Манипулятор

Глава 1

От автора:

Все возможные совпадения в тексте случайны, однако приведенные ниже мошеннические схемы взяты из реальной уголовной практики. Категорически не рекомендую их повторять в реальной жизни.

– Давай, Санек, попробуй еще, только сделай это раздраженным тоном, словно у тебя нет времени.

– Слушаю! – хрипловатым голосом проговорил Сашка, – Откуда у вас мой номер?

– Красавчик! У тебя талант! – восхитился я в очередной раз.

Он боязливо покосился на меня.

– Антоха, я очкую капец.

– Миллион. Если все выгорит, получишь миллион рублей. Тебя никто и никогда не вычислит. Телефон будет лежать выключенным в почтовом ящике по тому адресу, что я говорил. Камер в доме нет, замок на подъезде старый, механический. Код 237. Симка московская, зарегана на бомжа. Домой с мобилой не заходи, а лучше вообще погуляй по пешеходному мосту. Как только закончится разговор – скинешь телефон в реку и ищи свищи. Я тебя не знаю, ты меня тем более.

– А если мне звонящий начнет вопросы задавать?

– Скажешь, что спишь и сбросишь звонок. Но вероятнее всего он вообще не позвонит, скорее всего это сделаю я. В таком случае просто ответишь по бумажке, как и договаривались. Остальное мои проблемы.

– Допрыгаешься ты, Антоха, менты повяжут, – с сомнением произнес Саня.

– Как-нибудь разберусь. Ты главное телефон утопить не забудь. Ну все, давай!

Я покинул съемную квартиру своего бывшего одногруппника Александра Трифонова и пешком направился к автобусной остановке, обходя мелкие лужи. Дождь закончился всего час назад, но на небе уже радостно улыбалось весеннее солнышко, что для Красноярска в конце апреля большая редкость. Погода у нас в Сибири непредсказуемая, в прошлом году снег пошел аккурат во время парада Победы, полностью накрыв город белым одеялом.

Может быть взять такси? Сегодня нужно успеть объехать полгорода, да и костюм еще забрать. Тесниться в общественном транспорте с ним – весьма сомнительное удовольствие.

Увидев приближающуюся иномарку с шашечками, помахал ей рукой.

– Куда, братка, отвезти? – водитель-кавказец опустил стекло и улыбнулся в тридцать два белоснежных зуба.

– Нужно наведаться в пару мест; заплачу по счетчику и еще сверху накину, если пробки объехать сможешь.

– Вай, уважаю деловых людей! – он любезно открыл мне переднюю дверь, но я помотал головой и уселся сзади. Возможно, это излишняя паранойя, но мне так спокойнее. Тяжелее запомнить лицо.

– Для начала едем до Торгового центра. Нужно успеть к двенадцати.

– Обижаешь, братка! Домчим как на самолете!

Я откинулся на спинку сидения и прикрыл глаза.

Зовут меня Антон Самойлов, но близкие друзья называют – Шнырем, за мое умение знакомиться с людьми и входить к ним в доверие. Нет, я не мошенник, как это может показаться с первого взгляда. Просто считаю, что у некоторых людей необоснованно много ворованных денег. Будь ты, скажем, программист, что разработал популярное приложение – молодец, всего добился своими мозгами, а значить заслужил право жить хорошо.

Но если за твоими заработками стоят родственники из Администрации города или области, если твой бизнес покоится на взятках и связях, на кидалове простых работяг и кумовстве – то я готов помочь тебе освободиться от лишней наличности. Можешь обзывать меня идиотом, Робин Гудом, или еще как, мне плевать.

На этот раз я готовил свою самую грандиозную аферу. Долгие месяцы подготовки, просчет каждого шага и изучение уголовной практики, десятки репетиций перед зеркалом, полный контроль над голосом и невербальными сигналами собственного тела, изучение будущей жертвы и ее привычек – вот лишь малый список того, что я освоил. Конечно, мои планы неидеальны, так как даже одна непродуманная маленькая деталь может помножить на ноль все усилия, но риск есть всегда, а моя задача сводить его до минимума.

– Здесь поверните и остановите возле знака стоянки.

Водитель послушно выполнил указание. Я вышел из машины и направился к невзрачному типу, одетому в куртку с надвинутым на лицо капюшоном. Он протянул мне конверт и, не говоря ни слова, двинулся прочь, теряясь в потоке прохожих. Я вернулся в такси.

– Теперь едем в ателье на Свободном, сильно можешь не гнать.

– Как скажешь, братка! – ответил водитель

Машина тронулась с места, неторопливо вливаясь в общий поток транспорта. Я открыл пакет и с довольным видом изучил его содержимое. Поддельный паспорт на имя Земцова Николая Федоровича, выданный Московскими органами внутренних дел и одинокая, но дорогая визитка с тиснением из желтого металла. Между прочим, золотое напыление настоящее.

Земцов Вениамин Альбертович, ЗАО "ГазНефтьРос" – гласила надпись на карточке, а ниже нее располагался одинокий "красивый" номер телефона. Того самого, по которому должен был ответить мой институтский товарищ.

Легкий мандраж охватил меня, в предвкушении завтрашней ночи, но я постарался переключить мысли и отвлечься на шагающих по тротуару миленьких девушек, которые уже успели выпрыгнуть из зимней одежды и сейчас щеголяли в коротеньких юбочках и капроновых колготках, подставляя симпатичные мордашки под первые лучи солнца.

– Приехали, – негромко оповестил меня водитель. – Четыреста двадцать рублей.

Я даже не заметил, как задремал. Встряхнулся и протянул ему пятисотенную купюру.

– Держите, я сейчас вернусь.

Модный клубный пиджак из дорогой ткани и идеально подходящие к нему штаны сидели на моем теле как влитые. Еще бы, я вспомнил сколько с меня сняли мерок, как настойчиво просили заехать на очередное "мы немножко ошиблись". Но наконец-то все готово. Из зеркала на меня смотрел симпатичный молодой мажор с обезоруживающей улыбкой, почти черными волосами и резко контрастирующими с ними светло-голубыми глазами. С внешностью мне повезло, спасибо маме и папе. Стильные ботинки и рубашка от итальянских модных домов, уже давно находятся дома и ждут своего часа. Как и дорогущий смартфон последней модели. Все это безумно дорого стоит, и конечно взято в кредит. Но если дело выгорит – траты окупят себя многократно.

– Теперь в Зеленую рощу, остановка Молодежный, – я устало плюхнулся на заднее сидение. – Там у нас конечная.

По дороге еще с десяток раз проиграл в голове предстоящую мне роль, а после перешел к незначительным мелочам. Достал из кармана новенькую визитку и слегка помял ее в руках, придав ей затасканный вид. Все должно выглядеть естественно.

Завтра четверг, день, когда моя жертва неизменно, вот уже в течение несколько лет, посещает элитный ночной клуб, и я должен быть безупречен. Многие люди презрительно относятся к таким местам, считая, что там тусуются лишь прожигатели жизни и золотая молодежь. Отчасти, так оно и есть. Но только не для меня. Клуб – это в первую очередь место, где очень просто знакомиться, а люди, даже самого высшего круга, расслаблены и легко идут на контакт.

Внезапно я вспомнил еще одну важную деталь и потянулся к телефону.

– Алло, Анжелка, ничего не изменилось? Все в силе?

– Конечно, зайка! Я все прекрасно помню. С тебя ресторан.

– Обещал – значит будет тебе ресторан и, надеюсь, не только. С девочками договорилась?

– Конечно, за них не беспокойся, они только "за", лишь бы заплатили. Ну все, мне готовиться надо. – она окликнула кого-то из присутствующих рядом с ней и положила трубку.

Анжелика Плетнева. Девушка, которая вывела меня на потенциальную жертву. Знакомы мы были с ней еще со школы, и уже тогда за ней бегали все мальчишки без исключения. Красивая от природы, в какой-то момент она расцвела еще больше и, при этом, славилась неприступностью. Ее отец и мать потомственные военные, в тридесятом поколении, воспитывали дочь целомудренно и строго.

Однако, уже будучи студенткой, ее неожиданно понесло "во все тяжкие". Она бросила институт и отдалась разгульной жизни, а деньги зарабатывала, устроившись стриптизершей в тот самый клуб для местной элиты, где разводила богатых папиков. При этом, ни один из них так и не мог похвастаться, что провел с красоткой ночь – красавица оставалась верна себе. Денег и дорогих подарков девушке хватало более чем, а детская мечта о принце на белом коне, единственном и неповторимом, так никуда и не делась, просто временно отодвинулась на задний план.

Конечно, инциденты по этому поводу происходили, и посетители клуба, привыкшие получать все за свои финансы, неоднократно пытались распустить руки, если бы не одно "но": владельцем любимого толстосумами заведения числился бывший авторитет из девяностых по кличке Обрубок. Этот бритоголовый мужичок был хорошо известен своим нетривиальным подходом к решению проблем, а в связях у него была вся Краевая администрация и не только. Своим бизнесом вчерашний бандюган дорожил, и девочкам гарантировал самую надежную защиту. И вот он и был тем самым камнем преткновения, из-за которого Анжелике прощалось многое.

Особо рьяно за девушкой-недотрогой ухлестывал тот самый Виктор Федорович Скобелев, которому и предстояло стать главным героем кидалова этого года. Я долго шерстил в интернете, просматривал всевозможные видео с его участием и читал статьи, пока не определил его психотип в нужной мере.

Сам же я предпочитал более молодежные места и в этом клубе замечен не был, что в итоге и сподвигло меня на аферу. Анжелка должна была организовать развлекательную часть моего плана, и ей были обещаны законные тридцать процентов. Слово я свое всегда держал, а потому она с легкостью согласилась, тем более стриптизерша давно мечтала свалить куда-то там в Европу.

И да, мы никогда не были любовниками, хотя могли бы. С такими особами я предпочитал выгодно дружить, а не спать.

Оставшиеся сутки я провел на взводе. В моей жизни не впервые появлялись шальные деньги, но я постоянно находил им совсем неразумное применение, в виду своей молодости. На этот раз, доходом от очередного представления, я планировал распорядиться иначе и надолго обеспечить себе безбедную жизнь, а может и своим будущим детям.

Пора! Ну, с богом!

– Девушка, пришлите, пожалуйста, машину представительского класса на улицу Воронова. Да, через полчаса, отлично. Мерседес? А какой? Вполне подойдет. Едем в клуб "Фрегат".

Я отключил телефон и еще раз посмотрел на свое отражение. Великолепно! Еще разок прорепетировал возможные сценарии ближайших событий и уложился аккурат к раздавшемуся звонку из службы заказа.

Фейс-контроль прошел не напрягаясь. Молодой мажор, одетый с иголочки, со слегка скучающим лицом, ищущий себе развлечение на вечер – достаточно распространенное явление в подобных местах. Я поднялся наверх, где меня встретила девушка-администратор и провела к заказанному заранее диванчику, в зону с отметкой VIP. Пришлось взять депозит на кругленькую сумму, но, надеюсь, это отобьется. Я плюхнулся на диван, закинул одну ногу на колено и сделал вид, что неспешно изучаю новую обстановку. Последнее сделать было несложно, так как я здесь по-настоящему находился впервые.

Меньше, чем через полчаса, появился мой клиент. Я краем глаза проследил за толстым нагловатым мужиком, который вальяжной походкой прошел к своему любимому дивану и озадаченно уставился на меня.

– Извините, Виктор Федорович, но правила есть правила. Молодой человек наш гость из Москвы и забронировал столик очень давно. – негромко произнесла подошедшая к нему девушка.

Толстяк недовольно хмыкнул, однако ругаться не стал и примостился на соседнем диванчике, после чего уткнулся в меню. Официантка терпеливо ожидала, возле его столика, а когда он сделал заказ, улыбнулась и удалилась к стойке. Пришедший гость, снял пиджак и хищным взглядом уставился на полуголую девушку у шеста, открывающую сегодняшний вечер.

Давай, давай. Успокойся, выпей, расслабься. А я пока понаблюдаю. Все равно еще не время.

Публика постепенно прибывала, неспешно занимая свои столики. Среди посетителей, я периодически узнавал лица, которые частенько мельтешили по местным каналам. Легонько скосил глаза вправо. Толстяк не обращал на меня абсолютно никакого внимания, словно забыл о неприятной ситуации, и оживленно разговаривал с кем-то по телефону, пользуясь тем, что основное действо еще не началось, а музыка пока играла негромко и спокойно.

Постепенно атмосфера в клубе начала подогреваться: появились первые танцоры из числа гостей, а вскоре на сцену вышел и ведущий. Он отпустил пару нейтральных шуток в адрес постоянных посетителей, поприветствовал новоприбывших, после чего восторженно объявил выход "несравненной Анжелики". Моя знакомая под громкие аплодисменты появилась на сцене в ярком наряде из ткани и перьев, изображая что-то вроде одинокой индейской девушки. Она одарила клиентов томным взглядом и начала соблазнительно двигаться под какой-то южноамериканский мотив, чем сразу же приковала к себе внимание мужской половины зала, да и женской тоже, чего уж тут скрывать. Она была поистине великолепна!

Виктор Федорович, обнаружив свою любимицу на сцене, быстро закончил разговор, убрал телефон и присоединился к остальным, периодически жадно сглатывая слюну, выделяющуюся на идеальные формы красотки. Еще бы – Анжелика нравилась всем.

Девушка закончила номер полным раздеванием, грациозно подобрала с пола свои вещи и удалилась за кулисы, а через полчаса вышла в общий зал, уже переодетая в вечернее платье. Я встал со своего места и двинулся к ней, сделав вид, что хочу пообщаться. Несколько пар ухмыляющихся глаз проводили меня, в надежде поглядеть, как местная звезда обломает очередного наивного ухажера.

Не в этот раз, ребятки.

Мы изобразили с ней сценку знакомства, она пару раз негромко посмеялась для убедительности, а затем великодушно проследовала за мой столик. Я с удовольствием наблюдал за изумленными лицами собравшихся и скосил взгляд в сторону толстяка. Тот даже не думал скрывать свои эмоции и приоткрыл рот, выглядя, мягко говоря, комично.

Спустя полчаса, девушка уже хохотала во всю, не стесняясь окружающих, и посматривала на меня влюбленными глазами. Пора переходить к следующей части. Я подмигнул Анжелике, сигналя о новом этапе. Она "стеснительно" взяла меня за руку и повела в кабинку для приватного танца.

– Ну что? – знакомая уставилась на меня, когда мы остались одни.

– Вроде ревнует, но что-то пока слабовато реагирует.

– Погоди, он еще не дошел до кондиции. Смотри, как бы драться не полез.

– Не переживай, разве кто-то сможет ударить такого обаяшку? – я наивно поморгал несколько раз.

Она засмеялась в ответ, и в шутку тыкнула меня в плечо кулачком. Мы мило проболтали около двадцати минут, после чего я перевел взгляд на монитор, где транслировалось происходящее в зале. Клиент не находил себе места и тревожно посматривал на двери нашей кабинки.

– Ну, Анжела, твой выход. Постарайся поймать его взгляд и, "невзначай", вытри губы, чтобы он заметил – я расстегнул ремень и сделал вид что заправляю рубашку.

– Антоша, мне не удобно, люди вокруг подумают…

– Так надо. Главное, чтобы он заметил. Если я подойду к нему сам – эффект от знакомства будет совершенно иной, и все может сорваться. Не забывай, твои тридцать процентов зависят только от тебя.

Девушка обреченно вздохнула и открыла кабинку. Я начал застегивать ремень и через приоткрытый проем увидел ошеломленный взгляд толстяка. Быстро прикрыл дверь, после чего принял невозмутимый вид и вышел следом. Анжелка уже исчезла где-то в недрах служебного помещения. Я прошел к своему столику, устроился поудобнее и налил себе вина.

– Присяду? – спустя пару минут справа раздался приятный баритон.

Лениво перевел взгляд на подошедшего – ну вот ты и приехал!

Я равнодушно пожал плечами и указал глазами место на противоположной стороне диванчика.

– Я вас не видел раньше здесь, – произнес Виктор Федорович.

– Да я проездом из Москвы, заскочил к знакомому по делам.

– А что за знакомый? Я знаю всех людей в городе, которые из себя что-то представляют. Если вы понимаете, о чем я. – он попытался пошутить в молодежном стиле.

– Навряд ли. Костян человек замкнутый, программист. Знаете, а хорошо у вас тут, – я вальяжно огляделся по сторонам, переводя тему, – Прямо серьезный уровень чувствуется. И девушки очень даже ничего.

Он заметно занервничал. Видимо представил, чем я занимался в той самой кабинке с его недостижимой мечтой.

– За знакомство, что ли! – я попытался снять напряжение, – Меня Николаем звать.

– Виктор! – сухо ответил он, приподнял бокал и, не чокаясь, выпил.

Повисла небольшая пауза, и я уже было решил аккуратно и непринужденно продолжить разговор, но он сам перешел к делу.

– Слушай, ну как ты ее развел?

– Кого? – я сделал удивленный вид.

– Анжелику, кого! Она же, мать ее, недотрога еще та.

– А, эту что ли… Стриптизершу? Ее Анжела зовут, да? – без особого интереса потянул я.

– Ну ты даешь! На клык бабе дал десять минут назад и даже имени не спросил! – толстяк потихоньку начал отходить от формальностей первого знакомства и проявлять свою истинную натуру.

Это хорошо, очень хорошо.

– Да как-то не задумывался. Бабки ей предложил за отсос, да и не парился, – будем говорить с тобой на твоем языке.

Я скопировал позу Виктора Федоровича и указал на начатую бутылку. Он быстрым взглядом прочитал название на ее этикетке и, одобрительно кивнув, поставил бокал на стол.

Через полчаса мы с ним хохотали и звонко стучали бокалами, через час зажгли на танцполе, а через полтора уже обнимались и пили на брудершафт.

– Слушай, ну а чем ты по жизни занимаешься? Молодой, но видно, что парень умный и грамотный, – раскрасневшийся от выпивки бизнесмен внимательно смотрел мне в глаза.

– Да официально ничем, – прямой и открытый ответный взгляд, расслабленная поза, – Пробиваю для дяди каналы, ищу партнеров. А чего ты вообще о работе заговорил? Отдыхаем ведь! Может заберем отсюда пару шкур, да в сауну рванем? У меня утром самолет, хочу расслабиться перед вылетом. Говорят, у вас "Лагуна" неплохая? Я бы глянул.

– Можно и в "Лагуну". Правда по мне – так в "Огнях" повеселее будет. Но все для гостя нашего города! Сейчас закажу, – он потянулся к телефону, но я его остановил.

– Забей, у меня есть бабки.

– Обижаешь, Коля. Ты лучше с телочками реши вопрос, у тебя это весьма неплохо получается, – Виктор Федорович кивком указал в сторону крутившейся возле шеста девицы.

– Ну, как скажешь, – я поднялся со своего места и подошел к девушке-администратору, – Пригласите Анжелику, пожалуйста.

Звезда вечера вышла из комнаты для персонала, и мы для вида немного поболтали, после чего я вернулся к своему новому знакомому.

– Ну все, погнали? – накинул на плечи пиджак и "случайно" обронил визитку. – С девчатами вопрос решен. Правда, Анжела не сможет, у нее там какой-то сильно важный номер.

Я повернулся и направился к выходу, словно не заметил потери. Толстяк нагнал меня уже в коридоре и хлопнул по плечу.

– Колян, ты картонку потерял, – он протянул мне визитку, – Интересные у тебя кореша, не познакомишь?

– Вот я лопух! Спасибо! – я убрал ее в карман пиджака, – Это не кореш, дядька мой, на него и корячусь. Сведу как-нибудь, если в Москву съездить надумаешь. Ну, чего стоим, кого ждем? Телочки уже разогретые и жаждут любви.

Мы вызвали такси, и я уступил ему место рядом с водителем, а сам забрался на заднее сидение и начал заигрывать с красотками. Шампанское лилось рекой, однако я старался не переборщить и внимательно поглядывал в зеркало заднего вида на лицо задумавшегося Виктора. Думай-думай, дядя. Я даже мешать не буду.

А дальше мы пили, парились в сауне, купались в бассейне и просто отрывались с девчонками. Мой новый знакомый старательно делал вид, что беззаботно отдыхает, но сам о чем-то размышлял и просчитывал варианты.

– Вить, я сейчас девчонок посажу на такси и вернусь, лады? – время подходило к четырем часам утрам, значит в Москве уже около полуночи. Самое время для Сашкиного выхода.

– Конечно, – он выбрался из бассейна и налил еще вина, – Иди, я тут подожду.

Я завернулся в полотенце и вышел в фойе. Быстро сплавил девчонок, после чего подбежал к еще одному своему знакомому, который работал ночным администратором в этой сауне.

– Давай, Стас, врубай.

– Секунду…

На экране монитора появилась раздевалка, в которой уже стоял и ковырялся в моем незаблокированном смартфоне Генеральный директор и единоличный владелец ООО "КрасМеталлСтрой" Скобелев Виктор Федорович.

– Ты смотри, и вправду шарит по карманам, – присвистнул Стас.

– А ты думал, что если богатый и деловой, то ему чуждо все человеческое? Гляди, переписку читает.

Здесь стоит пояснить, что в моем телефоне был организован вполне себе полноценный чат с "дядей", а точнее с тем самым московским номером. Я честно потратил на это четыре последних месяца. В нем сообщалось о том, что я нашел нам партнера на строительство дополнительной ветки газопровода через тайгу в лице одной перспективной Дальневосточной компании. К разговорам прилагались подробные планы и фотографии местности. Предварительные сметы и координаты разрешительных органов.

Виктор Федорович положил смартфон на столик, поправил его так, чтобы было незаметно, что его трогали, а затем залез во внутренний карман моего пиджака, где лежал поддельный паспорт и вложенный в него билет бизнес-класса на утренний самолет. Внимательно все прочитал. Потом уже со своего телефона полез в интернет, пытаясь проверить меня. Все доступные данные, что можно было найти в открытом доступе совпадали с оригиналом. Кроме фото – его просто не было. Я специально подобрал наименее известного родственника.

Ну давай, попробуй через ментовку еще. Друзья из органов в четыре часа утра тебя в жопу пошлют, да и информационный центр ГУВД по ночам не работает. В этом я был твердо уверен, так как среди оперов тоже имел достаточно знакомых и неоднократно к ним обращался. Запрашивать же официально, через дежурку он точно не станет – те по телефону такую информацию не дадут.

Пора. Сейчас ему может еще что взбрести в голову, а мне рисковать не хочется.

Я быстрым шагом вернулся, громко хлопнув входной дверью, чтобы дать ему время привести все в порядок, и зашел в раздевалку.

– Я думал, ты в одних трусах уехал, – рассмеялся Виктор и убрал свой телефон в пиджак, висящий на вешалке.

– Да телки прицепились: "А где ты живешь, а как тебя найти?" – я попытался изобразить писклявый девчоночий голос. – Наливай, да мне скоро собираться надо. Самолет через пару часов. Хочу еще раз искупнуться.

– Коль, – он взял бутылку и начал наполнять бокалы, – Давай начистоту.

– Это ты сейчас про что? – изумился я.

– Да про твои дела. Я человек серьезный и уважаемый. Конечно, мне стало интересно, кто ты и чем занимаешься. Пробил я тут тебя по своим каналам.

Ага, как же, видел я по каким ты каналам меня пробивал. Гугл и Яндекс зовутся.

– Ты ничего не попутал, дядя? – я сделал возмущенное лицо.

– Да ты не кипятись. Сколько тебе дальневосточники предложили? А главное кто?

– Ну ты и даешь, Витя…, – мрачно произнес я, – Я что, похож на идиота со случайным знакомым дела обсуждать? Погуляли, выпили и будет. Я тебя совсем не знаю, и ты меня тоже. Вот что меня бесит в провинциях, так это то, что вы отдыхать не умеете. Обязательно все испортите!

Я с обиженным видом взял телефон со столика и начал набирать такси.

–Аэропорт Емельяново. Машину в "Лагуну" пришлите, только нормальную…

– Да погоди ты! – он с силой отодвинул мою руку от уха. – Ну сколько, а?

– Двести пятьдесят лямов. Устраивает такой ответ? А вот кто – уж извиняй, я не бабка базарная. Тебе-то вообще какое до всего этого дело? – я резким движением сбросил его руку.

– Больше дам… У меня строительная фирма, крупная "КрасМеталлСтрой". Слышал?

Я изобразил удивление.

– Серьезно? Твоя что ли?

– Да, моя. Двести восемьдесят, устроит?

– То есть ты считаешь, что я сейчас должен позвонить владельцу одной из крупнейших строительных компаний восточного региона и сказать, что обламываю их с будущим тендером? Они вот-вот крипту мне скинут, все уже обговорено. Тридцать лимонов не та сумма, из-за которой я себя балаболом готов выставить.

– Триста, – с нажимом произнес бизнесмен.

– Триста пятьдесят минимум. – я вытерся полотенцем и стал натягивать штаны.

– Триста двадцать, – процедил сквозь зубы Виктор Федорович. – Прямо сейчас! Сбрось за скорость. Я провожу тебя в аэропорт и по дороге подтвержу все транзакции. До вылета успеем.

Мы сели в такси и направились в сторону аэропорта.

– Так, мне нужна гарантия. – бизнесмен, несмотря на легкое опьянение, был вполне адекватен и расчетлив.

– Какая именно? Поднять дядю посреди ночи, и сказать, что ты мне откат подогнал? Гонишь?

– Почти так. Ты позвонишь ему прямо сейчас, и он подтвердит, что согласен иметь с нами дела. Доки у меня в порядке, репутация тоже имеется нехилая.

– Ну как знаешь. – я достал телефон, набрал номер и включил громкую связь.

– Ты время видел? – раздался раздраженный Сашкин голос.

Блин, какой же талант прозябает!

– Дядь Веня, это срочно, – ответил я.

– Коля, потом. Мне тут премьер мозги полощет на ночь глядя.

– Я быстро. Владик отменяется, есть вариант поинтереснее.

– Какой?

– Красноярск. Готовы оформляться. Отличная компания, документы в порядке, репутация чистая, опыта за глаза. – протараторил я скороговоркой.

– Скинь координаты. Я потом гляну…, – он немного помолчал, – А впрочем хрен с ним, скажи, пусть готовятся встречать юриста. Все, я занят! – звонок отбили с той стороны.

– Другое дело! – воодушевленный бизнесмен достал смартфон и начал переводить деньги.

Меня чуть не затрясло от волнения. Неужели, мать его, выгорело?!

Ближе к аэропорту пошли первые тренькания телефона и вскоре вся сумма в криптовалюте была на моем счету. Мне еле удавалось скрывать мандраж и жутко хотелось закурить, чего я обычно не делаю. Виктор просидел со мной до самой регистрации, а затем тепло попрощался, клянясь в вечной дружбе и сотрудничестве, и покинул зал.

Я на трясущихся ногах дошел до камеры хранения, забрал оттуда сумку, в которой уже лежали мои настоящие документы и загранпаспорт с визой. Затем прошел в зал для пассажиров и с грохотом опустился на самое ближнее свободное сидение.

Триста двадцать, мать его, миллионов! И все что мне за это светит – максимум пара лет условно за подделку документов. Мошенку не докажут, деньги не найдут. Да и за липовый паспорт заехать в нашей стране невозможно. Там только на одну почерковедческую экспертизу очередь на три года вперед расписана. Все сроки давности выйдут. И вообще, для начала меня еще надо найти и поймать.

Прошло около двух месяцев. Я провел это время в Ницце, отдыхая от дел и забот. Ласковое солнышко и теплые воды Средиземного моря; красивые девочки и немного казино, без фанатизма. Новые, абсолютно легальные документы и жизнь с чистого листа.

Как я и обещал, перечислил проценты подельникам и, для безопасности, оборвал все контакты. Мало ли что может произойти. Время отпуска неумолимо подходило к концу и пора было начинать обдумывать, как распорядиться привалившим богатством.

Утро начиналось великолепно! Я умылся, привел себя в порядок и отправился на кухню. Немного холодного апельсинового сока пополам с мартини прекрасно приводят в чувство.

Раздался стук в дверь.

Хм, для обслуги еще рановато, но, впрочем, пускай уберут.

– Открыто! – бросил я через плечо и склонился над формочкой со льдом. Проклятые кубики никак не хотели вытряхиваться из пластмассового плена.

– Ну, здравствуй, племянник Коля. Или правильнее Антоша Самойлов? – раздался голос сзади. – Обрубок передает тебе привет.

Я замер в испуге. Медленно повернул голову и тут же получил по виску чем-то очень тяжелым, кажется, это был пистолет…

Глава 2

– Ты че, дебил? Ты же его завалил! – до моего умирающего мозга донесся глухой голос.

– Да я легонько, как обычно. Так, вырубил слегка, он же орать бы начал, на помощь звать…

– Дятел тупорылый! Гляди кровищи сколько!

Я почувствовал, что меня пытаются растормошить. И очень, очень хотел откликнуться, чтобы решить вопрос любым доступным способом. Вот только тело стало как будто чужим и "внутреннего" меня словно потянуло вверх. Я увидел самого себя, лежащего на полу, а надо мной склонились два каких-то здоровых мужика с типичными славянскими физиономиями.

– Во ты даун! Как мы теперь ключ от кошелька узнаем?

– Да не ссы, ща очухается. – голоса становились все тише, и тише, а меня тянуло вверх все быстрее, и быстрее.

Очертания гостиницы постепенно пропали, и вот я уже несусь в полной темноте к какому-то источнику белого света вдалеке. Значит так умирают люди?

Рядом со мной, откуда-то появились бесплотные белесые сгустки. Они летели с такой же скоростью, что и я, постоянно прибывая со всех сторон. Десять, сто, тысяча. Мы все хотели быстрее достичь конечной цели.

Интересно, как эти двое меня нашли? Кто-то из моих сдал Скобелеву, а он обратился к Обрубку? Успела ли Анжелка сбежать в Европу? Хотя по сути, Скобелеву ей нечего предъявить. Но кто-то ведь настучал. Стас или Саня? Их сложно пришить к делу, по деньгам никого не обидел. Правда ресторан со стриптизершей так и не состоялся, но это не повод.

– Такси, придурок, они вычислили твой адрес через службу такси, – в моих ушах раздался громоподобный голос, после чего меня резко выдернуло из общего потока и понесло в другую сторону, куда-то в темноту.

– Ты, на хрен, кто? – я хотел это произнести, но за неимением рта пришлось подумать. Кстати, а как я вижу и мыслю? Мозги же остались где-то внизу…

– Конь в пальто! – прогрохотал ответ, легко прочитав мои мысли.

Перед моими… глазами? появилось натуральное изображение коня в кожаном пальто в виде гравюры. Больно знакомая картинка… Точно! Я ее однажды видел в интернете, когда писал реферат по скандинавской мифологии. Только там был не конь, а кобылица, и на ней не было плаща. Кажется, в нее превращался бог Локи, когда зачал Слейпнира.

– А ты не такой уж и тупой, как кажешься, – произнесла кобыла с картины и улыбнулась.

Да что за бред происходит?

– Ну кому бред, а кому реальность, – вновь прочитала мои мысли лошадка. – Еще вопросы?

Хм, ну раз ты такой умный… или все же умная?

– Я гендерно идентифицирую себя как мужчину, – радостно оскалилось животное, – Пусть будет умный. Да, я такой! Ты хотел о чем-то спросить?

Признаться, мои мысли куда-то разлетелись от неожиданности, а потому, не придумав достойного вопроса, я ничего лучше не придумал, как оправдаться:

– Такси не парковалось под камерой у клуба, так как я прекрасно знал о работающей видеосъемке на входе.

– Ты жил в городе-миллионике, у вас там камеры на каждом столбе. Кто-то очень способный и имеющий вес запросил записи. А дальше время сверили, номер тачки пробили, адрес вычислили, договор аренды с хозяйкой квартиры подняли… Продолжать цепочку?

– Не надо. Такой исход был вполне вероятен, но я думал…

– Раньше думать надо было, – вновь опередила мои мысли кобыла, – Решил, если девяностые ушли, то можно не париться? Рассчитывал, что тебя кинутый дядя к следователю поведет, да с буквы закона будет разговаривать?

Возразить было нечего. Теперь уже поздно оправдываться – по факту я мертв. Но как-то все это неожиданно, разговор с богом…

– Выходит, ты Локи, скандинавское божество, да? Я правильно понял?

Лошадь утвердительно кивнула.

– Ты не мог бы превратится в человека? С кобылой говорить как-то… непривычно, что ли.

Лошадка задумалась, а затем растеклась кляксой, которая собралась в небритого мужичка в ушанке и телогрейке с порядковым номером заключенного, подозрительно похожего на Обрубка.

– Норм?

– Вполне. С Анжелкой и ребятами все в порядке?

– О, с ними все в ажуре. Анжелка в Италии, пацанов не вычислили. Твой банный кореш Витя решил не чмориться перед Обрубком и дал ему левые расклады. Лепила гнилой, короче. Так что, глубоко копать не стали, а тебя просто заказали.

– Ты бог или гопник? Что за "чмориться", какой еще "лепила"? Я, если что, не сидевший. Максимум обезьянник на двое суток. Потом отпустили за отсутствием состава преступления.

Локи меня словно не слышал и заливался соловьем:

– Обрубок пацан правильный, по понятиям живет. Беспонтовому лоху бы не стал помогать. Вот Витя и нагнал пурги, типа ты бабло у него дернул и за кордон свалил. Постанова была тебя развести на пароль от битков, а потом грохнуть, особо не вникая.

– Ладно, каюсь – не учел пару мелочей, – признал я свою ошибку, – И что дальше? Куда я вообще лечу? И, это, давай все-таки без фени.

Заключенный мгновенно преобразился в моего институтского преподавателя по философии и занудным голосом начал читать лекцию:

– Существует множество гипотез о бессмертии души. В частности, еще в древнем Китае…

– Локи, мать твою! Я...

– Лаувейю, не трогай! Мама ни причем! – с наигранной обидой перебил он меня, и опять превратился. На этот раз в ревущего мальчишку лет пяти, в коротких шортах и с игрушечным грузовиком в руках.

Я замолчал, так как понял, что он готов играть в эту игру бесконечно и ничего просто так не объяснит, пока полностью не вынесет мне мозг. Ладно. Сейчас проверим, работает ли людская психология на богов. Как говаривал один старый грузин: "Лучше час полежать спокойно, чем всю ночь уламывать".

– О, я знаю этот анекдот! – мальчишка радостно заулыбался.

Он же все слышит! Блин!

– Блины я люблю, но только со сгущенкой! Бабушка мне их мне по утрам делает!

Я полностью перестал думать о чем-либо.

Не знаю, сколько прошло времени, так как в этом бесконечном полете сложно было понять, есть ли оно здесь вообще. Но, кажется, Локи сдался.

– Мужик, слышь, мужик! Тебе, наверное, интересно, что будет дальше?

Молчание.

– Ты как, с играми дружишь? Ну там ПаБГ, Дота, Лол, Контер Страйк какой-нибудь…

Продолжаю молчать, но что-то он странное несет.

– Короче, ты должен был переродиться, но я решил, что ты мне идеально подходишь и поэтому изменил твой маршрут. Ты будешь отправлен в случайное тело в магический мир, как и множество других кандидатов. Твои память и прошлое останутся с тобой.

– То есть я буду типа попаданца? – я наконец не выдержал и задал встречный вопрос.

– Ага, попаданца. Живи, развивайся, делай что хочешь. Там точно видеокамер не будет – отсталые они в этом плане. Можешь смело пощипать карманы на рынке или какой замужней барышне вдуть.

– Стоп! Ты говорил про остальных участников и про компьютерные игры. Это вообще, к чему было?

– Ну это же ясно, как божий день! Твоей главной задачей будет победить ставленников других богов. Выиграешь – получишь шоколадку.

– Э-э-э… мне придется людей убить?

– Нет, нагнуть и отлюбить! – возмутился Локи, – Конечно убить, не играл никогда по сети что ли? Вот только просто так уничтожить их не получиться, у вас будет возможность воскресать.

– А как тогда выигрывать? – удивился я.

– Правила просты. Играем в режим "захват флага". Твоя задача добраться до алтарей других богов, а дальше уже мой выход – алтари физически невозможно разрушить иначе, как божественной силой. Соответственно, если и мой алтарь кто-то уничтожит, ты мы оба выбываем из игры.

– А что у меня будет за тело? – я заинтересовался перспективами, – Ты сказал про магический мир. Это значит, что я смогу создавать и метать огненные шары?

– Хз. Зависит от того, кого в этот момент там убьют и в чье тело тебя занесет. Можешь в старенького короля попасть, а можешь в могучего волшебника или лучника-гвардейца. Как повезет.

– Не понял? Это получается даже у богов с балансом проблемы? – возмутился я, – Кто-то будет царским сынком тратить деньги на немыслимое усиление, а кто-то возродиться бомжом в сточной канаве и…

– Ты абсолютно прав! Баланса нет, разработчики – козлы! Рандом рулит, – перебил мое нытье бог, – Я скажу больше – все знания из прошлой жизни останутся с вами. А это значит, что если ты был крутым магом или искусным фехтовальщиком, то им останешься и в новом мире. Не думал же ты, что все участники с Земли? Так что все еще хуже, чем ты предполагал.

– Отказаться можно?

– А зачем? – удивился бог, – Память и навыки при тебе. Проиграешь – спокойно переродишься ребенком, как любой смертный, и начнешь жизнь заново. Естественно, воспоминания о прошлых жизнях и турнире сотрутся. Выиграешь – боги для тебя исполнят любое желание. Вообще любое, без ограничений.

– Та-ак. Ну хоть какие-то радости будут? В Доте той же, персонажи заметно отличаются скиллами.

– Одиновы яйца! – выругался Локи, – А я разве не сказал? У тебя будет два скилла. Первый от твоего бога-куратора, и второй рандомный, оба станут доступны как только начнется игра.

– Тогда ты уже можешь сказать какой из роялей мне свалится на голову?

– Двуличие, – не стал он томить мою душу, – Я ведь как-никак бог обмана. Ты сможешь иметь две внешности, в отличии от остальных участников. Но выбрать альтер-эго можно только один раз. Менять лица, как перчатки ты не сможешь.

– Э-э… Если скил дается от бога, то выходит, что избранник какого-нибудь Зевса сможет молниями швыряться?

– В яблочко!

– Мда… "Повезло" мне! – расстроился я.

– Конечно повезло! – довольно заметил Локи.

– Это был сарказм, если что. Как можно сравнить умение метать молнии с… Постой-ка, – я внезапно замолк, прикинув какие это может открыть перспективы. Эх, будь у меня такая способность на Земле…

– А ты шаришь, Самойлов! – прочитал бог мои мысли и усмехнулся.

Ну что же. Чувствую, ждет меня еще то веселье. Ладно, где наша не пропадала! Хоть сколько-то, да проживу еще. Что бы у него еще спросить такого?

– Спроси, почему ты так легко умер от не самого сильного удара по голове, – предложил Локи.

– Почему?

– Опухоль, в твое голове была здоровенная опухоль. Так что те два утырка случайно помогли тебе безболезненно покинуть тот мир. Ты бы все равно загнулся овощем в ближайшие пару месяцев в больничке, – он грустно посмотрел на меня. Вроде не врет. – Ну что? Инструктаж ты получил. Готов?

– Пожалуй, да. Если появятся новые вопросы, я смогу у тебя спросить?

– Смотря что. Вся прелесть положения игроков в том, что мир вы познаете сами. А остальное спрашивай – отвечу. Но если захочешь в магическом мире нейтронную бомбу собрать – обломись, таких сведений я не дам.

– Понял. Тогда я готов.

Меня снова швырнуло в сторону, но на этот раз я летел не в пустом пространстве, а вполне себе по настоящему космосу. Мимо проносились галактики и скопления звезд, а меня все разгоняло и разгоняло. Я потерял счет времени, когда почувствовал постепенное торможение. Ко мне быстро приближалась планета, расцветкой похожая на нашу Землю, но вот очертания материков сильно отличались.

Так, одно солнце. На вид как родное, уже радует. Луны уже вижу две, возможно с той стороны планеты есть еще. Меня тянет куда-то в зеленую зону, это неплохо. Попасть в пустыню к каким-нибудь местным зулусам не очень хочется. Город! Отлично! Не мегаполис с небоскребами, но вполне симпатично.

– Э-э-э, – передо мной пролетела еще одна душа, причем значительно быстрее и скрылась в недрах роскошного особняка, а меня развернуло и понесло прочь.

Вот же гад – мое место занял! И, кажется, весьма рыбное! А чего это у него скорость выше моей?

– А, это избранник Борея, – невозмутимо пояснил Локи.

Я напряг память, кажись он был древнегреческим богом какого-то там ветра.

– То есть, у него в том мире тоже будет сверхскорость?

– Скорее всего. Ты не отвлекайся и готовься!

Меня резко откинуло вправо, внизу замелькали ковры лесов, горы и реки. Вот уже закончился континент, и началось море, а меня все несло. Остров, блин! Не хочу на остров!

Полет замедлился, и я плавно начал приземляться на окраине какого-то села. Луг, маленькое тихое озерцо, лесок, большой холм и снова луг. Подо мной проплыло стадо самых обычных свиней, а в сторонке от них стояла группа парней и девчонок лет пятнадцати-шестнадцати.

– Ух! Вот это сиськи! – пронеслось в голове, когда меня протащило прямо сквозь тело фигуристой девушки.

– Ага, зачетные, – раздался голос Локи, – Но не раскатывай губу. Кажется, мы встряли, причем неплохо так.

Моя душа опустилась на землю, и я почувствовал, как медленно сливаюсь с незнакомым телом.

– Федор, ты же убил его! – донесся до меня гнусавый юношеский голос.

"Все нормально", – хотел сказать я, однако из моего рта донеслось странное "мууу".

– Убил? – послышался второй голос, наглый и задиристый, – Жив, ублюдок, мычит и шевелится. Ничего этому дебилу не будет. Валим отсюда.

Послышался шелест удаляющихся шагов, и я наконец-то открыл глаза. Группа молодых ребят уходила в сторону села, опасливо на меня оглядываясь, и вскоре исчезла совсем.

– Мууу, – опять донеслось из моего рта. Да почему я говорить не могу? И башка раскалывается. Провел рукой по волосам и посмотрел на ладонь.

Хрена себе! Эта лапа моя? На огромной грязной пятерне виднелись следы крови. Верните мне мои красивые руки!

– Я ж сказал не повезло нам, это ты себя еще в зеркало не видел. – Локи нисколько не дурачился, отчего мне стало страшно. Если даже этот серьезен, значит все действительно хреново.

– Все так плохо? – я мысленно обратился невидимому компаньону.

– Ну не сказать, чтобы совсем, – уклончиво ответил бог, – Есть даже плюсы. Организм полностью здоров, болеть ты больше не будешь, кроме как с похмелья. И рост словно у баскетболиста. Только вот…

– Что вот? – забеспокоился я. Не нравятся мне такие паузы.

– Начнем с того, что ты дебил. Без шуток. Точнее не так. Прежний владелец этого тела был умственно отсталым. Речь не развита, морда тупая, зато силушкой не обделен.

– Зашибись! – я все больше приходил в норму и начал уже ощущать запахи. Нет, не душистого клевера, а самого настоящего свинячьего навоза.

– Да, ты свинопас, – заключил Локи, – На большее ты, по мнению селян, не способен. Едем дальше. Не знаю, плюс это или минус для тебя, но посмотри ниже пояса.

Я перевел взгляд на простые холщовые штаны и аж подпрыгнул на заднице, не вставая.

– Это что, за хрень?

– Не хрень, а хрен! Лысый из одной известной кинокомпании бы от зависти сдох! Сантиметров тридцать тут точно будет. И у тебя, кстати, очень высокое содержание тестостерона. Тяжко тебе будет с неожиданной эрекцией жить.

– Мда… Плакать или радоваться?

– Да не очкуй! Ты ведь не забыл, что всегда сможешь иметь еще одну внешность?

– Не забыл. И что, прямо сейчас могу выбрать? – обрадовался я.

– Эмм... Есть несколько нюансов. Во-первых, игра официально начинается только через месяц. Его вам дают на адаптацию к миру, а также для того, чтобы подобрать место для алтаря и вообще определиться со стратегией. Ввиду этого скилы ты сможешь юзать чуть позже.

Та-ак, чувствую жить мне под знаменем дебила ближайшие дни.

– Когда появится алтарь, нам нужно будет его спрятать в труднодоступное место. Впрочем, с этим артефактом много своих тонкостей, позже объясню, – продолжил Локи, – Во-вторых, есть некоторые ограничения…

– Какие? – я уже пятой точкой чувствовал, что меня и здесь нае… кхм, обманули.

– Ну если ты рассчитывал превратиться в короля или еще какого модного местного перца и подменить его на троне, то облом. Но зато легко можешь стать каким-нибудь красавчиком с Земли – юным Джонни Деппом, например.

– А девушкой?

– Если только Кончитой Вурст. Пол менять нельзя.

– Ладно, понял, – грустно вздохнул я, понимая, что полной халявы не будет. – Сколько во мне роста?

– Два ноль два, – произнес бог, и, чуть помедлив добавил, – С половиной.

– Надеюсь с остальным у меня все в порядке?

– Ну-у-у, все в мире относительно, – как-то неуверенно потянул Локи, – Смотря что ты считаешь порядком.

– Не занудствуй. Относительно моего прежнего тела.

– А, ты про это, – мне кажется или он чего-то не договаривает? – Относительно прежнего все как было! Опухолей нет, – радостно произнес он. – Это тело очень даже здоровое и крепкое.

– Та-ак, а если сравнить меня с местными? – кажется я понял в чем подвох.

– Эмм… Как бы тебе сказать, чтобы не обидеть…, – замялся Локи.

– Что еще? – взмолился я…

– Ты единственный из кандидатов, у кого напрочь отсутствует магический дар.

– Твою мать! – на моих глазах рухнула последняя мечта, – Дебил-переросток в магическом мире, при этом без зачатков магии и с отмороженным богом-гопником в голове! Я что-то упустил?

– Да. У тебя член, как у коня, – сочувствующе добавил Локи.

– И говорить я не умею…

– Ну, я не логопед, но думаю с этим разберемся. Начинай как в детстве, скажи: "А".

– А-а-а, – потянул я.

– Ну вот, осталось всего тридцать две буквы! Местный алфавит по звучанию очень схож с русским. А еще ты по умолчанию умеешь читать и разговаривать на всех действующих языках это мира, хотя прежний хозяин тела не умел даже на родном. Меры веса, длины и прочего, включая имена конвертируются в твоем мозге в привычные и обратно.

– Тогда тридцать.

– Чего тридцать? – удивился Локи.

– Тридцать букв. "А", М" и "У" я уже знаю, – я громко промычал в подтверждении своих слов, – "Мууу…".

– Тем более! Главное не терять оптимизма, – обрадовался бог веселья.

– И чего дальше?

– А это тебе решать. Развивайся, привыкай! Загляну попозже. И запомни, от туземцев тоже можно получить по голове, а помирать лишний раз не стоит – воскреснешь только через неделю. Когда начнется игра, смерть почти всегда равносильна потере алтаря, если конечно противник сможет его уничтожить. Правда есть кое-какие бонусы, но об этом позже.

Я почувствовал, как в голове стало чуть свободнее.

– Локи?

Молчание.

Ну что же. Придется как-то на этом острове существовать и адаптироваться. Но если подумать – сколько я всего узнал сегодня! Душа есть, и она бессмертна! А еще существуют другие миры и расы… Я лег на спину и мечтательно поводил рукой по заросшей клевером поляне. Здесь все настоящее и реальное, даже… Блин, а это что такое?!

Я поднял руку и обнаружил прилипший кусок свежего навоза. И вонял он реальнее некуда. Злобно вытер руку о траву и встал на ноги.

Уух, высота! Шакил О'Нил местного разлива. Интересно, тут о баскетболе слышали? Я бы мог стать звездой – в универе неплохо играл, но роста не хватало. Ладно это все глупости, нужно разобраться с привалившим "богатством" – я перевел глаза на штаны. Отлично! Спонтанная эрекция пропала за разговорами. Думаю, все не так уж и плохо, но хотелось бы найти зеркало, да посмотреть, что я такое.

Пруд! Точно помню, что пролетал через небольшой водоем. А что со свиньями-то делать? Бросить? Вроде, мне их нужно пасти по лору. Я оглядел довольных розовомордых тварей, ковыряющихся в земле, которые и не думали никуда убегать. Надеюсь, волков здесь поблизости нет. Сгоняю-ка я пока до озерца.

О, а вот кажись и орудие убийства предыдущего владельца тела, я обратил внимание на крупный булыжник, неподалеку от пятна окровавленной травы. Впрочем, зачем он мне? Судиться со шпаной я точно не буду.

– Ооо, ыыы, эээ, – я бодрой походкой шагал по солнечному лугу, тренируя буквы. Начать решил с гласных.

– Смотри-ка, этот придурок свиней бросил! – донеслось сбоку, – Еще и петь пытается!

А это кто? Я повернулся на голос и увидел, как из негустого подлеска вышли две крестьянки в одежде очень похожей на русскую народную. Длинные юбки и какие-то кофты или блузки с простеньким узором. Не шарю я сильно в них.

– Эй, Свинотрах, ты куда это навострился!? – вторила ей подруга.

Нет! Нет!! Я этого не слышал! Пожалуйста, не надо!!! Бывший владелец тела, в натуре со свиньями это...? Фу… Меня перетряхнуло изнутри, и я рванул, очертя голову, в сторону озера. Нужно срочно валить из этого поселка, с такой репутацией… А еще лучше с острова. Вот только на какие шиши и на чем? Далековато плыть.

Надо признаться, физические возможности нового тела меня приятно удивили. Несмотря на колоссальную массу, бег давался очень легко, а трехметровые шаги быстро оставили далеко позади сельских дамочек. Вон, уже и пруд видать, с топографией я всегда дружил.

Ну, с богом… Хм, с каким из них? Как выяснилось, их немало. Ну пускай будет Локи.

Я склонился над прозрачной водой и посмотрел в свое отражение. А не так уж все и плохо. Фигура – Аполлон Бельведерский в свои лучшие годы, правда в масштабе полтора к одному. Физиономия тоже вроде нормальная, не красавец, но и уродом не назовешь. Черты лица довольно пропорциональные. Вот только его выражение сразу выдает во мне умственно отсталого и прическа похожа на копну свежей соломы. Впрочем последнее легко поправимо. Обязательно надо будет потренировать невербалику, а то зрачки по привычке в кучу стремятся и дебильная улыбка с лица не сходит. Можно было сказать, что с моим родным лицом у этого индивидуума не было никакой связи, если бы не глаза. Мои светло-голубые соблазнительные очи, как ни странно, остались при мне.

Так, все! Хватит прибедняться. Немедленно приступаем к подготовке этого тела к полноценной жизни. Начнем с речи.

– Ма-ма, – довольно внятно произнес я. – Му-Му.

Ммм, какой у меня прикольный баритон! Мое самое слабое место в том мире здесь вдруг обернулось сильной стороной. Да я фильмы могу озвучивать! Вот только сомневаюсь, что в местном колхозе их показывают. Светить новыми возможностями, пока не буду, а то местные переполошатся и подозревать начнут. Поди еще и в демонов верят.

Хм… А ведь тут и вправду могут быть демоны! Ладно, узнаем и это со временем. Погуляю пока, осмотрюсь, погляжу, чем здесь люди дышат.

Я направился в сторону деревни. Хрен с этими свиньями, пускай их кто другой пригонит. Ну что могут предъявить идиоту, который внезапно решил погулять и забыл про стадо?

Вдали показались сельские дома. Совершенно обычные, каких в российских деревнях сплошь и рядом. Бревнышки, солома, заборчики… Ой, что-то шевельнулось в кустах – неподалеку, в зеленой траве проскользнула небольшая змейка, кажется ужик. С них и начнем.

– Том, том, том, – нет буква "Д" пока не выходит, – Змэ-эя, зме-эя, змея, – а вот "З" вполне нормальная. Неплохо! Непривыкший к разговорам голосовой аппарат потихоньку приобретал подвижность.

Так я шел и тренировался, пока вдалеке не показался селянин с коромыслом. Хм, коромысло есть, а ведра тогда где?

Я предпочел умолкнуть, чтобы не навеять подозрения, и продолжил свой путь. Мужик двигался точно в мою сторону. Вот он сейчас, наверное, поругает меня, но зато может что и сообщит об этом мире. Я ж тупой, мне все рассказывать и повторять по нескольку раз надо.

– Акакий, едрить твою налево! – коромысло полетело точнехонько в мою голову. – Ты какого хрена свиней побросал!?

Что? Меня еще и Акакием звать? Боже! Это дерьмо когда-нибудь закончится?

Я рефлекторно уклонился, и тяжелая оглобля просвистела мимо, обдав мои торчащие волосы ветерком.

– Ни хрена себе реакция, ты не заболел? Ты же сроду все в тыкву ловил! – крестьянин пристально уставился в мои глаза, – Точно, и глаза у тебя поменялись. Осмысленные какие-то, будто и не дурак вовсе.

Блин! Так и спалиться не долго.

– Мууу, – я замахал руками и сдвинул зрачки в кучу. Надеюсь, все правильно делаю?

– Ан нет, показалось, – облегченно выдохнул крестьянин, – Но на цепь я тебя сегодня за твою безалаберность посажу. Ежели что с Пегой барина нашего случилось, не жить тебе, Акакий.

Цепь? Барин? Тут еще и рабство имеется? Ну, Локи, ну паразит!

– Все норм, – раздался голос бога, – Мне пока нравится, как ты действуешь. Хитрость наше все, не зря же я тебя выбрал!

– Ты сразу не мог сказать? Я еще и в рабах оказывается!

– Да не раб ты! Просто тупой, вот и держат тебя периодически на цепи, чтобы чего не натворил. Я к тебе проездом заскочил ненадолго, дела у меня неподалеку. Если вопросов нет – побежал я.

– Стой! Это правда… ну, про меня и свиней?

– Не совсем. Бывший хозяин тела как-то рискнул совокупиться с хрюшкой, но ничего не вышло, только бедное животное напугал. Однако засекли его местные за этой прелюдией. Ну и погремуху прилепили.

– Фух…, – облегченно выдохнул я, вычеркнув зоофилию из биографии. Стоп. Я что, это вслух сказал?

Судя по ошалевшему лицу крестьянина, последнее слово действительно было произнесено достаточно четко.

– Фух, фух, фух, – я натянул идиотскую улыбку и побежал за подвернувшейся бабочкой.

– Бабочка это, Акакий, а не фух! А, толку-то тебе дураку объяснять, – он с расстроенным видом махнул рукой.

Вроде мужик-то на самом деле неплохой, даже верит в меня немного.

– Еда. Домой. – тон его голоса внезапно изменился на командный. Так обычно хозяин подзывает собаку.

Видимо по правилам, мне сейчас нужно среагировать и идти за ним. Я грустно вздохнул и послушно поплелся за ним в деревню, решив, что конфликты мне пока не нужны. Бежать с острова некуда, денег нет. А там куда меня ведут, наверное, покормят.

– Эх, Акакий. Вот веришь-нет, завидую я тебе иногда. Спроса с тебя никакого, целый день сидишь себе на природе, да ворон считаешь – начал изливать мужик свое горе, неторопливо шагая по проселочной дороге.

Я обратился в слух. Первая познавательная информация, пусть выговориться.

– …а я что? – продолжал он, – Дима вспаши, Дима засей, Дима детей вырасти. Еще и его Высокородие, хрен бы его побрал. Мало того, что право первой ночи не отменил, хотя клялся-божился, так еще и оброк задрал. Да чтоб ему обдристаться, козлу! Жалко, Ленку, умница она у меня. А за Феофана Андроновича нашего речи ведут, что больно охоч он до извращений всяких.

Ну вот, первые крупицы новых знаний. Интересно, этот Дима мой отец? Лена, получается, его дочка на выданье и светит ей первая брачная ночь с помещиком-дефлоратором. Ладно, не будем торопить события, все со временем узнаем. Я еще наведу шухер в этом колхозе!

Крестьянин о чем-то горестно задумался и до самого дома не проронил больше не слова. Жил он, как оказалось, в средней паршивости избушке – не совсем сарай, но и до терема далеко. Домочадцев его мне пока увидеть не удалось, за исключением жены Софьи – пухлой тетки, что называется кровь с молоком, только в двойной концентрации второго. Та как-то странно зыркнула в мою сторону и удалилась в избу.

Дмитрий завел меня на большой сеновал, прицепил к ноге длинную увесистую цепь, конец которой крепился здоровенным костылем к вертикальной опоре, а затем вышел. Спустя четверть часа он вернулся со здоровенной миской куриной похлебки, но почему-то без ложки. Я вопросительно посмотрел на него.

– Ну что ты на меня, как на юродивого смотришь? Что не так? Аль тебе прибор столовый нужен? Так ты же и держать-то его не умеешь!

Эх. Придется есть как получится. Я попытался пристроиться к огромной тарелке и так, и эдак. В итоге вспомнил про свои огромные лапы и не менее огромную хлеборезку, а потому просто взял миску двумя руками и влил ее содержимое себе в рот. Вкус бульона оказался весьма приятным и в животе разлилось ласковое тепло.

– Ну вот, а то ерепенился, аки граф привередливый! – он забрал посудину и стряхнул остатки жидкости на землю, – Отдыхай давай. С Пегой все в порядке, так что повезло тебе. Но завтра-таки дома сидишь. Помещик плетей тебе велел всыпать, да смыслу в том нет, не поймешь. Данька мой за тебя свиней попасет.

Ну и ладушки! От работы на завтра отмазался. А поспать мне совсем не мешало бы. День выдался невероятно насыщенным и познавательным. Я с удовольствием растянулся на зеленоватом сене, которое восхитительно пахло, и закрыл глаза.

Тихий скрип двери сарая нарушил ночную тишину. Я вздрогнул и посмотрел на вошедшего. Софья… Чего ей здесь надо? Не за любовью же к деревенскому зоофилу пришла! Мне же только о свиньях и мечтать.

– Мууу? – я вопросительно уставился на нее.

– Тссс, дурачок! – она почти на цыпочках подкралась ко мне, – Где там наш большой дружок?

Ее руки потянулись к завязкам моих штанов. А вот хрен тебе! Я попытался думать о тяжелой работе, чтобы отвлечься и не возбуждаться, но скопившийся тестостерон влупил по мозгам так, что я невольно снова перевел взгляд на Димину жену. А она уже ловко оседлала меня и выкатила наружу свои громадные груди. Да они побольше моей головы будут! Я не удержался и положил на них руки сверху…

Глава 3

– Акакий, Акакий…, – голова Софьи покоилась на моей груди, а ее мягкая ладонь скользила вверх-вниз по редким волоскам на животе, – Был бы не дурак – цены бы тебе не было. Ну подумаешь, глазки в кучу, зато приятно усесться на такого мощного жеребца да проехаться с ветерком. Это еще жена Андроныча нашего не знает, каким богатством тебя природа одарила. Эта курва за такую оглоблю, да еще и безотказную, душу дьяволу продаст.

– Мууу…

– Да-да, – грустно вздохнула она, – Конечно "Му". У Димки-то моего, стручок гороховый, да и тот засох давно. Хорошо хоть сам мужик работящий. А я баба в соку, мне много любви надо.

Честно говоря, в прошлой жизни я бы уже давно сбежал от такой мадам. Да что сбежал, я бы с ней даже на одном гектаре по большой нужде не сел! Но в данном случае ситуация была не так и плоха. Во-первых, я только что выдержал заезд на пять кругов за какие-то пару часов, чего мне даже в пору своей юности не доводилось делать. Как никак, а душу это грело очень даже. Моему новому организму такая разрядка не повредит, хоть мозги быстрее заработают и отвлекаться на зов плоти не придется.

А во-вторых, Софья оказалась весьма осведомленной особой, да еще необычайно говорливой. За час ее монолога я узнал о том месте, в которое попал, больше, чем за весь прошедший день. А потому жадно впитывал все ее словесные излияния, изредка жалобно мыча, когда возникала пауза. Она это воспринимала как мою благосклонность и в ответ еще больше заливалась соловьем.

Связав воедино всю информацию, о которой она успела мне поведать, выходила такая картина:

Остров, на который меня занесло, назывался просто и незатейливо – Зеленый. Верховодил на нем некий барин – Феофан Андронович, который был единоличным владельцем этих земель и слыл еще тем самодуром. Отдаленная от материка территория была не очень большой, по моим расчетам вышло что-то около пятисот квадратных километров. Зато славился сей островок невероятно плодородной почвой и мягким климатом. Находилось на нем с десяток сел, местное население которых занималось в основном земледелием и рыбалкой. Пять из них располагались по соседству друг от друга, образуя что-то вроде центра. Главное из них величалось Андроновка, в честь батюшки нынешнего владельца. Остальные деревушки были раскиданы по берегу и заселяли их рыбаки.

Я же возродился в Луговом, которое являлось самым ближайшим соседом местного административного центра и, занимал должность главного пастуха объединенного свинского стада тех самых пяти деревень. С проживанием на землях барина все было до нельзя просто: не нравится платить оброк – плыви на все четыре стороны и ищи себе новое местожительство, а если уж совсем отмороженный, можешь попытать удачи в Неизведанном крае, якобы там свободной земли полно. Что это за местечко я так и не понял, но ходила молва, что оттуда не возвращаются. К сожалению, название государства, в котором я нахожусь, мне пока узнать не удалось.

Зато кое-что узнал о магии. Способностью к ней обладал чуть ли не каждый житель этого мира, но вот развить его до чего-либо существенного было дано не каждому, так как это занимало прорву времени, а главное стоило немалых денег. Учитывая же мое "везение", как бы не сложилась моя дальнейшая судьба, пощипать студенток-магичек за задницу мне не доведется, так как кроме финансов и рекомендаций необходимо обладать хотя бы зачатками колдовского дара.

Правил страной, как ни странно, король, а дальше по нисходящей – герцоги, графы, бароны и, собственно, помещики вроде Феофана. Однако, была еще в местной структуре власти независимая церковная ветка, со всей полагающейся атрибутикой, вплоть до паладинов и инквизиторов. Богов было всего два. Один, как водится, светлый и хороший, а второй не очень. Вроде как имелся у этих двоих и третий брат, но его как-то со временем позабыли и похоронили в летописях. Звали их бесхитростно, ну или в такую форму их конвертировал мой встроенный переводчик: Бог и Дьявол. Имя забытого узнать не удалось.

К вере относились трепетно. Не до фанатизма, но религию уважали и регулярно посещали церковь, как минимум дважды в неделю. Последняя, кстати, была десятидневная с тремя выходными, которые для крестьян, ровным счетом ничего не значили. Эти отдыхали во время дождя.

Мое происхождение пока оставалось загадкой. Понял лишь, что мне около двадцати, и я был подобран где-то в младенческом возрасте. А еще, как выяснилось, меня очень не любит местная золотая молодежь, которая при встрече считает своим долгом метнуть чем-нибудь тяжелым в мою головушку.

Ах, да! Чуть не забыл самое главное! Деньги! Они здесь назывались бесхитростно: золотой, серебряный, медный. Монеты соответствовали своей стоимости и были отчеканены по весу так, чтобы золотой равнялся десяти серебряным, а серебряный десяти медным.

Ненасытная Софья сбежала с первыми петухами, очевидно рассчитывая успеть к пробуждению своего Димы, и я, наконец-то, остался наедине со своими мыслями.

Предстояло определиться, что мне делать дальше. И в первую очередь нужно было организовать какую-никакую разведку. Естественно, я не планировал весь день сидеть взаперти, а потому, дождавшись завтрака и ухода своей приемной семьи в поля, начал искать пути побега. Гнева Димы я не боялся. Ну сбежит дурак из сарая – так это вина хозяина, а не дурака. Главной моей задачей было избавиться от цепи, а потому я занялся решением этой проблемы.

В принципе, решение висело на противоположной стене, сразу при входе на сеновал, и именовалось оно ключом. Такое месторасположение его было весьма оправданным, учитывая, что умственно отсталый все равно не догадается, как им пользоваться; а если вдруг случайно поймет, то никогда не дотянется до него при всем желании. Мне для решения этой задачки хватило найденного в щели пола гвоздя и наскоро сплетенной из пакли веревки, которой было полно в соседнем углу. Гвоздь, кстати, легко согнул пальцами, что очень меня порадовало. Свою импровизированную снасть я на будущее спрятал под вырванной доской и присыпал сверху сеном.

Оставалось разобраться с вопросом скрытного перемещения, по крайней мере до окраины села. Мой громадный рост легко выдавал меня деревенским с пары километров, что было вчера установлено опытным путем. И вот это было реальной проблемой.

– Ну че, граф Казанова? – зазвучал в голове голос Локи. – Слыхал я, ты ночью местной секс-бомбе впендюрил?

– Было дело, – не стал отрицать я.

– Ну, ты веселись, конечно, но и про развитие не забывай. Пока ты тут на сеновале с бабами резвишься, там уже двоих завалили, респятся теперь.

– Ты же сказал месяц на привыкание…

– Ну не всем повезло оказаться на далеком острове в теле блаженного, с сисястой милфой под боком. Кое-кто на войнушку попал сходу, а там их местные монголо-татары грохнули.

– Понял. С развитием у меня пока туго. Я из села-то навряд ли выйду с таким ростом незамеченным. Опять поймают.

– Бегать не пробовал? У тебя же скорость как у страуса! Прошлый Акакий тем только и спасался, всей деревней ловили, бывало.

Точно! Я ведь вчера уже опробовал этот весьма полезный навык. Не совсем в моем стиле, конечно. Все-таки я больше привык убеждать и сглаживать конфликты. Но пока что оратор из меня никакой, зато и спрос с дурака минимальный. Решено.

– Ну, тогда я пошел? То есть побежал.

– Благословляю! Беги. Да я тоже пойду – с богиней новенькой стрелу забил в обед, надо хоть марафет навести. Телка – отпад!

Локи умолк, а я глубоко вздохнул и вышел из сарая.

Вопреки моим опасениям, сразу на меня никто не набросился. Я пересек ухоженный огород, с ровненькими зелеными грядками, и с удовольствием отметил наличие здоровенного амбарного замка на двери избы. Дома никого, уже неплохо. Подошел к калитке, и аккуратно выглянул на улицу.

Мне сегодня везет! Дорога, по которой меня вчера вел Дмитрий, была абсолютно пуста. Лишь вдалеке виднелась спина какого-то крестьянина ведущего корову на пастбище, да пара стреноженных лошадок без хозяев.

Обрадовавшись такому неожиданному повороту, я, недолго думая, припустил по улице вприпрыжку и, так никого и не встретив, добежал до самого края деревеньки, а затем нырнул в ближайший подлесок. Кажется, никто не заметил. Теперь не мешало бы хорошенько осмотреться. Помнится, когда я пролетал тут в бесплотном состоянии, попадался мне замечательный холмик. Думаю, с него обзор получше будет.

Прикинув примерное его местоположение, я направил свои стопы в выбранную сторону. Настроение было лучше некуда – ароматный лесной воздух, птички поют, солнышко светит! Чтобы не терять время зря, начал снова тренировать речь.

– Мама мыва ваму. Вэ… Влэ… Лэ… Эл… Л, – я останавливался на трудных согласных и репетировал их произношение отдельно, – Мама мыл-ла лламу, Мама мыла ламу.

Мда, чувствую с буквой "Р" предстоят серьезные проблемы. Неповоротливый язык никак не хотел правильно ложится на небо. Спасало только то, что теоретически я знал, как воспроизвести любой звук. В прошлой жизни проблем с речью не было, так что главное теперь развить подвижность мышц. Но какой же у меня теперь шикарный голос! Заслушаешься!

И еще. Про глаза в кучу и улыбку дебила тоже нельзя забывать. Тренировать и контролировать! Контроль переходит в привычку, а привычку легче приобрести, чем избавится.

Холм оказался намного выше, чем изначально виделся сверху, а потому подъем на него продлился до самого обеда, судя по солнцу. Тем не менее, мои усилия были вознаграждены сполна! Вскоре я гордо стоял на его высшей точке и осматривал округу. Группа из пяти поселков-соседей прекрасно просматривалась, а особенно выделялась та самая Андроновка. Перепутать громадную усадьбу помещика с чем-то еще было невозможно.

С противоположного от меня края растительность на холме становилась все более чахлой, и постепенно его зеленый покров сменялся крутой скалой, с которой прекрасно было видно море и крупный причал, сейчас пустовавший. Очень похоже, что это главный местный порт. Через пару километров от него расположилась еще одна деревенька, и, судя по множеству небольших лодок, раскиданных по берегу, там проживали рыбаки. Обязательным строением во всех шести увиденных мной поселках была небольшая часовенка, как я ее определил. Венчалась крыша такого строения шпилем, на котором вместо привычных мне крестов, располагался подковообразный символ, напоминающий греческую "омегу" – Ω.

Такой же символ, только значительно более крупный, украшал одно из больших зданий в центре Андроновки. Скорее всего это главная церковь, а судя по огороженной территории, примыкавшей к задней ее стене, у представителей духовенства имелся свой сад и еще несколько построек без каких-либо опознавательных знаков.

По-хорошему, пора было возвращаться. Все что я мог узнать из этого похода, я уже узнал. Чем черт не шутит, авось успею вернуться до прихода хозяев. Но после грязного воздуха большого города, бесконечных потоков машин и весенней слякоти, это место мне казалось раем и покидать его жутко не хотелось. Я уселся на мягкую травку и продолжил тренировку, потратив еще около часа:

– На голе тлава, на тлаве тлова. Не лупи тлова на тлаве твола.

А прогресс-то намечается! С некоторыми звонкими согласными есть проблема, но думаю еще пару дней, и более-менее внятно я изъясняться смогу. Воодушевленный этой мыслью, я продолжил тренировки, а заодно постоянно старался держать нормальное выражение физиономии. Да так, что через пару часов заныли лицевые мышцы.

Пора домой. Я поднялся на ноги и вновь осмотрелся. С грустью отметил, что внизу стало уже не так безлюдно. Кое-где появились группы крестьян, устало бредущих в сторону своих поселков. Чего это вы так быстро отработали? Солнце еще высоко.

Эх, придется идти огородами. Я выбрал лесок погуще и двинулся к нему, напевая вслух несложные песенки.

Лучше бы я туда не ходил…

Нет, никто мои лингвистические потуги на этот раз не уловил, у меня хватило ума, чтобы не петь в пределах ограниченной видимости. Все оказалось гораздо хуже. Едва я забрел в тенистую чащу, как сразу услышал громкий смех и веселые разговоры. Среди них выделялся тот гнусавый голос, который врезался в мою голову еще с момента слияния с новым телом. Похоже, это та самая шайка, что отправила старого Акакия на небеса. Аккуратно ступая на землю, чтобы не издать ни единого шороха, я попятился назад. Поздно…

– Ого! Ты смотри кто к нам пожаловал! Господин Свинотрах, вы какими судьбами здесь? – фраза принадлежала тому самому Федору, который и являлся причиной смерти недоразвитого бедолаги.

Я что есть мочи рванул обратно, нарываться на конфликт в сложившейся ситуации ну очень не хотелось. Внезапно, один из древесных корней, пересекающих тропинку по которой я побежал, резко приподнялся вверх. Инерция громадного и непривычного еще тела не дала мне вовремя среагировать. Я запнулся о неожиданное препятствие и растянулся плашмя на земле.

– Куда собрался, убогий? – меня обступила пара десятков ног, среди которых обнаружились и стройные девичьи. Кстати, последние слова явно были произнесены не парнем. Обладательница мелодичного голоса продолжила, с восхищением, – Ловко же ты его остановил, Федор!

– Тренировки, – гордо ответил тот, – Я же готовлюсь в академию поступать, меньше месяца осталось!

Так, кажется, я столкнулся с магией, иначе чем еще объяснить такое неадекватное поведение растения, перегородившего мне дорогу. В голове лихорадочно забегали мысли о том, что предпринять дальше. Буду пока лежать и не рыпаться, а там видно будет. Кажется, это и есть местная "золотая молодежь", у такого как Дима, точно нет денег на академии, ему бы детей прокормить.

– А можешь еще что-нибудь нам показать? – голос девушки сочился лестью.

– Конечно, Дашка! Парни, переверните его на спину и прижмите к земле.

С десяток рук уперлись в мое тело. Я попробовал сопротивляться и жалобно замычал, но этих молодых говнюков было слишком много. А калечить кого-нибудь из них мне жутко не хотелось, дабы избежать лишних проблем для себя и своей приемной семьи. Передо мной наконец-то появились физиономии молодых отморозков, среди которых особенно выделялся один, стоящий в стороне. Красивая одежда с фигурной вышивкой и черты лица истинного аристократа. Кажется, это и есть тот самый Федор. Его физиономия приняла серьезный вид, словно он сконцентрировался на чем-то важном. Неподалеку от него стояла очаровательная стройная девушка, и смотрела на своего героя с неприкрытым обожанием. Такую бы на Земле засыпали предложениями от модельных агентств. Походу это и есть Даша.

Губы предводителя местной банды быстро что-то нашептывали, но я не узнал ни единого слова, а затем…

На мне вспыхнула одежда! Тело охватили языки пламени, а кожу словно кипящей смолой обожгло. От боли я взвился вверх, раскидав своих захватчиков в стороны как кегли, и начал кататься по земле, пытаясь сбить огонь.

– Вы чего делаете! Он ведь живой! – с ужасом в голосе закричала одна из девчонок.

– Да ничего придурку не будет! – смеясь ответила ей Дашка, – Вон, уже почти все потушил.

Я все еще находился в состоянии шока, не понимая, что делать дальше, но неожиданно, справа затрещали кусты и на поляну выскочил Дима с уже знакомым коромыслом в руках.

– Федор Феофаныч! Ирод ты этакий! Что же ты творишь? Он ведь все чувствует, хоть и дурак.

– Отцу не слова, – процедил тот сквозь зубы, – Иначе пожалеешь.

– Ты мне сопляк еще угрожать будешь? – голос моего отчима дрожал, но лицо выражало непоколебимую решимость, – А ну пошли на хрен, черти!

Шайка моментально бросилась врассыпную и лишь только Федор, со спрятавшейся за него Дарьей, остались на месте.

– Ну давай, ударь меня гнида земляная, – с вызовом произнес он.

Дима растерянно остановился, а молодой мажор продолжал его настырно сверлить глазами. Я постепенно начал отходить от шока, но вместе с этим пришла и ноющая боль. Несмотря на то, что огонь и удалось потушить, сквозь дыры на холщовой рубахе и штанах начали просматриваться здоровенные волдыри, а кожа в некоторых местах почернела и нестерпимо горела изнутри, да так, что я не выдержал и завыл.

– Идем отсюда, – Дашка легонько потянула своего ухажера за плечо. – Пожалуйста.

Федор собрался что-то ответить и даже было дернулся в сторону Дмитрия, но все-таки сдержался. Он с мрачным видом сплюнул на землю и повернулся, после чего, небрежно приобняв подругу, спокойно двинулся прочь.

– Идти можешь? – отчим тревожно смотрел на меня, не зная, что предпринять. Отнести меня обратно на себе у него точно не получится. – Акакий, домой!

Я чуть было не ответил ему, но вовремя вспомнил, что пока раскрываться не в моих интересах. А потому, жалобно скуля, поднялся на ноги и выразил готовность следовать за ним. Ожоги нестерпимо горели, начала странно кружиться голова.

– Ну, Федор, допрыгался говнюк. К отцу его пойду сегодня.

– Мууу, – я отрицательно замотал головой, пытаясь намекнуть, что не стоит этого делать, по крайней мере пока.

Вот каким местом мыслят люди!? Нет бы сесть, спокойно и грамотно обдумать все, а потом уже действовать. Судя по отчеству, отец этого урода и есть местный царек, а значит следует быть осторожным и не ломать дрова с нахрапа.

– Пойду, пойду! Даже не отговаривай! Ты, это, Акакий, обопрись на меня, все легче будет. – Дмитрий подставил свое плечо и похлопал по нему.

Не помню, как я добрался до сарая: сам дошел, или дотащили. Но следующие три дня я провел в бреду. Вокруг кто-то ругался, плакал, кричал, снова ругался. Мое тело погрузили на телегу и куда-то повезли. Из обрывков фраз, услышанных в короткие моменты прояснения сознания, я понял, что меня собираются показать лекарю. Постоянно тошнило и хотелось спать, скорее всего произошла интоксикация организма из-за попадания в кровь обгоревших тканей, а значит я получил ожоги не меньше третьей степени. Ну или это неведомая мне магия так действовала. Интересно, а после смерти тело вернется в исходное состояние?

– Вернется, вернется. Отдыхай, Антон…, – донесся издалека сочувствующий голос бога, – Мы еще этого Федю на кукан натянем.

Я пришел в себя внутри просторного и светлого помещения. Большие окна под самым потолком, светлые стены и несколько стоящих в ряд кроватей, сейчас пустовавших и заправленных белоснежными простынями. Вот, пожалуй, и вся обстановка. Сильно похоже на больницу или лечебницу, если по-местному. Сбоку моей койки на стуле сидела Софья с заплаканным лицом.

– Очнулся значит, Акакий… Да лучше бы ты следом помер! Куда я теперь без него…, – она не выдержала и разревелась.

– Мууу…

Не понял? С чего такая перемена отношения? Нормально же общались.

– Димка п-по-повесился! – словно прочитав мои мысли прорыдала она, – Говорила же дураку-у-у, не ходи к барину!

Софья обхватила лицо ладонями и затряслась, разрыдавшись в приступе тяжелого горя.

Вот это крайне стремная новость! Я снова прикрыл глаза. Дело приняло серьезный оборот, если кто и должен был умереть в итоге, то это точно не Дмитрий. А Софья продолжала:

– Ты же когда бредил, он в Андроновку пешком пошел. С барином вернулся и сынком евоным. Феофан Андроныч и отлупил своего недоноска прилюдно, а потом… Кормилец мой, Димочка-а-а… Нет больше его-о-о…

Что было потом, я не до конца понял, так как Софья впала в истерику. Из коротких обрывков, доносящихся во время ее рыданий, складывалась смутная картина, суть которой я примерно уловил. После публичной порки, Федя озлобился и начал угрожать Дмитрию расправой, вплоть до того, что сожжет дом и всю скотину, а Ленку по кругу пустит, если тот что-то не сделает. Видимо это что-то оказалось непосильной ношей, потому что Дмитрий нашел самый простой способ решения проблем и наложил на себя руки. Жалко мужика…

Я почувствовал, как к горлу подкатил здоровенный ком, и на глаза медленно навернулись слезы.

– Плачешь? – Софья подняла глаза, – Еще бы ты понимал что! Федя уже, как ни в чем не бывало, петухом по округе ходит! Отец поругал-поругал, да и забыл… Все этому недоноску барскому с рук сходит!

Она встала со стула, посмотрела на меня взглядом полным скорби и решительно направилась к двери, даже не попрощавшись. Такое поведение, скорее всего, указывает на то, что больше мне в доме Дмитрия места нет. На самом выходе она столкнулась с мужчиной в белой рясе и тяжелой цепью на груди, внизу которой поблескивала уже знакомая мне "омега".

– Очнулся парень? Думаю, через полмесячишка забрать будет можно, – сообщил он Софье.

– Не буду забирать. Делайте что хотите с ним, не справлюсь я с таким здоровенным ртом… Не прокормлю, пущай у вас остается, – она снова громко заревела и, не обращая внимания на возражения священника, выбежала на улицу. Тот растеряно посмотрел ей вслед, повернулся ко мне и глубоко вздохнул:

– Ну и что с тобой делать? На улицу тебя больного не выставишь, а работу тебе не поручить никакую.

– Мууу…, – жалобно ответил я.

В местном лазарете я провел две недели, или по-местному двадцать дней. Пара церковных служек по переменке наведывались ко мне и протирали тело какими-то зловонными травяными мазями. Пользуясь тем, что в палате больше никого не было, я потихоньку совершенствовал свою речь, быстро запомнив расписание процедур и умолкая заранее. Выяснилось, что медицина здесь находится в самом зачаточном состоянии, а маги-лекари, если и существуют, то живут в столице и лечат только очень важных особ, да и то не от всего. Тем не менее, мои шрамы от ожогов хоть и не исчезли полностью, но все же стали значительно меньше.

Примерно раз в неделю меня посещал тот самый священник. Звали его отец Иннокентий и, как оказалось, был он здесь самым, что ни на есть, главным церковником. Мужиком он оказался весьма добродушным и рассудительным, а по его монологам возле моей койки, я понял, что он терпеть не может этот остров и жаждет перевода в более цивилизованное место.

Все-таки есть огромный плюс, в моем положении деревенского полудурка. Попробуй, узнай потаенные мысли человека, задав ему прямой вопрос – он тебя пошлет далеко-далеко. Но при всем этом, жажда людская поделиться самым сокровенным хоть с кем-то неистребима! И ничего не соображающий дурачок-переросток, вызывающий лишь жалость и сочувствие, был идеальной мишенью для таких изливаний. Вроде бы живой человек, и все слушает, а рассказать никому ничего не сможет.

Вот и отец Иннокентий пользовался этим как хотел, вываливая на меня свои собственные мысли.

– Не могу, достали эти богохульники! Что этот самодур Феофан, что отпрыск его. Знал бы ты Акакий, сколько мне на исповедях всего слышать приходиться! Тонька, красивая девка, все при ней, и парень хороший имеется. Им бы жениться, да детей заводить. Так нет же, надо было этому козлу похотливому воспользоваться правом первой ночи и с черного хода в невесту войти! Ему радость, ей горе. По большому сходить уж пятый день без крови не может. Вот ты на материке куда не выйди – прогресс! Если мыслишка развратная в голову и пролезла – вот тебе, пожалуйста, бордель. Богопротивно, конечно, но там и девки иные, блудливые. Сами просят их как-нибудь по-хитрому взять! Так-то ведь обоюдно и не по принуждению. Правом первой ночи если граф какой и пользуется – так согласия спросит, одарит девственницу жемчугами и золотом, а то и на службу при себе пристроит. А наш ирод рогатый что? Мало того, что его женушка ни одного хера крепкого не пропустит, так и сам хорош. Девку испортит и спасибо не скажет, словно так и должно быть. – Иннокентий грустно уставился мне в глаза, – Эх, мне бы целительского умения побольше, да чудо какое сотворить. Глядишь бы и в столицу перевели.

Вот же оно! Ну что может быть для меня на первое время лучше, чем попробовать прибиться к церкви? Федор и компания веса здесь не имеют, она независима от барина. Каждый день узнаешь чужие тайны и новости из первых уст. Граждане верят тебе, как божьему посреднику. Это же мечта авантюриста! Глядишь – и стану местным серым кардиналом, да подыму восстание!

– Поддерживаю! – одобрительный голос бога обмана прозвучал в моей голове.

– Я могу кому-нибудь рассказывать о своей прошлой жизни? – мысленно обратился я к Локи.

– Не-а, бан сразу. Я разве не говорил? – удивился Локи.

– Да как-то упустил. Ладно, обойдусь и без этого.

Я перевел глаза на задумчивого священника. Тот закончил свои излияния и начал подыматься со стула.

– Чудо, говоришь, Иннокентий? Будет тебе чудо. – Громко и четко произнес я, глядя ему прямо в глаза.

Рот священника от неожиданности открылся, а вот глаза, наоборот, закрылись.

– Э-э-э, ты чего? Стой!

Но было поздно, обмякшее тело слуги господнего, рухнуло на пол, как подкошенное.

Глава 4

Мне пришлось изрядно помучаться, чтобы привести священника в сознание. Спустя несколько минут он открыл глаза, увидел меня и тут же вскочил на ноги, выставив перед собой ладони и сложив их в форме знака на своей рясе:

– Свят, свят…

Его поведение навело меня на одну идейку, и она смотрелась куда интереснее моей первоначальной задумки – просто рассказать, что Акакий больше не слабоумный. А так даже маскировку снимать не придется.

– Не истинным гласом своим, но устами блаженного говорю с тобой, Иннокентий, – начал я заунывным голосом, – Я есть Отец всего сущего, так прими же благодать господню.

Он бухнулся на колени и низко склонил голову, пробормотав:

– Слушаю, Боже, все что пожелаешь.

– Велика твоя вера, праведны дела твои. Открою я тебе тайну великую, но возьму с тебя клятву нерушимую. И вознесешься ты над иным людом, и сможешь слово мое нести страждущим.

– Охереть! – донесся голос Локи, – Станиславский нервно курит в углу.

– Не мешай. Думаешь легко на ходу такую чушь пороть? Кстати, а местный боженька в теме?

– Конечно в теме, но этот раунд пропускает. Принимающая сторона, как никак! Все, молчу и не вмешиваюсь.

Меж тем, отец Иннокентий, ждал дальнейших указаний.

– Блаженный сей, Акакием нареченный, избран мной для чуда великого. Будет он твоим проводником и светочем, – продолжил я, – Корми его достойно, да пристрой к делу церковному.

– Отец наш всемогущий, но ведь… он это… того…, – священник боязливо приподнял руку и покрутил пальцем у виска.

– А ты научи его грамоте, да в люди выведи. Молва людская донесет, что ты в блаженного знания вложил, и будет тебе воздаяние по делам твоим. Покинешь остров богохульный, да в церкви высокий пост получишь. Но раньше сроку никому о сим разговоре слова не оброни, иначе постигнет тебя кара неистовая.

– Как скажешь, Боже. Никому не похвалюсь, пусть люди сами все увидят. – Он быстро-быстро закивал головой.

– Мууу, – я дал понять, что сеанс связи с Господом окончен.

– Во дела! – Иннокентий медленно переваривал божественное пришествие, – Ну и что с тобой делать?

– Е-да-а, – я показал пальцем себе в рот, намекая, что пора по-человечески покушать.

– Ох, да что же творится! Но ведь заговорил, хоть и невнятно, но заговорил! – радостный священник чуть не танцевал от счастья, – Идем, Акакий. Уж коль господь наш избрал меня – устроим все по высшему разряду.

Иннокентий осторожно взял меня за локоть и показал рукой вперед.

– Иди-иди, Акакий, кушать будем.

Я покорно зашагал в указанном направлении, осматривая новую обстановку. От лазарета к другим строениям вела мощеная камнем дорожка, которая пролегала через обширный сад, где росли в основном яблоньки, да груши, усеянные пока еще зеленоватыми плодами. Среди деревьев шастали другие священники, рангом пониже, и рабочие без опознавательных знаков. Иннокентий проводил меня до главного здания и завел внутрь.

М-да, не так уж и богато местное духовенство живет. Вроде и земли есть, и прихожане, а с нашими родными храмами и не сравнить. Конечно, здесь было все весьма достойно: фрески, расписные стены-потолки, зажженные свечки; но вот каких-то громадных люстр или золотых канделябров в человеческий рост не наблюдалось. Да и сами священники своим внешним видом походили больше на монахов, предпочитая скромную рясу блестящей парче.

Мой будущий наставник провел меня через главную залу, в конце которой имелась незаметная дверка, сливающаяся с окружающей обстановкой. За ней обнаружилась крутая спиральная лесенка, ведущая на второй этаж. Здесь уже работников не было, а попадающиеся немногочисленные люди были также одеты в церковное одеяние. Впрочем, встретилась и парочка гражданских, судя по внешнему виду – сельчане. Все они обозначали головой сдержанный поклон, адресованный Иннокентию, а затем удивленно таращились на меня, однако лишних вопросов не задавали.

– Пришли! – священник торжественно открыл передо мной дверь, – Здесь ты будешь жить. Я велю принести тебе еды, а после вечерней службы начнем твое обучение. Надеюсь, я не сложно выразился? Ты меня понимаешь?

– Да-а-а, – потянул я и кивнул ответ, – Пони-и-ма-а-ю.

– Вот и замечательно! – Иннокентий задумчиво уставился на замок моей каморки, и отвлеченно произнес, еле слышно, – Запирать? Или не запирать?

– Не на-адо пира-ать! Ака-акий – хоро-оший.

– Уму непостижимо! – еще раз восхитился священник, обнаружив у меня не только зачатки речи, но и мышления, – Ну, так и быть. Поверю тебе на первый раз. Но коли устроишь чего – пеняй на себя!

Я послушно вошел внутрь, а он просто прикрыл за мной дверь и ушел по своим святым делам.

Ну что, же. По крайней мере здесь намного лучше, чем в сарае. Я неспеша огляделся: в углу комнаты стоял здоровенный грубый топчан, накрытый сверху толстым материалом, напоминающим войлок; слева от него располагался добротный столик с чернильницей и гусиным пером, а также парой металлических кружек; и во главе всего – громадное окно, с видом на крыльцо церкви и Андроновку. Последнее особо порадовало, так как давало мне отличный наблюдательный пост.

Я улегся на свою новую кровать и уставился в потолок.

– Локи, ты здесь?

Тишина. Ну и ладно, пока все идет отлично, главное не переборщить. Конечно, хочется все и разом, но мне нравится выбранная тактика. Пить-есть на первое время будет; работать, надеюсь, не заставят. Потихоньку начнем делать успехи в обучении, а дальше поглядим. Великие дела с наскоку не делаются, продуманные действия – ключ к успеху.

Вздремнуть что ли немного, пока мне там готовят еду?

Хм, а это что за звуки? Я напряг слух и услышал какое-то бормотание. Это прямо у меня за стеной. Интересненько!

Схватил со стола кружку и приложил к перегородке, после чего приник ухом к донышку.

– … а он мне и говорит: "Возьми его, красавица, в уста свои алые", – представляете, святой отец? Ну а я что? Взяла, дурочка! Вот! Теперь боязно людям в глаза смотреть… Но сладко было, хоть и срамно, но ой, как сладко…

Мать честная! Да у меня за стенкой исповедальня!

Дослушать захватывающую историю грехопадения молодой крестьянки не удалось, так как в дверь деликатно постучали три раза, а затем внутрь вошел Иннокентий с подносом в руках.

– Сегодня пообедаешь тут, а там, глядишь, и за общий стол сядешь, – он поставил еду на стол и извлек из-за пазухи разноцветную затасканную книжку, – Смотри, Акакий! С картинками! Будем понемногу тебя обучать грамоте, но начнем с простого. Дарград не сразу строился!

Это что? Пословица такая местная? Или опять мой встроенный переводчик шалит?

– Ка-артинки! Акакий раду-уется!

– Правильно говорить: "Акакий рад", а еще лучше просто сказать: "Спасибо".

– Спа-асиба.

– И не тяни буквы, произнеси коротко – "спасибо"!

Хм, ну раз ты настаиваешь.

– Спасибо! – я изобразил вид, что сделал гигантское усилие над собой.

Отец Иннокентий, при ближайшем знакомстве, оказался весьма терпеливым человеком. Возможно, это было связано с тем, что у него появился луч надежды выбраться с этого острова, а может он сам по себе был таким. Учить местную азбуку в его компании было одно удовольствие. Я даже не сильно скучал во время занятий, хотя, как и обещал Локи, прекрасно понимал местную письменность.

Тем не менее, контролировать по части результата я себя не забывал. Слишком быстрые успехи – верный способ заставить человека чаще размышлять о тебе, а длинные мысленные цепочки могут привести к самым неожиданным последствиям, причем не всегда к хорошим. Главное правило серого кардинала – не привлекать внимание и не выделяться, на то он и серый.

Постепенно, с азбуки мы перешли на литературу посерьезнее, а именно – детские сказки и чтение по слогам. И, кстати, как бы наивны они не были, но именно в них зачастую было заложено нужных знаний о мире больше, чем в любом научном труде. Они редко подвергаются жестокой цензуре, и, как правило, кроме незатейливой истории, дают понимание того, или иного народа, его мечты и верования. А зная ценности человека, можно заставить сделать его очень многое.

Впрочем, как и ожидалось, менталитет местных не сильно отличался от моего родного. Все желали жить счастливо, искренне верили в чудо, ну и денег хотели иметь побольше.

Спустя полторы недели, я перестал специально мычать и запинаться, но продолжал говорить короткими простыми предложениями, сознательно избегая громоздких лингвистических конструкций и сложных слов. По моей собственной оценке, я выдавал на показ интеллект ребенка лет пяти, который понимает, "что такое хорошо и что такое плохо", но к самостоятельной жизни и сложной работе все еще не готов. Этого вполне хватило, чтобы мне разрешили передвигаться по территории церкви без надзора, и при этом сильно не вникать, чем я там занят. Правда в библиотеку так и не пустили, что было весьма грустно. Зато новости о чудесном прозрении Акакия быстро разнеслись по окрестностям. Отец Иннокентий официально объявил, что любой, кто поднимет на "чудо божье длань свою поганую" будет иметь дело с инквизицией. И похоже это прекрасно сработало, так как после этого я стал спокойно гулять по Андроновке, не боясь очередного камня.

Пользуясь своим положением церковного прихлебателя, я от скуки начал собирать досье на потенциальных жертв, чтобы сформировать понимание кто есть кто, и отобрать потенциальных лидеров будущего восстания. Выглядело это так:

Сначала из своей комнаты я разглядывал в окно идущих в церковь субъектов, за исключением последнего дня недели, когда главная зала была битком набита из-за проведения воскресной мессы.

Затем, выбрав заинтересовавшую меня цель, я приникал к стене вместе со своей любимой кружкой и слушал исповедь. Особо ценную информацию заносил русским языком в одну из тетрадок, коими великодушно одарил меня главный священник. Ее наличие приходилось тщательно скрывать, так как попади она хоть кому-то в руки и мычанием мне точно не отделаться. Для этой цели мной была вероломно выдрана доска под кроватью, а затем аккуратно уложена на место.

После заинтересовавшей меня исповеди, я спускался вниз и играл с церковным смотрителем в игру "Угадай, как его зовут", надеясь больше узнать об объекте. Старик Афанасий был одним из тех, кто благосклонно относился ко мне. Еще бы! Ведь я по вечерам слушал его никому не нужные истории. Они могли бы показаться скучными для рядового обывателя этого мира, но только не для инопланетянина, вроде меня. Многое мне в них казалось нереальным: ведьмы, драконы, лешие и куча каких-то других существ, отсутствовавших в земном фольклоре. Впрочем, в пределах городов и сел эта нечисть не наблюдалась, предпочитая отдаленные дикие уголки, или хотя бы лес.

Таким образом, ближе к концу месяца, у меня появились некоторые знания о мире, а также весьма обширные сведения о жителях острова: кто, где, когда, как и с кем. Вы наверное скажете, что я больной ублюдок, который копается в чужом грязном белье, а я, пожалуй, просто соглашусь. Ибо всегда прохладно относился к тому, что подумают обо мне посторонние люди. Чужое мнение даже не годится, чтобы им подтереться, это я уяснил еще будучи подростком в школе.

Кстати, о стране. Переводчик для меня ее обозначил как Вестландия, из чего я сделал вывод, что живу на самом западе континента, точнее на одном из примыкающих к нему островов, корабль на который приходит и уходит два раза в день, по расписанию. Носила большая земля гордое название – Аридания и являлась одним из трех населенных материков. Что происходит за их пределами – никто не знал, но держу пари – их больше. По крайней мере три я насчитал только на этом полушарии, когда смотрел на планету из космоса.

Что касается летоисчисления. Оно отличалось от земного. Как я уже и говорил, неделя была десятидневная и именовалась декадой. Ее дни собственного названия не имели, а дата указывалась так – третьего дня, второй декады, шестого месяца, такого-то года. Месяцев было ровно десять и состояли они из сорока дней каждый. Таким образом, год был равен четырем сотням дней, а месяц, соответственно, четырем декадам. В общем, это было очень близко к Земле, лишние тридцать пять суток в году никак не должны сказаться на привыкании. Куда сложнее будет приспособиться к нестандартной неделе и часам. Здесь они были кратными десяти и имели только две стрелки – часовую и минутную. Час состоял из ста минут, а их продолжительность была чуть короче наших – на вскидку пятьдесят земных секунд.

В целом, мне пока все нравилось, и я стал всерьез задумываться связаться с верой. Церковь могла дать мощную защиту и мне, и алтарю Локи. Я даже планировал замуровать его в подвалах инквизиции. Однако, он вскоре заявился ко мне и все обломал.

– Ну и долго ты собираешься здесь сиськи мять? Нормальные пацаны уже готовятся к старту и подбирают места для алтаря, а ты все в дебила с манией величия играешь! Хоть бы че замутил прикольного в деревне.

– Локи, главное ведь не убить всех, а сохранить наш алтарь, – запротестовал я. – У меня по этому поводу свои тактики.

– И ты их придерживаешься, да. Но тебе нужны бабки, чтобы что-то начать посерьезнее, чем слава приходского дурачка. Вот чего ты торчишь на острове? Стать священником и отсидеться под защитой церкви тебе не светит, а еще Кеша скоро раскусит тебя.

– Это с чего не светит? Почему раскусит? – удивился я.

– Ну, отца Иннокентия давно не навещал господь, и его когда-то начнут терзать сомнения, а что касается твоей розовой мечты служить местной религии – у него же и спроси. Мир ты познаешь сам, забыл?

Чувствую какой-то подвох… А вдруг он прав?

– Конечно прав! Дуй в Дарград, вот где раздолье для честного мошенника.

– А чего это ты мне советы раздаешь, да географию открываешь местную? Как же твое табу на разглашение информации?

– Ну так ты про столицу и сам уже многое узнал у Афанасия! Думаешь я не знаю, что тебе известно, а что нет?

– Локи, дружище, меня с моей внешностью в Дарграде менты повяжут с первого же клиента, – я нарочно изменил тон голоса, – Два метра роста и глаза в кучу? Очень сложно будет найти, дамочка. Слишком неприметный.

– Опять двадцать пять! Ну чего ты кривляешься аки паяц колхозный? План простой – выносим церковную казну, садимся на корабль и сваливаем в столицу. Там временно устраиваемся в каком-нибудь трактире, ждем официального старта, а затем бежим прятать алтарь.

– Как у тебя все просто! Вокруг одни дебилы и не сопоставят исчезновение Акакия вместе с церковными деньгами. А вдруг меня по прибытию на берег сразу возьмут под белы ручки? Ты же мне не говоришь, есть ли у местных магическая связь с материком. Нет уж, дождемся доступа к скиллам, и храмовое имущество я трогать не буду.

– Ладно, убедил, – примирительно ответил бог. – Я просто переживаю за свой алтарь. У нас лишь несколько дней после старта, чтобы его заныкать понадежнее.

– Справимся. Ты мне лучше вот что скажи, что заставит игроков вообще что-то делать? Живи себе да живи, кури бамбук и развлекайся с девочками.

– А я разве не сказал? – притворно удивился Локи, – Боги тоже не дураки и понимают, что вы забьете на всю движуху и будете резвиться, словно на курорте, не боясь смерти. Так что в игре есть таймер на полгода, по истечению которых игрок умрет окончательно. Каждый уничтоженный алтарь продлевает этот срок на три месяца, либо позволяет мгновенно воскреснуть в выбранной точке. А еще, ты можешь его потратить, например, на телепорт в любое место планеты. Так что подумай над этим. Все, я ушел.

Вот это он меня, конечно, удивил…

Ну и ладно, еще даже игра не началась. Посмотрим, что там, да как сложится. Мне сейчас пора определяться с тем, кто профинансирует мой переезд в Дарград, если с церковью не срастется.

Самый примитивный способ раздобыть денег стоял сразу за входом в храм и назывался ящиком для пожертвований. Да, тот самый, что был облюбован скандинавским богом. Вот только для меня здесь было одно препятствие и именовалось оно, как ни странно – совестью. Будь местное духовенство побогаче, да пожаднее – я и глазом бы не моргнул. Но Иннокентий являлся человеком высокой морали, и строго следил за ее выполнением остальными. Да и мужик он хороший, как ни крути. Ладно, идем на разведку!

– Дядя Иннокентий, я хочу быть священником, как ты! – едва я вошел в покои святого отца, как сходу огорошил его.

– Ишь ты, куда замахнулся, а правила знаешь? – глава сельской церкви оторвался от какой-то здоровенной книги.

– Правила. Зачем правила?

– Потому что служение господу нашему, есть труд великий. Нужно пройти обучение в духовной семинарии и выдержать проверку.

– Прове-ерку? – озадаченно потянул я.

– Помыслы будущего слуги господнего должны быть чисты. Специальный служитель инквизиции заглянет тебе сюда, – Иннокентий постучал легонько указательным пальцем по моему лбу, – И узнает, что есть твоя суть. Даже самые потаенные мысли не укроются от него. И коли не найдется там греха – тогда тебе дадут добро… и отправят в какую-нибудь темную глушь.

Последнее он добавил еле слышно и раздраженным тоном.

Так, похоже церковная карьера отменяется. Учиться пару-тройку лет в духовной семинарии в мои планы совсем не входит. Да и как я понял, у инквизиции имеются маги-менталисты. Глупо надеяться, что они во мне увидят чистую душу. Я ведь только пять минут назад думал, как бы по ловкому развести на деньги местного помещика Феофана Андроновича.

– Ну, схавал? – злорадный голос Локи нагло распихал невеселые мысли в стороны и устроился где-то посередине головы.

– Признаю, был неправ.

– То-то же! Бабки придумал где и как достать?

– В процессе. Есть тут у меня наметки, но пока призрачные.

– Акаша, ты чего задумался? – прервал мою беседу с богом Иннокентий.

– А? Больше не хочу быть священником! Инквизиторы – они страшные.

– Э, нет. Инквизиторы, они не страшные, они справедливые. Светлой душе не стоит бояться их. А ты скоро и сам узнаешь это, – он улыбнулся и загадочно подмигнул.

– Как узнаю? – чего-то я не разделяю его радости.

– Хотел сюрприз сделать тебе, но так и быть, скажу. Об исцелении твоем чудесном слухи далеко поползли. Комиссия приедет с Дарграду. Не подведешь?

У меня похолодело внутри.

– Они мне в голову будут смотреть, да?

– Что ты! Просто поговорят, да местных поспрошают, каким ты был и каким ты стал, когда в лазарет наш попал. Веди себя, как всегда. А коль скажешь, что дядя Иннокентий в том участие имел, будет тебе пирожное с кремом, а то и два!

Ах ты жук церковный, вот оно как! Но так и быть, для Иннокентия постараюсь. Мужик хороший, да и не место ему в этом прогнившем колхозе.

Следующий день не предвещал ничего плохого. Начался он вполне себе обыденно, а в обед в нашу церковь пожаловала, вся разодетая в шелка, ее превосходительство Марфа Семеновна. Ну или, чтобы было понятнее – та самая похотливая женушка помещика-рогоносца. Где там моя любимая кружка?

– …и ведь зарекалася: Федька в академию уедет и больше ни-ни! Но не сдержалась – слаба я, отче. Уж и не знаю, как жить дальше. И ведь понимаю, что грешна, но нету сил остановиться. Кузнец наш, Клим, ну такой мужчинка! Жаль не может дважды… Ой, простите, отче… А тут, намедни, муж мой дворника Митю выгнал, да поколотил, что места живого на нем нет. Вы уж помолитесь за Феофана-кормильца нашего, не пойдет ведь сам у господа прощения просить. Дела у него важные, занятой он весь…

Опа, ну здравствуй, дорогая жертва! Я вскочил с топчана и пулей сбежал по ступенькам вниз. В каких-то два прыжка преодолел главную залу и оказался на входе.

– Дядя Афанасий, дядя Афанасий, дай метлу.

– Таки я же подметал час назад!

– Дай!

– В углу возьми, странный ты сегодня, Акакий.

Я схватил предложенный им хозинвентарь, выбежал за ограду церкви и начал усердно подметать перед ее воротами. Когда и где я так еще удачно встречу эту даму? Звезды складывались лучше некуда; да и придурок Федя в академию отчалил, а с ним и все возможные проблемы.

– Посторонись, приблуда…, – раздался раздраженный голос помещичьей жены, – И кто тебе блаженному дураку метлу доверил?

Вот же стерва! Я лихорадочно прокрутил в голове возможные варианты продолжения беседы. Похоже, мадам не разглядела во мне своего нового дворника.

– На живца лови! Че тут думать! Агрегат ей свой покажи.

– Локи!

– Не тупи! Уйдет же…

Блин. А он прав.

Неловкими шагами освободил ей дорогу и "невзначай" уронил метлу, да так, что черенок прилетел мне аккуратно в промежность. На какие жертвы не пойдешь ради великого дела!

– А-а-а, больно…, – я схватился за причинное место.

– Сам виноват! – Марфа притормозила и даже изобразила сочувствие на слегка полноватом, но красивом лице. – И правда, заговорил дурачок! Не врал Иннокентий.

– Жги, Тоха! Я попкорн открыл.

– Вавабудет! – с серьезным видом заявил я и спустил штаны до колен, демонстрируя поврежденный орган.

Аккуратные брови Марфы медленно поползли в район лба, и обещали остановиться только где-то возле затылка.

– Э-э-то…, – она начала хватать ртом воздух, – Э-то-о… у-у-у…

Быстро натянул портки обратно, пока меня не заметил кто-то еще. Все-таки храм под боком, некультурно.

– До свидания, тетенька Марфа. Приходите помолиться. Дядя Иннокентий говорит, надо всегда быть вежливым.

Я повернулся и весело пошагал в церковь. Теперь ждем результата.

– Локи, чего она там?

– В себя приходит. Ну ты, мужик, и красава! Думал заочкуешь.

– Акаша, а пойдем я тебе конфет куплю? – донесся жалобный голос сзади.

– Страйк! – заверещал Локи, – Страйк, мать его!

– Акакий любит конфеты! – я обернулся и сделал невинные глазки.

– А Марфа любит угощать хороших мальчиков! – парировала она в ответ.

Подстраиваешься значит? Надеюсь, что неосознанно. Я поставил метлу во дворе и направился к воротам.

Эх, хорошо, когда тебя боится вся деревня! Марфа нисколько не смущалась, что идет под ручку со вчерашним Свинотрахом; зато крестьяне, наоборот, при виде помещичьей жены резко вспоминали, что забыли выключить утюг и моментально разворачивались, либо же переходили на другую сторону улицы. Этой женщине было плевать на пересуды. Она, а не кто-то еще, здесь была хозяйкой.

– Тетушка Марфа, базар в другой стороне!

– Там невкусные конфетки. Вот у меня дома Дарградские, от самой Митрофановской фабрики! С ликером!

– С ли-икером? – восхищенно произнес я, – Нет. Не знаю такого слова.

– Пальчики оближешь! Если их много съесть – станет хорошо-хорошо! А вон уже и усадьба, почти пришли!

Хоромы у помещика оказались что надо. Не хуже Рублевских. Дом, больше был похож на замок, со всеми прилагающимися нему башенками и решетками с вензелями. Под самой крышей обнаружилась комнатка, с наблюдательным постом, к которому вела аккуратная лесенка с самой земли, но охраны я там не заметил. Марфа завела меня во двор, размером с футбольное поле, и ласково произнесла:

– Хочешь помести?

– А конфетки?

– А я пока схожу за ними. Смотри, какая метелочка красивая! Только мети хорошо!

Я послушно кивнул головой, взял метлу, по виду сделанную из павлиньего хвоста, и начал с усердием подметать двор. Скорее всего сейчас на меня из дома уставились глаза помещика, а Марфа настойчиво ему объясняет, какой я отличный работник, только конфеты подноси. Не поднимая головы, скосил глаза и обнаружил в окне бородатого мужика со скривившейся физиономией. Ну, точно Феофан, по крайней мере взгляд его сынка я не забуду. А здесь была его точная, но прилично постаревшая копия.

– Хороший парень, работящий, да прилежный. Держи! – Марфа снова вышла на крыльцо, и протянула мне горсть конфет. Судя по ее довольной мордашке, я с честью сдал экзамен на вакантную должность.

– С ликером?

– Сегодня нет, отец Иннокентий будет серчать на меня из-за них. А хочешь жить у нас? Конфетки каждый день будешь кушать, а с ликером уж точно!

– Акакий любит конфетки, Акакий живет в церкви.

– А Акакий будет мести дворик? Ты мне дворик будешь подметать, а я тебе конфетки! Отец Иннокентий отпустит Акакия к тете, я поговорю с ним.

Хрена себе дворик. Но выбирать не приходится… Я согласно кивнул и добавил:

– Хочу жить с тетей. Тетя красивая!

Щеки Марфы залила краска, и судя по часто заходившей вниз-вверх груди, не будь сейчас здесь помещика, тетя бы меня оседлала прямо во дворе.

– Ну все, иди! Передай отцу Иннокентию, что я завтра зайду к нему в полдень. Полдень, повтори.

– Полдень! Тетя Марфа придет в полдень!

– Ну беги, дорогу запомнил?

Я утвердительно кивнул.

Как я уже и говорил, день не предвещал ничего плохого, его даже можно было бы назвать лучшим днем в моей новой жизни, если бы не одно "но".

Вернувшись в церковь, я застал там полный кавардак: повсюду бегали рабочие, таскали какие-то козлы и лестницы, подбеливали столбы и спешно красили рамы.

– Куда запропастился, малец? – окликнул меня весело сторож Афанасий, – А у нас тут ремонт наметился. Важных шишек из столицы ждем. И все из-за тебя! Прослышали они, что ты рассудок обрел. И твои хоромы тоже ремонтируют. Пойдем покажу, где сегодня ночевать будешь.

– Ка-ак ремонтируют? – я, кажется, побледнел и быстро попытался взять себя в руки, натянув свою обычную дебиловатую улыбку.

– Да вот так и ремонтируют, идем. Пожитки твои уже перенесли, да и топчан тоже. По себе знаю, негоже на незнакомой койке спать.

У меня появилось предчувствие. Весьма хреновое. Склонив голову, побрел за своим провожатым в правое крыло храма, где в основном и жил весь персонал церкви. Мы дошли до входа в одну из комнат, и сторож открыл мне дверь.

– Вот твой новый дом! Не хуже прежнего!

– Спасибо, Афанасий, иди! – раздался дрожащий голос Иннокентия.

Ну все, явился белый северный зверек по мою душу. Я поднял глаза и увидел бледного как мел наставника, а возле него на столе, лежала моя заветная тетрадка с компроматом.

Глава 5

– Стой, где стоишь, морда бесовская! – Иннокентий с грозным видом встал с топчана и выставил передо мной местное "распятие", едва Афанасий захлопнул дверь. Глава церкви с ног до головы был увешан какими-то амулетами и выглядел решительно.

– Мужик серьезно настроен, чего делать будем? С пришествием господнем не прокатит, клык даю.

– Уверен?

– Угу, время упущено. Выкручивайся.

– Ну, что молчишь, образина демоническая? Даже не думай сопротивляться: комната освящена и козни твои не пройдут. Это же надо, в святое место инкуб проник, да письмена дьявольские готовил! Обвел вокруг пальца святой люд, а я-то слепец! Поддался речам, да уговорам ложным.

– Иннокентий, кто еще видел тетрадку? – я решил пойти ва-банк.

– Сдался, значит демон! Или обмануть опять решил? Не пройдет! – он победно указал мне рукой на дверь, которая уже была исписана изнутри какими-то каббалистическими знаками.

– Не демон я, а человек божий. Акакием зовут.

– А ты докажи это! Проверку на Святом писании пройди!

– Локи, что за проверка?

– Э, нет, дружище. Ты сам должен все узнать. Забыл?

– Ну и пройду, раз так нужно. Мне боятся нечего, бог меня хранит, – я постарался выглядеть уверенным.

Иннокентий указал на здоровенный талмуд в серебряной оправе, лежащий посреди стола.

– Руку правую приложи к нему и отвечай, коль соврешь – сгоришь на месте!

Я послушно подошел к столу и сделал требуемое. Блестящий металл переплета неприятно холодил ладонь.

– Ну, говори! Расскажи, как телом отрока блаженного завладел, демон?! – сузил глаза священник.

– Я правда сгорю, если совру, Локи?

– Угу… Местный боженька серьезный мужик. Правда работает это только на преступления против церкви. Упс, а вот и он…, – голос Локи внезапно сник.

– Предупреждение игроку Самойлову Антону и его покровителю! – загрохотал незнакомый голос в ушах, – Следующее нарушение правил повлечет дисквалификацию. Запрещено разглашать информацию, о которой игрок изначально не имеет знаний.

– Ну хоть не бан влепил, – облегченно выдохнул Локи, – Давай, отмазывайся перед Кешкой.

– Рассказывай всю правду, демон. – Иннокентий был неумолим.

Значит правду.

– Я не демон! – мое тело внутренне сжалось, но вроде не загорелось.

– Ты смотри! Не врешь, – удивился он, – А скажи-ка – ты действительно избранник божий?

Священник победоносно прищурился и ждал моего ответа.

Хм, а почему бы и нет? Локи, между прочим, тоже божество, и он меня сам выбрал. Уточнения, какой именно бог, не было…

– Да, меня выбрал бог! Благодаря ему, в теле этом появился рассудок. И он со мной разговаривает каждый день, – уверенно ответил я.

– Красавчик! – восхищенно произнес Локи, – Прямо как я в лучшие годы.

Иннокентий растерянно переводил глаза с меня, на святой талмуд, и обратно, словно сомневался в работоспособности артефакта. Чувствую пора переводить разговор в другое русло, пока он не придумал новых вопросов. Я потихоньку убрал руку с писания и перешел в атаку.

– Сознаюсь, отец святой, озарение снизошло на меня. Был дураком, и вдруг ка-а-ак прозрел. Но чтобы панику не наводить, решил пока сельчан не травмировать душевно, да постепенно к переменам приучать.

– А что за письмена дьявольские у тебя? Знаки неведомы те мне!

– То не дьявола писание, а слово истинное божье. Им покровитель наш со мной общается.

– И что же мне делать теперь? – разочаровано произнес священник, резко сникнув и потеряв весь свой запал, – Ежели ты такой смышленый – комиссия поймет, что ты за нос всех водил. Загребет тебя инквизиция, да допросит с пристрастием в мозголомне. А как поймут, что нет моего участия в деле том – останусь я тут на веки вечные на острове поганом.

– Отец Иннокентий, кто еще обо мне знает?

– Да никто! Я же позора не пережил бы, что инкуб по церкви шастает. Не говорил никому, самолично по-тихому демона уничтожить хотел. Плотник тетрадь твою из подпола достал, но даже не смотрел – читать-то он не умеет. Отдал мне ее, да и дальше делом занялся.

– Ну так давайте оставим все как есть. Вы никому обо мне не скажете, иначе жизни мне не дадут инквизиторы ваши. А я буду вести себя также, как до этого вел, да и поедете вы в свой Дарград.

– Грешное дело это, обманывать. Богопротивное, – вздохнул священник, – А спросят меня чудо повторить в столице? Приведут блаженного, да скажут: "Излечи душу раба божьего". И как мне потом отбрехаться?

– Да никак! Чудо – на то оно и чудо, что происходит по неведомым законам и прихоти нашей не подвластно. Мне это сам отец наш Всевышний говорил.

– Переигрываешь! – зашипел Локи.

– Понял.

– Насчет Дарграда не бойтесь, – продолжил я, – Побудете там, подружитесь с духовенством местным, да и оставят вас на должности. А если вдруг не получится, то бог вам поможет, и станете вы лекарем, каких свет не видывал.

– Не врешь? – покосился на меня священник.

– Не вру! – соврал я.

– Ну чего тебя понесло-то, а? Ну чего ты мужика обнадеживаешь зря?

– Локи, не мешай мне связями в Дарграде обзаводиться. Сказал помогу – значит помогу. Какой-нибудь пенициллин ему подсуну, как истинный попаданец.

– Нельзя! – запротестовал бог, – Ты не можешь пользоваться технологическими достижениями своего мира!

– А я и не буду пользоваться. Его между прочим хрен просто так добудешь, особенно в средневековом мире. Это только в книгах главный герой его по щелчку пальцев из хлеба и апельсинов извлекает, а на самом деле там технология сложная – я гуглил. Так что дам Иннокентию направление мысли, а дальше пусть сам возится. Цель поставит – добьется.

– Может и стоит оно того, коли ты и вправду с богом можешь общаться, – пробормотал Иннокентий. – Но, если заберут меня отсюда – не будет тебе жития в церкви с новым священником.

– А я к помещику жить перееду, дворничать буду. Завтра Марфа Семеновна придет к вам в полдень, просить за меня.

– К богохульникам этим? Да окстись! Кара божья по ним плачет!

– А может я и есть та самая кара? – я улыбнулся и весело подмигнул святому отцу.

Следующий день был наполнен позитивом и размышлениями о будущем, правда только до обеда. Я искренне радовался тому, что нашел общий язык со святым отцом и решил сделать все, чтобы помочь ему. Достаточно просто убедить комиссию, что чудесная эволюция дебила исключительно дело святой веры Иннокентия, и дело в шляпе.

Мои планы о восстании в деревне незаметно отошли на задний план, поскольку я смог проникнуть в усадьбу Феофана. Теперь я буду находиться на территории врага, и смогу действовать скрытно. Жалко, что Федя, сделал ноги в столичную академию магии. Чует мое сердце, этот мелкий засранец в нее поступит, а следовательно, в ближайшее время в Андроновку не вернется. Ну ничего, я его в Дарграде найду. Он у меня еще пожалеет, что на божьего избранника наехал.

Однако, все прекрасное имеет свойство заканчиваться и в полдень в храме появился Марфа, да не одна, а в сопровождении своей рогатой половины. Иннокентий был на высоте, и заставил долго себя уговаривать, мотивируя тем, что такого исполнительного работника как я, готового работать за фантики, он больше не сыщет. В результате непродолжительных дебатов, церковная казна пополнилась небольшим мешочком со звенящими монетами, а в кармане помещика, соответственно, появилось немного свободного пространства. Помня его вчерашнее настроение, в отношении меня, думаю Марфе пришлось усердно поработать этой ночью, чтобы настроить его на нужную волну.

Итак, после обеда я попал в ад. В своих мечтах я нарисовал себе небольшой отдельный домик для прислуги и улыбчивую жену помещика, которая приносит мне чистое постельное белье, предлагая ни в чем себе не отказывать.

Домик действительно имелся в наличии, вот только никто меня в него не пустил. Вместо этого мне выдали метлу, раза в три больше вчерашней, а затем Феофан Андронович торжественно благословил меня на уборку, за которой предпочел наблюдать лично.

Вылизывание местного аэродрома под неустанным взором барина продлилось до самого вечера, и единственное, о чем я мечтал к концу рабочего дня – умереть и переродиться каким-нибудь беззаботным малышом, который может себе позволить валяться весь день в колыбели и не думать о будущем. Поэтому, когда последний участок двора засиял ослепительной чистотой, я на автопилоте выбрал направление и попытался двинуть к будущему убежищу, даже не обратив внимания на улыбчивую Марфу, притащившую полный передник конфет.

– Стоять! – донесся до меня грозный голос помещика, – Куда собрался, дурень?

– Спа-ать…, – чуть не плача, ответил я.

– Я те дам спать! – он повернулся к стоявшей рядом хозяйке, – Марфа Семеновна, супруга дорогая моя. Дела у меня сегодня с нашим приказчиком возникли. Надобно запасы на дальнем краю острова пересчитать. Вернусь через четыре дня, а ты лично проследи, чтобы хмыря этого облагородили, отмыли и побрили. Нечего мне тут вшей разводить!

Я поднял взгляд на помещичью жену, в глазах которой весело плясали бесенята. Кажется, она прекрасно понимала, что никакого пересчета не будет, а муж ее на пару с приказчиком по бабам пойдут. Но похоже мадам была только рада этой новости, и уже нарисовала в своей голове программу сегодняшнего вечера. Чувствую, помывка отнюдь не единственное, что меня ожидает. И, вроде как, я и сам не прочь запустить руки этой барышне под подол, все же молодой организм требует своего, да и женщина она весьма ухоженная и симпатичная. В общем, сон как рукой сняло.

– Конечно, муж мой родной. Все сделаю, как ты велишь, самолично прослежу, чтобы никакой заразы не осталось на работнике нашем! – она хищно провела языком по губам и посмотрела на меня, а если быть точнее, то в район завязок на моих портках.

– Ну и хорошо, тогда я спокоен, – помещик взошел на крыльцо и направился внутрь дома.

Неужели ему и в голову не приходит, что значит "самолично" в исполнении Марфы? А может и приходит. Скорее всего им прекрасно известны темные стороны друг друга, но оба предпочитают делать вид, что все в порядке. Все же они деревне живут, а в ней, как известно, сложно что-то утаить, тем более от хозяев острова. Даже я, находясь здесь меньше месяца, уже знаю столько о местных, что впору бразильские сериалы снимать.

Короче, хрен разберешься в правилах игры местных сословий, пока сам не окажешься в подобных кругах. А уж я точно окажусь, дайте мне только время.

– Присядь пока, а я велю постелить тебе простыни чистые, да баню стопить. – Марфа указала мне рукой на большую красивую скамейку во дворе под раскидистым деревом.

Я послушно выполнил требуемое. И чего, мне вот так и сидеть тут, как дурень под яблоней, да ждать пока баня не истопится? Впрочем, почему как? Я поднял глаза на ветви и обнаружил крупные, едва начинающие краснеть плоды. Яблоню имеем, дурня тоже – все на месте.

– Ты не забыл, какой сегодня день? – торжественный голос Локи наполнил мою голову. Ну хоть с этим время скоротаю.

– А какой сегодня день? – удивленно вопросом на вопрос ответил я богу.

– Сегодня в полночь старт! Считай, что официальное начало игры!

Хм, неужели прошел месяц, как меня сюда занесло?

– Ага, сорок деньков, а ты ни копейки не заработал.

– Заработаю. Как он хоть выглядит, алтарь этот? И скиллы меня интересуют, у меня интерфейс появится?

– Вот еще! Все по-взрослому, как в реале, – гордо ответил Локи, – Никаких тебе циферок урона и всплывающих окон. А алтарь увидишь. Он небольшой, для владельца невесомый. Но светится, падла, так что игроки его за километр видят.

– И даже если закопать? – удивился я.

– Не, сквозь преграды не просвечивает. Местным он так вообще простым камнем кажется. Только игроки свет тот могут увидеть.

– А самих игроков я смогу отличать от местных?

– Нет. Но ты можешь потребовать идентификации подозрительного человека, и если он игрок, то тебе это подтвердят. Вот только если ошибешься – следующие сутки умение будет не доступно. Это сделано чтобы вы не шерстили всех подряд.

– Кто подтвердит? Как потребовать?

– Тот, кто нам чуть бан не выписал, когда в тебе демона Иннокентий выискивал. Просто зафиксируй взгляд на цели и мысленно произнеси: "Идентифицировать".

– Понял.

– И еще, я не имею права сообщать тебе о присутствии другого игрока поблизости, пока ты сам его не обнаружил. Вот это прямо запомни. Скажи: "Дорогой Локи, я запомнил!"

– Да запомнил, запомнил.

– Отлично. Теперь хорошая новость: ты всегда сможешь видеть их алтари на карте, где бы они не были спрятаны.

– Карте? Ты же сказал не будет интерфейса!

– Не будет. Купишь любую карту в магазине и увидишь.

– А скиллы? Как их юзать без интерфейса?

– Команда голосовая. Сам назначишь какую-нибудь. И вообще, начинай думать, как нам ограбить Феофана и еще ре… Твою же мать!.. – Локи внезапно затих и исчез.

– Вот он, голубчик, сидит! – раздался голос Марфы, – Обработай его хорошенько от всякой заразы, да в баньку дорогу покажи. Но сама не вздумай в парилку с ним идти!

Я поднял глаза и обнаружил перед собой молодую девчонку, лет семнадцати, при виде которой мне захотелось громко выматериться. Нет, ничего там такого страшного не было. Напротив, весьма симпатичная мордашка, даже красивая, в какой-то мере. Длинные русые волосы, заплетенные в толстую косу; аккуратный симпатичный носик и небесно-голубые глаза, с легкой хитрецой. Завершали образ крупная высокая грудь и тонкая талия, переходящая в крутые бедра. Такой типаж фигуры иногда называют "рюмочка". Широкая длинная юбка скрывала нижнюю половину тела девушки, и о прямоте или кривизне ног, прячущихся под ней, можно было только догадываться, но почему-то я был уверен, что там все хорошо. В целом, она выглядела очень соблазнительно, и я вполне мог понять реакцию Локи на подобную секс-бомбу. Вот только было одно "но". Мне такие "типичные русские красавицы" никогда не нравились, поскольку я всегда любил противоположный им тип – этаких гламурных хищниц, что называется женщин-вамп. А эта подруга выглядела, слишком по-деревенски. Такая себе целомудренная лапочка.

Единственное, что портило ее образ – огромный фонарь, превративший ее левый глаз в узенькую щелочку, и разбитая губа. Собственно потому, я еле сдержался, чтобы не выругаться вслух. При всем своем цинизме и наплевательскому отношению к незнакомым людям, я, тем не менее, терпеть не могу, когда мужики бьют женщин, уж так меня воспитали. А то, что по ее ангельской физиономии хорошенько проехался кулак барина, у меня не вызывало сомнений. Больно площадь удара здоровая, у Марфы руки маленькие и аккуратные. Кроме хозяина и его жены, слуг никто бить и не посмел бы.

– Знакомься, Акакий, это наша горничная – Кристинка! Она тебе все покажет, да в баню отведет.

– Акакий, – протянул я, уже привычно изобразив глуповатое лицо.

– А я – Кристина! – она присела в легком реверансе и весело добавила, слегка косясь на барыню, – Ну, пойдем скорее!

– Идем! – я поднялся с лавки и направился следом.

Обработка от заразы началась с того, что девушка завела меня в предбанник и велела раздеться. Ну что же, это будет даже интересно. Забавно будет посмотреть еще одну реакцию на внешний вид моего… кхм, агрегата.

Однако, едва я скинул рубаху с сапогами и приготовился расшнуровать завязки на портках, как Кристина громко вскрикнула и перехватила мои здоровенные ладони своими аккуратными пальчиками.

– Не надо! Барыня не велела. Сказала со свету сживет, если я вздумаю туда хоть глазком посмотреть, – она слегка покраснела и уставилась на меня.

Мда, не успела Марфа меня дворником взять, а уже право собственности качает. Но все же я послушался и оставил штаны на месте.

– Ты, Акаша, не волнуйся, – она извлекла из передника ножницы, – Мое дело маленькое – постричь тебя, да побрить, чтобы блох не натаскал. А остальную обработку хозяйка наша сама проведет. Садись давай!

Это что, меня сейчас налысо постригут? Впрочем, это даже не плохо. Очень надеюсь, что ходит с этим телом мне осталось недолго. Я покорно, и даже с удовольствием, уселся на предложенную табуретку. Ноги ужасно гудели с непривычки – шутка ли, целый стадион вымел!

– Батюшки! Высокий какой! Может на пол пересядешь? – Кристина посмотрела на меня жалобным взглядом, – Волос вон сколько у тебя, голова крупная, не дай бог не управлюсь в срок – Марфа Семеновна барину пожалуется.

– Дядя-барин будет бить Кристину? Это плохо! – сообщил я ей и уселся на полу.

– Конечно плохо..., – тяжело вздохнула она, – И чего это все говорят, что ты дурачок? По мне, так понятливее многих!

Так, кажется мне сейчас полезут в душу. А надо ли мне это?

Девчонка торопливо приступила к "обработке". Стригла она, мягко говоря, очень коряво и даже пару раз прищемила мне ухо, но я терпеливо выдержал экзекуцию, и лишь разок невольно дернулся.

– Ой, извини, Акаша, я это… случайно.

По мне, так девчонка вообще впервые с ножницами дело имеет. Однако, странных гувернанток они к себе нанимают. Может не зря ее барин колотит?

– Локи! Ты здесь?

Бог молчал.

– Хорошо тебе, Акаша, большой такой, сильный. Наверное, никто обидеть не может, хотя, судя по шрамам на голове и ожогам, издевались над тобой немало. Неужели, тоже достается?

– Угу, – жалобно ответил я.

Все-таки стоит поддерживать разговор. Девчонка лучше ориентируется на этой территории, да и в дом доступ имеет. Вполне возможно, что она знает, где Феофан хранит свои ценности и деньги. Буду держать с ней позицию вызывающего жалость дурачка, как и со всеми. Авось, проболтается, о чем интересном. Блин, что за "авось"? Надо быстрее завязывать с этой деревней, а то скоро начну мыслить, как они.

– А меня, с месяц назад, барин поколотил до полусмерти и чуть не изнасиловал, – пожаловалась девушка, – Хорошо Марфа Семеновна вовремя остановила его. Про Феофана Андроновича слухи нехорошие ходят, будто любит девок истязать, да только спросишь кого – молчок, всем страшно.

– Кристина хорошая! Надо Кристине убежать от злого барина.

– Да куда же тут сбежишь, с острова этого! – она отложила ножницы в сторону и посмотрела на результат своей работы, после чего извлекла из передника бритву, между прочим, опасную, и начала разводить мыло в кружке.

– Может Акакий сам? – я со страхом покосился на лезвие. Если она мне ножницами чуть уши не отхватила, то что с этой штуковиной может сотворить, я даже не представляю…

– Да ты не бойся, дурачок… Ой… – девушка покраснела, – Извини я не специально так сказала. Ты не дурак вовсе, это шутка такая. Брею я намного лучше, чем стригу, честно-честно!

Я покорно кивнул и Кристина за считаные минуты ловко обработала мой череп до состояния бильярдного шара, ни разу не порезав меня. Я бы так точно не смог.

– Ну вот и все! Пойду сообщу Марфе Семеновне, что все готово.

Девушка убежала, а я скинул остатки одежды и побрел в парилку. Внутри нее все выглядело вполне знакомым: аккуратно сложенные березовые поленья, кирпичная печь с каменкой, деревянная кадка, полная воды, и никакой магии. Ну что, ждем неизбежного?

– Локи, дружище?

И снова тишина. Знает ведь, что меня ждет, неужели пропустит мое изнасилование барыней? Не верю!

– Локи, ауу!

Бог, казалось, полностью решил проигнорировать меня.

Снаружи скрипнула дверь. Я набрал в грудь побольше воздуха и приготовился. В голове завертелись эротические картинки, отчего кровь прилила к кхм… ну вы поняли. За какие-то несколько секунд я уже был в полном состоянии боевой готовности.

– Акакий, мальчик мой! – донеслось из предбанника, – Рано ты мыться-то пошел, гляди что я принесла! Выходи в сени, конфетки будем кушать!

Эх, была не была! Я словно молодой воин, с копьем наперевес, открыл дверь и чуть не врезался в Марфу в одном халатике, которая держала в руке кулек конфет и бутылку чего-то, смутно напоминающего шампанское. Даже этикетка с драконом имелась! Взгляд барыни мгновенно переместил в единственную интересующую ее область, а в следующую секунду она застыла с открытым ртом и выронила бутылку из рук. Та с грохотом упала на пол и забрызгала пеной все вокруг. Ну точно, шампанское.

– Да и бесы с ней! – Марфа одним движением скинула с себя халат, явив миру потрясающую грудь, которой бы позавидовала сама старушка Памела.

А ничего она такая! Вполне себе молодухой выглядит, не иначе какой-то магией тело в тонусе поддерживает. Поразмышлять об этом она мне не дала, а по-хозяйски схватила за тот самый "кхм", что торчал наперевес, и повалила на стоящий в углу предбанника диван.

И все-таки я победил в этой схватке! Какая бы боярыня ни была ненасытная, какие бы слухи о ней не ходили, но она сдалась первая. Удовлетворенная любовной игрой Марфа выползла из-под меня на четвереньках, еле поднялась на ноги и окинула туманным взглядом…

– Хорош жеребец, ай да хорош! Завтра барина не будет, можешь отдыхать. И это… держи, заслужил! – она подняла с пола упавший кулек конфет, небрежно кинула его на диван, а затем покачиваясь вышла наружу.

– Криська-а-а! А ну живо сюда! Отведи дворника в дом, да комнату покажи. И только хоть мыслишкой одной подумай куда попало своими ручонками кривыми влезть! Сживу со свету! – постепенно удаляющийся голос оповестил, что сейчас ко мне придет горничная.

Сходил в баню называется… Впрочем пофиг! Потерпит Кристина. Я схватил первую попавшуюся мочалку со стены и отправился заканчивать помывку.

Девушка покорно дожидалась меня снаружи, заранее оставив в предбаннике чистое и свежее белье. А вот это весьма приятно! Церковное рубище уже знатно затаскалось, да и пахло, надо сказать, не очень. Я с удовольствием примерил обновку в виде новых штанов и рубахи, а затем вышел из бани. Кристина встретила меня с недовольным видом и, ни слова не говоря, повела в домик для слуг.

– Осторожно, тут ступенька, – предупредила девушка, а затем добавила нервно, – Ну что ты еле ноги переставляешь, быстрее не можешь?

Чего это с ней? То вся такая приветливая, а сейчас нервничает, словно на самолет опаздывает. Феофан уехал, Марфа уже поди храпит без задних ног. Время скоро полночь, подумаешь – пять минут раньше, пять минут позже.

Она завела меня внутрь домика, который выглядел достаточно аккуратным, однако ни в какое сравнение с хоромами хозяев не шел. Здесь все выглядело простеньким, но чистым. Внимание привлекли деревянные стены со странными закрепленными на них шариками, внутри которых что-то довольно ярко светилось белым. Даю голову на отсечение – это не было обычным огнем! Я таких еще не видел. В церкви, да и в домах местных крестьян, насколько мне довелось узнать местный быт, всегда использовались свечи. Видимо, это что-то магическое, надо будет глянуть потом.

Дощатый пол, выкрашенный коричневой краской, громко и противно скрипел под ногами в такт нашим шагам. Мы прошли по короткому коридору, в котором я насчитал шесть дверей, а затем она отворила передо мной самую последнюю.

– Вот здесь ты будешь жить. Ну все, пока, я побежала!

Кристина спешной походкой удалилась прочь и исчезла в противоположном конце коридора, за точно такой же дверью. Я пожал плечами, вновь удивляясь внезапной перемене ее поведения, и осмотрелся. Мда, как и ожидалось, специальную кровать под мой рост не подобрали. Придется спать калачиком.

Кроме спального места, в комнате имелась прибитая к стене вешалка; какой-то огромный тюк из простыней, лежащий на полу в углу; и еще один светильник под самым потолком. Вниз с него свисала одинокая веревочка, по всей видимости служившая выключателем. На подоконнике стоял остывающий ужин на деревянном подносе. Вот и вся обстановка. Ах, да. Еще здесь были часы, показывающие, что до полуночи осталось пять минут.

Пять минут! Пять минут до начала игры.

По моей спине внезапно пробежал холодок. Мозаика сегодняшних событий сама собой начала складываться в голове. Гувернантка, не умеющая стричь, но владеющая опасной бритвой как заправский ассасин клинком. Да и говор у нее не местный, даже Марфа, и та с деревенским диалектом мысли излагает. Но главное – куда она так торопилась в полночь? И в завершении всего внезапно сбежавший Локи, едва эта дама появилась.

До полусмерти тебя избили месяц назад, говоришь Кристина? А может, все-таки до смерти?

Глава 6

Да не, бред какой-то! Я накручиваю себя. Или не бред?

Я уселся на кровать, отчего она протяжно затрещала под моим весом, пообещав скоро сломаться, и почесал лысую голову, пытаясь свести все концы воедино.

Итак, все началось с того, что Локи внезапно исчез, даже не произнеся фразу до конца, и именно в тот момент, когда появилась Кристина. И, кстати, он еще специально сделал акцент на том, что не сможет мне подсказать о появлении другого игрока. Значит ли это, что именно по этой причине божественный засранец внезапно предпочел ретироваться?

– Сам засранец.

– Локи?

Понятно. Решил отсидеться. Значит будем считать, что это первый довод в пользу того, что Кристина игрок. Причем очень весомый довод.

Дальше. За все время, что я здесь нахожусь, я ни разу не слышал, чтобы кто-то говорил без деревенского диалекта. Переводчик довольно точно имитирует для меня речь местных, подстраивая под ту, которую можно услышать в российской деревеньке. Пожалуй, только священник Иннокентий говорит грамотнее, хоть и с церковным душком, да Афанасий. Так они оба и не из этих мест. Еще Федька. Но тот понятно, весь модный, поди с личными преподавателями готовился, да и в академии своей однозначно не захочет колхозником прослыть. Из этого делаем вывод, что горничная барина не рождена на острове. Может она нанята сюда с материка? А стала бы такая городская красавица терпеть побои и работать за гроши, на которые даже с острова не уплыть? Или у них есть какие-то контракты? Слишком мало информации, а проверить я ее смогу только завтра.

Я перевел взгляд на часы. Без трех минут полночь. Пойти разбудить других работников, да спросить местная ли она? Но я никого из них не знаю, а за весь день я увидел из неизвестных мне людей только какого-то небритого мужика, да пару охранников, и то издалека. Ладно, пока в сторону этот момент.

Третье. Может ли быть такое, что гувернанток учат обращаться с опасной бритвой, но при этом не учат пользоваться ножницами для стрижки? Допустим она не цирюльник, что она тогда могла брить в таких количествах? Ноги? Или физиономию Феофана? Так он с шикарной бородой щеголяет, такую за год не отрастить. Конечно, бритва не кинжал, подход к ним разный нужен. Но все же она ближе к ножу, чем к ножницам. Хм, какой-то неубедительный довод. Посчитаю его за сомнительный.

Ну и четвертое. Это ее внезапно изменившееся поведение и желание спровадить меня до полуночи, плюс нервозность. Вот здесь я почти уверен, что это аргумент.

Теперь, что мы имеем против? Я снова провел рукой по непривычно гладкой голове – филигранная работа! Да ничего мы не имеем, только сомнения в том, что на такой маленький остров вряд ли могло закинуть двух игроков – я видел размеры планеты. Либо это невероятная случайность, либо игроков миллионы.

Блин! Я хлопнул себя по лбу, есть же отличный способ проверить! Если она игрок, то у нее должен появиться алтарь! Я вновь взглянул на часы – минута до полуночи.

Молнией вскочил с кровати, быстро сориентировался, что по коридору не смогу пройти без скрипа, а потому сиганул в окно и оббежал домик по кругу, после чего аккуратно заглянул в ее окошко. Тьфу ты, занавески! Я уже было собрался возвращаться, как вдруг внутри ее комнаты загорелся белый сияющий овал.

Она игрок! Она точно игрок!

– Браво, Ватсон, а теперь сваливай. Тебя тоже спалили.

Блин, а где мой алтарь?

Я торопливо огляделся, и увидел, что справа от моей головы завис темный округлый булыжник, на котором были изображены две змеи с переплетенными между собой хвостами. Не раздумывая, схватил его в руки и сунул за пазуху, после чего с разбегу нырнул в кусты у забора.

– А чего это он не светится? Или это не работает для своего алтаря?

– Потрясающая дедукция! – подколол меня Локи, и уже серьезным тоном добавил, – А вообще я тобой горжусь! Молодец, вычислил змею!

– И чего мне теперь с ней делать? – я внезапно растерялся.

– Бритвой по горлу и в колодец. Чего тут думать!

– Бритвой?

– Хотя не, ты бритвой не сможешь. – задумчиво произнес бог, и тут же радостно добавил, – Но ты теперь дворник, можешь попробовать лопатой.

– Локи, не гони! Я вообще никак не смогу. Мне никогда не доводилось убивать людей.

– Размазня. Но все еще можно исправить, вон у забора сельхозинвентарь стоит, видишь?

Вот же дерьмо! Пока игра не началась, я об этом даже не задумывался. А сейчас, представив себя с окровавленной лопатой у кровати, на которой лежит обезглавленный труп Кристины, мне захотелось опорожнить желудок. И ведь знаю, что воскреснет потом.

– Ты как вообще играть собрался? – возмутился Локи, – Хочешь жить – умей убивать.

Внезапно меня посетила странная мысль. Этот товарищ уже пару раз забывал сообщить о некоторых правилах, и я просто уверен, что он мне еще многое не рассказал.

– А ответь-ка мне, мой скандинавский друг, игроки могут образовывать группы?

– Зачем? – дрожащим голосом произнес бог.

– Что зачем?

– Зачем ты это спросил! – казалось он сейчас заплачет.

– Так, так. Значит могут? Давай, выкладывай, – я постарался, чтобы это прозвучало как можно жестче.

– Игроки для достижения общих целей имеют право заключать союзы, максимальным числом до трех человек, – начал он занудным тоном, – Срок действия такого договора определяется участвующими сторонами и подтверждается курирующими их богами. Убийство союзника во время действия договора влечет за собой немедленную дисквалификацию нарушителя. В случае, если других противников не осталось, а оставшиеся выжившие находятся в группе, действие договора немедленно прекращается.

– Отлично! Зови ее богиню! Заиметь союзника на старте будет неплохо.

– Сам зови, – обиженно буркнул Локи.

– Как это сделать?

– Никак. Пока игрок лично не согласится на союз, тебе он не светит. Так что инструмент для ведения переговоров в руки, и бегом к ней в комнату.

– Какой еще инструмент? – не понял я.

– Сельскохозяйственный! – возмутился бог, – Иногда ты меня бесишь своей тупостью.

Хм, кажется, другого выхода и правда нет.

– А если она магичка? Какое у нее божество? Что за скиллы?

– Этого я тебе сказать не могу, нельзя.

Я расстроенно вздохнул и подошел к каменному забору, возле которого ровным рядком стояли садово-огородные принадлежности. Грабли, вилы, несколько разновидностей лопат и еще какая-то непонятная мне хрень. Взгляд остановился на тяпке.

– Отличный выбор! Я бы посоветовал косу, но ты ей стопудово себе что-нибудь отрежешь. Так что тяпка для такого умелого бойца, как ты – самое то!

Нет, пусть будет лопата. Я выбрал широкую совковую, так как мне показалось, что она больше подходила для обороны. Перехватил черенок поудобнее – вроде нормально. Неуверенными шагами двинул вперед, как вдруг услышал громкий скрип половиц, доносящийся из дома.

Опа! Я немедленно спрятался обратно в кусты и затих, сквозь ветви поглядывая в сторону, откуда донесся звук.

Через пару минут Кристина, в одной ночнушке аккуратно выглянула из-за угла. В ее правой руке поблескивал клинок, который ну никак не походил на бритву. Скорее, это было похоже на длинный нож или кинжал. Не шарю я в них.

– Это специальный нож, – просветил меня Локи, – Им свиней режут.

– Спасибо за инфу, очень познавательно.

– Очкуешь? Гыы.

– Локи, отвали. Не можешь помочь, так не мешал хотя бы!

Девушка, двигаясь словно кошка, пробежала мимо своего окна и затаилась перед очередным поворотом дома.

– Вот же гадина! По ходу через окно мой алтарь увидела…

– И снова браво, Ватсон!

Я постарался взять себя в руки и предугадать ее дальнейшие действия. Она заметила меня за окном и выскочила на улицу через главный выход, судя по недолгому скрипу половиц. С большой вероятностью, мою комнату она проверять не стала. За следующим углом она обнаружит что створки моего окна распахнуты. Дальше она либо решит, что я удрал, либо, что разминулся с ней и где-то спрятался. Спать она после этого точно не ляжет, возможно сбежит или попытается прочесать территорию вокруг, но судя по её навыкам, скорее всего устроит засаду. Вопрос: где?

А где бы спрятался я, окажись на ее месте? Девочка однозначно знакома с криминальным миром не понаслышке, вон как действует профессионально. Однако, даже она не смогла пройти по избушке бесшумно. Значит…

Я знаю, что делать!

– Ну ка, удиви!

– Погоди.

Я дождался пока силуэт девушки исчезнет за поворотом, а затем пополз вдоль забора вперед, скрываясь за кустами. Все, главный вход мне видно. Пронаблюдав за ним, примерно с полчаса, и не услышав больше ни одного подозрительного звука, я поднялся с земли, а затем быстро перебежал поближе к своему окну. Как же мне повезло с ростом! Держась на почтительном расстоянии от дома, осмотрел комнату. Пусто! Свет все так же горит, как я его и оставил, подозрительных теней нет. Взобрался на подоконник и одним прыжком перемахнул на трухлявую кровать. По фигу, что разбужу соседей, жизнь дороже.

Задние ножки не выдержали и подломились, а вслед за этим из-под обрушившейся койки донесся сдавленный стон. Оттуда показалась голова Кристины, а следом рука с кинжалом, который чуть не зацепил мое предплечье.

– Глуши стерву! – завизжал бог.

Два раза меня просить не пришлось, и поверхность рабочей части лопаты встретилась с ее хорошенький личиком. Она мгновенно затихла и выронила нож из ладони.

– Тачдаун! – объявил Локи. – И что теперь?

Я, не выпуская из рук садовый инструмент, пинком ноги отправил ее оружие в сторону, а затем вытащил обмякшее тело Кристины и быстро прощупал. Алтаря при ней уже не было, наверное где-то успела закопать за домом.

– Надо бы ее связать.

Взгляд упал на тюк с бельем в углу. Недолго думая, распотрошил его и извлек какую-то грязную вонючую простынь. Та знатно благоухала застарелой мочой, навевая грустные мысли о том, что предыдущий дворник страдал энурезом.

– Отличный кляп выйдет, – захихикал бог.

– Не кляп. Веревки буду делать.

Оперативно разорвал тряпку на длинные лоскуты и начал связывать красавицу. А ножки-то у девочки что надо! В портках началось предательское шевеление, и я перевел взгляд на области, прикрытые ночной рубашкой.

– Почему не убил? – это был ее первый вопрос, когда Кристина пришла в себя. Крепко связанная девушка лежала на останках моей кровати и щурилась, от яркого светильника. Впрочем, последнее ей делать было не обязательно, поскольку свежий синяк, оставленный лопатой, и без этого ограничивал обзор еще полчаса назад единственного здорового глаза.

– Послушайте коллега, а второй фонарь довольно гармонично вписался в общую концепцию, – голосом заправского эксперта оценил мою работу Локи. – Какая симметрия! Какой утонченный стиль! Я бы сказал: работа мастера. Вы где-то обучались?

– Акакий хочет дружить с Кристиной, – наигранно промямлил я девушке, не обращая внимания на зубоскалившего бога.

– Дурака вырубай! – процедила она сквозь зубы, но затем спохватилась и добавила уже дружелюбным тоном, – А ты меня удивил, Акакий, как ты догадался, что я под кроватью?

– Я следил за главным входом. Ты не заходила обратно в дом и не пошла меня искать по территории усадьбы. Твое окно было заперто изнутри, из-за чего я предположил, что ты влезешь обратно через мое, если решишь сюда вернуться. Дальше у тебя было три варианта – пойти в свою комнату, укрыться в коридоре, или спрятаться здесь и дождаться меня, а потом втихаря прирезать. Пол скрипит так, что на улице слышно, это, кстати, и положило начало слежке. Однако, я за следующие полчаса не уловил не звука. Это еще один довод в пользу того, что ты осталась у меня.

– А вдруг я умею левитировать и пронеслась над полом? А вдруг я сильный маг и приготовила тебе ловушку? – не унималась она.

– Кристина, или как тебя там на самом деле звать. Эту логическую цепочку можно продолжать сколько угодно. Ни ты, ни я не знаем способностей друг друга. Но я видел, как ты двигаешься. Ты боец, а не маг. Причем, скорее всего, боец привыкший действовать скрытно. Конечно, я рисковал, но не окажись тебя под кроватью – я бы ничего не потерял, разве что пошумел бы.

– В моем мире есть великолепные бойцы, которые прекрасно владеют магией.

– А в моем нет магии вообще, и все что я знаю о ней – выдумки писателей. Но факт остается фактом: не ты меня поймала, а я тебя.

– Ты тоже воин? Наверное, сильный и храбрый, – она, словно невзначай, еле заметно провела языком по губам и попыталась изобразить соблазнительный взгляд.

– Кристина, прекращай, а? Ты себя в зеркало видела? Твой флирт смотрится по-идиотски. Я повторяю свое предложение о дружбе.

Девушка задумалась, однако, судя по ее лицу, сейчас у нее проходило совещание со своим богом.

– Одну местную неделю, – наконец произнесла она. – Устроит?

– Нормально? – мысленно обратился я к Локи.

– На большее она не согласится, так что решай сам.

– Я согласен!

– Подтверждаю! Игрок Свинотрах и игрок Ласка…, – раздался голос местного бога в ушах

– Стоять! С хера ли Свинотрах? – возмутился я вслух.

Кристинка сдавленно заржала, а местный диктор продолжил:

–… а также их покровители Локи и Агимея заключили союз сроком на одну неделю. Нарушение условий создания союза карается дисквалификацией. До окончания договора отмена союза невозможна, если против хотя бы одна сторона. – голос закончил объявление и пропал.

– Ну, ты ведь не придумал себе никнейм, – невозмутимо пояснил мне Локи. – Настоящие имена и имена собственные запрещены ввиду того, что игроки могут через карту обнаружить своих земляков по знакомым названиям и объединяться по этому признаку в негласные альянсы. А потому используются только клички. Данную тебе по умолчанию ты знал, но менять не захотел…

– Не захотел? А может это ты опять "типа забыл" рассказать об этом, а? Я так понимаю, что теперь под этим именем меня будут знать игроки?

– Ага, но только они, – захихикал Локи, – Сам же ты можешь представляться всем остальным хоть кронпринцем Фердинандом. Это сугубо твое личное дело.

– Ну и долго ты меня еще будешь держать связанной этими ссаными тряпками? – гневно вмешалась в мою беседу с богом Кристина, – Мы же теперь вроде как друзья?

– Секунду, – я подобрал с пола нож и аккуратно разрезал путы на ее запястьях, после чего передал ей, – Дальше сама, дорогая союзница.

– Я, между прочим, девушка, мог бы и помочь! – фыркнула она, – Хреновый из тебя кронпринц выйдет!

– Че? – я подпрыгнул на месте.

– Ага, минус договора, теперь вы слышите голоса обоих ваших богов. Да, Агимея?

– Я с тобой не разговариваю, скотина! – раздался мелодичный голос в моих ушах, – Да, Антон, это так. Впрочем, вы можете договориться и отключить эту опцию по обоюдному согласию. Но тогда вам не будет доступен обмен мыслями друг с другом на расстоянии.

– Как отключить!? – произнесли мы с Кристиной в один голос.

– Команда звучит "Выйти на связь с…" и "Прекратить связь с…", – пояснила богиня. – Дальше следует игровое имя союзника. Приказ не обязательно отдавать вслух, достаточно просто подумать.

– А еще можно поставить любимую мелодию на рингтон, – вклинился Локи. – Только русский рэп не надо. Я ведь тоже это буду слышать…

– Рингтон? Русский рэп? Это что вообще такое? – Кристина уже освободилась и сейчас с любопытством поглядывала на меня, сквозь фиолетовые щелочки заплывших глаз.

– Это отголоски моего родного мира. Потом расскажу, если интересно. Прекратить связь!

В голове как будто стало меньше шума. Я перевел взгляд на сидящую на сломанной кровати девчонку, тщетно пытавшуюся скрыть свои длинные ноги под ночной рубашкой.

– Ну, давай знакомиться что ли?

– Ты первый! – ответила она.

– Антон Самойлов, планета Земля, человек. Здесь известен под именем Акакий.

– Партийная кличка – Свинотрах, – услужливо добавил Локи.

– Иди в жопу.

– Кея Син Т'яминаль, мир Дол'тиар, домен черных эльфов. Здесь Кристина.

– Ты эльфийка? – удивился я, – Еще и черная?

– А ты расист что ли? – гневно сверкнула она глазами в ответ.

– Упаси бог. В моем мире эльфы считаются эмм… выдумкой, во! А про черных я вообще впервые слышу. У нас их принято называть темными. Но сам факт… Выходит, что кто-то из землян видел твоих сородичей.

– Это потому, что эльфы есть не во всех мирах, зато людей как тараканов, плюнуть некуда…

– В твоем мире тоже есть тараканы? – я не стал заострять внимание на ее ответном расовом выпаде.

– А где их нет? Эти сволочи выживут даже в Экхъяре.

– Экхъяр?

Наш разговор продлился до самого рассвета. Я рассказал ей о нашем мире, а она в ответ рассказала о своем. Судя по ее истории, место в котором она жила, представляло собой некое сообщество небольших планет, перемещение между которыми осуществлялось с помощью магических порталов. Заселен он был множеством рас, среди которых знакомыми мне оказались только эльфы и гномы. Планет в сообществе было много, и каждый был волен сам выбирать, где ему жить. Но помимо общих миров, существовали так называемые домены. Это место, где могли находится исключительно представители занявшей его расы, что-то вроде оплота. Именно из такого домена и была родом Кристина. Высокими технологиями там и не пахло, но лишь потому, что магический путь развития их миров этого и не требовал. Нашим достижениям у них имелись свои равноценные аналоги.

– Сможешь рассказать о магии? На Земле о ней ходят только слухи.

– Магия, как магия. – Кристина вытянула руку вперед и что-то быстро зашептала одними губами. Это длилось секунд десять, и внезапно на кончике ее пальца появился маленький вихрь из молний.

– Круто!

– Слишком долго и слабо, – возразила она, – Вот это намного быстрее и эффективнее!

Она подкинула свой клинок вверх и закрутила его так, что он превратился в блестящий круг, а потом ловко поймала его точно за рукоятку.

– Учись, студент! Ты бы уже пальцы с пола собирал, после такого фокуса.

– Локи, ты можешь отвалить ненадолго? Я обязательно с тобой все обсужу.

– Ладно ухожу, но, если ты ей за эту неделю не вдуешь, я буду сильно опечален.

– Напугал! Ты мне еще за Свинотраха должен.

– Ыыы, – до меня донесся его постепенно затихающий смех.

Я вновь перевел взгляд на девушку.

– Кея Син… блин, можно я буду звать тебя Кристина? А то я хрен выговорю твое полное имя.

– Вполне, тем более я уже привыкла. А мне тебя как лучше называть?

– Антон, Тоха, Тоша – выбери сама.

– Так много имен... У нас, кстати, есть похожее имя, звучит как Ан'Тиен, но Тоша мне нравится больше, – она немного покрутила корпусом, словно разминалась. При этом ткань ее ночной рубашки натянулась и отчетливо обозначила весьма внушительные прелести, – Итак, Тоша, какие у нас планы?

Эх, женщины, они везде остаются женщинами. Сидит перед ней лысый двухметровый идиот, и будущий соперник, а ей все равно внимание нужно. И ведь знает, что физиономия у нее сейчас не ахти, но нет, туда же… Впрочем, мне нравится ее уверенность в себе. Другая бы и разговаривать не стала, а сразу бы побежала бы к зеркалу, штукатурить свои болячки.

– Для начала нам нужно кое-что проверить. Не исключено, что на острове еще есть игроки, я попробую их вычислить. Есть у меня связи с тем, кто знает больше остальных.

– А я в первую очередь барина бы убила, если честно. Ты бы видел, в каком виде мне досталось это тело! – со злобой в голосе произнесла Кристина.

– Много шума может получиться, а мне еще надо как-то убраться с Зеленого острова. Слишком легко вычислить кто приплыл, и кто уплыл. Давай лучше у него деньжат позаимствуем? Я хотел бы на них обосноваться в столице. Надеюсь ты не собираешься здесь оставаться?

– Это будет тяжело, Тоша. Все деньги хранятся в сейфе, а он такой замороченный, что даже я пасую.

– Что значит "даже"? – удивленно перебил я.

– В своем мире я была одним из лучших взломщиков гильдии воров! – в ее голосе появились нотки гордости, – Однако именно хранилище Феофана мне не по зубам – не обвыклась я еще с местными замками. Я просто даже не понимаю, как его открыть. Если бы смогла, то меня бы уже давно на этом острове не было. А вообще интересно получается: два игрока попадают в одно место и у обоих одна и та же цель – обокрасть помещика. Совпадение?

– Не знаю, я с этими играми богов скоро всему удивляться перестану. А чего ты столько времени тут ждешь? – поинтересовался я, – С твоими талантами ты уже давно бы кого-нибудь обчистила, да сбежала на материк.

– Я ждала одного полезного умения, которое у меня должно было открыться со стартом игры. Надеюсь, что теперь смогу вскрыть этот долбанный ящик. Для меня это дело принципа.

Точно! Умения!

– Локи, у меня чего-нить там появилось?

– Появилось, появилось. Не отвлекайся.

– Понятно… Выходит ты в прошлой жизни воровала. Но видимо что-то пошло не так? Поймали и убили?

– Я не хочу об этом говорить, – как-то грустно произнесла она, – Пока не хочу. Но это никак не связано с моей профессиональной деятельностью.

– Понял, не тревожу. Погоди, все хочу спросить. А кто живет в соседних комнатах?

– Да никого там нет. Раньше, говорят, был и конюх, и повар, и садовник. Но хозяин решил, что лошади ему больше не нужны. А садовник приходящий, у него своя семья и дом неподалеку.

– А охрана?

– Охрана живет с другой стороны дома, в казарме. Но они скорее для вида – барин здесь никого не боится.

– В общем, по поводу сейфа…, – я решил снова перейти к волнующей меня теме, но закончить фразу не успел. В коридоре громко заскрипели половицы, а следом раздался уже знакомый голос:

– Акаша, не спишь? Я конфетки принесла…

Глава 7

Кристина подхватила свой нож и пулей вылетела в окно, поскольку встретиться с хозяйкой в моей комнате ей никак не улыбалось. А я забросил тряпки под сломанную кровать и уселся на полу, приготовившись встречать свою "суженую". В дверь постучали три раза и, не дожидаясь разрешения, в комнату ввалилась Марфа.

– Батюшки, это еще что! – она медленно обвела глазами обстановку вокруг и остановилась на мне сочувствующим взглядом. – Хороший мой, кроватка тебя не выдержала? Ну ничего, Игната-плотника сегодня приглашу, он тебе крепкую дубовую смастерит к вечеру.

Хозяйка немного помялась на пороге, так как в комнате некуда даже было присесть, и, видимо, потеряв эротический настрой от творившегося вокруг беспредела, с расстроенным видом вышла в коридор.

– Криська-а! А ну поди сюда, дом генералить будем!

Так, похоже в ближайшее время поговорить с союзницей не удастся. Используем это время с пользой.

– Тетя Марфа, тетя Марфа! – я выскочил следом.

– Чего тебе, хороший? – она мило улыбнулась и приготовилась слушать.

– Мне в церковь надобно.

– Ну так сходи, раз надобно. Я же обещала что отдохнешь сегодня. Покамест барин не вернулся, можно и в церковь.

– Тетя Марфа лучше всех! – я наклонился и чмокнул ее в щеку. Рискованно, но думаю дураку простят. Барыня приняла поцелуй снисходительно, и даже еле заметно ухмыльнулась краешком губы. Прокатило.

– Долго не гуляй! – оставила она мне напутствие и направилась в комнату Кристины. Надеюсь, ей не сильно влетит.

Я вприпрыжку помчался по главной улице в сторону церковного прихода, на ходу перебирая в мыслях задачи на сегодняшний день. Предстояло сделать несколько важных вещей, а также определиться с разведкой для будущего грабежа. Погодка стояла отличная – этого у Зеленого острова было не отнять, а дожди если и случались, то как правило в ночное время, что было удивительным. Сегодня в храме должно быть мало народу, и я надеялся, что священник не будет сильно занят.

Церковь встретила меня свежим косметическим ремонтом, и оставшиеся немногочисленные рабочие доделывали последние мелочи. Быстро они управились, однако. Я подбежал к смотрителю.

– Привет, дядюшка Афанасий!

– О, здорово, малой! Как там на новом месте? Слыхал я, Феофан, наш, Андронович тебя приютил. Не похоже это на него, – церковный сторож удивленно покачал головой, – Что интересного творится у барина?

– Скучно там!

– Ты, наверное, к отцу Иннокентию пожаловал?

– Угу.

– Ну ступай, у себя он.

Я ласточкой взмыл на второй этаж и без предварительного стука влетел в покои священника.

– Здрасьте, святой отец. Когда инквизиторы эти ваши здесь покажутся?

– Здравствуй и ты, Акакий. А вот завтрашним кораблем и пожалуют рано утром, – взволнованно ответил он и тут же жалобно добавил. – Мне ведь бумагу везут Акаша, самолично епископом Кириллом Вестландским подписанную. Коли подтвердится все, сразу и заберут меня отсюда. Так что обратного ходу нет.

– Дядя Иннокентий, да не переживайте вы за это. Все организуем в лучшем виде. Но у меня еще один вопросик имеется, только это между нами, поможете?

– Ну, чай, не на базар пришел! Можешь мне смело рассказать все что гложет тебя, Акакий.

– Скажи, дядя Иннокентий, с кем-нибудь еще случаи серьезные произошли месяц назад, кроме моих ожогов? Может кто-нибудь что-то рассказывал на исповеди?

– Так ты хочешь, чтобы я грех взял на душу? Тайну церковную нарушил? – священник поджал скулы и приветливое выражение его лица стало понемногу сменяться на ровно противоположное.

– Упаси боже! Я ведь не прошу имен называть, – быстро прикинул возможные варианты, – Придумал! Давайте так! Я задам вопрос по-другому, а вы сами решите отвечать или нет.

– Ну давай, ежели без имен! – согласился он.

– Вы знаете, что до ожога меня поколотили? – начал я.

– Знаю, камнем тебе Федькина компания голову разбила, в этом нет секрета. Думали поначалу, что ты дух испустил. Каялся мне тут один… гундосый.

– Вот! – обрадовался я его осведомленности, и даже догадался кто ему рассказал, – А еще Кристинку барин побил до полусмерти, домработницу свою! Так?

– Верно говоришь! И такое было. Поди сама тебе поведала?

– Ага. Что-то еще в эти дни подобное произошло с кем-нибудь?

– Нет, – уверенно заявил он, – Тут же на острове народу мало. Даже два таких случая за день уже событие редкостное. А зачем тебе это нужно?

– Ищу происки божьи, подобные моему, – ответил я. Кстати даже не соврал.

– Да нет их больше! Ты у нас единственное чудо такое, – на его лицо постепенно возвращалось добродушное выражение.

Все же каким бы он не был правильным, а понимает, что ссорится со мной не желательно – я его шанс свинтить с острова.

– Спасибо, дядя Иннокентий.

Из церкви я вышел довольным. Судя по всему, я и Кристина единственные игроки на этом острове. Это несомненный плюс. Теперь нужно продумать, как успеть обчистить Феофана до его приезда, если конечно Кристина уже не сделала этого. Блин! Надо было договориться с ней вчера, как же Марфа невовремя зашла!

И мне нельзя пропустить стрелку со святой комиссией, на Иннокентия я возлагаю большие надежды. Если сейф уже обворован, придется искать другие способы. В крайнем случае займу на дорогу у священника, думаю не откажет. Бррр, сколько всего, голова кругом идет.

Блин! Я хлопнул себя по лбу, сообразив что зря мучал церковника. Можно же просто попробовать найти карту острова и посмотреть алтари! Может еще что упустил?

– Угу, упустил. Скиллы надо проверить. Разве тебе не интересно, что ты получил, кроме двуличности?

– Шутишь? Конечно интересно! Надеюсь это крутая способность?

– Ну как тебе сказать…, – как-то неуверенно начал Локи, – Любая способность может быть крутой, все зависит от того, как ее применять.

Чего-то мне совсем такое начало не нравится.

– Это хотя бы боевое умение?

– Не-а.

– Защитное? Типа временной неуязвимости или невидимости? – надежда умирала последней.

– Не-а. Скорее вспомогательный.

– Хм… Может я смогу быстро обучаться новому? Это хотя бы мне поможет замки открывать или дырку в сейфе проделать? – я уже был согласен на все…

– И снова мимо. Хотя насчет твоего последнего вопроса нужно подумать…

– Сдаюсь, говори.

– История объекта! – торжественно объявил бог.

– Че? Какая на хрен еще история?

– Такая вот история. Ты сможешь через прикосновение получить всю информацию о любом объекте, как живом, так и не живом.

Блин! Ну что за невезуха? Магии не дали, так еще и умение такое себе. Хотя, конечно, пока рано судить.

– Я надеюсь, что у всех игроков подобное?

– Самое разное, в том числе и то, что ты назвал. Есть и невидимость, и мимикрия, и временная неуязвимость, и даже антимагия. Радуйся, что тебе не досталось умение говорить с насекомыми. Они все равно тупые.

Заплакать что ли?

– Не стоит. – Локи сегодня общался почти адекватно, – На самом деле ты можешь извлечь из этого много полезного. Все крутые способности имеют длительное время восстановления, а твоей требуется всего лишь час.

– А что Кристинке досталось?

– Не могу ответить. Только если она сама согласится тебе об этом сказать. Но ты, как союзник, имеешь право знать о ее божестве. Агимея – покровительница воров.

– Да я это и без тебя понял. Девчонка мне про умение намекала. Поди уже с утра казну вынесла и смоталась. Пролетели мы походу.

– Спроси у нее сам. Утренний корабль уплыл без нее, а второй только вечером уходит, времени еще много.

– Ладно. Показывай, как этой моей хренью пользоваться.

– Просто приложи руку к любому предмету и мысленно потребуй показать его историю.

Я огляделся по сторонам, и, не найдя ничего подходящего, остановил свой взгляд на покосившемся заборе одного из домов. Ну, пусть будет забор. Прикоснулся к нему рукой, мысленно отдал команду, и перед моими глазами появилось облачко, внутри которого виднелось изображение леса. В фокусе находилось покачивающееся от ветра хвойное дерево и небольшой участок леса вокруг него, диаметром около трех метров. А дальше все было скрыто туманом.

– И как с этим работать?

– Наблюдать. Если хочешь можешь ускорить воспроизведение.

Я сделал мысленное усилие и картинка начала разгоняться, все быстрее, и быстрее, пока с дерева не упала шишка. Фокус резко сместился на нее. Она лежала на земле и постепенно начала сохнуть и менять цвет. День сменялся ночью, ночь – днем. Пару раз мимо нее пробежал заяц, прошел медведь. Затем прилетела какая-то птаха с длинным клювом и начала ее усиленно потрошить. "Камера" теперь была направлена на птицу. Она пару дней где-то летала по лесам, пока ей не приспичило по нужде. И на картинке теперь главным героем "фильма" был уже ее помет.

Я сильно увеличил скорость "перемотки", и вскоре на этом месте появился росток, который все увеличивался, и увеличивался, превращаясь в большое дерево. Спустя некоторое время пришли бородатые мужики и спилили его. Затем его повезли на обработку, потом распустили на доски. Какое-то время эта доска лежала на складе, пока в один прекрасный день за ней не явился крестьянин и не забрал. А дальше появилась уже знакомая мне улица, и все, что попадало в радиус действия умения, прекрасно отображалось. Доску прибили к жердям, и после этого картинка больше не менялась. Лишь иногда на этом участке появлялись люди, но чаще всего это был один и тот же крестьянин, являвшийся, по-видимому, хозяином этого дома. Затем я увидел себя самого трогающего эту доску. И в итоге картинка перешла в режим реального времени.

– Хм… Любопытная способность, жаль звук подключить забыли.

– Дареному коню в зубы не смотрят!

– Ну, скажем, это пока для меня не конь, а старая кляча. Конем бы была невидимость или что-то близкое. Но я думаю, что попрактиковавшись, смогу из этого извлечь что-нибудь полезное. Вот только неудобно, что уж очень много времени уходит на это вот все. Возможности скачать и посмотреть попозже, конечно же нет?

– Не-а. Не предусмотрено. Зато можно менять угол обзора.

– Погоди-ка. Ты сказал, что эта фича работает и на живых?

– Ага. От рождения, и до самой смерти. И даже после. Можешь узнать, кто изнасиловал труп, например.

– Надеюсь до этого не дойдет. На игроков действует?

– Действует, но если ты решил узнать о способностях Кристины, то сможешь получить о них представление только отыскав тот момент, когда она их использовала. В мысли пролезть не выйдет.

– Да я уже понял, что скилл кастрированный по самое не балуй. Ладно. Пойду опробую его на Марфе.

– Будем смотреть порнушку? Круто! Без меня не начинай.

Я пошагал дальше, погрузившись в мысли. Нужно бы по-хорошему еще проверить двуличие, но на улице этого делать не стоило. Определенно хотелось бы вернуть себе свою родную внешность, к которой я привык. Однако, прикинув все возможные варианты, пришел к выводу, что это не лучший выбор. Акакий не красавец, но его вполне можно привести в порядок и облагородить до той степени, когда женщины его смогут рассматривать как потенциальный объект для отношений. Все равно его внешность для проворачивания серьезных махинаций не годится – слишком приметный. Мне же желательно иметь вторым образом не того красавчика, каким я был на Земле, а наоборот, серого незаметного человечка с плохо запоминающейся внешностью. Да, будет труднее работать с женщинами, но, учитывая, что тут средневековье и метросексуалы все равно не в почете, это не так важно. Плюс, не стоит забывать, что у меня просто божественный голос, а это великая сила, когда дело касается убалтывания красоток.

Задумавшись, я не заметил, как прошел мимо усадьбы Феофана и опомнился только через пару лишних кварталов. Впереди уже показался край деревни и поле, с какими-то симпатичными цветами. Хм, а это идея!

Недолго думая, я заперся на эту поляну и скоренько нарвал весьма симпатичный букетик. Порадую тетю Марфу. Думаю, что в этом колхозе ей цветов лет двадцать не дарили, или сколько там сынку ее.

– Одобряю, хотя лучший для нее цветок растет в твоих штанах, но тем не менее.

– Да в курсе я, но мне для дела надо. Постараюсь выведать, как сейф открыть можно. Заодно потестирую новую способность.

– Я не понял, а че эротического кина не будет?

– Ну, если только в перемотке.

– Тебе говорили, что ты зануда?

– Ты первый, Локи. Ты первый…

– Ладно, в сторону разговоры. Предлагаю временно закопать алтарь здесь.

– Ты уверен?

– А кому он тут нужен? Игроков нет, а для крестьян – булыжник, да булыжник. Даже если его кто и найдет, то не сможет поднять, кроме тебя естественно.

– Это фишка такая?

– Угу. Свойство алтаря. Братца моего сводного знаешь?

– Тора?

– Его самого. Вот это что-то типа колотушки его. Ставишь алтарь на землю, мысленно произносишь "закрепить" и все.

– Замечательное свойство!

Дважды меня просить не пришлось. Я быстро выкопал ямку, вынул камень из-за пазухи и также быстро его закопал, предварительно зафиксировав.

– Никто не видел?

– Не, я бы предупредил, если палево какое было. К тому же на камне сигналка есть, ты услышишь, когда кто-то из игроков его коснется.

– А сколько времени тебе нужно, чтобы уничтожить алтарь?

– Если владелец в этот момент мертв – то хватит и пяти минут, если жив – то пять часов. Но богам еще почти неделю запрещено это делать. У нас свои заморочки, зато потом – никаких ограничений! Поэтому я не сильно обиделся, что ты Кристинку не грохнул.

– Ууу как долго – пять часов!

– Долго, да. Поэтому игрока лучше сначала убить, тогда все быстро будет. А плюшки за уничтоженные алтари, между прочим, очень и очень весомые.

Вернувшись в усадьбу, я первым делом поднялся на крыльцо и постучал в двери хозяйского дома. Не уверен, что это самое правильное решение, но, надеюсь, цветы и моя дебиловатость сгладят ситуацию.

На порог вышла Кристина и удивленно воззрилась на букет через узенькие щелочки своих глаз. Интересно, как она объяснила Марфе происхождение второго синяка? Кстати! А чего она еще здесь? Неужели сейф не открылся?

Ее лицо расплылось в улыбке, и она протянула руку к подарку.

– Не тебе, – прошипел я, – Это для дела.

Радость мгновенно улетучилась с ее подбитой физиономии и она презрительно фыркнула:

– Да я и не думала, что это для меня. Просто хотела поставить их в вазу.

Ага, как же. Сейчас слезу пустишь от разочарования. Увы, подруга, этот мир жесток.

– Сейф открыла?

– Не вышло, – расстроенно прошептала она, – Там магия…

– Кого еще принесло? – из глубины дома послышался голос хозяйки.

– Тетя Марфа, здравствуй! Акакий помолился за тебя! – крикнул я в ответ.

– Ути мой хороший! – она появилась в коридоре и остолбенела, увидев меня с букетом.

– Тетя Марфа, на! – я протянул ей цветы, – Они красивые, почти как ты! Вот!

– Кристина. А ступай-ка ты погулять, я сама дальше приберусь. – щеки барыни залил густой румянец. – Акакий, поможешь тете повесить занавески? Ты у нас парень сильный, да высокий!

Девушку дважды просить не пришлось, и она мигом слиняла за порог, оставив меня наедине с возбужденным тигром. Марфа медленно приблизилась ко мне, взяла букет из рук и глубоко вдохнула его аромат, а затем поманила пальцем. Я наклонился, оказавшись лицом на одном уровне с ней, и она впилась мне в губы, обхватив за шею рукой, держащей цветы. Вторая рука отправилась прямиком в мои штаны, ухватилась за их содержимое и потянула меня внутрь дома.

– Йоу-йоу! Понеслась!

– Эй!

– Ладно, ладно. Не буду подсматривать. – Локи произнес это таким голосом, словно делал мне великое одолжение, – Наверное, не буду…

Сказать что мне жутко повезло, не сказать ничего. Марфа не стала валить меня на пол, а нашла в себе силы дотащить меня прямо до хозяйской спальни. И здесь было на что посмотреть! Больше половины ее площади занимала огромная кровать, на которой можно было разместить целый отряд Акакиев. Ну с десяток точно.

Я оказался мгновенно раздет и опрокинут на белоснежные простыни с золотой вышивкой, а хозяйка сего траходрома на этот раз решила проявить нежность, опустилась на колени передо мной и плотно занялась обработкой своей любимой игрушки.

– Хрена себе у нее глотка! Да туда коромысло вместится!

– Ты же обещал не подсматривать!

– Такое я пропустить не могу. Есть в этой жизни вещи, сильнее меня.

Бог замолчал, а спустя секунду моя голова наполнилась странным шуршанием.

– Э, ты че там делаешь?

– Да я тут семейный альбом листаю…

– Как-то ты его чересчур активно листаешь.

– Отвали! Я тоже, между прочим, имею право на личную жизнь. Ты давай не забывай, зачем пришел.

Шорох стих, а я, сдерживая стоны, ухватился руками за голову этого турбопылесоса и попытался сконцентрироваться, применив свою новую способность.

Картинка вышла рваной, постоянно норовя пропасть из виду. Мне пришлось знатно потрудиться, чтобы найти в истории жизни Марфы нужный отрезок. Для начала я полностью промотал ее рождение и детство, которое оказалось на удивление приличным и целомудренным. Пару раз изображение сильно зависало, но это было связано с необычайным усердием моей подруги, которая, видимо, твердо поставила себе цель впечатлить Акакия своими навыками любовной игры. Концентрация страдала, а соответственно и кино получилось дерганным.

Хм. Барыня-то оказывается замуж девственницей вышла. Никогда не подумал бы! Интересно, что случилось такого, из-за чего она превратилась в то, что я вижу сейчас? Подробный ответ на этот вопрос я не получил, но момент, после которого ей сорвало башню все же нашел. Марфа стояла у слегка приоткрытой двери и смотрела куда-то внутрь, а по ее лицу текли слезы. Судя по всему она застала своего возлюбленного Феофана за изменой. Следующие два дня она беспрестанно рыдала, а после этого ее жизнь превратилась в сплошной архив популярного в девяностых немецкого кино. Редко в какие месяцы в ее жизни не появлялся новый мужик. Грустно…

– Эй, ты че там раскисаешь?

– Жалко тетку. Немного…

– Жалко у пчелки! Ничего не мешало ей оставить этого козла и найти другую партию.

– Да я прекрасно понимаю. Не переживай, это никак не скажется на моих планах в отношении Фединого семейства. И его мы тоже разыщем в столице, у нас к нему должок имеется.

– Вот такого Антона я люблю больше!

Вот оно! Я наконец-то нашел то, что искал. Марфа находилась в какой-то полутемной комнате, прямо перед огромным металлическим шкафом. Так, у нее в руках ничего нет. Странно. Барыня немного постояла перед ним не дотрагиваясь, и его дверца сама собой раскрылась. А если так?

Я развернул картинку иначе и снова принялся наблюдать. Вот она подходит к сейфу. Мне хорошо видно ее лицо. Она начинает шевелить губами…

Ай!

Изображение померкло, а мое тело словно пробило электрическим разрядом и из груди вырвался мощный стон. Подруга-таки добилась своего, заставив меня финишировать, а затем довольная поползла наверх и улеглась рядом со мной, крепко обняв. Как же невовремя!

– Акашенька, мальчик мой! Понравилось как тетя играла с тобой?

– Да-а!

– А теперь ты поиграй с тетей! – она откинулась на постели и улеглась на спину.

– Ну что, водолаз, готов нырнуть в Марианскую впадину?

– Блин! Она это серьезно?

– Серьезней некуда. Но дело – есть дело! Истинный профессионал не теряет самообладания в любых ситуациях!

Я улегся рядом с Марфой и примостил свою физиономию промеж ее увесистых грудей, после чего, изображая неумелого любовника, начал покрывать их неуклюжими поцелуями, при этом лихорадочно насилуя несчастную перемотку. Так, мне непонятно что она там бормочет у сейфа. Но ключа точно нет, и он, по всей видимости, отпирается каким-то заклинанием. А если…

Ладони хозяйки требовательно надавили на мою лысую голову, намекая, что пора бы спуститься пониже. Я подчинился, сместив поцелуи к животу, и снова замедлился. Ну давай же, перематывайся быстрее!

– Зловещая бездна неумолимо приближалась, грозясь поглотить невинную душу Акакия, – страшным голосом зашипел бог мне прямо в ухо.

– Локи, сделай что-нибудь! – взмолился я, – Мне не очень хочется туда нырять!

В голове внезапно заиграли "Колокола" Майка Олдфилда из фильма "Изгоняющий дьявола", отчего мне стало жутковато. Композиция идеально подходила под ситуацию, угрожающе намекая, что оральные ласки неизбежны.

– Сделано! – довольно сообщил мне бог.

– Вот ты урод! Я тебя ненавижу!

– Хм, – задумался он, – Если ты мне простишь ту историю с кличкой, возможно я устрою небольшой полтергейст на этой хате, но…

– Отлично! – воспрял я.

– Не перебивай старших! – оборвал меня Локи и продолжил, – …но сначала ты должен узнать секрет сейфа.

Я с удвоенной энергией принялся ковыряться в личной жизни барыни, и наконец-то обнаружил тот самый день, когда этот треклятый металлический шкаф внесли в комнату. Какой-то модный мужик в колпаке со звездами поздравил молодых Феофана и Марфу с покупкой, судя по его довольной физиономии, а затем торжественно вручил им пергамент, перевязанный красной ленточкой.

Когда "звездочет" ушел, Феофан развернул свиток, и мне наконец-то удалось увидеть, что на нем написано. Увидеть, но не запомнить! Блин, столько слов!

Давление на голову усилилось и барыня своим тазом начала приближаться к моему лицу, издавая сладострастные стоны. Оставались последние сантиметры до катастрофы.

– Чуешь чем пахнет? Это запах победы! – сообщил Локи.

Пахло, кстати, приятно – ромашкой и мятой. Уж в чем-чем, а в нечистоплотности Марфу обвинить было нельзя. Свое тело она любила и лелеяла, в чем я убедился еще при первом контакте.

Есть! Есть! Марфа в моем видении подошла к шкафу и вложила пергамент в одну из толстых книг в небольшой библиотеке, а затем спрятала ее далеко во второй ряд. Я успел прочитать имя автора и название на корешке: "Даниил Карнегов "Как влиять на строптивых крестьян". Чего-то знакомое…

Дзинннь! Дзинь! Где-то в доме начала падать посуда. Барыня резко вскочила с постели с ошалевшим взглядом и быстро накинула халат.

– Ууу! Кристинка, тварь! Со свету сживу! – Марфа выбежала из комнаты, и удаляющиеся шаги сообщили мне, что опасность миновала.

– Локи, спасибо, ты настоящий друг!

– Да, я такой! – жеманно произнес он, – А ты че встал, как три тополя, сам знаешь где? Быстро дуй искать заклинание.

Я, в чем мать родила, выскочил в большую залу и осмотрелся. Это должно быть где-то здесь. Бегло повел взглядом по книжным полкам, расковырял передний ряд и нашел искомую книгу. Ну-ка!

Пергамент лежал внутри.

– Акаша! Поди сюда, родненький! – раздался приближающийся голос барыни.

Блин! Куда его засунуть-то? Даже карманов нет!

– Истинный профессионал…, – начал свою унылую речь Локи.

– Не буду я его туда прятать!

– Ну, как знаешь. Твоя профпригодность начинает вызывать сомнения.

Я вложил пергамент обратно. Едва успел поставить книгу на место и расставить остальную литературу, как в комнату ввалилась раскрасневшаяся Марта. Вид у нее был обескураженный.

– Заблудился, хороший? Идем, одежонка твоя внизу лежит. Нечисть какая-то в дом пробралась, надобно бы Иннокентия вызвать, – пробормотал она.

– Эх, ты! Когда еще барыня тебя в дом пустит?!

– Все в норме, Локи. Кристинка имеет постоянный доступ. Да и сейф, кажется, где-то в подвале. Я туда навряд ли просто так попаду.

– Ты ей веришь что ли? Совсем с дуба рухнул? Кинет нас на бабосы и ищи в поле ветра! То что вы не можете друг друга убить, совсем не означает запрет на кидалово.

– Локи, ты заметил, что твои инструкции периодически приходят с опозданием?

– Да? Нужно серьезно подумать над этой проблемой. Обсудим вечером на форуме.

Я покорно собрал свою одежду и удалился в домик для прислуги, однако внутри меня ждал полный кавардак в виде небритого мужика со сломанным носом, который мастерил мне новую кровать. Повсюду валялись доски, опилки, какой-то инструмент и делать мне здесь пока было нечего. Нужно как-то с пользой потратить это время. Недолго думая вернулся обратно и постучался в дом!

– Чего тебе еще, Акакий? – барыня выглядела расстроенной.

– Тетя Марфа, дай монетку!

– Зачем тебе?

– Хочу книжку купить на базаре.

– Какую еще книжку? – удивилась она, – Ты что ль грамоте обучен?

– Да! – гордо ответил я, – Дядюшка Иннокентий научил! Хочу книжку с картами! Сильно-сильно!

Она задумалась, а затем улыбнулась.

– Стой здесь!

Не прошло и минуты, как она притащила мне атлас крупного формата, внутри которого угадывались сложенные вдвое и вчетверо листки.

– Только верни завтра и не вздумай порвать! Барин узнает – осерчает!

– Тетя Марфа, спасибо! – я в припрыжку помчался с крыльца, не став делать никаких опрометчивых поступков, вроде поцелуя или комплиментов. Эта мадам весьма переменчива в своем настроении, а продолжения любовных игрищ мне совсем не хотелось.

Быстренько добрался до сада, уселся под развесистую грушу и раскрыл первую страницу.

– Ох-ре-неть!

Глава 8

Передо мной раскинулась миниатюрная карта трех известных материков расположенная на форзаце атласа, где также были отмечены особо крупные острова, но в числе них Зеленый замечен не был, видимо ввиду своих скромных размеров. Но удивительным было не это, а то, что все они просто пестрели красными крапинками. Я даже не предполагал, что алтарей будет так много.

– Локи! Это вообще че? Вас сколько человек… эээ… богов?

– Считай сам. Карта перед тобой, – ухмыльнулся он.

– Да я до утра считать буду! Скажи, хотя бы, в другом полушарии есть материки?

– Один. Но здоровенный. Больше, чем эти три вместе взятые. Вообще-то ты зря так далеко лезешь. Тебе, для начала, надо с острова уплыть. Времени у нас совсем ничего до того, как с камнем станет опасно передвигаться. А насчет игроков не переживай. Как только появится возможность громить алтари, так в первые же сутки половина участников вылетит, и я очень надеюсь, что мы не будем в их числе.

– Да уж, порадовал… Куда обычно прячут алтарь?

– Хоть куда! В любое место, которое придет в голову.

– А что если я его закопаю поглубже, а яму залью бетоном?

– Воскресать тоже внутри бетона собрался? – возмутился бог, – Проще тогда сразу камешек Кристине подарить, уж она найдет ему применение получше.

– Погоди! Так алтарь и есть место возрождения?

– Я тебе говорил во сколько оцениваю твой айкью, нет?

Мда… Незадача. Я пролистал атлас до самого крупного вложения и развернул большую карту. На ней все выглядело не так прискорбно, и между красными точками появились вполне солидные расстояния, которые пешком преодолеть было бы довольно затруднительно. Как и ожидалось, здесь Зеленый остров был прорисован, и, к моей великой радости, количество интересующих меня объектов на нем равнялось двум – я и Кристина, которая кстати, шарилась по берегу моря, не очень далеко от усадьбы. Искупаться решила? Или алтарь прячет?

Я прикоснулся пальцем к ее маркеру и в голове прозвучал голос местного диктора: "Алтарь Агимеи, представитель – Ласка". С замершим сердцем перевел руку на себя: "Алтарь Локи, представитель – Свинотрах."

– Ты меня простил, помнишь? – давясь от смеха произнес бог.

– Простил, простил, – я грустно вздохнул, – Слушай! А если я сдам алтарь в какое-нибудь серьезное хранилище? Например в банк. А потом воскресну внутри и вынесу оттуда деньжат!

– Я бы хотел посмотреть, как ты абсолютно голый появляешься перед какой-нибудь кассой в очереди. Но теоретически можно рассчитать время воскрешения на ночь, например. Только вот выйти из банка со всем этим добром будет также сложно, как и войти. В цивильных учреждениях есть вполне себе серьезная охрана и защита, не хуже земных технологий.

– Хм. Выходит еще и запас шмоток стоит иметь возле камня?

– Ну тебя ведь мамка не с комплектом вещей родила! Хотя в твоем случае я уже не уверен… Что-то серьезно повредило плод.

– Так, ладно, – я не стал обращать внимания на его подколки, – Пойду-ка я на берег схожу до Кристины, да обсужу кое-чего. Уже месяц на острове, а море только со скалы видел.

– Давай, сходи, может перепадет тебе чего! Хотя после барыни не думаю, что она тебя к себе под подол пустит. Пунктик у нее насчет этого. Все, я тоже ушел.

– Локи, ты, кроме как о сексе, думать можешь?

Ответом мне была тишина. Я бережно сложил карты обратно в атлас и попробовал связаться со своей напарницей по мыслесвязи, но ответа не дождался. Ну и ладно! Мне не трудно – пешком дойду, тем более здесь не так далеко, заодно и погуляю. Нужно пользоваться предоставленной свободой, а то запрягут опять "дворик" подметать, и считай день прожит зря.

Андроновку я покинул через то самое поле, где рвал цветы для Марфы. В сторону моря уходила широкая тропа по которой вполне бы могла проехать телега. Солнце уже поднялось высоко, здорово припекая мою лысую макушку, и я взял немного левее, спрятавшись от него в тени растущих вдоль дороги деревьев.

Месяц. Прошел целый месяц, как я попал сюда, но для меня он пролетел быстро. Еще бы! Две недели я только отлежал в церковном лазарете и это были самые неудачные дни. Зато теперь я чувствовал себя великолепно. Складывалось ощущение, что я переместился во времени, но никак не в другой мир. Все в этих местах выглядело таким родным и привычным. Магией никто налево и направо не швырялся, драконы тоже не летали – обычная российская деревенька. Разве что электричества не было, да тракторов. Блин, я так и не расковырял те фонарики на стене. Любопытно ведь знать, что там внутри.

Дорога начала уходить вниз крутым уклоном и мне пришлось выйти из спасительной тени, так как дальше деревья сменились кустарниками. Очень скоро я добрался до края холма и почувствовал, как в лицо ударил свежий ветерок с явным привкусом морского воздуха. А спустя минуту недалеко внизу показалась бескрайняя вода. Уже рядом!

Я осмотрелся по сторонам. Основная тропа сворачивала куда-то в сторону и снова вверх. Ну нет, в обход я не пойду. Аккуратно начал спускаться по полузаросшей тропинке, когда-то протоптанной местными, но сейчас, видимо, не использовавшейся. Кристина должна быть где-то здесь, скорее всего на самом берегу, кромки которого мне все еще не видно.

Преодолел спуск, затем небольшой подъемчик, и уперся в заросли какого-то кустарника, усыпанного шипами и крупными красными ягодами, которые мне были незнакомы. Рисковать и пробовать на вкус их не стал, мало ли. Продираться через колючки тоже не захотелось, хотя в паре мест виднелись относительно широкие просветы. Но не с моими габаритами туда лезть. Я вообще-то никуда не тороплюсь, гуляю себе. Так что поищу обход.

Кусты все не хотели заканчиваться, и я уже пожалел, что не воспользовался теми прорехами, когда внезапно вышел на небольшую полянку и наконец-то увидел каменистый берег, а в паре метров от него стоящую по пояс в воде голую Кристину, которая пыталась высушить волосы. Я быстро пригнулся к земле, раздумывая, как мне дальше поступить. Так-то я пришел с ней поделиться своими находками и совсем не собирался становится зрителем невольного стриптиза. Хорошо, хоть Локи нет.

– Я здесь.

– Ну давай, расскажи мне, что я сейчас должен к ней выскочить и помахать агрегатом, чтобы сразить в самое сердце, – я приготовился уже к очередной едкой шуточке.

– Не, с ней не прокатит. Агрегата лишишься моментально. Кристинка баба порядочная, не то что та курва озабоченная.

– Чего это ты так мнение о ней изменил? – удивился я. Да что там удивился! Я офигел!

– С Агимеей пообщался. Извиниться перед ней пришлось за старое. Не могу же я теперь тебя бросить в канун твоего первого настоящего преступления в этом мире. В общем, скажу так: ты ей можешь доверять. Это девчонка не кинет. Смотри-смотри, пошла! Ну какая, а! – восхищенно произнес Локи.

Я вновь поднял глаза на берег. Девушка начала медленно выходить из воды, заставив меня открыть рот и невольно залюбоваться. Высокая полная грудь, распущенные волосы, волнами струящиеся по плечам, и удивительно тонкая талия, крутым изгибом переходящая в гладкие точеные бедра.

– А как же "она не в моем вкусе"? – попытался съехидничать бог.

– Не в моем. Но это ведь не значит, что у нее не может быть отличной фигуры.

– Ну и дурак! Ты двуликий аферист, а она профессиональный медвежатник. Вдвоем бы такие дела творили!

Меж тем Кристина натянула на себя рубаху и стала зашнуровывать юбку. Я решил что пора сдаваться и вышел на берег.

– Подглядывал? – она гневно уставилась на меня щелочками заплывших глаз.

– Немного, – не стал отрицать я, – Не ожидал увидеть тебя раздетой.

– И как? Понравилось? Лучше или хуже Марфы? – в ее голосе чувствовалось легкое ехидство.

Не на того напала. Я не моргнув глазом выдал честный ответ:

– Лучше. У тебя более красивая фигура, и ты значительно моложе нее. Но я пришел не сравнивать тебя с ней, а поговорить о деле. – я огляделся по сторонам, выбрал крупный камень около себя и развернул на нем карту.

– Ого! – весь налет ее язвительности улетучился мигом, – Я не думала, что их столько… столько много!

– Много, но на этом острове мы с тобой одни. Впрочем, это не совсем то, зачем я здесь. У меня есть новость поинтереснее. Мне известно, как открыть сейф! Правда вот где он находится, я не знаю.

– Ага. Так вот значит, к чему были те цветы! Сейф стоит в…, – она внезапно осеклась и хитро улыбнулась. – А не скажу где! Тебе туда все равно не попасть, а я там порядок навожу!

– Он под охраной?

– Да. Там обычно дежурит только один человек. Однако если он подаст сигнал, считай все провалилось. Мигом сбегутся остальные.

– Хм.

– Не мучайся. Я уже все продумывала несколько раз. Охранника я возьму на себя, и он даже ничего не поймет. Так что, берешь меня в долю? – она уперла руки в бока и склонила голову, ожидая ответа.

– Беру. Я за этим и пришел, если честно.

– Тогда ты должен знать еще кое-что. Есть одна загвоздка, из-за которой мы не можем тянуть по времени.

– Какая? – насторожился я.

– Феофан все свое богатство хранит на материке. Раз в месяц из сейфа забирают прибыль и увозят. Я лично видела. А сейф, кстати, стоит в подвале дома. К нему ведут два пути: один из усадьбы, второй из казармы. Так что охрана сбежится при любом шуме.

– Да погоди! Ты хочешь сказать, что все деньги скоро заберут?

– Именно. Так что нужно действовать быстро, пока он не вернулся.

– Хреново…, – услышанное меня серьезно огорчило, – Придется на ходу лепить план, а я так не люблю. И сколько нам достанется?

– Не знаю, в прошлый раз он увез примерно вот такой мешочек, – она сблизила ладони друг к другу и показала объем, размером с литровую банку.

– Локи, это примерно сколько? Надолго хватит?

– Около тысячи золотых, или два миллиона деревянных по курсу на момент твоей смерти.

Значит мне достанется миллион, если считать родными деньгами. В принципе, на дорогу до Дарграда хватит, да и на раскрутку останется. Но два миллиона куда интереснее, и обернуть их можно хорошо! Кристину с ее талантом взломщика я терять не хочу. Может и правда скооперироваться с ней?

– Получается нам достанется примерно по пятьсот золотых. – озвучил я вслух свои мысли, – Если конечно ты меня не убедишь, что мы их как-то иначе должны поделить. Я предлагаю объединится по приезду на материк и провернуть на эти деньги что-нибудь серьезное. Увеличить наш капитал, если говорить прямо.

– В другой бы раз я поторговалась насчет доли, потому что самую опасную часть работы придется делать мне. Но я согласна на такой дележ. Уже придумал план?

– Примерный. Но мне хотелось бы знать, как ты собираешься обмануть охранника? У тебя умение какое-то открылось? Не посвятишь? – попробовал закинуть я удочку.

– Я не собираюсь это обсуждать! – вспыхнула она, – Не забывай, что наш союз лишь временное явление. Так или иначе, но победитель в этой игре будет один. Выкладывай, что задумал!

– Хорошо, хорошо, – я примирительно выставил руки вперед, – Не хочешь – не говори. План примитивный. Завтра у меня свидание с Дарградским духовенством. Пропустить я его не могу, так как обещал помочь очень хорошему человеку. Вечером, они должны уехать.

– И? – она испытующе смотрела на меня, и, кажется, не была рада возможной задержке.

– Когда я вернусь, ты уже должна вытащить казну. Передаешь ее мне. Мешочек вполне можно под юбкой пронести.

– Ну с этим я как-нибудь сама разберусь, не новичок.

– Отлично! Оставишь в хранилище вот это. – я сунул руку в карман и протянул ей фантики от конфет.

– Зачем? Ты хочешь, чтобы следы указывали на тебя? – удивилась она.

– Именно. Я сбегу в лес, а ты поднимешь шум, что казну обокрали. Заодно приплетешь, что якобы видела, как я крутился возле входа в подвал. Марфа поднимет переполох и меня начнут искать. Может даже Феофан приедет. Ты же продолжишь вести себя как ни в чем не бывало, а затем в течении недели попросишь рассчитать тебя по жалованию и уплывешь. Я тебя буду ежедневно ждать на материке в портовом городе, заодно проведу там разведку, а дальше решим что делать. Надеюсь у тебя нет контракта с помещиком?

– Нет. Но ты забыл кое-что, Тоша. Каким образом я заберу у тебя свою долю, и почему я тебе должна доверять? Да и что-то я сомневаюсь, что ты после такого будешь светить своей физиономией в порту.

– Насчет доверия спроси у своей богини. Я тебя не обману. Впрочем, ты можешь забрать свою половину сразу и спрятать, но если ее вдруг найдут – будет очень плохо. Что касается порта – у меня есть умение, которое поможет мне замаскироваться и не бояться быть обнаруженным. А Акакий просто исчезнет. Оставлю на поляне разорванную одежду, измажу ее в крови, монет вокруг накидаю, мешочек из-под денег рядом брошу. А дальше пусть сами разбираются, кто из крестьян успел растащить деньги, и что там вообще произошло. Твою долю я могу оставить возле твоего же алтаря. План не самый продуманный, но если ты сможешь его доработать за ближайшие сутки, то я обеими руками "за".

Она с задумчивым видом уселась на камень возле меня, погрузившись в размышления.

– Локи, она точно нас не кинет?

– Я же сказал не кинет, сильно принципиальная! А вот нам с тобой могут не поверить.

– С чего бы это? Ей ведь Агимея объяснит, что у нас самые чистые и светлые намерения.

– Антон. Ты не забыл богом чего я являюсь?

– Обмана?

– Угу…

– Я согласна! Мне нравится твой план, – внезапно огорошила меня девушка.

Хм. Откуда у нее такое воодушевление? Что-то подозрительно.

– Да не кинет, достал! – возмутился Локи, – Тебя я почти не обманываю никогда.

– Угу, только не договариваешь и забываешь важные вещи.

– Ладно. Идем в усадьбу? – предложил я.

– Идем, – ответила она с видом довольного кота, полакомившегося сметаной.

– Локи, блин! Колись, что она задумала?

– Не знаю. Мне тоже ее лисья морда не нравится. Кинуть не кинет, но что-то она темнит. Может просканируем ее? Вдруг чего нароем?

Я слегка обошел девушку перед крутым подъемом и галантно протянул ей руку, якобы предложив помощь. Кристина удивленно посмотрела на меня, однако ничего не сказала и ухватилась за мою ладонь. Дорога впереди, как назло, была не такая уж и сложная, но выпускать ее пальчики я не торопился и даже сжал их чуть сильнее положенного, с удивлением отметив, что она сделала тоже самое.

– Да она запала на тебя! Ахха.

– Гонишь? Все что я успел сделать – подсмотреть как она купается голая, обломать с букетом цветов и съездить по лицу лопатой. Сомнительный способ влюбления.

– И тем не менее! Ей очень нравится идти рядом с тобой. Слушай, а может в ее родном мире так и принято подкатывать к дамам? Своеобразный ритуал такой, – предположил бог.

– С помощью лопаты? Слабо верится.

Мы оба молчали и неспешно подымались в горку. Было что-то приятное в нашем прикосновении рук, хотя я понимал, что мне нельзя заходить дальше этого. Не заводить близких отношений с подельниками – одно из моих главных правил. Там где начинаются отношения, появляются эмоции. А они могут загубить самый продуманный план.

И вообще. Из всего женского пола, встреченного мною на острове, я бы пожалуй замутил только с Фединой Дашкой, но она, как выяснилось, сука еще та, и после случая в лесу, с поджиганием Акакия, мне откровенно противна.

Ну что, пора приступать к исследованию Кристины. Камера! Мотор! Поехали!

Не стал смотреть на развитие плода в утробе и промотал на рождение. Стоп! Передо мной появилось изображение маленькой эльфийки, которую бережно передавали на руки друг другу нескольких роскошных женщин. Я сразу же отметил их необычайный пепельный цвет кожи, близкий к темно-серому, но никак не черный. Пользуясь таким случаем, решил их внимательно рассмотреть. В принципе, те же люди, только изящные и красивые, иногда аж до тошноты. Уши как уши, не фига не такие длинные, как их принято рисовать в артах на земле. Да, кончики их чуть вытянутые и острее чем обычно, но ничего сверх того. Дамы, судя по их лицам, искренне восторгались прибавлению и рассматривали крошку во все глаза, передавая ее с рук на руки.

А вот ее счастливая мама – я развернул картинку. Ого! Вот это женщина! Пожалуй самая шикарная, что мне приходилось видеть за всю свою короткую жизнь. Или правильнее уже сказать жизни? Если Кристина хотя бы на половину была сейчас похожа на нее, я бы уже наверное потерял контроль над собой, со своим-то нынешним тестостероном.

– У тебя там в штанах кое-что начало шевелиться, – деловым тоном сообщил мне голос в голове, – Если она сейчас это заметит, то сканирование может накрыться медным тазом.

Я спохватился и включил перемотку на полную, чтобы отвлечься от пошлых мыслей. Картинки быстро мелькали одна за одной, являя моему взгляду удивительные кадры, словно взятые из фантастического фильма. Странные города с остроконечными башнями, незнакомые шестилапые звери, желто-красные деревья, размером с небоскреб, какие-то цветные вспышки заклинаний и летающие по воздуху громадные птицы с пассажирами.

– Локи. А почему я вижу ее историю, а не Кристины? Я ведь касаюсь руки той, что была рождена в этом мире.

– Ты касаешься в первую очередь игрока. Впрочем, ты можешь посмотреть и другую версию, связанную с прошлой обладательницей этого тела. Нужно просто изменить подход к тому, что ты хотел увидеть и сконцентрироваться на самом теле, а не на личности внутри него. Но ты хотел посмотреть именно Кею Син, а не деревенскую девчонку, так что получите-распишитесь.

Внезапно, кое-что заставило меня остановить "перемотку". Возникшая картинка была необычайно яркой и насыщенной. Не знаю, сколько Кристине было на этот момент лет, но выглядела она как обычная семнадцатилетняя девчонка, которая впервые в жизни по-настоящему влюбилась. Она стояла на краю обрыва в лучах заката, невероятно счастливая. Девушка не просто была похожа на свою маму, она была еще красивее, хотя казалось, что дальше уже некуда.

Сзади ее за плечи обнимал стройный эльф, морда которого мне сразу не понравилась. Я конечно не великий специалист в области физиогномики, но в случае этого экземпляра сходу захотелось метнуть кирпич в его надменную харю. Если Кристина выглядела искренней и счастливой, наслаждаясь романтическим моментом, то у этого типа прямо по глазам читался какой-то сложный мыслительный процесс, никак не подходящий к обстановке.

А потом он скинул ее с обрыва…

Ее тело нашли на следующее утро, и в числе тех, кто больше всех горевал, оказался никто иной, как несостоявшийся жених. Он что-то выкрикивал, грозил кулаком куда-то вдаль и старательно утешал скорбящих мать и отца. Без звука и картинки последовавших за этим происшествием событий, сложно было понять, что именно он говорил, но как я понял, этот хрен торжественно обещал отомстить кому-то там. Скорее всего это было, частью какой-то интриги, в которой Кристину выставили жертвой, для начала чего-то масштабного.

Я почувствовал себя неуютно, узнав чужую тайну. Не зря она мне не стала рассказывать об этом в прошлый раз и отмолчалась. Это было очень личное.

– Значит как чужие исповеди слушать, так все в порядке. А как дело коснулось истории девчонки, которая даже не "в твоем вкусе" и по факту тебе никто, так ты сразу такой впечатлительный стал? Попахивает лицемерием и двойными стандартами.

– Это другое! – попытался я возразить, при этом уже понимая, что Локи по сути прав, – Она ведь умерла из-за того упыря.

– Давай, лечи меня, доктор! А лучше просто признай, что она тебе не безразлична.

– Кристина меня интересует как потенциальный компаньон, не больше.

– Ну-ну… Допрыгался? Все, кино кончилось.

Картинка в голове внезапно оборвалась, и я понял, что больше не чувствую ее ладони в своей руке. Удивленно покрутил головой, отмечая, что уже наступили сумерки, и мы почти дошли до Андроновки. Перевел взгляд на Кристину. Она остановилась и странно глядела на меня, словно ждала от меня каких-то слов.

Ну, я и сказал:

– Так, дальше идем раздельно, нельзя, чтобы нас заметили вместе. Завтра вся деревня знать будет.

– Едрить ты олень! Вообще-то, мог хотя бы неловко ей улыбнуться. Намекнуть, что тебе было приятно с ней прогуляться. Глядишь бы и вдул вечером.

– Ты уймешься? Я не собираюсь с ней спать, а тем более открывать душу! И вообще, я не сторонник поддаваться эмоциям, а уж тем более к возможным подельниками. Любовь, страсть, влечение – это просто химические реакции в организме, которые только мешают нам трезво мыслить. Или ты хочешь поспорить?

Локи ничего не ответил и умолк, а я уставился на девушку в ожидании ответа.

– Хорошо, пойдем раздельно, – пожала она плечами, не выдав ни единой эмоции. – Ты, кстати, так и не сказал про способ открыть сейф.

– Книга про управление крестьянами в большой зале возле спальни. Четвертая полка снизу, второй ряд. Автор Даниил Карнегов. Внутри нее лежит пергамент с заклинанием, открывающим сейф.

– Как ты это узнал? – удивилась она.

– Я не собираюсь это обсуждать! – съязвил я в ответ, имитируя ее голос. – Не забывай, что наш союз лишь временное явление!

Блин! Ну и на хрена я это сделал?

– Потому что не тем местом думаешь. – мгновенно пояснил Локи. – Химические реакции – они такие…

– Хорошо, Тоша! – она никак не отреагировала на мой выпад, – Тогда до…

– Завтра? – опередил ее я.

– До встречи! – улыбнулась Кристина, и побежала в сторону усадьбы.

Я проводил ее взглядом, погулял немного по полю, а затем последовал за ней. Из хозяйского дома уже доносилась негромкая нравоучительная ругань Марфы. Похоже она вытащила мою недавнюю спутницу на ковер за долгое отсутствие. Ну его нафиг, надо быстрее сваливать, пока барыня меня не заметила. Нет у меня большого желания с ней встречаться, желательно до самого утра.

Добрался до своей комнаты, открыл дверь и был приятно удивлен. Внутри все сияло чистотой, а на новой кровати, еще пахнущей свежей древесиной, лежало чистое постельное белье. Неужели барыня сама здесь все устроила?

Я улегся поверх одеяла, и начал подробно рассматривать карты, пытаясь запомнить как можно больше знаний о географии этого мира. Однако, голова отказывалась думать, снова и снова возвращаясь к сегодняшней прогулке. Ну уж нет! Чем больше о девчонках размышляешь, тем они становятся опаснее. Попробую-ка я уснуть пораньше, завтра ответственный день. Есть хороший дедовский способ – считать овец.

Глаза сомкнулись, и я отчетливо представил себе деревенский загон для скотины. Но, вместо овец, в нем почему-то оказались пронумерованные зеленкой свиньи. Ну, пусть будут свиньи. Первая пошла!

Хрюшка грациозно перемахнула забор и скрылась в растущих неподалеку кустах. Отлично! Вторая пошла, третья пошла…

…десятая пошла!

В загоне возникла короткая пауза, а затем, откуда не возьмись, появилась голая Кристина. Девушка перепрыгнула через ограду и стремительно побежала совершенно в другую сторону. На ее аппетитных ягодицах была нарисована аккуратная десятка – единичка на левой и ноль на правой. Цифры задорно подрагивали в такт движениям.

– Локи, козлина!

– Все, все – ухожу. Спи! – до меня донеслось мерзкое хихиканье, которое постепенно переросло в исчезающий дикий хохот.

Глава 9

– Акаша, родненький! Подъем! – зычный голос барыни острым копьем вонзился в мой спящий мозг.

Я с ужасом открыл глаза и обнаружил, что за окном уже рассвело. Что там у нее опять? Подметать двор заставит или будет склонять к какой-нибудь новой форме половых отношений?

– Не угадал!

– Доброе утро, Локи. – я потянулся на постели и уселся на край кровати.

– Акаша! – Марфа, как всегда без приглашения заперлась в комнату, – Там святой отец пожаловал. Говорит, обещался ты ему комиссию церковную удивить.

– Дядюшка Иннокентий мне пирожные за это купит. Целых два! – я вытянул руку вперед и показал пару пальцев.

– Вот оно как! – улыбнулась она и наклонилась к моему уху, прошептав, – Про игры с тетей им не рассказывай. Это будет нашим маленьким секретом!

Хм. Про возможность шантажа я даже как-то и не подумал. Склад характера у меня не такой, но идея весьма занимательная.

– Акакий умеет хранить секреты! – я не стал расстраивать Марфу и начал одеваться под ее пристальным взором.

Она немного понаблюдала за мной, жалостно вздохнула, понимая что в данный момент не сможет воспользоваться любимой игрушкой, и ушла в противоположный конец коридора.

– Доброе утро, Акакий! – Иннокентий ожидал меня за воротами усадьбы и встретил отличном расположении духа, хоть слегка и выдавал волнение, – Готов?

Выглядел он сегодня иначе, чем обычно. Вместо стандартной сероватой рясы, на нем была надета ослепительно белая, с нарядной окантовкой на рукавах и серебристой вышивкой на груди.

– Доброе утро, дядя Иннокентий, – поздоровался я, – Конечно готов. А разве корабль уже пришел?

– Еще плывет. Мы с тобой комиссию эту на берегу встретим, дел много у них будет. Коли подтвердится исцеление твое, так сразу мои бумаги церковные проверят, да и передадут все хозяйство здешнее новому священнику.

Вот это организация! Земной бюрократией тут и не пахнет. Не удивительно, что святая братия в этой стране является серьезной силой, с которой считается знать. Вон, даже самодурка Марфа, и та попросила не распространяться о наших с ней отношениях – явно боится. Если мне удастся добраться до столицы, то нужно будет десять раз подумать, перед тем как злить этих ребят. Будем надеяться, что мои дорожки с ними не пересекутся.

– Переживаешь, Акакий? – священника, видимо, смутил мой задумчивый вид.

– А? Нет, нет. Все нормально, отец Иннокентий. Размышлял о том, что наверное не стоит усердствовать перед этой делегацией, да лишнего чего не сболтнуть.

– Это ты правильно мыслишь, веди себя как…, – он замялся подыскивая слово.

– Как обычный ребенок?

– Да. Этого вполне будет достаточно. Ну пойдем.

Вдали показались паруса. Постепенно к причалу стали собираться люди и, судя по их немногочисленному количеству, особой популярностью этот маршрут не пользовался. По сути только барин, да несколько зажиточных крестьян, вроде родителей Федькиных друзей, могли себе позволить путешествия. Ну и туристы с материка, которых было не так много. Основное население острова волновали совсем другие заботы – выплатить оброк, накормить детей, перезимовать. А там весна и новые работы. Вечный бег по кругу.

Это было не первое судно, которое мне довелось видеть на острове, однако так близко к причалу подходить еще не приходилось. Я не был силен в средневековом кораблестроении, да и вообще ни в каком, если честно, а потому определить каравелла это, фрегат, или еще что – не мог. Для меня все корабли делились на три категории: большая, средняя или маленькая лодка. Эта была средней, все же народу на нее помещалось не так много.

Матросы, одетые в подобие синих свитеров с высоким горлом и такого же цвета штаны, отработанными движениями пришвартовали корабль, а затем скинули трап. Я вгляделся в спускающихся по нему людей и сразу же узнал среди них отряд служителей господних. Эти были наряжены в разы роскошнее Иннокентия, пестря различными побрякушками и лентами, а их лощенные важные лица мгновенно сломали мое первоначальное впечатление о Вестландской церкви. Похоже все-таки эти ребятки жируют, причем неплохо так жируют, по крайней мере на материке. А Иннокентий скорее является редким исключением, настоящим слугой господа, что сам живет по правилам, которые проповедует.

Впрочем был среди прибывшей братии один экземпляр, который заставил меня сильно насторожиться. Одет он был ярко, но без излишеств. Его сутана с капюшоном напомнила мне плащ наемного убийцы из какой-то компьютерной игры. Полное сходство разрушал только ее синий цвет с красными символами. На поясе этого индивида висела небольшая одноручная булава, навершие которой походило на ограненный кусок хрусталя.

В отличие от своих раскормленных товарищей, этот "ассасин" отличался стройной жилистой фигурой и цепкими неприятными глазами, как у хищной птицы. Завершал его образ горбатый нос, похожий на изогнутый птичий клюв, и выбритое до синевы лицо.

– Вах, какой джигит! Орел!

– Что-то он мне совсем не нравится. Какой-то это недобрый орел.

– Ну пусть будет Стервятником!

Я аж вздрогнул, насколько Локи метко охарактеризовал его. Бывает такое ощущение, когда ты впервые видишь человека, и у тебя в голове возникает одно единственное определение его личности. И сейчас скандинавский бог попал точно в десятку.

– Дядя Иннокентий, а кто это такой? – шепнул я священнику, наблюдая как гости, приподняв подол сутаны, величаво двигаются к нам.

– Серьезный человек. Начальник отдела пыток Дарградской инквизиции.

– Э-э-э…

– Да тебе-то чего бояться? Ты же не вероотступник какой.

– Ты мне обещал, что инквизиторов не будет!

– Ну кто-то ведь должен быть в сопровождении у этих толстосумов, кто с оружием управляться обучен. А кроме того, любая комиссия церковная должна включать в себя не меньше одного представителя от каждой церковной ветки должного ранга. Вот его и назначали от инквизиции.

Меж тем, прибывшие не торопясь осмотрелись, заметили святого отца и направили свои стопы в нашу сторону. Всего их было шестеро.

– Славьтесь, преподобные! – Иннокентий покорно склонил голову, едва делегация приблизилась.

– И ты славься, Иннокентий, – ответил самый толстый и важный из них. – А это, я так полагаю, и есть то самое чудо Господне?

Так, похоже вот этот Пухлик, лидер шайки. Остальные посматривают на него чаще, чем на других, и с заметной долей уважения. Взгляды прибывших дружно переместились на меня, и я вежливо поклонился.

– Здравствуйте, святые отцы. Это все дядя Иннокентий сделал!

– И что же такого чудесного сделал дядя Иннокентий, – Стервятник пристально уставился мне в глаза.

И хотя этот противный мужик едва доставал мне до груди, вынужденно глядя снизу вверх, меня все равно пробрал тревожный холодок. Ты читаешь умные книжки по психологии, тренируешь различные модели поведения для разных ситуаций, пытаешься быть естественным в любой из них. Но внезапно появляется вот такое вот чудовище, которое даже не играет, а просто является самим собой, и все твои заготовки путаются в голове и летят к черту.

– Успокойся и не торопись. Ты прав, с этим кадром шутить не стоит. Обдумай все и действуй по ситуации. Не забывай: ты фактически пятилетний и можешь позволить себе соображать медленно. – Локи был предельно серьезен, а это значило, что не все варианты развития событий одинаково хороши.

– Дядя Иннокентий много молился, пока я болел. А когда я поправился – мы читали азбуку!

– И ты сразу поумнел? – Стервятник не сводил с меня глаз, и даже не моргал.

– Не знаю. Наверное…

Так, хватит мямлить! Пора сменить позицию с ведомого на ведущего, иначе он меня загонит в путаницу. Видно, что матерый мужик, поди тьму народа развел на допросах. Я резко оживился и затараторил скороговоркой:

– Смотрите! Он меня научил считать до десяти! Один, два, три…

Я медленно загибал пальцы и делал сосредоточенное лицо, периодически косясь на Пухлика. Мне уже стало понятно, что он здесь руководит, и впечатлять нужно именно его. Судя по лицам, для собравшихся это очередная работа, а значит я буду доставать их пока они сами не захотят избавиться от меня.

Меня члены комиссии прерывать не стали и даже изображали интерес к моим успехам, а недовольному Стервятнику пришлось слушать эту околесицу и помалкивать. Перебить меня без разрешения старшего он так и не рискнул.

–… а еще я знаю что живу на острове, а еще…

– Довольно, Акакий! – остановил меня толстяк, – Ты действительно чудесный и умный мальчик. Сходи погуляй, а мы пока побеседуем с дядями.

– Но ведь я еще не прочитал вам азбуку! – обиженно уставился я на них.

– Акакий! – строго произнес отец Иннокентий, – Ступай домой, думаю все уже убедились в твоем прозрении.

Я встретился с ним взглядом, отметив на его лице едва видимую, но довольную улыбку. Большего мне и не было нужно. Однако, только я собрался покинуть этот короткий и несложный экзамен, как сзади снова раздался противный голос инквизитора.

– Ваше преосвященство, позвольте я сделаю парню небольшой подарок?

– Конечно, Казимир, не вижу препятствий. Акакий, постой.

Блин, и имечко у него под стать. По сути имя как имя, даже интересное. Но в его случае оно отдавало каким-то замогильным холодом. Что ему от меня еще нужно? Как-то дурно пахнет от его интереса к моей персоне. Впрочем, на что не пойдешь, ради будущих связей в церкви.

Я обернулся и натянул дежурную улыбку, наблюдая как Стервятник неторопливыми шагами приближается ко мне.

– Протяни ладонь, сын мой.

И снова я перевел взгляд на Иннокентия. Тот утвердительно кивнул, хотя особой радости, похоже, от сего действа не испытывал. Моя рука вытянулась вперед, а в следующую секунду на ней щелкнул серебряный браслетик в форме все той же "омеги", изрисованный странными рунами. Инквизитор на миг замер, и то же самое сделали остальные присутствующие. Похоже это какая-то проверка.

– Локи! Что это за хрень?

– Не могу, – проскулил он, – Забанят.

– Это мне? – произнес я восхищенно, – Спасибо, дядюшка Казимир! Очень красивая штучка!

Морда Стервятника едва уловимо искривилась, но он быстро взял себя в руки и вернул себе непроницаемое лицо. Похоже ему хотелось увидеть что-то, чего не произошло.

– Пожалуйста, Акакий! Носи на здоровье.

Я сорвался с места и побежал по берегу в сторону холма, где росла вереница кустов с красными ягодами. Сейчас моим большим желанием было смыться из поля зрения этого Гитлера от мира религии.

– Пора бы второй скилл проверить, – обратился ко мне невидимый компаньон, едва мне удалось скрыться из виду.

– Локи, блин, вот скажи: какая от тебя польза?

– Ну, я анекдоты знаю…, – неуверенно потянул он.

– А еще ты по любому знаешь, для чего на самом деле предназначена эта фигня на моей руке, но будешь молчать.

Я попытался снять браслет, однако с удивлением обнаружил, что он превратился в монолитный, а нижняя его часть, где я недавно видел застежку, полностью преобразилась в цельный металл без зазоров. Попробовал его сорвать – безуспешно. Мои пальцы, легко гнущие гвозди, даже не деформировали украшение.

– Антоха, братан, иногда я могу подсказать, иногда могу намекнуть, а иногда не могу сделать ничего. Не от меня это зависит, увы. Одна из ключевых фишек игры – самостоятельное познание мира. Ты ведь не дурак, хотя усиленно стараешься им казаться, а потому слушай внимательно, что я говорю, и все будет хорошо.

Хм… Он намекает на что-то. По сути, Локи читер еще тот. И он, как никто, заинтересован в моей победе. Ну-ка, ну-ка… Точно! Зачем он сейчас первым делом предложил проверить умение смены внешности?

– Локи, что нужно сделать, чтобы…

Я не успел закончить мысль, как в моем сознании вспыхнул силуэт человека мужского пола со средним телосложением, у которого не было лица.

– Представь рост, пропорции, основные черты. А можешь сразу использовать готовый образ из памяти.

Мне почему-то в голову самым первым пришел кинутый мной Скобелев из теперь уже прошлой жизни. Тело передо мной мгновенно приобрело дряблый вид, отрастило круглое пузо, и прорисовало лицо. Один в один то, что я видел в сауне. Даже крупная родинка на груди сохранилась.

– Ты уверен, что хочешь превратиться в "это", – брезгливо произнес Локи. – У него сиськи больше, чем у Марфы.

– Не, я пока осваиваюсь. Дополнительную внешность только один раз можно выбрать?

– Умение называется двуличие, а не многоличие. Да, один раз.

Жаль. Не быть мне неуловимым хамелеоном. Я вспомнил себя самого и силуэт снова преобразился, явив того самого Антона Самойлова, что еще недавно беззаботно отдыхал на Лазурном берегу Франции. Где-то глубоко внутри проснулась ностальгия по своему старому облику. Оставить и ничего не менять?

– Решай сам, но мне твоя первая мысль больше нравилась. Красавчиком быть приятно, но кому, как не тебе знать, что это не решающий фактор для женщин. Да и Акакий не страшный: сделаем нормальную прическу, поправим немного брови и парень на выданье! Посуди сам: рост отличный, силушки хоть отбавляй, фигура как у Геркулеса, голос как у диктора, член как у…

– Да понял я, понял…

Я с тоской последний раз осмотрел себя и принялся корректировать облик. Местные в большинстве своем темно-русые. Едва я об этом подумал, как мои черные волосы поменяли цвет на необходимый. Довольно простое управление.

Так, поехали. Нос чуть увеличить, мой слишком аккуратный, губы чуть уменьшить, брови… Хм, а если?

Я мысленно отдал команду привести все пропорции к среднестатистическим. Отлично! Получившийся результат был идеальным, а точнее – никаким. Я полностью потерял свою индивидуальность. Единственное, за что теперь все еще цеплялся взгляд – глаза, что все также манили к себе небесной синевой.

Хочу серые! Нет, это слишком светлые, чуть потемнее. Воу! Так оставить, да! Немного полюбовался результатом и поймал себя на мысли, что при длительном разглядывании своих новых глаз начинаю словно куда-то проваливаться, хотя они выглядели абсолютно обычными. Ну просто праздник какой-то!

Теперь тело. Его трогать не буду, полуспортивная фигура, почти без жирка. Рост средний, мышцы не накачанные, но рельефные. Ну-ка! Я мысленно отвернулся и попытался вспомнить то, что получилось.

Работает! Внешность очень плохо запоминалась. То есть мутный образ в голове имелся, но как только я пытался его подробно вспомнить – все черты начинали размываться.

– Как зафиксировать?

– Само зафиксируется, после первого превращения. Выбери команду.

– Больно будет? – я вдруг понял, что процесс может оказаться весьма неприятным.

– Обижаешь! Я все-таки не цыган из подворотни, а какой-никакой бог. Все произойдет в лучшем виде! Кстати, организм у тебя един, а значит твой тестостерон никуда не денется. И твои секси-голос останется.

Мне показалось, или он опять зубоскалит? Ладно, поехали.

– Сменить облик!

– Принято!

Первое, что я почувствовал – необычайная легкость во всем теле, но это скорее было на уровне мышечной памяти. В теле Акакия я уже давно не ощущал дискомфорта, и привык к его весу. Второе, что я почувствовал, это как теплый ветерок ласково щекочет мою мошонку.

Что???

Я перевел взгляд вниз и обнаружил лежащие на земле гигантские штаны, которые отказывались теперь крепиться там где положено. Нагнулся за ними, и с моей уменьшившейся руки легко соскользнул браслет, приземлившись на траву. Потянулся было за ним, но услышал радостный голос Локи:

– Смотри – белочка! Скорее, побежали за ней!

Очередной намек? Я не должен трогать эту штуковину?

На последние два вопроса бог не ответил, но мне и так все стало понятно. Видимо эта игрушка каким-то образом должна была на меня повлиять, либо выявить очередного демона. Боятся их местные, судя по всему, и в каждом нестандартном событии видят их происки. Похоже, наше общение с Локи переходит на новый уровень, как бы местный рефери за такое красную карточку не выдал.

– Где белочка? Хочу поймать белочку.

– Уже убежала! Прыгай обратно в Акакия.

– Это что, у меня теперь не получится на ходу перевоплощаться, чтобы не потерять штаны?

– Ну а ты что хотел? Хотя, если есть большое желание, попробуем тебе раздобыть одежду из латекса. Откроешь сезон высокой моды в этом дремучем королевстве.

– Нет уж, спасибо. Альтернатив резине нет?

– Дорогой мой Акакий, смею повторить в четырнадцатый раз, что мир ты познаешь сам.

Все ясно с ним. Еще бы понять, когда он может намекать, а когда нет. Я перевоплотился обратно, подобрал штаны с земли и крепко их завязал, а затем побрел в горку.

Едва в поле моего зрения появилась усадьба Феофана, как меня охватило неприятное чувство, и связано оно было в первую очередь с тем, что перед воротами столпилось приличное количество народа.

– Нездоровая движуха.

– Сам вижу, неужели Кристинка попалась? – удивился я. – Мы вообще-то на вечер договаривались.

– Сейчас узнаем.

Шаг за шагом я приблизился к особняку и первое, что я услышал, был вой Марфы.

– У-у-у сучка! Попадется она мне! Это же дерзость неслыханная! Что встали, тупоголовые? А ну за дело! Проверить все лодки рыбацкие, пост на причал выставить! Не на ту нарвалась, падла. Я тебя из-под земли достану, до смерти гниду пороть буду!

Не нужно являться провидцем, чтобы догадаться, что произошло. Кристина не стала действовать по плану, а втихомолку вынесла сейф, не дожидаясь вечера, и куда-то сбежала. По всей видимости, плакала моя доля.

– Она не кинет! Она не такая, она ждет трамвая, – я с издевкой сымитировал голос Локи.

– Слышь, паря! Ты батон на нее не кроши! Не по понятиям предъяву сходу выставлять, разобраться бы надо.

– Опять ты со своей феней. Не смешно уже. Что делать-то будем?

– На мобилу ей брякни, лопух!

Точно! Мне захотелось хлопнуть себя по лбу. О мыслесвязи я как-то в суматохе позабыл.

– Акаша! Мальчик мой, – барыня наконец-то меня заметила, – Ступай домой!

– Та-ак много дядей и тетей! – восхищенно произнес я.

– Много-много. Кристинка с добром сбежала барским, чтоб ей сдохнуть стерве паскудной.

– С каким таким добром? Тетя Марфа добрая, но она ведь вот она – тут стоит!

Похоже демонстрируемый мной "тупизм" начал действовать ей на нервы, так как она резко открыла ворота и гаркнула:

– Домой, я сказала! И чтоб носу не высовывал, пока я не разрешу.

Ну, хотя бы подметать не заставят, и то хлеб. Я сделал вид, что очень испугался и забежал внутрь двора. Добрел до домика, нашел свою комнату и завалился на кровать.

"Выйти на связь с игроком Ласка", – отдал я мысленную команду. Ответом мне стало полное молчание. Хоть бы длинные гудки добавили…

Взгляд упал на карты, валяющиеся на подоконнике. Готов поспорить, что когда я уходил они иначе лежали. Неужели Кристина заходила посмотреть?

Ладно. Попробую отыскать ее по атласу – алтарь она все равно здесь бы не бросила. Выбрал страницу, с картой острова и понял, что кое-что пропало, а именно самое большое вложение на четырех листах. Вот зараза!

Так, что тут у нас? Маяк алтаря девушки нашелся далеко в море, и, казалось, двигался с ненормальной скоростью, если соотнести это с масштабом карты.

– Эээ… Что происходит?

– Думай, Ватсон, думай.

– Ее вторая способность? Она как-то связана с морем?

– Тепло.

– Владение водной магией?

– Это слишком жирно, считай ты получаешь не одно умение, а комплекс.

– Судя по карте, она плывет в открытый океан, а не на материк, – начал я выстраивать цепочку, – Это значит, что она не боится утонуть, и ее не заботит выживание в этой среде. Более того! Как только барыня ее отпустила – она сразу побежала на море, видимо проверять умение! А потом легко согласилась на мой кривой план, зная что легко сбежит. Блин, русалка какая-то получается.

– Хрена себе! – в голосе бога послышалось плохо скрываемое удивление.

– Угадал? Русалка?

– Не могу знать.

Опять намеки.

– Погоди! Если она может жить в воде – это самый настоящий чит! – возмутился я.

– И в чем же чит?

– Как в чем!? Заныкает алтарь на глубине и никто до него не доберется. Ей-то не страшно, она возродится после смерти и сразу превратиться в русалку. А чтобы уничтожить ее камень – надо сначала хотя бы до туда доплыть, потом найти способ опуститься на такую глубину, да еще и просидеть там пять часов для его уничтожения.

– Баланса в мире нет, жизнь несправедлива, Антон.

– Да ну. Бред какой-то, – расстроился я.

– Ну чего ты как маленький? Ты не думал, что вас не просто так поместили в магический мир? Всем вашим уловкам есть противодействие. Да, кому-то повезло с возрождением, а кому-то со способностями.

– И только мне не досталось ничего путевого: магического дара нет, боевых и защитных умений нет…

– Ну как же! Тебе тоже крупно повезло! Ведь у тебя есть я!

Последняя фраза произнесена была с таким пафосом, что мне захотелось съездить ему по роже.

– Эх, Тоха, Тоха. Не осознаешь ты своего счастья…, – горестно вздохнул Локи.

– Ладно, проехали. Что будем делать, счастье ты мое?

– Попробуй подумать трезво, без предвзятости. Представь, что у нее были свои причины и соображения так сделать. Пожалуй, я тебя даже оставлю наедине с собой и не буду мешать. Не скучай.

Ну вот, еще и Локи сбежал. Ладно, попробуем.

Допустим, я – Кристина, удачно выкравшая деньги из сейфа. Я молодая эльфийка, с раненной душой. Чтобы я сделала в ответ на предложение Акакия?

Ну во-первых, я бы мало доверяла мужчинам, так как в прошлой жизни погибла из-за их предательства. По отношению к сделке с Антоном это играет не в его пользу.

Но он меня не убил, когда вычислил, хотя легко мог это сделать. Более того, он мне поверил и дал пароль от сейфа, я держала его за руку, и мне это нравилось. А я еще я думала, что он подарит мне цветы, правда они оказались для нашего общего дела.

Блин. Какая-то бредятина. Рассчитывать, что ты понравился девушке, все общение с которой состояло из одной прогулки, да удара лопатой по лицу – глупо. Но здесь огромный аргумент – уверенность Локи в ней. Уж он мне точно не враг.

Допустим, она спрятала мою долю на острове. Вопрос – где? Она не дура, чтобы оставлять ее в усадьбе, значит… Мой взгляд снова остановился на картах, и я непроизвольно улыбнулся.

– Тетя Марфа, тетя Марфа! Мне к отцу Иннокентию надо, комиссия ждет!

– Да иди куда хочешь, только не мозоль глаза! – барыня по-прежнему находилась не в духе, и о чем-то разговаривала со своей охраной во дворе.

Я быстро прошмыгнул мимо, но успел заметить окровавленное платье Кристины, которое держал в руках один из присутствующих. Значит моим способом воспользовалась, чертовка.

Выскочив за ворота, я, естественно, к церкви не пошел, а направился прямиком в поле с ромашками. Там отыскал свой тайник и начал сгребать руками землю. Вот оно! Рядом с зарытым мной камнем обнаружилась черная тряпичная сумочка, которая приятно звякнула, едва я ее извлек из ямки.

Ну что, Вестландия, жди меня! Акакий и Антон Самойловы начинают большую игру!

Глава 10

Немного обдумав свои последующие действия, я вновь закопал мешочек и направился в Андроновку.

Перво-наперво нужно было выбрать время для побега с острова. Кристинка своим финтом явно мне облегчила жизнь, но исчезать прямо сейчас далеко не лучший вариант. Святые отцы еще в деревне, да и переполох стоит знатный. Сомневаюсь, что кто-то свяжет с этим делом меня, но все же лучше пока подождать. Плыть с этим носатым Казимиром на одном корабле, пусть и с новой внешностью, мне совсем не хочется. Кто знает, какие у инквизиторов еще есть магические примочки.

Следующий шаг – нужна одежда на… Блин, как назвать мое альтер-эго? Интересно, на материке я тоже буду слышать русские имена?

– Локи! Объясни, как работает этот треклятый божественный переводчик!

– Спроси чего полегче! Просто прими как данное, для вас же боги старались, чтобы вы не мучались!

– Если назовусь Арнольдом Шварценеггером, что будут слышать местные?

– Вот же пристал! Не знаю я. Но при их обращении к тебе ты будешь слышать именно это имя. Если ты думаешь что они начнут обсуждать твое происхождение, то сильно ошибаешься. Для них это конвертируется в привычную форму. Ты вон лучше думай, где портками по размеру разжиться.

Ладно. Потом придумаю новое имя Акакию. А этот незаметный тип пусть носит мою старую кличку – Шнырь, все равно я его для дела буду использовать.

– Мне и Свинотрах нравится.

– Можешь взять это имя себе, раз нравится.

Ну блин, проблема не решена. Стоит мне пойти на рынок и вся деревня будет знать, что Акакий штаны не по размеру купил, да еще и золотым расплатился. Начнутся пересуды, а мне бы по-тихому свалить. Похоже, остается навестить родную церковь, вот только бы комиссию снова не встретить.

Я, не особо скрываясь, направился к храму. Отца Иннокентия вылавливать бесполезно, но вот Афанасий вполне может помочь, да и вопросов задавать не станет.

Опа, шухер! Я нырнул в подворотню и через дыру в заборе уставился на отряд святых отцов, вышедших на крыльцо. Они что-то недолго пообсуждали, а затем Стервятник и два его пухлых спутника двинулись за храмовые ворота. Иннокентий и остальные попы вернулись обратно.

Терпеливо дождался, пока крючконосый скроется из виду, а затем побежал к церкви. Бессменный Афанасий находился на месте.

– О! Акакий! Выпороть бы тебя…

– За что? – удивился я, – Акакий хороший.

– Да шучу я так! – рассмеялся сторож, – Хороший-то хороший, да только где мы еще такого священника найдем? Уезжает Иннокентий от нас, золотой был все же человек. А с новым как оно будет – непонятно. Но ряха у него, что задница моя: гладкая и широкая.

– Дядя Афанасий. Дай рясу старую.

– Тебе зачем? – удивился он.

– Парус сделаю. Акакий будет капитаном корабля.

Тот уставился на меня, пытаясь понять смысл моей просьбы, и пару раз почесал затылок. Внезапно его лицо озарилось догадкой, и он громко хлопнул в ладоши.

– Так ты же сегодня на причал ходил! На корабли, небось, насмотрелся?

– Угу.

– Ну идем в подвал.

Ого! Здесь я еще не был. Чего тут только нельзя было найти: куча церковной атрибутики, запас свечек на полвека вперед, старые столы и стулья, ветхие книги с таинственными знаками.

– Вот здесь посмотри, – сторож указал на здоровый ящик без крышки, внутри которого лежала горы старой одежды, от изорванной, до вполне приличной.

Ее я увидел сразу. Единственная черная монашеская ряса, среди кучи серых и белых. Почти не ношенная, и ни одной дырки! Акакию она будет маловата, а вот Шнырю в самый раз. Еще в те дни, когда Афанасий травил свои истории, я запомнил, что монахи отличаются от церковников тем, что несут народу ту же самую веру, но при этом ведут кочевой образ жизни и не привязываются к определенной епархии. Это даже лучше, чем я мог ожидать.

– Зачем тебе черный парус? Ты, никак, пиратом собрался стать?

– Пиратом. Они грозные и страшные!

Хороший мужик Афанасий! Сам все додумывает, даже сочинять ничего не надо.

– Ну, пойдем обратно, – сторож развернулся и направился к выходу.

– Сапоги прихвати, дурень! Вон в углу целая куча, один хрен никому не нужны.

Я даже возражать не стал – босиком далеко не уйдешь, а сорок девятый размер Акакия, подаренный Марфой, мне в подмышки упрется. На глаз прикинул подходящую пару и быстро завернул их в рясу.

– Ну чего ты там телишься, Акакий? – обернулся сторож.

– Иду, иду!

Итак, проблема номер раз закрыта. Теперь решаем, когда именно уехать.

– Подозрительно это все будет выглядеть, – мрачно сказал Локи, – Исчезает Кристинка, а следом Акакий. Марфа может и придумает себе объяснение, а вот Феофан копать начнет.

– И чего ты предлагаешь? Я тоже не в восторге, так-то.

– Тебе нужна веская причина для побега. Искать все равно будут, но уже не как преступника, а как…

– Обиженку? Пойдет такой вариант? – перебил я его.

– Во! Нормальная тема. Нагадишь Феофану в тапочки?

– Не, это слишком, прибьет еще. Но, кажется, идейка есть.

Я все-таки дождался отплытия вечернего корабля, с удовольствием отметив, что все шесть святых отцов, одним из которых был Иннокентий, покинули остров. В усадьбу ночевать идти не хотелось, но других вариантов не было. Уже приближаясь к дому, обнаружил пару запряженных лошадей перед воротами. Значит вернулся хозяин. Аккуратно, стараясь не хлопать дверями, зашел во внутрь.

– Явился, дворник! – прогромыхал голос Феофана, – Двор не метен, все пылью засрано! На кой хер ты мне нужен такой?

А может это и к лучшему. Я виновато поднял глаза и уставился в сторону источника звука. Барин вместе с женой сидели на лавочке во дворе и, видимо, обсуждали утреннее происшествие.

– Не ругай его, муж мой. Он хороший работник. Сегодня же делегация с Дарграду приезжала, вот отец Иннокентий и попросил за него. Отпустила я его на встречу важную. Он завтра все чистенько сделает. Да, Акаша?

Ну, спасибо Марфа, удружила… Впрочем, ночевать где-то надо, и я, тяжело вздохнув, побрел в сторону домика.

– А ну стоять! Кристинка говорила что-нибудь тебе вчера? – барин, кажись, все же решил провести независимое расследование.

– Кристина добрая! – промямлил я.

– Дурень! Я спрашиваю: "Она о чем-нибудь рассказывала?", – Феофан угрожающе повысил голос

– Ну что ты пристал к ребенку! – вспылила Марфа, – Ну о чем эта воровка паскудная могла с ним говорить? Али ты его в сообщники решил записать? Совсем умом тронулся, кобель старый?

– Ладно, – примирительно пробурчал барин, – Ступай спать! Завтра подъем до петухов, и пока двор не засияет – никаких тебе конфет!

– Пфф! Напугал ежа голой жопой! – довольно хмыкнул Локи. – Да мы таких как ты скоро на завтрак есть будем, вместо твоих сраных конфет.

Ну вот и моя новая постелька. Достанешься ты скоро кому-то другому, а я получше поищу. Надеюсь, что завтра к вечеру я уже буду на материке. Как там этот порт называется?

Я взял в руки карту и принялся подробно ее изучать. Ближайший к острову крупный портовый город носил максимально оригинальное название из всех возможных – Приморск. Впрочем, для средневекового государства оно может еще и не избитое. Мое знакомство с местной городской жизнью начнется именно с него, а там и до столицы постепенно доберемся. А сейчас, собственно, посмотрим Дарград.

Прикинул расстояние, соотнеся его с масштабом и приуныл – почти девятьсот километров от порта. Зато площадь у него не меньше всего Зеленого острова – вот уж столица, так столица! Ну-ка глянем…

"Я люблю-ю сви-и-ней, всегда гото-о-ов…" – я аж подпрыгнул на кровати, настолько неожиданно и громко заиграла в ушах знакомая мелодия пошлой песенки, со слегка интерпретированными словами.

– Локи, животное ты грязное! Это что за хрень играет?

– Твой новый рингтон. Я взял на себя смелость сам выбрать композицию. Правда в оригинале были собаки и коты, но мне показалось, что свиньи тебе больше подходят.

– Погоди! – до меня дошло что единственный, кто мне может "позвонить" – это Кристина.

Только подумал спросить как принять звонок, так мелодия сразу и прекратилась, а я услышал ее приятный голос в своей голове.

– Привет, Тоша.

– Локи, готовься! Сейчас ты увидишь, как профи телефонных разговоров ее ментально изнасилует.

– Жду с нетерпением, уже пиво открыл.

– Привет, привет. Ты хотела извиниться? – легкий пробный наезд, для прощупывания, заодно занимаем позицию лидера.

– Мне не за что извиняться, – никакого намека на волнения в ее голосе, – Я все сделала как надо, так что мог бы и поблагодарить. Тебе теперь даже скрываться не надо. Надеюсь, ты нашел свою долю? Там ровно половина.

– Да, нашел. Мне казалось, что мы союзники и должны держаться вместе, – блин, да она меня передавливает, и мне это не нравится. Но по факту с ее настроем мне ее цеплять нечем, и я медленно превращаюсь в ведомого. Думай, Антон, думай.

– Вообще-то я все слышу, Тоша. Это мыслеречь, если ты не забыл. В том числе и твои попытки надавить-передавить, ментально изнасиловать. Я понимаю, что это твои профессиональные уловки, знание психологии и прочее, но ты не мог бы быть просто искренним?

Где-то на заднем плане послышался безудержный ржач Локи, а я, кажется, впервые со школьной скамьи, покраснел как рак.

– Хорошо. Я попробую.

– Есть причины по которым мне не хочется находиться рядом с тобой и работать, – продолжила она, – Да и вообще ни с кем. Я собираюсь выиграть эту игру и отомстить кое-кому на своей родине. Ты мне понравился, не скрою, и даже очень. Отчасти еще поэтому я приняла такое решение.

– Но ты связалась со мной, а значит тебе что-то нужно.

– Да. Я собираюсь играть в восточном полушарии и предлагаю сделку. Ты мне сообщаешь что происходит здесь, а я в ответ даю тебе обратную информацию.

– Ты прихватила с собой карту, – ответил я, – Разве тебе теперь нужна моя помощь?

– Я могу только отслеживать перемещение алтарей и не более, а ты будешь в курсе некоторых недоступных мне деталей. Кроме того, если мы выживем в первой волне, вполне возможно, что нам потребуются телепорты. Передавая друг другу образы, мы сможем выбирать нужные точки.

– Это как?

– Вот так!

Внезапно в моей голове появилась картинка. Бесконечный океан, шум волн и одинокая русалка в белой пене, прикрывающая пышную грудь рукой. Я даже почувствовал запах соленой воды.

– Круто!

– Ничего сложного. Твой бог тебя научит.

– Ты плохо знаешь моего бога, – процедил я сквозь зубы. – Он мне правила до сих пор не все рассказал.

– Ну, Агимея, мне говорила, что он слегка больной на голову.

– Че, прям так и сказала? Вот стерва!

– Так, я не поняла!? – в разговор вмешался четвертый голос, – Не ты ли вчера ко мне с цветами подваливал? Звезду с неба достану, пяточки буду массировать…

– А еще у него есть привычка листать семейный альбом, – не удержался я и вставил шпильку. – Он его достает когда я…

– Антон, завязывай! Агимея, давай оставим молодых наедине, – голос Локи засочился елеем.

– Ладно, уж. Идем отсюда, – грустно вздохнув, ответила богиня. – Альбом покажешь?

Голоса богов исчезли, и мы остались один на один с Кристиной.

– Ну, так мы договорились? – выжидающе произнесла она.

– Да. Наверное. Это будет полезно для нас обоих.

– Тогда до следующего разговора! – русалка отправила мне воздушный поцелуй и, взмахнув широким серебристым хвостом, исчезла в воде.

Мне немного стало тоскливо и грустно, но я быстро отбросил ненужные мысли в сторону. У меня еще много дел!

Итак, пора готовить обиженку. Я поднялся с кровати и вышел в коридор. Отлично, комната Кристинки не закрыта! Помнится у нее были ножницы в переднике. Надеюсь она не в нем уплыла?

Я приоткрыл дверь и аккуратно заглянул внутрь. В комнате царил полный кавардак: кровать сдвинута; тумбочка открыта, а все вещи из нее вывалены на пол. Свою цель я обнаружил сразу – ножницы для стрижки Акакия лежали в одном из вывернутых ящиков маленького шкафа. Подобрал их и двинулся обратно к себе в комнату. Половицы как всегда предательски скрипели, но сейчас это было неважно.

Пора вспомнить уроки труда начальной школы. Я разложил карты вокруг себя, предварительно спрятав карман самую ценную – Вестландию, и принялся вырезать цветочки и звездочки из дорогой лощенной бумаги. Как только закончил – аккуратно все это развешал по комнате и, полюбовавшись своими поделками, лег в кровать и крепко уснул.

– Растудыть твою качель! Это что за нахер? – дикий рев заставил меня открыть глаза. Я сонно потянулся и невинно уставился на разъяренного Феофана, который стоял на пороге и ошалело рассматривал мое творчество.

– Красиво, дядя барин? Я старался!

– Шельма безмозглая! Осел хероголовый! – он поискал глазами предмет, который можно было бы метнуть в мою невинную физиономию, и не найдя ничего подходящего, с разбега запрыгнул на кровать и начал меня душить.

Честно говоря, боец из меня так себе. Барин был в этом отношении немногим лучше, но сильно проигрывал мне в весовой категории. Так что продавить пальцами мускулистую шею Акакия ему не удалось. Я резко вскочил с кровати, отчего Феофан отлетел в сторону. Он кряхтя, начал подыматься на ноги, а я заплакал. Точнее – заревел, словно лось во время брачного периода. Ну а как еще должен себя вести расстроенный ребенок?

В коридоре послышался трехэтажный мат и быстрый стук шагов, а следом в комнату влетела Марфа и тоже замерла в состояние транса, увидев созданную мной красоту.

– Ты ему дала атлас? – барин злобно уставился на жену.

– Акашенька, мы ведь договаривались! – всплеснула она руками.

– Акашенька? – Феофан побагровел, – Может еще ноги перед этим дебилом раздвинешь? Акашенька твой ненаглядный, подарок профессорский на лоскуты порезал! Ну ничего, сейчас я устрою этому упырю. Где моя именная алебарда? А хер с тобой, дорогая женушка! Сам найду.

Хозяин выскочил на улицу и помчался в сторону своего дома. А я вопросительно уставился на Марфу.

– Беги Акаша, – произнесла она дрожащим голосом, – Беги скорее, мой хороший, да схоронись где-нибудь. И раньше вечера домой нос не суй.

Она пулей вылетела в коридор и понеслась следом за мужем. Я не стал долго раздумывать, а прихватил заранее спрятанные под кроватью рясу и сапоги, завернул их в простыню, и тоже покинул домик. Правда побежал я в совсем другую сторону – ту самую где прятался когда-то от Кристины. Весь сельхозинвентарь стоял на своем месте, в том числе и садовая стремянка, которую я недолго думая прислонил к каменному забору.

Перемахнул его в два счета, спрыгнул на траву и помчал семимильными шагами прямиком в сторону леса, забрав немного левее от моей уже любимой полянки с цветами.

– Узнаю старого доброго Акакия! Бег с препятствиями – наше все!

– Меня видел кто-нибудь?

– Не-а, рано еще, все спят. Барин тебе насолить хотел – поднять пораньше и подметать заставить.

– Вот и отлично!

Я свернул на поляну, где быстро откопал сумку вместе с алтарем, а затем направился вниз к морю. Там нырнул в кусты и перевоплотился в Шныря, скинув с себя остатки громадной одежды. По-хорошему, надо бы забрать старые вещи. Все-таки сапоги такого размера не самый ходовой товар.

– Забей! Сошьем тебе новые. У тебя денег теперь, как у дурака махорки.

В принципе он прав. Кроме того, если я припрусь с этими сапогами на причал, кто-нибудь их да заметит, в сумку их не спрячешь. А слухи быстро по деревне идут. Ну их к черту! Я быстренько накидал в них камней, завернул в узелок из рубахи и штанов, и зашвырнул все это дело подальше в море. Когда-нибудь их прибьет к берегу и вопросов больше не останется. Был Акакий, да всплыл.

Здравствуй новая жизнь!

По берегу моря в сторону причала неторопливо шел монах-пилигрим, с дорожной котомкой через плечо. Никто не знал, что под этой грубой рясой скрывается бывший деревенский дурачок Акакий, он же аферист из другого мира Антон Самойлов, он же Шнырь – человек, который несомненно оставит яркий след в этом мире. Вопрос: какой? Мокрый на каменной мостовой, или все же ему удастся закрепиться в высших кругах дворянских сословий.

– Пафосом немного несет, – оценил мои мысли Локи, – Но в целом выглядит соблазнительно.

– Еще бы. Теперь главное доплыть до материка, а там развернемся.

– А девочки будут, или ты русалке верность собрался хранить?

– Будут, куда же без них, и отстань ты уже со своей русалкой.

И все-таки с новыми обувками я пролетел. Маловаты оказались и сильно натирали ноги. С носками в этих краях была напряженка. Пришлось закинуть сапоги под куст и идти босиком, как истинный аскет. Ну ничего, до города доплыву, а там приоденусь, как положено.

А ряса – классная штука! Конечно есть определенный дискомфорт от ее черного цвета – утреннее солнышко сильно нагревало мое одеяние, но и плюс неоспоримый имеется. А именно в том, что под ней у меня ничего не было надето и свежей ветерок прекрасно обдувал все тело. Кто знает, что там модные горожане носят, как бы в парике с колготками щеголять не пришлось.

К причалу я пришел самым первым и спокойно выбрал себе место на неказистой лавочке, в стороне от остальных. Судя по солнцу, корабль придет примерно через час. Чтобы такого поделать полезного?

О! Поизучаю-ка я потенциальных противников. В самом Приморске вчера алтарей не было видно, и это радовало. Но вот примерно в десяти километрах от него проходила небольшая горная гряда и там имелся одинокий значок. Я огляделся по сторонам и вынул карту.

Значок оставался точно там, где он и был. Я навел палец на него и в ушах прозвучал голос: "Алтарь Кхярмъетунари, представитель – Скорострел."

– Блин, язык сломаешь!

– Ско-ро-стрел – попробовал произнести по слогам Локи, – Да вроде не сложно.

– Да не, я про бога его.

– Кхярмъетунари? – почти скороговоркой произнес Локи, – Нормальный пацан, кстати, а вот игрок ему попался тупой. На его фоне даже ты умным кажешься.

– Это с чего ты решил, что он тупой? – удивился я.

– Пардон. Дальше инфа закрытая. Но советую тебе задержаться в порту. Этого чижика обязательно надо грохнуть для разминки.

– Локи. Я не хочу никого убивать.

– И я не хочу, но надо Антоха, надо… Три месяца запасного времени на дороге не лежат. Ты выбрал тактику игры?

– Давно. Уйду в защиту. Буду развиваться и караулить алтарь, пока остальные друг друга валить будут.

– Норм. Только вот все равно советую в запасе лишний божественный камушек иметь. Давай Скорострела хотя бы размотаем? Ну пожалуйста! – взмолился он.

– Да как я его найду? Алтарь потревожить?

– Как вариант. Но вообще я уже сказал, что он тупой. Дальше думай сам.

– А если там ловушка какая-то? В итоге грохнут меня, и потом спокойненько уничтожат наш камень.

– Верно мыслишь. За такую продуманность я тебя и выбрал.

– Ты бы определился, а? То я у тебя умный, то тупой.

– Обещаю тебя не называть тупым один месяц, если ты отожмешь алтарь Скорострела. – торжественным тоном пообещал он.

– Пять месяцев!

– Хорошо, два месяца. – начал торговаться Локи.

– Пять месяцев!

– Ты должен был сказать четыре! – возмутился бог.

– Как хочешь. Или пять, или ничего. Вон, кстати, корабль появился на горизонте. Между прочим речь идет о настоящем убийстве. Не станет человека, тю-тю.

– Так в том и соль! – поучительно произнес он, – Сам виноват человек – думать надо. Он ведь мог вообще не воскреснуть в этом мире, как и ты, между прочим. Вам всем дали второй шанс, которого могло не быть. Отрабатывайте.

Ну не нравится мне эта затея, хоть я и понимаю, что ручки чистыми все равно не сохранить. Ладно, черт с ним! Все бывает в первый раз, главное начать. Я сам принял выдвинутые условия, когда встретил Локи.

– Согласен? – оживился бог.

– Да. Пять месяцев.

– По рукам! Никакого Дарграда, пока не грохнем Скорострела.

– Или другого игрока, – добавил я, предчувствуя подвох.

– Идет. – легко согласился он.

Корабль резво бороздил морской простор, оставляя за собой бурлящую пену. Я расположился на его корме, облокотившись на борт, и задумчиво глядел на удаляющийся Зеленый остров. На нем я, вроде как, был своим, а впереди меня ждала неизвестность. Скоро игроки получат возможность уничтожать божественные камни. Сначала вся эта Игра представлялась мне чем-то нереальным, и я думал что все превратиться в пострелушки магией, завершившись за пару месяцев.

Но сейчас я сам, будучи одним из участников, начал понимать, что до конца битвы пройдет не один год. Ареной выступает целая планета, а путешествия по ней стоят денег и времени. По щелчку пальцев в этом мире, увы, ничего не происходит, как, впрочем, и в моем родном. Не думаю, что большинству игроков повезло сильно больше, чем мне. Кто в основном умирает и дает тело игрокам? Бедняки, воины и старики. Денежное состояние что первых, что вторых не позволит мотаться по всему свету и истреблять чужие алтари. А старики имеют свои проблемы – здоровье, например. В какой-то мере мне крупно повезло, что я попал в юное сильное тело. Да, с небольшими косяками, но они практически уже исправлены.

Из того, что я узнал об этом мире, складывалось понимание, что здесь все те же проблемы, что и на Земле, а присутствие волшебства лишь немного облегчает жизнь одаренным, но и она возведена на уровень недоступности для обычного населения. Даже Кристина говорила, что колдовство не панацея, предпочитая ей верное холодное оружие. Как я себе представлял магию раньше? Только по компьютерным игрушкам – пиу-пиу огненными шарами и все сгорели. А на деле? Федьке потребовалась четверть минуты и полная концентрация, чтобы меня поджечь, а судя по реакции его компании – это было выше среднего. Но в настоящем бою ему никто не дал бы столько времени. Правда я еще не видел серьезных магов, но, судя по историям Афанасия и моим обрывочным знаниям об этом мире, их буквально единицы.

И какой из всего этого вывод? А вывод прост: хочешь здесь выжить – направь свою энергию на самое сильно оружие всех времен. Деньги. На них можно нанять убийц, и они сделают за тебя всю грязную работу; на них можно купить армию и отправиться в поход на сильного противника; за них можно получить защиту и самому нанять каких хочешь магов.

– Все верно, Антон, – Локи к моему удивлению разделил мою рефлексию и не стал на этот раз дурачиться, – Ты, правда, забыл о дополнительных способностях игроков, но они не сильно меняют общую картину. А еще здесь есть государство и власть. Никто не позволит одному человеку безнаказанно убить другого в центре города. Поймают, сошлют на каторгу, и все. А там единственный выход для побега будет самовыпилиться. Но это неделя времени на воскрешение, а желающих разрушить твой бесхозный алтарь за это время будет очень много. Это только в кино главный герой нагибает всех вокруг, рушит здания и остальные ему ничего не смогут сделать. Добро пожаловать в реальность.

– Отче, вы бы спустились в трюм, – позади меня раздался вежливый голос, – Дождь обещается пойти.

Я вздрогнул, так как не привык к такому обращению, и обернулся. Позади меня стоял узколицый парнишка, лет пятнадцати, с только-только пробивающимися редкими усами, и неловко теребил край своей служебной формы.

– Конечно, сын мой. Спасибо. – я проследовал в указанную им сторону и очутился в пассажирском отделении.

Здесь все выглядело довольно пристойно. Первая половина помещения представляла собой деревянные лавочки со спинками, стоящими в несколько рядов, а дальняя – столбики с прицеплены к ним гамаками. Кроме себя я насчитал полтора десятка человек, в основном с острова. Некоторые лица показались знакомыми, но лично с ними Акакий не общался. Моя новая внешность не вызвала ни у кого особого интереса, а потому я спокойно прошагал в дальнюю половину и улегся в гамак, подложив под голову мешок с золотом. А спустя несколько минут меня из-за раннего подъема и качки начало клонить в сон. Да я бы и поспал, но боязно оставлять деньги без присмотра.

– Выспись, я разбужу, если кто на наше добро позарится.

– Ты не заболел? – удивился я. – С чего ты сегодня такой услужливый и вежливый?

– Будем считать это авансом за твое согласие на убийство Скорострела. На самом деле ты не один такой правильный, и тысячи игроков погибнут в первые дни, так и не решившись на этот шаг.

Глава 11

Я проспал дольше, чем планировал, и к моему пробуждению корабль преодолел уже три четверти пути. Я выбрался из гамака, немного размял конечности и направился к лестнице, что вела на палубу. На ней оказалось пустынно, хотя обещанный пареньком-юнгой дождь уже закончился, и лишь пожилая парочка, по виду городские, о чем-то разговаривали, облокотившись на перила. Я с интересом оглядел их.

Одежда как одежда; никакой вычурности, если не считать зеленый платок, повязанный бантом на шее мужчины. Сам он был одет в подобие сюртука и темных брюк нестрогого покроя, вполне себе симпатичные ботинки с острыми носами и шляпу на манер котелка. Его спутница носила зеленое приталенное платье, спускающееся до середины лодыжки, аккуратные полусапожки и какой-то кокошник с лентами. В целом, совсем уж дремучим средневековьем здесь и не пахло. Вон, даже зонтик у нее модный – складной.

– Вечер добрый, отче. – поздоровалась женщина, поймав мой изучающий взгляд.

– И вам хорошего вечера, люди добрые. Давно ли в Приморске были?

– Ой, да мы каждую неделю плаваем, отче, – радостно закудахтала она, почувствовав наклевывающуюся беседу, – Мама приболела, а в город ни в какую не хочет. Вчера приехали, проведали да и сегодня обратно уже.

Так и есть. Похоже дама только и ждала, чтобы найти свободные уши. Ну, не буду ее расстраивать, мне это только в плюс.

– Мама – это важно. Негоже стариков бросать в беспомощности. А что в городке вашем? Спокойно все?

– Да где же спокойно-то! – всплеснула горожанка руками, – Третьего дня глава стражи городской такое выдумал…

И тут ее понесло, да так, что даже ее седой кавалер не выдержал и, неловко извинившись, удалился в пассажирское отделение. Я же, напротив, как губка впитывал ручьем льющуюся информацию. Меня не особо интересовали фамилии и происшествия с обывателями, но вот о порядках, устройстве города и его правителях слушал с удовольствием. Главной достопримечательностью поселения являлся безусловно портовый рынок, на котором, по ее словам, можно было купить хоть черта, были бы деньги. В принципе, из ее слов я понял, что вокруг него вся жизнь Приморска и крутится. Жил городок с торговой пошлины, и судя по ее рассказу, жил весьма неплохо.

Как оказалось, на этом самом рынке шла вечная борьба. Продавцы-нелегалы старались побыстрее сбыть товар до того, как их возьмет городская стража, а стража соответственно всеми доступными методами боролась с этим. Кто-то, особо продуманный и уже имеющий авторитет, стремился проводить сделки со своего корабля. Меньше клиентов, но зато делиться не надо. Впрочем, это было крайне опасно, так в случае залета можно было напороться на громадный штраф и схлопотать запрет торговли на несколько лет, а то и в международный конфликт влипнуть.

Мэр в городе имелся, но вот был он каким-то совсем уж размазней, и, по факту, вся власть принадлежала начальнику стражи, некоему Василию Кособокому. Свое прозвище он получил за то, что по вечерам его тяжелая мошна, набитая данью, неизменно тянула его тело влево. Мэр с этих податей, законных и не очень, получал сполна и взамен предпочитал не лезть в дела сложные экономические, довольствуясь вечным праздником в окружении заезжих иноземных красоток.

– Давай этого Косорылого на бабки разведем? – мгновенно пристал ко мне Локи, – Там бабла немеряно, зуб даю! Я знаю, ты таких любишь клиентов.

– Кособокого, вообще-то. Я с удовольствием готов выслушать любые твои предложения.

– А че я сразу!? Мне нельзя, я – бог! Мне деньги не нужны, в отличии от тебя.

– Тогда и не торопи. Нужно будет освоиться, погулять, понять чем народ дышит. И вообще, не мешай мне с дамой общаться.

– …, а Авдотья, значит, ему и говорит: "Да я тебя сирого и убогого приняла, отмыла, а ты кобель, этакий, на шею мне сел?". Представляете, отче?

– Да, молодежь нынче трудная пошла. – поддержал я горожанку, – Так и норовит не работать, да чтобы все само с неба падало. И бога совсем не боятся.

– Вот! Верно говорите, отче! – она сделала понимающий вид и покачала головой.

Ну еще бы. В твою-то молодость, конечно же, все иначе было.

– А скажите, уважаемая Аглая, где можно рабу божьему приют временный найти?

– Ой! Да где угодно! – всплеснула она руками, – Это же город приезжих. Вверх от порта первая улица, Прибрежной зовется. Там сплошь и рядом таверны, да гостиницы – на любой кошелек найти можно. Но коли денег у вас немного, могу адресок подсказать. Хозяин набожный, да жену с сыном схоронил; а дом у него, что у купца – здоровенный! Сдает комнатки недорого. А если освящение вне очереди ему проведете – так и вообще, считай, даром поживете.

– Мне подошло бы, – как можно скромнее ответил я. – Люд мы не богатый, а что до службы – это дело богу угодное, благостное.

Аглая быстро описала мне как найти Ярмарочную площадь, рядом с которой и жил вдовец, а заодно посоветовала указать ее имя в качестве рекомендации. Селиться там я, конечно же, пока не собираюсь. Но иметь запасной вариант всегда неплохо. Тем более, что-то мне подсказывает, что встретят меня там с распростертыми объятиями. Местное духовенство, как я понял, охотнее освятит очередную лавку или корабль. Без этого торговать на портовом рынке нельзя. Почему-то вспомнилась всеми любимая в России пожарная инспекция. Правда хрен его знает, как этот обряд проводить, но не думаю что это сложнее, чем помахать кадилом. По городу погуляю, да может где и подсмотрю.

За разговорами время пролетело быстро, а вскоре на горизонте показалась земля. Меня охватило легкое волнение, и я с интересом принялся вглядываться вдаль. Городок был на удивление ровным, словно сама природа в этом месте устроила площадку, а первые горы, как и было обозначено на карте, начинались далеко на горизонте. Видимые с корабля домики не превышали трех этажей, и лишь городская ратуша возвышалась над остальными строениями, словно башня. Да еще неподалеку от нее церковный купол, украшенный вечной "омегой".

Покой и тишина улетучились, едва наш корабль причалил к берегу. Не успели матросы сбросить трап, как к нему слетелись смуглокожие люди, увешанные товаром: от каких-то небольших блестящих побрякушек, и до продуктов – в основном фруктов, половину из которых я так и не смог опознать, да какие-то сладости.

Я натянул капюшон на глаза, перехватил сумку так, чтобы исключить любое проникновение подозрительных лиц внутрь нее и двинул на эту толпу. К моему удивлению, местные цыгане избегали мне что-либо предлагать и даже уступали дорогу. Похоже духовенства они побаивались не на шутку. Но не успел я порадоваться такой отличной новости, как меня огорошил голос Локи:

– Отличная погодка! Сейчас бы искупаться вон в той бухте справа!

Хм… Опять намек? Я огляделся по сторонам и обнаружил вдалеке пятерку бравых молодцов в одинаковой кожаной одежде, укрепленной тонкими металлическими пластинами. Маршировали эти ребятки точно в нашу сторону, придерживая левой рукой болтающиеся ножны. Не думаю, что они мне способны что-либо предъявить, однако черт его знает, какие на материке порядки. Сдается мне, что если бы с этими бродячими монахами было так просто, то уже каждый второй натянул на себя рясу. А документов и, тем более, нужных знаний у меня нет.

Ну его, эти эксперименты! Менты нам не кенты. Я немного пригнулся, и, последовав совету бога, спустился под пирс, а оттуда пошагал по берегу не оборачиваясь. Пожалуй, стоит воспользоваться подвернувшимся случайным знакомством, да проведать этого одинокого домовладельца, а оттуда уже начнем плясать.

Шаг за шагом я отдалился на безопасное расстояние от причала и почувствовал, что попал в свинарник. Город от моря в этом месте отделял высокий каменный забор, а берег был сплошь и рядом усыпан горами различного мусора, который пах совсем не фруктами, а вполне себе такой мертвечинкой. Довелось мне однажды ее понюхать. Когда-то, еще учась в школе, мы случайно наткнулись на труп бомжа в лесополосе, и благоухал он также. Не исключено, конечно, что может это всего лишь дохлая чайка, и я бы с радостью пошел дальше, вот только я был босиком, а без топтания по этой гнилой массе о дальнейшем пути можно было забыть. Ноги за день покрылись ссадинами и кровоподтеками, а я слабо верил в то, что Акакий имел полноценную карту прививок.

Окончательную точку в моих размышлениях поставила лодка у берега, примерно в сотне метров от меня. Лохматые подозрительные мужики что-то быстро выгружали из нее и постоянно озирались по сторонам. Казалось, что они сильно опасаются кого-то. Меня они, естественно, заметили, но пока враждебности не выказывали, однако, вроде как, немного напряглись и периодически недобро зыркали на персону. Пойду-ка я, пожалуй, штурмовать забор.

Я почти на четвереньках одолел крутой подъем, поросший кустарником, несколько раз больно уколол босые ноги, но инстинкт самосохранения оказался сильнее этого. Вскоре я очутился перед оградой. Высотой она была примерно в полтора Акакия, так что, немного помучавшись, мне удалось вскарабкаться на ее верх. Я последний раз окинул взглядом местных контрабандистов, которые бросили свою разгрузку, и удивленно тыкали пальцами в мою сторону. Чего, святой отец не человек что ли? Подумаешь, забор перелез!

С другой стороны ограждения обнаружилась задняя стена двухэтажного здания, изнутри которого доносилась музыка. Какая-то противная дудка и еще гитара, ну или гусли, я не секу в этом. Причем музыка играла достаточно бодрая, и даже на улице слышался топот отплясывающих ног. Похоже на какую-то таверну.

Я аккуратно спрыгнул вниз и, прихрамывая, обошел здание. Выглянул в переулок и чуть не врезался в мужика в рваном тряпье, который справлял малую нужду прямо на фасад задания. Кажется, здесь я точно останавливаться не буду.

– Оп-па! Боже п-прости… Нет сил тер…петь, – заплетающимся языком пробормотал он.

– Мужик, где-то тут Ярмарочная площадь должна быть.

– Два… нет… погодь…, – он наморщил лоб в попытке запустить мыслительный процесс, – Три!

– Чего три?

– Три квар… квартала вверх по улице. А че, грех-то отпустите, отче?

– Ты прощен! – бросил я ему на ходу и двинулся в указанную им сторону, стараясь держаться в тени.

К моей радости, здесь было не очень многолюдно. Видимо, центральную часть города я успел обойти по берегу. Начинало темнеть и мне совсем не улыбалось слоняться с набитой золотыми монетами сумкой по подворотням. Еще и правая нога начала противно ныть.

Ярмарку я увидел сразу, и ошибиться в назначении этих построек было трудно. Достаточно было одного взгляда на разноцветные шатры и деревянные театральные помосты, чтобы сделать вывод, что я на месте. Правда ни одно из заведений уже не работало и сейчас здесь было пустынно. С дальнего края площади прогуливался патруль стражи, который двигался ко мне спиной. Вот так и идите, парни, сзади нет ничего интересного.

Я воспользовался возникшим окном и прошмыгнул за ряд павильонов, а дальше без труда добрался до искомого дома. Трехэтажный особняк без забора с приветливо открытыми дверями. У его дверей неторопливо подметал улицу какой-то мужичок опрятной наружности.

– Добрый вечер, вы Макар? Комнатку можно снять?

– Я Макар. А чего же нельзя? Сами меня нашли, святой отец, или кто надоумил?

– Аглая подсказала, говорит что можно службу у вас здесь провести, да пожить за это немного.

– А вот это дело хорошее! Да только медальона святого не видать у вас, как же вы служить-то будете? Неужто обокрали?

– Обокрали греховодники, – быстро сориентировался я и тяжело вздохнул.

Вот тебе и веская причина, чтобы обходить патрули.

– Ну-с, тогда, пожалуй, придется заплатить. Есть у меня Прошка, племянник дальний. Семинарию закончил, а ума не прибавил. Потерял он как-то медальон церковный – так ему его месяц обратно делали. Они же зачарованные все у вас, да на владельца настроенные. Ну, а коль быстро сможете все организовать, так я денежку вам сразу и верну. А вы пока времянку в местной церкви одолжите, не то помнут стражники, как самозванца какого, право имеют.

– Локи, чего так все серьезно-то?

Бог не отвечал.

– А можно одежонкой какой разжиться у вас недорогой? Отдохну пока от служения, раз дело такое приключилось.

– Вот утром и прикупите прямо тут, – он указал рукой на площадь, – Соседство-то хорошее, далеко за едой и вещами ходить не надо, но шумят иногда днем, бестии, хоть на стену лезь.

– И сколько с раба божьего денег возьмете?

– Дело тонкое…, – Макар замялся, – Ну коль Аглая посоветовала, да и худо приключилось, то так и быть два золотых за неделю проживания. С завтраком и ужином будет четыре.

Два разделить на десять – это два серебряных в сутки, по-нашему четыреста рублей. В принципе, вполне сопоставимо с ночевкой в какой-нибудь дешевой привокзальной общаге небольшого городка за Уралом. Похоже и вправду цену не ломит.

Я не стал торговаться, а ответил согласием и хозяин проводил меня на третий этаж по красивой деревянной лестнице, правда уже местами обшарпанной, все же теперь он жил здесь не семьей, а с квартирантами, а они, как известно, не сильно берегут чужое.

– Вот! – он открыл мне дверь, – Не хоромы, конечно, но чистенько. Я же кого-попало не пускаю, и вы уж будьте добры, комнатку мне в том же виде сдайте.

Я быстро прошелся по своим новым апартаментам и приятно удивился.

– Держите, вместе с завтраком и ужином на пять дней! – я с удовольствием отдал ему две монеты. – Если не трудно, разбудите завтра пораньше.

Макар кивнул, отдал мне ключ и пошлепал вниз по лестнице.

С удовольствием, потому что впервые за все время нахождения в этом мире я увидел нормальную комнату, в которой даже была ванная! Да, без душа и крана, но зато с теплой водой и сливом! Как наполняется и подогревается бочка, я не разобрался, зато с превеликим блаженством сразу смыл с себя дорожную грязь, воспользовавшись деревянным ковшиком. Заодно привел в порядок ноги, тщательно вымыв их с мылом, которое обнаружилось тут же. В принципе боль терпимая, но завтра первым делом надо купить сапоги.

В комнате было все, что нужно для жизни нетребовательному человеку – кровать, обеденный столик, вешалка, тумбочка полотенцами и пара стульев. Все эти предметы не были новыми, но вполне сносными. Простыни пахли приятно, и я, довольный как слон, завалился голышом поверх них. Сейчас бы в смартфоне поковыряться, или ютубчик посмотреть…

– Локи!?

Да куда он запропастился-то? Мне что, его начинает не хватать? Странно.

Поскольку какие-либо развлечения отсутствовали, а день выдался относительно насыщенным, уснул я очень быстро. Что-то много я сплю в последнее время.

Проснулся я задолго до появления Макара, а потому не отказал себе в удовольствии принять полноценную ванную. Не стал мелочиться и залез в бочку целиком. Кайф…

В голове было абсолютно пусто и свежо, вот только отсутствие там Локи начало навевать подозрения. В городе есть как минимум один игрок, тот самый Скорострел. Может и еще кто болтается, но в ближайшей зоне только один алтарь. Вероятнее всего бог, как и прежде, пытается своим молчанием указать на то, что враг где-то рядом. Последний раз мы общались на причале, и там все было нормально.

Раздался стук.

– Войдите!

Я толкнул рукой дверь ванной и увидел посреди комнаты Макара с подносом в руках. При виде меня его брови поползли вверх.

– Доброе утро, что-то не так?

– Так это… Вода…, растерянно пробормотал он.

– Вода теплая, спасибо. Давно я так хорошо не мылся, все в дороге по весям мотаюсь, да пыль собираю.

– Вода же на неделю рассчитана! Как же вы теперь ее, святой отец, грязную пользовать будете?

– А сколько за воду?

– Ну, ежели эту слить, да снова бочку наполнить, как раз золотой и выйдет, вместе с подогревом.

Меня так и подмывало спросить, как она нагревается, но я не стал. Слишком много вопросов о, скорее всего, привычных для местных явлениях вызовут ненужное подозрение к моей персоне.

– Ой, разорюсь, – запричитал я, – Но не смог себе отказать в удовольствии мирском. Поставьте на столик завтрак, а я скоро спущусь вниз, золотой принесу.

Макар без разговоров выполнил требуемое, но удивление с его лица так и не сползло. Три золотых у монаха. Много это или мало? Блин, надо было от оплаты еды отказаться, а то свечусь вовсю. Не зря же мне Аглая жилье подешевле указала – понимала, что пилигримы не богатый народ.

Вымылся, наскоро вытерся и развернул карту. Так, алтарь на месте. Ну что, пора на разведку?

Накинул на себя сутану, посмотрелся в зеркало, а затем выбрался на улицу. Стражников поблизости не видать. Отлично! Отважно вошел на территорию ярмарки и внимательно осмотрелся: некоторые лавки уже были открыты, а вот аттракционы и помосты пока пустовали. Я внимательно изучил слоняющихся горожан и окончательно пришел к выводу, что мне попались какие-то неправильные попутчики. Все указывало на то, что они были весьма зажиточными персонами, может даже дворянами. Большинство местных было одето намного проще. Ходили приморцы в чем бог послал, но самым распространенным и популярным одеянием оказался серый плащ с капюшоном, который немногим отличался от моей рясы. В принципе меня устраивает.

– Помочь вам, святой отец?

Я обернулся на голос и увидел торговца, лавка которого просто ломилась от обуви. Очень хорошо! Я быстренько пробежал глазами по предлагающимся экземплярам и выбрал себе понравившуюся пару. Носков, к сожалению, в продаже не оказалось, зато были какие-то специальные тряпки их заменяющие. Кажется, их называют онучи.

Нацепив покупку, я словно в рай попал, настолько мои ноги истосковались по нормальной обуви. Онучей взял пять пар, суммарно отдав за все удовольствие четыре золотых. Торговец и бровью не повел на такие расходы бедняги-монаха. Приятным сюрпризом стало и то, что в его лавке имелись размеры и на Акакия, однако торопиться с его одеванием пока не было нужды.

Следующим мои приобретением стал тот самый серый плащ с капюшоном, а также легкая рубашка и штаны под него. С выбором последних не заморачивался, поскольку их все равно не было видно под верхней одеждой. Главное, что удобно. С зеркалами тут был полный порядок и я с удовольствием оглядел себя с ног до головы. Все мои знания о моде средних веков ограничивались компьютерными играми, и сейчас я был похож на какого-то воришку. Но не для местных, которые через одного выглядели также.

Последнее, что я приобрел – толстую кожаную сумку, которую можно было крепить на поясе под плащом. На нее я не поскупился и отдал почти столько же, сколько и за ботинки. Дорого, но зато с наскока такую не разрезать, да и монеты в ней почти не гремят.

Теперь пора идти на настоящий рынок! Тот который в порту. Возможно я и переплатил сейчас, но зато теперь смогу ходить по городу и не опасаться проверок стражников. Быстро заскочил к Макару, отдал ему денег за воду и занес рясу в комнату. Карту, лежащую на столе, аккуратно сложил и убрал в сумку. Алтарь временно спрятал под кровать – все равно его не уничтожить еще несколько дней, а вот золото оставлять не рискнул. Ну все, вроде ничего не забыл, вперед!

Поскольку я вчера уже имел честь немного познакомиться с главной улицей, то сегодня решил первые три квартала пройтись по параллельной. Выглядела она уже не такой широкой и нарядной, как ее соседка, но вполне приличной. Не успел я пройти и квартала, как из маленького переулка мне навстречу вышел какой-то тощий тип в капюшоне.

– Слышь, паря, вздернуть не хочешь? – зрачки его глаз, казалось, вообще не могли стоять на месте и постоянно мониторили обстановку.

– Че? – я аж оторопел от его предложения.

– Ну, вздернуть! Нюхнуть, растворить – так понятнее?

Опа, а вот и местный драгдилер нарисовался. Я всегда очень отрицательно относился к этому, но тем не менее решил, что ознакомительная лекция не помешает. Извлек из кармана серебряный, полученный со сдачи и покрутил в руке.

– Тут мало…, – заметил он.

– Да мне сейчас не надо, но вот посмотреть товар, да узнать о нем не откажусь.

– Отойдем? – он указал на переулок.

– Давай так, я тороплюсь, но позже пообщаемся, – не то чтобы я его сильно испугался, но лезть в подворотню с полным кошельком золота однозначно не хотелось.

– Не вопрос. Надо будет – просто остановишься там где сейчас стоишь, обронишь монетку на землю и иди себе на ярмарку. Минута-две и доставим. Только секи хвосты. Волков видишь – лучше ничего не бросай. Гарантию снимаем при такой постанове.

– Лады. Это тебе аванс, – я щелчком подкинул монету и тощий быстрым движением перехватил ее еще на подлете, а затем ловко отправил в карман.

Ну с такой ловкостью он точно не нарик. Либо от местного зелья нет серьезных побочных эффектов. Впрочем, опытные барыги сами свою дрянь никогда не принимают. А по этому кадру видно, что он уже собаку съел на этом деле.

– Давай еще серебряный. И я с тобой прогуляюсь, раз торопишься.

Я отдал ему вторую монетку, и мы не спеша пошли вперед. Знания и знакомства никогда не лишние, даже в таких кругах.

– Полные расклады тебе не светят, но парень ты интересный. Не местный. Погоди, угадаю, – он внимательно присмотрелся к моему лицу, – Каварец?

– Ага, угадал.

Хрен знает, кого он имел ввиду, но дать ему порадоваться за свою проницательность вполне себе хорошая идея.

– В общем у меня есть крост, и есть фиба.

Я вопросительно поднял бровь.

– Ну крост! Его же с ваших земель тащат! – удивился он.

– Да я за фибу интересуюсь, – быстро сориентировался я. – Если что интересное, может и прикуплю домой.

– Фиба под язык кладется. Вещь убойная, но отходняки жесткие. На крост волки глаза закрывают, если для себя, а не на барыжку. А вот фибу найдут – считай приехали. Загребут и в вату засунут на неделю, а там на корабль и покорять горы.

– Вата? – удивился я. Про горы тоже было интересно, но я предположил, что это каторжные рудники. А полным профаном выглядеть не хотелось.

– Тюрьма такая, с мягкими стенами, чтобы торчок себе повредить ничего не смог, пока его ломает. Спеленают и бросят внутрь.

– А просто в кандалы?

– Да ты че! Он же себе руки поотрывает.

– Погоди, а в чем тогда интерес так себя мучать?

– Э-э-э. Во-первых ты никогда не просечешь, что торчок под фибой. Но вот закидываться ей постоянно надо, иначе при ломке можно ласты склеить. Она дешевая, некоторые всю жизнь под ней проживают. Правда короткую.

– А ты сам-то пробовал?

– Разок. И тянуло после этого повторить, как кобеля к суке во время течки.

– И какой приход?

– Ускоряет, мама не горюй. Я книжку за ночь прочел, хотя терпеть их не могу. И все до каждой буковки помнил, пока не отпустило. А еще можно подраться под этим делом – вокруг все словно замирает. Он тебе подачу в челюсть сует, а ты в это время успеваешь в носу поковырять, а то и ответочку выдать, да такую, что не увернутся.

– И много клиентов на фибу?

– Мало, – грустно вздохнул он, – Все боятся. Зато кто хотя бы пару раз купил – твой верный клиент до гроба, если волки раньше не поймают. Это тебе не крост, который при внутренней воле можно бросить.

Мы прошли вместе пару кварталов, и он внезапно заволновался. Я проследил за его взглядом, но ничего не заметил.

– Ладно, паря. Твои две серы на этом месте закончились. Где меня найти – знаешь, милости просим.

– Держи, – я извлек еще серебряный.

– Не, харе. Мне халявы не надо, – он отодвинул мою руку, – Вон Кособокий прет, тварь редкая. Постарайся с ним лишний раз не встречаться. – он быстро стрельнул глазами вправо, накинул на голову капюшон и неспешно пошел обратно.

Глава 12

– Ну и рожа у него!

– Явился, блудный бог! Можешь ничего не объяснять, я уже понял причину твоего отсутствия.

– Не, ну ты посмотри на эту харю! За неделю не обсерешь! – продолжал возмущаться Локи.

– Ну а ты что хотел? Место рыбное, кушает хорошо. – я медленно двигался навстречу патрулю, возглавляемому безобразным толстяком, доспехи на котором напрочь разъезжались в стороны. Кособокий собственной персоной.

– Ну меру-то надо знать!

Вася представлял из себя зрелище довольно мерзкое: лоснящееся от пота широкое лицо; щеки, свисающие до самых наплечников; и здоровенное пузо, скрытое дополнительной металлической пластиной. Пожалуй только его маленькие внимательные глазки были единственной частью тела, обладающей повышенной подвижностью.

Быть может на Земле он бы и смотрелся неплохо, например в каком-нибудь кабинете министров, для нас это зрелище привычное. Но в этом мире мне до сих пор почти не попадалось настолько толстых людей. Все же жизнь здесь более подвижная: без интернетов, автомобилей и фастфудов.

Начальник местной стражи медленно двигался со стороны порта, а за ним кряхтя и вполголоса матерясь, шагали его подопечные, толкая перед собой телегу, набитую, по-видимому, конфискованным товаром. Я дождался, пока эта процессия пройдет мимо меня, и не торопясь направился в сторону моря. Пора разведать чем здесь торгуют, да подумать, на чем можно сделать деньги.

Вышел я аккурат в ту часть рынка, где торговали обувью и одеждой. Местные торговцы разительно отличались друг от друга цветом кожи и манерой разговора, но я понимал их всех. Даже если рядом не было покупателей и два каких-нибудь чернокожих продавца негромко переговаривались между собой, я все равно слышал понятную мне речь. И это был громадный плюс моего положения, как игрока – не нужно учить языки. Что удивительно, когда они шептались на своем, я не слышал никакого акцента, но едва они переходили на местный, и он тут же появлялся. Причем переводчик сохранял даже тот колорит, к какому я привык.

– Вах! Сматры какой хароший куртка!

– Господина, домасние сапоски! Пять медяков стука.

Я не отгонял от себя назойливых продавцов, а наоборот с удовольствием останавливался и рассматривал вещи. Периодически задавал вопросы, присматривался к покупателям. Последние были в основном "европейской" внешности, если так можно выразиться. Я сразу поделил их на "купцов" и "остальных".

"Остальные" мне были малоинтересны – это в основном обычные граждане, решившие сэкономить и съездить в порт, чтобы купить все и сразу по минимальным ценам из первых рук.

Купцы же выглядели более солидно и подолгу выторговывали скидки за объемы. Замени всем их сюртуки и халаты на джинсы и куртки – получится обычная оптовка какого-нибудь пограничного города современности. Разве что в наше время единицы предпринимателей берут телохранителей, время уже не то. Здесь же богачи передвигались как минимум с одним охранником.

– Придумал че?

– Пока присматриваюсь. У всех одно и тоже, а мне надо найти эксклюзивный товар.

– Ну дерзай.

Постепенно, я переместился в ряды с различными побрякушками, бытовой утварью и украшениями, где все вещи также периодически повторялись. Все не то… Надо что-то совсем редкое. Обычно вопрос стоит в придумывании схемы, но в данном случае я планировал воспользоваться уже неоднократно проверенной, а вот самого предмета схемы не было. Это не наше современное общество, где каждый день изобретается что-то новое.

– Локи, может внедрим что-нибудь в этот дремучий мир? Бейсболки например, или темные очки с дужками. А то ходят в чем попало.

– Бан хочешь? Ты можешь надоумить кого, это не запрещено, но вот деньгами этими тебе пользоваться нельзя. И вообще, я тебя не в прогрессоры брал. Давай уже, по профилю работай.

Я прогулял до самого обеда, но так ничего интересного не нашел. Зато плотненько пообщался со скучающими торговцами. Оказалось, что действующие пошлины на продукцию были строго определены для каждого товара отдельно. Причем никто не мучался с высчитыванием чистой прибыли, а просто брался процент от реализованного. Что-то облагалось меньшей суммой, что-то большей. Понятное дело, что отследить каждого невозможно. Скажем, ты продал сто килограмм апельсинов, а налога Кособокому отдал только с пятидесяти – молодец. Вот только потом к тебе придут, и будут делать контрольные закупки, пока ты не попадешься, а вечером конфискуют товар и выпишут конский штраф. А пока ты его не выплатишь – торговать не дадут. Зато конкуренту твоему премию подкинут, за то, что доложил о непорядках.

Да, на нормальных рынках, по крайней мере в моей родной стране, хорошо работает круговая порука, и никто никого не сдает. Но Вася-стражник знатно поработал в этой области, и добился введения ряда наказаний за укрывательство и пособничество. А поскольку торговцы были в основном заезжие, часто менялись и являлись представителями самых разных национальностей, дружбы у них не складывалось, как-таковой.

Имелся и еще один серьезный фактор, о котором мне за пару серебрушек поведал обиженный на Василия торговец из постоянных. Оказывается, Кособокий и сам по себе был не промах, организовав сеть точек сбыта конфиската, который по закону было положено уничтожать. Причем мэр, естественно, находился в доле, и никак не реагировал на редкие доносы, а то и лично мог сдать стукача Васе. На этом моменте обычно бизнес этих борцов за правду в Приморске заканчивался. По слухам, чуть ли не каждая пятая палатка на рынке принадлежала этому негласному союзу.

Единственное место, в которое не имела доступ мохнатая рука Василия и градоначальника – стоящие у причала корабли, считающиеся неподвластными территориальным властям. Туда наш бравый стражник не совался, опасаясь международного конфликта. Впрочем, он решил и эту проблему, поставив дежурить патрули у пирса, которые пристально следили за каждым посетителем того или иного торгового корабля, а потом контролировали, чтобы он не вынес с них чего ценного.

Хм, кажется те вчерашние лохматые парни с берега действительно являлись контрабандистами.

Последний сектор рынка был целиком отдан торговцам овощами и фруктами. День близился к вечеру, и я уже было решил не ходить в этот закоулок. Но кое-что привлекло мое внимание и заставило изменить решение. А именно – новое пришествие Васи!

На моих глазах развернулся скандал, результатом которого стала полная конфискация товара крупной торговой точки. Я скрыл лицо капюшоном и немного приблизился к месту конфликта, словно случайный зевака, внимательно слушая препирательства Кособокого со смуглым пареньком с характерным акцентом жителя Кавказа.

– Корабль в порту зарегистрирован? Зарегистрирован! – вещал начальник стражи, – Значит и правила доведены! А раз доведены, то твой хозяин должен был сделать что?

– Нэ знаю, я толко продавэц, – ответил парень, словно был не при делах. Стандартная отмазка.

– Так вот слушай, раз не знаешь! – толстяк достал платок из нагрудного кармана и вытер пот с красного лица, – Хозяин твой должен быть сообщить властям: так и так, имеются на продажу орехи, что в прейскуранте не обозначены. Приходишь в мэрию, записываешься на прием, отдаешь образцы на проверку, ждешь заключения о пригодности товара в употребление. Затем мэрия обновляет список, обозначает ставку пошлины и все! Торгуйте сколько хотите.

Парнишка умолк. Дождался пока у него отберут весь товар и грустно проводил взглядом удаляющуюся повозку. Зевающие торговцы постепенно вернулись на свои места и снова занялись привычным делом. Но едва тележка стражи исчезла за поворотом, как к парню подошел невысокий жилистый парень сильно похожий на него, только постарше. Кажется родня.

– Карим, брат, зачем кастак на продажу выставил? Все равно его тут никто не купит. Не понимают наш орех местные, – он не кричал и не ругался, а вел разговор словно учитель с учеником, наставляя.

Люблю таких выдержанных людей. Бить себя пяткой в грудь и кричать смысла теперь все равно нет – что случилось, то случилось.

– Прости, Фархад, – уважительно ответил паренек, – Я готов понести наказание.

Так! Любопытно. Во-первых, они говорят на своем родном языке, так как весь их акцент куда-то улетучился, а значит понимаю их только я. А во вторых – кажется я нашел свой эксклюзив…

Парни медленно побрели в сторону пирса. Я внимательно осмотрел мусор возле их торгового места и увидел остатки нескольких разломанных ящиков из-под фруктов. Так, а вот на этой деревянной рейке что-то написано, но различимы только пара букв – не местных, но благодаря переводчику я знаю, что их сочетание звучит как – "сл". Нисколько не стесняясь окружающих торговцев, подобрал доску, внимательно осмотрел ее, а затем неторопливо двинулся вслед за братьями, запустив свою способность.

Так, мотаем с конца, но не сильно быстро. Перед мной замелькал рынок, затем доски собрались в ящик и наполнились какими-то зелеными цитрусовыми. Ящик вернулся на корабль, пережил обратное плавание, направление которого я не видел из-за того, что груз находился в трюме.

Теперь самое интересное. Я уменьшил скорость и принялся внимательно наблюдать, параллельно не теряя из виду двух парней, идущих впереди. Вот ящик стоит в стопке, а вот уже к нему подходит мужик в роскошном халате и с длинной бородой, достающей до пояса. Вроде похож на этих двоих, возможно отец, хотя до конца я не уверен. Его руки увешаны дорогими перстнями. Он пишет кисточкой "Муслим Хирафи, порт Такбах" и делает тоже самое с соседними и уходит. Вероятно, это пометка для грузчиков. Мотнул еще дальше, и пришел к выводу, что больше ничего полезного извлечь не смогу. Остальные люди, что касались этого ящика, были обычными рабочими восточной внешности.

Хм. И что мы имеем? У нас два брата-торговца продают экзотические фрукты, принадлежащие некоему Муслиму Хирафи. Кажется он все же старший родственник этих двоих горе-предпринимателей, судя по внешности.

– Локи. Как мне понять, какой язык я использую, говоря с иностранцами?

– Как и все остальное. Представь, что хочешь обратиться к ним на их языке, либо на местном. А ты что-то придумал? – в его голосе начал просыпаться азарт, – Ох, чую денежками запахло.

– Пока что здесь пахнет гнилыми фруктами, и ничем другим, – одернул я его.

– Я в тебя верю!

– Ну что Локи, испытаем новую внешность человека, похожего на всех?

– Вперед! Я за пивом.

– Фархад?! – я прибавил шагу и обратился к парню на его языке.

Старший удивленно оглянулся и уставился на меня. Отлично!

Я скинул капюшон, широко расставил руки в стороны для объятий и улыбнулся. Оба парня во все глаза пялились на меня, но пока что без тени узнавания. Так, теперь обработаем малого.

– Карим! Ух ты как подрос! Помню тебя совсем маленьким, ты только-только ходить начал самостоятельно!

Карим тут же выключился из игры, так как "вспомнить" меня ему бы все равно не удалось, а вот его старший брат усиленно морщил лоб, пытаясь понять откуда он меня может знать. Ну придумай уже что-нибудь!

– Эх, не узнаешь... Ну, как там старина Муслим? Поди борода уже до колен выросла? – улыбнулся я, а после принял задумчивый вид и почесал затылок, – Это же сколько лет-то прошло?

– Иван? Горохов? – парень улыбнулся, – Не признал сначала. Я вас плохо помню. С папой все в порядке, борода на месте. Он иногда вспоминает вас, говорит, что лучшего торговца во всей Вестландии не найти! Только мне казалось, вы повыше были и плохо говорили по-нашему.

– Так ты сам тогда карапузом был! А теперь, смотрю, вымахал – перегонишь меня скоро! А что до языка – годы на месте не стоят, учу помаленьку. И хватит мне выкать, а то стариком себя чувствую.

Так, пока все складывается удачно. Можно было и без этого представления с ними познакомиться, но тогда бы пришлось долго завоевывать их доверие. А в случае провала, есть вторая попытка в виде Акакия.

– А чего вы грустные такие, парни?

– Братишка, – он кивнул в сторону своего юного спутника, – Решил кастак продать. А я, голова дырявая, забыл предупредить, чтобы он в Приморск с ним даже не совался. Он же для настойки только и пригоден, а так горький. Местные не хотят учиться кшашту делать. Да ничего страшного. Товара не сильно много потеряли. В следующем порту продадим, в другой стране.

– Ох, Фархад! Я уже и забыл совсем, какая кшашта на вкус.

– Так пойдем на корабль, Иван! За встречу такую и выпить можно. Вот отец удивится, когда узнает, что я тебя встретил!

Я сделал вид, что обдумываю предложение и планирую время.

– Можно, если не долго. Дел еще по горло.

Мы спустились к пирсу и направились к их торговому судну. Это был средних размеров кораблик, с сильно загнутым к верху носом – таких мне еще видеть не приходилось. Возле его трапа паслись стражники, или по-местному "волки", как их называл торговец дурью. Они ни слова не произнесли при нашем появлении, однако меня осмотрели внимательно. Видимо будут проверять, чтобы я не вышел обратно с оттопыренными карманами. Учтем.

Фархад, проводил младшего до его каюты, а меня забрал с собой в соседнюю . Самым примечательным во всей ее обстановке были шикарные толстые ковры, устилающие весь пол. Посреди комнаты стоял невысокий золотистый столик, а вот стульев не было. Вместо них лежали толстые подушки.

– А чего брата не взял? – поинтересовался я, комфортно устроившись на предложенном месте

– Молодой еще, не дорос до кшашты. Вот через годик можно будет.

Он отдал приказ матросам и те быстро организовали нам небольшой стол, выставив на него угощения своей родины: что-то похожее на рахат-лукум, совершенно обычные мандарины, и собственно ту саму кшашту в темной стеклянной бутылке.

– Все как положено, – гордо сообщил мне Фархад, – Ни капли света, сам готовил!

Он разлил жидкость по миниатюрным стаканчикам, на самое донышко. Носом чую – вещь ядреная. Я внимательно следил за его действиями, чтобы не опростоволоситься. Шут его знает, как эту хрень употреблять.

– Благослови Хола этого человека и дай ему успеха во всех делах! – торжественно произнес Фархад, широко открыл рот и равномерно вылил содержимое на слегка высунутый язык. Жидкость растеклась по его поверхности, и он накрыл ее ломтиком "рахат-лукума".

– Хола это их боженька. В игре не участвует.

– А чего, уже пришло время подсказок? – удивился я.

– А кто еще благословить может? Или ты решил, что Хола – это местный глава церкви?

Я повторил действия парня, а в следующую секунду мне захотелось отдать все свои деньги, лишь бы мне быстрее отрезали язык. Его зажгло так, что у меня свело глаза в кучу. Я еле нащупал белую восточную сладость и приложил ее сверху, почувствовав незначительное, но облегчение.

– Ух, хороша! – в голове мгновенно зашумело.

Помнится, родители меня возили к бабке в деревню, и там я впервые попробовал местный самогон за сараями с сельскими пацанами. Лет мне тогда было около четырнадцати. Как же я тогда долго плевался и хотел вытереть рот изнутри. И все равно, с огненной кшаштой это не шло ни в какое сравнение.

– Слушай, Фархад, времени у меня не много, есть вопрос по делу. А сколько у тебя вообще кастака?

– Идем, – он поднялся и двинулся на выход.

Мы спустились в складское отделение, и здесь меня ждала полная неожиданность. Я словно попал внутрь промышленного холодильника. Такая температура никак не могла быть создана естественным путем. Магия?

– Свежо-то как!

– Папа сказал, что хватит на полгода, надеюсь, успею обернуться за это время, не хотелось бы иноземных колдунов нанимать. Дорого.

Он провел меня через нагромождения различной грузовой тары и указал на стопку ящиков в уголке. Верхний был вскрыт. Я наконец-то увидел эти загадочные орехи. Размером с ноготь большого пальца, они имели ярко-фиолетовую скорлупу и темно-зеленую макушку. Их невероятный цвет так и говорил, о редкости продукта.

– Почти двести килограмм. Мне его еще долго продавать, но он хранится хорошо. Больше не буду его возить сюда.

– И почем?

– Пять золотых за килограмм, Иван, – со слегка виноватым видом произнес он, – Дешевле не могу, прости, очень они ценные.

В моей голове мгновенно включился калькулятор. Тысяча золотых за все, а еще как-то нужно их протащить мимо стражи. Цену я точно не собью, видно что парень и рад бы отдать дешевле, но не может. Итого, я могу взять около центнера. Но их еще как-то нужно сбыть, а, насколько я помню, для продажи этих орехов придется дождаться включения их в общий список товаров мэрией.

– Сколько ты еще планируешь стоять в порту?

– Чуть меньше недели. Я отпустил большую часть команды в увольнение, где их сейчас искать? Тут кабаки на каждом шагу…, – он повел плечами в растерянности, – Да и матросам нужно отдохнуть – плыли долго.

– Хорошо Фархад, я подумаю. Где я тебя могу найти, если что?

– А куда я теперь денусь? Запрет на торговлю висит, а в контрабанду я не полезу – можно ведь и корабль потерять, если с поличным поймают. Следить за кораблем обязательно будут. Так что приходите в любое время.

– Я возьму штучек пять?

– Конечно! Можете и побольше, от меня не убудет. Он зачерпнул горсть и протянул мне, но я взял лишь обозначенное количество и сунул в карман, который даже не оттопырился. Нечего привлекать внимание стражников.

– Ладно, тогда я пойду. Удачи, Фархад! Мы обязательно что-нибудь придумаем.

– Я провожу.

Мы вышли на палубу, где я не поленился подойти к противоположной от берега стороне судна. Уже стемнело и обе местные луны хорошо освещали морскую гладь. Я поводил глазами и обнаружил парочку небольших лодок метрах в ста от корабля.

– Люди Кособокого?

– Да. Караулят контрабанду. Остальные с фонарями или факелами плавают.

Вроде все. Из сегодняшнего дня я выжал максимум, и это приятно грело душу. Я снова чувствовал себя при любимом деле. Осталось сообразить, как лучше использовать полученные слагаемые, чтобы вывести из них приличную сумму.

Мы перешли к трапу, где я пожал Фархаду руку и распрощался, после чего начал спуск вниз. Стражники на пирсе внимательно окинули меня взглядом и разочарованно отвели глаза. Подозревать меня было не в чем. Уверенно пошагал мимо них, прорабатывая в голове возможные варианты будущей аферы. Вот только до полного складывания мозаики было еще очень далеко.

Испытывать судьбу ночными приключениями не стал и двинул по Прибрежной улице, с удовольствием отметив, что патрули с факелами здесь встречаются через каждые двести метров. Сейчас я им был даже рад – столкнуться с каким-нибудь головорезом из подворотни мне пока не грозило.

– Ты не думал о своей безопасности?

– Думал, но фехтовальщик из меня никакой, да и поздно уже обучаться. С магическим даром проблема, точнее его вообще нет. Умения мои ты знаешь – отпор ими не дать.

– Есть и более изощренные способы.

– Какие, например? Яды?

– Хотя бы и яды. Или карманный арбалет.

– Я подумаю над этим.

Локи ничего не ответил. Опять пропал что ли?

– Локи?

Похоже я вошел в ту зону, где возможен потенциальный контакт с другим игроком. Как я понял, богу не запрещено общаться в такие моменты со своим подопечным на общие темы, но его подсказки относительно появления возможного врага строго караются. Локи выбрал иной путь – внезапное исчезновение, и это технически нельзя считать нарушением – мало ли, почему он перестал со мной говорить. Зато я точно знаю, что это сигнал. В такие моменты надо держать ухо востро.

Вот уже и ярмарка показалась. Надо будет на нее наведаться днем, да посмотреть какое-нибудь выступление артистов, все же интересно знакомиться с бытом и культурой незнакомого мира. А вообще, что-то у меня много задач накопилось. Провернуть дельце, которое пока выглядит не очень перспективно; решить вопрос с тайником для алтаря; определиться с самозащитой от местных – все же не в мегаполисе с камерами нахожусь. И Скорострел…

Последний вопрос, пожалуй самый важный. Деньги хорошо, но жизнь ценнее. Если меня прямо сейчас убить, то за ту неделю, пока я буду воскрешаться, вступит в силу возможность уничтожения алтарей. Скорострел уже вполне должен был ознакомиться с картой и найти местоположение моего камня на ней. А значит он может следить за домом…

Я замер на месте, осознав это. Блин! Думаю о деньгах больше, чем о себе. Нужно раз и навсегда вбить в свою башку, что безопасность превыше всего. Понятно, что он не знает меня в лицо, но если долго следить за живущими в доме людьми – постепенно можно сделать определенные выводы. Сколько у Марка комнат в доме? Двенадцать?

По приближению к ярмарке я постепенно замедлил шаги и стал осторожнее. Хм. А почему у него кличка Скорострел? Не уверен, что это из-за преждевременного семяизвержения. Можно конечно допустить, что это случайное прозвище, как у меня, но скорее всего он придумал его себе сам.

Если это так, то значит он действительно тупой, так как выдал потенциальным врагам пусть небольшую, но информацию о своих умениях. И если он действительно хороший и быстрый стрелок, значит уже вполне может сидеть на какой-нибудь крыше и держать натянутую тетиву. Ну или какое тут еще может быть стрелковое оружие?

А вдруг он меня срисовал еще утром? Что-то я сглупил, не посмотрев есть ли в продаже карты города и какого они масштаба. Если у Скорострела имеется подробный план Приморска – все очень плохо.

Не раздумывая больше, развернулся и двинулся обратно. Алтарю пока ничего не грозит, а вот мне вполне. Даже если существует пятипроцентная вероятность, я лучше поостерегусь и не пойду туда через темноту. Деньги у меня с собой, так что переночую в какой-нибудь таверне. Одну из них я видел в метрах ста пятидесяти отсюда, и, кажется, там было вполне себе весело, судя по задорной музыке. Да ее и сейчас слышно.

Я приблизился к воротам с высокой оградой, над которыми возвышались два ярких фонаря. Полукруглая вывеска над входом изображала какого-то одноглазого вояку в шлеме, украшенным ярким плюмажем, а надпись красноречиво сообщала, что зовется сие заведение "У старого генерала". Изнутри доносились звуки гулянки и хохот. Была не была.

Толкнул рукой дверь и оказался в хорошо освещенном дворе, заполненным, вероятно, не совсем трезвыми людьми, которые образовали что-то вроде коридора. Хм, зачем им было идти в таверну, если они собирались пьянствовать на улице? Так-то уже довольно прохладненько. Взгляды собравшихся мельком мазнули по мне и тут же устремились обратно к источнику веселья.

Подошел к ним, изобразив интерес, и приподнялся на цыпочки, чтобы увидеть что тут творится. Эх, сейчас бы перекинуться в Акакия и не мучаться! Спустя минуту мне все же удалось найти окно между двух голов и заглянуть внутрь.

Кажется, здесь проходил серьезный турнир. Два человека, вооруженных луками, стояли на изготовке к стрельбе, а перед ними, метрах в тридцати, располагалась ростовая мишень, имитирующая человека.

– Ставки еще будут? – хромой невысокий парень бегал со шляпой от одного посетителя к другому, – Один к десяти на смельчака, если он сможет побить Сергия.

Внутри появилось легкое волнение… Имя фаворита Сергий значит? Будем надеяться, что это всего лишь моя паранойя.

Да не, бред. Это не он…

Видимо желающих больше не нашлось. Первый человек поднял лук и по команде хромого начал стрелять в мишень.

– Раз, два, три…, – хором скандировала пьяная толпа, – Шесть, семь...

Почти на каждый счет, участник спора выхватывал стрелу из колчана и выпускал ее. Все до одной попали в грудь мишени.

– Стоп! – раздался голос хромого, – Десять стрел за восемь секунд! Промахов нет. Теперь Сергий.

Публика яростно засвистела, и я почувствовал, как мое сердце забилось быстрее. Второй человек элегантно поклонился присутствующим и замер, держа руку на оперении одной из стрел в подсумке. Я попытался его разглядеть и сразу отметил широкий подбородок с очень приметной глубокой ямкой и слегка перекошенные скулы. Пожалуй мне этого хватит.

– Пошел! – крикнул хромой.

Стрелок с невероятной скоростью начал хватать стрелы и, казалось, не целясь, отправлять их в мишень. Да блин! Соколиный Глаз из Мстителей нервно курит в клозете.

– … четыре! – счет прекратился.

Я перевел взгляд на его цель – пучок стрел, общей толщиной в руку, покоился точно в центре груди манекена.

– Четыре секунды! Десять стрел! Браво-о-о! – заверещал хромой.

– Сергий лучший! – чей-то выкрик.

– Сергий! Сергий! Сергий! – присутствующий не жалея глоток выкрикивали имя победителя.

Хромой под громкие овации передал маленький мешочек чемпиону. Тот его поднял над головой и демонстративно потряс, а потом вновь переместил взгляд на толпу.

– Всем выпивки! Я плачу!

– Толпа взорвалась криками и хлынула внутрь большого трехэтажного здания, собственно и являющееся трактиром. Я внимательно рассмотрел этого Сергия, а когда тот повернулся ко мне спиной, одними губами прошептал: "Идентифицировать". И в ту же секунду услышал голос в ушах:

– Обнаружен игрок Скорострел, покровитель Кхярмъетунари.

Глава 13

– Антошка, Антошка, свинтит Сережке бо-ошку! – радостный голос Локи наполнил все пространство моей головы.

– Ты опять радуешься раньше времени?

– Пфф! Ты теперь в дамках! Ты знаешь, кто он!

– Вопрос, знает ли он кто я? Ты ведь не скажешь?

– Нет, но ты и сам понимаешь, как это можно проверить.

– Примерно, – я развернулся и пошел в сторону калитки.

За несколько минут одолел обратную дорогу и добрался до дома Марка. Блин, даже не спросил в какой он живет комнате. Думаю, что на первом этаже. Прошел по еле освещенному коридору и остановился у двери, которая отличалась от всех остальных добротным видом. Стукнул в нее пару раз.

Хозяин дома появился на пороге и вопросительно уставился на меня.

– Да, святой отец? Что-то нужно?

– Меня сегодня днем никто не искал?

– Священника никто не искал, а вот местный забулдыга с ярмарки спрашивал, кто последний из жильцов вселился.

– А вы что ему ответили?

– Как что? – Марк сделал удивленное лицо, – Козе в трещину послал его! Я же не балабол какой, да и постояльцев своих уважаю. Простите, отец, сквернословлю… Как амулет-то ваш церковный?

– В процессе. А этот, с ярмарки, как он выглядел?

– В процессе, – ехидным голосом передразнил меня Локи, – Он и слов таких не знает! Фильтруй базар, даже если взволнован.

– А что? – продолжал хозяин, – Неужто это он ваш святой знак дернул? Так это мы мигом оформим, у меня и знакомые имеются в городской страже.

– Нет, не он, – быстро сориентировался я. Еще мне не хватало перед ментами местными светиться, – Я почему спрашиваю-то. В этом городе должен был остановиться мой давний знакомый по семинарии.

– И что? Неужто ярмарочным клоуном стал? Из святого человека в скомороха превратился?

Да что же ты не уймешься! Я определенно не понимал, как мне вывести разговор в нужное русло. Повисла неловкая пауза.

– Ну, в общем, у него дырка в подбородке, – наконец-то разродился Марк, – И рожа такая кривоватая. Да вы днем придите на ярмарку, отче. Он там народ развлекает. С лука стреляет, словно демон какой! Этого у него не отнять.

– Не, значит точно не он, – я внутренне возликовал, но постарался, чтобы мой голос выглядел расстроенным, – Я, пожалуй, сегодня на ночной молебен схожу. Приду не раньше, чем завтра утром.

– Ну тогда с богом, святой отец!

– С богом, Марк!

Так, определенно я сегодня не стану здесь ночевать. Теперь я уверен, что этот Сергий хоть и нашел место моего жительства, но в лицо не знает, а значит можно к нему подобраться поближе. Вышел на улицу и потопал обратно.

Гулянка в таверне шла полным ходом. Пьяные гости разделились на два лагеря: часть из них сдвинула столы и собралась кругом, в том числе и Скорострел. Вторая половина расположилась отдельно, довольствуясь небольшими компаниями. Свободных столов не было, и я подошел к тому, за которым сидел всего один человек, ну в очень странной одежде.

– А вот и первый колготочник, – захихикал Локи.

Действительно, этот посетитель сидел немного полубоком, из-за чего одна его нога была выставлена в проход и демонстрировала обтянутую тонкой тканью коленку и голень. Вид у незнакомца был суровый, что дополнительно подчеркивали многочисленные шрамы на его лице, украшенном тонкими усиками. Кроме того, он оказался единственным из посетителей, кто не снял с головы полукруглую шляпу, словно презирал местные правила. Завершала образ тонкая длинная шпага, которую он для удобства отстегнул с пояса и положил на стол рядом с собой.

– Свободно?

Глаза незнакомца полезли на лоб, а я внезапно сообразил, что даже не проконтролировал на каком языке к нему обращаюсь.

– Конечно! Садись, приятель! – он спохватился и поднялся на ноги. А дальше слова из него посыпались градом. – Неужели я встретил в этом сраном болоте настоящего хевийца! Откуда? Мансом, Тулем? Может Гойфа?

– Ыыыы! Ну давай, отбивайся! – хихикнул Локи.

Я слегка опешил от потока незнакомых слов, а мой новый знакомый тем временем полез обниматься. Обе его ладони легли мне на задницу и легонько сжали ее, что окончательно выбило меня из колеи. Пока я думал, как мне действовать, сзади раздался хриплый шепот:

– Глянь, голубки встретились.

Руки с моих ягодиц слетели также быстро, и как и очутились, а тип в колготках резко схватил шпагу со стола и произнес всего три слова:

– Гто это сгазал?!

Я обернулся и уставился на разномастную публику. Мужики за одним из столов резко "разъехались" в стороны и сделали невинные лица, кося глазами на оторопевшего от их реакции человека, со слегка желтоватой кожей.

– Ты! Да ты! Каг тебя звадь? – акцент колготочника отдаленно походил на произношение скандинавов. Не вытаскивая шпаги из ножен, он направил их кончик прямо на него.

– Мужики, вы чего? – бедняга вращал глазами по сторонам, пытаясь понять что он сделал не так, – Нормально же сидели, ну пошутил…

– Извинизь! – не унимался мой "земляк".

– А то чего будет? – желтолицый попытался храбриться.

– Дуэль будед.

– Извинись, – буркнул сосед зачинщика, крепкий бородатый мужик, – Этот не отцепится, а дуэль ты ему проиграешь, как и любой здесь сидящий. Приветствие у них такое между своими, традиция. Ты сейчас их обоих сильно оскорбил.

Видимо желтолицый понял, что дело пахнет керосином, поскольку притушил свой норов и тихо произнес:

– Извини.

– Громдче! – рявкнул колготочник.

– Извини! – он поднялся со стула и склонил голову.

– Вод таг! – шпага легла на место, а рассерженный хевиец сел на место и не стал продолжать ощупывание моих прелестей.

– Так откуда ты? Чего стоишь-то? Садись! – он снова перешел на родной язык и его взгляд устремился на меня.

Я спохватился и уселся напротив. Предстояло решить, стоит ли продолжать корчить из себя его земляка, или откланяться и поискать другой столик. Я и так привлек к себе лишнее внимание здесь сидящих. Ладно, попробуем и рыбку съесть, и место занять козырное. Чувствуется, мужик серьезный, с таким лучше подружиться.

– Отец и мать из Гойфы, – рискнул я, выбрав последний озвученный им город или что там это было. Обычно люди перечисляют вещи от знакомых к наименее знакомым. – Но они в свое время переехали в Вестландию, так что я родился уже здесь и на своей родине никогда не был.

– Говоришь ты по-хевийски очень хорошо, – он выглядел немного расстроенным. – Я из Гойфы мало кого знаю…

– У меня в семье с детства было принято говорить на двух языках. Как звать-то тебя?

Этот вопрос я предпочел задать первым, потому что он все равно прозвучит, так или иначе. А я пока не в курсе имен и фамилий хевийцев, и потому мне нужна начальная опора.

– Луи Жак Матье, а тебя?

– Жан-Клод Ван Дамм, – не моргнув глазом, ответил я.

– Погоди, ты не родственник Тулемскому герцогу? – внезапно оживился он. – У них Ван Даммы идут по женской линии.

– Нее, – потянул я, – Я бы наверное знал о такой могущественной родне.

Вот же, блин, угадал с фамилией! Ну его на фиг под это подписываться. Сейчас начнет копать моих родственников до седьмого колена, и утопит меня в моем же невежестве.

– Жаль… Я личный телохранитель рода Живанши, а у них весьма хорошие отношения с Тулемским двором. Во, смотри! – он расстегнул камзол и извлек наружу массивный медальон с витиеватым гербом, – Подарок герцога Тулемского.

– И что это означает? – думаю, я не сильно покажусь профаном в их внутренних делах, задавая такой вопрос.

– О! Это значит, что я в любое время могу уехать в Тулем и быть вхожим в самые высокие круги. Однажды мне посчастливилось найти в лесу дочку их господина. Малышка потерялась на охоте. Ну и пожаловали мне после этого титул барона на радостях. Да только титул без денег сам знаешь – ничего не стоит. Потому и сижу в этом клоповнике, да пью дешевое пойло. Вот отслужу графу Живанши еще с десяток лет, получу за выслугу деньги, тогда и подумать можно. Хочу себе особняк небольшой построить и виноград выращивать! А ты чем занимаешься?

– Да вот, приехал посмотреть, чего тут интересного прикупить можно. Купец я.

– Никогда не смыслил в деле торговом. Не мое это…, – он ненадолго замолк, а потом неожиданно воспрял, – А чего же мы сидим как не свои? Может выпьем?

– Давай!

Человек полезный, чего бы и не закрепить отношения. Не люблю я это дело, конечно, но отрицать, что алкоголь является мощным катализатором образования новых социальных связей, по меньшей мере глупо.

– Только у меня это…, – замялся он, – Денег нет. Все на женщин просадил. Завтра утром отплываем домой, а я вот не рассчитал немного.

– Последнее, за что тебе стоит волноваться, дружище. Я угощаю!

В голове постепенно начал складываться паззл…

– Локи, ты думаешь о том же, о чем и я?

– Угу. Ему этот медальон что есть, что нет. Все равно его герцог на физиономию помнит. Скажет, что посеял – ему новый потом отольют. А нам эта штука может для какого-нибудь хорошего дела сгодиться. Не будут же они корабль из-за него разворачивать!

И понеслось! Глотка у этого Луи оказалась луженая, и пил он за троих. Я, в свою очередь, даже не пытался за ним гнаться, а напротив, пожертвовал местной официантке пять серебряных. За это она щедро разбавляла мою кружку с вином каким-то сладким морсом. Мы пили, смеялись, делились историями из жизни. Он настоящими, а я, естественно, нет.

Постепенно, гулянка в таверне стихала. Посетители расходились один за одним: кто на улицу, а кто поднимался наверх в свои комнаты. Я лишь единожды покинул своего пьяного товарища, когда Сергий, покачиваясь во все стороны, поплелся на второй этаж. Проследил за ним до двери, запомнил где он живет, после чего вернулся к Луи. Тот сидел опрокинув голову на руки и сотрясался всем телом от икоты.

– Сколько… ик… время? – он поднял на меня пьяные глаза.

– Светает уже. Не опоздаешь к отплытию?

– А ты… ик… молодец! Мало кто может с Луи… ик… в выпивке тягаться.

– Пойдем, провожу тебя до пристани.

– Спасибо…, друг! – он попытался встать, но его сильно заштормило.

– Обопрись на меня. – я подставил плечо и ему наконец-то удалось зафиксировать тело в вертикальном положении.

Следующие пару минут я потратил на то, чтобы прикрепить к его поясу шпагу, которую он чуть не забыл, после чего мы покинули таверну.

Корабль, на котором прибыл хевиец, располагался в элитной части порта. Все же его наниматель был не каким-то хреном с горы, а что ни на есть самым настоящим дворянином. Мы постепенно приближались к конечной точке нашего пьяного похода, а я все не сводил глаза с его побрякушки. Поймать нужный момент никак не получалось. Все-таки, ремесло карманника далеко не мой профиль. Нужно было срочно придумать какой-то вариант отвлечения внимания.

– Луи, друг мой, а тебя нормально примут в таком виде? Граф твой сердиться не будет?

– Конечно, будет… ик…, а есть предложения? – он уставился на меня пьяными глазами.

– Ну, я обычно два пальца в рот и до тех пор, пока не полегчает.

– А и верно говоришь! Давай-ка, Жан-Клод, вместе заблюем это вонючее болото под названием Приморск! – он вырвался от меня и, спотыкаясь, помчался к пристани. Я еле догнал его, встал рядом и облокотился на перила.

– Кха, кха…, – Луи яростно принялся стимулировать гланды, а потом резко перегнулся и начал выплескивать содержимое в зеленую воду.

– Вот так, молодец! – похлопал его по спине, – Давай еще разок, чтобы наверняка.

Заветный медальон покачивался прямо перед моим носом. Я пару раз надавил Луи на живот, и он снова зашелся кашлем. Моя рука сместилась ближе к груди и ухватилась за тяжелый круг. Тихий щелчок, и побрякушка оказалась в моем кулаке, откуда сразу перекочевала в карман.

– Уух, – он выпрямился, – А ведь и правда, полегчало. Видишь тот фрегат? Это наш красавец!

Я проследил за его ладонью и увидел шикарную кхм… большую лодку с пятью мачтами. Резные буквы на борту красноречиво сообщили, что передо мной не какая-то там рыбацкая шхуна, а целая "Грация"!

– Дойдешь дальше сам? Или проводить? – участливо поинтересовался я.

– Дойду сам. – он протяжно выдохнул и поднял на меня глаза, – Спасибо, Жан-Клод. Окажешься в Хевии – не обижай меня! Обязательно загляни в Мансомскую провинцию, а там найди графство Живанши – тебе любой встречный подскажет как до туда добраться. Уж мы там с тобой покуролесим!

– Если окажусь в Хевии – обязательно загляну! Ну что, удачи? – я собрался его обнять по-дружески, но вовремя вспомнил об "особом" приветствии и осекся.

– Хватай его за попку, иначе обидится. – посоветовал Локи, – Вы теперь с ним кореша навеки.

Пришлось поучаствовать в этом ритуале и слегка сжать его ягодицы. Зато Луи остался в приподнятом настроении и, насвистывая какую-то незатейливую мелодию, зашагал в сторону корабля. Перед тем как взойти на трап, он развернулся и помахал мне. Я ответил ему прощальным взмахом, после чего направился на Прибрежную улицу.

Так, и что мы имеем? У меня есть чуть меньше пяти сотен золотых, эксклюзивный товар и настоящий хевийский медальон знати. Я сунул руку в карман и ощутил его приятный холодок. А еще есть обнаруженный игрок, который не подозревает, что его уже вычислили. Очень даже неплохо все смотрится вкупе. Теперь надо решить, с чего мы начнем свое победоносное шествие по Вестландии.

– Конечно со Скорострела! Ты мне обещал.

– Ты предлагаешь пойти и грохнуть его в таверне?

– Нет. Но ты же умный, придумай как его выманить куда-нибудь на безлюдный бережок. Помойку с чайкой дохлой помнишь?

– А если он что-то заподозрит? У него, так-то, тоже идентификация имеется.

– Ну вообще да, хоть он и тупой, но может, – задумчиво произнес бог, – А дальше ты ему не соперник. Он в тебе дырок быстро наделает.

– Ладно, придумаю что-нибудь. А вообще, Локи, я сейчас больше всего хочу завалиться спать. Но к Макару не пойду. Алтарь еще пару дней в безопасности, и кто знает, что этот Сережа может учудить. Вальнет меня, наплевав на все, а заодно и Макара прихватит за компанию. Он хоть мужик спокойный, но не робкого десятка и обязательно влезет в конфликт. Мне Димы хватило, который, по большому счету, из-за меня умер.

– Слышь! Ты давай не корчи мне тут мать Терезу. Дима погиб из-за Федьки и глупости своей. Его никто не заставлял к Феофану идти жаловаться.

– Может оно и так, Локи, но мне почему-то все равно не по себе.

Я вернулся в таверну и снял жилье на третьем этаже. Выглядело оно похуже, чем комната Макара, а бочка здесь хоть и была, но с прохладной водой. Впрочем, трактирщик предложил мне решить этот вопрос за пять серебра, но я любезно отказался от его услуг. День без купания как-нибудь переживу, а умыться и холодной водой можно. Хватит тратить деньги. Они мне еще для дела пригодятся.

Перед сном я долго размышлял о том, как совместить все что у меня есть и при этом остаться в выигрыше. Схема за схемой проносились в моей голове, но все упиралось в то, что мне необходим напарник, которого у меня, увы, не было. Эх, была бы со мной сейчас Кристинка!

Имелся и другой вариант – задействовать то, чем меня одарил Локи. Двуличность. Но уж очень не хотелось светить Акакия в грязных делишках. Его я планировал использовать совсем для других вещей. Он должен стать моей светлой стороной – чистой и непорочной.

А может использовать грим? В Приморске очень большая проходимость, и высокие люди здесь не редкость, в отличии от Андроновки и Зеленого острова. Кроме того, до отпечатков пальцев и фотографий здесь вроде пока не дошли. Хм…

Напичкав свою голову подобными мыслями, я наконец-то уснул. Всегда считал, что когда тебя терзает какая-то проблема, нужно просто разогнать свой мозг на ее решение, а потом спокойно лечь спать. Сколько раз в своей прошлой жизни я просыпался утром и находил ответ? Десятки.

И ответ действительно нашелся.

Открыв глаза и промотав в голове события вчерашнего дня, я теперь точно знал как мне дальше действовать. Быстро привел себя в порядок, накинул свой любимый серый плащ и спустился в таверну, где потратился на легкий завтрак.

Первым делом прогулялся до пирса и с удовольствием отметил, что корабля Луи больше нет в гавани Приморска. Удачного пути, дружище! Ты ведь не думаешь, что это я украл твою побрякушку?

Затем прошелся до ярмарки, где после недолгих поисков нашел аттракцион с участием Скорострела. Он был наряжен в цветной костюм и демонстрировал гостям и жителям города свои умения. Как оказалось, парень не только хорошо стреляет, но и превосходно метает ножи. Что ж, не самый плохой способ заработать на ночлег и еду в новом для себя мире. Вот только не для меня.

Следующим мой шагом стал визит в квартал знати, который располагался в глубине города. Он выглядел совсем непохожим на береговую часть Приморска, и у меня даже появилось ощущение, что я попал в другой город. Не было толп людей, гомона рынка, стаек торговцев, бегающих от палатки к палатке. Вокруг ровными рядами располагались красивые домики, как правило двухэтажные; с широкими террасами и высокими заборами. Улочки между ними были вымощены брусчаткой, а по ним прогуливались хорошо одетые горожане и стражники. Много стражников.

Слуги закона ко мне периодически присматривались, но так ни разу и не остановили. Все же вещи мои выглядели вполне новыми и чистыми, а шел я с непокрытой головой, не пытаясь ни от кого прятаться. В этом районе меня в первую очередь интересовала большая хорошая карта и швейная мастерская.

Карту я нашел достаточно быстро в книжной лавке. Стоила она в два раза больше, чем мои сапоги, аж целых восемь золотых, но зато была очень подробной, а главное – неубиваемой. Владелец лавки, напомаженный старичок в сюртуке и пенсне, сообщил, что ее бумага прошла магическую обработку в самом Дарграде и не боится ни сырости, ни разрывов, что, собственно, он мне тут же продемонстрировал, вылив на нее стакан воды и предложив попробовать ее порвать. Средневековый маркетинг по зрелищности нисколько не уступал нашему. Я остался доволен покупкой и прямо в лавке отыскал на ней Хевию. Прелестно! Она находилась на соседнем материке, примерно в трех тысячах километров от Приморска.

Затем наступил черед портного. Мне пришлось сделать солидный круг по кварталу, пока я не отыскал что мне нужно, а именно – человека, который имел дело с хевийцами. Хозяйке мастерской, весьма симпатичной даме лет тридцати, я предоставил трогательную историю. Якобы мой хороший знакомый собирается ехать жениться на тамошней баронессе и хочет ее впечатлить своим появлением. А я, в свою очередь, узнав об этом, собираюсь ему подарить в качестве подарка настоящий хевийский костюм.

– Нам бы мерки с вашего друга снять надо, – произнесла портниха.

– Это сюрприз! – возразил я, – Может быть вы мне напишите, что именно нужно измерить, а я как-нибудь уже раздобуду эти сведения.

– А если вы не так померите? Потом скажете, что я виновата!

– Не переживайте, никаких претензий не будет. Даже если где-то слегка будет свободно или жать – потерпит, он же не всю жизнь в нем ходить собирается.

В общем, мне удалось ее уговорить. Я заказал полный комплект и даже треуголку, пообещав к вечеру принести мерки. Там же купил и измерительную ленту. Не хватало только сапог, но, насколько я помню, они ничем необычным у Луи не выделялись.

Оставался последний штрих – магазин париков, где я приобрел на лысую голову Акакия роскошную шевелюру.

После этого я направился обратно, заскочил на ярмарку и купил хорошие сапоги сорок девятого размера за почти десять золотых, условившись с торговцем, что если не подойдут моему другу, то я смогу вернуться и их обменять. Итого, учитывая задаток портнихе, у меня осталось чуть меньше четырехсот пятидесяти золотых. Нормально. Даже если эта операция сорвется, уж орехи я кому-нибудь впарю, благо способы имеются. Как говорится: кто не рискует, тот пьет настойку боярышника у подъезда.

Я вновь проследовал к аттракционам, однако Скорострела уже след простыл. Скорее всего опять бухает в таверне, ну, или караулит меня возле дома Марка.

– Послезавтра в полночь активируется возможность уничтожения алтарей, – напомнил мне Локи.

– Ну вот завтра и займемся этим вопросом. А сейчас мне нужно быстро обмериться и отнести результаты портнихе.

В таверне все еще было пусто, видимо гулянка здесь начиналась только вечером. Сережи я за столиками не обнаружил и поднялся на второй этаж. Проверить, или не стоит? Думаю, не убудет. Сошел с лестницы и прислонился ухом к его двери. Тихо, очень тихо. Возможно он рыскает возле дома Марка. Ну, удачи.

Я поднялся в свою комнату, снял с себя всю одежду, а затем перевоплотился в Акакия и встал у зеркала. Хм… Мой второй аватар совсем не оброс, его голова оставалась такой же лысой и гладкой.

– Тело в стазисе, – подсказал мне Локи, – Ногти и волосы расти не будут, пока оно не задействовано.

– Понял, учтем.

Так, что там у нас. Бицепсы, талия, грудная клетка на вдохе и выдохе… Я внимательно читал записи портнихи и переносил измерения на листок бумаги.

– Конец померь!

– Отвали.

– Ну-ну… Я потом посмотрю, как ты эту колбасу в колготках будешь прятать. Уже представил тебя на рынке Приморска в окружении фанаток.

– Блин! В натуре! – я внезапно осознал что совет бога совсем не лишен смысла.

– Во-во! – довольно хмыкнул Локи. – И диаметр тоже.

Глава 14

– Ого! Крупный парень, – портниха вчитывалась в мои записи и с понимаем качала головой, – Материала много уйдет. Придется доплатить.

– Доплачу. И еще, есть один деликатный момент…

– Какой? – швея смотрела на меня с интересом.

– Дело в том, что у моего друга, скажем так, очень крупный детородный орган.

– Насколько? – легкая улыбка появилась на ее лице, но она постаралась ее тут же скрыть.

– Вот настолько, – я достал измерительную ленту и зафиксировал палец на отметке, после чего скрутил ее колечком и продемонстрировал объем.

– Ох, батюшки! Как же ему с невестой будет тяжело…

– Вполне себе легко, поверьте, – улыбнулся я, – Женщины бывают разные, и каждая из них прекрасна по-своему. Вот например у вас, помимо редкой красоты, очень изящные и ловкие пальцы из-за нелегкого ремесла. Но только истинный знаток может понять, на что они способны в делах любовных. – я легонько провел рукой по верху ее ладони.

– Ммм. А вы случайно не хевиец? – на ее щеках появился еле заметный румянец.

– Нет, а что? – снова улыбнулся я.

– Да просто от наших чурбанов из Приморска слова доброго не дождешься. Приятно, что остались еще такие как вы. Хевийцы хоть и носят колготки, но мужественности и галантности у них хоть отбавляй.

– Странно. Мне кажется, что только последний слепец не обратил бы на вас внимания.

– Очень хорошо.

– Без тебя знаю.

– Спасибо, – она смущенно отвела глаза, – Когда вам нужен заказ?

– До конца недели. Получится?

– Ну… не уверена… работа сложная. – она покрутила длинный локон и посмотрела на меня задумчиво.

Хм. Почему бы и нет? Вечер у меня свободный, тестостерон, доставшийся от Акакия, скоро из ушей выплескиваться начнет, да и барышня весьма недурна собой. Лет около тридцати, наверное; слегка курносый носик и длинные реснички, прикрывающие хитрые глазки. Не раскрасавица, но что-то в ней есть притягательное.

– Думаю нам необходимо обсудить сложность заказа сегодня вечером. В какой-нибудь спокойной обстановке, – мой голос ровный и низкий, с грудными бархатными нотками.

– Думаю, да. – она утвердительно качнула головой в ответ, – Это может значительно ускорить работу. Подходите через пару часов. Я надеюсь у вас есть… а, впрочем, приходите так.

– Костюм? Вы его имели ввиду? Я бы с удовольствием приобрел у вас что-то на выход. Выберите на свой вкус, а я пока пройду сниму одежду. – я указал на пустую кабинку.

Первый секс состоялся у нас прямо в примерочной. Едва я скинул с себя рубашку и попытался под ее чутким контролем облачится в принесенный сюртук, как швея перехватила мою руку и обожгла ухо жарким дыханием: "Хочу…"

Вика была прелестна. В который раз я убедился, что безупречная внешность и любовный талант редко идут рука об руку. Неутомимая, искренняя, настоящая. Она не думала в самый ответственный момент о том, как выглядят ее вздрагивающие сиськи, а отдавалась мне вся, без остатка, превратившись в страстную самку. Марфа, при всей своей одержимости и красоте, проигрывала ей почти по всем пунктам. Если там я просто делал необходимую работу, то с Викторией я оторвался по полной, даже не пытаясь контролировать себя. И моя новая партнерша это чувствовала.

– Останешься на ночь? – прошептала она.

Мы лежали прямо на полу, а под нами были вперемешку разбросаны мои и ее вещи, и даже новый сюртук. Ее предложение заставило меня задуматься – это было не в моих правилах. Совместное пробуждение утром обычно выводит отношения на уровень, когда минимум один из вас начинает рассчитывать на их продолжение. Я не собирался. Не люблю делать женщинам больно. Увидев мою задумчивость, она правильно все поняла и взяла быка за рога:

– Я знаю, что ты гость в нашем городе. Я знаю, что ты скоро уедешь и очень быстро забудешь обо мне. Более того, я замужем, и не собираюсь терять то, что у меня есть ради глупой и несбыточной надежды.

– Останусь. Если, конечно, твой муж не против.

Мы оба расхохотались и вновь сплелись телами. Вика прекрасно понимала правила этой игры, и лишние слова были не нужны.

– Ну ты… епт… у меня нет слов!

– Опять альбом смотрел?

– Да не… последний раз из землян так красиво отжигал только Джакомо.

– Ты про Казанову что ли? – удивился я.

– Угу. Классный был парень, но увы, грохнули. И, кстати, из-за бабы. Его даже не игрок убил, а разъяренный рогоносец. А пока он воскрешался, ему алтарь и сковырнули. Надеюсь, ты не допустишь такого?

– Ты и его в игру успел затащить? – мой рот непроизвольно раскрылся от удивления.

– Ага, неужто я мог пропустить такой ценный экземпляр! Тебе до него еще расти и расти, не зазнавайся.

– Знаю. Поверь, его автобиография одна из лучших книг того времени, что я читал.

От Вики я ушел рано утром. Мы провели чудесную ночь и нам никто не помешал. Муж ее оказался каким-то местным дальнобойщиком и сейчас бороздил океан за сотни километров от Приморска. Мне пришлось пообещать ей, что я обязательно загляну еще раз перед отъездом, в свете чего мой заказ теперь обрел высший приоритет, и она пообещала управиться за пару дней.

А сегодня мне предстоит разобраться со Скорострелом. И как бы не настаивал Локи на прямом убийстве, у меня были свои мысли на этот счет. Зачем пачкать руки, если за тебя это смогут сделать другие?

Так, вот и знакомый переулок. Я огляделся по сторонам, дождался, пока мимо пройдет патруль стражи, а затем положил золотую монетку на землю и отправился в сторону ярмарки посмотреть представление. Выступали какие-то местные актеры, которые ставили что-то очень похожее на нашу Красную шапочку, только вместо волка в злодеях ходил мертвый оборотень. Правда и бабушка оказалась не лыком шита, а вполне себе самостоятельно скрутила замаскированного гостя и под громкие аплодисменты восторженной публики загнала ему в грудь свой серебряный костыль.

– Не оборачивайся. – позади меня раздался хриплый шепот. – Крост – почеши голову правой рукой, фиба – левой.

Поднял левую руку и поправил капюшон. Выждал несколько секунд и обернулся но увидел лишь лица веселых зрителей, которые восторженно смотрели на сцену. Определенно это был кто-то из них, но понять кто именно мне не удалось. Ребята хорошо делали свою работу.

Я сунул руки в карманы плаща и нащупал в правом небольшой бумажный кулечек. Вышел с площади, а затем отошел в сторонку, откуда меня не было видно и извлек содержимое. Фиба оказалась бирюзовым порошком, сильно отдающим мятой.

Отлично! Пора идти "смотреть" выступление Скорострела. Я вновь вернулся на ярмарку и занял место среди столпившихся зрителей, накинув капюшон на голову. Торопиться мне было некуда, а потому я просто ждал, когда кто-то из присутствующих создаст подходящую ситуацию. В данный момент Сергей стрелял из лука по выставленным в ряд яблокам. Интересный человек… Даже не пытается маскироваться, зная что в городе находится другой игрок. Он действительно такой самоуверенный?

– Я же тебе сказал, он – тупой! Нужны еще какие-то объяснения?

– Видимо я как-то иначе воспринимаю окружающий мир и мне сложно понять ход его мыслей.

Внезапно, с правой стороны образованного людьми коридора раздался пьяный голос:

– Ставлю-у золотой, что ты не попадешь вот оттуда-а…, – из толпы вывалился нетрезвый мужик и показал на павильон в другом конце ярмарки.

– Два золотых, – быстро сориентировался Скорострел.

– Дву-а? Ну пусть будет дву-а…, – мужик полез в карман и вынул две золотых монеты, а затем гордо поднял их над своей головой, – Все видя-ят?

Толпа зашумела, предвкушая очередное зрелище, а стрелок двинулся в самую гущу собравшихся людей и начал просить их разойтись в стороны. Пора!

Я зажал пакетик в кулаке и смешался с зеваками, обступившими парня со всех сторон. Легкий толчок в бок для отвлечения внимания, и кулек перекочевал в карман его сценического костюма. Я развернулся и двинулся прочь.

– Стыдно?

– Стыдно, но я еще хочу пожить в этом мире. Поверь, не все вещи, которые я делаю приносят мне удовольствие. Стоп! А ты че, совестью моей заделаться решил?

– Да не, я наоборот, горд за тебя. Быть мразью тоже надо уметь. Хотя как по мне – лучше бы ты его просто вальнул.

– Не сыпь мне соль, ладно? Мне еще пару месяцев засыпать с этим.

– Ну спать у тебя теперь есть с кем. Викуся хороша-а. Сам бы чпокнул.

– Спать нам сегодня не придется. Поедем в горы за нашим первым алтарем.

– О, да, детка! – застонал Локи, – Я тебе говорил, что люблю тебя?

– Все, успокаивайся. Вон слуги порядка идут.

Я направился к двум бравым молодцам, патрулирующим окрестности.

– Это что же происходит, господа стражники?! – запричитал я.

– А? Что такое? – они удивленно уставились на меня.

– Как что? Да у вас прямо на ярмарке наркоман ходит! Нажрался своей отравы среди бела дня, а всем хоть бы хны!

– Да? Кто? Покажи! – они резко подтянулись и схватились за мечи.

– А вот метателя ножей там видали? Разве же от природы человек так может стрелять быстро?

– Тьфу ты! – сплюнул один, – Проверяли мы его!

– Да плохо проверяли! – не унимался я, – Он сейчас какой-то порошочек голубенький за своим вагончиком в рот сыпанул и обратно в карман убрал. А мятой как пахнуло… Аж глаза заслезились! Аллергия у меня на алхимию всякую.

– Мятой? Серьезно? – покосился на меня один, – А ну, стой тут!

– Да куда же я денусь! А премию дадите за наводку?

– Дадим, дадим. Жди.

Они быстрым шагом удалились в сторону творящегося беспредела. Естественно, что я никого ждать не собирался и смылся в дом Марка. Пулей взлетел по лестнице, забежал в комнату и уставился в окно. А там было на что посмотреть!

Скорострел стоял белее мела, и нервно сжимал в руках свой лук. Стражники трясли перед его лицом моим кульком, а к месту происшествия уже стягивались другие патрули. Надо будет запомнить на будущее, что у них есть какая-то система связи. И может бедный парень и сбежал бы, но окружившая его толпа такой возможности не давала.

– Какие у него умения?

– Ну скорострельность ты уже видел, а второе пока я не могу озвучить. Вот как алтарь схарчу его, тогда и расскажу.

– Ладно, отправляемся в горы. И ни слова больше о том, что я сейчас сделал, договорились?

– Молчу. – Локи понял, что для меня это больная тема.

Согласно карте Вестландии, с северо-западного края города отходила дорога, которая пролегала среди окрестных деревень и захватывала ту область, где покоился заветный камушек. По настоянию своего скандинавского друга я посетил оружейную лавку, где прикупил короткий кинжал "чтобы был", после чего направился пешком в нужный район города. Свой алтарь я забрал с собой, мало ли – вдруг Сергий-Скорострел сбежит.

Что касается иных игроков, то маловероятно, что кто-то из них поперся в Приморск по мою душу, бросив без присмотра свой камушек. Все-таки счет убийствам еще не открыт, а значит дополнительных плюшек вроде телепорта или чего-то подобного, пока ни у кого нет.

Ближайший следующий противник находился примерно в четырех сотнях километрах на восток, и его алтарь, начиная с позавчерашнего дня, прилично сдвинулся к югу, где обнаружился еще один игрок, держащий свой путь на север. Парни, ну или девушки, определенно решили выяснить, кто из них круче. Думаю, что победитель этой схватки направится ко мне, так как других кандидатов поблизости не видно.

– Боишься?

– Не очень. Если все выгорит – меня уже не будет в Приморске.

– Правильно. Не хрен тут делать, будем покорять Дарград.

Как ожидалось, на выезде из города обнаружилась платная система перемещения по стране в виде обычных упряжек лошадей и пассажирских дилижансов. Цены сильно разнились, в зависимости от того, как ты планировал путешествовать. Самый дешевый вариант был запряжен шестеркой лошадей и сильно напоминал отечественный пазик, украшенный ленточками и вензелями, вот только стоячих мест в нем предусмотрено не было. Элитные экипажи имели отдельную карету на четыре пассажирских места, двух возниц и четверку охранников в серьезных доспехах. Вроде как, можно было нанять и мага, но это стоило каких-то запредельных денег. Скорее всего ими пользуются иностранцы, так как если ты живешь в Вестландии, то при таких расходах можешь завести собственную карету и охрану.

Я взял промежуточный вариант – шестиместную повозку с парой арбалетчиков. Обошлось мне все дело в полтора золотых, и это было много, учитывая, что ехать мне всего каких-то десять километров. Но нужно было понимать, что дорога здесь, и дорога в моем старом мире вещи разные. Дома головорезы не сидят по кустам и не пытаются тормозить пролетающие по шоссе все проезжающие мимо машины.

Примерно за двадцать минут все места были куплены, и мы тронулись в путь. Моими соседями оказались вполне благопристойные граждане, не вызывающие подозрения. Так что, уже меньше чем через час, меня высадили на свороте в небольшую деревеньку, размером с Луговое. Экипаж двинулся дальше, а я выбрал тропинку идущую в обход и отправился в сторону гор. На вскидку – их высота не превышала полтора километра, но я искренне надеялся, что Скорострел не запихал его на самый верх в какое-нибудь драконье гнездо. Шутка. В этих землях они не водятся.

В деревню заходить не стал, а надо было бы. Но поскольку я познаю мир сам, а Локи в этот раз намеков не дал, то я поперся в горы напролом, о чем сильно потом пожалел. Сначала дорога была даже несложная, и я легко шел по тропинке, протоптанной местными. Кое-где было идти совсем легко, а где-то я цеплялся руками за кусты, но успешно продолжал продвигаться выше.

Метров через двести, тропа стала сливаться с окружающей обстановкой в виде чахлой травы и каменистой почвы, а вскоре я совсем потерял ее из виду. Следопыт из меня никакущий, а потому теперь я брел лишь полагаясь на карту, неуклонно сокращая расстояние между своим и вражеским алтарем.

Халява кончилась быстро. Я стоял точно внутри маркера алтаря, и растерянно вращал головой по сторонам, пытаясь понять, куда дальше идти.

– Локи, ты чувствуешь этот хренов камень?

– Угу, он прямо под тобой.

– Подо мной? В смысле? – удивился я.

– Ну ты ведь не стал меня спрашивать. А я и подумал, что ты просто хочешь прогуляться.

– Слушай, то тебя не заткнуть, то ты наоборот молчишь когда ненужно.

– Ну бывает… У каждого есть минуты, когда ему хочется побыть в тишине.

– Алло, больница! Это же алтарь! Не ты ли мне доказывал, что они есть источник всея могущества?

– Ладно, ладно. Ищи вход.

– То есть подо мной пещера?

– Шаришь.

Я походил кругами по окрестностям и через полчаса обнаружил огромный провал, уходящий под углом прямо в скалу, из которого тянуло какой-то гнилью. Перед входом в него валялись сломанные бочонки, кажется из-под алкоголя и остатки старых костей. Очень надеюсь, что не человеческих.

– И че мне теперь туда лезть?

– Ага, но я бы не советовал.

– Там кто-то живет?

– Да. Но ты ведь самый умный. Нет бы местных спросить, что здесь тебя ожидает.

– Локи, я…

Внезапно из дыры послышался дикий рев, и примерно через десять минут спринтерского бега под горку, я оказался в самом начале своего пути, проверяя свои штаны на предмет мокрых желтых пятен.

– Ты че! А если бы я помер? Ты в своем уме?

– А будет тебе уроком, Антоша. Это же надо было додуматься! Ни разведку не провел, ни справки не навел. Здесь тебе не Воробьевы горы, а вполне себе такое фэнтезийное средневековье со своими прелестями.

– То есть это был не зверь?

– Не-а. Но тебе придется все узнать самому.

Я попытался вспомнить тот жуткий звук и меня пробрало до мурашек. Начинало темнеть, а это значило, что повторное восхождение я совершу, скорее всего только завтра утром.

Делать нечего. Придется держать курс на деревню. Но поскольку с этой стороны виднелись лишь бесконечные заборы, а лезть через чужие огороды я побоялся, то пришлось заложить крюк и вернуться практически на ту точку, где меня высадил дилижанс. Оттуда я направил стопы прямиком в поселок.

Хм… Интересно, а откуда там бочонки из-под спиртного? Не крестьяне же туда на пикник ходят? Я попытался вспомнить байки Афанасия, но о подобных индивидах он мне как-то не удосужился рассказать. Одно ясно – если Скорострел каким-то образом умудрился там оставить камень, значит все не так уж страшно. Хотя он мог его и просто туда забросить.

Стоп! А как он планировал воскресать? Значит ему каким-то образом удалось договориться с хозяином пещеры, чтобы тот его не трогал. И если тупой Сережа смог такое провернуть, смогу и я. Блин! Ну что стоило прихватить какую-нибудь досочку от одной из сломанных бочек у входа, или кость Сейчас бы уже все выяснил, я ведь теперь владелец супер-пупер способности.

Ладно. Чего теперь гадать – после битвы кулаками не машут, да и деревня уже рядом. Я миновал первые дома и почти уперся носом в местный клуб любителей употребить. Таверной эту старую развалюху было назвать сложно. На всякий случай нащупал рукой свой новый кинжал под плащом и вошел внутрь.

Здесь обстановка выглядела немного получше, чем снаружи. За одним из столиков обнаружилась пара вполне себе приличных крестьян, ведущих разговор за жизнь, да трактирщик, который сидел с ними и выделялся лишь фартуком.

– Вечер добрый, господа.

– И тебе, путник. Что изволите?

– Там у вас на горе…

– Золотой, – перебил меня хозяин.

– А…, – удивился я. – То есть вы уже знаете о чем я хочу спросить?

– А чего же не знать! У нас других достопримечательностей и нету.

– Ладно, пойду похожу да поспрашиваю на улице, – отдавать деньги за просто так мне не захотелось.

– Поспрашивай, поспрашивай. А как выйдешь отсюда, да зайдешь снова обратно, так знание уже будет стоить два золотых, – хитро улыбнулся трактирщик.

– Локи, друг. Это он че, меня сейчас разводить пытается?

– Ага. Решай сам.

Я в смятении застыл у порога. Был бы день – вышел на улицу не думая; но кого сейчас я там найду? Село ведь, а не курортный городок – все вечером по домам сидят. А даже если и найду. У хозяина морда хитрая и уверенная, а значит местные в курсе его маленького бизнеса и долю за молчание, скорее всего, имеют.

– Что мне причитается за этот золотой?

– Знание, да слово заветное, что чудовище успокоит.

И вот понимаю, что развод. Скорее всего чудовище то не такое уж и опасное, и с ним за магарыч договориться можно, судя по бочкам у входа. Но вот этим самым словом он меня и смутил.

– Ладно, лови! – я бросил ему золотой, который он ловко поймал и тут же проверил на зуб.

– Значит так, путник. Покупаешь бочонок медовухи и идешь обратно в горы. Оставишь его перед входом и спрячешься. Только крышку вышибить не забудь, для запаха. А как вылезет образина из норы своей да притронется к угощению, жди минут пять, а после выходи смело.

– А слово заветное? И я так понимаю, бочонок можно купить только у тебя?

– Ага, только у меня, – снова улыбнулся он. – А звать хозяина пещеры Прошка. Это и будет твоим словом.

– А что мне это имя даст?

– Не тронет он тебя после этого.

Просто о-фи-геть! Это же как он все организовал! И ему хорошо, и крестьянам, да еще и чудо это горное бухает нахаляву. В итоге за все платит любопытный путешественник. А он никогда не расскажет, как его развели, зато посоветует другим наведаться.

– Он хоть не человек? Только честно. – я уже прикинул, что там может жить какой-нибудь загримированный алкаш-отшельник, и оплаченного шоу не будет.

– А вот как увидишь, так вопрос сразу и отпадет, – хитромордый хозяин трактира не сдавался.

– Не человек, точно тебе говорю! – один из крестьян не выдержал и подал голос, – Хватит его мучать, Остап, пусть себе идет. А мы выпьем за его счет, да благословим в дорожку. Да?

– А сколько бочонок-то стоит?

– А сколько ты там торчать будешь? – ответил он вопросом на вопрос.

Хм. Скорострел скорее всего жив и сейчас заперт в плюшевой тюрьме, если верить моему знакомому закладчику. Вата, кажется так он ее назвал. Значит на быстрое уничтожение алтаря рассчитывать не приходится.

– Думаю я с ним проведу всю ночь.

– Это ты чего, спать с Прошкой нашим собрался? – его физиономия скривилась, – Так ты поди из этих?

– Каких этих?

– Извращенцев! Слыхал я на острове Зеленом, какой-то парень свинье присунул. В Дарграде говорят, мужики шишки полируют друг-другу. Теперь вот ты с Прошкой ночевать хочешь. Куда катится этот мир? Пять золотых с тебя за выпивку!

В ушах зазвучал истерический смех Локи.

– Интересно, кто на Зеленом свинье присунул?

– Нет. Я не из этих, – я попытался оправдаться

– Ну-ну, рассказывай.

Он ушел куда-то в недра своего заведения, а затем выкатил бочонок литров на двадцать пять.

– Этого тебе хватит до утра.

Я протянул ему деньги, однако он их руками не взял а велел положить на стол. Едва они очутились там, как он сгреб монетки полотенцем и начал заботливо протирать, с неприязнью косясь на меня.

Голова снова наполнилась веселым ржанием бога:

– Ну ты понял, да?

Разубеждать местных в своих сексуальных пристрастиях я не стал, поскольку мне уже основательно поднадоело здесь торчать и хотелось быстрее вернуться обратно, под теплый Викин бочок. Однако в последний момент в голову пришла запоздалая мысль.

– Факел и спички есть?

Хозяин опять скривил физиономию, но тем не менее сунулся под прилавок и вытащил требуемое.

– Это за счет заведения. Все, давай, катись отсюда.

– Он тебя сделал, Антон.

– Да мне похер, Локи, если честно. Терять время и доказывать что-то людям, которых я вижу в первый и последний раз не вижу смысла.

– И это правильно!

Повторная дорога наверх мне показалась сущим адом. Треклятый бочонок все время норовил скатиться обратно, и с меня сошло семь потов, пока я преодолел самую легкую часть пути. Пришлось снять плащ, завернуть медовуху внутрь, а затем взвалить этот узелок на себя. Идти так было на порядок тяжелее, но зато теперь я не рисковал уронить его вниз и разбить раньше времени.

Спустя почти час, я таки добрался до места. В следующий раз подобную работу надо поручать Акакию. Можно было и сегодня, вот только я не рискнул лезть в гору голышом. Блин! Теперь вечно с этими переодеваниями париться.

Я поставил бочонок перед входом, а потом злобно врезал ногой по его крышке. Она легко раскололась на две половинки, немного забрызгав одежду. Пофиг! Под плащом не видно будет. Воздух наполнился парами алкоголя и, спустя мгновение, я услышал довольное похрюкивание в недрах пещеры, иначе этот звук назвать было нельзя. Резко шмыгнул в кусты и затаился. Ну-с, посмотрим, что ты за чудо такое, Прохор.

Глава 15

Твою же душу! Это че за херня неведомая?

Я боязливо высунул голову из кустарника и во все глаза пялился на хозяина пещеры. Роста в нем полтора Акакия, а вот в ширину почти два. Крупный торс со здоровенной башкой, слегка похожей на перевернутое ведро. Верхняя пара конечностей доставала почти до колен и имела просто громадные пятипалые кисти. Нижнюю же часть туловища прикрывала набедренная повязка, из под которой торчала пара мощных кривых ног. Все тело существа было покрыто серовато-зеленой пупырчатой кожей, которая легко бы могла сойти за военный камуфляж.

Выверт местной эволюции потянул здоровенными ноздрями воздух и с рокочущим воплем: "Ууу, вкусняшка!", подбежал к бочонку, легко поднял его одной рукой и довольно присосался к нему. Охренеть, оно еще и осмысленно говорит.

– Локи, намек дай кто это, – мои глаза внимательно исследовали бородавчатую морду обитателя пещеры. Для гоблина крупноват, на орка тем более не похож. Огр? Но огры двухголовые, если я не ошибаюсь. Радовало одно – это точно не может быть местным бездомным.

– А вот сам у него и спроси.

Ну ладно, попробуем. Я набрал воздуха в легкие и уже было хотел позвать его по имени, но прыщавый монстр сам решил пойти на контакт.

– Прошка – добрый! Выходи!

– Здорово, Проша, – я выбрался из-за куста и потихоньку двинулся к нему.

– Здорово. Пить будешь? – ответил он, сильно щуря маленькие глазки.

– А чего он щурится? Плохо видит?

– Ага, они больше по запаху.

– Проша, это я тебе принес, – продолжил я, – Пей на здоровье. Я не хочу.

– Тогда подарок! – он отколупал когтистым пальцем здоровенную бородавку с груди и протянул мне ее с таким важным видом, словно это был орден королевы Елизаветы.

– Эм… я так-то не за этим пришел.

– Возьми! – он недовольно повысил голос, – Стояк долгий будет.

Я было снова попытался оказаться, сообщив что у меня с этим делом все более, чем в порядке, но вмешался Локи:

– Бери-бери, не обижай его. Ты думаешь зачем путешественники сюда ходят? Эта штука похлеще конского возбудителя действует. Потом продадим, если что. Бабок немеряно стоит.

– Спасибо, – я кончиками пальцев взял бородавку и, стараясь скрыть брезгливость, бросил ее в карман. – Проша, а ты кто?

– Тролль. – удивился он, – А не видно?

– Горный что ли?

– Угу.

– Камешек мне один нужен из твоей пещеры, – я не стал разыгрывать прелюдию, а попытался зайти в лоб. – Вот такого размера.

– Нельзя. Камешек Сергия.

– А почему нельзя? Сергий твой друг что ли?

– Друг, – кивнул Прошка и наморщил лоб, словно пытался сконструировать сложную фразу, – Он мне медовуху носит. Я его камень сторожу.

Вот же, блин… И чего делать теперь? Не уходить же отсюда с пустыми руками. Ладно попробуем договориться.

– Нету больше Сергия, – грустно вздохнул я, – И медовуху он тебе не принесет. На рудники его отправили, вот и просил он меня камешек забрать, да присмотреть за ним.

– Ты хочешь обмануть! – Прошка внезапно взревел и двинулся на меня.

– Да ты чего! – я отпрыгнул в сторону и спрятался за деревом.

Тролль остановился и начал вращать головой, выискивая обидчика. Однако плохое зрение давало о себе знать, а ветерок дул в удачную для меня сторону.

– Сергий честный! Остальные – врут! – сообщил он, поднял бочонок и поплелся к себе в берлогу.

– Эмм, и чего делать?

– Думай, – загадочно произнес Локи, – Скорострел же нашел к нему подход.

– Убивать жалко его, вроде парень хороший...

– Ты собрался горного тролля убить? Ахаха. Желаю удачи.

– Чего?

– Иди познавай мир! А я пока к Агимее сгоняю в гости. Чао!

Ладно, попытка номер два. Я приблизился к пещере и услышал довольное хлюпанье. Похоже пьянка шла полным ходом.

– Прошка!

– Чего тебе? – донесся рокот из пещеры.

– Я знаю, где медовухи столько, что тебе и за неделю не выпить!

– Врешь!

– С чего ты так решил?

– Сергий говорил. Человеки придут. Будут обманывать. Камень отбирать. Не дам!

Ого, вот это он его выдрессировал!

– А Сергию ты почему тогда веришь? Он ведь тоже человек.

– Он тролль! – возмутился Прошка, – Сергий – маленький тролль!

– Че? – у меня чуть челюсть не отпала.

– Я ему шею свернул. Она на место встала. Как у тролля. Мы друзья.

Вот это дела! Я прокрутил в голове имеющуюся информацию. Судя по всему, старый владелец тела Сергея попал Прошке под горячую руку. Тот его убил, и в этот момент произошло вселение новой души. Другой вариант – особое умение Скорострела. В итоге он не умер, и тролль почему-то решил, что Сергей его родственник. Занятно… Из этого вытекает тот факт, что сворачивание шеи этого зеленого громилу не убьет. Не зря же Локи рассмеялся, услышав про убийство.

И чего делать? Камушек то недоступен.

Не найдя ничего лучше, как сказать Прохору "до свиданья", я поплелся вниз. Темно уже. Надо все хорошенько обдумать и найти где переночевать. Кажется придется идти к вредному трактирщику на поклон. Не охота. Но выбора не было, и я отправился обратно в деревню, где меня приветливо встретил закрытый на замок трактир.

Блин! Блин! Блин!

В отчаянии гляделся по сторонам. В некоторых избушках внутри горел свет. Ладно, попробую договориться переночевать. Вроде в старину это было нормальным явлением. Заодно может что о троллях интересного узнаю. Пожалуй, этот домик подойдет.

– Хозяин! – громко крикнул я.

– Кто там среди ночи? – раздался голос со двора

– Путник усталый. Пусти переночевать! Золотой заплачу.

– Ежели путник, да еще и усталый, так отчего же не пустить.

Сквозь тонкие щели в заборе я увидел как зажегся факел, а затем открылась калитка, и ко мне вышел человек в домашней одежде. Он поднес факел к моему лицу и присмотрелся.

– Да не бандит. – постарался я его успокоить.

– Вижу что не бандит. Хуже бандита. Ты ведь тот городской голубок, что в трактир сегодня заходил! Остап предупреждал, что ты можешь вернуться. А ну пошел отсюда! – крестьянин замахнулся на меня факелом.

– Э-э. Ты чего? – я отпрыгнул в сторону в недоумении.

– С Прошкой не вышло, так по деревне любовника искать пошел? Катись отсюда, я сказал! Не нужно мне твое золото петушиное!

– Ты чего там орешь, Семен? – с противоположной стороны улицы открылась еще одна калитка. – Чего случилось?

– Извращенец по деревне ходит. Золото предлагает за ночевку.

– Золото? Так может его это... вилами?

В соседских домах один за одним начали зажигаться огоньки, а сосед Семена скрылся во дворе и чем-то загрохотал. Кажется, обещанными вилами…

Ну нахер.

Я подорвался с места, и словно раненный сайгак понесся к тракту, оставляя за собой клубы пыли. И только когда деревушка полностью исчезла из вида, позволил себе остановиться и перевести дух.

– Локи, друг!

– Чего? Я занят, у меня свидание.

– Меня убить вилами хотели, между прочим, пока ты там клеишь свою ненаглядную.

– Ну а ты что ожидал? Деревенские старомодные, современных веяний в любовных делах не признают. Остап уже всех предупредил насчет тебя.

– И куда мне тогда идти?

– В Приморск, куда же еще! Тут всего-то десять километров. Заодно про троллей почитаешь, – бог снова умолк.

Вот уж повезло. А если меня сейчас какие-нибудь бандюки грохнут? Хотя, когда я ехал сюда, вроде спокойно было. Может и обойдется. Я грустно вздохнул и пошагал по тракту в сторону моря. Спустя два с половиной часа, мне, как ни странно, удалось добраться до дома Марка. Ни бандиты, ни даже патрулирующие город стражники меня не тронули. И первое, что я сделал – влез в горячую бочку и смыл дорожную пыль.

О, да… Как же кайфово! К черту эти деревни, хочу в цивилизацию. В Дарграде сниму самое лучшее жилье с бассейном, если конечно деньги будут. Блин! Еще двое суток ждать, пока костюм сошьется. Пожалуй завтра не пойду к Виктории, иначе она не выспится и не успеет в срок. А схожу-ка я лучше к своему знакомому старичку в его чудесную лавку. Думаю книжки по местной флоре и фауне у него должны иметься. За оставшиеся дни до начала аферы я должен успеть уничтожить этот чертов алтарь Кхъя… Кхъянуми… Короче, алтарь!

– Книги по монстрам говорите? Есть такая! Но денег много стоит, – старичок поправил дорогое пенсне и уставился на меня в ожидании ответа.

– "Много" – это сколько?

– Тринадцать золотых!

В голове быстро включился счетчик, переводя сумму в привычные рубли. Двадцать шесть косарей! Ты не попутал, дед?

– Вообще-то, ты еще книг местных не видел. Это тебе не типографская дешевка с Земли. Не забывай, где ты находишься! Книгопечатание в этом мире – дело затратное.

– Ладно, показывайте, – обреченно произнес я.

Старичок залез под прилавок, покопался там минуты две, после чего положил передо мной небольшой, но очень толстый томик, в кожаном переплете, уголки которого были обиты металлом. Надпись на ее лицевой части гласила: "Твари колдовские, и где они обитают". Опять переводчик шалит? Я поискал глазами имя автора и увидел вдавленный в кожу логотип: "Подготовлено коллективом ученых Королевской академии наук, при содействии гильдии Ловчих".

Интересненько. Раскрыл книгу на первой странице и обомлел от удивления. Качество было действительно на высоте: плотная гладкая бумага с прекрасными иллюстрациями, хороший шрифт. На форзаце было изображено большое здание той самой Королевской академии и красивая площадь перед ней. Казалось, что это фотография, а не рисунок, настолько все смотрелось настоящим. Возможно какой-то магический аналог.

За титульным листом сразу следовало оглавление в алфавитном порядке. Я отыскал горного тролля, и открыл нужную страницу. Мать честная! Тут было все: анатомия, повадки, привычки, места обитания, способы ловли и охоты…

– Беру! За десять!

– Двенадцать, молодой человек. И только потому, что вы купили давеча у меня карту. И не торгуйтесь! – он повысил голос и строго произнес, – Иначе снова тринадцать сделаю, а то и пятнадцать! Я же вижу, какими вы на нее глазами смотрите.

А дедуля не лыком шит. Матерый, сразу меня раскусил. Надо будет поработать со своими эмоциями на досуге, а пока придется соглашаться. Я отсчитал двенадцать золотых и отдал их старичку, грустно замечая как стремительно пустеет кошелек. Еще ничего толком не сделано, а денег всего четыре сотни осталось. Ну, может чуть больше.

– А это вам в подарок, – владелец лавки протянул мне карандаш.

– Магический?

– Еще бы! Вот этой стороной пишите, а этой стираете. Магия в чистом виде, – старичок сделал умное лицо, однако я уловил нотки сарказма в его голосе. Похоже я встретил еще одного тролля, только в человеческом обличье. Это был совершенно обычный карандаш с какой-то каучуковой насадкой сверху.

– До свидания! – буркнул я и покинул лавку.

Денек сегодня выдался на редкость жарким. Я решил пройтись по новому маршруту и двинул в обход центральной части города. По моим расчетам дорога должна меня вывести аккурат к пристани Фархада. Он конечно обещал, что будет стоять в порту до конца недели, но лучше убедиться, да и заинтересовать его предстоящим делом не мешает. С контрабандой связываться не буду, а просто возьму его в долю. Так надежнее, да и денег на выкуп кастака у меня нет.

Корабль находился на своем месте, как и скучающие перед его трапом подчиненные Кособокого. Сделал лицо кирпичом и прошел мимо них, словно направлялся к старому знакомому. На палубе меня встретил худощавый матрос восточной внешности и уставился вопросительным взглядом.

– Фархада позови! – я обратился к нему на его языке.

Он удивленно вскинул брови, одобрительно кивнул и исчез в трюме, а спустя минуту появился вместе со знакомым торговцем.

– Привет, Иван.

– Привет, Фархад. Планы не изменились? Уезжаешь к концу недели?

– Да. А ты решил покупать орех?

– Как ты смотришь на то, что я продам весь твой кастак?

– По пять золотых? – оживился он.

– По пятьдесят.

– А-а-а… Э-э-э…, – челюсть ошеломленного парня съехала в район груди.

– Ага. Десять тысяч золотых на двоих. – подтвердил я.

– Ты шутишь!? Это невозможно.

– Ты согласен или нет?

– Конечно согласен, – на парнишку жалко было смотреть. Оно и понятно – это тебе не финиками торговать, тут схемы серьезные.

– Тогда мне нужно знать, сколько кастака у тебя конфисковал Василий Кособокий.

– Карим! Карим, братишка, иди сюда! – громко крикнул хозяин корабля.

Из трюма выбежал брат Фархада и подошел к нам.

– Здравствуйте, дядя Иван!

– Привет, Карим. Сколько у тебя стражники отобрали кастака и сколько ты продал?

– Так, – он что-то начал прикидывать в уме, – Килограмма три с половиной отобрали. Ну и местные полкилограмма успели купить на пробу, правда все обратно вернуть хотели. Невкусный, говорят. Я им объяснял, что он для здоровья полезный, а толку никакого.

– Хорошо. Иди давай. Нам с братом твоим поговорить надо.

Мальчишка убежал обратно в трюм, а я снова повернулся к Фархаду.

– В общем так. Нет никакой гарантии, что дело выгорит, но думаю шансы у нас хорошие. Однако есть кое-что еще. Я буду рисковать своими деньгами, и если ничего не получиться, мне нужно будет их возместить. – я внимательно смотрел на реакцию парня.

– Много? – задумался он, но не сказать, чтобы испугался. Уже хорошо.

– Пятьсот золотых. Ты мне их вернешь. Но если выгорит – получишь в десять раз больше.

– Я согласен попробовать! Папа говорил что ты умный и расчетливый. Только…, – на его лице появилась неуверенность.

– Что?

Вот мандража его мне не хватало еще. Люди так всегда – сначала воодушевятся, а потом начинают сами себе в голове строить препятствия, а то и на попятную пойдут. Бесит.

– Это преступление? – неуверенно произнес он.

– Тебе не за что переживать абсолютно. Ты ничего не знаешь и делаешь свое дело, а именно – торгуешь, просто по высокой цене. Ты же не заставляешь человека насильно покупать?

– Нет, конечно. Хорошо, Иван, я в деле.

– Тогда я позже к тебе еще зайду.

Я вернулся в дом Марка по Прибрежной улице. На всякий случай, натянул на глаза капюшон, чтобы не попасться вчерашним стражникам. Эти ребята обычно морды хорошо запоминают, и даже моя "серая" внешность за сутки вряд ли забылась.

На пороге столкнулся с хозяином дома. Тот насвистывал какую-то веселенькую мелодию и подметал мусор у крыльца.

– День добрый, святой отец. Вижу, так и не вернули вы себе знака церковного?

– И ты здравствуй, Марк. Медленно все идет. Какие новости?

– А вы не слышали разве? Скоморох-то ваш наркоманом оказался. На каком-то ускорителе реакции, сказали, сидит. Говорят, отрава страшная. Десять лет, и человек в развалину превращается.

– И что с ним теперь?

– Да ничего, в камере городской закрыли, специальной. Как раз для таких, как он. Послезавтра на главной площади судить будут. Считай каторжник готовый. У нас в Приморске с этим делом строго.

Вот и ладушки. Я прогнал легкий укол совести, попрощался с Марком и поднялся к себе. Первым делом развернул карту и проверил сложившуюся обстановку. Ближайшие ко мне алтари значительно сместились друг к другу. Причем тот, что двигался с юга, однозначно не шел пешком. Километров сто за сутки преодолел. Надеюсь он проиграет "северянину". А вообще красных точек на карте значительно меньше стало. Примерно на четверть.

– Да-да! Замес знатный идет. Давай, справочник в зубы и изучай повадки горных троллей.

– Локи, это теперь мне с таким трудом каждый алтарь добывать?

– Ну, скажем, Скорострелу невероятно повезло с камерой хранения. А тебе, соответственно – нет. Обычно все намного проще происходит.

Ну что же. Он прав. Алтарь сам себя не поглотит. Я улегся на кровать и открыл книгу. Взгляд опять зацепился за первую страницу. Блин! Ну как есть фотография Королевской академии! Даже отражение на оконных стеклах видно! Ладно, где там наш Прошка?

"Тролль горный. Достаточно редкий экземпляр отряда троллидов, обитающий исключительно в горах. Как и все его собратья, обладает мощнейшей регенерацией и невероятно твердой шкурой. Умертвить подобный экземпляр возможно только лишив его поддержки своей стихии, а потому горный тролль является максимально неудобным для добычи экземпляром, так как грунт и почва имеются повсюду. Дело может облегчить воздушный или водный маг не ниже третьей ступени, который способен временно поместить тролля в воздух или воду, отняв у него контакт с поверхностью земли. Срок жизни тролля не известен, но согласно имеющимся данным, превышает тысячу лет.

Отличительные черты. Нужно понимать, что горный тролль, в большинстве своем, не представляет опасности для людей и даже разумен. Обладает способностью к освоению речи и интеллектом шестилетнего ребенка. Факты нападения троллей на людей достаточно редки. Обычно это происходит в случае, когда последние пытаются проникнуть в их жилище или присвоить вещь, принадлежащую троллю. Имеет хорошее обоняние, но относительно слабое зрение; передвигается медленно, в следствие чего, от него можно убежать или спрятаться. Очень недоверчив и не покидает своего логова без серьезной причины. Может сколько угодно долго питаться землей и камнями, но и от гнилого мяса не отказывается, считая его деликатесом. Неуязвим к ядам.

Практическая ценность. Какой-либо ценности мясо тролля или иные ингредиенты не представляют, за исключением его кожных наростов, которые содержат в себе концентрат мужской силы. Из-за этого данный компонент очень ценится людьми, и применяется для усиления полового влечения у мужчин при импотенции. Раньше горных троллей из-за этого активно истребляли, но позже пришли к выводу, что мужская особь легко может отдать нарост добровольно в обмен на алкоголь, к коему у них непреодолимое влечение, превышающее даже тягу к противоположному полу, о чем дальше, в разделе размножение. Потребляют тролли спиртное в огромных количествах (до двухсот литров на особь) пока не свалятся в беспамятстве. После этого тролль каменеет и становится неподвижным в течении суток."

Ниже шло полное описание внешности, подробная анатомия и пара иллюстраций мужской особи. На первой был изображен вылитый Прошка, а на второй тот же Прошка, только без бородавок. Интересно.

Я было собрался продолжить читать, но увидев следующую картинку, чуть не подавился. Женская особь тролля бородавок не имела, но была исключительной модницей. Начиная от проколов в носу, костяных сережек, и заканчивая цветастой юбкой и лифчиком. Лицо ее было размалевано косметикой, уж не знаю, где она ее взяла. Причем губы были подведены яркой красной помадой, чуть ли не на половину лица. Волосы на голове полностью отсутствовали. Ростом троллиха была пониже самца, что-то около двух метров и имела немаленькие висячие груди. Ну-ка.

"Размножение. Горные тролли одиночки и не образуют пар. Женская особь способна к оплодотворению раз в восемь-десять лет.Брачные игры троллей воистину увлекательное зрелище: самка тролля натирает свое тело мясной гнилью, а затем выходит на поиски самца. В момент овуляции она может чувствовать мужскую особь на расстоянии до шестисот километров, а иногда и больше. Когда пара встречается, троллиха исполняет перед избранником брачный танец, а затем встает на четвереньки, чем выражает готовность к совокуплению. После этого мужская особь делает попытку овладеть самкой и начинается брачный забег, длящийся до момента, пока самец не догонит свою избранницу. Категорически не рекомендуются в это время встречаться на пути влюбленной пары, так как в этом состоянии тролли агрессивны и не контролируют себя.

После брачной игры начинается соитие, которое может продолжаться несколько суток и представляет собой достаточно длительный скучный процесс. Заканчивается оно тогда, когда тело мужской особи полностью избавляется от бородавок. Затем тролль становится инертным и находится в этом состоянии около года. Беременность женской особи длиться до пяти лет и на свет производится один-два малыша…"

– Я не буду этого делать, понял?

– Будешь, Антоша, будешь. – Локи еле сдерживался, чтобы не взорваться от смеха. – Акакий просто создан для того, чтобы сыграть эту роль.

– Мне проще принести двести литров медовухи на гору. Или мага нанять.

– О маге забудь, в Приморске ты такого не найдешь, а если и найдешь, то по деньгам не вывезешь. А насчет трактира сельского… Ты уверен, что тебе там продадут два центнера спиртного? Даже если тебя пустят в деревню, то прошаренный Остап быстро смекнет, что ты задумал споить их любимого тролля. Тогда тебя точно на вилы посадят.

– Я из города привезу.

– Купить двести литров бухлишка, затем доставить их на место? Дорого, однако, выходит. А тебе деньги нужны для дела, не забыл?

Блин! Как все сложно. По всему выходило, что вариант с самкой тролля самый действенный и дешевый…

– Локи.

– Что?

– А из чего можно сделать накладную грудь?

– Как же я тебя обожаю, Самойлов!

Перво-наперво я отправился на рынок. Вооруженный знаниями обо всех объемах Акакия, я точно знал размер необходимого реквизита. На картинке в справочнике троллиха носила максимально яркую и цветастую юбку, в какой в России обычно ходят привокзальные цыгане. Искомый товар был обнаружен быстро и куплен немедленно, вместе со здоровенным лифчиком.

– Шикарная у вас дама, – прокомментировал мое приобретение продавец азиатской внешности.

– Ага. Даже тролля сможет соблазнить, – злобно буркнул я в ответ и направился к следующему ряду, где, как я помнил, продавали различные побрякушки и бижутерию.

Здесь возникла небольшая задержка из-за отсутствия подходящих украшений, но, как оказалось, продавались они в соседнем ряду, вместе с ремесленными поделками из кости. Выбрал здоровенные висячие клипсы, поскольку уши колоть ради этого дела я не собирался. С феней в нос было сложнее, и я потратил еще пять серебряных, чтобы присутствующий здесь же мастер приспособил зажим на продолговатую косточку.

Теперь краска. Наименьшая из кажущихся проблем, стала самой наибольшей. Я искал что-то, что легко можно было смыть с тела, но походу боди-арт был здесь не развит, а о гуаши даже и не слышали. Все что мне удалось найти – зеленые чернила и какую-то смесь для покраски забора, воняющую так, что это грозило полностью завалить всю операцию.

– Они легко смываются? – указал я на чернила.

– Откуда? – усатый торговец одарил меня вопросительным взглядом.

– С тела.

– А вам как надо? – насторожился он.

– Чтобы легко.

– Да, легко, – ответил он, не моргнув глазом.

Ну еще бы ты иначе ответил! Я потребовал кисточку, которой у него конечно же не нашлось – "все с утра раскупили". Пришлось мокнуть палец в банку, пообещав, что я ее все равно приобрету.

– Ну и где легко? – я с силой потер пятно и продемонстрировал палец торговцу.

– Ай, да это просто пока свежая. Час-два и все сойдет. Спроси у любого! Гурам самый честный торговец в Приморске!

Ну-ну…

Пришлось брать эти чернила, поскольку других альтернатив я не видел.

Следующий шаг – поход к мяснику. Здесь я планировал купить две вещи: бычий пузырь и гнилое мясо. Впрочем на последнее даже тратиться не пришлось – он мне его отдал бесплатно, и воняло оно мама не горюй! Я брезгливо осмотрел его на предмет опарышей, и удовлетворившись их отсутствием попросил сделать так, чтобы оно не пахло.

– Я тогда в бычий пузырь его и упакую, нормально будет? – произнес бородатый мясник, лишь слегка уступающий Акакию в росте, но точно превосходящий его в области живота.

– Вполне.

В итоге у меня получилась целая сумка, которых я приобрел дополнительно еще три, и завернул все это дело одна в другую, пытаясь избавиться от всепроникающей вони. Как же не хватает родного пакета из супермаркета! Блин. Еще ведь в дилижансе ехать с этим.

– Чем груди заполнять собрался?

– Травой набью, все равно он слепой.

– Норм. Водички набери, а лучше сразу чернила в бутылке разведи – спину тяжело красить будет. И зеркальце купи с помадой.

К полудню, я уже в полной готовности стоял в двух сотнях метров от логова Прошки. Мог бы успеть и раньше, но мясо начало вонять на весь дилижанс, а потому меня любезно попросили сойти на половине пути, и пассажиры даже скинулись деньгами, вернув мне потраченную на проезд сумму. Так что еще час с небольшим ушел на то, чтобы добраться до места.

Я тягостно вздохнул, а затем снял свои вещи и надежно спрятал их в лесу. Пора…

Перевоплотился в Акакия и приступил к нелегкому процессу нанесения грима. Первыми в дело вступили разведенные чернила. Я, морщась от брезгливости, разорвал вонючие сумки и использовал их в качестве тампона для нанесения краски на кожу. Дело дело пошло чуть быстрее. Знатно провозился со спиной, но Локи подсобил, так что пробелов не осталось. Затем обмазался гнилым мясом, отчего меня пару раз чуть не вырвало, но я стойко выдержал и это испытание. Легче всего было нацепить лифчик и соорудить неплохую такую грудь из уже окрашенного пузыря.

Последний штрих. Нацепил на уши серьги, после чего закрепил косточку в носу и жирно накрасил губы помадой. Взглянул на себя в зеркало…

Господи, что я такое?

Под непрекращающийся хохот бога, я медленно приближался к логову, осторожно ступая босыми ногами по камням. Ну вот и знакомый разлом. Набрал в грудь побольше воздуха, и произнес страстным голосом с придыханием:

–Ммм. Какой приятный запах! Кажется, здесь живет настоящий мужик!

Глава 16

Я ожидал чего угодно, вплоть до открытого нападения, но только не того, что Прошка вылезет и просто усядется возле своей берлоги. Тролль поглядывал на меня с интересом, но попыток приступить к продолжению рода не выказывал.

– Красивая! – восхищенно произнес он.

– Ты тоже красивый. – ответил я.

– Прошка красивый. Да. – тролль утвердительно покачал головой.

Разговор не клеился….

– Блин, Локи. Он импотент какой-то.

– Алло, гараж! Ты думал он тебе на шею кинется? Его же надо заинтересовать, возбудить. Ты ведь читал про брачный танец.

– Я не умею танцевать. Последний раз в детском саду вприсядку разучивал.

– Ну пробуй вприсядку. Вариантов нет.

Я хлопнул в ладоши, потом упер руки в бока присел, встал, поставил ногу на пятку. В общем все, как показывала нам Алевтина Сергеевна в старшей группе дошкольного учреждения №83 города Красноярска.

– Ты так глубоко не приседай, а то у тебя хозяйство из-под юбки периодически вываливается.

– Понял.

Тролль наклонил голову набок, оценивая мои потуги, но судя по его лицу, танец пока шел на "троечку".

– Кажется ему не заходит русское народное творчество, Локи.

– Тоха, а ты ведь по клубам шастал, стриптизерш сотню раз видел, неужели повторить не сможешь?

– Ну блин. Там атмосфера, музыка соответствующая. Да и шеста у меня нет…

– А чем вон та сосенка не устраивает? И веток почти нет. А музло сейчас организую.

В ушах зазвучала одна из популярных композиции Энигмы. Я взялся двумя руками за тонкое деревце, повернулся к троллю мягким местом и пару раз качнул бедрами в сторону.

– Локи, комментируй. Я его морды не вижу.

– Продолжай, кажется, его это заводит.

– Ты только скажи, когда мне начинать бежать. А то я увлекусь, а он в мой бастион с черного хода тем временем ворвется.

– Не волнуйся, я за твой бастион переживаю не меньше, чем за свой.

Ну, понеслась! Я представил перед глазами танцующую у пилона Анжелику и в точности повторял за ней. Прогнуться, эротично погладить грудь, облизать губы. Пара оборотов вокруг сосны.

– Еще поднажми, да, вот так…

Я старался как мог, даже пару раз повис на стволе и задорно поболтал ногами.

– Давай, в позу!

– Какую?

– Коленно-локтевую, епт!

Я мельком взглянул назад и увидел, что Прошка приподнялся и высунул длинный язык. Правая рука тролля опустилась к поясу и держала нечто… эээ…

– Локи, скажи пожалуйста, что в его лапе бревно, всего лишь бревно.

– Сказал бы, но это именно то, о чем ты подумал… Давай, на низкий старт.

Склонился, уперся руками в почву и эротично отставил зад, готовый в любой момент стартануть под горку.

– Локи, если ты меня подставишь…

– Пошел! Быстро, быстро!

Я рванул с места не хуже гоночного болида под радостный рев возбужденного тролля.

– Стой! Да сбавь ты обороты! Дразни, да вот так. Покачай попкой. Снова беги! Молодец!

Локи как заправский тренер отдавал мне четкие указания, а я в точности выполнял его божью волю.

– Ну что?

– Готов голубчик, теперь не сорвется. Держим курс на деревню, и умоляю – не споткнись.

– О, да! Уже предвкушаю лицо Остапа. Будут знать, как усталому путнику в ночлеге отказывать, да вилами угрожать. Сейчас все будет.

Я знатно сбил ноги о камни, но даже не чувствовал боли, а брачный клич тролля за спиной лишь придавал мне дополнительные силы. Тренированное тело Акакия уверенно прокладывало путь к трактиру.

Вот и знакомый поворот. Свернул за угол и услышал страшный треск за спиной.

– Локи, че там?

– Он срезал через огороды. Забор разворотил нафиг. Теперь ворота, снова забор. Прибавь-ка газку, не нравится мне это.

Гонка продолжалась до самого трактира. Я чуть не снес двери с петель и промчался мимо охреневших от моего вида выпивающих крестьян.

– Стой, дура! Куда!!? – Остап попытался перегородить мне дорогу и широко расставил руки.

Сдержать габариты Акакия оказалось ему не по плечу. Трактирщик отлетел в сторону как резиновый мячик, а затем раздался страшный грохот. Я обернулся.

Дверь трактира улетела в угол, а тролль, разворотив половину стены у входа, застыл посреди питейного зала и активно работал ноздрями, втягивая воздух.

– Вкусняшка! Много вкусняшки!

Крестьяне в испуге повскакивали со своих мест и бросились врассыпную, а тролль одна за одной начал опрокидывать их кружки в рот. Через пару секунд в трактире не осталось никого, кроме меня, Прошки и охающего Остапа, который все еще не мог оклематься после столкновения. Тролль за несколько мгновений опустошил все имеющиеся в наличии стаканы и озадаченно повертел головой. Взгляд остановился на мне.

– Чувствую где-то вкусняшка. Не вижу. Сначала вкусняшка. Потом девочка-тролль.

Я, недолго думая, открыл дверь в подсобку, явив взору Прохора аккуратно расставленные бочки со спиртным.

– Гляди сколько вкусняшки!

– Ого! – он замер в восхищении.

В этот момент выражение его морды напоминало лицо первоклассника, которому подарили навороченную игровую приставку.

– Много! Много вкусняшки! – радостный Прошка не верил своему счастью.

Столы и стулья полетели в стороны. Тролль, двинулся напролом к своей мечте, полностью проигнорировав меня. Все его внимание теперь занимала громадной бочка, высотой в пол-Акакия. Он одним ударом вышиб ее крышку и погрузил туда морду по уши.

– Валим! – скомандовал Локи. – В деревне восстание.

Дважды меня просить не пришлось. Я выскочил через развороченный дверной проем и чуть не столкнулся с отрядом бравых мужиков с вилами. А в следующую секунду припустил с деревни так, что в ушах засвистело. Крестьяне не сразу въехали в ситуацию, пытаясь понять на какой фронт им бросить усилия, а потому у меня появилась приличная фора, которую я собирался грамотно использовать.

На энтузиазме преодолел подъем в горку, нашел свои вещи и спрятался в кусты, где мгновенно перевоплотился в Шныря. Быстренько избавился от лишнего реквизита, оделся, после чего сделал большую петлю через лес, и направился преследователям навстречу. Так вот и они. Держимся ровно.

– Прошку не видели, мужики? – с невозмутимым видом поинтересовался я.

– Смотри-ка, извращенец вчерашний ходит, – прокомментировал один из них мое внезапное появление.

– Да хрен с ним, он безобидный, – одернул его второй, а затем повернулся ко мне, – Слышь, как тебя там. Ты тут чудо зеленое не видел? Метра два ростом.

– Прошку что ли? Сам ищу хожу…

– Да какого нахер Прошку! Мужик тут в бабу переодетый где-то бегает. Тролля в трактир привел. Разнесли полдеревни к херам!

– А, так Прошка в деревне сейчас? Ну тогда я его в пещере подожду.

– Господи, ты не только извращенец, но еще и больной на голову. Там же полная антиста… антисрань… тьфу, антисанитария, во!

– Да чего с этим петухом лясы точить! – перебил их третий, – Нужно того зеленого дылду отыскать, пока далеко не ушел. Идем отсюда.

Мужики живенько скрылись в глубине леса, а я наконец-то отправился в недра скалы со спокойной душой. Теперь-то меня никто не потревожит. Антисанитария же…

Зажег заготовленный со вчера факел и двинулся внутрь пещеры. По моим расчетам, тролль теперь вернется сюда не раньше чем через сутки. А мне всего-то нужно пять часов.

Блин… Как же здесь воняет!

– Терпи! Потом мне спасибо скажешь. Этот камень тебе жизнь спасти может.

– Надеюсь…

Пещера оказалась не такой уж и глубокой. Проход метров двенадцать в длину, да грот в конце. Мусора здесь конечно хватало. В большинстве своем это были остатки от старых винных бочек.

– Прошка что, прямо здесь гадит? У меня уже глаза слезятся! И вообще, где этот гребанный алтарь? Он же светиться должен.

– Тролли не шибко любят свет. Видимо присыпал мусором. А ну, глянь вон под той кучей.

– Локи, это же…

– Ну а ты как хотел!? Без труда, не вытащишь алтарик из говна.

Я поднял какую-то дощечку и расковырял здоровенную кучу троллячего дерьма. В глаза ударил яркий белый свет.

– Только не говори, что я должен его трогать.

– Не обязательно, – обрадовал он меня, – Главное визуальный контакт. И еще. Если ты отойдешь хоть на секунду из круга, весь процесс придется начать заново.

– Какого круга?

– Этого! Все, не отвлекай я приступаю.

Вокруг камня образовалась светящаяся окружность диаметром пару метров. Я оказался внутри нее. Ноздри постепенно привыкли запаху, но все равно мне было жутко некомфортно. Нашел глазами неповрежденную пустую бочку, перевернул ее и уселся сверху.

Ожидание было утомительным и невероятно душным. Пришлось погасить факел, поскольку он здорово жег кислород и мешал дышать и без того спертым воздухом. Пару раз позвал Локи, но он не ответил, хотя я чувствовал его присутствие. От скуки решил "позвонить" Кристине.

– Привет! – по ее голосу я понял, что она находится в отличном расположении духа. – Соскучился?

– Почти, – мои губы непроизвольно растянулись в улыбке, – Как ты там?

– Отлично, Тоша! Я уже уничтожила два алтаря. А как у тебя?

– А я только один. Сейчас как раз в процессе. Долго это все.

– Чего долго-то? Пять минут и готово!

– Я не убил игрока.

– Ууу, – потянула она. – Погоди, если он жив, то может телепортироваться к тебе. Ты справишься?

– Не может. Он не успел никого убить. Я сделал так, что владелец камушка сидит в тюрьме.

– Обманул?

– Ну, можно сказать и так. А как у тебя получилось уничтожить двоих? Ты ведь еще должна находиться в море! Не в соседнюю булочную же поплыла, а аж на другой материк.

– Они были в группе, как мы с тобой. Плыли на корабле пассажирами. Я заметила их алтари на карте, догнала судно, а ночью забралась на борт и бегала от каюты к каюте, пока Агимея не почувствовала камни. Ну а дальше все просто. Перерезала спящим глотки и поглотила алтари.

Я представил, как Кристина орудует в темноте ножом над двумя невинно дремлющими игроками, и у меня по спине пробежали мурашки. Даны же некоторым стальные яйца от рождения.

– Я все слышу, Тоша. – засмеялась она, – Дело не в яйцах. В моем мире идут клановые войны. И воспитание молодых не строится на заповедях и запретах. Есть враг, и он должен быть убит любой ценой. Будешь медлить – убьют тебя. Зато я, например, не могу врать невинным. Мне очень стыдно в такие моменты. Украсть что-то и остаться незамеченной – это пожалуйста, а воспользоваться чьим-то доверием... Я ведь сама погибла из-за того, что поверила не тому. Так что обман, своего рода, тоже оружие, и ты им умеешь пользоваться.

– Врать не трудно, а иногда даже приятно и необходимо. Для меня это как соревнование, гонка мозгов.

– Ну вот видишь. Мы разные. Когда-нибудь и ты встанешь перед выбором: убей или умри. И я верю, что ты выберешь первое. Будет неприятно, если мой союзник Тоша погибнет в начале игры.

– Ты серьезно?

– Угу.

Повисло неловкое молчание, а затем Кристина просто отключилась. Я не стал пробовать продолжить разговор и задумчиво уставился в стену напротив. Прямо у самого ее основания на скале были написаны два слова, которые я не смог прочесть.

Что???

Я быстро промотал в голове все, что мне рассказывал Локи о правилах игры. Он обещал, что я буду уметь разговаривать и писать на всех языках. Но я собственными глазами вижу, что это не так. Определенно, я не знаю ни одной буквы в тех словах.

Так. Это интересно. Похоже мне удастся дотянуться до надписи не выходя из границ, обозначенных Локи. Что-то я давно не применял свою способность.

Я перебрался на противоположную сторону круга, подстелил на землю широкую дощечку и уселся на нее. Рука коснулась холодной скалы в том месте где были изображены таинственные символы. Мысленно приказал начать с сегодняшнего дня и включил перемотку назад.

Передо мной появилась картинка, которая практически не менялась. Несколько раз попадал в кадр Прошка, и с каждым разом он становился все моложе и моложе. А надпись при этом сохранялась и становилась четче. Постепенно пропал и тролль. Пещера долго пустовала. Несколько раз в ней мелькали тени каких-то людей. Земля под письменами опускалась все ниже и ниже, освобождая новые строки, и теперь расстояние от верхних букв до пола было около полуметра. Это же сколько я уже промотал? Тысячу лет? Больше?

Ускорил перемотку и сконцентрировался на буквах. Мелькнуло чье-то тело, а затем надпись пропала. Стоп! Теперь обратно и помедленнее. Вот, нашел. У стены скорчился человек в странной черной одежде. Левая его рука зажала живот, из которого торчал обломок стрелы. Вероятно парень от кого-то здесь прятался. В правой кисти он держал что-то очень похожее на небольшой стальной штырь, размером примерно чуть больше стандартной спички и торопливо писал послание. Не понял…

Как? Как раненный и обессиленный человек может так давить пальцами на металл, чтобы оставлять на камне настолько глубокие буквы? Он маг?

Человек неожиданно оборвался на полуслове и застыл. Из ладони выпал острый предмет, а его рукав обнажил запястье, на котором виднелся странный широкий браслет. Кажется золотой...

Так! А вот с этого места поподробнее. Я ускорил перемотку вперед и наблюдал, как тело медленно истлевало. Одежда, плоть, кости – все превратилось в прах. И только диковинный браслет продолжал лежать невредимым, даже не потускнев. Постепенно он скрылся под землей, прямо у нижнего края надписи.

Ну ладно. Я человек простой. Надо копать – буду копать. Тем более Локи все еще занят и торчать мне здесь еще долго. За древнюю цацку очень хорошо должны заплатить какие-нибудь антиквары. Пожалуй, вот эту кость в углу вполне можно использовать в качестве палки-копалки.

Вооружился первобытным инструментом и начал активно рыть слежавшуюся почву. Хоть в камень не превратилась, и то хлеб. Прошка поди не одну сотню лет старательно создавал перегной в этой пещере. Надо будет по приезду в Приморск хорошенько постираться, да отмыть Акакия. А то сидит там в стазисе весь в зеленке. Да и я весь вонючий из-за этой берлоги. Макар офигеет, когда я две бочки воды за день использую. Как бы подозревать отца святого в махинациях не начал с таким расходом воды. Впрочем, можно и в таверне помыться.

Вот он, мой хороший! Я наконец-то увидел краешек украшения и бережно его обкопал со всех сторон. Посмотрел бы я твою историю, да умение в откате. Что тут у нас?

Браслет имел очень странные очертания и весь был испещрен какими-то непонятными символами. Едва я взял его в руки и захотел рассмотреть поближе, как он вдруг щелкнул и раскрылся. Такое ощущение, что он полый внутри, судя по толщине. По мне такая железяка должна побольше весить. А может это и не золото вовсе?

Эх, найти бы ту шпильку волшебную, которой он камень скреб. Но что-то мне подсказывает, что тогда я просижу до Прошкиного возвращения, а он мне точно рад не будет.

Хм. Это что за дырка? В нижней части браслета имелся выступ, примерно с фалангу пальца. А внутри него был высверлен какой-то канал.

Надеть на руку? Может тогда какой секрет откроется?

Памятуя о подлом подарке Стервятника на причале, я, предусмотрительно раздевшись, решил перевоплотиться в Акакия. Вдруг эта штука с таким же сюрпризом.

Как в воду глядел! Застежка щелкнула, и браслет стал словно монолитный. Повертел его на руке – почти не ощущается, очень удобная вещь. Так, попробуем самостоятельно разобраться, как она снимается. Я стал вращать его во все стороны, но секрета замка не находил.

В какой-то момент мое запястье случайно выгнулось кверху. И тут произошло то, отчего я чуть не испачкал штаны. Раздался тоненький, еле слышный свист, а затем из дырки что-то выскочило, едва не зацепив мой глаз, и воткнулось в свод пещеры.

Сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Ну его нафиг. Надо снимать эту хрень. Наскоро перевоплотился обратно в Шныря и застыл с открытым ртом.

Браслет каким-то непонятным образом уменьшился в объеме и все также плотно сидел на левой руке. Приплыли…

– Локи-и, – жалобно простонал я.

Тишина. Похоже процесс поглощения алтаря занимал все внимание бога. И чего делать?

Так спокойно, не паниковать. Сейчас я во всем разберусь. Начнем со странного украшения. Сдается мне, что это какой-то артефакт, не иначе. В принципе, я смогу отследите его историю, правда минут через сорок. А пока что мы имеем странную хрень, которая стреляет чем-то, причем весьма сильно стреляет. Чем?

Я поднял глаза наверх. Свечение алтаря позволило рассмотреть гладкий стержень, воткнутый прямо в скалу. Блин! Это же тот самый инструмент для письма по камню. Вот только он сильно высоко улетел и даже Акакий его не достанет.

А что если в этой штуке еще имеются такие снаряды?

Недолго думая, протянул руку вперед, направив отверстие браслета в стену и покрутил рукой. Ничего не произошло. Ну же! Выгнул запястье до боли вверх и снова ничего. Последний патрон был видимо. Надо бы ту штучку сверху достать как-то. Только вот как? Воткнулась, гадина, прямо посредине свода еще и в самое высокое место. Пожалуй если только Акакий встанет Прошке на плечи… Хотя, скорее, это тролль встанет на Акакия и с радостью попрыгает на его костях.

Во! Придумал чем занять время! Перерисую пока эту таинственную надпись. Чую, Локи перевода не даст, опять скажет познавать мир самому. У меня, между прочим, и карандашик модный есть. А вместо бумаги можно использовать подкладку плаща. Понадеюсь, что это не заклинание призыва Вельзевула, а какая-нибудь секретная информация. Ну а чего? Мужик все равно помирал, так может и решил поделиться сокровищами.

– Чем занимаешься?

– Ксерокопию делаю. Это, Локи… Я тут, кажется, накосячил без тебя.

– Ну, как сказать. Браслетик, по большому счету для тебя безвредный и даже занимательный. Такому дрищу, как ты, еще и очень полезный.

– С хрена ли я дрищ?

– Магичить не можешь, оружием пользоваться не умеешь. Идеальный объект для нападения. А так хоть застрелишь кого-нибудь раз в пару часов.

– Не застрелю. Патроны кончились. Вон в потолке последний.

– Где? – усмехнулся Локи.

– Вон… ой, а где он? – в том месте где застрял штырь, теперь не было ничего.

– А ты попробуй стрельни снова, – предложил бог.

– Я пробовал, ничего не вышло.

– Попробуй говорю!

Пффф… да легко! Я направил дуло браслета в стену и сильно выгнул запястье. Резкий свист, открытый рот и в стене напротив торчит дротик из непонятного металла.

– Это… это как? Я пробовал же!

– Мир ты познае…

– Достал! Ты между прочим говорил, что я знаю все языки.

– Все действующие языки, – поправил Локи, – Я говорил – "действующие".

– А это значит не действующий?

– Не-а. Как бы у этого мира есть своя история, и древние цивилизации никто не исключал.

– Выходит, это древний артефакт?

– Типа того. Между прочим стоит, на вскидку, пару миллионов золотых. Какой-нибудь Королевский музей у тебя его с руками оторвет. В прямом смысле этого слова.

– Че? Сколько??! – в голове мгновенно сработал счетчик, – Четыре миллиарда рублей?

– Плюс-минус. Только тебе они не светят.

– Это почему? Да я за такие деньги себе руку добровольно отпилю! Все равно после смерти воскресну с новой. Ты сам говорил, между прочим.

– Ну ладно, просвещу тебя. Этой информации ты не найдешь в местных справочниках. А библиотеки древних уже в пыль превратились. В общем, эта штука теперь часть тебя. Можешь отпилить себе хоть обе руки – браслет все равно вернется к тебе. Теперь только ты его владелец, и больше никто. До самой смерти. Причем твоя игровая смерть не в счет. Только тогда, когда твой труп истлеет полностью, он снова откроется и будет ждать нового хозяина.

– То есть как вернется? – не понял я.

– Также, как дротик вернулся в браслет. И, кстати, ты молодец, что перекатал надпись. Пригодится.

– Для чего?

– Узнаешь, когда ее переведешь. Способы в мире имеются, а значит тут я умолкаю.

– Его нельзя снять?

– Снять нет, а вот сделать так, чтобы он исчез и перестал мешать – легко.

– Как?

– Хъевердоклаупретуйа – это слово-ключ. Остальное узнаешь дома, когда посмотришь его историю. Пора уходить.

– Локи, а ты попроще не мог найти слово? – я поднялся на ноги и двинул в сторону тракта.

– Автор слова не я, а создатель артефакта. Погоди…

Я ощутил, что Локи меня покинул на секунду и тут же вернулся.

– В общем я пошарил по миру, ни хрена ты не найдешь по этому артефакту. Ни-че-го-шень-ки! Так что идем домой. Завтра у тебя будет свободный день, и ты спокойно, и не торопясь, посмотришь его историю, а я тебе подскажу те моменты, которые не поймешь. Разрешили нам свыше. Считай, что ты получил свой заветный рояль. Хотя нет, скорее гармошку. Но тебе сойдет – поможет компенсировать твою ущербность.

– А чего там с камнем? Поглотил?

– Поглотил. Как только Скорострел умрет, тебя оповестят.

– Эээ. То есть он до сих пор жив?

– Ага. Связь с богом потеряна, умений больше нет, алтари на карте не видит. Короче, вне игры. Обычный человек, который может заразиться болезнью, умереть и так далее. Но скорее всего он погибнет по истечению срока таймера.

– Погоди. А если он сбежит, а потом меня разыщет и грохнет?

– Он в курсе только о том, что его алтарь уничтожил какой-то Свинотрах. Ни физиономии твоей, ни имени он не знает.

– Понял. А теперь перечисли плюшки, которые мне стали доступны. И пожалуйста, постарайся ничего не "забыть" на этот раз.

– За один алтарь тебе полагается следующее, – начал Локи красивым дикторским голосом, – Мгновенное воскрешение, телепорт в любую точку мира, если в твоей голове имеется ее точный образ, продление существования на сто двадцать дней.

– Хм, то есть за два алтаря доступны другие фишки?

– Ага. Но пока ты не получишь второй камушек, можешь о них даже не спрашивать. И еще, запрещено два раза подряд использовать одно и то же умение, кроме продления жизни. То есть, если ты использовал мгновенное воскрешение, то при повторной смерти больше встать мгновенно не сможешь, будь у тебя хоть сто запасных алтарей. Понял?

–Угу.

– Кстати, вон дилижанс едет. Тормози.

Глава 17

Вернувшись в Приморск, я сразу направился в таверну. Уселся за стойку и постепенно выведал у трактирщика секрет подогрева воды. Все оказалось предельно просто: в дно бочек устанавливается металлическая пластинка, которую специальным образом заряжает огненный маг четвертой ступени, либо выше. После этого она отдает тепло в течении местного месяца, постепенно теряя свои свойства. Это вполне объясняло, почему в доме Марка вода была значительно теплее – он просто недавно установил новый нагреватель. Видимо в трюме корабля Фархада была аналогичная система, только направленная на охлаждение.

Я пожертвовал ему пару золотых за новую пластину и хорошее мыло в свой номер, а затем отправился к себе. Дождался, пока он произведет замену, после чего заперся в комнате и принял облик зеленого Акакия. Мда… Здесь отмывать и отмывать! Деваться некуда. Едва обновленная бочка нагрелась, как я погрузился в нее с головой. Господи, как хорошо!

Ну-с, приступим к просмотру фантастического боевичка? Жалко только, что он без звука.

О! А если нам кое-что попросить у нашего скандинавского друга?

– Локи, друг мой любезный, можешь кино озвучить? Раз боги разрешили рассказать о браслете, то я думаю они не против что бы ты пояснил все разговоры, если они будут?

– Легко! – захихикал он.

Не нравится мне этот смех, ну да ладно. Я обхватил браслет правой рукой и запустил фильм.

– Вальхалла пикчерз, при участии Локи студио продакшн представляют, – начал он гнусавым голосом Володарского из далеких девяностых.

Хм, а неплохо. Мне показалось, что я попал в свое детство и уселся перед модной видеодвойкой, которую отец одолжил у соседа на выходные.

Перед моими глазами вспыхнула картинка подземелья, освещенного факелами. Весь фокус был направлен на котел с расплавленным металлом, вокруг которого собрались люди в страшных масках. Они что-то бормотали, кажется молитву, и раскачивали телами в стороны.

– Отче наш, иже еси…, – затянул Локи.

– Эм… Ты уверен, что они это говорят?

– Примерно.

– Ну ладно.

Этот процесс растянулся чуть ли не на месяц. Люди постоянно сменялись, приходили какие-то раскрашенные полуголые колдуны, затем кузнецы, ювелиры. В котел добавляли камни, какие-то цветные порошки и жидкости. После металл был разлит по формам и началась долгая обработка. В общем, я просмотрел все это на перемотке. Тем более Локи молчал.

Так вот здесь остановимся. Браслет лежал на шелковистой подушке, а перед ним на коленях стоял воин в черных шелковых штанах. Верх его мускулистого тела был обнажен и покрыт узорами из шрамов и татуировок, в виде загадочных символов, похожих на те, что я перерисовывал в пещере Прошки. И только мужественное лицо с орлиным профилем было нетронутым рисунками. Вокруг горело пламя, и в его языках плясали длинные тени. Похоже на обряд.

Воин заговорил, глядя на кого-то перед собой не попадающим в кадр, и в этот момент снова включилась божественная озвучка.

– О, великий отец, клянусь служить преданно и нести нашу веру в ряды непокорных, – перевел Локи

– Все что ли? – удивился я.

– Да. Там дальше мутотень про торжество духа над плотью и прочая фигня, – ответил Локи и снова стал Володарским:

– Я принимаю твою клятву, сын Хамии, теперь ты один из нас. Так прими же священный амулет и готовься наказать нечестивца Хатора.

Второго человека не было видно в кадре, но по всей видимости это и был тот самый "отец", кажется, глава какого-то культа, судя по созданному антуражу. Воин трясущимися руками взял браслет, поцеловал его, а затем надел на левую руку. По ходу для него это было чуть ли не главным событием в жизни.

– Угу, – подтвердил мне догадку Локи, – Фанатики – они такие.

– Фанатики?

– Ну он что-то вроде ассасина, убивает по приказу хозяина. А браслет дает гарантию, что паренек не кинет братство и не выдаст его секреты, в противном случае металл его убьет.

– Погоди. Это что, я теперь служитель братства?

– Формально да, но по факту ты единственный живой его представитель в этом мире. Так что особо не парься. Приказывать тебе никто не может. Короче смотри, сейчас самое интересное будет. Мотни до алтаря.

Я ускорил воспроизведение. Воин ходил по углям, ел живых скорпионов, спал на камнях, тренировался с кинжалом и саблями, истязал себя плеткой за какой-то проступок… Интересно конечно, но если смотреть все, то я поседею к концу фильма.

– Во, во! Тормозни здесь. – попросил бог.

Я выполнил просьбу. Теперь воин находился в ярко освещенном помещении перед большим церемониальным алтарем.

– Ты готов убить Хатора, сын. Возложи руки на святую чашу. – торжественно перевел Локи.

Воин выполнил требуемое и исчез в синей вспышке, а через секунду появился в вечерних сумерках возле какого-то глиняного здания. Он был абсолютно голым, а вокруг него было что-то вроде кокона по которому пробегали синие молнии. Парень выпрямился осмотрелся по сторонам и направился ко входу.

Дом оказался какой-то таверной, в которой пьянствовали и курили длинные трубки суровые мужики, одетые в чалму и восточную одежду. Удивленные взгляды гуляк устремились на обнаженного гостя. Ассасин выбрал одного из них и что-то произнес.

– Мне нужны твои халат, сандалии и верблюд, – прогнусавил Локи ровным голосом.

Мужики весело расхохотались, а будущая жертва вынула кинжал из-за пояса и попыталась ударить им наглеца. Но наш герой оказался быстрее и резким движением перехватил его руку, а затем выгнул под неестественным углом. В моей голове раздался хруст, от которого я вздрогнул.

– Круто было, да? – Локи был доволен собой, как никогда.

– Ты – плагиатор, я уже видел похожий фильм.

– Ой, подумаешь. Все придумано до нас. Мотай давай, я скажу когда остановить.

Дальше служитель братства голыми руками положил половину таверны, а вторая часть банды разбежалась в ужасе. После этого он раздел свою жертву, забрал у него кинжал и одежду, а потом оседлал стоящего на улице верблюда и куда-то поскакал.

Я перемотал его долгую дорогу, и остановил только тогда, когда он прибыл на какой-то восточный рынок. Люди весело приветствовали кого-то, образовав коридор, и только главный герой невозмутимо смотрел через их спины и головы на что-то вдали.

– Там, короче, едет тот самый Хатор – большая шишка. Жди, – пояснил Локи.

Спустя минуту, в поле зрения моего умения наконец-то показалась процессия, несущая паланкин. Из него выглядывала толстая физиономия чиновника и его правая ладонь, которой он махал из стороны в сторону, приветствуя своих поклонников. Ассасин поднял левую руку, а через секунду из его браслета вылетела та самая игла и устремилась к цели. Хатор закатил глаза, схватился за горло, и пропал в недрах своего транспорта. На лице парня появилось довольное выражение. Он развернулся и молча покинул рынок.

– Ну и на хрена было жрать скорпионов и бегать по углям? Неужели бы он без этого не смог выстрелить?

– Так положено. Чем больше антуража, тем надежнее крючок веры.

– Как и везде, – вздохнул я.

– Ладно. Суть ты уловил, дальше посмотришь один. Ты владеешь артефактом, которым можно совершить скрытное убийство. По сути это обычное оружие, которое из-за своей долгой перезарядки даже хуже арбалета, хоть и менее заметно. У него есть еще несколько полезных способностей, которые тебе предстоит постичь самому. Для этого достаточно внимательно посмотреть на манипуляции владельцев браслета. В них нет ничего сложного.

– А он пускает огненные шары?

– Дались тебе опять эти шары! – возмутился Локи, – Нет, не пускает. В нем вообще нет ничего сверхмощного или магического. Считай, что у тебя на руке швейцарский нож с кучей полезных вещей. По умолчанию он находится в режиме стрельбы дротиками из ядовитого металла раз в пару часов. Но может стать шилом, консервным ножом, отмычкой и много еще чем. Все утерянные части дематериализуются в течении двух часов и возвращаются внутрь артефакта, где бы он ни был.

– Только лебедки не хватает! – попытался пошутить я.

– Лебедка тоже есть. – обломал меня Локи.

– Че?

– Разбирайся. До тебя им владело множество народу, так что твоя способность поможет понять, как и что включается.

Ладно. Отмою Акакия от зеленки, а дальше видно будет. Я отключил способность и принялся активно надраивать тело мылом и мочалкой. Надо бы с ожогами еще разобраться, доставшимися от Федора, да умирать пока не охота. Вот бы побольше алтарей накопить, да быстренько провернуть это дельце.

Медленно, но верно чернила смывались. Я барахтался в бочке почти два часа, а после окончания процедур завалился на постель и снова принялся изучать артефакт. Воины, битвы, смерти проносились перед моими глазами. Я останавливался лишь на некоторых особо интересных эпизодах.

Например, один из последних владельцев артефакта собирался проникнуть в замок, расположенный на скалах. Видимо его туда не пустили через парадный вход, а потому ему пришлось ползти со стороны моря. Он приблизил к лицу браслет и последовательно коснулся пальцами различных символов на нем. Блин! Да тут целый бортовой компьютер! Ассасин вытянул руку вверх и стандартно поднял запястье.

Из дула браслета вылетела знакомая стрелка, только на этот раз к ее хвосту крепилась тонкая металлическая нить. Штырь улетел высоко вверх и, по всей видимости, вонзился в крепостную стену, а бойца потащило наверх, словно Бэтмана. Наверное это и есть та самая лебедка, о которой говорил Локи. Прикольная штука, в детстве очень хотел иметь такую.

Пару раз я увидел, как убийцы выполняли заказ в шумной толпе просто используя браслет как тонкий стилет. Проколол цели печень и пошел дальше – очень удобно.

Хм, попробовать что-нибудь из этого?

Я отмотал на момент со штурмом скалы и внимательно проследил за значками, которых касался убийца. Паучок, потом какой-то червяк, кругляшек с петелькой, снова паучок и что-то, похожее на безголовую фламинго. Повторил все в точности и услышал мягкий щелчок из недр украшения. Так, шмальнем в потолок.

Сработало! Игла пронзила насквозь деревянную преграду и застряла где-то на крыше. Хорошо что третий этаж, а то подстрелил бы соседа. Хм. А как подняться?

Я отвел запястье назад и почувствовал как меня рвануло вверх. Э-э-э, поосторожнее! Снова согнул кисть и еле успел затормозить, чтобы не удариться о твердое перекрытие. Класс, и даже браслет руку не давит. Вот только затекать начинаю сразу. Не фиг было физкультуру прогуливать.

Блин! А как спуститься-то обратно? По логике нужно выгибать руку в противоположную сторону.

Свернул кисть во внутрь и мягко опустился на кровать. Теперь бы все это дело отцепить… А вот это я не догадался посмотреть, и способность теперь не доступна. Можно конечно позвать Локи, но пока попробую разобраться сам. Покрутил браслет и обнаружил отдельный маленький символ в нижней части, который было крайне неудобно нажимать. Скорее всего хард ресет, ну, или сброс всех настроек, если по-русски.

Я угадал. Тросик словно растворился в воздухе, а рука вновь обрела подвижность. Сдается мне, теперь последует пара часов отката.

– Ага, – подтвердил Локи мою догадку, – Если браслет теряет часть себя, запускается процедура восстановления целостности. Она всегда длиться около двух часов, вне зависимости сколько материала потеряно и где он был потерян.

– А если его использовать как нож?

– Ну, если не сломаешь лезвие, то и откатов не будет.

– Его еще и сломать можно?

– Теоретически нет, но на практике иногда приходится оставить часть. Тот же дротик, или, например, заблокировать работу двери или механизма.

До конца этих суток и весь следующий день я посвятил репетиции будущей аферы. Для начала тщательно просмотрел историю баронского знака, а заодно больше узнал о Луи. Хевиец оказался интересным человеком с насыщенной жизнью. Одних только дуэлей я насчитал штук сорок, а то что он до сих пор был жив, красноречиво говорило, что машет он шпагой превосходно.

Кроме шпаги и пьянок у него оказалась третья любовь – повышенная тяга к женскому полу. Я даже удивился, что он не потащил меня в бордель в тот вечер. Списал это на отсутствие у него денег на тот момент. Его воспитание не позволяло клянчить деньги на девочек, а вот что касается спиртного – тут у хевийцев комплексов не было. Пили много, пили везде, пили при любой возможности.

Но что-то я отвлекся. Главной моей задачей было изобразить из Акакия настоящего великосветского лорда, чтобы комар носа не подточил. Играть придется по-крупному, а значит я должен быть безупречен. Я раз за разом просматривал даже такие мелочи: как Луи и его хозяин едят, мимику диалогов. Заодно неплохо изучил Тулемскую провинцию, и при случае мог описать местность, традиции, нормы этикета. Да много чего – этот медальон он таскал с собой постоянно, и тот стал свидетелем многочисленных событий. Пожалуй, верну его при встрече, если доживу.

Перевоплотился в Акакия и до самого вечера ставил ему невербалику и поведение истинного лорда. Я представил, что меня со всех сторон окружают камеры, и с них идет трансляция на весь мир. Даже за ужином не терял концентрации и не позволял себе расслабиться. Никаких хмыканий носом, никаких почесываний интимных мест, никаких непродуманных движений. Да я в туалет сходил с гордой осанкой, на ходу декламируя стихи Пушкина скандинавским акцентом!

А теперь баиньки. Буду осыпаться после бессонной ночи

Этот день настал! Проспал я аж до обеда – сказывалась усталость после бессонной ночи в тролльской пещере. С самого утра купил недостающие для полноты образа мелочи, вроде носового платка и монокля, а затем двинулся в гости к Вике, предвкушая встречу.

В ее лавке на этот раз был посетитель, который со скучающим видом рассматривал обстановку, словно бывал здесь неоднократно. И форма у него морская. Так-так. Неужели муж вернулся из командировки?

Самой Вики не было на месте, но я заметил краешек ее платья за дверью в подсобке. Звать ее не стал, изобразив обычного клиента, и оказался прав. Едва она вышла в мастерскую, как в ее глазах промелькнул еле уловимый сигнал. Я сделал вид что не знаком с ней и обратился обычным тоном покупателя.

– Добрый день. Я хотел бы забрать заказ.

– Да, конечно. – она снова исчезла, а затем вынесла костюм.

– Какая женщина! Настоящая мастерица! – восхищенно прокомментировал Локи ее работу.

– Да уж, не спорю.

Костюм был безупречен. Я отдал ей десять золотых и подмигнул, пользуясь тем, что муж остался за спиной. Она в ответ еле заметно улыбнулась, с толикой вины, и стрельнула глазами в сторону посетителя.

– Пока, – одними губами произнес я, после чего уже громко добавил. – Шикарная работа! Держу пари, вас самые умелые руки во всем Приморске. Ваш муж должно быть очень везучий человек, раз ему досталась такая женщина: красивая и трудолюбивая!

– Да бросьте, вы! – покраснела она, – Обычные руки.

– Не скромничайте, вы – мечта любого мужчины! Всего доброго!

Я отвесил прощальный поклон и повернулся на выход. Морячок стоял с открытым ртом, но агрессии, естественно, не выказывал. Да и не за что было. Надеюсь, он подумает над моими словами и сделает правильные выводы.

– А ты оптимист.

– Куда уж без этого.

Ну, раз вечер в обществе затейницы-швеи отменяется, значит не будем терять время. Нужно вернуться в таверну и провести большую репетицию, что я и сделал. Для начала в ход пошел купленный парик, с которого я смастерил тонкие накладные усики. Пришлось даже сбегать на ярмарку за клеем, так как о нем я почему-то забыл. Провозился я с ними долго, но зато добился, что они теперь выглядели как у истинного представителя хевийской знати. Затем настал черед парика, который я решил на всякий случай тоже приклеить, пользуясь имеющейся лысиной. Бедный Акакий, чем я только его не намазал за эти два дня.

Сюртук, шляпа, сапоги – все заняло свое законное место. А колготки вообще были выше всяческих похвал. Вика учла мои пожелания и сконструировала солидную мотню, в которой легко разместились причиндалы, не выпирая через штанину. Оставалась единственная проблема – безопасно покинуть комнату не вызывая подозрений трактирщика. Уж двухметрового хевийца сложно не заметить, а тем более не запомнить.

Провел генеральную репетицию перед зеркалом и остался крайне доволен, после чего вновь перевоплотился в Шныря и упаковал все свои вещи. Больше я сюда не вернусь. Переоденусь у Марка, а уже от него пойду снимать номер в престижной гостинице квартала знати. Надеюсь, что за пару дней справлюсь, а там уже отчалю в Дарград. Хм, а почему бы не использовать корабль Фархада? Если дело выгорит, у меня будет приличный сундук с деньгами, а с ним сильно не попутешествовать.

Торговец вроде собирался плыть дальше вдоль материка, а значит мне с ним по пути. Загляну-ка я к нему сегодня вечером и дам оставшиеся инструкции. Нет, лучше прямо сейчас. В элитную ночлежку нужно заходить только в образе барона, иначе меня не пропустят дальше администраторской стойки.

Я оставил вещи у Марка и в образе Шныря прогулялся до корабля торговца. Он так и продолжал обитать на нем, дожидаясь, когда закончится отпуск у его команды. Встретил меня купец в отличном настроении, и даже предложил угоститься кшаштой, на что я ответил вежливым отказом.

– В общем так, Фархад. Кто бы не явился покупать у тебя орехи – всем отказывай, даже если будут предлагать большие деньги.

– Ну так я все равно не имею права продавать с корабля, – удивился он, – Нарваться можно на такой штраф, что придется продать и судно, да еще должен останешься.

– Вот и отлично. Ты сам поймешь, когда и кому их можно будет продать. И не ниже пятидесяти золотых, понял? Если начнут доказывать, что он стоит копейки, скажи что реализуешь его за пределами Приморска, якобы к тебе уже сегодня приходили и обещали забрать в следующем порту по сорок пять. Все запомнил?

– Хорошо, – покорно кивнул он. – Только я все равно волнуюсь.

– Не переживай. Держу пари, ты еще удивишь своего отца успешной сделкой. И еще один момент, Фархад. Ты не подбросишь меня поближе к Дарграду? После сделки, конечно.

– Иван, там нет портов и плохое море. Мы будем проходить недалеко от берега, но близко подойти не сможем – рифы.

– Хм… А если я куплю у тебя шлюпку и высажусь поближе? Далеко грести до материка?

– Часа полтора.

– Отлично! Значит договорились!

Так вроде ничего не забыл… Или забыл?

– Вот еще что, Фархад. Если вдруг у тебя попытаются отобрать орех силой – вывеси на нос корабля красную тряпку. Если никто не придет – то ничего не вывешивай. А если придут и обсудят сделку без угроз – тогда белую.

– Как скажешь.

Одно удовольствие работать с этим парнем!

Вернувшись в дом Марка, дождался вечера, после чего перевоплотился в Акакия и облачился в новый наряд. По идее, неплохо бы прикупить шпагу, но в воспоминаниях медальона я ни разу не видел, чтобы граф, на которого работал Луи, хоть раз надевал на пояс оружие. Так что, наверное, обойдусь без него. Я с любовью погладил свой новый браслет. Его появление мне придавало какую-то уверенность и шлепать до квартала знати в дорогой одежде по сумеркам было теперь не так страшно. Конечно, стрелок из меня так себе, но уж с метра-двух я должен попасть, если вдруг встречу грабителя. А вообще стоит потренироваться с этой штукой. Жаль только, что за день можно сделать всего пять попыток.

– Успеешь еще, потренируешься. Готов сыграть Ван Дамма?

– Готов, – выдохнул я вслух.

Закрыл дверь на замок, затем спустился вниз, подошел к двери Марка и громко постучал. Он вышел на порог и озадаченно уставился на меня.

– Здраздвуйде! – начал я на хевийский манер.

– Э-э-э… Господин…

– Ван Дамм. Барон Ван Дамм.

– Господин барон Ван Дамм, не знаю, кто сообщил вам о моей скромной персоне, но думаю что не смогу вам помочь. Мои комнаты вам скорее всего не подойдут.

– Я не брадь комнаду. Вод эдод предмед, он лежал на улидзе у грыльца, – я протянул ему ключ.

– И правда от моих комнат! Дак это же святого отца! Неужто ограбили его опять!?

– Оревуар! – я сделал замысловатое па, и покинул его дом, не став продолжать беседу. Не по чину мне теперь с простолюдинами лясы точить.

– Выпендрежник.

– Я в образе.

Иногда, ты себе ставишь какую-нибудь пустячковую цель. Например подойти к первой встречной красивой девчонке на улице, и поговорить с ней так, чтобы она как минимум попрощалась с тобой жарким поцелуем, а как максимум поехала к тебе в гости.

И вот ты выходишь на улицу. Одет с иголочки, полон харизмы и уверенности, от тебя приятно пахнет, но вокруг, как назло, одни мужики! А из женского пола только Авдотья Митрофановна, что видела еще царя Николая, и толстая продавщица Ленка в ближайшем ларьке, которая уверенно подбирается к покорению второго центнера.

Ты идешь дальше, выходишь на главную улицу, а там словно все вымерло. И вдруг где-то вдалеке появляется симпатичный пуховичок и торчащие из-под него стройные ножки. Вот же оно! Обгоняешь, и уже готов отвесить свою лучшую шутку, а из капюшона на тебя смотрит Нечто. И ты понимаешь, что снова мимо.

Так и на этот раз. Я шел уверенный в себе, двухметровый и красивый. На руке моей покоился древний артефакт, способный дать отпор средневековым гопникам. Нет не убивать, до этого я пока не дорос, но хотя бы напугать кого-нибудь внезапно выскочившим из рукава лезвием.

А на улице не души! Даже со стражниками умудрился разминуться, хотя раньше и шагу не пройдешь, как их встретишь. Ну и ладно, не очень-то и хотелось.

Первые блюстители порядка появились на подходе к кварталу знати. Увидев меня, они слегка посторонились и посмотрели с уважением. Вот что делает внешность и уверенность! Великая сила, как ни крути. Я им кивнул в ответ и проследовал дальше. Где-то за следующим поворотом должна быть гостиница "Приморская жемчужина".

В большом, освещенном дорогими люстрами зале, меня встретила сразу шесть девушек в нарядных платьях, сошедшие как минимум с разворота "Плейбоя". И одна из них обратилась ко мне по-хевийски! Вот это сервис!

– Добрый вечер, мсье!

– Бонжур, мадемуазель. Я очень устал с дороги и хочу помыться. И подскажите, кто из моих земляков сейчас здесь? – осторожность не помешает.

– Сожалею, но вы немного опоздали. Граф Живанши покинул нашу гостиницу два дня назад.

– О, вы настолько хорошо знакомы с хевийцами?

– На самом деле ваши соотечественники крайне редко бывают в Приморске, а потому мы хорошо их запоминаем, – улыбнулась она, – Вы всего лишь второй посетитель из Хевии за этот год.

А вот это радует! Очень даже радует. Я и так, скрепя сердце, пошел на то, чтобы засветить Акакия в этой афере.

– Куда вас заселить и на сколько? – снова потрясающая улыбка.

Блин, ей бы зубную пасту рекламировать. Надо будет узнать, чем они тут чистят зубы, а то меня эти местные порошки жуть, как напрягают.

– Ты, давай, отвечай, не томи красотку!

– Еще бы цены знать. Если я спрошу сам, то сразу минус десять баллов к понтам.

– Выкручивайся, – хихикнул бог.

– А что имеется в наличии? – ну давай, детка, не подведи.

– Пять обычных номеров по двенадцать золотых в сутки, с видом на море – двадцать. И один полулюкс за сорок золотых. Люкс занят.

Ты же моя прелесть! Я был готов расцеловать ее за озвученные расценки, а еще больше за занятый люкс, поскольку там бы я, скорее всего, оставил все свое состояние. Минус восемьдесят золотых за два дня. А еще гребаные орехи выкупать, как бы не пришлось бежать за деньгами к Фархаду.

– Полулюкс, на пару дней.

– Дополнительные услуги будете брать? – она неоднозначно подмигнула.

– Я бы вдул, – не преминул меня поставить в известность Локи.

– Да ты всем готов вдуть, вот только денег у нас столько нет. Да и Акакий весь в ожогах – лишние приметы светить местным жрицам любви совсем ни к чему.

– Определюсь позже, а пока дайте мне уже по-человечески помыться, – устало ответил я ей.

Глава 18

Чтоб я так жил! Полулюкс меня покорил с первого взгляда, и я уже восхищенно представлял себе, что же может скрываться за стенами самого элитного номера. Помню, в одной соцсетей я видел цитату Конфуция. Так вот, перефразируя его скажу: "Даже в средневековье можно жить хорошо, если есть деньги".

Хм…или это был Джейсон Стэтхем? Да не важно!

А важно то, что на этой сотне квадратов, которые предстали передо мной было все что душе угодно: толстые бархатные ковры, ласкающие босые ноги; огромные кровати с белоснежными шелковыми простынями; шкафы, в которых можно было разместить Акакия и Прошку вместе взятых; и даже холодильник! Магический, мать его, деревянный холодильник!

Внутри я обнаружил несколько сортов спиртного, среди которых было пиво, о чем мне сообщила цветастая этикетка. Я не поклонник алкогольных напитков, но сейчас бы с удовольствием выпил чего-нибудь легкого. Взял темную стеклянную бутылочку и обнаружил незнакомую конструкцию пробки. А ну-ка, проверим – я набрал комбинацию символов, выгнул запястье, и из браслета выскочило узкое лезвие. Блин, как неудобно левой рукой орудовать. Ну ничего, с такой полезной штуковиной скоро стану самым настоящим амбидекстром.

Щелк! С десятой попытки пробка улетела в потолок, а я с жадностью припал к горлышку. Ммм… Жигулевское даже рядом не стояло. Идеальное сочетание крепости и легкой горчинки. Так-с, а тут что у нас? Здесь я еще не был.

Открыл последнюю неисследованную дверь и… попал в рай! Настоящая сауна, отделанная красным деревом и чем-то очень похожим на кафель! С печкой, ароматными дровами, парилкой, душем и даже небольшим бассейном, который легко вместил бы всех шестерых встретивших меня фотомоделей и Акакия в придачу.

Я хочу так жить! Определенно. И плевать, что для этого нужно будет сделать. Не раздумывая скинул одежду и с разбега плюхнулся в подогретую воду, подняв в воздух кучу брызг. Мелковато для двухметровой туши, даже целиком не скрыло, но это пустяк. Зато пиво не пролилось. Я облокотился на бортик и блаженно закрыл глаза, попивая волшебный пенный напиток…

– Нравится?

– Еще бы, Локи! Если бы не эта ваша гребаная королевская битва – цены бы не было этому миру!

– Ну так развивайся. Стань крутым, чтобы ни к тебе, ни к алтарю, даже подойти не смогли. Завалишь всех, пожелаешь себе призом вечную жизнь и оставайся тут, сколько влезет.

– Ого, и вечную жизнь можно?

– И не только. Любое желание, означает – любое!

– Ну тогда с утра и начну, а пока еще немного покайфую, я это заслужил.

Этой ночью я спал как младенец, зарывшись лицом в потрясающе мягкие подушки. Впереди предстоит сложный день, где я должен буду показать все свое мастерство. Не уверен, что это закончится в первые же сутки, но я уже предусмотрел почти все варианты. Надеюсь все...

Утро началось с ритуала одевания и повторной наклейки усов и парика, которые в парилке, как ни странно, отклеились. Это нужно будет учесть. Выглядел я все также безукоризненно и даже свежим и отдохнувшим. Ну что, Акакий Дмитриевич Самойлов, идем делать деньги?

Я прихватил с собой золото и те пять орехов, которые мне пожертвовал Фархад. Перед самым выходом из номера проверил карту и здесь меня ожидал неприятный сюрприз. Разборки двух ближайших ко мне игроков закончилисьи победил южник, который теперь двигался в мою сторону. Километров триста – за сутки точно не доберется, а вот за двое может. Как бы он не пришел раньше, чем я все проверну. Учитывая его предыдущую скорость движения, он либо на коне, либо у него есть какая-то примочка, позволяющая перемещаться быстро. Странно, что он избегает больших трактов, а двигается лесами. Ну-ка.

Приложил палец к его значку и услышал голос: "Алтарь Кир-Туле, представитель – Верв."

– Локи, друг, скажи, что он тоже тупой, а? Ну пожалуйста.

– А с чего ты так решил? – удивленно ответил бог.

– Мне на ум просится продолжение его ника: Верв – Вервольф. А учитывая, что он избегает людских маршрутов и движется по лесу, да еще со скоростью, превышающую человеческую, мне кажется, что он оборотень. Такое может быть?

– Прости, Ватсон, но я не могу тебе подсказать. А способность у игрока может быть любая, в том числе самая невероятная.

Мне показалось, или я услышал нотки восхищения? Да и Ватсоном он меня называл только тогда, когда я догадывался о чем-то. Скорее всего я близок к правильному ответу.

– Ладно, понял. Ты, кстати, мне не рассказал про Скорострела. О его второй способности.

– Гипноз. Раз в неделю он мог внушить что угодно и кому угодно. И именно это главная причина его тупизны. Вот что бы ты сделал в первую очередь, обладай таким умением?

– Напросился бы в гости к мэру Приморска или к Кособокому, и развел их на бабло, – изумился я. – Это же само напрашивается!

– Ну вот видишь! А он в циркачи подался, да баб гипнотизировал, чтобы ноги раздвигали. Пожалуй только один раз он применил умение по делу, когда одурманил Прошку.

– Ну, может ему совесть не позволила. Кристинка, вон, тоже обманывать не может.

– Ей это и не нужно. Поверь, твоя русалка один из фаворитов игры. Первая тысяча.

– А я?

– Двадцать три тысячи четырнадцатый. Отбой! Уже Двадцать три тысячи десятый.

– Зашибись. Обо мне реально так хреново думают?

– До того, как ты нашел артефакт, был сорок тысяч какой-то там.

– Вот спасибо!

– Всегда пожалуйста.

Так, хватит болтовни. Пора идти колбасить рынок. Но перед этим еще один штрих.

Я спустился в холл гостиницы, обменялся со вчерашней красоткой улыбками и двинулся в сторону ближайшего магазина с простой, но качественной одеждой, где купил точно такой же набор вещей, что и у Шныря. После этого вновь вернулся в гостиницу и поднялся к себе в номер, где облачил Акакия в новые покупки, сделав его не отличимым от местного.

– Думаешь так лучше? – поинтересовался Локи.

– Ну вот представь. Ты – богатый барон, путешествующий без свиты и охраны. Собираешься идти на рынок, чтобы расстаться с крупной суммой денег. Зачем тебе привлекать лишнее внимание? Обеспеченные люди зачастую в такие места одеваются просто и не светят своим богатством на каждом углу. Фурор в гостинице создан, перед стражниками мы вчера в колготках покрасовались, так что я думаю, Кособокий и мэр уже в курсе, что в городе остановился знатный человек, а если и нет, то сегодня точно будут. И теперь он решил прогуляться на рынок инкогнито. Логично?

– Убедил.

Я переоделся и снова спустился вниз, создавая суету и показывая себя переодетого, как можно большему количеству людей. Специально задержался в холле перед стойкой, чтобы все девчата заметили мой новый прикид, после чего наконец-то двинулся в сторону главной жемчужины этого города – Приморскому рынку.

– Здраздвуйде, у ваз езть газдаг? – я покатал на ладони орехи перед торговцем фруктами.

– Газ… эээ? – он уставился на мою руку и отрицательно покачал головой, – Нет, чего нет того нет. Впервые вижу такие.

– А у ваз? – я повернулся к его соседу и продемонстрировал пять плодов кастака.

– Хрень какая-то… А что это вообще такое? – он взял один орех, повертел его в руках и положил на место. – Не, нету.

– А говорили, жто в Бриморзге взе езть, – разочарованно всплеснул я руками и поплелся дальше по рынку.

– Газдаг ездь? Газдак ездь? Гублю дорого. – я ходил по рядам уже около часа, и постепенно создал знатную движуху. Торговцы бегали от одного к другому, переговаривались, разочарованно качали головой, и снова возвращались на свои точки.

– Почем возьмешь? – сзади раздался вкрадчивый голос.

Ну наконец-то! Я уже думал подключать людей Фархада.

Обернулся. Передо мной стоял щуплый парень, лет двадцати трех, ничем не отличающийся от большинства торговцев.

– У дебя езть газдаг? Погажи!

– Ну, на рынке нет, но я могу принести.

– Згольго можежь? Мне много надо газдага!

– Килограмма два-три, может чуть больше. Смотреть надо. Но вы сначала цену свою скажите.

– Воземьдезят золодых за килограмм! – произнес я громко, – Дороже брадь не буду, и не думай!

Пацану аж плохо стало. А услышавшие озвученную цену торговцы резко зашебуршились и забегали с удвоенной скоростью. Весь рынок теперь искал кастак для чудаковатого покупателя.

– Ж-ждите… я… я… сейчас. – парень сорвался с места и побежал куда-то с рынка в сторону административных зданий.

– Опа, попался голубчик!

– Еще нет, Локи. Это лишь шестерка Кособокого, мышеловка только открылась.

Прошло минут десять и возле меня нарисовалось несколько человек из местных, которые на перебой мне толкали орехи. Два ореха, пять орехов, десять. Несерьезно. Видимо это те, кто взял на пробу у Фархада, но теперь пожелал избавиться от них и срубить легкие деньги. Вскоре подтянулась парочка стражников, которые встали в сторонке и не сводили с меня глаз.

Я одолжил у торговца весы и щедро раздавал золотые налево и направо. Это было нетрудно, поскольку там в сумме еле набрался килограмм. Однако, продолжение уже становится опасным. Не дай бог у кого-то из местных жителей окажется крупная заначка со времен царя Гороха. Не мог же Фархад их самым первым сюда привезти? А в этом случае мне придется как-то выкручиваться. Тем временем стражники внимательно смотрели за продавцами и записывали что-то в блокнотик. Скорее всего чтобы потом стрясти с них пошлину или что там у них. Ну где же ты, парень?

– Вот! – через толпу пробился самый первый мой клиент, опустил на весы холщовый мешочек и торжественно объявил: – Два килограмма, семьсот грамм!

– Эдо будед…, эдо будед…, – я прикинул в голове цифры и объявил, – Двезди жезднадцадь золодых!

Толпа замерла и уставилась на меня. Я неторопливо извлек сумку, подошел к прилавку и отсчитал двести шестнадцать золотых монет. В этот момент на рынке стояла такая тишина, что было слышно как мухи ползают по поверхности переспелых дынь.

– Збасибо! – произнес я и сгреб орехи в мешок.

– А сколько вам всего надо? – поинтересовался парнишка, дрожащими руками складывая монеты в холщовую сумку.

– Дризда гилограмм. Но зегодня взё, у меня еще езть дела, а завдра я знова зюда бриду.

И опять у пацана отвисла челюсть, а я, ни говоря больше ни слова, развернулся и пошлепал в сторону квартала знати. За мной увязалась пара подозрительных типов в капюшонах, однако стражники быстро шуганули этих проходимцев, заняв их место, и проводили меня до самой гостиницы. А когда я уже поднялся на крыльцо, то услышал восхищенный присвист одного из них. Все-таки гостиница была топовой в этом городе. Ну давайте ребятки, Кособокий с нетерпением ждет вашего отчета.

– I love you , baby ! – Локи, изображая Фрэнка Синатру, надрывался в моей голове.

– Что у тебя за привычка радоваться раньше времени? – возмутился я.

– Он на крючке, чего бы и не порадоваться!

– Еще ничего не получилось, может найтись сотня причин, по которым все сорвется.

– Спорим получится? – хитро произнес бог.

– Ты мне не говорил, что гарантированно видишь будущее. Только про тысячи и тысячи путей моего развития. И вообще, на что ты собрался спорить? На деньги? Откуда они у тебя?

– Если выгорит, то обещай мне, что мы трахнем графиню Макарову в Дарграде! – загадочно ответил Локи.

Вот не люблю его этот тон, но поиметь с бога какую-нибудь плюшку весьма хотелось бы.

– Я ее в глаза не видел. И что значит мы? Ты альбом опять листать будешь?

– Ну я по факту в твой голове, так что да – мы! Альбом я убрал на верхнюю полку временно. У меня Агимея есть.

– А если ты проиграешь?

– Я тебе переведу ту надпись на подкладке твоего плаща, – предложил он.

– А нафига? С браслетом я и сам более-менее разобрался.

– О, брат… За эту надпись тебе королевский музей…

– Четыре миллиарда? Я согласен, – быстро ответил я.

– Не она столько не стоит, но если этим делом плотно заняться, то кто знает, что может получиться в итоге, – и снова хитрый лисий голос.

– А вот возьму и соглашусь!

– Сделка?

– Сделка!

До самого вечера я провалялся на диване, внимательно изучая карту. Кристина уже скрылась с видимой ее части и, похоже, находилась в противоположном полушарии. Позвоню-ка я ей.

– Для того, чтобы связаться с другим игроком, вам необходимо быть в группе. – сообщил мне безэмоциональный голос.

Не понял?

– А чего непонятного? Договор истек, группа распалась.

– А ты раньше не мог сказать? И как теперь быть?

– Нужно снова встретиться. Но вообще я против – ты слишком часто о ней стал думать. Это не приведет к хорошему. К тому же она сама не захотела, иначе бы с тобой связалась.

– Почему? Она же хотела телепорты совместные создавать…

– У нее спросишь при встрече, – отрезал Локи. – Или ты уже втрескался?

– Ну ты и свин скандинавский! И ничего я не втрескался, просто она…

– Она что? – перебил меня бог.

– Она прикольная, и она единственный игрок, которого я знаю лично.

– Так будет лучше для вас обоих, поверь. – он был серьезен как никогда.

– Она хотя бы жива?

– Ты узнаешь о ее смерти, я скажу, если что.

Причин не верить ему у меня не было, а потому я не стал продолжать эту тему. Странно, что так Локи разозлился.

Блин, а чего мне-то так стремно? Ну подумаешь, с девочкой не поговорил. У меня вон целая графиня на примете появилась. Я попытался перевести мысли в другое русло и начал исследовать карту, но глаза невольно возвращались на левый край, в то место где я последний раз видел ее значок. Хрень какая-то.

– Теперь понял? Сам же говорил, что это все лишь гормоны и химические реакции, так что забудь. Не время сейчас думать о других, думай о себе.

– Да все, все! Услышал! Забыли.

– Ну-ну…

– Кстати, тук-тук! – торжественно объявил Локи.

– Че?

– Через плечо, дверь открой!

Я не успел ему ответить, так как услышал отчетливый стук в дверь моего номера. На пороге стояла та самая белозубая красотка.

– Вам велели передать, – она протянула мне свернутое в трубочку письмо, скрепленное сургучом, а затем сделала легкий книксен и удалилась, соблазнительно повиливая крепким задом.

– Ууу, – завыл по-волчьи Локи.

– Это то, о чем я думаю?

– Ага. Рабочий у нее станок! Я бы пару смен за ним отстоял.

– Я вообще-то о письме спрашивал.

– Ну так открой!

Я осмотрел нечеткую, практически нечитаемую печать с гербом Приморска, сломал ее и прочел письмо:

"Уважаемый барон. Совершенно случайно до меня дошли слухи, что Вы интересуетесь неким редким товаром, коего у меня, случайно, имеется в изрядном количестве, а если точнее, то около двухсот килограмм отборного кастака. Готов его Вам уступить весь. Уверяю, подобного качества, да и самого товара Вы не сыщете больше нигде, ни в Приморске, ни на всем континенте. Если предложение интересно, то жду Вас после заката в ресторане "Золотая чайка", что в южной части Приморской набережной. Я вас узнаю.

С уважением, Борис Коновалов."

Так-так. Вес сходится, а вот клиент нет. Что это еще за Борис Коновалов? Или Вася Кособокий с мэром на пару решили не светиться? По идее логично, что они используют подставное лицо. Сделка крупная, а учитывая ее обстоятельства, никто не хочет выглядеть обманувшим целого барона, воспользовавшись его незнанием. Так не долго и на международный конфликт нарваться.

Я выглянул в окно. Солнце еще достаточно высоко висело над горизонтом. Что же, как минимум час у меня есть в запасе. По идее, за мной уже должны присматривать. Внимательно окинул взглядом округу. Четыре стражника на улице. Два из них вроде просто патрулируют, а вот два других точат лясы с парочкой гражданских. Последние периодически поглядывают на крыльцо, и рожи у них нагловатые. Местные опера? Вполне возможно.

Ну ладно, глянем кто-кого. Я нацепил хевийский костюм, баронский медальон и хорошенько подклеил усы. Красавец! Ну ни пуха, ни пера! Важно спустился по лестницы в холл и вопросительно уставился на девочек. Белозубая малышка была тут, как тут. Извлек золотой из кармана и покрутил им в руке с задумчивым видом.

– Вы знакомы с местной знатью?

– Конечно! – улыбнулась она, – Все их встречи только у нас и проходят.

– А Коновалова Бориса как охарактеризуете? – я заботливо поправил воротничок ее блузки и закрепил под ним монетку.

– Впервые слышу это имя. Хотя… если он какой-нибудь мелкий чиновник, ну или заезжий купец, то могу не знать, – она одобрительно кивнула головой, провела рукой по воротнику, и через секунду монета удивительным образом исчезла в ее руках.

– Спроси, у нее не Акопян фамилия? – раздался восхищенный голос Локи. – Я бы ее научил паре новых фокусов.

– Спасибо, – я поблагодарил девушку.

– Вы уже у нас сутки, дальше продлевать будете?

– Это зависит от того, найду я то, что искал или нет. Всего доброго!

Я сдержанно кивнул остальным красоткам и вышел на крыльцо. Задумчиво окинул взглядом стоящие неподалеку кареты и сделал вид, что решил прогуляться пешком, после чего неспешно двинулся в сторону порта, не оборачиваясь.

– Локи, те двое идут за мной? Глянешь?

– Вообще, это читерство.

– А раньше не было читерством?

– Ну оно такое…, – замялся он, – Мелкое. Вроде как можно, но вроде как и нельзя. Скажем, у богов тоже есть предел терпения. Используй свою цацку – она же отполированная, как у кота причиндалы!

Хм. А это идея. Я закатал рукав и посмотрел в отражение. Идут голубчики, морду солнышку подставляют, аки туристы заезжие. Ну пусть идут. У меня все схвачено. Так, вот и Прибрежная, дальше нам по ней на юг. Заодно глянем на корабль Фархада. Блин, какая-то здоровая лодка все перегородила.

С каждым шагом сердце билось быстрее. Пожалуйста, только не красная тряпка, только не красная... Я обошел крупное судно.

Белая! Значит к нему приходили договариваться насчет покупки!

– Ммм. Графиня Макарова уже в предвкушении.

– Да погоди ты. Мы еще этого Бориса не видели.

– Ты смотри-ка, охрану удвоили.

И правда, возле корабля торговца стояли не два, а целых шесть стражников! Ну и ладно, мне до них фиолетово. Пора идти дальше. В дальнюю часть города я еще не ходил, но судя по чистенькой улице, там находилось что-то вроде развлекательной зоны для обеспеченных. И патрулей тут стало заметно больше.

Вскоре улочка совсем преобразилась – вместо булыжной мостовой, блестели гладкие шлифованные плитки, а деревья вокруг были до изумления аккуратно постриженными. Появились симпатичные кареты, запряженные ухоженными лошадьми, а издали стала доносится музыка. Не кабацкая, а что-то вроде скрипок, только немного приятнее. Глянул в браслет и обнаружил, что мои преследователи куда-то исчезли, либо же просто затаились.

Мое путешествие закончилось у длинной террасы, на которой сидело множество гостей, одетых весьма и весьма недурно. Были тут и купцы, в национальной одежде, и местные ребята в знакомых вещах. Вывеска заведения, красноречиво сообщила, что я попал по адресу. Пошарил глазами по столикам и остановился на среднего роста мужчине, в шикарном сюртуке, который смотрел прямо на меня и указывал рукой на стул возле него.

Почти идеально замаскировался, вот только сюртук тебе слегка великоват парень и сидит на тебе, как мешок на пугале. Настоящий джентльмен себе такого никогда не позволит. И медальон, слегка похожий на мой, висит напоказ, крича всем, что я с окружающими одной породы. Впрочем, это пока не очень веский довод.

Хм... Я не поверю, что здесь нет Кособокого или мэра. Хрен бы я на их месте такое действо пропустил. Медленно и вальяжно двинулся к столу, внимательно осматривая все вокруг. Главу города я ни разу не видел, но он фигура важная и хоть как-то должен отличаться от остальных, а уж тем более сидеть особняком.

Опа! А это местная вип-зона? Взгляд упал на конструкцию вроде шатра, отделенного от основного пространства заведения перегородкой с красивыми шторами. Я бы может и не обратил внимания сразу на эту часть кафе, но после того, как оттуда выпрыгнула весьма хорошенькая официантка, ответ напрашивался сам собой.

– Приветствую вас, господин…, – мешковатый поднялся со своего места и протянул руку.

– Жан-Глод, одброзим официоз, – я принял его рукопожатие.

– Мог бы и попку погладить, – заметил Локи. – Мол ты мой друг навеки.

– А я Борис. Присаживайтесь, – он вновь указал мне место, расположенное аккурат спиной к загадочным занавескам.

– Збазибо, – я немного сдвинул стул чтобы видеть вип-зону, и уселся. – Идаг, ждо вы предлагаеде?

У нас завязался бурный диалог, в ходе которого тот представился таким же бароном, как и я, только с Приморска. Парень немного нервничал, постоянно теребя свой нагрудный знак. Он деликатно попросил меня показать мой баронский медальон, что я с удовольствием сделал. Борис придирчиво осмотрел его, затем задал мне несколько вопросов относительно моей "родины", словно невзначай. В основном они были поверхностные, но иногда касались тем, которые не мог знать случайный прохожий. Естественно, я с блеском выдержал этот экзамен, и даже описал внешность графини Тулемской, упомянув прелестную родинку на верхней губе.

Его я не стал проверять встречными вопросами, пытаясь казаться простым и прямым человеком. Все равно я уже окончательно уверился, что он не тот, за кого себя выдает. "Актер" торопливо ел, постоянно косился на занавески, а уж когда засадил бокал дорогого ароматного вина за два глотка, окончательно сдал себя с потрохами. Быть может я излишне придирчив, но тот факт, что такого барона не знала моя белозубая знакомая, ставил окончательную точку.

А восклицательный знак поставила официантка, которая слишком сильно откинула занавеску, явив мне на секунду жирного Василия, в компании с толстячком поменьше. Вы проиграли ребята.

– Моя цена восемнадцать тысяч золотых за двести килограмм отборного кастака, – он откинулся на спинку стула и внимательно наблюдал за мной.

Ого! Они еще и цену решили задрать. Ну нет, я буду играть до конца.

– Воземьдезят за гилограмм, и ни золодым больже! – отрезал я.

– Но позвольте, барон, у вас есть альтернативы?

– До меня дожли злухи, жто у одного дорговца можно губидь дежевле, чем даже я ходел! Буддо бы у него газтаг по бядьдезят золодых. Вруд, гонежно, но я завдра взе-даги похожу по гораблям. Можед быдь найду и зразу договорюзь увезди его в Хевию.

Ну и что ты ответишь мне, Борис-бритва?

– Уверяю, вас обманули! – на его лице появилось беспокойство, – В этом городе весь кастак только у меня. Впрочем, я согласен по восемьдесят. Когда вы его готовы забрать и чем будете рассчитываться?

Хм… Я вовремя сдержался, чтобы не ляпнуть "золотом". Все знают, сколько у меня было с собой вещей, а шестнадцать штук в кармане не пронесешь. Эх, когда вы дорастете до бумажных денег, а лучше до безнала. Впрочем, есть другой вариант.

– Доздавьте мне его в гоздиницу к завдражнему болудню. Моя охрана бриедет и бривезед деньги.

– А предоплата…, – неуверенно начал он.

– Гагая г чердям бредоблада? – мой кулак с грохотом опустился на стол, чем привлек внимание окружающих, – Я ваз вбервые вижу! Вы мне довар, я вам деньги! Разговор огончен!

Я подозвал официантку и попросил мне подать карету. Ну-с, теперь галопом в гостиницу!

Глава 19

Возле "Приморской жемчужины" к моему приезду уже дежурили несколько человек в непримечательной одежде, среди которых я узнал двух знакомых "оперов". Не палитесь ни разу, ага. Но, похоже, у меня возникла серьезная проблемка. Я неспеша рассчитался с возницей, оставив хорошие чаевые и взошел на крыльцо, изобразив усталый вид. Белозубка живо соскочила со своего места и склонила голову, ожидая указаний.

– Не беспокоить! – на ходу бросил я и потер виски.

– Господину нездоровится? – заботливо поинтересовалась она.

– Немного, – я сделал вид, что смягчился и неопределенно махнул рукой, – Погода местная плохо действует. К утру, скорее всего, буду в порядке. Никого ко мне не впускать. Всех настойчивых уведомите, что барон принимает завтра.

– Хорошо, господин Ван Дамм, – она снова одарила меня сдержанным поклоном и вернулась к себе.

Я вернулся в свой номер, плотно закрыл дверь, после чего сразу отправился в парилку избавляться от усов и парика. Кособокий решил подстраховаться максимально, и теперь мне срочно нужно придумать, как покинуть гостиницу. Фархаду я почти доверяю – он не из тех, кто кинет друга отца. Воспитание не то. Но, как говориться, береженого бог бережет, а потому, пока не ушел его корабль, мне срочно надо отсюда драть когти и сменить точку обзора.

Так, избавится от вещей, они сильно привлекут внимание на выходе из гостиницы. Оставлять их здесь не вариант – вдруг тут маги какое-то вуду практикуют? Найдут меня по магическому следу и хана. Хорошо что Акакий лысый и волос не набросал где попало.

Я скрутил в трубочку оба комплекта, включая сапоги, и забросил в печку в сауне. Затем развел огонь, подкинул дровишек. Пусть думают, что барон помыться изволил. Что еще? Убрать алтарь, карту и справочник по монстрам в опустевшую сумку. Кажется ничего не забыл. Хотелось бы прихватить холодильник, конечно, но не судьба. Пора прощаться.

Теперь превращаемся в Шныря, одеваемся и линяем, только надо как-то половчее. Вариант через окно был исключен сразу: соглядатаев на улице немеряно, караулят, чтобы клиент никуда не ушел. Изначально я полагался на лучшую тактику всех времен и народов – "морда кирпичом", которая работала на Земле отлично. Но сработает ли она здесь, учитывая консилиум ментов перед гостиницей?

Я прикинул возможные варианты развития событий. Если внаглую спуститься в холл, есть два варианта: меня проигнорируют, и другой – остановят и начнут выяснять кто и откуда. Во втором случае администраторши могут поднять кипишь. Девки тренированные, сразу поймут, что я не постоялец. Вызовут стражу. Те меня обыщут, найдут медальон, и я, фактически, приплыл.

Выбросить его? Но даже в этом случае меня могут загрести для выяснения. Я конечно не совсем оборванец, но до местного клиента не дотягиваю. С другой стороны: я ведь ничего не нарушал и просто "заблудился". Обыщут, да и отправят пинком на улицу. Или нет?

– Локи, чего думаешь?

– Тебе проценты вероятностей рассчитать? Не жирно будет?

– Между прочим, от этого зависит, будет ли у меня любовь с графиней Макаровой. Если меня в обезьяннике закроют, а Фархад покинет порт без нас, то вместо Дарградских дискотек мы будем ошиваться на лучших помойках Приморска.

– Макарова, это серьезно…, – понимающе потянул Локи, – Но нет. Прости, друг. Я не всесилен.

– Ну и ладно. Без тебя что-нибудь придумаю.

Хм, а если поискать обслугу? Они ведь явно не через парадный вход мусор выносят. На третьем этаже их пока не видно, но тут и номеров только три: два полулюкса и люкс. А вот на первом и втором очень много дверей. Эти господа не настолько хорошо осведомлены о внешности новых постояльцев, зато знают много чего из внутренней кухни. Аккуратно приоткрыл дверь, убедился что в коридоре никого нет и выбрался из номера. Идем на второй этаж.

Я спустился по лестнице и чуть не столкнулся с какой-то миловидной тетушкой в переднике. По венику и совочку в руках быстро сообразил, что она горничная. Та уставилась на меня, вопросительно вскинув брови. Идем в атаку.

– Вечер добрый. Дело у меня деликатное. Нечаянно выбросил в мусор документ.

– Это надобно вам на задний двор, помойка у нас там. А давеча дело было?

– Вчера, – предположил я. – Или утром сегодня.

– Ну, ежели вчера то навряд ли, что найдете. А коли утром, так может и сыщете что, мусор еще не вывозили. А важный документ-то?

– Очень. Я бы сказал секретный, потому не могу никому поручить это дело. Проведете черным ходом? Стыдно мне через парадный на помойку идти. Господа узнают знакомые, позора не оберусь потом...

Она протянула руку и уставилась на меня однозначно толкуемым взглядом. Я поискал в карманах мелочь и, не обнаружив ничего подходящего, со вздохом протянул ей золотой. Тетушка сразу приосанилась и повеселела, а потом утащила меня на служебную лестницу и вывела через черный ход на задний двор.

– Темнеет ужо, поторопитесь. Постучите в дверь, если что. Ну или выйдете вон через ту калитку в оградке, – она указала рукой в сторону угла гостиницы, – Изнутри открывается. Но только аккуратнее будьте, там ненароком и с господами важными повстречаться можно.

– Спасибо, вы очень меня выручили.

Она кивнула и захлопнула дверь. Я внимательно осмотрелся по сторонам и обнаружил телегу, загруженную мусором. Эх, где наша не пропадала! Поднял какую-то старую простынь, накидал в нее хлама и направился к калитке, взвалив узел на плечи.

Как и ожидалось, у этого выхода тоже дежурили двое в штатском.

– А ну посторонись, босота! – рявкнул я, – Ходют тут, бродют! Работать спокойно не дают.

– Ты бы, мужик, выражения выбирал! – незлобно ответил один из них, но дорогу уступил.

Я строго зыркнул в их сторону и поплелся в ближайший переулок. Кажется прокатило... Едва вошел в подворотню, как тут же закинул мусор в ближайшую канаву и пошагал в сторону порта.

– А я что говорил? – довольно хмыкнул Локи и с издевкой добавил, подражая мне: – "У меня плохие умения, всем повезло, а мне нет!". Спасло ведь тебя двуличие?

– Ладно, ладно. Хорошие умения. Но я и без них бы провернул все, просто каждый этап стал бы сложнее.

– Ну-ну. Ты кстати ничего не забыл сделать?

– Вроде нет, – удивился я.

– А мне кажется – забыл.

Я быстро промотал события сегодняшнего дня и сообразил. Карта! Отошел в сторонку и развернул ее под фонарем. Игрок Верв был километрах в семидесяти от меня и двигался по тракту в сторону Приморска.

– Он там на ракете летит?

– Не спрашивай, все равно не отвечу.

– Походу он где-то раздобыл деньги на дилижанс.

– Все может быть.

– Так валить надо!

– И я о том же. Ну, или можно заманить его в ловушку.

– Не, я пас. Если у Фархада прошла сделка, нужно быстрее дергать с этого города. Двое у калитки меня срисовали уже. Не факт, что хорошо запомнили, но Кособокий весь город на уши подымет завтра и будет трясти своих подчиненных. Кто-нибудь, да упомянет невзрачного парня, вышедшего через черный ход.

– Тогда в порт!

Я пришел вовремя. У корабля Фархада стоял почетный караул, в количестве десятка стражников с факелами, и пара запряженных лошадьми карет. По трапу спускались дюжие парни со знакомыми ящиками в руках. Я занял место в тени неподалеку, облокотился на перила, якобы любуясь вечерним морем, и внимательно наблюдал за погрузкой. Парни поставили ящики, затем вдвоем подняли с пирса тяжеленный сундук, и, дрожа от напряжения, потащили его вверх.

– Ух, Тоха! Ты в курсе что там? – спросил Локи, и сам же ответил, – Там наши денежки!

Я его радости, как ни странно, не разделял. Внутри меня появилось непонятное чувство… Казалось бы – я провернул одну из самых денежных афер в своей жизни, причем очень удачную. Не Скобелев, конечно, но и не те мелкие сделки с продажей никому не нужных радиодеталей наивным лопухам, с которых я начинал свой путь. Идея с орехами очень была похожа на нее, только здесь я обманывал не владельца ларька, а целого мэра и его цепного пса Васю. Нечистые на руку чиновники – моя слабость. Облапошивание таких индивидуумов дает какое-то невероятное моральное удовлетворение.

И радоваться бы мне, но что-то гложет. Нет, не совесть – с ней я давно не разговариваю. Какое-то ощущение, что слишком все легко получилось, и в конце обязательно будет подлянка.

– Э-э! Рефлексию в жопу! Чего нос повесил? Впереди графиня Макарова и ее приданое!

– Не знаю, Локи. Чувство внутри нехорошее. Будто что-то произойдет, такое иногда бывает. Моя прошлая махинация закончилась моей же смертью. И видимо сейчас я на уровне подсознания чего-то боюсь.

– Ну смотри, – попытался успокоить меня бог, – Скоро закончится погрузка. Команда Фархада на месте, времени у тебя до завтрашнего полудня больше десяти часов. Все знают, что барон Ван Дамм приболел и мирно отдыхает в своем номере. Очухаются местные боссы, когда вы уже будете у черта на куличках. Твой противник даже еще до города не добрался, а ты…

– Стоп! Верв!

Я вновь развернул карту и похолодел. Игрок, скачущий в Приморск по мою душеньку, уже находился километрах в тридцати от той самой деревеньки, где я играл в салки с Прошкой. Спасибо, Локи! Ты всегда умеешь намекнуть.

Погрузка закончилась, карета с кастаком тронулась, и у корабля осталось всего два стражника. На борту появился Фархад, разговаривающий с довольным Кособоким. Не опознать эту тушу в темноте было невозможно. Я двинулся им навстречу, миновал охрану и начал подниматься по трапу.

– О! А вот и мой последний матрос! – весело произнес он, увидев меня, – Теперь я могу спокойно плыть в Тинзу.

– Плыви-плыви, да побыстрее! – ответил начальник стражи и противно улыбнулся, – И вези еще кастак. В следующий раз будет у тебя на него разрешение.

– Конечно! Я думаю мы еще не раз с вами поработаем! – довольно ответил парнишка.

Кособокий ухватился двумя руками за канатные перила и медленно начал спускаться вниз.

– Ни хрена себе, а парень на ходу учится! – изумился Локи.

– С чего ты решил? Ну да, на радостях подыграл мне.

– Э-э, Антон, ты его недооцениваешь, – уверенность Локи била через край, – Ты знаешь, что Тинза в другой стороне? Он только что одной мимолетной фразой скинул потенциальный хвост. Они же завтра с мэром будут искать способ как возврат товара сделать.

– Серьезно? Ну тогда ты прав. Видимо парню понравились легкие деньги, вот стратегическое мышление и заработало.

Начальнику стражи наконец-то покорился опасный спуск. Он что-то рявкнул своим подчиненным, а затем вперевалку двинулся к оставшейся карете. И только когда он смог втиснуться в нее и тронулся с места, Фархад тихо прошептал:

– Идем, Иван.

Едва мы с ним спустились в каюту, как он запрыгнул мне на шею и расхохотался.

– Ты и вправду лучший делец в этой стране! Отцу расскажу – не поверит!

– По пятьдесят продал?

– По сорок пять, – на его лице появилось виноватое выражение, – Если хочешь, я тебе лодку так отдам.

– Выдохни и расслабься! – я похлопал парня по плечу, – Все прошло лучше некуда. Ты когда отчаливаешь?

– Да можем прямо сейчас поплыть, если нужно.

– Нужно, очень нужно, Фархад.

Пристань медленно удалялась, растворяясь в ночи. Мы с молодым торговцем облокотились на перила у кормы и обсуждали успешную сделку. Точнее, говорил только он, взахлеб рассказывая о том, как торговался с Кособоким, а я внимательно смотрел вдаль. Туда, где на самом краю Приморска горел столбик белого света, который с нечеловеческой скоростью приближался к пирсу. Его никто не видел, да и не мог видеть, за исключением меня.

– Фархад, дай подзорную трубу.

– Держи, – он снял с пояса прибор и передал мне. – Что-то заметил?

Я приложил окуляр к глазу и следил за тем, как свет приближался. Вот он уже на Прибрежной улице и через несколько секунд я увижу еще одного игрока…

– Ну что, Ватсон. Ты был опять прав, – хмуро произнес Локи. – И такие есть ребята.

– Это нереально…, – дрожащим голосом произнес я вслух.

– Все реально, Иван! Идем, посмотрим на наше золото, да по чарочке кшашты выпьем! – весело ответил Фархад, решив, что я обратился к нему.

Он не видел, того, что видел я в данную минуту. Огромный белый оборотень, влетел на пристань и поднялся на задние лапы. Передними, напоминающими руки громадного бодибилдера, только оснащенными полуметровыми когтями, он за несколько секунд разорвал на части двоих находящихся там стражников, после чего посмотрел вдаль, на удаляющийся корабль, и громко завыл на обе луны. И в этом вое чувствовалась угроза и обида.

– Все, кончай киснуть! Пусть он себя там плачет, да волосы на мохнатой жопе рвет. Мы оказались хитрее. Айда бухать в трюм!

– Фархад, а много у тебя кшашты? – задумчиво произнес я.

– До места твоей высадки нам точно хватит.

– Это хорошо, очень хорошо. Сегодня Иван Горохов напьется вусмерть.

Пробуждение было… А не было пробуждения в его привычном смысле. Была жуткая головная боль и адский сушняк, а еще желание выброситься за борт. Фархад не многим был лучше, и полночи мне втирал про то, что кшашта очищает чакры и прочую лабуду. Утром он согласился, что чакр не существует, и уполз куда-то в коридор в поисках опохмела.

Лежа на ковре, усыпанном толстым слоем золотых монет, и боясь пошевелится, чтобы в голове не отвалился очередной кусочек мозга, я мечтал о том пиве, что радостно встретило меня в гостеприимной "Приморской жемчужине", проклиная кастак, кшашту и всех, кто ее выращивает. Фархад вчера сообщил, что мы, оказывается, пьем не самую крепкую, а всего ее существует четырнадцать сортов. По преданиям есть пятнадцатый, и кто его откроет, тот получит от султана… Не помню… Но что-то очень дорогое, потому что я обещал навестить его семью и обязательно найти секрет легендарного напитка.

– Ну, как самочувствие, Антоша? – ехидный голос Локи прозвучал в голове словно колокол, отчего меня скрючило на полу.

– Пожалуйста, молчи, – прохрипел я, не сразу сообразив, что разговариваю с богом вслух.

– Кто там? – донесся голос Фархада из коридора.

– Никто. Это я с духами разговариваю.

– А… ну ладно. Я тут кое-чего нашел.

– Не нашел, а брат дал! – послышался обиженный голос Карима.

– Мой младший брат, оказывается, пьет, – задумчиво произнес Фархад, – Как быть?

– Понять и простить… Скажи, что это холодное пиво, пожа-а-алуйста.

– Иван, а ты чего, правда с духами говоришь? – голос парня прозвучал ошеломленно, – Отец не говорил, что ты провидец.

– Да шучу я так..., – внезапно до меня дошло, что он имеет ввиду, – Погоди! Серьезно? Пиво?

– Угу. Брат в трюме спрятал. За коробками.

Фархад переполз через порог, держа в руках две бутылочки, с которых медленно стекал волшебный пар…

– Дай! – я протянул к напитку трясущиеся руки.

– Держи, – он выдал мне одну, и уселся рядом.

Чудесный горный водопад, окропил пересохшую изможденную землю. Там где раньше была лишь пустыня начали расцветать чудесные бутоны волшебных…

– Реально так круто? – вмешался в мои образы Локи.

– А ты чего, ни разу не напивался?

– Я не могу… Не действует. Вот амброзия штырит не по-детски, но от нее побочек нет, – грустно произнес бог. – А иногда так хочется простого человеческого счастья.

– Ну его на хрен такое счастье. Синька – чмо!

– Воу, прикольная фраза, надо записать.

– А то ты ее не знал?

– Не-а. Стэтхем сказал?

– Ой все.

Не знаю, посылали за нами погоню или нет, учитывая новое бедствие в виде появившегося в городе оборотня. Одно я понимал точно – я вновь совершил отличную аферу. И, самое главное – выжил, вопреки опасениям. Оборотень вчера мне отчетливо дал понять, что игра, на которую я подписался, совсем не игра. Я всего лишь хочу обезопасить себя и жить нормально, периодически продлевая свое существование в этом мире; убийство игрока для меня лишь необходимость. Верв, в отличии от меня – убийца, настоящий убийца, который не остановится ни перед чем.

Я развернул карту и оглядел Приморск и окрестности. Оборотень-неудачник двигался по суше в мою сторону, но заметно отставал. За следующие три дня, если будет хорошая погода, мы достигнем того участка моря, где мне придется распрощаться с Фархадом. В итоге он оказался очень порядочным и приятным парнем. Не знаю, влияние ли это его отца, благодаря которому я стал Иваном Гороховым, или же парень просто молод и ему даже в голову не пришло попробовать меня кинуть. Либо он такой и есть – простой и порядочный.

– А ты бы его кинул, поменяйся вы ролями?

– Нет. Я никогда не кидал подельников.

– А говоришь с совестью не в ладах. Ладно, давай досмотрим карту.

Я перевел взгляд левее. Так, вот это Усть-Белогорск, через который мне предстоит держать маршрут. Один из старинных городов, задуманный древними вестландцами как морской и речной порт, устроенный в устье реки Зарянки. Однако вопреки их мечтам, исходя из рассказа Фархада, неподалеку от этого места давным-давно произошло землетрясение, сильно поднявшее дно. В результате этого местная акватории стала непригодной для судоходства. Городок после этого захирел и превратился в рабочий поселок шахтеров. Вдоль русла реки пролегал небольшой горный массив, где добывали известняк и мрамор, которые потом возили грузовыми судами в глубь континента.

Я планировал добраться на лодке до причала, а оттуда уже двинуть вверх по реке на каком-нибудь судне. Расстояние между Усть-Белогорском и Дарградом составляло чуть больше трехсот километров. На всем этом промежутке не было замечено ни одного алтаря, зато в Дарграде обнаружилось сразу три. Я отметил карандашом их местоположение, чтобы отслеживать перемещения, после чего устремил взгляд на Верва. Он здорово отстал от меня и сейчас немного изменил маршрут вглубь континента. Севернее него нарисовался еще один алтарь, и, судя по всему, новый игрок воспользовался телепортом, так как еще вчера там было чисто. Я очень надеялся, что эти двое забудут про меня и решат выяснить между собой отношения.

Вставал и еще один важный вопрос: куда спрятать свой собственный камушек? И я все больше склонялся к тому, что он должен быть под надежной защитой. Хватит его таскать с собой и являться маяком для остальных. Может быть вообще отдать его в серьезный банк? Будут конечно проблемы с собственным воскрешением, но я пока и не планирую умирать. Зато через мощную охрану будет сложно пройти даже таким, как оборотень.

Ладно, это все будущие проблемы, а пока будем решать насущные. Три дня на корабле Фархада подошли к концу. Я с удивлением понял, что могу стать в этом мире самым крутым лоцманом. Мне не нужен компас, не нужны звезды – взглянув на карту, я вижу себя словно на экране GPS-приемника. А главное – в море меня никому не достать! По крайней мере я пока что так думал.

– Если ты устроишься работать моряком, я с тобой перестану разговаривать. – обиженно произнес Локи. – Ты позоришь нашу профессию даже просто думая об этом!

– Ну это так, на крайний случай, – хихикнул я, – Но, кажется, я нащупал твое слабое место.

– Ну-ну, я посмотрю как ты будешь смеяться, когда увидишь госпожу Макарову. Спор ты проиграл, помнишь?

– Да что с ней не так? – меня распирало от любопытства, – Думаешь я влюблюсь? Хрен тебе! Деньги? Я конечно могу нахаляву переночевать у красотки, если пойти некуда, но "альфонсом" никогда не был и не буду.

– Как знать, как знать…

– Иван! Пора! Здесь мы расстанемся, – окликнул меня Фархад. – Вещи все упаковал?

– У меня из вещей только вот, – я легонько пнул тяжеленный сундук, в котором были упакованы почти пять тысяч золотых монет.

– Ну, тогда пришло время расставаться, друг! Отцу ничего не хочешь передать?

– Передай, что он воспитал достойного сына! У тебя большое будущее, Фархад. – я похлопал его по плечу, поставил сундук в лодку и забрался следом.

Несколько минут я еще наблюдал за тем, как его корабль набирает скорость, ловя попутный ветер. Даже немножко стало грустно – из него мог бы получиться неплохой напарник.

– Ну что погребли?

– Погребли, – вздохнул я и уселся за весла.

Блин! Как же непривычно заниматься гребаной греблей! Как-то медленно выходит. Я постоянно оборачивался к носу шлюпки и смотрел на узкую полоску земли, которая никак не хотела приближаться. Еще и ее дно оказалось слегка рассохшимся и понемногу протекало. Вычерпать не долго, но пока лень.

Я хлопнул себя по лбу. Нафига я, спрашивается, эксплуатирую дохлого Шныря, если у меня есть качок Акакий?

– А ничего, что ты его одежду спалил?

– Да я же тут один в море, кто меня увидит? Ближе к берегу перекинусь обратно.

– Ну так-то да…

Я быстренько скинул с себя одежду. Хм... А куда ее положить-то? Лавочка узкая, на дне сыро, мочить вещи неохота. Во, точно! Сундук. Фархад говорил, что он непромокаемый. Открыл замок и аккуратненько уложил внутрь все свои вещи.

– Сумку с алтарем не убирай.

Я не стал спорить, положил камень в котомку и повесил ее на плечо. Затем перекинулся в Акакия, пару раз поплевал на руки и погреб с удвоенной силой.

– Ну вот Локи, другое дело! Так я до берега минут за сорок догребу.

Бог ничего не ответил.

– Локи, ты чего помер там?

Тишина.

– Локи! Нет, только не это! Пожалуйста.

Я вскочил на ноги и принялся вращать головой. Кто? Где? Я же в море! Откуда? Неужели еще один игрок, способный жить в воде? Потянулся к ящику, чтобы достать карту, и в этот момент шлюпку сотряс невидимый удар, от которого она раскололась вдоль и начала быстро набирать воду. Нет! Нет! Вцепился в драгоценный сундук, а в следующую секунду разглядел противника! Он висел прямо над моей головой, полупрозрачный, словно сотканный из воздуха, и шептал какое-то заклинание, производя руками загадочные пассы.

Мать-перемать! Да за что? Ведь так все хорошо начиналось!

Так, не паниковать! Я теперь вооружен. Выпрямился во весь рост, навел левую ладонь на мага и, затаив дыхание, выстрелил отравленным дротиком. Незнакомец, резко оборвал каст и протянул руку вперед, предугадав мои намерения. Металлический штырек застрял в воздухе, словно уперся в какой-то барьер.

– Щенок! – взревел он и снова быстро зашевелил губами, готовя следующую атаку.

Ну хоть заклинание ему сбил. Вот только проблема все равно не решена. Что же делать, что же делать?

Я лихорадочно пытался понять, как мне спасти свою задницу. Умирать очень не хотелось.

Лодка уже на треть была полной. Я вновь перевел взгляд на игрока и понял что мне сейчас придет хана. Он отвел руку далеко назад, и над ней сформировался какой-то поток воздуха, вращающийся словно смерч, готовый вот-вот сорваться в мою сторону.

Ну уж хер тебе! Я вдохнул полную грудь воздуха, схватился за сундук и сиганул в воду. Тяжелый ящик быстро потащил меня вниз. Голова не переставала думать ни на секунду, ища решение.

Внезапно море сотряс мощный хлопок, который меня оглушил и выбросил на поверхность, а затем смерч подхватил мое тело и закрутил над водой. Я беспомощно завис в воздухе, наблюдая как мир вращается вокруг.

Еще и сундук утонул со всеми вещами... Хорошо хоть алтарь при мне. Локи, гаденыш! Не зря он мне сказал не класть камень в сундук. Знал заранее!

– Ты – еда, для таких как я, – расхохотался незнакомец. – Отдай мне алтарь, и быть может тебе удастся спокойно дожить отведенный срок в этом мире.

Алтарь! Точно! У меня же есть поглощенный алтарь!

"Идентифицировать!"

– Обнаружен игрок Абутал Дагра, покровитель Хар'Ген.

– Ну наконец-то! Сразу не мог этого сделать? – возмутился Локи.

– Растерялся. Быстро говори, как телепортироваться?

– Ты должен ясно представлять то место, в которое хочешь попасть. Дальше я все сделаю сам. Кстати, у тебя член по ветру прикольно болтается.

– Вот ты животное! Я тут умираю, а ты о членах думаешь!

– Алтарь! – проревел игрок. – Ты глухой? Плевать! Я тебе предлагал! Сейчас я сам заберу его с твоего тела.

Он резко двинул кистью вперед, и смерч на огромной скорости понес меня к берегу, угрожая разбить мое тело о скалы.

Зеленый остров? Приморск? Прошкина деревня? Снова начинать заново путь? Ну уж нет! А если… Я зажмурился и представил ту яркую картинку с моего справочника по монстрологии. А в следующую секунду ощутил под ногами твердую землю и открыл глаза.

Вокруг меня играл духовой оркестр, торжественно били барабаны, а на высоком помосте, прямо передо мной стоял какой-то старичок в пенсне и вещал что-то про гордость за новое поколение и будущие светочи науки. Внезапно музыка стихла. Дедушка в недоумении снял пенсне протер его, а затем снова водрузил на нос и ошеломленно уставился на меня. Раздался дикий хохот. Он доносился отовсюду: сзади, слева, справа…

Я повертел головой по сторонам и понял, что стою прямо в центре праздничной площади, а вокруг меня все заполнено молодыми людьми в ярких желтых мантиях. Причем стоял я одетый в только в кожаную сумку и браслет...

– Это... Антон… Кажется мы попали на чей-то выпускной. Добро пожаловать в Дарград!

От автора: Друзья. Надеюсь вам понравилась книга. Если так, то ставьте лайк, и добро пожаловать на следующий том!

https://author.today/reader/134744

Content

Манипулятор

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19