Анастасия Иванова

Укус

“С чего я решила, что могу писать? С того, что друзьям нравились мои сказки? Так друзья и нужны для того, чтобы подбадривать, это вовсе не означает, что я действительно писатель. Супруг вообще никогда не читал мои произведения, наверное поэтому он бывший супруг. Так что же теперь я делаю на этой планете? Тешу тщеславие командира? Приземляю быт учёных? Или я просто подопытный кролик, которого не жалко? Как я могу писать летопись, если меня все посылают куда подальше, чтобы не мешалась? Зря я на это пошла, детские мечты о покорении космоса должны были оставаться мечтами, сорокалетние тётки не предназначены для подобных свершений. Так дело не пойдёт, я уже неделю просиживаю штаны в этой комнате, где нет места даже для занятий йогой. Что это? Разве об этом я мечтала, когда отправляла свой рассказ на конкурс писателей? Я думала, что увижу миры, диковинных зверей, неизвестные звёзды. А что вижу на самом деле? Жёсткую койку, тумбочку и стол. А весь мир сконцентрирован на матовых отблесках пограничного купола.

Все необходимые инструктажи пройдены еще на корабле. Планета, по данным Первой экспедиции, абсолютно пригодна для жизни. Опасных обитателей не обнаружено, атмосфера соответствует человеческим потребностям. Тогда почему я мотаюсь по базе как неприкаянная? Обо мне будто забыли как только мы приземлились.”

Женщина отшвырнула коммуникатор, в котором делала заметки, и откинулась на спинку кресла. “Пора действовать”, – собрав в небрежный пучок, копну серых волос, она потянулась и вышла.

– Юрий Петрович, разрешите мне отправиться за пределы вместе с Юлией. Я устала сидеть в своей комнате. Я думала, что должна описывать заселение Новой Земли, а вместо этого только и делаю, что ем, сплю и думаю о своей бесполезности.

Командир экспедиции поднял тяжёлый взгляд, еще год назад женщина, точно бы покраснела и убежала, но не сейчас.

– Александра Сергеевна, Вы могли бы выбрать более подходящее время для вопросов? Не во время обеда? – в его голосе звучало явное раздражение.

– Когда вы не обедаете, вы пропадаете неизвестно где! Как я могу писать о Вашем участии в покорении космоса, если Вас не видно? Хотите, чтобы я описала Ваши трапезы? Пожалуйста! – Александра уже не скрывала своё недовольство. Ещё во время перелёта, длившегося целый год, стало ясно, что частью команды она точно не станет, но и за борт её не выкинут.

На щеках полковника заиграли желваки, густые усы встопорщились, но он сдержался.

– Идите с Юлией договаривайтесь, – рыкнул командир, вернувшись к своей тарелке.

– Приятного аппетита, – процедила женщина и спешно покинула столовую.

Все попытки найти общий язык хоть с кем-нибудь из участников экспедиции заканчивались провалом. Командир, старый военный, думал только о том, чтобы планета была названа его именем, хотя его заслуги весьма сомнительны. Учёные весь путь проводили за своими компьютерами, периодически устраивая жаркие споры. Писательница ни слова не понимала на их научном языке. Только биолог Юлия Юрьевна, дочь полковника, отнеслась к женщине с неким сочувствием и симпатией. Ещё бы, юная, красивая и умная девушка понимала, что в её будущем перспектив намного больше, чем у разведённой сказочницы, у которой даже нет своих детей.

Однако эта писательница смогла пройти конкурсный отбор, и именно её выбрали летописцем экспедиции. Вероятно, организаторы решили, что будущее этой планеты за теми, кто сейчас только нежится в колыбелях на Земле. Значит, привлекать их на Новую Землю надо с детства, а с этим как раз должна была справиться сказочница, а не историк. Кроме того, Александра, несмотря на свой зрелый возраст, обладала отличным здоровьем, мягким характером и гибким умом.

Выйдя из столового модуля, сказочница вздохнула. Каждый подобный разговор, каждая ссора вызывала в ней бурю эмоций, которую она не могла остановить, начиная от злости, заканчивая вселенской печалью. Ведь она вовсе не была склочницей, всё, что ей хотелось, это принести пользу экспедиции, хотя бы тем, что максимально достоверно, но ярко описать происходящее. Чтобы юные, и не только, читатели смогли проникнуться атмосферой Новой Земли и не боялись покинуть родную планету, когда придёт их час. Но пока же проникнуться не могла даже она сама.

Защитный купол с воздушными фильтрами был выстроен ещё до их приземления. В первую очередь, он оберегал от возможных неизученных обитателей фауны. Атмосфера Новой земли по составу была как родная и дышать возможно без дополнительного оборудования. Лишь гравитация здесь чуть ниже, из-за большей разницы в размерах с местным Солнцем. Хотя Солнце это неверно. Звезда, освещавшая новую землю, носит имя “Раудир”. Дурацкое название, по мнению Александры, Раудировая система – ну не звучит же!

Купол по периметру был обработан матовым покрытием. Это ужасно мешало смотреть хотя бы на опушку окружающего колонию лиственного леса. Внутри купола смотреть и вовсе не на что. Два жилых многокомнатных модуля, один для военных, полупустующий, один, поменьше, для учёных и писательницы. Следом шёл большой столовый модуль, и ближе к границе, научный, в котором трудился основной состав экспедиции. Всего в рамках Второй экспедиции на Новую Землю высадилось тридцать учёных, девятнадцать военных, включая военных поваров, и одна писательница – истинный гуманитарий.

Постояв в нерешительности у научного модуля, писательница вошла внутрь. Учёные не выказывали недовольства, когда женщина посещала их кабинеты, ничего не трогала и ладно, в остальном она не вызывала никакого интереса. Пройдя в биологический отсек, Александра улыбнулась. Видимо, все биологи ушли на обед, на месте осталась только Юлия, а значит, никто не будет смущать.

– Юль, возьми меня наружу, кажется, моя летопись немного окуклилась, – женщина смущённо улыбнулась, понимая, что шутка вышла весьма кривобокой.

– Ой, здравствуйте, Александра, просите, не заметила, как Вы вошли, – тонкая блондинка вздрогнула и чуть не опрокинула микроскоп, наблюдением в который была увлечена.

– Прости, Юленька, я даже забыла поздороваться. Только что пообщалась с твоим отцом…

– Опять поругались?

– Ну-у, в этот раз он был занят едой, – усмехнулась Александра, – но разрешил мне выйти с тобой за купол, если ты согласишься.

– Вы уж простите его, он отвечает за все наши жизни и ему сложно приходится. Он привык всегда приказывать, а творческие люди для него непонятнее инопланетян, – примирительно улыбнулась биолог. – Конечно, я возьму Вас с собой. За куполом очень красиво. Высокие деревья, сочная трава и множество различных насекомых! А какие там бабочки – размах крыльев не менее тридцати сантиметров! Представляете? На Земле такой размах встречается только у Тизании агриппины, а здесь это самая маленькая из бабочек! – в голубых глазах Юли блестели искры восхищения.

– Не представляю, но мне уже не терпится посмотреть на них! Когда мы сможем выйти?

– А я как раз собиралась прогуляться. Надо искать фекалии местных животных. В картотеке числится уже не менее десяти тысяч видов различных млекопитающих планеты. Их обнаружила ещё Первая экспедиция с помощью разведзондов и съёмки. Наша задача теперь классифицировать их по типу питания и предпочтениям. Начиная с этого полуострова, а потом потихоньку перемещаясь на соседние территории, где сейчас орудует Первая экспедиция с их зондами.

– По типу питания? Вы не знаете, кто хищник, а кто нет?

– Первая экспедиция передала нам множество информации по местной фауне. Хищники в этой части полуострова практически не встречаются, в основном здесь водятся различные травоядные. В любом случае не волнуйтесь, вокруг базы собирается немного животных, вероятно, их отпугивают наши прожектора или ультразвуковые излучатели. Кроме того, у нас будут станнеры. Пойдём подберём Вам защитный костюм.

Идея выходить во враждебный животный мир уже не казалась писательнице столь увлекательной. И почему она не думала, что там могут ждать опасности, до разговора с Юлей? Но неделя проведённая в периметре и предшествующий ей год на корабле, говорили о том, что лучше в пасть к хищнику, чем в одну столовую с военными.

Защитные костюмы представляли из себя плотный, но лёгкий комбинезон с укреплёнными подошвами и цельными перчатками. Круглый, как аквариум, шлем из тонкого, прочного стекла с фильтрами по всему нижнему краю надёжно крепился к воротнику, не оставляя зазоров.

– Атмосфера и воздух здесь безопасны, можно было бы обойтись без костюмов. Но мы ещё не уверены во множестве местных насекомых, вдруг они ядовиты, поэтому и приходится так облачаться, – пояснила биолог, укрепляя на поясе станнер. – Рюкзак у меня, видите, тоже округлый и гладкий, чтобы случайно не пронести кого-нибудь в модуль. Вот, держите станнер, не думаю, что он нам пригодится, но бережёного Бог бережёт.

Александра слегка приподняла тонкую бровь, услышав подобную фразу от учёного, но решила не заострять на этом внимания. Волнение от первого выхода сковало писательницу, несмотря на то, что защитный костюм был вполне уютный.

Тревога быстро сменилась восхищением, когда матовая заслонка защитного купола отодвинулась, и Александра увидела наконец окружающее пространство. Увидела и услышала! Оказывается, купол наглухо закрывал доступ всем этим чудесным звукам окружающего мира. Это можно было сравнить с входом в птичий вольер в зоопарке, только в несколько раз громче и ярче. Здесь были и песни неведомых птиц, и шелест листвы, и тихие, но отчётливые хлопки крыльев огромных бабочек. В голове писательницы сразу возникли образы и метафоры, которые она непременно перенесёт в заметки, сразу по возвращении в комнату. Александра с восторгом рассматривала окружающее пространство, когда разлапистые листья густого куста раздвинулись, и в них показались два лазурных глаза. Летописец едва успела оттолкнуть руку Юли, вскинувшей станнер, и заряд пролетел выше куста. Обладатель лазурных глаз молниеносно скрылся, так же тихо, как и появился.

– Что Вы творите!? – возмутилась биолог. – Он мог напасть на нас! Вы видели у него глаза расположены спереди, а не сбоку. На Земле это явный признак хищника!

– Но мы же не на Земле! Он же просто смотрел! Ты же сама говорила, что хищников тут крайне мало! Если он хотел на нас напасть, то не высовывал бы мордочку. Ты что, не обратила внимание на то, как он смотрел? Да и вообще, прежде чем стрелять, неужели не надо попробовать разобраться и познакомиться? Ты же биолог, а не военный!

– Вы говорите, как беспечная школьница, а не как взрослая женщина. Мы на чужой планете среди чужих зверей, это может быть опасно! – Юля напряженно озиралась по сторонам.

– До нас здесь высаживался целый взвод военных, и, если не ошибаюсь, никто не подвергался нападению. Как можно сделать планету и её обитателей дружелюбными, если стрелять в каждого, у кого есть глаза? Всё-таки в тебе больше от твоего отца, чем я думала.

– Может быть, Вы и правы, – вздохнула Юля, убирая станнер. – Обычно я не стреляю так быстро, просто он меня очень напугал. Так тихо и внезапно подкрался, что инстинкты сработали быстрее разума.

– Ну ничего. Не думаю, что он вообще понял, что произошло, скорее испугался моего крика, – мирно закончила спор Александра.

Завершение вылазки было скорым. Юля наполнила свои коробочки и пробирки различными пробами. Александра хотела было поинтересоваться подробностями содержимого, но, глядя на эту землю, она твёрдо решила, что в её книге не будет скучной научной болтовни, а останется только красота и восхищение от окружающего пространства. Она непременно должна постараться передать на Землю всё великолепие Новой Земли и зажечь в юных, и не очень, сердцах желание переселиться сюда. А историей и констатацией пусть занимаются учёные.

По возвращении на базу женщины задержались в проходном отсеке, обдуваемые сильными потоками воздуха, не оставляющими шансов задержаться на одежде ни одному случайно зацепившемуся насекомому. После процедуры за их спинами закрылась заглушка короткого коридора.

– Юлия! Спасибо тебе огромное! Ты меня прям вдохновила, я уже начинала отчаиваться и жалеть об этом полёте. Но теперь я чувствую, что могу творить! – Александра спешно сбрасывала с себя защитный костюм. – Куда повесить?

– Костюмы после вылазки складываются вот в этот контейнер, – Юля нажала на кнопку, и в кубе, который Александре казался элементом защитного барьера, открылись дверцы.

– По периметру несколько таких, возле каждого входа. Когда будете возвращаться, кидайте костюм сюда, наши техники потом заберут его и продезинфицируют. Чистый костюм можно брать в научном модуле в гардеробном отсеке, Вы уже видели.

Александра поперхнулась: “Можно брать?”

– Ну да, Вы взрослая женщина, вполне себе можете выходить за пределы самостоятельно. Говорю же, планета безопасна, главное – опасаться насекомых, они пока не все изучены. И держите при себе станнер, опять же, на всякий случай. Мало ли, вдруг всё-таки попадётся залётный зверь покрупнее, чем мы сегодня видели или тот глазастый окажется злым.

– Восхитительно! Спасибо, Юленька! Тогда я побегу описывать наших кроликов и мышек. Можно потом забегу к вам за их настоящими названиями?

– Конечно, я к Вашим услугам, – улыбнулась биолог и, махнув рукой, поспешила назад в лабораторию.

Александра, воодушевлённая открывшимися перспективами, направилась писать первую главу её книги о Новой Земле. Предыдущие наброски, сделанные на борту корабля, так и останутся набросками.

На подлёте к Новой Земле, вы, вероятно, решите, что вас разыграли, год покружив по Млечному пути и вернув на Землю. Именно такие мысли посетили меня, когда я впервые увидела Новую Землю в иллюминатор корабля. Всё то же сияние атмосферы, всё те же зеленые континенты и всё та же синева и белизна океанов и гор. Но лишь ступив на эту планету, вы почувствуете невероятную лёгкость бытия. Дело даже не в том, что шагать здесь действительно легче, но и в самом пространстве. Деревья на Новой Земле дышат вместе с планетой, и вы ощущаете это дыхание с каждым вздохом. Земля мягко принимает каждый ваш шаг, а разномастные песни птиц приветствуют новых жителей планеты.

Ни одна палитра художников не содержала в себе столько красок и цветов, сколько можно увидеть на этой земле. Невообразимые причудливые растения, мелкие и высокие, протягивают свои листья и лепестки к Раудиру, а деревья склоняют ветви в сторону, чтобы свет звезды согревал малышей. Исполинских размеров бабочки, питающиеся нектаром цветущих деревьев, невесомым и мягким прикосновением крыльев ласкают не только протянутую руку, но и услаждают взор.

Вот, пройдя несколько шагов вглубь леса, вы спугнули стайку зверушек, которых можно принять за зайчиков. Они не поскакали, а, смешно перебирая лапками, перебежали в низенькие кустики и с любопытством выпучили на вас свои зеленые глазки – это Меранги. А вот пролетела гигантская тень местного ворона, яркого и разноцветного, как попугай. Каждый шаг, каждый вздох, и каждый взгляд будет удивлять вас на этой планете.

Здесь прекрасно всё – от травинки до звезды, освещающей землю. Уверена, когда место жилых модулей займут комфортабельные коттеджи, и матовый купол потеряет свою актуальность, эта планета станет для вас новым любимым домом, который не захочется покидать.

– Красиво, а продолжение? – Юля лежала на койке Александры, закинув длинные ноги на стену и свесив голову вниз. Совсем как подросток, а не как солидный учёный.

– Продолжение будет, – с улыбкой произнесла Александра, выключая монитор. – Это всего лишь заметка после нашей первой вылазки. Мне просто захотелось прочитать её тебе в благодарность. Если бы не ты, я бы так и не начала писать. У меня тут уже скопилось несколько подобных заметок, но их все нужно будет связать в единое повествование. Мы всего две недели здесь, а впереди ещё множество новых открытий, верно?

– Безусловно! Может быть, даже удастся уговорить отца съездить в гости к Первой экспедиции! Они живут в таком же куполе, но в центре полуострова. Военные уже ездили к ним, перевозили посылки с Земли и дополнительное оборудование. Но нам пока есть чем заняться тут, поэтому связь с ними только через спутник.

– Как же всё это удивительно. Всего неделю назад я маялась и думала, что перелететь сюда была плохая идея, но ты полностью изменила моё мнение.

– Жаль, что Вы так и не нашли общий язык со всей командой, они классные ребята, просто все их мысли заняты работой. Представляете, они говорят об экскрементах даже за обедом!

– Да уж, весёленькая тема. Поэтому ты обычно обедаешь одна?

– Да нет, как-то само так вышло. На корабле-то деваться некуда было, все жили по графику, а здесь можно вернуться в земной режим. На Земле я обедала после четырёх. Ладно, мне пора на работу, Борис Сергеевич где-то нашёл какаху размером с огурец, ждёт, когда я её разберу, – девушка ловко соскочила с кровати и принялась надевать свои кеды. – Хотите посмотреть?

– Ну нет, если бы ты позвала меня смотреть на того, кто её сделал, я бы согласилась, а пока лучше схожу вдохновлюсь за пределы.

– Вы стали бывать за куполом чаще, чем все учёные, вместе взятые, неужто нашли там себе кавалера? – усмехнулась Юля, лукаво прищурив глаза.

– Да куда там! Я не нашла себе кавалера на Земле, а ты говоришь… – слегка покраснев, ответила Александра. – Просто там всё так интересно.

– Ага, и нет учёных зануд, – рассмеялась биолог. – Тогда до вечера, может, на ужине увидимся.

– Договорились, – кивнула женщина.

Писательнице действительно было неловко и совестно, оттого, что она скрыла от Юли свою недавнюю находку. Конечно, женщина знала, что рано или поздно учёные доберутся и до этого зверька, так же как собирали “зайчиков” для вскрытий и опытов. Но она не хотела быть виновной в этой встрече.

Зверька она увидела на следующий день после их первого выхода за предел. Это было невысокое, по колено, создание, похожее на толстенькую обезьянку. Русая шерстка казалась набивной, как у шотландского кота, а круглые ушки навевали мысли о плюшевых медведях. Он вышел на поляну, на которой сидела писательница и начитывала заметки на диктофон. Вышел, уселся напротив и стал прислушиваться к речи сказочницы. Взгляд его лазурных глаз был таким внимательным, что ей даже показалось, что он понимает слова. Но, наверняка, это было лишь писательское воображение. Женщина сразу поняла, что это тот, по кому пальнула Юля из станнера, и решила попробовать загладить человеческую вину. Со словами извинений, Александра протянула раскрытую руку. Зверёк сделал пару шагов навстречу, аккуратно обнюхал пальцы писательницы и уселся поближе. Так стало понятно, что извинения приняты. На следующий день существо снова появилось, и писательница рискнула предложить ему прихваченный из дендрария банан. Зверёк уверенно протянул ручку, именно ручку, с пятью пальчиками, схватил угощение и, ловко справившись с кожурой, проворно съел угощение. Стало ясно, что он не хищник, по крайней мере не опасный. Всю неделю зверёк появлялся, в какую бы сторону не пошла женщина. Он будто следил за ней. Всегда внимательно наблюдал за её губами и словами, когда она начинала делать заметки и, конечно же, никогда не отказывался от угощений.

– Привет, малыш, – тихонько поздоровалась писательница, когда зверёк вновь появился на поляне, где она любила сидеть на поваленном дереве и делать заметки. – Я тебе яблоко принесла.

– Я-бло-ко, – проговорила Александра, протягивая фрукт зверьку. Не то чтобы она ожидала, что он повторит, но уж очень хотелось, чтобы это было так. Как же было бы здорово, если бы с ней мог общаться кто-нибудь, кроме Юли.

Конечно, зверёк ничего не сказал, но с благодарным взвизгом взял яблоко из рук человека и принялся его с аппетитом грызть, не прекращая наблюдать за лицом летописца.

– Да, вот так. Кажется, ты меня понимаешь лучше, чем все ученые на станции, – усмехнулась женщина и принялась наговаривать заметки на диктофон. Пара десятков минут, не меньше, потребовалась женщине, чтобы проговорить все впечатления от сегодняшних открытий.

Она видела, как одно дерево помогало другому подпереть тяжелую ветку. Видела, как огромный ворон-попугай поднял “мышку” на высокий куст, где росли аппетитно выглядящие плоды, съедобные для людей, но невкусные. Она видела озеро, в котором блестели лиловые ажурные хвосты рыб размером с земную курицу. Она видела ещё много удивительных вещей, которые непременно понравятся землянам. Хотя во время заметок, женщина слегка грустила: “Как так выходит, что даже многочисленные животные и растения на этой планете помогают друг другу, а группа людей не может ужиться, несмотря на то, что здесь они вроде как семья.”

– Как бы я хотела, чтобы моя книга поселила в людях ту любовь, которую я вижу здесь. Чтобы, прибыв на Новую Землю, они не стали творить с ней то, что творят сейчас на своей планете, – выключив диктофон, проговорила женщина. – Ну что, зверушка, мне пора на базу, пока не хватились. И женщина отправилась в сторону купола. Зверёк всегда провожал её, хоть и настолько тихо, что она часто теряла его из виду ещё до того, как выходила из леса.

– Внимание! Внимание! Территория закрывается на карантин! Защитный купол заблокирован! Всем поселенцам немедленно собраться в столовом модуле! Внимание! Внимание! Территория закрывается на карантин! Защитный купол заблокирован! Всем поселенцам немедленно собраться в столовом модуле!

Рёв мегафона охватил территорию купола, едва за писательницей закрылась матовая заслонка. Стянув с головы шлем, она заметила, что пришла не одна, и потоки воздуха предназначенные для насекомых, не отпугивают тех, кто покрупнее.

– Ох, зверёк! Ты как тут? За мной проскочил? – женщина лихорадочно стягивала с себя костюм, резко оборачиваясь по сторонам. – Да как же это, двери же заблокировали!

– Саша! Давайте скорее в столовый модуль! Не слышите, что ли?

Александра едва успела накинуть на зверька снятый комбинезон, когда из жилого модуля спешно вышел Борис Сергеевич, глава учёного состава, и размашистым шагом направился в сторону столового модуля.

– Да-да! Уже бегу! – крикнула писательница, лихорадочно соображая куда девать зверька.

– Ладно, спрячу тебя в комнате, потом разберёмся. Александра схватила зверушку в охапку вместе с комбинезоном и побежала в жилой модуль, благо её комната была как раз у самого входа.

– Александра, да куда же Вы!? – это уже Юля, шедшая от научного модуля, заметила, как женщина торопится вовсе не туда, куда нужно.

– Я сейчас! Быстро! – крикнула писательница и скрылась в дверях.

– Так, зверёк, сиди здесь, пожалуйста, только тихо, ты же всё понимаешь, не шуми, – бормотала Александра, запихивая животное под кровать вместе с комбинезоном. – Тихо, ладно? Я скоро.

И женщина побежала в столовый модуль.

– Как вы знаете, военный отряд в количестве десяти человек посещал с визитом наших коллег из Первой экспедиции, – голос Бориса Сергеевича слегка дрожал, но был достаточно громким, чтобы все присутствующие в зале ученые могли его услышать. – Сегодня нашему командиру Юрию Петровичу поступил сигнал о неизвестной ныне болезни вирусного характера, поразившей всех членов Первой экспедиции. Сейчас все военные, включая Юрия Петровича, находятся на карантине в военном модуле. Наши коллеги учёные пока не могут ни выявить возбудителя, ни найти лекарства. Первые симптомы болезни схожи с земным гриппом, однако болезнь быстро развивается, и уже на третий день начинаются спазмы дыхательных путей и постепенный отказ нервной системы. На базе Первой экспедиции осталось только пять неинфицированных учёных, и им требуется наша помощь в поиске лекарства. Предполагаю, что наши военные уже стали носителем этого вируса, вопрос только в его инкубационном периоде. С момента их возвращения на базу прошла неделя, на момент их пребывания на территории Первой экспедиции, признаков болезни не было ни у кого из людей. Исходя из этого, инкубационный период может длиться как неделю, так и более, если Первая экспедиция заразилась ещё до нашего прилёта. Исходя из этого всем присутствующим в зале необходимо пройти обследование на предмет наличия вредоносных вирусов в наших тела и далее провести обследование наших военных.

Гробовая тишина, возникшая после первых слов главного учёного, взорвалась возбуждённым гулом. Александра вздрогнула и прикрыла рот рукой.

– Как же так, Юленька? Всего за неделю заболели все члены Первой экспедиции? Сколько их было?

– Много. Пара взводов военных и целый корпус учёных, поэтому наши жилые модули такие огромные, – ответила Юля, стоявшая рядом с писательницей. – Но не было, а есть, никто же не умер, – постаралась разрядить обстановку девушка, теребя пуговицу своего халата.

– Коллеги, давайте без паники! – вновь повысил голос Борис Сергеевич. – Возвращайтесь на свои рабочие места. Евгений Павлович, – обратился он к невысокому русому мужчине в прямоугольных очках, – прошу вас подготовить фармацевтов, лаборантов и лабораторию для проведения сборов и изучения анализов. Все остальные – ждите результатов и приступим к работе, биологи тоже готовьтесь.

– Юль, всё плохо, да? – тревожно спросила Александра собравшуюся на выход девушку.

– Да нет, в целом обычная процедура, сейчас соберём анализы, проверим восприимчивость вируса к нашим известным лекарствам и их комбинациям и что-нибудь найдём. Ну, или придумаем, – ободряюще произнесла девушка. – А пока лучше займитесь книгой, вы говорили, у вас много наработок? Значит, из комнаты выходить не придётся. О питании не волнуйтесь, думаю, позже всё решим.

– Хорошо, держи меня, пожалуйста, в курсе, а то, боюсь, теперь вы обо мне совсем забудете. Я буду у себя, – тихо попросила женщина, провожая взглядом учёных, по одному выходящих из столового модуля.

– Непременно! – махнула рукой биолог и поспешила на выход за остальными.

– Вылезай, зверёк, – сказала Александра, вернувшись в комнату. – Что же мне теперь с тобой делать?

Зверушка тихо выбралась из-под кровати и села на пол, смешно шевеля носиком и принюхиваясь.

– Представляешь, Первая экспедиция заболела неизвестно чем, наши военные, возможно, тоже болеют. Наши учёные сейчас пытаются разобраться что к чему, а я вновь бесполезный балласт, которому даже запрещено выходить из комнаты. Негласно, но запрещено. А тут ещё ты. Ну что ж, придётся тебе пожить у меня какое-то время, пока это всё не закончится. Ты не против? – писательница в растерянности присела на пол рядом с кроватью.

Зверёк тихонько проурчал, лизнул её руку и полез назад под кровать. “Хорошо, что он тихий и я знаю, что он ест”, – подумала женщина.

Спустя неделю Юлия сообщила, что со станции Первой экспедиции перестали поступать звонки. Последнее, что сообщили их учёные, это то, что все земные методы лечения не подействовали. Сперва люди попадали на искусственную вентиляцию лёгких, кому хватало места, потом в кому, потом на тот свет. Трое военных из Второй экспедиции уже находились на искусственной вентиляции, и шансов у них оставалось всё меньше. Ни один эксперимент не приносил положительного эффекта. Медотсек научного модуля сначала заполнился военными, а следом в него стали попадать и учёные. Александре предоставили рацию для связи, но связываться женщина ни с кем не решалась. Юлия, в полном защитном костюме, теперь с активными фильтрующими элементами на шлеме, заходила в комнату к подруге пообщаться и оставить еду. Каждый её визит был всё менее воодушевляющий.

– Отца положили на ИВЛ, ему совсем плохо, – грустно сказала Юля при очередном посещении писательницы. Он уже шестой из военных на ИВЛ. И я, похоже, тоже заболеваю.

– Господи. Что же делать? Не могу же я вот так сидеть и дожидаться, пока вы все там умрёте? – не подумав, воскликнула Александра.

Юлия, сидевшая на краешке кровати, с укором посмотрела на женщину.

– Вы ничего не сможете сделать, вся наша станция борется за жизнь и ищет лекарство. Радуйтесь, что Вы не заболели, что в принципе странно. И готовьтесь к худшему. На Землю уже отправлено сообщение, но корабль, даже если направится к нам на помощь, в чём я сомневаюсь, прибудет только через год.

– Но…

– Ай, – воскликнула девушка, отдёрнув ногу от кровати. На комбинезоне в районе голени проступила пара капель крови. – Это ещё что такое? – девушка наклонилась, чтобы заглянуть под кровать, а в ответ на неё уставилась пара лазурных глаз.

– Это то самое существо из кустов? – раздельно и очень зло спросила биолог, глядя на зверька под кроватью. – Оно укусило меня!

– Юленька, не переживай, сейчас я всё объясню, он обычно не кусается, меня он только облизывал пару раз. Когда я давала ему еду, он аккуратно брал ручками. Он абсолютно безопасен! Мы знакомы с ним уже почти месяц, и ещё ни разу ничего подобного не случалось, – быстро тараторила Александра, пытаясь отстранить биолога от кровати настолько, насколько это было возможно в маленькой комнате.

– Только этого мне не хватало. Вся база задыхается, люди в панике, а Вы притаскиваете в модуль неизведанное животное и говорите, что всё в порядке? Когда только вы успели его притащить!? Купол же закрыт!

– Он сам. Спрятался за спиной, когда я заходила в последний раз. Я не успела его выпроводить. Двери заблокировали, – извиняющимся тоном лепетала писательница. – Он очень умный и тихий, не думаю, что он опасен. Давай просто выпустим его наружу. Я хотела сказать тебе раньше, но вся эта суета. Я просто не успела.

– Чёрт-те что творится, – сплюнула девушка, вновь напоминая своего отца. – Ладно, без него проблем хватает, я разберусь с ним. Сидите в комнате.

– Но…

– Не но, – проговорила девушка, за руку вытаскивая из под кровати зверушку. Зверёк не сопротивлялся, а покорно вышел и взглянул прямо в глаза Юлии.

– Еда сегодня задержится, я заходила предупредить, – сказала девушка, взяв на руки зверя и выходя из комнаты.

Александра в бессилии упала на кровать и зарылась головой в подушку.

“Почему так получается? Казалось, что я нахожусь на самой дружелюбной из возможных планет. Ни атмосфера, ни животные, не представляли опасности. Я спокойно гуляла по всей округе базы и могла лишь восторженно описывать все окружающее. А теперь снова сижу в закрытой комнате, совсем одна на умирающей станции.

Может быть, не стоило людям переселяться сюда? Кажется, что сама планета пытается защититься от нас с помощью этого вируса.”

Слова совсем не хотели складываться, писать не получалось, корявые заметки отправлялись одна за одной в папку с черновиками, но писательница знала, что никому их уже не покажет. Три дня подряд возле её двери оставляли поднос с едой и молча стучали. А на четвёртый день зашла Юлия. Без защитного костюма.

– Представляете, со мной всё в порядке. Анализы полностью чистые и выработался иммунитет к вирусу. Мы было думали, что мой молодой организм справился самостоятельно, но в крови выявили новый вид лейкоцитов, поглощающих заражённые клетки. Вероятно, слюна зверька содержит прионы, уничтожающие вредоносные клетки. Сейчас собирается экспедиция наружу для повторного поиска этого животного. Мы уже выходили искать сразу, когда поняли, что слюна может быть полезна, но пока не нашли его.

– Значит, вы его не уничтожили? – встрепенулась Александра.

– Нет, – дёрнула плечом Юля. – я хотела сначала отнести его в лабораторию, но решила, что он там просто умрет без внимания, так как все силы были направлены на поиск лекарства. А у него такой смышленый взгляд, почти человечий, что я не рискнула брать на душу такой грех. И не смейтесь, среди учёных тоже бывают верующие!

– Я и не думала смеяться. Юленька, позвольте мне выйти за зверьком! Я знаю, где он обитает, и я точно смогу его привести. Пожалуйста. Не надо остальным туда ходить, вдруг вы его напугаете!

– Отец совсем плох, – печально проговорила девушка, – вероятно, кроме него никто бы не стал с Вами спорить сейчас. Я думаю, это будет верным шагом. Если Вы сами хотите, то я не буду Вас сдерживать.

– Тогда я готова, прямо сейчас могу выйти, только разблокируйте двери.

– Идёмте.

Девушка отодвинула куб, установленный возле входа в купол, за ним располагался рычаг экстренного открывания заслонок. Знала бы Александра, что всё так просто, давно бы сама выпроводила зверька, а может и нет, ведь он один скрашивал ей эти дни изоляции.

Выйдя на любимую полянку, Александра с лёгкостью вздохнула. Она не умрёт здесь в одиночестве. Если Юлия исцелилась после укуса зверька, то как минимум она составит компанию писательнице. Но, вероятно, удастся спасти всех, осталось дождаться лекарства. И только подумала женщина о зверьке, как он вышел на поляну, ведя за собой ещё десяток похожих животных.

– Я-бло-ко, – низким мурлыкающим голосом протянул знакомый зверёныш.

***

– От лица всех участников Второй экспедиции и от лица всех будущих поселенцев Новой земли, объявляю Вам благодарность, Александра Дмитриевна, – улыбку Юрия Петровича не могли скрыть даже густые усы. – Вы спасли жизнь нам и обеспечили безопасность новым поселенцам, по крайней мере, от этой болезни.

Зал столового модуля взорвался аплодисментами. Александра зарделась и неловко помахала всем вокруг.

Юлия, стоящая рядом, ободряюще коснулась плеча женщины.

– Если Вы согласитесь, мы будем рады видеть Вас в нашей команде в качестве воспитателя и нянечки наших новых друзей – Чуриков.

– Чуриков?

– Мы хотели назвать их Шуриками, в честь Вас, но они такие чудесные, что вышли Чурики, – Юлия улыбнулась.

– Что ж, пусть будут Чурики, я согласна, – Александра обняла девушку, не в силах сдержать слёз. Наконец-то и она оказалась полезной.

Content

Анастасия Иванова
Укус