Зиборов Александр Алексеевич

Секретная миссия Суперагента

Секретный агент Космической полиции (Космопола) Виктор Удальцов шёл в кабинет начальника с предчувствием ужасной головомойки, аж мурашки по телу пробегали. Он сознавал, что заслужил самых нелестных слов, самого сурового наказания, ибо провалил уже девятое задание подряд. Провалил бездарно, по собственной глупости, что следовало признать. Как и в прошлые разы. Надо же было не проверить крепления ремней кобуры, и в результате этого пистолет вывалился в самый неподходящий момент: на гулкий паркет и на глазах многочисленной толпы гостей, которым он был представлен аполитичным библиотекарем. Нет, лучше не вспоминать подобный позор, ехидные взоры и гримасы!..

Яростно мотнув головой, Виктор отогнал воспоминания и вошёл в приёмную. Секретарша глянула на него и невольно ойкнула, сразу же заалела щеками и остолбенела, глядя восторженными глазами на агента. Он досадливо поморщился, давно привыкнув к подобной реакции женщин, а потому мало обращал внимания. Сейчас же ему вообще было не до очередных ласкающих глаз. В него влюблялись буквально с первого раза.

Надо сказать, Виктор Удальцов имел на редкость впечатляющую внешность: необыкновенно мужественное лицо с волевым подбородком, голубые глаза, действовавшие на представительниц слабого пола неотразимо, словно выстрел в упор. Ладную голову обрамляли русые волосы, свободно ниспадавшие на широченные плечи. Плюс к этому высокий рост, развитая рельефная мускулатура, девичья талия и стройные сильные ноги. Словом, агент являл собой просто образец мужской красоты в самом расцвете сил.

Только вот, как за глаза подшучивали его коллеги не без доли зависти, содержание значительно уступало форме. Они имели в виду не особенно выдающиеся интеллектуальные показатели Виктора. Острили: мол, у него в голове одна извилина, да и та – от фуражки. Правда, справедливости ради следует заметить, что агент не был дураком, вовсе нет. Скорее несколько простоватым. Губило его то, что время от времени – и сие стало почти привычкой или традицией! – Удальцов допускал непростительные промахи для человека его профессии. Трудно было сказать, почему они происходили – то ли по его простодушию, то ли по рассеянности, забывчивости, то ли ещё по какой причине, но случались регулярно.

Секретарша со щеками, залитыми жарким румянцем, пригласила агента в кабинет.

Двери бесшумно скользнули в стороны и погрузились в стены. Виктор переступил порог, малодушно вздохнув. Дверные створки за его спиной вернулись на прежнее место.

Капитан Кузнецов холодно ответил на приветствие агента и показал на стул:

– Садитесь.

Несколько минут капитан занимался своими бумагами, демонстративно не обращая внимания на Виктора. Потом выпрямился, недовольно оглядел агента и отвернулся в сторону, раздражённо барабаня пальцами по столу.

Удальцов начал терять терпение, не понимая: с какой стати был прерван его отдых в санатории «Самарская Лука», зачем он вызван к начальству?.. Не выдержал и нарушил субординацию, решив, что ему уже нечего терять, спросив:

– Вы же зачем-то меня вызвали? Зачем? Может, уже известите об этом?!

– Наберитесь терпения, узнаете.

– Говорите прямо, чего тянуть, я готов к любому вашему решению. Я понимаю, что заслужил…

– Действительно – заслужили! Будь моя воля, я бы вас давно погнал со службы. Вас, Удальцов, и близко нельзя подпускать к такой работе! Она не для вас. Столь бездарных сотрудников я за всю свою службу не видывал. Более, чем за двадцать лет! Всякие у нас были, но такие… – Капитан покачал головой.

– Вот и увольняйте, раз так. Я не стану оспаривать вашего решения, – покорно ответствовал Виктор.

– Не всё зависит от меня. К сожалению, и вы это хорошо знаете, есть у вас защитники. Благодарите своего отца, он – легендарная личность: Алексей Александрович Удальцов отдал свою жизнь, спасая товарища. Его все уважали, больше того – любили! И любят до сих пор. Потому и щадят вас, как его единственного и любимого сына. В память о нём. Любого другого не пощадили бы и за сотую долю ваших… – Кузнецов замялся, не находя нужного эпитета. – Да, за сотую долю ваших художеств, скажем так! С треском и позором бы погнали на все четыре стороны!

Виктор опустил голову и вздохнул: увы, всё сказанное являлось чистой правдой, спорить он не мог. Его отец работал в Космополе, был здесь знаменитостью, слава Алексея Удальцова гремела по всей Галактике. О нём снято множество документальных и художественных кинофильмов, телесериалов, написаны десятки книг, сотни, если не тысячи статей. Ему в Самаре поставлен памятник на улице Воронежской, где он родился и жил. Алексей Удальцов затмил собой всех остальных своих коллег, но даже несмотря на всё это его уважали и любили. Они стойко хранили надежда-веру, что Виктор продолжит славное дело отца, ему прощали многое, но он – увы! – мягко говоря, оказался не на высоте.

Бесшумно распахнувшиеся створки двери пропустили в кабинет седовласого мужчину с суровым лицом. Он с удовольствием пожал руку Виктора, оглядел его и хлопнул по плечу:

– Поразительно, вылитый Алёшка! Удивительное сходство! Таким был твой отец, мой мальчик, когда мы с ним начали работать вместе.

Виктор понял, что это один из бывших сослуживцев его отца, и, судя по властным манерам, весьма высокого ранга. Стал уважительно подниматься со своего места, но седовласый его остановил и дал команду капитану:

– Начинайте, введите его в курс.

Кузнецов вздохнул и повернулся к Удальцову:

– Мы долго совещались и решили дать вам последний шанс. Вы должны воспользоваться им, иначе ваша карьера на этом бесславно завершится. Имейте это в виду. Теперь о деле. Скажите, что вы знаете о Тартаре?

На какое-то время Виктор задумался, а потом выдавил из себя:

– Почти ничего. Вроде бы, есть такая планета где-то в далёком космосе.

– Не густо, но это не имеет значения. Специалисты просветят вас. В последнее время у нас появились доказательства, что именно Тартар является тем таинственным центром, откуда по всей Галактике – а также на нашу Землю – распространяется «парадиз».

Виктор знал, что так называется новый вид наркотика, ставший постоянной головной болью для всех сотрудников Космопола. Его особенностью являлось отсутствие всякого запаха, поэтому обнаружить наркотик было крайне трудно. «Парадиз» делал своим рабом человека уже после первой пробы и никакие лекарства, никакие лечебные методики не избавляли от пагубной привычки. Мизерность дозы, быстрое привыкание, впечатляющее воздействие на психику позволили наркотику быстро завоевать популярность в известных кругах и разойтись по всей Галактике. «Он распространяется со скоростью света», – грустно шутили по этому поводу сотрудники Космопола.

– Похоже, «парадиз» изготовляют именно на Тартаре и уже оттуда переправляют на другие населённые планеты. В этом у нас почти нет сомнений. Остаётся выяснить, кто, как, каким образом его оттуда вывозит? При столь тотальном контроле! Просто фантастика! Вам даётся задание высшей секретности: отправиться на Тартар и выяснить это. Постарайтесь хоть на сей раз не оплошать и доказать, что вы достойны своего отца.

– Уверен, мой мальчик, что на сей раз ты справишься с заданием, – с необыкновенной теплотой произнёс седовласый. – Буду ждать тебя с победным рапортом. Постоянно помни об отце. Как помню о нём я. Мы были с ним не только коллегами, но и настоящими, лучшими друзьями. Он погиб, спасая меня. Я перед ним в неоплатном долгу. Потому и пришёл. Конечно, нельзя требовать гениальности поголовно от всех. Алёшка был, несомненно, гением своего дела. Говорят, на детях гениев природа отдыхает. Пусть даже это и так, во что я особо не верю, но ведь у тебя гены великого Удальцова, и не может быть, чтобы к тебе не перешло хоть что-то из его дарований. Не верю я в это, не верю! Давай, сынок, опровергнем неблагоприятное для тебя мнение. Прошу тебя! Ради меня, ради своего отца! Сделай это!..

Подобное напутствие оказало действие, и Виктор готовился к заданию с предельным усердием, буквально лез из кожи. Прошёл интенсивную физическую подготовку, был экипирован всем необходимым. Его светлой коже специалисты придали стойкий бронзовый загар. Синтетической лепкой изменили форму носа. Русые волосы превратили в тёмно каштановые, превратив природного русича в красавца шатена. Изменили причёску. Теперь его родная мать в упор бы не узнала.

Затем он оправился на задание.

+ + +

Прямого рейса на планету Тартар не было. Сначала пришлось лететь на Бетельгейзе, а оттуда в центр созвездия Гончих Псов.

Звездолёт «Гордость Тартара» был старым, но довольно надёжным кораблём. Среди пассажиров землян оказалось всего трое: сам Виктор Удальцов, старичок, свихнувшийся на бабочках, о которых он только и говорил, и смазливая девица Анжела Менстер: она летела на Тартар к жениху. Говорила, что давно помолвлена, скоро состоится свадьба. Понятно, она не осталась равнодушной к мужскому обаянию агента, хотя тот совсем не прилагал к этому усилию: в любом обличие он покорял женщин буквально с одного взгляда. О женихе Анжела перестала вспоминать.

Прочие пассажиры являлись уроженцами различных планет. Большинство из них направлялись на Тартар за барадзаями – редчайшей красоты птицами, которые обладали приятным голосом, кротким нравом и неприхотливостью. Особенностью их было то, что они испускали тонкий аромат, целебный для представителей большинства цивилизаций: он успокаивал нервную систему, нормализовал сон, тонизировал иммунную систему организма и даже повышал половое влечение, был своеобразным афродизиаком. Недостатком птиц являлось то, что они не размножались за пределами родной планеты. Поэтому тартарцы сделали их разведение бизнесом, выращивали в огромных количествах и развозили по вселенной. Помимо официальных компаний этим занимались многие дельцы, любители лёгкой наживы, случайные личности. Но даже они все вместе не успевали удовлетворить огромный спрос на диковинных птиц.

Виктор пообщался со многими продавцами. Они быстро надоели ему разговорами о закупках, транспортировке птиц, их корме, рационе. Подолгу обсуждали феномен размножения птиц только на своей планете, что до сих пор не смогли объяснить лучшие умы Галактики. Один из собеседников агента, уроженец туманности Андромеды, показал статью в журнале «Галактическое птицеводство», где сообщалось о получении потомства барадзаев на Пандоре-IV. Тут кто-то обратил внимание, что номер журнала первоапрельский. Это вызвало взрыв веселья. Конечно же, сие было только шуткой, розыгрышем простаков: нигде, кроме Тартара, птицы потомства не давали.

В конце концов барадзаи так надоели Виктору, что у него стала дёргаться левая бровь. Он начал избегать всех торговцев. От скуки на какое-то сблизился с Анжелой, у них чуть было не состоялся роман, но она сама всё испортила, когда заговорила о намерении увезти с Тартара партию барадзаев. Мол, сделает неплохой бизнес. На агента подобный разговор подействовал тошнотворно, больше он к девушке не подходил, оставив недоумевать о причине резкого охлаждения.

Более занятным оказался старичок Ганс Пфель, в прошлом торговец недвижимостью, скопивший немалое состояние. Ныне он ушёл от всех дел и всей душой отдался увлечению, которое любил с детства, – бабочкам. Собрал большую коллекцию. Особенно пылко он говорил о грядущем пополнении своей коллекции экземплярами с других планет. Ганс Пфель постоянно носил значок Всегалактического общества любителей бабочек. С гордостью всем демонстрировал заметку журнала орнитологов, где мимоходом упоминалось о нём, как об обладателе редчайшей бабочки «Униронский хвостомах», водящейся на планете Унирон в системе Сириуса.

Столь непомерную любовь к насекомым агент счёл легкой формой помешательства. Понять и разделить её он не мог, но предпочитал рассказы старичка о бабочках давно надоевшим разговорам о барадзаях.

Наверное, он внутренне расслабился в столь рутинной атмосфере и допустил непростительный ляп…

Однажды, проходы по коридору, Виктор заметил, что подвыпивший гуманоид с Альфы Центавры затянул в тёмный угол Ганса Пфеля и пытается очистить его карманы. Агент возмутился, весь вскипев, и ринулся на помощь. Противник оказался тёртым орешком, знающим толк в потасовках, но ничего поделать с Виктором не мог: тот в Космополе считался одним из лучших бойцов в русской рукопашной, а ведь там все проходили специальную подготовку под руководством выдающихся специалистов-единоборцев и могли за себя постоять.

Пару раз альдебаранец отлетал в сторону после отменных ударов агента, а потом встал и достал плазменный кинжал. Виктор усмехнулся. Бесстрашно двинулся навстречу и чётким отработанным до автоматизма приёмом обезоружил негодяя, после чего нанёс мощный удар в подбородок, отправив его в глубокий нокаут.

Почти сразу же сзади раздались овации и крики «браво!». Агент оглянулся и с похолодевшим сердцем увидел поодаль собравшуюся толпу зевак. Чуть не застонал от мысли, что слишком выделился, как говорится, «засветился». Пойдут разговоры, к нему будет привлечено внимание. А что может быть хуже для агента с тайной миссией?!.

Ганс Пфель опустился на четвереньки в поисках упавших очков, без которых он не видел дальше собственного носа. Удальцов поднял их и подал беспомощному старичку. Тот водрузил прибор на прежнее место и принялся пылко благодарить своего спасителя: мол, всем сердцем вам благодарен, вечно буду признателен. Поведал, что намерен отыскать неизвестный вид бабочки на Тартаре и тогда обязательно назовёт её именем своего спасителя – Виктория тартарская.

Агент с кислой улыбкой поблагодарил его, мысленно четвертуя виновника своего провала. Много бы он дал, дабы не проходить в это время по коридору и избежать драки.

К Виктору подошёл человек в форме, оказавшийся старшим офицером корабельной командой. Похвалил за умение драться и поинтересовался: где он научился этому? Предположил:

– Наверное, служили где-нибудь? Вижу, знаете специальные приёмы. Они мало кому знакомы.

Агент попытался было его уверить, что никакой особой выучки он не получил, а работает корреспондентом в региональном галактическом журнале. Офицер скептически усмехнулся, но ничего не сказал. Забрал несостоявшегося грабителя и увёл с собой.

Больше Удальцов покоя не знал, терзаясь вопросом: «Это провал или ещё нет?» Было похоже, что он выдал себя с головой, ещё даже не прибыв на Тартар. Офицер был уроженцем именно этой планеты, проходил специальную подготовку и понимал в единоборствах достаточно, чтобы у него зародились подозрения.

А тут ещё подлил масла в огонь его терзаний Ганс Пфель, придя к агенту с толстым альбомом «Бабочки Галактики». Принёс в подарок за своё спасение. Виктор едва удержал себя, чтобы не вытолкать его за дверь и не обозвать всякими нехорошими словами. Но пришлось не менее получаса дурацки улыбаться и выслушивать благодарственные комплименты. Настроение у него было самое преотвратное.

На следующие сутки звездолёт добрался до Тартара и произвёл посадку на главном космодроме.

Терзаемый внутренними муками, но внешне пытаясь сохранить спокойствие, Удальцов шёл на таможенный досмотр. Встал в очередь. Впереди его оказался со множеством сачков и различных специальных приспособлений для ловли бабочек Ганс Пфель. Старичок поминутно ронял свои вещи, поднимал их, чтобы снова что-нибудь выронить. Неловко извинялся, раскланиваясь во все стороны. Раз смазал сачком по лицу агента, да так сильно, что тот забеспокоился: а не сместилась ли нашлёпка на носу? Мысленно обругал недотёпу. Таможенники откровенно развлекались, с улыбками следя за ним – для них это было нечто вроде развлечения на скучной работе.

В какие-нибудь пару минут старичок распалил всю очередь. Пассажиры принялись громко возмущаться. Работники таможни, дабы предотвратить взрыв недовольства, провели беспомощного любителя бабочек через служебный вход, ограничась самым внешним, формальным осмотром.

Очередь продвигалась быстро, пока не дошла до Виктора. Тут он оказался под перекрёстными взорами чуть ли не всех таможенников. Откуда-то незаметно появилось даже немало новых. Агент упал духом, поняв, что его провал стал реальностью.

Так и оказалось. Его пригласили в отдельное помещение, где всё имущество и даже он сам подверглись предельно тщательному досмотру с применением специальной аппаратуры.

В пуговицах нашли микромагнитофоны и большой запас запоминающих кристаллов, в запонках – фотокамеры, в галстуке-бабочке – видеокамеру. Из подошв туфель извлекли множество замаскированных под булавки микрофонов: их можно было легко и незаметно воткнуть в мягкую обивку мебели, портьеру или костюм кого-то. Тут же находился принимающий радиосигналы аппарат. Очки имели устройство ночного видения и ночной съёмки. Авторучка не только писала, но и испускала парализующий луч. Было выявлено немало и другой подобной «начинки», скажем так. Её наличие красноречиво говорило за молчавшего Виктора.

Каждый раз, извлекая очередной предмет специфической принадлежности секретного агента, таможенники с усмешкой бросали взгляды на землянина, который, уже не надеясь ни на что, продолжал сохранять хорошую мину при плохой игре: делал совершенно не понимающие гримасы, разводил руками.

Правда, ничего подозрительного не нашли в часах Виктора, а они являлись не только часами. Не вызвали подозрения у таможенников носовые платки, которые могли служить и по иному назначению. Долго изучали молитвенник, но не обнаружили ничего «крамольного». Удальцов про себя усмехнулся: далеко не всё вы сумели у меня найти! Но эта мысль была плохим утешением, очень плохим.

Глава таможенного пункта посмотрел на агента:

– Как вы объясните происхождение всех этих штучек?

Виктор умирал от стыда и позора, но собрал силы и развёл руками:

– Понятия не имею, откуда они и для чего.

– А разве они не ваши? – в вопросе прозвучали нотки сарказма.

– Нет.

– Как же они оказались в ваших вещах?

Агент замялся. Конечно, его дело было безнадёжным, но он решил стоять до конца.

– Часть моего багажа была в пути утеряна, и на Бетельгейзе пришлось купить ботинки, костюм и прочие вещи. О их… «содержимом» даже не знал, пока вы не обнаружили. Слово даю.

Таможенник усмехнулся:

– Плохо верится в вашу версию, но в любом случае я обязан вас задержать до особого распоряжения. – Повернулся к своим подчинённым и коротко скомандовал: – Увести!

Виктора надолго закрыли в тесной камере, где он просидел больше недели, лишь изредка вызываемый на допросы. Следователям он упрямо повторял свои прежние слова. Они ему не верили, но особенно не придирались.

Агент понял, что для них дело ясное, поэтому его показания ничего не решают – улик и без того предостаточно. Следователи прямо сказали об этом и добавили, что наказание вряд ли будет строгим, ведь он был разоблачён ещё до того, как фактически оказался на Тартаре: была лишь попытка проникновения с явно шпионскими намерениями на планету. Хотя и сие наказуемо.

«Посадят в тюрьму? Выдворят с позором обратно или накажут как-то иначе? – гадал Виктор. – Из Космопола меня, вне всяких сомнений, выгонят. Придется менять профессию, а я ничего другого не умею. Да и не хочу никакой другой! И как стыдно перед памятью отца – его сынок оказался таким олухом! Как стыдно! Прости меня, папа!..»

Наконец Удальцова привели к какому-то большому начальнику. Тот изрёк:

– Мы имеем полное право держать вас в заключении, но решили обойтись без излишней строгости. В качестве доброй воли даже разрешаем поселиться в гостинице до ближайшего рейса с нашей планеты. Можете ознакомиться с городом, осмотреть его достопримечательности, развлечься… Разумеется, в рамках дозволенного. При двух условиях: за пределы городской черты не выходить и ежедневно в полдень откуда-либо сообщать нам по видеофону о своём местонахождении. Ну как, подходят вам наши условия? Можете дать слово, что будете соблюдать их?

Несчастный агент не верил своим ушам, даже не надеясь на подобное. Он охотно закивал головой, лицо помимо его воли расплылось в блаженной улыбке.

– Согласны? Тогда распишитесь вот здесь. Помните, при нарушении нашей договорённости наказание последует строгое. Очень строгое.

Виктор охотно поставил свои подписи там, где ему указали. Потом ему возвратили его вещи. Естественно, без той начинки, что была обнаружена.

Едва Удальцов вышел из здания тюрьмы, как оказался в толпе корреспондентов, ослепивших его вспышками своих фотокамер и ошеломивших градом вопросов:

– Верно ли, что вы являетесь суперагентом Космопола?

– С каким заданием вы прибыли на Тартар?

– Имеете ли вы право на убийство?

– Как вы оцениваете уровень технического развития нашей цивилизации, ведь именно наша наука создала ту совершенную аппаратуру, которая позволила столь легко разоблачить вас?

– Какие теперь у вас планы после подобного ошеломляющего провала?

– Что вы можете рассказать про своего знаменитого отца? Разумеется, кроме общеизвестных сведений!

– Что ожидает вас после возвращения на Землю?

– Как наказывают секретных агентов в вашем ведомстве после подобных неудач? Их расстреливают, вешают, кастрируют или четвертуют?..

В голове Виктора мелькнула мрачная мысль: «Я сам бы хотел знать, что меня ожидает на Земле. Конечно, меня не четвертуют, но… Ох и ах! Боже мой, ну почему я такой невезучий?!»

– Захотите ли вы когда-нибудь в будущем приехать на Тартар?

– Ожидали вы подобного фиаско?

– Можете ли подтвердить слухи о праве суперагентов Космопола на убийство?

– На каких условиях вы освобождены?

– Что намереваетесь делать, каковы ваши планы?

– Как давно вы числитесь в разряде суперагентов Космопола?..

Когда Удальцов пришёл в себя, то замахал руками и наотрез отказался отвечать на вопросы. Закрывшись руками от телекамер, продавил толпу и поспешил укрыться в аэротакси. Оно тут же взмыло в воздух и скоро доставило его к отелю «Галактика».

Расплатился, сунув в автомат свою кредитную карточку. А сверху уже опускался рой других аэромашин. «Корреспонденты», – понял агент и побежал в отель, где его уже ждали и подготовили отдельный комфортабельный номер.

С чувством огромного облегчения он укрылся в нём. Принял душ, переоделся. Заказал обед в номер.

Включил телевизор, занимающий добрую треть одной из стен. Изображение было объёмное, звук – стереофонический.

Передавали новости. Виктор увидел крупным планом свою физиономию, весьма растерянную и тщетно пытающуюся закрыться руками. Диктор сообщил, что на Тартар прибыл суперагент Космопола, который хоть и скрывает свою настоящую фамилию, но её с лёгкостью установили всезнающие спецслужбы, она очень и очень знаменита по всей Галактике. Это сын самого известного в недавнем прошлом суперагента Космопола. Говорят, что наш «гость» входит в очень ограниченный круг самых секретных сотрудников, которые имеют право на убийство и им поручаются самые сложные и ответственные задания. Несомненно, именно с таким его послали на Тартар, но здесь его разоблачили бдительные героические сотрудники местных спецслужб…

Виктор на экране продрался сквозь толпу. Съёмка пошла спереди и чуть сбоку. Агент сам залюбовался собой: пылающее мужественное лицо, решительная походка льва, окружённого сворой гиен, волков и шакалов. Вьющиеся волосы разлетаются при каждом шаге. Могучий мускулистый торс тренированного атлета не в состоянии был скрыть даже сугубо цивильный костюм.

Удальцов с горечью покачал головой: «Наши специалисты сработали неважно. Даже за километр видно, что такой человек не может быть тихой, скромной «овечкой». Как тигриную сущность невозможно прикрыть куцей овечьей шкуркой… Впрочем, с моими природными данными никакая маскировка не поможет. Увы, я обречен на постоянные провалы. Теперь я это прекрасно понимаю. Ну, я – ладно, но почему другие мне не сказали прямо эту горькую правду? Например, такую: тебе только сниматься в кино, играть роли суперагентов, крутых боевиков, всяких разудалых героев и тому подобные. Ни на что другое ты не пригоден».

Со вздохом переключил канал, но и там тоже сообщали об успехе спецслужб Тартара, которые раскрыли известного шпиона Земли…

«Вот почему они меня выпустили, – понял землянин, – кому-то в силовых структурах очень нужна вся эта шумиха, дабы пустить пыль в глаза и разрекламировать себя. Возможно, в ихнем парламенте идёт драчка за бюджетные средства, потому они эффектно напомнили о себе. Как теперь отказать, ежели покой планеты оберегают столь доблестные и умелые стражи порядка! Только финансирование маловато, нужно увеличить и они начнут совершать подвиги ещё более великие!..»

Чуть не плюнул от этой мысли, нашёл программу о морских животных Тартара и попытался заставить себя получить удовольствие от лицезрения гигантов морских глубин. Потом стали показывать танец улулинов – обитающих в местных океанах созданий, похожих на сказочных русалок. Зрелище преэффектное! Улулины водили плавные хороводы в прелестных коралловых садах. Дневное светило окрасило воду в чудный изумрудный цвет, и кораллы блистали всеми мыслимыми цветами и их мельчайшими оттенками. Мерно колебались водоросли, неподалёку проплывали рыбёшки. Улулинам было не до них, куда более могучее чувство владело им, инстинкт продолжения рода…

Необычное зрелище увлекло расстроенного агента и избавило от тягостных мыслей. Но скоро начался очередной выпуск новостей, где снова продемонстрировали прибывшего на Тартар «суперагента Космопола»…

– Мерзавцы! Да теперь меня будет знать в лицо вся планета! – в гневе стукнул кулаком по столу Виктор. – На улицу не выйдешь, сразу узнают, сбегутся, пальцами будут тыкать. Отпустили меня, чтобы поиздеваться. Я буду столь же нелеп и смешок, как вор идущий ночью на грабёж с барабаном. Лучше бы оставили в тюрьме!

Выругался и выключил телевизор.

Несколько дней провёл в своём номере, даже не выходя из него, избегая всяких контактов с прессой или просто любопытствующими. Ему доставляли огромную почту – письма, открытки, видеопослания, приглашения, рекламные проспекты и прочее, прочее, прочее. Раз он посмотрел электронную почту – его глаза округлились, чуть ли не вылезая на лоб, от неисчислимого количества сообщений. Затем он туда даже и не заглядывал. Было несомненно, Виктор являлся в данное время одной из самых известных личностей на Тартаре. Вот тебе и секретныйф агент!

Он невыносимо скучал, вспоминал родную Самару, набережную Волги, санаторий «Самарская Лука», свой любимый Струковский сад, родной дом на улице Севастопольской, здание Космопола…

Со скуки начал проглядывать послания, доставая наугад из почти десятка мешков. С улыбкой читал признания в любви, морщился от предложений вступить в брак. Скоро ему всё это надоело и агент принялся швырять подобные письма в утилизатор.

Однажды среди прочих заметил эффектный конверт нежно кремового цвета с золотой каёмочкой и тиснённым гербом. По инерции чуть было не выбросил его в мусор, но вовремя спохватился. Распечатал. Внутри оказалась карточка, которая являлась истинным произведением искусства! Ничего подобного агент никогда в своей жизни не видел. Заинтересовался, взял в руки. Сразу бросилась в глаза подпись – Оруолла. Странное, диковинное, но притягательное для земного уха имя. Произнёс его вслух – Оруолла, чуть растягивая гласные. Звучало притягательно.

Текст сообщение был кратким: «Господин Суперагент, приглашаем Вас принять участие в костюмированном бале-маскараде «Истома барадзая». Зал ароматного шелеста».

Удальцов ничего не понял, пожал плечами: что это за «бал-маскарад» да ещё в каком-то «зале ароматного шелеста»? Глупость какая-то! Надо же такое придумать – «ароматный шелест», даже представить себе невозможно этот «ароматный шелест»… И кто такая Оруолла?..

Связался с диспетчером отеля, миловидной женщиной, не сумевшей скрыть своего восхищение красотой агента. Улыбнулся ей, дабы расположить к себе:

– Вы не поможете мне?

– Конечно, это же моя служебная обязанность. Я всегда к вашим услугам.

– Мне прислали приглашение на бал-маскарад «Истома барадзая». – Виктор продемонстрировал открытку. – Что это за бал?

Женщина изумлённо раскрыла рот и ответила не сразу, несмотря на всю профессиональную муштровку:

– Как, разве вы не знаете? Ах, вам это простительно, вы же совсем недавно на Тартаре! У нас это известно каждому! Бал-маскарад «Истома барадзая» – традиционное ежегодное празднество Всепланетной корпорации «Барадзай».

– Простите, я не знал. Когда и где он проходит?

– По всей планете. Начнётся сегодня вечером и продлится всю неделю.

– Понятно. – Агент ещё раз посмотрел на карточку: – Тут написано «Зал ароматного шелеста». Как сие понимать?

У женщины удивлённо округлились глаза:

– О, вас туда пригласили? Извините! Это столь неожиданно. Получить приглашение в Зал ароматного шелеста – редкая честь, вы можете гордиться. Он находится во дворце нашего уважаемого президента. Начало торжеств в одиннадцать часов вечера.

– Увы, выясняется, что я не знаю очень многого. Приглашение подписано Оруоллой, это кто такая?

И снова женщина пришла в изумление, похожее на потрясение. Не сразу смогла собраться и ответить.

– Простите, простите меня. Это так неожиданно. Оруолла Кэмпб-Хэлл – жена президента Всепланетной корпорации «Барадзай». Лично от неё рассылается крайне ограниченное число приглашений, вот почему я так среагировала на ваш вопрос. Простите. Я впервые вижу подобное приглашение, до этого только слышала о них.

Женщина теперь глядела на агента словно на какое-то божество. Он был польщён. Улыбнулся как можно приятнее.

– Большое спасибо, вы мне очень помогли во всём разобраться, я чувствую себя настоящим профаном, незнайкой. Извините.

– Пожалуйста, всегда готова к вашим услугам.

Женщина собрала силы и заставила себя профессионально улыбнуться.

Экран погас. Виктор надолго задумался.

В его часах, кроме микролазера, был спрятан электронный мозг на биосхемах, не замеченный таможенниками. Как они ни горды уровнем своей науки и техники, но до земной цивилизации им ещё ох как далеко. Агент извлёк оттуда все сведения о корпорации «Барадзай», бале-маскараде и многом другом.

Оказывается, вся планета де-факто была собственностью этой гигантской корпорации, а её президент являлся некоронованным королём, тайным диктатором. Всё население работало на него. Корпорация занималась только одним делом – разведением ароматных птиц барадзаев и их экспортом во все концы вселенной. Спрос намного превышал предложение, ведь нигде больше птицы размножаться не могли. Значит, приходилось постоянно завозить и завозить новых. Конца и края заказам не было.

Ежегодно корпорация проводила всепланетные торжества, в том числе – и бал-маскарад «Истома барадзая». Зал ароматного шелеста был самым роскошным во дворце президента, куда допускались лишь самые-самые избранные лица.

Ненавязчиво заверещал зуммер приёмника. Агент подошёл, раскрыл дверцу и увидел за ней большую коробку, где находился красочный костюм звёздного корсара с бутафорским бластером и лазерной саблей. Короткая записка извещала, что ему прислан костюм для бала-маскарада. Удальцов даже присвистнул от удивления. Наряд ему понравился. Особенно полумаска с крючковатым прыщавым носом и пышными усами. В ней он будет неузнаваем.

– Великолепно! Именно это мне и надо!

Сидеть в четырёх стенах агенту давно прискучило, а приглашение на бал-маскарад, тем более такое почётное, давало возможность развлечься. Теперь уже ему было нечего терять.

Виктор знал, что секретные службы Тартара не выпускают его из поля своего зрения ни на секунду, но ему плевать – пусть следят, смотрят: он будет веселиться, постарается получить максимум удовольствия. Уж это ему в вину они не поставят, ничего криминального тут нет. Умирать со скуки он не намерен!

Поглядел на часы: ещё рано, нужно с часок поскучать. Вздохнул. Включил телевизор, нашёл музыкальный канал и постарался увлечь себя цветомузыкальными произведениями, чтобы побыстрее летело время. Кое-как дотерпел до начала одиннадцатого часа вечера.

Переоделся в присланный костюм звёздного корсара, повесил бластер и саблю. Обглядел себя в зеркале и остался доволен: вид у него, впрочем, как и всегда, в любой одежде, оставался внушительным, эффектным.

Вызвал аэротакси к особому выходу из номера, чтобы ни с кем не встречаться. Сел на пассажирское место, назвал роботу адрес:

– Дворец Кэмпба, Зал ароматного шелеста.

Но вышла заминка: бездушный автомат отказался исполнять команду, пока землянин не дал ему просканировать приглашение. Только после этого машина поднялась в воздух и быстро полетела на юго-восток.

Скоро среди высоченных небоскрёбов открылась этакая «поляна» – большой ухоженный парк. Посередине его искрилась огромная хрустальная сфера. Аэротакси плавно снизилось к нему и скоро агент увидел, что это было невообразимо гигантское здание с полупрозрачными стенами. Оно производило необыкновенное впечатление. Агент на какое-то время забыл обо всём, пожирая его глазами. Несомненно, это и был дворец всемогущего президента корпорации «Барадзай», фактического владыки Тартара.

Аэротакси опустилось впритирку с козырьком над входом в хрустальную галерею.

Землянин вышел, огляделся.

Только его машина улетела, как сразу же на это место спикировала сверху другая. Из него вышла парочка в чудных карнавальных костюмах. Виктор не сразу понял, кого они изображают, потом в памяти всплыл брачный танец морских улулинов, увиденный им в первый день после освобождения из тюрьмы. Ряженые поглядели на агента, заулыбались. Узнать его за полумаской они не могли, это было их реакцией на его костюм. Он встал в воинственную позу, выхватил саблю и отсалютовал им. Они в ответ помахали русалочьими хвостами.

Парочка прошла в автоматически распахнувшиеся двери. Агент последовал за ними в просторный холл. Сбоку неслышно раскрылась дверь, и Удальцов увидел лицо с прижатым ко рту пальцем: от него требовали молчания. Затем этот же палец поманил его к себе.

Агент был озадачен, но послушно подошёл. За дверцей оказалась молоденькая женщина. Она пристально вгляделась в него, словно стараясь взором проникнуть за полумаску.

– Это вы пригласили меня сюда? – спросил Виктор.

– Вопросы будете задавать позже, а сейчас идите за мной, – услышал он вместо ответа.

Пожал плечами:

– Нельзя сказать, что вы очень любезны.

– Некогда, нужно спешить, – строго произнесла женщина, и агент замолчал, сообразив, что лучше подождать и дать событиям развиться до логического конца. Раз он сюда приглашён, то рано или поздно всё узнает.

Вслед за своей проводницей перешёл в соседнее помещение и оторопел, внезапно увидев перед собой… самого себя, одетого в маскарадный костюм звёздного корсара.

Двойник с интересом воззрился на Виктора, чьё недоумение его позабавило.

– Встаньте рядом, – приказала женщина.

Удальцов повиновался, внутренне недоумевая.

Женщина медленно обошла их, глядя предельно внимательно. Похоже, осмотром она осталась довольна. Сказала:

– Мне кажется, родная мать не смогла бы вас отличить. Особенно в подобных костюмах.

– Что за маскарад? – не вытерпел Виктор.

– Скоро узнаете, потерпите.

Женщина с деловым видом достала небольшой прибор и, поднесла почти вплотную к телу агента, обошла с ним вокруг Виктора. Остановилась возле левого плеча.

– «Метка» здесь.

Агент сразу понял цель её манипуляций. Досадливо поморщился: боже мой, мог бы догадаться об этом и раньше! Появилось недавно подобное средство в арсенале спецслужб. Ему поставлена «метка» бета-волнами, после чего приборы местной полиции фиксируют каждый его шаг на любом расстоянии. Обязанность в полдень оповещать полицию о своём местонахождении – фикция, это им не нужно, они знают сие и без того. Несомненно, сделали так, чтобы сбить его с толку, дабы он не догадался о «метке». Ну, конечно же! Наверное, даже питали надежду, что он что-то предпримет и раскроет себя, провоцировали на это видимой свободой!..

По просьбе женщины оба «звёздных корсара» обнажили плечи. После чего она достала два других аппарата: один приложила к плечу агента, а второй – его двойника. Внутри послышалось жужжание. Женщина убрала приборы и взяла в руки тот, которым пользовалась вначале. Обследовала обоих, удовлетворённо улыбнулась:

– «Метка» теперь на нём, – показала на двойника землянина. – А вы следуйте за мной!

Виктор на ходу оглянулся и поймал взгляд своего двойника, который ему игриво подмигнул.

Поднявшись куда-то на скоростном лифте и пройдя по длинным, путанным коридорам, Виктор оказался в зале с огромным камином, возле которого сидела в кресле поразительной красоты блондинка. Она рассеянно помешивала угли в очаге маленькой кочергой, вроде бы, крепко задумавшись о чём-то. Поза была слишком эффектной и рассчитанной, чтобы счесть её естественной. Она была принята для него.

Проводница скрылась, не попрощавшись.

Землянин постоял с минуту, затем решился сделать несколько шагов вперёд и поздоровался.

Блондинка медленно повернулась к нему, кивнула и, осмотрев всего с головы до ног, и сказала:

– Именно таким я вас и представляла.

– Может быть, вы объясните, что это всё значит, Оруолла?

– Оруолла? – брови женщина удивленно поползли вверх, но она тут же рассмеялась. – Ах да, я забыла! Оруолла – это моя сестра. Вас захотела увидеть я, и пригласила от её имени. Меня зовут Ферулла. Хорошенько запомните это: Фе-рул-ла. Больше не путайте, ведь я могу и обидеться.

– Ваше имя куда лучше, – польстил агент. – Красивее его только ваша внешность. Вы необыкновенно красивы. Ну, совсем, как сказочная королева!

– Благодарю за комплимент, вы умеете льстить женщинам, суперагент. Я не ошиблась, пригласив вас. Мне было скучно, мне всегда скучно! Вот я и пошла навстречу своему капризу. Случайно увидела вас в теленовостях и захотела увидеть. Среди моих знакомых нет ни одного суперагента. Наше знакомство мне льстит. Говорят, вы необыкновенно храбры и темпераментны. Смотрите, не разочаруйте меня.

– Спасибо за лестное для меня приглашение на бал-маскарад, Ферулла, наверное, это что-то сногсшибательное.

– Фи, мне опротивели эти балы-маскарады, на них постоянно одно и тоже. Ах, как они мне надоели, если бы вы только могли себе это представить! И я вас пригласила к себе, а на бале-маскараде пусть забавляется тот… – Блондинка повела рукой в воздухе и над камином во всю стену зажёгся экран телевизора. На нём агент увидел зал со множеством веселящихся людей. Не скоро он разглядел среди прочих своего двойника, кружившегося в хороводе. – Этот дурак играет вас, играет для всех, а вы здесь будете играть самого себя, и только для меня одной.

Землянин изобразил учтивый поклон.

– Вы же – суперагент, человек удивительно романтичной профессии, прибывший к нам с таинственной миссией. Несомненно, очень важной. Впрочем, мне на это наплевать! Хотя как ни пытай я вас, вы её не откроете, да я и не буду спрашивать. Мне всё равно. Расскажите хоть немного о тех своих многочисленных подвигов, что вам уже можно не скрывать, не держать в секрете. Говорят, вы страшно знамениты во всей Галактике. Ах, почему я не родилась мужчиной, как бы я хотела стать суперагентом и работать вместе с вами! Отдала бы за это все свои дворцы, всё своё состояние. Если бы вы знали, как тут скучно живётся!.. Впрочем, не буду об этом, чтобы не навевать на себя и на вас скуку.

– Где вы нашли мне двойника? – поинтересовался землянин.

– Это было нетрудно. Сложнее с меткой, но мы решили и эту проблему. – Ферулла оживилась. – Кстати, это моя идея! Правда, неплохая? Почти как в детективных романах. Ну, похвалите меня, суперагент! Я жду.

– Вы, Ферулла, молодец! – искренне произнёс Виктор. – Это просто великолепная идея. Наверное, исполнение её обошлось вам не дёшево?

– Фи, вы тоже о деньгах! – фыркнула блондинка. – Знайте же, дорогой суперагент, после моей сестры с её муженьком, самый богатый человек на Тартаре – это я. Мне денег некуда девать – их у меня барадзаи не клюют! Деньги – пыль, грязь, ничто. Никогда не говорите мне о них.

Удальцову пришла в голову блистательная идея, которая восхитила даже его самого. Глаза агента загорелись внутренним огнём. «Ещё не всё потеряно», – прошептал он с внутренним ликованием.

– Ваша идея с этим маскарадом и прочим – великолепна, – как можно убедительнее заговорил он, склоняясь к ногам красавицы. – Поверьте, столь блистательные задумка и исполнение не под силу рядовому агенту, в этом вы поднялись на уровень наших лучших суперагентов. Редкий ум, изобретательность, смекалка и удивительное хладнокровие…

– Ваши слова кружат мне голову, – страстно прошептала Ферулла, – мне трудно устоять на ногах, надо прилечь. Проводите меня, пожалуйста, в спальную…

+ + +

После ночи пылкой страсти и любви агент вернулся в гостиницу. «Метку» бета-лучей вновь поместили на его плечо. Вспомнив про это, Виктор злорадно усмехнулся: поводок секретных служб Тартара оказался вовсе не таким прочным, как они это думают. Он может его скинуть, а потом опять надеть.

Много ли он преуспел в эту ночь?.. Агент задумался. Похоже, что Ферулла испытала нечто неординарное и влюблена в него. Похоже, сможет помочь ему.

Вспомнил разговор с Феруллой:

– Благодарю тебя за эту чудную идею, благодаря которой мы смогли увидеться с тобой, дорогая!

– Ты на самом деле считаешь, что она хороша?

– Да, она могла бы украсить карьеру любого суперагента. Не тебе, а мне нужно быть твоим помощником.

– Ты слишком льстишь мне. Конечно же, мне далеко до тебя, у меня нет соответствующей подготовки, твоего богатого шпионского опыта, милый.

– Опыт и умение легко приобрести.

– Научи меня, милый, я буду хорошей ученицей.

– Ну, если ты так просишь, дорогая, то я не могу тебе отказать. Научу тебя трудной, но романтичной профессии секретного агента. Значит, решено?

– Конечно, с чего мы начнём?

– Выбирай сама, тебе решать.

– Я не знаю.

– Выбирай любое, что полегче.

– Э-э, мне что полегче не надо: мы должны совершить нечто небывало трудное, никому другому не посильное.

– Но я на Тартаре недавно, даже не знаю, что здесь может быть такого, подходящего для наших дел? Я имею в виду криминальные истории. Были у вас страшные убийства, хищения века или что-либо в этом роде? На пару с такой талантливой ученицей мы мигом выведем преступников на чистую воду. Или кто-то, может быть, совершил крупную экономическую афёру?

Женщина презрительно рассмеялась:

– Что-что, а экономическими преступлениями я заниматься не желаю!

– Это ещё почему?

– Не забывай, милый, что всё у нас принадлежит моей сестрице с её мужем. Если где-то и в чём-то их обманули, то я не желаю спасать их деньги. Гори они огнём!

По тону землянин понял, что его возлюбленная, мягко говоря, не питает симпатий к сестре с её супругом. Решил проверить эту догадку, прикинулся простачком.

– Тогда, конечно, дорогая, экономика не для нас. Пусть сами ищут воров и махинаторов. Правда, какие-то махинации и афёры может совершать и сам президент корпорации, но мы не станем соваться в эту область, чтобы не подмочить репутацию твоих родственников.

– А вот и нет! Я бы с удовольствием нашла какой-нибудь компромат на него и мою сестричку!

– И чтобы ты тогда сделала?

– Ну, это зависело бы от того, что мы нашли… О, у меня опять отличная идея!

– Уверен, это нечто необыкновенное, вполне достойное твоей удивительно умной головки.

– Милый, мы должны отыскать что-то такое, сама не знаю что, на эту парочку. Я уверена, особенно насчёт её противного муженька, они замешаны в чём-то неблаговидном.

– Почему ты так думаешь?

– Знаю их характеры. Это раз. Во-вторых, слишком уж он быстро разбогател, чересчур большое состояние имеет. Правда, я в доле, могу пострадать и сама, но мне это всё равно. Плевать на деньги! Это они сделали из них культ, им всё мало! Вот мы и расследуем, откуда и что к ним приплыло. Как тебе моя идея?

– Гениальная, но крайне рискованная, ведь они – настоящие владыки Тартара, это не менее страшно, чем совать голову в пасть тигру. Не испугаешься, не дрогнешь в ответственный момент?

– Эх, трусишка! Я думала, ты смелее.

– Я боюсь не за себя, а за тебя.

– А мне ничуть не страшно. Это весьма забавно и интересно. Так как, господин суперагент? – насмешливо поглядела Ферула.

– Ну, разве что ради тебя. Кстати, милая, у вас тут нет такого обычая, как на нашей Земле: у некоторых народов осуждённого на казнь уже на эшафоте может взять в мужья какая-нибудь милосердная женщина и тем спасти от смерти?

– Такого обычая нет, а зачем ты про него спросил?

– На всякий случай. Если мы вляпаемся, и меня поведут на эшафот, то я бы хотел быть спасённым тобой.

Ферулла засмеялась, прижала агента к своей пышной груди и проворковала:

– Ежели такое случится, милый, то я введу описанный тобой обычай и спасу тебя. Так что действуй без страха. Я с тобой.

– Когда начнём? Прямо сейчас?

– Ты должен знать, что бал-маскарад продлится неделю. Время у нас предостаточно. Ты вернёшься к себе, хорошенько отдохнёшь, а вечером снова приедешь сюда. Кое-что я постараюсь выяснить. И ты подумай, набросай план предстоящих действий. Мы поведём увлекательную игру в супершпионов!

Без всякого принуждения женщина сама предложила то, о чём мечтал Удальцов.

В Космополе предполагали, что изготовлением наркотика «парадиз» и его сбытом занимаются, как минимум, при содействии очень высокопоставленных особ. Слишком уж солидно, с размахом и на широкую ногу поставлено дело, и доходы от него чересчур велики для всякой и разной мелкоты. Президент Всепланетной корпорации Кэмпб или сам возглавлял преступный клан, или опекал преступников. Прочие варианты маловероятны.

В своём номере отеля землянин принял ванну, переоделся. Лёг в постель – нужно было выспаться перед решительными действиями.

Спал долго, безмятежно.

Увидел странный сон: на пиратском корабле, на котором он был капитаном, Виктор прибыл в страну великанов. Какое-то время они благоволили к нему, потом с ним стали обращаться, как с игрушкой или зверушкой. А потом он всем надоел, его запихнули в бутылку и бросили в море. Там его окружили акулы, Виктор выхватил саблю и приготовился отбиваться от хищниц…

В этом момент проснулся.

Некоторое время лежал, дивясь дивному сну. Фыркнул: приснится же такое! Потом вспомнил про вечернее свидание с Ферулой и преисполнился уверенностью в успехе. С такой поддержкой, как Ферулла, он ему обеспечен.

Взглянул на часы: времени ещё достаточно. Направился под душ. Чередовал холодную воду с горячей, едва терпимой, а под конец пустил совсем ледяную. Вышел словно обновленный, с уймой сил, чрезвычайно бодрый.

Немного посмотрел телевизор. О нём вспоминали уже совсем редко. В частности, сообщили, что земной суперагент был приглашён на бал-маскарад и провёл всю ночь чуть ли не до утра в Зале ароматного шелеста. Показали его двойника, заметив, что костюм звёздного корсара ему к лицу.

– Кретины, – от души посмеялся агент.

Облачился в свой маскарадный костюм и вызвал аэротакси. Через полчаса он, уже освобождённый от метки на плече, стоял перед Феруллой в комнате с камином, где всё так же огромными рубинами рдели жаром угли. Не для отопления помещения, а просто для интерьера.

– А вот и я, дорогая, – с этими словами он нежно поцеловал женщину. – Ты сегодня одета не менее эффектно, чем вчера.

Она не удовлетворилась одним поцелуем, обвила его руками и увлекла на огромную пушистую шкуру на полу. Агент даже и в такой пикантной ситуации не забывал о цели своего прихода, горя нетерпением заняться делом, но прежде нужно было удовлетворить иные чаяния хозяйки алькова…

Не скоро Ферулла отпустила его, землянин смог отдышаться. На глаза ему попался лежащий в стороне костюм амазонки, блиставший серебром. Поинтересовался:

– А этот костюм зачем?

– Не догадываешься, милый? Его надену я. Мы же теперь сообщники, работаем вместе, можно сказать, коллеги. Так будет забавнее. Ты не находишь?

– Конечно, очень забавно. Только не забывай, мы затеваем вовсе не шуточное дело, многим рискуем. Если ты намерена получить нужный результат, то должна действовать серьёзно, без баловства. Иначе и не стоит браться за это.

– Я уже предельно серьёзна, мой командир. Приказывай, я повинуюсь!

– Судя по всему, у тебя есть какой-то план, дорогая, это так?

– Кое-что я придумала, и если у тебя нет лучшего, то воспользуемся моим планом.

– Слушаю, докладывайте секретный агент Ферулла! – полушутливо произнёс Удальцов.

– Я долго думала, чуть ли не весь день, прикидывала и решила, что лучшего всего взять быка за рога или ещё за что-то, – женщина хихикнула. – Надо проникнуть в самое логово – контору Кэмпба и порыться в его деловых документах. Есть у него один секретный сейф, я знаю.

– Взломаем его?

– Хотелось бы, но не получится, увы, там такая защита – просто супер, ничего у нас не получится.

– Так что же?

– Я знаю подходы к нему, мне известен секретный код и сегодня незаметно я забрала его ключ. Заболтала простачка Кэмпба, как это умеет делать каждая женщина, и воспользовалась удобным моментом. Он выглядел просто лопухом. Завтра я точно так же верну ключ на прежнее место, он даже ничего не узнает.

– Ты просто гений сыскного дела! Так что же мы медлим, секретный агент Ферулла, вперёд за приключениями!

Женщина облачилась в костюм амазонки, в котором выглядела необыкновенно пикантно. Шагая впереди, словно проникнувшись воинственным духом, она провела агента к внутреннему ангару, где находилась аэромашина. На ней они полетели к административному зданию корпорации «Барадзай», находившемуся в центре города.

Машина опустилась на специальную площадку на крыше. Ферулла достала пульт с несколькими кнопками. Нажала одну из них.

– Я дала сигнал, что прибыли свои, ввела личный код, иначе бы сработала сторожевая система, – пояснила женщина. – Сейчас же можно спокойно проходить внутрь.

Виктор шутливо скорчил недовольную рожицу:

– Как всё просто, даже неинтересно.

– Самое трудное, отыскать что-либо компрометирующее среди документов. Наверное, там их содержится немало. Придётся искать иголку в стоге сена… Нет, нет, не туда! – воскликнула Ферулла, увидев, что её спутник направляется к лифту. – Нам сюда!

Нажала кнопку на приборчике и раскрылась малозаметная дверь в стороне. За ней находился другой лифт: персональный для главы корпорации, как понял землянин.

Спускались с минуту. Вышли и оказались в длинном мягко освещённом коридоре с роскошной ковровой дорожкой на полу. Дошли до широкой двери. Ферулла достала ключи. Нашла нужный, вставила в замочную скважину, попробовала повернуть, но неудачно.

– Странно, почему-то не получается, – прошептала она.

– Может, ключ не тот?

Она внимательно вгляделась.

– Нет, этот самый, но почему-то не открывает дверь.

Виктор нажал посильнее на створку и она сдвинулась.

– Дверь открыта?! – удивленно воскликнула Ферулла.

Агент обнял её за плечи и они напряжённо застыли. Долго стояли, не шевелясь.

– Может быть, там Кэмпб, – шёпотом на ухо прошептал Виктор.

– Нет, это совершенно исключено, у него в это самое время приём самых почетных гостей бал-маскарада. Потому я и повела тебя сюда, иначе было бы неразумно.

– А может, он забыл закрыть дверь? Или что-то испортилось в механизме замка?

Агент чуть отодвинул дверную створку и посмотрел через щель в комнату: там царила кромешная тьма и он ничего не увидел. Подумал, что ежели там кто-то затаился, то он их видит очень даже хорошо.

Прислушался – тихо.

– Даже не знаю что делать, – шепотом произнёс он. – Может, вернёмся?

– Уйти, когда мы уже в самом его логове? Ну, уж нет!

– Значит, рискуем и входим? Смотри, Ферулла, ответственность лежит на тебе. Решай.

– Я решила: заходим. Смелость города берёт!

Осторожно прошли в комнату. Против обыкновения, свет автоматически не зажёгся.

– Придется вручную. Поищи включатель слева от двери, – подсказала женщина. Тут же спохватилась: – Стой, кто-то идёт!

Тут Виктор и сам услышал топот бегущих ног в коридоре, сильно приглушённых толстой ковровой дорожкой, но звучавших пугающим набатом в полной тишине. С каждым мгновением приближались к ним.

– Мы в ловушке! – вскричал он, почти теряя голову.

Женщина же сохранила хладнокровие.

– Закрывай дверь! Быстрее же! – подсказала она. – Пока они её взломают, пройдёт немало времени!

Он тут же, не мешкая, задвинул створку, а она ключом закрыла замок и засмеялась:

– Взломать дверь они сразу не решатся. Какое-то время мы в безопасности. Странно, что они нас обнаружили, этого быть не должно, насколько я понимаю в их охранной сигнализации. Очень странно. Может, я что-то напутала!

– Пока они нас схватить не могут, но как мы отсюда выберемся?

– Есть другой потайной ход, я на всякий случай взяла от него ключи. Иди за мной.

Крики за дверью стихли.

– Устали орать дураки, – презрительно прокомментировала Ферулла, – начали соображать: что им делать? А это пахнет для нас неприятностями. Могут и придумать.

Она оказалась права, в чём они скоро убедились. На двери около замка появилась светлая точка, которая быстро росла в размерах, несколько осветив комнату. Удальцов догадался:

– Это лазер, они режут дверь!

– Тогда мы не должны больше медлить, быстрее за мной, дорогой! – Женщина подошла к стеллажам с книгами, повозилась около одной из полок и в стороне распахнулась узкая дверца. – Это потайной ход, он приведёт нас наверх, они не успеют поймать нас. Мы ускользнём перед самым их носом. О, мне это нравится, такие приключения в моём вкусе!

Агент поднял было ногу, готовясь шагнуть вслед за своей любимой, но в этот момент его рот с носом зажала крепкая рука и в лёгкие проник едкий газ. Сознание Виктора на какое-то время помрачилось, он бессильно опустился на пол…

Парализующее действие газа оказалось недолгим. Дверь ещё взламывали. Агент встал, покачиваясь. Потайная дверца уже закрылась, Ферулла скрылась. За окном он заметил огонёк аэромашины – той самой, на которой прибыл сюда с любимой. Она оставила его, улетела! О, женщины, коварные и непостоянные! Неужели она сознательно заманила его сюда и бросила?..

Расплавленные капли металла и луч лазера позволяли рассмотреть обстановку кабинета. Удальцов заметил, что сейф в углу раскрыт: возле него и на столах лежали разбросанные документы. Кто-то тут был и копался в них, пока ему не помешали. Но кто же, кто?!.

Всё дальнейшее происходило будто в страшном сне, каком-то кошмаре.

Замок двери был вырезан, в кабинет ворвалась лавина сотрудников секретных служб и охраны корпорации. Агента схватили. Не обошлось без ругани и побоев. Допросы были жуткими. Выясняли, как он проник в личные апартаменты президента? Что искал среди документов? Как снял со своего плеча «метку»? Кто у него был сообщником и играл его роль на балу? Схватить последнего не удалось, так как в самый последний момент тот избавился от «метки» и скрылся в неизвестном направлении. Вопросов задали даже слишком много.

К искреннему удивлению Виктора, никто не знал об участии в этой затее Феруллы и о том таинственном человеке, который парализовал его газом и удалился с нею через потайной ход. Понятно, что говорить о них агент не стал, подобные признания ему ничем бы не помогли. В кабинете оказались брошенные электронные отмычки, приборы прослушивания и просвечивания стен, выявления охранных систем, микролазеры и многое тому подобное. Естественно, все пребывали в уверенности, что они принадлежали Виктору. Пытались у него выпытать, как он их пронёс через таможню?..

Потом внезапно допросы прекратились. Улучшилось питание. Тюремщики стали относиться менее враждебно. Землянин понял, что это неспроста, кто-то замолвил за него веское слово. Ферулла сдержала своё слово, как минимум наполовину: замуж за него не вышла, но на эшафот его не потащили.

Угрюмый следователь сообщил:

– За свои дерзкие преступления вы заслуживаете смертной казни, но – увы! – поступило высочайшее помилование. Вы будете лишь высланы с первым же рейсом космолёта с Тартара. Если же когда-нибудь вернётесь сюда, то вас немедленно арестуют и казнят. Это всё, что касается официальной части. От себя же лично я хочу сказать, что будь моя воля, то я бы вас не выпустил с нашей планеты. Пусть даже вы пойманы с поличными и ничего не увезёте с нашей планеты – а мы об этом позаботимся, будьте уж уверенны! Но вы слишком ловки, слишком пронырливы, слишком хитры. Подумать только, даже с «меткой» суметь проникнуть в кабинет президента корпорации, вскрыть его сейф?!. Нет, такого человека я бы не выпустил ни за что! Душу бы вытряс, но дознался, как вам сие удалось? Как провезли с собой столько специального оборудования, если вас подвергли такому досмотру, какого удостаивается мало кто из приезжающих к нам? Как вы утаили от таможенников такую груду аппаратуры и инструментов? Как?

Офицер покачал головой и повторил предельно убеждённо:

– Нет, нельзя вас выпускать. У меня предчувствие, что наши беды на этом не кончатся, вы нам снова подложите какую-нибудь свинью. Готов поспорить об этом с кем угодно и на что угодно.

Во время этой продолжительной и эмоциональной тирады Виктор сохранял молчание, понимая, что все невольные комплименты к нему лично не относятся: их заслужил другой человек, оставшийся неизвестным.

Через неделю Удальцова освободили, подвергнув самой дотошной проверке, вплоть до внутренних органов. Пришлось выпить огромное количество слабительного и провести немало времени на специальном унитазе. Его переодели во всё новое – одежду доставили спецслужбы. Даже документы ему не вернули, выдав взамен официальную бумагу, что они изъяты по таким-то и таким обстоятельствам. Перестраховались, дабы затруднить ему вывоз чего-либо с Тартара. Затем агента доставили на борт звездолёта рейса «Тартар – Бетельгейзе», который сразу же стартовал в космос и долго летел в сопровождении двух астрокрейсеров, которые лишь через пару парсеков повернули обратно.

+ + +

…Виктор шёл в кабинет своего начальника на ватных ногах, словно на лобное место. Им провалено очередное, десятое по счёту задание. Антиюбилей своего рода! На сей раз – последнее в его недолгой карьере. Несомненно, он будет нещадно обруган и с позором выгнан. С большим, огромным позором!

Приёмная. Обычная реакция секретарши, сразу же восхитившейся бравой статью агента. С дрожью в голосе она пригласила его пройти в кабинет, где Удальцова встретил капитан Кузнецов с предельно доброжелательной улыбкой. Он с подчёркнутым уважением пожал руку агенту и предложил располагаться удобнее на стуле.

– Браво, Удальцов, вы очень хорошо справились с порученным вам заданием! Честно говоря, я не верил в такое.

Агент недоумённо посмотрел на него:

– Неужели? Что вы говорите, ведь я же провалился! Это был каскад провалов! Я совершенно ничего не сделал!

– Сейчас, сынок, я тебе всё объясню, – раздался голос сзади. – Дай тебя обнять и поздравить с возвращением на Землю!

Виктор увидел того седовласого ветерана, который провожал его на задание.

– Я же говорил, что гены Алёшки Удальцова должны сказаться, и оказался прав!

– Но я совершенно ничего не понимаю, – пролепетал агент.

– И не должен был ничего понимать по нашему замыслу, иначе бы сыграл свою роль не так искренне. Не хочу тебя обидеть, мой мальчик, но ты плохой актёр. Не обижайся, у тебя совсем иные таланты.

– О какой «роли» и «талантах» вы говорите?

– Извини, но на нашем жаргоне подобное называется «ловушкой для дураков». Ты играл роль суперагента, играл блистательно. Эффектно, с шумом, прибыл на Тартар, на тебе сошлись все взгляды, тебя ни на миг не выпускали из поля зрения тамошние спецслужбы. Делает тебе честь, что даже в такой незавидной обстановке ты сумел избавиться от «метки» и почти раскрыть тайну наркотика «парадиз».

– Меня тут же схватили, я даже не заглянул в сейф, – сокрушённо вздохнул Виктор.

– Это уже было не нужно – до тебя его распотрошил наш настоящий суперагент, Василиск. Он сделал копии всех нужных документов, и теперь мы разоблачим и обезвредим дельцов наркобизнеса. Наверное, ты горишь желанием узнать, кто этим занимается? Конечно же, Кэмпб, президент Всепланетной корпорации «Барадзай». Распространяются наркотики в… птицах, всем известных барадзаях. У тех в объёмистых желудках много камушков для перетирания корма. Эти негодяи упаковывают наркотики в тару, имитирующие такие камушки… Немудрено, что мы доселе ничего не могли разгадать. Барадзаи пользуются спросом повсеместно, развозятся по всей Галактике, а вместе с ними – и «парадиз». Умно придумано. Двойной бизнес. Необыкновенно доходный. Но уже скоро мы с ним покончим. Враз и навсегда!

– Только моей заслуги в этом нет, – с горечью молвил Виктор.

– А вот и ошибаешься, сынок, – заявил седовласый. – Посуди сам, разве бы наш настоящий агент получил такую свободу действий, если бы не было тебя? И второе, самое главное. Скорее всего, он был бы схвачен в кабинете Кэмпба, если бы очень вовремя не прибыл ты туда со своей… «подругой». Конечно, сие произошло чисто случайно, но факт остаётся фактом. Увы, Василиск не до конца разобрался с охранной системой и на её сигнал прибыла охрана, но тут наткнулась на тебя. Пользуясь переполохом, наш настоящий агент сумел скрыться со всеми полученными материалами. В дороге ему пришлось выдержать крайне неприятное объяснение… понятно, с кем. Ну, с твоей подругой. Он признался, что это было самым трудным и неприятным. Помогло то, что возвратиться они уже в любом случае не могли… Кстати, сынок, он хотел бы лично поблагодарить тебя, Василиск крайне признателен тебе, ведь ты выручил его из практически безнадёжной ситуации. В отличие от вас, он не знал о потайном выходе из кабинета…

– Я тоже хочу его увидеть. Очень.

– Пригласите Василиска, – дал команду капитан.

Удальцов повернулся к двери, испытывая волнение. Кто же этот незнакомец? Вспомнил его кличку – Василиск. О Боже, как он забыл, ведь о нём в их кругу уже сейчас говорят как об асе разведки, он становится легендарной личностью. Многие уверены, что когда он закончит службу и расскажет хоть о малой толике дел, в которых участвовал, то его слава превзойдёт всех нынешних и прошлых героев Космопола. Сейчас он увидит этого удивительного человека…

В кабинет скромно вошёл среднего роста мужчина лет пятидесяти самой заурядной внешности. Виктор даже не поверил своим глазам, разочарованно подумав: и это тот самый знаменитый Василиск? Такой невзрачный и заурядный?!

Но голос капитана подтвердил:

– Удальцов, представляю вам суперагента, кодовая кличка – Василиск.

Они обменялись рукопожатием.

– Будем знакомы, – сказал Удальцов.

– Мы с вами давно знакомы, – улыбнулся Василиск.

– Что-то не припоминаю.

– Вспомните, как долго я посвящал вас в тайны жизни бабочек на борту звездолёта «Гордость Тартара», смертельно вам надоев. Правда, там я имел несколько иной облик…

Словно пелена спала с глаз агента – он узнал голос старичка Ганса Пфаля:

– Так вы тот самый любитель бабочек, чья защита от грабителя стоила мне провала?!

– Спасибо, Виктор, вы спасли меня дважды. В первый раз от того бандюги на корабле. Понятно, я и сам мог бы дать ему отпор, но не имел права выходить из «образа», а вам сие не возбранялось. Даже было весьма кстати! Сердечно вас благодарю. И вдвойне благодарен за ваше своевременное появление в кабинете Кэмпба. Я уже решил, что не выкручусь, попаду в лапы охранников в тот момент, когда собрал все необходимые материалы для разоблачения преступников. Простите, что несколько бесцеремонно воспользовался газом и ненадолго парализовал вас. Несомненно, вы понимаете, что ничего личного – так требовали интересы дела, а оно у нас всегда на первом плане. Я мог бы пожертвовать собой, но пришлось стать жертвой вам. В интересах дела. Незавидная участь, но… Прошу прощения. Ваша спутница только в полёте разглядела, что с ней не вы, просто взъярилась, тигрицей набросилась на меня, чуть не удушила, рвалась вернуться обратно. Я её убедил, что она гораздо полезнее вам окажется на свободе, если никто не узнает о её роли в этом деле. Так что не думайте о ней плохо: она не только красива, но и на редкость умна, добра, даже великодушна. Не многие на её месте поступили бы также… – Василиск улыбнулся: – Простите, почему-то вспомнилось, как я вас вместе с другими вывел из себя на таможне, когда изображал недотёпу, ронял свои вещи. Даже спохватился: а не переборщил ли я, когда больно саданул вас своим сачком по лицу. Увидел, что вам было очень даже больно. Извините. В этом снаряжении для ловли бабочек и были спрятаны все необходимые мне «аксессуары». Нужно было отвлечь от них внимание.

– Ладно уж, чего там считать подобные мелочи, – скромно ответствовал Удальцов, внутри испытывая неприятный холодок от воспоминания, как чужая рука зажимает ему рот, как проникает в лёгкие жутко едкий газ, как он падает парализованный, как улетает аэромашина с той, кого он в тот момент счёл предательницей…

– Было приятно работать с вами, Виктор, – искренне произнёс Василиск. – Я не против нашего дальнейшего сотрудничества в будущем.

Седовласый улыбнулся:

– Мы выждем разумный срок, а затем вновь повторим этот трюк где-нибудь ещё. Конечно, подальше от Тартара. Там, где не слышали о нашем суперагенте.

Василиск ещё раз крепко пожал руку Удальцову и удалился.

– Я тоже хочу пожать тебе руку, сынок, ещё раз поздравляю с успешным выполнением очень ответственного задания. У тебя явные способности, только нужно их правильно использовать. Отныне ты можешь считать себя полноценным сотрудником Космопола и ходить с высоко поднятой головой.

Капитан напомнил:

– Задание он успешно выполнил, теперь можно ему уже официально присвоить кодовую кличку. Какую выберем?

– Самую лестную и самую подходящую, – внушительно произнёс седовласый, – не догадываешься, какую именно, сынок?

Виктор покачал головой.

– Отныне, сынок, ты будешь зваться Суперагентом.

Польщённый Удальцов заалел щеками от удовольствия.

РИСУНОК НА ОБЛОЖКЕ: Pixabay License. Бесплатно для коммерческого использования. Указание авторства не требуется: pirate-772291_960_720

Content

Зиборов Александр Алексеевич Секретная миссия Суперагента