Александр Филевский

Ковчег

Молодой моряк вселенной,

Мира древний дровосек,

Неуклонный, неизменный,

Будь прославлен, Человек!

Валерий Брюсов

– Тео, ты слышишь меня?

– Да… Где я?

– В спускаемом аппарате. Твой центральный процессор отключился, но мне удалось его перезапустить.

Тео открыл глаза. С трудом он оторвал голову от подголовника кресла и положил руки на приборную панель посадочной капсулы. После некоторой паузы андроид повернулся в сторону собеседника и произнес срывающимся на помехи голосом:

– Спасибо, Эя.

– Речевые функции скоро восстановятся, – сказала Эя, вероятно, чтобы успокоиться самой. – Как ты себя чувствуешь?

– Я в норме, – сказал Тео. Он рассеянно осмотрел искрившую проводку спускаемого аппарата: – Что произошло?

– Один из тормозных парашютов не раскрылся – слишком высокая вертикальная скорость, – отозвалась Эя и в волнении спросила: – Ты помнишь, для чего мы здесь?

– Кажется, да… – ответил Тео. – Нам нужно починить лазероприемник.

– Верно, – сказала Эя и скороговоркой произнесла: – Мы отклонились от курса: город находится примерно в семи километрах к северо-западу. Надо спешить, чтобы успеть до выхода «Ковчега» на геостационарную орбиту.

– Ох… – схватился за голову Тео, вспомнив о том, насколько серьезным было положение. – Сколько у нас времени?

– До излучения осталось 11 часов 52 минуты. Что с твоими двигательными функциями? – задала Эя вопрос, который она боялась озвучить еще с минуты пробуждения андроида.

Тео молча и многозначительно взглянул на девушку. Вид его словно говорил: «Я и сам хочу это узнать, но не решаюсь проверить». Он замер, собираясь с духом. Наконец, Тео приподнял сначала одну ступню, потом другую.

– Все работает, – обрадованно заключил андроид.

Эя, с облегчением выдохнув, кивнула.

– Джунгли здесь густые – лучше не медлить, – сказала девушка и мягко положила ладонь на руку Тео.

– Да, ты права, – ответил робот. – Как ты перенесла жесткую посадку? – вдруг спросил Тео, оглядывая механическое тело подруги в поисках повреждений: он быстро приходил в себя и уже начал проявлять привычную по отношению к Эе заботу.

– Не тревожься: гиноиды[1] выносливее андроидов, – улыбнувшись, ответила Эя и потянулась к люку выхода из капсулы.

– Стой! – выпалил Тео, – лучше я первый: мы не знаем, безопасно ли снаружи.

Андроид торопливо выбрался из кресла, подполз к люку и нажал на клавишу разблокировки электрического замка: кнопка не сработала.

– Так и знал, – проворчал Тео и принялся крутить колесо аварийного открывания. Колесо крутилось нехотя, время от времени издавая сердитый скрежет. Наконец, дело было сделано, и Тео надавил на тяжелый люк ногой – дверь неохотно распахнулась.

Андроид выглянул наружу и осмотрелся: перед взором раскинулись заросли высоких деревьев, похожих на папоротники. У оснований деревья утопали в густых кустарниках. Рассветное солнце, пробиваясь сквозь широкие листья, озаряло пространство золотистым светом. Тео повернул ноги к выходу, высунул их наружу и, посидев так несколько мгновений, примерившись, спрыгнул на землю. Следом он помог спуститься порхнувшей к нему в объятья Эе.

– Зачем тебе оружие? – спросила Эя в удивлении и тревоге, когда увидела висевший на плече робота электролазер.

– Меры предосторожности: неужели ты доверяешь утверждениям спутниковой разведки о безопасности местных форм жизни? – ответил Тео.

Эя неодобрительно посмотрела на друга, высвободилась из его объятий и холодно сказала:

– Нам нужно починить лазероприемник, пока «Ковчег» не вышел на позицию и не испепелил колонию создателей, – Эя хмуро посмотрела на Тео, словно он имел другое мнение на этот счет, и махнула рукой: – Город там.

Будто бы в подтверждение слов девушки небо в той стороне, куда указала Эя, озарилось яркой вспышкой. Светящаяся точка быстро приблизилась к земле и, превратившись в шарообразную стальную капсулу, зашипев, разразилась огнем тормозных двигателей. Плавно опускаясь, шар скрылся в зарослях джунглей на горизонте.

– Для меня большая честь помочь создателям явиться на эту планету, – запоздало произнес Тео.

Осторожно ступая по поверхности экзопланеты, Эя ощущала радостное волнение: она предвкушала участие в таинстве возрождения жизни. Планета Земля уже давно превратилась в ледяную глыбу, а цивилизация создателей прекратила существование. И ничего уже не напоминало о жизни на Земле, кроме «Ковчега», миллионы лет пронзавшего пучину космоса в поисках долгожданного пристанища для того, чтобы вернуть создателей из забвения. С каждой новой озарявшей небо вспышкой Эе становилось все радостнее на душе: шар за шаром приземлялся на поверхность экзопланеты. Так формировался первый город создателей – колыбель их новой цивилизации.

Тео шел уже не глядя на пребывавшие с орбиты шары. Он лишь посматривал на Эю, которая как завороженная любовалась огнями посадочных капсул, и будто бы готовился что-то сказать. Но каждый раз, когда Эя обнаруживала на себе взгляд Тео, андроид смущенно отворачивал голову. Наконец, в очередной раз посмотрев на девушку, Тео нерешительно спросил:

– Эя… скажи… ты не задумывалась о том, почему создателям так важно было построить «Ковчег»?

Эя удивленно взглянула на Тео. Ее электронный мозг старательно работал, но девушка не могла понять сути заданного вопроса. Андроид почувствовал растерянность подруги и смущенно добавил:

– Ну я имею в виду… – Тео сбился. После затяжной паузы, снова собравшись с мыслями, он сказал: – Генетический код, который сейчас хранится в цифровом виде в этих посадочных капсулах, – это же не сами создатели… Почему же им было важно, чтобы «Ковчег» нашел пригодную для жизни планету и построил на ней город-колонию?.. – Тео прервался. Он встревоженно посмотрел на девушку и прошептал: – Ты слышала?

– Что именно? – замерев, тихо отозвалась Эя.

– Шорох… У меня за спиной…

Тео стоял не шелохнувшись. Эя, находясь прямо напротив Тео, принялась через голову андроида всматриваться в заросли джунглей: у подножия одного из папоротников, в листве кустарников, были видны выступавшие из грунта массивные корни дерева. Отростки черных корней имели совершенно одинаковый размер и подозрительно странную симметрию относительно друг друга. Эя вздрогнула: прямо у основания «корня» она разглядела три пары глаз и два клыка.

– Что там?.. – спросил Тео, уже из-за одного вида Эи ожидая услышать что-то очень неприятное.

– За твоей спиной – огромный паук, – в ужасе отозвалась девушка.

– Так… – в волнении сказал Тео. Вдруг, разозлившись на причину своего страха, он развернулся. В следующее мгновение в руки андроида словно сам прыгнул электролазер, и Тео, наскоро прицелившись, нажал на гашетку – молния вспорола пространство, грянул гром. Паук, получив удар током, быстро уполз прочь, с хрустом ломая ветви кустарников.

– Зачем ты это сделал! – всплеснула руками Эя.

– А чего же ты хотела?! Подождать пока он нас сожрет? – крикнул Тео, за эмоциональным напором пытаясь скрыть чувство вины перед девушкой. – Ты видела, какая у него пасть? Проглотит и не подавится… – уже тихо и смущенно добавил Тео, стыдливо уставившись себе под ноги. Он помолчал некоторое время и вдруг сказал, пытаясь перевести разговор на иной предмет: – Пора двигаться дальше: скоро «Ковчег» зависнет над городом и даст лазерный импульс. Ты же не хочешь, чтобы корабль сделал выстрел до того, как мы починим лазероприемник?

– И все же не стоило метать молнии в это существо: мы не знаем, каковы были его намерения, – не могла успокоиться Эя.

– Моя задача – защитить тебя и помочь создателям возродиться. Если этот паук оказался достаточно велик, чтобы иметь возможность причинить нам вред, то следовало действовать с упреждением, пока не стало слишком поздно. Я не виноват, что природа наделила чудовище таким враждебным видом. Ему просто не повезло, – рассудительным тоном сказал Тео: чувство вины за поспешный выстрел уже развеялось, и Тео удивлялся, как же он прежде испытывал сомнения в своей правоте.

Двигались в молчании. Тео всматривался в заросли джунглей в поисках возможных угроз. Эя, запрокинув голову, время от времени спотыкаясь о камни, кочки и растительность под ногами, завороженно наблюдала за огнями посадочных капсул. Спускаемые аппараты продолжали один за другим приземляться в лоне города-колонии, который пока еще был скрыт от взора густой растительностью джунглей. Тео с заботой поглядывал на подругу и поддерживал ее при потере равновесия. «Она очень странная», – с нежностью подумал Тео.

Внезапно андроид преградил девушке путь движением руки и замер. Эя проследила за его взглядом и ужаснулась: там, в тени исполинских деревьев, стоял огромный черный паук. Чудовище таращилось на пришельцев тремя парами темных, как омуты, глаз. Массивное туловище существа, поддерживаемое шестью размашистыми лапами, застыло на высоте около метра. Два клыка смертоносными ножницами висели над землей.

Тео снял с плеча электролазер и с грустью сказал:

– Эя, я должен… Прости…

– Стой! – вскрикнула Эя, но было уже поздно: молния вспорола воздух и лизнула хитиновый панцирь чудовища. Грянул гром. Паук как подкошенный рухнул на землю.

– Пойдем, – сказал Тео, взяв за руку страдающую от увиденного Эю и увлекая девушку за собой. Он намеревался обойти паука, который лежал на земле и шевелил лапами в тщетных попытках встать.

Сделав несколько шагов в сторону от гигантского насекомого, Тео остановился: среди папоротников к роботам снова крался паук. Тео обескураженно взирал на чудовище: насекомое словно и не получало разряда тока – оно продолжало преследование. Внезапная догадка осенила Тео, и он медленно осмотрелся: казалось, из-под каждого папоротника крадучись выползали пауки – джунгли кишели этими ужасными тварями! Исполинские насекомые окружили роботов и, смыкая кольцо, приближались.

Тео схватил Эю за руку и крикнул:

– Бежим!

Роботы ринулись в еще свободное от пауков пространство, но тут же дорогу им преградило одно из чудищ. Тео, держа электролазер одной рукой, сделал выстрел от бедра и поразил насекомое.

– Бежим! – кричал Тео, подгоняя Эю. Роботы пронеслись мимо лежавшего пузом кверху и вяло шевелившего лапами монстра. Тео оглянулся: другие пауки приближались. Андроид на ходу сделал серию точных выстрелов и поразил несколько чудовищ, но тьма насекомых продолжала накатываться волной цунами.

– Бежим! Бежим! – кричал Тео, делая размашистые шаги и увлекая за собой Эю.

Внезапно андроиды, остановившись, забалансировали на краю пропасти: впереди был обрыв высотой в три-четыре фигуры.

– Спускайся вниз! Я их задержу! – сказал Тео, развернулся в сторону тучи пауков и принялся метать молнии, докрасна накаляя электролазер. Но бессмысленной казалась эта стрельба: сплошная стена чудищ продолжала движение, оставляя на своем пути лишь немногих пораженных молниями тварей.

Эя спустилась к подножию скалы и крикнула:

– Тео! Сюда!

Пауки надвигались – Тео продолжал отстреливаться. Вдруг невольно он сделал шаг назад, сорвался с края обрыва и рухнул Эе под ноги. Девушка схватила навзничь лежавшего робота за руки и волоком потащила за собой – в расщелину скалы. Уже оказавшись в укрытии, Эя бросила взгляд на выход из расщелины: пауки, стоя друг на друге, жадно уставились на беглецов черными глазами: они замерли, не в силах преодолеть узкий вход в пещеру.

– Тео! Ты слышишь меня?! – взывала девушка, склонившись над андроидом и обнимая его. – Тео! Пожалуйста, очнись! Тео!

Андроид продолжал лежать грудой покореженного металла. Внезапно его тело содрогнулось: сработал аварийный протокол, который реанимировал электронный мозг робота. Тео открыл глаза и рассеянно окинул взглядом пещеру. Узнав, наконец, Эю, робот с нежностью посмотрел на подругу, дотронулся до ее руки и произнес:

– Эя… милая… да, я слышу тебя…

Но вдруг Тео воскликнул словно ошпаренный:

– «Ковчег»!.. Сколько времени осталось до импульса?

– Три часа… Мы в ловушке, – прошептала Эя. – Теперь нам точно не добраться до города. Мы не починим лазероприемник – «Ковчег» превратит колонию в угли. Какой ужас…

Тео стало больно смотреть на девушку. Он почувствовал, что готов сделать все на свете ради Эи, но в то же время ощущал себя грудой беспомощного металла, не способной защитить подругу даже от одного паука. А снаружи были тысячи насекомых…

– Эя… – начал андроид, – прости… мы сделали все, что могли. – Тео прервался. Он хотел что-то сказать, но не решался этого сделать. Наконец, он произнес: – Эя… мне очень жаль, что не удалось помочь создателям возродиться. Но, милая Эя, посмотри на это с другой стороны: быть может, так даже лучше…

– Как ты можешь это говорить, Тео! – воскликнула Эя.

– Выслушай меня, пожалуйста… – тихо сказал андроид. – Сейчас создателям все равно: их нет. Есть лишь «Ковчег» – огромный космический корабль, который преодолел миллионы парсеков и завис на геостационарной орбите экзопланеты; есть город-колония, сформированный сферическими модулями, прилетевшими с борта корабля; в модулях города есть электронный код с информацией о структуре ДНК создателей; есть химические элементы этой планеты, из которых можно возродить создателей при подаче достаточного количества энергии; наконец, на корабле есть работающий на антивеществе реактор, способный создать луч света для передачи энергии городу-колонии через лазероприемник. Этот приемник сломался, а лазерный выстрел «Ковчега» отменить невозможно… Все это есть, Эя! Нет лишь создателей! Они не будут страдать от того, что мы не починили лазероприемник… Им все равно… Их нет. Нет! Понимаешь?

Тео прервался. Непостижимая логическая задача целую вечность терзала его душу, а переживания о невозможности решить это уравнение так долго не находили выхода, что вдруг вырвались с невероятной силой:

– Зачем они построили «Ковчег»? Почему для них было важно, чтобы их копии (но не они сами!) через миллионы лет, за миллионы парсеков от Земли, обреченной стать ледяной глыбой, приняли эстафету жизни и продолжили существование где-то на другом конце Вселенной? Зачем, Эя?

Девушка лишь распахнула глаза и, замерев, взирала на друга. После некоторой паузы Тео снова заговорил:

– Я не смею действовать вопреки заложенной в меня программе. Наше предназначение – служить создателям и сделать то, о чем они когда-то просили. И мы сделали все возможное. Но если бы у нас получилось, Эя… Если бы мы вернули их… мы обрекли бы несчастных на лишения и страдания столь враждебного мира. Посмотри на этих свирепых пауков! Разве они ждут наших создателей? Кто здесь готов выказать гостеприимство?! Эта безжизненная пустыня, называемая Вселенной? Или редкие в просторах космоса зеленые островки, которые кишат огромными кровожадными тварями?! Много ли удовольствия от неизбежного знакомства с этими пауками? Сейчас создателям ничего не нужно: их еще нет в этом бессмысленном, враждебном, чуждом любви мире… Мы не смогли починить лазероприемник… Быть может, так даже лучше…

Тео обессиленно опустил голову. Эя молча взирала на андроида. В ее взгляде читалась тихая грусть и нежность к другу, излившему душу. После продолжительной паузы она спокойно и едва слышно заговорила:

– Я понимаю тебя, друг мой. Ты прав, милый Тео, холодная космическая пустыня и гигантские пауки не в силах наполнить мир смыслом: лишь создатели одарены способностью видеть мир не таким, каков он есть; лишь создатели могут увидеть смысл там, где он отсутствует; и лишь создатели могут полюбить… даже этих несчастных пауков. Полюбить безусловно, без причины… Они готовы полюбить все звезды всех галактик, все туманности, астероиды, планеты, небо, землю, папоротники и пауков, которые никогда не ответят им взаимностью… Ты говоришь о страданиях во враждебной действительности, но, милый Тео, вспомни о любви, которой разум создателей может наполнить неразумный мир… Вспомни о смысле, которым они могут наделить существование этих пауков. Неужели ты рад тому, что мир лишится смысла и любви? Кто тогда наполнит мир смыслом и любовью? Милый Тео, твои слова разрывают мне сердце…

Эя, замолчав, отвернула голову. Гиноиды не имели слезных желез, но Тео готов был поклясться, что видел, как по щекам девушки текли слезы.

– Эя… прости… я…я… – не мог вымолвить ни слова Тео. С минуту он сидел без движений, пораженный бескорыстными и теперь уже такими безнадежными мечтаниями девушки. Тот мягкий свет, что лучился из глубин души Эи, вдруг растворил мрак, который целую вечность укрывал от взора Тео самое прекрасное… Вдохновленный озарением, он попытался подняться, но изувеченное тело не послушалось: привстав, Тео снова рухнул на землю грудой металла.

– Что случилось? – спросила Эя.

– Помоги встать: мне надо выйти наружу – мы сделали во имя создателей все, что могли; теперь же я намерен свершить для них невозможное, – ответил робот.

– Я пойду с тобой! – воодушевленно сказала Эя.

– Там пауки… – напомнил андроид. – Ты погибнешь…

– Значит, нам это суждено, – ответила девушка. Она помогла другу встать. Опираясь на плечо Эи, обессилевший Тео, хромая, направился к выходу из убежища.

– Мой электролазер… – спохватился Тео, когда увидел все еще смотревших в расщелину пауков. Он указал Эе на оружие, которое лежало неподалеку.

– Забудь о нем: это и привело нас в пещеру, – тихо и спокойно сказала Эя.

Роботы видели десятки зловещих глаз, которые прильнули к расщелине, но Эя и Тео, обнявшись, продолжили движение навстречу своему страху. И ничего у них не было, чтобы преодолеть этот страх, кроме одной лишь любви. С каждым шагом смельчаков к выходу из пещеры пауки приходили во все большую активность: насекомые теснили друг друга в стремлении заглянуть в расщелину, чтобы жадно уставиться на роботов – Эя и Тео продолжали идти вперед. Шелест отталкивавших друг друга гигантских пауков усиливался. Роботы приблизились к самому выходу из пещеры и вплотную посмотрели в глаза чудовищ. От пауков отделял лишь шаг. Эя и Тео обнялись еще крепче, зажмурились и сделали этот шаг вместе…

Открыв глаза, Эя увидела ту же стену пауков в шаге от себя. Сжимая руку Тео, она сделала еще один шаг навстречу страху, но монстры по-прежнему находились на расстоянии вытянутой руки. Роботы продолжили робкую поступь, и с каждым сделанным шагом гигантские пауки на шаг отступали. Эя и Тео уже вышли из расщелины и продолжили движение в джунглях. Одни пауки, те, которые находились перед роботами, пятились назад, другие – ползли следом. Окружив Эю и Тео, насекомые таращились на пришельцев, в неистовом любопытстве оттесняя один другого и залезая друг на друга, но ни один паук так и не дотронулся до роботов.

– Эти пауки не в меру любопытные, но совершенно безобидны – нас чуть не убил лишь собственный страх, – кротко сказала Эя.

В компании насекомых Эя и Тео дошли до края города – огромного, сверкающего металлом кольца, сложенного из модулей сферической формы. Пауки, вероятно, испугались вида построек и остановились. Преодолев все внутренние кольца города, роботы вышли к центру поселения – самому большому модулю. В нем и был установлен лазероприемник, который требовал ремонта.

Спустя некоторое время Эя и Тео стояли на окраине города-колонии. Вечерело. Поднялся ветер, который быстро усиливался. Огромные папоротники в джунглях принялись раскачиваться словно травинки. Над городом сгущались тучи. Вдруг небо озарила вспышка молнии – через мгновение воздух сотрясли оглушительные раскаты грома. Еще вспышка – снова грянул гром. Вскоре все пространство над головами роботов уже полыхало всплесками электрических разрядов. Внезапно из глубин потемневшего неба вырос столб света, ударивший в центр города-колонии. Молнии устремились к исполинскому лучу и сгустком грандиозной энергии обрушились на лазероприемник, который передал заряд каждому модулю города-колонии, а город зажегся феерией света. Так после миллионов лет забвенья возродился и начал новую страницу своей истории сам Человек.

Примечания

1

Гиноид – женщина-робот.

Content

Александр Филевский
Ковчег

Примечания