь должен сидеть и дрожать, забившись в самый тёмный чулан для швабр, в надежде, что меня не найдут?

– «Сам Великий Я»? – перекосившись лицом, издевательски вскинула брови Корнелия.

– Завидуй молча, – не поворачиваясь, небрежно бросил тиран. – Так вот, поскольку пить вам рано, ходить по злачным местам, освещённым нежно-алым светом – вообще не положено, а загонная охота на Земле давно стала экзотикой, в своей безграничной мудрости я решил, что развлекательный центр – самое то. Пусть не так интересно, но зато ваши нежные детские умы не пострадают. Видите, как я о вас забочусь?

«Хороша забота!» – мысленно фыркнула аловолосая. – «Но как у него так выходит прекращать скандалы? Как же у него хорошо подвешен язык! А что бы я на его месте делала?.. Высказала бы всё, что думаю… Или попыталась, рассорилась со всеми, а потом, возможно, пошла мириться…»

– В чём подвох? – непроизвольно вырвалось у Вилл, с первых слов холодеющей от предчувствия чего-то нехорошего.

– Никаких подвохов, – с совершенно честным лицом ответил беловолосый, тем самым подтверждая, что подвох всё-таки есть. Впрочем, что бы он ни ответил, от этого парня всегда стоит ждать чего-то такого. – Я буду нежен и обходителен! – и чуть придвинулся, пожирая аловласку обожающим взглядом. Тем самым, вымораживающим от макушки до пяток, которым он на неё посмотрел, когда услышал детское прозвище.

– Это меня и пугает, – девочка отступила на шаг. – И-и-и-и, не подходи ко мне!

– Неужели я такой страшный? – продолжая улыбаться, князь придвинулся ещё ближе.

– ДА! – хором ответили Вилл, Ирма, Хай Лин и Тарани. Корнелия пренебрежительно фыркнула.

– Ну вы меня прямо засмущали, – лукаво сверкая наглыми глазами, ещё шире улыбнулся Фобос и, не обращая внимания на манёвры девочек, прихватил обладательницу алых волос под локоток, – прямо чувствую, как внутри разгорается неудержимая страсть.

– Эй! Ты чего делаешь? – уже совсем натурально испугалась младшая Вэндом, когда схвативший её принц начал тянуть куда-то в сторону. И не просто тянуть, а очень быстро!

– Разумеется, тащу в уголок с самыми похабными намерениями, а ты что подумала? – небрежно ответил беловолосый, не сбавляя шага.

Вилл открыла рот в тщетной попытке найтись с ответом, но в голове, кроме смутного образа, который в общих чертах можно было интерпретировать фразой: «Этого не может быть. Это нереально. Это невозможно. Это мне снится. Это кошмар. Этого не может быть», ничего не помещалось, а потому рот мог только бессильно хлопать, выражая только полную прострацию своей хозяйки.

Сзади, с такими же лицами, застыли остальные стражницы, вездесущий Мартин завистливо присвистнул и даже поднял фотоаппарат для снимка, громогласно возвещая на весь коридор что-то восхищённое про «экстра-класс ухаживаний», но был вовремя остановлен спохватившейся Ирмой, что «случайно» выбила камеру из его рук. И хуже всего – их заметил Мэтт!

Свернув за угол, Фобос резко остановился у стены и осторожно выглянул в находящееся рядом окно. По всей видимости, увидев там то, что хотел, он повернулся и подвинулся почти вплотную. Вилл завороженно молчала, а он наклонился к уху инстинктивно прижавшейся спиной к стене девочки. Но голос неожиданно оказался не ласковым и мягким, а жёстким и сильным.

– А теперь слушай внимательно. За нами следят.

– Что? – от резкости перехода Вилл растерянно заморгала, не понимая уже ничего. – Кто?

– Слуги Нериссы. Когда прибегут твой приятель с подружками, ничего не говори им, пусть ведут себя естественно. Где она сама – не знаю, но должна быть близко, для простого наблюдения четырёх стражниц слишком много. Доверь всё мне и будь готова в любой момент.

Именно в эту секунду за углом послышался топот, и на парочку выскочил с возмущённо-шальным взглядом Мэтью, который сразу же налетел на Фобоса и резко дёрнул его за плечо, оттолкнув от Вилл. За ним маячили остальные девочки.

Помня инструкции, хозяйка Сердца Кандракара стала между двумя парнями. Всё это не столько даже из готовности подчиняться, сколько оттого, что эти действия позволяли отвлечься от только что пережитого стресса и, возможно, снова остановить новый конфликт.

– Вилл, что он делал?! – громко закричал Мэтт.

– Ничего! – рубанула школьница и на мгновенье обернулась к князю. – Давайте все вернёмся в столовую, – каких усилий ей стоило сохранить твёрдость голоса…

– Вилл, – позвала Ирма, – а ты уверена…

– Да, всё в порядке. Нам просто нужно поговорить… Кое-что выяснить… наедине, – да что же такое-то, чем больше она говорит, тем хуже звучит!

Нет, не надо было оглядываться на Фобоса, не надо было видеть этой его ухмылочки, на этот раз словно одобряющей всё сказанное.

– Оу, ясно, наедине, – понятливо кивает Хай Лин, тоже улыбаясь и принимаясь толкать всех остальных обратно, особо упираясь в ставшую столбом Корнелию. – Девочки, идём!

– Но если что, мы тут, – закусив губу, кивает и Тарани. – Идём, Мэтт.

– Вилл, ты что же!.. – повысил голос подросток.

– Мэтт, я всё объясню тебе позже.

– Что тут объяснять! – резко ответив, парень стремительно развернулся и сбежал в столовую.

На этот раз Вилл неожиданно даже для себя толкнула Фобоса к стене и гневным шёпотом спросила:

– Рассказывай, только без твоих штучек!

Сейчас он наверняка что-нибудь отчебучит по этому поводу…

– Мои рыцари обнаружили слежку. Четыре прошлые стражницы, на соседнем со школой здании, – спокойно ответил Фобос даже без тени привычной уже насмешливой ухмылки, отчего Вилл резко поняла, что всё серьезно.

– Хотят напасть?

– Нет, раздать мороженое, – не удержался всё-таки от колкости! – Что же до неожиданных развлечений, то это был спланированный вброс информации, а не внезапное скудоумие, как ты могла подумать. Получилось – хорошо, нет – не страшно. А в развлекательный центр мы в любом случае пойдём.

– Зачем это? – непонимающе нахмурилась Вилл.

– Затем, что я – приманка, забыла? Рыбка уже подобралась к наживке, и теперь главное – не спугнуть. Что же до маленького спектакля, то это дезинформация, но уже для Мэтью. Нам нужна искренность и естественность, чтобы не то что эти марионетки, а сама Нерисса, если она всё же где-то поблизости, ничего не заподозрила. Более того, поняла, что более удачного момента ей не застать. Кстати, с этого момента на уроках сидим вместе, пусть Нерисса считает, что у вас с Мэттом размолвка. Уж постарайся, чтобы он пылал гневом, но следил за нашим маленьким свиданием. Тогда, когда мы пойдём изображать беспечную дичь, он сможет спокойно прикрыть нас со стороны, не вызывая подозрений ведьмы. Можешь всё рассказать ему или остальным девочкам, но после уроков. Где-то в раздевалке перевоплотитесь, и пусть они следят за нами поодаль.

– А зачем была вся эта сцена на глазах у всех? – Вилл своим же вопросом вызвала невольный прилив крови к собственным щекам.

– А затем, моя очаровательная умница, – Фобос расплылся в змеиной улыбке, охватывая её предвкушающе-злым взглядом, – что я не знаю, где находится Нерисса. Может, она стояла в метре от нас, а может, наблюдала с конца коридора – никаких гарантий, а хочешь заметить слежку – измени маршрут, – серые глаза коротко ожгли поворот коридора, прежде чем вернуться к лицу школьницы.

– Эй!.. – негодующе начала главная стражница, ощущая, как сердце уходит в пятки от видящих, казалось, насквозь серых глаз, но была проигнорирована.

– Начнём прямо сейчас, надо мелькнуть в паре окон, выходящих на нужное здание, чтобы было видно всю ситуацию. Если сыграем идеально, уже вечером сможем праздновать победу.

Фобос обхватил своей ладонью её пальцы, и Вилл снова попыталась сосредоточиться на деле: на Нериссе, на бывших стражницах, на охране Фобоса… Про последнее – это слишком.

– Всё очень сложно, зачем… – начала она.

– Всё очень просто, – тиран опять по-змеиному улыбнулся. – Добыча должна казаться лёгкой. Стражницы плюс я – уже сложно, с регентами Земли и подавно, так что нужно разделиться и создать видимость удобного момента.

Свободной рукой Вэндом потёрла пальцами глаза, прилагая все усилия и весь свой опыт, заработанный во время борьбы со злом, для того, чтобы отбросить ненужные переживания и начать ясно мыслить и воспринимать прозвучавшие слова. «Главное – дело! Всё остальное вторично». Данную истину она для себя уже давно усвоила. Ну, когда «дело» не касалось домашней работы и уборки в комнате…

– Развлекательный центр… Можно сделать вид, что не заметили, как рассыпались по своим интересам, будто мы устали от ожидания. Рейтар и Песочник не смогут подойти близко, Седрик с Мирандой легко затеряются, мы с Мэттом в ссоре, в какой-то момент я и ты останемся одни, и Нерисса нападёт, так? – неуверенно перечислила понятый план стражница, чтобы спустя миг увидеть в глазах принца гордое удовлетворение.

– Видишь, ты всё поняла.

– Но если мы и правда разойдёмся?! И как же куча людей?

– Риск оправдывается целью, а наличие посторонних решается правильным выбором аттракционов. К тому же я совсем охамею и повешу на двери табличку «закрыто», принужу тебя вместе со мной оглушить весь персонал и выключить камеры. Помнится, кое-кто не так давно регулярно пускался в куда большие авантюры, безобразничая у меня дома.

– Не начинай, а? – поморщилась чародейка. – План я поняла.

– Чудесно, – произнёс князь, – а теперь за дело, перемена скоро кончится…

***

– Ты забыла знак.

– Что?

– Ты перепутала знак, в ответе будет минус, а не плюс.

– А, спасибо…

Даже не посмотрела в мою сторону… Стесняется. И правильно – весь класс на нас то и дело косится, я прямо чувствую эти волны жадного любопытства и предвкушения вкусной сплетни. Мэтью всё-таки красавчик. Настоящий талант! Ни слова не сказал, дверями не хлопал, кулаками и ногами никуда не бил и даже мимикой почти не играл, а такие эмоции выдал… Станиславский сказал бы «Верю!» и взял на главную роль играть какого-нибудь мстителя, пылающего праведным гневом на подлого врага.

Вилл – тоже молодчинка. Так трогательно и натурально не находила себе места всю дорогу, что я просто помимо воли раздувался гордым павлином только так. Как же хорошо быть главным злодеем! Ещё бы помещение найти со звукоизоляцией, для спуска рвущегося наружу злобного хохота, но чего нет, того нет – будем терпеть.

Собственно, далеко не факт, что я верно просчитал Нериссу, в конце концов, эта дама уже не раз совершала весьма странные поступки, которые обычной логикой и здравым смыслом не объяснишь. Фобос этим, правда, тоже грешил, частенько действуя на эмоциях с минимумом планирования. Причём даже сейчас осознание данного факта вызывает где-то внутри вспышки оскорблённого протеста и негодующего отрицания, не иначе «остатки князя» шевелятся. Честно говоря, до сих пор толком не знаю, его личность осталась внутри меня и просто отрезана от управления или это «фантомные боли», доставшиеся от чужой памяти? И думать на эту тему как-то не хочется, хотя последнее время «слышать» я его стал хуже, а может, просто перестал отличать его эмоции от своих – тоже не исключено. Во всяком случае, с самого начала это мне даже помогало понять, как должен вести себя Фобос, что он думает, что от меня ждут, сравнить, так сказать, нас двоих и решить, как мне поступить правильней.

Как бы то ни было, наживку Нерисса может и не заглотить. Мало ли… Но даже тогда я абсолютно ничего не теряю, только приобрету. Пусть и в малости. Хотя…

Короткий взгляд на согнувшуюся над партой девочку, что всем видом старается показать, как страшно она занята и что ни о чём другом, кроме решаемого уравнения, думать просто не может.

Приобретение может выдаться и вполне солидным, особенно учитывая, что Мэтью к грани, за которой у ревнующего мужчины лежит исключительно громкий и беспощадный скандал с высказыванием в лицо всего наболевшего, подошёл уже очень близко. Ещё пара камушков на весы, и подростковые гормоны сделают своё дело, а там и ответная реакция не заставит себя ждать.

Прозвенел звонок, отдавшийся холодком в спине. Пора. Если всё пройдет по плану, мне даже не придётся вмешиваться и тратить жизненную энергию.

Всю дорогу стражницы шли позади и шептались, иногда я слышал ворчливые одёргивания Вилл «всё не так», «вы не так поняли», «ничего не было». Остальные девочки хихикали втихую, а Мэтт всё больше злился, хотя вроде бы Вилл ему рассказала всё. Мои воины, конечно же, были в курсе планов, тем более что сами искали подходящее место, так что привычно поддерживали обычное спокойно-сосредоточенное состояние.

В развлекательном центре, несмотря на будний день, было полно народу. Стражницы не знали о плане, потому не считали нужным вести себя серьёзно, сразу же пошли на крутящиеся качели. Как-то само собой получилось, что в одной чашке Вилл оказалась посередине между мной и Мэттом. Тот, несмотря на то, что был в курсе, сидел, сердито скрестив руки, и косил на меня убийственным взглядом.

«Улыбайтесь, людей это раздражает», – вспомнил я, поняв, что бесит его моя улыбка. Напряжённая Вилл, сжимавшая руки на коленях, им абсолютно не замечалась. Я постарался успокаивающе приобнять её, одновременно нащупывая на спине крылья, так как не был уверен, превратилась ли она – могла ведь и успеть в раздевалке, а рост они вроде бы менять уже научились. Мэтт скрипнул зубами. Нет, не превратилась, значит, и остальные в обычном облике. Ничего страшного, наверное, не успела. Где там остальные?

Тарани, Ирма, Корнелия и Хай Лин ютятся плечом к плечу в соседней чашке. Рейтар недоумённо чешет репу, растерянно смотря на женщину с прижавшимся к её ноге ребёнком лет десяти.

– Ваша дочка нахамила моему ребёнку! – возмущённо говорила она, тыча в Миранду, скромно стоявшую по левую руку от вояки. – Она должна извиниться! – долетело до меня, когда наша чашка оказалась близко к ним.

Приличного Седрика, надевшего сегодня очки для более умного вида, уже окружили двое молодых мамаш со своими детьми от трёх до пяти. Что там случилось – чёрт его знает, но если судить по лицу оборотня, кажется, терпение он ещё не потерял и пытается казаться галантным, отчего молодые женщины только сильнее обступают его.

Покинув аттракцион, я услышал на втором этаже гомонящий гул и потащил туда Вилл, ничего не говоря. Девочки помахали рукой, сообщив, что если что, они гоняют на машинах или у стола аэрохоккея, тут же, на втором этаже.

– Где же Калеба носит? – досадливо наморщила носик Корнелия, увидев меня, Вилл и Мэтью, преследующего нас тенью Отелло.

На втором этаже оглашали конкурс для парочек. Как нельзя кстати, хе-хе. Вилл, послушно тащась за мной, заподозрила подвох поздно – когда я уже записал нас в участники. К моему удивлению, Мэтт протолкнулся в толпе, держа за запястье Корнелию.

– Мы тоже будем участвовать.

Ох, глупыш. Не хочешь нас оставлять наедине? Да, о плане ты знаешь, но здесь куча народу, и неужели ты думаешь, будто твоё присутствие меня остановит, если я чего-то захочу отчебучить?

Первым испытанием огласили попадание мячом в кольцо, причём парочки должны были бросать мяч вместе. Вилл упёрлась затылком мне в грудь, Мэтью, прицеливаясь, упирался носом в затылок Корнелии. Больно ударившись носом и не попав с первой попытки, следующие броски он делал, выглядывая из-за уха блондинки.

Раздосадованный и озлобленный после первого раунда Мэтт решил отыграться на втором, с усердием прыгая в одном мешке с Корнелией. Усердие сыграло против него – Корнелия вовсе не была так воинственно настроена и свалила их обоих почти у самого старта. Я же, держа за локоть аловласую (или сейчас уместнее сказать алолицую?), смеясь, командовал прыгать.

Третьим испытанием парочки заставили пропрыгать ту же дистанцию на огромном шаре. Организаторы явно знали толк в извра… эм, я хотел сказать, в том, что делают, придумывая конкурс.

– М-м-м… А ничего, что князь весьма глупо выглядит, прыгая на большом надувном шаре? – спросила Вилл, сидящая впереди меня.

– Меня это не волнует, – усмехнулся я, дыхнув на её волосы.

– А-а-а-а прихвостни твои?.. Они же видят тебя.

– Они это тоже переживут, даже в обморок не упадут от такого кощунства, – ещё шире растянулся в улыбке.

– Что-то не очень верится… – пробормотала стражница себе под нос, уже, очевидно, нечто нарисовав в воображении.

– Отчего же? Честь короны подобные вещи не умаляют, утверждение обратного – это лишь выдумки тех, у кого, кроме этой короны, за душой ничего нет; ни ума, ни силы воли, ни банальной ответственности. Они чувствуют, что несостоятельны и по чести никакой короны не достойны, вот и выдумывают всякие глупости про невместное поведение.

– Ты, конечно, себя к таким не причисляешь? – в голосе Вилл звучало ехидство.

– Конечно же нет, – фыркнул я и ответил тоже ехидно: – А ещё над такими вещами задумываются седые сиделки принцесс. Я прекрасно могу представить, как Нерисса поучает мою ветреную сестрёнку не ходить по улицам без кортежа и охраны.

– Ну знаешь ли! – вспыхнула раздражением аловласка, обернувшись ко мне лицом. – Иногда тебе очень не помешало бы вести себя серьёзней!

– Я всегда серьёзен! – с видом оскорблённой невинности ответил я, по-детски надув губы.

На меня покосились, и…

– Между прочим, это обидно! – возмутился я, когда она фыркнула, всем своим видом говоря «не верю!» – Я понимаю – свергнутого князя всякий обидеть может, но я же не вспоминаю твои отношения с уборкой в комнате…

Бамс! Мэтью сбил нас, столкнувшись наверняка специально.

– Фобос, ты цел?

– Я ранен, я сильно ранен, – застонал я. – Умираю! Только поцелуй принцессы может вернуть к жизни наследного принца!

– Да чтоб тебя! – последовал ощутимый тычок в живот маленькой ладошкой. – Мы выбыли, чтоб ты знал. И проиграли.

– Только этот раунд, душа моя, только этот раунд!

И верно, финальный подсчёт очков вывел нашу пару в тройку победителей, причём за номером «раз». Мне даже жульничать не пришлось. Подумаешь, слегка помог магией одному шарику навернуться, это была Месть, а не жульничество, а месть – дело благородное, даже в чём-то справедливое. Тем более Мэтью с Корнелией и так плелись в отстающих…

Церемония награждения прошла громко, празднично и бестолково, в общем, традиционно для молодёжных тусовок. Пышные венки из искусственных цветов на шею, радостные крики из толпы, какие-то копеечные сувениры, ах да, ещё местный фотограф потянул нас фотографироваться на память у стенда с рекламой мероприятия, в качестве части приза за первое место.

– Девушка, подбородок чуть выше, вот так, хорошо. И чуть ближе друг к другу, ну же, ещё-ещё… – под командные реплики молодого мужчины я слегка наклонился и приобнял Вилл, отмечая краем глаза гневный взгляд Мэтью из толпы, который разве что убийственной ауры, так любимой аниме-индустрией, не источал, но… вынужден был терпеть и не отсвечивать. – … Теперь улыбку. На счёт три, раз-два…

– Наша первая совместная фотография, – почти не двигая губами, шепчу на ушко аловласке, с огромным трудом удерживая лицо от совершенно бессовестной ухмылки.

Глаза девочки ме-е-е-едленно расширились, а лицо начало наливаться пурпуром.

Щёлк!

– Прекрасно! – громко восхитился фотограф, осмотрев отпечатанное своим полароидом изображение. – Вы очень фотогеничная пара! Вот, держите, и поздравляю с победой.

– Благодарю, – принимаю фото, благоразумно сразу держа его подальше от девочки.

– Отдай немедленно! – стражница подпрыгнула, стремясь выхватить вещдок из моих загребущих лапок, едва деятель искусства отошёл в сторону остальных участников, но я был настороже, и ценнейший предмет оказался вне опасности. – Фобос!

– Прости, милая, но его место – рядом с моим сердцем.

– Что за чушь ты несёшь?! Отдай! – опять прыжок, но я выше и руку отвожу быстрее. И опять. И снова, хе-хе.

– Как думаешь, – изображаю отстранённую задумчивость, не переставая, впрочем, защищать «сокровище» от новых нападок попрыгуньи, – Хай Лин согласится поработать придворным художником и перенести изображение на холст, для оформления кабинета? Помнится, она неплохо рисует…

– Ты не посмеешь! – с ужасом воскликнула девочка, сияя характерным цветом светофора.

– Да, ты права, – озабоченно киваю, – наверное, лучше действовать магией. Хмм, надо будет подумать над заклинанием – никогда не создавал картины…

– Фобос… – Вилл сжала кулачки, буравя меня взглядом готового пойти на самые крайние меры человека. Чёлка чуть-чуть заискрилась. – Только попробуй!

Что на это ответить – у меня было, но вот времени на этот ответ – увы. Во-первых, к нам уже вовсю проталкивался Мэтью с ясно различимыми намерениями на лице, а во-вторых… Пока сжигаемый ревностью паренёк ещё проталкивался, к нам уже выскочил один из организаторов конкурса, точнее, организаторша.

– Так, вы первое место, да? – деловито спросила девушка в очках, на вид – только выпустившаяся из института, правда, уже с кольцом на безымянном пальце. – Пойдёмте, сейчас начнётся второй этап!

– А?.. – Вилл не сразу переключилась на новый раздражитель и бестолково хлопала ресницами.

– Второй этап чего? – взял я на себя смелость перевести мысль своей спутницы.

– Награждения! Вы выиграли бесплатный проезд на аттракционе «Тоннель влюблённых», пойдёмте скорее – очередь ждёт!

– Н-но!.. – попыталась было возразить стражница, до которой дошло, что нам сказали, но я уже схватил её за руку и потащил вперёд. Что до временно забытой фотографии, то, пользуясь моментом, она скрылась в нагрудном кармане, пока Вилл отвлеклась.

– Конечно, мы сразу за вами, – улыбаюсь женщине, крепче сжимая ладошку аловласки.

– Фобос, ты… – сдавленно просипели сбоку спустя несколько шагов.

– Не стоит привлекать внимания, – отвечаю, понизив голос, в то же время нахожу взглядом в толпе Миранду и, на секунду преобразив выражение лица в привычный Фобосу жёсткий образ, одними глазами приказываю начинать финальный этап операции. Девочка кивнула, давая понять, что всё поняла, и тут же скользнула куда-то в сторону.

Тем временем нас провели к цветасто украшенной проходной на очередной аттракцион, выглядящий как двухместный вагончик на рельсах. Тут же, рядом с кассой, висела и карта предполагаемого маршрута, на которую большая часть отдыхающих не обращала никакого внимания. Проведя без очереди, нас ещё раз поздравили и предложили забираться в каталку, что я и организовал – пребывающая в предельной стадии прострации после пожеланий большой и долгой любви Вилл совершенно не сопротивлялась.

Вагончик тронулся, тоннель медленно сомкнулся над головой, зазвучала противная романтическая музыка, сопровождаемая розовой (кто бы сомневался) подсветкой на стенах…

– Молодец, ты прекрасно сыграла.

– А? – на меня подняли шальные, распахнутые на пол-лица глаза без проблеска понимания услышанного.

– Говорю – сегодня ты умница, так прекрасно изображала, что в меня влюбилась, что даже я почти поверил. А теперь доставай свой мобильный и звони.

– К-кому?

– Подругам, кому же ещё? Оглянись – мы в тоннеле. Одни. Никаких свидетелей, никакой помощи. Идеальное место для нападения. Судя по карте, где-то метров через двадцать тоннель впервые расширится и будет некая имитация озера, думаю, там нас и встретят. Давай-давай, не спи! Выходи из образа, нет времени играть в пробуждение через поцелуй прекрасного принца!

– Я не играю!!! – вспыхнула негодованием девочка.

– Да?.. – интересно, она поняла, что сказала? – Хорошо, я подумаю над твоим предложением. А сейчас звони, тебе ещё объяснять план и как к нам добраться.

– Если бы я ещё сама знала, – недовольно проворчала Вилл, доставая телефон и явно не уловив всего смысла моих слов, хе-хе.

– Второй этаж, западное крыло, там, где на первом закрытые технические помещения. Перед ними ещё игровые автоматы.

– Ты что, всё это запомнил, пока мы бегали между кассами? – уже слушая гудки, недоумённо покосилась на меня Вэндом.

– Я вас сюда вытащил не только время в приятной компании провести, если ты забыла.

На меня злобно зыркнули, но промолчали, благо на звонок уже ответили, и стражнице пришлось переключиться. Далее последовал быстрый, немного суетливый и сбивчивый пересказ вводных данных, за время которого я постарался сконцентрироваться на магии и предстоящем сражении. Пусть полной уверенности у меня не было, но если уж план составлен, то не расслабляться же на самой ответственной стадии? Хотя, конечно, чем дальше, тем больше мне кажется, что я слишком перемудрил, ведь подручные Нериссы – тупые болванчики, прямо как жертвы Рога Гипноса, так что хватит ли у них мозгов просто клюнуть на приманку – это ещё большой вопрос. Пусть сменить облик, чтобы проследовать за нами в здание, не привлекая внимания, они, скорее всего, могут, но ведь проследовать ещё надо догадаться, потом понять, что даже в столь многолюдном месте потенциальная жертва может остаться одна, определить, где именно это наиболее вероятно, организовать плотное наблюдение, чтобы не упустить момент… Нет, я определённо перемудрил. Определённо… Что ж, остаётся утешаться удачно проведённым свиданием и, будем надеяться, ещё парой кирпичиков в фундамент хорошего ко мне отношения главной стражни…

Течение моей мысли резко прервал громогласный скрежет, обрушившийся со всех сторон, и полутораметровый шар зелёного пламени, влетевший в горловину тоннеля. Дальнейшие события уместились в каких-то пару секунд, но показались мне до ужаса долгими.

Тележка, в которой мы ехали, подпрыгнула на образовавшейся кочке – вся внутренняя поверхность тоннеля покрылась вмятинами и трещинами, явно стремясь схлопнуться, раздавив всё, что окажется внутри. Вилл вскрикнула, выронив телефон и норовя вывалиться наружу, но в последний момент я успел схватить её за руку и притянуть к себе. Ещё миг – и подготовленная мной магия приходит в действие, окутывая нас плотным коконом, о который и разбивается долетевшее пламя, отнимая неприятно много сил из моей защиты. Однако думать об этом времени не было, и я бью сам, волной энергии разрывая и тележку, и кусок тоннеля, благо до его окончания оставалось метров пять, а сам он отнюдь не отличался толщиной.

– Превращайся! – не глядя, отталкиваю стражницу себе за спину и выпускаю ещё одну волну, не столько чтобы достать и навредить противникам, которых я всё равно ещё не разглядел за всеми светошумовыми эффектами, сколько чтобы отвлечь и сбить с ритма атаки.

Манёвр срабатывает, как минимум вспышка розового света из-за моей спины проходит беспрепятственно, то есть героически принимать грудью новые удары, закрывая девушку, мне не пришлось. Ну, а в следующую секунду я уже разглядел наших противников.

Всё было точно – четыре прошлые стражницы, с лицами, словно отлитыми из воска, и стеклянными глазами. Нериссы нет.

– И каков план? – Вилл встала рядом, напряжённо разглядывая «клуб гламурных зомби».

– Тянуть время, – ответил я очевидное. – Возьми кристалл в руку и дай её мне.

Буркнув что-то неразборчивое на тему «никогда бы не подумала, что буду так поступать», девочка всё же послушалась и даже уложилась в каких-то пару секунд, так что новую атаку огненной волны я принял на щит, уже касаясь источника энергии.

– Спина к спине, руку не вырывай, – выдаю указания и, сместив ладонь, заставляю девушку сплестись пальцами со мной вокруг кулона. Не успей она превратиться, было бы очень неудобно из-за разницы в росте, а так нормально – в своём облике стражницы Вилл доставала мне макушкой до подбородка – тоже не идеал для такой позы, но нормально.

– Ты уверен? – с нотками растерянности донеслось сзади. Держу пари, у неё это будет первый бой в прямом смысле «в связке», да ещё без возможности летать – я-то уж точно выполнять кульбиты в воздухе не собирался.

– Да! – выпускаю поток белого пламени, снося двух не успевших отреагировать бывших стражниц, к сожалению, без каких бы то ни было видимых повреждений на их телах. Но даже не успеваю мысленно посетовать на высокую магическую напитку организмов пенсионерок, не позволяющую честному злодею их испепелить с первого раза, как приходится отклонять щитом струю воды, что, даже несмотря на защиту, буквально протаскивает нас пару метров назад.

– Убить князя Фобоса и всех, кто будет мешать, – заунывным тоном декларирует высокая дамочка с пышным хвостом волос на затылке и телекинезом швыряет в нас куски местного декора. Некоторые килограмм на двадцать, не меньше.

– Берегись! – Вилл едва не уронила меня, толкнув спиной, и выпустила молнию, отбив ей кусок тоннеля.

– Сам вижу, – окружаю нас мерцающим куполом, в который с грохотом врезаются обломки. – Зажмурь глаза.

– Что?

– Зажмурь глаза и прикрой их рукой, сейчас будет очень ярко! – затягивать бой я не собирался, пусть сейчас, имея подпитку от Сердца Кандракара, я мог не стесняться в средствах и вполне успешно не только отбиваться, но и контратаковать, это не значило, что так будет длиться вечно – от случайностей никто не застрахован, так что игры в красоту отложим на потом и пойдём с уже хорошо зарекомендовавших себя козырей.

Свето-шумо-ударная волна затопила всё пространство технического помещения, окружавшего аттракцион с железной дорогой, и бывшие стражницы дружно впечатались спинами в стены.

– Быстро поджарь их током, пока не очнулись! – бросаю слегка дезориентированной Вилл и сам прыгаю к ближайшей со своей стороны женщине. Воздух ещё наполнен светом так, что глаза режет, но это скоро кончится, плюс они уже видели этот трюк, а значит, в себя придут быстрее.

Ближайшей дамой оказалась девчонка азиатской наружности, уже протирающая кулаками глаза. В таком положении я её и шибанул шаровой молнией оглушающего заклинания в упор. В отличие от недавнего пламени, оглушение сработало как надо, и Ян Лин кулём повалилась на пол. Осталась вторая…

Ещё один прыжок к смутному силуэту. Высокий рост, пышный хвост тёмных волос на голове. Кадма. Эта уже стояла на ногах и закрывала глаза рукой, пытаясь куда-то идти, меня она даже заметила, попытавшись то ли отпрянуть, то ли напасть, но от шаровой молнии сперва в ногу, а затем в голову это её не спасло. Результат – ещё одно бессознательное тело на полу, а слепящее заклинание только начало рассеиваться. Уф, порядок…

– Эм, Фобос, ты не мог бы помочь?! – донёсся до меня крик с другого края дорожки голосом Вилл. Да блин, неужели?..

Додумать мысль я не успел – всё сам увидел. Вэндом стояла, окружённая куполом из электрических разрядов, о который с двух сторон разбивались потоки огня и воды. Соответственно, стражницы, за эти стихии отвечающие, тоже висели с двух сторон от моей будущей главной помощницы, даже не думая прерывать атаку.

– Я же сказал их поджарить! – созданный мной огненный шар ударил в грудь то ли Галинор, то ли Кесседи; поди их разбери – пусть одна рыженькая, а другая блондинка, но обеих я видел только чёрт знает когда на картинке мультика, не считая прошлой попытки своего убийства, во время которой было совсем не до светских представлений, причём, как назло, забыл, кто из них за какую стихию отвечает. Огненный шар, кстати, особого вреда жертве не причинил, лишь отбросив, но даже не повредив костюм. Сколько же Сердец уже Нерисса захапала, раз у них такая устойчивость?

– Я не успела! – возмущённо огрызнулась девушка с алыми волосами. – Как их вообще при такой иллюминации найти можно было?!

– А ты разве не запомнила, кто где был? А, неважно, помогай…

Вновь взявшись за руки (как трогательно!), мы довольно быстро задавили оставшуюся парочку, подловив обеих чародеек на оглушающее. Судя по всему, защита против ударов по нервной системе у них была на порядок хуже, чем от физических повреждений, чем глупо было бы не воспользоваться. И вот, когда остававшаяся последней блондинка наконец рухнула без сознания, пол в стороне от нас прорезало лучом зелёного пламени и, пафосно огласив помещение криком «Вилл, держись!», к нам взмыл здоровенный бугай в золотистой маске, удерживая за руки Ирму и Хай Лин.

Немая сцена…

Впрочем, в следующие несколько секунд через дыру к нам забралась живая куча песка, удерживающая «в руках» двух других стражниц, отпустив которых, быстро помогла влезть и Рейтару с оборотнями. Хотя Миранде это было совершенно не нужно, а вот Седрик пока не превратился.

– А… Что, уже всё кончилось? – первой нарушила тишину стражница воды, не спеша отпускать носильщика и по-прежнему вися в воздухе под ним.

– Эм, – моя спутница не так быстро преодолела ступор. – Да, мы справились… Вроде.

– Класс! – выдохнула китаянка и тут же, с полной непосредственностью, продолжила: – А почему вы держитесь за руки? Ай! – последнее было сказано на два голоса, так как Шегон разжал руки, и девочки кубарем покатились на пол, хорошо хоть в стороне от дыры, а то бы было очень больно.

– А… – взгляд Вилл метнулся к своей конечности, после чего её мимика стала до боли напоминать таковую у человека, застигнутого на горячем. – Э… Это, ну…

– Сердце Кандракара. Мы делили его энергию, – сообщаю с усталым вздохом, в доказательство подняв руку девушки и продемонстрировав зажатый между пальцами кристалл. Ситуация, конечно, забавна, но сейчас не время для шуток. – Давай, быстрее превращай подруг. Песочник, собери их и зафиксируй, Миранда, помоги, особенно спеленай эту, огненную, – жестом указываю в сторону блондинки. Паутина у моего паучка огнеупорная, что сейчас очень полезно.

К моему удовольствию, Вилл выполнила указание без вопросов, озарив помещение розовым светом и позволив мне полюбоваться повзрослевшими версиями девочек. К сожалению, без мультяшных элементов в стиле «ню» (трансформация происходила примерно как у Седрика, только переходная энергетическая форма была исполнена в других тонах), но и так неплохо. Миранда же с Песочником оперативно спеленали пленниц.

– И зачем надо было превращаться? – стараясь не глядеть в сторону Мэтта, поинтересовалась Вэндом, пряча кристалл.

– Затем, что как только контроль с них спадёт, Нерисса об этом узнает. Не знаю, где она сейчас и почему не явилась сама, но уж на такой сигнал она явится точно. Рейтар, распредели всех по местам, она должна оказаться в огневом мешке.

– Да, мой Князь, – отсалютовал воин мечом, что до определённого момента был превращён мной в расчёску, которую он и таскал в кармане.

– Ты можешь снять заклинание с бабушки? – взволнованно переспросила Хай Лин, подлетая ближе.

– Посмотрим, – не стал обещать я. – Ирма, подойди сюда, будешь помогать, – кажется, именно она в каноне переборола чары подчинения.

– А… Почему я? – девушка от удивления даже ткнула себе в грудь пальцем.

– Ты владеешь телепатией и внушением.

– Откуда ты знаешь? – с ещё большим удивлением округлила глаза шатенка.

– Хобби у меня – знать самые сокровенные тайны красивых девушек! – позволяю раздражению прорваться в голос. У нас тут, может, каждая секунда на счету, а они тормозят! – Иди уже сюда, сколько можно терять время?!

– Ладно-ладно, как скажете, босс! – замахала руками стражница воды, подходя ближе.

– И что ты будешь делать? – это уже Вилл напряжённо поглядывает то на меня, то на зафиксированных песком дамочек.

– Ну, вообще, поцелуй принца – ультимативная штука по снятию любых чар, – заявляю с самым умным видом, на какой способен. Ну не смог я удержаться, не смог! О да, у них такие лица… – но, делая скидку на ваш нежный возраст, мы пойдём менее экстравагантным путём…

Во время моего спича на заднем фоне раздался возмущённый кряк от «лебедя сизокрылого», Мэттом Олсеном именуемого, но на него никто не обратил внимания, самим хватало личных переживаний. Впрочем, время и правда поджимало, даже не в плане реакции Нериссы, а в плане реакции владельцев здания, то есть надо было решать все дела до того, как они спохватятся. Телепортироваться куда-то в другое место мы пока не можем – магическая энергия в телах пленниц этому помешает (или попытается, что тоже неприятно), так что работать придётся здесь.

Цапаю ладошку Ирмы и, заставив её вместе со мной наклониться к одной из пленниц, поднимаю свободную руку, концентрируя в глазах и голосе магическую энергию…

Глава 10

Итак, что же мы видим? И не менее важный вопрос: понимаем ли мы то, что видим? Хмм… Вроде бы понимаем. Ха-ха-а-а… Как тут всё интересно… Вот, значит, как выглядит магический контракт в действии, совсем такой, как мы заключили с Вилл… Хотя нет, вру. Контракт на службу – это безусловно, хотя дырявый, ох дырявый, у нас с Вилл всё куда серьёзней и, как бы это сказать, основательней, а тут что-то вроде кустарной копии. Нерисса поймала всех своих старых подруг на слово, фактически, вынудив каждую дать формальное согласие на службу ей. Подчёркиваю – формальное. Дальше через эту лазейку уже был грубый «взлом» чистой силой, и получалась марионетка. Хотя какие-то условия были, но из одной только паутины чар, облепившей разум и сущность замершей передо мной стражницы, их было не узнать, хотя если суммировать мои воспоминания с изученными уже здесь фактами, служба должна была стать платой за возвращение молодости и сил, впрочем, в одном случае Нерисса расщедрилась даже на воскрешение.

В общем, дамочка обманула всех. Подруг, разведя на рабство в обмен на то, что в любом случае должна была дать, если хотела какой-то пользы от служения. А себя (да-да, себя она тоже обманула) – получив вместо опытных и могучих бойцов с десятками лет боёв за плечами тупых марионеток, у которых ещё и удерживающие нити оборвать – раз плюнуть, как раз в результате формальности согласия на службу. Нити, кстати, вот они – чуть надавишь, сами расползутся. Однако их уничтожение не отменит главной проблемы – контракт работает, условия выполнены, а значит, желания и мнения рабов на это рабство ничего не значат. Нерисса как имела, так и будет иметь над ними всю полноту власти, включая жизнь, силу и тела.

Хм-м… Что бы такого сделать, чтобы с пользой?.. Так, где там мои феи?

– Вилл, Ирма, расслабьтесь и не сопротивляйтесь, – кладу руки на плечи стражниц и медленно стараюсь растянуть на них свои чары. – Видите?

– Чего? – не поняла аловласка, всплеском эмоций едва не разорвав контакт.

– Оу, вот это спецэффекты! – с лёгким потрясением в голосе вторила ей шатенка, успешно принявшая мою магию.

– Расслабься и сосредоточься, – чуть сильнее сжимаю плечо носительницы Сердца Кандракара, – отстранись от эмоций, позволь энергии самой вести тебя.

– Да поняла я, – недовольно пробурчала Вилл, ещё одним всплеском эмоций зашатав связь, но всё же послушалась и через несколько секунд тоже удивлённо распахнула глаза, видя уже совсем не стены хозяйственного помещения. – Что это?.. Или… Правильно будет сказать «где мы?»

– Да, где это мы? – поддакнула Ирма, возбуждённо осматривая серо-чёрную пустоту, в которой мы втроём парили.

– Можно назвать это подсознанием. Не моим и не вашим, как сама понимаешь. Можно было бы обойтись и без него, но так вам будет проще.

– А что мы будем тут делать? – с деловым любопытством сразу же поинтересовалась главная стражница.

– Для начала попробуйте вспомнить всё, что вам известно о бывших стражницах. Каждой из них. Сосредоточьтесь на этих образах, ощутите, что они ваши предшественницы, и не только в наличии крыльев, но и в обычной жизни между вами много общего, потянитесь к этому чувству, примите… – на миг запинаюсь, вспоминая имя той девушки, в чьём сознании мы сейчас находимся, – Кесседи как свою подругу, которой нужна помощь. Пожелайте её оказать. Выплесните эти чувства наружу. Позвольте её подсознанию самому указать вам путь…

По мере моих слов обе девочки закрыли глаза, их лица разгладились, а эмоции постепенно стали приобретать нужные очертания.

Даже самому стыдно стало за свои слова. Как же, магистр магических наук Фобос такие банальные методы использует. Вот только для них сейчас это самый простой способ добиться результата – их магия до сих пор действует почти неосознанно, на эмоциях и интуиции, а для того, чтобы понимать процессы непосредственно разумом, их сперва надо увидеть – прочувствовать.

К тому же, честно говоря, я немного мандражировал и потому старался оттянуть момент, когда придётся рвать чары. Бывший Фобос наверняка бы справился без проблем, а вот я – другое дело. Знать и уметь – это разные вещи. Пусть я уже стирал память, да и вообще быстро прогрессирую в магии, но… страшновато. В чужой разум залезть и починить – это вам не молнию кинуть. Конечно, в мультфильме стражницы нынешние смогли банально разбудить стражниц бывших и заставить тех сопротивляться, чтобы снять контроль Нериссы, но то в мультике и другие, а тут в реале и я сам, чувствуете разницу? Так что я пока смотрел, собирался с духом и своими шаловливыми пальцами ничего не трогал. Ах да, ещё нарабатывал репутацию эпически крутого и мудрого Учителя… Ну, надеюсь, так это выглядит со стороны.

Мой голос давно смолк, но Вилл и Ирма продолжали концентрироваться, заставляя окружающий туман подёргиваться рябью. Наконец, спустя примерно пару минут субъективного времени, перед нами расцвели связующие нити магического контракта, обвивающие полупрозрачный силуэт прошлой стражницы.

– Молодцы, – осторожным касанием заставляю спутниц открыть глаза. – Вот, смотрите – это то, что держит их под контролем Нериссы, нам интересен вот этот участок, – не столько жестом, сколько мыслеобразом указываю на скрепы ментального подчинения. – Если их порвать, то…

– Они очнутся? – нетерпеливо перебила меня Ирма, во все глаза пялящаяся на «спецэффекты».

– Получат свободу мысли, если быть точным.

– Так чего мы ждём? – напружинилась с другого боку неугомонная командирша.

– Разум – очень хрупкая вещь, а магия крайне подвержена чувствам мага, – поясняю, взглянув на Вилл. – Я же, как мы все знаем, личность в высшей степени вредная, пакостливая и в целом негодяйствующая, – девушки невольно улыбнулись. – И тут возникает проблема, поскольку шутки шутками, но с прежними стражницами меня ничего не связывает, больше того, де-факто, с некоторыми из них мы долгое время были врагами даже после вашего появления, и если я ещё могу как-то контролировать свои чувства, то их подсознание меня другом точно не воспринимает. По большому счёту, это не сильно мне помешает, – точнее, не должно, а как там оно будет в действительности – чёрт его знает, но это мы опустим, – но чтобы исключить риск возникновения неприятных неожиданностей, мне нужна была своего рода анестезия из положительных эмоций, которую вы и обеспечили. Теперь можно приступать.

– Отлично, – аловласка метнула взгляд на образ Кесседи, – что мне делать?

– Занять место согласно боевому расписанию, – улыбаюсь ей с максимальным княжеским ехидством, возвращая нас в реальный мир. – Давай, времени у нас не так много. Посмотрела – капелька мудрости приобретена, шкала опыта поднялась на один пункт, теперь иди к Рейтару и становись, куда он скажет. Дальше мы сами.

– Где ты таких выражений набрался? – честно постаралась отзеркалить мой ехидный тон красноволосая, угрожающе щурясь.

– Не куксись так, я тебя не испугаюсь, – делаю качающий жест ладонью, типа иди-иди уже. – Не после пижамки с лягушатами, – как у неё очаровательно начали распахиваться глаза и стали алеть щёчки… Ммм… Пэрсик! – Всё, вперёд, – взяв за плечи, разворачиваю девушку, пока та не успела прийти в себя, – а о моей биографии поговорим в более спокойной обстановке.

– Фобос-с-с, ты!.. – трясясь и искря волосами, рывком развернулась стражница.

– Брысь с глаз моих! Время! – добавляю в голос командных ноток.

Вилл сжала кулаки и, поискрив ещё секунду, отвернулась, направившись к терпеливо ожидающему её воину. По мере пути вымещая гнев и раздражение неразборчивым бурчанием, которое сводилось к «я тебе ещё это припомню», и вбиванием пятки в ни в чём не повинный пол при каждом шаге.

– У вас странные отношения, ты знаешь? – прошептала мне Ирма, прикрыв рот рукой со стороны удаляющейся подруги. – Прям как у главных героев в фильме «Любовь на улице…» – девочка резко сбилась, что-то осознав. – Эм… Проехали.

– Завидуешь? – вздёргиваю бровь.

– Вот уж нет! – замотала головой, испуганно вытаращив глаза, повелительница воды. – Мне и так странностей в жизни хватает, предпочитаю остаться простым наблюдателем! Ну, в смысле… Ну ты понял…

– Ну, все мы что-то предпочитаем… – произношу с загадочным видом, скашивая взгляд на Вилл, которой Рейтар как раз указывал, где встать. – Сталкерство – это ещё не страшно…

– Не в том смысле! – буквально подскочила на месте голубоглазая шатенка. – У меня, если хочешь знать, свои воздыхатели есть! – сколько возмущённой гордости-то… – И ничему я не завидую!

– Это ты про того парня в очках и с фотоаппаратом? – я сделал вид, что припоминаю. – Да, этот-то уж точно тот ещё сталкер. Или ты о том парне, Эндрю Хорнби, кажется, за которым только ленивая не бегает?

– А сам-то чего Санта-Барбару разводишь? – от возмущения Ирма вспыхнула краской.

– Если бы за мной бегали все бывшие стражницы, вот это была бы Санта-Барбара, а так – лёгкие забавы, – парирую.

– Ага! – ухватилась за оговорку девочка. – Значит, это всё-таки забавы!

– Ты оскорбляешь меня в лучших чувствах, – патетично прижимаю руку к груди. – Я совершенно искренне вас всех обожаю! Эти обтягивающие наряды, юбочки на грани фола, голые животики, ммм… – окидываю Ирму жадным взглядом сверху вниз. – Обожаю!

– Э-э-э-э… – стражница как-то резко сжалась, сверкая пылающими, как раскалённая сковородка, ушами и не зная, куда деть взгляд.

– Ладно-ладно, не переживай так. Обещаю руки не распускать, – сейчас.

– Это… Успокаивает? – изобразила вопросительно-неуверенную мордашку девочка.

Я сам не понял, она меня спрашивает или себя пытается убедить.

– Завязываем с отвлечёнными разговорами, – улыбаюсь, ставя воображаемую точку в дискусии. Увы, иначе это затянется надолго. – У нас дело есть, и время поджимает. Готова? – Ирма с небольшой заминкой, но кивает, а с её лица исчезают мысли не по теме. Быстро собралась ради важного дела, молодец. – Сперва смотри, что делаю я, потом попробуешь повторить своими силами…

То же место и время, Мэтт Олсен.

Перевоплотившийся в облик Шегона парень с ненавистью сжимал кулаки, едва удерживаясь, чтобы не выплеснуть ярость потоком пламени из глаз прямо в спину виноватого в его состоянии урода.

Улыбающийся Фобос что-то нашёптывал Вилл с Ирмой, нагло обнимая их за плечи, и девушки даже не думали сбросить его руки, чуть ли не прижимаясь к этому белобрысому мерзавцу!

Да как они только могут?! Глупые девчонки! Он же столько раз пытался их убить! Неужели они уже забыли, против кого сражались весь прошлый год, из-за кого рисковали жизнями и влипали в неприятности?! А теперь этот смазливый подонок им пару раз улыбнулся, тряхнул своими космами – и всё забыто?! Дуры набитые!

Как будто вторя его мыслям, Вилл сверкнула улыбкой, что-то довольно отвечая тёмному князю, на что Фобос опять что-то сказал, и девушка залилась краской смущения. От гнева в голове Мэтта всё помутилось, и он невольно зажмурился, до боли сжимая зубы.

Когда парень наконец открыл глаза, аловолосая стражница была рядом с Рейтаром, а этот мерзкий глист уже откровенно ворковал с Ирмой, ничуть никого не стесняясь. А девушка опять и не думала его отталкивать, лишь кокетничая, изображая трепыхание! Но даже с расстояния, на котором стоял Мэтт, было видно, что ей всё нравится! Дура! Какие же они дуры! Тупые курицы!!!

К счастью, долго эта сцена не продлилась, и маг со стражницей взялись за дело. Скованная песком Кесседи неловко дёрнула головой, заморгала и обвела помещение осмысленным взглядом.

– Что?.. Где я?

– Ни за что не поверишь! Хотя если ты любила баловаться ночными походами в парк развлечений со взломом… – начала было острить Лэир, но Фобос её перебил:

– Ты на Земле, и я только что порвал чары, угнетающие твою личность. Ты помнишь, что сделала с тобой Нерисса?

– А?.. – растерянно хлопнула глазами девушка. – Да… – мгновение, и её лицо исказилось гневом, а взгляд упёрся куда-то в пространство. – Нерисса! Она мной управляла! Обманула, используя маму!

– Развяжем? – деловито поинтересовалась действующая стражница воды, с дружеской ухмылкой глядя на меридианца, даже не подозревая, какую волну омерзения провоцирует в душе наблюдающего за этим Олсена.

– Песочник, будь добр, – картинно качнул запястьем белобрысый вместо ответа. Песчаный демон тут же повиновался, своим преданным раболепием теша самомнение этого ублюдка и заставляя парня сильнее сжать кулаки. – Спрячься вон туда, – дождавшись, пока путы осыплются, между тем велел тиран, указывая Кесседи на раскуроченную горловину тоннеля.

– Что? Прятаться? – не поняла та.

– Да, и поскорее. Скоро здесь будет Нерисса, а ваш контракт ещё действует – она легко отберёт твою силу щелчком пальцев, так что будь так любезна – не дай ей этого сделать, – в своей обычной высокомерной манере «прыща вселенной» процедил в ответ узурпатор. Манере, которую, похоже, до сих пор замечал только сам Мэтт, а вот девчонки чуть ли не последние мозги теряли при звуках этого отвратного голоса.

Очередная волна злости заставила скрипнуть зубами и мысленно взмолиться, чтобы Нерисса явилась уже поскорее. Тогда можно будет со всем покончить и набить, наконец, морду этому глисту! Только бы дождаться… Ну чего они копаются?!

Одна за одной бывшие стражницы приходили в сознание. На однотипные объяснения музыкант уже не обращал внимания, лишь отсчитывая секунды и едва сдерживаясь, глядя на то, какие зовущие взгляды бросает на белобрысого ублюдка Ирма при каждой новой шуточке, или что они там обсуждали? А, плевать!

В реальности прошла едва ли полноценная минута, все реплики были быстрыми и торопливыми, да и в объяснениях обстановки очнувшимся пленницам принимали участие не только две замершие у них фигуры, но для парня эта минута растянулась на долгие часы. Хотелось рвать и метать, выплеснуть всё накипевшее в потоке зелёного пламени из глаз, и неважно, против кого: Нериссы или Фобоса, главное – выплеснуть! Школьник сам не заметил, как окончательно перестал обращать внимание на звуки, а пространство перед глазами будто подёрнулось серой пеленой, в которой осталась существовать только смазливая физиономия блондина и улыбки, которые ему отправляют все окружающие девушки.

Вилл, Ирма, Тарани, Хай Лин, Корнелия… Даже эти… Кесседи, Галинор, Кадма… Все пялились на него, как тупые фанатки на поп-звезду! Кокетливо моргали ресницами, застенчиво улыбались, робко переминались с ноги на ногу… Шл!..

Мысль прервалась, так как его плеча коснулась чья-то ладонь. Мир рывком обрёл краски и звуки, и Олсен обнаружил, что все пленницы уже освобождены и куда-то исчезли, а рядом стоит напряжённая Вилл, что-то ему в полголоса говоря.

– …сле этого мы ударим со всех сторон, не давая ей опомниться, и, пользуясь моментом, Фобос хватает посох, понял? – смысл слов не сразу дошёл до сознания, но прозвучавшее имя сработало как инициатор во взрывном устройстве:

«Опять этот Фобос! Она вообще может думать о чём-то кроме этого ублюдка?!»

– Правильный момент очень важен, – продолжала негромко, но настойчиво шептать девушка, благодаря безликой маске на лице подростка не замечая его эмоций. – Если что, придержи меня, ладно?

Мэтт отрывисто кивнул, продолжая витать мыслями далеко от этого разговора.

– Хорошо, когда ты рядом, я себя чувствую куда уверенней, – улыбнулась главная стражница и перевела взгляд на другой конец помещения, где застыл тёмный князь.

«Уверенней в чём? В том, что можешь продолжать пялиться на него, а я не замечу и буду послушно прикрывать тебе спину, как верная собачонка?!»

Но в этот момент случилось то, чего он так долго ждал – под потолком технического помещения аттракциона вспыхнул разрыв пространства, из которого стремительно вылетела высокая брюнетка с посохом в руках. Её лицо было искажено негодованием, грива чёрных, как смоль, волос развевалась за спиной, на пальцах искрились разряды молний.

Взбешённый Регент Земли наконец-то мог не сдерживаться. И он не стал…

– Мэтт, стой! Что ты?.. – сдавленный окрик Вилл потонул в рёве зелёного огня, устремившегося к цели, и крике самого парня, бросившегося на колдунью следом за магической атакой.

Первый удар чуть не застал Нериссу врасплох, но в последний момент та успела вскинуть посох и принять магический выстрел на щит из сияющих искр.

«Но это ей не поможет!»

Высокая, мускулистая фигура Шегона торжествующе налетела на преграду. Школьник даже не заметил боли от ожогов – бушующие в груди эмоции придавали сил и отключали боль. Могучее тело продавило хлипкую защиту и врезалось в стройную фигуру ахнувшей ведьмы. Руки сомкнулись у неё на спине… Сжать, не дать вырваться… Он победил! Без всяких белобрысых уродов! Он один! Ещё немного, и…

Последнее, что запомнил парень перед тем, как его сознание отключилось – это яркая вспышка света…

То же место, Фобос Эсканор.

Тело крылатого бугая ещё летело по воздуху, оставляя за собой тонкие струйки дыма, а я уже понял, что план пошёл к подхвостным кошачьим чертям!

Секунда полёта поджаренного молнией музыканта растянулась для меня в полноценных минут пять, не меньше. В мозгу прочно засела и болезненно пульсировала одна напрочь нецензурная мысль, начинающаяся на слово «Какого!..», а вот дальше русский, меридианский и английский мат сцепились в схватке насмерть, силясь выразить бездну моих эмоций, но даже самые забористые эпитеты казались мне просто неприличномягкими и вежливыми!

Но на рефлексии времени не было. Время вообще утекало как вода сквозь решето, оставляя после себя лишь сосущее чувство опоздания.

Сколько я потерял на растерянность? Миг? Два? Три? Тело Шегона с глухим звуком удара коснулось стены, когда я сам уже прыгнул, вкладывая в рывок все доступные физические силы, но… Я не успевал.

Стражницы опомнились и ударили потоками своих стихий, вынуждая колдунью выставить круговую защиту и подняться в воздух. Но «котёл» получился неполным – она не успела долететь до нужной точки, и теперь все удары шли в одну полусферу. Кроме того, из «концерта» выбыл Шегон, а значит, сама атака получилась слабее.

Песочник попытался рассыпаться вихрем и атаковать Нериссу со спины, но всё, что смог – это бессильно разбиться о поднятый щит. Плевок паутиной от Миранды постигла та же участь.

Окончательно осознав, что мой рывок исчерпал себя, толком даже не начавшись, я затормозил.

Конечно, можно было бы попробовать продавить её щит лбом по опыту нашего пернатого имбецила, но, смею надеяться, я ещё не настолько деградировал. Да и… К чёрту шутки!

Грубой силой тут ничего не сделать – огневой мощи недостаточно, момент неожиданности упущен, так ещё и огонь по всей поверхности защиты не распределишь и эту защиту не перегрузишь. Физические атаки тем более бесполезны, только под дружеский огонь попадёшь. Купол нужно вскрывать осторожно, что в горячке боя сделать проблематично, но… выбора нет – второго шанса Нерисса нам не даст. Даже столь тупая особа повторно в такую ловушку не полезет.

Скрывшись за какую-то коробку, я приступил к судорожному плетению «клина», что сможет пробить грубый, но безумно мощный щит ведьмы. Мне нужна была минута относительного спокойствия и безопасности. Проблема в том, что этой минуты у меня не было, и никто предоставить её мне не спешил.

– Тупицы, чего вы ждёте?! Ко мне! – завопила атакуемая ведьма, видимо, подобный напор её испугал.

Глупо, раз не пробили щит с первого удара, то при постоянной подпитке Сердцами не сломается и дальше, но что ещё можно ожидать от этой воровки?

Но хуже всего другое – эти воистину тупицы не только высунулись на шум разборок из норы, куда их заблаговременно упрятали, но и действительно поспешили к ней! Дуры!

На порыве эмоций я чуть было не запорол сплетаемое заклинание, но всё-таки смог удержать конструкт. Ведь опытные же женщины, должны понимать, что такое «контракт»!

– Ты больше не властна над нами! – гордо ответила Кесседи. – Мы больше не твои марионетки!

– Что?!

Да-да, поболтайте там, обсудите фасон своих нарядов, погоду и глубину своих сложных отношений, дайте мне ещё полминуты!

– Да! И мы больше не позволим нас ими сделать! – выкрикнул ещё кто-то из стражниц «прошлого созыва», включаясь в общую атаку и увлекая в неё своих подруг.

Нерисса злобно зашипела, удерживая прогнувшуюся защиту.

– Жаль… – сквозь зубы всё же выдавила она и, присев в напряжении, с криком выплеснула силу в яркой вспышке. Волна дикой магии отбросила нападавших, кого-то даже приложив о стены, а колдунья взмыла в воздух, озаряя всё вокруг разрядами молний. – Стражницы подчинились мне! – кристалл в навершии её посоха засиял. – Ослабла моя власть, но не ваши обязательства! ВЫ. МОИ. СЛУГИ! – взмах – и тела решивших погеройствовать дурочек переходят в состояние атронаха, отражающего их стихию, чтобы мгновение спустя стремительно втянуться в кристалл. – И мне спокойней, если все вы заточены в моём посохе! – торжествующе закончила ведьма, а здание ощутимо начало трястись.

– Что ты с ними сделала?! – закричала Вилл.

– Они принадлежат мне! Раз они отказываются повиноваться, то и делиться с ними силой не имеет смысла, ну, а сейчас…

Напряжение магии в окружающем пространстве возросло настолько, что стало тяжело дышать. Я уже знал, что она собирается сделать, но пока она отвлеклась на праздные разговоры, я смог закончить «клин» и теперь вбил его в защиту ведьмы, прерывая ту на полуслове.

С мелодичным звоном барьер лопнул, разлетевшись на тысячи блестящих искрами осколков. Прежде чем они растворились, глаза Нериссы изумлённо распахнулись, она даже начала поворачиваться, но я уже был рядом.

Посох она держала в левой руке, я был со стороны правой. Полтора шага… Один… Моя раскрытая ладонь уже миновала её левое плечо, ещё доля мгновения – и пальцы сожмутся на древке…

Струя зелёного пламени врезалась ей в грудь.

Толчок отброшенного тела откинул мою руку. Пальцы сжались, но под ними уже была пустота.

Спустя мгновение нас уже разделяло несколько метров, а Нерисса уже справилась с замешательством и зависла в воздухе. Практически невредимая Нерисса. Отбросить и слегка подпалить одежду – вот и всё, что смогло сделать пламя.

– Ты… – меня ожгли ненавидящим взглядом, и… помещение озарила вспышка телепортации.

Зверь предпочёл сбежать из расставленного на него капкана…

Наступила неловкая тишина.

– Прекрасно, просто прекрасно! – всё пережитое требовало выхода. Без разницы, на кого. – И вновь мы умудрились вырвать поражение из пасти победы! – я повернулся к пытающемуся подняться на ноги регенту, что, не иначе как от большого ума, шибанул по ведьме, едва очнулся, и не пытаясь понять обстановку.

Сейчас очень хотелось его просто и без затей прикончить. Причём, судя по виду Вилл и остальных девушек, не мне одному.

– Что ты наделал?! – подтверждая мои выводы, воскликнула Рыжик, подлетая к парню.

– Что я наделал?! Я атаковал Нериссу!

– Ты сорвал весь план!!! – девочка явно была на грани истерики. – Фобос почти схватил посох! Ты что, не видел?! – в глазах у неё так и плескалось нежелание верить во всё произошедшее.

– Ах, Фобос! – взвился бугай в маске, тут же меняя форму на человеческую, и, агрессивно сжав кулаки, качнулся навстречу девушке. – Может, ещё что-то скажешь, что он сделал?!

– Он выполнял план! В отличие от тебя! Зачем ты бросился на неё в начале?! Я же говорила тебе, как важно точное время! Я же просила подождать!

Пока огненно-рыжая фея выплёскивала эмоции, я коротко оглядел своих подчинённых, жестом указав не вмешиваться.

– Я атаковал вовремя! – огрызнулся парень. – Это вы протупили момент, пялясь на своего обожаемого Фобоса!

От подобного наезда стражницы дружно опешили, а я, несмотря на провал плана, всё-таки улыбнулся кончиками губ. Парень явно дозрел, а сейчас, раздражённый поражением и терзаемый не самыми приятными последствиями встречи своего тела с магическим щитом ведьмы, очевидно, готов высказать всё «наболевшее».

– А?! – от удивления распахнула рот Хай Лин, не найдя слов для ответа.

– У тебя ещё хватает наглости обвинять нас? – завелась Корнелия.

– Да! Это, значит, мы виноваты в том, что ты дал Нериссе уйти?! – поддакнула Ирма.

– Мы делали всё, что могли! По плану! – не менее эмоционально вставила Тарани.

– Что на тебя вообще нашло в последнее время? – Вилл.

Кстати, на тему «обожаемого» никто ничего не возразил, хе-хе.

– Это на вас что нашло?! Таскаетесь за этим уродом целыми днями и преданно заглядываете ему в рот! Да скоро будете ему в зубах тапочки носить и счастливо повизгивать!

– Ч-что? Ты совсем спятил, Мэтт? – опешила Вэндом, даже отступив на шаг.

– Скажешь, я не прав? Ты постоянно о чём-то шушукаешься с ним, Фобос то, Фобос это! Ещё и года не прошло, как он был нашим врагом, а сейчас вы на него чуть ли не молитесь! Это ненормально! – закричал музыкант.

– Фобос – наш союзник! – повысила голос и стражница. – И, в отличие от тебя, он действительно пытается нам помочь и делает то, что обещал!

– Не нужно, Вилл, – мой спокойный голос был сильно контрастен воплям подростков, – не стоит. Регент Земли, выращенный как Рыцарь Ненависти, никогда не скрывал своего ко мне отношения. Случившееся, конечно, неприятно, но скандалами прошлого не изменить, а нам, хочу напомнить, ещё надо убраться отсюда до прихода лишних свидетелей, – зачем я это говорю? О, чтобы подлить немного керосина в и так пылающий пожар страстей.

Мельком отмечаю реакцию на свои слова тёмной братии. Рейтар – одобрение, лучшего и ждать не приходится. Песочник настороженно замер. Миранда нечитаема, в силу отсутствия в её паучьем облике лица для отражения мимики. А Седрик ошарашен. Видимо, моё спокойствие после неудачи – это нечто немыслимое для прежнего князя.

– Заткнись! Это наше с Вилл личное дело, и твоего мнения мы не спрашивали! – вскипел брюнет.

– Не смей затыкать его, Мэтт! И личных дел у нас с тобой нет! Научись сначала себя нормально вести, а не бросаться на всех и каждого, кто со мной заговорит!

– Дура! Он манипулирует тобой, неужели ты этого не… – продолжение тирады прервал звук смачной пощёчины.

Находящаяся в бешенстве стражница, чья рука только что встретилась с лицом её уже бывшего парня, сцепила зубы до заигравших на скулах желваков. Если бы взглядом можно было убивать, то Олсена уже с нами не было.

Удовлетворившись видом ошарашенного юноши или просто заставив себя оторвать глаза, девушка молча достала кристалл Сердца Кандракара и так же молча телепортировала всех нас в подворотню недалеко от ресторана семьи Лин. Обратная трансформация стражниц заняла ещё секунду, и Вилл, не удостоив школьника даже взглядом, стремительно зашагала в сторону улицы.

Остальные девочки (кроме Миранды) окинули помятого регента осуждающими взглядами и поспешили за подругой – успокаивать и утешать. Мне тоже следовало бы этим заняться, но лучше сделать это чуть позже и наедине.

– Я знаю, это всё твоих рук дело! – парень с чистой, незамутнённой ненавистью уставился на меня. Отвечать на этот вопль я не стал, просто развернувшись вслед стражницам и жестом призывая сделать то же самое своих рыцарей.

В некотором роде он был прав. Но… кто виноват, что между остроумным харизматичным принцем и неотёсанным грубияном девушки почему-то в большинстве случаев выбирают принца?

– Ну и ладно! – донёсся сзади срывающийся от нервов крик. – Катитесь вы все со своими спасениями мира! А с меня хватит! Слышишь, Вильгельмина?! Это конец!

Вот и финальная точка. Завтра он пожалеет о своём решении, продиктованных яростью словах и поступках, но… Слова уже сказаны и услышаны. Не удивлюсь, если прямо сейчас на глазах маленькой аловласой красавицы выступают слёзы. А я… Ну, мне остаётся только не выставить себя в глазах Вилл ещё большим козлом и… не совершить ошибки.

– Рейтар, – не оборачиваясь, обращаюсь к воину, – ты заметил?

В недавнем бою он не сумел себя показать, как, собственно, и Седрик. Но их вины в том не было, слишком динамично и неудобно для ближнего боя всё происходило. Сейчас же рыцарь уже занял позицию так, чтобы суметь прикрыть меня от атаки с любой стороны, Песочник от него в этом не отставал. А вот принявшие человеческий облик оборотни просто шли рядом, невольно напоминая мне о том, что придворные – не лучшие телохранители.

– Мальчишка только что отказался нам помогать, теперь он лёгкая мишень, – отчитался меридианец.

– Хмм… – я на миг сбился с мысли. – Вообще, правильно, но я о другом, – кошусь в сторону свиты, чтобы видеть их лица, заодно накинув на Рейтара иллюзию обывательской одежды. – Сила ведьмы ощутимо возросла. Это уже не два Сердца, а минимум три.

– Если так, то… – рыцарь обеспокоенно нахмурился. – Это проблема.

Песочник что-то согласно прошелестел и осыпался на землю, принимая вид обычной кучи песка, пусть и непонятно как оказавшейся в переулке, но не столь приметной, как двухметровый колосс.

– Но теперь у неё нет подручных! – бросив напряжённый взгляд на Седрика с Мирандой, продолжил Рейтар. – Это ограничит доступный ей манёвр.

– И означает потерю необходимости тратить энергию на их подпитку, – ускоряю шаг, чтобы догнать убежавших вперёд девочек. – И если я что-то понимаю в природе сил стражниц, то скоро она добавит в свой арсенал и все стихийные способности своих бывших подруг. Имей это в виду.

Воин молча приложил кулак к груди, демонстрируя, что всё понял.

Чуть позже, ресторан «Серебряный дракон».

– Все тут? – ни на кого не глядя, хмуро поинтересовалась Вилл. Хотя, очевидно, прекрасно заметила, кто именно отсутствовал.

– Мэтта не хватает и мистера Хаглза, – звонко объявила Хай Лин, но тут же замолкла под несколькими недовольными взглядами. Похоже, не только Рыжику прямое упоминание о парне казалось сейчас неприятным. – И я, пожалуй, принесу чай! – быстро сориентировалась девочка и умчалась на кухню.

В главном зале закрытого ресторана повисла неловкая тишина. Никто не решался первым поднять мучающую всех тему.

Ну ладно, не всех. Моих «прихвостней» случившийся скандал, скорее всего, волновал далеко не в первую очередь.

– Подумать только! – первой не выдержала блондинка. – Чтобы я и с этим… – в мою сторону презрительно скуксились. – Как у него язык повернулся?! А если бы с нами был Калеб?!

– Корнелия, Мэтт, конечно, был не прав, но по-моему… – сделала робкую попытку погасить страсти Тарани.

– Я знаю, что ты хочешь сказать, подруга! – влезла в диалог Ирма. – Мы упустили Нериссу, позволили ей опять пленить только что освобождённых друзей и разнесли ни в чём не повинный аттракцион. Но посмотрим правде в глаза! Во всём этом виноват Мэтт!.. Прости, Вилл, – спохватилась под конец стражница воды и извиняющимся взглядом посмотрела на Вэндом.

– Ничего, – глухо отозвалась школьница с огненно-рыжими волосами, опустив голову, – ты права…

– Вилл, я слышала, как ты его… ну… просила, – мулатка неуверенно коснулась руки девочки, пытаясь заглянуть той в глаза. – Я понимаю, что тебе неприятна эта тема, но знай – мы с тобой.

– Да, можешь на нас положиться! А если тебе неприятно слышать об этом козле, то мы тут же заткнёмся, только скажи! – горячо поддержала подругу Лэир.

– Я в порядке, спасибо, – всем видом демонстрируя, как она не в порядке, отстранилась девушка и тут же попыталась перевести тему: – Что будем делать дальше? У кого-нибудь есть предложения?

– А!.. – с готовностью поддержала смену темы Ирма, подняв вверх палец. – Хм… – но тут же замялась, по всей видимости, не сумев ничего с ходу придумать. – Присоединяюсь к вопросу, – смущённо улыбнувшись и зарывшись рукой в шевелюру на затылке, закончила мысль шатенка.

– А вот и чай! – громко оповестила помещение вернувшаяся Хай Лин с подносом…

Поправка: двумя подносами, нагруженными до краёв. Один из которых тут же едва не уронила, запнувшись о провод к вентилятору у стены.

– Ай! Кто-нибудь, помогите! – панически пискнула азиатка, с трудом пытаясь выровнять равновесие.

Щёлкнув пальцами, активирую чары левитации и спасаю ношу девочки от встречи с полом.

– Спасибо! – облегчённо выдохнувшая Хай Лин расплылась в улыбке.

Так как большая часть собравшихся пока пребывала на ногах, одни от нервов, другие от солидарности, подносы я опустил на ближайший столик, после чего, наконец, решил вступить в диалог:

– Прежде чем говорить о планах, надо извлечь уроки из случившегося…

От звука моего голоса Вилл почему-то вздрогнула и понурилась.

– Прости, это моя вина, я была рядом с ним, но…

– Не надо, – мягко останавливаю её. Подумать только, главная стражница попросила у меня прощения… А главное, за что?.. Иногда мне становится страшно от собственных успехов. – В том, что случилось, твоей вины нет, и самобичеванием ты добьёшься только потрёпанных нервов у тех, кто за тебя переживает.

– Всё время забываю, что с нами есть парень, который может вывернуть наизнанку любую ситуацию… – прокомментировала мою реплику Ирма. И тут же оказалась под перекрестием множества взглядов. – Эм, не то чтобы я была с ним несогласна в данный конкретный момент… В смысле, я хотела сказать, что думаю так же как и Фобос… Боже, что я несу…

– Как ни странно, Ирма дело говорит, Вилл, – неожиданно для всех поддержала её Корнелия.

– Думаю, мы все согласны с тем, что самобичеванием делу не поможешь, – кивает Тарани.

– А если ты не знаешь, что нам теперь делать, – Хай Лин наставительно поднимает палец, ехидно улыбаясь при этом, – то у нас есть генератор идей!

И все дружно перевели на меня взгляды… Я балдею.

Улыбка сама выползла на моё лицо, и чтобы как-то её замаскировать, я прошёл к столику и взял чашку.

– Что же, раз все желают немедленно перейти к делу, то так и поступим, – сделав глоток, пожимаю плечами, ловя в ответ согласные, растерянные, немного смущённые, но ни одного отрицательного взгляда. Похоже, несмотря на провал операции, нашу странную команду это только сплотило. – Что ж, тогда начну с главного. На данный момент у Нериссы уже три Сердца. И это как минимум.

– Как ты узнал? – обеспокоенно нахмурилась Вилл.

– Сила атак её подручных, прочность защиты, уровень магического давления на окружающий мир… – пожимаю плечами. – Вполне достаточно для выводов.

– А что ещё? – нетерпеливо спросила Хай Лин.

– Ещё она скоро заберёт себе стихийные способности остальных прошлых стражниц. Пять стихий в одном флаконе, так сказать, – отпиваю ещё чая, наблюдая за реакцией.

Девушки… огорчились, мягко говоря. И так не самое радужное настроение начало скатываться ещё ниже. К тому же я узнал кое-что важное о женских коллективах. Истерика и похоронное настроение в них может распространяться со скоростью хорошего лесного пожара. Не скажу, что я хотел получить это знание, да и бороться с подобным «пожаром» привычными прошлому Фобосу методами было нельзя – ни рявкнуть, ни взбодрить профилактической молнией, увы. Причём не столько опасаясь обратного ответа, сколько подозревая, что подобный мой шаг только усугубит ситуацию. М-да, проблема.

– И чего вы развели панихиду? – интересуюсь с максимальной княжеской небрежностью.

– Но что нам делать? Мы не смогли её победить, когда у неё было два Сердца, а теперь, с тремя и силой стражниц… – покачала головой Вилл.

– Она стала куда уязвимее, – продолжил я её фразу, хоть и несколько покривил против истины.

– Что ты имеешь в виду? – навострили ушки девушки, да и мои слуги поглядывали заинтересованно.

– Нерисса, будем откровенны, – не очень умная женщина с ярко выраженным комплексом неполноценности и вытекающей из него страстью всем доказать своё превосходство. При этом её навыки ограничены парой трюков, выученных где придётся. Само собой, она опасна, но львиная доля её опасности заключается в огромной силе, попавшей к ней в руки.

– И сейчас эта сила только возросла, – недовольно пробурчала Корнелия.

– И я был бы очень признателен, если бы меня не перебивали через слово… – с выражением гляжу на блондинку.

– Извини, – ответила девушка. Потом поняла, кому она ответила, и впала в некоторый ступор.

Впрочем, он быстро прошёл, и, скрестив руки на груди, в мою сторону презрительно хмыкнули, отворачиваясь.

– Кхм, ладно, извиняю, – давлю смешок – очень уж забавно она выглядела. – Так вот, как ни странно, эта сила является её же слабостью, – видя отсутствие понимания на лицах, продолжаю: – Хм… Как бы объяснить попроще… – делаю ещё один глоток. – Возьмём, к примеру, садовый шланг. Удобно ли из него поливать газон?

– Ну… да…

– Конечно…

– Он для того и предназначен, – начали они отвечать вразнобой.

– А из пожарного гидранта? – на миг они застыли, и на их лицах начало появляться Осознание. – К тому же если из него можно «поливать» пятью разными «жидкостями» под разным «давлением» и с разной «температурой», освоить подобное несколько затруднительно даже… кхм… «опытному садоводу», не то что любителю.

– А ты? Ты бы смог? – со странными нотками в голосе спросила Вилл.

– Смог бы. Не сразу, конечно, к стихиям, не «прожевав» как следует прошлые куски, я бы не полез, – во всяком случае, текущий я. – Но за пару недель – вполне.

– Тогда почему ты думаешь, что полезет Нерисса? – задала резонный вопрос Тарани.

– Потому что она – жадная до власти недоучка с комплексами. Она из одной уязвлённой гордости отберёт силы бывших подруг. К тому же мы смогли её достать даже с мощью трёх сердец. Нерисса труслива, это её явно испугает. Так что она постарается получить ещё большее преимущество в максимально короткие сроки.

– И-и-и что нам, в итоге, делать? – хм, кажется, я их слегка перегрузил.

– Вам – ничего. Сейчас – дать мне подпитаться от Сердца Кандракара, а потом – продолжать заниматься охраной Великого Меня, – девочки дружно хихикнули, сбрасывая напряжение. – А мне – разрабатывать способ обратить её же силу против неё.

– А если она попробует напасть? – вмешался в беседу до этого молчавший Рейтар.

– Будем действовать по обстоятельствам, но вряд ли, – я покачал головой. – Пока она не заполучит «неодолимое превосходство», к нам не полезет, а на хоть сколько-то вменяемое овладение всеми пятью стихиями потребуется время. Кроме того, она продолжит пытаться хитростью выманить другие Сердца, а это тоже изрядная трата времени.

– М-м-м… Ладно, с этим определились, – о чём-то задумавшись, младшая Вэндом протянула мне кристалл.

Физиономии Седрика с Мирандой в этот момент были просто неподражаемы! Судя по тому, с каким суеверным ужасом они начали шарить взглядом по лицам девочек, явно ожидая чего-то, но никак его не находя, у кого-то сломалась картина мира. Даже Рейтар – и тот с трудом сохранил невозмутимость, нет-нет, да поглядывая на стражниц взглядом не доверяющего собственным глазам человека.

– Прекрасно. А теперь советую всем заняться чашками, чай-то остывает, – ставлю опустевшую посуду на стол и прохожу к окну, пряча ухмылку.

Пусть удивляются, мне же требовалось подумать…

Вечер того же дня, квартира над книжным магазином.

Безумный день подходил к концу, но главную стражницу не оставляли тяжёлые мысли. Даже мама во время уже ставшей привычной «операции прикрытия» заметила, что с ней что-то не так, хотя Вилл постаралась свести общение к минимуму. На счастье, Сьюзен Вэндом тоже устала на работе, а потому не стала пытаться устроить серьёзный разговор, и ситуацию удалось замять.

С того дня, как они решили заключить союз с Фобосом, всё шло наперекосяк. То, что раньше казалось правильным и единственно верным, на деле оказывалось не столь уж однозначно правильным, а представляемый ранее чуть ли не сборищем всех пороков за раз враг открывался с новой, куда более приятной стороны… В отличие от «друга».

Вилл окончательно запуталась. Почему тиран, диктатор, злой волшебник, имеющий полное право их всех ненавидеть и желать гибели, помогает им и, что особо странно, учит и развивает их силы? Надеется на «вклад в будущее»? Что они встанут на его сторону, скованные контрактом?

Девочка покачала головой, мазнув невидящим взглядом по странице домашней работы, не сдвинувшейся за последние двадцать минут ни на шаг.

Раньше она подозревала что-то подобное, но прошлые стражницы, скованные таким же, если не более жёстким договором, вполне могли игнорировать волю Нериссы. Может, повредить ей они уже и не могли, но помогать тоже не спешили, скинув поводок её воли довольно легко.

В их контракте тоже наверняка должны быть какие-то лазейки. Да хотя бы сегодня! Зачем он показал им, как сбросить путы контракта? Фобос точно не глупый, он просто так ошибок не делает, уж это Вилл поняла. Тогда зачем ему всё это нужно? Да и эти его шутки, направленные на неё…

Вилл взъерошила волосы, громко опустив руку с карандашом на столешницу от досады.

Как будто у неё и без этого не хватает проблем! Так теперь ещё и Мэтт…

– Какая муха его укусила? – в сердцах воскликнула волшебница, окончательно потеряв надежду сосредоточиться на смысле задачи.

Она ещё могла понять отношение Калеба – они с Фобосом старые враги, но Мэтт-то что взбеленился? А потом ещё взял и просто бросил их! Мол, вам оно нужно, вы и разбирайтесь! Как будто это не его она спасала от Нериссы?! Как у него язык повернулся говорить ей все эти гадости?! После… После всего!

Думать о ссоре со своим, вполне возможно, уже бывшим парнем, а в особенности о его последних словах, ужаливших неожиданно больно, не хотелось. К тому же это была далеко не самая актуальная проблема. Да, Фобос обещал что-то придумать, но постоянно выезжать на способностях князя было очень рискованно. Не столько даже возможностью предательства, сколько тем обстоятельством, что бывший тиран сейчас далеко не в лучшей форме, а ведь и до этого он был не всемогущ…

Перед глазами как нарочно встало бледное лицо принца с испариной на лбу, а в ушах зазвучали его объяснения про израсходованную жизненную энергию во время нападения у бассейна… Его напряжённая поза, прямая спина, сжатые кулаки и едва заметное покачивание… На фоне того, как Корнелия и Ирма даже ходить без помощи не могли в тот момент.

От воспоминаний стало совсем тоскливо и почему-то стыдно… Ведь у них было на руках всё, а у него практически ничего, но это он их вытащил из передряги, а не наоборот!

К тому же… Вилл не хотела этого признавать, но её укололи слова Фобоса о Нериссе. Если даже её он считал недоучкой, чуть ли не балаганной фокусницей, то что говорить о новом поколении стражниц, включая их лидера?

Конечно, их никто особенно не учил колдовать, за исключением самого Фобоса, но факт, что в глазах язвительного принца все они были полными неумёхами, почему-то очень сильно расстраивал. К тому же она, как лидер их команды, должна помогать остальным и поддерживать их. Она была обязана что-то из себя представлять, а не давить противников грубой силой! Ведь, как показала практика, всегда может найтись кто-то сильнее…

И как назло, среди её знакомых был лишь один, кто мог с этим помочь.

Вздохнув, девушка захлопнула тетрадь и, встав, направилась к «покоям» князя.

Собрав решимость в кулак, Вилл постучалась. Некоторое время за дверью стояла тишина. Она даже начала думать, что Фобоса там нет и он, должно быть, на кухне, по обыкновению глушит чай кружку за кружкой, пребывая в своих вечных планах, или говорит с кем-то из своих подручных, но тут раздался скрип, и дверь распахнулась. На пороге стоял беловолосый принц и рассматривал её, вопросительно приподняв бровь.

– Что-то случилось? – со своей фирменной интонацией произнёс этот тип, одним голосом заставляя невольно задуматься над мыслью, так ли важна была её проблема, чтобы приходить сюда?

Мотнув головой, прогоняя наваждение, девочка решительно сжала кулаки.

– Мне… Я хочу попросить тебя кое о чём.

– Неожиданно… – констатировал князь. – Что ж, всегда к твоим услугам, – чародей посторонился, жестом пропуская её в комнату.

– А… Да, – ещё раз сделав над собой усилие, Вилл вошла.

Рабочий стол «злобного тёмного мага» был завален какими-то бумагами, расчётами и прочей сложной для понимания макулатурой. Отодвинув из-за этого стола стул, князь разместился на нём, предложив Вилл занять кровать, чем вызвал прилив крови к щекам волшебницы и приступ острословия у себя:

– Ну вот, ты проникла в мои апартаменты и оккупировала мою кровать, что дальше? – девушка вздохнула. Порой она не могла понять, как вот этот самодовольный павлин мог быть тем, кем он является.

– Мне нужны уроки магии! – наконец-то она высказала причину своего прихода и с ожиданием посмотрела на Фобоса.

– Хм, я же и так вас учу? – взгляд беловолосого стал заинтригованным.

– Да, но этого мало! Нерисса наглядно нам показала! – закусила удила хранительница Сердца.

– Мало, – неожиданно согласился маг. – Но что ты ожидала? Вы – безусловно талантливые девочки, а я – гениальный педагог, – стражница сжала губы, в этом был весь принц. Манией величия он не страдал, он ей наслаждался. – Но я на постижение этого искусства потратил всю сознательную жизнь и продолжаю совершенствоваться. У вас куда лучший старт, чем был в своё время у меня, поверьте, вы делаете большие успехи, но нельзя объять необъятное и за несколько недель выучить то, на что должны уходить годы.

– Значит, ничего нельзя сделать?

– Ну почему же? – ухмыльнулся маг. – Хоть я и не в восторге от подобного варварского способа, но можно вас… надрессировать исполнять некоторые заклинания. Что-то вроде того, как вас «учили» представители Совета Кандракара.

– Я согласна! – рванула с места в карьер Вилл.

– Не так быстро, мой милый Хрюсик-Шмусик-Мусипусик, – принц явно получал наслаждение, наблюдая, как её передёргивает от этого прозвища. – Я сказал «можно», а не «буду», – стражница уже набрала воздуха в грудь для отповеди – настроение у неё и так было очень не очень, и терпеть издёвки бывшего узурпатора желания у неё не наблюдалось, но Фобос неожиданно серьёзно продолжил: – Потому что, во-первых, ничего по-настоящему опасного и нужного таким способом не выучить, бить голой стихией, как вы делали до этого, гораздо эффективнее, а во-вторых, – он качнул рукой в сторону завала на столе, – у нас нет времени. Я сейчас рассчитываю структуры нескольких заклинаний, что могут помочь нам в грядущем столкновении, и тратить время на то, что не принесёт эффекта в ближайшее время, я не могу.

– Эм… Э-э-э… – на это действительно не находилось, что возразить. Да она бы и сама не дала ему тратить время, зная, что это делается в ущерб возможности победить Нериссу!

– К тому же всё равно куда эффективнее будет просто повторить наш сегодняшний опыт с одновременным использованием Сердца, – небрежно закончил тиран, отворачиваясь к столешнице.

Вилл машинально кивнула, вспоминая, как они держались за кулон с кристаллом.

Магия, растекающаяся по телу, её спина, упирающаяся в его спину, сцепленные в замок пальцы, его тёплая ладонь…

И тут девочку словно прострелило зарядом электричества – до неё, наконец, дошло, как всё это выглядит со стороны. Она пришла в комнату парня. Она сейчас сидит на его кровати. Он сидит рядом…

Паника начинала нарастать.

– С тобой всё в порядке? – отвлёкшийся было маг вновь повернулся к ней.

Вилл попыталась ответить, но от всех этих волнений из горла вырвался только сдавленный хрип. Фобос обеспокоенно вскинул брови и поднялся из-за стола. Словно парализованная, девочка в прострации наблюдала, как он подошёл к ней, сел рядом и приложил руку к её лбу.

– Хм, температура явно повышенная…

– Н-нет. Всё хорошо, – кое-как выдавила волшебница, не попадая зубами друг на друга.

– Да? – тёмный князь внимательно оглядел её лицо, пока Вилл мечтала провалиться под землю, чувствуя, что ещё немного – и гром её сердца перебудит весь город. – Что же, как знаешь, – поднялся с кровати маг. – Если это всё, тогда я вернусь к расчётам.

– А… А можно я посижу рядом и посмотрю?

«Господи, что я несу?! Он же не так поймёт!»

– В смысле? – совсем не понял принц.

– Ну, ты просто будешь рассказывать, что ты делаешь, а я постараюсь запомнить.

– Хм… В принципе, ладно, но я сомневаюсь, что ты хоть что-то поймёшь, а подробно разъяснять слишком долго.

– И всё-таки, – вновь упёрлась Вилл, старательно пытаясь незаметно отдышаться.

– Ну ладно, – пожал плечами чародей. – Инверсионный потенциал проклятья прямо пропорционален силе проклинаемого и обратно пропорционален его контролю, однако стоит учесть разницу потенциалов сил проклинаемого и проклинающего… – попутно маг делал какие-то рисунки и строил графики.

Через некоторое время стражница, с трудом понимающая, о чём вообще идёт речь, начала впадать в медитативное состояние, выйти из которого смогла лишь в момент осознания, что она… пялится на Фобоса.

Не слушает его лекцию, не пытается вникнуть в расчёты, а… просто разглядывает сосредоточенное лицо парня, его волосы, позу, проглядывающие через рубашку мышцы…

Поняв, что именно она делает, девочка стремительно сравнялась оттенком лица со своими волосами и, быстро извинившись и поблагодарив за «увлекательную информацию», стремительно выбежала из комнаты князя, чуть было не снеся дверь.

«Да что со мной происходит?» – была последняя её отчётливая мысль перед тем, как забежавшая в ванную комнату девушка сунула голову под ледяную воду. Дальнейшие усилия и фокус внимания переключились на попытку сдержать вопль, когда прохладная водичка полилась ей за шиворот.

Глава 11

Где-то на Меридиане…

– Рискованно, Калеб, – покачал головой гуманоид с костяными наростами на голове и зеленоватым оттенком кожи. – А если это как-то отразится на королеве Элион?

– Никак! – горячо возразил лидер недавнего мятежа. – Она только благодарна нам будет. Мы спасём её!

– Тут замешана магия, а значит, ни в чём нельзя быть уверенным. Если бы можно было посоветоваться с Провидицей…

– Ты знаешь, что Провидицу изображала Нерисса! – с пол-оборота завёлся Калеб. – Жалеть о том, что нельзя с ней посоветоваться – всё равно что жалеть о том, что тебя не пытаются использовать!

– Тем более, Калеб! – не менее эмоционально ответил ему собеседник, быстро оглядывая коридор в поисках посторонних, и, не найдя их, понизил голос: – Нам нужен кто-то, кто что-то в этом понимает, кто сможет дать совет! Ты говорил, на Кандракаре остался кто-то из хранителей?

– Да, – глава повстанцев задумался, – Люба, хранительница Арамер…

– Вот и поговори с ней! Пусть Бланк перенесёт тебя на Кандракар, и ты спросишь её совета. Без этого глупо делать то, что ты задумал!

– Я не уверен, Олдерн, – молодой парень в кожаном плаще напряжённо склонил голову. – А если она не знает? Или решит предупредить стражниц? Они ни за что не согласятся!

– Безопасность королевы Элион важнее! Если с ней что-то случится, то уже неважно, будет Фобос или нет. Нам всем будет неважно!

– Ты слишком сгущаешь краски.

– А ты слишком зациклился! – опять перешёл почти на крик меридианец. – Послушай себя, что ты говоришь?!

– Хорошо-хорошо, Олдерн, ты прав, я погорячился, – пошёл на попятную Калеб. – Значит, Кандракар?

– Да. И не забывай, до того, что ты задумал, ещё нужно дожить, а последние новости не обнадёживают.

– Я знаю, но что ещё я могу сделать? Он тоже готовится. Не знаю, к чему конкретно, но ничего хорошего нас явно не ждёт. У нас будет только один шанс, ты понимаешь?!

– Я всё понимаю, друг, потому и помогаю, – успокаивающе положил руки на плечи товарищу Олдерн. – Мы справимся, я верю. Твой отец поможет нам. А сейчас отправляйся на Кандракар, времени и вправду мало…

***

После столкновения с Нериссой прошло несколько дней. Довольно обыденных и скучных дней, чему, впрочем, никто не огорчался – впечатлений хватило всем.

Стражницы переживали дела сердечные и дружеские, обсасывая тему Мэтта при каждом удобном случае. Вилл в этом активного участия не принимала, признавая притом факты. Хотя если бы не девочки, она бы, наверное, вообще о нём не заговорила. По-моему, она замкнулась в себе, пытаясь разобраться со всем у себя в голове.

Я как-то считал, что разрыв с ним она будет переживать куда более остро. Можно было бы подумать, что она загнала чувства очень глубоко и просто нацепила маску, но это было не так. Мимика, мелкая моторика, реакции на триггеры-раздражители, общий стиль поведения – всё это говорило о чём угодно, кроме попытки отгородиться от проблемы.

Сам парень, который при всём желании не мог полностью исчезнуть из вида – всё-таки была школа, от которой его никто не освобождал, пару раз порывался подойти. Это было видно по его «случайным» прохождениям в конце коридора, долгим взглядам, что он бросал на нас в столовой, думая, что этого никто не заметит, наконец, просто по докладам Рейтара, что обеспечил наблюдение за окрестностями и раза три засекал появление парня поблизости, однако… Рядом с Вилл постоянно был я, а сама девочка его демонстративно не замечала либо смотрела осуждающе-жалостливым взглядом, пока он не видит. В результате, решимости у него так и не хватило.

Что до наших отношений с Рыжиком… Они замерли в странном равновесии, почему-то вызывающем ассоциации с рыбной ловлей. Ну знаете, тот самый момент, когда поплавок начал подрагивать, а ты затаил дыхание и боишься шелохнуться, чтобы не спугнуть. Так вот, это состояние испытывали мы оба, хотя каждый по-своему.

Я дураком не был и все признаки того, что девушка начала на меня смотреть не только как на ходячую вешалку для одежды, разглядел. Сложно не разглядеть, когда та сперва минут десять пялится на тебя, откровенно раздевая взглядом, а потом, спохватившись, краснеет как помидор и уносится в ванную комнату остужаться. Однако форсировать события я не спешил, даже чуточку снизив уровень уже ставших привычными знаков внимания. Не хотелось всё запороть, нарвавшись на подозрения, что я пытаюсь воспользоваться её состоянием. Прекрасная половина человечества и так склонна к подозрительности, а уж девочки в её возрасте – это вообще особая тема.

Что касается Вилл, то, не заглядывая ей в голову, сказать, о чём она думает, я не мог, однако внешние признаки свидетельствовали о глубоком самоанализе. От результатов которого она ходила в полупришибленном состоянии, одновременно стараясь почаще бывать в моём обществе и старательно, почти панически, избегая приватного общения. К слову, с одной с собой парты она меня так и не погнала. Поэтому я не упорствовал, благо скучать и бездельничать мне не приходилось. Надо было дать ей время разобраться в себе и принять какую-то ветку поведения.

В противовес всему этому гормональному безобразию, в стане моих слуг было на удивление тихо и дисциплинированно.

Миранда поглядывала на переживающих стражниц с каким-то особым злорадством, доступным, наверное, только женщинам. Этакая скромная улыбка на устах, невинный взгляд чистых лазурных глаз, но колкости, замершие на языке, чувствуются буквально кожей. Седрик от неё отставал значительно, во-первых, его злорадство читалось на роже крупными буквами, а не просто чувствовалось, как некая навязчивая галлюцинация, а во-вторых, в его исполнении оно ощущалось неким вселенским, отеческим пониманием, что раздражает само по себе, а не заставляет ещё больше переживать свои промахи.

Оба оборотня периодически обменивались многозначительными взглядами, но помалкивали. Да и особо развлекаться им было некогда – Рейтар закусил удила и насаждал «изнеженным придворным» уставную бдительность.

В свою очередь, Седрику, сразу видно, не нравились ни тренировки в человеческом теле, ни необходимость подчиняться Рейтару. В принципе, давая указ, никто его мнением не интересовался и интересоваться не собирался.

Кстати о Рейтаре. Пребывание на Земле явно не лучшим образом сказывалось на настроении меридианца. Свои чувства он сдерживал, но окружающая нас беспечная жизнь обывателей, совмещённая с примером повседневных будней Стражниц Кандракара, отчётливо его тяготила. Понять мужика было можно, кому приятно каждый день видеть, что его лично и его любимое государство победили какие-то дети, да ещё вместо активных действий по борьбе с врагом он вынужден протирать штаны чуть ли не в детском садике и ничего не может с этим сделать? А ведь Рейтар был из той породы идейных людей, которые не мыслят себя без службы. Не важно даже – отечеству, сюзерену или народу, главное для таких – осознание собственной нужности для чего-то большого и значимого. А самое страшное, соответственно – потерять ощущение этой нужности.

Добавим сюда его болезненное восприятие вопросов чести, а также возраст сильно за тридцать, когда чисто физически тяжело долго терпеть глупости наивной молодёжи, да вспомним последнее столкновение с Нериссой, где он даже не смог толком взмахнуть мечом, и в некотором приближении можно представить, каково ему было в сложившейся ситуации.

На счастье, Хеллоуин уже был близко, а вместе с ним и развязка. Как мне хотелось верить.

Опасения внушали ровно два момента:

Первый – мои знания о мультике могли не соответствовать реальности. Маловероятно, учитывая уже известные факты, но это следовало учитывать, хотя бы после всех уже произведённых изменений канона.

Второй – Калеб. И этим именем всё сказано. Вождь повстанцев удивительно сдержанно отреагировал на новости о том, что нас уже не поддерживает один из регентов Земли. А то и два, учитывая мохнатого питомца Мэтью. И уже этого было достаточно, чтобы понять – мальчишка что-то задумал! А уж красноречивая реакция, включая нахмуренные повстанческие брови, когда он услышал, что мне почти удалось забрать посох…

Если бы я болел паранойей, то уже метался бы по комнате, не находя себе места, но я паранойей не болел, и от осознания грядущей гадости ничего в груди у меня не клокотало и нервы на струнные инструменты не натягивало. Я просто совершенно чётко осознавал – подстава от бунтовщика будет. Какая? Тут были варианты, но не так много – возможности Калеб имел ограниченные. Самое неприятное, что он мог сделать – это перейти на сторону Нериссы, но даже тогда наиболее сильный шаг с его стороны – это воткнутый мне в спину меч. Короче говоря, спиной к нему поворачиваться не стоит, а вот…

Мои размышления прервал осторожный стук в дверь.

Сфокусировав взгляд на листе тетради, над которой сидел, я обнаружил там неосознанно нарисованный символ Фобоса – круг, зажатый между двумя треугольниками.

Задумчиво хмыкаю и, закрыв тетрадь, встаю из-за стола, направляясь к двери.

– Эм… – раскрывшаяся дверь стала неожиданностью для обнаружившейся за ней девочки. – Фобос, привет, – поздоровалась Рыжик, неуверенно переминаясь с ноги на ногу, – я тут кое-что принесла. Думаю, будет правильно её тебе вернуть, – избегая прямого взгляда, Вилл протянула мне тяжёлый фолиант в знакомом золотом переплёте.

В памяти тут же встала цепочка ассоциаций. Две цепочки. Одна о событиях мультфильма, другая о прошлом Фобоса. Передо мной была «Книга Секретов», или, проще говоря, дневник тёмного князя… Который несколько месяцев назад у него спёрли, н-да…

А ведь если хорошенько припомнить, то именно из этой книжечки стражницы узнали о планах Фобоса, отобрав у Элион силу, превратить её в шептуна. Очень неприятный для имиджа момент, мягко скажем… Кстати, а ведь я что-то на эту тему даже планировал… Точно!

– М-м-м, так вот кто её украл… – изображаю на лице что-то вроде «хотя кто бы сомневался?» – Небось, паслинг позарился на блестящий переплёт, – освобождаю Рыжику проход в комнату.

– Мы не спец… А-а-а, что я оправдываюсь?! – спохватилась девочка, уже следуя за мной. – Ты сам знаешь, что мы были врагами!

– Само собой, никаких претензий, – улыбнулся я. – Кстати, у тебя есть дневник?

– У меня?.. А что? – насторожилась стражница.

– Да так… Ну, ты же знаешь, что я планирую вас всех обмануть и устроить ужасные тёмные безобразия? – мой совершенно серьёзный тон резко контрастировал с бессовестно довольной рожей. – Вот и намечаю цели, так сказать. Вы у меня, я у вас, всё по-честному…

– Не смешно! – возмутилась надувшаяся красавица. – Хватит уже твоих шуточек! Я, между прочим, думала тебе сделать приятно! А ты опять…

– Спасибо, Вилл, – перебиваю разбушевавшуюся оскорблённую чародейку, – мне правда приятно. И я даже опущу шутку про традиции Повелителей Тьмы.

– Утешил, – буркнула младшая Вэндом, раздражённо дунув на волосы и розовея, видимо, только поняв, что сказала про свои цели. – Куда её положить?

– Как хочешь, брось где-нибудь тут, – неопределённо качаю рукой в сторону тумбочки с кроватью, сам возвращаясь к столу.

– Ам… – неуверенно послышалось сзади.

– Что? – я обернулся, вопросительно подняв брови.

– Просто бросить? – выражение моего лица не изменилось. – Ну, я просто думала, что это важный артефакт и всё такое. Твой дневник, ну ты понял…

– С чего ты взяла? – изображаю максимально натуральное удивление. – Хотя… Ну да, заколдована она неплохо, и в каком-то смысле её можно назвать дневником, но вообще, это книга для релаксации.

– Чего? – недоумённо нахмурилась Вилл.

– Я научился этому способу борьбы со стрессом ещё в детстве, – начинаю вдохновенно и наглейшим образом врать. – Скандалить и кричать в приличном обществе – моветон, потому если тебя кто-то выбесил или просто очень паршивое настроение, которое требуется куда-то сорвать, то берёшь перо, бумагу и фантазируешь о том, как будешь мстить. Очень помогает. Изливаешь на бумагу весь свой негатив – и сразу становится легче.

В широко распахнутых, почти красных, как и волосы, глазах стражницы отразился Ужас. Этакая непередаваемая палитра чувств в момент крушения устоев, главным оттенком в которых выступает отказ верить в то, что только что услышала.

– Ты же сейчас шутишь?! Скажи, что шутишь! – прорвались наружу чувства девушки.

– С чего бы? – повторно вскидываю бровь, готовясь играть в дурачка. – Что не так с моим методом?

– Но… Но… Мы думали…

– Что вы думали?

– Ну, что это твой дневник! Что ты хочешь убить Элион после того, как отберёшь у неё силы! Ты сам так говорил! В нём! Вот здесь! – мне протянули фолиант, одновременно цепляясь за него как за спасательный круг.

– Постой-постой… Ты хочешь сказать, что вы смогли её открыть… – больше медленно приходящего понимания в голос, больше! – А потом начитались моих сладких грёз о страшных наказаниях для всех подряд и… приняли всё за чистую монету?

– А что ещё мы должны были думать?! – вырвался у Рыжика крик души.

– Кхм… – я подавил смешок. – Кхм, прости я, кхи… Хи-хи… У-хи-хи… Ой, не могу! Это всё… Хи… Всё объясняет! – я протёр выступившие слёзы. – Я же… Я же вёл этот дневник с пяти лет, когда придворный повар не позволил стащить с кухни пирог… Я… Ах-ха-ха-ха-ха! – по комнате прокатился мой надрывный хохот. И вот он был натуральным. Я просто заставил себя представить эту картину, если бы всё мной сказанное было правдой. – Стражницы начитались страшных планов мести за недополученные сладости, ух-и-и-и… Какой позор… Я… Ух… Я раскрыт! Ха-ха-ха-ха!..

– Замолчи! Не смей! Мы не знали! Прекрати это! – бушевала Вилл, в какой-то момент оказавшаяся очень близко и начавшая меня беззастенчиво дёргать за рубашку.

– Ка… Ха-ха… – от попыток невысокой волшебницы меня трясти становилось только ещё веселее. – Ка-какую версию страшной мсти Элион вы… аха-ха-ха-ха-ха… прочли? Где ремень или, ой, не могу… Или уборка туалетов?

– … Превращение в шептуна, – недовольно буркнула Вилл, прекратив меня тормошить.

Выглядела она при этом так потешно, что я едва удержал хватательный рефлекс. Ну знаете, такой дикий и необузданный, когда внезапно накатывает и прям тянет схватить в охапку и забубукать-забубукать. К счастью, юная чародейка даже не догадывалась, как была близка к позорному, во всех смыслах, разрушению старательно пестуемого мной образа солидного тёмного мага.

– Ну, это не самое страшное! – воодушевлённо обрадовался я, чуть-чуть отодвигаясь. Самую малость. От греха. – Могло быть гора-а-аздо хуже! Я математик, у нас воображение богатое! Ух-ха-ха-ха-ха!..

– Заткнись, – затравленно прошипела красная, как рак, девушка.

Не успел с моего языка сорваться уже готовый ответ на тему: «Желание прекрасной дамы для её рыцаря – Закон!.. Правда, только после поцелуя, ибо без него рыцарю никак не можно, он без него практически чахнет!», как дверь в комнату отворилась, являя нам любопытные мордашки остальных стражниц, не иначе как привлечённых звуками моего хохота и возмущённых криков Вилл.

– Что у вас тут происходит? – озвучила общий вопрос Хай Лин.

Судя по чернявой макушке Миранды, маячащей за спинами девчонок, а также озабоченной физиономии Седрика, моих слуг смех также привлёк. В общем, весь этаж собрался, Песочника лишь не хватало и Рейтара. Калеб, конечно, вновь куда-то пропал. Пожрать, зараза, похоже, только приходит.

– Ничего такого, – давлю смех, прикрывая рот кулаком, – я просто оценил… Один момент, – и отвести смеющийся взгляд, выдав последний смешок.

– Вилл? – ничего не понимающие дамы переключились на предводительницу.

– Да, расскажи им, я не смогу, – подбодрил я девочку, всё ещё «пряча» усмешку за ладонью.

В ответ меня наградили обещающим страшные кары взглядом. Пожалуй, если бы не мой титул, меня бы ещё локтем в живот пихнули.

– Ну… В общем… Вы же помните эту книгу? – Вэндом указала на брошенный фолиант.

– Книга Секретов? – поправила очки Тарани.

– А, та с невидимыми чернилами! – пыхнула энтузиазмом китаянка.

– Тайны-Фобос точка Зло, – внесла свою лепту Ирма.

– Хм, хорошая идея, – похвалил я последнюю мысль. На что опять получил испепеляющий взгляд от огненно-рыжей фейки. – Молчу-молчу, – улыбаюсь, с откровенным обожанием и предвкушением глядя на девушку.

– В общем… – повторилась та, пытаясь успокоиться. – Вам не понравится то, что я узнала…

Несколько минут спустя.

Я смотрел на ошарашенных, смущённо сверлящих взглядом пол стражниц и ощущал непередаваемое наслаждение. Я знал, что поступил подло, я осознавал, что наглым образом переврал всё, что только можно и нельзя, я понимал, как это гнусно чисто с человеческой точки зрения, но… Я наслаждался! Моё наслаждение смог разделить лишь Седрик, прекрасно знающий правду и потому ехидно улыбающийся кончиками губ. Скорее даже вежливо улыбался, отдавая дань моей находчивости и изворотливости.

Сущность оригинального Фобоса (хочется верить, что это была она, а не я так изменился) пела и выла от восторга, и эти эмоции напрочь забивали все попытки совести что-то вякнуть.

Увы, факт был в том, что прежний Фобос действительно заносил в эту грёбанную книгу все свои планы и тайны! Это был идиотизм! Феерия бреда и слабоумия! Ну кто в здравом уме будет сам создавать на себя компромат, а потом ещё и хранить его в общей библиотеке замка, надеясь только на замочек в переплёте?! Каким самоуверенным дебилом для этого надо быть?! Но… Так было. Факты, мать его!

Он посчитал защиту своей закрытой библиотеки достаточной, а если всё же кто-то из повстанцев проникнет, то не найдёт один-единственный дневник среди тысяч других фолиантов. Но он не учёл некоторые факторы, выбивающиеся из общей массы. Например, то, что информацию о существовании подобной книги кто-то вынес из замка. А ещё (ну вот нежданчик такой) – что красивую книгу может взять посмотреть Элион, из чьей комнаты её потом и спионерит один бесстыдно удачливый вождь восстания…

Данное знание меня убивало, но всё, что я мог сделать, это… Сделатьхорошую мину при плохой игре! Чем я, собственно, сейчас и занимался. Прав был кто-то из джедаев: «ложь – путь ситхов». Приходится соответствовать…

– Но ведь Калеб говорил, что эта книга знает все твои тайны, – подала голос Корнелия, первой шевельнувшись после потрясения.

– Калеб – это эксперт, да… Только ему и знать о таких вещах, конечно, – соглашаюсь, растягивая губы в усмешке.

– Он говорил, что ему об этом сказали шептуны, – робко попробовала поддержать подругу Тарани.

– Псевдоразумные растения, чья функция – выступать живой сигнализацией… – сарказму в моём голосе позавидовал бы и Северус Снейп. – Я смотрю, у нас авторитетная комиссия подбирается. Кто дальше? Трил или Провидица? Не щадите меня, я готов ко всему!

– Не издевайся, – приглушённо попросила Вилл, явно очень серьёзно переживающая мою ложь.

– И в мыслях не было, – короткий укол стыда вылился в сам собой потеплевший голос. Пришлось даже приложить усилие, чтобы вернуться к намеченному плану: – Но девочки… Честное слово, я всё-таки надеялся, что вы обо мне лучшего мнения.

– Что ты имеешь в виду? Ты, конечно, не такой ужасный, как мы считали раньше… – о, со стороны Корнелии это можно трактовать чуть ли не как признание в любви.

– Да при чём тут это? – отмахиваюсь, пренебрежительно дёрнув плечом. – Я про свои выдающиеся умственные способности! Давайте на секундочку допустим, что идиотом я не являюсь. Так ответьте мне, зачем в таком случае мне на самого себя создавать мало того что компромат, так ещё и перечень собственных планов на будущее, а потом ещё и ставить его на полку в общедоступной библиотеке? Не в потайной нише под троном, не в личном сейфе, а чуть ли не на всеобщем обозрении! – тишина была мне ответом.

Девушки впали в глубокую задумчивость и, судя по их лицам, начали действительно осознавать весь идиотизм ситуации, а может, и придумывать, чем мне ответить. Услышав мои доводы, даже Седрик, знавший реальное положение вещей, судя по лицу, стал сомневаться в том, что видел.

– Но ведь ты и правда вытянул силу из Элион! – пошла в последнюю атаку предводительница славного воинства.

– А ещё я казнил графа Мота, которого терпеть не мог с четырёх лет и мечтал заживо сварить в кипящей смоле.

– А что он сделал? – оживилась Тарани.

– Хотел меня отравить после смерти родителей и занять трон, – пренебрежительно махнул я рукой. – Мерзкая личность, обожал устраивать загонную охоту на лурденов, – кстати, ни слова лжи, такой персонаж реально существовал, и его казнь – одна из тех вещей, что подарили мне верность этого народа.

– Этих страхолюдин? – поморщилась блондинка.

– В плане исторической справки: они разумные существа, и у них тоже есть дети.

– То есть ты хочешь сказать, что не хотел убивать Элион? – Вилл пристально посмотрела мне в глаза, пытаясь там что-то увидеть.

– Я похож на идиота? – вскидываю бровь. – Она мой единственный живой родственник, который в случае моей смерти сможет продолжить род Эсканоров. Я могу не слишком хорошо относиться лично к ней, в конце концов, у нас отняли возможность вырасти одной семьёй и проникнуться друг к другу какими-то чувствами, но я точно не позволю, чтобы в случае победы надо мной на троне моих предков уместил седалище какой-нибудь Калеб или Ватек. Пусть уж лучше Элион, тогда, может, хоть в следующем поколении миру повезёт, родился же у моей матери я?

– Кто бы сомневался, что наш лучезарный нарцисс себя похвалит? – тряхнула золотой гривой недовольная Корнелия, видимо, обиделась на «какого-то Калеба». М-да, за принцев всем замуж хочется.

– Ну, как минимум я вывел свой мир из-под внешнего управления, большинство правителей вселенной об этом могут только мечтать. Так что да, я имею полное право себя хвалить, – расплываюсь в наглой ухмылке.

– А как ты объяснишь, что твой план вытянуть силы из Элион в день коронации, который был в книге, ты же осуществил в реальности? – закусив губу от избытка не то интереса, не то энтузиазма в разгадке тайны, подключилась к дискуссии Ирма.

– Я что, не знал, как планирую отобрать у неё силы? – совершенно искренне удивился я.

– Я про другое! – мотнула каштановой шевелюрой стражница воды. – Смотри, получается, что в книге всё-таки был твой план на будущее!

– А-а-а, вот ты о чём, – расслабленно вздыхаю, внутренне, впрочем, чувствуя неприятный холодок близкого провала. – Об этом ма-а-аленьком обстоятельстве знала половина замка. А те, кто не получил приглашения на мою коронацию, сами прекрасно могли просчитать дату. Для этого никакими особыми математическими знаниями обладать не требовалось, достаточно общих представлений о скорости раскрытия потенциала моей сестрёнки, а уж его, при минимальном желании, мог наблюдать любой крестьянин на десятки километров вокруг. Это не говоря уже о моих придворных, которые слышат всё, всегда и везде, даже каким гелем для душа я пользуюсь.

Девочки переглядывались, явно надеясь и ожидая, что кто-нибудь из них ещё спросит что-нибудь, что вернёт всё на свои места и опровергнет мои слова. Но секунды шли, а никто ничего не сказал. И пока никто из них не додумался уточнить что-нибудь у Седрика, я решил продолжить держать разговор.

– А сейчас, пока я отсмеялся, несколько вопросов вам для размышления. Начнём с самого интересного: как так получилось, что он к вам попал? О, прошу, прошу, сразу не отвечайте. Подумайте. Вопрос не о том, как его героически стащил Калеб, о чём вы мне любезно поведали только что. Вопрос о причинах.

Я откинулся на спинку стула, магией подзывая к себе фолиант. А то ещё догадаются открыть и начать ещё что-то выискивать. Конфуз получится. Не-е-ет, пусть лучше у меня в руках полежит. Так и требовать они не решатся.

– Смотрим по фактам. Я честно признал, что это мой «дневник», – выделяю кавычки пальцами. – Хотя мог бы всё отрицать, но мой план и так был довольно очевиден, секрета я из него не делал… Ну, кроме как от Элион.

Корнелия наградила меня злобным зырком, который я высокомерно проигнорировал.

– Таким образом, если бы я хотел вам соврать, я бы мог сказать, что это не мой дневник и никогда я его ранее не видел. А голос и облик… – щелчок пальцами, и в метре от меня появляется прозрачное изображение Фобоса в мантии, продолжающее фразу: – Примерно так?

– Но как же?! – ошарашенно смотрит на копию Рыжик.

– Погоди, не перебивай. Это к вопросу, возможно ли с помощью магии создать мою иллюзию. Ответ перед вами. Но вернёмся к главному, итак, я вёл дневник, – загибаю палец, – в который записывал свои самые злодейские мечты, – ещё один палец. – Совершенно случайно в нём открываются мои слова о вполне реальном плане, после чего этот дневник чисто случайно попадает к вам в руки, – очередной палец и очень многозначительный взгляд на девочек. – Далее вы удачно умудряетесь его открыть, минуя защитные чары, – кулак почти сжался, – и сразу, в тот же миг, без всяких трудов, находите описание моих коварных планов, а не, скажем… мои детские воспоминая о том, как я втайне от мамы убегал в сад лазить по деревьям? – скептически оглядываю зрителей и с намёком рассматриваю руку. – Кстати, что-то кроме этого плана вы оттуда почерпнули? Второй риторический вопрос к размышлению: если принять всё мной вышесказанное за правду, то как скоро вы бы поняли, что всё случайное не случайно?

Девочки загрузились.

Кстати, забавный момент, в процессе импровизированного политзанятия все они как-то сами собой разместились на моей кровати. На секундочку! Пять симпатичных, хоть и немного излишне молоденьких тян изволят практически возлежать на моей кровати, а я просто сижу перед ними и вдохновенно несу какую-то конспирологическую пургу. Ну не обидно, а?

Ладно, это нервное. А тему надо бы уже закруглять.

– Дамы, я всё понимаю, но время позднее, и хотелось бы всё-таки сегодня поспать, а сделать это вшестером на одной кровати будет проблематично, места тут хватит для двоих, максимум – троих… – они дружно подскочили, словно сидели на горячей сковородке.

Комната тут же наполнилась малопонятными восклицаниями на пять голосов, общий смысл которых можно было свести к тезису о внезапно вспомнившихся неоконченных и жуть каких срочных делах. Наблюдать за ними было забавно, особенно в тот момент, когда ломанувшиеся к выходу девочки едва, в прямом смысле, не затоптали замешкавшегося Седрика, но… Можно немного углубить эффект, да и поговорить ещё кое о чём мне с ней нужно:

– А вас, мисс Вэндом, я попрошу остаться. Можно даже на кровати, – ммм, какая непередаваемая реакция… Я впервые увидел в реальности эту мультяшную дрожь, ну, ту самую «волну мурашек», пробегающую у застигнутых на горячем героев по позвоночнику снизу вверх.

А подруги, подруги-то! Все (!), дружно (!), подхихикивая (!!!), взяли Рыжика под локотки и вытолкнули обратно, ещё и дверь перед носом закрыли. Потрясённая этим мордашка Вилл выглядела просто бесподобно очаровательно!

– М-м-м, какое единодушное вероломство. Моё маленькое чёрное сердечко начинает трепетать от восторга, видя подобное предательство! – и я рассмеялся.

– Ну и что всё это значит? – насупившись, повернулась ко мне огненно-рыжая красавица.

– Ничего особенного, – встаю, одновременно активируя магический замок на «Книге Секретов», и откладываю её на стол. – Просто хотел извиниться, – подхожу ближе к девочке, заглядывая той в глаза, и между делом накладываю на помещение магический полог от подслушивания. – Всё это получилось… Не очень красиво. А ведь ты хотела со мной поговорить.

– С чего ты взял? – излишне поспешно отвела взгляд стражница, стремительно розовея.

– Ну, Вилл, – кладу руки ей на плечи и наклоняюсь ближе, тем самым заметно усложняя девочке задачу не смотреть на меня, – мы же об этом уже говорили. Ты кристально честный человек и совершенно не умеешь притворяться. К тому же, последние несколько дней старательно избегала приватного общения, а тут приносишь книгу прямо в мою комнату. Ну кто бы на моём месте не догадался?

– Может быть я, раз такая дура? – буркнул в ответ упорный ёжик, грозящий от чрезмерных усилий заработать себе косоглазие. И ведь вырваться не пытается и даже голову не отворачивает, а глазки бегают только в путь.

– Ну вот, я тебя обидел, – вздыхаю, начав подниматься. – И вот так всегда – хочешь сделать что-то хорошее, а делаешь только хуже… – отвернувшись, прохожу к столу.

– И ничего я не обижалась, – надулась волшебница, явно войдя в стадию отрицания любых моих утверждений.

– Хорошо, если так, – мягко улыбаюсь и замолкаю, полуприсев на столешницу.

Тишина длилась секунд тридцать, за время которых я не сдвинулся ни на шаг, продолжая с теплом смотреть на девочку. Наконец, та не выдержала:

– Ну и чего ты молчишь?!

– Даю тебе собраться с мыслями.

– Какая щедрость… – продолжила топорщить иголки школьница.

– Я предпочитаю называть это «чувством такта».

– Ты и такт?! – изумлённо выдохнула девочка, забывая о своём желании спрятаться под панцирь и не смотреть мне в глаза. – Ха!

– Это звучит как обвинение! – принимаю игру. – Как сторона, доброе имя которой подвергается сомнению, требую предоставить список случаев, когда я умышленно поднимал неприятную для тебя личную тему!

– Да ты постоянно это делаешь!

– Ещё раз: действительно неприятную и личную, а не просто ту, от которой ты смущаешься.

От возмущения Вилл на секунду потеряла дар речи.

– Моё прозвище!

– Ни разу не засветил его при посторонних, – парировал я.

– Ты целовался с моей мамой!

– Я хоть раз об этом с тобой говорил?

– Цветок!

– Даже не подкалывал на тему, поливаешь ли ты его.

– Ты… Ты постоянно ко мне подкрадываешься!

– Спокойно подхожу к предводителю союзников.

– Ты… Ты… Ты затащил меня на конкурс парочек!

– И заметь: мы выиграли!

– Р-р-р-р-р-р!!! – красноватая чёлка девочки опасно заискрилась. – Немедленно отдай мне ту фотографию!

– О! Я уж думал, ты не вспомнишь, – расплываюсь в улыбке.

– Не уводи тему! Отдай сейчас же!

– Ты сбилась, – убираю ухмылку с лица, одновременно доставая из нагрудного кармана заранее созданную магией копию фото. Оригинал был уже надёжно спрятан.

– Чего? – и правда сбилась с ритма стражница.

– Ты перешла на случаи, которые тебя просто смущают, но не смогла назвать ни одного примера, когда бы я умышленно причинял тебе боль своими словами, – отлипаю от мебели и опять подхожу к девушке. – Между нами многое было, Вилл, но я никогда не переводил это в разряд личного. Я не угрожал вашим родным, требуя отдать Кристалл, не подсыпал вам в постели яд, проникающий через кожу, не ломал вашу жизнь, раскрывая инкогнито. Я не делал ничего, что причинило бы вам настоящую Боль, даже тогда, когда мы были врагами, а вы сами, будем откровенны, весьма преуспевали в деле расшатывания моих нервов. И будь уверена, заставлять страдать тебя сейчас – это последнее, что мне нужно.

На крайних словах протягиваю Рыжику прямоугольник фотографии и замираю, ожидая реакции.

Заторможенно переведя взгляд с моего лица на руку, девочка неуверенно взяла ещё недавно так нужную ей вещь. Маленькие пальчики слегка подрагивали на поверхности снимка, глаза невидяще блуждали по картинке. Смена настроения была очевидней некуда.

– Но… – спустя минуту прервала Вилл тишину. – Ты же не мог знать, кто мы такие?

– Не мог? – вскидываю бровь. – Да в тот самый момент, когда ты получила Кристалл, я уже знал всех вас в лицо. Или думаешь, такое событие, как обретение Сердцем Кандракара хозяйки, никак не отразится на создаваемой его энергией Завесе?

– Не понимаю… – потускневшим голосом выдохнула девочка.

– Это будет неприятно, – имея в виду рассказ, предупредил я.

– И все же я хочу знать… – упрямо попросила стражница, не поднимая взгляд.

– Хорошо. Ты думаешь, я заколдовал твою маму? Ничего подобного. Мы просто были знакомы. Вот так банально – на следующий день после того, как ты получила Сердце, по домам ваших родителей прошёлся обаятельный школьный психолог, желающий приватно обсудить проблемы своих подопечных, и был этим психологом один знакомый тебе белобрысый принц. Если не веришь – можешь сама спросить или попросить девочек узнать у своих родителей.

– Но почему? – в голосе школьницы появились растерянные нотки, пока она с трудом оформляла вопрос. – Почему ты не сделал то, что только что перечислил? Мы бы тогда точно не принесли тебе всех тех проблем, и ты бы без труда забрал силу Элион.

Кажется, она поймала волну серьёзности, которая на неё накатывает в такие моменты. Хорошо, что это случилось именно сейчас, когда тему нашего разговора не приходится перевирать.

– Почему… – эхом откликнулся я, погружаясь в воспоминания. – Поначалу я решил, что вы не представляете собой проблему. Если помнишь, похитил я тебя быстро, вроде бы даже в тот же самый день, а потом… Ну, можешь думать, что я не успел.

– За несколько месяцев? – подняла на меня скептический взгляд Вилл.

– Ну ты же понимаешь, что воплощение Зла, угрожающее всей Вселенной настолько, что его мир требуется изолировать, оторвав от собственного Сердца, не может просто взять и оказаться человеком с принципами, поэтому «не успел», «не догадался» и вообще «забыл», ибо – идиот, – выпустил я в голос немного раздражения.

– Я… – девочка замялась, опуская глаза к полу. – Спасибо.

– За что?

– Что не сделал того, что мог бы, – Вилл ещё больше опустила голову и поёжилась.

– Но-но, – зарываюсь рукой в огненно-рыжие, почти красные волосы девушки и взлохмачиваю, – ещё не хватало, чтобы ты уверовала в мою доброту. Сама подумай, что ты будешь со мной делать, если так меня опозоришь?

– Ну уж придумаю что-нибудь, – проворчала возвращающаяся из пучины уныния стражница. – Только прекрати портить мне причёску.

– У тебя она есть? – искренне удивился я.

– Очень смешно! – полностью вернулась в мир живых Вэндом, начав приглаживать пряди.

Улыбнувшись на эту картину, я отошёл обратно к столу. Надо было дать девочке время переварить услышанное. Пусть я и закончил разговор на позитивной ноте, но так просто она не переключится, и это даже хорошо – некоторые вещи следует анализировать вдумчиво.

Уже присев, краем глаза замечаю, как Вилл задумчиво смотрит на фотографию.

Замечаю и тут же нарочито внимательно углубляюсь в изучение своих записей в рабочей тетради. Не стоит сейчас давать даже призрачного повода для волнения, пусть, даже если спохватится, решит, что я ничего не видел.

Минуты текли, я изображал погружение в работу, периодически и правда кое-что дополняя в уже описанных построениях, Рыжик усиленно думала, незаметно для себя опять присев на кровать и даже поджав под себя ноги. Так продолжалось довольно долго, пока Вилл неожиданно не прервала тишину:

– Скажи, а Элион… Как так получилось, что вы… Ну… Разве ты не мог её убедить отдать тебе силу без всей той жути с коронацией?

Голос стражницы был ровный и сосредоточенный, было видно, что она до сих пор больше пребывает в своих мыслях, нежели со мной, хотя и ждала ответа. А вопрос был хороший. Что тут скажешь, если я и сам им задавался, видя как минимум парочку безотказных вариантов, как отвратить наивную девочку от соблазна власти?

– Мог ли? – откладываю карандаш и откидываюсь на спинку стула. – Скорее всего, да.

– И почему не сделал? – поторопила меня хранительница Сердца Кандракара, когда поняла, что сам продолжать я не собираюсь.

– Тут много причин, Вилл. Я поддался эмоциям, пожалуй… Это объяснение будет наиболее правильным, – ответил я, продолжая глядеть в потолок и вспоминать давно минувшие дни чужой жизни.

– Ты уже говорил, что Элион тебя раздражала, – кивнула Вилл. – Дело в этом?

– Не думаю, что тебе будет интересно слушать нытьё о былом в исполнении тёмного мага и узурпатора, – попытался я уйти от ответа.

Слишком тема была… личной. Даже несмотря на то, что я понимал – прошлое настоящего Фобоса – не моё прошлое. И тем не менее, мы уже слишком срослись, чтобы воспринимать его таковым.

– Ну… Если ты хочешь, чтобы всё было честно, я тоже могу тебе поплакаться, – предложила оригинальное решение девочка.

От удивления я даже повернулся к ней. Чтобы тут же увидеть порозовевшие щёки и убегающий взгляд. Ага, понятно – язык сказал раньше, чем голова подумала.

– Знаешь, я на тебя определённо хорошо влияю, вот уже почти подписала меня на роль бесплатного психотерапевта, обернув это так, будто милость оказываешь, – улыбнулся я, показывая, что сказанное не обвинение, а шутка.

– У меня хороший учитель, – вернула ухмылку Вилл, почти не выдав голосом, что всё же смутилась. Почти.

– Да, я такой, – надеваю на лицо маску самодовольного сноба и тут же её снимаю, тяжело вздохнув: – Я не против. Если тебе будет плохо или будет нужен совет, не стесняйся. Может быть, я не самый приятный человек в общении, но тебе я помогу. Если буду на это способен.

Стражница замялась, явно не зная, что на это сказать. Наверное, подсознательно ожидала не такой реакции.

– Ладно, не буду тебя мучить, ты действительно хочешь знать причины моего отношения к Элион?

– Да, – быстро кивнула школьница, но сразу опомнилась: – В смысле, если тебе неприятна эта тема, то я не настаиваю! Просто…

– Просто ты хочешь во всём разобраться? – подсказал я.

Немного подумав, кареглазая красавица уверенно кивнула и с надеждой посмотрела мне в глаза.

– Хорошо, – вновь откидываю голову, глядя в потолок. – Что ж, тогда надо начать немного издалека. Как ты сама могла убедиться, Меридиан не является матриархальным миром, и даже у лурденов, живущих племенным обществом, для которых часто характерна крайняя степень уважения к матерям, всем заправляют мужчины. Ваш друг Калеб, вождь восстания – мужчина, его ближайшие помощники – мужчины, офицеры в армии – мужчины, главы семей тоже традиционно мужского пола. Таковы у нас законы общества, его устои, возникшие в результате естественной эволюции.

– Но правит у вас королева, и тебе, как принцу, это было неприятно… – я говорил, что Вилл иногда бывает очень проницательной?

– Правильно, – хмыкнул я. – Всё своё детство я рос в атмосфере… – щёлкаю пальцами, подыскивая слово, – ощущения второсортности. Разумеется, родители мне этого никогда не говорили, но совсем не сложно догадаться, что тебя считают нежеланным ребёнком, год от года наблюдая метания матери оттого, что не удаётся зачать девочку.

Я ненадолго замолчал, переживая эмоции далёких лет.

– Знаешь, это чувство, когда ты маленький ребёнок и вдруг понимаешь, что своим родителям ты… не нужен? Не так чтобы вообще, но ты не оправдываешь каких-то их надежд и чаяний. Не подходишь по критериям. И всё… – неопределённо повожу в воздухе правой рукой. – Жуткое чувство. До омерзения.

Слушательница меня не перебивала, ловя каждое слово, а я только распалялся, на грани сознания отмечая, что, видимо, настоящий Фобос подсознательно очень хотел этим хоть с кем-то поделиться, и вот теперь его желание выполняю я.

– Как объяснить ребёнку, почему наследовать трон должна его ещё не родившаяся сестра и только она? Рассказать про Сердце мира, про то, что она будет его воплощением… Думаю, ты уже поняла, что было дальше, – шевелю пальцами, создавая между нами полупрозрачную иллюзию, изображающую молодого Фобоса. Совсем ещё ребёнка, пяти-шести лет, худого, с белыми волосами и решительно сжатыми кулачками. – Маленький мальчик, ведомый наивной мечтой, чтобы мама и папа могли им гордиться, попытался «исправиться». Стать подходящей заменой несуществующей сестре, – иллюзия сменилась, теперь показывая схематичное изображение распределения магической энергии в теле человека. – Что даёт обладание Сердцем мира? О, всего лишь огромную магическую силу. Не худшее объяснение для наивного ребёнка. Ну, а раз всё дело в магической силе, то дело лишь за тем, чтобы её получить.

Контур полупрозрачного тела наполнился сиянием и резко исчез, сменяясь абстрактным образом уходящих вдаль книжных фолиантов. Я сделал паузу, давая Вилл время осознать услышанное, сам, не поворачивая головы, слушая её тихое встревоженное дыхание.

– Шли годы, – возвращаю в иллюзию образ мальчика, который начинает медленно взрослеть. – Ребёнок рос, отчаянно вбирая всё, что могли дать ему учителя, а позже и родовая библиотека. Со временем он понял, что это бессмысленно, что с объёмом его резерва ему никогда не достигнуть могущества Сердца, что даже научившись использовать для колдовства собственную жизненную энергию, он не превзойдёт урождённый Светоч Меридиана…

Слова продолжали сопровождаться иллюстрациями. Вот Фобос читает книги. Вот его сменяет наглядная схема с тем же человеческим телом и магией в нём, но нарисованная на пожелтевшем листе пергамента. Вот он впервые преобразовывает свою жизнь, чтобы творить заклятье, и хватается за стену от подкатившего к горлу комка тошноты.

Очередная смена иллюзии – и на Вилл смотрит лицо королевы Вейры, навсегда врезавшееся в память маленького принца. В тот раз он опять довёл себя до изнеможения, однако смог освоить один сложный приём и пришёл похвастаться. Но вместо радости и похвалы получил равнодушный взгляд, каким смотрят на людей, занятых бессмысленным и никому не нужным трудом. И вместе с тем – жалость. Совсем не то, чего он ожидал.

– … И что даже если бы он мог это сделать, никто не снимет с него клеймо лишнего ребёнка, – сжимаю кулак, развеивая чары иллюзии. – Королевская власть на Меридиане передаётся толькопо женской линии. Таков закон Кандракара, навязанный моему миру коалицией победителей, разрушившей Империю и заставившей её жителей покинуть Бесконечный Город, на века спрятав великую столицу от её народа. Я всё понял… Но упрямо продолжил стараться, глупо надеясь успехами в учёбе заработать любовь родителей. Люди так не любят признавать неприятные им вещи… Так шло до моего двенадцатилетия, когда на свет появилась Элион. У неё ещё не было имени, она не умела говорить и даже ползать, но мою жизнь она перевернула полностью. То, что раньше лишь ощущалось, как осторожные шепотки за спиной и неуклюжие оговорки слуг, стало вещественной реальностью. Я официально стал вторым сортом. Не кронпринц, не наследник, лишь брат будущей королевы, который по какому-то недоразумению умудрился родиться первым. Ребёнок-ошибка.

– Как… Как твои родители могли так поступить с собственным сыном? – возмущённо перебила меня Рыжик.

– Они не поступали, – криво улыбнулся я. – Они честно пытались меня любить и, наверное, даже любили, как я теперь понимаю, но королева Вейра и принц Зейден не отличались большим умом, – хмыкаю, выдавливая ироничную улыбку. – Откровенно говоря, Вейра была той ещё дурой с промытыми мозгами. Ты таких часто можешь наблюдать по телевизору – вобьют себе какую-то идею в голову, и больше для них ничего не существует, да ещё все вокруг обязаны разделять их взгляды. До моих родителей просто не доходило, как их слепая вера в непогрешимость законов Кандракара может ранить их же ребёнка. Они искренне думали, что если они мечтают получить девочку, страдают, переживают и никак не дождутся наследницу, то их сын, выросший в мире, где вообще-то, куда ни посмотри, заправляют мужчины, тоже обязан испытывать те же чувства, – поворачиваюсь к Вилл. – Знаешь, каково переживающему свою «неполноценность» ребёнку выслушивать причитания родной матери о том, как она хочет получить «полноценного» ребёнка? При том, что он такой один во всём мире, единственный старший сын, которому не суждено стать наследником своих родителей, просто по факту того, что он родился не с тем органом? Я жил при королевском дворе и умел держать лицо с раннего возраста, но не сомневайся, в те моменты я ненавидел Элион настолько, что даже описать словами сложно. Ненавидел девочку, которая ещё даже не родилась. Просто за то, что она, даже не родившаяся, значит для матери больше, чем я, – вздыхаю, вновь переводя взгляд на свой стол. – Я понимаю, что сама Элион ни в чём не виновата, что она такая же жертва обстоятельств, как и я, но чувства, взращиваемые тринадцать лет, сложно вот так просто побороть. Возможно, будь у нас возможность вырасти одной семьёй, всё бы наладилось, но этой возможности нам никто не дал.

– А что было дальше? – нервно поёрзала на кровати Вилл.

– Только хуже. Первые серьёзные скандалы с родителями начались, когда мать ещё была беременна, а после родов они только обострились. Банальная ситуация, на самом деле, но уже тогда у меня были серьёзные трения с прокандракарской партией при дворе, и если раньше Вейра старалась их сглаживать, то тут я внезапно обнаружил, что мамочка очень даже может прямо встать на сторону моих противников в споре. Для королевского двора это, знаешь ли, очень показательный намёк. Если раньше «благородным» аристократам приходилось себя сдерживать в выражении мыслей на мой счёт, то тут они вздохнули с облегчением и пустились во все тяжкие. Не прошло и года после рождения сестры, как на меня было совершено первое покушение. И думаешь, кто-то сильно искал злоумышленников? Да ни разу. Стража побегала полдня по этажам, изображая бурную деятельность, а потом все сделали вид, что ничего не было. Второе покушение случилось через неделю. Хочу заметить, что мне было двенадцать, и если бы не магия, был бы я трупом уже на первый раз.

– И ты… – Вилл замолчала с потрясением, неверием, но никак не с осуждением, не решаясь высказать вслух предположение.

– Я не убивал своих родителей, если ты об этом[2]. А вот переворот и узурпацию власти действительно устроил. Не очень, знаешь ли, вдохновляет знать, что даже если повезёт выжить в начавшейся череде покушений, то мне суждено быть лишь нахлебником во дворце. Если очень повезёт – то одним из многих советников королевы. Ты не представляешь, как, оказывается, просто в насквозь «Добром» и «Светлом» королевстве набрать армию тьмы из недовольных притеснениями народов. Стоило мне сбежать из гадюшника, в который превратился мой дом, и начать собирать войска, как добровольцы просто повалили. Оборотни, лурдены, северные варвары, да что там – две трети королевской армии перешли под знамёна тринадцатилетнего пацана!

С улыбкой разворачиваю перед Вилл картины тех времён. Движения моих армий с развевающимися знамёнами. Огромные туши вождей лурденов, склоняющиеся перед мальчишкой. Гарголь с собратьями, охраняющие штабную палатку. Могучий вождь варваров, по совместительству – отец Фроста, с ухмылкой кивающий юному Фобосу и, развернувшись, что-то кричащий своим воинам на боевых носорогах, чтобы спустя миг те разразились радостным ликованием. Офицеры в красных плащах королевской армии, без боя сдающие свои крепости и целующие обнажённый клинок перед принцем. И кульминация действа: осаждённая столица.

– Конечно, многие считали, что тринадцатилетний пацан – это лишь знамя для революции, а затем я стану просто управляемой марионеткой. Как же они удивились, когда поняли насколькоошиблись! – я оскалился, не сдержав нахлынувшего короткого смешка. – К чести моих главных союзников, они подобной слепотой не страдали. И лурдены, и собратья Фроста могут показаться недалёкими дикарями, но в людях они разбираются получше многих цивилизованных интеллектуалов.

– И что ты сделал с теми, кто хотел тобой управлять?

– По-разному, – пожимаю плечами. – Кому-то хватило внушения, а с иными приходилось решать так, как с графом Мотом.

– А твои родители? – Вилл сосредоточенно стала высматривать что-то у меня на лице. – Кто их убил?

– Не знаю, – честно ответил я. Хотя и имел сейчас некоторые подозрения. – Кто-то их отравил, и произошло это когда я с войсками был ещё далеко. К тому моменту, как я смог начать расследование, никаких улик уже не осталось, а большая часть свидетелей отправилась на встречу с предками.

– Не может быть, – недоверчиво нахмурилась девочка. – Чтобы ты – и ничего не выяснил?

– Я сказал «не знаю», в смысле «наверняка», а не «не выяснил», – мягко поправляю школьницу. – Подозрения у меня есть. Как тебе такой факт, что Подлинный Кристалл из Королевской Короны, который наша дорогая Нерисса вручила в качестве кулона Элион, пропал именно тогда?

– Но… – ошарашенно втянула воздух фея.

– Вот-вот, и я о том же. Хотя на твоём месте я бы воздержался от поспешных выводов – в таких играх всякое может быть. Даже, на первый взгляд, самое невероятное. Но вернёмся к теме, или тебе уже не интересно?

– Интересно! – встрепенулась Вилл. – Пожалуйста, продолжай.

– Я захватил власть и в общем-то был не самым жестоким узурпатором. Ни тебе километровых верениц виселиц вдоль дорог, ни гор срубленных голов у стен замка, столь любимых многими земными правителями в эпоху средневековья. Я даже должности сохранил многим придворным моей матери, наивно надеясь таким образом избежать лишних волнений и недовольства.

Выдерживаю паузу, вспоминая ощущения настоящего Фобоса тех дней.

– Почти сразу после моей победы противостояние с партией Кандракара перешло в противостояние с Кандракаром вообще. Меридиан был окружён Завесой, аристократия, почуяв скорый конец сладкой и вольной жизни, начала поднимать бунты по всему королевству, и мне было совсем не до сестры. Но однажды посреди ночи меня подняло известие о её похищении, – сплетаю пальцы домиком, добавляя в голос ироничных ноток. – Виновницей оказалась её няня и ещё парочка некогда помилованных мной гвардейцев[3]. Мало того, эти деятели умудрились украсть мою печать, благодаря которой и сбежали с Меридиана в другой мир, разумеется, даже не задумавшись, что будет с их собственным в результате такого манёвра. Может быть, не случись этого, мы с Элион выросли бы вместе и правили бы вместе, ведь отбирать крохи силы младенца всё равно не имело смысла, и мне бы пришлось растить её долгие годы до того, как раскрылся бы весь потенциал, а за годы общения многое меняется. Но произошло то, что произошло. Я вырос, окончательно испортил характер и очерствел, а девочка, которую спустя дюжину лет привёл Седрик, уже ничего не задевала в душе. Чужой человек с чужими идеалами, чужой жизнью, чужим восприятием мира. Она ничего не понимала в окружающей реальности и не хотела понимать – тепличный ребёнок, попавший в сказку и не желающий из неё выбираться. Да, она была миленькой, местами даже очаровательной, но… В остальное время – ужасно настырной, бестактной и феерично тупой. Не обижайся, – предупредительно смотрю на Вилл, – я знаю, что вы подруги, но это клинический факт. Чего стоит только её желание устроить парк-заповедник рядом с городом, где нельзя будет охотиться и рубить деревья. Это, на секундочку, в мире, где две трети населения живёт охотой и отапливает дома дровами. Я уже молчу о том, какая фауна обитает в наших лесах, и том, что её нужно систематически прореживать, просто чтобы крестьян не жрала прямо у них на полях. И ведь мне приходилось этой глупости потакать! Ты хоть знаешь, насколько по-идиотски себя чувствуешь, когда тебя отрывают от всех дел, тащат в этот, прости Тьма, «Заповедник», чтобы дальше ты отчитывал собственных солдат за то, что те повредили несколько кустиков, пока гнались за мятежником? Ладно они меня будут после такого считать идиотом, но ведь я сам себя чувствовал конченым кретином и ничего не мог с этим поделать!

После глубокого вздоха запал чуть поутих, эмоции, будто исчерпав свой лимит, ушли, и я продолжил уже спокойным тоном:

– В общем, отношения у нас не сложились, а что было дальше – ты и сама уже догадалась. Чем дальше, тем больше мне приходилось прикладывать усилий, чтобы терпеть её выходки, а тут ещё и Седрик начал раз за разом проваливать элементарные планы. Кстати, ты бы видела Седрика в его ранние годы, – я с улыбкой повёл рукой, и в воздухе образовался мираж мальчика лет четырнадцати.

Мальчик нахмурил смазливое девичье личико, обрамлённое светлыми волосами по плечи, а затем покраснел и отвёл взгляд. Вилл хихикнула в кулак, и я развеял иллюзию.

– Короче говоря, в определённый момент вариант полюбовного семейного решения совершенно исчез из разряда обсуждаемых.

– Да-а-а, – глубокомысленно протянула она спустя минуту. – По сравнению с твоим детством моё тихо сидит в сторонке. У меня были проблемы с одноклассниками. Уил Барнс постоянно задирал меня со своими друзьями, однажды даже велосипедное колесо мне скрутили.

– Зато теперь посмотри, где ты: сидишь, мило беседуешь с правителем соседнего измерения, а он кто такой? – улыбнулся я.

– Да уж, – хмыкнула она, развеселившись. – До сих пор, наверное, главная его проблема – это домашка. А ещё была Мэри…

Я умолк, слушая исповедь открывшейся стражницы, вовсе не собираясь её перебивать. Маленький трюк с иллюзией юного Седрика сработал – девочка сама не заметила, как переключилась на мажорную ноту. Пусть проблемы её уже в прошлом, но они оставили след, от которого хотелось бы избавиться, а так как рассказ задел её за живое, на выходе ожидаемо получилось желание самой поделиться.

Именно то, что мне и было нужно.

Несколько ранее на кухне.

– Ну и как вы думаете, что они будут там делать? – сложив руки на груди, Корнелия оглядела женский коллектив вдохновенным взглядом.

– Ну-у-у… – было протянуто в ответ на три нестройных голоса.

Ирма, Тарани и Хай Лин обменялись «прощупывающими почву» взглядами.

– Что ты имеешь в виду? – предупредительно-осторожно уточнила мулатка.

– То самое, что мы все только что наблюдали! – тряхнула золотой гривой стражница земли и для доходчивости процитировала, старательно копируя интонацию: – «Можно даже на кровати».

– Не-е-е-е-т, ты же не хочешь сказать, что… – Хай Лин фразу не продолжила, но выступивший на лице азиатки румянец был куда красноречивее любых слов.

– Глупости, – поправила очки Тарани. – Пусть отношения у них с Вилл в последнее время стали получше, и с Мэттом она порвала, но вряд ли они там… – теперь запнулась и повелительница Огня. – Вот если бы он был именно таким плохим, как мы о нём раньше думали, тогда да, безусловно. Но тогда бы ничего такого и быть не могло!

– Очень информативно, – язвительно фыркнула блондинка.

– А может, мы того?.. – заговорщически понизила голос Ирма, в чьих глазах уже горел нездоровый азарт, и кивнула в сторону двери.

– Что? – не поняла мулатка.

– Подслушаем! – ещё эмоциональней и в то же время тише зашептала стражница воды. – Хай Лин умеет через воздух, а потом мы телепатией! Ну, вдруг Вилл понадобится помощь?

– А… – ответная реплика отличницы замолкла, так толком и не родившись.

Все девочки дружно задумались и медленно налились краской.

– И как вы собираетесь ей помогать? – с ехидством в голосе вмешалась в разговор Миранда, умудрившаяся незамеченной проскользнуть в кухню, хотя её никто не звал. – Хотя у вас всё равно ничего не получится, – видя скривившиеся лица школьниц, продолжила брюнетка, – чем бы они с Вилл там ни занимались, милорд озаботился чарами тишины, развеять которые не получилось бы и у Седрика.

– А тебе самой что – не интересно? – насела на неё Корнелия.

– Ничуть, – расплылась в ехидной улыбке оборотень.

Установилась неловкая пауза. Тема исчерпала себя довольно быстро, да и говорить о чём-то романтичном в присутствии посторонней было сложно. К счастью, Тарани быстро нашла не менее интересную для окружающих тему:

– А как вы думаете, то, что нам рассказал Фобос – правда?

– Эта змея?! – вновь вспыхнула блондинка, найдя для себя объект для выплёскивания раздражения. – Да наврал небось с три короба или «забыл» упомянуть что-нибудь «неважное», из-за чего чёрное опять стало белым.

– Не знаю, – Хай Лин пребывала в растерянности, – но его слова выглядели такими… логичными.

– Да-а-а, спорю, он бы даже моего папу уболтал, что ничего не нарушает, предварительно сплясав чечётку на крыше его служебной машины на глазах всего полицейского участка, – отчего-то мечтательно протянула Ирма. – Кстати, кто-нибудь знает, Фобос умеет плясать чечётку?

– Миранда, а что ты можешь нам сказать? – не обратив внимания на реплику подруги, обратилась Тарани к притихшей воспитаннице Тёмного Князя. – Ты общалась с ним куда больше нашего и должна знать его лучше.

– Нашли у кого спрашивать! Она в любом случае будет его выгораживать! – возмутилась Корнелия.

– В этом нет необходимости. Хозяин не нуждается в том, чтобы его кто-то «выгораживал», он такой, какой есть, – на этот раз улыбка Миранды была ангельской.

Стражницы вновь переглянулись, единогласно, хоть и без обсуждения, решив, что над ними издеваются.

– И какой он? – продолжила разговор отличница, не дав своей белокурой подруге вставить очередную гадость. В конце концов, постоянно грубить собеседнику (даже если он оборотень и приспешник тирана) – некультурно, а Тарани была очень вежливой и воспитанной девочкой.

– Разный, – мурлыкнула оборотень, примерно держа руки сложенными перед собой. – Харизматичный, эгоистичный, коварный, целеустремлённый. Бывает злой, бывает добрый. Разный.

– Знаешь, это не самые лучшие качества личности, – намекнула Хай Лин. – Точнее, большая часть перечисленного тобой.

– Ваше одобрение или неодобрение на них всё равно не повлияют, – пожала плечами паучиха.

– А что по поводу дневника? – теперь неловкую паузу нарушила Ирма. – Он говорил правду?

– Не знаю, – неприятно ухмыльнулась слуга Фобоса. – Мы с ним никогда не говорили на эту тему. Всё возможно.

– Да она издевается над нами! – всплеснула руками Корнелия.

– И это тоже возможно, – уже откровенно оскалилась Миранда. – Нет, правда, на что вы рассчитываете, задавая мне о моём короле такие вопросы?

– Элион – законная королева Меридиана! – блондинка уже чуть ли не рычала.

– Меня это не волнует, – брюнетка одарила стражниц ещё одной ехидной улыбкой, на этот раз со снисходительными нотками. – К тому же эту «законную королеву» сейчас спасает мой Хозяин, и свою плату он взять не забудет. Там, кажется, половина королевства где-то упоминается…

– Ах ты противная паучиха! – вскинулась златовласка.

– Хватит-хватит! – вклинилась в начинающийся скандал, у которого были неплохие шансы превратиться в грязную драку, Тарани. – Мы поняли, тебе Элион не нравится. Давайте не будем дальше поднимать эту тему!

– Что значит «хватит»?! Да она… – шипящую блондинку пришлось удерживать одновременно Ирме и Хай Лин, иначе драки было не избежать.

– Пожалуй, я пойду, – с чрезвычайно довольным видом произнесла Миранда. – А вы продолжайте, не стесняйтесь. Ведь в доме Хозяина конечно же нет никаких следящих и прослушивающих заклинаний, и он ни о чём не узнает.

На последних словах черноволосая девочка развернулась и с достоинством, в котором так и сквозило наслаждение хорошо сделанной пакостью, вышла из кухни.

Стражницы в который раз обменялись одинаковыми взглядами. Даже если сказанное было действительной и неискажённой правдой без малейшего сарказма, подозрение, что за ними могут постоянно следить, настроения не добавило.

– Вот стерва мелкая! – на этот раз Корнелии не возразила даже вежливая Тарани.

– Угу, – уныло протянула Ирма, подперев подбородок опёршейся на столешницу рукой. – И её воспитателем точно был Фобос…

Глава 12

Вилл Вэндом. Утро Хэллоуина.

Рыжеволосая девочка тревожно шевельнулась и вывалилась из царства грёз. Моргнув пару раз и недовольно поморщившись на храп Хай Лин, юная стражница рефлекторно потянулась за мобильником, как делала это уже далеко не первый раз за ночь.

Спать сегодня получалось на редкость отвратно. Заведённый вчера будильник (специально чтобы не подскакивать под вопли этого плешивого солдафона!) как будто её проклял, заставляя просыпаться едва ли не каждые пятнадцать минут, чтобы посмотреть, сколько осталось времени. Это было невозможно глупо и стыдно, но нервы звенели как струны на гитаре, выдёргивая её из сновидений надёжней всех Рейтаров Меридиана вместе взятых! При одной только мысли о предстоящем звонке собственного телефона! Но и отключить она его уже не могла просто из принципа! Дурацкая ситуация!

Непослушная трубка с брелком в виде лягушонка никак не хотела находиться, хотя Вилл точно помнила, что в прошлый раз, как и во все до этого, оставляла её у изголовья. Кое-как разлепив глаза и пройдясь мутным взглядом по окрестностям, для чего даже поднялась на руках, Вэндом чуть не выругалась – мобильный лежал с противоположной стороны подушки от той, где она только что шарила.

– Дурацкая жестянка, – недовольно буркнула девочка, уже взяв телефон и вглядываясь в экран.

– Я бы попросил! – возмущённо отозвался оживлённый силой Квинтэссенции телефон. – Я не несу ответственности за ваши расшатанные нервы, юная леди!

– Да замолчи ты! – огрызнулась волшебница и резко засунула трубку под подушку, пока никто больше не проснулся. – Будут мне тут ещё всякие говорящие приборы указывать…

Время она уже разглядела – 6.15. Самое оно, чтобы выспаться…

Обладательница огненно-рыжей шевелюры обессиленно рухнула лицом в подушку – последние надежды растаяли. В прошлый раз она просыпалась в 5.41.

В глаза будто песка насыпали, но бешено колотящееся сердце не оставляло никаких надежд на скорое засыпание. Сперва минут десять успокаиваться, ворочаясь с боку на бок, потом минут пять дремать, пытаясь выкинуть из головы все лишние мысли, следом десять минут сна – и всё по новой. Проклятый будильник! И зачем она его завела?! Кому вообще нужен этот праздник? Хоть бы выспались нормально, пока в школе уроков нет, Фобос ведь об этом знает – дал бы им поспать…

Мысль о том, что злобный тиран заставлял их рано подниматься только для того, чтобы они успели позаниматься перед школой, а главное, тот вывод, который из этой мысли напрашивался, заставил Вилл издать тяжёлый стон.

– Я дура… – прозвучало в полной тишине общей спальни, если, конечно, за «звуки» не принимать уже привычный храп Хай Лин.

Открытие подавляло… И самым наглым образом начало искушать.

Если спешить никуда не надо, если их всё равно не поднимут, то… Можно же выключить будильник и наконец-то расслабиться? Ведь можно? Она и так настрадалась, даже самый отпетый негодяй вошёл бы в её положение!

Рука девочки судорожно нащупала мобильный, и пальцы почти без участия сознания вбили все необходимые комбинации. Иконка отключающегося будильника стала настоящим бальзамом, пролившимся на душу школьницы. Телефон отправился в сторону, края спального мешка были уютно поправлены, Вилл уже сладко улыбнулась, касаясь лицом подушки и с наслаждением сворачиваясь калачиком, как внезапно нервы прострелил яростный протест.

– Ну уж нет! Я так просто не сдамся! – почти подпрыгнула стражница, возмущённо распахнув глаза.

– Ммм?.. Чего? – сонно переспросила Тарани в соседнем спальнике.

– А… Ничего, – быстро взяла себя в руки девочка, краснея от стыда. – Я… Мне нужно в туалет.

– А-а-а… – безучастно ответила мулатка, тут же вновь ровно засопев.

С усилием сцепив зубы, Вилл очень аккуратно вылезла из мешка и, взяв тапочки, на цыпочках поспешила прокрасться к двери. Оказавшись снаружи, она первым делом поспешила обуть ноги, после чего направилась по указанному маршруту.

«Ну и зачем вскочила?» – лениво скользнула в голове чародейки досадливая мысль. – «Мне хочется спа-а-а-ать, а не в ванную».

Школьница зевнула и решила уже было вернуться обратно, но в душе вновь поднялся упрямый протест. Суть его от сознания девушки ускользала, но общие принципы «Не сдаваться!» и «Всем доказать!» звучали чётко. Кроме того, в душе стражницы крепло убеждение, что если она вернётся, то выглядеть будет крайне глупо. Пусть даже подруги спят и ничего не заметят…

Между тем тело двигалось на автомате, и вялое сознание не придумало ничего другого, как найти оправдание собственным действиям. Мол, раз уж встала и всё равно на полпути, то почему бы и нет, к тому же умыться тёплой водичкой было бы неплохо, хоть глаза резать перестанет. С таким лозунгом Вилл и побрела в сторону нужного помещения, поёживаясь от холода – пусть дом был вполне тёплым, но за окном уже была глубокая осень, и в коридорах стояла прохлада, особенно если сравнивать их с тёплой уютной постелькой в своей комнате, с мягким матрасиком и таким приятным на ощупь одеялом, которое просто манит и зовёт…

Чуть было не вписавшись в дверной косяк, сонная и растрёпанная ведьма всё-таки достигла цели назначения и на десяток минут выпала из жизни.

Закончив необходимые процедуры, слегка посвежевшая и уже не так твёрдо настроенная кому-то что-то доказывать колдунья развернулась, чтобы идти обратно в комнату, когда услышала подозрительные звуки с кухни. Движимая смутными подозрениями и извечным женским любопытством, Вэндом отправилась на разведку, да и коли уж она всё равно встала, было бы неплохо чего-нибудь перекусить, поскольку ужин был давно, и живот о нём уже благополучно забыл.

По мере приближения странные звуки постепенно приобретали знакомые черты, в конечном итоге превратившись в голос Фобоса. Голос, которым Фобос что-то негромко и печально напевал…

– …Чья-то боль, детский крик…

Вырастают лишь те, кто с годами привык.

Мы свои корабли посадили на мели.

Посмотрите на тех, кто у нас на прицеле…

Холод и какая-то потусторонняя жуть, сквозящие в тихом напеве, буквально пригвоздили Вилл к месту, разом сметая всю сонливость и заставляя полностью обратиться в слух.

Дети-мишени

Взрослых амбиций.

Дети-заложники

Вечных традиций.

Похоти, жадности,

Прочих жестоких страстей…

Взрослые игры

Всегда убивают детей.

«Это он о нас?» – набатом громыхал в голове стражницы вопрос, в то время как перед внутренним взором проносились события последних месяцев. Получение Сердца Кандракара, бои с Седриком, рейды на Меридиан, спасение повстанцев, стрелы стражников, пролетающие иногда всего в нескольких сантиметрах от лица, последний бой с Фобосом, где она чуть не лишилась кристалла, сражения с Рыцарями Мщения, издевательства Шегона, ловушки Нериссы…

А вкрадчивый голос князя, в котором появились нотки какого-то… искажённого наслаждения, тем временем продолжал, небрежно обрывая только всплывшие догадки:

Им уже безразличны чей-то страх, чьи-то слёзы,

Твоя жизнь в их глазах – это стоимость дозы.

И желание убить…

Убить жадно и дико,

Надругаясь жестоко,

Чтоб устал ты от крика.

Они выберут цель для кровавой расправы,

Истязая тебя просто ради забавы.

И мольбы о пощаде опьяняют детей.

Они рвут твоё тело, превращаясь в зверей…

Фобос замолчал, а Вилл забыла, как дышать. Но вот пауза кончилась, и от искажённого наслаждения не осталось и следа, только горечь и печаль:

Детство – это мечты,

Неба ласковый цвет,

Мама, папа, сестра.

Мир, которого нет…

«Он поёт о себе?!» – поражённо, не веря собственной догадке, задохнулась школьница.

Мы свои корабли посадили на мели,

Начинается шторм – мы уже не успели…

Дети-убийцы… – от холода, вновь засквозившего в голосе, по спине Вилл пробежали мурашки.

Мы на прицеле…

Ярость без смысла…

Жестокость без цели…

Жизнь их задела

Своим равнодушным плечом.

Жертва мечтает

Когда-нибудь стать палачом!

Чем измерить – и как – цену детской мечты?

Что мы можем им дать, кроме слов пустоты?..[4]

Песня прервалась, и в коридоре наступила полнейшая тишина. Младшая Вэндом не двигалась с места, чувствуя пробирающий изнутри озноб, из кухни же донеслись лишь пара незначительных звуков, словно кто-то что-то передвинул.

В разуме девочки царил полный кавардак: обрывки бессвязных мыслей, сумбурные воспоминания о приключениях на Меридиане и, почему-то, собственном детстве до приезда в Хезерфилд, фрагменты истории жизни принца, рассказанные им самим… Всё переплелось в какой-то запутанный клубок и не собиралось останавливаться, будто в голове поселилась стиральная машина и её кто-то запустил на отжим.

Сколько она так простояла, Вилл сказать затруднялась. Сон ушёл полностью, возвращаться в спальню не хотелось, а ступать вперёд и заходить в кухню… Почему-то чародейка была уверена, что это очень нетактично, и вообще – она как будто сунула свой нос в нечто очень личное, куда посторонним хода нет, и от этого становилось крайне неуютно. Девочка уже почти собралась тихо вернуться в спальную комнату, однако судьба уже всё решила за неё.

Из конца коридора послышались шаги.

Мозг ещё плохо соображал – только так стражница могла объяснить себе, почему на какой-то миг полностью растерялась. Казалось бы, ничего страшного в том, что её кто-то увидит рядом с кухней, нет, она никому не должна была отчитываться, почему и где ходит по утрам, наконец, чего страшного в желании пойти и выпить стакан воды? Да она вообще могла сделать вид, что только подошла! Но все эти умные мысли пришли в голову уже после того, как неожиданно запаниковавшая девочка со страху практически забежала в кухню, ещё во время движения чувствуя, что совершает какую-то феноменальную глупость.

Реальность оказалась под стать предчувствиям, и только-только начав по-настоящему понимать, ЧТО она сделала, Вилл уже встретилась взглядом с серыми глазами Фобоса. На лице тёмного князя застыл лёгкий интерес с толикой удивления, и будто мало того, он начал ме-е-е-едленно поднимать бровь в вопросительном жесте!

То же место, чуть ранее, Фобос Эсканор.

Долгожданное утро Хэллоуина началось для меня с уже привычного бдения на кухне. Мой предшественник, если так можно назвать бывшего собственника этого тела, был классическим трудоголиком: вставал очень рано, ложился очень поздно, дискомфорта от такой жизни не испытывал. Соотечественникам Фобоса не повезло в одном: объектом приложения его трудоголизма служил исключительно собственный эгоизм. Сложись иначе – и кто знает, может, Калеба сотоварищи ещё на этапе агитации растерзала бы толпа «пионеров», пришедшая в бешеную ярость от плохого слова в сторону «Отца Народов» и «Любимого Вождя». Вряд ли, конечно… Но учитывая, сколько успел наворотить я за каких-то несколько дней, и не в такое поверишь.

Но я отвлёкся. Фобос был классическим трудоголиком, для которого лечь в три ночи и вскочить в семь утра было естественной нормой жизни. Это не учитывая, что для него такой же нормой было иногда не спать по паре суток кряду – там без магии уже не обходилось, так что пример вне корректного поля. Так вот, если в начале своего тут пребывания я находился в состоянии заметного физического, морального и магического истощения, в результате чего спал как нормальный человек, то отъевшись, получив доступ к тёплым матрасу и одеялу, наконец, заметно преисполнившись позитива и даже заимев невозбранный доступ к родничку первосортной магической энергии, мой организм приободрился и начал выходить на привычный для себя режим.

Это не отменяло возможности устать, но если раньше моё пробуждение прежде стражниц можно было назвать случайностью, то теперь возможностей для особых трактовок не оставалось. Мне реально хватало на отдых четырёх-пяти часов, после чего сладкие сны махали ручкой и выкидывали в суровую реальность.

В общем, я бдил, одновременно с тем морально готовясь к тяжёлому дню, который должен был решить всё. Подготовка же моя выражалась… В готовке. И нет, я не спятил (надеюсь), просто на плите уже десятую минуту тихо фыркал кувшин с кипящим составом, который ещё через две минуты должен был превратиться в один магический напиток. Не слишком сложный, но в наших обстоятельствах весьма полезный.

Под «нашими» я, естественно, в первую очередь подразумевал девочек, сладко и беззастенчиво дрыхнущих в своих спальниках, пока монаршая особа изображает из себя кухарку. Впрочем, сколько бы я ни язвил, а выматывались они на полном серьёзе и без всяких скидок. Несколько дней кряду ложиться после полуночи и вставать ни свет ни заря – любого нормального человека измотает, а у них ещё и дни насыщеннее некуда, от стресса, вызываемого моей скромной персоной, до недавнего боестолкновения с Нериссой. И это было нехорошо – зевающие и плохо соображающие от недосыпа стражницы могли сорвать все мои планы и надежды на сегодняшний день. Следовательно, проблему требовалось решать. Что я и делал.

Настроение, к слову, было на редкость минорным, уж не знаю, что тому причиной. Может, встал не с той ноги, может, волнение сказалось, а может, отразились излишние откровения последних дней, ибо как ни крути, но воспоминания Фобоса воспринимались мной от первого лица, со всем их эмоциональным окрасом. И пусть я наврал с три короба, но и правды сказал немало, а ещё больше прочувствовал.

Как бы то ни было, содержимое кувшина должно было помочь и с этим маленьким обстоятельством. Лидер в преддверии боя должен быть бодр, весел и полон энтузиазма, тогда и подчинённые, глядя на него, будут уверены в себе и в должной мере устойчивы. А вот если командир выглядит уныло и хмуро, то его люди имеют нездоровую тенденцию паниковать и драпать от линии фронта. На счастье, видел меня пока один Рейтар, что как раз нёс дежурство, да и то мельком, все прочие обитатели дома мирно спали. Песочника я не считаю, ибо он сидит за пределами здания.

Так я и работал, тихо напевая себе под нос подходящие под настроение мотивчики, большей частью из прошлой жизни, пока неожиданно в кухню не ворвалась (по-другому это просто не называется) чем-то дико перепуганная Вилл.

Девочка влетела в двери с такими видом и скоростью, будто за ней гонятся, ну… как минимум штук пять насильников-педофилов[5]. Влетела… И замерла на половине шага.

В поднятых на меня глазах ме-е-едленно разгоралось некое чувство… Заставившее меня невольно ощутить, что тем самым насильником-педофилом, от которого убегали, был именно я. Особый шик моменту добавляло то, что одета школьница была только в пижамку и тапочки, то есть являла собой натуральную провокацию самых пошлых фантазий у данного контингента.

– С добрым утром, – вежливость в таких ситуациях очень важна, она позволяет скрыть свою растерянность и придумать, что делать дальше.

– Э-э-эм… Привет, – а взгляд всё такой же. Затравленный! Что я ей сделал?!

– У тебя какой-то обеспокоенный вид, что-то случилось?

– Э… Нет! Что ты? Всё в порядке! Я просто зашла попить воды, – девочка поспешно протопала к столу, где стоял чайник, и начала с оч-ч-чень сосредоточенным видом наполнять себе стакан.

– М-м-м… – от моего тихого, задумчивого голоса у неё отчётливо задрожали руки.

Да что тут происходит?! Я улучшил слух магией и прислушался к происходящему в доме. Ничего. Только Рейтар совершает очередной обход, ни тревоги, ни подозрительных шорохов, даже подружки Рыжика спокойно сопят в две дырочки. Ну, кроме Хай Лин, которая ужасно, для своего возраста и пола, храпит. Но это нормально (она повелительница воздуха, у неё особые отношения со звуками) и ничем не выбивается из обычной картины. Так в чём дело?

От размышлений меня оторвал магический таймер, беззвучно сообщивший о том, что пора добавлять в состав последние ингредиенты.

– Вилл, – возобновляю разговор после того, как совершил все необходимые манипуляции, – я уже несколько раз тебе говорил, что врать ты не умеешь. Не думай, что я тебя упрекаю – мне эта твоя черта безумно нравится, можно сказать, ты возвращаешь мне веру в человечество, – на этом моменте девушка почему-то отвела взгляд, – но всё же, если не хочешь чего-то говорить, то лучше так и скажи. Я пойму и не стану лезть в душу. Договорились?

– Угу, – как-то подозрительно быстро согласилась Вэндом, пряча нос в стакане.

– Прекрасно, – делаю вид, что поверил и более не интересуюсь причинами её странного поведения. – Кстати, я так и не услышал планов на сегодняшний день.

– А… Что с ним не так?

– Как я понимаю, сегодня имеет место некий праздник?

Вилл медленно кивнула.

– Чудно. Так вот, мои скромные познания по части семейных взаимоотношений говорят, что во время праздников родители предпочитают видеть своих чад в непосредственной близости от себя. Иначе говоря, – улыбаюсь, – как будем выкручиваться?

– О!.. – девочка неиллюзорно загрузилась. По всей видимости, подумать об этом раньше она не успела.

– Вот и я о том, – понимающе киваю. – Зная ваши таланты, я бы рекомендовал убедить близких отпустить вас всех к кому-то одному, но тактически операцию прорабатывайте сами. И ещё одно… Вилл.

– Чего? – настороженно нахохлилась стражница, вновь посмотрев на меня с откровенной опаской.

– Я не слишком разбираюсь в традициях Хэллоуина, но когда по улицам бродят толпы людей, переодетых различными монстрами, и соревнуются в том, кто кого сильнее испугает, даже полк лурденов во главе с Гарголем не вызовет особого ажиотажа.

– Я понимаю, – Вилл мрачно нахмурилась, переводя взгляд на плиту. – Сегодня Нериссе нет даже мнимых причин сдерживаться.

Помолчали.

– Ну что ж, – нарушаю тишину, когда очередной таймер дал о себе знать, – раз уж ты всё равно здесь, то, думаю, можно слегка забежать вперёд в твоём обучении, – поворачиваюсь к кипящему кувшину. – Иди сюда.

– А чего это? – поставив на стол опустевший стакан, Рыжик двинулась в мою сторону.

– Если очень грубо, то сильнодействующее тонизирующее средство, – с моих пальцев начали срываться искорки магии, плавно окружая кувшин. – Отличие от обычных фармацевтических стимуляторов состоит в том, что воздействие происходит не столько на химическом, сколько на энергетическом уровне. Клетки тела и, прежде всего, головной мозг насыщаются зарядом положительного спектра, в результате чего происходит процесс ремиссии накопившегося в них напряжения…

Около двух часов спустя. Лестничная клетка в доме семьи Вэндом.

– Господин, неужели вы и правда испытываете какие-то чувства к этой простолюдинке, которая неоднократно покушалась на вашу жизнь и лишила вас трона?

Вкрадчивый голос блондина имел поразительную способность словно бы сгущать окружающую тишину. Казалось бы, даже эхо от треска телепортации толком ещё не успело стихнуть в ушах, а вот уже полная атмосфера некоего кулуарного заговора. Только полумрака и тяжёлых штор не хватает.

Вопрос Седрика не стал для меня особым сюрпризом, всё же я неплохо помнил его повадки и тяжкие думы, одолевавшие змея последние дни, заметил уже давно. И всё же, до сего момента он сдерживался. Даже странно, на него так местная лестничная площадка влияет? Второй раз уже начинает серьёзные разговоры именно здесь.

Рейтар зыркнул на оборотня с явным неодобрением, но высказываться не стал – тоже интересно. А вот Миранда даже вид не делала, будто здесь ни при чём, жадно пожирая меня любопытным взглядом и этак бочком почти прислоняясь к моему бывшему первому советнику.

– Седрик, – я постарался передать голосом всю глубину неуместности подобных вопросов, – ну я же не лезу в ваши отношения с Мирандой?

Есть накрытие и попадание! Голубоглазая девочка густо покраснела, отведя взгляд, а блондин совершенно неподобающе своему титулу выпучил глаза, едва не теряя челюсть. Но больше всего меня порадовала реакция воина. Вот кто был по-настоящему удивлён прозвучавшим откровением, так это Рейтар! Взгляд, которым он окинул парочку перевёртышей, в самом мягком варианте выражался фразой: «Да ладно?!»

– Эм… Миранда не пыталась меня несколько раз убить… – нашёлся с ответом оборотень.

– У вас ещё всё впереди, – покровительственным тоном «утешил» я. – Кстати, ты знаешь, что большая часть самок пауков убивает своих партнёров?

– Я не паук! – оскорблённо-жалобно возмутилась Миранда, не зная, куда деть глаза.

– Рад за вас, – улыбаюсь. – Надеюсь, мы исчерпали тему личной жизни друг друга?

– Но, господин…

– Всё, Седрик, – на этот раз я уже не улыбался и позволил голосу зазвучать так же холодно и властно, как это происходило в тронном зале дворца, когда Фобос был на пике власти. – Я не ребёнок и прекрасно знаю, что меня связывает со стражницами вообще и этой конкретной в частности. Мои ошибки уже стоили нам всем слишком дорого, и я не собираюсь совершать новых только потому, что уязвлённое эго требует какого-то глупого реванша. Стражницы всю дорогу были лишь неразумным инструментом в руках всех кому не лень: от Совета Кандракара до повстанцев и Нериссы, мстить им – это всё равно что приказать выпороть на конюшне нож, которым тебя пытались зарезать. Ты бы стал совершать такую глупость или всё же постарался бы достать того, кто это покушение устроил? Вот и от меня не требуй. А происхождение… – отворачиваюсь, окидывая взглядом площадку, ведущую к дверям, откуда должна была появиться Вилл. – При её магической силе и талантах, это слишком незначительная деталь, чтобы обращать на него внимание.

– Господин вправе делать то, что считает нужным, – веско отчеканил Рейтар. – Если он считает девчонку достойной своего внимания, то не нам осуждать его решения!

Покосившись назад, я как раз успел заметить обмен испепеляющими взглядами. Н-да… Воин не упустил шанс пнуть своего бывшего палача, а тому и возразить нечего. Вернее, огрызнуться-то он может, но язык явно прикушен инстинктом самосохранения. И Рейтару это нравится, вон как ухмылочка в уголках губ поселилась.

– Ам… Фобос… – отвлекла меня от наблюдения брюнетка, нервно теребящая полы юбки. – Так ты… Ну… – взгляд голубых глаз начал таинственно блуждать по потолку, заставив уже отвлечься и остальных участников дискуссии. Причём лица обоих выражали примерно одинаковую степень удивления. – Не против… нас? – на последнем звуке девочка вновь посмотрела на моё лицо, напряжённо ожидая ответа.

– С чего бы? У вас же это с детства, – совершенно честно выражаю своё недоумение.

Действительно, согласно памяти прежнего Фобоса, Миранда ещё будучи мелким карапузом, едва умеющим говорить пару слов, уже ползала по Седрику только в путь, любимая лесенка, так сказать. «Хочу на ручки!», «Покатай меня!» – всё у них было. Круглой сиротой она осталась буквально за час до того, как я вошёл во дворец абсолютным победителем в гражданской войне, и помимо меня, ставшего официальным воспитателем, из близких существ у неё только Седрик и имелся. А то, что она за него выйдет, было ультимативно заявлено ещё лет пять назад, и с тех пор никаких поползновений от заданного курса не наблюдалось.

– То есть ты не против? – ещё раз уточнила моя воспитанница.

– Сказал же, что нет, – почему-то меня эта тема начала раздражать, и я опять отвёл взгляд. – Я вам вообще уже даже свадебный подарок приготовил, но потом началась вся эта заварушка со стражницами…

За спиной установилось какое-то многозначительное молчание. На всякий случай я обернулся и… застал презабавнейшую картину. И Седрик, и Миранда выглядели одинаково ошарашенными, прямо чуялась семейственность, вон какие лица синхронно вытянувшиеся. За ними стоял Рейтар и героически боролся с душившим его ржачем, мужик покраснел, на лбу отчётливо была видна жилка, но воин стоически терпел, можно даже сказать Превозмогал. Я уже было подумал нанести добивающий удар, не злобы ради, а искусства для, но пришлось прерываться – щелчок замка в конце коридора и знакомые голоса говорили о том, что наше одиночество окончено и пора возвращаться к делам.

– У нас проблемы! – без обиняков начала Вилл, на ходу доставая кристалл. – Надо быстрее собирать всех и мчаться к Корнелии!

– Она сломала ещё один ноготь? – невинно осведомился я, внутренне ликуя.

«Да! Всё идёт по канону! Мои ожидания оправдались! Спасибо тебе, Вселенная!»

– Очень смешно, – на меня осуждающе зыркнули и перевели взгляд на начавшее сиять Сердце Кандракара.

Миг, и по глазам ударяет вспышка телепортации.

Незадолго до этого…

– Тук-тук, на связи, – пытаясь попасть ногой в штанину, одной рукой удерживая возле уха мобильник, поприветствовала подруг школьница с огненно-рыжими волосами.

– О, привет, Вилл! – радостно ответила на другом конце Хай Лин. – Ну как там наш злобный князь? Тиранствует?

– Будет тебе предлагать кольцо всевластия, сразу не соглашайся! – наставительно «предупредила» Ирма. – Возьми время подумать!

– Точно! – практически пискнула от восторга азиатка. – Девушка не должна сразу соглашаться, когда ей дарят кольцо, пусть сперва встанет на колени!

– Эй! – возмутилась Вэндом. – А кто сегодня утром ему глазки строил, выпрашивая добавки этого его бальзама?!

– Тот был очень вкусным! – и не подумала тушеваться повелительница воздуха под весёлые смешки со стороны стражницы воды. – Кстати! Парень, который умеет готовить – это та-а-ак ми-и-ило!

– Вот себе его и возьми, – буркнула в трубку аловласка, вызвав очередной прилив веселья у Ирмы с Хай Лин.

– Вилл, не обижайся, – поспешила выступить миротворцем Тарани. – Мы все знаем, как тебе тяжело. Кстати, я тут порылась в интернете и не могу найти ничего даже близкого по свойствам к этому зелью! Такое ощущение, что оно обладает регенеративными функциями, а это…

– Боже, Тарани! – в притворном испуге перебила её шатенка. – Когда ты успела залезть в интернет?! Я едва переоделась! В чём секрет, ты научилась замедлять время?

– Замедление времени тут ни при чём, дело в рациональном его использовании, – наставительно продекламировала мулатка.

– Эх, – беспечно вздохнула Ирма, свешивая голову с края кровати, где всё это время лежала, – мама мне постоянно то же самое твердит…

– И я ещё не переоделась, – уже тише добавила повелительница огня.

– А, ну тогда ладно, – расслабилась шатенка, с комфортом потягиваясь. – Так что там с зельем, это было приворотное?

– Э… – растерялась отличница и очень осторожно спросила: – Как ты пришла к этому выводу?

– Просто путь к сердцу Ирмы лежит через её желудок! – давя смех в голосе, сдала подругу азиатка.

Черёд недовольно хмуриться настал для стражницы воды, а вот к хихиканию мстительно присоединилась уже Вэндом.

– Между прочим, – подстёгнутая разговором Тарани в собственной комнате уже полезла доставать из шкафа свежее бельё, – никому не показалось странным, что Фобос нас сегодня так легко отпустил развлекаться?

– Не знаю, – после короткой тишины сообщила Вилл. – Мы с ним утром об этом разговаривали, но мне тогда казалось, что он потребует где-то запереться. Слишком сейчас опасно – Нерисса может действовать почти открыто.

– Может, на него так повлиял дух праздника? – не очень уверенно предположила Хай Лин.

– Н-да? – скептически вскинула бровь Ирма, хотя этого всё равно никто, кроме двери в её комнату, не видел. – Тебе напомнить, что он сказал о сути Хэллоуина?

Девочки невольно, но дружно подняли глаза вверх (в случае стражницы воды – вниз), воскрешая в памяти реплику князя:

– Изображая из себя жутких монстров, врываться в дома незнакомых тебе людей и запугиванием с угрозами отбирать у них продукты… И эти люди ещё обвиняли меня в жестокости и тирании…

– М-да, – подвела итог общему воспоминанию лидер группы.

– Но согласитесь! Он гениально выворачивает факты! – с каким-то подсердечным чувством «вступилась» за узурпатора Ирма.

– Неужели ты завидуешь? – насторожилась Хай Лин.

– А вы нет? Я бы ни одной двойки не получила, если бы так умела!

– Тесты нельзя уболтать, – попыталась вразумить подругу мулатка.

– Ну ладно, ни одной двойки за неправильный ответ на уроке, – поправилась шатенка.

– В любом случае, нам дали выходной, и этим надо пользоваться! – опять преисполнилась позитива стражница воздуха. – Вилл, мы не забудем твою жертву!

– Точно! Хорошо вам провести время! – поддержала её стражница воды. – Целый день в компании тёмного принца…

– И его жуткой свиты! – вставила Хай Лин.

– …проведённый на природе, это…

– СВИДАНИЕ! – хором закончили провокаторши.

– Да ну вас, – надулась, алея, как маков цвет, девочка. – Кстати, а почему не слышно Корнелии? – неуклюжая попытка уйти от темы вызвала ещё одну волну хихиканий на той стороне.

– Она ещё не звонила, – сжалилась Тарани. – Но всё-таки, думаю, нам лучше держаться вместе, даже если Фобос сказал, что мы можем гулять где и как хотим.

– Ммм… Согласна, – согласилась Вэндом, отчего-то испытав при этом укол разочарования.

– Хорошо, значит, встретимся на карнавале, – всё ещё валяясь поперёк кровати, довольно констатировала Ирма в телефонную трубку.

– Скорей бы ночь, – мечтательно протянула на другом конце Хай Лин. – Что вы наденете?

В этот момент дверь в комнату беззаботной повелительницы воды с громким хлопком распахнулась настежь, и внутрь влетел мальчишка в чёрной пижаме и с игрушечным мечом в руках:

– Ки-и-и-и-й-я!

– Крисс!!! – от благодушия Ирмы не осталось даже следа. – Ты не постучался!

– Здесь нет Крисса, – явно копируя позу, увиденную где-то по телевизору, важно надулся ребёнок, поднеся меч к лицу. – Перед тобой страшный ниндзя-изгой! Ки-и-и-и-й-я! – паренёк прыгнул на кровать и начал крутить игрушкой, якобы исполняя фехтовальные приёмы.

– Р-р-р-р!!! – зубовный скрежет шатенки заставил всех невольных слушательниц сочувственно поморщиться или прикрыть рот ладошками. – Сейчас получишь!

– Ки-и-и-и-й-я! – мелкий ужас пропрыгал дальше, по ходу дела уронив с тумбочки лампу, будильник и несколько пеналов для музыкальных дисков. – Не злись, Ирма! Надевай костюм – пора ходить по домам!

– Я уже не маленькая! – взвилась с места в карьер школьница.

– А Фобос собирался показать нам мастер-класс запугивания, – мстительно напомнила Вилл на своём конце сети.

– Он злобный тиран с нездоровыми наклонностями, ему положено, – хмуро пробурчала в ответ шатенка.

– Всё равно пойдём! – не унимался мелкий и бесстыдно применил тяжёлую артиллерию: – МА-А-АМ!!!

Поёжившись от нехороших предчувствий, Ирма развернулась на сто восемьдесят градусов и уселась к брату спиной.

– Крисс, ну что ты вопишь? – заглянула в комнату молодая женщина, как две капли воды похожая на Ирму, если бы той накинуть лет десять. Цвет волос, причёска, глаза – всё было совершенно идентично.

– Он злится, что я взрослая и не пойду с ним пугать соседей, – не преминула вздёрнуть нос хозяйка комнаты.

Слушательницы затаили дыхание, сильнее вжимая в уши свои мобильники.

– Ты взрослая? – по-доброму усмехнулась женщина. – В тот год ходила. Да ты обожаешь Хэллоуин с детства!

– Да это детская забава!

– Можешь не наряжаться, но ты должна повести Крисса. Или останешься здесь.

– Ма-а-ама! – преданная в лучших чувствах школьница от возмущения даже не нашла слов.

Высокая инстанция, между тем, обжалованию свой вердикт подвергать не собиралась и вышла в коридор. Довольный сделанной пакостью ребёнок молча поухмылялся, сделал несколько картинных движений мечом и тоже был таков.

– А если бы ты сказала, что идёшь с подругами и вам не нужны всякие путающиеся под ногами мелкие ниндзя, у тебя был бы шанс, – «утешила» давящая смех азиатка.

Ирма уже наморщила нос, собираясь как можно более едко ответить, но её реплику прервал входящий звонок.

– Девчонки! – голос Корнелии был очень взволнованным и быстрым. – У нас неприятности! Приходите быстро! КО МНЕ! – от последнего крика все стражницы рефлекторно поморщились…

Настоящее время.

– У тебя сегодня много гостей, – тихо пролепетала маленькая светловолосая девочка в костюме, мм… ведьмы? Ну, по крайней мере, чёрная остроконечная шляпа присутствовала, как и, хм, швабра.

– Да-да, только не мешай, иди посмотри телевизор, – поспешно постаралась отделаться от девочки встречающая нас Корнелия.

К слову, она зачем-то покрасила переднюю прядь волос розовым лаком, по виду – тем же самым, каким красила ногти. Выглядело, как ни странно, довольно интересно.

– Твоя сестра? – не смог упустить момент я.

– Да, и не смей к ней приближаться! – сощурилась блондинка.

– Какая грубость, – манерно делаю пренебрежительный жест рукой и, абсолютно игнорируя озвученные слова, подхожу к ребёнку: – Так значит, ты Лилиан?

– Да, – девочка удивлённо нахмурилась. Боже! Она умеет вопросительно поднимать одну бровь! Какая прелесть, – а ты кто?

– Я Тёмный Маг из королевства Меридиан, – присаживаюсь на корточки перед ней. – Ну ещё самую малость тиран, сатрап, деспот и мучитель прекрасных фей, – сзади послышался дружный стук отпавших челюстей.

– А зачем ты их мучаешь? – не поняла девочка.

– О, это секрет! Но ты можешь узнать его, – улыбаюсь и хитро подмигиваю.

– Правда? И что надо сделать?

– Ничего сложного, просто переходи на Тёмную Сторону, у нас есть печеньки.

– Печеньки? – какой непонимающий взгляд. – Какое отношение печенье имеет к тёмной стороне?

– Самое главное! У Светлой Стороны печенек нет. Все кондитерские фабрики принадлежат тёмным магам. Кстати, держи, я специально захватил для тебя печенек Тёмной Стороны, – и, подтверждая свои слова, достаю из кармана специально на этот случай прихваченную упаковку. – Кушай, они шоколадные.

– Лилиан! Не смей трогать ничего, что он даёт! – пришла в себя Корнелия, буквально вырывая у меня из рук подарок.

– Почему? – недовольно нахмурилась девочка, у которой наглым образом отобрали сладости.

– Не слушай её, она просто завидует, потому что её на Тёмную Сторону не пустили, – пояснил я, доставая из рукава припрятанную как раз на этот случай шоколадку и протягивая её ребёнку. Вид на хватающую ртом воздух блондинку был просто великолепен! – Всё дело в том, что мы знаем секрет, как есть сколько угодно сладостей и не толстеть!

– Серьёзно? – оживилась Хай Лин.

– Честное злодейское! – прикладываю руку к груди.

То же время, рядом.

– Иногда мне кажется, что господин… Как бы это сказать… Сильно ударился головой… – осторожно поделился Седрик, пользуясь тем, что стражницы целиком отвлеклись на очередную выходку князя.

– Я сделаю вид, что не заметил твоей фразы, – холодно сообщил Рейтар.

– Но… Ты ведь согласен со мной? – покосился на воина оборотень.

– Не понимаю, о чём ты говоришь, – демонстративно отвернулся тот.

Тем временем события развивались:

– Лилиан! Отдай сейчас же! – возмущённая блондинка попыталась отобрать и шоколадку.

– Нет уж! – но мелкая, не будь дурой, подставляться не стала и оперативно разорвала дистанцию, в качестве дополнительных оборонительных мер уронив швабру, об которую её старшая сестра едва не запнулась. – Ты уже забрала себе печенье!

– Ты не понимаешь! – всплеснула руками Корнелия. – Фобос – злобный, гнусный, мерзкий тип! Он использует тебя, чтобы захватить наш мир!

– Хм… Захватить мир? – недоумевающий ребёнок перевёл взгляд на меня.

Я солидно покивал, мол, да, могём и практикуем. Не знаю, что она на это подумала, но вид взбешённой старшей сестры ей явно импонировал, так что следующая фраза стала просто шедевром:

– Хорошая идея. Мне нравится. А как это сделать?

– Добро пожаловать в клуб тиранов-узурпаторов! – патетично поздравляю девочку. – Пока побудешь у нас стажёром, мы тебя научим.

– Класс! – обрадовалась мелкая, двумя ручками сжимая шоколадку. – А корону дадут?

– Обязательно, – заверил я, – но пока для принцесс. Тебе какой цвет нравится? – думаю, казна Меридиана не оскудеет, если я сделаю девочке маленький подарок.

– Ф-фобос! – подскочившая Вилл схватила меня за руку и атомным ледоколом потащила куда-то в сторону.

Учитывая, что комплекция девушки сильно не дотягивала до уровня культуриста, а у меня кубики на прессе очень даже присутствовали, эффект оказался так себе.

– Что не так? – невинно интересуюсь у Рыжика, совершенно искренне «не замечая» уже откровенно исходящую паром Корнелию.

– Хватит уже твоих штучек! – понизив голос, зашипела на меня кареглазая красавица.

– Ладно-ладно, только ради тебя, – улыбаюсь в лицо Вэндом и прекращаю сопротивляться перемещению.

Буксир имени сердитой ведьмочки лёг на курс, увлекая за собой всех, кроме двух сестёр Хейл. Не успели мы скрыться за поворотом, как оттуда донеслись звуки нового витка спора на тему того, у кого должны быть подаренные мной сладости. Чувствуя, что ещё немного, и возраст с физической силой возьмут верх, я решил прийти на помощь жертве семейной дедовщины:

– Лилиан, меня похищают! Был рад познакомиться! И не бери пример с сестры! Помни: мода меняется, а чёрный цвет – это всегда стильно! – хватка Вилл стала сильнее, а скорость буксира возросла.

– Ах ты мерзкий!.. – донеслось нам вслед возмущение блондинки вместе с быстрыми шагами.

Ну что же, операция по вызову огня на себя увенчалась успехом, теперь неплохо бы и целостность организма с лицом сохранить… Роли в буксировании неуловимым образом поменялись, и теперь уже Рыжик едва поспевала за моим широким шагом. Итак, вопрос номер один, где искать комнату девушки-подростка в квартире элитной многоэтажки?..

***

– Что это вообще сейчас было?! – насела на меня аловласка, едва мы оказались в комнате Корнелии.

– Это называется «установление дипломатических отношений», – отвечаю, сохраняя абсолютное спокойствие. – Первое впечатление можно создать только один раз, и, согласись, у меня получилось неплохо. Особенно для импровизации.

На лицах стражниц отразилась сложная гамма чувств. Да-да, пора бы уже привыкнуть, что я не чокнутый псих.

– Коробка печенья и шоколадка – это «импровизация»?! – как она думала, поймала меня на слове Вилл.

– Подготовленная импровизация, – наставительно поднимаю палец.

Дверь в комнату распахнулась, и к нам присоединилась всё ещё красная от гнева блондинка.

– Что ты задумал сделать с моей сестрой?! Ты, мерзкий, гнусный!..

– Корнелия-я-я! – донеслось из коридора смутно знакомым женским голосом. – Когда ты просила разрешение на гостей, ты обещала, что всё будет тихо.

– Да, МАМ! – крикнула обернувшись девушка. – Мы больше не будем!

– Подойди ко мне, милая. Лилиан хочет тебе что-то сказать!

– Но мам!

– Корнелия-я-я.

– Хорошо, иду! – меня прожгли испепеляющим взглядом и недовольно покинули помещение.

– Если «подготовленная», то это уже не импровизация! – не дав мне даже передохнуть, вновь насела Вилл.

– Ошибаешься, мало ли когда бы они пригодились? Вдруг бы вы проголодались, и тут я, весь такой благородный… цинично стою в сторонке и кушаю. Ну красота же, – я сам понимал, что моя рожа просит кирпича, но ничего не мог с собой поделать, не признаваться же, в самом деле?

– Р-р-р… Я тебя сейчас стукну! – посулила стражница, действительно сжав кулачки, но отчаянно сдерживаясь и не решаясь перейти к активным действиям.

– Я тебе удивляюсь. Вот что на этот раз не так? Я подарил ребёнку сладости, вёл себя дружелюбно и позитивно, говорил чистую правду, даже тебя сразу послушался, а ты всё равно недовольна. Мне что, нужно было метать молнии, сквернословить, наврать с три короба, прикончить парочку девственниц на алтаре, хлебнуть крови младенцев из черепа лучшего друга – и тогда всё было бы нормально?

– Эй, я вам не мешаю? – подал голос чёрный кот, до этого мига тихо и слегка ошарашенно наблюдавший за нашим диалогом с кровати.

– Уйди, глюк, не видишь – у нас практически первый семейный скандал! – в «праведном» негодовании отмахнулся я от котяры.

– Никакого семейного скандала у нас нет! – с ещё большим негодованием воскликнула Вэндом, ярко краснея. – И да, Наполеон, не вмешивайся!

– С кем ты сейчас разговаривала?

– С тобой!

– Нет, ты только что обращалась к знаменитому французскому полководцу и императору, – возразил я.

– Что?

– Napoleone Buonaparte – император Франции в 1804–1815 годах, великий полководец и государственный деятель, заложивший основы современного французского государства, – разъясняю для бедных.

– А-а-а… – растерялась Рыжик. – Нет! Чёрт… Не путай меня! Вот Наполеон! – девочка ткнула пальцем в сторону ошарашенного кошака.

– Хммм, – внимательно изучаю указанный объект. – Вариативная галлюцинация, как интересно. Во что он одет?

– Кто?

– Наполеон.

– Какой Наполеон?

– Тот, которого ты видишь в этом месте, – повторяю жест стражницы.

– Да он ни во что не одет!

– Ты видишь голого Наполеона? – вскидывая бровь. – Оригинально…

– Да нет же! – девочка притопнула от избытка чувств. – Вот Наполеон, – палец уже тыкал кота чуть ли не в морду. – Ты его что, не видишь?

– Эм… Допустим… А позволь узнать, в какую часть тела ты ему указываешь? Ну мне с чисто научной точки зрения интересно – голый Наполеон на таком уровне от кровати…

Вилл перевела ошалевший взгляд с меня на кота, потом опять на меня, потом на кота… И резко покраснела, отдёргивая руку.

– Ты всё не так понял! Наполеон не голый! Тьфу, это вообще не Наполеон! То есть не тот! Это кот Наполеон! Домашний кот Лилиан!

– То есть ты видишь кота?

– Да!

– И ты с ним разговаривала?

– Ну да, ты же слышал. Ты сам ему ответил!

– Вилл, я хоть и математик, но кое-что в биологии понимаю. Коты не разговаривают. У них для этого не приспособлены голосовые связки.

– Но ты ему отвечал!

– Это была галлюцинация, такое бывает в местах, насыщенных магической энергией, а мы с тобой в квартире, где одновременно живут Стражница Земли и хозяйка Сердца Земли, которая совершенно не умеет контролировать свою силу.

Вэндом схватилась за голову.

– Ты… Ты… Ты так всё усложняешь! Это кот Лилиан, она его заколдовала так, что он теперь может говорить, это не галлюцинация!

– Серьёзно? – я по-новому взглянул на мохнатого. – Ну допустим. И зачем было меня путать?

– А-а-а-а-а!!! – главная стражница закрыла лицо руками. – Как тебе это удаётся?!

Я предпочёл промолчать. Тем более тема Лилиан уже благополучно ушла в сторону, и напоминать об этом смысла не было. Как и объяснять, что весь этот цирк был, большей частью, в воспитательных целях. Конечно, возможность слегка подоводить стражниц, оставаясь безнаказанным, сама по себе весьма приятна, но ведь они сами виноваты. Мало ли, что я знаю и про кота, и про его свойства? Они-то о том, что я знаю, знать не могут! И всё равно не соизволили сказать мне ни слова, всё, на что хватило Вилл, это фраза: «Сердце Земли в опасности, нужно к Корнелии!», и понимай как хочешь. Про личность и вообще наличие третьего Регента Земли мне тоже не сообщали. Ну и что с того, что я почувствовал в нём магию, ещё стоя на пороге квартиры? Надо учиться давать союзникам важную информацию заранее, а не полагаться на то, что они догадаются или всё знают. Так что пусть уж лучше набьёт шишки таким практически невинным образом, чем потом подставится по-крупному из-за какой-то мелочи.

– Вилл, успокойся, ничего страшного не случилось, – пришла подруге на помощь Тарани, осторожно взяв ту за руки и усаживая на кровать.

Впрочем, не слишком-то Вилл и нуждалась в помощи. Я её уже хорошо изучил, и последняя пикировка никак не могла ударить по её моральному настрою и нервам. Там скорее был эмоциональный подъём, а глупость с банальностью развязки и подавно должны были смыть всякое напряжение. Сейчас она ещё немного подуется, мысленно костеря меня на все лады, но уже так – для галочки, и будет как новенькая. На крайний случай, у меня ещё полная фляжка бальзама Кахара есть[6].

– Да, любой бы удивился, увидев говорящего кота! – поддакнула Хай Лин. – И с именем не очень получилось, – азиатка задумчиво прислонила указательный пальчик к губам. – Вот был бы он Пушком или Мурзиком – все сразу бы всё поняли! Эй, Наполеон, хочешь, мы попросим Лилиан назвать тебя Пушком?

– Нет, обойдусь, – а голос у кошака глубокий, мощный… Наглый.

Глава 12. Часть 2.

Седрик с Мирандой скромно пристроились на диванчик, стоящий у правой стены, если смотреть от двери, Рейтар разместился там же в уголке, ну, а стражницы с котом окружили кровать. Ну как окружили? Вилл и Тарани уселись на неё с двух сторон вполоборота к выходу, кошак воздвигся между ними, ну, а Хай Лин встала за спиной мулатки.

Я, как самый асоциальный элемент, гордо прошествовал в сторону от коллектива и пристроился у комода. Чисто случайно вектор моего движения вёл налево, а вот то, что встал я именно с той стороны кровати, где сидела Рыжик, было отнюдь не случайно. Поняла ли это Вилл – точно сказать не берусь, но независимо вскинутый носик и подчёркнутое избегание смотреть в мою сторону мягко намекали, что таки да.

Блаженная тишина, однако, долго не продлилась, и уже через несколько минут в комнату вошла целая толпа, возглавляемая раздосадованной Корнелией. Сразу вслед за ней ступала не менее, а то и более сердитая Ирма, забрать которую телепортацией прямо из дома мы не могли в связи с очень некстати повешенным на неё младшим братом. Родительская диктатура – вещь страшная, и никакая сила Сердца Кандракара тут помочь не могла. Вернее, могла, но я не спешил делиться этими знаниями с коллективом. В общем, проблему мелкого спиногрыза шатенке предстояло решить самой, как и добираться до места встречи.

Бедняжка… Такое представление пропустила! А ведь она практически единственная в компании стражниц, кто могла по достоинству оценить моё выступление и получить от него море удовольствия. Жизнь полна несправедливости.

Но я отвлёкся. Следом за девушками в комнату зашли Великий Вождь Повстанцев всея Меридиана Калеб Бесстыдно Везучий и его храбрый, находчивый и ничуть не менее бесстыдно везучий оруженосец, друг, товарищ, собутыльник и черти знают, что ещё – паслинг по имени Бланк. Последний отличался непередаваемым амбре городской свалки, зелёной кожей, маленьким ростом, не обезображенной наличием интеллекта физиономией и одеждой, словно бы с той самой свалки и взятой. Хотя термин «словно» здесь явно лишний.

Впрочем, я несправедлив к маленькому проводнику. Он классный парень! Я понял это сразу, как только он обвёл комнату Корнелии взглядом окончательно потерянного для общества клептомана, оказавшегося в пещере Али-Бабы. Жду не дождусь развития ситуации!

Что же касается Калеба, ну… Он был горд и пафосен, впрочем, как и всегда. Кожаный плащ, высокие сапоги, праведный взгляд… курлыкание вокруг блондинки. Да-да, испепеляющие взгляды в мой адрес тоже присутствовали, держу пари, ему уже выложили всю подноготную моих сегодняшних злодейств.

– Надо же! Вся весёлая компания уже в сборе! – радостно прокомментировала появление гостей Хай Лин.

– Чудно, – буркнул волосатый тёзка французского императора. – Есть надежда, что Нерисса меня не убьёт.

– Так, зачем Нериссе нужен кот? – насела на животное Вилл, когда все обменялись приветствиями. Судя по сквозившему в её голосе недоумению и любопытству, усатый тоже не соизволил в полной мере проинформировать союзников. М-да…

– Хэллоуин, крошка, – наглый котяра спокойно подошёл к девочке и подставил ей голову, которую та рефлекторно начала гладить. Я говорил, что иногда жутко завидую котам? Так вот, теперь говорю. – Любой в эту ночь может украсть Сердце Земли.

– Минуту! Тайм-аут! – Ирма скрестила руки перед грудью в запрещающем жесте. – Прости, но Сердце можно отдать только добровольно!

– В эту ночь все правила отменяются, – Наполеон спрыгнул на пол и развернулся мордой к нам, – и Сердце можно украсть, убив того, кто несёт службу, – вот откуда кот может научиться так играть интонациями и нагонять драматизма? – Чёрного кота Лилиан… Меня! – удваиваю вопрос.

– А почему именно в Хэллоуин? – недоумённо спросила Корнелия.

– Ты шутишь, крошка? Хэллоуин – это ночь магии и сверхъестественных событий. Зачем люди наряжаются и режут тыквы?

– Значит, это не просто суеверие? – подалась вперёд Тарани.

– Суеверия на чём-то основаны, но когда чёрный кот перебегает дорогу, он не желает зла, – патетично завершил ликбез котяра, а мой вопрос насчёт природы его личности взял третью степень.

– Чудесный рассказ, просто слёзы наворачиваются, – слегка картинно зеваю, тем самым загоняя поглубже искушение начать докапываться, откуда он такой умный взялся? – Так чего ты от нас хочешь?

– Спрячьте меня! – кошак прыгнул на кровать между Вилл, Хай Лин и Тарани. – До полуночи я даже не могу превращаться, чтобы себя защитить! Я просто живая мишень!

Блин, ну нельзя же так! Только была драма, глубокий, вкрадчивый баритон, а тут прорвало, и он уже трясётся и топорщит шерсть, как обычный кот перед стаей собак. Кстати, информация не такая уж и габаритная, можно было то же самое сообщить ещё по телефону. Ну так, на всякий случай, вдруг бы Нерисса напала, а мы бросились бы защищать Лилиан, просто из-за недостатка информации? Меня окружают дилетанты…

Между тем, Вилл на краткий миг задумалась, её лицо расцвело какой-то догадкой, и девочка радостно возликовала, чуть было не подпрыгивая на месте:

– Класс!!!

– Я ослышался? – ошарашенно обернулся к ней кот.

– Мы сможем, наконец, заманить Нериссу в ловушку! – пояснила свою радость аловласка.

– Вилл, нельзя, чтобы Нерисса завладела Сердцем, её сила ещё больше возрастёт! – горячо заметила Тарани, переводя странный взгляд с подруги на меня и обратно.

– Согласен, – кивнул я. – Предлагаю убить кота самим.

– Эй-эй! Ты так не шути! – шуганулся от меня волосатый, прячась за блондинку.

– Фобос! – хором возмутились девочки.

– Что? Я совершенно серьёзен. Устроим коту клиническую смерть секунд на десять, потом я вновь запущу ему сердце, и все довольны – кот жив-здоров, а Нерисса уже не получит силу Сердца Земли.

– Ага, зато её получишь ты, – поддакнула Ирма.

– Вот именно, видите, сколько сразу плюсов?

– Мммм… – задумалась (!) Вилл.

Нет, серьёзно! Она не отмела моё предложение с ходу! Моё эгоистично-наглое предложение с примесью первостатейной аморальности и самолюбия! Где-то сдохло что-то большое…

Остальные стражницы тоже притихли, что-то прикидывая в уме. Только Корнелия возмущённо ловила ртом воздух, да Калеб с мохнатым дружно обводили эту картину взглядами коммунистов, обнаруживших летом сорок шестого на Красной Площади в Москве гей-парад.

– Вы же не серьёзно?! – первым пришёл в себя повстанец, шальным взглядом косясь на меня.

Похоже, он уже прикидывал, как будет драпать от резко скорраптившихся стражниц или героически спасать вселенную, последним предсмертным усилием удушая некоего светловолосого принца под яростными ударами его прихвостней.

– Мм… Наполеон, думаю, решать тебе, – ответила Вилл.

– Что? – по глазам вижу, ничего такого решать кот не настроен.

– Вилл! – поражённо воскликнула Корнелия, судя по голосу, тоже начавшая подозревать подругу в тайном обретении приставки «Дарт», а то и уже свершившейся «резне юнлингов».

Хмм… Дарт Вильгельмина… В этом определённо что-то есть, по крайней мере, даже мне слегка жутко от звучания.

– Ну… Только не шумите, хорошо? – Вэндом тоже ощутила настрой парочки и подняла руки в защитном жесте. – Это сложно признать, но если Фобос станет сильнее, то у нас появится больше шансов победить, к тому же так мы точно обезопасим силу Сердца Земли от Нериссы, разве нет?

– А как же Лилиан?!

– Ну, Фобос ведь может вернуть ей силу, когда мы победим? – и этак робко-вопросительно покосилась на меня.

Коллектив перевод стрелок дружно поддержал. Во взглядах Вилл, Ирмы, Тарани и Хай Лин прямо сквозила серьёзная надежда на положительный ответ, иначе говоря, девочки реально верили, что я могу согласиться на подобные условия. Калеб и Корнелия, напротив, смотрели на меня как садовод на личинку колорадского жука, всем видом демонстрируя, что даже если я соглашусь, воспринято это будет только с позиции: «Обмануть вздумал, мерзавец!» Седрик с Мирандой скромно изображали из себя благодарных зрителей на премьере спектакля, вели себя тихо и за вежливыми улыбочками совершенно не читались. Рейтар, столь же скромно, изображал гордый статуй, который тут вообще ни при чём и даже смотрит в другую сторону. Кошак обтекал. Ну, в смысле, замер с открытым ртом и встопорщенной шерстью и пялился на нас так, что не хватало только транспаранта на заднем плане с надписью: «Ну вы и сволочи!» Один паслинг цинично плевал на весь трагизм момента и явно примеривался к шкатулке на одной из полок.

– Само собой, – успокаивающе качаю рукой, – как победим или как ей исполнится тринадцать, чтобы уже могла эту силу более-менее осознанно контролировать. Мне не сложно.

Три, два…

– И ты думаешь, мы тебе так просто поверим?!

– Да он просто хочет нас обмануть и забрать силу себе!

…Какие они синхронные. И впрямь – идеальная пара.

– Могу дать магическую клятву, – небрежно пожимаю плечами, показывая, где и в какой позе я видел их возмущения. – Но, право слово, все эти детали несколько глупо обсуждать до того, как наш мохнатый друг определится со своими желаниями.

– Что значит «определится»?! – возопил несчастный кот. – Я не хочу умирать!

– Ну вот всё и решили, а вы панику развели… – слегка морщусь, дабы подчеркнуть сквозящее в голосе разочарование. – Как дети малые.

Главные паникёры преисполнились нового приступа возмущения, но что-то ответить не успели – дверная ручка скрипнула, дверь распахнулась, и в комнату влетели возбуждённые чертеня… пардон, дети:

– Можно я пойду с Криссом и Ирмой, можно?! Ну пожа-а-алуйста!!! – в ушах слегка зазвенело.

Лилиан, подпрыгивая от нетерпения и молитвенно сложив руки на груди, сверлила умоляющим взглядом растерянную Корнелию. Мелкий рыжеволосый паренёк в чёрной пижаме и с игрушечным мечом в руках согласно покивал, пожирая полным энтузиазма взглядом уже Ирму.

Девушки обменялись растерянными взглядами, но вот взгляд блондинки быстро приобрёл нехорошие огоньки. Я точно так же смотрю на людей перед тем, как сделать пакость. Шатенка фишку тоже просекла:

– А?.. Разве я не нужна здесь?.. У нас сложное дело…

– А, эм… Думаю, мы вполне справимся, – ангельски улыбнулась ей старшая Хейл. Сколько мстительного яда было в этой милой улыбке…

Получившая столь подлый удар от судьбы Ирма замотала головой по сторонам в поисках спасения, но коллектив остался глух к немым мольбам. Кто-то явно не знал, как можно помочь подруге, кому-то было всё равно, кто-то считал идею отправить детей подальше правильной, а кто-то и просто наслаждался представлением.

– Блеск! – преданная и брошенная красавица потерянно уронила плечи. – Ночка удалась! – дети, смекнувшие, что их требования удовлетворены, довольно заулыбались. – Ведь если кто увидит, как я…

– Не волнуйся, – отлипаю от комода и участливо приобнимаю шатенку за плечо, – я буду морально с тобой!

– Утешил, – ещё больше поникла девушка, окончательно смиряясь с судьбой.

– Зато ты получишь конфеты! – попыталась приободрить повелительницу воды Хай Лин.

– Конфеты?! – забытый всеми паслинг сделал стойку на знакомое слово. – Бланк пойти! Нужен костюм!

В следующий миг зеленокожий коротышка совершил гениальное! Совершенно забыв про вожделенную шкатулку, он бросился через всю комнату к комоду, где я недавно стоял, и, выкатив первый попавшийся ящик, начал остервенело рыться в одежде хозяйки комнаты. Носки, блузки, кофточки и, эм, прочие предметы гардероба юной девушки взвились в воздух, аки брызги из сорвавшегося пожарного гидранта. Лично мне на голову прилетело что-то вроде лёгкой шёлковой ночнушки. Не скажу, что был рад подарку, но лицо Корнелии с процентами возместило мне все неудобства!

– А разве он без костюма? – удивлённо ткнула в чудика пальцем маленькая кандидатка в мои стажёры.

Увы, ответ ей было услышать не суждено, ибо обуреваемая праведным гневом фурия вышла на тропу войны, и я понял, что во время криков её сестры у меня в ушах не звенело…

Некоторое время и один морально уничтоженный Бланк спустя.

– Ну вот! Моя одежда безнадёжно испорчена! Как я теперь выведу этот запах?! Фэ!.. – блондинка поднесла к носу кофточку, недавно отнятую у паслинга, и убито скривилась.

– Не поверишь – после каждого вашего визита я чувствовал себя примерно так же… – негромко сообщаю в сторону.

– Да кто тебя спрашивает, высокомерный ты павлин?! – голос Корнелии дрожал от сдерживаемых слёз. – Ты хоть знаешь, как сложно было достать эту комбинацию?!

– А вы давно знакомы? – переведя заинтересованный взгляд со страдающей сестры на меня, спросила Лилиан.

– Около года.

– А Корнелия не рассказывала, – пожаловалась малышка.

– Мы не слишком ладили, – тактично обозначил я множественные попытки её убийства с моей стороны. – Кстати об этом, – поворачиваюсь к Вилл. – Милые дамы, не пора ли вам переодеться?

– М? – Рыжик вопросительно вскинула бровь, но почти сразу сообразила, что я имею в виду, и расплылась в улыбке: – Точно, праздник ведь вот-вот начнётся.

– Мы подождём снаружи, – разворачиваюсь к двери, легонько увлекая с собой и детей…

Ждать пришлось недолго, я даже не успел мысленно досчитать до шестидесяти, а стражницы уже вышли в коридор при полном параде.

– Ух ты! Быстро нарядились, – устами Лилиан поставила школьницам «неуд» по конспирации Вселенная.

– Я знал, что ты хочешь пойти! Ты приготовила костю-ю-юм! – сияя аки начищенный золотой, уличил сестру в «страшном» Крисс.

– Это не костюм, а маскировка! Чтобы никто не узнал меня! – экспрессивно ушла в несознанку задетая за живое повелительница воды.

Мне же сильно захотелось помассировать пальцами глаза. Девочки превратились полностью, то есть совсем! Включая дополнительный рост, взрослые черты лица и округлости в нужных местах. Спору нет, выглядели для глаза они очень приятственно, но неужели нельзя было хотя бы рост уменьшить, пока мы в непосредственной близости от их ближайших родственников? Они же это умеют!

Между тем, ворчащая и негодующая шатенка схватила брата за руку и потащила к выходу из квартиры. Хай Лин было попыталась её приободрить, что-то про «встретимся на карнавале», но заработала лишь мрачный взгляд из серии «И ты, Брут?» Горящая энтузиазмом Лилиан поспешила следом, уже прихватив свою швабру. Потрёпанный, но не побеждённый паслинг, опасливо поглядывая на Корнелию, бочком-бочком быстренько утёк в том же направлении.

– Так что за план, Вилл? – подал голос не менее мрачный, чем только что отбывшая Ирма, кошак.

– Нужно устроить засаду, главное – чтобы Нерисса ничего не заподозрила. Есть идеи?

– А как мы её будем ставить, если не знаем, где будет Нерисса? – словно на уроке, подняла руку азиатка. – Как мы её выманим?

– Её не надо выманивать, она сама меня найдёт, – хмуро сообщил кот.

– Отлично, – кивнула главная стражница. – В смысле, не отлично, конечно, – быстро поправилась она, – но тогда нам нужно только подходящее место.

– Зоомагазин или ветеринарная клиника, второе даже лучше, – обронил я, выстраивая в уме последние детали плана.

Если ты сталкиваешься с наголову превосходящим тебя по силам противником, то требуется как следует подготовиться. И правильно подобранное поле боя – это уже треть успеха. Вторая треть заключается в правильном инвентаре, и тут я возлагал серьёзные надежды на меч Рейтара, с недавних пор ставший неплохим артефактом и результатом моих изысканий на поприще разрушения защиты Нериссы. Теперь клинок способен пробивать любые барьеры низкой и средней сложности, невзирая на количество влитой в них силы. Достигался такой эффект за счёт концепции «двойного» и «тройного» удара, сливающихся в один, когда материальный отрицательно заряженный клинок проходит слой защиты за счёт резонанса на обратном ходе защиты, тем самым означенную защиту игнорируя. Со сложным щитом такое не пройдёт – там слишком много слоёв, через которые трудно «протиснуться», но вот на поделки Нериссы хватит с лихвой, ведь у неё ничего сложнее банальной сферы я ни разу не видел. Последняя треть успеха заключалась в правильной координации и работе исполнителей, собственно, поэтому и был привлечён Рейтар – этот воин ударит тогда, когда нужно, и так, как нужно, даже если его в этот момент будут поджаривать молнией или поливать кислотой.

Поскольку о предстоящем я знал заранее, то уже присмотрел несколько подходящих вариантов, один из них сейчас и требовалось протолкнуть. Причём это должен быть вариант, идеально способствующий реализации как минимум двух заготовленных мной тактических схем…

– Почему? – заинтересованно поправила очки Тарани.

– Присутствие кота в ветеринарной клинике никакого удивления не вызовет, мало ли что с ним могло случиться? Мартовское обострение припозднилось, хвост дверью прищемил, инфаркт в ожидании охотников заработал, – пожимаю плечами. – Помимо этого, сегодня праздник, а значит, большого количества посетителей там не будет, плюс клиника, как и любое уважающее себя медицинское учреждение, имеет кучу бессмысленных запутанных коридоров, где легко можно разместить засаду практически любой численности. Ну и последнее: не так далеко бежать его откачивать, если что.

Слушатели переглянулись.

– Эм… – Вилл ещё раз вопросительно оглядела лица присутствующих, как бы предлагая высказаться, но желающих не нашлось. – В чём подвох?

– Да, в принципе, ни в чём… – прячу руки в карманы брюк. – Разве что по местному законодательству наши действия будут квалифицироваться как «проникновение со взломом», но вам же не привыкать? Да и то только если клиника будет закрыта.

– А если нет? – очень осторожно спросила напрягшаяся Тарани.

– Зависит от обстоятельств, – пожимаю плечами, старательно «не замечая», как у девочек вытянулись лица. – Если мне придётся воздействовать на персонал магией, то наверняка это можно увязать со взятием заложников или принуждением с применением оружия. В общем, был бы человек, а статья найдётся, – жизнеутверждающе закончил я и перешёл на более энергичный тон: – Ну что, пойдём или так и будем здесь стоять, пока мать нашей златовласой эльфийки не соизволит заметить, что её дочурка как-то резко вытянулась с последнего разговора?

– Упс, – пискнула Хай Лин, – нас же видели Крисс с Лилиан!

– И Ирма с ними ушла… – тихо продолжила мулатка, широко распахивая глаза.

– Вот чёрт… – поддержала их «златовласая эльфийка».

– Поздравляю, – сообщил я, наблюдая за тем, как Вилл густо краснеет, имея очень сконфуженный вид. – И нет, не станем развивать тему – мне слишком больно осознавать, что с таким подходом к конспирации вы смогли меня победить. Просто уменьшите себя до привычных пропорций и пойдём, а то эта дура, чего доброго, всё-таки сообразит напасть до того, как мы подготовим место.

– А с Нериссой что хоть не так? – смущённый Рыжик уже достала кристалл, но без ответа стерпеть мою реплику, видимо, гордость не позволила.

– Ну, я бы на её месте ещё вчера проник в квартиру, прикрылся иллюзией и, дождавшись полуночи, спокойно поджарил кота, пока он никого не успел предупредить и никакой охраны нет. Но, по всей видимости, размер мозга у неё даже меньше, чем у нашего пушистого друга, который по непостижимым для меня причинам не сообщил о проблеме ещё неделю назад, да и сегодня непонятно чего ждал почти десять часов, прежде чем поднять панику.

– Эй! Хочешь сказать, я сам хотел быть изжаренным ведьмой?! – возмутился кот.

– Мохнатый, к тебе никаких претензий, – успокаивающе поднимаю руки. – Для своей видовой принадлежности ты изумительно гениален. Речь про интеллектуальный уровень некой самозваной соискательницы вселенского господства. Ну что, вы закончили? – поворачиваюсь к вставшим тесной группкой стражницам, которые секундой назад, в облаке весёлых искр, несколько убавили в росте.

– Да, можем идти, – избегая смотреть на меня, ответила Вэндом. – Только в какую клинику направимся?

***

В качестве места засады после вдумчивых поисков в интернете была выбрана государственная ветеринарная больница города. Почему она? Тут совпал целый ряд причин, во-первых, как любое государственное учреждение, она имела весьма странную планировку, связанную с периодом полураспила такого элемента, как «бюджетий». Что поделать, подобное характерно для любого мира, страны и региона, разве что масштабы разнятся, да и только. В общем, «освоение» дополнительных пары-тройки миллионов создало несколько лишних коридоров, шахт лифтов и лестниц в самых неожиданных местах, ну и сама ветеринарная лечебница была куда крупнее «частных лавочек». Вторым плюсом являлся статус лечебницы. Она была государственной, а сегодня, напомню, праздник. И если частные клиники в большей своей части работали в режиме обычном, то выбранная нами сейчас имела лишь дежурного врача да пару охранников, заморочить которых было очень нетрудно.

– Итак, всё-таки проникновение со взломом и захват заложников, – осматриваю выбранное для засады помещение. – Навевает воспоминания, Вилл?

– Я понятия не имею, о чём ты говоришь! – отвернулась Рыжик, складывая руки на груди.

– Интересно, как там Ирма? – мечтательно протянула Хай Лин, спасая подругу от дальнейшего смущения… эм, я хотел сказать, истязания с моей стороны. Точно-точно, истязания! – Наверное, уже набрала кучу сладостей…

– Боюсь, мы этого не узнаем до конца праздника, – вздохнула Вэндом.

– Почему же? – вскинул бровь я, оборачиваясь к девушкам. – Узнать очень просто, – провожу рукой над полом, активируя чары дальнего зрения, так любимые прежним Фобосом.

Пол подёрнулся рябью, а потом над ним раскрылась круглая воронка, почти сразу успокоившаяся и налившаяся красками.

Изображение показало компанию добытчиков с высоты в несколько метров. Впереди шла явно недовольная происходящим Ирма, за ней бодро семенил паслинг, уже жуя что-то из бумажного мешка в руках. Замыкали процессию двое болтающих детей:

– А где водопад из сластей, что ты обещал? – спросила маленькая светловолосая девочка в костюме ведьмы.

– Я ещё не применил стратегию! – важно ответил паренёк в пижаме, долженствующей изображать наряд ниндзя. – Учись: «Меня отпустили из приюта на одну ночь, дайте сладостей».

– Ух ты, я чуть не отдала свои. Отличный ход! – похвалила его Лилиан.

– Ещё бы! – возмутилась услышавшая это Ирма, разворачиваясь к детям. – Знаешь, сколько я его придумывала?! Но ты забыл самое главное, братец, – стражница выхватила из рук парня пакет с конфетами.

– Эй!

– Первое, – не слушая протесты, начала девушка, высыпая содержимое пакета в мешок Бланка, – пустой кулёк для конфет, – для наглядности фея ткнула в опустевшую тару пальцем. – Второе – милое личико, – указательный палец переместился к лицу своей хозяйки, на которое та, опять же наглядности для, нацепила ангельски-умоляющее выражение. – И третье – жалостливый рассказ! – Ирма сложила руки перед грудью и плачущим голосом продекламировала: «Мой брат очень болен и не может собирать конфеты… Дайте что-нибудь, чтобы его утешить!»

Наблюдая за этой картиной, я молча протянул руку и вытащил из кармана штанишек Вилл её мобильник. Благо для прохода под объективами камер в приёмной девочки вновь приняли человеческий облик. Конечно, можно было бы проникнуть через чердак, но они перевоплотились, даже не думая спрашивать моего мнения.

Потрясённая такой фамильярностью стражница ещё не успела найтись со словами, когда я уже обнаружил нужный номер и нажал вызов.

– Да, Вилл? – удивлённо ответила Ирма, на изображении доставшая зазвонивший телефон.

– Ты учишь детей притворству, обману и мошенничеству ради наживы… Одобряю, – сообщил я и положил трубку.

– Э?!

– Что? – оглядываю ошарашенных девочек. – Я же сказал, что буду морально с ней.

– Ты её морально уничтожил! – возмутилась аловласка, даже ногой притопнув.

– Сомневаюсь, – привычно цепляю на лицо маску высокомерного сноба. – Она хорошо прониклась сутью Тёмной Стороны.

Тем временем у Ирмы:

– Что тебе сказали? – насел на сестру Крисс.

– А-а-а-а… Ничего! Просто Повелитель Зла одобрил мою стратегию! – дёргая глазом, призналась фея.

– Вилл – это Повелитель Зла? – подозрительно нахмурились дети.

– Эм… – стражница воды явно затруднялась с ответом. – Нет… Его заместитель.

Я с выражением покосился на Вэндом. Та стояла с перекошенным лицом, на котором крупными буквами был написан отказ верить в услышанное, а также какой-то детский испуг.

– Что ж, поздравляю с повышением! – улыбаюсь, развеивая чары. – Ещё минуту назад ты была всего лишь спасительницей Земли, а сейчас уже мой заместитель. Продолжай в том же духе – и однажды у тебя будет своя Тёмная Цитадель и титул Тёмной Леди.

– С-спасибо… я как-нибудь обойдусь, – алея как маков цвет, ответила девушка. – И отдай мой телефон! – а вот дёргать так не надо, можно и сломать хрупкую вещь.

– Не поверишь, в тринадцать лет я говорил маме то же самое, – добавив в голос участия, поделился я сокровенным. – Ну, кроме телефона.

В ответ меня легонько ткнули локтем в живот и насупились. Милота…

– А ты так за кем угодно подглядывать можешь? – растерянно поправив очки, спросила Тарани.

Осознав её вопрос, остальные стражницы сперва замерли, а потом медленно подняли на меня большие-большие глаза.

– Ой… – Хай Лин прикрыла рот ладошкой. – Как это…

– Мерзко! – закончила за неё Корнелия.

Калеб сию оценку активно поддержал киванием головой и очень суровой физиономией, но уши у парня покраснели.

– Фобос, ты… ты же не… – глядя на меня с суеверным ужасом, начала Вилл, но я уже понял, куда ушла фантазия юных умов.

– Не знаю, о чём вы подумали, но сделайте лица попроще. Что касается вопроса, то да, я могу так наблюдать за кем угодно, если он не защищён специальной магией. Предупреждая следующий вопрос: нет, с Нериссой так не получится.

Девочки слегка расслабились, но подозрение из их взглядов не исчезло. Что самое обидное, с тем же чувством в мою сторону поглядывали и Миранда с Седриком, даже в позе Песочника что-то такое было. Один Рейтар – Святой!

– Э-э-эм, ладно, – нехотя поставила точку в теме аловласая чародейка. – Что делаем? Просто сидим и ждём Нериссу?

– Разумеется нет, моя дорогая апрентис, – с улыбкой изучаю фигуру девушки.

– Кто-кто? – заинтересованно переспросила Хай Лин.

– М-м-м, ученица Тёмного Лорда. У ситхов, – улыбаемся и машем.

– Так, девочки, признавайтесь, кто дал Фобосу диск со Звёздными Войнами?! – леди Вэндом очень недобро глянула на своих подруг. Да и Калебу досталось.

– Пф, я бы попросил! – пренебрежительный жест рукой получился уже автоматически. – Вообще-то я был одним из спонсоров данного фильма.[7]

И тишина-а-а…

– Что? Правда??? – тихо высказала общее изумление Тарани.

– Разумеется, – степенно киваю.

– Но… Но ведь там побеждают Повстанцы! – в полном изумлении воскликнула Хай Лин.

– Когда-то я тоже возглавлял вооружённое восстание… – угу, как щас помню, стою я, значит, на броневике…[8] Хотя если я это скажу, меня точно убьют. Просто чтобы сохранить мозг.

– Но ведь тёмные там – плохие!

– А Вейдер всё равно круче всех, – парировал я.

– Но!..

– Ой, да ладно вам, это называется «непрямая пропаганда». Знаете, сколько миллионов жителей Земли благодаря этому фильму разделяют идеи Империи и Тёмной Стороны? Попытайся я захватить этот мир – у меня бы в любом случае были бы противники, а так куча людей готова встать под мои знамёна и приемлет мои методы, нужно добавить всего пару штрихов перед вторжением и организовать эти массы.

– А-а-а-а-а… – всё, они уничтожены. Как же обидно, что это неправда! С другой стороны, план вполне реален… Хмм… – И… седьмой части? – с жалобной хрипотцой выдавила из себя Рыжик.

– Нет, – теперь добавим в образ немного досады и разочарования, – в тот момент я уже сидел в тюрьме и не смог вмешаться и убить съёмочную группу с режиссёром.

– Ну да, что бы ещё ты делал?! Только и знаешь, что притеснять и убивать! – решил, что сказал нечто умное, Калеб.

– Хмм… Ну, в принципе… Как бы… – замялась Вилл.

– Упс, – поддержала её Хай Лин. – Так вот что чувствуешь, когда добрые дела становятся, ну… очень недобрыми… Частично, я имею в виду! – поспешила поправиться она, глянув на блондинку.

– Ты… – означенная блондинка недовольно поджала губы. – Короч… Чёрт! – девушка сжала кулаки и резко отвернулась, взметнув шельф золотых волос. – Мог бы и раньше сказать! – прозвучало обвинительно, повергнув нашего героического повстанца в шок.

Да и не только его. Я сам был в шоке! Это что, она сейчас так признала, что я не главное зло во Вселенной? Похоже, из серии: «есть вещи и отвратительней».

– Эй, мы вроде бы хотели делом заняться, нет? – заметив реакцию окружающих, совсем смутилась Корнелия и выпустила иголки.

– О, если бы вы были чуть внимательнее, то заметили бы, что я могу делать сразу несколько вещей, например, вести светскую беседу и накладывать комплекс иллюзий.

– Иллюзии? – вздёрнула бровь аловласка.

– Скажи, Вилл, откуда мы пришли? – поворачиваюсь к фее, та, в свою очередь, разворачивается назад и упирается в стену.

– Кстати, а где Рейтар, Седрик и Миранда? – Тарани начала крутить головой по сторонам, пытаясь обнаружить вроде как стоявших с нами «гвардейцев».

– Уже заняли предназначенные им места, вот тут, – делаю шаг к «стене» и прохожу сквозь неё.

– И зачем всё это? – нахмурилась Вилл, выныривая рядом.

– Естественная планировка – это, конечно, хорошо, но оставляет слишком много свободы манёвра. Кстати, во время пути я тоже слегка изменил обстановку.

– А заранее ты сказать не мог? – набычился Калеб.

– А зачем? Чтобы ты попусту препирался, тратил моё время, не будучи способным предложить ничего иного, кроме разве что варианта «а давайте накинемся на неё всем скопом, может, у кого-то получится»? Благодарю, но я лучше займусь чем-то… менее бессмысленным. Например, посчитаю облака… – нет, мне определённо нравится его бесить, к тому же в таком состоянии его куда проще будет подтолкнуть на нужные действия. – А теперь советую всем превратиться и занять свои места. Песочник, будь добр, соберись плотной массой вон в том уголке, спасибо, – одновременно со словами накладываю на демона иллюзию больничного шкафа с лекарствами…

Вилл Вэндом. Некоторое время спустя:

– Она здесь, готовьтесь, – скомандовал Фобос в образе пожилого врача и прошёл к операционному столу.

– А Гринпис бы этот план не одобрил, – пытался воззвать к их совести Наполеон, стоя на этом самом столе.

– Я злой тиран из соседнего мира. Ты думаешь, мне есть дело до вашего Гринписа? Бери пример с Вилл, она прекрасно исполняет свою роль.

Стражница, находящаяся в облике длинноногой пышногрудой медсестры с пышными чёрными волосами и в форме, будто взятой из какой-то кино-пародии, если не из чего похуже, на это заявление только фыркнула. Фобос в очередной раз не смог упустить момент и не устроить свои шуточки! Как будто для них сейчас было время! А уж его оправдания:

«Да, сделал брюнеткой, и что такого? У тебя и мама такая».

«Грудь увеличил до третьего размера? В чём претензия? У тебя мама такая».

«Росту прибавил? Ну так… Да, наследственное. И хватит уже возмущаться! Я же тебя не в уродливую старуху превратил».

«Что-что? Мини-юбка и декольте до пупка – это стандартная форма медперсонала! Что «нет»? Ну, все претензии к вашему телевидению, я человек дикий, средневековый, мне в этом разбираться не положено! В любом случае, по сравнению с тем, как вы одеты в образе стражниц, мой вариант ещё очень закрыт и культурен, даже юбка длиннее почти на десять сантиметров!»

Последний аргумент перебить было невозможно, особенно потому, что при таких разговорах хотелось провалиться сквозь землю, а лицо горело так, будто она ошпарилась кипятком, так что, скрипя зубами, девочка тогда сдалась, вот только, казалось, оставленное в прошлом ощущение, что над ней откровенно издеваются, никуда не делось. Да что там, она была уверена, что Фобос нагло врёт и сделал всё специально! Он не мог не врать, особенно на фоне недавно услышанных откровений! Но переспорить его было просто невозможно! Хуже того, спорить на эту тему было настолько стыдно и неловко, что просто… Невозможно! От одной мысли, что он смотрит на неё такую, хотелось сбежать и забиться куда-нибудь глубоко-глубоко! И он этим пользовался! Невыносимый, противный, наглый, несносный… Ну почему он не мог выбрать для этого другое время?!

За дверью послышался шум, и все посторонние мысли разом вышибло из головы. Операционная имела два выхода в разных концах помещения, переходящих в коридоры. Сейчас один из выходов был скрыт иллюзией – «чёрный ход» на случай, если план провалится. Также были несколько «уменьшены» размеры самого помещения – стены стали ближе примерно на метр, а в «потерянном пространстве» как раз и разместилась засада.

И вот двери операционной распахнулись, и Нерисса царственно прошествовала в помещение, совершенно не скрывая ни своего облика, ни разрядов магии вокруг.

– Так-так… Хранитель Сердца, разложенный и готовый к употреблению, как мило, – неестественным, отдающим металлическим эхом голосом ухмыльнулась колдунья. – Вы мне не нужны, идите прочь, – последнее относилось к ним с Фобосом, а для наглядности она ещё и сотворила на руке огненный шар.

Тот факт, что князь опять оказался прав и она получила силы всех стихий, Вилл обдумала уже на пути за операционный стол, куда её решительно затянул тот самый князь, старательно изображая на лице испуг, как и положено обычному доктору.

Сердце забилось чаще, в животе поселился холодок, натянутые нервы задрожали как струна. Волшебница сама не заметила, как отчаянно вцепилась в руку Фобоса.

По плану, Наполеон должен был изобразить ужас и, убегая, спрыгнуть следом, тем самым теряясь из виду и заставляя ведьму пройти чуть ли не вплотную к этому укрытию. А там всего полшага. Она сможет отвлечь, а Фобос – схватить посох. Секунда – это всё, что им нужно для победы! Одна секунда, для создания которой все должны сыграть идеально!

Сверху раздался треск и взрыв, как от попадания молнии. Чёрный силуэт кота стремительно пролетел над головой, вроде бы даже что-то крича. Что именно, Вилл не осознала, всё её внимание было сосредоточенно на напрягшихся в ожидании прыжка ногах и звуке приближающихся шагов.

Нерисса уже почти подошла к столу, но тут события понеслись совсем не по сценарию! Она выдохнула широкий конус огня, явно даже не слишком целя в Наполеона, а лишь желая выкурить его из убежища, но это сломало всё! Достигнув иллюзорной стены за спиной Вилл, пламя предсказуемо не встретило препятствий и прошло дальше!

– Что?! – эхом отразилось от стен удивление колдуньи.

Время для Вэндом будто замерло. Рука, которую до сих пор, как оказалось, сжимал Фобос, ощутила, как напрягся тёмный принц, а в следующий момент волной Силы просто сорвало все старательно наведённые в помещении иллюзии.

– Неужели вы правда думали, что я клюну на этот трюк дважды? Умрите! – от Нериссы по сторонам разошлись тонкие, но множественные разряды, и по ушам стражницы ударил дружный крик боли нескольких друзей.

Саму девушку прикрыл Фобос, а дальше они вскочили одновременно, но поздно – вокруг молодящейся старухи сформировался защитный купол, и сдвоенный магический удар пропал втуне, вызвав лишь издевательский смех ведьмы.

Увы, дальше события слились в череду безумных фрагментов. Бросок Седрика, тучи взметнувшегося песка, крики, команды, треск электрических разрядов и рёв пламени. Она сама что-то кричала, пытаясь координировать действия подруг, Калеб пытался отвлечь внимание, Миранда пускала паутину, но всё тщетно – повторялась история в развлекательном центре, когда, несмотря на численное преимущество и разнообразие атак, у них просто не хватало сил. Было даже хуже! Там Нерисса владела только молниями, а сейчас ещё и всеми остальными стихиями!

С начала боя не прошло и минуты, а помещение уже было полностью разгромлено: горел пластик, выла пожарная сигнализация, глаза застилал едкий дым, а в нос била химическая вонь. В какой-то момент Вилл поняла, что рядом нет Фобоса, но не успела даже толком удивиться, как в царящей вокруг какофонии очень отчётливо прозвучал крик паникующего Наполеона:

– А-а-а-а, спасите! – кот на всей скорости бежал к «чёрному ходу».

– Не спеши так, милый, – заметила его колдунья и с широкой улыбкой на лице оторвалась от земли, пуская ему вслед струю огня.

В последний момент регент Земли успел выскочить за дверь и скрыться за поворотом, а Вилл что есть силы послала разряд молнии в спину ведьмы. Не навредить, так хоть отвлечь!

В этом она была не одна, Корнелия с Хай Лин одновременно использовали свои силы и оторвали от пола массивный операционный стол, швырнув его наперерез бывшей стражнице. Грохот от столкновения конструкции с дверным косяком, наверное, перепугал половину квартала, но путь Нериссе был на какое-то время закрыт.

– Это меня не остановит! – высокомерно сообщила ведьма и исчезла во вспышке телепортации.

– Быстрее в коридор! Нужно найти Наполеона! – команда-приказ вырвалась из уст девушки раньше, чем мозг сообразил последствия произошедшего.

Участники неудавшейся засады спорить не стали и дружно бросились ко второй двери. Про Фобоса Вилл вспомнила, только пролетев несколько поворотов, но искать его уже не было времени – команда уже разделилась, пытаясь охватить поисками как можно большую площадь.

Поворот, поворот, ещё поворот…

– Да где же ты?! – в отчаянии прошептала Вэндом, сама точно не зная, кому именно адресовала вопрос.

Тут сбоку послышался шум и крик Хай Лин, возвещающий, что они нашли Нериссу. Так быстро Вилл в полёте ещё никогда не останавливалась! Звуки доносились откуда-то со стороны главного входа, и девочка поспешила в том направлении, чуть было не вписавшись несколько раз в стену от спешки.

Приёмный покой открылся резко. На полу валялись тела оглушённых (Вилл очень хотела в это верить!) охранников и персонала, в центре зала Хай Лин и Тарани кое-как отбивались от наседающей Нериссы. Сил стражницам отчаянно не хватало – ведьма играючи отмахивалась от всех их приёмов, даже оборачивая некоторые назад и вот-вот грозя достать девочек собственной молнией.

Времени на размышления не оставалось, и девушка поспешила помочь подругам, вкладывая в собственную атаку всю доступную силу, почти до боли в теле, но тут случилось то, что она никак не могла ожидать! Неожиданно откуда-то возник Фобос и… прыгнул на колдунью!

Что именно произошло – Вилл рассмотреть не успела, слишком был неудачный угол обзора, но вот послышался хрустальный звон, и защитный барьер вокруг ведьмы осыпался, но… Это уже не имело значения: дымящийся принц пролетел по коридору и впечатался спиной в стену, по которой и сполз, замерев на полу сломанной куклой. Девушка так и не поняла, как смогла удержать себя от вскрика. В душе поднялась странная волна, в голову полезли совсем не своевременные мысли – как они с Фобосом сидели в его комнате и он объяснял заклинания, или его песня сегодня утром, или… зрение расплывалось.

Со злости Вилл прикусила губу до крови – сейчас не то время и не то место. И вообще, этот тип всегда выкручивался, он не мог так глупо погибнуть!

– Мряяяу, н-не подходи! – вдруг отвлёк её, как, собственно, и Нериссу, кошачий крик из другого конца зала.

– Вот ты где, котик, – оскалилась приходящая в себя ведьма.

Вилл уже поняла, что будет дальше, но пущенная ей молния встретила лишь пустоту на месте вспышки телепортации. Огненный шар и поток воздуха, в тот же момент пущенные девчонками, постигла та же участь.

Поворот головы в сторону Наполеона – и сердце стражницы ушло в пятки. Коридор кончался тупиком и шахтой лифта. Кот был загнан в угол!

– Кис-кис-кис, – поманила затравленно вжавшегося в стену Наполеона ведьма, стоя прямо перед ним. – Иди сюда, котик, я сломаю твою тщедушную шею собственными руками!

– Нет! – одновременный испуганный вскрик Корнелии с Калебом от центральной лестницы на миг отвлёк колдунью – и кот прыгнул, пытаясь проскользнуть между её ног.

Нерисса это заметила и молниеносно перегородила ему проход посохом… В который железной хваткой вцепился Фобос, каким-то образом появившийся вместо растворившегося Наполеона.

В первый миг Вилл ничего не поняла. Все звуки будто исчезли, она даже замерла в воздухе, хотя до этого момента стремительно летела к колдунье. Разум отказался верить в увиденное, ведь Фобос же…

Несколько голов, в том числе и голова ведьмы, одновременно повернулись к другому концу зала, но тела принца у стены уже не было.

– В чём дело? – бархатный голос князя разрушил звенящее недоумение, а сам Тёмный Маг добродушно улыбнулся своей жертве. – Потеряла дар речи?

Фиолетовый кристалл в навершии посоха вспыхнул, озаряя помещение слепящим белым светом, и тело бывшей стражницы исчезло. Ещё одна маленькая вспышка – и на руке принца появляется вычурный драгоценный перстень…

Глава 13

Те же время и место, всё ещё Вилл.

Потрясённая тишина тянулась долгую, невероятно долгую секунду, во время которой девушка никак не могла решиться поверить в увиденное. В голове царил настоящий бедлам из мешанины образов, смутных мыслей и непонятных эмоций. Наверное, самым логичным в этой ситуации было задаться вопросом «Неужели всё?», но, казалось, мозг боится даже озвучить этот вопрос.

– И всё-таки он классный!!! – с громким звоном осколков невидимого купола ворвался в сознание стражницы восторженный крик Хай Лин, что от избытка чувств уже повисла на шее Тарани.

Вилл мотнула головой, прогоняя наваждение. Звуки вернулись, напряжение медленно отпускало, на лицо сама собой выползла глупая улыбка, а в сердце разгоралось сладостное, пьянящее чувство Победы!

– Благодарю за лестную оценку, – голос Фобоса изменился: тихий, вкрадчивый… теперь он сопровождался таким же потусторонним эхом, как у Нериссы, и был отчётливо различим даже из конца коридора. – Однако не будем расслабляться – мы изрядно нашумели, и скоро здесь станет не протолкнуться. Найдите кота, а я пока замету следы нашего здесь пребывания. Встретимся в книжном магазине.

– А как?.. – у девушки на языке крутилось множество вопросов, от самых глупых и банальных, вроде «Ты в порядке?», до желания выяснить все подробности того, как у принца получилось так разыграть колдунью, но все они были прерваны властным жестом.

– Всё потом, Вилл. Наверху разгорается пожар, и кот всё ещё может пострадать, поговорим в магазине.

В груди кольнуло каким-то смутным беспокойством. Рыжеволосая стражница пристально вгляделась в глаза князя, мысли заметались с утроенной скоростью: тревоги, опасения, старые привычки подняли голову и наперебой начали рисовать картины одна другой хуже, но… Серые глаза смотрели прямо – и младшая Вэндом уверенно кивнула.

– Хорошо, рассчитываю на тебя, – и пока сомнения не успели вернуться, девушка поспешила к лестнице наверх, увлекая за собой подруг.

Если бы Фобос хотел их обмануть, ему бы не было резона играть спектакль и призывать спасать Наполеона, он мог просто уйти. Или напасть, не вступая в разговоры. Один раз он уже их победил, имея в руках силу лишь одного Сердца. Глупо рассчитывать, что с тех пор что-то изменилось или с Посохом Нериссы он будет управляться много хуже. А значит, вон из головы глупые мысли! Она уже не наивный ребёнок!

– Ты уверена? – взволнованно спросила Корнелия, пристраиваясь рядом в воздухе.

Признанная первая красавица школы бросала назад встревоженные взгляды, явно намекая на судьбу Элион, которая оказалась в руках брата вместе с Сердцем Меридиана, но кричать и чего-то требовать не решалась. Вилл могла поклясться, что её подругу сейчас раздирают те же самые опасения, которые только что ощущала и она сама. Причём Корнелии, должно быть, приходилось ещё сложнее, ведь она до самого конца с Фобосом только что не лаялась, а теперь вынуждена была полностью положиться на его слово.

Даже от простой попытки представить, каково ей сейчас, у Вилл сжималось сердце, потому она поспешила успокоить подругу, используя те же доводы, которыми успокаивала себя:

– Если бы он хотел нас обмануть, то не стал бы посылать за Наполеоном и назначать место встречи… – девочка очень надеялась, что её голос звучит достаточно уверенно. – Ему вообще было незачем с нами разговаривать, сомневаюсь, что мы смогли бы что-то сделать против Фобоса с более чем двумя Сердцами, парочки оборотней и Рыцарей Мщения одновременно.

– Да-а, повезло, что он на нашей стороне, – радостно произнесла Хай Лин, наверняка стараясь приободрить зажатых товарищей.

Получилось не очень. По крайней мере, сама Вилл не могла сказать, что её это сильно приободрило. То есть… Она, конечно, была рада, но… Нет, то, что им повезло, она тоже понимала и признавала! Да и Фобос и правда классно всё сделал. Даже круто… Но что-то на грани сознания никак не прекращало зудеть. Что-то тут было не так. Что-то, что она упускала.

К сожалению, несмотря на все усилия, понять, в чём дело, главная стражница так и не смогла, а вскоре стало и не до этого: дым на втором этаже уже сильно распространился, и переживания за кота, который мог в нём задохнуться, на некоторое время полностью вытеснили из головы все другие мысли.

– Нашла! – крик Тарани из очередного помещения стал бальзамом на душу.

– Кха-кха… – хриплый голос появившегося на руках у отличницы Наполеона ни с чем нельзя было спутать. – Я уж думал – всё, так и помру, сидя под веником…

– Да, это было бы очень обидно, учитывая, что тебе довелось пережить, – посочувствовала котику Хай Лин.

– Отлично! Все здесь? – Вилл приземлилась рядом с найдёнышем и огляделась.

– Что с Нериссой? Она далеко? – заволновался пушистый, нервно зыркая по сторонам.

– Можешь не переживать, – с улыбкой погладила его Тарани. – С Нериссой покончено, теперь нам грозит только быть застуканными нагрянувшими пожарными.

– Что?! Как?!

– Объясним потом, – Вэндом сама не сдержала улыбку, видя потрясение на морде кота, – а сейчас уходим, не хочу встречаться ни с пожарными, ни с полицией.

Последнее утверждение было близко всем присутствующим, потому возражений не последовало. На свет появился кристалл, и, сосредоточившись, рыжеволосая лидер группы перенесла всех в холл книжного магазина…

Фобос уже был тут и, судя по всему, ждал только их. В руках тёмного князя покоился посох Нериссы, сам он был одет в свою излюбленную чёрную мантию, а внешность подростка, в которой он ходил почти постоянно с момента освобождения, сменилась его настоящим возрастом. Недалеко от него застыл мрачный Рейтар, чьё тело было плотно перемотано бинтами. И последним штрихом выступали оборотни, скромно приткнувшиеся у одного из книжных рядов и уже вернувшие человеческий облик.

– Ну наконец-то, я уж начал беспокоиться, – поприветствовал их принц, чей голос вновь стал прежним.

Понять, издевается ли он, намекая на их нерасторопность, или говорит серьёзно, как обычно, было нельзя, но Вилл предпочла не обратить внимания на эту мелочь.

– Ты в порядке? – вопрос сорвался сам собой, даже несмотря на то, что сама девочка ещё недавно убеждала себя в его глупости. – Тот удар о стену и молния Нериссы, как тебе удалось до неё добраться?!

– О, не волнуйся, я специально сделал Рейтару парочку артефактов на такой случай, – ухмыльнулся князь. – Пару дней, конечно, ещё поболит, но в целом он полностью здоров.

– Рейтару? – девушка перевела недоумевающий взгляд с самодовольного лица принца на забинтованного воина и обратно. В сознании начала формироваться догадка…

– Именно, – подтвердил её подозрения маг. – Поскольку план «А» не сработал, пришлось прибегать к плану «B». Он, правда, тоже вышел не до конца, но зато «С» прошёл как по нотам.

Чародей просто лучился удовольствием и гордостью, а от взгляда, которым он смотрел на неё, почему-то по спине начинали скакать табуны огромных мурашек. Вспыхнувшее от этого смущение разом подстегнуло стук сердца в груди и общую растерянность девушки, и это требовалось как можно скорее скрыть!

– То есть… – мысли в очередной раз судорожно заметались. – Когда вы с ним поменялись местами? И как он смог сломать защиту Нериссы?!

– Ну ты же помнишь, над чем я работал в последние дни? – небрежно пожал плечами принц, к немалому тайному облегчению стражницы поднимая взгляд от её лица к потолку. – Результат моих расчётов лёг чарами на меч Рейтара. А поменяться… Право слово, у нас была масса времени с момента, как ведьма сбежала из операционной.

– Секунду! – подпрыгнула на месте Хай Лин, поднимая указательный палец. – Я одна ничего не понимаю? Какие-такие «план B», «план С»? Разве мы не планировали просто отвлечь Нериссу и схватить посох?

– Это был план «А», – мягко улыбнулся Фобос, переключая внимание на азиатку. – И прежде, чем вы начали забрасывать меня глупыми вопросами: любой разумный стратег должен иметь парочку запасных планов на случай нежелательного развития ситуации. Согласитесь, это не так уж сложно – заранее спросить себя: «а что делать, если основной план провалится?»

– И что же? – чувствуя себя невероятно глупо, но почему-то не в силах промолчать, озвучила вопрос Вилл.

– Зависит от обстоятельств провала, – качнул рукой чародей. – Сколько вариантов придумаешь, столько и сможешь учесть.

– Не хочу показаться назойливой, но когда ты уже выпустишь Элион? – с нервным напряжением в голосе напомнила о себе Корнелия. – Лекцию нам прочитать можно и потом.

– В течение пары часов, – отмахнулся Фобос. – Не бойся, нарушать условия нашей сделки невыгодно, в первую очередь, мне. Но перед тем, как выпустить её, нужно ещё кое-что сделать, чтобы безопасности моей дорогой сестрёнки ничего не угрожало. Так, на чём я остановился? Ах да, мои действия… – князь самодовольно усмехнулся и принялся расхаживать по магазину. – Когда вы все бросились из операционной спасать нашего мохнатого друга, мы с Рейтаром поменялись местами, и в дело вступил план «В». Он, под моей личиной, должен был неожиданно атаковать Нериссу и разбить её защиту, в идеале – нейтрализовав ведьму…

– А зачем использовать твою личину? – перебила мужчину Тарани, нетерпеливо поправив очки. Наполеон уже успел спрыгнуть с её рук на пол и теперь всеми силами старался прикинуться деталью интерьера.

– Это на случай плана «С», – пояснил меридианец. – Если ведьма переживала атаку Рейтара, это автоматически означало её ответ и выведение самого Рейтара из строя. К тому же существовала высокая вероятность, что щит при разрушении сам выступит поражающим фактором – наполнявшая его энергия должна же была куда-то деваться. Что в итоге и произошло…

– Но он же мог погибнуть! – возмущённо-неверяще воскликнула Хай Лин.

– Лучше умереть за Князя, чем жить для себя! – непреклонно рубанул с места обсуждаемый воин.

– Как бы то ни было, но, устранив единственную реальную, как она считала, для себя угрозу, наша ведьма настолько уверилась в себе и собственной победе, что не удосужилась даже восстановить защиту. Остальное было просто. Стоило показать ей наживку – и она сама всё сделала.

– А почему ты нам ничего не сказал? – Вилл чувствовала себя… нет, не обманутой, но то, что Фобос не соизволил поделиться с ней своими планами, несколько задевало.

– Ммм, моя милая апрентис, – это было произнесено с таким чувством, таким посылом, что бравый лидер стражниц вмиг пожалела, что вновь решилась обратить на себя внимание, – в военном деле есть такое понятие, как «необходимо-достаточный уровень информированности». Того, что знали вы, было более чем достаточно для исполнения вашей части моего плана.

– Значит, ты просто использовал нас?! – возмутилась Корнелия.

– Так же, как генерал использует своих капитанов, – мурлыкнул тёмный маг.

– Но почему? Ты нам не доверяешь? – от этой мысли Вилл становилось грустно. Пусть разумом она понимала, что совсем недавно они с Фобосом были врагами, да и потом сотрудничали на основании магического контракта, но она думала…

– Нет, Вилл, тебе я доверяю, но, во-первых, знай вы обо всех планах – и ваши реакции были бы недостоверны, и Нерисса могла бы что-то заподозрить, а во-вторых… Вероятность того, что мы не разделимся, была исчезающе ничтожной, из чего банально следовало, что к любой из вас могла подлететь «подруга», – принц выделил слово голосом, – и невинно спросить что-нибудь вроде: «какой сейчас план?» Последствия, думаю, описывать не надо.

Рыжеволосая фея смущённо покраснела. Фобос был целиком и полностью прав… опять.

– А остальные планы? Это же было не всё? – неуверенно спросила Тарани.

– Они не понадобились, – ушёл от ответа князь.

Почему-то Вилл расхотелось узнавать, в чём именно эти «остальные планы» могли заключаться. Но прежде чем она придумала, что можно спросить ещё, хоть и были мысли уточнить, о каких-таких угрозах Элион говорил принц, разговор был прерван… Прерван вылезшим из груди тёмного мага остриём меча.

Это было так неожиданно, немыслимо, нереально, что Вилл в первые секунды даже не поняла, что именно произошло. Будто в замедленной съёмке она смотрела, как Фобос кашлянул кровью, попытался обернуться и, неловко взмахнув руками, осел на землю.

Цвета в окружающем мире поблёкли. Перед глазами потрясённой школьницы осталась только чёрная мантия, по которой медленно расползалось алое пятно. И что-то белое… Испачканное в этом алом… Волосы… Его волосы…

Губы девушки дёрнулись в кривой, глупой улыбке.

«Шутка? Это шутка?» – вспыхнула в сознании спасительная мысль, но тут же пропала. А в следующий момент на заднем фоне что-то шевельнулось, и в мир начали возвращаться краски. И первое, что она увидела – это то, как за упавшим телом стоял позабытый всеми Калеб и сжимал окровавленное оружие.

– Как… кхе… глупо… – прохрипел с пола беловолосый меридианец, и это стало последней каплей.

Над головой лидера стражниц прошёл порыв ветра, впечатавший Калеба в стену магазина, спустя секунду его прилепило к поверхности паутиной, а рядом оказался взбешённый змей. Вилл, впрочем, было не до этого – она уже стояла на коленях перед Фобосом и судорожно пыталась остановить кровь… Странно сухую, но никак не желающую останавливаться кровь…

– Ты что творишь? – крик Хай Лин едва доставал до ставшего вдруг пустым и тяжёлым сознания…

– Спасаю вас от рабства! – яростно провозгласил лидер повстанцев, пытаясь вырваться. – Теперь вы ничем ему не обязаны, и мы можем легко освободить Элион и Совет Кандракара! Быстрее, хватайте посох, пока его подручные не спохватились, освободите меня и разобьём их вместе!

– Ты сошёл с ума, Калеб!

– Нет, я-то как раз в своём уме, это ваш разум помутился! Если бы я этого не сделал, он превратил бы вас в свои безвольные марионетки и вновь напал на Меридиан! Разве вы сами не видите?! Он вами управлял! Вы все стали его марионетками, пляшущими под его дудку! Он заморочил вам головы, притворился хорошеньким, как уже делал это с Элион, а вы и повелись, как глупые девчонки! Я лишь спасаю вас всех!

Знакомые слова заставили разум Вилл на миг отогнать чёрное забытье. Где-то она уже их слышала… Или очень похожие. Не так давно…

– Да как ты смеешшшшшь?! – Седрик, кажется, намеревался в прямом смысле слова сожрать своего врага.

А девушка наконец вспомнила. Мэтт… Он кричал то же самое. Он… Они все заодно! Все сговорились за её спиной. Они… Они оба даже не думают… Не думают спросить её! Оба они решили, что лучше всех всё знают… Оба решили, что могут… Предать. И… и… И будут правы! А теперь он… Он…

В голове отчётливо щёлкнуло сложившейся головоломкой. Школьница поняла, что именно её обеспокоило там, в лечебнице. Это был не Фобос. И не его прислужники. Её обеспокоило выражение лица Калеба. Его молчание…

– Мы дали слово… – едва слышно вытолкнули непослушные губы, но Калеб её услышал:

– Я его не давал! Клятва на меня не распространяется! И теперь Меридиан точно будет в безопасности от тирании Фобоса!

– Но… так нельзя, мы же были союзниками, и… И он не давал повода… – попыталась возразить шокированная Тарани.

– Да что вы понимаете?! – повстанец, к которому вплотную придвинулись Седрик с Мирандой в своих боевых формах, уже даже не кричал, а надрывался. – Вы вообще малолетние девчонки! Что вы знаете о реальной жизни, сидя здесь, на уютной Земле, под крылышком родителей?! Иногда для победы приходится идти на жертвы! И вообще, Меридиан – это не ваше дело! Не нравится, как мы защищаем свой мир?! Так не лезьте к нам! Я спас всех от тирана, и когда-нибудь вы поймёте, что я был прав!

Но тут воздух прорезал какой-то странный звук. Звук, которого никак не могло быть здесь и сейчас. До того немыслимый в этой ситуации, что девушка не сразу даже поняла, что именно слышит. А между тем, патетичную речь юноши прервали аплодисменты.

– Браво, Калеб, браво! – стоя в полушаге от неё, аплодировал… Совершенно целый и невредимый принц. А тот, что истекал кровью у неё на руках, просто рассыпался песком… – Даже пожелай я дискредитировать тебя в глазах стражниц, не смог бы сделать ничего лучше.

– Что? Как? – Вилл уже ничего не понимала, в прострации наблюдая, как струйки песка, стекающие между пальцами, поднимаются в воздух и, отлетая за спину мятежного князя, собираются в фигуру Песочника.

В груди бушевал ураган, сердце бешено стучало в ушах. Насыщенно-карие, до красного отлива, глаза поражённо смотрели на князя снизу вверх и никак не могли поверить в увиденное.

Чародей перевёл взгляд своих серо-стальных глаз на неё и явно что-то понял. Шаг ближе – и девочка ощутила, как на голову ложится его свободная рука, нежно забираясь в волосы.

– Вилл, – тёплый вкрадчивый голос заставил табун мурашек на этот раз поселиться прямо в животе, – ну для кого я только что разливался мыслью по древу, рассказывая, что опытный стратег всегда должен иметь запасной план? К тому же, зная Калеба, я бы сильно удивился, не сделай он чего-то подобного. Не стоит ожидать рыцарского поведения от обычного бандита, что большую часть жизни грабил обозы на дороге.

– Ты… ты с самого начала такое предполагал? – окружающие были изрядно шокированы, Корнелия вообще стояла в ступоре и переводила невидящий взгляд с принца на лидера повстанцев и обратно.

– Как один из вариантов, – кивнул Фобос. – Мне вот только интересна пара моментов: это была его личная инициатива, «дружеский совет» из Кандракара или Калеб решил пойти по стопам своей мамы? О, – принц отстранился, разворачиваясь к мятежнику, невольно породив этим поступком такую гамму чувств в душе Вилл, что та едва не пропустила всю его последующую речь, – ещё хотелось бы узнать, как ты собирался всё это объяснять Элион. Вряд ли она бы одобрила такой мерзкий, подлый и грязный приём. Напомню, за «Тёмную Сторону» в нашей семье отвечаю я. Говори, – Фобос поднял руку, его глаза и рот наполнили язычки белого пламени, и лидера повстанцев словно парализовало.

Несколько раз моргнув и обильно покрывшись потом, но так и не сумев перебороть чары, Калеб начал отвечать:

– Ей не обязательно было всё знать… в таких подробностях.

– Ммм, манипулирование маленькой невинной девочкой. Это так ты собирался верно служить собственной обожаемой королеве? Лично выбирая, что ей знать положено, а что нет… И ведь ты считаешь себя целиком правым? Отвечай.

– Д… Д-да! Это необходимо! Она слишком неопытная и не понимает, что по-настоящему нужно Меридиану!

– Чудно… – от потусторонней жути, проскользнувшей в голосе Тёмного Мага, пробрало всех присутствующих. – Кандракар участвовал в твоём плане?

– Да, – лицо парня исказилось, он явно не хотел отвечать, но выбора у него не оставалось. – Я обсуждал это с Любой… Она дала согласие.

– Ну что же, пока достаточно, – новый властный жест – и повстанец обвис в путах без сознания. – Надеюсь, это хотя бы ненамного приподняло твои розовые очки, Элион, – Фобос повернулся к стене, где ещё секунду назад никого не было, кроме небольшого комода с книгами, сейчас же иллюзия спала, и взорам окружающих предстала хрупкая блондинка.

– Элион! – Корнелия бросилась на шею к подруге.

– И… давно она тут? – осторожно спросила Вилл, поднимаясь на ноги.

– С самого начала, естественно, – улыбнулся ей принц и перевёл взгляд на обнимающихся блондинок. – Не буду врать, Вилл, – продолжил он чуть тише и как будто печальней, – это был тяжёлый выбор. Я далеко не воплощение добра, и всё моё естество, все годы правления в гниющем заживо мире требовали отомстить. Отомстить жестоко и дико, не считаясь с потерями, но…

– Но? – не выдержала паузы школьница, не замечая, как их разговор привлёк внимание всех присутствующих.

Для неё это сейчас было неважно – в памяти всплыли слова услышанной утром песни, а перед глазами возникла картина наливающейся багрянцем чёрной мантии. В горле будто встал ком, в глазах предательски защипало, и захотелось совершить что-то глупое, абсурдное, немыслимое… Вроде… Подскочить к Фобосу и крепко его обнять, повиснув на шее, но… Это было невозможно!

– Но ты меня не предала, – хлестнул по сознанию тихий ответ. – Никто из вас не предал, – заметив, как к ним удивлённо обернулись Элион с Корнелией, Фобос по-доброму усмехнулся, – даже наша воинствующая эльфийка. Быть может, с точки зрения правителя я сейчас совершаю большую ошибку, но…

Князь шевельнул посохом, и от него отделилась крохотная искра белого света. Никто не успел даже ахнуть, а искра уже стремительно подлетела к Элион и впиталась прямо в кожу. Тело девочки на мгновение приподнялось над полом, окутавшись сиянием, и растерянная королева замерла, непонимающе уставившись на собственную руку.

– …я держу своё слово, – серые глаза твёрдо взглянули в лицо Вилл. – Моя часть сделки завершена. Нерисса повержена, бывшие стражницы сейчас мирно спят наверху в вашей комнате, Элион свободна, а я отдал ей половину силы Сердца Меридиана и даже повстанца до сих пор не убил. Ваша очередь.

– Да… Ты прав, – словно в полусне подтвердила Вэндом.

Сердце стучало так, что грозило вот-вот вырваться из грудной клетки, щёки горели, в животе поселилась стая порхающих бабочек, окружающий мир подёрнулся какой-то мутной рябью. Хотелось столько всего сказать, спросить, извиниться, может быть, сделать… Особенно последнее. Она ведь так и не…

В памяти пронеслись все его издевательские шутки, взгляды, подколки. Их разговоры, её глупые попытки за ним приглядывать, его объяснения происходящего на Меридиане. Их споры, скандалы, то, как он её бесил и как подарил тот злосчастный цветок… Его волосы, спадающие с плеч, сосредоточенный взгляд, гордый профиль, мускулистый торс, проглядывающий под рубашкой… Холодные струйки воды, стекающие ей за шиворот в ванной комнате…

– Не знаю, что будет, когда активируется наша часть, но я… Хочу сделать это, будучи полностью уверенной, что я – это я! Пожалуйста, прости! – и Вилл, сама не веря в то, что делает, прильнула к принцу и, зажмурившись от страха, накрыла его губы своими…

Фобос Эсканор, несколько секунд спустя.

– Ну… В общем… Вот… – красная под цвет волос девушка неловко отстранилась, отчаянно пряча глаза.

Тишина в помещении стояла такая, что можно было без труда услышать голоса прохожих на улице, не то что приснопамятную муху. Да что там? Даже я был несколько шокирован, хоть и старательно вёл всё к этому результату каждую свободную минуту.

Губы горели ощущением от жаркого, хоть и не слишком умелого поцелуя. Правда, я стал бы последним человеком, решившимся жаловаться на такую мелочь, чего не скажешь относительно, как на мой взгляд, излишней скоротечности порыва стражницы. С другой стороны, как у неё и на это-то духу хватило?

– Хм, – почему от моего голоса она так вздрогнула? – неожиданно…

– Прости, я не должна была, – Вилл встала ко мне спиной, её голос подрагивал от волнения, да и сама она слегка тряслась. – Забудем, хорошо? Это был просто стресс от всего произошедшего. Я… Я не знаю, что на меня нашло! Вот! – девочка развернулась назад и, не поднимая глаз от пола, протянула мне Сердце Кандракара. – Н-наша часть сделки, всё как договаривались!

– Мм… – кристалл лёг в мою ладонь, и по телу прокатился приятный бриз магической энергии.

Лёгкий дискомфорт от утраты половины Сердца Меридиана исчез как не бывало. Мощь, замершая на кончиках моих пальцев, кружила голову. Три с половиной Сердца… Сила, которой хватит, чтобы в прямом смысле перевернуть любой мир! Но наслаждаться этим сейчас было ещё не время, и мне пришлось загнать эйфорию на задворки сознания.

Натянутые до предела нити контракта, связывающие меня с тремя стражницами, дрогнули и пришли в движение, скрепляя четыре души неразрывными узами. С этого момента я мог сделать с ними всё. Наивные речи Калеба про безвольные марионетки не имели ничего общего с реальностью. Безвольные? Три раза «ха»! Клятвы жизнью, душой и телом не даются ради столь убогого результата. Воля, живой разум, страсть в достижении целей, мечты и желания – всё это будет неотъемлемой частью моих стражниц, ведь всё это я могу в них вложить самостоятельно. Или изменить существующее под свои вкусы…[9]

– Признаться, во всём этом есть только один момент, которого я не понимаю… – велеречивость сама лезла на язык, не иначе как от нервов. – Что за грязные инсинуации? Я хоть раз давал повод заподозрить меня в желании превратить вас в тупых марионеток? – ну, откровенно говоря, давал, и Рог Гипноса тому свидетель, но тсссс! Моя – оскорблённый в лучших чувствах князь, моя праведно негодовать!

– И это всё, что ты хочешь сказать?! – у Хай Лин вырвался крик души.

– Если ты намекаешь, что я сейчас должен схватить Вилл в охапку, закружить на месте, провозгласить какую-нибудь романтическую глупость и запечатлеть свою любовь ответным поцелуем, то даже не мечтай – это будет слишком мелодраматично. Я себе не прощу, – открещиваюсь, совершенно искренне не желая устраивать подобных сцен. – К тому же, девочки, я всё понимаю, но будем немножко серьёзней – личные отношения следует выяснять лично и приватно, а не выставлять их на всеобщее обозрение. Я, конечно, аморален сверх всякой меры, но не лишайте меня права на смущение.

– Смущение? У ТЕБЯ?! – даже впавшая в ступор Корнелия вышла из этого замечательного состояния.

– Политика вообще и управление агонизирующим миром в частности не особо располагают к большому количеству свободного времени и насыщенной личной жизни. Но ты можешь считать, что я взял паузу для обдумывания дальнейших планов по совращению и развращению Вилл, – процедил я с такой концентрацией сарказма в голосе, что девушка мигом завяла и сморщилась, будто лимон зажевав.

– Ты… ты… невыносим, – прозвучало уже как-то устало-обречённо.

– Ну, кое-кто, видимо, считает иначе, – позволяю себе ласково покоситься на замершую в полной прострации юную Вэндом. И вот, вроде бы, ничего больше не сделал, а только та мигом взяла новый оттенок красного. – Но… это уже касается только нас.

Выразительно оглядываю всех присутствующих, включая Элион и Наполеона, замерших с одинаковыми выражениями «Куда я попал?!» в глазах. На счастье, тугодумов, которые бы и теперь не поняли информационного посыла, в дружных рядах не осталось.

– Ну что ж, раз с этой темой мы разобрались, предлагаю отпраздновать завершение операции по моему триумфальному возвращению! Ну и спасению Вселенной, но это так, мимоходом.

– И всё-таки он классный! – не особенно стесняясь, в голос повторила своё мнение Хай Лин. – Вилл, если будешь прохлаждаться, я его уведу!

– Ну началось, – вздохнула Тарани, слегка зажато поправляя очки. – А вы не забыли, что Ирма ещё где-то в городе и даже не знает, что тут случилось?

– Упс… – азиатка одарила нас застенчивой улыбкой.

– Корнелия, что здесь происходит? – с плохо скрываемой паникой и мольбой, шёпотом спросила подругу Элион.

– Я тебе потом расскажу, Эля, – так же тихо прошептала блондинка.

Мысленно вздохнув, я на секунду поднял глаза к потолку, пытаясь найти там, кому бы выразить всю мировую скорбь. И вот перед ними я распинался, выдумывая намёки на оправдания, которые смогут воспринять и понять пятнадцатилетние подростки? С тем же успехом я мог схватить Вилл и телепортироваться… на этаж выше – в свою комнату, где спокойно всё обсудить, в реакции этих зрителей ничего бы не изменилось!

Кстати о Вилл…

Осторожно скашиваю глаза на аловласку. Стоит сама не своя, взгляд ошалело блуждает по сторонам без малейших проблесков осознанного присутствия, крылышки за спиной мелко подрагивают, на лице испарина.

Срочно надо всех спровадить куда подальше и объясниться. Срочно! А то, чует моё сердце, ещё немного – и тут будет нервный срыв.

– Значит так, – возвращаю к себе внимание. – Задача номер раз – смотрим шутку и дружно смеёмся, скидывая боевое напряжение. Внимание, шутка! – вытягиваю перед собой руку и демонстрирую указательный палец.

– Э-э-э… И в чём шутка? – не поняла мулатка.

– Это палец, – для наглядности я его несколько раз согнул и разогнул. – Он танцует.

– Пф… Б… Бва-ха-ха-ха!!! – скрутило Хай Лин так, что та чуть не уронила Тарани, за которую в последний момент схватилась. – Фобос показывает палец!.. Хи… Я не могу! А-а-а-а!!! Ха-ха-ха!!!

– Идиотская шутка! – надулась Корнелия.

– Ну, свою аудиторию она нашла, – парировал я, опуская руку и начав терпеливо ожидать, когда повелительницу воздуха отпустит. К её чести, произошло это уже секунд через десять, правда, с посильной помощью Тарани и угрюмых взглядов моих «прихвостней». – Итак, раз нуждающиеся в лечении его получили, перейдём ко второму пункту. Хай Лин сейчас идёт наверх и убеждается, что с её бабушками всё в порядке. В усиление ей придаётся Тарани, в чью задачу входит оказание моральной поддержки и исполнение обязанностей гласа разума и здравого смысла, на случай, если кому-то из отдельно взятых бывших стражниц придёт в голову поднять бессмысленный женский бунт. И нет, я не намекаю на королеву Кадму.

– Бабушками?!

– Женский бунт? – с одинаково перекошенными моськами переспросили девочки, но я это нагло проигнорировал, продолжая выдачу Ц.У.[10]

– Корнелия, в силу своих сестринских обязанностей, отправляется на поиски и спасение Ирмы. В усиление ей придаётся Элион, во-первых, потому, что сама Корнелия не позволит ей остаться рядом с таким ужасным мной, а во-вторых, для моей сестры это будет ценным моральным опытом.

– Ты на что это намекаешь?! – возмутилась Хейл, уже имевшая возможность услышать мои инсинуации относительно младших сестёр вообще и Элион в частности. Но и в этот раз я не дал себе труда показать, что вообще услышал реплику.

– На выполнение всего перечисленного у вас полчаса. По истечении означенного времени я отправлюсь на Меридиан освобождать из тюрьмы своих верных слуг. Опоздаете – сами виноваты. А теперь брысь с глаз моих! Глаза б мои не видели ваших кислотных нарядов…

– А Калеб? Что ты собрался с ним делать, пока нас не будет?! – никак не хотела угомониться блондинка.

– Я обещал не убивать всех повстанцев, так что ничего с вашим обожаемым вождём не случится. В конце концов, он подданный моей сестры, её, так сказать, верный слуга, вот пусть она его судьбу и решает. Кстати, хорошо, что напомнила, – оборачиваюсь назад. – Миранда, обеспечь нашему герою комфортный наряд, такой, чтобы он не ушиб себе чего ненароком при транспортировке. Мы же не хотим, чтобы он себе заработал парочку синяков, а нас потом обвиняли в избиении беззащитных пленников?

– Поняла, Хозяин! – с энтузиазмом ответила жуткая пародия на паука с человеческими конечностями и, отодрав Калеба от стены, принялась опутывать его паутиной.

– Синяки – это слишком мало за его действия! – злобно пророкотал Седрик. – Я бы переломал ему все кости, чтобы не мог сбежать, и в таком виде притащил на плаху! Сколько раз мы проявляли к нему снисхождение, просто отправляя в тюрьму? Он ни разу даже не висел на дыбе! Может быть, сейчас, когда он явно предал даже свою обожаемую принцессу, уже пора прекратить играться в гуманизм?

Насколько я знал, в своей змеиной форме Седрик всегда становился излишне прямым и кровожадным. Это не являлось раздвоением личности или чем-то подобным, просто его человеческое и змеиное тела имели разную биохимию. Резкий переход «всеядный примат / хищная рептилия» не может проходить без последствий, оттого и складывалось впечатление, что при каждом превращении в боевую форму он выпивает ведро озверина. Тем не менее сейчас он говорил очень разумную вещь, возразить на которую, если бы дело касалось только меня, было совершенно нечего.

– А ну закрой рот, слизняк-переросток! – взвилась Корнелия, воинственно подлетая ближе. Не нужно было обладать даром телепатии, чтобы прочитать в её душе вспыхнувший страх за своего ухажёра. – Только тронь его – и я покажу тебе, что бывает со слизнями, когда они попадают между двух камней! – заявила она, глядя прямо в лицо покрытого чешуёй гиганта.

Не слишком умный поступок, учитывая, что как раз на ближней дистанции тот был, пожалуй, самым опасным противником из всех присутствующих. Но храбро, да. Хотя тут скорее имел место подростковый гонор, помноженный на опыт множества побед над Седриком в прошлом…

– Не забывайся, стражница! – угрожающе зашипел оскорблённый змей, нависая над девушкой. – Источник твоей силы уже в руках моего господина! И ты до сих пор жива только потому, что он это позволил!

– Седрик, – холодно окликнул я.

Перепалка, грозящая вот-вот перейти в горячую фазу, прервалась на половине ноты. Оборотень вздрогнул и обернулся ко мне всем телом.

Молча даю ему знак успокоиться и переключаю внимание на Корнелию:

– Как я уже сказал, решать судьбу твоего бойфренда будет моя сестра. И ради всего святого, прекрати уже считать меня глупее табуретки – только полный идиот будет провоцировать только-только сложившихся союзников на месть и агрессию. Вам и так за глаза хватит проповедей его дружков, чтобы ещё и я сам давал вам повод к конфликту, – а ещё обозлённый и жаждущий мести Калеб в лагере Элион будет мне банально полезней. Хотя бы тем, что гарантирует мне наличие развязанных рук на любые военные действия в Меридиане, ведь он не удержится и обязательно совершит нечто, что можно рассматривать как акт военной агрессии.

Недовольная стражница попыталась прожечь меня взглядом, но что на это ответить – не нашла. В результате ваш покорный слуга удостоился громкого фырка, демонстративного поворота на каблуках и дефиле к выходу с гордо поднятой головой. Элион была взята за руку и увлечена следом в добровольно-принудительном порядке. Впрочем, судя по лицу, она была скорее за подобный исход, нежели против.

– Мохнатый, – обращаюсь к забытому всеми коту, – если честно, меня до сих пор подмывает устроить тебе маленький сердечный приступ, так что шёл бы ты с ними, от греха.

– Непременно! – аж икнул от неожиданности Наполеон, выгибаясь дугой и начиная пятиться. – Спасибо, что предупредил!

– Да не за что.

«Ты только на следующий Хэллоуин никуда не уходи, я как раз успею подобрать подходящее снотворное для кошачьего корма, ты даже ничего не почувствуешь, хе-хе», – мысленно продолжил я, обращаясь к котейке.

Видимо, что-то поняв по моему взгляду, кошак как-то совсем пригнулся, а потом разом взял вторую космическую, чёрным росчерком смывшись через приоткрытое окно. Даже пару книг уронил, так спешил оставить наше высокое общество.

– А ты умеешь ладить с животными, – поделилась своими впечатлениями Хай Лин.

– Приходится… – эхом откликаюсь. – Но полчаса уже пошли. Рейтар, – поворачиваюсь к рыцарю, – меня в это время не беспокоить.

– Как прикажете, мой Князь! – приложил руку к груди воин.

Дальше тянуть я не стал и просто взял Вилл за руку. Вспышка телепортации – и вот мы опять в моей комнате на втором этаже магазина. Чары конфиденциальности ложатся на стены уже сами собой, а я наклоняюсь над левым плечиком волшебницы и мягко приобнимаю её за правое. Стражница вздрогнула, но деться уже было некуда.

– Поговорим? – перехожу почти на шёпот, следя за её мимикой. И не зря, тихая паника на её лице превысила даже то, что было запечатлено на давешней фотографии. А ведь тогда мы были на публике.

– …Пусти, – с паузой сдавленно произнесла девушка, попытавшись отстраниться.

– А что… если я не хочу этого делать? – шёпот в алеющее ушко вызвал очередной забег мурашек.

– З-зачем ты всё это делаешь? Я ж-же сказала, что это было с-случайностью… – теперь в голосе были слышны слёзы. Женщины… Как же с ними трудно.

– Глупенькая… – посох свободно отлетает чуть в сторону, зависая в полуметре от пола. Контакт с ним я не теряю, но сейчас мне нужны обе руки. Которыми я и заключаю Вилл в объятья, прижимая спиной к себе. – Неужели ты до сих пор не поняла?

– Ч-чего я должна понять?

– Что ты мне тоже нравишься, – зарываюсь лицом в огненно-рыжие волосы.

– Ха… ха… – Великая Тьма! Как прелестно она дрожит! Я просто млею… – Это же не может быть правдой. Ведь не может? Ты шутишь, да? Т-точно, опять шутишь. Ха-ха, с-смешно, я… я оценила… Отпусти меня, пожалуйста… – последнее было произнесено таким жалобным тоном, что руки сами сжались, стремясь прижать, защитить и утешить.

– Никаких шуток, Вилл, – вновь шепчу в ушко. – От любви до ненависти один шаг, верно и обратное. Мы начали очень плохо, мы ненавидели друг друга… Вспомни, как ты наслаждалась, раз за разом оставляя меня с носом и заставляя в бессилии срывать гнев в пустых проклятьях. И то, как тебя саму бесило моё нахальное поведение после тюрьмы. Мы с тобой многое прошли, но всё это уже в прошлом. Хотим мы того или нет, за последнее время всё сильно изменилось, и если ты думаешь, что для тебя одной стало открытием, что извечный враг оказался симпатичным представителем противоположного пола, то ты весьма самоуверенно заблуждаешься.

– Но ведь я… Ты… Мэтт… Девочки… Это неправильно! – О! Наконец-то в её голосе появились нотки поиска оправдания.

– И кто это решил? Общественные нормы? Взрослые? Чопорные дамы за семьдесят пять, которые любят поучить молодёжь, что им прилично, а что нет? – неожиданно отступаю и разворачиваю фею к себе лицом, не забывая придерживать за плечи. – Ответь себе, кому ты веришь: им, – поймав зрительный контакт, начинаю медленно приближаться, – или собственному сердцу, интуиции… душе?

Наши лица почти встретились. Её глаза испуганно смотрели в мои, горячее дыхание щекотало кожу – и никаких попыток вырваться. Полная, абсолютная беспомощность…

– Я… Может быть… Фо… – дальнейшие попытки девочки что-то лепетать я прервал самым грубым образом – заткнул ей рот.

– М-м-м-м!!! – прозвучало панически, но, что примечательно, вырваться она до сих пор не спешила. Так, самую малость упёрла ладошки мне в грудь, да и то чисто символически.

– Ну, – прерываю поцелуй, когда накал возмущения стих, – ты так и будешь изображать из себя трясущегося кролика перед удавом и заставлять меня играть томного принца из женских романов, или я всё-таки смогу лицезреть тот жаркий темперамент и боевой дух, с которыми Вилл Вэндом всегда встречала критические ситуации?

– Да что ты понимаешь?! – с негодованием и возмущением пискнула девушка. – Это совершенно разные вещи!

– Мм… Реакция пошла… – удовлетворённо хмыкнул я. – Продолжим терапию!

– Что зна…? – встрепенулась стражница, но было уже поздно. – …М-м-м-м!!! – на этот раз она таки смогла отстраниться. – С-стой… м-мы… не мож… М-м-м-м! – и вновь ничего по существу она возразить не смогла. – Да сколько можно?! Дай мне хоть слово вставить!

– Но ты ведь не приводишь никаких стоящих аргументов, почему я должен останавливаться? Так зачем тогда мне это делать?

– Н-но что скажут люди… ведь… ведь ты гораздо старше мен… М-м-м-м!

Попытка силой разорвать дистанцию не удалась, и меня попытались пару раз стукнуть в грудь отчаянно сжатыми кулачками. Что примечательно, совсем не больно. А ещё никаких поползновений изобразить нежелание участвовать в поцелуе, вроде сжимания зубов, девушка не предпринимала, скорее уж наоборот – все попытки сопротивления как-то очень подозрительно приводили только к ещё более глубокому «контакту».

– Напоминаю, я Князь, а значит, что хочу, то и ворочу… в смысле, действую в интересах государства. С учётом же сроков жизни сильных магов, даже сотня лет разницы – мелочь.

– Н-но… – Вэндом уже не знала, как ещё отмазаться и убедить саму себя. – Точно! Мне ещё нет восемнадцати!

– Я – житель средневековья, где в четырнадцать уже можно иметь троих детей и быть ветераном парочки войн, – отбил я столь «весомый аргумент». – К тому же в постель я тебя тащить с ходу не собираюсь, – ммм, смущение взяло новый виток, но тут лучше сразу всё «выдавить», чтобы потом не было рецидивов. – Но если для тебя это так важно… я согласен подождать. Мисс Вэндом, согласны ли вы стать девушкой Вселенского Зла, Тирана, Узурпатора, Деспота, Ужасного Негодяя и просто неотразимейшего тёмного мага, сиречь, Великого Меня? Каков будет ваш положительный ответ?

– Ты… ты… злобный, мерзкий, самодовольный и самовлюблённый тип! – взорвалась она праведным возмущением.

Учитывая общую ошалелость вида и тот факт, что она до сих пор находилась в плену моих объятий, выглядело это чертовски мило!

– То есть ты согласна?

– Эй, ты меня вообще слушаешь? – начала она кипятиться.

– Вот теперь ты больше напоминаешь себя прежнюю!

– Фобос… ты невыносим! И… – Вилл сжала зубы, на секунду отвернувшись. – Ты это действительно серьёзно? – на меня вновь посмотрели с робостью и стеснением.

– Да… – привлекаю её ближе и шепчу в порозовевшее ушко. – И сколько бы ты ни спрашивала, мой ответ не изменится. Итак?

– Что же ты со мной делаешь… – аловласка прикрыла глаза. – Да, чёрт тебя подери, я согласна! – и, словно бросаясь с обрыва головой вниз, фея, зажмурившись, наконец-то сама меня поцеловала…

Глава 14

Ранее. Кристалл посоха Нериссы. Элион Браун (Эсканор).

Вездесущая дымка зеленоватого тумана привычно окутывала окружающее пространство. Словно овеществлённое отчаяние, она проникала в душу и вымывала оттуда все радостные мысли, желания и надежды. Элион казалось, что даже разговаривать тут было как будто бы сложнее. По меньшей мере, ей приходилось прикладывать моральные усилия, чтобы поддерживать почти любой разговор с остальными пленницами.

Время в заточении тянулось бесконечно долго и мучительно. Здесь не требовалось ни есть, ни пить, даже спать толком не получалось, а о происходящем за пределами кристалла удавалось узнать только время от времени, когда дымка становилась прозрачной. От чего это зависит, девочка понять так и не смогла. Ян Лин этого тоже не знала, хоть и предположила, что всё дело в желаниях Нериссы.

И вот, в очередной унылый день… А может, и ночь – юная королева давно потеряла счёт дням, а определить время суток здесь было и вовсе невозможно… В общем, всё было как всегда, даже Кесседи уже исчерпала темы для вопросов к подругам и хмуро висела в стороне, как вдруг по глазам ударила вспышка, и тишину разорвал злой и отчаянный крик:

– Не-е-е-е-ет!!! – буквально в десятке метров от неё из воздуха вывалилась Нерисса. – Ты не смеешь! – колдунья с огромной копной чёрных волос, спускающихся ниже талии, в ужасе огляделась. – А-а-а-а-а!!! Будь ты проклят, Фобос Эсканор!

– Нерисса? – боясь поверить своим глазам, тихо озвучила Элион поразивший всех пленниц вопрос.

– О! Маленькая королева! – нашла её взглядом ведьма. – Да, это я! Довольны?!

– Ха! Так значит, тот блондинчик всё-таки сделал тебя! – с нескрываемым злорадством на счастливом лице зависла рядом с девочкой Кесседи.

– А вы и рады зубоскалить?! – окрысилась черноволосая, становясь невероятно похожей на саму себя в облике жуткой старухи. – Посмотрим, как вы запоёте, когда этот «блондинчик» начнёт завоевательный поход и разрушит всё мироздание!

– Не тебе говорить о разрушении! – возмутилась Элион, в груди которой быстро разрастался костёр негодования за все испытанные мучения. – У тебя нет совести! Это ты виновата во всех бедах!

– Попридержи язык, мелк… А-а!!!

Огрызающаяся ведьма уже вскинула руку, но королева Меридиана была быстрее, и разряд молнии отбросил тело злодейки в сторону.

– Как?.. – потрясённо выдохнула Нерисса, приходя в себя. – Ведь твоя сила в Сердце Меридиана…

– И в этом Сердце ты заточила меня, старая ведьма! – Элион сжала кулаки, чувствуя, как в теле напрягается магия, но пустить вторую молнию ей помешала рука Ян Лин, мягко лёгшая на плечо.

– Это я научила Элион, как вновь впитать силу Сердца, которое принадлежит ей одной. По праву, – холодно сообщила престарелая стражница воздуха.

– Может, мне и не хватит сил, чтобы освободить нас всех из этого места, но тебя я раздавлю как клопа! – шагнула вперёд девочка, не желая просто так успокаиваться.

Да что там, у неё руки чесались сейчас выместить на мерзкой колдунье всё! Все обиды, все унижения, всё бессилие! Отомстить за то, что её использовали, обманули, предали! Она так долго об этом мечтала, что едва сдерживалась, чтобы не выплеснуть всю накопленную энергию в одном ударе.

– И мы… поможем, – встала рядом Кесседи, а вместе с ней Кадма, Галинор и ещё одна Ян Лин, только молодая и в костюме стражницы.

– Ха-ха-ха! – противно и насмешливо засмеялась ведьма. – Глупцы! Убить кого-то внутри кристалла может только владелец кристалла! Так что нам с вами придётся долго тут привыкать к соседским отношениям. Поздравляю!

– Тем хуже для тебя, – прищурилась Элион, вокруг рук которой начали плясать разряды молний.[11]

– О да, родственное сходство Эсканоров во всей своей красе! – желчно ответила колдунья. – Что там мне уже заготовила? Скормишь меня лардекам или желаешь милостиво бросить гнить в сырой камере? Давай, девочка, не стесняйся – у нас море времени для фантазий! Небось, скоро и остальные твои подружки на огонёк заглянут, вот уж вы на мне оторвётесь. А ведь я хотела объединить миры! – голос Нериссы зазвенел. – Создать Рай без войн и конфликтов! И если бы вы не мешали… Но ничего, теперь мы вместе насладимся видом того, как твой братец всё разрушает! Злорадствуй, пока можешь! Как бы скоро не пришлось горько плакать!

– Неправда! – крикнула Элион, задетая за живое словами ведьмы. – Нас скоро освободят! Стражницы не доп…

– Ваши стражницы – ничто против Фобоса с моим посохом! Они были против него ничем даже тогда, когда у него вообще не было никаких сил, кроме собственных, и если бы не моя помощь, мятеж погиб бы ещё годы назад, а стражниц уже несколько раз победили! Или думаете, он простит им свой позор заключения и освободит вас за «спасибо»?! Пойдя на союз с ним, они совершили страшную ошибку, и теперь расплачиваться за неё будет вся Вселенная!

Ведьма своего добилась – после её слов весь боевой настрой куда-то пропал, а настроение разом превратилось в похоронное. Большая часть присутствующих имела сомнительное удовольствие с Фобосом сталкиваться и даже воевать, а потому ни в его характере вообще, ни в человеколюбии в частности не сомневались. А что мог сделать безжалостный тиран с попавшими в его полную власть пленниками – каждый из этих пленников представить себе мог прекрасно, что, опять же, настроения не добавляло.

Сама Элион далеко не сразу перестала видеть свою «коронацию» в кошмарах. Пусть рассказы Галинор и остальных о союзе стражниц с братом и попытке своего освобождения заставили ощутить надежду, но… Она слишком хорошо знала, чего может стоить доверие Фобосу, и от понимания этого на душе скребли кошки.

– А мне он показался довольно милым[12], – неожиданно разрушила гнетущую тишину Кесседи.

Старшая Ян Лин тяжело вздохнула, одним этим звуком передавая всё своё отношение к выходке подруги. Кадма и Галинор от неё отставали мало, но мысли свои выразили тяжёлыми взглядами. Сама юная королева оказалась настолько безмерно удивлена репликой бывшей стражницы, что даже не успела сообразить, что на это можно ответить.

– Ладно-ладно! Чего вы сразу? – открестилась веснушчатая девушка, мигом поняв общий настрой.

– Ха-ха-ха-ха-ха! – противно засмеялась ведьма. – Посмотрите на себя, вы даже друг с другом не можете договориться, а всё ещё на что-то над…

Дальнейшие слова колдуньи потонули в оглушительной вспышке, затопившей всё пространство вокруг девочки. Свет не сопровождался каким-то громом или чем-то похожим, он вообще ничем не сопровождался, но все звуки как отрезало. Однако не успела Элион испугаться, как обнаружила себя стоящей посреди какой-то комнаты, а перед ней…

– Ну здравствуй, сестрёнка, – без малейшей улыбки на своём красивом лице поприветствовал её… брат.

– Ф-Фобос?.. – девочка рефлекторно попыталась отступить, но её нога во что-то упёрлась.

Быстрый взгляд вниз заставил сердце пропустить удар. Вокруг лежали прежние стражницы: Галинор, Кадма, Кесседи, две Ян Лин. Они не шевелились, просто валялись на полу с закрытыми глазами. Только Нериссы нигде не было видно.

Зато были видны другие. У стены за её спиной возвышалась огромная туша Песочника. Слева замер Седрик в своём человеческом облике и такой же одежде, как в ту пору, когда он притворялся владельцем книжного магазина. Справа же стояла Миранда, как всегда, скромно сложив руки перед собой и спрятав в уголках губ свою жуткую улыбочку… Совсем как в день коронации. А впереди… Впереди был Фобос с посохом Нериссы в руках, за спиной которого мрачно стоял Рейтар – лидер Рыцарей Мщения.

– В чём дело? – резанул по нервам холодный голос чародея. – Неужели ты не хочешь обнять любимого братика? Порыдать у него на плече, рассказать о том, как тебе было плохо, попросить прощения за то, что так малодушно от него отреклась, а потом повторила это уже с родителями, поведясь на жалкую провокацию и тем самым чуть не подписав смертный приговор всем своим подданным? Что, нет? Я почему-то так и думал, – не позволяя вставить хоть слово, хищно усмехнулся Фобос. – Глупо было ожидать проявления совести у девчонки, воспитанной лжецами, предателями и ворами. Но к делу!

Узурпатор взмахнул посохом, и из тел прежних стражниц вырвались потоки света, чтобы тут же быть впитанными фиолетовым кристаллом в навершии древка. Костюмы стражниц исчезли, лица лежащих без сознания женщин изрезали морщины, молодая Ян Лин стала точной копией своей взрослой версии, только Кесседи сохранила свою молодость.

– Отлично, – глаза Фобоса сверкнули магической энергией, а голос приобрёл неприятное эхо. – Признаться, – принц на миг смежил веки, и странное эхо исчезло, – с непривычки эту силу сложно контролировать… – его глаза вновь посмотрели на Элион, и на лицо вылезла жуткая многообещающая улыбка. – Пойдём, у нас ещё много дел.

– Что ты с ними сделал? – дрожащим голосом выдавила девочка, не сдвинувшись с места.

От страха сводило дыхание, виски налились свинцовой тяжестью, тело колотила крупная дрожь, как ей удалось задать вопрос, не дав голосом петуха, Элион не знала. Недавние слова колдуньи про скармливание лардекам, этим мерзким гигантским гусеницам, прирученным её братом, набатом гремели в ушах, рисуя в воображении одну картину ужасней другой. Ведьма оказалась права! Корнелии с девочками нигде не было видно, посох был у Фобоса, вокруг насмешливо замерли его чудища, и… И он собирался с ней что-то сделать! Уже даже улыбаясь в предвкушении!

– С ними? – уже начавший поворачиваться к двери маг остановился. – Они спят. Сейчас у меня намечается серьёзный разговор со стражницами, и лишние источники шумной суеты будут только мешать. Но не волнуйся, с ними ничего не случится, и как только я получу причитающуюся мне по договору плату, они спокойно вернутся в этот мир.

– К-какую плату?

«Он хочет напасть на них, пока они ничего не подозревают, и отобрать Сердце Кандракара?!»

– Мы договорились, что я освобождаю тебя и спасаю Вселенную от Нериссы в обмен на свободу для всех моих сторонников и половину Меридиана. Там много условий – долго перечислять. Нериссу я остановил, тебя освободил, сейчас ход за стражницами, – по лицу принца пробежала тень. – И на твоём месте я бы надеялся, что они свою часть выполнят, потому как в противном случае меня уже не будет сдерживать магия контракта. Как ты понимаешь, половиной я тогда удовлетворяться не стану.

– Что? – растерянно переспросила девушка.

Сказанное Фобосом казалось какой-то дикой несуразицей, бесстыдной насмешкой, и… Элион не могла подобрать слов! Только… Чувство неправильности будто тисками сжимало голову!

– У меня нет времени всё тебе объяснять, – брат отвернулся и зашагал к двери мимо уступившего ему дорогу Рейтара. – Ты можешь мне верить или не верить, но факт в том, что я собираюсь выполнить условия нашего договора, – он шевельнул пальцами – и девочку оторвала от пола невидимая сила, увлекая вслед за ним. – Я не стану просить у тебя прощения, – обронил маг, когда они вышли в коридор. – Я пытался лишить тебя сил – ты бросила меня гнить в темницу, я подарил тебе десяток минут ужаса – ты отплатила месяцами унижения. Можно, конечно, продолжить цикл, но, на твоё счастье, это не входит в мои планы. Я не призываю тебя начать мне доверять, сделанного не вернёшь, но постарайся взять себя в руки и трезво оценить ситуацию – хотел бы я тебя убить, ты была бы уже мертва.

Слова застряли в горле – как на это отвечать, Элион не знала. Она беспомощно летела за братом, не в силах даже дёрнуться, вокруг была какая-то незнакомая квартира, явно на Земле. Сердце разрывалось от страха, что он что-то задумал и всё это только для того, чтобы устроить какую-то ловушку стражницам, и вместе с тем хотелось… Нет, не хотелось, а просто… Просто было страшно не надеяться на лучший исход. Воображение рисовало за каждым новым поворотом чудовищ и монстров, а в груди всё сжималось, моля всех богов, чтобы там ничего не оказалось.

Не успела юная королева опомниться, как они уже спустились по лестнице на первый этаж, и тут она, наконец, узнала обстановку! Ряды полок, лежащие всюду книги, клейкие ленты от мух под потолком, таинственный полумрак и тишина… Они были в том самом магазине, где она подрабатывала почти три месяца, пока Седрик, изображавший владельца, втирался к ней в доверие!

– Многого от тебя не требуется, – вновь заговорил Фобос, – лишь постоять в сторонке и послушать. Будь хорошей девочкой и выполни эту маленькую просьбу освободившего тебя из заключения братика. Ты же хорошая девочка, Элион, и умеешь быть послушной? – повернулся он к ней и улыбнулся.

Той самой мягкой улыбкой со скрытой хитринкой, которой пленил её сердце с первой встречи! И пользовался много раз после этого, чтобы запудрить ей мозги и заставить ни о чём не думать, выкидывая из головы все попытки её образумить со стороны Корнелии и остальных…

– Зачем тебе это? – болезненное воспоминание придало злости, а вместе с ней и решимости.

– Всего лишь хочу, чтобы ты увидела наши отношения со стражницами своими глазами, – вновь улыбнулся принц, левитируя её к одной из стен, – а не опиралась потом на очередной пересказ доброхотов. К тому же я хочу кое-что проверить, и если результат окажется таким, как я ожидаю, то тебе тоже будет крайне полезно увидеть всё своими глазами. Так сказать, для избавления от розовых очков.

Опустив её на землю, чародей сделал какой-то знак своим слугам, всё это время молчаливо сопровождавшим их в пути. Те всё поняли и начали спешно расходиться по помещению, а брат неторопливо подошёл к ней.

– Итак, Элион, – Фобос остановился прямо перед ней и заглянул в глаза, – спрошу один раз: у тебя хватит выдержки и силы воли самостоятельно посмотреть всё представление, не мешая артистам, или тебе нужна моя помощь?

«Как ты вежливо спросил, связывать ли меня заклинанием или нет…» – внутренне передёрнулась юная королева. – «Почему ты только это спрашиваешь? Разве не проще сразу меня заколдовать? Опять какая-то уловка…»

– Если ты не будешь пытаться навредить моим подругам, я не буду мешать, – стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, ответила Браун.

Ничего другого ей всё равно не оставалось, только застыть восковой фигурой и бессильно наблюдать, но этого она уже наелась по горло в посохе Нериссы. Лучше уж было добровольно принять участие в непонятной игре брата, чем опять испытывать это чувство.

– Умница, – похвалил её Фобос и отпустил невидимые нити магии, что продолжали почти незаметно (но не для неё!) придерживать её тело. – Песочник, ты знаешь, что делать. Рейтар, Седрик, Миранда, рассчитываю на вашу выдержку.

Все перечисленные дружно склонили головы, и удовлетворённый чародей шевельнул пальцами свободной руки. Вокруг них и сжавшейся в центре магазина фигуры из песка прокатились кольца накладываемой иллюзии. Песочник преобразился в точную копию брата, даже с посохом в руках, а они с Фобосом… Изнутри было сложно понять, но, видимо, они стали изображать книжный шкаф.

Все дальнейшее происходящее слилось для Элион в какой-то фантасмагорический бред. Мирно беседующие Фобос и Стражницы? Смущающаяся и краснеющая под взглядом тирана Вилл? Элион начала подозревать, что на самом деле она всё ещё находится в посохе, а всё это – просто искусный морок и обман, в которых так талантлив её брат. Но то, что произошло дальше… это было слишком даже для бреда или иллюзии. Калеб, добрый и доблестный Калеб, к которому она относилась с искренними симпатией и уважением, просто ударил её брата в спину, а потом ещё и признался, что планировал «направлять» её.

Мир застыл.

«Реалии Меридиана», «не нужно знать некоторых вещей»… Эти улыбки и почитание… Образы Калеба и Фобоса встали рядом. Такие разные люди и такие одинаковые методы, разве что брат, в конечном итоге, перестал играть и отбросил маску, в то время как лидер повстанцев…

Элион погрузилась в странное, полукататоническое состояние. Она уже не могла понять, что происходит, как, почему… за что? Раньше всё было ясно и просто: есть «хорошие», есть «плохие». Как же так вышло, что остались только «плохие», «очень плохие» и «просто ужасные»?

В себя девушка пришла, только когда почувствовала, что её тормошат. Подняв взгляд, она увидела золотистые волосы Корнелии, а ушей наконец-то достигло её радостное и взволнованное причитание. Смысл слов лучшей подруги от сознания юной королевы пока ещё ускользал, но это было и не важно – с сердца словно свалилась целая гора, и, не помня себя от облегчения, Элион радостно вцепилась в подругу, из последних сил сдерживая предательские слёзы.

– Эля, я так волновалась, – шептала ей на ухо не менее крепко ответившая на объятия Хэйл, – боялась, что этот несносный павлин в последний момент нас обманет и не выпустит тебя. Ты не представляешь, сколько раз за эти дни я хотела его прибить!

– Я… Я тоже рада, Корнелия! Ты… Ты одна никогда меня не предавала, я… Я не могу говорить, – горло, как назло, сжало спазмом, и чтобы хоть как-то выразить свои чувства, Элион ещё сильнее прижалась к подруге.

– …далеко не воплощение добра, – пробился сквозь пелену переживаний голос Фобоса, – и всё моё естество, все годы правления в гниющем заживо мире требовали отомстить. Отомстить жестоко и дико, не считаясь с потерями, но…

– Но? – переспросила его Вилл.

Почувствовав, как напряглась Корнелия, недавняя пленница тоже повернула голову на голоса. Непонятная фраза про гниющий мир пробудила любопытство, и, не отставая от подруги, девочка выглянула из-за её спины, прислушиваясь к разговору лидера стражниц с тёмным принцем. И в следующий миг вздрогнула от неожиданно мягкого, но пробирающего до глубины души ответа:

– Но ты меня не предала. Никто из вас не предал, – заметив её взгляд, Фобос по-доброму усмехнулся, – даже наша воинствующая эльфийка, – Корнелия рядом недовольно поджала губы, но ничего вставить не успела: – Быть может, с точки зрения правителя я сейчас совершаю большую ошибку, но…

Дальше произошло то, чего она меньше всего ожидала! Брат взмахнул посохом – и в неё влилась сила… Её сила! Родная, приятная, ласкающая каждую клеточку тела, от кончиков волос до пяток. Элион замерла, не решаясь поверить в произошедшее. Но нет, магия текла по ней, переливалась, щекотала пальцы на руках. Это невозможно было подделать! Это даже присниться не могло! Не так ярко, не так… по-настоящему!

– …верху в вашей комнате, Элион свободна, а я отдал ей половину силы Сердца Меридиана и даже повстанца до сих пор не убил. Ваша очередь, – вновь донёсся до неё лишь кусок речи брата, и спохватившаяся девочка мысленно обругала себя. Что-то часто она стала уходить в себя, нужно отучаться…

– Да… Ты прав, – согласилась лидер стражниц и как-то нервно вздохнула, будто собираясь с духом. – Не знаю, что будет, когда активируется наша часть, но я… Хочу сделать это, будучи полностью уверенной, что я – это я! Пожалуйста, прости!

А дальше случилось то, что вышибло Элион из колеи сильнее, чем все сегодняшние потрясения и неожиданности, разом превратив их во что-то мелкое и совершенно неудивительное. Такое, которое даже внимания-то не очень заслуживает…

Вилл его поцеловала… Его поцеловала Вилл! То есть… Ну… Фобоса! Настоящего, не замаскированного Песочника!.. Поцеловала! Её школьная подруга – её ровесница! – поцеловала её старшего брата! Обманщика, жестокого повелителя чудищ, злодея, терроризировавшего весь Меридиан! Поцеловала… Вилл… И… И никто этому не удивляется! Хай Лин веселится, Тарани прячет смущённую улыбку, даже Седрик и Миранда ведут себя, как будто всё в порядке!

– Корнелия, что здесь происходит? – дрожа от паники, полного непонимания и шока, жалобно спросила подругу девочка.

– Я тебе потом расскажу, Эля, – тоже не выказывая никакого особенного удивления, ответила та.

Что было дальше, девушка запомнила плохо – Фобос, показывающий шутку с пальцем, стал последней каплей, и разум отказался воспринимать реальность. Очнулась Элион только на улице, обнаружив, что, похоже, всю дорогу слушала злое ворчание Корнелии.

– Постой, что вы ему пообещали? – ухватилась Браун за прозвучавшую оговорку.

– Прости меня, Эля, – Хэйл остановилась и ещё раз обняла девочку, виновато пояснив: – Я была против, но у нас не было выбора, он не соглашался сотрудничать иначе, как на таких условиях.

– Каких условиях?

– Нам пришлось пообещать ему половину королевства Меридиан и что силу Сердца вы тоже разделите пополам, только тогда он был готов помочь. А ещё… – Корнелия замялась.

– Ещё? – Элион уже предчувствовала нечто плохое, а всплывшее воспоминание о том, как Вилл передаёт кристалл, это ощущение только подстегнуло.

– Ещё он потребовал, чтобы трое из нас поклялись служить ему после вашего спасения… Это Ирма, Вилл и Тарани. Сердце Кандракара тоже должно было достаться ему…

– И вы ему поверили? – почему-то сказанное не вызвало сильных чувств, наверное, она уже устала сегодня удивляться.

– У нас не было выбора! – горячо воскликнула блондинка, виновато заглядывая ей в глаза. – Нерисса с каждым днём набирала мощь! Один раз она даже чуть не убила Лилиан! Мы смогли её спасти только в последний момент, а потом… Фобос отказывался помогать за что-то меньшее, он… Он был готов умереть в камере, если бы мы не согласились на удобные ему условия.

В голосе златовласой красавицы послышались слёзы, и Элион сама подалась ей навстречу, опять заключая в объятья. Юная королева не знала, каково было лучшей подруге чуть не потерять родную сестру, но даже от одной мысли об этом сердце невольно сжималось, и девочка была готова простить всё. Тем более что Корнелия ни в чём и не виновата, она не может отвечать за жадность брата…

– Ну… Ну всё, хватит, – сконфуженно отстранилась стражница, явно вспомнив, что они стоят посреди улицы. – Нам надо поспешить, а то этот наглый хлыщ и правда отправится на Меридиан без нас. С него станется.

– Ты так говоришь, будто доверяешь ему, – подметила Элион, оглянувшись по сторонам. – Но что если он нарушит договорённость, ведь он уже получил Сердце Кандракара? И кстати, – глаза девушки зацепились за наряды прохожих, – почему все так одеты, сегодня что, уже Хэллоуин?

– Ой, не напоминай, – блондинка прикрыла лицо руками. – Это был самый жуткий день в моей жизни, видела бы ты, что этот негодяй устроил у меня дома!

– Фобос?

– Ну, а кто же ещё? – всплеснула руками Корнелия, начиная двигаться дальше по тротуару. – Ох, мама была дома, а то бы я ему показала, как приносить шоколадки чужим сёстрам! – от избытка чувств красавица сжала кулаки, вымещая в свирепой дрожи все накопившиеся эмоции.

– А?.. – оказалось, что степень удивления для юной королевы на сегодня ещё не исчерпана. Но её подруга этого не заметила:

– …А по поводу договорённости не переживай, мы тоже не лыком шиты! – Хэйл хитро ей подмигнула, расцветя в самодовольной улыбке. – Он не может ни на кого напасть первым, если он это сделает, то нарушит магический контракт и лишится всех своих сил. Он может только защищаться от внешнего нападения, но ведь ты не собираешься вести на него армию?

Браун растерянно промолчала, переваривая услышанное. Теперь всё становилось куда более понятно. Если Фобос будет владеть силой, но в то же время не будет иметь возможности её применить для распространения зла и покорения свободных миров, то на такие условия её подруги действительно могли пойти. Это лучше, чем Нерисса, у которой была бы и сила, и возможность её неограниченно применять, но остальные условия…

– Корнелия, расскажи мне, пожалуйста, всё. Как так получилось, что вы ему обещали, и почему Вилл с ним… – при воспоминании щёки вспыхнули жаром. – Ну… Ты поняла.

– Конечно, – с готовностью кивнула повелительница земли, – только сейчас позвоню Ирме, узнаю, где она, и по дороге перескажу.

– Спасибо.

Пока Корнелия доставала из-под магической одежды стражницы телефон, девочка проводила взглядом стайку детей в костюмах каких-то пузатых ящериц, птиц и, кажется, одного Робин-Гуда. Это было так странно – вот так стоять и наблюдать за жизнью простых людей, веселящихся в этот праздник. Когда-то она тоже была такой и так же беззаботно бегала по улицам в костюме, пытаясь опередить Корнелию в том, кто больше наберёт конфет, а сейчас… Сейчас внутри было как-то пусто и тоскливо, как при потере чего-то важного и любимого. Хорошо хоть в этой атмосфере никто не обратит внимания на её королевское платье с Меридиана и облик подруги…

Старший надсмотрщик и чертенята… В смысле, Ирма Лэир, дети и Бланк.

– Жду вашего доклада! – наигранно серьёзно скомандовала вошедшая во вкус «вымогательства и грабежа» девушка.

И нет! Она не получала от этого удовольствия! Ни в коем случае! Просто, раз уж подвернулся такой повод… В смысле, у неё ответственное задание, и она должна его выполнить, невзирая на свои чувства, вот!

Приближающиеся с пакетами в руках Крисс и Лилиан довольно заулыбались, обменявшись понимающими взглядами.

– Всё получилось! – «доложил» младший брат стражницы и продемонстрировал «добычу». – Вот!

– Тянучки? Ух ты! – Ирма наклонилась ближе. – Раньше старая миссис Спринсбергер давала только зубочистки, неплохо!

– А у меня целая коробка мармелада! – открыла свой пакет девочка в костюме ведьмы.

– Апельсиновый? Класс! – похвалила юную блондинку фея, разглядев надписи на даже не распечатанной коробке.

– Бланку везти, смотри! – гордо последовал общему примеру паслинг.

Улыбающаяся девушка наклонилась, чтобы заглянуть к нему в мешок. Это было ошибкой – внутри лежало что-то белое, рассыпчатое и резко пахнущее… Лицо Ирмы неуклюже перекосило.

– Шарики… От моли?.. – выдавила она догадку.

– Ням-ням, – урчащим от удовольствия голосом подтвердил зелёный чудик. – С ментолом! – важно добавил он, облизнувшись.

– Пошли дальше! – не счёл должным обращать внимание на этот эпизод Крисс, уже ухватив сестру за руку и потащив к следующим домам.

Тут в кармане у девушки неожиданно завибрировал телефон.

Мысленно чертыхнувшись, школьница высвободила руку из хватки и полезла доставать трубку. Делом это было непростым, особенно если пытаешься провернуть всё незаметно. Нет, достать что-то из вещей, скрытых под волшебным обликом, проблемой не являлось – они сами прыгали в руку, только прикоснись (как это происходит, Ирма никогда не задумывалась – работает, и ладно), но такое извлечение почти всегда сопровождалось маленькой вспышкой света, а вот её от глаз детей надо было как-то укрыть.

– Тебе опять звонит Повелитель Зла? – тоненьким голоском спросила Лилиан, когда зачёт по конспирации был сдан.

– Э-э-э… – девушка только заглянула в экран. – Нет, это Корнелия.

– А-а-а, – протянула младшая дочь семьи Хэйл, обменявшись проказливыми взглядами с Криссом, – просто Зло… – и дети, довольные мелкой пакостью, весело захихикали.

Смерив их уничижительным взглядом, только ещё больше поднявшим градус веселья, Лэир хмуро посмотрела на телефон. Прошлый звонок от одной из подруг окончился на редкость непривычно, даже с её образом жизни, но стиль прикола лучшая скандальная ведущая школьного радио (и не только, по собственному мнению!) не могла не признать.

– Да-а-а? – очень настороженно протянула она, приняв вызов.

– Это я, – раздался из трубки голос Корнелии. – Где вы сейчас?

– А… – стражница оглядела улицу. – На углу у дома миссис Спринсбергер, это где в прошлом году у меня ещё порвался пакет, ну ты помнишь, – закруглила объяснение шатенка, мысленно пытаясь задвинуть в дальний уголок памяти ту историю с зубочистками. – А у вас как дела? И что это была за шутка в прошлый раз? Чем вы там без меня занимаетесь?!

– Не мельтеши! – даже по голосу стало понятно, что блондинка скуксилась. – У нас всё в порядке, идём к тебе, никуда не уходи.

– А как же Н?.. – в последний момент Ирма прикусила язык и покосилась на брата. – Ну, ты поняла.

– Говорю же – «всё в порядке»! – наигранно раздражённо донеслось из трубки. – Элион со мной. Подробности при встрече.

– О-о-о! – только и смогла выдавить шатенка, а в голове у неё уже крутились десятки остроумных вариантов подколоть подругу. Осталось только решить «зачем вообще?» и «на какую тему?», впрочем, первый вопрос для Ирмы ключевым никогда не являлся.

– Ни слова, Ирма! – будто прочитав её мысли, угрожающе одёрнула Корнелия.

– Ну и как он?! – вопрос насчёт темы отпал сам собой. – Было круто? Это должно было быть круто! – с жаром зачастила в трубку фея, в красках представляя себе эту картину и разве только не взлетев от эмоционального подъёма.

Но тут до неё внезапно дошёл весь трагизм ситуации.

– А-А-А-А!!! – крик боли и страдания, пронёсшийся по улице, заставил детей подпрыгнуть, а зелёного проводника удивлённо оторваться от поедания содержимого своего пакета. – А я здесь всё пропустила! Жизнь, ты так жестока! – небеса, которым был адресован вопль души, бесчувственно промолчали.

– Да-да, – сварливо пробурчала старшая Хэйл на другом конце линии, – Фобос тоже сильно переживал, что тебя не было рядом. Особенно когда его целовала Вилл.

– Ч… Ч… ЧТО?! – водная фея схватилась за голову. – Т-то есть погоди! П-постой минутку, я сейчас, – Ирма взяла трубку двумя руками, опустив те вниз, глубоко вдохнула, зажмурилась, выдохнула и вернула телефон к уху. – Повтори, пожалуйста, я не расслышала… Вилл сделала ЧТО-О-О?!

– Что слышала, – в голосе блондинки слышалось нескрываемое мстительное злорадство. – И нет, мне не показалось. И да, ты это пропустила. И нет, они не будут повторять специально для тебя, Фобос на этот счёт высказался очень конкретно.

– Что… Что он сказал?! – мир для шатенки сузился до размеров дрожащих ладоней, в которых покоилась самая драгоценная вещь на свете – источник информации!

– Я не собираюсь обсуждать это по телефону, – как никогда самодовольно отозвалась подруга. – Короче, жди нас, скоро будем.

– Нет! Ты не посмеешь! – в ужасе осознала близящуюся опасность чародейка. – Ты не можешь так просто…

– Ошибаешься, могу, – перебила её Корнелия. – До скорого.

– НЕТ! Куда?! – но в трубке уже пошли длинные гудки. – А-а-а-а-а!!! Меня все предали! – небеса повторно промолчали.

– Бланк тебя не предавал, – важно отозвался со спины паслинг, что-то жуя.

– Да кому ты, нафиг, нужен?! – взорвалась стражница. – Там такое!.. А я… Я всё пропустила-а-а! – плечи девушки поникли, а голос преисполнился отчаяния.

– А если позвонить кому-нибудь другому? – подала идею Лилиан. Из происходящего она ничего не поняла, но глядя на страдания Ирмы, ей стало ту всерьёз жалко.

– Точно! – жизнь и энтузиазм вернулись в тело повелительницы воды словно по волшебству. – Вилл звонить нельзя, Хай Лин… нет, Тарани… Да, Тарани всё объяснит!..

Бешено листая телефонную книгу в мобильнике, а после и нервно дожидаясь ответа, перевозбудившаяся девушка так и не вспомнила, что вообще-то могла сразу связаться с Тарани телепатически. Ей было категорически не до таких «малосущественных» деталей…

И вновь Фобос Эсканор

– Поверить не могу, что всё так получилось…

Вилл сидела рядом со мной на кровати с видом древнего мыслителя, пытающегося осознать некую едва открывшуюся ему тайну бытия. И нет, мы оба были в одежде, дальше поцелуев ничего не зашло, я даже руки не распускал. Прям ещё немного – и начнёт зубы сводить от чувства собственной праведности…

– Ты опять? – задумчиво поправляю ей прядку волос на виске.

– Нет, я про другое, – даже не обратила внимания на мои поползновения девушка. – Просто, ну… В голове не укладывается! Это какое-то сумасшествие… Ты меня точно не заколдовал?

– Магия очарования – вещь ненадёжная, теряет свою силу с течением времени и имеет свойство срываться при сильных эмоциональных нагрузках, – бесстрастно провёл я ликбез, продолжая играть с волосами Рыжика, которые никак не хотели заправляться за ушко.

– А любовное зелье или что-то в этом роде? – на меня покосились с некой надеждой, но не меняя при этом положение головы. Женщины…

Ей ведь одновременно нравится моя невинная возня с её причёской, она уже со всем смирилась и даже рада сложившемуся положению, и при всём при этом она надеется на то, что я её утешу, открыв постыдный компромат… Вот как это понять?

– Если бы я владел подобными методами, то мне не пришлось бы несколько месяцев морочить голову Элион, скрывая от неё тот факт, что Меридиан – далеко не райское королевство, где единороги кушают радугу и какают бабочками. Не говоря уже о том, что тебя при нашей первой встрече просто напоили бы этим самым любовным зельем, а не бросали в Яму.

– Точно? – девочка с подозрением сощурилась. – Вдруг тебе было лень готовить, а запасов не оказалось?

А может, она надо мной так тонко стебётся? Ну серьёзно, откуда такое стремление узнать, что я её одурманил? Она же понимает, что это не может быть приятной новостью? Не может не понимать.

– Как тебе сказать, мой милый Хрюсик-Шмусик-Мусипусик… – в эту игру можно играть вдвоём!

– Не называй меня так! – ну вот, я только заправил последнюю прядку, а она всё сбила, дёрнув головой… Ах да, ещё меня начал сверлить негодующим взором надувшийся ёжик. Красненький… Мням. – Я терпеть не могу это прозвище! И вообще, – смутилась, – как ты можешь называть свою девушку чем-то, содержащим «хрюсик»?! – кстати, аргумент…

– …Так вот, – внешне проигнорировал я спич, – средство, позволяющее превратить любого разумного в верного и бесконечно преданного на основе собственных же чувств и желаний слугу – это заветная мечта любого правителя. Ни золотые горы, ни супероружие, ни личная мощь не идут ни в какое сравнение с подобной возможностью. Будь у меня что-то подобное – и на Меридиане в жизни не возникло бы никакого восстания, не говоря уже о том, что ради его приготовления я бы не постеснялся лично выгнать тряпкой всю кухонную прислугу и самому оккупировать все доступные котлы.

– Мне это даже представлять страшно… – насупилась девушка.

– Ты в этом чувстве не одинока – с половником я смотрюсь неописуемо глупо, особенно если в мантии. Поверь, я пробовал, – мысленно. Но в реале картина действительно должна быть та ещё…

Вилл хрюкнула, очевидно, тоже представив описанное в красках.

– Но к вопросу о прозвище, – расплываюсь улыбкой, вновь касаясь волос девушки. – Я готов высочайше рассмотреть твою ноту протеста, но только при условии, что ты предложишь мне взамен другое столь же нежное и милое наименование.

– Оно не нежное и не милое! – сколько возмущения, ещё бы ты не держала так ровно голову, чтобы мне не мешать, вообще бы поверил…

– Так назови мне то, которое будет нежным и милым на твой вкус.

– Ты… Ты предлагаешь мне с-самой придумать для с-себя романтическое прозвище? – на меня покосились с таким видом, будто я предложил ей… ну как минимум устроить групповушку со всеми подругами. – Ты… Ты сумасшедший! Кто так делает?!

– В таком случае, нота протеста отклонена, – убираю руку от её головы и нежно обнимаю за плечико, привлекая к себе, – мой милый застенчивый Хрюсик-Шмусик-Мусипусик.

– Знаешь, я ведь могу и молнией ударить, – тщетно пытаясь изобразить в сконфуженном голосе угрозу, посулила стражница.

– Ммм, угроза бунта, физической расправы, цареубийства и попытки государственного переворота всего семью словами… Ты делаешь потрясающие успехи на ниве познания Тёмной Сторо… – дальше меня слушать не стали и повисли на шее, едва не уронив с кровати. – М-м-м-м?

– Я тоже умею затыкать рот! – торжествующе заявила разгорячённая Рыжик, прервав поцелуй.

– Да-а… – задумчиво протянул я, как бы невзначай заключая её в объятья. – Я гениальный педагог! Ай!.. Не надо меня бить! – возмущаюсь на прилетевший тычок кулачком в живот.

– Ты даже не представляешь, насколько ты сейчас ошибаешься! – горячо заверила меня чародейка, угрожающе нависнув сверху.

– Да? – я сделал вид, что серьёзно задумался. – Ну не знаю, по-моему, я не заслужил…

– Ты этим прямо сейчас занимаешься! – в праведном возмущении вспыхнула она, не обращая внимания даже на то, как непослушная чёлка сползла на глаза.

– Нет-нет, ты ошибаешься, – с максимально серьёзным видом возразил я. – В данный конкретный момент я занят ведением серьёзных дипломатических переговоров о статусе неформального наименования должности моего первого советника. Это очень ответственная и серьёзная задача, к ней нельзя относиться спустя рукава, ведь от этого зависит климат в коллективе, а через него и уровень взаимопомощи с продуктивностью отношений. Ты, как опытный кризисный руководитель, должна как никто понимать всю важность моих действий.

В первые секунды лицо Вилл приняло выражение одного небезызвестного смайлика, посвящённого эмоции удивления (О_о), но когда до неё дошёл полный смысл, комнату огласил свирепый рык и меня попытались поколотить. Ну как – попытались? Удары кулачков по-прежнему были едва ощутимы и насквозь фальшивили, а попытки взять за грудки и встряхнуть «наглого негодяя» дико пробирали на смех. Собственно, самые большие муки я испытал, именно сдерживая рвущийся наружу хохот, а это было действительно сложно, что стражница прекрасно понимала, но останавливаться даже не думала, явно испытывая нечто схожее, тщетно пытаясь при этом удержать на лице разгневанное выражение.

Таким образом, дав немного времени девушке слегка скинуть пар (и попутно позволив себе удовольствие самую малость пощупать её в интересных местах… Совершенно случайно! Честное княжеское!), я героическим усилием воли отстранился.

– Так, это всё прекрасно, но если мы не прервёмся сейчас, то рискуем задержаться тут надолго, а нас ещё ждут твои подруги и мои подданные.

– Л-лааадно, – с некоторой неохотой отстранилась и Вилл. – Ты прав, как всегда, – она вздохнула. – Но к этому вопросу мы с тобой ещё вернёмся!

– Как скажешь, моя дорогая апрентис, как скажешь.

Вэндом, которая уже была на ногах и поправляла несуществующие складки на костюме, наградила меня испепеляющим взглядом. Нет, мне никогда это не надоест! У неё такое забавное личико становится…

– Но прежде, – сверяюсь взглядом с часами на столе, – одно неотложное дело.

– Какое? – лицо главной стражницы приняло напряжённо-озабоченное выражение.

– Скажи, Вилл, – достаю из-под мантии Сердце Кандракара, – ты ведь знаешь, что такое Арамеры и для чего они предназначены?

– Ну… – девушка задумалась, и её взгляд стал предельно серьёзным. – Они дают нам силу. Только…

– Только? – подбодрил я.

– Однажды Нерисса подстроила так, что вся сила Арамер переключилась на одну Корнелию, – сложив руки на груди и немного нахмурившись, поделилась Вилл. По всей видимости, воспоминания о том эпизоде своей жизни были для неё не слишком приятны. – И тогда даже кристалл потерял всю свою силу, сохранив только способность открывать Складки. Ты это имеешь в виду? Что Арамеры – это способ Совета Кандракара обезопасить себя от бунта Стражниц?

– Отчасти, – тоже поднимаюсь с кровати. – Но вот что… Ты никогда не задавала себе вопрос, почему, если Совет Кандракара может в любой момент превратить этот кристалл в простую стекляшку, я и Нерисса так желали его заполучить?

– М-м-м, – аловласка слегка поджала губы. – Теперь, когда ты это сказал… Это действительно странно. Так в чём причина? – деловито осведомилась она.

– Всё дело в том, что имея в руках Сердце Кандракара, я могу сделать вот так…

Кандракар, зал Арамер. То же время.

Пять пылающих разными цветами шаров энергии как обычно парили в воздухе, неторопливо двигаясь друг за другом в неизменном танце.

Люба безмолвно следила за игрой красок, ощущая смутную тревогу. Последние месяцы это стало привычным для неё состоянием, но сегодня дурные предчувствия докучали ей особенно ярко. К прискорбию, Хранительница Арамер не обладала, подобно Оракулу, даром прозревать грани бытия сквозь пространство, время и границы миров, потому даже не могла угадать причины своего беспокойства.

План, предложенный вождём повстанцев, выглядел надёжным. Юноша был прав – его и Элион условия контракта никак не задевали, и если ему удастся подобраться к Фобосу для удара, всё будет кончено. Совет обретёт свободу, на Меридиане наступит мир, а во Вселенной воцарится долгожданный покой. Всё было надёжно, хоть для Любы и стало неприятным откровением, что Стражницы так легко поддались очарованию падшего тирана. Конечно, она понимала, что привлекать их для такой работы в любом случае было нельзя – слишком они молоды и наивны, чтобы понять и принять всю необходимость подобных действий, но от этого проявленная детьми легкомысленность не становилась более приятной. Быть может, Оракул прав, и как раз такими Стражницы и должны быть, быть может, это действительно убережёт Вселенную от появления новой Нериссы, но всё же именно сейчас принятое тогда решение создавало проблемы.

Люба никогда не была стратегом или тактиком, её роль в Совете сводилась к охране Арамер, однако она была уверена, что у повстанца всё получится. Не зря же она вручила ему специальные артефакты, позволяющие распознать наличие магической защиты и то, насколько выбранная цель напряжена и готова к бою? Нет, тут всё должно было пройти хорошо. Нужно было только подождать, пока мятежный принц отберёт посох у Нериссы, и победа будет за ними.

Тогда что же её беспокоит? Опасение, что Нерисса нападёт на Кандракар и постарается разрушить Арамеры? Она могла бы так поступить, но ведьма знает, что источник силы Стражниц надёжно защищён могучими чарами, пройти через которые может лишь воля кого-то из членов Совета, но даже ей, хранительнице, было не под силу нанести вред стихийным сферам – только Оракул мог это сделать, если вдруг Сердце Кандракара попадёт не в те руки. Пусть Нерисса собрала большую силу, но даже ей понадобится время, чтобы пробиться через щит, а пока она будет это делать, Стражницы уже десять раз успеют прийти на помощь…

Взвешенные и стройные размышления женщины прервал неожиданно изменившийся ход движения Арамер. Сферы стихий замерли на месте и начали пульсировать, попутно набирая свечение. Мгновение – и между ними вспыхнула раскрывшаяся складка пространства, а в следующий миг всё вокруг затопило нестерпимым белым светом…

***

Пять сфер энергии втянулись в розовый кристалл, почти обжигая руки сконцентрированной мощью. Не отрицаю, защита Кандракара была хороша, вот только имела один слабый элемент. Де-факто, Арамеры представляли из себя извлечённую и мастерски разделённую по спектру свойств сердцевину Сердца Кандракара, каким бы каламбуром это ни звучало. Кристалл в получившейся системе был не более чем приёмником-ретранслятором энергии, вырабатываемой Арамерами, и мог быть отсечён от этой энергии в любой момент. Как был отсечён «подлинный кристалл из королевской короны» от силы Сердца Меридиана, пока Нерисса обманом не заставила глупышку Элион начать таскать его на себе круглые сутки. Вот только как с кулоном Элион, так и с кристаллом Вилл имела место одна особенность, а именно – «закон единства целого и части».

Суть данного закона в кратком изложении звучит так: «если от целого отделить часть, то получившиеся куски всё равно остаются одной вещью, то есть сохраняют между собой неразрывную связь». Через этот эффект и была реализована передача энергии от Арамер в Сердце Кандракара, и через этот же эффект кулон Элион постепенно впитал всю силу моей сестрёнки так, что она этого даже не заметила, ведь её сила и этот кулон – суть одно целое.

Этим же эффектом мог воспользоваться и владелец розового кристалла, чтобы притянуть Арамеры через границы реальности и вновь слить их воедино с материальным воплощением Сердца. Всё, что для этого требовалось – это лишь некоторый уровень знаний и… способность оперировать силами всех пяти стихий.

Идеальная защита, если понимать, что рассчитана она в первую очередь на самих Стражниц. Ни одна из девочек, какой бы умницей и красавицей она ни была, физически не сможет провернуть данную операцию, так как ей подконтрольна только одна стихия. Конечно, теоретически, объедини они силы, то могут провернуть это дело, но тут есть два важных момента. Первый – заметить недовольство и готовность к предательству у всех пятерых куда проще, чем у одной, а следовательно, и успеть вовремя среагировать. Ведь такие изменения не происходят мгновенно – процесс разочарования довольно долог: переоценка ценностей, метания и планирование действий в «новых» реалиях. Не делается такое одним щелчком, а Оракул не просто так носит данный титул. Что до второго момента, то он выражается одним словом – «знания». Стражниц не просто так учат одним балаганным фокусам без всяких фундаментальных основ искусства магии. Много ты навоюешь, если не знаешь ни «что», ни «как» делать, чтобы сохранить свои силы? Вот то-то и оно.

И тут появляюсь такой красивый Я, который ни разу не ограничен строгой стихийной специализацией, а напротив, является многогранным универсалом, хоть по чуть-чуть, но сведущим во всех гранях искусства. Дай мне кристалл – и я быстро найду нужную ниточку, а потом и потяну за неё, выдёргивая драгоценную власть Кандракара прямо из-под носа у Совета.

Минута работы – и восхищённые овации.

Пусть они и выражены только изумлённым взглядом Вилл, которой я всё это и поведал после того, как сияние обновлённого Сердца Кандракара утихло…

– Но как же Нерисса? – переспросила девушка, очевидно, пока не решившая, как на это всё реагировать. – Ты же сказал, что ни одна стражница провернуть это не может, а раньше говорил, что она могла… Ну, охотилась за кристаллом для этого, как и ты!

– Нерисса, можно сказать, смухлевала, – сжимаю кристалл в кулаке и притягиваю во вторую руку посох. – Она сперва получила Сердце Меридиана, которое само по себе несёт весь стихийный спектр. Да, он не разделён так чётко, как в Арамерах, и для создания «своих» Стражниц ей пришлось собирать уже прошедших инициацию подруг, но факт от этого не меняется – она уже могла оперировать всеми стихиями, как могла это делать и Элион. Вопрос стоял только в эффективности и возможностях собственного тела, но источник нужной силы у неё был.

– А как быть с тем, что она пыталась украсть кристалл ещё до того, как получила силу Элион? – нахмурилась Рыжик.

– Тут много вариантов, но даже если предположить, что Оракул сработал бы мгновенно и отсёк Арамеры от кристалла в тот самый миг, как оный коснулся пальцев Нериссы, что бы принципиально изменилось? Она точно так же украла бы силу моей сестры, а потом, с Сердцем Меридиана на руках, сделала бы то же, что и я сейчас. Не такой уж он и тяжёлый, – взвешиваю кулон на ладони, – чтобы старушка переломилась потаскать его в кармане пару недель.

– М-м-м… – девушка озабоченно нахмурилась, что-то обдумывая. – Знаешь, я только сейчас вспомнила… Ведь Нерисса каким-то образом заколдовала Оракула сразу после твоего свержения. Она тогда притворялась Провидицей из Бесконечного Города и обняла его, когда нас всех пригласили на Кандракар, а потом он пару раз упоминал, что с его способностью видеть будущее что-то не так…

– Любопытно… – я прикинул, как она могла это сделать, но среди знаний Фобоса так сразу нужных не нашлось. – Надо будет её расспросить о столь полезном навыке, – улыбнувшись, кошусь на навершие посоха.

– Так… – Вилл отследила взгляд и пожевала губу. – Что она могла сделать, если бы Оракул не среагировал так быстро?

– Да что угодно, – пожал я плечами. – Пока Арамеры не отсечь, энергии в кристалле через край.

– Понятно, – девушка озабоченно нахмурилась, опять погружаясь в размышления.

Беззвучно хмыкнув на эту картину, я молча повесил Кристалл на шею и спрятал под мантию. Пора было переходить к финальному аккорду пьесы, но прежде…

Перевожу взгляд на сжимаемый в руке посох. Узкое коричневое древко, вокруг которого спиралью скручено второе, и крупный фиолетовый камень в навершии. В основе артефакта лежал посох Кадмы, он же Сердце Замбалы. Я точно не знал, является ли такая форма артефакта изначально задуманной для Сердца Замбалы или это прошлая стражница земли поместила кристалл на деревянное основание, так сказать, к собственному удовольствию, но, как бы то ни было, за десятки лет использования древесина пропиталась энергией настолько, что уже даже изменялась вместе с кристаллом. В действительности, нынешний посох мало напоминал тот, какой использовала Кадма. Спиральная «лоза» точно была лишней, да и камень, превосходящий размером мой кулак, явно великоват. Не то чтобы я был близко знаком с оригиналом, но прошлый Фобос его мельком видел, да и я из мультика смутно припоминал, что он был далеко не столь вычурным.

Но суть в другом. Коричневый цвет с друидическими завитушками и, прости Тьма, «радужными стразами» мне явно не шёл. Окружающим-то всё равно, но раз уж я обрёл «Феноменальную Космическую Мощь», то имею право носить то, что соответствует моим вкусам. А раз так…

Усилие мысли – и древко в моей руке вспыхивает белым сиянием. Краем глаза замечаю удивлённый взгляд Вилл, однако сказать она ничего не успевает – преображение уже завершено. Свет утихает, открывая глазам иссиня-чёрную поверхность ровного древка, в четырёхгранном навершии которого заключён небольшой белый камень. Всегда мечтал иметь жезл Сарумана, и пусть хоть кто-то скажет, что он мне не подходит.

– Что ты сделал?

– Ну не могу же я ходить с женской палкой? – пожимаю плечами.

Девушка подозрительно осмотрела меня, потом посох, потом опять меня, что-то прикинула в уме – и с самым независимым видом сложила руки на груди.

– Плагиатор! – прозвучало в равной степени укоризненно и торжествующе. Похоже, Властелин Колец она тоже смотрела.

– Ну, если быть точным, эскизы рисовал я… – побольше скромности, побольше… Ведь какие-нибудь эскизы я точно в одной из жизней рисовал. Так что ни слова лжи! Я кристально честен!

– Врёшь!

– Вру, – согласно киваю. – А может, и нет… Кто знает…

Глава 15

– Вас только за смертью посылать, – вежливо поприветствовал я возникших во вспышке телепортации девушек.

Успели они буквально минута в минуту, ещё бы немного, и… я бы подождал ещё. Появляться на Меридиане без Элион было бы не самым разумным поступком – моим словам её солдаты не поверят и начнут мешать освобождать заключённых, в результате куча никому не нужных сложностей на пустом месте и море взаимных обид. Само собой, при этом я получу моральное право на «асимметричный ответ», но я его и так получу, если уже не получил трудами Калеба. Но кому нужно это право, если его воплощение разом поломает львиную долю моих достижений по приручению стражниц? Тут надо тоньше… Тщательнее. И вообще, поспешать следует не торопясь.

– Да что ты понимаешь?! – тряхнула шевелюрой блондинка. Которая повыше, а не моя сестра. – Ты хоть знаешь, чего нам стоило развести Лилиан с Криссом по домам и успеть всё это за какие-то жалкие полчаса?!

– М-м-м… Ты же не думаешь, что я сейчас паду ниц и начну лобызать тебе ноги, проникнувшись своей неправотой?

– Вилл!!! – совершенно игнорируя всё на свете, в том числе и нашу с Хэйл пикировку, подскочила к Рыжику Ирма. – Это правда?! Скажи мне! Нет, не говори! – тут же передумала шатенка и, ухватив подругу за руку, потянула ко мне.

Растерянная и, по глазам вижу, кожей чувствующая нависшую пакость Вилл едва не упала от резкости манёвра, но в последний момент успела схватиться за меня. Да, её в меня толкнули.

– Стойте так, не шевелитесь! – в воздух поднялся мобильник. Щёлк. – Да! – щёлк. – Подвиньтесь ближе! – щёлк. – Ну сделайте с лицами что-нибудь! Это же величайший момент истории! – щёлк, щёлк, щёлк! – А-а-а!!! Чёрт! Ну почему меня тут не было?! Почему никто не догадался взять телефон?! Может, вы повторите? Ну пожалуйста! – стражница воды скорчила такую умоляющую гримасу, по сравнению с которой показываемое детям «милое личико» смотрелось бледной пародией.

– Ладно, так и быть, сделаю вид, что проявил классовую солидарность, – игнорируя мельтешение стражницы воды, сообщаю Корнелии, стараясь, чтобы это выглядело так, будто я оказываю высочайшую милость. – В конце концов, у меня тоже есть младшая сестра, – и, не давая никому вставить хоть слово, продолжаю: – Ну что, все закончили с этапом трогательных нежностей и очаровательных разъяснений? Меня, между прочим, ждут подданные, которых неплохо бы вынуть из сырых камер!

– Кхм, – тактично кашлянула Хай Лин. – Это звучало бы более убедительно, если бы ты убрал руку с её плеча.

– Ты считаешь меня неубедительным? – позволив в голосе зазвучать привычной княжеской властности, вопросительно вскидываю бровь. Естественно, даже не думая отпускать Вилл.

– А я что-то сказала? – мгновенно пошла на попятную азиатка, чуть-чуть пятясь. – Тебе послышалось!

– Он всегда такой? – спросила стоящая рядом с подругами Кесседи, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Да, – хором ответили три голоса. После чего Хай Лин, Вилл и Тарани понимающе переглянулись.

Я эту пантомиму демонстративно проигнорировал. Как и ещё несколько испепеляющих взглядов, авторами которых были Корнелия (обиделась за грязные инсинуации в сторону Элион), Кадма (бабушке не вернули палочку) и Ян Лин в двух экземплярах. Последняя за неполные пять минут, как мы с Вилл спустились, успела вывалить на меня столько истинно азиатского презрения к наглому бледнолицему варвару, что у меня чесались зубы, а от применения испепеления спасала только мантра о том, что нельзя устраивать массовые убийства прямо на глазах у девочек. А вот Галинор и Элион, что показательно, явной враждебности не проявляли, глядя на меня с легко читаемым опасением.

– Вилл, ну хотя бы ты… – перевозбуждённая Ирма продолжала делать неприличные намёки.

– Даже не мечтай! – отрубила Рыжик, нахохлившись со всей возможной неприступностью.

– То есть как посылать меня на свиданку с Мартином – это нормально, а как чуточку попозировать для истории – так сразу «Ирма, даже не мечтай!», да?! – огласил помещение надломленный крик души.

– Ты вообще понимаешь, что говоришь? – в этот раз вспылила уже аловласка, исчезнув из моего захвата и нависнув над подругой. – Вы чего все как с цепи сорвались?! Подумаешь – один разок не сдержалась! – прозвучало как оправдание. – Сама с ним целуйся, если так неймётся!

Неожиданный поворот…

– Правда можно? – оживилась шатенка.

Я что-то говорил про неожиданности? Забудьте!

– А?.. – полностью разделила моё мнение аловласка.

Филиал дурдома – акт второй. Только теперь с видом «Куда я попал?» стоит не только Элион, а ещё и все прошлые стражницы. Нынешние реплику Ирмы, впрочем, тоже встретили с бооольшим вниманием.

– Мне одной кажется, что всё свелось куда-то не в ту сторону? – подняв пальчик, поинтересовалась Хай Лин. Что-то много стражниц стали мыслить одинаково со мной…

– Прости, увлеклась, – спохватилась повелительница воды, виновато глядя на Вэндом.

– Эм… – судя по всему, Вилл с большим трудом собирала мысли в кучку после таких откровений. – Давайте уже отправимся на Меридиан.

Предложение было своевременным, потому, недолго думая, я шевельнул скипетром, открывая проход между мирами. Возможно, я был бы и не против провести ещё немного времени в такой лёгкой и позитивной обстановке, но делать это в ущерб своим позициям как лидера было бы по меньшей мере глупо. Да и, чисто по-человечески, узников требовалось освободить как можно скорее, уж кому как не мне это понимать.

– Не поймите меня неправильно, – замираю возле сияющего разлома, так, чтобы все присутствующие в лучшем случае видели лишь мой профиль, – я отнюдь не против поцелуев, шуток, пикировок и прочих способов приятно провести время среди прекрасных дам, но тысячи моих верных подданных сейчас сидят по сырым камерам, давясь бурдой из сгнивших продуктов и ходя под себя. Я понимаю, что мало кому из вас есть дело до жалких уродцев и прихвостней злобного тирана, но очень вас прошу – проявите хоть капельку сдержанности и самоуважения. Мне не хочется начинать новую войну на Меридиане только потому, что кто-то не может хотя бы на полчаса сдержать свои детские порывы, – и, более никого не ожидая, я ступил в проход.

Резковато получилось, но для них сейчас – самое то. Пусть взбодрятся и возьмут себя в руки – похихикать у них и потом время будет.

На той стороне меня встретил пустынный зал Бесконечного Города. Дважды здесь проходили мои войска, первый раз – накануне коронации Элион, когда Седрик выбивал повстанцев из их логова, второй – когда Рейтар пришёл освободить меня через несколько месяцев после заключения. Если подумать, не сумей Стражницы задержать меня в тот день, то Нериссе пришлось бы попрощаться со своими амбициями уже тогда – стоило лишь моим пальцам сжаться на кулоне сестры. Впрочем, история не имеет сослагательного наклонения, и уж я сейчас буду последним, кому подобает на неё жаловаться.

Сзади послышались тяжёлые шаги, и из разрыва пространства появился Рейтар. Воин был как всегда собран, сосредоточен и несгибаем, но в этот раз в его облике сквозило что-то ещё. Ощущение… торжественности? Да… За прошедшее время меридианец привык к поведению стражниц, потому последняя сцена его не смутила, признаться, его сейчас вообще вряд ли что-то могло смутить. Взгляд рыцаря пылал… Это был не магический огонь, не отблески факелов, нет. Вокруг него словно распространялась аура какого-то… Величия.

Тихий шорох пересыпавшегося сквозь щель Песочника, спустя миг вырастающего горой за плечом воина. Предупредительные шаги Седрика, заглушаемые шелестом вновь надетой мантии. Лёгкая поступь Миранды, без стеснения огибающей своего кавалера и замирающей прямо перед ним.

Четыре моих слуги. Четыре воина. Четыре… Японское число смерти…

– Хм, – я хмыкнул, отвернувшись от группы сторонников, и рефлекторно прикрыл глаза.

– Что-то случилось, повелитель? – спросил светловолосый оборотень, окончательно разрушая гипнотический эффект момента.

– Похоже, это место странно на меня влияет, – поднимаю взгляд к потолку. – Время, проведённое здесь… и его след сложно будет вытравить из памяти…

Верно. Именно здесь я попал в это тело, именно здесь получил его в единоличное пользование и именно здесь обрёл шанс на новую жизнь. Такое не забыть.

Мои слуги переглянулись, и каждый подумал о чём-то своём, гадая о сути моих слов, но с минорной нотой пора было заканчивать. Тем более из складки начали выходить новые действующие лица.

– Прости, мы больше не будем дурачиться, – первой подошла ко мне Вилл. – Что от нас требуется?

– Просто постойте рядом с Элион и удерживайте её подданных от необдуманных поступков. Всё остальное я сделаю сам.

– Брат, – о, кто у нас решился заговорить! – что ты задумал?

Серьёзно сдвинувшая бровки Элион опасливо подошла ближе. Девочке явно было неуютно находиться так близко от меня и моих слуг, но она упрямо сжала кулачки и требовала ответа. Похвальная выдержка. Быть может, из неё получится и не такая уж плохая правительница… Лет через десять.

– Начнём с того, что кое-кто от меня отрёкся перед лицом массы свидетелей, так что, пожалуйста, будь последовательна. Возможно, тебе доводилось слышать на Земле афоризм, что король – хозяин своего слова, захотел – дал, захотел – взял обратно. Так вот, в реальности для монарха это очень плохая привычка. Фатальная, я бы сказал. Так что обращайся ко мне или по имени, или по титулу. Третьего не дано.

– Но ведь ты называешь меня сестрой! – нахмурилась королева.

– А я от тебя не отрекался, – пожимаю плечами, – так что имею право, – Элион от такой диспозиции распахнула рот и начала ловить воздух, словно рыба, выброшенная на берег, но я ещё не закончил: – Что до твоего вопроса… – разворачиваюсь и начинаю шагать к лестнице, ведущей в тюрьму. – Я задумал вернуть себе то, что принадлежит мне по праву. И пусть с половиной Меридиана и твоей частью силы сейчас возникли некоторые технические трудности, но это временное явление.

– Ты… Ты так легко говоришь, что собираешься нарушить договор? – потрясённо произнесла девочка. Остальные, кхм, девочки, судя по лицам, тоже мыслили в том же ракурсе.

– О нет, моя хорошая, – усмехаюсь, слегка повернув голову и найдя её взглядом, – в том и прелесть ситуации, что мне ничего не придётся нарушать… Это сделаешь ты. Вернее, кто-нибудь из твоих слуг, тот же Калеб, например. Но магический контракт – такая штука, которой на такие мелочи плевать. Стоит любому кнехту, состоящему у тебя на службе или искренне считающему, что действует на твоё благо, совершить хоть что-то, что можно расценивать в качестве акта агрессии в мою сторону, как с меня спадают все ограничения по действиям на Меридиане. И знаешь, что самое чудесное? А то, что даже всё это тебе рассказав, я ничего не теряю! Ведь ты не станешь казнить Калеба, в лучшем случае – запрёшь его в темницу, но он – мальчик гордый и очень высокого мнения о своём интеллекте, а значит, сбежит и начнёт подстраивать мне пакости, и… – щёлкаю пальцами, – Меридиан мой!

– Я… Я сделаю так, чтобы он не сбежал… – тихо попыталась уверить меня сестра. По всей видимости, даже не очень осознавая, что именно говорит и каким голосом. А голос был такой, каким обычно оправдываются и уверяют, что больше такого не сделают.

Я негромко рассмеялся, отчего в зале мистическим образом установилась гробовая тишина.

– Вот поэтому ты и не подходишь на роль правителя, сестрёнка. Калеб был лишь примером, наглядным пособием, которое вы все бы поняли, но разве он такой один? Сколько среди твоих придворных повстанцев, для которых война со мной была смыслом большей части жизни? Сколько таких в твоей армии? Заключишь в темницу всех? О, я буду только рад! Но ведь ты на это не пойдёшь, а значит, ничего не изменится. Убедить всех? Объяснить? Да большая часть из них и писать-то, поди, не умеет, как ты объяснишь им нечто столь абстрактное и многомерное, как свойства магического контракта, если и сама их не понимаешь?

– Ты… Ты само Зло! – с дрожью в голосе крикнула Элион, в глазах которой появились слёзы.

– Ты как обычно делаешь поспешные выводы и бросаешься громкими словами, которые очень сложно взять назад, глянув только на верхний слой и ни миллиметром глубже, – картинно вздыхаю, притормаживая у лестницы. – Злом я был бы в том случае, если бы не стал всё рассказывать, а потом коварно вонзил ничего не подозревающей тебе нож в спину, а так… Я даю тебе шанс. И хочу заметить, подсказок, как тебе выпутаться из положения и сохранить мир на Меридиане, я дал массу.

– А прямо сказать – не судьба?! – вклинилась в наш семейный разговор недовольная Корнелия. Хотя, чего бы ей быть довольной? Подругу обижают, парня грозят замуровать, причём та самая подруга, наконец, я, весь такой довольный и торжествующий, перед носом маячу. Сплошной стресс…

– Ну не могу же я сам рассказывать собственным врагам, как меня победить? – возвёл я очи горе. – Это будет слишком по-идиотски. Даже для детского мультика.

– Мы не в детском мультике, – надулась Хэйл.

– Ой, да ладно! Вы девочки-волшебницы с крылышками, я тёмный принц, вон там стоит змей-оборотень, а большая часть ваших приключений – это сплошное пыщ-пыщ и надругательство над здравым смыслом, ну где ещё мы можем быть?! – публика зависла. Какой я негодяй… – Ладно, шутки в сторону. Сейчас мы войдём в темницу, и я освобожу своих подданных, а ты, Элион, постараешься убедить своих солдат не мешать этому, – заглядываю в серые, отдающие сиреневым глаза сестры. – Ведь если они станут мешать, то это тоже можно будет расценивать как акт агрессии в мой адрес, а мы ведь не хотим увидеть последствия подобного… казуса?

Девочка отвернулась. Злится… Однако её поза говорила о том, что она смирилась и брыкаться не будет. По крайней мере, сейчас.

– Зачем ты с ней так? Неужели нельзя было полегче? – шепнула мне Вилл, подлетев ближе, когда я уже спускался по лестнице.

– Нельзя, – столь же тихо отозвался я, лёгким движением магии отсекая нас от подслушивания со стороны. – Одно дело – прощать сестру, которая действительно пытается держать в узде своих прихлебателей, и совсем другое – закрывать глаза на действия дуры, которой те вертят как хотят, а она даже не понимает, чем могут закончиться её игры.

– То есть ты соврал, что собираешься завоевать весь Меридиан, как только представится шанс? – Рыжик недоверчиво сморщила носик. Причём я затруднялся определить по её голосу и мимике, рада она этому или разочарована.

– Нет, я собираюсь, – отмахиваюсь от грязных инсинуаций. – Потом… Может быть… В общем, посмотрю на твоё поведение.

– А я тут при чём? – изумилась девушка.

– А по-твоему из-за кого я до сих пор не отобрал силу Элион назад?

– Э… А… – Вэндом старательно попыталась собрать глаза в кучку, но получалось не очень. – Ты меня запутал.

– Эх… – вздохнул я. – В нашем контракте не было пункта, запрещающего мне отбирать чужие Сердца, я не имею права только вести завоевательные походы. Для справки, если поход не завоевательный, а только ради грабежа и разбоя, я имею на него право. А если завоевательный поход веду не я, а, скажем, тот же Рейтар, то вообще никаких проблем. Но вернёмся к Элион. Ты правда считаешь, что после выходки Калеба я ещё чего-то там кому-то обязан?

– Уау!.. Это круто! – неожиданно раздалось сзади восторженным голосом Ирмы. – Это даже круче, чем «я люблю демократию» Палпат!.. М-м-м!!!

Я остановился. Гримаса «Шухер! Нас раскрыли!» на лице Вилл этому решению очень способствовала. Оборачиваюсь… Чтобы узреть прелюбопытнейшую картину, как Тарани и Хай Лин с перекошенными в такой же гримасе, как и у Рыжика, лицами дружно зажимают рот Лэир. Пикантность ситуации придавало и то, что Корнелия таращилась на меня в первобытном ужасе, а вот стоящая рядом с ней Элион, а также мои подчинённые никаких признаков понимания происходящей сцены не проявляли. Что-то мне это подозрительно…

– Ты позволила им подслушивать через вашу ментальную связь, – не спрашиваю, а констатирую, вновь повернувшись к аловласке.

– Я не специально! Ну… В смысле… – стражница отчаянно шарила глазами по сторонам. – Ты же понимаешь, как ты нас испугал, когда начал угрожать Элион! – о, перевод стрелок на меня.

Я молчал, высказывая всё, что о ней думаю, одним взглядом. Это был крупный монолог, полный экспрессии, желчного сарказма и сложных идиоматических оборотов, приправленных тоннами пафоса, искромётного юмора и надругательства над умственным и человеческим достоинством собеседника. К чести девушки, она его услышала.

– …Прости… – понурилась Вилл, пряча глаза.

– Накажу вас потом, – лаконично посулил я и вновь зашагал вниз.

Шагать, впрочем, оставалось всего ничего. Последняя ступенька осталась позади, и я замер перед широким проёмом, где вместо двери стоял поток стекающей сверху воды.

***

Шум водопада, трещание магических решёток и мерзкая бурда, по какому-то недоразумению называемая пищей. О, эти поборники «добра и справедливости» хоть и не знали толка в нормальных пытках, но переводить припасы на «мерзких отродий» и «приспешников тирана» не спешили. Что же, отряды лурденов, гаргулов и прочих «клевретов тирана» понимали их, как и те Рыцари Мщения, что до сих пор сидели в своих камерах. Понимали и тщательно запоминали имена и лица. Наступит день, и они утопят этих шакалов в их собственной крови. Один раз они уже восстали, Князь Фобос вёл их от победы к победе, и пусть на последнем, самом важном этапе эти коварные твари смогли хитростью и обманом обернуть все их победы в поражение, Князь найдёт выход. Всегда находил, и сомневаться в нём недопустимо!

Но шли дни, складываясь в недели, а тот, на кого возлагали свои надежды пленники, так и не появлялся. Бесконечный шум, насмешки стражи и паршивая пища подрывали силы и боевой дух, зарождали в сердцах тоску и безысходность, но в один воистину прекрасный день… Водопад при входе замёрз.

– Тревога! Нападение! – забегали нервно тюремщики, а приободрившиеся пленники «подбадривали» их радостными возгласами и обещаниями отплатить за гостеприимство, когда Князь поменяет их местами.

Стена льда у единственного входа пошла трещинами и осыпалась тысячами искр. Взглядам обитателей темницы открылся мрачный зев прохода, в котором… Стоял Тёмный Князь!

И, будто с глаз сорвали шоры, на всех обитателей тюрьмы резко обрушилось ощущение непередаваемой мощи, излучаемой высокой, облачённой в мантию фигурой. Воздух дрожал от магии, каждый шаг Повелителя отдавался эхом в костях, а камни пола, казалось, едва выдерживают поступь мятежного принца.

– Ватек… – пронёсся по помещению властный голос, словно сплетённый из звуков грома и молний, когда вошедший заметил изготовившегося к бою синекожего гуманоида, – смотрю, любимая работа никак не отпускает. Забавно, не правда ли? Отказаться от удовольствия ежедневно созерцать муки несчастных пленников не можешь ты, а тиран здесь всё равно я. Двойные стандарты такие двойные.

– К бою! – вместо ответа возвестил начальник тюрьмы и первым кинулся вперёд.

Небрежный жест снисходительно вздёрнувшего бровь Князя – и вся охрана, окутавшись бледным сиянием, неподвижно замирает на половине шага.

– Я пришёл за своими подданными, а не тешить твои комплексы героя-великомученика, – тёмный маг безразлично обогнул застывшего верзилу и вышел в центр круглой площадки между камерами.

Сотни полных надежды, ликования и трепета взглядов жадно пожирали его высокую фигуру, впитывая каждое движение, жест и черту мимики. Грудь десятков уже распирало от рвущегося наружу нестерпимого томления, от которого сами собой напрягались мышцы и сводило судорогой кулаки. Им нужен был только знак – только спусковой крючок…

И чёрный посох в руках Фобоса взметнулся в воздух. Белый камень навершия сверкнул, на миг ослепляя столпившихся у решёток пленников – и барьеры, отделявшие их от свободы, пропали.

Торжествующий и полный ликования рёв сотен лужёных глоток огласил старые стены древней тюрьмы, эхом прокатившись по ближайшим залам Бесконечного Города.

Дикие, привыкшие к жизни в горах лурдены не стали терять зря время и дружно повалили из камер, спускаясь вниз прямо по неровной кладке, но первыми до своего повелителя всё равно добрались не они.

Огласив тюрьму залихватским кличем, северный варвар и лучший командир тяжёлой кавалерии королевства спрыгнул прямо с края своего узилища и, перемахнув трёхметровый ров, с грохотом приземлился на ноги перед Князем. С секундным отрывом от него из своей камеры вышел меридианский великан – с размерами Гарголя ему и прыгать не пришлось, хватило сделать шаг. И третьим на сцене появился последний Рыцарь Мщения – преодолев ров прыжком с перекатом, на одном колене перед мятежным принцем замер Охотник.

Освобождённые пленники, оскалившись и подбадривая себя издевательскими криками, начали надвигаться на побледневшую охрану, уже готовящуюся продать свои жизни подороже, но…

– Стоять, – лязгнул по ушам спокойный голос Тёмного Князя. – У нас договор, и мы не будем на них нападать… первыми.

– Но он же напал, повелитель! – резкий голос Фроста так и сочился детской обидой на то, что ему не дают переломать кости всем этим уродам, а ведь он уже настроился. – Этот предатель сам бросился на вас!

– Ты не им-меешь права! – нашёл в себе силы выкрикнуть парализованный Ватек.

– Имею, – жестом остановил кавалериста Фобос, поворачиваясь к говорившему, – согласно договору, заключённому в этих же стенах. И, Элион, может, ты наконец вспомнишь, что являешься правительницей половины этого мира, и отдашь приказ своим людям, пока их действия не развязали мне руки? – едко осведомился принц у прохода наружу.

Сотни недоумённых взглядов метнулись в ту сторону, чтобы спустя секунду увидеть, как из тени выходит светловолосая девочка в богатом платье.

И не одна! Рядом с королевой Элион стояли Стражницы, а за ними… Возвышались хорошо узнаваемые фигуры Рейтара, Седрика и Песочника.

– Ваше Величество? – не поверил своим глазам глава тюремщиков.

– Да, – печально выдохнула она, – Фобос сейчас в своём праве. Не чините препятствий его слугам и ни в коем случае не нападайте. Передайте этот приказ всем.

– Будет исполнено, Ваше Величество! – ударил себя в грудь воин, только сейчас заметив, что его уже ничего не удерживает.

Усмехнувшись этой картине, Фобос вновь развернулся к бывшим пленникам.

– Мои подданные, – произнёс он тихим голосом, однако во всей тюрьме не нашлось бы никого, кто его не расслышал, – как я и обещал, вы свободны. В силу заключённых договоров, у нас перемирие с Элион, потому никаких конфликтов, однако…

Утихшее было давление магической мощи принца взяло новую высоту, буквально приковывая к месту всех присутствующих, и следующие слова отозвались громовыми раскатами в душах каждого из слушателей:

– С этого дня я объявляю о воссоздании Меридианской Империи. Более я не принц и не князь, не король и даже не вождь, я – ваш Император! Я не принесу ни присяги, ни клятвы! Свою власть я взял сам, и моя воля – закон, ибо Я так хочу! Я был рождён, чтобы править, и пришло моё время! Вы – те, кто шёл за мной с самого начала, те, кто не предал в час нужды, те, кто терпел и ждал, не теряя надежды, вы – мои подданные, моя Империя! А Империя да пребудет! – с последним звуком своей речи Фобос вскинул вверх руку с чёрным скипетром, и в потолок ударил чудовищный по мощи столб энергии, скрыв за несколькими метрами ревущего и рвущегося в высь света фигуру мага.

Широкая, туго закрученная колонна белого пламени, заставившая отшатнуться даже Рыцарей Мщения, не разрушила – испарила потолок и монолит многометровой кладки до самой поверхности земли, чтобы миг спустя ударить в тёмные небеса Меридиана. Тихая ночь Столицы в одну секунду стряхнула ленивую сонливость, и многие тысячи существ в тревожном непонимании воззрились на небывалое зрелище. Но это был не конец. Достигнув верхней точки напряжения, высвобожденная магия дрогнула и звонкой волной начала распространяться по всему миру, донося до сознания каждого разумного образы только что случившегося действа и слова самозваного Императора. Слова, что у очень и очень многих рождали лишь ужас и трепет, но… В горах, тесных лощинах и дремучих чащобах, северных хуторах и на дальних заставах эти слова порождали радость и ликование. Те, кто не предавал, тоже имели свои чувства…

Столб света схлынул, открывая собравшимся в тюрьме вид на звёздное небо и Фобоса, спокойно опускающего посох. Несколько секунд в зале царило немое изумление, однако…

– Слава Императору Фобосу! – первым сбросил оцепенение лидер Рыцарей Мщения и первым упал перед своим повелителем на одно колено.

Остальные Рыцари немедля повторили его действия, даже огромный Гарголь постарался как можно ниже склонить голову. Не все лурдены умели говорить на общем языке, но непонимающих его среди них не было, а потому крики восторга и восхвалений захлестнули тюрьму на несколько минут, полностью морально раздавив немногочисленную хмурую охрану. Забытые ликующей толпой королева Элион и Стражницы потерянно стояли в стороне и молчали, но до них недавним узникам уже действительно не было никакого дела.

Неожиданно Фобос поднял руку, призывая своих слуг к тишине, и, словно по волшебству, хотя им тут и не пахло, крики мгновенно смолкли. Сотни взглядов в ожидании скрестились на своём Повелителе, который только что вышел куда-то на уровень Бога.

– Рейтар, – пронёсся по помещению холодный голос, всё ещё звенящий от мистической силы.

– Да, милорд? – стоящий на одном колене воин поднял обожающий взгляд на своего Императора.

– За проявленные тобой доблесть и безукоризненное исполнение своего долга я снимаю с тебя полномочия капитана гвардии, – в глазах меридианца начало разрастаться неверящее изумление, но… – и назначаю тебя Главнокомандующим Имперской Армии.

– Я не достоин столь высокой чести, Повелитель, – с пересохшим горлом растерянно возразил воин.

– Ошибаешься. Ты доказал, что достоин, когда в самом безнадёжном положении, какое только можно вообразить, не отступил и не сдался. Ты сумел совершить то, чего никто до тебя не мог, Рыцарь Бездны, но пуще того, ты, несмотря на несправедливое и жесточайшее наказание, сохранил мне верность. Если этого не достоин ты, то никто не достоин.

– Я… – кулак, прижатый к груди Рейтара, задрожал, а сам воин опустил лицо, чтобы никто не заметил, как у него в глазах скапливается недостойная мужчины влага. – Благодарю за оказанное доверие, Повелитель! Клянусь жизнью оправдать его!

– Встань, Рыцарь Бездны, – повелел Тёмный Маг, окончательно закрепляя это новое имя за свежеиспечённым главнокомандующим. – И вы, Рыцари Мщения! – окинул он взглядом фигуры опаснейших бойцов Меридиана. – Ваша доблесть и верность достойны высочайшей награды. С этого дня ваш Орден будет утверждён как высшая военная элита Империи! И я рассчитываю, что и в будущем вы будете проявлять ту же твёрдость и силу духа, которую являли до сих пор! На этом с наградами покончено, – свежеиспечённый император обвёл всех холодным взглядом. – Праздновать и отдыхать будем потом, сейчас же… Главнокомандующий, мой первый тебе приказ: организуй получение довольствия и возвращение вооружения нашим отрядам. Далее разбейте лагерь в половине дня пути от замка, вопрос о его принадлежности мы с Элион обсудим позднее. Я присоединюсь к вам через день или два, как закончу некоторые дела.

– Как вам будет угодно, Повелитель, – кивнул Рейтар.

– Седрик. Как моему первому министру, тебе поручается организовать снабжение и материальное обеспечение. В помощь возьмёшь Миранду. Вы полностью амнистированы, но… – Фобос выдержал паузу, нагнетая и так искрящую обстановку. – Больше ошибок я не потерплю.

– Их не будет, Ваше Величество, – склонил голову змей-оборотень.

– На этом всё. Дамы, – Князь покосился на пребывающих в прострации стражниц и свою сестру, – следуйте за мной…

Глава 16

Лестница перед водопадом осталась позади, перед нами вновь был огромный зал, но всё не то. По бокам возвышаются витые колонны, созданные столь искусно, что до сих пор сохранили свой блеск и красоту. Поворот… Вот и боковой проход. Уходящая во тьму галерея закончилась очередным залом. Пустынным и необитаемым – то, что нужно.

Поворачиваюсь к хвостиком следовавшим за мной девочкам. Мысль – и нас накрывают чары конфиденциальности. Это Меридиан, здесь нельзя забывать о паслингах и прочей излишне ушастой нечисти.

– Ну что, – усмехаюсь, с нескрываемым удовольствием любуясь пришибленными мордашками чародеек, – я заслуживаю звания капитана Ультрамаринов или удалось вытянуть только на сержанта?

– А?.. – глупо захлопали они глазами дружным хором.

– Проехали, – повёл я рукой, старательно изобразив на лице: «Какие невежды меня окружают?!» – Ну, чего вы такие кислые? Взбодритесь! Я знаю, что не гений театрального искусства, но не настолько уж я плохо сыграл, чтобы вы от потрясения теряли дар речи и впадали в кому.

– Ты объявил себя императором… – в прострации произнесла Вилл, слабо отреагировав на мой спич. Сказывается закалка?

– Во-о-от, есть реакция, – похвалил я. – Давайте, девочки, оживайте! Не заставляйте меня прибегать к ультимативному средству от коматозного сна – ваша нежная психика не выдержит моих поцелуев, навеки пав в глубины тьмы и разврата. Тем более не могу же я целовать собственную сестру? Она же после этого никогда от фобий на мой счёт не избавится.

– Ты объявил себя императором, – уже более осмысленно повторила Вэндом и сфокусировала на мне взгляд. – И хватит уже этих пошлых намёков! Ничего такого твои поцелуи не делают!

– Вот сейчас было обидно, – изображаю на лице укоряющее выражение, но в глазах продолжаю смеяться, что она прекрасно видит. – Ты меня буквально опозорила на всю жизнь!

– Да прекрати уже! – на лице аловласки вспыхнуло возмущение, смешанное с застенчивостью, и меня легонько ткнули кулачком в живот. – Ты объявил себя императором! Это даже больше, чем король! Как ты можешь веселиться в такой момент?!

– Легко и непринуждённо, – пожал я плечами. – Формально я являлся им уже лет четырнадцать, с тех пор, как возглавил военное восстание, и уж точно с тех пор, как покорил весь мир.

– Со вторым понятно, а почему в первом случае? – вступила в диалог Тарани, поправив очки.

– Изначальное значение титула император – полководец, – поясняю прописную истину. – Сейчас же я официально владею несколькими мирами, включая Замбалу и Аридию, так что «Император» – самое то! Кстати, вам какие титулы больше нравятся?

– А какие можно? – оживилась Ирма.

– Не заговаривай нам зубы! – отмахнулась от подруги и насела на меня возбуждённая Рыжик. – Ты хоть понимаешь, что теперь начнётся после твоей выходки?

Как же очаровательно она сердится… Эта складочка на лбу, наморщенный носик, оскорблённый взгляд, сжатые кулачки, потешно контрастирующие с широкими розовыми рукавами, и нервно подрагивающие крылышки. Того и гляди сапожком притопнет и начнёт искрить чёлкой. Очаровательно…

– Разумеется, – я обворожительно улыбнулся, приобнимая свою фею за талию. – Теперь добрая треть бывших мятежников, а ныне – слуг моей сестры рискует выйти в стратосферу на собственной реактивной тяге из точки пониже спины.

Хай Лин нервно хихикнула, Тарани замерла с кривой полуулыбкой на лице и потрясением в глазах, Ирма обошлась без улыбки, глубоко уйдя в себя с чуть приоткрытым ротиком. Ну, а Корнелия с Элион замерли соляными столбами, смотря на меня как на нечто мерзкое и очень опасное.

– Начнутся провокации! Стычки! – возопила «криком души» главная стражница, впрочем, не спеша вырываться.

– Именно! – я отпустил её и назидательно поднял вверх указательный палец. – Представляешь эту прекрасную картину? Каждую минуту мне будут давать кучу поводов захватить весь Меридиан, отобрать обратно всю силу Сердца и посадить Элион в совсем не уютную клетку, а я… – бросаю быстрый, но выразительный взгляд на бледную, как снег, сестру. – Буду закрывать на всё это глаза, – мои губы сами собой расплываются в торжествующей улыбке. – Понимаешь? Я – злобный тиран, деспот, самодур, диктатор, чудовище и тёмный маг – буду поступать в высшей степени благородно и добродетельно, а те, кто кричит, что сражается за Свет, Добро и Справедливость, на деле будут творить сущее непотребство, умышленно подставляя под удар свою обожаемую королеву и многие тысячи ни в чём не повинных мирных жителей. Ну разве это не прекрасно?! Ирония момента подавляет, правда? – доверительно закончил я, слегка наклонившись к её ушку, но и не думая понижать голос.

– Пипец!.. Ой, простите, – Ирма смущённо зажала рот рукой.

– Бабушка меня убьёт, – простонала рядом Хай Лин, хватаясь за голову.

– Ты чудовище, – в ужасе вторила им Элион голосом, что едва превосходил шёпот.

– Между прочим, у твоей лучшей подруги есть крылышки, что анатомией человека совсем не предусмотрены, могла бы и проявить толерантность. И Бланк! Нельзя забывать о Бланке! Ты же не хочешь оскорбить такого хорошего парня столь мелочными приступами расизма? Что скажут твои приёмные родители?

– Я не расистка! – послушно повелась на провокацию девочка, вынырнув из своего полукоматозного состояния.

– Да? – со скепсисом вскидываю бровь. На языке так и крутилась колкость про лурденов, но я сдержался. – Прекрасно! Предлагаю это отпраздновать! – я уже собирался открыть проход на Землю, но вовремя спохватился. – Кстати, Элион, пока не забыл… Я наложил на скипетр чары, которые убьют любого, кто попытается взять его в руки, кроме меня. Удар вскроет любую активную защиту, не говоря уже о пассивной, и идти будет сразу по нескольким направлениям, от чисто духовного до разрушения высшей нервной системы. Запитываться он будет от силы всех Сердец в скипетре, так что проблем с энергией не будет. Так, что ещё?.. – я сделал вид, что вспоминаю. – Ах да, чары не одноразовые и с моей смертью не развеются, снять же их могу только я – там очень чёткая привязка, плюс пара десятков очень подлых ловушек, потом я ещё добавлю… Это так, – делаю неопределённый жест рукой, – просто хочу, чтобы ты знала. Ну, вдруг кто-нибудь шибко умный начнёт подбивать тебя на всякие авантюры?

На самом деле я врал от первого до последнего слова. У прежнего Фобоса ничего подобного в арсенале не было – ему банально не хватало энергии для работы с такого рода конструкциями, потому он и не ломал голову над их созданием. И пусть, чисто теоретически, такие чары можно было сплести, но расчёты и практическая отработка требовали времени, а также, как ни прискорбно, подопытных, хотя бы вида «лабораторная мышка обыкновенная». Как несложно догадаться, ничем из этого я в последнее время похвастаться не мог. Но смак ситуации заключался в том, что об этом знал я, а вот мои собеседницы не имели ни малейшего представления ни о границах арсенала Фобоса, ни о сложности процесса, а потому проглотили ложь как миленькие. На первое время этого хватит, чтобы обезопасить меня от излишне резких поползновений, а потом защиту я уже подкручу.

– Ты параноик… – с нотками восхищения, но больше сомнения в моём душевном здоровье заметила Вилл, прикрыв глаза.

– Живой параноик, а не тело с мечом некоего «доблестного» типа в спине, – отбрил я, с удовольствием наблюдая, как потупились дамы. – А теперь пойдём праздновать! – с воодушевлением закончил я.

– Что праздновать?.. «Не расизм» Элион? – во взгляде мулатки сквозило отсутствие всякого понимания, что вокруг происходит.

– Поминки по моему отпуску, – с готовностью пояснил я. – Сегодня последний день, когда я могу расслабиться и побыть самим собой, а завтра уже навалятся государственные дела. Все эти документы, споры, политика, согласования… Пропади они пропадом.

– Ты вот так просто пойдёшь развлекаться, пока тут… Тут… – Элион не знала, что сказать, это было очевидно по её лицу и мелкой дрожи, сотрясающей плечи. Не переборщил ли я с шоковой терапией?

– Совершенно верно, я пойду развлекаться. И тебе советую сделать то же самое. За один день Меридиан не рухнет, а Рейтар достаточно компетентен, чтобы избежать по-настоящему крупных инцидентов. Поверь, тебе это нужно даже больше, чем мне, ведь уже завтра на тебя насядет толпа взмыленных от ужаса советников, которые наперебой будут требовать что-то сделать. И даже если ты объяснишь им ситуацию, разжевав слишком сложные для их куцых бандитских мозгов моменты и положив каждому в ротик, твои нервы это не спасёт. Знаешь почему? А потому, что начнётся плач на все лады, стенания о жизни и бесстыдное нытьё. Причём каждый будет считать своим долгом излить его на тебя. Ты же у нас маленькая, глупенькая и наивная – сама ничего понять не способна, как тут взрослым и мудрым дядям удержаться и не раскрыть дитятке глаза на правду жизни? – выразительно поднимаю глаза к потолку в презрительной пантомиме. – Так что, милая сестрёнка, если не хочешь заработать в ближайшее время нервный срыв, а то и помешательство, расслабься. В конце концов, ты только что стала сестрой Императора – есть чем гордиться.

Взмах рукой – и рядом с нами возникает складка пространства, ведущая на Землю.

– Хотя, – вновь поворачиваюсь к Элион, иронично прищурив глаза, – если ты желаешь остаться и выслушивать панические вопли всяких Ватеков о том, что всё пропало, то я нисколько не возражаю.

Маленькая блондинка оскорблённо насупилась и поджала губы. В ней так и читалось бурлящее чувство противоречия, вот только лазеек я не оставил, и что бы она ни решила, это будет выглядеть как послушное исполнение моего предложения. Не говоря уже о том, что, оставшись, она поставит себя в очень глупое положение, выйти из которого умелым словесным выпадом не сможет в силу отсутствия должного опыта. Но всё же интересно, что в ней победит?

– Да не парься ты так! – неожиданно пришла на помощь девочке Ирма, дружески стиснув ту за плечо. – Фобос дело говорит! Давай с нами! Оторвёмся напоследок!

А улыбочка-то натянутая. Она Элион убеждает или себя?

– Точно! – не менее фальшиво поддержала подругу Хай Лин. – Ведь он ещё обещал показать нам мастер-класс запугивания! – последняя фраза вышла какой-то истеричной, а ведь у неё и так голос звонкий.

– А по-моему, он его уже показал, – сдержанно поправила очки Тарани, чьё волнение выдавали только бегающие глазки. – Сомневаюсь, что игра в «кошелёк или жизнь» затмит представление в тюрьме…

– Ещё остался конкурс костюмов! – хватаясь за последний аргумент, подняла палец Ирма.

– Собираешься победить, имея четырёх конкуренток в таких же? – саркастично подала голос Корнелия. А вот она уже просто скидывала нервное напряжение… Впрочем, как и остальные.

– Так, – с щелчком пальцев закрываю межмировую складку. – Вижу, необходимо слегка поменять планы, – накрываю всю группу невидимым глазу потоком магии и, пока никто ничего не сообразил, телепортирую нас в винный погреб моего… пардон, королевского замка. – Хм, где же это было?

Задумчиво оглядываю помещение. Сводчатый потолок возносится над головами на добрых семь метров, вокруг царит полутьма, прохлада и тишина. А вот бочек на полу стало явно меньше…

– Чёртовы люмпены! – крик вырвался раньше, чем разум успел среагировать. – Они вылакали добрую треть погреба! О Тьма! Мой любимый коньяк двести тринадцатого года! – я подбежал к месту, где раньше стоял божественный напиток, впитавший аромат самого времени. – Это была последняя бочка! – я перевёл взгляд на полупустой стеллаж. – А этим винам вообще было больше семисот лет! Они помнили расцвет древней империи! Даже я их пил только по большим праздникам! Уроды! Грязные скоты! – хотелось убивать.

Искреннее, подсердечное возмущение прежнего Фобоса шибануло по разуму сильнее, чем при самых острых приступах в той злосчастной тюрьме и после освобождения. Коллекцию в этих стенах собирали поколения правителей Меридиана, а эти дорвавшиеся до власти недоумки всё выжрали меньше чем за год! Сгною недоносков!

– Э-э-э… Любишь выпить? – осторожно напомнила о себе Ирма, тем самым рывком возвращая меня в окружающий мир. Голос у неё, кстати, уже был более нормален.

– Не люблю, когда разграбляют семейное достояние, – беру себя в руки, возвращая на лицо спокойное выражение.

Сам я никогда алкоголь особо не жаловал, Фобос тоже к нему был вполне равнодушен, просто что ещё пить мужчине в средневековом мире? Чай и кофе – вещи для Меридиана экзотичные, травяные отвары – слишком простонародно, простая вода… даже не смешно. Вот и остаётся только разбавленное вино и ряд рецептов из магической кулинарии. Возмутила его скорее финансово-историческая стоимость пропавшего, нежели потеря источника опохмела. И не могу сказать, что я не разделял этого мотива, всё-таки некоторые бочки в этом подвале стоили больше, чем иное государство на Земле вместе со всем населением и скарбом. Как тут не возмутиться, когда эти немытые пейзане, небось, выжрали всё как обычную сивуху?

– Так зачем мы здесь? – неуверенно спросила Вилл, озираясь вокруг.

– Принять лекарство от ваших нервов. Сейчас, – прохожусь вдоль стены.

Где же это было? Нужна бутылочка чего-нибудь лёгкого, чтобы в голову не ударило, но отпустило. Так-так-так… Вот!

– Нашёл! Идите сюда, – снимаю со стеллажа чистую бутылку прошлого года. Красное, полусладкое – как раз то, что нужно.

– Ты же не хочешь заставить нас пить с тобой вино из горла в каком-то тёмном сыром подвале? – настороженно уточнила Корнелия. Признаться, в такой интерпретации это звучало и правда глупо.

– О да, как сейчас помню! Вечер после экзаменов, песни под гитару, переходящая по кругу бутылка, симпатичные однокурсницы, строящие мне глазки и обещающие жаркое продолжение романтичного вечера… – мечтательно закатываю глаза. – Чудесное было время! – со вздохом констатирую под шесть пар расширившихся до размеров блюдца глаз. – Но нет! Обойдёмся без такого экстрима, – и, преобразовав посох в перстень на руке, создаю в ладони кубок.

– Мы несовершеннолетние вообще-то, – постаралась остановить меня Тарани, когда алая жидкость уже потекла в кубок.

– Выпьете как лекарство, – отмахнулся я. – По глотку хватит, – протягиваю напиток девушке.

– А… – растерянно мямлит мулатка, с опаской косясь на ёмкость с вином.

– Погоди секундочку, – рядом оказывается Вилл, – что ещё за симпатичные однокурсницы? – кто о чём, а девушка о соперницах.

– Обожаю, когда ты ревнуешь, – улыбаюсь в лицо девушке.

– Я не ревную! – пошла в отказ аловласка. – Просто ты… Ну… – взгляд Вилл начал суетливо шарить по лицам подруг в поисках подсказки. Те, в свою очередь, воззрились на стражницу с огромным вниманием, а Тарани, пользуясь моментом, слегка отошла от протянутого кубка. – Да! Мне интересно, когда ты всё это успел? И ты умеешь играть на гитаре? – последнее было произнесено с изрядным недоверием.

– Я был принцем королевского дома! – слегка (точно в меру) капаю желчью. – Я умею играть на любых музыкальных инструментах!

– Даже на волынке? – тактично подняв руку, поинтересовалась Ирма.

– Разумеется, – «нет», но этого мы говорить не будем, а скорчим предельно спесивую рожу. Да, вот так. – И хватит уже тянуть кота за обстоятельства, пейте, – кубок перекочевал в руки Вилл.

– А там точно не отрава? – пискнула из задних рядов Хай Лин. – Нет, я понимаю, – поспешила замахать руками китаянка, – но сами посудите: холодный подвал, страшный манья… эм, то есть я хотела сказать «тёмный маг», мы все почему-то спокойно болтаем, не обращая внимания на обстановку, а он протягивает нам красную жидкость в вычурном кубке – это же классика фильмов ужасов!

– Сейчас я кого-то отшлёпаю, – мрачно обещаю повелительнице воздуха.

– Уже молчу! – вновь спряталась за спину Ирмы азиатка.

– Хм, – Ирма прижала палец к губам, – если смотреть в этом ключе, то настойчивое желание злобного тёмного мага напоить невинных девушек смотрится… Но как же Вилл? – и приколистка состроила полный подозрения лукавый взгляд.

– Ты о ч… – тут смысл фразы дошёл и до Рыжика.

– Блин, Ирма! – голосом «и ты, Брут!» огласила помещение моя личная фея.

– А что сразу Ирма? – невинно захлопала глазками шатенка. – Это же и правда подозрительно! Папа рассказывал, что совращение малолетних именно так и происходит.

– Ты, конечно, права, но у нас тут немного другая моральная дилемма, – вставила свои пять копеек Тарани.

– И вот они как-то смогли меня победить, – доверительно поделился я с Элион. – До сих пор не понимаю, как?.. Ну и ладно, мне больше достанется…

– Эй! – попытка забрать назад кубок вызвала мгновенное хоровое возмущение. Ну да, как же, у девочек-подростков отбирают «взрослую игрушку», трюк старый, но работает ведь.

– По глотку, не больше, – напомнил я, когда обменивающиеся недовольными взглядами школьницы таки решились приступить к дегустации.

– Ну ладно, – Вилл сделала глоток. – Хм… А что, очень даже…

– Дай сюда! – кубок узурпировала Ирма, буквально на миг опередив загребущие ручки Хай Лин и Корнелии. – М-м-м-м… – пробулькало спустя секунду из глубин посуды.

– Один глоток, – напомнил я, телекинезом спасая напиток.

– Эй, я не распробовала! – возмутилась стражница воды, когда сосуд выскользнул из рук и полетел в руки Тарани.

– Детский алкоголизм – это очень плохо, – наставительно сообщил я, пока мулатка осторожно делала свой глоток.

– Знаешь, это звучало бы более убедительно, если бы ты сказал это, не пихая нам бутылку буквально минуту назад! – слегка покрасневшая девушка упёрла руки в бока.

– Этому столику больше не наливать, – констатировал я очевидный факт.

– Ей и надо-то только для запаха – так и своей дури хватает, – фыркнула Корнелия, в свою очередь получив кубок.

– Кто бы говорил! – не осталась в долгу Ирма.

– Полегчало? – интересуюсь, когда очередь подошла к концу и Хай Лин с Элион тоже приняли лекарство от нервов.

– Да… Вроде бы, – подтвердила Вилл.

– Отлично, – одним глотком допиваю оставшееся на дне посуды вино, тем самым завершая маленькую партию. Теперь мы уже не только ели с одного стола, но и пили из одного кубка, а значит, у девочек появится очередная незаметная моральная привязочка.

– Кста-а-ати, – игриво протянула Ирма, – а вы знаете, что использование одного и того же бокала с парнем – это непрямой поцелуй? – провокаторша высунула кончик языка и подмигнула подругам.

– О!.. – покрасневшая Хай Лин прикрыла ротик ладошкой. – Тогда получается, что Элион… и Фобос… Оу…

– Я не знаю, к чему привели размышления твоего извращённого мозга, но лучше разразмышляй их обратно! – Корнелия встала грудью на защиту подруги, хотя и у самой глазки подозрительно заблестели.

– Только не говори, что это был твой план! – кое-кого никак не оставляли мысли о конкуренции. И всё же, как она потешно пытается ревновать…

– Да-да, я только что украл от всех вас непрямые поцелуи и заставил перецеловаться. Какой я негодяй! Предложите взять на себя ответственность? – скептически вскидываю бровь, не переставая смеяться глазами.

Подобный поворот событий вызвал волну свекольных красок и бегающих взглядов, только в глазах Ирмы сверкнуло что-то такое лихое и придурковатое, но…

– Ирма, молчи! – на три голоса заткнули готовый сорваться ответ шатенки Вилл, Корнелия и Тарани.

– Да что вы всё «Ирма» да «Ирма»?! Я, может, ничего такого…

– Вот и чудесно, продолжай в том же духе, – ответила ей немного нахохлившаяся Вэндом. – Фобос, чего ты там дальше хотел? Давай уже, пошли отсюда!

– Как будет угодно леди, – отвесил я церемонный поклон и, вернув бутылку на прежнее место, открыл складку между мирами.

– А что с посохом? – заинтересованно пропела колокольчиками Хай Лин, когда мы вышли на той стороне.

– Я временно его преобразовал, – демонстрирую руку, где сидели два перстня. Один – талисман для переходов между мирами от Нериссы, второй – бывший жезл. – Такие сильные изменения формы и размера недолговечны и довольно затратны, так что скоро пройдёт.

– Ну и куда мы сейчас? – перебравшая стражница воды повисла на подругах, изображая обнимание за плечи. – Будем ходить по домам или сразу в центр?

Настроение девушек стремительно повышалось, стресс уходил. Это было видно даже по тихой Элион, а Ирма… Ну, она сделала сильно больше одного глотка. Словом, дамы постепенно всё больше приходили в добротное расположение духа и были уже не прочь повеселиться.

– Хм… Какое настойчивое желание заняться террором и вымогательством, вижу, мои усилия по переводу вас на Тёмную Сторону Силы не пропали втуне. Я горжусь вами, дамы!

– В центр! – бескомпромиссно постановила главная стражница.

– В центр так в центр, – пожала плечами Ирма.

– Пойдём, – закивали остальные. Даже Корнелия высказалась за, пусть и в стиле «натравливать Фобоса на мирных жителей – это уже за гранью добра и зла, а на площади он будет хоть под присмотром». Странная логика, конечно, но… женщины.

Центральная площадь города была забита различными индивидуумами, обряженными в костюмы всевозможной нечисти. И эта нечисть покупала сувениры в разбитых прямо на улице лавках, спорила, участвовала в ярмарочных конкурсах и соревнованиях, в общем, культурно развлекалась.

– Подобного паноптикума и на Меридиане не найдёшь, – я проводил взглядом парня со светящейся тыквой на голове. – Люди… страшные существа.

– И это говорит жуткий Тёмный Маг… – Вилл закатила глаза.

– Тебе напомнить мою коронацию? – хмуро ожгла меня взглядом Элион.

– Ух ты! – прежде чем я успел ответить, на нас налетело нечто рыжее, очкастое и во фраке. Оно изображало из себя вампира и было очень… энергичным. – Какие крутые костюмы! А вид! А крылья?! О! Косплей Сарумана! Классный посох! А с мантией ты не угадал – у него была белая и без этой штуки на голове, – парень ткнул пальцем в традиционный головной убор члена королевской семьи Меридиана, выступающий аналогом короны, который я вернул в свой облик вместе с мантией.

– Хм…

– Нет, Ваше Темнейшество, его не нужно превращать в жабу! – смущённо улыбаясь, встала на защиту парня Ирма, буквально телом перегораживая мне путь.

– Но…

– И испепелять на месте тоже! – подключилась Хай Лин, подперев своим плечико подруги.

– Я и не…

– Убийство в людных местах при куче свидетелей плохо сказывается на конспирации, – веско добавила Тарани, повиснув на моей руке с уже вернувшимся в прежнее состояние скипетром.

– Точно, ты должен держать себя в руках, – повисла на второй руке уже Вилл, сверкая такой же, как и у остальных, проказливой улыбкой.

М-да, возможно, идея с вином была не такой уж и хорошей. Больно они развеселились… И ведь знают же, что я знаю Мартина и не первый раз наблюдаю его особый колорит. Но что-то на это ответить мне опять не дали:

– Внимание, до начала конкурса костюмов осталось пять минут!

– Ну что же, пока, подружки! Я намерен победить! – и это нечто, откликающееся на имя «Мартин», упорхнуло так же стремительно, как и появилось.

– Если бы этот «Граф Дракула» знал, что его чуть не зажарили на месте… – пробормотала Корнелия.

– Да за кого вы меня держите?! – я должен был возмутиться.

– Эм… За мировое зло, жуткого Тёмного Мага и Князя? Кхм, то есть Тёмного Императора? – поправилась Вэндом.

– И ты, Вилл! Моя любимая, – девушка порозовела, – апрентис. Как это было подло! – я патетично «воззвал к небесам». – Молодец, – говорю уже серьёзным тоном и одобрительно киваю.

В ответ на меня дуются и демонстративно фыркают. Элион смотрит на всё это уже как-то обречённо.

– Эй, хватит вам уже! Потом поворкуете! Мы сюда развлекаться пришли, между прочим! – громко напомнила Ирма.

– В самом деле, – кивнула Хай Лин, – как насчёт Конкурса Костюмов?

– Нас пятеро. В одинаковых нарядах. Без шансов, – рублеными фразами ответила самая рассудительная стражница, заученным движением поправляя очки. – Тут можно ещё и номер на выступлении показать, но даже это нас не спасёт.

– Хм… А ведь Фобос может накладывать иллюзии, – задумчиво так обронила Ирма.

– Ага. И поёт он замечательно, – добавила Вэндом.

– То есть вы хотите использовать жуткого колдуна и тирана в качестве «шкафа по переодеванию» и фонограммы? – у Корнелии дёрнулся глаз.

– Шикарная идея! – подтвердила Ирма.

– Хм, а вы не хотите услышать и моё мнение? – вкрадчиво интересуюсь у девушек.

– Фобос, ты же поможешь нам? – состроила глазки Рыжик. – Ты ведь сам предложил развеяться, а выступление на конкурсе – это то, что нужно! Ну пожа-а-алуйста! – вино точно было плохой идеей.

Девочки дружно захлопали глазками, нацепив на лица фальшивые улыбочки, почему-то остро напомнившие мне сцену с попытками выгнать мать Хай Лин из подвала ресторанчика, когда меня привели сразу после освобождения. Тогда они пытались за улыбками скрыть неумелую ложь, в которой к тому же ещё и путались, сейчас же шло наглое подбивание меня на авантюру. Элион, к слову, в шоке. Нет, только ради такого выражения лица дорогой сестрёнки я должен согласиться. Но не так же просто, хе-хе.

– И что мне за это будет?

– Ну-у-у… – Вилл окончательно раскраснелась. – Я думаю, мы договоримся… – Элион подавилась и, выпучив глаза, принялась переводить ошарашенный взгляд с меня на Вилл и обратно.

– Звучит многообещающе, – я хлопнул в ладоши. – Но прежде, чем я соглашусь, у меня есть нежный, лирический вопрос: вы хоть что-нибудь к этому выступлению готовили?

– Э-э-э…

О да! Это чудное выражение лица, когда человек понимает, что сел в лужу, а маячившая всего секунду назад райская перспектива ускользает, помахав платочком, из-за того, что ты не учёл одну маленькую, но крайне важную деталь.

– Полагаю, это означает «нет»? – не могу отказать себе в удовольствии слегка «потоптаться сапогами». – Ну что же, за сим вопрос можно считать закрытым. Пошли к аттракционам!

– Стой! – остановила меня аловласка. – А что насчёт тебя? – и взгляд такой ожидающе-хитренький.

– Что ты имеешь в виду? – нет, я примерно уже понял, но это же совсем наглость!

– Ну, мы не готовились, но, может, ты что-нибудь споёшь? Ты ведь умеешь! – кстати, откуда она знает? Не то чтобы я делал из этого секрет, но в разговорах со стражницами вроде бы ни разу эта тема не всплывала…

– Допустим. Но пою я только для себя, а не для толпы жалких смертных.

– Вот и отлично, ты будешь петь для себя, а тебя будут слушать жалкие смертные, – меня с энтузиазмом сцапали под локоток и потащили к сцене.

– Знаешь, тиран и самодур тут вообще-то я! – нет, я люблю наглость, но свою. А тут уже какой-то произвол.

Упираюсь.

– А я – твоя любимая апрентис! – возразила девушка. – А поскольку ты перетянул меня на Тёмную Сторону, то должен взять на себя отват… овит… Тьфу, язык заплетается! Ответственность! – чтобы я ещё раз, хоть когда-нибудь давал выпивку девочкам-подросткам! – И вообще, это нужно для нашего боевого духа, морального состояния и, хм… – девушка задумалась, – мировоззрения, вот!

– Ну знаешь ли…

– К тому же, – зашептала мне Вилл, – девушкам нравятся всяческие певцы и артисты. Ты же хочешь, чтобы ты мне нравился?

– А обаятельные тираны и самодуры тебе уже не нравятся?

– Нравятся, – признала фея. – Но обаятельные тираны-самодуры-певцы мне нравятся ещё больше. Неужели тебе так сложно? Сегодня же волшебная ночь, когда можно просто подурачиться! К тому же ты сам говорил, что дальше нас всех ждёт непочатый край работы! – остальные стражницы (кроме Корнелии – она изображала неподкупную неприступность) с готовностью закивали, выражая полное согласие со своим лидером.

– Ладно, – я фальшиво вздохнул, – уболтала, ведьмочка языкастая. Но потом я ожидаю достойной меня награды!

– Всенепременно, мой Князь! – шутовски козырнула фея под смешки подруг. – А теперь давай на сцену.

– Ну ладно, но мне потребуется твоя помощь, – в голове зрел план небольшой шутки, да и Элион, пожалуй, стоит встряхнуть. Да, хорошая идея.

***

– Как вы можете так спокойно себя с ним вести? – не выдержала Элион, насев на подруг, едва её брат вместе с Вилл скрылись из виду.

Этот вопрос, по её личным ощущениям, распирал юную королеву целую вечность, но этот сумасшедший день с каждой минутой обрастал всё большим безумием, не давая девочке даже минуты, чтобы выплеснуть на кого-то свои чувства. Если бы не глоток вина в том подвале, где Фобос устроил целую истерику из-за каких-то бочек (шокировав сестру до полной потери речи), она бы уже наверняка сошла с ума! Но пусть поселившаяся в голове щекотка и дала временное облегчение, важность вопроса от этого нисколечки не уменьшилась!

– Ну, поначалу это было сложно, – напустив на лицо непонятную гримасу, призналась Ирма, – но потом оказалось, что он не такой уж и плохой парень. А ещё мания величия придаёт ему особый шарм! – довольная своим выводом, разулыбалась девушка, подняв вверх указательный палец.

– Мы довольно много общались за это время, – более спокойно начала объяснять Тарани. – Человек он сложный и со своими причудами, но не гадкий злодей, как мы полагали раньше. На многие вещи, про которые, как мы думали, всё знаем, у него есть своё мнение, и в большинстве случаев его очень сложно оспорить. А ещё за эти несколько дней в его обществе мы узнали о нём и истории Меридиана больше, чем за год войны и общения с Калебом. Если так подумать, то раньше мы вообще ничего не знали про предпосылки конфликта и действия Фобоса в роли узурпатора.

– А ещё он умеет готовить! – вновь влезла стражница воды. – Сколько вы знаете парней, которые умеют готовить?!

– Кто о чём, а Ирма о желудке, – манерно поморщила носик Корнелия. – Как ты до сих пор не растолстела?

– Тридцать семь призовых мест в семи спортивных номинациях, в том числе и по вольтижировке среди юниоров! – гордо надулась шатенка, вздёрнув нос.

– Ой, смотри не лопни от важности, – уколола подругу блондинка. – И мне вот всё интересно, раз уж ты у нас такая спортивная, чего же в соревнованиях по плаванию от нашей школы выступает Вилл? Между прочим, как это вообще? Она же у нас отвечает за квинтэссенцию, а не воду?

– Пфи, – картинно фыркнула на это Ирма. – Водные виды спорта не отвечают потребностям моего внутреннего Дао!

– Ты хоть знаешь, что это такое? – прищурилась Корнелия.

– О, неужели наша «мисс лучший макияж» потеряла словарь? – не осталась в долгу повелительница воды. Но дружескую перепалку прервали слова Элион:

– Я не понимаю… Он прямым текстом говорит, что сманивает вас во тьму и ещё много страшных вещей. Когда я задумываюсь, в какую ловушку он поймал меня вместе со всем Меридианом, мне кажется, что всё кончено. Но вы же это тоже слышите, так почему вы так всё воспринимаете?

– Ну… – Тарани неуверенно оглядела подруг. – Наверное, мы привыкли. О том, какой он плохой, он проходился с первого дня и постоянно шутил, выворачивая наши собственные действия до такого состояния, что…

– Хотелось его пристукнуть! – буркнула блондинка, перебивая речь мулатки.

– Ну… Это тоже, – согласилась та. – Но главное, чего он достиг – это приучил нас судить по поступкам. Он говорит много неприятных вещей, но за всё время, пока мы с ним на одной стороне, не сделал ничего плохого, и… – Тарани покраснела, что стало заметно даже на её коже. – Ещё он относится к нам как к чему-то мягкому и пушистому. Особенно досталось Вилл, он её однажды несколько часов терроризировал детским прозвищем.

– Каким? – недоумённо моргнула юная королева.

Стражницы переглянулись и, обозрев толпу вокруг, наклонились к Элион, тихо зашептав в уши.

– Тс-с-с! Начинается! – шикнула на них Хай Лин, которая всё это время жадно разглядывала сцену.

А на той, между тем, показались две фигуры. Одной был хорошо знакомый всем чародейкам беловолосый маг, с лёгкостью шествующий в своей тяжёлой чёрно-красной мантии, а второй… Это без сомнения была Вилл в своём взрослом облике стражницы, но… Вилл в коричневой сутане средневекового монаха. Голова девушки была покрыта капюшоном, руки сложены по бокам, и ступала она позади Фобоса, неуверенно косясь на публику.

Удивлённо переглянувшись, подруги единогласно решили, что не стоит обращать внимания на такие мелочи, и азартно поддержали новых исполнителей ободряющими криками, которым тут же вторила окружающая толпа. Фобос же уже дошёл до центра возвышающейся над площадью сцены и дал знак диджею, сидевшему в окружении своей машинерии сбоку от всей конструкции.

Фонари, освещавшие пьедестал, погасли, а с задней части сцены начал подниматься огромный щит с экраном для цветового сопровождения. Тихо заиграли первые ноты мелодии, оказавшиеся звуками пианино.[13] На сцене заструился лёгкий туман, придающий фигурам актёров дополнительный элемент таинственности. Красивая и завораживающая музыка легко пробивалась сквозь праздничный угар в головах слушателей, с каждым аккордом всё больше погружая площадь в тишину. Не прошло и пятнадцати секунд, как все обратились в слух. Будто того и ожидая, на экране зажглось изображение какой-то деревушки, и Фобос запел:

В деревне жила небольшая семья, – картинка сменилась, демонстрируя смутные силуэты четверых людей.

У мамы росли близнецы-сыновья, – два размытых образа мальчишек.

Один был покрепче, – азартно бегущий по дороге паренёк, – другой поумней, – на изображении появился маленький Фобос, сидящий под деревом с книжкой в руках.

И детство их шло как у прочих детей…

Музыка дрогнула, резко переходя на куда более напряжённый и быстрый мотив.

На экране начали быстро сменять друг друга множество картинок: работа в огороде, игры со сверстниками, проказы и выволочки от матери. В центре сюжета всегда был он – Фобос, а силуэты остальной семьи были всё ещё размыты, не позволяя угадать ни малейших черт лица.

Но семью покинул кормилец, – холодный голос певца резанул по нервам вместе с резко помрачневшими цветами изображения.

В этот год всё так изменилось,

Мать, души за нас не жалея,

Перед тёмной силой склонилась, – изображения замелькали с бешеной скоростью, не позволяя уловить себя сознанием, но отчётливо неся тревогу и беспокойство.

Шаг неверный в тёмном искусстве

Стоил нашей матери жизни,

И я понял: в тёмные сети

Уловляет души Такхизис!

Мелодия вновь сменилась, став чуть более спокойной, изображения посерели, показывая дожди и пустую деревню, а в голосе Фобоса послышалась не арктическая стужа, а давняя, застарелая печаль:

И я тогда дал клятву

Что ни-и-икогда-а-а

Уста мои не повторят

Ни одного закля-а-атья…

Маленький мальчик

На могиле матери… – Фобос почти перешёл на шёпот, когда на экране его маленькая копия замерла на коленях у серого холмика земли.

Как же наивен

Мальчик был тогда-а-а…

Мелодия взвилась вверх яростным приливом, а видео вновь наполнилось багрянцем и тревогой.

Но не зря расставлены сети!

Ловчий не уйдёт без добычи!

И жестокость вспыхнула в детях! – смутные детские силуэты с растянутыми в подлых улыбках лицами.

И друзья мои стали обидчиками! – уличная драка, где беловолосому мальчику приходится явно очень не просто.

Так я не сдержал обещанье,

Трюками врагов развлекая,

Так впервые ощутил

Призвание своё!

От силы, пророкотавшей в голосе, казалось, затряслись поджилки, но миг – и прилив мелодии вновь отступил, рождая новое затишье перед бурей.

Того, кто услыхал всесильный зо-о-ов… – вокруг Фобоса начала скапливаться тень.

Уже ничто не сможет удержа-а-ать, – лицо мальчика на экране приобрело жёсткое выражение, а пальцы на его руках сжались в кулаки.

Юнец безусый день и ночь гото-о-о-ов…

Под окнами учителя стоя-а-ать, – чёрная башня, у подножия которой в отсветах грозы стоит ребёнок, не обращая никакого внимания на струи дождя, давно промочившие его одежду до нитки.

Чтоб с тайны естества сорвать покров,

Чтоб нити бытия с богами прясть,

То к магии безумная любовь,

Пред ней не устоять… – слова сопровождали образы потоков энергии и пульсирующих звёзд, буквально гипнотизируя зрителей.

Я не стал ни белым, ни чёрным,

Я мечтал лишь ведать Искусство,

Был бы кабинетным учёным,

Мастерство как камень шлифуя,

Но Конклаву тёмная сила

Страх перед мальчишкой внушила, – к изумлению стражниц и родной сестры принца, на экране вспыхнул образ Кандракара.

Дали новичку испытание,

Что едва его не убило,

Но он выжил и принял вызов тёмной госпожи.

Картина ночного королевского дворца Меридиана сменяется несколькими образами каких-то придворных с кинжалами и, наконец, юного Фобоса, замершего в грязном камзоле на краю леса, мрачно глядя на далёкий дворец. И тут мелодия рванула вверх, и экран погас, приковывая внимание к певцу, в чьих руках начал мягко сиять скипетр.

Так вступил со смертью в игру я! – Фобос с хищной грацией направился к монашке.

Партию на равных веду я! – поворот и огибание её по кругу.

Где враги любовников ближе, – нежное, невесомое касание пальцами щеки под капюшоном и наклон ближе…

А удар нежней поцелуя, – …чтобы прошептать слова почти в самое ухо.

Кто из нас добыча, кто жертва? – опять хищное кружение вокруг девушки.

Кто охотник, кто победитель?

Оба мы мечтаем о встрече:

Она – чтоб выйти в мир,

А я – убить её-о-о-о-! – голос остановившегося мага задрожал на высокой ноте, а монахиня будто скинула с себя оцепенение:

Отчего же, волшебник, в минувшей войне, – грозный укоризненный голос был именно её – Вилл, но сейчас стражница не говорила, она пела!

Ты усердно сражался на её стороне?

На её стороне-е-е… – эхом откликнулся явно повеселевший певец.

Опасения магов оправдались вполне!

Оправдались вполне…

– Да! Я вёл себя смирно, её долгожданный обед, – кружение вокруг Вилл возобновилось.

Да! Я ел с её рук и облёк себя в чёрный цвет!

Но внезапно, в решительный час роковой войны,

Я её же оружьем нанёс ей удар со спины!

И тепе-е-ерь я предатель

Для обеих сторон, – колдун отошёл от «жертвы», вновь замерев в центре сцены.

Равно зло и добро

Ждут моих похорон.

Я презренный изменник,

Ренегат всех времён,

Я в глазах всего мира

Навсегда заклеймён.

Медленно утихавший весь куплет голос совсем смолк, а спустя несколько секунд песня возобновилась уже дуэтом:

Я в глазах всего мира…

Несправедливо…

Заклеймён.

Тьма на сцене сгустилась такая, что стало видно только робко горящее навершие посоха перед лицом тирана, а голос его упал до шёпота, который, однако, был прекрасно слышен любому человеку на улице, как бы далеко от сцены тот ни стоял:

До сих пор во снах моих тёмных

Мать меня зовёт из могилы,

И я знаю, магии сила…

Или сожрёт, или спасёт ме-ня…[13]

Огонёк в руках мага погас, и площадь на несколько секунд погрузилась в кромешную темноту, чтобы, словно повинуясь невидимому выключателю, все звуки и цвета резко вернулись в один миг, выпуская зрителей из плена масштабной иллюзии.

– Чёрт, – со слезами в голосе пискнула Хай Лин, – он Гений!..

Глава 17

Меридиан, после отбытия Императора.

– С возвращением, братья, – Рейтар наконец-то смог поприветствовать своих соратников как полагается – стукнув кулаком в грудь, – отрадно снова видеть вас на свободе!

– Коли так, можно было и побыстрее, – проворчал Фрост, состроив угрюмую гримасу. – Если думаешь, что с прошлого раза условия содержания здесь хоть немного улучшились, то ты сильно заблуждаешься! Сами-то, поди, со всеми удобствами устроились!

Хотя Рейтар на дух не переносил нытья (нытья Фроста – тем более), всё же, справедливости ради, не мог не признать, что недовольство северянина имело под собой все основания. Особенно на фоне того, что по его же скромному мнению, за редкими исключениями, всё это время их противоестественная по составу команда промышляла непонятной ему ерундой. Да и одно дело – когда ты смирился с пожизненным заключением, и совсем другое – когда появилась надежда всё-таки оттуда выйти, порождающая прогрессирующее с каждым днём нетерпение!

– Полно причитать, в конце концов, ты больше не в клетке, – парировал воин.

– Верно, – кивнул варвар, переводя сердитый взгляд на скучковавшихся неподалёку охранников. – И по такому случаю самое время поквитаться с теми, кто нас туда запихнул, – здоровые кулачищи (определённо давно чесавшиеся) сжались, как два молота.

– Половину мне! – оскалился Охотник, разминая затёкшие руки.

– Хорошо, бери тех, что слева, – не стал спорить северянин, – но начальник караула, чур, мой!

– Ну уж нет, этого ублюдка я лично разорву на куски, – категорично отрезал первый душегуб Меридиана, сверкнув багровыми глазами.

– Никто никого рвать не будет, – в резкой форме прервал командир спорщиков. – Таков приказ Повелителя!

Сказать, что сие объявление повергло амнистированную братию в шок – значило не сказать ровным счётом ничего, даже на морде, как правило, не особо вникавшего в суть каких-либо разговоров Гарголя застыло красноречивое выражение «чего-чего?!»

– Мне казалось, всё это просто уловка, чтоб обвести их вокруг пальца… – первым обрёл дар речи Фрост. – А после мы их всех того, как в старые добрые! – дикарь символично ударил кулаком по ладони.

– Повелитель дал слово, а он никогда его не нарушает! – ответил Рейтар с самым что ни на есть серьёзным видом.

– Какие же мы рыцари Мщения, если нам запрещено мстить? – вопросительно нахмурил брови Охотник.

– Во-во! – поддержал соратника северный всадник. – Бред ведь какой-то! – взгляд его глаз устремился через плечо предводителя на скромно стоящих в сторонке оборотней. – У Повелителя что, совсем крыша поехала?

– Думай что несёшь, болван! – сделал строгий выговор воин. – А если не нравятся решения Императора – можешь рискнуть высказаться ему об этом лично!

– Как будто тебе такие решения по вкусу, – огрызнулся зверолюд. – Самому разве не хочется отправить всю эту мразь прямиком в седьмое пекло?

Он ещё спрашивает… ДА, КОНЕЧНО ХОЧЕТСЯ! Одним Богам известно, с каким трудом удаётся сдерживаться, чтоб не пустить кровь всем присутствующим здесь представителям повстанческого лагеря (с его уровнем владения клинком дело элементарное), про то, с каким удовольствием бывалый вояка произвёл бы одному особо отличившемуся ампутацию органа, коим тот справлял нужду в его миску с едой, и говорить нечего, но-о-о-о… Как крепко вдолбили ещё в бытность рекрутом – дисциплина превыше всего, так что – ох, не искушайте…

– Ладно, довольно об этом, – подвёл черту дискуссии первый рыцарь Мщения. – Сейчас мне понадобится ваша помощь, чтобы снова сделать из этой массы, – рука в железной перчатке обвела толпу лурденов, – дееспособную армию! Постройте их тремя колонами и организованно выводите на поверхность, для поддержания порядка задействуйте имеющихся в наличии офицеров! А ТЫ, – он резко повысил голос, обращаясь к вздрогнувшему от неожиданности Ватеку, – позаботишься о том, чтобы твои подельники не чинили им препятствий!

– Я тебе не подчи… – начал было предатель, но тут же был перебит:

– А также, – как ни в чём не бывало продолжил Рейтар, – распорядишься об их размещении в районе дворца и столицы и обеспечении в требуемых количествах провизией, питьём, свежей одеждой…

– А ещё бочонком эля, денежной компенсацией, распутной девкой… – принялся перечислять самое необходимое после отсидки Фрост.

– Не борзей! – шёпотом цыкнул на разошедшегося соратника командир.

– Ну, попробовать стоило, – фыркнул варвар, скрестив ручищи на груди. – Но оружие пусть вернут!

– И живность, – добавил Охотник, проведя рукой по загривку любимого пса, с которым сидел в одной камере.

– Справедливо! – одобрил рыцарь и вновь переключился на остолбеневшего Ватека: – Вернёте всех боевых единорогов и фураж на них! Кстати, советую не медлить, не то именно ты понесёшь ответственность за разрыв перемирия со всеми вытекающими последствиями! Твой вожак уже на этом поприще отличился, и лучше тебе не повторять его опыт!

От унижения и досады синекожий здоровяк был готов провалиться под землю (хотя куда ниже, и так под землёй), однако прекрасно понимал, что поделать он ничего не может, а потому нехотя, но всё же потопал к выходу в сопровождении сослуживцев.

– А может, всё-таки прижучим этих козлов по дороге? – предпринял Фрост попытку номер два. – Скажем, что Гарголь на них случайно наступил! А что, с его криволапием и одним моргалом никто и подкопаться не сумеет…

– Знаешь, морда северянская, – устало вздохнул Рейтар, – напрягал бы ты извилины по делу, цены б тебе не было!

– А ты б занудствовал поменьше, – не остался в долгу всадник.

Несмотря на внушительное число, теперь уже бывших, узников, организовать их в походный порядок оказалось не так уж сложно и заняло куда меньше времени, чем предполагалось изначально (сразу виден почерк профессионала), и вскоре не очень чистая (Бланк был бы в восторге), но безумно счастливая орава нелюдей бодро маршировала наверх в предвкушении свежего воздуха, дневного света, ну и прочих радостей свободной жизни. К тому моменту, когда большинство важных шишек в числе первых покинули неприятные чертоги, Рейтар всё ещё стоял в парадной галерее, дабы наверняка убедиться, что все благополучно выбрались, как вдруг оказалось, что не один он решил задержаться…

– Смотрю ты уже освоился в новой роли, – изрёк появившийся подле воина Седрик. – Небось, так и распирает от обретённой важности!

– Куда меньше, чем тебя гложет потеря собственной, – ответил мститель, даже не повернувшись к оборотню, что, впрочем, того не сильно задело.

– Можешь сколько угодно меня ненавидеть и радоваться моему падению, но вряд ли это послужит большим утешением, когда придёт твой черёд, – словно непринуждённо рассуждая, вслух отметил наг, всё-таки заставив собеседника сместить голову в свою сторону.

– Если есть что сказать – говори, – произнёс Рейтар далёким от дружелюбия тоном, – а если нет – иди своей будущей жёнушке загадки загадывай, у меня, в отличие от праздных вельмож, и без них дел по горло!

– Ах да, – ехидно улыбнулся блондин, – забыл, что вы, солдатня, народ прямолинейный. Что ж, объясню понятным тебе языком: как бы упорно ты ни закрывал глаза на очевидные факты, у нашего Повелителя отныне новые фавориты, вернее, фаворитки, и едва только отпадёт нужда в нас, на первых ролях окажутся именно они, вот тогда-то, – уста змееоборотня изогнулись в издевательской ухмылке, – никакая собачья верность не спасёт тебя от участи быть задвинутым на задний план, если не хуже!

– Вздор! – воскликнул рыцарь Мщения. – Повелитель никогда не дойдёт до подобного абсурда!

– Ты так в этом уверен? Или его последние чудачества тебе ни о чём не говорят? – как бы невзначай поинтересовался наг. – То ли ещё будет, когда Стражница станет Императрицей Меридиана и тебе придётся склонять голову перед той, кто тебя подставил! Сможет ли твоя хвалёная честь такое пережить? А твои подчинённые? Смогут ли они уважать тебя, глядя на этот срам? На твоём месте я бы серьёзно задумался над своим будущим.

– А я бы на твоём – следил за тем, что слетает с раздвоенного языка, – гневно процедил сквозь зубы воин, крепко сжав пальцы на рукоятке меча. – Так и до обвинения в измене можно договориться!

– Как угодно, – Седрик с демонстративным безразличием развёл руками. – Но ты всё же подумай, быть может, начнёшь видеть что-либо дальше своего носа!

На этой ноте крайне довольный собой змеелюд оставил командира Мстителей переваривать свои слова, направившись в верхнюю галерею, где его, беспокойно переступая с ноги на ногу, ожидала Миранда.

– Ну что? – спросила она, как только возлюбленный подошёл к ней вплотную. – Поговорили?

– Поговорили, – ответил тот, улыбнувшись краем рта.

– И? – последовал запрос на подробности. – Упрямился?

– Ну разумеется, иначе и быть не могло, – кивнул старший оборотень. – Но это и не важно, главное – семена сомнения посеяны, осталось подождать всходов!

То же время, Земля…

С улицы доносились звуки гуляний и веселья, но лежащий на своей кровати парень этого не слышал, полностью погрузившись в мелодию, льющуюся из наушников. Свернувшийся клубочком у него на груди маленький пушистый грызун был делом иным, но мистера Хагглза, в силу видовой принадлежности, мало волновали людские развлечения, потому и его праздник обходил стороной. Так продолжалось уже долго, и ничего не тревожило обстановку, пока неожиданно в комнату не явился гость.

Запрыгнув в открытую форточку, чёрный кот пристально огляделся и, найдя картину удовлетворительной, спустился на пол. Секунда – и он уже на кровати.

Почувствовав движение, Мэтт открыл глаза и, заметив гостя, сдвинул наушники на шею.

– Наполеон? Зачем пришёл? – пустым и бесцветным голосом поинтересовался он.

– Стражницы вместе с Фобосом победили… – сухо сообщил кот. – Вилл поцеловала Фобоса, Фобос подтвердил клятву и… – но тут его прервали.

– Что?! – резко садясь на кровати, воскликнул Мэтт, чью отрешённость как ветром сдуло. Мистер Хагглз недовольно пискнул, упав на одеяло, но, поняв состояние партнёра, далее возмущаться не стал. – Что сделала Вилл?!

– Поцеловала Фобоса, – лаконично повторил Регент Земли. – Это проблема?

– А-а-а… Нет, – резко успокоился парень и лёг обратно, отвернувшись к стенке, – это не проблема.

– Хорошо, потому как Нериссу он разделал играючи.

– Он освободил Элион? – мрачно донеслось от музыканта.

– Да. И всех прошлых стражниц.

– Получается, – голос Мэтта вновь приобрёл бесцветные интонации, – Фобос полностью выполнил договор, как и стражницы?

– Верно. Половину силы Меридиана он своей сестре вернул, а Вилл передала ему кристалл.

– А ещё они арестовали Калеба, верно?

– … Да, – на морде кота отразилось удивление, но он решил не развивать тему.

– Не мог бы ты уйти?

– Ладно, – Наполеон встал на все четыре ноги, разворачиваясь к окну, – но надо будет поговорить насчёт охраны Лилиан, а то, оказывается, я не всегда могу её защитить… – кот хотел было добавить что-то ещё, но, бросив взгляд на затылок парня, передумал.

Через несколько мгновений он уже ушёл тем же путём, что и появился, а хозяин комнаты всё так же лежал на боку, не в силах пошевелиться. На подушку парня лились злые беззвучные слёзы.

«К чёрту всё! Раз Вилл так хочет быть с этим ублюдком – это её дело, пусть катится, мне всё равно! Кому вообще нужна эта мелкая пигалица?! Я всегда найду себе кого-нибудь получше! Без всей этой магической чуши и риска для жизни! Кто не будет вечно пропадать чёрти-где, мотаясь по всяким Меридианам! В школе полно девчонок гораздо симпатичнее, чего я на ней зациклился?! Чёрт!.. Ну почему в груди такая боль, а во рту горечь?! Может быть… Кажется, Урия говорил, что может достать что-то покрепче лимонада…»

Резко встав, Мэтт оделся и, коротко попрощавшись с питомцем, ушёл из дома…

***

Как и следовало ожидать, приправленное магией выступление оказалось вне конкуренции, да и какая может быть конкуренция, если в противниках сплошная школьная самодеятельность? Весело квохтавшая миссис Никербокер (одетая в костюм огромной тыквы), выступавшая главным патроном всего мероприятия, радостно объявила нас победителями и пожелала хорошего праздника. Мои спецэффекты, благодаря ненавязчивым отвлекающим чарам, прошли незамеченными, как и исчезновение со сцены огромного экрана и нагоняющего туман оборудования, диджей, который вскоре не обнаружит среди своих пластинок нужную мелодию, тоже не придаст этому особого значения, ну, а толпа… Ей никогда нет никакого дела, как организаторы подкручивают свою машинерию.

– Почему ты никогда не рассказывал? – долго молчавшая после выступления Вилл при приближении подруг наконец решилась нарушить тишину.

– О чём? – поворачиваю к ней голову.

Судя по глазам остальных девочек, включая Элион, для них суть вопроса секретом не являлась. Держу пари, что в силу некоего женского чутья они и вовсе не предполагали тут каких-то двойных толкований. Это подтверждалось ещё и тем, что после моего уточнения одинаково замялась вся компания, с надеждой сфокусировав взгляд на лидере.

– Ну… Это… – девушка досадливо поджала губы, не в силах подобрать слов. – Как бы сказать…

– Эта песня не обо мне, если ты об этом, – прихожу ей на помощь.

– А о ком? – нетерпеливо подпрыгивает на месте китаянка.

– Об одном тёмном маге из далёкого мира. Я просто взял свой образ для лучшего эффекта, ну и… может быть, пару общих моментов биографии… – желания объяснять им про Рейстлина Маджере и то, откуда он взялся, у меня не было. Тем более я не уверен, что в этом мире существует данная история, так что пусть будет магом из далёкого мира. Мне и так пришлось изрядно напрячься, растягивая на площадь весьма чувствительные по своей сути чары-переводчик, которые позволяют не только воспринимать слова другого языка, словно он родной, но и ощущать вложенный в них смысл.

– Общих? – на три голоса уцепились за ключевое слово Хай Лин, Ирма и Тарани. Вилл, Элион и Корнелия молча обменялись взглядами.

– Ну, – неопределённо повожу в воздухе ладонью, – в деревне моя семья не жила, а дальше сами думайте. Там всё вполне очевидно, – пусть помучаются, хе-хе.

– Эй! Так не честно! – в лучших традициях девчачьих капризов возмутилась Хай Лин.

– Ты меня прям застыдила, – покаялся я, картинно закатив глаза. – О! Там сладкая вата! С пяти лет её не пробовал, – и грозный тиран в моём лице величественно удалился в направлении торгового лотка.

– Эй! Ну нам же интересно! – и не подумала отставать китаянка, метнувшись следом. – Ну чего тебе стоит? Эй! Ну Фобос! – тут она едва не запнулась о брошенную кем-то банку. – Ай! Ну не беги ты так!..

– Интересно, – различил я усиленным слухом тихий голос Тарани, – а кто ему в пять лет мог давать сладкую вату?

– Я не хочу об этом задумываться, – отозвалась Вэндом. – Если начать задумываться о его жизни, можно заработать нервное расстройство.

– Да с ним и так его заработать не сложно, – как бы между прочим дополнила Ирма.

– Вот именно, – эхом откликнулась Вилл. – Потому воспринимаем всё как есть.

– Кстати, ты раньше не упоминала, что умеешь петь, – подключилась Корнелия.

– Я не умею, – мигом села в оборону Рыжик. Я по одной интонации чувствовал, как она опустила плечи и втянула голову.

– Но ты же пела, – с непониманием в голосе удивилась Элион.

– Это не то, о чём вы думаете… – ещё сильнее нахохлилась аловласка.

– Ну Фобос, расскажи! – между тем продолжала нагло осаждать меня излишне весёлая азиатка…

***

Выгуляв девчонок до полного выветривания из головы лишних мыслей, а из ног – сил держать вертикальное положение, я быстренько отправил всех спать. Не имеющую с некоторых пор своего угла в городе Элион (не считать же за таковой пустой дом семьи Браун, где никто не появлялся несколько месяцев?) любезно приютила Корнелия, во-первых, потому как лучшая подруга, во-вторых, идея оставить девочку на попечение близкого родственника (то есть меня) даже сквозь пелену впечатлений и усталости приводила обеих блондинок в ужас. Я не возражал. И вот, когда все девочки оказались заботливо (ещё немного – и нимб заработаю…) уложены по кроваткам и слегка сдобрены аккуратными чарами крепкого сна, я, чернейшим образом им завидуя, взбодрил себя порцией магии и отправился выполнять очередной этап из плана мероприятий на сегодня.

Первым делом я перенёс Нериссу из навершия посоха в новый носитель. Ну не хотелось мне держать ведьму внутри источника огромной магической мощи, пусть даже память Фобоса утверждала, что сделать она там ничего не сможет. Тот факт, что колдунья обладает рядом неизвестных князю знаний и приёмов по части магии, уже был подтверждён практикой, а потому я не хотел рисковать.

Перевод пленницы на новое место заключения был первым, но далеко не последним делом на сегодняшнюю ночь. Следующим в списке значился разговор с бывшими стражницами. Любви и дружбы я от них не ждал, и даже на благодарность за освобождение не рассчитывал, но прояснить некоторые моменты было надо. Причём лучше всего именно сейчас, чтобы не пускать всё на самотёк.

– Итак, дамы, надеюсь, вы не сильно скучали за время моего отсутствия? – поприветствовал я их, телепортировавшись в комнату.

– Что ты сделал с девочками? – не приняла вежливого тона Ян Лин, вперив в меня враждебный взгляд.

– Отправил спать по домам, – пожимаю плечами. – Не буду отрицать – я немного сжульничал, чтобы они не очень о вас вспоминали этим вечером, но так им будет лучше. Впечатлений сегодня и так получилось слишком много для их возраста, так что поживут пару часиков без стариковского ворчания, вы всё равно им это возместите при первой возможности, – слегка капнул я желчью на поведение боевой старушки.

– Хочешь, чтобы мы поверили, что ты изменился? – не вняла она намёку.

– Я? Изменился? – издевательски вскидываю бровь. – Да Тьма упаси! – я презрительно возвёл очи-горе. – Просто получил кое-какую недостающую ранее информацию и откорректировал на основе неё планы. Только не надо начинать песню про мою бесконечную злобность, определяемую фактом наличия конкретных половых признаков, эти глупости уместны для пятнадцатилетних подростков, но не для женщины, воспитавшей ребёнка и успевшей понянчить внуков. У меня нет причин вас любить или считать мнение мудрецов Кандракара хоть в малейшей степени авторитетным, но это не значит, что у меня вместо мозга заевшая пластинка и я зациклен на простейшем наборе мыслей и эмоций.

– К чему ты это говоришь? – наклонила голову Кэсседи. Между прочим, единственная в компании, кто смотрел на меня открыто и без негативных эмоций.

– К тому, что мы с вами не друзья, но так уж получилось, что я вас спас и освободил, а это неплохая основа для того, чтобы мы стали хотя бы не врагами. Я намерен соблюдать условия договора, причём их дух, а не только букву, которую, уж поверьте, смогу обойти в любой момент и в любых пределах. И я жду от вас аналогичных действий.

– А если мы откажемся? – хмуро спросила Кадма. – Убьёшь нас?

– Хотите откровенно? – наклоняю голову, ловя шесть настороженных взглядов. – Следовало бы. Уроки истории неумолимы: милосердие к врагам всегда ведёт только к большей крови и страданиям. Когда-то вы пощадили Нериссу, предпочтя заключить её в тюрьму вместо заслуженной казни за предательство, и в результате – десятилетия хаоса и войн, едва не закончившиеся тотальным диктатом над сотнями миров помешанной на власти идиотки. Я лично практически уверен, что смерть моих родителей – её рук дело, про степень участия в провокации моего восстания ещё предстоит выяснить, но вот в подогревании мятежа, год за годом собирающего кровавую жатву на Меридиане, её вина бесспорна. А всё потому, что кому-то не хватило решимости поступить с врагом так, как должно. Думаю, понятно, что сам я совершать такую глупость не хочу?

– Но?.. – уловив недосказанность в моём тоне, подала голос Галинор.

– Да, тот самый несносный союз, – картинно вздохнул я. – Если я вас убью, то мгновенно лишусь всего того доверия от Стражниц, которое с таким трудом заработал. Вашу смерть они мне не простят, и никакое моё красноречие не поможет… Цените! Я с вами откровенен! А ведь мог бы и соврать, – желчно закончил я. Было ли это уязвлённое самолюбие прежнего Фобоса или моё собственное раздражение от ситуации, но удержаться оказалось очень сложно.

– Ты уж извини, – Кадма мрачно сложила руки на груди, – но как-то не очень верится, что тебя так уж интересует мнение Стражниц. В чём настоящая причина такой щепетильности?

А ведь она права. С точки зрения постороннего наблюдателя, да ещё знавшего прежнего Фобоса, мне должно быть наплевать на каких-то девчонок – всё, что хотел, я от них получил, а дальше осталось лишь указать им место или вовсе избавиться от докучливой помехи, к которой прилагается и солидный счёт личных обид. Хуже всего, что убедить их в обратном практически невозможно. Это не дети, только и ждущие того, кто развесит им на уши лапшу покучерявей, эти старушенции давно свои взгляды забетонировали и менять их не станут, сколько ни разливайся соловьём. И на авторитете выехать не получится – это для Вилл с остальными я был страшным и могучим врагом, искушённым в мрачных и запретных тайнах бытия, а для сей аудитории я – малолетний выскочка и невоспитанный мальчишка. Ну, а то, что враг и опасный, так это не от мудрости, а от наглости и бесчестья. Короче, засада.

– Вы можете мне не верить, но от направления вашей веры ничего не меняется. Я предлагаю вам мир на неплохих условиях: вы не подзуживаете действующих Стражниц, не плетёте против меня заговоров и не потворствуете их проведению, в обмен я хорошо обращаюсь с девочками, старательно соблюдаю дух договора и не устраиваю гадостей своей сестре. В случае нарушения сделки одной из сторон каждый волен делать что угодно для защиты своих интересов. Мне не нужны ни магические клятвы, ни письменные свидетельства, только устное согласие. Пусть порукой будет ваша совесть, а не искусство крючкотворства. Неужели это так много для хвалёных сил Добра и Света?

– У нас нет оснований тебе доверять, Фобос, – на два голоса возразили Ян Лин, после чего переглянулись, и говорить продолжила только одна, видимо, настоящая: – Ты соврёшь – недорого возьмёшь, а проследить за твоими действиями на Меридиане у нас нет возможности. Хочешь получить наше бездействие, ничем не рискуя. Зря думаешь, что с нами получится так же, как с внученькой, лучше сразу убей, а на поводу у тебя идти мы не станем, – её копия незамедлительно кивнула, присоединяясь к сказанному. Кадма и Галинор присовокупили свои кивки с немногим большим опозданием.

– Значит, ваше освобождение и жизни девочек, весь день находившихся в моей власти, – это не причины и ничего не значит? – сощурился я.

– Не играй словами, Фобос, это тебе не поможет. Мы не знаем, почему ты так поступил, но не собираемся идти на поводу у тирана, – патетично проскрипела бывшая стражница воздуха.

Обвожу взглядом остальных. Кэсседи не уверена, она меня не знает и разговор воспринимает со стороны, очевидно, не сильно желая становиться частью разворачивающегося спектакля, остальные… Все согласны с престарелой азиаткой. Кадма почти столь же агрессивно настроена как и Ян Лин, во взгляде Галинор вражды меньше, хоть она и действующий член Совета Кандракара, но идти навстречу не желает никто, и даже Кэсседи не станет высказываться против подруг.

– Ясно… – медленно произношу я. – Что ж, если таково ваше желание, то так тому и быть. Я предлагал.

– И что теперь с нами сделаешь? – со странной гордостью и отголосками некой готовности в голосе спросила бабушка Хай Лин. Прозвучало настолько похоже на провокацию, что мне невольно вспомнилась строчка: «Смерть легче пуха, Долг тяжелее горы». Пусть, насколько я знал, семья Лин была родом из Китая, а не Японии, но что это, по большому счёту, меняет?

– То, чего явно не заслуживают те, кто отвергает протянутую руку, – и, ставя жирную точку в разговоре, я телепортировал их в подвал ресторана «Серебряный дракон»…

Глава 18

Квартира семьи Вэндом. Утро.

Солнечный зайчик, пробившийся сквозь плотно занавешенные шторы, робко скользнул по беспорядочно раскиданным на полу игрушечным лягушкам, предметам одежды, школьным тетрадям и пустым пакетикам от чипсов. Пробившись сквозь этот творческий беспорядок, доблестный посланник нового дня забрался по стенке на прикроватную тумбочку, пристально изучил находящиеся там лампу и электронные часы с будильником и, удовлетворив своё солнечное любопытство, спрыгнул в объятия мягкой подушки, откуда весь его путь доносилось едва различимое сладкое сопение.

Этот его поступок не остался без последствий, и уже через минуту невысокий холмик одеяла издал невнятный звук, способный в равной степени сойти и за ворчание, и за сонное сопение. Зарывшееся в перины лицо хозяйки кровати недовольно сморщило носик, чуть причмокнув губами, но дразнящийся свет никуда не исчез и, казалось, только оживился, с утроенным энтузиазмом став пытаться проскользнуть под рыжую чёлку засони.

Вилл проснулась.

Правый глаз девочки вяло приоткрылся и лениво оценил помещение. Узнавание пришло не сразу – чего-то в обозримой комнате явно не хватало, но всё-таки, собрав мысли в кучку, свою тумбочку и вид на окно главная стражница узнала.

– М-м-м… – сладкие потягушечки уронили одеяло на пол, заодно предоставляя всем желающим предметам мебели прекрасный вид на голые ноги, красовавшиеся в одних-единственных серых носках. Причём для владелицы слегка больших и уже порядком съехавших с места дислокации. Между тем девушка мотнула головой и вновь рухнула затылком на подушку, сонно постановив: – Какая же дичь мне приснилась…

Несколько мгновений прошло в тишине, после чего Вилл обратила внимание на то, что же ей показалось недостаточным в виде комнаты. Оказалось – игрушки. Обычно расставленные по подоконнику, столам, стульям и прочим поверхностям, чья пустующая чистота была чистым оскорблением метущейся душе подростка, они были дружно скинуты на пол… Вместе с её вчерашней одеждой.

Смутные воспоминания о вечернем (вернее, уже ночном) раздевании и сопутствующих ему «разрушениях» прилагались.

– Ух, надеюсь, этого никто не видел, – пробормотала себе под нос аловласка и, отвернувшись от окна, спустила ноги на пол.

Как по заказу, её внимание тут же привлёк незнакомый маленький столик, кем-то поставленный на расстоянии вытянутой руки от кровати. Поправка: незнакомый маленький столик, на котором исходила паром её любимая кружка с, если судить по запаху, камрой, а также вазочкой, полной шоколадного печенья, и сложенной запиской со знакомым знаком – кругом, зажатым между двумя треугольниками, – на лицевой стороне.

Молча протянув руку, Вэндом заинтригованно погрузилась в чтение.

С добрым утром, милая.

Для начала несколько важных фактов:

Прежнее поколение стражниц я отправил в серебряного дракона (ресторан, а не то, что ты подумала). – «Откуда он знает?!» – тряхнула головой девушка, первой возникшей спросонья ассоциацией которой был настоящий дракон. – И да, у меня была такая мысль, но я себя сдержал. Всё ради тебя! – «А ещё у тебя нет серебряного дракона!» – ехидно продолжила фразу Вилл. – А ещё у меня нет серебряного дракона, но это частности. – «Он даже в письме мысли читает?!» – не на шутку взбодрилась девочка. – Нет, мысли в письмах я не читаю, но, думаю, ты уже убедилась в моих гениальных аналитических способностях, – «Вот же гад, страдающий манией величия!» – пальчики стражницы негодующе сжали края письма. – И вновь повторюсь, что Манией Величия я наслаждаюсь, а не страдаю. Что до гадов, то змеи – это древнейший символ мудрости! – заставила её скрипнуть зубами следующая строчка. – Ну да ладно, перейдём к факту номер 2: я сейчас на Меридиане. Устраиваю тиранический беспредел, вопиющие безобразия и прочие гнусности, о которых вам с удовольствием прожужжат все уши советники Элион при первом удобном случае. Крепитесь! Морально я с вами! – «Он ещё и издевается!» – Да, я такой! : Р – показывающий язык смайлик заставил Вилл невольно хихикнуть. – Но если серьёзно, Элион лучше бы прибыть сюда поскорее и захватить пару шоколадок, чтобы было чем заедать стресс, а то по столице уже вовсю орут, что я её убил и надо точить вилы, дабы уходить в леса. Не знаю, как это между собой связано, но сам слышал. В общем, завтракай, приводи себя в порядок, собирай подруг и навести старых перечниц на предмет получения строгого выговора и морального надругательства. Увы, единственный способ, которым я тут могу тебе помочь, ты не одобришь, а при попытке уладить всё по-хорошему меня уже послали.

Жду вас после полудня. Искренне твой, Фобос Эсканор, Император Меридианской Империи, король Замбалы, князь Аридии, хозяин Сердца Кандракара, повелитель Бездны Теней, верховный тан Севера, царь родов Лурдена, вождь великанов и защитник всех тёмных созданий.

«И не лень ему было всё это перечислять?»

P.S.

Нет, не лень! Я крут и горжусь этим! И хватит уже читать письмо, завтрак стынет.

– Аррргх, он невыносим! – в голос рыкнула рыжеволосая, смяв записку. Но… На столике под первым листом бумаги обнаружился второй, значительно меньше и всего с одной строчкой:

P.P.S.

Нет, невыносим Иллидан в рейде из рандомов в синем шмоте, а я очень мил, прекрасен, а ещё ты меня любишь.

Вилл не знала, кто такой этот Иллидан, но почему-то от данного факта фраза становилась ещё… Обидней?.. Наглее?.. Возмутительней?.. В общем, что-то вроде. Надувшаяся от нахлынувших чувств девушка цапнула из вазочки печенье и раздражённо прожевала.

Спустя ещё несколько его товарок и половину кружки камры настроение главной стражницы слегка улучшилось, а ещё раз пробежав письма глазами, Вилл и вовсе хитро прищурилась, чувствуя в груди странное разрастающееся торжество.

– Интересно, и сколько же он убил времени, составляя эту записку?

Всплывшая перед глазами школьницы картина, как Жуткий Тёмный Маг, высунув от усердия язык, два часа корпит над черновиками, комкая и отбрасывая неудачные варианты, и всё это в кромешной темноте, за её столом и стараясь не создавать шума, чтобы её не разбудить, да ещё ворча сквозь зубы, как Фобос это умеет, дико развеселила юную чародейку. Даже если в реальности всё было не совсем так…

Стрельнув глазами в сторону корзины для мусора, Вилл ещё больше ухмыльнулась. Корзина была девственно пуста, что на фоне остального бардака в комнате смотрелось очень подозрительно.

– И, кажется, я знаю, какой вопрос задам этому нахалу при встрече! – довольно постановила девушка и залпом допила содержимое чашки…

Несколько часов назад. Королевский дворец Меридиана. Коридор на пути к сокровищнице.

– Свалили с дороги, нечестивые псы! – грозно пробасил Фрост, ступая впереди строя и с любовью поигрывая огромным двуручником, к которому, по чести говоря, был не очень привычен, но уж больно завлекательно тот сверкал полированными мордами волков на гарде, когда они осматривали (читай – грабили) оружейку.

– Ещё чего! – дерзко огрызнулся глава разношёрстного сборища, преградившего отряду слуг Фобоса путь к королевской казне. Был им, к немалой радости варвара, никто иной как Олдерн. – Если вы и сможете пройти, то лишь через наши трупы!!! – в руках бывалого повстанца сверкнул меч.

– Ну, если ты настаиваешь, полукровка… – ухмыльнулся Рыцарь Мщения, чей день с каждой минутой становился всё лучше и лучше! – …такой расклад меня вполне устраивает!

– Хватит этого цирка, мальчишка! – жёсткий голос Рейтара ударил по ушам за миг до того, как Фрост уже было сорвался в атаку. – Вы прекрасно знаете условия договора! Будешь нам мешать – только развяжешь руки! Милость Повелителя не безгранична, а Стражницы и Элион вам уже не помогут!

Рыцарь Бездны стремительно прошёл по коридору, раздвигая задние ряды лурденов, и бесстрашно приблизился к королевским стражникам, даже не положив руку на рукоять оружия.

– Это мы ещё посмотрим, – огрызнулся повстанец. То ли уже бывший, то ли вновь действующий – это целиком зависело от результатов завтрашнего возвращения Императора.

– Уже посмотрели, – припечатал Рейтар, смерив зеленокожего гуманоида брезгливым взглядом. – Половина королевства – половина казны. Я не собираюсь устраивать с вами диспуты и торги, но я не позволю вам под шумок разворовать сокровищницу до явления Повелителя с его сестрой, так что ты сейчас отойдёшь и дашь мне выставить свою стражу, или я сам помогу тебе «отойти» и всё равно выставлю стражу, но сколько из вас это переживёт, уже никто не поручится!

– Ты не посмеешь!..

– Хочешь проверить? – саркастично сложил руки на груди Главнокомандующий.

– Ты даже не достал оружия! – оскалился, как загнанная крыса, Олдерн, чьи ладони сами собой покрылись противной влагой.

– А ты рискни этим воспользоваться, мятежник, – ухмыльнулся в ответ Рейтар, за чьей спиной собралась уже добрая сотня пьяных от свободы и торжества бойцов, которым был нужен даже не приказ – жест! И тогда жидкую кучку последователей Элион сметут в считанные секунды.

– Я бы на твоём месте послушал совета Рейтара, Олдерн, в конце концов, за время моего отпуска вы и так успели неплохо осушить казну, пора бы и честь знать… – холодный, чуть ироничный голос из-за спин отряда сторонников Элион заставил всех участников конфликта вздрогнуть от неожиданности.

Тёмный Князь… Император стоял у приоткрытой двери хранилища, небрежно опираясь на чёрный посох, и с равнодушным прищуром глядел на окончательно струхнувших стражников, большинство из которых и так не очень-то хотели идти сегодня преграждать дорогу вырвавшимся на свободу заключённым. Среди повстанцев было немало идейных и храбрых людей, которых было не напугать даже личной встречей с Тираном, но после победы их ряды сильно разбавились бывшими солдатами принца, переметнувшимися к Калебу и Стражницам больше из желания тихой и спокойной жизни без постоянной угрозы вызвать неудовольствие жестокого правителя, чем от каких-то возвышенных мотивов. Они-то и составляли большую часть вооружённых сил нового режима, в том числе и отряда, возглавляемого Олдерном. И они же меньше всех горели желанием умирать за какие-то идеалы.

– Т-ты… – на лысой голове зеленокожего выступил пот. – Что с королевой Элион?!

– Похвально, что ты беспокоишься о моей сестре даже в такой ситуации, – без всякой интонации обронил бывший Князь. – Твой друг в куда лучших условиях больше волновался о своём придворном статусе…

– Повелитель… – попытался было привлечь внимание Рейтар, но был остановлен коротким жестом.

– Она жива, – продолжил речь чародей. – И находится в безопасности, под охраной своей лучшей подруги. А вот ты сейчас действительно делаешь всё, чтобы к моменту её возвращения город смердел гарью костров и грудами изуродованных трупов. Неужели и правда хочешь, чтобы я отбросил всякие любезности и показал, что такое настоящий тиран?

– К… – от бессилия и порождаемого им чувства стыда горло Олдерна сдавил душный спазм. – Мы… позволим вам выставить стражу у сокровищницы, – переступая через себя, вынужденно прохрипел повстанец. – Я… прослежу, чтобы новых эксцессов не случалось…

Опустив голову, молодой воин скрипнул зубами и порывисто развернулся, уводя за собой полностью деморализованный отряд. Вслед с позором покинувшим «поле боя» недругам тут же понеслись обидные выкрики «победителей» и довольное ворчание Фроста, для которого вид униженного советника королевы был ничем не хуже доброй драки.

– Рейтар?

– Да, мой Император? – рыцарь почтительно приложил правую руку к груди.

– Есть разговор, пойдём, – беловолосый чародей развернулся к коридору, ведущему к тронному залу, и неторопливо пошёл в его направлении, ожидая, пока воин пристроится рядом.

– Фрост, выстави стражу и смотри, чтобы к рукам ничего не прилипло! Отвечаешь лично! – поспешно прикрикнул воин, спеша не отстать от господина.

– Мог бы и не напоминать, – вполголоса отозвался здоровяк уже в спину приятелю.

Стены дворца неторопливо проплывали мимо шествующих в молчании чародея и рыцаря. Фобос не спешил начинать разговор, а Рейтар не смел его торопить, лишь опытным взглядом отметив, как лоб Повелителя прочертили несколько мрачных морщин. В последнее время он почти не видел их на лице Эсканора, но в прошлом, ещё до того проклятого полёта в Бездну, эта «печать» груза власти почти не сходила с лица Тёмного Князя даже в краткие минуты отдыха, что ненароком попадали на глаза офицера.

По пути движения то и дело мелькали группы слуг, гвардейцев Элион и его солдат, но завидев грозных визитёров, они мгновенно спешили убраться подальше, издавая при этом как можно меньше шума. «Трусы!» – раздражённо рыкнул было Рейтар в своих мыслях при виде очередного робко пятящегося отряда лурденов. – «Вбивать в вас дисциплину ещё и вбивать! Кто так смеет приветствовать своего господина?!» – но осёкся. Мысль о недостойных мужчины страхах больно резанула по душе – в памяти как назло всплыл недавний разговор с Седриком, и кисти мужчины невольно сжались в кулаки.

Страх… Липкий, мерзкий страх заставлял тело зудеть и чесаться, словно он на самом деле измазался в какой-то вонючей дряни. Змеёныш коварно лгал, намереваясь воспользоваться его чувствами и использовать в какой-то своей игре против Повелителя! Мерзкий червяк никак не хотел успокоиться, даже получив от Господина второй шанс! Это было непростительно и требовало немедленно рассказать всё Императору! Но…

Страх…

Презренное чувство раскалённой иглой вворачивалось в кости, заставляя слова застрять в горле. Рейтар не хотел этого признавать. Отказывался видеть. Не смотрел, затыкая уши. Но, проклятая Бездна! Седрик был прав! Нет, не в том, что Фобос поставит этих девчонок командирами и заменит его, Главнокомандующего, кем-то из них, это было абсурдно со всех точек зрения! Он был прав в другом… Да, это Седрик, не разбираясь, поверил воплям Ватека и швырнул его в Бездну, но подставили-то его Стражницы! Они застали его врасплох и, оглушив, засунули за пазуху тот злосчастный ключ! А теперь… А теперь он вскоре мог быть вынужден склонить голову перед главной из них, называя своей госпожой!

Гордость…

«Служить готов, прислуживать – не буду!» – если бы он знал эту фразу из далёкого прошлого мира Земли, то подписался бы под каждым словом! Но сейчас… Сейчас ему приходилось выбирать. Выбирать между Честью, Долгом, Клятвой… и Гордостью человека, без которой нет и не может быть никакой чести и верности клятвам. Переступить через себя и склониться перед той, кому мечтал и должен отомстить, или поступить так, как велят чувства, но лишь на потеху подлому пресмыкающемуся и его глупой малолетней паучихе? Что из этого выбрать?! Что будет правильно?!..

– Он уже подходил к тебе? – раскатом грома ударил по ушам спокойный голос беловолосого чародея, и погрузившийся в свои мысли рыцарь наконец заметил, что они уже стоят в тронном зале, а его Повелитель задумчиво смотрит на позолоченный трон Элион, так не похожий на его собственный.

– Кто, мой Император? – внутренне холодея, сквозь силу отозвался меридианец.

– Седрик, – камнем упало короткое слово, сквозившее, как показалось рыцарю, могильным холодом. – Он уже пытался склонить тебя к измене, упирая на моё отношение к стражницам, которые когда-то подставили тебя?

– Я… – Рейтар проглотил ком в горле и склонил голову. Похоже, судьба решила всё за него… Но он ещё может встретить её не позорясь детским лепетом и склизкими от попыток вывернуться причитаниями! – Да, господин…

– И что ты об этом думаешь? – бывший Князь не повернул головы, всё так же бесстрастно созерцая убранство зала.

– Я… – рыцарю Бездны стоило большого труда подавить неуместный порыв вывалить на собеседника свои опасения и чувства. Только стальная воля удержала его от этого глупого поступка. Глупого не потому, что его аргументы не имеют значения, а потому, что он и сам никогда бы не позволил подчинённому решать что-то в своей личной жизни. И уж точно бы не спустил с рук, если бы тот начал его в ней учить и осуждать. – Я не вправе обсуждать ваши решения, Повелитель.

– Вот как… – глаза Фобоса оторвались от раскрашенного в светлые тона интерьера и повернулись к лицу воина. – Что ж… Тогда позволь я сам тебе кое-что объясню. В конце концов, ты – мой главнокомандующий и должен понимать причины и цели моих поступков.

– Вы не должны, господин! – резко попытался возразить Рейтар, удивив даже себя. Вот только к подспудному страху и уязвлённой гордости только что прибавился ещё и гнилостный запашок стыда. Быть может, это и было иррационально, но на фоне собственной нерешительности готовность Повелителя не только к откровенности, но ещё и к самостоятельному снисхождению до объяснений напугала рыцаря едва ли не больше, чем все остальные события последних минут.

– Хватит, – потушил горячий порыв мужчины холодный голос. – Я ценю твою преданность и как раз из-за неё сейчас с тобой разговариваю, так что не усложняй.

– Как прикажете, мой Император, – рефлекторно сжав под плащом рукоять меча, Рейтар в который раз склонил голову.

– Угу… – жест подчинённого не укрылся от взгляда мага, но он не стал акцентировать на этом внимание. – Итак, о чём я?.. Ах да, Вилл… Моя будущая тёмная леди… – слова отдались в животе меридианца неприятным сосущим чувством, но всё, что он смог – это лишь крепче сжать зубы. – Скажи, Рейтар, уместна ли подлость на войне?

– Я… – переход был внезапен. – Я не уверен. С врагом допустимы любые средства, но…

– Но тот, у кого нет чести, не может рассчитывать на честное отношение со стороны врага, верно?[14] – усмехнулся Фобос, идеально облачив в слова смутные ощущения самого рыцаря. – Подлость всегда работает в обе стороны, и глупо требовать от врага того, чего не соблюдаешь в его отношении сам. Законы чести на войне возникли не на пустом месте и не от романтических завихрений замшелых предков, как наивно любят считать многие молодые дарования. Их основа, как ни парадоксально – голый расчёт. Выгода, – чародей с усмешкой смерил вытянувшееся лицо Рейтара взглядом. – Вижу, ты со мной не согласен. Почему?

– Я не то чтобы не согласен… – заторможенно ответил рыцарь, для которого слова господина звучали совершенно дико и неожиданно. – Просто… Я не понимаю.

– Я объясню, – снисходительно качнул головой Фобос и неторопливо начал прохаживаться по залу. – Думаю, ты со мной согласишься, что какой бы страшной ни была вражда воюющих сторон, врагам всегда найдётся о чём друг с другом поговорить? Даже я периодически устраивал переговоры с повстанцами, да и тебе во время кампании Рыцарей Мщения нет-нет, да приходилось идти на некоторый, кхм, обмен любезностями.

Рейтар был вынужден признать, что так оно и было. Конечно, в большей части случаев всё ограничивалось взаимными оскорблениями, но бывали и исключения… Всегда бывали, даже до того, как юный принц поднял своё великое восстание, а ему, простому лейтенанту, пришлось делать выбор: присоединиться ли к законному наследнику и бывшим врагам, которых он ещё недавно вылавливал по лесам и горам королевства, или остаться верным вконец оторванному от реальности марионеточному режиму дуры-королевы. Даже если не считать его собственного поступка в отношении армии принца, задолго до того нередко случались моменты, когда лучше было разойтись с дикими племенами лурденов миром, а не обнажая клинки…

– Главной целью переговоров, – продолжил излагать свою мысль Император, – является снижение собственных потерь и уменьшение ожесточённости борьбы, – короткий взгляд в глаза рыцарю, и маг продолжает свой неторопливый шаг по залу. – Для переговоров в стан врага высылается парламентёр. Парламентёрами, как ты знаешь, становятся далеко не худшие воины. Как правило, это о многом осведомлённые, выдержанные и храбрые личности, к тому же, во избежание недоразумений, они выполняют свою миссию будучи безоружными. Гарантией сохранения их жизни и достоинства служит благородство врага… – беловолосый сделал паузу, давая слуге лучше осознать услышанное, но пауза продлилась недолго. – На переговорах могут встретиться кровные враги, но старый обычай запрещает вымещать свою злость до возобновления боевых действий. Что мешает воину пытать беззащитного врага с целью получения от него сведений? Что мешает взять его в плен, убить или изуродовать? Разве романтические чувства или наивность? Нет! Только голый расчёт. Можно вытаскивать своих раненых с поля боя под обстрелом врага, рискуя жизнью своих людей, а можно, договорившись о перемирии, эвакуировать их без риска для жизни, позволив то же самое сделать противнику. Можно произвести обмен или выкуп военнопленных, удерживая тем самым врага от расправ над попавшими в плен нашими бойцами. Можно договориться о том, что враг выпустит из осаждённой крепости женщин, детей и стариков, чтобы не множить потерь среди гражданского населения. И наконец, можно предложить врагу почётную капитуляцию, то есть выпустить его из крепости с оружием и знамёнами. Это избавит вас от необходимости штурмовать сильные укрепления, неся потери от людей, которым нечего терять. Много чего можно! – тёмный маг вновь замер у трона, но его искажённое злой усмешкой лицо смотрело только на Рейтара. – Но только в том случае, если ты благороден и предсказуем!.. Если же ты решил, что убийство доверившегося тебе врага – это нормальный поступок, то всё, разговаривать с тобой становится не о чем, и больше разговаривать с тобой не будут. Тебя начнут истреблять. Здесь неуместны будут оправдания, что это дело рук одного негодяя, а остальные бойцы и офицеры – невинные агнцы. На войне это не пройдёт. Просто потому, что недостойный поступок позорит не только конкретного офицера или вельможу, он позорит всю сторону, и позор этот делят все воюющие на ней. Так что, – Фобос обвёл жестом зал, – считать за нелюдей противник будет всю страну, и милосердия никто не дождётся. Или я не прав, и ты можешь возразить? – мерцающие таинственной энергией глаза взглянули будто в саму душу рыцаря, со скрытой усмешкой предлагая тому броситься возражать лишь из чувства противоречия.

– Нет, мой Император. Вы совершенно правы, но…

– Но?

– К чему этот разговор? Я… – горло отказалось слушаться, но было задавлено силой воли. – Я и без того никогда не позволю себе пойти против воинской чести! Для меня это не просто выгода и расчёт, для меня это больше! Больше чем жизнь! Это то… То, что позволило выжить в Бездне Теней! То, что позволило вырваться! Без чести, – Рейтар сглотнул и выпрямился до скрипа в суставах, – я изломанный плешивый старик, а с ней… – ноги подломились, и левая рука упёрлась кулаком в пол, а правая легла на колено. – Я ваш Рыцарь!

– Ты… Удивительно умеешь подбирать слова, чтобы заставить чужое сердце трепетать, – с некоторой отстранённостью вымолвил через некоторое время Фобос. – Но ты неправ. Я не сомневаюсь в тебе. Этот разговор о другом.

– Тогда о чём, Повелитель?

– Не всё сразу, дай мне закончить, – беловолосый замер, глядя куда-то в сторону, потом сделал глубокий вдох и вновь заговорил: – Подлость работает в обе стороны… Это верно. И чем грозят её проявления, я только что описал. Однако есть один важный и принципиальный для нас, а в особенности для тебя вопрос… Что считать подлостью?

– А… – слова замерли на языке меридианца. Казалось – такой очевидный вопрос! Ответ на него проще некуда. Он знал его. Чувствовал. Жил с ним многие годы, без тени сомнения! Но вместе с тем…

Рейтар уже чувствовал оплетающий его кокон невидимой паутины, куда более прочной и безвыходной, чем та, куда его пытался заманить Седрик. Эта паутина заставляла всё нутро воина дрожать в тревожном напряжении. Угрожая разрушить, перекрутить и смять какие-то внутренние установки. Нечто, что казалось незыблемым и безусловным…

Это пугало?

Да…

Это заставит его отступить?

Никогда!

– Если ты хитростью заманил врага в ловушку и истребил его, – тонким звоном стекла упали на рыцаря первые спокойные слова Эсканора, – то для врага это досадно и обидно, но виновных в этом позоре он будет искать среди своих. Ведь на войне любая полученная информация должна восприниматься критически, а дезинформация врага всегда считалась допустимым приёмом… – хруст стекла уже слышался не вовне, а где-то внутри. Трещины, живые и ветвящиеся, с каждым мгновением покрывали броню сосуда, видеть содержимое которого Рыцарь Бездны так долго отказывался, пуще того – не хотел, потакая ущемлённой гордыне, и в то же время… – В конце концов, в ловушку угодил вооружённый для боя враг, который обязан не терять бдительности, к тому же способный оказать сопротивление… – очень… – И скажи мне, Рейтар… – сильно… – Разве ты был безоружен или спал, – жаждал, – когда Стражницы оглушили тебя и подсунули… ключ?

…увидеть!

– Нет, Повелитель, – с треском опадающих с души осколков на лицо воина выползла неуместная улыбка. – Я был вооружён и готов к бою.

– То есть…

– Я сам позволил себе расслабиться и закономерно проиграл, – Рейтар встал с колен, испытывая непередаваемое облегчение. – Стражницы воспользовались моментом для применения военной хитрости, и я дал им такую возможность по собственной глупости. Мой позор не заслуживает прощения, но даю вам слово, Повелитель, этого больше не повторится!

«И малодушных сомнений – тоже!» – про себя добавил ветеран, чувствуя, как в груди ширится и крепнет непередаваемое чувство… счастья.

Те же место и время. Фобос.

Итак, домашняя заготовка легла удачно, и внутренний конфликт Рейтара удалось исчерпать в мою пользу. Это было хорошо. А вот то, что подколодный змей сделал свой ход так быстро, стало неприятным открытием. Что он будет против меня интриговать, я не сомневался ни на секунду, но имелась скромная надежда, что хотя бы пару месяцев можно рассчитывать на его честную службу, элементарно из желания усыпить мою бдительность. Увы, видимо, провокация со столь резким, а главное – торжественным возвышением Рейтара на пару с вкусной приманкой моего отсутствия сработали слишком хорошо. А жаль, ведь мне пригодились бы его организаторские таланты на начальном этапе реформирования страны, да и Миранду немного жалко. Пусть оригинальный Фобос был не слишком чутким человеком, но к воспитаннице в какой-то степени привязался, а так как его чувства стали моими, отдуваться вновь мне…

Разумеется, прощать оборотней нельзя – предавший однажды предаст и снова, это аксиома. Вопрос был только в том, как мне действовать? Убивать… не хотелось. Во-первых, это будет моё первое осознанное убийство. Моё, а не прежнего Фобоса. А такие вещи – это важный жизненный этап, и что-то меня совсем не тянет дополнять его такими красками, как моральная неоднозначность и эмоциональные противоречия. Страдай потом ещё всю жизнь плохими воспоминаниями. Да, вот такая я циничная тварь, что уже оцениваю перспективы убийства «как бы друга» и «как бы маленькой девочки» исключительно с позиции личного душевного комфорта. Более того, я даже успел придумать как эту проблему обойти. В конце концов, мне ничего не стоит хоть прямо сейчас найти на Земле какого-нибудь мразотного выродка из числа обычного криминалитета и запечь его до хрустящей корочки, чем решить вопрос с моральной однозначностью первого убийства… Возможно, мой предшественник так бы на моём месте и поступил, не знаю… Беда в том, что я же нашёл и изъян в этом решении проблемы. Ведь я сам буду знать, что это обман, и, скорее всего, возникнет какая-нибудь ассоциативная цепочка, что сведёт мою хитрость на нет.

Иногда самому противно быть умным…

Или это совесть с воспитанием и этикой в мозг стучатся? Пусть я и привык за последнее время острить на тему своей злобности и негодяйства, но ведь это лишь маска, и сам я не такой… А-а-а!!! К чёрту! Ещё не хватало действительно стать тОмным принцем с глубоким внутренним миром, бр-р-р… Аж мурашки по коже. Ладно, есть вариант и без кровавых казней, только вот, боюсь, сами оборотни скорее предпочли бы умереть, чем так…

Ну что же, теперь стоит добавить последний штрих для Рейтара и избавиться от источника будущих проблем, хорошо бы было это сделать на приёме, при большом скоплении придворных, дабы и им напомнить, что переоценивать свои возможности может быть чревато. Но когда тот приём ещё будет? А проблему нужно решать как можно скорее, поскольку эта змея – далеко не дурак, и чем дольше он находится рядом, тем больше неприятностей может организовать. Посадить в подземелья «до востребования» – не выход. Слишком уж часто из этих подземелий сбегали. Да и с учётом повстанцев, «востребовать» его могут не в срок и совсем ненужные личности. Использовать втёмную, позволяя верить, что ничего не знаю, до тех пор, пока не подберу замену? Ещё хуже, ведь тогда у него будут развязаны руки, а если ход с Рейтаром я могу предсказать, как и ещё парочку… очевидных, то что он успеет намутить за несколько месяцев, уже начав действовать, одному чёрту известно. Мне же будет не до слежки с разгадыванием интеллектуальных ребусов, равно как и шансов потерять бдительность за объёмом свалившихся дел у меня будет предостаточно, а хватит ведь и одного пропущенного удара. Ну и… В конце концов, не верю я, что Рейтар сможет изображать нужные реакции хоть мало-мальски удовлетворительно, а Седрик хороший физиономист и мельчайшие штрихи подметит сразу. Словом, проблему решать надо прямо сейчас, заодно продемонстрировав и напомнив лидеру Рыцарей Мщения, что в руках у меня бывает не только пряник, но и вполне себе увесистый кнут.

Мои размышления не заняли много времени, и, отвернувшись от трона сестры, я сосредоточился на скипетре.

Магическое усилие, совмещающее в себе чары наблюдения, портал и лёгкий телекинетический импульс – и оборотней буквально выдёргивает пред мои «светлые очи». Оба уже в меридианских одеждах, дезориентация и полное непонимание на лицах. Но вот Седрик увидел меня, увидел рядом Рейтара и выражение его лица… И всё сразу понял. Отчаянная попытка, рывок – не то чтобы попытаться меня прикончить, не то чтобы просто сбежать, но… Подхваченное магическим телекинезом змеиное тело, в которое он всё же успел перевоплотиться, бессильно замерло в воздухе. Рядом застыла паучиха, правда, в отличие от «избранника», девушка ещё ничего понять не успела и только растерянно хлопала голубыми глазами.

– Что ж, мой скользкий друг, должен признать, что несколько недооценил твою наглость.

– Милорд, я… – договорить ему помешало сдавленное горло.

– Перебивать своего Императора – очень невежливо, – я благожелательно улыбнулся, впрочем, надолго улыбка не задержалась. – А строить против него интриги – невежливо вдвойне. Мог бы хотя бы месяц потерпеть, пока улягутся страсти, я ведь так на тебя рассчитывал.

– Повелитель, мы… – теперь пришлось аналогичным образом затыкать и паучиху.

– Миранда, к тебе это тоже относится. После всех ваших провалов и ошибок я всё же даровал вам прощение, позволил свыкнуться и вникнуть в новые реалии, вернул прежнее положение… – по очереди заглядываю в их глаза, надеясь увидеть хоть какой-то отклик… Хоть что-то похожее на осознание и раскаяние… Но нет, там только страх и желание вымолить пощаду, отрицая и обещая что угодно. – С учётом моей новой мощи, вы бы могли подняться куда выше, чем раньше, но чьё-то самолюбие не могло вынести, что он теперь не «первый после бога», а лишь один из десяти влиятельнейших разумных полудесятка миров. Ну что же, – вздох вырвался вполне искренний, – это был твой выбор, Седрик. За себя и за неё, – змей обречённо закрыл глаза. – Думаешь, я убью вас? – построить на лице злобный оскал было нетрудно. – О-о-о, мой скользкий друг, даже не мечтай, что отделаешься так легко. Нет, вы будете жить. С вашей ближайшей роднёй!

Первая волна магии – и змея принудительно возвращает в человеческий облик. Новый жест – и вот уже оба оборотня судорожно хрипят, пытаясь расцарапать себе грудные клетки и вдохнуть невидимый «воздух», словно молотом выбитый из тела и ставший вдруг плотнее бетонной стены. Грубое, варварское лишение силы – крайне болезненная процедура, а именно её я и проводил, буквально с корнем вырывая чужие способности, как совсем недавно проделывал это с прежним поколением Стражниц. Раньше мне бы потребовался сложный и долгий ритуал, артефакты, их кровь и плоть… Сейчас же, с мощью Сердец, достаточно было лишь желания, направленного волей, да оглашения условий.

Последним жестом я открыл межмировой портал и просто вышвырнул ставших простыми смертными оборотней вон. Вернее, «почти» простыми смертными. Долголетие останется при них, что будет ещё болезненнее. Хотя как посмотреть… Выкидывание на улицу с тем, чтобы уже спустя сутки они померли в сточной канаве, было бы совсем низостью с моей стороны, а так… Я лишил их звериной сущности, но не лишил знаний, и пусть Седрик невесть какой знаток чародейства и волшебства, но хлеб с маслом себе и Миранде обеспечить сможет. Если постарается.

– Мой Император, – склонил голову Рейтар, когда складка пространства рассыпалась невесомыми искрами.

– Я не прощаю предательства. Твоя Честь спасла тебе жизнь, рыцарь, – давлю воина взглядом, тот послушно опускается на колено. – Они же… Заслужили то, что с ними произошло. Я давал им шанс.

– Могу я спросить, куда вы их направили? – в вопросе звучало отнюдь не праздное любопытство, кажется, Рыцарь Бездны прикидывал, не вернётся ли Седрик с армией. Просто гипотетически.

А может быть, и испытывал какие-то позывы беспокойства в сторону Миранды. Всё-таки, как я успел убедиться, верность рыцаря не только сюзерену, но и своим воинам, вне зависимости от того, были ли у него с кем-либо из них личные тёрки, воистину заслуживала восхищения, особенно с учётом того, что большинство из них являлись жуткими малыми, за которых ни один меридианец людской принадлежности в здравом уме и слова бы не замолвил. А малолетний стервозный паучок, как ни посмотри, значительное время была его подчинённой и боевым товарищем…

Быть может, он даже не станет возмущаться, если вдруг узнает, что я скинул им некоторое количество денег и земной одежды через пару дней. В конце концов, не только у него есть обязательства перед подчинёнными, но и у меня перед воспитанницей.

– Земля. Континент Австралия – место, где количество ядовитых змей и пауков просто не поддаётся подсчётам. Там им самое место, не так ли?

– Если мне будет позволено говорить, я бы предпочёл убийство. Седрик – подлая тварь и живым может представлять угрозу… – кажется, он произнёс это через силу.

– Возможно, но она незначительна, а смерть – слишком лёгкое наказание за плевок в протянутую руку. Встань, Рейтар, у нас слишком много дел и помимо дум о предателях. И слишком мало времени.

– Да, мой Император! – вытянулся воин.

– Тогда не будем терять его попусту. Как продвигаются дела с моими поручениями?..

10:47 утра. Хезерфилд.

– Ну наконец-то! – полный радости и облегчения возглас сам вырвался из груди Вилл, едва в дверях показались Элион с Корнелией. – Где вы пропадали? Нам нужно срочно бежать на Меридиан! – от избытка чувств рыжеволосая стражница даже вскочила.

– Не так быстро, девочки, – строго одёрнула её Ян Лин. Правая… или левая, Вилл не успела заметить, поглощённая счастьем от того, что допрос наконец-то близок к завершению. И, разумеется, слова пожилой азиатки прозвучали для неё как противный скрип мела по школьной доске. – Из-за вашего необдуманного принятия условий Фобоса, – и не думая реагировать на скисшую физиономию Вэндом, продолжила левая Ян Лин, – Элион сейчас опасно появляться на Меридиане.

– А так как мы не знаем, что он замышляет, то должны соблюдать осторожность, – дополнила правая.

От этого мельтешения «двойной картинки» у юной стражницы уже начинала побаливать голова. Судя по убитому виду Тарани, Ирмы и Хай Лин, она в своих чувствах была не одинока. Этот сероглазый негодяй опять оказался прав! Ну что ему мешало разок ошибиться в своих прогнозах? Могли же просто посидеть с чаем и вместе порадоваться счастливому окончанию войны, неужели она так много хочет?! Почему всем всегда так нужно начинать грузить с самого утра?!

– Чего мы можем сделать-то? – вяло попробовала взбрыкнуть Кук, практически возлежа на столе. – Не появляться сейчас на Меридиане – ещё хуже, а мы и вовсе, вроде как, должны теперь ему служить. Магический контракт… – темнокожая девочка сделала в воздухе неопределённый жест, невольно напомнивший Вилл виновника всего торжества.

– Магические контракты – сложная вещь, – вступила в разговор Галинор с таким озабоченным видом, будто от них спасение мира зависит… Вилл прервала мысль.

«Ах да-а-а…»

Придавленная тоскливой реальностью девочка мрачно плюхнулась на своё место. А член Совета Кандракара продолжала:

– …но Провидец наверняка сможет что-то придумать. Нужно только его освободить.

– Провидца и остальной Совет заключили силой Сердца Меридиана – силой Элион! – веско и с нажимом произнесла правая Ян Лин. – И Элион может их освободить. Это сейчас самое важное!

– Тайм-аут, тайм-аут, – помахала в воздухе рукой Ирма, выглядя при этом, впрочем, не многим более бодрой, нежели растёкшаяся мулатка. – Я верно расслышала – вы предлагаете нам обмануть и преступить слово? Это как бы плохо, нет? А мы, вроде, хорошие и должны поступать хорошо. Я чего-то не понимаю?

– Зло сейчас сильно как никогда раньше, и оно что-то задумало, намереваясь использовать вас в своих целях, – уверенно сообщила левая старушка-близняшка. – Если мы позволим ему это, может случиться непоправимое! Сейчас он играет с вами, наслаждаясь своей властью, выстроенной на лжи, но это может кончиться в любой момент, и если мы опоздаем, то вас может ждать та же участь, которую Нерисса уготовила нам.

Разговор шёл уже на третий круг, и Вилл едва удержалась, чтобы не закатить глаза. У неё уже не хватало сил, а душевные резервы подходили к концу. Между тем, Корнелия и Элион, с момента входа в ресторан оглядывавшие компанию вопросительными взглядами, уже подошли ближе.

– Что такого этот белобрысый нарцисс успел учудить, и по какому поводу атмосфера родительского собрания, совмещённого с вызовом к директору? – озвучила общий вопрос новоприбывших старшая (из них) блондинка.

– Мы зря пошли на сделку с Фобосом, – мрачно отозвалась со своего места Тарани, вслед за которой продолжила уже Ирма:

– И должны теперь найти способ нарушить клятву, вновь получить контроль над Сердцем Кандракара и… – девочка нахмурила лоб, в общепринятом жесте поиска потерянных воспоминаний.

– И спрятать Элион, освободить Совет, защитить Лилиан и отобрать у Фобоса скипетр, – закончила за неё Вилл.

Ей от всего этого разговора было особенно некомфортно, так как осторожных объяснений, что Фобос изменился, бывшие стражницы воспринимать не хотели, а убеждать их так, как она это делает обычно (например, в спорах с мамой), мешало положение… кхм, официальной девушки Фобоса. Ещё, чего доброго, в личной заинтересованности обвинят! Тарани и Ирма испытывали схожие проблемы, во-первых, потому, что должны были идти ему служить, а во-вторых, уже успели стать его ученицами. А так как все трое не хотели идти на откровенный скандал с теми, кого едва освободили, то не оставалось ничего иного, как стоически терпеть чужое упрямство. В конце концов, это глупо – начинать ругаться сразу же после такого события, как общая победа и чудесное спасение! Бессмысленно! Не круто! Отстойно! И вообще они будут выглядеть как полные лузеры!

– Спокойней, Вилл, – достиг головы аловласки мысленный голос Тарани. – У нас на лицах и так крупным шрифтом написано, что разговор нам не нравится, а если мы ещё и манеру речи Фобоса начнём повторять, то нас точно обвинят в околдованности.

– Да сдерживаюсь я, сдерживаюсь! – мысленно нахохлилась в ответ девушка.

– Плохо сдерживаетесь! – громко вклинилась в незримый диалог подруг Корнелия. – С ваших постных рож только закоренелых еретиков на проповеди рисовать!

– Но они такие упёртые… – страдальчески произнесла Ирма. – Я им рассказываю, как Фобос готовил нам завтрак, а они заладили: «хитрость», «обман», «вы же не могли на это купиться?» и так далее… Я просто не могу!

– И я бы на тебя посмотрела, если бы ты сидела тут с самого начала, – поддакнула Вилл.

– Не сердитесь на бабушку, она о нас беспокоится! – окатил подруг умоляющий голос Хай Лин.

– Как и все взрослые – в самый неподходящий момент, – буркнула аловласка.

– Угу… – дружно пришёл хоровой мысленный вздох.

– Девочки, это не шутки, – и правда пошла на очередной круг прежняя стражница воздуха. – Как бы Фобос с вами себя не вёл – мы однажды уже думали, что ошибаемся на его счёт, вспомните, чем это чуть было не закончилось. А сейчас он ещё и рассорил вас с Калебом и даже посадил его в темницу!

– Неужели вам самим не кажется странным, что вы до сих пор ничего по этому поводу не сделали? – как всегда немного грубоватым тоном внесла свою лепту Кадма, скрестив руки на груди.

– Ни капли! – ругнулась в мысленный эфир аловласка, у которой уже почти глаз дёргался от этой темы, а раздражение требовало выхода. – Этот болван нас всех подставил! Благодаря его «геройству» Фобос прямо там мог наплевать на все сделки и раскидать нас как котят, а потом устроить на Меридиане бойню! Или сначала бойню, а уже потом до нас добраться! Ему это несложно!

– Спокойнее, Вилл…

– Да что тут «спокойнее»? – неожиданно поддержала лидера группы Корнелия, перебив Тарани. – Калеб даже меня в известность не поставил! Как он вообще мог планировать что-то подобное, не посоветовавшись со мной?! А если бы Эля пострадала?! Эти парни из-за своих дурацких игр в короля-льва вечно теряют последние мозги!

– Да тихо вы! Они же догадаются, что мы переговариваемся! – оставаясь внешне полусонной амёбой, едко шикнула на них Ирма.

– И что? – завелась с полоборота Хэйл. – Мы что теперь…

– Корни, – теперь эстафета шикать перешла к Вилл, – если ты только сейчас заметила, что Калеб никогда не считал нужным спрашивать твоё мнение ни в одном деле, в котором считает себя профи…

– То есть вообще во всех делах, за которые он берётся, – «тактично» вставила свои пять копеек Ирма.

– …то должна тебя расстроить: нас он тоже никогда не спрашивал, кроме тех случаев, когда ему нужна была наша помощь…

– И даже там он не спрашивал, а говорил нам, что надо сделать, – никак не унималась изображающая сонную черепаху Лэир.

– Да хватит вам! – воскликнула Хай Лин. – На нас уже косятся!

– А что если мы всё-таки ошибались? – отвлекая внимание от слишком долго молчащих подруг, опять приняла огонь на себя Тарани. – Вчера он мог легко сотворить с нами всё что угодно, особенно когда провожал по домам, но ничего плохого не сделал.

– Он пытается завоевать ваше доверие, чтобы потом использовать в своих целях, – ответила Кадма. – Нерисса делала то же самое, когда пыталась склонить нас на свою сторону, Фобос просто действует умнее.

– Но зачем? – мулатка поправила очки. – Ведь мы уже поклялись служить ему на Сердце Кандракара – он может легко нас подчинить, как Нерисса сделала с вами.

– Не все вы поклялись, – покачала головой правая Ян Лин. – Быть может, в этом скрыт его мотив. Всех Стражниц желает поймать в свои сети Зло, потому и выжидает.

– А разве брат не может создать своих Стражниц? – неуверенно спросила Элион, переводя взгляд с одной стороны диалога на другую. – Ну или кого-то похожего на них… – поправилась девочка и, видя, что немедленно перебивать её никто не пытается, тут же продолжила: – Я видела, как Нерисса создавала своих Рыцарей Гибели, да и разных слуг у Фобоса много, что ему мешает дать силы кому-то из них? Зачем такие сложности с притворством и всеми этими… песнями, – королева сконфуженно опустила взгляд, вспоминая выбившую её из колеи композицию, исполненную братом, – если можно получить всё то же самое и сразу? У него же несколько Сердец…

Возможно, ещё недавно такие мысли не посетили бы голову юной королевы, но проведя несколько месяцев одна, запертая в кристалле и вынужденная бессильно наблюдать за кознями безумной старухи, Элион стала смотреть на многие вещи иначе чем раньше. К тому же поведение Фобоса после её освобождения и всё, что он тогда делал… Эти вещи требовали ответов, а она их не находила! Всё оказалось слишком сложно и непонятно, а Браун отчаянно хотелось найти для себя хоть какую-то зацепку, позволяющую понять мотивы поведения брата!

– Ответ очень простой, – практически без раздумий покачала головой Кадма. – И он тот же самый, что был у Нериссы, когда она собирала нас. Гордыня и спесь. Подчинение Стражниц нужно ему своим статусом, как символ его окончательной победы. Он хочет в полной мере насладиться нашим поражением, унизить и доказать своё превосходство.

– Не думаю, что ему нужно кому-то что-то доказывать, – буркнула вполголоса Вилл, перед глазами которой пронеслись все разговоры с Фобосом как раз на заданную тему, начиная от желчных характеристик Нериссы и заканчивая оригинальным взглядом на подобающее поведение монарха.

– Угу, – промычала рядом Ирма, тоже явно не впечатлённая «откровением» бывшей королевы Замбалы. – Он заработал звание пугала всея вселенной ещё сидя без всяких Сердец на запертом Меридиане. В таких случаях людям не до комплексов…

– А ещё у него есть армия чудиков, визжащая при его виде не хуже фанатов Элвиса Пресли… – поворчала уже Тарани. – Только, в отличие от любителей концертных тусовок, эти ребята – здоровенные монстры с оружием, которых любимый идол только что выпустил из тюрьмы…

Элион на эти слова озабоченно нахмурилась, чувствуя, как сосущее чувство тревоги в животе ещё сильнее возросло. Взрослое же поколение почти в полном составе недовольно поджало губы, досадуя на упадническое настроение, царящее среди молодёжи.

– Эм… – скованно подняла руку Кэсседи, выдавив кривую улыбку. Ей откровенно не хотелось влезать во всю эту историю, но чувство ответственности за подруг вынуждало хотя бы попытаться разрядить обстановку. – Я, конечно, долго отсутствовала и, может, чего-то не понимаю, но не проще решать проблемы по очереди? Сперва освободим Совет, а там, может быть, Старейший чего-то посоветует? Чего сейчас-то спорить?

– Да! Давайте сбегаем на Кандракар, тем более и Элион уже здесь! – тут же поддержала её Хай Лин, пылая фальшивым энтузиазмом. Согласна китаянка была, конечно, с подругами, но спорить с любимой бабушкой (тем более сразу в двух экземплярах!) было выше её сил.

– Видимо, Фобос оказался куда сильнее, чем я полагала, раз вы все уже готовы сдаться… – игнорируя последние реплики, с укором вздохнули обе Ян Лин.

От этой фразы в груди Вилл вспыхнул огонёк злости, густо замешанный на праведном возмущении, но уже готовый сорваться с языка ответ она сдержала, лишь стрельнув в бабушек Хай Лин сердитым взглядом.

– Мы не подвергаем сомнению вашу храбрость, – Галинор успокаивающе-предостерегающим жестом положила руку на плечо правой Ян Лин, – но ситуация очень серьёзная. Если мы промедлим сейчас, то неизвестно, сможете ли вы вернуться на Землю после посещения Меридиана и будет ли у вас вообще шанс ещё раз увидеть родных и близких. Боюсь, всё намного серьёзней, чем вам может показаться.

А вот эти слова достигли цели – и все юные стражницы дружно замерли в мрачной тишине. Вилл и в самом деле не знала дальнейших планов Фобоса на их счёт. А что если он и правда решит оставить их подле себя, не отпуская домой? Ничего конкретного на эту тему он не говорил. И даже если даст отсрочку, надолго ли?.. И что в этом случае она скажет маме?..

– Девочки… – робко коснулся их мыслей голос Хай Лин.

– Хе-хе… – нервно перебила её Ирма, словно только и ждавшая, кто первым нарушит тишину. – Если подумать, то сейчас это выглядит уже не так прикольно, как когда он обещал титулы и роскошь… Девчонки, у меня одной коленки дрожат, а?

– Мы знали, на что идём, поздно сейчас паниковать, – Тарани старалась, чтобы её телепатический голос звучал уверенно и спокойно, но мандраж пробился и у неё.

– Да ладно вам! Не настолько же он говнюк, в конце концов, – постаралась поддержать их Корнелия, только сейчас сообразившая, насколько всё может быть серьёзно.

– Земля-земля, у нас потери! – неестественно хихикнула повелительница воды, пародируя доклады героев из всяких приключенческих фильмов. – А вообще, странно это слышать от тебя. А как же «белобрысый слизняк» и всё такое?

– Да, он мне не нравится! – огрызнулась блондинка. – А ты бы предпочла, чтобы я кричала о том, что вас предупреждала?.. – Корнелия поняла, что сказала лишнее и смутилась. – Вилл! Ну скажи что-нибудь! Ты же с ним… Ну, это… Ну ты поняла!

– Нам нужно на Кандракар, – вслух ответила Вэндом, тяжело роняя слова. – И напоминаю, что Сердце Кандракара у Фобоса, он знает, где мы живём, и ещё ждёт нас на Меридиане обсуждать раздел мира… – девочка с огненно-рыжими волосами тяжело вздохнула. – И не знаю как вы, но я не хочу знать, что будет, если мы не придём…

Глава 19

Кандракар…

– Не получается… – растерянно сообщила Элион, отвернувшись от шара силового поля, где в стазисе были заперты несколько одетых в белые мантии фигур.

– Быть не может! – хором возразили Ян Лин. – Сфера была создана силой Сердца Меридиана!

– Какой ужас… – пресекая ещё только назревающий шквал изумления в рядах бывших и нынешних стражниц, в диалог вмешался новый участник. – Неужели я случайно перевёл подпитку чар на Сердца Аридии и Замбалы? Безобразие! Ну просто «кто бы мог подумать?»

Ехидный голос Фобоса звучал с неподдельной иронией, но самого тёмного мага нигде не было видно. Казалось, он стоит всего в шаге, но сколько бы Вилл с остальными не крутила головой и не всматривалась в обломки стен, оставшиеся после прошлого нападения Нериссы, они так и не смогли заметить парня.

– Эй! Ты опять невидимый? Только чур не подкрадываться со спины! – нервно прокричала в воздух Ирма.

– Я на Меридиане, – на шаре силового барьера внезапно возникло изображение мрачного лица мятежного принца, – мучительно удерживаюсь от того, чтобы устроить маленький акт геноцида собственного населения, и смиренно ожидаю, когда же моя прелестная сестрёнка наконец вспомнит о своих обязанностях. Нет, вы не подумайте, – взгляд Фобоса сверкнул снисходительным всепониманием, – я целиком одобряю ваше стремление освободить из заточения верхушку международной террористической группировки, повинной в развязывании нескольких десятков войн и свержении легитимных правительств во множестве суверенных миров. В иной ситуации я бы даже немного погордился собственной сестрой и, пустив скупую мужскую слезу, выпил за ваш успех, но имейте в виду: чем дольше вы там развлекаетесь, пытаясь взломать укреплённые мной чары, тем сложнее мне будет объяснять своим верным войскам, почему им нельзя вырезать поддержавшее мятежников население столицы или хотя бы разграбить их имущество.

– Как ты смеешь?! – вперёд выступила бывшая хранительница Арамер, которую буквально затрясло от слов чародея. – Ты клялся Сердцем Кандракара, ты!..

– Я не клялся освобождать Совет Кандракара или способствовать этому, – презрительно перебил женщину с кошачьими усами Эсканор. – И как глава суверенного государства, в дела которого Кандракар неоднократно вмешивался, официально заявляю, что Империя считает Совет террористической организаций, со всеми вытекающими последствиями. В общем, девочки, заканчивайте заниматься фигнёй и потворствовать старческому маразму. Жду вас в замке через пятнадцать минут. И захватите кофе – я не выспался, а потому очень хочу убивать.

И изображение Фобоса пропало… Над летающим островом установилась мрачная тишина.

– Фобос… Он извращает всё, к чему прикасается, – сказала, как сплюнула, Ян Лин.

– Хм, – эта затея с самого начала не нравилась Вилл, а этот мерзавец ещё и издеваться надумал, вновь поставив всё с ног на голову… – Отстой… – девочка потерянно плюхнулась джинсами на ближайший обломок. Она ведь действительно забыла про освобождение Совета, когда они обговаривали условия сделки…

– Вилл? – повернулась к подруге Элион.

– Он ведь прав! – зарывшись руками в растрёпанную шевелюру, отозвалась Вэндом. – В очередной раз… Он не клялся освобождать совет. Я просто не подумала об этом… Думала… Думала, раз он создан силой Меридиана, то ты сама справишься. Дьявольщина! Я опять всё испортила…

Вилл всю трясло – её пугала перспектива расставания с Землёй. Пугала возможность больше никогда не увидеть маму и папу. Пугало, что она может больше никогда не попасть в школу и город, которые впервые в жизни подарили ей настоящих друзей. А теперь ещё и Фобос на такой их фортель явно обидится, она бы на его месте точно обиделась! А как может обижаться новоиспечённый Император, девушка примерно догадывалась, и от этого её настроение падало ещё ниже.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Корнелия, с неожиданной чуткостью коснувшись плеча аловласки.

– Теперь вы понимаете, что он с самого начала манипулировал вами? – одновременно с блондинкой повысила голос бывшая стражница земли. – Он не собирался помогать и не думал исправляться, его целью была только власть, и сейчас он наконец скинул маску!

– Всё! С меня хватит! – доведённая до крайности Вэндом вскочила с места и невольно начала слегка искрить. – Это была изначально глупая затея! Я – дура – сразу не догадалась, что Фобос позаботится о том, чтобы нейтрализовать своих врагов. Он свой посох за какие-то несколько часов защитил круче чем Форт Нокс, о чём вообще говорить про тех, кто вредил ему с самого детства?!

– Вилл… – попыталась её успокоить одна из Ян Лин, но была грубо прервана:

– Что «Вилл»?! Фобос спокойно сидел себе в своём королевстве и никого не трогал, но нет, нас надо было свести с повстанцами и, навесив на уши лапши о борьбе добра со злом, пустить его провоцировать! При этом ни слова не сказав Элион о том, кто она такая, и пальцем не пошевелив, чтобы научить её пользоваться своей силой! Скажете, что вы о ней не знали? Не смешите меня!!! Вы жили в одном с ней городе, а ваш главный босс носит титул «Оракул»! Вы, чёрт возьми, знали, кто такая Лилиан, за несколько лет до того, как она впервые проявила силу! И даже Корнелию выбрали на роль стражницы из-за этого! И после этого я должна поверить, что эти умники, – резкий жест в сторону сферы магической тюрьмы, – не смогли определить кто такая Элион за двенадцать лет её жизни на Земле?! Седрик с Фобосом сделали это за три месяца, отвлекаясь на управление страной, войну с повстанцами и драки с нами! Чёртов змей-мутант из средневекового мира оказался круче, чем мудрый и всезнающий Оракул?! А ведь если бы Элион тогда умела хотя бы половину того, что может сейчас, никакая охрана ей вообще была бы не нужна! Но вместо этого ни ей, ни нам ничего не говорят – справляйтесь, девочки, сами! Воюйте, рискуйте жизнями – и, может быть, случайно узнаете, что за вашей подругой охотится тёмный маг, умудрившийся запугать до грязных штанов все соседние миры и Совет Кандракара в придачу! – Вэндом надоело непонятное поведение Кандракара, её достали нравоучения старых перечниц, ей опостылело чувствовать, что её используют, и ещё больше ей просто хотелось выплеснуть всё накопившееся. – Что?! Вам чудом удалось победить? Молодцы – так и надо. Ни извинений, ни объяснений! Ни даже нормального обучения! Ах, на нас точит нож наша бывшая подчинённая, поехавшая крышей от того наказания, которому мы её подвергли – бегите, девочки, спасайте и защищайте! Мы же мудрые и всезнающие управители центра мироздания – мы можем только прятаться за спинами детей! А как только мы всё-таки справились, перед этим вновь оставшись совершенно одни перед опасностью, то мы сразу неправы! Почему?! А потому, что смогли установить хоть какой-то мир с тем самым магом, от имени которого дружно дрожат все соседние миры, и это, видите ли, не соответствует вашим планам по его безусловному сидению в тюрьме! Кха…

От долго крика горло Вилл прострелило противным сипом, и девочку скрутил спазм кашля. Корнелия тут же придержала её за плечи, а Ирма создала в руках ледяной стаканчик с водой, давая запить.

– Вы тоже так считаете? – повернулась Галинор к остальным стражницам, явно надеясь получить поддержку, но даже откровенно недолюбливающая Фобоса Корнелия лишь отводила глаза и молчала.

– Если говорить начистоту, – Тарани сконфуженно поправила очки, – у нас много вопросов к Совету. Вилл сказала это грубо, но… Я с ней согласна. Если бы мы всё знали с самого начала, то Фобосу бы ни за что не удалось обмануть Элион так, как это сделал он. Может быть, всё бы повторилось, но у Элион хотя бы была возможность самой выбирать, хочет ли она пытаться наладить отношения с братом, да и Фобос бы вёл себя иначе, зная, что она знает…

– Не о том думаете… – подала голос Ирма. – У нас осталось меньше десяти минут, чтобы раздобыть кофе и добраться до Фобоса. Лично у меня нет желания выяснять, сколько долей шутки было в той его последней фразе про желание убивать… – слова, по всей видимости, должны были разрядить обстановку, вот только попытка не сильно удалась.

Тем не менее, пребывающая в задумчивости и явно не лучших чувствах Элион кивнула и открыла два портала.

– Этот ведёт в «Серебряного Дракона», – девочка ткнула в один из переходов, – а второй – на Меридиан, – больше выдавить из себя она не смогла.

Брат переиграл их и в этом, вновь обратив прахом все планы. И его слова и поступки… То, как он подносил ситуацию. Волей-неволей, принцесса начинала задумываться над мотивами и решениями Фобоса. Нет, она не пыталась его оправдать, да и сам он явно не искал оправдания, но то, в каком свете стали показываться её «союзники» из повстанцев и «друзья» с Кандракара… Всё это вводило в уныние. Получалось, что доверять она не могла никому, разве что только Корнелии. Или брат вновь ей манипулирует, стремясь подвести именно к этому выводу? Лишить её сторонников, чтобы потом захватить власть? Королеве нужно было время, чтобы ещё раз взвесить и обдумать всё то, что с ней успело произойти за последний год. Осталось лишь понять, где бы найти для этого время и уединённое место…

Фобос Эсканор. Личные покои.

– А вот и вы, – отрываюсь от изучения своих набросков в тетради и поднимаю взгляд на вошедших. При виде виновато-недовольных физиономий моё маленькое чёрное сердечко забилось быстрее. – И, судя по лицам, я опять в чём-то виноват. Дайте угадаю… – тетрадь громко хлопнула сложившимися страницами. – Я подлец?

– Не издевайся… пожалуйста, – грустно отозвалась Вилл, старательно пряча глаза. Ну хоть чувство раскаяния есть, уже неплохо.

– С первой попытки, – игнорируя реплику стражницы, сам себе с уважением кивнул я.

– Эй! Мы не говорили, что ты – подлец! – возмутилась Хай Лин.

– Но вы так подумали, я по глазам Корнелии вижу, – означенная блондинка мгновенно вспыхнула негодованием, в предбоевой позе сжав кулачки. – Вот видите, – не давая ей вставить слово, указываю на девушку, – даже транспарант десять на шесть был бы менее красноречив. К тому же, как я вижу, вы пришли без кофе…

– Хватит делать из меня какого-то монстра! – взорвалась Хэил. – Эта шутка уже давно не смешная! И если хочешь знать, я тебя мысленно называю совсем другим словом!

– Надеюсь, не «зайка» или «бельчонок»? – с тщательно отыгранным опасливым подозрением изогнул я правую бровь.

– Да… – Корнелии резко стало не хватать воздуха. – Да как ты… Ты… Мечтай больше!

– … – выдержав паузу, смериваю девочек тяжёлым взглядом. – Ладно, будем считать, что ты меня успокоила. И всё же вопрос с кофе всё ещё открыт.

– Мы бы опоздали, – повинилась Ирма. – Но я могу организовать чистейшую воду. Тарани её подогреет, а Вилл пока сбегает за зёрнами…

– Не стоит, – подхожу к рабочему столу и, сдвинув несколько исписанных листов, беру в руки маленькую шкатулку. – Времени у нас немного, так что сперва пара важных деталей. Вилл, возьми.

– Что это? – недоверчиво косясь на лакированную поверхность, спросила девочка.

– Это? – разворачиваю шкатулку лицевой частью к себе и открываю крышку. – Это кулон, – поворачиваю хранилище к стражницам. Внутри, сияя нежно-розовым светом, покоился кристалл Сердца Кандракара. – Поскольку вы теперь служите мне, то должны быть способны себя защитить, а так как времени создать для вас другой проводник у меня не было, будем использовать то, что есть. Разумеется, я позаботился о безопасности, и так же просто, как я, его у тебя уже никто не заберёт, но позже мы ещё вернёмся к этому вопросу.

– Эм… – на лбу Рыжика крупными буквами выступила фраза «что тут происходит?» – Спасибо…

– Пока не за что, – мягко улыбаюсь, отчего девочки невольно напряглись. – Теперь второй момент: превратитесь.

– Ам, – Вилл переглянулась с остальными, но не найдя на их лицах ответов, негодующе дёрнула на них бровями (надо будет тоже научиться) и взяла в руки кристалл. – Мы едины…

Розовая вспышка ударила по глазам, а спустя мгновение трансформации передо мной стояли пять стражниц в боевой экипировке. Вот только не совсем такой, как обычно. Вернее, трое из них имели экипировку, не такую как обычно.

– Уау! Это чего? – теперь вопрос шёл от Хай Лин.

– Это называется «стиль», – с улыбкой пояснил я, любуясь фигурами девушек в новых нарядах. Общий фасон я оставил прежним, вот только вместо розовых топиков, зелёных юбок, фиолетовых сапожек и колготок в зелёно-голубую полоску теперь наряды стражниц красовались сочетанием благородной черноты и серебра.

– И вот этим ты занимаешься, когда мир на грани новой гражданской войны?! – прошипела Корнелия. Кстати, сильный тезис.

– Вот видите. Наша эльфийка шипит, а значит – завидует, что у неё такого костюма нет. Так что делайте выводы. В чём-в чём, а уж в моде Корнелия разбирается.

Девушки, включая мою маленькую сестрёнку, дружно перевели взгляд на блондинку. Та яростно затрясла головой, выражая свой протест против моих гнусных инсинуаций.

– Хотя, в чём-то она права, – подпираю щёку пальцами, ещё раз, нарочито задумчиво, оглядывая фигуру Вилл. – Феи – это прошлый век, как насчёт модных суккубочек? Кожаные крылышки, латекс, рожки, м-м-м… – а теперь побольше мечтательности…

– НЕТ! – сотряс мою комнату громоподобный рявк, едва до девушек дошла нарисованная моим сознанием картина.

– Я знал, что вам понравится эта идея!

– Ты не посмеешь! – со странной смесью уверенности, командного тона и подступающего ужаса заявила Рыжик.

– И что же меня остановит? – вальяжно вскидываю левую бровь. На этом моменте взгляды всего женского коллектива скрещиваются на Вилл в явном ожидании чуда.

– А… – получив такой предательский удар судьбы, Вэндом в бессилии забегала глазами по подругам. – Эм… – её растерянный взгляд упал на меня, вернее, на мою злорадную ухмылку. – Э-э-э… – но вот в алых очах вспыхнул огонёк какой-то идеи. – Элион! – главная стражница оказалась рядом с девочкой быстрее, чем та смогла моргнуть. – Он – твой брат! Скажи ему что-нибудь! Я знаю – он считает тебя очаровательной, когда ты смущаешься, действуй! – и королеву толкнули ко мне.

«Чта? О_о» – думаю, представители династии Эсканоров в этот момент впервые в жизни полностью раздели чувства друг друга.

– Очаровательной? – полушёпотом переспросила поражённая Тарани.

– Он так сказал?! – звонко и совершенно не заботясь о понижении голоса включилась Хай Лин.

– О-ля-ля… – медленно расплываясь в нездоровой ухмылке, протянула Ирма, но тут её взгляд упал на меня, наши глаза встретились… – А я молчу, молчу! – состроив ангельски-невинное личико, заверила шатенка.

– А… Фобос, я… – замершая передо мной Элион резко опомнилась и обернулась к девочкам, но в ответ на ошалевший и требующий объяснений взгляд получила лишь четыре фальшивые улыбки и град неких знаков руками, общий смысл которых, вероятно, сводился к «действуй». Одна Корнелия смотрела на своих «подлых» соратниц, как Ленин на буржуазию, но было видно, что новость и её проняла. – А-а-а… – брошенная «на съедение» девочка вновь повернулась ко мне. – Я… Мне кажется, что нынешний вариант будет самым лучшим, и… Я не понимаю, чем мы все сейчас занимаемся! – последнее было криком души и явно относилось не к теме костюмов. Действительно, очаровательно.

– Ну ладно, отложим данную идею лет на пять, – со вздохом изображаю усталость и оказание великой милости. Как ни странно, но с облегчением вздохнули все стражницы, даже те, кому преобразование не грозило. – А занимаемся мы, как ни парадоксально, довольно важным аспектом политики, ибо то, как и кем исполняются представительские функции – вещь очень и очень важная, особенно на переговорах. И хочу заметить, сестрёнка, что такая резкая смена имиджа стражниц полезна в первую очередь тебе. Пока твои советники пребывают в наивной убеждённости, что стражницы на их стороне, они будут всеми силами склонять тебя к совершению глупостей, которые сами мнят хитрыми стратегическими шагами. Сообщать им, что часть стражниц теперь служит мне, а остальные имеют силу только пока яим её даю, бесполезно – они слишком привыкли к другому положению вещей и не уяснят новые реалии нутром, сколько бы раз вы им всё не рассказали. Как известно: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, вот и дадим им возможность сразу и чётко всё увидеть. Ты же хочешь избежать лишних жертв, не так ли?

– Да, хочу, – твёрдо ответила Элион, озабоченно поджав губки.

– Вот и умница, – беззастенчиво кладу руку ей на макушку и совершаю два вращательных движения, после чего, как ни в чём не бывало, разворачиваюсь к столу, чтобы откопать из-под бумаг карту королевства. – Нам нужно наметить границы раздела территорий, казны и складских запасов, а также официально заключить договоры между Меридианской Империей и… как там, кстати, называется ваше образование? – обращаюсь к Элион, которая как раз растерянно хлопала ресницами, по лицу видно – пытаясь понять, что сейчас такое произошло с её головой. Смотрелось забавно.

Впрочем, и вопрос добавил ступора всем присутствующим.

– Меридианское Королевство, я полагаю, – пришла на помощь подруге Корнелия. Та всё же взяла себя в руки и кивнула.

– Хорошо, между Империей и Королевством, определить торговые отношения и правила въезда и пребывания, хотя бы вчерне, и сделать всё это меньше чем за восемь часов.

– Эм, почему? – тут уже заинтересовалась Тарани.

– Потому, что кое-кому завтра в школу, а нам ещё ваше расписание уточнять, чтобы вы смогли нормально учиться на Земле и помогать мне здесь, а в идеале – продолжая своё обучение магии.

– Эм… А, ну… мы разве не… – Вилл (да и остальные мои «контрактницы») выглядели так, словно я объявил, что таки собираюсь захватить Землю и парочку миров сверху.

– Что я такого сейчас сказал? – подозрительно оглядываю девушек.

– Эм, но мы думали… на Меридиан, – потерянно отозвалась Вэндом.

– Что «на Меридиан»? – продолжаем практиковаться в наводящих вопросах.

– Что ты заставишь нас жить на Меридиане, запретив посещать Землю! – выпалила аловласка.

– А… – я немного подвис. – А зачем?

– Ну… Как бы… Это же логично, нет? – главная стражница с плохо скрываемой надеждой посмотрела на меня.

– … – в моём кабинете повисла тишина. Я усиленно шевелил шестерёнки в черепе, пытаясь понять, когда и как дал повод к таким выводам, женская же часть коллектива ждала моей реакции. – Тарани, – от моего голоса мулатка вздрогнула и нервно поправила очки, – мне нужна цепь ваших логических рассуждений. Причины – их анализ – следствия – выводы. Именно в таком порядке.

– Ну, как бы… Разве мы не нужны тебе на Меридиане? И как с этим будет сочетаться наша жизнь на Земле?

– Раньше вам это не мешало… – осторожно заметил я. Чувствую, здесь завязано что-то из мифической женской логики, поскольку я точно помню, что ещё в первый день, когда я лакомился рыбой в ресторане под их испепеляющими взглядами, я говорил о том, что не буду запрещать им посещать родных. Точных формулировок не упомню, но было!

– Да, но ведь ты… – начала было Ирма, но сразу стушевалась, стоило обратить на неё внимание. – Ну, это… Как бы сказать-то, – главная хулиганка всей компании смущённо зарылась рукой в шевелюру. – В общем, мы испугались! – и улыбочка от уха до уха, по которой видно – одно резкое движение с моей стороны – и от меня сиганут на первой космической.

– … Подведём итог: вы решили, что я собираюсь вырвать вас из привычной среды обитания, круга общения и связей, не дать обрести даже среднего набора знаний – и всё это ради… чего? Чтобы вы затаили на меня обиду и ударили в спину при первой возможности?

– Эм… – девочки переглянулись. – Когда мы заключали договор, ты был жутким тираном, деспотом и узурпатором, – осторожно поведала Тарани.

– Ты забыла «мучителем прекрасных фей», – в прострации отозвался я. – Но… Девочки… Неужели за всё это время вы так и не заметили каких-то новых деталей в моём образе? Ну, это же даже уже не смешно…

– Прости, Фобос. Мы поняли, что ты на самом деле не такой!.. – поспешила меня заверить Вилл.

– Так. Ладно. Всё, – прикрываю пальцами глаза. – Я знаю – это карма. Я обречён. С этим разобрались, идиотом меня считать перестали, пора и за работу – времени больше не становится, а дел не становится меньше. Вопрос первый, он же главный –

Дворец останется за мной!

– Эм… И где здесь вопрос? – не поняла Ирма.

– Правильно, вопроса здесь нет, потому что построен он над Бездной Теней, которая ни разу не безобидный разлом в континентальной плите. При должном умении её можно использовать для уничтожения всего мира, и я совершенно не горю желанием оставлять её без присмотра. Обеспечить этот присмотр Элион не сможет, банально потому, что у неё уже не полное Сердце Меридиана, а в тёмной магии она ничего не смыслит. Так что тут вообще нет места для дискуссии, и вам это надо чётко усвоить перед тем, как мы выйдём в тронный зал к советникам моей сестры и начнём официальную часть переговоров. А вот назначение дворца – вопрос вполне дискуссионный, так как оставлять в нём столицу моего нового государства было бы глупо, разве что мир мы поделим таким образом, что все ближайшие земли тоже будут моими, но вряд ли мне окажут такую милость. В остальном, задавайте все самые важные вопросы сейчас, чтобы потом не выглядеть глупо. До назначенного переговорам срока у нас ещё минут сорок – что-то да успеем.

Глава 20

И вот настал торжественный миг переговоров. Мы с Элион и стражницами вошли в зал, где уже располагались сопровождающие – целая толпа народа с её стороны и… никого с моей. Увы, мой распорядитель двора вместе с собственной заместительницей были отправлены в бессрочную ссылку, а их возможная замена… (я кинул ещё один взгляд на уже точно моих феек)… пока ещё не готова к великим свершениям. Привлекать же к процессу Рейтара или кого-то из командиров моей армии было не лучшей идеей. Они – ребята простые, к придворным интригам непривычные. А вот желания стукнуть топором промеж ушей едва ли не всем присутствующим «советникам» с той стороны у них имеется в большом количестве, как и привычка «стукать» тех, кто им не нравится. Впрочем, судя по лицам присутствующих, «численное превосходство» их никоим образом не радовало. На ум почему-то пришла ассоциация с толпой обезьян, запертых в клетке с голодным тигром.

– Рад видеть вас, дамы и господа, – стоило вежливо улыбнуться, как они все дружно сбледнули и сделали шаг назад. – О! – обращаю внимание, что в толпе мятежников есть и приёмные родители Элион. – Элеонора, Томас, какая приятная неожиданность! Как ваши дела? Здоровье? – делаю шаг вперёд. Толпа вздрогнула и качнулась назад, только бывшие королевские гвардейцы, сцепив зубы, остались стоять на месте, сверля нас взглядами, полными тревоги за приёмную дочь. – Ну что это вы такие нервные? У нас же тут не похороны… Пока ещё.

– Фобос, перестань запугивать моих подданных! – вступилась за этот «аристократический» сброд Элион, поймав обеспокоенный взгляд Элеоноры.

– О чём ты, сестрёнка? – награждаю её обворожительной улыбкой. – Я лишь проявляю вежливость. Правильное запугивание начинается с приглашения проследовать в пыточную, – кажется, кто-то в задних рядах потерял сознание. – Кстати, тебе, как правительнице, обязательно нужно будет этому обучиться… – делаю вид, что эта мысль меня всерьёз озаботила, так сказать, из чистых братских побуждений.

– Оставь подобные методы для себя! – всё же наличие подданных в прямой видимости добавляло девочке смелости. Ну или это было чувство ответственности, не суть важно.

– Непременно. Как показала практика, повесь я в своё время половину здесь присутствующих без всяких разговоров – и очень многих проблем бы удалось избежать. Впрочем, – сажусь за стол, – теперь это уже твои проблемы, дорогая сестра. Но, пожалуй, и правда хватит прелюдий – перейдём к делу. Однако сперва… – перевожу взгляд на стражниц, что немного замешкались в стороне, не решаясь разойтись по разные стороны стола, как мы заранее обговорили. Едва заметный ободряющий кивок, доля секунды промедления – и, прикрыв на миг глаза, Вилл направляется ко мне, увлекая за собой Ирму и Тарани. – Позвольте представить, – провожу в воздухе рукой, едва девочки встали у моего плеча, – Стражницы Кандракара. Мои Стражницы Кандракара…

Зачем я устроил этот концерт с запугиванием? Ну, целей я преследовал несколько. Во-первых, страх отравляет разум. Когда один твой вид заставляет «дорогого партнёра» трястись и едва ли не гадить в штаны, ему довольно проблематично сосредоточиться на самом переговорном процессе. Во-вторых – поддержание сложившегося у них в головах образа. Пусть Элион уже и начинает понимать, что всё не так просто, как кажется на первый взгляд, но она ещё очень неопытна и просто юна, а для остальных – я страшный и эгоистичный тиран. Потому и действий от меня ожидают согласно этого образа. Ну и в третьих – они мне просто не нравились, и попугать их в наказание за былое унижение (и разграбленный винный погреб! Особенно за разграбленный винный погреб!) было моим святым долгом и правом. Для усиления эффекта я даже подумывал накинуть иллюзию кого-то из заслуживающих уважения личностей, но пришёл к неутешительным выводам – сильнее меня местные никого не боятся, а образ Сталина и его «расстрэлять», которым по сей день пугают американских детишек, оценят разве что Стражницы и Элион.

– Вопрос первый. Принадлежность или перенос города. На предварительных переговорах было постановлено, что Королевский Замок остается за мной. Но делать из него пограничную крепость – не лучший вариант, особенно если кому-то из здесь присутствующих придёт в голову «гениальная» идея устроить на границе диверсии. Потому предлагаю провести предел по крепости «Сторожевой», что в полутора днях пути на восток. В таком случае бывшая столица получит статус торгового города со льготами по ввозным и экспортным пошлинам, а сам Замок будет усилен и перестроен в охранную крепость.

– Об этом не может быть и речи! Королевский Замок был резиденцией Эсканоров тысячи лет! – всполошился один из советников Элион, Дрейк, кажется. Видимо, жадность или косность в нём оказались сильнее страха.

– Сестра, напомни своим слугам, что они – лишь слуги, и переговоры ведешь ты, а не они. Или я напомню им об этом сам, – под моим добрым взглядом и мягкой улыбкой крикун очень быстро стух и постарался скрыться в тылы советников. К тому же этот вопрос мы и так же уже «уладили» перед собранием, и данная тема была поднята на этих переговорах больше для присутствующих «благородных господ», чем для реального обсуждения.

– Хорошо, – кивнула девочка, тут к ней склонился почтенный батюшка Калеба, с момента освобождения из каторги так и не потрудившийся хотя бы подстричь ту растрёпанную мочалку, что по недоразумению выступала у него в качестве бороды, – но для укрепления границы на второй стороне перевала от «Сторожевой» будет возведена ещё одна крепость, – спустя почти минуту шептаний сообщила девочка, стараясь, чтобы это выглядело твёрдо и независимо.

– Приемлемо, – я сделал вид, что несколько недоволен подобным решением, сам же едва сдерживаясь от довольной ухмылки – такая простенькая провокация и небольшое представление в самом начале – и вот они уже горят желанием укрепить границу между государствами как можно лучше и надёжнее. И всё бы хорошо, укрепление обороны – вещь важная и нужная. Вот только в случае необходимости и при нынешней магической подпитке я эту крепость сровняю с землёй одним жестом. А уж как будет «радо» население, которому придётся тратить свои ресурсы и время на строительство… И это в мире, что несколько лет страдал от неурожаев и стихийных бедствий. Но… Девочка хочет поиграть в политику, что же, пусть поиграет.

– Теперь перейдём к вопросу пограничной полосы, – создаю иллюзорную карту мира.

Пять очень скучных часов спустя.

Я вышел из переговорного зала, мелодично нахмыкивая имперский марш, рядом плелись Вилл, Тарани и Ирма. Все три моих «боевых горничных» сейчас так замечательно изображали умертвий, ну или грешников, восходящих на Голгофу в каком-нибудь фильме ужасов, что на недавнем празднике могли бы взять первый приз без особого труда. Их подруги последовали за Элион – таков уж протокол, но видок у уходящих через другую дверь девушек был примерно таким же, как у моей троицы.

– Ну что же вы, мои верные прислужницы?! Приободритесь, ведь вы присутствовали при историческом событии установления официальных дипломатических отношений между двумя сверхдержавами! Такое событие бывает только раз в жизни!

– Фобос, ради всего для тебя святого, хоть нам мозг чайной ложечкой не выедай! – взмолилась Вилл. – Неужели тебе не хватило бедной Элион и всех тех несчастных, над которыми ты надругался самым бесчеловечным образом и заодно едва не довёл до инфаркта?

– Но-но, попрошу без гнусных инсинуаций, я – Эсканор, а не какой-то там Таргариен, чтобы заниматься подобным с собственной сестрой! Пусть и тоже блондин и маг… И мир захватывал. Хм… Где бы добыть ездовых драконов? – я изобразил озабоченную задумчивость.

– Господи, за что ты со мной так? – убито проворчала Вэндом.

– А ты поняла, что он сказал? – заинтересовалась Ирма, слегка меня удивив. Я-то был уверен, что Песнь Льда и Пламени – очень популярная серия в США, да и первая книга, вроде бы, вышла ещё в мохнатых девяностых. Хотя… Они же девочки-подростки, а там история на несколько более взрослую аудиторию рассчитана.

– Нет. Но не хочу об этом задумываться! – мотнула головой аловласка. – Наверняка это что-нибудь очень пошлое. Но я НЕ хочу этого знать! – руки девушки порывисто скрестились в отрицательном жесте, всем видом показывая, как её всё достало.

– Да, это ты правильно мыслишь, – покивала шатенка, широко распахнув глаза в некоем озабоченно-задумчивом выражении. – А-а-а! – всю озабоченность как ветром сдуло, водрузив на её место мелодраматичный трагизм напополам с театральным надрывом. – Господи, за что ты с нами так?!

– А ты чего возмущаешься? – удивилась Тарани. – Это Вилл надо переживать – он её парень.

– Если я в скором времени не получу кофе, то начну убивать… – мрачно отозвалась рыжеволосая красавица.

– Кажется, это у них семейное… Быстро, однако! – покивала своим мыслям радиоведущая.

– Как и положено моей любимой апрентис, схватывает всё на лету! – похвалил я девушку, участливо положив руку на плечо. – Вот уже желание нести смерть и разрушение появилось. Молниями, опять же, кидаться умеет. И вообще, Дарт Вельгельмина – звучит внушительно!

– Начинаю понимать Бейновскую традицию, – мрачность Рыжика увеличилась, – в убийстве учителя, кажется, действительно что-то есть, – а руку, между прочим, скинуть так и не попробовала.

– Прости, Фобос, мы на ногах вторые сутки и нам тяжело воспринимать твои шутки, – Тарани усталым жестом поправила очки, как бы извиняясь за подруг.

– Не, ему нас не понять, – тряхнула головой повелительница воды. – Этот тип никогда не устаёт! Он что-то вроде тройного эспрессо Зла.

– Хмм, – окидываю взглядом троицу, пожалуй, вымотались они действительно сильно, и не стоит над ними издеваться дальше, даже любя, – ладно, сейчас придём в кабинет, организую вам Бальзам Кахара, пожалуй, он вам действительно не помешает.

– Спасибо! Я тебя люблю, – сразу ожила и приободрилась Вилл.

– Мы тоже! – хором ответили и остальные девушки.

– Здесь бы могла быть неплохая пошлая шутка, но, так и быть, воздержусь, – улыбаюсь кончиками губ.

– С чего это? – подозрительные взгляды исподлобья от всей троицы.

– Скажем так, есть два варианта. Первый: ваш измученный и тоскливый вид в сочетании с милыми личиками и общей очаровательностью разбудил во мне давно забытое добро, и, ведомый чувством сострадания, я встал на путь исправления… – хм, нет, в такую одухотворённую физиономию даже самый дикий селянин не поверит, так что резко меняем стиль! – Вариант второй: моя чёрная душа сегодня уже насытилась муками и страданиями невинных, потому временно я потерял свою тягу к злодейству.

– Вариант два! Точно – два! – первой вскинула руку Ирма.

– Я знал, что могу на тебя рассчитывать, мой начинающий Посейдончик! – довольно хвалю девушку. – К тому же, вам и так через пару часов в школу… – «тактично проясняю» последнюю причину своего «милосердия».

Раздался дружный стон.

– Знаете, девочки, – начала Ирма, – а переезд на Меридиан уже не кажется такой страшной альтернативой.

– Угу, – хором ответили подруги.

– Минуточку, – вдруг встрепенулась Вилл, – но ведь Элион… Получается, ей придётся бросить школу?

– Или найти регента, что будет соблюдать её интересы, а также будет достаточно разумен и не даст мне повода всех их быстренько завоевать, хе-хе.

– Ты знал! – прозвучало с возмущением.

– Моя дорогая апрентис, – начал я вкрадчиво, – разве я вам не говорил ещё едва ли не в начале нашего сотрудничества, что большая часть верных моей дорогой сестрёнке разумных – это бунтовщики и просто бандиты? Ну и ещё несколько аристократов, неплохо жировавших при дворе моей уважаемой матушки, но сильно «обиженных» в моё правление? Говорил. Я тянул на себе этот мир годами, разбираясь с последствиями «мудрого» правления предшественницы и «гуманитарной помощи» Совета Кандракара. Всё, чего я добился, все мои успехи и неудачи – мои. С чего я должен облегчать жизнь избалованной девчонке, что отреклась от меня по первому же поводу? Она хотела трон? Она хотела власть? Или это для неё хотели эту власть, чтобы проворачивать свои дела за её спиной, как это было с нашей матерью? Ну что же – вот ей власть и трон. Вот ей бандиты и воры в качестве «элиты», даже сила Сердца имеется, всё как «в старые добрые времена». Стартовые условия куда лучше моих. Если она хочет заниматься страной – она будет заниматься. Модернизировать экономику, укреплять войска, здравоохранение и образование. Если она хочет учиться – она найдёт время получить образование – заочное обучение, найм репетиторов. Поверь моему высшему математическому – это вполне возможно. Ну, а если всё это для неё очередная игрушка, и она продолжит открывать заповедники и «оберегать» фауну, которую нужно истреблять, чтобы она не жрала крестьян в их домах – очень скоро время всё само расставит на свои места.

– Ты всё-таки ненавидишь её, – поджала губы фея, явно пребывающая не в восторге от моей речи. Да и я что-то разошёлся, видать, старый Фобос вновь ворочается, что неудивительно – обсуждаем любимую мозоль.

– Нет, – качаю головой, переводя взгляд в конец коридора. – Ненавидь я её, просто отдал бы команду «фас» своим войскам, и на этом бы их Меридианское Королевство перестало существовать – одной выходки Калеба уже достаточно, чтобы с моей стороны подобное не было нарушением договора. Так что я не ненавижу её. Но я не собираюсь вытирать ей сопли и прикрывать промахи, получая очередную порцию презрения и неблагодарности. Она всё привыкла получать как должное. Что у неё есть, что достигнуто её усилиями? Магия? Дана от рождения. Она не загоняла себя тренировками, не сидела неделями над старыми фолиантами, вникая в принципы манипуляций тонкими энергиями. Трон? Дважды на этот трон её сажали вы. С тем же успехом и лишь немногим большими усилиями на этот трон ты могла сесть сама, Вилл. Сейчас девочка хочет сыграть во взрослые игры. Ну что же, пусть играет. Вот только в случае «поражения» она рискует получить уже настоящие хлебные бунты или бегство населения.

– Поэтому ты настоял на пункте о свободном перемещении граждан?! – выглядящая задумчивой и немного подавленной на протяжении всей моей речи Тарани вскинула подбородок и посмотрела мне в глаза.

– Да. Пусть эти разумные окажутся подданными другого государства, но для меня они остаются моими подданными, о которых я обещал заботиться. Платить их жизнями за глупость сестры я не собираюсь. У них будет куда отступить, если дела пойдут совсем плохо.

– А если они не захотят? – приподняла бровь Вэндом.

– Их право, – пожимаю плечами. – Я – Тёмный Князь, пардон, Император, а не святой подвижник. Я не собираюсь нести добро и демократию всем желающим и нежелающим. Я всего лишь намеревался предоставлять некоторую помощь беженцам. Захотят остаться там, где они есть – пусть остаются. Но и помощи от меня им ждать не придётся.

– Хм… Звучит разумно, – покивала Ирма. – Это типа пособия для мигрантов?

– Упаси Тьма! – я чуть было не споткнулся. – Никаких пособий!

– А говорил о помощи, – надулась повелительница воды.

– Вот именно поэтому Вилл – моя дорогая апрентис, а ты – просто милая прислужница Мирового Зла, – девушка в ответ забавно надулась.

– Так что там с темой пособий? – вернула разговор в интересующее её русло рыженькая.

– Всё очень просто. Даже на примере моей сестры, – раздался тройной тяжёлый вздох и тихое бормотание Ирмы на тему «всё-таки у него пунктик», делаю вид, что резко подхватил глухоту. – Человек очень низко ценит то, что получает просто так. Содержать за счёт казны можно тех, кто сам не может о себе позаботиться в силу обстоятельств – маленьких детей без родителей, покалеченных на службе воинов, стариков, оставшихся без кормильцев. А если ты здоровый лоб, но хочешь сидеть на заднице, ничего не делать и получать за это деньги, то не выйдет. Вот дать возможность своим подданным деньги зарабатывать – это обязанность правителя. Но не содержать тунеядцев. Можно обратиться и к урокам истории. Например, Римская Империя. Там гражданам тоже платили пособие просто за то, что они граждане Рима. Ну и где теперь эта империя? – там, конечно, было всё куда сложнее, но сомневаюсь, что американские школьницы настолько глубоко знают все нюансы нормативно-правового кодекса и института гражданства древней цивилизации. – Ладно, – мы как раз дошли до моих покоев, – у нас тут всё-таки не урок истории, вам он предстоит чуть позже и от другого преподавателя, как там его зовут? Ну, а пока – выпьем по чашечке Бальзама Кахара и дождемся ваших подруг, думаю, им тоже будет что сказать.

Пока девушки наслаждались бодрящим напитком, я ещё раз оценивал достигнутые на переговорах договорённости. И достижения меня откровенно радовали. Вид трёх стражниц в моей форме за моей спиной очевидно произвёл должный эффект, а общая доброжелательность тона вкупе со словами о позорной казни (а повешение, применённое к благородному – это как раз позорная казнь, хуже может быть только утопление в выгребной яме) были уже завершающим аккордом в игре на их нервах. В результате, переговоры прошли согласно плану и были полностью в мою пользу. Разумеется, чуть отошедшие во время торгов многомудрые советники юной королевы попытались отжать что-то полезное и ценное, и я даже в некоторых местах уступил, к их вящей радости, но… Они ещё просто не поняли, что такое «государственные границы» – всё-таки Меридиан был единым миром-страной очень и очень долго. Ну, а моей младшей сестре просто не хватило опыта и банальных знаний. Регулировка товарооборота – это вам не открытие заповедника в дремучем лесу. Тьма, дались мне эти заповедники?! В общем, мне стоило больших усилий не рассмеяться в лучших традициях Тёмного Властелина, наблюдая за довольными рожами «лордиков», что «отстояли» у меня пару хороших торговых городов. Не учтя при этом, что шахты, из которых поставляется сырьё, и мануфактуры, в которых это сырьё обрабатывается, остаются на моей земле. А с такими понятиями как «защита отечественного производителя», «эмбарго», «пошлины» и «госзаказ» я их познакомлю чуть позже. Например, по истечению первого фискального квартала, хе-хе. Конечно, чуть усложнится логистика, но не смертельно. Да и с учётом нового магического источника впору задуматься о создании сети портальных переходов. Скорость оборачиваемости средств возрастёт, а значит, и общий доход, как народа, так и мой. Издержки на дорогу сократятся, а если организовать плату за проход, то появится ещё один источник финансирования… Что точно не помешает казне, которую сначала год опустошали оборзевшие уроды, а потом ещё и пришлось делить напополам. Но нужно прикинуть, как такие нововведения скажутся на держателях трактиров и постоялых дворов… Сколько дел, сколько дел! Интересно, а как проблему денег решит моя дорогая сестрёнка? Ведь очень скоро перед ней встанет тот факт, что обожание народом – штука приятная, но зависит оно от наполненности живота и кошелька обожающих, а верность воинов необходимо поддерживать не только светлым обликом, но и поставками вооружения, снабжения и довольствия для личного состава…

Возможно, кто-то может подумать, что вот так издеваться над девочкой, ничего ещё не понимающей и не умеющей – подло, мерзко и не по-джентльменски, но тёмная я личность или погулять вышел? Жизнь вообще штука не простая, сама принялась во всём этом деле участвовать – пусть сама и разгребается. К тому же, несмотря на всё вышеизложенное, у Элион есть весьма мощный козырь, которым, при должной сноровке, можно решить большую часть проблем. Да, половина силы Сердца – это не всё Сердце, но если применять её с умом, то разница станет исчезающе мала. Ключевые слова тут, правда, как раз «с умом»…

Минут через тридцать в занятые мной и моей «свитой» покои влетела Корнелия. Хай Лин шла следом и буквально всеми возможными способами демонстрировала, что «она не с ней» и вообще – «а можно в вашу команду?»

– Фобос! Как это понимать?! – концептуально.

– О чём ты, дорогая? – улыбаемся и машем.

– Пф… Кха! – Вилл чуть было не утопилась в своей чашке.

– К-какая дорогая? Хватит твоих шуточек! – чуть опешила блондинка.

– Ну, ты влетела в мои покои, словно законная супруга, с порога начала что-то подозрительно похожее на выяснение отношений… Вот я и подумал, что мы успели пожениться, а я и запамятовал, ну знаешь – винный погреб, праздник, все дела… – делаю неопределённый жест кистью.

– Да я скорее умру, чем выйду за тебя! – воскликнула повелительница растений.

– Знаешь, с учётом того, что мы уже как-то раз определили, что все мы – персонажи какого-то мультика, ну или комиксов, на худой конец, то после этих слов обычно наступает конец главы, а следующая начинается примерно так: «неделю спустя» – и сразу сцена горячего секса.

– Бульк-бульк! Пхка-ха! – теперь тонули все присутствующие дамы.

– Ну ладно, с учётом скидки на возраст, возможно, только горячие поцелуи, – пошёл я на уступки.

– Да я лучше с Бланком целоваться пойду! – топнула ногой по полу Корнелия. – Боже, ты сегодня даже более невыносим, чем обычно!

– Видимо, во всём виновата ностальгия, – мечтательно протянул я, облокачиваясь щекой о кулак, – и счастье от лицезрения почтенной публики. Как там Калеб, кстати?

– Норм… Эй, не пытайся сменить тему! – нахмурилась Корнелия.

– Ладно-ладно. Если ты настаиваешь… Так вот, прости, но ты не совсем в моём вкусе!

– Что ты… А-а-а-а, Вилл, сделай уже с ним что-нибудь! – схватилась за голову девушка.

В ответ Рыжик смерила меня полным подозрения и некой внутренней борьбы взглядом, но едва я вопросительно приподнял бровь – отвернулась, и комнату огласил тяжёлый вздох.

– У нас занятия через час, а я даже не помню, где бросила учебники… Тарани, у нас же никакой контрольной не запланировано? – на лице, обращённом к мулатке, взволнованного подозрения проявилось на порядок больше, чем в моём отношении. Вот так и понимаешь, что в системе ценностей любимой девушки ты где-то между портфелем и задачником по математике…

– Вроде бы нет… – неуверенно поёрзала в кресле повелительница огня. – Но точно не помню, как-то слишком много событий было в последнее время…

– Добро пожаловать в мой мир, – улыбайтесь – это раздражает. Теперь тяжело вздохнули уже три нахохлившихся феи. – Ладно, пошутили, приободрились, до школы у вас осталось ещё немного времени, и мы успеем составить ваше расписание. Неосвоенного материала по магической науке ещё много…

– Оу, где мы на всё это найдём время?! – непритворно вздохнула Ирма.

– Ну, устраивать террор и диверсии на Меридиане, не отрываясь от учёбы, вы же время находили? Так что вперёд, грызть гранит науки! – с энтузиазмом «подбодрил» я, вставая из кресла. – Ну, а в качестве мотивирующего тортика я вам расскажу о способах лучше высыпаться, усваивать знания и отдыхать. А потом можете мне поведать, сколько всего лестного сказал Калеб с прихлебателями о моей скромной персоне и как они уже думают со мной воевать.

– Откуда ты… – начала Хай Лин, но саму себя перебила. – Ты и это просчитал?

– А что, были варианты? – изображая изумление, поворачиваясь к ней.

– Ну… Его могли ещё не выпустить из тюрьмы! – захлопала ресницами азиатка.

– Ой, я вас умоляю! – прохожу к столу, где располагался кувшин с Бальзамом Кахара. – Его дружки освободили бы его, даже не спрашивая мнения Элион, тем более что той почти сутки не было на Меридиане. Они же все считают себя спасителями мира, и это по меньшей мере. А Элион такая маленькая, невинная, платьюшко на ней голубенькое, ну как тут не убедить себя, что любимую королеву обманул коварный мерзавец, и теперь надо срочно её спасать, исправляя её ошибки? – закончив наливать тонизирующий напиток для себя и новых гостей, отправляю чаши к ним в руки телекинезом, сам делая медленный глоток. – Кстати, он уже назвал Вилл, Ирму и Тарани предательницами или пока просто злобно сверкал глазами?

– Вот сам это и просчитывай, умник, – надулась блондинка, смерив подлетевшую чашу недовольным, но вместе с тем голодным взглядом. Вернее, она-то думала, что взгляд просто недовольный, но я-то видел, как она сглотнула, стоило носу уловить запах.

А вот Хай Лин корчить из себя недотрогу не стала и осушила посуду в один глоток, расплывшись после этого в счастливой улыбке.

– Ну-ну, – демонстративно зевнул я на слова девушки. – Хорошо, давайте посмотрим, составим ваше расписание, и вы отправитесь постигать тайны физики. Или у вас сегодня физкультура?

– Вот вечно ты всё испортишь, – тихо проворчала Ирма. – А может быть, разок прогуляем? – уже для всех спросила она с нотками трогательной надежды. – Скажем, что были в плену у вселенского Зла.

– А ты останешься здесь и будешь плести зловещие козни? – проигнорировав подругу, то ли в шутку, то ли на полном серьёзе спросила Вэндом.

– Почти, моя дорогая апрентис. Я буду раздавать приказы своим клевретам для скорейшего подчинения и порабощения брошенных мне на растерзание провинций.

– Ч-чего? – вновь начала заводиться Корнелия, едва-едва успев взять в руки чашу.

– Он сядет писать различные указы и проекты законов, – перевела для подруги Тарани.

– Почти. Сперва будет нужно мирно развести стороны подальше друг от друга, а то сейчас в городе собралось уж слишком много народу с оружием и желанием им воспользоваться, – поправляю мулатку. – Но хватит отвлекаться. Работы предстоит реально много, а времени – всего ничего. Итак, сперва разберём утренние часы…

И началась напряжённая работа по выверению расписания, в которую с удовольствием включились даже Корнелия и Хай Лин, что вроде как больше не относятся к нашей компании.

Чуть позже. Незабвенная пятёрка фей.

– Кто видел мою тетрадь по математике?! – протелепатировала Вилл, судорожно копаясь в содержимом школьного ранца. – Мы не могли оставить её в книжном магазине?!

– Могли, – отозвалась Ирма. – Я точно оставила там свой учебник по литературе! Кто помнит, у нас сегодня будет литература? Какой вообще сегодня день?!

– Ты не помнишь, какой сегодня день? – отозвалась мулатка.

– Я вообще ничего не помню! Я просто милая прислужница Мирового Зла! Оно само так сказало! Я не должна ничего знать и не хочу ничего решать! А-а-а!!!.. Ну куда он дел мой доклад?! Я же два дня его готовила!!! – по накалу интонаций телепатического голоса подруги Вилл поняла, что судорожными сборами сейчас занималась совсем не одна…

– Крис?.. – на два голоса предположили девочки.

– А кто ещё?! – воскликнула повелительница воды. – По сравнению с ним, наш домашний Тёмный Император – просто душка!

– Девочки, давайте хоть сейчас не касаться темы Фобоса – мне даже думать о нём тошно! – включилась в беседу Корнелия. – После того балагана, что он устроил на совете, его не оправдывает даже выдача нам этого супер-кофе!

– Это называется Бальзам Кахара, – поправила подругу Тарани. – И раз уж речь зашла о собрании, как там Элион?

– Плохо. Пытается понять, что делать дальше и какую гадость опять задумал её брат, – теперь уже и Хай Лин подключилась к общению. – И её родители и повстанцы её в этом мнении поддерживают, так что наш злобный тиран был прав… опять – Калеб и компания готовятся воевать.

– Они совсем идиоты? – возмутилась Вилл, наконец-то нашедшая искомую тетрадь, но от удивления замершая на полпути к портфелю.

– Ох, лучше не спрашивай, – даже мысленный голос Хай Лин был полон тоски. – По сравнению с бабушкой они ещё ничего. Вот она – это полный атас! Уже хочется куда-нибудь сбежать! – поделилась наболевшим девушка.

– Всё так плохо?

– Я не знаю! Они сейчас разговаривают с папой и мамой! У тех шок оттого, что бабушка нашла свою давно потерянную сестру-близнеца… А что я ещё могла сказать?! Ведь бабушки-то теперь две! Но они обе на меня так смотрят, что!..

– Стоп-стоп! Не мельтеши! – одёрнула её Корнелия. – Когда она успела тебе что-то сказать, мы же только что с Меридиана?!

– Да сразу, как я появилась! И-и-и… Девочки, я боюсь, что она всё расскажет родителям, и тогда мне точно конец!

– Не обязательно. Ей вряд ли поверят, – возразила Тарани, пытаясь успокоить подругу.

– И вызовут психиатров. Ещё лучше! – съязвила Корнелия.

– О! Подождите, меня зовёт папа. Я сейчас, – азиатка покинула совместный «чат», но уже буквально через пять минут оказалась вновь «в сети». – А-А-А-А-А! Девчонки! У меня катастрофа!

– Что? Фобос напал? – сразу же насторожилась повелительница растений.

– Хуже! Намного хуже! Звонили из школы! Просили напомнить, что завтра конкурс искусств! А я ещё даже не садилась за мольберт! А теперь мне нужно придумать и написать картину! За вечер и ночь! Всё, не могу больше! Встретимся у школы! – и девочка отключилась.

– Вы что-нибудь поняли? – спросила Ирма.

– Нет, но то, что нам надо бежать – это точно! – Вэндом закинула на плечо ранец, последний раз оглядывая комнату и пытаясь сообразить, чего она ещё забыла и так ли сильно ей это на самом деле нужно. Выходило, что или забыла слишком хорошо, или уже не важно. – Я – всё! Начинаем сбор, кто первый?..

Несколько минут спустя, ворота школы.

– Земля приветствует потерянных воздухоплавателей! – поздоровалась с подбегающей азиаткой Ирма. – Так что это за конкурс искусств?

– Я… Ха… – Хай Лин оперлась о колени, стараясь отдышаться. Остальные Стражницы не стали терять зря времени и быстренько её обступили, не желая пропустить ни звука из грядущих новостей. – Я записалась месяц назад, но из-за Нерисы, Фобоса и войны я совсем забыла об этом конкурсе!

– Тогда доставай свои кисти и создавай шедевр. Я – натурщица! – улыбнулась повелительница земли, полушутливо встряхнув шелковистой шевелюрой.

– Не получится! – не приняла позитивного тона девочка. – Тема конкурса «Мой Ксанаду»!

– Мой кса… Что? – недоумённо сощурилась Лэир.

– Ксанаду – это личный Рай, – пояснила как всегда знакомая с темой Тарани, – созданный легендарным восточным владыкой по имени Кубла-Хан.

– Да! И жюри интересно, как каждый из участников представляет Рай! – плачущим колокольчиком подтвердила Хай Лин.

– Ерунда, ты справишься, – заверила её Вилл.

– Ты что?! У меня всего один день! И это не считая того, что с повстанцами катастрофа, с бабушкой катастрофа, а у Элион на Меридиане ужасная катастрофа! Как я могу думать о Рае?!

***

Следующие несколько часов для Хай Лин и остальных фей за компанию выдались весьма напряжёнными. Урок литературы прошёл мимо сознания, равно как и физика. Попытки вывести подругу из состояния транса, предпринимаемые всеми остальными девушками, также окончились полным провалом. В итоге Стражницам пришлось едва ли не за ручку вести свою подругу в столовую и накладывать перед ней поднос с едой, в слабой надежде, что хоть аромат пищи вернет её из мира явно Очень Мрачных Раздумий, но…

– Ладно, Хай Лин, – Корнелия досадливо цыкнула, – я люблю искусство не меньше, чем модные шмотки, но это не причина, чтобы не обедать! – в ответ была полная тишина и игнор. – …Хорошо, – вздохнула блондинка, – этот обед можно и пропустить. Даже несмотря на то, что последний раз мы нормально ели почти сутки назад – пара печений, изъятых у нашего Тирана, не в счёт…

– Ты всё-таки приняла от него печеньки? – оживилась Ирма. – Хм… Может, он и не шутил на тему «неделю спустя».

– Что? Да что бы я? С ним?! – начала повторно заводиться девушка. – И вообще, я тут пытаюсь помочь Хай Лин! И хватит уже пялиться в книгу! – это уже было обращено непосредственно к азиатке. Та продолжала молчать и сосредоточенно разглядывать лежащую перед ней книжку.

– Ты хотя бы моргни, – осторожно обратилась к подруге повелительница воды. – Моргать – прикольно.

– Моргать – прикольно? – Вилл вздёрнула бровь, неосознанно пытаясь копировать выражение скепсиса, что так часто видела на лице одного Тёмного Императора.

– Если можешь лучше, так действуй! – надулась радиоведущая. – У меня уже кончаются идеи!

– Я не пялюсь, – наконец-то отозвался абонент, к которому вот уже десять минут взывали остальные феи. – Я молюсь, – прозвучало убито, – о вдохновении. Здесь, – девушка кивнула на книгу, – собраны «Картины свободы» моей любимой художницы, Лилии Гвинонес. Если она меня не вдохновит, то останется только приносить жертвы тёмным силам и взывать к ним о помощи!

– Э-э-э нет. Вот к Фобосу с этим обращаться точно не нужно, – как ни странно, но автором фразы была Тарани.

– Что? Почему? – Вилл стало немного обидно за своего парня.

– Потому что лично мне страшно представить, каким он может видеть Рай. С учётом его чувства юмора и чувства прекрасного… – мулатка зябко передёрнула плечами. – Нет, есть вещи, о которых я не желаю знать. Мне уже и так нехорошо.

– Что случилось? – спросили девушки, даже Хай Лин чуть оторвалась от своего арт-журнала.

– Я решила узнать, кто такие Таргариены, о которых он упоминал, и залезла в интернет… – девушка замолчала.

– Ну, Тарани, не томи! – поторопила её блондинка.

– Это род правителей в фантастическом мире, описанном Джорджем Мартином, и… и они… А там… и…

– Так, давай медленно и вдумчиво, кто, где, как и чем? – не совсем поняла свою коллегу Вилл. Вот только заданный без задней мысли вопрос для уже пусть и по верхам, но «ознакомленного» человека звучал весьма… Да, весьма и весьма.

– Виии, – опрашиваемая девушка потемнела и, зажмурившись, яростно замотала головой. – Эт-то точно не важно! Но Таргариены – плохие. Очень, очень плохие. И у них сложные родственные отношения. Очень, очень сложные. А ещё есть Ланнистеры… И он постоянно убивает Старков!

– Кто? – не поняли девушки.

– Автор! – едва ли не во всё горло прокричала повелительница огня. – И вообще, давайте не будем об этом, просто… Просто будем держать Фобоса подальше от Элион. На всякий случай. И вообще, мы вроде бы обсуждали эту Лилию Гвинонес или как там её правильно?

– Только меня одну заботит тот вопрос, когда она всё это успевает узнавать и читать? – задумалась Корнелия. Но мысль развить не успела – крик души мулатки был услышан. В их направлении шла директриса.

– Девочки, пусть сейчас и перемена, но, пожалуйста, ведите себя потише. Пусть я и понимаю ваш восторг оттого, что Лилия Гвинонес согласилась участвовать в жюри на художественном конкурсе школы, я сама обожаю её работы, но это всё-таки не повод так громко кричать. Так что будьте потише, пожалуйста, – счастливая и пребывающая на позитивной волне дама пошла дальше, не замечая тот ступор, который вызвала своим заявлением у молодой азиатки. Какой-то там Таргариен и автор были забыты мгновенно. Оставалась только она и Осознание.

– Лили Гвинонес будет судить мою картину?! Но у меня ещё нет… Бле-е-еск, – девушка уткнулась носом в журнал.

После завершения занятий. Художественная мастерская и группа озадаченных фей.

– Вообще-то нам нужно вернуться на Меридиан, – Корнелия с неизменной тоской в глазах смотрела на Хай Лин, что, в свою очередь, с куда большей тоской и безнадёжностью смотрела на пустой холст. – Идеи появились?

– Нет, – последовал полный отчаяния ответ.

Пять минут спустя. Все те же и пустой мольберт.

– А сейчас? – пытаясь изобразить жизнерадостность, поинтересовалась Ирма. В ответ азиатка одарила её взглядом, обещающим долгую и мучительную смерть. Благо, с кого такой взгляд скопировать – у неё было в достатке.

– Нашла! – очень вовремя вклинилась в «беседу» Тарани. – «Кубла-Хан», Сэмюэля Тэйлора Кольриджа.

– Что? Время читать стихи? – с недоумённым скепсисом спросила Корнелия.

– Это же источник вдохновения! – возразила мулатка. – Вдруг поможет? Слушайте и сосредоточьтесь!

Хай Лин вздохнула и, решительно кивнув, прикрыла глаза.

– В стране Ксанад благословенной

Дворец построил Кубла-Хан,

Где Альф бежит, поток священный,

Сквозь мглу пещер гигантских, пенный,

Впадает в сонный океан.

На десять миль оградой стен и башен

Оазис плодородный окружён,

Садами и ручьями он украшен.

В нём фимиам цветы струят сквозь сон,

И древний лес, роскошен и печален,

Блистает там воздушностью прогалин, – тембр голоса девушки изменился, и следующие строки старого стихотворения стали звучать куда резче, злее.

Но между кедров, полных тишиной,

Расщелина по склону ниспадала.

О, никогда под бледною луной

Так пышен не был тот уют лесной,

Где женщина о демоне рыдала, – Вилл чуть вздрогнула. Почему-то на ум сам собой пришёл образ Фобоса. Но там скорее было бы «от выходок этого чёртового демона», но всё же… А их главная книжница всё продолжала:

И из него,

В кипенье беспрерывного волненья,

Земля, как бы не в силах своего

Сдержать неумолимого мученья,

Роняла вниз обломки, точно звенья.

Тяжёлой цепи: между этих скал,

Где камень с камнем бешено плясал,

Рождалося внезапное теченье.

Поток священный быстро воды мчал,

И на пять миль, изгибами излучин,

Поток бежал, пронзив лесной туман,

И вдруг, как бы усилием замучен,

Сквозь мглу пещер, где мрак от влаги звучен,

В безжизненный впадал он океан.

И из пещер, где человек не мерял

Ни призрачный объём, ни глубину,

Рождались крики: вняв им, Кубла верил,

Что возвещают праотцы войну.

И тень чертогов наслажденья

Плыла по глади влажных сфер,

И стройный гул вставал от пенья,

И странно-слитен был размер

В напеве влаги и пещер.

Какое странное виденье –

Дворец любви и наслажденья

Меж вечных льдов и влажных сфер.

Их все бы ясно увидали

Над зыбью, полной звонов, дали,

И крик пронёсся б, как гроза:

Сюда, скорей сюда, глядите,

О, как горят его глаза!

Пред песнопевцем взор склоните,

И этой грёзы слыша звон,

Сомкнёмся тесным хороводом,

Затем, что он воскормлен мёдом

И млеком рая напоён! – закончила декламировать Тарани. В комнате установилась напряжённая тишина.

– Девочки, – разорвала тишину открывшая глаза Хай Лин, – мне почему-то на ум пришёл Фобос с его дворцом.

– Не тебе одной, – отозвалась Ирма. – Особенно вот это «О, как горят его глаза!», «Крик пронёсся как гроза» и «Пред песнопевцем взор склоните». Помните, как они с Вилл отожгли на конкурсе Хэллоуина?

– Спасибо, что хоть не вспоминаешь про его напевание в душе про Палмолив, – пробубнила себе под нос электроведьма. К сожалению, недостаточно тихо.

– Ну, я как-то недостаточно с ним близка, чтобы знать, что он напевает в душе, – подколола подругу Ирма.

– Мне показалось, или это звучало огорчённо? – пришла на выручку Вэндом Корнелия. – И вообще – хватит видеть этого засранца за каждым чихом. Стихи совсем не о том – это просто описание какого-то безумного строительства в районе наводнений. Кажется, где-то на севере, возможно, у русских.

– Почему у русских? – не поняла Тарани.

– А кто ещё будет настолько отмороженным, чтобы что-то строить в районе наводнения и на севере?

– Ну…

– Не Фобос! И не его зверинец! – пресекла возможный ответ блондинка. – В любом случае – это вовсе не Рай.

– Ну и что тогда по-твоему Рай? – повелительница огня была несколько уязвлена отношением блондинки к шедевру литературы, перевалившему уже за две сотни лет.

– Рай… – девушка мечтательно улыбнулась и, подойдя к Хай Лин, приобняла ту за плечи, жестом предлагая представить дальнейшую картину. – Рай – это бесконечный шкаф, заполненный шикарной одеждой и модными туфлями… Плюс дворецкий, служанка, повар, портниха… Которые готовы исполнить мой… эм… твой любой каприз!

– То есть примерно то, что обещал нам Фобос, как своим работникам, чисто в качестве приятного бонуса за службу? – обманчиво-мягким голосом поинтересовалась мулатка, скромно поправляя очки. Теперь настала её очередь Мстить. И судя по тому, как вытянулось лицо Корнелии, расплата за поруганный шедевр литературы наступила незамедлительно.

– Знаете, девочки, порой я начинаю бояться Тарани, – шёпотом поделилась с остальными Вилл.

– Угу, – кивнула азиатка. – Но это тоже всё не то.

– Так, – включилась в дело Ирма, решительно подвинув от «тела художника» блондинку, – забудь о потребительском рае Корнелии. Хочешь победить в конкурсе – ответ очень прост! – шатенка заговорщически наклонилась к уху подруги и торжествующе произнесла: – Кролики!

– Кролики? – не поняли феи.

– Да, кролики, – полным стальной уверенности голосом подтвердила опытная радиоведущая. – Поверь мне, Хай Лин, кроликов все любят!

– Ты это говоришь дочери владельца ресторана, – убито уведомила подругу стражница воздуха. – У меня кролики прочно связаны с таким понятием как «тушёный» и «в кисло-сладком соусе».

– М-да, кажется, мы так тебя ещё больше запутали, прости, Хай Лин, – печально вздохнула Вэндом. – Похоже, помощи от нас не получится…

– Ничего подобного. Пусть концепция рая для каждого своя, но порой, чтобы понять свою, нужно посмотреть на чужую, – раздался в комнате хорошо знакомый девушкам мужской голос.

– Что? Фобос? – Ирма с недоверием рассматривала Императора Меридиана, вышедшего из пространственного разлома прямо в центре студии. – Откуда ты тут взялся?

– Вообще-то мы договорились, что после занятий вы заглянете на Меридиан, а вас всё нет и нет. Я решил проверить, не попали ли вы в беду, посмотрел, послушал… В общем, Хай Лин, ты хочешь знать, что такое Рай?.. Я тебе объясню! – нехорошее предвкушение, прозвучавшее в голосе тёмного мага, стоило Вилл двух уколов локтями в бока от стоящих рядом подруг и короткой, но бурной пантомимы со стороны коллектива, общим смыслом: «Довольна? Теперь обезвредь его!»

– А может не надо? – с изрядным беспокойством поинтересовалась азиатка, оценив развернувшуюся за спиной Фобоса баталию. – Ну как это… В смысле… А, точно! Наша нежная детская психика может этого не пережить! – глупая защитная улыбка сама выползла на лицо.

– Не беспокойся, – величественно махнул рукой незваный гость, – вы все встали на путь постижения Тёмной Стороны, а потому сможете понять и вдохновиться истинным Раем!

– Эй! – возмутилась модница. – Никуда я не вступала!

– Печенье, вместе со всеми, перед уроками кушала? – Фобос забавно склонил голову набок и чуть прищурился. – Кушала. Мысли о работе на меня, с учётом появления гардероба размером с вашу школу и штата слуг, в голове крутила? Крутила.

– Неправда! – блондинка попыталась возражать, но выглядело это столь неправдоподобно, что в это возмущение не смогла поверить даже она сама. – И вообще, хватит читать мои мысли!

– Во-первых, я злодей – мне можно, – манерно отмахнулся этот хлыщ. – Фишка только для Тёмной Стороны, Паладины Добра так не могут. Во-вторых – мыслей я не читал, у тебя и так всё было понятно по мечтательному выражению лица, когда ты рассказывала про свой Рай.

– Эй! Мы же договаривались – не подсматривать! – возмутилась Вилл.

– Разве? – удивлённо наморщил лоб этот наглый, мерзкий и прочее-прочее. – Не помню такого. Кстати, а зачем мы вообще могли о таком договариваться? – серые глаза Эсканора с кристально чистым интересом повернулись к Вэндом.

– А… Э-э… – пытающуюся судорожно определиться в том, что её больше поражает: наглость, с которой её парень делает вид, что ничего не понимает, или тот факт, что он теоретически может и правда ничего не понимать, стражницу вывел из ступора новых синхронный укол боков локтями со стороны Ирмы и Тарани. – Я тебе потом объясню, – посулила девушка, злобно зыркнув на подруг и потирая места ушибов.

– Хорошо, – покладисто согласился Фобос. – Но вернёмся к нашей теме. Итак, Хай Лин, ты хочешь увидеть Рай? – тоном змея-искусителя прошептал чёрный маг.

– Да-а-а, – чуть заторможенно ответила китаянка.

– Тогда представь… – чародей, по примеру предшественников, интимно склонился к уху повелительницы воздуха и начал вкрадчиво говорить: – Величественный чёрный замок, попирающий шпилями ночные небеса… Могучие и прекрасные драконы, танцующие в облаках, подобно истинным повелителям неба… Тьму базальтовых коридоров и отсветы факелов на полированных до зеркального блеска стенах… Шёпот тысяч страниц в великой библиотеке, хранящих свои секреты от глаз простых смертных… Прекрасные галереи, полные шедевров лучших мастеров кисти… Залы, наполненные музыкой, способной захватить душу, раскрыть её потаённые глубины… Бесчисленные легионы жутких монстров, готовых броситься на любого, на кого укажет их Владыка… И… Вас пятерых в ореоле восходящего солнца, что принесли этому миру долгожданный мир и исцеление от ран, нанесённых вырыванием Сердца!..

– Ну, – спустя несколько долгих секунд тишины, совсем другим голосом нарушил молчание Фобос, – я угадал?

– Да! Вот оно! – очнувшаяся от полутранса азиатка натурально подпрыгнула на стуле. – Спасибо, Фобос!

– Всегда к твоим услугам, – шутливо поклонился маг, отстраняясь.

– Всё! Я поняла, а теперь всем спасибо, увидимся завтра, а мне нужно работать, всё, пока-пока, – и повелительница воздуха едва ли не пинками выставила подруг за дверь вместе с целым Владыкой-Нескольких-Сопредельных-Миров. – Ещё раз спасибо! – девушка на автомате сжала грозного чернокнижника в крепких объятьях и захлопнула дверь прямо перед его носом.

– Это сейчас что было? – Вилл была настолько удивлена поведением подруги, что даже забыла возмутиться.

– Творческие люди… Мы такие, живём порывами чувств. Вот тут и был… порыв, – задумчиво ответил мятежный принц.

– А ты и рад, – фыркнула Корнелия.

– В тот день, когда я буду возмущаться, что на меня вешается симпатичная девушка, я сам пойду и убьюсь. Ибо это будет означать, что я впал в окончательный и бесповоротный маразм, а следовательно – опасен для всего живого.

– М-да, порой я просто теряюсь в его логике, – призналась Ирма. – Ну ладно, раз нас выставили вон, может, пропустим ещё по одной чашечке этого чудесного бальзама?

– Разумеется, – кивнул Император, – сразу после того, как решим текущие дела на Меридиане.

Несколько часов спустя. Меридиан. Гостевые покои дворца.

– Кажется, я начинаю понимать, как чувствовали себя рабы на галерах, – Ирма растянулась в кресле.

– А я больше склоняюсь к осознанию будней в каменоломнях, – поддержала подругу Тарани.

– Или на строительстве пирамид, – Вилл.

– Чёртов садист, – подытожила Корнелия с запрокинутой за спинку дивана головой. – Ты как, Эля?

– Голова идёт кругом от всего этого! Подумать только, нам сегодня пришлось пресекать конфликты восемнадцать раз! И все восемнадцать были с бывшими Повстанцами в качестве зачинщиков! – девушка схватилась за голову. – И так повсюду! А ещё организация переселения и перевозки… Только один день, а я уже не представляю, как всё это выполнить!

– Угу, а Хай Лин развлекается на Земле… Рисуя Рай этого психа… – не то мечтая о страшной мести, не то завидуя, а быть может, оба пункта одновременно, проворчала стражница воды.

– Ирма, только не начинай, – взмолилась Хэил, так и не оторвав голову от спинки дивана. – Стоит нам хоть на секунду о нём вспомнить, как он об этом каким-то образом сразу узнаёт и придумывает очередную гадость, да ещё и сообщает с этой своей милой улыбочкой! Ух-р-р! – руки девушки сами собой до дрожи сжались в кулаки. – Так и придушила бы! А ведь он ещё обещал подарить Лилиан корону! У меня аж мурашки, как представлю, какую гнусь он может придумать! Только бы не вспомнил…

– О! Спасибо, что напомнила, – в их разговор вмешался до отвращения бодрый и довольный Фобос, – сегодня же прикажу найти толкового ювелира!

– Ты… – блондинку натуральным образом подбросило. – Я знаю, это всё очередной твой план!

– Нет, – с самым честным видом поднял одну ладонь чернокнижник, – к глубочайшему своему сожалению, я ещё не настолько крут, чтобы строить успешные комбинации по напоминанию себе о том, что я забыл, путём случайного озвучивания этого чего-то тем, кто не хочет мне об этом напоминать. Так что, хоть мне и весьма льстит твоя оценка, но нет. Определённо нет.

– Ты… Ты понял, о чём я! Все эти безобразия на Меридиане! Конфликты! Стычки! Бедлам! – голос девушки звучал не слишком убедительно, но взять и признать, что начала крик не по делу, было выше её сил.

– А вот это всё – следствие отсутствия мозгов у подчинённых моей дорогой сестрёнки, – с вкрадчивой интонацией заверил Император, расплывшись в приторной улыбке. – Ваши воины – ваша головная боль. Вот будь проблема с моими войсками, то тогда да, виноват был бы я. И, между прочим, держать в узде легионы жутких чудовищ, желающих крови повстанцев, не так уж просто!

– В самом деле? – нашла в себе силы на иронию Ирма. – Мне казалось, что они на тебя едва ли не молятся.

– Увы, но это так! – с явно поддельными сочувствием и состраданием покивало беловолосое чудовище. – Мне даже пришлось повторить им приказ не поддаваться на провокации два раза, представляете?

– Аргггх, я убью его! – взвыла в мысленный «эфир» блондинка. – Вилл, ответь ему что-нибудь!

– Если посмотреть объективно, то его солдаты всё-таки вели себя смирно. Даже Фрост и Гароль, – постаралась потушить страсти Тарани.

– Да, Корни, признай, он проделал титаническую работу! – не смогла удержаться от противоположного действия Ирма. – Это же сколько сил нужно, чтобы достучаться до мозга Фроста!

– Ви-и-и-илл!

– Чего ты от меня хочешь? – устало донеслось голосом рыжеволосой. – Спорить с ним бесполезно – он бодрый, а мы нет, это игра в одни ворота. Я лучше воспользуюсь моментом, пока он не обращает на меня внимания, и ещё минутку полежу с закрытыми глазами.

– Эй! Почему я об этом не подумала?! – ужаснулась Ирма. – Корни, отвлеки его ещё минут на пятнадцать – я попробую вздремнуть!

– Предательницы!!!

– Спасибо, ты настоящий друг! – с откровенным удовольствием уверила её шатенка.

– Фобос, зачем ты пришёл? – спросила брата Элион, не догадываясь о телепатическом диалоге подруг.

Для девушки подобная манера разговора брата всё ещё была в новинку, но она подозревала, что в ней он мог общаться очень и очень долго, а вот их здравости рассудка надолго не хватит. Может, это его очередной коварный план – свести их с ума?

– Ну, поскольку я против издевательств над женщинами, детьми и животными…

– Да ла-а-адно? – в голосе Корнелии был скепсис. Очень много скепсиса.

– …больше, чем это требуется для дела, – как ни в чём не бывало продолжил маг, – то решил порадовать вас парой чашечек Бальзама Кахара и сообщением, что я подготовил персональные гостевые покои для каждой из вас. И нет, бальзам не отравлен, а покои располагаются не в пыточной, – сразу же «предупредил» Фобос, после чего усмехнулся, видя, как боевая блондинка закрывает рот, открытый явно для произнесения очередной обличительной речи.

– И этим ты занимался, пока мы впахивали, как проклятые? Да как так-то?

– Увы, каждый должен заниматься своим делом, – маг легонько пожал плечами, качнув своим скипетром. – Под «своим» я подразумеваю дело, в котором он компетентен. В охлаждении буйных голов подданных моей сестры и экстремальных переговорах в условиях недостатка времени на принятие решений вы компетентны. Ну… Как минимум, в этом у вас есть опыт, – с паузой добавил чародей. – Чего, к прискорбию, пока нельзя сказать про административные вопросы, связанные с подготовкой к переносу столицы, не говоря уже о возведении новой. Даже возьми я вас с собой, вы вряд ли бы что-то поняли в проектных сметах расходов и схемах логистического обеспечения, не говоря уже о том, что никто из вас не знает ни единого меридианского архитектора. Так что, – Фобос развёл руки в стороны, – без обид. И да, этим я тоже занимался.

– К чёрту всю эту заумную фигню! Что там с бальзамом? – нетерпеливо заёрзала на своём месте Ирма, полностью утратив всякое подобие расслабленного возлежания.

– Вот, держите, – маг пролевитировал по воздуху изящные чашки, источающие ароматный пар.

– М-м-м… Ка-а-а-айф, – на глазах, уже спустя какую-то минуту, приободрялись дамы.

– Что это за сок? – удивлённо хлопая глазами, спросила Элион, переводя взгляд с пустой чаши в своих руках на подруг. – Никогда такого не пробовала.

– Это магическое пойло умеет бодяжить только твой братец! – счастливо жмурясь, ответила радиоведущая. – Кстати, Фобос за плитой в фартуке с цветочками – это шикарно! А можно мне добавки? – и Ирма с щенячьим выражением лица посмотрела в лицо Императору, старательно хлопая ресницами.

– Злоупотребление бальзамом вредно для здоровья, – высокомерно проигнорировав часть про фартук, пояснил маг. – Ваш организм должен быть действительно уставшим, чтобы побочные эффекты не возникали. К слову говоря, перевозбуждение и нездоровая игривость – это один из таких эффектов.

– Или нормальное состояние Ирмы, – проворчала Вилл, которую начало малость напрягать то, с каким энтузиазмом её подруга строит глазки её парню при каждом удобном случае.

– Тоже возможно, – согласился чернокнижник. – Ну ладно, – хлопок в ладоши заставил пустую посуду исчезнуть, – так как насчёт осмотра ваших покоев? Пусть пока новая столица не утверждена, и эти комнаты носят временный характер, но, робко надеюсь, мои милые прислужницы, вам понравится. Ну и вам двоим тоже, – кивнул он на сестру и её лучшую подругу.

– Ладно, веди, – вздохнула Вэндом, действительно чувствовавшая себя намного лучше, чем пару минут назад, а потому морально готовая к новым испытанием. В том, что они будут, Вилл ни секунды не сомневалась. Правда, глубоко в душе она уже убедилась, что выходки Фобоса в их отношении вряд ли зайдут куда-то дальше невинных шуток, но «невинность» шуток ещё не значила, что их не посетит желание провалиться под землю от стыда…

Пять минут спустя. Временные апартаменты личной ученицы Мирового Зла.

– Ч-что это? – стражница, переполненная сложными чувствами, смотрела на помещение. Левое веко чуть-чуть подёргивалось.

– Ну, полагаю, что это лягушки. Плюшевые лягушки. Много плюшевых лягушек, – стараясь сохранить серьёзность, ответила Ирма. – Очень, очень много плюшевых… кхикс, – всё-таки вырвался у неё смешок, – лягушек.

– Фобос? – переполняемая всё теми же сложными чувствами, девушка повернулась к Императору.

– Да, дорогая?

– Ч-что это?

– Как выразилась твоя подруга – это лягушки, – сохраняя каменное спокойствие, ответил маг, даже не удостоив взглядом широкую двухместную кровать, буквально утопающую в мягких игрушках самых разных форм, стилей и расцветок. – Ты же любишь лягушек? К тому же я давно обещал…

– Что ты обещал?!

– Ну, не совсем обещал, – парень чуть улыбнулся. – Говорил, что мы явно не с того начали, и тебя нужно было бросать не в Яму, а в комнату с плюшевыми лягушками и закармливать печеньем. Так что, – маг развёл руками, – лучше поздно, чем никогда.

– С-спасибо, – с кривой ухмылкой, всё ещё не до конца придя в себя, Вилл поблагодарила за старания своего персонального тирана. Потом встряхнула головой и уже действительно радостно улыбнулась. – Действительно, спасибо! – под «гнусное хихиканье» подруг девушка коротко чмокнула в щёку чернокнижника. – Л-ладно, – смутившись своего порыва, сразу решила сменить тему, – давайте посмотрим другие комнаты!

Апартаменты Тарани больше напоминали библиотеку, совмещённую с комнатой отдыха и чайной, но девушка явно была довольна, впрочем, манёвр Вилл с целованием всяких подозрительных типов повторять не спешила. Для Ирмы чернокнижник устроил вообще жуткую смесь из фитнес-зала, средневековой оружейной, чего-то подозрительно напоминающего бар, да ещё и небольшой тир впридачу.

– Кла-а-а-асно! – глаза самой активной фейки нездорово сияли. – Это всё мне?!

– Да, тебе, – кивнул чуть усмехающийся колдун.

– Правда? Честно-честно?!

– Да, можешь творить здесь всё, что пожелаешь. Но учти, если задумаешь проводить разнузданные оргии, не забудь пригласить меня! Ай, – маг потёр бок, в который только что врезался острый локоток аловласой красавицы, – я хотел сказать, нас. Ой, а сейчас-то за что? – получив второй удар, обиженно поинтересовался мятежный принц.

– Знаешь, Вилл, – задумчиво осмотрев Фобоса, констатировала Ирма, – если вдруг он тебе надоест, ты мне скажи…

– Ирма!

– Всё-всё, молчу-молчу… А можно перед тем, как мы пойдём дальше, я немного постреляю? Ну пожа-а-алуйста! – сменила тему повелительница воды.

– Ну уж нет! – горячо возразила Корнелия. – Или мы здесь до утра застрянем!

– Неправда! Я умею себя контролировать! И… Вы посмотрите на этот арбалет! – шатенка с горящими глазами подскочила к одной из полок с «реквизитом».

Девочкам потребовалось ровно одно мгновение, чтобы обменяться взглядами, после чего Вилл лаконично постановила:

– Корнелия права, уходим, – и они с Тарани в четыре руки подхватили подругу, начав тащить её к выходу. Повелительница воды такому манёвру рада совсем не была, о чём поспешила рассказать миру, но подруги оказались глухи к её мольбам и увещеваниям, так что, в конечном итоге, девушке пришлось сдаться.

– Далее у нас комната Корнелии, – сообщил Фобос уже в коридоре, когда Лэир, наконец, прекратила бухтеть. – Я знаю, ей сейчас нелегко, расставание с парнем – весьма болезненная для юной особы вещь, потому я решил поддержать её и…

– Что? – блондинка распахнула рот. – Как ты узнал, что мы с Калебом… Да я только Эле об этом рассказала! Опять за нами подглядывал?

– Да что вы все так привязались к этому подглядыванию? Даже пунктик про мою врождённую гнусность в вас так не игра… – Фобос замер на середине фразы, что-то явно сообразив. – Оу… Кажется, я понял, о чём вы все думаете… – маг задумчиво и даже в некоторой степени озабоченно осмотрел девушку. – Хм… Нет, это будет действительно интересно только через пару-тройку лет, – все присутствующие девочки-подростки синхронно запунцовели, не зная, куда деть глаза. – Хотя… – продолжил монарх. – И тогда я, думаю, найду занятие поинтереснее, чем просто смотреть на симпатичную девушку, даже если она в этот момент принимает ванную…

– Вот зачем ты ему сказала?! – мысленно насела на подругу главная стражница. – Хочешь, чтобы он и правда попробовал?! А вдруг ему понравится?!

– Вы что, ему поверили?! – не осталась в долгу Корнелия. – Он же всё врёт! Это же Фобос!

– Но раньше у нас был шанс на его неосведомлённость о таком функционале заклинания, – пусть Тарани и говорила телепатически, но не поправить по привычке очки не смогла, – а сейчас мы будем точно знать, что он знает, и ему может стать любопытно… А он – парень.

– Хотите сказать, это я во всём виновата?!

– Не важно, кто виноват, – вклинилась Ирма, – важно, что теперь при любом раскладе он сможет ссылаться на нас! Типа, это мы подали ему идею! И почему нельзя было остаться – пострелять из арбалетов?!

– Успокойся, Ирма. Твои арбалеты нас бы от этого не спасли, – вздохнула Вилл.

– Откуда тебе знать? Могло и пронести!

– Кхм, о чём бишь я?.. – будто ничего не заметил, задумался Фобос. – Ах да, откуда я знаю про твой разрыв с Калебом? Всё очень просто. Использовав свои выдающиеся дедуктивные способности, а также просто мощь разума, я… просчитал такой вариант развития событий.

– Просчитал? – едва ли не подпрыгнула на месте девушка. – Просто просчитал?

– Я достаточно неплохо изучил психопортреты и тебя, и Калеба. Ты, при всей своей нелюбви ко мне, полностью отторгаешь предательство, удары в спину и так милое моему сердцу манипулирование, тем более если оно направлено на твоих друзей и родню. Потому простить то, что Калеб предал и заколол союзника, тем самым подвергая смертельной опасности твою самую близкую подругу, а также хотел манипулировать ей для своих целей, ты бы вряд ли смогла.

– Корни… – начала Ирма, но была перебита злым голосом блондинки.

– Да! Мы поругались, и я его послала! Доволен? Именно этого ты добивался?

– Нет, – покачал маг головой. – Всё, что я хотел – это показать Элион, что мир не делится на чёрное и белое. Нет «Воплощения Зла» и нет «Собрания Всех Добродетелей», есть только люди со своими мотивами. Мы больше не враги, чтобы мне нужно было причинять вам проблемы, да и бить по близким своих врагов… Я не опускался до этого раньше, так с чего бы должен сейчас? Ладно, – встряхнул шевелюрой маг, – я всё же пришёл сюда для того, чтобы показать то, что поддержит настроение нашей эльфийке, и быть может, она даже перестанет на меня дуться, – и маг открыл дверь.

Заинтригованным девушкам предстала взгляду обычная, ничем не примечательная комната. Ничем, кроме размера и пристроившегося в углу шкафа, она не отличалась от комнаты Корнелии на Земле.

– И что такого в этой комнате? – против воли спросила Элион, поглядывая на шкаф – тот как-то странно чувствовался.

– В ней есть Переодевательный Шкаф.

– Переодевательный Шкаф? – в голосе блондинки зазвучали заинтересованные ноты.

– Да. Собрал на скорую руку. Он трансформирует одежду зашедшего в него согласно его пожеланиям. Это, конечно, не «Бесконечный Гардероб», как ты хотела в своём видении Рая, но, думаю, тоже неплохо.

– В чём подвох? – подозрительно осведомилась Хэил.

– Корнелия, это уже паранойя, – поправила очки мулатка.

– Я ему не доверяю! – блондинка нервно ткнула пальцем в сторону Фобоса. – С этого типа станется одеть меня в какой-нибудь ситхский балахон или костюм пугала, просто чтобы прикольнуться! Или, скажете, я не права?

– Да, кожаный корсет с плёткой были бы в его стиле, – отчего-то довольно кивнула стражницы воды.

– Ирма!

– Что? Это мысли вслух! – замахала руками довольная шатенка. – А так я с тобой согласна, точно-точно!

– Ну, моё дело – подарить… – пожал плечами чернокнижник.

– Я туда не полезу! – замахала руками стражница земли.

– Пять баксов, что она не утерпит и трёх минут, – телепатически предложила пари Вилл.

– Принимается! Ставлю на пять! – поддержала Ирма.

– Девочки, делать ставки на собственную подругу – это неприлично, – укоряюще поделилась Тарани. – К тому же наша Корнелия может продержаться и десять минут.

– Ставки сделаны! – предвкушающим тоном поставила точку в разговоре Вэндом и, без всякой паузы, сказала уже вслух: – Ну ладно, если ты рисковать не хочешь, то рискну я, – и аловласка решительно направилась к шкафу.

– Эй! Так не честно! – последовали ей вслед два телепатических окрика.

– Эй, так нельзя, это же мой подарок! – одновременно с ними возмутилась Корнелия. – Я сама проверю, и если окажусь права, то во всём виноват Фобос! – блондинка резко оттёрла рыженькую и замерла около шкафа. – А как им пользоваться?

– Просто заходишь, представляешь желаемое, и всё – одежда превращается, – объяснил Эсканор, в то время как Вилл с совершенно невинным выражением лица делала вид, что узоры на потолке очень живописны, а вот два негодующих взгляда, направленных ей в спину – штука, ну совсем не стоящая внимания.

– Л-ла-а-адно… – протянула Хэил, смерив мебель новым подозрительным прищуром, вслед за чем решительно дёрнула головой и потянулась к ручке. Секунда – хлопок дверью, и девушка уже внутри.

– А почему вы так странно смотрите друг на друга? – обратила внимание на мимику подруг Элион.

Вэндом прекратила изучать потолок и повернулась к королеве, Ирма и Тарани отстали от неё ненадолго. Лица всех троих почти одинаково отразили лёгкий конфуз.

Переглянулись…

– Ну хорошо, хорошо! – всплеснула руками радиоведущая. – Ты победила! Пять баксов твои…

– Но это было нечестно, – укоряюще проворчала мулатка.

– О чём вы говорите? – недоумевая всё больше и больше, заморгала Браун.

– Да, девочки, мне тоже интересно, – улыбающийся Фобос нежно положил руку на плечо Вилл, наклоняясь к её уху. – Колитесь – какой заговор и против кого вы только что спланировали?

– Эм-э-э… – аловласка невольно поёжилась, чувствуя кожей горячее дыхание. – Не берите в голову! Это мы так… Ничего серьёзного!

– Уверена? – маг подался ещё ближе.

– Д… да-а-а-а… – по спине главной стражницы пробежал табун мурашек. – И-и-и… Не делай так на людях! – титаническим усилием воли девушка вывернулась из объятий, разрывая дистанцию.

– Как скажешь, – покладисто промурлыкал чародей с такой интонацией, что дрожь по спине пробежала уже у всех присутствующих. Но к их облегчению, из переодевающего шкафа наконец-то раздался голос Корнелии:

– Я готова! – дверца распахнулась, и на свет показалась гордо расправившая плечи блондинка… В костюме девочки-кролика из журнала «Playboy».

– Хмм… – первым вышел из ступора старший Эсканор. – А знаете, я, кажется, начинаю понимать, почему Ирма думает, что все любят кроликов. В этом действительно что-то есть… Хотя, меня не оставляет чувство, что где-то я это уже видел… – Император озабоченно потёр подбородок.

– Что? – Корнелия удивлённо уставилась на мужчину, потом перевела взгляд на лица подруг… Увидела одинаковые большие-большие глаза и, наконец, опустила взгляд вниз, осматривая собственный наряд. – А-а-а!!! – совсем не отличающиеся монументальными формами руки девушки-подростка попытались судорожно прикрыть одновременно всё. – Фобос! Я УБЬЮ ТЕБЯ!!!

– Вспомнил! – радостно хлопнул в ладоши Император, будто совсем не услышав крика. – Я видел этот костюм в каком-то земном журнале!

– Ты! Ты-ы-ы-ы!!! – дверца шкафа хлопнула, скрывая от зрителей паникующую блондинку. – Я же говорила! Он опять это сделал!!! Не верьте его оправданиям! Этот мерзавец знает о жизни на Земле больше нас – он всё спланировал!

– Согласна, – Вилл покосилась на своего парня, – это всё выглядит очень подозрительно.

– Разве? – вернул взгляд тот. – По-моему, подозрительно тут выглядит то, что несмотря на кучу криков о том, как она мне не доверяет и не полезет внутрь, она тем не менее туда полезла и в самом деле получила, якобы, не то, чего хотела.

– Не слушайте его! – возопили из шкафа. – Вы знаете, что он всё вывернет на изнанку! Я бы ни за что не стала сама одевать ЭТО только для того, чтобы доказать вам, что он – гнусный тип! Мы все и так знаем, что он – гнусный тип!

– Тут, конечно, можно развести долгую дискуссию о том, кто на кого пытается скинуть подозрения, но у меня есть более интересный вопрос: как и на чём ты концентрировалась? – с научным интересом поинтересовался чародей, скрестив руки на груди.

– Что значит «как концентрировалась»?!

– Как тебе сказать… – Фобос неопределённо повёл в воздухе пальцами правой руки. – Концентрироваться тоже нужно уметь. Впрочем… твоё подсознание мне нравится – сразу видна правильная склонность к правильным вещам, хе-хе.

– Не верьте ему!!! – раненной ланью взвыли внутри шкафа. – Это всё он!!!..

– Да-да-да, – покачал рукой тёмный маг, всем видом выражая мировую усталость, – я тоже тебя люблю. Не так, как Вилл… или Ирму с Тарани… или фисташковое мороженое… Но люблю, ты только не сомневайся!

– Фобос, можно тебя на секундочку? – не предвещающим ничего хорошего (магу) голосом обратилась к нему Вэндом, после чего, не дожидаясь ответа, едва ли не силком потянула его на выход из комнаты.

– Что это сейчас вообще было? – Элион переводила ничего не понимающий взгляд с одной своей подруги на другую.

– Весна, гормоны… – пожала плечами повелительница воды.

– Ирма, сейчас ноябрь, – поправила шатенку Тарани.

– Да не важно, – отмахнулась радиоведущая. – Кстати, Корни…

– Чего? – недовольно нахохлились внутри шкафа.

– Осталось ещё шесть дней, а у тебя уже мелькают ТАКИЕ мысли, хе-хе!

– Ир-р-рма!!!

Тем временем, где-то рядом…

– Зачем ты это сделал?! – строго наседала на меня стражница.

– О чём ты, милая? – обезоруживающе улыбнулся я. И нет, это не наглый оскал – это обезоруживающая улыбка! Я – Император, я так вижу!

– Не прикидывайся! Ни за что не поверю, что Корнелия получила этот костюм случайно! – девушка ткнула указательным пальцем в мою грудь, ещё чуть-чуть приподнявшись на цыпочках, чтобы выглядеть внушительнее. – Зная тебя – ты точно оставил для себя лазейку в магии этого шкафа! – блин, когда она стала такой проницательной? Хотя… Ладно, признаю, был ленив и небрежен.

– В твоих рассуждениях есть одно логическое упущение, – мягко возражаю Рыжику, что называется, из принципа. – Ведь я знаю, что ты это знаешь, следовательно, вся комбинация теряет смысл фактом моего мгновенного раскрытия.

– Только если бы тебя это пугало! – притопнула ножкой Вилл. – А тебе же совершенно плевать, даже если мы будем точно знать, что это ты! Ты даже ещё больше удовольствия получишь, зная, что мы знали, но всё равно попались в твою ловушку!

– А как же презумпция невиновности? Типа, если я велю казнить какого-нибудь явного бандита, не утруждая себя судом и следствием, то я – тиран и негодяй, а если ты выдвигаешь против меня голословные обвинения в авторстве пошлой шутки, то всё нормально, да?

– Да! – ни мгновения не сомневаясь, подтвердила девушка. – Потому что ты – это ты! И ты не можешь обойтись без пошлых шуток! К тому же ты сам только что признал, что случившееся было пошлой шуткой! – с видом торжествующей победительницы закончила «разгром» она. Вот как честному злодею работать в таких условиях?

– Ах, Вилл, – с чувством прикрываю пальцами заслезившиеся глаза, – ну так нельзя. Это… – добавляю в голос плачущих ноток, – это чувство ностальгии! Иди сюда – я должен срочно взять тебя в плен! – сбитая с толку резкой сменой моего тона аловласка не успела и пикнуть, как оказалась в хватке моих рук.

– Эй! Отпусти! Не пытайся таким образом уйт… м-м-м! – нет, именно таким образом я и поступлю, хе-хе. Обожаю совмещать приятное с приятным и добавить чуточку полезного…

Следующее утро. Выставка.

– Уф, – Хай Лин утёрла честный трудовой пот после установки тяжёлой картины, укутанной в ткань, на положенное ей в галерее место, – едва успела. Вдохновение так захватило! Эх, жаль, что времени было мало…

– Ну давай, показывай! – в нетерпении Ирма попыталась залезть любопытным носом под скрывающую картину ткань, но манёвр был пресечён, а нарушитель получил по любопытному носу.

– Не так быстро! Дождись начала… Ну или момента, когда все наши подтянутся, – художница ещё раз вздохнула и мечтательно закатила глаза.

– Придётся долго ждать, – радиоведущая засунула руки в карманы и оглядела зал.

Толпы учеников, их родителей, педагогов и разного рода приглашённой публики создавали в помещении тот ещё беспорядочный бедлам, найти кого-то конкретного в котором можно было только случайно. Ну или с активным использованием «мобильного навигатора» в режиме онлайн-подсказок от искомого человека. Тем не менее, через пару минут к месту событий начали успешно подтягиваться первые искатели.

– Всем… иэ-э-эх… – зевок, – привет, – вяло поздоровалась Тарани.

– Ум… Сейчас бы чашечку бальзама… – согласно кивнула Вилл, двигающаяся за плечом подруги.

– Чего это вы? – удивлённо моргнула азиатка. – Почему глаза не смыкала я, а зеваете вы? Что-то случилось?

– У них случилась бурная ночь, – просветила Хай Лин подошедшая вместе с Элион Корнелия. По всем признакам, на «подставу» она всё ещё дулась.

– Не девушке в костюме кролика об этом говорить, – отбрила Вэндом, ещё раз заразительно зевнув.

– Костюм кролика? Чем вы там без меня занимались? – в голосе стражницы воздуха дежурное любопытство стремительно уступало место нехорошему подозрению.

– Этот мерзкий, гнусный, гадский… – принялась перечислять достоинства Тёмного Императора владычица растений.

– Шутка Фобоса… Как я понимаю, очередная, – хорошо зная свою подругу, поспешила ответить Элион, поскольку иначе Корни могла разливаться эпитетами ещё минут тридцать.

– Он это специально! Точно специально! – сразу же «переключилась» блондинка.

– Но доказательств, разумеется, нет, – внесла свою лепту и Тарани.

– И от дачи показаний он успешно ушёл. Опять, – слегка нахохлившись, согласилась Вилл, отворачиваясь в сторону.

– Да-а-а… Ушё-о-о-ол, – с наглой ухмылочкой протянула медовым голосом Ирма, а рыжеволосой школьнице почему-то нестерпимо захотелось стукнуть свою не в меру активную подругу.

– Ну так ты покажешь нам картину, Хай Лин? – Элион, почуявшая, что Стражницы так переругиваться могут очень долго, да ещё и какое-то странное изощрённое удовольствие от этого явно получают (всё-таки у брата жуткое влияние на людей…), поспешила сменить тему.

– О! Вот вы где! – ещё до того, как школьница успела ответить, через толпу к их компании прошли двое взрослых людей, в которых все посвящённые легко бы узнали родителей Хай Лин. – Здесь так много народу, – продолжил довольно быстро и немного нервно говорить подтянутый мужчина в очках и с характерной азиатской внешностью. – Хорошо, что мы встретили Эрика, и он объяснил, как искать нужный стенд по номеру. Очень хорошо, что ты сообщила маме свой номер, прежде чем убежать сюда. Не знаю, как бы мы справились без него.

Суетливый монолог мужчины прервало прикосновение его спутницы, молча и мягко улыбнувшейся девочкам. Как и Чен Лин, по случаю конкурса, где участвует её дочь, Джоан Лин была одета празднично и даже могла сойти за старшую сестру повелительницы воздуха.

– Мам, пап! – подскочила на месте азиатка. – Эрик? – взгляд тёмно-карих глаз нашёл скромно прячущегося за спинами взрослых парня.

– Привет, – смущённо улыбнулся тот, подняв руку.

– Ладно, – новые зрители явно привели художницу в благодушное настроение и разожгли желание похвастаться. – Одну секунду, сейчас… – девушка подалась к картине. – Итак, я назвала её «Восход на Меридиане»! – и сдёрнула покрывало.

Вся компания заинтересованно подалась вперёд.

– Ах… Я в восторге! Я потрясён!.. Но, может, я ошибаюсь? Я так потрясён, что даже не знаю… – восторженно-нервный речитатив Чен Лина вновь был остановлен только молчаливым прикосновением жены.

– Да, Хай Лин, – поддержал его Эрик, наклоняясь ближе к полотну, – я думаю, что тебе дадут первый приз! Твоя картина – это круто! А как блестит…

– Ах, очень мило, – зарделась девушка, но увидев, как её бойфренд поднёс палец к холсту, тут же панически вскрикнула: – Не трогай! – от силы крика вздрогнул далеко не только несчастный школьник. – Она ещё мокрая! Я едва успела её закончить и принести сюда!

– Говоришь, жаль, что времени было мало?.. – многозначительно хмыкнула Ирма.

– Ч-что? – по-своему поняв её тон, не на шутку испугалась азиатка.

– Ну… Как бы… – замялась Вилл, не в силах оторвать глаз от изображения мрачной, овитой терновником цитадели в лучах алого рассвета. У её подножия угадывались силуэты каких-то монстров, три из которых до боли напоминали Песочника, Гарголя и Седрика в его змеиной форме. Солнце пробивалось сквозь тучи, бросая блики на полированные стены. И, как апогей, пять девушек, облачённых в чёрное с серебром, сжимающих между собой ещё одно солнце – небольшое, но не менее яркое и важное.

– Почему ты реализовала только ЕГО советы? Мой вариант был не хуже! – чуть обиженно озвучило наболевшее Корнелия.

– Да ладно тебе, это классно! – довольно расплылась в улыбке радиоведущая. – Шикарный фон под тяжёлый металл!

– Нет, неправильно! – горячо возразила Хай Лин. – Тут должна быть печальная и тягучая мелодия, медленно перетекающая в торжественные и ободряющие аккорды, чтобы оборваться на высокой ноте надежды и торжества! В этом весь смысл! Надежда и шанс на исцеление в каждом утре!

– А почему мы в форме этого гнусного типа? – не захотела униматься Корнелия, перейдя на телепатическую связь.

– Ну, понимаете… Я посчитала, что наши костюмы… ну, не сочетаются с атмосферой картины, а вот предложенный Фобосом вариант – словно создан для этого! – ответила китаянка.

– И всё? – недоверчиво переспросила Элион, немного удивлённая из-за того, что услышала мысленный диалог Стражниц. Корнелия же просто не подумала о том, что королеву Меридиана можно не посвящать в детали обсуждения «секретов», и без задней мысли протелепатировала и для её «ушей» тоже. – В этом и есть идея? Рассвет?

– Не только! Подумайте сами: разве не на Меридиане мы были по-настоящему счастливы?! Разве, отправляясь туда, каждый раз не чувствовали настоящую жизнь?! Рай – это состояние души! Если здесь мы просто школьницы, замученные бытовыми проблемами и плохими оценками, то там мы действительно нужны! Там мы делали что-то значимое и важное! И пусть вокруг были монстры и чудища, но разве вы сами не были счастливы в те моменты?! Разве не это чувство – то, что можно назвать Рай?! – бурным потоком выплеснула на подруг свои полуночные переживания Хай Лин. Выстраданные переживания и смутные ощущения многих месяцев, кристаллизовавшиеся перед холстом после подсказки беловолосого чародея.

Ответом ей стало задумчивое молчание…

– О, смотри! – отвлёк девушек от размышлений бодрый голос Эрика, указавшего Хай Лин куда-то в конец коридора. – Момент истины.

И правда, к ним уже вовсю двигалось жюри, в составе которого стражница воздуха с замиранием сердца узнала экстравагантно одетую женщину в широких круглых очках и со множеством золотых браслетов на запястьях, которую раньше видела только на фото в интернете.

– Удачи! – шепнул ей парень, под вмиг потяжелевшим взглядом Лина-старшего чмокнув в щёку. Ответить девочка, чьё лицо резко обдало жаром, ничего уже не смогла, да и вся компания замерла в нервном ожидании. Но вот председатель жюри, полноватый мистер с седыми усами, наконец-то оказался рядом и озабоченно всмотрелся в картину. Лилия Гвинонес в точности повторила его движение…

Хай Лин показалось, что ещё немного – и она умрёт. Или от того, что сердце выскочит из груди, или от внезапной потери умения дышать…

– Мисс Лин, возможно, вы не так поняли? – выпрямился председатель, одной фразой заставив сердце китаянки упасть куда-то в пятки. – Темой конкурса было задание изобразить Рай. Ваш Ксанаду – ночной кошмар, а не Рай.

– Н-но… Но ведь понятие рая совершенно субъективно и у каждого своё! – судорожно попыталась возразить азиатка. – Борьба, надежда на возрождение, надежда в каждом рассвете, гармония и сосуществование! Каждый рассвет приносит надежду на то, что мир станет хоть немного лучше!

Слегка сбитые с толку напором члены жюри ещё раз осмотрели картину, но лишь переглянулись и, пожав плечами, пошли дальше. Все, кроме одной.

– А мне понравилось, – улыбнулась женщина. – Очень интересный посыл и очень хорошо показаны аллегории, равно как и стиль. Так что, мисс Лин, я бы посоветовала вам продолжать в том же духе и стоять на своём. У вас талант, – женщина ободряюще положила руки на плечи девочки. – И мне кажется, что я присутствую при рождении великого художника…

– С… Спасибо… – в прострации пролепетала повелительница воздуха, на что Лилия Гвинонес только ещё раз тепло улыбнулась и отошла, намереваясь догнать остальное жюри. – Лилия Гвинонес… – полная внутреннего трепета, прошептала художница в спину удаляющегося кумира, – похвалила мою работу… Это Рай! – пискнула девушка и даже чуть было не воспарила в воздух от избытка чувств, но вовремя была приторможена подругами, обменявшимися понимающими ухмылками.

– И есть за что, – раздался из-за спин хорошо знакомый голос «их» тирана.

– Фо… Филипп? – мятежный принц предстал в образе подростка, каким его запомнили во времена противостояния с Нериссой. – Почему ты… ну… так выглядишь?

– Мне было лень, – очень «развёрнуто» ответил парень в чёрной толстовке и джинсах, подходя ближе к картине. – Добрый день, мистер и миссис Лин, – вежливо поздоровался он с родителями конкурсантки.

– Вижу, вы подстриглись, – впервые подала голос Джоан, приветливо улыбнувшись. – Даже выглядеть стали немного ниже…

– Да, мне уже это говорили, – вернул улыбку Император.

– Блин, а поподробней уже никак? – мысленно пробухтела Корнелия. – Вот что значит это его «лень»?

– Меня не спрашивай, у меня и с обычным математическим не очень, не то что с высшим, – отозвалась Ирма.

– А… П-почему брат такой м-молодой? – растерянно захлопала глазами Элион, впервые увидев Фобоса в данном образе… и одежде. Неожиданно для себя юная королева поняла, что никогда и не видела брата в чём-то кроме мантии. Если не считать ложных воспоминаний, которыми её обманула Нерисса…

– Он так маскируется, – вздохнула Вилл. – Нам пришлось выдавать его за школьника, чтобы иметь возможность приглядывать постоянно и успеть среагировать на нападение, – уже более подробно пояснила она и, шагнув к чародею, перешла на устную речь: – Ты пришёл поддержать Хай Лин?

– Ну не мог же я вас бросить, – пожал плечами беловолосый, продолжая с интересом изучать холст. – И должен сказать, это превосходно. Особенно мне нравится стиль спасительниц, – губы парня тронула многозначительная улыбка. Кстати, – он повернулся к художнице, – я тут совершенно случайно узнал, что один мой знакомый, кхм… предприниматель ищет постоянного художника для оформления своей загородной виллы. Если тебя интересует, могу замолвить словечко. Он как раз любит нечто, – маг бросил взгляд на картину, – такое. Готичненькое.

– Серьёзно?! – подпрыгнула китаянка, на миг опередив удивлённые вопросы родителей.

– Поверь, я хорошо его знаю, ему точно понравится, – усмехнулся Фобос, складывая руки на груди. От данного обещания глаза Хай Лин подёрнулись мечтательной пеленой, и она «ушла познавать Дзэн».

– Опять вербуешь себе прислужников?! – негодующе прошипела Корнелия, подавшись к беловолосому, чтобы никто посторонний не услышал.

– Не ревнуй, крольчонок, ты тоже мне очень дорога! Возможно, даже дороже фисташкового мороженого! – а вот Фобос не сильно стремился понижать голос, явно наслаждаясь ситуацией.

– Почему-то мне кажется, что этот «рост в ранге» как-то связан с одним костюмчиком, – шёпотом поделилась Ирма с Вилл, Тарани и Элион.

– Все любят кроликов, – философски согласилась мулатка, припоминая прошлые речи радиоведущей.

– Не будем поднимать эту тему, – в том же стиле отозвалась Вэндом, одарив подруг недовольным прищуром.

– Поздравляю, Хай Лин! – улыбнулся Эрик. – Думаю, подобное предложение – это куда круче победы на каком-то там конкурсе, – осторожно заметил он, зондируя почву.

– Да Бог с ним, с конкурсом! Меня оценила сама Лилия Гвинонес! – вновь начала погружаться в страну Пони девушка.

– Молодой человек, а не подскажете, что это за бизнесмен такой и где вы могли с ним познакомиться? Я очень вам благодарен, правда! Но вы сами понимаете, в том смысле, что вы понимаете, ведь все подобное предложения… – отец художницы чуть замялся, получив легонький тычок в бок от супруги. – Да и… Я хотел сказать, ну, вы же знаете, как всё это серьёзно… – ему явно было немного неудобно, но не нужно было уметь читать мысли, чтобы понять ход его размышлений – выглядел Фобос как подросток немногим старше девочек, картина пусть и действительно весьма хороша для школьного конкурса, но написана в спешке и далека от уровня настоящих художественных выставок…

– О, мистер Лин, – привычно растянул губы в улыбке чародей, – тут всё довольно просто. Этот бизнесмен – мой родственник, в этом городе ему принадлежит книжный магазин и ещё кое-что по мелочи. Собственно, так мы с девочками изначально и познакомились – Элион там подрабатывала, ну и я помогал.

– О, вот как! – ощутимо расслабился владелец ресторана. – И ему правда нравится такой… мм… стиль?

– Он от него просто без ума! Ну, понимаете… Тёмная Сторона, Легионы Тьмы и Сила Печенек, да и средневековая тематика ему очень близка, – вдохновенно начал вещать беловолосый, вызвав невольную волну натянуто-сконфуженных улыбок у женской части коллектива.

– Ох уж эти молодёжные увлечения… Хотя, по правде сказать, в былые года я и сам был несколько неравнодушен к этому, наверное, у Хай Лин это от меня…

– Фо… Филипп, не мог бы ты, – Вилл вновь взяла своего парня за руку и принялась старательно утаскивать куда-нибудь подальше.

– Простите, мистер Лин, мы буквально на минуточку!..

А конкурс выиграл Лоран Кловерман со своим изображением кроликов. Ведь все любят кроликов. Но настроение Хай Лин от этого ничуть не упало, ведь симпатия её кумира и даже одного тёмного тирана, что, при всех своих недостатках, знал толк в роскоши и произведениях искусства, стоили куда большего, чем победа в школьном конкурсе. Особенно если к этому признанию шло предложение купить картину за пару тысяч долларов, поступившее всё от того же «тирана» в уже чуть более приватной обстановке…

Эпилог 1. Или один тяжёлый день из жизни главных героев.

Вилл, хмуро насупив брови, ступала по пустынному коридору замка. Она шла по привычной дороге и сворачивала на автомате, не обращая внимания на стражу, вытягивающуюся в струнку при её появлении, пока в голове мысли затмевали реальность.

Прошло уже два месяца после переселения Фобоса на Меридиан, и чем больше проходило времени, тем сильнее Вилл казалось, что тому стало абсолютно на неё всё равно. Чародей пропадал целыми днями, всё время витал в своих мыслях и на все вопросы отвечал, будто не выныривая из них, привычными шуточками. Первое время он часто их приглашал к себе, потом только по каким-то делам, а нынче Вэндом появлялась во дворце только когда сама решала отправиться в соседний мир. Не сказать, чтобы это случалось редко, но ей начинало казаться, что бабушка Хай Лин может быть права и всё происходившее ранее было лишь притворством, хитрым планом, чтобы запудрить ей мозги и добраться до трона.

Школьница старалась гнать от себя такие мысли, но это оказалось не просто. Фобоса вечно не было на месте, когда она хотела с ним пообщаться. Или он был на совещании, или решал споры подданных, или вовсе творил какие-то секретные эксперименты непонятно где. Все встречи сводились к дежурным и ничего не значащим разговорам, и это бесило – когда она встречалась с Мэтом у них и то было больше романтики! В данный момент, Вилл точно знала, что Фобос сидит в своём кабинете. В кои-то веки среди дня его можно застать на одном месте!

Вилл собиралась резко распахнуть дверь кабинета и высказать ему всё, что думает, но в последний момент остановилась. Слабые попытки совести и воспитания взяли своё – она коротко постучалась и вошла, не услышав разрешения. Дверь-то всё равно открыта!

– Фобос… – позвала она, а затем заметила его за столом.

Маг спал на горе, наверняка каких-то важных, листов и пергаментов. Стол заполняли просто горы книг, карт и справочников, безошибочно узнаваемых по земным обложкам и надписям. Такое количество домашних заданий даже у Вилл никогда не скапливалось.

Стараясь ступать потише, девушка подошла к столу и заглянула в то, над чем Фобос работал перед тем, как уснуть. Две распахнутые книги оказались на незнакомом ей языке, некоторые буквы вроде бы и напоминали латинские, но остальные сильно отличались… Вилл честно попыталась разобраться в написанном, но поняла только, что записи как-то относятся к строительству. Сам чародей лежал лицом на тетради, не закрытые волосами мага фрагменты пестрели кучей расчётов, непонятных сокращений и перечёркнутых карандашом цифр.

Попытавшись осторожно отогнуть край листа, чтобы заглянуть на следующую страницу, Вилл случайно потревожила лежащий рядом свиток и тот с шуршанием поехал вниз, увлекая за собой парочку собратьев. Неловко дёрнувшись, чтобы предотвратить падение писчих принадлежностей, школьница громко хлопнула ладонью по горе бумаг и испуганно перевела взгляд на лицо Фобоса.

– И что ты делаешь? – Эсканор ещё не успел поднять головы, но серо-стальные глаза уже пристально смотрели на неё.

– Зашла поговорить и случайно уронила твою макулатуру. То есть, почти уронила, – быстро поправилась стражница, возвращая свитки на место и немного нервно их выравнивая.

– Понятно, – Фобос выпрямился на кресле и устало поморщился, разминая шею, – что-то случилось?

– А я не могу прийти к тебе поговорить просто так? – нахмурилась девушка.

– Можешь, – бесстрастно согласился мужчина и повёл в воздухе пальцами, призывая из шкафа какой-то флакон. Откупорив пробку и понюхав содержимое, он поморщился ещё раз, но решительно приложился к горлышку, сделал глоток и, оторвавшись, зажмурился на несколько секунд. – Уф, какая гадость, – наконец вздрогнул он и, отправив флакон на место, осмотрел комнату уже более живым взглядом, – сколько сейчас времени?

– Полдень на Меридиане был два часа назад, и что это было? – Вилл указала на вместилище неизвестного напитка.

– Магический стимулятор, – отозвался чародей, начав изучать свои записи в тетради.

– А почему ты морщился? Разве бальзам Кахара не вкусный?

– Бальзам мне уже не помогает, а более сильные средства далеко не так приятны для языка, – не поворачивая головы, дал ответ Фобос.

– Постой, – Вилл решительно шагнула к своему парню и почти силой заставила его заглянуть ей в лицо, – когда ты последний раз спал?! – вопреки ожиданиям, под глазами бывшего принца не было синяков от недосыпа, но подойдя так близко, школьница отчётливо различила как заострились его черты лица и сколько морщин прибавилось вокруг глаз.

– Поверь, я ценю твою заботу, – в уголках губ Императора заиграла столь знакомая лукавая улыбка, – но тебе совершенно ни к чему эта информация.

– Да неужели?! – стражница сама не заметила, как возмущённо упёрла кулаки в бока. Причём она сама не понимала от чего так сильно завелась.

– Не сомневайся, это будет совершенно бесполезный набор звуков.

– Не заговаривай мне зубы! Мы оба знаем, что ты начинаешь юлить только когда чувствуешь себя виноватым!

– Зачем ты больно бьёшь ногами мою гордость? – с, как Вилл показалось, искренним недоумением посмотрел на неё Фобос. – Я же ничего не сделал… ну, по крайней мере, ничего такого, что заслуживало бы такой реакции.

– Ничего я не бью, я за тебя беспокоюсь!

– Лучше бы ты беспокоилась об Элион, – устало вздохнул чародей, вновь поворачиваясь к столу. – Последняя её идея с бесплатной раздачей хлеба из королевских амбаров беженцам – это прямое подстрекательство к бунту. Хуже было бы только начни она внедрять бумажные деньги, но оставь все налоговые сборы исключительно в серебре и золоте.

– Почему бесплатная еда должна привести к бунту? Она, что, вся гнилая? – не поняла Вилл.

– Потому, что люди на Мередиане ничем не отличаются от людей Земли, и очень быстро начинают воспринимать то, что им достаётся из милости, как нечто, что им давать обязаны по гроб жизни, – проворчал Фобос, опираясь щекой о левую руку. – Сейчас она приучит всю эту толпу нечистых на руку и просто внушаемых пейзан, которых её советники наперегонки сманивают с моих земель, к халяве, а потом обнаружит, что ни переселяться в новые земли, ни работать в городе те уже не хотят. А зачем? Если их и так кормят, холят и лелеют. Между тем, запасы зерна в амбарах не бесконечны, и вообще, зима близко, вот и получается, что раздарив сейчас всё за так, она в какой-то момент больше не сможет кормить эту ораву. А орава уже привыкла и начнёт требовать продолжения банкета, вот тебе и бунт, – беловолосый скосил взгляд на Вэндом. – И, кстати говоря, помяни моё слово, первое, что сделают её советники, это попытаются выставить виноватым меня и направить разъярённую толпу на штурм моего замка и моих амбаров. Результат можешь легко предсказать.

– А-а-а… – картина того, как недовольный от недосыпа Фобос, щелчком пальцев обрушивает на город огненный ливень, встала перед глазами девушки столь чётко, что захотелось помотать головой. Одна часть Вилл не верила, что он так поступит, но вот другая… другая настойчиво шептала не пытаться проверять. – Что бы ты сделал на месте Элион?

– Я бы направил их на работы по ремонту дорог и прочие полезные задачи, которых всегда хватает в государстве, но на которые всегда не хватает денег, – с какой-то ностальгической обречённостью вздохнул Эсканор. – И пусть вкалывают там за еду, пока для них готовятся места под заселение.

– Это… в твоём стиле, – вынуждено признала аловласая стражница, складывая руки на груди.

– Мне не нравятся нотки осуждения в твоём голосе, – с прищуром повернулся к ней Фобос. – Между прочим, именно так были построены семьдесят процентов дорожной сети США и две трети муниципальных зданий. Может быть слышала: Великая депрессия, Рузвельт, антикризисные меры?

– Ой, только ты меня ещё школьными предметами не грузи! – скуксилась девушка, которой и без того хватало ежедневных попыток капать на мозги то от мамы, то от Тарани.

– Я думал, за хулиганистого неуча у вас Ирма, – со странным выражением на лице, оглядел её Фобос.

– Я не хулиганистый неуч! – щёки Вилл обдало жаром. – Я просто, ну… Ты сам знаешь, что у меня куча дел! – сама перешла в атаку девушка. – В Хезерфилде полно тех, кто учится хуже меня, а ведь у них нет обязанностей Стражницы!

– А ещё есть Тарани, – на корню зарубил её аргумент этот гнусный, мерзкий…

– Тарани – исключение! – с жаром ответила Вэндом, нависая над этим улыбающимся сероглазым нахалом. – Её способности – это сверхсила больше, чем Квинтэссенция!

– Учти, на моих уроках это заявление не пройдёт, – совершенно не впечатлившись её воинственным видом, посулил Эсканор. – Но, всё-таки, о чём ты хотела поговорить?

– Я… – весь запал с девочки, как ветром сдуло, – о нас… – кое-как выдавила она, собираясь с духом. – Понимаешь… ну… Только не обижайся, хорошо? Я понимаю, что это прозвучит… – Вилл запнулась, с ужасом осознав, что понятия не имеет, как это теперь прозвучит. В том смысле, что она только что узнала, что её парень времени даже на сон найти не может, а не её избегает, развлекаясь где-то в одиночестве.

– Судя по тому, каким трогательно-беспомощным стало твоё милое личико и вот этому вот огоньку стыдливого страха в глазах, ты только хотела сказать что-то очень пошленькое, – мечтательно любуясь видом, промурлыкал Фобос.

– Неправда!

– Значит, бестактное. Бестактность чего ты поняла только что, – убеждённо констатировал мужчина.

– Очень умный, да? – втянула голову в плечи школьница, чувствуя, как пылают уши.

– За это ты меня и любишь, – чарующе улыбнулся этот сероглазый нахал.

– Вот ещё… я люблю тебя не за это, если хочешь знать, – уже поняв, что её в любом случае засмущают, сделала робкую попытку посопротивляться стражница.

– О! Так тебе всё-таки нравятся мои злодейства и сумасбродные выходки? Я тронут. Я всегда знал, что мы дойдём до этого, дорогая!

– Прекрати уже, а? – зыркнула на него из-под чёлки ссутулившаяся девушка. – Я понимаю, что ты хочешь обратить всё в шутку, но… – закончить мысль Вэндом не успела, потому как руки правителя половины Меридиана твёрдо, но при этом нежно легли ей на плечи.

– Просто расскажи мне всё, как есть. Даже если ты сейчас думаешь, что то, с чем ты пришла, не заслуживало внимания, всё равно расскажи. Хуже от этого не будет, а вот от держания в себе – очень может быть.

– Это плохая идея, – ещё сильнее покраснев, попыталась дать заднюю Вилл.

– Я же – злодей, забыла? – усмехнулся чародей. – Плохие идеи – мой профиль, – его руки в одно мгновение переместились к ней на талию и Вэндом не успела даже моргнуть, как обнаружила себя сидящей у Фобоса на коленях. – Давай, не зажимайся. После того, как ты видела меня в женских тапочках с помпоном, ты вообще не имеешь права испытывать хоть какой-то стыд в моём отношении, а будешь вредничать – вспомню о твоём прозвище.

Угроза была не настолько страшной, как, очевидно, думал Эсканор, но признаваться в этом Вилл не собиралась, к тому же… От слов парня стало так приятно и хорошо… пусть и немного стыдно, но это было именно то, чего она хотела и уже не получалось думать ни о чём другом, кроме того, что они сейчас наедине и никто их не увидит… Стражница отчаянно замотала головой, прогоняя глупые и совершенно неуместные мысли. И чтобы не дать магу озвучить ничего из того, что он подумал об этом жесте, девушка, сама плохо осознавая, что делает, начала рассказывать.

И рассказала…

Всё-всё…

Все мысли, за которые ей теперь было до чёртиков неловко, но которые не получалось заткнуть, едва начав рассказа, а потом… потом стало поздно метаться… и что-то недоговаривать.

– Ну что ж… – задумчиво обронил Фобос, когда у рыжей школьницы кончились слова, – это случилось немного раньше, чем я ожидал, но в этом есть и хорошая сторона… – и многозначительно замолчал, беспардонно провоцируя приступ любопытства.

– Какая? – честно продержавшись почти минуту, всё-таки сдалась Вилл.

– Ничего предосудительного в моём поведении не было, – руки парня крепче обхватили её за левый бок, плотнее прижимая к его груди. – Если честно, я был уверен, что подобные мысли появятся в твоей голове только после того, как вскроется, что Ирма или Тарани стала моей любовницей, я даже начал делать черновые наброски речи на этот случай, но ты оказалась той ещё эгоисткой. Обожаю тебя! – и пока Вэндом судорожно хватала ртом воздух от такого захода, этот мерзкий хам нагло зарылся носом ей в макушку.

Фобос Эсканор, тоже место и время… сразу после сильного удара током.

– Ты же знаешь, что с нашей разницей в магическим потенциале, у тебя не получится сделать мне больно? – с академическим интересом интересуюсь у искрящего красного ёжика, отчаянно пытающегося вырваться из моей хватки.

– И ничего я не пытаюсь сделать тебе больно, – сквозь зубы ушла в несознанку Рыжик, продолжая попытки отлипнуть от меня, чтобы получить место для манёвра и, с гарантией процентов в девяносто пять, заехать мне локтем по рёбрам.

– Тогда меня пугает твоё стремление превратить меня в одуванчик. Любовь к цветам – это хорошо, но не тогда, когда ты планируешь строить с ними романтические отношения.

– Что бы ты сейчас не имел в виду, тебя это не спасёт, – тихо, но натужно ответила Вилл, пытаясь всем весом тела пересилить мою правую руку.

– Но если ты продолжишь искрить в том же духе, мои волосы окончательно встанут дыбом, а что ты будешь делать с парнем, вокруг головы которого полутораметровый белый пушок во все стороны?

– Подстригу, – дёрг-дёрг. – Пусти меня! Что ещё за любовницы?! Мы даже пожениться не успели!

– Это временное явление, а становление одной из твоих подруг моей любовницей – это один из возможных вариантов развития наших отношений. Если уж даже Корнелия обнаруживает в себе стремление появляться передо мной в костюме кролика… Я бы сказал, что вероятность его воплощения в реальности где-то двадцать-двадцать пять процентов.

– Дай мне только вырваться, я тебе покажу эти двадцать-двадцать пять! – посулила аловласка, продолжая пыхтеть от натуги на моих коленях, к слову говоря, весьма активно ерзая попкой в своих попытках освободиться. – Думаешь, я не знаю, что ты забирался в комнату к Корнелии, когда истекла обещанная неделя?!

– Учитывая, что она начала всеми силами избегать меня ещё за сутки до этой даты, а всю следующую неделю злобно зыркала на цветущую и сияющую от счастья Ирму… – я выдержал паузу, припоминая сладкие моменты своего отдыха. – Я был уверен, что ты в курсе. Но ведь мы оба знаем, что то моё драматичное скрипение половицами в попытке поцелуя спящей красавицы было совсем не ради поцелуя, – мурлыкаю в ушко стражницы.

– Р-р-р!!! – чёлка Рыжика ещё сильнее заискрилась. И вот пойми, с чего бы? Ведь знает же, что я и нагнуться над кроватью-то толком не успел, а жертва неожиданной полуночной побудки уже забилась в угол на другом краю комнаты и активно швырялась в меня всем подряд, не слушая никаких аргументов про сюжетную необходимость.

– Мне безумно нравится, как ты ревнуешь, – не могу сдержать совершенно бессовестной улыбки, – но ты опять всё не так поняла. Я же злой гений – у меня есть план на любой случай в жизни, это не значит, что я все их собираюсь задействовать. У меня даже есть наброски речи на случай, если в моём тронном зале внезапно откроется портал в другую вселенную и оттуда полезут телепузики, к ним ты тоже будешь меня ревновать?

– Телепузики? – от абсурдности прозвучавшей мысли, Вилл сбавила попытки восстания. – И что за наброски на этот случай? – на меня покосились с серьёзным сомнением, но долей готовности верить в лучшее. Какая же она всё-таки добрая, вот и простить уже готова, а только что чуть ли не молнии метала.

– Ну… – протянул я, изображая некоторую сконфуженность, – начинаются они все с истошного визга ужаса на высокой ноте… Я просто отдаю себе отчёт, что не смогу сдержаться, – пожимаю плечами. – А дальше начинаются варианты на тему: "Стража! Сомкнуть щиты, выставить пики! Тащите напалм и огнемёты!"

– Как… – девочка опустила голову начав совершать размеренные качательные движения. – Как ты всё время умудряешься всё испортить? Я только что хотела… а теперь… Теперь я не могу выкинуть это из головы! Пусти руки, я хотя бы закрою лицо!

– А драться больше не будешь?

– Ещё как буду! – надулась Рыжик, отворачиваясь к столу.

– Ну, я даже не знаю… А что именно ты не можешь выкинуть из головы? Телепузиков?

– Нет! Как ты истошно взвизгиваешь сидя на троне! – мстительно буркнули в ответ и тут же кашлянули, чтобы подавить не к месту полезший наружу истеричный смешок.

– Я рад что смог отвлечь тебя от плохих мыслей и ты вновь хочешь меня пожалеть и окружить заботой.

– Не хочу я тебя жалеть! – подпрыгнула на месте Вилл, широко распахивая свои глазки в попытке донести их глубиной всю степень своего возмущения. – С чего бы это?!

– Как ты можешь не хотеть пожалеть человека получившего такую страшную моральную травму? Даже ты не можешь выкинуть её из головы, представь, как мне тяжело?

– Врёшь! Всё ты врёшь! – меня с силой боднули в плечо, потому как никуда больше, в своём пленном состоянии, не доставали. – Я не куплюсь на это опять! Ты просто уводишь тему!

– Неправда, я уже увёл её, – с ухмылкой, требую соблюдения исторической справедливости у беснующихся сил Добра.

– Нет!

– Да.

– Я не забыла, что ты собирался сделать Тарани и Ирму своими любовницами!

– Во-первых, я не собирался, я лишь предполагал вероятность этого в будущем, а во-вторых, речь шла только про одну из них! Впрочем, если ты настаиваешь…

– Не смей перекладывать на меня вину!

– Где ты видела тут вину? Это очень благородно и щедро с твоей стороны.

– Хватит! Замолчи! – ещё сильнее задёргались в моих руках, замотав огненно-рыжей макушкой, как пропеллером. – Я не желаю этого слышать!

– Как я замолчу, если ты всё время со мной разговариваешь и требуешь ответов?

– Я требую нормальных ответов, а не того, что ты делаешь!

– А что я делаю?

– Ты знаешь, что ты делаешь!

– Да, знаю, – покладисто соглашаюсь с Рыжиком, – и горжусь этим.

– Вот-вот! То, о чём я говорю! – стражница умудрилась извернутся у меня на коленях, так чтобы почти нависнуть надо мной, дыша почти нос в нос. – В этом вся проблема! Тебе должно быть стыдно! Нормальный парень в такой ситуации должен оправдываться, а не вот это вот всё!

Признаться, этот аргумент я не понял. В том смысле, где я, и где нормальность? Причём с ней же тоже самое, она уже кто угодно, но никак не нормальная школьница. И я был свято уверен, что что-то такое мы уже не раз обсуждали, но… женщины!

– Хочешь, я тебя поцелую?

– Нет! – даже не стала задумываться над ответом раскрасневшаяся девушка.

– А я поцелую! Знаешь почему?… Потому, что я – Злодей!

– Да я теб-м-м-м!!! – увы, что именно "она меня" я так и не узнал, ибо приступил к "семейному примирению".

Что ни говори, а капля ревности очень положительно влияет на сию прелестную особу, как следует будоража и бодря. И нет, это я не про её попытки отказаться от "примирения". Врать она, как не умела, так и не научилась, так что фальшь была очевидна, ещё до того, как я дал волю её рукам, выпуская из кольца своих. Просто разгорячённая, растрёпанная и наигранно мечущая глазками молнии Вилл, была чудо, как хороша. Так бы и любовался…

– Это называется "демагогия"! – разорвав спустя некоторое время поцелуй, веско фыркнула девушка, независимо воротя нос в сторону.

– А, разве, не "поцелуй"? – невинно хлопаю ресницами. Да, это была невинность, а не наглая провокация! Чтобы ты там ни говори…

Острый локоток Вэндом мгновенно выразил решительный протест моим мыслям, обозначив встречу с моим животом. Кхм… Действительно, чего это я? Я же негодяй! Какая невинность? "Наглая провокация!" – вот наш лозунг для страниц всех исторических хроник!

– Ты опять задумал какую-то пакость? – нехорошо прищурилась Вилл, заметив реакцию на её жест.

– Эй, я никогда не задумываю "пакости", мои планы отличаются тонким расчётом, изяществом и… Ладно-ладно, – "сдался" я под её скептическим взглядом, поднимая правую руку в ладонью вверх, – но, думаю, эта задумка вам понравится, – в конце концов, почему бы не запустить этот проект именно сейчас?

– "Вам"? – градус подозрений в насыщенно карих, почти красных глазах заметно подрос.

– Да, но поскольку я старый, больной и уставший Император, я не хочу объяснять всё два раза, потому давай так: ты бежишь звать Ирму и Тарани, а я пока всё подготовлю. Встретимся в саду с фонтанами часика через полтора. И не забудьте прихватить свои любимые сладости, это важно.

– Что ты задумал? – изогнула левую бровь Вилл.

– Пусть это будет сюрпризом, мой милый, маленький Хрюсик-Шмусик-Мусипусик, – касаюсь своим носом её и несколько раз вожу туда-сюда, наслаждаясь тем, как потешно она надувается.

– Ну хоть намекни, – буркнула Вэндом, исподлобья глядя мне в глаза и не спеша слезать с моих колен.

– Так не интересно. Но ваши любимые сладости очень важны! – назидательно поднимаю указательный палец. – А ещё, не слишком спеши, мне надо будет отдать пару распоряжений и выслушать сводки по миграции населения, одно это отнимет не меньше часа. Так что, вперёд, моя милая апрентис, вас ждёт очень хороший сюрприз! – нежно подхватив за талию, ссаживаю её с колен и мысленным усилием открываю пространственный разрыв на Землю.

– Почему-то у меня нехорошее предчувствие, – сощурилась стражница, складывая руки на груди.

– Не бойся, я не буду танцевать в фонтане в плавках, – успокаиваю девушку. – И без плавок тоже, – ухмыляюсь в ответ на полный подозрения взгляд.

– Ладно, – тяжело вздохнула Рыжик, – надеюсь, ты знаешь, что делаешь… – и шагнула в портал.

***

«Выдача распоряжений» и «прослушивание докладов» начались едва ли не раньше, чем успел погаснуть свет от пространственного разрыва. Увы, дел и задач меньше не становилось, а времени – не становилось больше. Те полчаса, что я потратил на Вилл, я варварски вырвал у собственного отдыха и зачатков планов по геологоразведке. Пусть я и понимал, что и отдыхать и уделять внимание юной ведьмочке нужно, да и сам я, как минимум, пока что, не Бог и быть везде и всюду не могу, как и работать двадцать четыре на семь все триста шестьдесят пять, но любая упущенная на этом этапе минута может обернуться неделями, если не месяцами, разгребаний потом. А единственного более-менее нормального администратора с помощницей я отправил в Австралию…

– Чем обстановка порадует нас сегодня, Рейтар? – обратился к своему главнокомандующему, застав его в малом трапезном зале, временно переориентированном под командный пункт, куда стекались все донесения войск и соглядатаев.

– Ещё восемь с лишним тысяч крестьян перешли границу в разных местах, мой Император, – мгновенно поднявшись со стула при моём появлении во вспышке света, отрапортовал воин. – Мятежники, как с цепи сорвались, только и делают, что носятся по деревням запугивая людей подлой клеветой о вас, пользуясь тем, что вы запретили их вздёргивать. В своих домах остаётся только каждый десятый, не считая лурденов и родичей Фроста. Солдаты уже начали роптать.

– Плохо, Рейтар, очень плохо, – покачал головой я, устало вглядываясь в неровные строчки выписки из многочисленных донесений, взятой со стола у рабочего места рыцаря. – Потрудись объяснить им, что если моя глупая сестрёнка желает помочь мне очистить земли Империи от предателей и трусов, то не стоит ей в этом мешать. Пусть лучше убираются куда подальше и становятся головной болью Элион, чем потом гадят по мелочи.

– Простите мне мою дерзость, – и не подумал тушеваться меридианец, – но если деревни опустеют, то кто будет обрабатывать поля? Северные варвары и лурдены пригодны для тяжёлой работы и охоты, но ничего не понимают в земледелии.

– На первый год у нас запасов хватит, а если что, одолжу продовольствие на Земле. После же ситуация изменится, – о, вселенская Тьма, какой же у него ужасный почерк… Увы, при всей смышлёности, преданности и прочих многочисленных талантах Рейтара, «высокие науки» в списки оных не входили и несмотря на всё старание, ошибок у него в писанине хватало.

Найти бы ему нормального писца, да только где? Как и в Средние Века на Земле, хорошее образование на Меридиане, было уделом дворян и зажиточных купцов, а с учётом всех пертубераций последних десятилетий, даже для них стали не обязательными. Проблема была ещё и в том, что если первых (из тех, кто был мне действительно верен и доказал это не словами, а делом), было очень и очень немного, а территорий, требующих их внимания, наоборот, то вторых допускать до вещей, подпадающих под определение «государственная тайна» и вовсе было нельзя категорически.

– Позволено ли мне будет узнать, как?

– Очень просто, люди начнут бежать назад. Не все, но многие. Советники Элион едва справлялись с конфликтами деревень на почве спорных полей для выпаса хугонгов, – с желчью усмехнулся я, не отрывая от чтения. И нет, это не преувеличение – я уже потрудился прочитать все те указы и дела, что успели напринимать и наобсуждать в этих стенах, пока я сидел в тюрьме. Вынесение на королевский суд кому из селян пасти местных страусов на спорной полянке между деревнями – это ещё не самый эпичный образчик работы канцелярии «благородных победителей», – а тут им десятки тысяч людей переселять и находить для них свободные пахотные земли. Это не считая всей той аристократической кодлы, которая первой рванула к моей сестре. Помяни моё слово: каждый будет требовать себе новых вотчин, взамен потерянных и в награду за преданность, а лишних пахотных земель нет. Так что, по моим расчётам, с месяца на месяц все они примутся друг друга жрать в конкуренции за самые лучшие земли.

– Говоря об этом, – воин взял со стола желтоватый отрез выделанной кожи и протянул его мне, – вожди лурденов испрашивают места для поселения. Через перевал Нальстара вчера вечером на нашу сторону перебралось ещё одно племя, числом около двухсот голов. Лурдены уходят с земель Элион даже активней, чем крестьяне с нашей, а с ними идут и другие существа. К форту Стригжа неделю назад прилетели две стаи могрифов – гонец с известием прибыл только сегодня утром, а гарнизон у брода через реку Хорс доложил, что видел переправу горного великана. Там всего десяток, они не решились к нему подходить, но тот ведёт себя мирно, я подумывал отправить Гарголя, чтобы встретил сородича.

– Отменно, – обронил я, уже читая «официальную грамоту» от совета вождей. Почерк там был ещё хуже чем у Рейтара и сам меридианский язык чудовищно искажён, но общий смысл понять было не мудрено: выражение верности и просьба не оставить защитой, конкретику же Рейтар уже озвучил. – Действуй, как планировал, к лурденам отправь Охотника – мне нужно чтобы все племена покинули горные цепи и предгорья Хартхольма, пропитание обещай выдать из казны. Могрифы очень кстати, привлекай их для курьерской службы и пусть помогут с поисками глухих горных поселений.

– Они не слишком-то надёжны… – возразил рыцарь.

– Если станут нарушать приказы, ты знаешь что делать. Мне нужна армия, а не банда. Пусть сразу привыкают, раз соизволили вылезти из своих дебрей.

– Да, мой Император, – ударил кулаком в район сердца воин. – Но ваш план по переселению…

– Не сейчас, – заканчивая читать, оборвал я его, не желая тратить время на обсуждение этого вопроса, – сосредоточься на размещении лурденов и смотри, чтобы не было конфликтов между ними и людьми, остающимися на моей земле. Те показали этим верность и заслуживают с нашей стороны покровительства, а не угнетения.

– Мятежники могут попытаться нас подставить.

– Не думаю, на данный момент окружение моей дорогой сестрёнки занято переманиванием тех, кого сманить проще и «укреплением границ» от жуткого меня, а потому какое-то время можно не опасаться рейдов, провокаций или каких-то диверсантов, а потом освободятся Охотник и Фрост. Что слышно от него, кстати?

– Пока ничего, северные варвары объявили сбор тинга, но не все успели даже добраться до места.

– Ясно… – прохожу во главу стола и сажусь в собственное кресло, расположенное напротив места Рейтара. – Подай хорошую бумагу – подкинем Элион и её советникам немного работы, чтобы точно не мешались…

Главной болевой точкой малютки королевы в данный момент были не столько пахотные земли, проблему недостатка которых на новый объём населения решить можно, пусть и не сразу, а именно наличный непосредственно на складах хлеб. В начале всего этого безобразия, королевские амбары зерна были приятно полны, хоть и не сказать, что забиты под завязку. Элион уже раздаёт бесплатный хлеб, в день выходит что-то в районе четырехсот-пятисот грамм на человека. Плюс всякие сухофрукты, солонина и прочие запасы. Очень щедро, тем более, по нынешним временам. Провиант мы делили поровну, скорее всего, что-то сразу же прилипло к ручонкам «революционеров-реставраторов» и прочих борцунов с диктатурой жуткого Князя, но даже если нет, хватит ей такими темпами на три-пять месяцев. Точнее не рассчитать, ибо «миграция» вещь непостоянная, да и степень жадности её вельмож я просчитать не могу, вернее могу, но не знаю, как правильно учесть тот факт, что красть в совсем уж запредельных количествах они друг другу будут мешать.

Вопрос, что будет делать Элион, когда поймёт, что запасы мистическим образом иссякают? Раньше, я бы сказал, что обвинит во всём меня, но тут будут «наблюдатели», поскольку Вилл и девочки точно не прекратят общаться с той же Корнелией, да и Хай Лин никуда не денется.

Конечно, можно поднять вой, что Стражницы «Предали Элион» и теперь полностью покорны «злому Тирану», но это бред и идиотизм, на которые даже Калеб не пойдёт, да что там Калеб, подобная глупость вряд ли придёт в извилину и Бланку. Да и вой-воем, но проблему он не решит. Вывод – им придётся закупать провиант. Могут, конечно, по привычке, попробовать пограбить, но у меня уже не смогут, я ведь реально их всех в крови сейчас утопить могу и они это прекрасно понимают, а на Земле они не умеют – совсем другой мир, совсем другие условия. Значит, хочешь-не хочешь, а придётся покупать. Вопрос: у кого? У меня? Нет – от этого варианта они будут отплёвываться, как только смогут. Значит, на Земле. Чем платить? Золотом, больше нечем. И вот тут уже срок стабильности, достатка и сытой жизни подскакивает на пару-тройку лет. Конечно, лордики из свиты сестрёнки явно будут не в восторге от перспективы отдавать кому-то казну, но пойдут на это, тем паче, что за три года даже они сумеют с горем пополам расчистить новые поля и заставить беженцев работать на новых землях. И вот тогда проблема возникает уже у меня. Да, у Элион тоже будет весело, но самый напряг там начнётся только через три года, а эти три года у них будет сытость и благодать. А ведь даже самый умный из крестьян думает лишь на год, ну два вперёд. И если «соседи» стабильно показывают этот самый год-два раздачи халявы, то к таким соседям легко и непринуждённо свалит вообще всё население, даже самое лояльное. А вот это уже серьёзно. Человеческий ресурс, кто бы что ни говорил, является самым ценным видом ресурса. Зерно можно вырастить магией, золото – добыть из земли или трансмутировать, то же касается и драгоценных камней, дерева, всего. Но никакая магия не сможет полностью заменить людей в рамках государства. Можно создать големов, что будут добывать ресурсы или возделывать поля, но кто будет обслуживать этих големов? Где взять магов? А «культура»? «Человеческий ресурс» идёт ведь не только на производство других ресурсов, но из них выходят менестрели, художники, нормальные управленцы в конце концов!

Так что пускать на самотёк процесс нельзя, даже если я на сто процентов уверен, что бывшие придорожные бандиты и продажные вельможи не справятся с тем, чтобы реально использовать полученную фору на постройку мощного продовольственно-независимого государства. Но и просто «мешать» и «гадить» сестрёнке я тоже не могу. Пусть я в глазах той стороны злодей, деспот и так далее, но та же Вилл такого моего хода просто не оценит. А огорчать мою будущую Леди я не хочу, не говоря уже о том, сколько усилий я уже вложил в изменение её мнения обо мне. Тем не менее, выход был. Часть золота сестры можно будет «отнять» вполне себе легально – это их авральное строительство крепости у моих границ и так неплохо его потребляло, а железо на сталь для инструментов и крепёж шло из моих шахт, так что мы… просто купим у «себя же» несколько крупных партий, да хоть для обновления арсенала, так же уполовиненного, как и всё остальное. Но руководство шахт вполне будет готово «отдать тендер» людям Элион при увеличении цены закупки. Скажем, процентов на десять-двадцать. И все счастливы – плавильни получают сырьё, строители – материал, а я – дополнительные отчисления и уменьшение бюджета геополитического соперника. Ничего личного, сестрёнка, просто бизнес. Но это для «подрезания крыльев» в долгосрочной перспективе, на ранней же дистанции… просто перекрою возможность создания больших порталов для перевоза грузов. Но, как добропорядочный правитель, извещу свою коллегу заранее, более того, даже приведу железобетонный повод необходимости таких моих действий, почти такой же железобетонный, как тот, что использовали Штаты для захвата Ирака.

– Прошу, господин, – Рейтар положил передо мной стопку ровных белых листов, пригодных для написания официальных указов или писем.

Кивнув, я взял лист, перо и начал выводить текст как раз таки письма:

«Моя дорогая царственная сестра, в связи с тем, что Сердце нашего мира наконец-то вернулось на положенное ему место, а Завеса, наведённая террористической организацией «Совет Кандракара», более не продолжает ограничивать взаимодействия магических энергий, я вынужден буду на некоторое время заняться калибровкой Потоков Сил, в связи с чем предлагаю Вам встретиться с нами в ближайшее время, что согласуют Наши представители, дабы Вы смогли скоординировать Ваши усилия с Нашими и избежать досадных инцидентов вроде пробуждения древних вулканов на Вашей территории, расширения Бездны Теней и прочих катаклизмов, что Ваши Советники посчитают актом агрессии с Нашей стороны.

Искренне Ваш, Фобос Эсканор… а тут перечислим все свои титулы. Или ещё парочку сверху добавить? Хм… нет, и так хватит.

Основной посыл я дал: из-за фокусов Кандракара вся система пошла вразнос и нужно сообща её восстанавливать, пока не бахнуло, а тебя зову, чтобы потом не было в мою сторону воплей о злодействе и коварстве. Ну а в ходе «координации» прямо при Элион будет разработана система чар и ритуалов, что максимально плавно и нежно вернёт состояние мира в лучшее расположение. Ну а маленький побочный эффект в виде пространственных искажений на пару-тройку лет, так что с того? Порталам для одиночек и небольших групп он не мешает, а о массовых закупках у Земли или ещё какого мира, готов поспорить, никто с той стороны даже пока не задумывался. Подло ли это? С точки зрения избалованной школьницы – несомненно. Со стороны политика – я и так нежен и чуток до безобразия…. Да, не забыть потыкать сестрёнку и её присных в тот факт, что займись я «настройкой Потоков Сил» без их уведомления и координации и таки превратив часть Меридиана, причитающуюся Элион во вторую Валирию, это бы не считалось нарушением договора, ибо, вот беда, понятия «побочный ущерб» там не обговаривалось. Ну а самое забавное во всём этом было то обстоятельство, что я не врал ни в едином слове. Возвращение Сердца и падение Завесы, да ещё и с появлением Правителя, владеющего ещё несколькими – это действительно Событие с большой буквы, а магическая система и вправду после него требовала калибровки. Просто вопрос этот был не срочным, вполне могущим подождать те же пару-тройку лет, а то и самостоятельно «рассосаться», но если есть такой прекрасный повод, то почему бы и нет?

Закончив набрасывать текст на материальный носитель, я убрал чарами мелкие помарки (что ни говори, а я писать пером не приучен, пусть и унаследовал мышечную память настоящего Фобоса, но от мелких помарок меня это не спасало), положил тот в конверт и запечатал магией, после чего приказал Рейтару отправлять дипломатическую почту. Пусть на этом государственные дела совсем не завершились, скорее уж и не начались толком, но отведенный на это час почти истёк и мне нужно было идти встречать мою милую апрентис с подругами. В конце концов, становление и обучение «первых лиц государства» тоже дело чрезвычайной важности. И это никак не связано с тем, что моё маленькое чёрное сердечко трепещет, предвкушая эти вытянутые лица, когда я покажу девочкам свой сюрприз, хе-хе.

Примерно в это же время, другая часть дворца…

– Зачем Фобосу предупреждать о проблеме и давать подсказку, как с ней справиться? – недоверчиво прищурилась Корнелия, сверля подругу обеспокоенным взглядом.

– Думаю, он хочет помочь, но из-за своих… – Вилл неуверенно крутанула пальцем у виска. – Ну, вы знаете.

– Причуд! – с готовностью подсказала Ирма.

– Особенностей! – не отстала от неё Хай Лин.

– Приступов: "Я – Злодей и горжусь этим?" – более развёрнуто предложила Тарани.

– … Да! – с секундной заминкой кивнула девушка с огненно-рыжими волосами. – Короче, из-за этого он не может сказать прямо.

– Или просто хочет поиздеваться, – дёрнула щекой Стражница Земли.

– Это же Фобос, там наверняка всё вместе, – усмехнулась повелительница воды.

– Элион, а ты что скажешь? – насела на молчаливую королеву юная китаянка.

– Не знаю, – грустно смотря в пол, вздохнула девочка. – Раньше я бы сказала, что таких плохих и неблагодарных людей не бывает, но сейчас уже ни в чём не уверена.

– Всё ещё думаешь, что Калебу кто-то помог сбежать? – сразу поняла настроение подруги мулатка, сопереживающе глядя из-под очков.

– Никто не сознаётся, но я вижу, что никто не пытается его искать по-настоящему, – согласилась королева. – Они все делают вид, что стараются, но это не похоже на то, как они себя вели во время поисков Рыцарей Мщения.

– Прости, что не смогли помочь, Калеб знает Меридиан намного лучше нас, – повинилась Вилл, чувствуя себя неловко за тот случай и за то, что невольно напомнила о нём и так сильно задёрганной подруге. Ещё хуже стало секунду спустя, когда в голову некстати пролезла мысль о том, что о задёрганности Фобоса она пару часов назад не думала – слишком привыкла, что он всегда бодр и уверен в себе, а теперь из-за этого чувствовала себя последней эгоисткой. Ведь должна была понимать, что такой, как он, скорее ответит остротой или насмешкой, чем покажет, что устал, но вместо этого напридумывала себе какой-то чуши…

– Я понимаю, – невесело кивнула Элион и, постаравшись взять себя в руки, подняла глаза к Вэндом, – и благодарна за то, что вы не бросаете меня и продолжаете помогать, несмотря… на эти наряды, – белокурая девочка с долей смущения указала на чёрно-серебряные костюмы трёх из пяти Стражниц.

– Да ладно тебе, нам же не запрещено, – улыбнулась Ирма, польщённо запуская руку в шевелюру.

– Ты точно в этом уверена? – капнула сомнением Корнелия, складывая руки на груди.

– Поверь, если бы Фобос был против, мы бы узнали это первыми, – с улыбкой поправила очки мулатка.

– Да уж, он умеет выражать недовольство, – вынужденно согласилась главная Стражница, припоминая некоторые педагогические приёмы своего парня во время уроков магии.

– К тому же ты теперь знаешь, к чему быть готовой! – оживлённо поддержала разговор Хай Лин. – Спорю, он точно знал, что Вилл сразу тебе расскажет!

– А ты-то чего радуешься? – возмутилась высокая блондинка. – Проблему это не решает! Или хочешь, чтобы Эля на самом деле устроила тут плантации с рабами, как советует её брат?

– Про Рузвельта и Великую депрессию он вообще-то прав, – вступилась за истину Тарани.

– Это не повод делать, как он хочет!

– А ты уверена, чего он хочет? – упёрла левую руку в бок Ирма. – Я имею в виду, это же Фобос, вдруг он всё сказал, чтобы Элион засомневалась и сделала наоборот? Или нашла какой-то ещё способ? Или ещё что-то?..

– Я не понимаю, ты его защищаешь или нет?! – в свою очередь упёрла обе руки в бока Корнелия.

– У Ирмы новое увлечение: она придумывает теории заговора с участием Фобоса, – тяжело вздохнула Тарани, которой невольно приходилось выступать главным и единственным критиком потоков сознания подруги, ведь с каждой новой идеей Лэир в первую очередь звонила именно ей – проверять состоятельность «с помощью науки!»

– Ладно, мы заболтались, – оборвала начавший уходить куда-то не туда разговор Вилл, – пора уже идти, а то опоздаем. А нам ещё лакомства искать…

Перенос на Землю, сборы и возвращение назад заняли не так уж много времени, но к моменту, когда они вошли в сад, Фобос уже был там. Сразу бросилось в глаза полное отсутствие слуг и охраны, а ведь в занятом двумя враждующими армиями дворце посты стражи стояли буквально на каждом шагу, и сторонники Элион в этом ничуть не уступали солдатам Фобоса. Но сейчас и здесь никого не было, зато самопровозглашённый император с неподдельным интересом и какой-то подозрительно мягкой улыбкой наблюдал за чем-то происходящим у фонтанов, даже не обратив внимание на приближение гостей по боковой тропинке. Наученные горьким опытом стражницы заподозрили неладное сразу, настороженно переглянувшись, а уж когда, по мере приближения, от скрытой кустами площадки с фонтанами послышался какой-то шум и женское хихиканье, степень настороженности девочек скакнула и вовсе на недосягаемую высоту.

– Эт-то… что? – кое-как выдавила из себя Вилл, натурально уронив челюсть, когда, поравнявшись с магом, увидела впереди трёх девочек, восторженно прыгающих в фонтане и окатывающих друг друга брызгами. И всё бы ничего, да только эти трое были точными копиями её самой, Тарани и Ирмы без превращения в Стражниц. – Зачем ты сделал наши астральные копии? Это же астральные копии?! – пронзила Вэндом страшная догадка, вместе с воспоминаниями об одной из попыток Нериссы добраться до Сердца Кандракара. Собственное сердце неприятно заныло при виде другой-Вилл: она никогда не забывала о том, что ещё случилось тогда на спортивном поле.

– О, вы привели с собой мою сестрёнку, – нахально проигнорировал её вопрос этот хлыщ, искоса смерив взглядом Элион. – Надеюсь, силы добра не обвинят меня в похищении? – теперь косого взгляда удостоилась Корнелия.

– А! – неожиданно воскликнул до боли знакомый голос из фонтана, на корню прерывая только начавшие формироваться в голове Вилл идеи о том, как бы заставить Фобоса отвечать. – Смотрите! Это же там мы!

– Уау!

– Оу! – вторили ей два таких же возгласа, и в следующую секунду Стражница уже наблюдала, как из фонтана поспешно выбираются три мокрые и растрёпанные девочки в до боли знакомой повседневной одежде, на всех парах бросаясь к ним.

– Позвольте представить, – с ещё более тёплой и довольной улыбкой, чем раньше, заговорил Эсканор, делая шаг навстречу бегущим и одним движением скользнув им за спины, чтобы положить руки на головы копии Вилл и Тарани, – это ваши олтермиры.

Настоящая Вэндом еле заметно вздрогнула. Воспоминания услужливо подкинули образ заплаканного лица девочки, точь-в-точь похожей на саму Вилл, медленно растворяющийся на её дрожащих руках.

– Я!.. – начала было аловласая, которая мокрая, но запнулась и, не сходя с места, развернулась к Фобосу. – А как нам тогда представляться? Вилл – это же не моё имя?.. – от такого манёвра и из-за руки парня на голове волосы девочки приняли вид вороньего гнезда, но её это совсем не волновало. Полная копия младшей Вэндом хлопала чистыми и бесхитростными глазами, с надеждой и полным доверием смотря на бывшего князя, так, как сама Вилл никогда не смотрела.

– Верно… – чуть присела от осознания и копия Тарани. – Мне тоже надо! – и тем же движением организовала воронье гнездо и у себя на голове.

– И мне! Мне тоже! Я тоже хочу собственное Имя! – совсем как маленький ребёнок засуетилась «вторая Ирма», протискиваясь между первыми двумя.

– Всё в порядке, эти имена ваши ничуть не в меньшей степени, чем у оригиналов, – заверил их всех маг, сверкнув хитрым взглядом в сторону настоящей Вилл.

– Правда? – с одинаково детской непосредственностью округлили глаза названные олтермирами и мгновенно, буквально без малейшего перехода, просияли улыбками. – Хорошо!

– А… Кто? – икнула первой вышедшая из ступора Ирма, во все глаза пялясь на своё улыбающееся и более молодое из-за превращения «отражение». Впрочем, пялилась не только она – Вилл тоже не могла оторвать взгляд от сияющей мордашки в обрамлении огненно-рыжих волос, в чьи мокрые локоны сейчас нежно зарылась рука её парня. Гнев внутри неё усиливался с каждой секундой.

– Астральные копии, получившие самосознание и свободу воли, – ответила за чародея Вилл.

– Ты права, моя дорогая апрентис, - похвалил ту Фобос, наградив удивлённо-удовлетворённым взглядом, после чего обратился к остальным девочкам: - Они обладают всеми вашими силами, воспоминаниями, чувствами и навыками. Пришлось потрудиться, чтобы освоить Квинтэссенцию Нериссы на должном уровне для их создания, но результат того стоил, – вновь тепло ухмыльнулся маг, взъерошив макушки этих… олтермир.

– Стой! Хочешь сказать, теперь у тебя не три, а шесть стражниц?! – поднялась в воздух Хай Лин.

– Я чувствую в твоём голосе нотки какой-то подозрительной паники… Неужели кто-то созрел проситься ко мне на постоянную работу? – поиграл бровями Эсканор… всё ещё не вынимая рук из волос их копий!!!

– Э-э… – китаянка запустила руку в волосы на затылке, натягивая на лицо фальшивую улыбочку. – Нет, меня бабушки и так тиранят.

– Зачем ты их создал?! – вспылила Вэндом, перед мысленным взором которой разверзлась целая бездна жутких картин того, что Фобос может делать в её отсутствие с этой наивной девочкой и другими "копиями", и как это выглядит, и где это происходит, и… и… Слов просто не хватало, а от некоторых идей хотелось отбиваться молниями, настолько они были… плохими! Да, плохими! Никаких других слов нельзя было использовать, потому что нельзя! Нет! Это всё неправда! И на этот раз она тут совершенно ни при чём!

– Ох, Вилл, – Эсканор отпустил головы олтермир и в один шаг оказался рядом, галантно привлекая её к себе за талию, – опять ты подозреваешь меня в каком-то гнусном злодействе, – его смеющиеся и мерцающие таинственным светом глаза оказались совсем-совсем рядом, а дыхание обожгло кожу. – Это так романтично…

– Не уходи от вопроса! – сдавленно потребовала главная Стражница, всеми силами пытаясь разорвать дистанцию между своим и его лицом. Не хватало ей ещё и его шуточки терпеть на глазах у всех! Особенно этой… этой… второй себя.

– Ну ладно, так и быть, – подозрительно покладисто согласился беловолосый, выпуская Вилл из захвата своих рук. – Дело в том, что скоро состоится перенос столицы. Вернее сказать, я планирую вплотную заняться возведением новой столицы, а заодно небольшим терраформированием в окрестностях, – его взгляд скользнул по лицу Элион, затаив в себе странную улыбку. – А для успешного и быстрого завершения работ мне потребуется ваша помощь. Поскольку же от этого зависит жизнь и благополучие тысяч и тысяч разумных, я не могу себе позволить простои в работе на то время, пока вы вынуждены посещать школу и уделять время семьям, именно для этого я и подготовил вам, – Фобос сделал широкий жест в сторону олтермир, – дублёров.

– Что? – не поняла Ирма. – То есть они заменят нас на Земле?!

– Это уж вы сами решайте и расписывайте график дежурств, – отмахнулся маг. – Как обмениваться воспоминаниям о прожитом дне, я вас научу. А в остальном советую воспринимать это так, словно у вас появились сёстры-близнецы, с которыми вы можете разделить все тяготы и лишения подросткового возраста.

– Ты серьёзно?! – вступила в диалог Корнелия, пока Вилл хватала ртом воздух и пыталась побороть новый приступ фантазии, только уже не о извращённых наклонностях Фобоса, а о том, как её копия будет чудить дома и в школе в компании ещё двух таких же. В прошлый раз, когда Нерисса оживила её Астральную копию, это вылилось в настоящий кошмар, а теперь этот кошмар обещал повториться в тройном объёме!

– Да-да, я гнусный тип, мы это уже проходили, – манерно покачал ладонью чародей. – Не бухти, Крольчонок, ты же знаешь, что следует за этим по законам приключенческого кино.

– Иди ты в задницу со своими законами! – негодующе возопила блондинка, прячась за Элион. – Не смей никогда больше прокрадываться в мою комнату, понял?! Прокрадывайся к Вилл!

– Идея неплоха, – с напускной задумчивостью признал Фобос. – Что думаешь? – и… и… обратился с этим вопросом к рыжеволосой копии Вилл.

– А я могу решать? – неподдельно удивилась та и тут же бросила вопросительный взгляд на Вилл настоящую. Это стало последней каплей.

– Ты ведь всё это спланировал, так ведь? – Стражницу внутренне колотило, но она старалась говорить ровно и сухо.

– Что именно? – насторожился Император.

– Всё. Стражницы, повстанцы, своё поражение и заточение, нам не могло так везти, верно? Вызволение Нериссы, падение Совета Кандракара, договор с нами… Ты… ты ведь знал, что мы придём к тебе за помощью в борьбе с ведьмой, которую ты использовал для сбора Сердец. И вот в конце всей этой истории ты провозглашаешь себя Императором, владеешь несколькими мирами и их Сердцами, в твоих руках невероятная магическая мощь, ты получил нас в своё распоряжение, а Элион получила несколько важных уроков и половину Меридиана для того, чтобы научиться управлять, ведь ты специально не даёшь ей наделать непоправимых ошибок, правда? Хочешь сказать, что всё произошедшее – просто совпадение?

– Крайне удачное совпадение, – бессовестно улыбнулся этот… этот…

– Ты создал мою к… олтермиру!

– Не только твою.

– Ты хочешь научить нас обмениваться воспоминаниями за день, думаешь, я не понимаю, к чему это идёт?! Думаешь, я забыла, о чём мы говорили утром?!

– А о чём вы говорили? – внезапно влезла вторая Вилл, полностью сбивая с настроя.

– О том, что Вилл предложила сделать Тарани и Ирму моими любовницами, – прозвучал громом среди ясного неба «невинный» по тону, но ужасающий по смыслу ответ Эсканора.

– Что? – округлила глаза под очками Тарани.

– Что? – распахнула рот Ирма.

– Чего? – пришла в ужас Корнелия на пару с Элион.

– Ты серьёзно? – затрепетала Хай Лин.

– Эй, речь шла только о Тарани или Ирме! – возмутилась Вэндом, но тут поняла, как это всё выглядело со стороны, и зажала себе рот. – Ой, то есть…

– Оу… – протянули на два голоса Кук со своей копией, изумлённо и неверяще моргая двумя парами карих глаз.

– Вот это поворот… – присоединилась к ней Лэир, получая согласный кивок уже своей копии.

– О_О' – Элион просто не могла ничего сказать, но капелька пота скатилась по её виску.

– Я не это имела в виду! – закричала Вилл, проклиная длинный язык своего парня. – И вообще, это всё его провокация и гнусная ложь! Вы же его знаете!

Все три олтермиры, переглянувшись, весело захихикали, чем вогнали Вэндом в ещё большую краску.

– Ой, ну хватит уже изображать тут невесть что, – иронично хмыкнул виновник всего случившегося. – Вы же современные девочки-подростки из общества с Интернетом – каждая из вас уже успела втихую напридумывать себе столько всего на мой счёт, что не каждый журнал для взрослых опубликует, или скажете нет?

– НЕТ! – в один голос раздалось шесть панических криков, и только олтермиры весело наслаждались представлением и с любопытством ожидали, чем всё кончится.

– Ладно-ладно, сделаю вид, что поверил, – капая вёдрами желчи и ядовитой иронии, покачал головой Фобос. – Вы кормить уже своих сестрёнок будете или как? Я не просто так просил захватить любимые лакомства. Они ещё ни разу не ели, пусть первая трапеза в их жизни будет особенной.

– Точно-точно! – согласно подтвердили олтермиры, чуть ли не подпрыгивая на месте от нетерпения, и плотным, насколько это было возможно, кругом обступили стражниц. Те непроизвольно отступили на шаг назад, видя, каким неподдельным энтузиазмом горят глаза их копий.

– А что вы нам принесли? – наперебой заголосили новоявленные сестрёнки. – Фобос говорил, что это обязательно будет что-то сладкое и нам понравится!

Вилл растерянно кинула взгляд через плечо на стоящую чуть поодаль Элион. Королева Меридиана наотрез отказалась отдавать небольшую плетёнку со сладостями (вообще-то, вначале еду хотели положить в пакет, но тот неожиданно порвался, так что пришлось выкручиваться) кому-либо другому, веско обосновав это тем, что при дворе все и так под благовидным предлогом делают за неё все дела. А временами – даже без её ведома (!), но сейчас к делу это не относится.

– Эм… Да, конечно, – Элион, чуть задрав подбородок (королева она или как?), коротко шагнула вперёд, протягивая Хранительнице Сердца корзинку.

– А где мы будем обедать? – неожиданно задала вопрос Ирма.

– Как где? – удивился в ответ Фобос, выразительным взглядом оглядывая цветущий и благоухающий сад. – Тут.

– Значит, устраиваем пикник? – крылья повелительницы воздуха оживлённо затрепетали, а сама девочка расплылась в широкой улыбке, но тут же, словно чего-то испугавшись, нахмурилась.

– Можно сказать и так, - кивнул чародей. - Но не беспокойтесь, я не буду заставлять вас сидеть на земле и есть с тряпочки, как какой-нибудь американский варвар, вон в том уголке есть отличная беседка, - и, указав направление, беловолосый первым же направился к месту…

Те же время и место. Хай Лин.

Глядя на то, как все дружно потянулись за бывшим (в это хотелось верить!) тираном, стражница воздуха замешкалась. Временами ей становилось не по себе из-за того, как легко она поддавалась очарованию этого мага. Бабушкин голос настойчиво твердил, что «это всё обман, искусное притворство, призванное посеять в ваших душах сомнения! Но ты, внучка, не должна поддаваться этим лживым речам!..» Однако реальность раз за разом разбивала решительность стражницы «увидеть правду», заставляя сомневаться буквально во всём. Даже подруги – её единственные любимые и верные подруги – изменились.

Они стали постепенно отдаляться, пусть сейчас это и выражается в мелочах: Тарани, вечно занятая «домашними заданиями» Фобоса, стала редко соглашаться куда-то выбраться посидеть, а если и приходила, то всё время о чём-то думала, почти не поддаваясь попыткам себя растормошить. Ирма тоже постоянно где-то пропадала, наверняка без присмотра тренируя какие-нибудь новые заклинания, которым её научил Фобос. Вилл вообще помешалась на своём новом парне, последние недели чуть ли не каждодневно дежуря в замке, чтобы выловить того хотя бы на разговор. Корнелия, в свою очередь, тоже практически поселилась на Меридиане, всячески стараясь помогать Элион. Таким образом, они даже перестали собираться в Серебряном Драконе, как раньше. У всех были какие-то дела, а она, получалось, таскалась за ними только, как бы, в гости.

Хай Лин понимала подруг и, безусловно, радовалась их успехам. Всё так же задорно смеялась с приколов Лэир, с интересом слушала разговоры Кук о магии, обсуждая со всеми различные выдвигаемые повелительницей огня теории и добавляя свои. Но каждый раз, возвращаясь домой, она чувствовала себя брошенной. И если раньше с этой грустью можно было подойти к бабушке, то теперь… Обе Ян Лин стали словно холоднее. Они любили её, девочка это видела, и беспокоились, но уже не как раньше. Как будто, получив силу стражницы, Хай Лин стала для них взрослой. Да, она изменилась, ведь пройдя через то, через что прошли они, невозможно остаться такой же. Однако… Стражнице не хватало того же тепла и понимания, которые были когда-то. На этом фоне шутки Фобоса о переходе на его службу становились немного…

– …ля вызывает Хай Лин! Земля вызывает Хай Лин! – неожиданно пробился до слуха девушки голос Ирмы, а её глаза наконец-то заметили, что подруга уже не первую секунду машет рукой у неё перед лицом.

– А?! Что?! – не на шутку переполошилась азиатка, в ужасе от своего столь глубокого погружения в себя.

– Фобос превратил мантию в розовые шорты и пошёл купаться в фонтане! – огорошила её новостью подруга.

– Где?!! – Хай Лин развернулась на сто восемьдесят, неистово зашарив взглядом по фонтану.

– Тц, – цыкнула языком Лэир, – так и знала, что с этого надо было начать…

– И ничего не надо, - смутилась художница, оглядываясь уже более осмысленно.

Фобос обнаружился рядом с беседкой в метрах в десяти от них. Тут же стояла и Вилл, явно пытаясь высказать парню что-то гневное, – на это намекали её искрящиеся волосы, а тот только отмахивался, блестя на солнце своим ехидным белозубым оскалом, по ошибке называемым улыбкой. В это же время Тарани с интересом учёного рассматривала свою копию, чуть ли не щупая её руками. Останавливал её, наверное, тот факт, что Фобос всё равно позже, на уроках, расскажет обо всём подробнее. Элион, Корнелия и олтермиры набились в беседку и раскладывали по тарелкам пирожные и безе, которые они с девочками успели купить.

– Я заметила, – усмехнулась Лэир. – Просыпайся быстрее – надо успеть взять печенье, пока не закончились! А то потом опять не достанется!

Хай Лин радостно улыбнулась. Нет, всё-таки девчонки про неё не забыли!

***

– Нет, ну ни на секунду без присмотра оставить нельзя! Как дети малые! – Корнелия, ожидаемо оставшаяся за главную в развернувшемся детском саду, возмущённо уставилась на Ирму-дубль-два, снова попытавшуюся незаметно стащить с тарелки красиво разложенное имбирное печенье. Поняв, что её заметили, та тут же отдёрнула руку, усердно делая вид, что вовсе тут и не при чём. Хэйл закатила глаза и тихо рыкнула, буквально впихивая в руки олтермиры хрустальную вазочку с конфетами. – Отнеси лучше это в тот конец стола, но даже не вздумай есть до того, как мы все соберёмся!

– Да, я знаю, – едва получив вазочку, олтермира в одно мгновение залезла туда рукой и забросила конфету в рот, – ешть – плофо! Профовать – хорофо! – довольно щурясь, продолжила мысль зеленоглазая нахалка, и не думая прерывать работу челюстями.

– Ирма!!!

– А? Чего?! – прибежала на крик настоящая Лэир, встревоженно крутя головой в поисках того, что вызвало гневные крики.

– Наш князь Тьмы создал три новых Лилиан! А твоя – особенно невозможная! Сама её учи! И отдай сюда конфеты! – последняя фраза предназначалась олтермире, у которой сразу же вырвали вазочку.

– Чего случилось-то? – глядя вслед гордо выпрямленной спине блондинки, тихо поинтересовалась Ирма.

– Важничает, – дожевав ириску, беспечно пожала плечами её копия, улыбаясь от уха до уха.

– Это она любит, – зеркально повторила улыбку Лэир, и две пары одинаковых зелёных глаз нашли затылок Корнелии, к которой уже подкралась копия Вилл.

– А Фобос уже подарил Лилиан корону? – со всей возможной невинностью поинтересовалась рыжеволосая олтермира, прекрасно слышавшая и видевшая всё происходившее в беседке.

– Я не хочу это обсуждать! – хлопнув по столу вазочкой, отрезала стражница земли.

– Почему? – и не подумала смущаться вторая Вилл.

– Потому что! Почему ты вообще спрашиваешь? Тебя он подговорил?!

– Нет, но я помню – он хотел такое, и мне стало интересно, – хлопнув бесхитростными глазами, призналась олтермира. – Так он подарил или нет? – широко улыбаясь, тут же продолжила она допрос.

– Да! – словно съев лимон, раздражённо выдавила из себя Хэйл. – И эта несносная пакость стала ещё несносней! О боже, – блондинка схватилась за голову, – ещё три Лилиан, за что мне всё это?..

Рядом звонко рассмеялась Элион:

– А мне твоя сестра всегда казалась довольно милой…

– Ага, эта мелкая ябеда всегда такая, когда ей что-то нужно! – буркнула в ответ стражница. – Эй! – тут она заметила, что копия Ирмы опять успела потянуть руки к «запретному». – Положи тарелку на место! Пусть стоит, где стояла! Ирма!

– Да-да, я слежу, – поддакнула вторая шатенка, делая вид, что оттесняет олтермиру, только в процесса сама стащила печенье и сунула в рот.

– А-а-а… – между тем застыла вторая Ирма, о чём-то задумавшись. – А я не поняла. Почему говорят, что тарелка на столе «стоит», а ложка – «лежит»? – и, озадаченно почесав нос, она забегала глазами по лицам стражниц.

– Это просто, – как-то даже подобравшись, сверкнула очками молчавшая до того Тарани. – «Стоять» на столе (и не только) будут те предметы, у которых есть опора, предназначенная для данного действия. Рассмотрим для примера ту же самую тарелку, – мулатка взяла со стола блюдце, решив помочь рассказу наглядным пособием. – В нашем случае у неё можно заметить углубление в центре, – палец «лектора» указал на нужное место, – которое также называют «зеркалом», или «дном». Оно создано не только для того, чтобы… – стражница на секунду замялась, подбирая более понятные для девочек выражения. – Чтобы вмещать больше еды, но и для того, чтобы дать тарелке равномерную устойчивость на столе.

– О-о-о, – понятливо протянула олтермира Ирмы, хотя и две других с интересом прислушались. – Поэтому ещё и сами тарелки круглые?

– В основном, да, – согласилась Тарани, – однако они бывают ещё и квадратными, и даже треугольными. Просто на гончарном круге, на котором раньше и изготавливалась посуда, было гораздо легче создавать круглые донышки.

– Поня-я-ятно…

***

Пока все отвлеклись на обсуждение стояния и лежания посуды, рыжеволосая олтермира краем глаза заметила движение чуть в стороне от беседки. Мгновенно взыгравшее любопытство тут же повело её вперёд, и, сама не заметив как, вторая Вилл оказалась снаружи, чтобы увидеть, как в кустах недалеко от Фобоса и настоящей Вэндом качнулись два хвостика чёрных волос и спустя секунду растворились в воздухе.

Не «настоящей», а «сестрёнки» – мысленно поправилась она, напоминая себе, что является вовсе не подделкой, а живым человеком. Или феей. В любом случае, пусть они с сестрой и разные, но память у них – одна. Потому, собственно, девочка сразу поняла, что Хай Лин решила подслушать, о чём те активно ругаются, понизив голос, уже несколько минут, и стоило ей об этом подумать, как жгучий интерес мгновенно охватил и её. Вторая Вилл знала, что подглядывать и подслушивать – это плохо, но знание это было достаточно абстрактным и не прочувствованным на собственной шкуре, а ещё она примерно догадывалась, о чём те двое могли говорить, но почему-то это совсем не успокаивало разыгравшийся интерес, а скорее даже наоборот. В общем, воровато оглядевшись и отбросив все сомнения где-то за ноль целых четыре десятых секунды, олтермира незаметным шагом начала подкрадываться к говорящим, заходя с другой стороны от Хай Лин. К счастью, в парке было много кустов, а рядом с Фобосом и Вилл ещё и росло большое дерево.

Вплотную подойдя к цветущему дереву с противоположной от говорящих стороны, девушка приникла к достаточно толстому стволу и прислушалась.

– … эта твоя в… есл… думаешь!… – звучал угрожающий, но какой-то совсем не натуральный шёпот Вэндом, вот только до неё долетали лишь обрывки фраз, вырванных из контекста. А нужно было слышать всё. Ведь прямо сейчас там, возможно, решается их с подругами судьба! Рыжеволосая завертела головой в поиске того, что бы могло помочь, и наткнулась взглядом на крепкую ветвь, тянущуюся как раз в сторону говорящих. В её голову тут же пришла «гениальная» в своей глупости мысль.

Не медля ни секунды, окрылённая своей идеей девочка тут же кинулась её исполнять. Уперев ногу в разветвление ствола, она руками ухватилась за ветку, легко подтянулась и полезла дальше, от усердия даже чуть высунув кончик языка. Нос нещадно щекотала витающая в воздухе пыльца, но Вэндом ползла, пока не расслышала внятные голоса:

– …оё упорство побуждает во мне чувство подозрения, – играя бархатистой интонацией, отвечал Фобос.

– В тебе-то пробуждает? Ты чем меня слушал?! – шипела в ответ Вилл.

– Нет, я определённо всё понял! Это лягушки!

– Что лягушки? – не поняла стражница.

– Ты ревнуешь своих лягушек! Признайся, ты боишься, что их у тебя украдут!

Олтермира на миг прекратила дышать, прокручивая в голове эту мысль и вынужденно признавая, что Фобос прав – она бы точно не отказалась взять парочку своих любимых лягушат… То есть, не совсем своих и любимых, но… просто… была парочка миленьких и… мягких…

– … – по всей видимости, похожая мысль промелькнула и в голове её «сестры», так как и она на каких-то пару секунд озадачено задумалась, прежде чем спохватиться и броситься гневно возражать: – Кто вообще будет думать о чём-то таком в подобной ситуации?!

– Ну, судя по тому, что я вижу, ты точно не оценила моих усилий по сокращению твоей домашней работы, а значит, лягушек ты ценишь больше, чем боишься уроков и уборки своей комнаты, – довольно лыбясь, раскусил её маг.

– Я не боюсь уроков и уборки! И хватит переводить тему!

– Как я могу её переводить, если ты её никак не обозначишь? Эти твои наводящие вопросы и многозначительные восклицания о том, как я мог и о чём я думал, безумно очаровательны, но не облегчают мне задачу догадаться о причинах этих милых искорок в твоих волосах.

– Да неужели? – скрипнула зубами девушка, источая интонацией явное желание кого-то поколотить.

– Ну, – Фобос качнул запястьем, – вариант с ревностью к лягушкам мы только что отвергли, от варианта с пошлыми фантазиями на мой счёт ты отказалась ещё раньше, а больше у меня идей нет, – он говорил настолько легко и непринуждённо, что создавалось полное ощущение безоговорочной искренности, но это же был Фобос, а значит, он наверняка издевался. – Ну, ты знаешь, – мужчина поймал взгляд Вилл и обворожительно улыбнулся, – мы, мужчины, иногда такие непонятливые.

– Эх, – тяжёлый вздох Вэндом совпал с горестно опущенными плечами. – Ты, когда придумываешь отмазки, хотя бы следи, чтобы они соответствовали твоему образу, а то они выглядят слишком издевательски…

– Ну прости, – Фобос шагнул вперёд и мягко обнял девушку, на пару секунд прижав ту к груди, прежде чем отстраниться. – Давай на секундочку представим, что я – среднестатистический тупенький пивозависимый диванодав, и ты мне чётко объяснишь, что тебя гнетёт. Игра в угадайку тут – плохой вариант, тебе самой будет легче, если ты чётко сформулируешь мысль и мы её обсудим.

– О боже! – Вилл спрятала лицо в ладонях. – Как ты… Зачем? А-а! Фобос – пивозависимый дивано… У-у-у! Почему ты всё время говоришь что-то такое в самый неподходящий момент?! Как я теперь сосредоточусь?!

Олтермира согласно кивнула, тихонько шмыгнув носом, и на секунду зажмурила глаза, силясь забыть ужасающую картину. Правда, всё это плохо получилось, потому как в тот же миг откуда-то сбоку озадаченно охнули, чем дико её перепугали. Девушка, чуть не вскрикнув, беспокойно заозиралась, однако никого так и не обнаружила. Потом она на секунду задумалась и несмело предположила:

– Хай Лин?

Стражница появилась не сразу, мягко опустившись рядом на ветку, и сконфуженно потупила взгляд.

– Я вовсе не хотела шпионить! Просто… ну, ты понимаешь…

Олтермира чуть нахмурила брови и тихо шикнула на неё, призывая договорить потом. Сейчас гораздо важнее услышать другое. И девочки, подвинувшись ближе, снова развесили уши.

– Я просто предложил тебе представить, что я – обычный мужчина, чтобы тебе было легче, что опять не так?

– Ой, молчи! Просто молчи! – не вынимая лица из-под защиты ладоней, замотала головой школьница.

– Так в чём проблема? Давай – выкладывай, хватит уже угорать, представляя, какой из меня получится Гомер Симпсон.

Стражницы на дереве дружно зажали себе рты руками в отчаянной попытке сдержать позорное истеричное хрюканье от смеха.

– У-уу-у-уу!!! – трагически затряслись плечи девушки. – Всё! Не смей! – дёрнув головой, она подняла лицо к Фобосу и предупредительно стукнула того кулачком по груди. – Я серьёзно!

– Как скажешь, дорогая, – не переставая улыбаться, погладил её по голове беловолосый. – Итак? – вздёрнул он бровь, как бы предлагая высказаться.

– Хр-р… – коротко рыкнула в нос стражница, после чего глубоко вдохнула и выдохнула, прикрыв для концентрации глаза. – Хочешь знать, чего я переживаю? – взяв себя в руки, вновь подняла глаза к парню школьница. – Я хочу знать… Нет, я… Просто скажи, что ты планируешь делать с ними потом? Ну, после того, как твой план по использованию наших сил на Меридиане закончится. Однажды Нерисса уже убила мою олтермиру, и… Я не хочу, чтобы ты использовал их несколько месяцев, а потом вернул в кристалл или что-то в этом роде, понимаешь? Они – живые, они чувствуют, и они этого не заслуживают.

Хай Лин непроизвольно сжала кулаки, замечая, как напряглись плечи и самой олтермиры.

– Всего-то? – удивился чародей. – Эх… – вздохнул он, видя серьёзный и буквально вмиг ставший сердитым взгляд рыжеволосой. – Вилл, я не собираюсь их убивать, – Хай Лин облегчённо вздохнула, косясь на соседку, но та была полностью поглощена происходящим внизу. – Уж что-что, а это ты могла понять самостоятельно. Тем более дублёры вам и в дальнейшей жизни пригодятся, ты же не собираешься пугать маму своим внезапным исчезновением, когда выйдешь за меня замуж и переселишься на Меридиан?

– АПЧХИ! – резко и внезапно разорвал тишину оглушительный чих.

Вилл настороженно подняла голову и обнаружила свою виновато улыбающуюся копию, которая сидела на ветке, крепко обхватив её толстый сук. Древесная смола изрядно измазала её одежду и даже виднелась на волосах, но с лица её не сползала вечная счастливая улыбка. От этого казалось, что девочке совсем всё равно, как она сейчас выглядит и в каком положении находится. Хотя, возможно, в действительности всё так и было. А ещё рядом сидела Хай Лин, и вот сконфуженности выражения её лица хватило бы и на десятерых, но это ни капельки не успокаивало…

***

Очень осмысленный, но дико беспощадный пикник аж с девятью девочками-подростками в положении единственного мужчины, который должен их всех развлекать, прошёл… просто прошёл. Олтермиры жгли напалмом, сеяли хаос, наносили повреждения, чаще всего моральные, и пусть не в полной мере, но позволили бравым Стражницам ощутить те боль и отчаяние, которые испытывал мой предшественник во время их визитов во дворец. Это была мелочная, жалкая и даже чуточку постыдная месть, но, Тьма, какой же она была приятной! И не сказать, что оживлённые и получившие свободу воли Астральные копии безобразничали из вредности или по договорённости со мной, нет, отнюдь. Просто само понятие «эмоции» для них было слишком новым, как, собственно, и всё вокруг. Да, они имели воспоминания оригиналов и сама суть их личностей была идентична личностям Вилл, Ирмы и Тарани, но одно дело – воспоминания, и совсем другое – реальные чувства, а все чувства они переживали впервые и элементарно ещё не умели их обуздать. Вот и получался в итоге очаровательный бедлам в исполнении перевозбуждённых чертенят.

Из прочих плюсов – Хай Лин явно уже почти дозрела перейти на Тёмную Сторону Силы, чему, как я подозревал, немало способствовало домашнее давление от двух бабушек. Давление на Элион тоже, судя по всему, шло немалое – девочка старалась этого не показать, но то, с каким выражением она просто сидела в сторонке и наблюдала за творящимся у стола побоищем, почти не принимая участия в беседах, но робко улыбаясь и очевидно наслаждаясь возможностью побыть не в центре внимания, говорило лучше всяких слов. Разительнейший контраст с той оживлённо-навязчивой девчонкой, какой она была едва попав на Меридиан. Та Элион, вне всякого сомнения, бросилась бы с головой в общий кипиш, весело смеясь и хулиганя, но эта просто робко улыбалась, иногда хихикая и вставляя одинокие реплики, при этом вся её поза – разворот плеч, положение спины, наклон головы, даже разгладившаяся складочка на лбу – буквально кричала о том, что с каждой минутой тихого сидения в уголке девочка как будто неосознанно позволяла себе расслабиться после долгого напряжения. Да что там? Даже Корнелия, громогласно призывая на мою голову все кары небесные за то, каких монстров я сотворил, делала это скорее блюдя сложившуюся традицию, нежели реально желая мне кармического воздаяния.

В общем, всё шло согласно плану. Даже когда в ответ на пассаж Ирмы – мол, «Вот теперь-то я заживу! Спихну на тебя всю домашку, школу и работу по дому!» – её олтермира, сверкая невинной улыбкой чертёнка, предложила мне рассказать кое-что из её, настоящей Ирмы, фантазий на мой счёт, если я спасу её от этой перспективы, это было хоть и немножко неожиданно, но в целом хорошо. Да, очень хорошо, особенно когда все старшие Стражницы осознали уровень угрозы и, дружно похватав свои копии в охапку, потащили их в кусты на разъяснительную работу, очень быстро превратившуюся в жаркий торг за распределение обязанностей и прав. Мне даже стало интересно, о чём таком могли торговаться две Вилл, но подслушать мне не дали специально оставленные караулить меня от данных действий Хай Лин, Корнелия и Элион. Причём кто-то (наверняка это была Тарани) явно телепатическим сообщением подсказал Элион поставить над беседкой купол тишины.

Так или иначе задача была выполнена. Стражницы оказались ещё чуть сильнее привязаны ко мне и Меридиану, Элион получила новую порцию пищи для сомнений, я же, несмотря на то, что тайно и без спросу создал их копии, остался хорошим парнем, который думает о них, а не о себе, чего никак бы не получилось, если бы я стал олтермир скрывать, а потом бы их существование и работа на меня внезапно открылись. Остался последний штрих, и уже завтра можно будет оставить старую столицу и приступить к возведению новой…

– Ну что же, знакомство состоялось, знакомство прошло хорошо, я – молодец! – щёлкаю пальцами, убирая всё лишнее со стола.

– Кха-кха-кха! – дружно зашлись кашлем Вилл и Ирма.

– Да-да, вы тоже потрудились, – отмахиваюсь от самых «пострадавших». – А ещё красавицы и умницы, но если я буду усердствовать на эту тему, боюсь, вы опять себе напридумываете чего-нибудь пошленького, а виноват вновь буду я, так что лучше побуду самовлюблённым мерзавцем. Да, кстати! Прошу занести в протокол: это силы добра меня вынудили!

– Он тебя сделал, – хитро ухмыляясь, шепнула Ирма лидеру команды.

– Это не худший вариант, – ещё более тихо отозвалась Вилл, зыркая на свою копию.

– О чём я, собственно? Ах да! Вашим олтермирам понадобится ещё пара недель, чтобы научиться справляться с эмоциями, так что это время они поживут у меня. На этом всё, можете идти баиньки, или что там по вечерам делают симпатичные девочки-подростки, собираясь втайне от родителей и устраивая коллективные переодевашки в облегающие наряды под розовое светопреставление? – я очень ответственно постарался сделать лицо максимально требующим кирпича.

– Они избивают наглых беловолосых тиранов! – не осталась в долгу Вэндом.

– Тоже неплохо, – кивнул я. – Ну всё, бай-бай, мне ещё ваши копии спать укладывать!

– Стой! Что?! – как они сразу оживились!

– Вы опять нафантазировали на мой счёт что-то очень пошлое… – укоризненно смотрю на девочек. – Я понимаю – переходный возраст, интернет, свободные нравы, но надо себя контролировать – если уж зудит, то хоть не высказывайте это вслух.

– Ты сам сказал, что будешь укладывать их спать!

– Верно. Это как с маленькими детьми, которые не знают слова «надо». Пока они не научатся обуздывать эмоции, за ними нужно присматривать и следить, чтобы они на самом деле засыпали, а не бесились на кроватях полночи.

– Так… – Вил зашарила взглядом по лицам подруг. – Кто сегодня может остаться на ночёвку на Меридиане?

– Тут же есть Элион, – не очень уверенно отметила Тарани.

– Эм, – Вилл глянула на королеву со странным выражением лица. Так-так-так, в чём это меня подозревают? – это плохая мысль. Я имею в виду, пускать королеву на сторону Императора во время, ну, всего вот этого…

– Я останусь! – в один голос сообщили Хай Лин и Ирма.

– Кто-то вообще услышал мою просьбу о соблюдении такта? – знаю, что нет, но неужели им вообще не стыдно?

– Конечно! – одарила меня фальшивой улыбочкой во все тридцать два зуба Ирма. – Мы исключительно из желания снять с вас лишнюю нагрузку, ваше величество!

– Звучит неубедительно, – поведал я девушке.

– Это всё из-за переутомления, точно говорю! – и не подумала отступать голубоглазая спортсменка.

– Сделаю вид, что поверил, – качнув в воздухе кистью, возвожу очи горе, играя на публику.

– Отлично! Значит, сделаем так!.. – принялась командовать Вилл под мою внутреннюю улыбку. Всё прошло по плану. И это точно займёт всё их лишнее внимание на ближайшие пару недель. Как раз успею возвести свою собственную крепость Барад-Дур в центре новой столицы. Подходящей горы у меня, правда, нет, но, думаю, съёмочная группа Властелина Колец простит меня за небольшое изменение их дизайна…

Эпилог 2. Финал.

Красноватое зарево восхода осветило город, поражающий своим размахом. Сотни простых, но добротных фахве́рков бесконечными шеренгами раскинулись на многие мили вперёд, а за ними виднелись, едва ли не превышая количеством, ещё только строящиеся каркасы зданий. Редкие мощёные камнем дороги и проспекты, будто вены и артерии, заполняющие собою человеческое тело, пронизывали возводимую столицу пепельно-серыми нитями, вырисовывая замысловатый рисунок.

И даже сейчас, когда первые лучи утреннего солнца ещё только затеплились на горизонте, улицы не пустовали, а в терпком воздухе уже стоял запах пыли и пота. То тут, то там раздавался мерный стук инструментов и грохот работающих механизмов, откуда-то слышались частые окрики погонщиков, возмущённый рёв лурденов и громкие переругивания галготов – вся эта какофония звуков сливалась в одно огромное шумное пятно, заставляющее проходящих поблизости мирных жителей Меридианского Королевства хвататься за головы в поисках спасения от невиданного ранее столь ярого энтузиазма имперских обывателей.

Ремесленники, чья работа всегда была востребована в небольшом провинциальном городе, стоявшем на перекрёстке нескольких торговых путей, казалось, посходили с ума, днями и ночами пропадая в своих мастерских, дабы на утро вернуться от ворот императорского замка с горящими от восторга глазами и, бормоча что-то несвязно-восхищённое, вновь запереться на рабочем месте.

Подмастерьям только и оставалось, что бегать за своими одухотворёнными наставниками, старательно внимая каждому слову и поминутно принося молотки, свёрла, клещи, напильники и другие рабочие инструменты.

А бывало, мастера собирались вместе, чтобы обсудить что-то невероятно важное. И в такие вечера словно незаметно затихала музыка, на несколько часов сиротели дома, а практически все мужчины, женщины, подростки и даже самые малые дети, только научившиеся ходить, собирались в тавернах и харчевнях города, дабы с удовольствием обсудить последние сплетни да перемыть косточки новоявленному Императору.

– А вы слышали? Фобос-то наш, говорят, изменился! – окончательно захмелев, старик неожиданно заговорщически подался вперёд, перебивая тихим голосом пение менестреля.

– Да брешут всё это! – послышалось с разных сторон под одобрительный свист молодёжи.

– А я говорю – правда! Своими глазами видел, как он целую резню прекратил одним своим появлением! – не унимался седой, всё больше распаляясь, отчего его редкая бородёнка забавно затряслась при свете свечей.

– Ой-ой, чего видел-то? – сквозь смех одёрнула мужчину хозяйка заведения, не сильно огрев тряпкой по рукам. – Сам слепой, как крот, только языком молоть и умеешь…

– Да что ты понимаешь! – старый обиженно засопел и вновь сделал большой глоток горячительного напитка, сгоряча громко стукнув кружкой о стол. – Всё я видел, всё! И Стражницы на его стороне!

– Ну ты совсем из ума выжил, старик! Неужто прямо-таки те самые?

– Да всем чем угодно клянусь!..

И поверх всей этой вечерней суеты, словно чёрный монолит среди бушующего моря, от которого, словно волны, бессильно откатывались людские волнения, возвышался замок Императора. Величественный и грозный, он был обнесён тройной зубчатой стеной с укреплёнными башнями по всей её длине и по углам. И стены эти были столь высоки, что терялись из вида где-то на недосягаемой высоте, а тьма, пронизывающая их камень, и вовсе не отражала переливы закатного света, будто поглощая его и впитывая в себя, словно дёготь.

Как бы стараясь сбежать от сокрушающей тяжести могучих башен, мглистых и безмолвных, острыми пиками вонзающихся в бездонное тёмное небо, вторая стена была чуть выше первой, а третья – внутренняя – возвышалась над второй: неоспоримое преимущество для успешной обороны наружных ограждений.

И в центре этого тройного кольца, прильнув к могучим ветвям, возносящим замок в моря туч, вздымалось громадное строение, словно грозный чёрный великан нависающее над миром. Виднеющиеся узенькие его бойницы, пробитые вместо окон в массивных стенах, придавали сооружению вид ещё более устрашающий.

В этой неприступной твердыне, на балконе одного из самых верхних этажей центральной башни, стоял беловолосый мужчина, созерцая раскинувшуюся вдаль панораму зелёного, не знавшего промышленных революций мира. Когда он попал сюда, он был бесправным узником, презираемым и ненавидимым всеми, чьё мнение имело хоть какой-то вес для его судьбы. Низвергнутым стереотипным злодеем из детского мультика, которого призвали к ответу и чьей судьбой было сгнить в грязной камере, лишь раз потрепыхавшись в шаблонной попытке всё переиграть, заведомо обречённой на провал по его собственной глупости.

Теперь же он стоял на вершине мира, и все, кто некогда торжествовал над его положением, теперь находились в полной его власти. Мысль об этом, чего греха таить, была приятна, но, вопреки представлениям всё ещё слишком многих злопыхателей, он ей совсем не упивался. Наследие его предшественника, его чувства, мечты и цели многое привнесли в личность беловолосого, но так и не стали тем, что определяло бы его мотивы. Тому, кто носил теперь имя Фобос Эсканор, было куда ближе и приятней видеть улыбку на лице одной огненно-рыжей ревнивицы и подтрунивать над её подругами, чем погружаться в психопатические приступы скрытого маньяка с фетишем на доминировании. И всё же мысли о крутости того поворота, который сделала его жизнь, всё равно нет-нет да посещали его голову, в одни моменты заставляя собой гордиться, а в другие – с изумлением качать головой в попытках осмыслить, как такое вообще могло случиться в реальной жизни и насколько дико и неправдоподобно звучит вся его история, если описать её одним лишь перечислением фактов. Но самым главным вопросом мужчины, что, к слову, имел не последний вес среди причин, побуждающих его избегать принятия самых радикальных решений, даже если те выглядят наиболее простыми и логичными, был вопрос о том… кто? Кто или что его забросило в это тело? Какие у него цели и какие мотивы? Наблюдает ли оно за ним до сих пор или давно выбросило из головы, как он сам не задумывается о судьбе мотылька, по сиюминутной прихоти вынутого из плена паутины в углу коридора и отпущенного на волю? Сколь много во вселенной вообще того, что находится далеко за пределами даже тех, казалось бы, колоссальных космических сил, что он обрёл в этой жизни?

Вопросы, за каждым из которых могло крыться множество последствий, вплоть до самых и самых неприятных. И мысли об этом лучше всяких морали и воспитания оберегали молодого Императора от падения в угар вседозволенности и безразличия к мнению тех, кто от него зависим.

И хотя мысли об этом не доставляли ему радости, он не спешил от них отмахиваться и выбрасывать из головы. Те сами её покинут уже спустя час, когда к нему ввалится шебутная компания неугомонных девчонок и начнётся очередной суматошно-позитивный бедлам, где кто-нибудь точно найдёт повод подразнить собственническую натуру Вилл. Но это будет потом, а сейчас… Сейчас беловолосый смотрел вдаль и думал.

Примечание автора:

Вот и подошла к концу эта история. Возможно, получилось кривовато и в чём-то далеко от идеала, но сам этот фанфик рождался в тяжёлых производственных пертурбациях. Сперва мой тёзка, ранее державший страницу на Фикбуке, сочинил заявку, причём я даже уже не помню, сам он это делал или я тоже был как-то замешан в сочинении идеи, потом за неё взялась Kensei, и как-то так случилось, что мой же тёзка пошёл к ней соавтором, совместно были написаны первые шесть глав, и вот её уже поглощает реал, настолько, что Седрик с Фикбука вынужден выкладывать уже написанную главу отдельным файлом, просто чтобы та увидела свет и не пропала вместе с автором. И как бы он дальше ни отбивался, уже вскоре читатели уболтали его писать новые главы, а он уболтал нас с Ракотом себе помогать, в процессе чего отдельного упоминания заслуживает эпос по принуждению двумя бородатыми солидными мужиками третьего бородатого и солидного мужика-Ракота к просмотру мультика для девочек тринадцати лет. Так он и не посмотрел всё, между прочим, но жестоко отомстил и уже сам через пару лет подсадил меня на RWBY. Но шло время, мой тёзка всё больше уходил в реал и всё меньше посвящал времени своим литературным проектам, спихивая их на нас, и в какой-то момент он тоже ушёл, исчезнув с концами со всех горизонтов. Так этот долгострой полностью перешёл уже третьему ответственному лицу, а оно и так зашивалось с десятком активно пишущихся книг. Однако традиция и не думала умирать, и вот уже подключается новый энтузиаст, крайне помогая мне с описанием поведения и реакции девочек, а также в написании текста, что вы видели выше. Лера Блинова, спасибо тебе! Без твоей помощи этот текст, возможно, так и не был бы закончен.

В общем, на этом истории Фобоса Эсканора, потомка французской королевской династии Меровингов, наступил конец. Конечно, хотелось бы описать строительство государства и дальнейшую жизнь с Вилл, которая точно станет его женой и тёмной леди, но… оставим это за кадром и не будем подглядывать в их первую брачную ночь. Тем более что с появлением её олтермиры там всё будет очень сложно, да и остальные девочки остаются девочками-подростками, чей ветер в головах и шило в попах способы порождать самые непредсказуемые комбинации решений и поведения.

Что касается повстанцев и Калеба… их казнят. Не всех, ведь Фобос обещал, но достаточно, чтобы в мире воцарились мир и спокойствие. Просто всё должно происходить в своё время, в том числе и прозрение юной королевы, которую никто не учил править.

На этом я благодарю всех, кто поддерживал энтузиазм авторов в этой работе. Спасибо вам и желаю, чтобы книг, которые доставляют вам удовольствие, всегда встречалось больше, чем тех, что разочаровывают.

Ну и в качестве завершающего аккорда: https://www.youtube.com/watch?v=K_uvsMRUl20

Примечания

1

Камра – тонизирующий напиток, аналог чая и кофе в цикле книг Макса Фрая «Лабиринты Ехо». Как и прочая кухня описанного автором мира, готовится с использованием магии.

2

Это не произвол автора, а логический вывод на основе фактов канона. Деталей там много, но как минимум если бы Фобос был причастен к смерти родителей, то про это гавкала бы каждая собака на Меридиане, особенно в стане повстанцев, однако во всём сериале нет даже намёка.

3

Тоже не произвол автора. В серии, где нам показывают процесс бегства няни с Элион на руках, Меридиан уже окружён Завесой, что даже прямо упоминается в диалоге. То есть Фобос уже не только взял власть, но и стал «угрожать своим Злом всей Вселенной», как нам пафосно повествуют официальную версию в сериале. А чтобы так впечатлить всех соседей, это, извините меня, надо постараться, да и времени требует.

Кроме того, няня была не только с ребёнком на руках, но и с Печатью Фобоса. На секундочку, одним из ценнейших артефактов мира, да ещё именным, какими где попало не разбрасываются.

Помимо этого, город не выглядит осаждённым, а бегущая по её следу стража – это именно бегущая по следу стража, а не вражеская армия, ворвавшаяся на улицы.

И даже если предположить, что Завесу создали ещё во время гражданской войны, а для своих завоеваний, в частности, попытки захвата Замбалы, Фобос использовал силу Печати, всё равно выходит, что происходило это до похищения его сестры и той самой Печати.

Таким образом, получается, что Элион некоторое время жила в одном замке с Фобосом, когда тот уже правил Меридианом. При этом Фобос позволил опекать её тем же людям, что делали это раньше. Да и не только её нянек он не тронул, но и часть королевской гвардии своей матери пощадил, даже оставив на прежних постах, о чём красноречиво свидетельствуют приёмные родители Элион, которые именно королевскими гвардейцами и были.

4

Children are Targets, Children are Killers (на русский перевод – группа Элизиум – «Дети-мишени/Дети-убийцы»). Вообще-то Фобос поёт на английском, а там песня гораздо более пробирает, но так как нормального перевода на русский пока нет, приходится использовать этот вариант.

Прим. беты: Кто желает послушать – вотъ: https://www.youtube.com/watch?v=1532yksN3Fs

5

Такая ассоциация у героя возникла из-за мотива последней песни.

6

Бальзам Кахара – одно из сильнейших тонизирующих средств магического мира в серии книг Лабиринты Ехо авторства Макса Фрая. Также, согласно описанию, обладает восхитительным вкусом.

7

Автор упоролся, простите ему такую слабость.

8

Фобос тоже немного мандражирует, отчего его тянет глупо хохмить. Обычная ситуация перед боем.

9

Автор понимает, что это выглядит довольно читерно, и тем не менее, в каноне есть несколько фактов, указывающих на то, что такое более чем возможно.

Прежде всего, тут показателен пример Кесседи, от которой Нерисса добилась наиболее полного формального согласия служить. Та была призраком и после долгой психологической обработки прямо согласилась служить Нериссе в обмен на возвращение к жизни. Косяк ли это сценаристов, изначальная задумка или случайность, но факт таков, что после именно Кесседи проявляла наиболее осознанные реакции во время служения, причём реакции позитивного вектора относительно хозяйки – и говорила больше всех, и вопросы задавала, и даже предлагала что-то в тактическим плане.

Второй пример – создание Шегона. Там Нерисса вообще без всяких клятв перекурочила личность Мэтта до полной неузнаваемости, выдавив настоящую в застенки подсознания. То есть это возможно.

Ну и третий момент – создание ещё двух Рыцарей Гибели, Тридарта и Эмбер. Там Нерисса и вовсе создала две цельных, самодостаточных личности, обладающих собственной волей, разумом, чувствами и желаниями, на пустом месте. Первый, напомню, был создан из куска льда, вторая – из лужицы расплавленного камня. Причём и вышеозначенный Шегон, и эти двое были полностью и абсолютно верны Нериссе, видя целью своего существования служение ей.

Таким образом, логично предположить, что правильная формулировка магического контракта откроет опытному магу не менее серьёзные возможности к манипуляции сознанием подчинённых.

10

Ценные указания.

11

Не удивляйтесь. Элион, конечно, девочка добрая, милая и наивная, но эпизод, тем не менее, почти каноничен. Она там тоже и молнией швырялась, и глазками сверкала, а Нериссу и вовсе толпой отпинали так, что старушке Ян Лин пришлось вмешиваться и спасать.

Кстати, не могу осуждать девочек за такое поведение. Силы Добра тоже имеют право отвести душу. Ну, по крайней мере, мы, адепты Тёмной Стороны, это право за ними признаём, но тсссс! Официальная позиция: Добро должно быть добрым! А идеологическое право пинать лежачих имеем только мы! Хочешь получить такое же? Переходи на Тёмную Сторону!

12

Сие не произвол автора, а канон. Кесседи была единственной из старого состава Стражниц, кто не сталкивался с Фобосом, так как погибла задолго до его воцарения на Меридиане.

Галинор состояла в Совете Кандракара и участвовала в создании Завесы. Кадма стала королевой Замбалы за то, что помогла отбить вторжение Фобоса в этот мир. Ян Лин выступала идеологом «Партии» при новом составе Стражниц и капала им на мозги о злобности Фобоса и необходимости помогать Повстанцам. Нерисса – вообще отдельный разговор. Кем она только при Фобосе не состояла: и служанка-резидент мятежников в Замке, и Провидица в Бесконечном Городе, и мутная ведьма-мстительница, собирающая его верных рыцарей, и завоевательница Вселенной, пытающаяся его убить.

А вот Кесседи даже в каноне после своего оживления в одной из серий заявила, что Фобос – парень симпатичный, и глазками так в его сторону. : -)))

13

Мюзикл «Последнее Испытание», композиция – «Детство Чародея».

http://www.megalyrics.ru/lyric/saruman/dietstvo-charodieia-posliednieie-ispytaniie-bonus.html

14

Дальнейшие тезисы я честно скоммуниздил из одного хоро-о-ошего текста, за что его автору выражается больша-а-ая благодарность и посылается крепкое пролетарское рукопожатие!

Content

Sedrik&Rakot
Князь

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 12. Часть 2.

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог 1. Или один тяжёлый день из жизни главных героев.

Эпилог 2. Финал.

Примечание автора:

Примечания