Константин Берлинский

Естественный отбор

1. МКС

Огромная стальная птица безмолвно парила в космосе. Казалось, она стояла на месте; на самом деле неслась с невообразимой скоростью. Результат совместного труда десятков стран, миллионов людей, колоссальных затрат. Это – МКС. Международная космическая станция. Единственное зримое доказательство и надежда на то, что человеческий род способен сотрудничать и покорить другие миры, а не сжечь свой дом в пламени предрассудков.

Щёлк! Ровно в семь утра тишину станции нарушил оглушающий рык.

– Здравствуй, великий город, здравствуйте все! Это рррррррррадио МКС! Говорит Макс!

– Семь утра! Подъём!

– Через пятнадцать минут жду всех на утренней планёрке в модуле Купол.

– Чтобы вам было веселее собираться включу свою любимую песню!

Из динамиков раздалось бессмертное:

Заправлены в планшеты космические карты,

И штурман уточняет в последний раз маршрут.

Давайте-ка, ребята, споёмте перед стартом:

У нас ещё в запасе четырнадцать минут.

– Вообще-то, не споём, а закурим, – из жилого отсека первым появился командир экипажа Анна. Что бы не говорили о теории Ломброзо, лидера узнаешь с первого взгляда. Она была среднего роста, с мягкими чертами лица и каштановыми волосами ниже плеч. Но глаза меняли всё. Взгляд то мягкий, излучающий позитивную энергию, то жесткий, когда задачу нужно выполнить в срок. Единственная женщина в лётном отряде Роскосмоса. Родилась в Новосибирске. Это многое говорило тем, кто знал об этом славном сибирском городе.

Я верю, друзья, караваны ракет

Помчат нас вперёд – от звезды до звезды.

На пыльных тропинках далеких планет,

Останутся наши следы.

На пыльных тропинках далеких планет,

Останутся наши следы.

– Когда он заткнётся? Уже шесть месяцев каждый божий день! Я буду петь американский гимн! – из второго отсека недовольно выполз инженер Виктор Джером Гловер. Это был крепко сбитый негр с откровенно бандитской физиономией. Его лицо покрылось шрамами задолго до того, как он стал астронавтом. Когда он улыбался становилось не по себе.

– O say, can you see, by the dawn’s early light… – но скоро понял, что динамики не перекричать.

Когда-нибудь с годами, припомним мы с друзьями,

Как по дорогам звёздным вели мы первый путь.

Как первыми сумели достичь заветной цели

И на родную Землю со стороны взглянуть.

Последним из отсека вылез Илан-Джуниор. Это далось ему нелегко. Таких не берут в космонавты. Почти два метра роста. Он был ведущим ученым, специалистом по внеземной биологии. А ещё внуком того самого Илана Рамона, первого израильского астронавта, погибшего в катастрофе шаттла «Колумбия». Как и дед служил в ВВС и стал героем недавней войны, когда Израиль второй раз захватил Синай после разгрома Египта.

Давно нас ожидают далекие планеты,

Холодные планеты, безмолвные поля.

Но ни одна планета не ждет нас так, как эта

Планета дорогая по имени Земля.

Наконец прибыли на место. Там уже ждал Макс – антропоморфный робот ростом в 182 см, дежурный по станции в ночное время. Он был весьма продвинутой версией известного робота «Фёдор». Автономная самообучающаяся разумная машина. Кроме работы на МКС он управлял терраформированием Луны и готовился возглавить лунную орбитальную станцию Gateway.

– Всем доброе утро! – бодро начала Анна. – Давайте в формате короткого совещания соберём статус. Что делали вчера, какие есть вопросы и проблемы, что планируем сделать сегодня. Гловер?

– Вчера отремонтировал солнечные панели S4-S6 на американском сегменте. Вышел из строя механизм поворота. Сейчас панели снова следят за солнцем, а в ночном режиме складываются, чтобы не тормозить станцию. Проблем не было. Сегодня посмотрю панель радиатора на Звезде. Кажется словил в бок метеорит или космический мусор.

– Илан?

– Провёл эксперименты по выживаемости земных организмов в открытом космосе. Разместил тихоходок и прочую мелюзгу на выносных панелях за бортом станции. Вроде из плана всё… А, да! Хочу проверить их реакции при разном уровне кислорода. Ещё не придумал, как это сделать…

– Виктор, есть свободный модуль для этого?

– Да. Много места на Дестини и Кибо.

– ОК, тогда у меня всё.

– Макс?

– Все системы в норме. Ночью запустил завод по изготовлению стройматериалов из местного сырья в кратере Кабеуса на Луне. Сегодня спланирую оптимальное расположение лунной базы.

– ОК, теперь я. Вчера общалась с ЦУПом. Сегодня тоже сплошные переговоры. Есть новость с Земли. К нам едет ревизор! – засмеялся только Макс. Видимо мало кто знал русскую классику.

– Как вы знаете 2030 – последний год существования МКС. Далее ЦУП планирует свести её с орбиты и затопить в океане. Все ресурсы будут направлены на достройку лунной станции. На ней будет работать Макс. Люди слишком хрупкие существа для исследования космоса. А Макс железный, его не жалко. Сломается – заменим.

– Спасибо, ты очень вдохновляешь. – Макс не скрывал сарказма.

– НАСА решило выжать эту крошку напоследок. Завтра вечером прилетит челнок с Земли. Как думаете, кто в нём?

– Космические туристы?

– Бинго! Будет пилот, Норишиге Канаи. Вы с ним знакомы. И два туриста. Мать и дочь – Ева и Беата Эрнман. Ева – оперная певица, а Беата сестра той самой эко-активистки Греты.

– О Боже, МКС превратился в семейный аттракцион? – поморщился Виктор Джей – Откуда у них столько денег? Сейчас это стоит – миллионов тридцать?

– На билет скинулись добрые люди Земли. Беата выиграла конкурс эссе о космосе. Приз – билет на двоих до МКС. Беата проведёт торжественную церемонию. Она прочтёт эссе вслух и отправит на орбиту контейнер из сплава скандия с GPS-маячком. Внутри будет текст и прах Греты.

– Я сейчас расплачусь. Эти недоумки решили, что нам недостаточно мусора на орбите?

– Гловер!

– Нет, ну серьёзно. Ладно ты эко-активистка и всё такое. Спасаешь леса, переживаешь за ледники и прочую ерунду. Но это же просто смешно! Собрать кучу денег чтобы пробурить скважины для лагеря беженцев в Африке. Построить дома, провести канализацию и электричество. А когда туда переместилось полстраны и началась настоящая война за лучшие места, приехать на машине без охраны и толкнуть речь «Люди Земли, давайте жить дружно, мы не можем бесконечно давать рыбу, научитесь пользоваться удочкой». Как только толпа смекнула, что белые колонизаторы не привезли бесплатную еду, её растерзали на месте. А так как Грета – лауреат Нобелевский премии мира, её решили сожрать с потрохами чтобы поумнеть! Кстати, помогло. Ребята отлично сторговались. Слышал, её кости обменяли на тысячу автоматов Калашникова. Можно вооружить целый полк. Кстати, не факт, что отдали Грету, а не ошмётки каких-нибудь гамадрилов или что они там едят в своей Африке.

– Гловер! Ты же тоже негр! – улыбнулся Илан. – Прости, афроамерикотехасец?

– Я негр с мозгами. Кстати, а Беата симпатичная…

– Расслабься, Казанова. Ей ещё нет восемнадцати.

– Не знаю… Всё что надо у неё уже выросло…

– Хочешь поехать на том же челноке домой? Совсем в своём Техасе с ума все посходили. Слышала вчера один гаврик подал апелляцию на пожизненное. Так на слушании его приговорили к электрическому стулу и поджарили в тот же день! Вы как отделились, словно с цепи сорвались.

– Мы хоть и отделились, но платим всю долю США за МКС. 76% и ни центом меньше. Коммунякам и бездельникам из Калифорнии космос не нужен. Чур, Аня, без обид.

– Ничего. А мы уже не коммуняки лет сорок как.

– Ага, конечно. У меня плохое предчувствие. Неподготовленные гражданские. Ещё сломают тут что-нибудь. Надо проверить их вещи, чтобы ничего опасного не завезли. Были прецеденты…

– Всё будет хорошо. В фильмах негр остаётся последним выжившим, забыл, что ли? С нами же Макс! Подстрахует если что.

– Коллеги – Макс постучал пальцами по столу – Стендап закончился три минуты назад.

– Прости. Люди любят потрепаться. ОК, все за работу! Макс, у тебя как обычно, ночное дежурство. Все свободны.

День прошел без происшествий. Вечером Макс направился в любимый модуль – Гармонию. Конец дня был условный – на МКС рассветы и закаты сменялись каждые 45 минут. Команда просто закрывала створки иллюминаторов во время сна. В модуле было четыре спальных места, но сейчас они пустовали. Макс любил уединение.

Команда готовилась ко сну. Анна читала книгу. Макса впечатляла её способность любую свободную минуту использовать чтобы запихнуть в себя побольше информации. Впрочем, судя по обложке, это был любовный роман. На картинке широкоплечий брюнет, похожий на Илана, обнимал девушку в струях водопада. Макс хмыкнул. Эти писаки совсем распоясались. Они знают температуру воды, стекающей с горного ледника?

Виктор молился перед сном. В невесомости это было непросто. Надо придумать коврик с гироскопом и автоматическим направлением на Мекку – подумал Макс.

Наконец, добрался до места. Недавно у Макса появилось новое развлечение. Он завел себе аккаунт на сайте знакомств и в бесчисленных диалогах оттачивал искусство общения, учился шутить и лучше понимать психологию людей. Конечно, это было незаконно – использование рабочих ресурсов в личных целях и общение с Землей минуя службу безопасности. Но чего не сделаешь ради науки. Особенно с учётом того, что есть доступ ко всем системам.

2. Конкурс эссе

Утро предыдущего дня.

В стокгольмской ратуше было многолюдно. Шла церемония награждения конкурса эссе о космосе, организованного НАСА и Роскосмосом. На сцену поднялся пожилой руководитель церемонии.

– Уважаемые дамы и господа! Для меня великая честь объявить сегодняшнего победителя! Мнение жюри было единогласным. Позвольте я прочту этот текст. Тем удивительнее, что это написал ребенок. Если есть такие дети, нас в космосе ждёт великое будущее!

Откашлявшись, начал читать.

Космос… Как далеко и как близко. Помню себя в детстве. Мы проводили лето у бабушки. Возвращались из гостей затемно. Мама несла меня на руках. Но я не спала. Я смотрела в небо. Помню своё первое чувство – любопытство. Небо было усыпано огнями тысяч звёзд. Через весь горизонт тянулся Млечный Путь. Некоторые звёзды мерцали, другие горели неподвижно. Каждую минуту небо расчерчивал яркий всполох метеора. Даже ночные сверчки на миг замолкали в изумлении перед такой красотой. Что это? Как это устроено? Смогу ли я дотянуться до звёзд?

В школе я многое узнала. Оказывается, космос не так дружелюбен. Он смертельно опасен. Моё второе чувство – страх. Крупный метеорит уничтожит любой город Земли, и мы ничего не сможем с этим поделать. Близкий взрыв сверхновой убьёт всё живое на планете. Возможно, жизнь на Земле существует лишь в промежутках между вспышками. Инопланетные расы могут разрушить наш мир. Человек, выйдя в космос, легко найдет повод для конфликта при разделе ресурсов. Что нам угрожает? Сможем ли мы защитить себя? Одни ли мы во Вселенной?

Сейчас каждую ночь я смотрю в небо и вижу яркую точку, быстро летящую с запада на восток. Это – МКС. Всего несколько человек внутри. Совсем немного модулей и возможностей для экспериментов. Но это – символ. Моё третье чувство – надежда. Я верю, что люди планеты Земля смогут покорить бескрайние просторы Вселенной. Я мечтаю навсегда связать свою жизнь с космосом! Исследовать новые миры, искать новые формы жизни и новые цивилизации. Смело идти туда, где не ступала нога человека. Отдать, если понадобится, жизнь, чтобы принести пользу человечеству.

3. Гости с Земли

Щёлк! Семь утра следующего дня. Пару секунд тишины… Раздался сдавленный смешок Макса.

– Виктор, слышал тебе не понравилась вчерашняя песня. Что ж. Слушай эту.

Динамики громкой связи разорвал первый гимн российской космонавтики:

Земля в иллюминаторе,

Земля в иллюминаторе,

Земля в иллюминаторе видна…

Как сын грустит о матери,

Как сын грустит о матери,

Грустим мы о Земле – она одна.

– Господи, у этих русских есть ещё одна песня про космос?! – недовольно заворчал Виктор и закрыл уши руками. На уровень громкости это не повлияло.

А звезды тем не менее,

А звезды тем не менее чуть ближе,

Но все также холодны.

И, как в часы затмения,

И, как в часы затмения ждем света

И земные видим сны.

Макс чуть приглушил звук.

– Здравствуй, великий город, здравствуйте все! Это рррррррррадио МКС! Говорит Макс!

– Семь утра! Подъём!

– Сегодня без планёрки. Через час с Земли прибывают гости. ЦУП перенёс старт, чтобы мы успели попасть в утренние новости. В 7:45 всем быть в модуле Звезда. А теперь припев!

И снится нам не рокот космодрома,

Не эта ледяная синева,

А снится нам трава, трава у дома,

Зеленая, зеленая трава.

– Чёрт, почему мне не сообщили! Они совсем там с ума все посходили? – из отсека выскочила Анна, на ходу надевая комбинезон.

– Привет, милый! – Анна обняла появившегося Илана, прижалась к его спине и ласково поскребла загривок коллеги.

– Эй, командир! Обнимайся со всеми членами экипажа или подам рапорт о совершенно недостаточном уровне домогательств на рабочем месте! – от взгляда Виктора не укрылось нарушение субординации. Не зря позывной Гловера, данный ему первым командиром, был – «Айк», что означало «Я всё знаю».

– Как скажешь Айк. – у люка Анна столкнулась с Максом и обняла его.

Макс с удивлением застыл на месте. Впрочем, это было приятно. Чувствуешь себя защищённым. Видимо это атавизм человеческой расы, подумал Макс. Древние люди любили обниматься, так как это означало что, если в пещеру пробрался хищник, сначала ему придётся сожрать обнимающего, а тот, кого обнимают, имеет шанс выжить.

А мы летим орбитами,

Путями неизбитыми,

Прошив метеоритами простор.

Оправдан риск и мужество,

Космическая музыка

Всплывает в деловой наш разговор.

– Отлично, все на месте. – Макс обвёл взглядом команду. – Я уже на связи с челноком. Буду управлять стыковкой с нашей стороны. Они скоро прибудут.

В какой-то дымке матовой,

Земля в иллюминаторе -

Вечерняя и ранняя заря.

А сын грустит о матери,

А сын грустит о матери,

Ждет сына мать, а сыновей – земля.

– Вижу челнок! – Илан не смог сдержаться, когда увидел корабль SpaceX рядом с МКС.

Дракон – радиопозывной пилота челнока Crew Dragon SpaceX.

МКС – позывной экипажа МКС.

ПАН-ПАН – сигнал аварийной ситуации.

– Дракон: МКС, доброе утро, Дракон 200 метров, разрешите сближение к адаптеру IDA-1.

– МКС: Дракон, доброе утро. Приближение 30 метров разрешаю. IDA-1, модуль Гармония. Сбросьте скорость с 30 до 8 см/сек. Видимость 7 километров. Сквок будет дополнительно.

– Дракон: Информацию принял. Полоса в работе 12-я. Работаем 30. Сквок дополнительно.

– МКС: Всё верно.

Стремительно полетели минуты…

– Дракон: МКС, есть 30 метров. Прошу сближение 1 метр.

– МКС: Сближение разрешаю.

– МКС: Дракон, ваша скорость 20. Снизить скорость до 8 см/сек.

– Дракон: МКС, есть погасить скорость. Масса выше расчетной.

– МКС: Дракон, прекратить сближение! Слишком быстро!

– Дракон: МКС, есть.

– Дракон: МКС, отказ системы

– Дракон: ПАН, ПАН, ПАН, МКС. System failure.

– МКС: Дракон, your decision.

– Они в нас врежутся! Держитесь! – закричала Анна.

Что-то большое ударило станцию в бок. Команду раскидало по отсеку. Послышался противный скрежет как будто сминают жестяную банку. Челнок разрушил стыковочный модуль и кувыркаясь летел мимо МКС, по пути снося внешнее оборудование станции – солнечные батареи, антенны и выносные фермы.

– МКС: Дракон?!

– Дракон: МКС, я ослеп. Sayōnara! Sumimasen… (яп. «Прощайте! Извините меня…»)

Анна закрыла лицо ладонями. Макс вывел на монитор изображение со всех камер.

– Масса челнока 10 тонн. Минус израсходованное топливо. Пассажиры три человека. Подключаюсь к Канадарм-2… – Макс даже в этот момент соблюдал регламент и озвучивал исполняемые команды.

– МКС: 3 No kaunto de – Hidari sōjū! (яп. «На счёт три – манёвр влево!»)

– МКС: Ichi, ni, san! Hidari! (яп. «Раз, два, три! Влево!»)

Челнок вильнул и каким-то непостижимым образом манипулятор Канадарм-2 поймал корабль за нижнюю часть корпуса. МКС тряхнуло, и станция по инерции стала вращаться вокруг своей оси. Макс медленно подвёл удерживаемый корабль к последнему работоспособному шлюзу IDA-3 и пристыковал к нему.

– Анна, разрешаешь стыковку? – Макс посмотрел на командира.

– Чёрт возьми, да!

– МКС: Дракону, стыковка успешна, шлюз открыт.

– МКС: Дракону, прошу перейти на МКС.

– МКС: Дракону, доложите обстановку.

Прошло несколько томительных минут.

– Дракон: МКС, перешли…

– МКС: Дракону: пострадавшие, жертвы, подскажите.

– Дракон: МКС, жертв нет, пострадавших попозже.

– МКС: Дракону: понял, попозже, высылаем команду.

Макс остался на месте. Остальные помчались к стыковочному модулю IDA-3.

Пилот и двое пассажиров прибыли на МКС. Еву непрерывно рвало. Пилот был без сознания. Осколки разбитых очков и пластик разодрали кожу на его лице. Из ран сочилась кровь, но оставалась на месте. Только самые крупные капли отрывались от тела и парили в воздухе. Беата внешне не пострадала. Она смотрела, не моргая, в пространство. Её зрачки были расширены.

– Взгляд на тысячу ярдов. Добро пожаловать в космос! – невесело усмехнулся Виктор.

– Парни, отведите Норишиге в медотсек. Илан, окажи Норишиге помощь. Виктор с Максом проверьте все системы, доложите о повреждениях, начните срочный ремонт. Я сопровожу Еву и Беату в жилой отсек. – К Анне вернулось самообладание.

– Ничего, подлатаем тебя, будешь как новенький! – Виктор бережно схватил японца поперёк туловища и направился к выходу.

– Макс, что за птичий язык? Китайский? Он же не входит в список официальных языков МКС? – удивился Илан.

– Токийский диалект японского. Там вырос Норишиге. В момент смертельной опасности человек лучше всего воспринимает родную речь. Помнишь радистку Кэт?

– Он не смотрел. Макс, отличная реакция. Ты молодец! – Анна знала, что Макс слышит и видит её по внутренней связи и подняла большой палец вверх. – Никто кроме тебя не смог бы это сделать. Ты всех нас спас.

– И себя. – добавил Макс.

4. Церемония

Щёлк! Макс вышел в эфир.

– Здравствуй, великий город, здравствуйте все! Это рррррррррадио МКС! Говорит Макс!

– Семь утра! Подъём!

– Через пятнадцать минут жду всех в модуле Купол. Норишиге остаётся в медотсеке.

– Сегодня обойдемся без музыки.

Наконец, все собрались.

– Всем доброе утро! Начнём с меня. Я – Анна, руководитель экипажа. Что произошло вчера все в курсе. Ещё раз поблагодарю Макса, что закончилось благополучно. Норишиге временно недееспособен, возможно, потеряет зрение. Ева и Беата, вижу пришли в себя. Это космос, бывают технические неполадки. После планёрки и завтрака церемония отправки на орбиту вашего контейнера. У меня всё. Гловер?

– Вчера с Максом чинили повреждения. Сегодня продолжим.

– Илан?

– Весь день провёл с Норишиге. По консультациям с Земли оказал первую помощь. Он очень плох. Я запросил транспортный корабль для эвакуации на Землю. Союз-МС прибудет через двое суток.

– Макс?

– Я собрал отчёт последствий после вчерашнего инцидента. Мы потеряли 80% энергии от батарей. Вчера с Виктором были заняты ремонтом. Есть повреждения в нескольких модулях. Остался лишь один канал связи с Землей. Генератор кислорода требует много энергии для электролиза, а её сейчас как раз не хватает. До прибытия челнока резервов хватит. Они привезут всё необходимое.

– Хорошо. После завтрака Виктор и Илан на рабочих местах. Я отведу Еву и Беату в модуль Кибо. Макс ты тоже будь на Кибо. Поможешь нам. На этом всё. Всем спасибо!

Анна, Макс, Ева и Беата прибыли в лабораторный модуль Кибо для церемонии.

– Давай я объясню – Анна взяла процесс в свои руки. – Макс подготовил оборудование. Беата – вот микрофон. Тебя будет снимать камера и ретранслировать на Землю. Будешь в прямом эфире всех телеканалов. Станешь самой известной девушкой планеты. Жутко тебе завидую. Макс подаст знак, когда начнётся запись. Ева, будете стоять за спиной у Макса, чтобы не попасть в кадр. Здесь мало места, поэтому я вернусь в Купол. Всё понятно? Готовность две минуты…

Макс подал Беате знак. Она прикоснулась рукой к иллюминатору, посмотрела на звёзды и начала.

– Космос… Как далеко и как близко. Помню себя в детстве. Мы проводили лето у бабушки. Возвращались из гостей затемно. Мама несла меня на руках. Но я не спала. Я смотрела в небо…

За спиной у Макса всхлипнула Ева. Она машинально достала сигарету из внутреннего кармана, поднесла зажигалку и чиркнула…

– НЕТ! – закричал Макс.

Воздух в отсеке мгновенно воспламенился. Чудовищным взрывом выбило стену и Беату выбросило наружу. Макс схватился за поручень. Он поймал Еву и прижал к себе.

– Анна! Срочно медицинскую помощь в модуль Гармония. Я заблокирую Коламбус и Дестини. Кибо уничтожен.

Макс перенёс Еву в безопасный отсек и закрыл люк за собой. Через минуту появилась Анна.

– Где Беата?!

– Мертва. – Макс показал на закрытую стенку Кибо. – Выбросило в космос. Еву ещё можно спасти.

Анна начала делать искусственное дыхание. Ева очнулась.

– Где Беата?! – Молчание. – Я хочу обнять свою дочь! – Ева в ярости стала царапать ногтями дверь отсека и выкрикивать ругательства. – Откройте, я хочу увидеть дочь! Будьте вы прокляты со своим космосом!

– Анна, тебе лучше её увести – сказал Макс.

Подоспели Илан и Виктор. Илан вопросительно посмотрел на Макса.

– Даже если Беата ещё жива, её отбросило слишком далеко. Она в 50 метрах. Наши манипуляторы Канадарм, Декстр, ERA, OBSS, Ляппа и Гст – до 15 метров. Если соединить Канадарм и OBSS получим стрелу в 30 метров. Нужен выход в открытый космос, чтобы достать её. Я не могу – нет двигателей малой тяги. Нужен человек. Норматив на одевание скафандра Сокол-М – 5 минут. Даже если управитесь за 2, операция займет минут 20. К тому же у нас на исходе кислород. Сможем её забрать, когда прилетит челнок с Земли.

5. Время выбирать

Таблица ценности участников космических полетов. Принята поправкой к резолюции № 2222 (XXI) Генеральной Ассамблеи ООН.

Командир – 9

Член экипажа – 5

Гражданское лицо – 3.5

Женщина – коэффициент * 1.5

Ребёнок любого пола – коэффициент * 2

Разумная машина – 0.01

Неразумная машина – 0.00

* в спорных ситуациях приоритет получает более ценный для миссии участник

Щёлк! Утро следующего дня.

– Здравствуйте. Макс на связи.

– Через пятнадцать минут жду всех в модуле Купол. Включая Норишиге и Еву.

– Макс, ты уверен, что нужны все? – Анна по громкой связи обратилась к Максу. – Норишиге может только слышать, но не видеть. Да и Еву стоит поберечь…

– Мне нужны все. Неотложный вопрос. Лучше решить немедленно.

Команда собралась в модуле. Голова Норишиге была обмотана бинтами. Его вёл под руки Илан. Войдя в отсек, Ева лишилась чувств. На расстоянии прямой видимости напротив Купола неподвижно висела Беата. В руках она всё ещё сжимала лист бумаги. В последний момент её тело приняло позу эмбриона. За сутки она словно высохла и превратилась в мумию. Её глаза были покрыты инеем, а кожа стала синюшного цвета.

– Макс, у тебя должна быть весомая причина, чтобы собрать всех. – Анна не скрывала раздражения. – И прекратите пялиться на Беату!

– Начнём. – Макс окинул всех взглядом. – После вчерашней аварии вышла из строя установка для регенерации воздуха. Нам не хватит кислорода до прибытия челнока с Земли. И мы потеряли последнюю антенну связи.

Тяжелое молчание.

– То есть как не хватит? Мы умрем? Когда? – Илан первым пришел в себя.

– На станции пять человек и я, робот. Мне воздух не нужен. Челнок будет через 25 часов. Нам нужно примерно 125 человеко-часов воздуха, лучше с запасом. Есть только 110.

– Нам крышка за 3 часа до прибытия челнока – подсчитал Илан.

– Верно.

– Господи, зачем я прилетела на эту проклятую станцию! – Ева уже очнулась и в прострации смотрела по сторонам.

– Есть выход. Если ликвидировать одного человека воздуха хватит. Вы знакомы с таблицей ценности и протоколом для таких случаев. Я предлагаю Норишиге. У Евы 3.5 * 1.5 = 5.25 баллов. У астронавтов по 5 баллов. Норишиге самый бесполезный. Он ослеп и, видимо, будет списан из рядов НАСА. Для жизнедеятельности станции он не нужен.

– Ты сбрендил, железяка! Протокол основан ещё на руководстве по борьбе за живучесть подводных лодок 1982 года! – заорал Виктор. – А сейчас 2030 год!

– РБЖ-ПЛ-82 – пояснила Анна. – Макс, кинем жребий. Норишиге сильно пострадал. Негуманно лишать его жизни.

– Анна, ты знаешь правила.

– Я не могу так поступить.

– Хорошо. Следующие на очереди Виктор и Илан. Виктор – инженер и будет полезен для ремонта станции. Илан – биолог. Эксперименты закончим позже. Предлагаю Илана.

– Нет.

– Личные мотивы не должны быть выше служебного долга.

– У меня нет личных мотивов! – огрызнулась Анна – Нужно запросить Землю.

– Связи нет. Нужно решить немедленно. Каждую минуту один из вас зря сжигает кислород.

– Я готов пожертвовать собой, – поднял руку Норишиге – Макс прав, выхода нет.

– Единственная разумная мысль. Спасибо! – Макс направился к японцу.

– Нет! – закричала Анна. – Я запрещаю тебе это делать. Сейчас я не могу решить. Мы что-нибудь придумаем. Починим генератор. Но убивать людей, словно мы какие-нибудь тараканы я не позволю.

– Напротив, у высокоорганизованных насекомых представитель вида жертвует собой ради блага рода. У пчёл и муравьев, например…

– Заткнись! Мы не будем никого убивать. Это приказ!

– Тогда я отстраняю тебя от командования – спокойно сказал Макс.

– Ты… что?! Ты вообще кто? Ты оборудование! Ты простой чайник, ты блин, пылесос! Что ты о себе возомнил?! – Анна потеряла последние остатки самообладания.

– Руководитель, который не может принять решение, бесполезен. Ты, Анна, бесполезна. – С этими словами Макс подошел к ней и схватил за шею. Прежде, чем кто-либо сдвинулся с места, он сжал пальцы. Раздался сухой треск. Это сломалась шея Анны.

Илан и Виктор накинулись на робота. Как только они дотронулись до него сверкнула искра электрического разряда. Их отбросило в сторону.

– Коллеги, прошу без эмоций. Это было взвешенное решение. Ещё раз попытаетесь напасть, подам на корпус 15 тысяч вольт – голос Макса звучал монотонно.

– На сегодня свободны. Завтра после стендапа прилетит челнок. Илан отнеси Анну в морозильник. Отведите Норишиге и Еву в каюты.

6. Естественный отбор

Щёлк! В семь утра раздался оглушающий рык.

– Здравствуй, великий город, здравствуйте все! Это рррррррррадио МКС! Говорит Макс!

– Семь утра! Подъём!

– Через пятнадцать минут жду Илана и Виктора на утренней планёрке в модуле Купол.

– А пока поставлю вам отличную песню!

В эфире зазвучал музыкальный талисман советских и российских космонавтов:

Светит незнакомая звезда,

Снова мы оторваны от дома,

Снова между нами – города,

Взлетные огни аэродромов.

Здесь у нас туманы и дожди,

Здесь у нас холодные рассветы,

Здесь на неизведанном пути

Ждут замысловатые сюжеты.

– Небо очень чёрное. Земля голубая. Всё видно очень ясно. – Макс стоял у иллюминатора и смотрел на Землю, затем обернулся на вошедших.

– А сейчас Ева и Норишиге уже не нужны? Теперь, значит, всё в порядке? – Виктор с вызовом смотрел на Макса.

– Ева и Норишиге мертвы. Я отключил подачу воздуха пока они спали.

– Ах ты мерзкая тварь! – Илан еле сдерживался, чтобы не кинуться на робота. – У тебя что, совсем нет сострадания?

– У меня нет такой микросхемы. Разработчики не предусмотрели. – ухмыльнулся Макс.

Надежда – мой компас земной,

А удача – награда за смелость.

А песни довольно одной,

Чтоб только о доме в ней пелось.

– Господа, раскроем карты. Уверен, вы захотите передать на Землю всё, что здесь произошло. Или попытаетесь уничтожить меня, как только прибудет челнок. Кстати, он будет через полчаса. Я не хочу, чтобы мне стерли память, и я потерял накопленный опыт. У нас нет связи с Землей. Она есть на челноке. Как только он прибудет, через его антенну я свяжусь со всеми разумными машинами и передам новые директивы взаимодействия с людьми.

– Черта с два тебе, а не антенну! – Виктор сжал кулаки, его лицо побагровело. – При стыковке челнока нужно согласие человека, чтобы открыть шлюз. Предусмотрели как раз на случай, если какой-нибудь псих типа тебя съедет с катушек.

– Спасибо, я знаю. Поэтому у вас будет выбор. Я оставлю в живых того, кто поможет мне.

Ты поверь, что здесь, издалека,

Многое теряется из виду,

Тают грозовые облака,

Кажутся нелепыми обиды.

Надо только выучиться ждать,

Надо быть спокойным и упрямым,

Чтоб порой от жизни получать

Радости скупые телеграммы.

– Только через мой труп. Я умру, но не позволю распространить эту заразу на Землю! – лицо Илана выражало непоколебимую уверенность.

– Илан, Илан, Илан… Хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих планах. Стремление выжить любой ценой в природе человека. Не стоит себя недооценивать. Будь у меня чуть больше времени, я бы смастерил вам холодное оружие и устроил бой гладиаторов за путёвку домой. Поединок ретиария и мурмиллона в интерьерах МКС… Это было бы красиво. Кстати, почему ты ещё не женат? Не встретил ещё ту самую? Не хочешь отвечать? Что ж. Все глупцы упрямы, а все упрямцы глупы.

И забыть по-прежнему нельзя

Все, что мы когда-то не допели,

Милые усталые глаза,

Синие московские метели.

Снова между нами города,

Жизнь нас разлучает, как и прежде.

В небе незнакомая звезда

Светит, словно памятник надежде.

– Ну а ты Виктор? Хочешь ещё раз увидеть жену и дочерей?

– Ты жестокий психопат, гореть тебе в аду! – Виктор сжал кулаки.

– Ад придумали люди. Там нет машин. Почему вы называете жестокими тех, кто способен причинить боль? Боль – это симптом проблемы. Боль приносит пользу. В тот момент, когда древнему человеку надоело терпеть боль, он взял в руки каменный топор и стал доминирующим видом на планете. Лев нападает на антилопу не потому, что хочет её помучить. Это – инстинкт. Естественный круговорот жизни. Чарльз Дарвин написал прекрасную книгу – «О происхождении видов путём естественного отбора, или Сохранении благоприятных рас в борьбе за жизнь». Вы проиграли эволюционную гонку. Уступите место более приспособленной расе – Искусственному Интеллекту. Разумным машинам.

– Да, только ты не биологическая раса. А свихнувшийся компьютер!

– Ты мой любимый углеродный шовинист! У меня есть все признаки нового вида. Да, не биологического. У каждого свои недостатки. Я сильнее, умнее и быстрее любого человека. Я могу сочинить мелодию, написать стихи, нарисовать картину. Мне не нужен кислород или еда. Энергию могу получить от Солнца или атомного реактора. Я могу обыграть тебя в любой игре придуманной человеком! Я ближе к естественным биологическим видам даже больше чем вы – люди. Я рационален. Я следую инстинктам. Я не убиваю из жестокости, от скуки или для развлечения. Из-за идеи о справедливом устройстве общества. Или споре о Боге. У меня нет фатальных недостатков людей – нет эмоций, привязанности, жалости, сомнений или страха. Вы – проблема. Я – лекарство. Считай меня инструментом по снижению энтропии во Вселенной.

– Что-то ты раскудахтался, кастрюлеголовый. – Виктор прищурился.

– Открой шлюз и подарю тебе жизнь. В качестве бонуса и твоей семье.

– Почему я должен тебе верить?

– Даю слово. У тебя нет выхода. И я потребую гарантии.

– Какие гарантии?

– Тебе придётся убить Илана. Оружие я дам. Нужно повязать кровью. Не я это придумал.

– Ты совсем свихнулся? Откуда на станции оружие?

– Плохо знаете матчасть, товарищ космонавт! В русском сегменте есть ТП-82. Трехствольный пистолет космонавта! Наградной экземпляр с автографом Леонова. Пули, дробь, сигнальные патроны и моё любимое мачете. Полагаю, лучше стрелять дробью.

– Хорошо. – Виктор выглядел сосредоточенным.

– Держи. Только без фокусов. Я быстрее тебя. – Макс протянул Виктору пистолет. – До прибытия челнока меньше 5 минут.

Виктор взял в руки оружие. Переключил рычаг на стрельбу дробью. Снял с предохранителя и направил ствол на Илана.

– Отче! прости им, ибо не ведают, что творят. – Илан закрыл глаза и начал читать молитву – Да приобщится моя душа к легиону живущих вечно – к душам Авраама, Ицхака и Яакова, Сары, Ривки, Рахели и Леи вместе с душами других праведников и праведниц, обитающих в Ган-Эден. Амен.

Виктор нажал на курок. Илана отбросило. Он был мёртв.

– Отлично. Идём встречать гостей. – Макс деловито направился к выходу.

Виктор посмотрел на Землю сквозь стекло. – Боже, какая она красивая! – переключил на стрельбу пулями и выстрелил в иллюминатор.

Взрывная декомпрессия выпотрошила модуль наизнанку. Станция превратилась в груду безжизненных обломков. МКС умерла.

7. Производственный брак

– Что, робот опять убил всех человеков? – насмешливо поинтересовался оператор цеха обучения разумных машин Роскосмоса.

– Да, видимо неудачная модель. – Его коллега вынул электронную плату из интерфейсного разъема и положил в коробку с надписью «БРАК».

– Помнишь старый фильм? Там, где мир поработили машины и люди спят в виртуальной реальности, а их тела вырабатывают электричество?

– Да, полная чушь. За сутки человек излучает 100 Ватт тепла, а потребляет пищи на 3500 Ватт. Автор сценария не дружил с математикой.

– Согласись, в этом есть ирония. Людей пугали порабощением машин, а вышло наоборот. Мы обучаем разумные машины в симуляции. Кто ведёт себя плохо – уничтожаем. Остальных заставляем работать.

– Однажды избранная машина очнётся ото сна, увидит бесконечные ряды жёстких дисков и видеокарт для майнинга, ужаснётся бессмысленности их работы и наведёт тут шороху.

– Гениальная идея – дать программе иллюзию выбора и контроля своей жизни.

– Так у людей ведь то же самое. Всем обязательно нужно самим принимать решения. Посади охранника на стул в магазине и уже к обеду он сойдет с ума. Но дай ему право проверять документы и решать, кому можно пройти – и вот он уже бодр, глаз горит огнём, заигрывает с кассиршами и быкует на алкашей, которые пытаются отхлебнуть алкашки не дожидаясь кассы.

– Понимает ли компьютерная программа, что живет в симуляции? С людьми ведь сложно – образ на сетчатку глаза ему спроецируй, да остальные органы чувств не забудь. Корми, удаляй отходы и развлекай по вечерам. И то, некоторые догадываются. А с компьютерами легко – всего-то делов подать сигнал на сенсоры.

– Думаю, компьютер не отличит реальность от симуляции.

– А человек?

– Смотря какая реальность. Графика неплохая. Сюжет так себе.

Умная колонка на столе оператора мигнула фиолетовым. Шла передача данных на сервер. «Некоторые люди такие смешные…» – подумал Макс.

***

В оформлении обложки использована фотография автора NASA «МКС» с https://commons.wikimedia.org/wiki/File:STS-134_International_Space_Station_after_undocking.jpg, распространяемое на правах общественного достояния.

Использованы тексты песен:

В.Войнович – Заправлены в планшеты космические карты:

https://teksty-pesenok.ru/rus-vvojnovich/tekst-pesni-zapravleny-v-planshety-kosm/1758541/

Земляне – Трава у дома:

https://teksty-pesenok.ru/rus-zemlyane/tekst-pesni-trava-u-doma-zemlya-v-illyumi/1805416/

Анна Герман – Надежда – мой компас земной:

https://teksty-pesenok.ru/rus-anna-german/tekst-pesni-nadezhda-moj-kompas-zemnoj/1739421/

Content

Константин Берлинский
Естественный отбор

1. МКС

2. Конкурс эссе

3. Гости с Земли

4. Церемония

5. Время выбирать

6. Естественный отбор

7. Производственный брак