Судоргин Игорь Вячеславович

Один удар

Она с трудом продиралась сквозь чащу леса, слыша за деревьями какой-то неясный шум. Чем дальше Она шла, тем шум становился всё громче и громче. Он то затихал, то снова усиливался. И было не понятно, что это такое, потому что до сегодняшнего дня ничего подобного Она никогда не слышила. И вот, наконец, деревья стали постепенно редеть и сквозь них угадывалось что-то очень большое голубого цвета. Вот оно-то и производило этот непонятный шум. Наконец деревья закончились, под ногами появился песок, и Она оказалась на берегу какой-то совершенно невероятных размеров реки. До самого горизонта простиралась вода, и не было видно противоположного берега. Вот такая огромная была эта река. Волны накатывались на песчаный берег, но они были намного больше, чем те, которые Она видела до сих пор. Очень медленно, постоянно оглядываясь в сторону леса, Она пошла к берегу, который одновременно и манил и пугал её, потому что ничего похожего Она никогда не видела. Подойдя к самой кромке воды, Она в нерешительности остановилась, боясь сделать ещё один шаг и окунуть ногу в воду, хотя желание было очень-очень сильным. И вот, наконец, собравшись с духом, Она сделала этот шаг. К её глубочайшему изумлению, вода была не холодной, как в тех местах, где Она жила, а очень-очень тёплой. Она даже не могла себе представить, что вода в реке может быть такой тёплой, потому что за всю её недолгую жизнь Она усвоила, что в тех небольших речушках, которые протекали рядом с её жилищем, вода ледяная круглый год. И Она обычно могла намочить лишь ступни ног и то всегда при этом визжала как резаная. А тут что-то невероятное, чего просто не может быть! Секунду постояв в нерешительности, Она сбросила с себя одежду, которой на ней было совсем немного, и смело пошла дальше в воду, погружаясь всё глубже и глубже, пока не зашла по самую грудь. Ощущение было невероятное, ничего более приятного Она не испытывала за все свои неполные девятнадцать лет. Тёплая вода со всех сторон омывала её измученное постоянным холодом молодое тело. Лёгкий приятный ветерок раздувал волосы и обдувал её голые плечи. Вокруг то поднимались, то опускались небольшие волны, накатываясь на песчаный берег и тем самым производя этот шум, который она и услышала ещё в лесу, – шум прибоя. Постояв немного, Она решила окунуться с головой, что опять было необыкновенно приятно.

А как красива была вода вокруг! Везде, куда хватало глаз, была эта вода, синяя-синяя. Над ней светило яркое солнце, и из воды совсем не хотелось выходить. Так это было прекрасно – купаться в этих тёплых волнах, – тем более, что делала Она это первый раз в жизни. Ну вот, наконец, Она нехотя вышла на берег, ступая босыми ногами по горячему песку. И, выйдя из воды, упала спиной прямо на этот песок, который сначала слегка обжёг её, но Она быстро привыкла к его горячим объятиям и, закрыв от удовольствия глаза, замерла, лёжа на спине и подставляя свою грудь, живот и ноги горячему солнцу. Как же приятно лежать вот так с закрытыми глазами, не слыша ничего, кроме негромкого шума накатывающихся на берег волн!

Странно, но Она совсем не боялась лежать вот так на берегу, закрыв глаза. В тех местах, где Она жила, это было очень опасно. А здесь Она почему-то была уверена, что с ней ничего плохого не случится. Лежать было так приятно, что постепенно Она стала засыпать. И вдруг что-то произошло, как будто кто-то сильно толкнул её, и в этот момент всё мгновенно исчезло. Не было больше тёплой воды, яркого солнца и горячего песка. И шум прибоя тоже куда-то исчез. Резко вскочив со своего ложа, которое было сделано из наломанных в лесу еловых веток, Она с тревогой огляделась по сторонам и увидела совсем другую картину. Вместо песчаного берега её взору предстала полянка на опушке леса, который чернел вокруг. В середине тлел почти погасший костёр, а вокруг его вповалку лежали два десятка крепко спавших мужчин и женщин. Опять всё тот же сон! Она видела этот сон уже много раз и не могла понять, что это такое. Ведь море Она в своей жизни не видела ни разу, да и не знала, что эта большая голубая вода и есть море. Тогда откуда этот сон, почему ей постоянно видится одно и тоже? Она никогда не видела моря и не верила, что такое бывает на самом деле. Но этот сон приходил к ней снова и снова.

Пристально оглядевшись по сторонам, Она внимательно стала вглядываться в чернеющий вдали лес. Ведь что-то же её встревожило, что-то разбудило её? Ни одного постороннего звука. Костёр почти догорел. Люди вокруг него, намаявшиеся за день, спали как убитые, и даже рёв целой стаи тигров не смог бы разбудить их сейчас.

События эти происходили на территории современного Южного Урала, где-то в том месте, где сейчас находится город Оренбург. Только было это не вчера, и не месяцем и даже не годом ранее, а десять тысяч лет тому назад. И люди , лежащие вокруг костра, были нашими далёкими предками, которые жили, воевали, охотились в те стародавние времена, когда ещё не было построено городов, не было машин, компьютеров, самолётов и горячего отопления. Это было тяжёлое для жизни время, когда жизнь человека не стоила ничего, а смерть была таким обыденным делом, как, к примеру, смерть муравья в муравейнике. Никто не заплачет, да и никто и не заметит. Про этих людей эта история.

Итак, наша героиня внимательно осмотрела всё вокруг себя и, не увидев ничего подозрительного и с облегчением вздохнув, только было собралась улечься на свою постель из еловых веток, как вдруг увидела такое, от чего всё внутри неё похолодело. Ужас сковал всё тело и на мгновение Она потеряла способность двигаться и даже кричать. Там, где чернел лес, Она вдруг отчётливо увидела неяркий, но хорошо различимый жёлтый огонёк, очень маленький, но достаточно заметный в темноте. Не поверив своим глазам, Она закрыла их на мгновение и снова открыла, надеясь на чудо, надеясь на то, что ей это привиделось. Но нет, чуда не произошло. Мелькнула мысль – почему огонёк один? Он никак не может быть один! Но огонёк не исчезал, более того – через несколько секунд их стало три, потом пять, и они стали появляться ещё и ещё. Это могло означать только одно – саблезубые тигры выследили их. А в то время для людей это было смертным приговором. Невозможно уйти от стаи саблезубых тигров, тем более ночью. На несколько секунд потеряв всякую способность соображать и что-либо делать, Она быстро пришла в себя.

Женщины в те времена немного отличались от современных барышень. Они были воинами и часто наравне с мужчинами сражались с дикими зверями, давали отпор врагу. Прошло не более десяти секунд, как Она уже знала, что делать. Она закричала так пронзительно и громко, как не кричала никогда в своей жизни. Именно этот крик и спас многих людей из её племени – он разбудил их и дал время хоть как-то приготовиться к нападению страшных хищников. Через пару мгновений все уже вскочили на ноги и, схватив копья, которыми были вооружены все мужчины, бросились бежать в лес, – в ту сторону, где не было видно горящих глаз тигров, и где можно было укрыться от их острых когтей и страшных огромных зубов. Все бежали молча, очень быстро, похватав на руки маленьких детей и постоянно оглядываясь назад. Тигры, увидев, что люди заметили их присутствие, со страшным рычанием бросились следом.

Тигр бежит намного быстрее человека, и оторваться от него на открытой местности шансов нет никаких. Одна надежда – добежать до леса. Только тогда появится шанс на спасение. Люди, до этого бежавшие все вместе, постепенно стали рассредотачиваться в разные стороны. Кто-то вырвался вперёд, кто-то стал отставать. Тигриное рычание слышалось уже совсем близко. Она решила бежать не прямо, а чуть правее, потому что ещё днём заметила в той стороне большой овраг, но вдруг упала, споткнувшись обо что-то в темноте, и сильно ударилась о корягу левой ногой. Не успев подняться, Она почувствовала, что кто-то одновременно с обоих сторон подхватил её под руки, и дальше они побежали уже втроём. Это и спасло ей жизнь, потому что после падения бежать быстро сама Она бы не смогла.

Так они и бежали втроём несколько минут, как вдруг земля под ними разверзлась, и они покатились вниз, под уклон. Это и был тот самый овраг. Скатившись до дна оврага, один из Её спутников показал рукой направо, предлагая двигаться по дну оврага в сторону возвышающихся над лесом гор, куда они и отправились, отдышавшись несколько минут. Они бежали всё медленнее и медленнее, пока совсем не перешли на шаг. Нога почти уже не болела – ушиб был, по-видимому, не очень сильным. Сзади слышалось отдалённое звериное рычание и крики людей. Со своим племенем, которое осталось позади во власти тигров, Она больше никогда не встретится, потому что мало кто из людей остался в живых после тигриной атаки. А те, кто остался, разбежались по лесу, кто куда. Двигаясь дальше по дну оврага, они и не заметили, как сверху мелькнул маленький жёлтый огонёк. Это был тигр, он был одноглазый. И именно этого тигра Она заметила первым в чаще леса. Тигр видел, как несколько теней мелькнули по дну оврага, но решил не преследовать людей, ведь добычи было много и здесь. Издав негромкий рык, он ещё раз посмотрел в ту сторону, куда побежали трое, а потом развернулся и медленно пошёл обратно. Девушка и двое Её спутников были в безопасности. Больше их никто не преследовал, хотя они об этом, конечно, не знали и продолжали идти всё дальше и дальше, желая уйти от страшного места бойни на как можно большее расстояние.

Так они шли не меньше часа. Уже рассвело, и стало не так страшно, как в темноте. Но они не останавливались и продолжали двигаться в сторону невысоких гор, которые теперь, при утреннем солнце, были хорошо видны вдали. До них было полдня пути, не больше. Наконец, совсем выбившись из сил, Она и двое Её спасителей, не сговариваясь, решили отдохнуть и упали в густую сочную траву, тяжело дыша от волнения и усталости. Если бы они умели говорить, то кто-нибудь обязательно сказал бы: "Кажется, оторвались". Но говорить в те времена люди ещё не умели и общались между собой жестами и какими-то непонятными, нечленораздельными звуками.

Немного отдохнув, девушка огляделась и наконец-то смогла как следует рассмотреть своих спасителей. Ими были двое мужчин. Один был очень молодым мускулистым юношей крепкого телосложения и высокого роста . А второй – мужчиной лет около сорока, весь в шрамах, росту небольшого, да и телосложения не очень уж богатырского. В те далёкие времена люди редко доживали до сорока лет, потому что жизнь была такой сложной и опасной, что дожить до таких лет мог только человек умный, сильный и ловкий, способный выжить в условиях постоянной вражды между соплеменниками, где за место у костра твой родной брат мог проломить тебе голову камнем; где постоянно была опасность встретиться с диким зверем, а оружие тогда было не очень уж эффективным. И, кроме того, постоянный холод и голод. Иногда бывали удачные дни, когда мужчинам из племени удавалось добыть какого-нибудь зверя, и тогда всё племя пировало несколько дней. А иногда наоборот, долгими днями не было добычи и приходилось уходить далеко от места стойбища, чтобы там найти какого-нибудь мамонта. А уходить далеко – это очень сильно рисковать. Вот так и жили наши предки – постоянно борясь с холодом и голодом, с дикими зверями, ведя войны с другими племенами, да и со своими соплеменниками тоже. Поэтому, увидя перед собой мужчину таких лет, девушка понимала, что это сильный и смелый боец, который сумел прожить так долго только благодаря своим незаурядным качествам. Двое Её спутников начали, в свою очередь, бесцеремонно и с интересом разглядывать и Её, что Ей совсем не понравилось. И Она, спрятавшись от этих взглядов, снова улеглась в густую высокую траву. Опасность миновала, и Она снова стала замечать мир вокруг себя. Людям в те времена некогда было горевать и скучать. Окружающая действительность не даст долго пребывать в расслабленном состоянии. Но тут выдались недолгие свободные минуты, и Она, лёжа на спине в густой траве, смотрела в небо, щурясь под лучами утреннего солнца, слушала пение птиц и стрекотание кузнечиков, журчание ручья где-то совсем рядом и радовалась, что Она жива, хотя всего лишь несколько часов назад Её смерть была почти что неизбежной.

Не знаю, что чувствовали люди в те далёкие времена. Умели ли они радоваться, грустить, любить и ждать? Наверное, умели, по крайней мере – хочется в это верить…

Однако долго оставаться здесь было нельзя. Их было всего трое, и до темноты нужно обязательно добраться до гор, которые казались уже совсем близко, и устроиться на ночлег в какой-нибудь пещере. Старый охотник первым поднялся на ноги и жестом показал в сторону гор, предлагая своим спутникам идти дальше. Двое остальных сразу же поднялись и пошли вслед за ним. Им не нужны слова, им не нужно что-то объяснять. Они всё понимают и без слов. Они такие с самого раннего детства. Они не ходили ни в школу, ни в детский сад, но они знают гораздо больше, чем люди живущие в наше время. Они быстро стали взрослыми, и они заканчивали только один университет – жизнь.

Солнце поднялось уже высоко и они продолжили свой путь к горам. Шли они по открытой местности, и только редкие деревья встречались им на пути. И от этого всем троим было не по себе. Их слишком мало, чтобы отразить внезапное нападение каких-нибудь зверей или людей из чужого племени. Они всё шли и шли, а горы, казавшиеся такими близкими, всё не приближались и не приближались. Дело уже близилось к вечеру, а до них было почти столько же пути, сколько и утром. Видя это, они невольно ускорили шаг и через некоторое время почти бежали. Так им хотелось быстрее добраться до места. Солнце уже клонилось к закату, ещё совсем чуть-чуть – и они дойдут до этих гор, но ведь надо не просто дойти, но и подыскать пещеру для ночлега и найти что-нибудь из пропитания, потому что за целый день кроме нескольких ягод у них и маковой росинки во рту не было. Ну вот, наконец дошли до первых скал и пошли вдоль них, надеясь отыскать хоть какую-нибудь пещеру, где можно будет укрыться от диких зверей. И вдруг – о чудо! Не пройдя и километра, они увидели такую пещеру. Зрелый воин, показав остальным рукой, чтобы они оставались на месте, медленно стал приближаться ко входу в пещеру. Потом зашел внутрь и на некоторое время исчез. Сердце у девушки бешено колотилось от волнения, – а вдруг там звери или люди из другого племени. Времени искать другую пещеру у них уже нет, вот-вот сядет солнце и наступит вечер, а за ним и ночь.

Некоторое время в пещере было тихо, но потом из неё вышел зрелый охотник и жестом показал, что всё в порядке и можно зайти внутрь. Остальные двое путников с облегчением вздохнули. Сегодня им положительно везёт! Зайдя внутрь, они увидели, что пещера была небольшая – всего метров двадцать в глубину, – но зато теперь они были спасены! Сегодня у них есть ночлег, пищу они попробуют добыть, и в эту ночь у них есть где спрятаться от диких зверей, которые с наступлением темноты начнут бродить вокруг, ища добычу. Войдя вовнутрь и немного осмотревшись, все сразу, не сговариваясь, занялись каждый своим делом. Нужно было разжечь костер и добыть хоть какого-нибудь пропитания, потому что после пережитых страхов и целого дня пути всем троим очень хотелось есть. Девушка стала собирать сухие сучья и траву, а двое мужчин пошли осматривать окрестности пещеры в надежде найти какую-нибудь живность. Вскоре они вернулись, неся с собой какое-то небольшое животное, – скорее всего, это был детеныш какого-нибудь крупного зверя. Девушка к тому времени уже насобирала сухих сучьев и все принялись разжигать костёр.

Огонь в те времена имел огромное значение. Огонь – это защита от диких зверей, это тепло, это горячая пища. Костёр придавал людям уверенность и обеспечивал их светом и теплом во время длинных ночей, когда вокруг бродили дикие звери и страшно было далеко уходить от горящего костра…

Наконец костёр разгорелся, и маленького зверька насадили на палку и повесили над костром, время от времени поворачивая её, чтобы мясо прожаривалось со всех сторон. В пещере стало теплее от горящего костра, а на улице уже совсем стемнело и оттуда потянуло прохладой. Как же хорошо, что они нашли эту пещеру, где так спокойно и совсем не страшно, где есть еда и горит огонь! Еще один тяжёлый день прожит, а о том, что будет завтра, никто из них и не думал. В те времена люди так далеко не заглядывали – они жили только сегодняшним днём – ведь каждый день мог стать последним в их жизни, да и не умели они заглядывать вперёд. Наконец мясо пожарилось, и все с наслаждением принялись его уплетать, торопясь и обжигаясь, так они изголодались за сегодняшний день. И вот они насытились горячим мясом молодого зверя, перестали торопиться и жевали уже медленно, не спеша, зная, что еды хватит на всех с избытком. Она немного отодвинулась от огня, потому что есть уже была не в состоянии, и сидела, не отрывая взгляда от огоня. От сытной еды и тепла её стало клонить в сон.

Наверное, с тех древних времён люди так любят смотреть на огонь. Прошли многие тысячи лет, а человек всё так же может сидеть и, не отрываясь, часами смотреть на горящий костёр, как и его далёкие предки. Тишина и спокойствие воцарились в пещере, но это продолжалось недолго. Как сказал бы один из известных персонажей нашего времени – "вечер перестает быть томным". Там, где среди нескольких мужчин есть одна женщина, – ничего хорошего не жди, тем более в те суровые времена.

Молодой юноша, до этого особенно никак себя не проявлявший, под действием тепла и обильной еды вдруг с вожделением стал поглядывать на молодую девушку. Всё напряжение сегодняшнего дня ушло, он был сыт и спокоен, и юношеская кровь взыграла в крепком молодом теле. Он всё чаще и чаще бросал взгляды на девушку, которая по нынешним меркам, – конечно, – не была королевой красоты, но по тем временам была очень даже симпатичной. Эти вожделённые взгляды заметил зрелый воин и решил опередить события, ведь не просто так он дожил до своих лет. Он был не только опытным воином, но и предвидел наперёд те или другие события. Зрелый воин хорошо понимал, что очень скоро из-за единственной в их компании женщины неизбежно начнется борьба не на жизнь, а на смерть, и в открытом противостоянии ему не победить молодого и сильного соперника. Зрелый воин знал, что у него в запасе есть только один удар, и другого шанса у него не будет. Или он нанесет этот удар, или через мгновение молодой убьёт его, поскольку сила и молодость не на его стороне. Но он всё быстро продумал, всё просчитал – каждое своё движение. Он не имеет права промахнуться. За долгую жизнь он хорошо знал, что часто решающим оказывается всего лишь один удар и никогда противник не даст тебе второго шанса. Быстро оценив обстановку, он прикрыл глаза, как будто его клонит в сон, а сам медленно-медленно протянул руку к одному из острых камней, лежащих рядом с ним, возле костра. Молодой по своей неопытности даже не заметил этого движения, ведь всё его внимание было приковано к молодой девушке, с которой он не сводил глаз. Он с вожделением смотрел на высокую грудь девушки, на её красивые крепкие ноги, едва прикрытые короткой юбкой из тонкой шкуры, на её круглые колени и крепкие обнажённые плечи. И уже сделал движение, собираясь встать и подсесть к ней ближе, но не успел даже приподняться над землей, как вдруг старый воин, до этого вроде как дремавший на полу около костра, молниеносно махнул рукой, в которой он держал острый камень, и тут же вскочил на ноги, приготовившись нанести ещё один удар. Со стороны казалось, что рука с камнем даже не коснулась горла молодого воина, но это было не так. Через мгновение из перерезанного горла фонтаном ударила кровь. Молодой взревел от ярости и бросился на своего врага, но было уже поздно. Силы на глазах покидали молодого воина, кровь из горла била фонтаном, и зрелому даже не пришлось добивать его еще одним ударом камня. Он просто отошел в сторону и смотрел, как через несколько секунд молодой перестал рычать, захрипел и сначала упал на одно колено, пытаясь поднять с пола камень, а потом и вторая нога его подкосилась. Он упал уже на оба колена, держась за перерезанное горло, из которого сквозь пальцы струилась кровь. Прошло еще несколько секунд и молодой медленно завалился на бок, продолжая держаться за горло. Через некоторое время хрипы прекратились, он перестал извиваться в последней агонии и наконец совсем затих, перестав даже шевелиться. Смерть пришла к нему, даже не дав пожить и те недолгие годы, которые отмерила ему эта суровая жизнь. Вот такие нравы были в те времена. Пять минут назад это был молодой, полный энергии и сил мужчина, которому было всего-то лет двадцать. И вот его бездыханное тело лежит на полу пещеры, и никому больше нет до него никакого дела, никто не заплачет по нему, никто больше никогда не вспомнит о нём – такая вот жизнь. А зрелый воин, как будто бы ничего и не случилось, отбросил окровавленный камень в сторону и снова сел на пол возле костра, подбросил в него несколько сухих сучьев и только после этого посмотрел на молодую девушку, которая от страха забилась в самый дальний угол пещеры и сидела там ни жива ни мертва. Воин поманил её рукой, предлагая подойти и сесть возле костра, но она от страха не могла двинутся с места. Да и ни за что бы не подошла, опасаясь того, что он убьёт и её. Немного посидев, он медленно встал и сам подошёл к ней. От страха она зажмурилась и вжалась в углубление в стене пещеры, приготовившись к самому худшему. Но, к её удивлению, ничего страшного не произошло. Он, схватив её за руку, поднял на ноги и силой привёл костру, где также силой усадил её на пол. Больше ничего не происходило. И она, посидев так несколько минут с закрытыми глазами, решила наконец их открыть. Открыв глаза, она увидела, что он сидит рядом с ней и смотрит на неё. Первый раз Ей удалось рассмотреть его так близко. Всё лицо его пересекал один огромный шрам – и это придавало ему довольно зловещий вид. Хотя больше ничего страшного и зловещего в его облике не было. Видя, что Она всё ещё продолжает дрожать от страха, он придвинулся к костру, отломил от жареного зверька кусочек мяса и протянул ей. Она сначала не брала, и он снова протянул мясо, поднеся его почти что ей под нос. Наконец она взяла кусок и стала его жевать. Он одобрительно кивнул головой и, решив, что нужно дать женщине время успокоиться и прийти в себя, встал и пошёл к выходу из пещеры.

Нужно было избавиться от покойника, чтобы не пугать молодую женщину, но, подумав, он решил сделать это утром. Рядом с пещерой тело оставлять было нельзя. Оно тут же привлечет диких зверей со всей округи запахом свежей крови. А далеко тащить убитого молодого воина ночью он не решился, – пусть лежит до утра. Стараясь не делать резких движений, чтобы не пугать и без того перепуганную насмерть девушку, он взял молодого за ноги и оттащил в самый дальний угол пещеры, слегка присыпав землей, чтобы приглушить запах крови. Потом вернулся обратно к костру. Видя, что девушка с аппетитом ест кусок мяса, которым Он её угостил, не переставая при этом внимательно наблюдать за воином, – следя за каждым его движением, он опять сел рядом с ней, но она уже перестала дрожать и почти не боялась его. Она убедилась, что он не собирается делать ей ничего плохого, и её страх начал быстро проходить. Сидя рядом, Они снова посмотрели друг на друга и вдруг – о чудо! Он улыбнулся ей! В те далёкие времена улыбка ещё не имела такого значения, какое она имеет в наше время. И скорее всего девушке за всю её короткую жизнь никто никогда не улыбался. И до этого дня она ни разу не видела улыбки на лице другого человека. Но Она инстинктивно почувствовала, что это знак хорошего к ней отношения, и он никогда не сделает ей ничего плохого. И Она улыбнулась ему в ответ. Так, улыбаясь друг другу, они сидели и смотрели друг на друга, переживая эти необычные, эти новые ощущения, ни на что не похожие и до этого ими ни разу неизведанные.

В пещере снова воцарилась тишина, только потрескивали горящие сучья в костре. Да время от времени где-то далеко-далеко во тьме ночи раздавалось звериное рычание. Они сидели рядом и смотрели на пламя костра. Они не строили планы на завтрашний день, они не думали о том, что они будут завтра есть, пить, найдут ли сучья для костра. Они просто сидели рядом и смотрели на огонь – и им было так хорошо, как не было хорошо никогда раньше. В этот день – десять тысяч лет назад – мужчина и женщина впервые полюбили друг друга. У них ещё не было близких отношений, но это была настоящая любовь – любовь двух людей, а не любовь двух животных, на которых были похожи люди в те времена. В эту ночь люди стали людьми – такими же, как и мы с вами.

Наступило утро, солнечный свет заливал пещеру с улицы, было спокойно и тихо. Костёр давно прогорел и погас, потому что они за прошлый день и за прошлую ночь намаялись так, что не было сил сидеть и следить за ним. Первой проснулась Она и обнаружила, что лежит рядом с ним у костра, положив голову ему на грудь и обняв за шею рукой. Быстро вскочив на ноги, Она потянулась и подошла ко входу в пещеру, чтобы посмотреть, что там снаружи происходит. А там ровным счётом ничего не происходило, не было никаких диких зверей, не было людей. Всё было так умиротворенно, что даже не верилось, что вчера утром в этих местах разыгралась такая трагедия и погибло столько людей. Наконец Он тоже проснулся, протёр глаза и, увидев её, снова стал улыбаться. Проспали они долго, поэтому надо было приступать к делам. Для начала отнести подальше от пещеры тело молодого, чтобы он не привлёк хищных зверей своим запахом. Потом надо было найти воду, еду и натаскать сучьев для костра. Он жестом показал девушке на молодого воина, – Она, сразу поняв, что Он от неё хочет, взяла его за ноги, Он – за руки, и они понесли его к выходу из пещеры. Положили его на землю и поволокли подальше от входа. Недалеко был небольшой обрыв – туда они его и сбросили. Потом решили осмотреть окрестности пещеры. Воду они нашли быстро, сухих сучьев для костра вокруг было очень много, а вот с живностью – не повезло. Ни одной живой души рядом с пещерой. Надо было идти и искать живность, чтобы убить какого-нибудь зверя и обеспечить себя пропитанием на некоторое время.

Он, как старый и опытный охотник, достаточно быстро смастерил из длинной палки и острого куска кости копье, с которым и приготовился идти на охоту. Она натаскала в пещеру побольше сучьев для костра, принесла свежей травы, чтобы постелить на полу пещеры. Но как только Она увидела копьё в руках своего нового друга, так сразу её хорошее настроение улетучилось, уступив место тревоге и страху. Она сразу поняла, что ему надо уйти, чтобы охотиться, потому что без добычи они долго не протянут. В те времена люди не жили по одиночке, а уж тем более не охотились по одиночке, – они держались общинами, в которых было от двадцати до ста человек. И люди всё делали сообща. Но так получилось, что они остались вдвоём и до тех пор, пока они не прибьются к какой-то другой общине – им придётся всё сделать самим. От её радостного утреннего настроения не осталось и следа. Подойдя к нему, Она крепко взяла его за руки обеими своими руками и потянула к себе. Он хорошо понимал, что Она хочет сказать – Она не хочет, чтобы Он уходил. Он тоже не хочет уходить, но по-другому нельзя. Он показал ей жестами, что уходит, и чтобы Она шла в пещеру и ждала его там. Но Она не отпускала его руку, а только сильнее прижималась к нему всем телом. Он тоже на несколько секунд прижался к ней, но потом легонько оттолкнул её от себя – иначе они так и стояли бы до самого вечера, – и быстро пошел в сторону леса. Она некоторое время шла за ним, но потом всё же вернулась назад, в пещеру.

Он оглянулся всего лишь раз, поднял вверх руку и затем исчез в густой траве – и только взлетающие испуганные птицы указывали его путь. Медленно Она вернулась в пещеру, не спеша сложила сухие ветки в одну кучу, разложила по полу свежей травы – в общем, как и любая женщина, стала наводить порядок и уют в своём жилище. Нынешняя женщина и женщина десять тысяч лет назад – разве есть какая-нибудь большая разница? Только разве в том, что та женщина всё время молчала, но скоро люди научатся общаться между собой словами и это различие тоже исчезнет. Так за заботами и хлопотами по обустройству пещеры Она и не заметила, как наступил полдень. Устав от дел, Она прилегла на траву и тут же заснула. Напряжение и усталость последних дней дали о себе знать. Спала Она крепко, на этот раз без сновидений. Но так же, как и в позапрошлую ночь, проснулась как будто бы от какого-то толчка. Вскочив, Она увидела, что на улице уже стемнело, а костёр разжечь Она не успела. Но самое страшное было не то , что костер не горел, а то, что на улице уже стемнело, а Он ещё не вернулся…

Человек, который остался на улице на ночь, обречен на смерть. Она вдруг ясно поняла, что Он больше не вернется. Прошёл целый день и, если за это время Он не вернулся с добычей, значит уже не вернется никогда… Поспешно Она начала разжигать костёр, но от волнения и спешки никак не могла это сделать в почти полной темноте. Наконец появился маленький огонечек, который постепенно разгорался всё больше и больше. И вот костёр запылал в полную силу. Всё, что Она могла сейчас делать – так это ждать. Если бы Она умела молиться, то помолилась бы Богу, чтобы он вернул ей любимого целым и невредимым, но молиться Она не умела. И вообще – пока Она мало что умела делать. Она умела только ждать, да и этому Она научилась совсем недавно – только сегодня. Но зато научилась это делать хорошо. Костёр разгорелся очень сильно, а сучьев становилось всё меньше и меньше. От волнения Она бросала в костёр веток намного больше, чем того требовалось, и очень быстро спалила почти весь запас, который насобирала днём. И вдруг отчётливо услышала у входа в пещеру негромкое рычание. И увидела, как тогда ночью, один желтый огонек в нескольких метрах от входа в пещеру. Всё похолодело у неё внутри. Это был он – тот самый одноглазый тигр. Всё-таки он выследил их, наверное, шёл за ними по следу, – теперь уж он своей добычи точно не упустит! Тигр стоял чуть поодаль от входа, чуть слышно рычал, но заходить внутрь пока не решался, боясь огня. Она побросала в огонь последние сучья, но надолго их не хватит. У неё осталось совсем мало времени. Коротким оказалось её женское счастье, слишком коротким – даже одного дня не продержалась оно… Среди сучьев Она нашла палку подлиннее, отступила в самый дальний угол пещеры и приготовились к смерти. Костер почти догорел. Тигр перестал рычать, только стоял у самого входа в пещеру и принюхивался, пока еще никак не решаясь войти внутрь. Он ждал, но ждать ему осталось недолго. Последние язычки огня исчезли в костре, и только яркие угольки светились в темноте, тускло освещая стены пещеры. Скоро погаснут и они… Она стояла, вжавшись всем телом в углубление в стене. Было ли ей страшно? Конечно, было! Ведь ей было всего девятнадцать лет, Она осталась в этой пещере один на один с огромным, свирепым зверем, который не знает жалости, и без колебаний убьёт её за несколько мгновений. Ну было что-то и другое – совсем не похоже на испытанное ею раньше. Она всё время вспоминала того, кто её спас, – того, кого Она полюбила за эти несколько часов, – того, кого нет с ней в эти последние минуты жизни, – того, который ещё утром держал ее за руку и которого Она больше никогда не увидит. Вдруг что-то потекло у неё из глаз – такого с ней никогда еще не бывало! Она слизнула языком влажную капельку со щеки – капелька была соленая. Что это такое сейчас с ней происходит? Ничего подобного Она раньше не чувствовала. А это были всего лишь навсего слезы – первые человеческие женские слезы! Угольки в костре почти погасли. Наступила почти полная темнота. И только впереди светился один желтый глаз тигра. Сейчас он войдет, и всё будет кончено… Она крепко обхватила палку руками. Нет больше слез в её глазах, ей больше ничего не страшно – Она будет сражаться до конца и тигру свою жизнь просто так не отдаст! Пусть только войдет -и он узнает силу и мощь ее крепких рук. Она готова к бою! И вдруг что-то непонятное произошло на улице – раздался страшный рёв тигра, который постепенно перешел в вой. Его жёлтый глаз, до этого всё время светившийся у входа в пещеру, сразу же погас. Вой то приближался, то удалялся, то снова слышался рядом, у входа в пещеру. Постепенно вой затихал, возня тоже прекратилась. И через несколько минут наступила полная тишина, ни звука больше не было слышно вокруг. Она так же продолжала стоять, крепко держа в руках палку. Вдруг в пещере раздались тихие, едва слышные шаги. Эти шаги направлялись прямо в её сторону. Кто бы это не был, – Она с ним справится. Она не испугалась тигра, а уж этого-то уложит на землю одним ударом своей огромной палки! И вот шаги уже совсем близко. Она замерла в ожидании. Слышалось чьё-то тяжёлое дыхание совсем рядом от неё. И вдруг кто-то взял её за руку! От неожиданности Она даже выронила палку из рук. Она узнала эту руку – это была его рука!!! Эту руку Она теперь не спутает ни с какой другой рукой в самой-самой кромешной темноте! И вот теперь, когда Она поняла, что Он жив, что Рн вернулся, Она закричала. Слёзы хлынули из глаз ручьём. Она бросилась ему на шею и продолжала кричать. Чувства наконец-то выплеснулись наружу. Но это был не тот крик, которым Она предупредила своих соплеменников об опасности. Это был крик радости, – невообразимой радости от того, что Он вернулся. Это был крик от пережитого в эту ночь ужаса, от ненависти к проклятому тигру. Всё что Она пережила за эти дни выплеснулось в этом крике!

А он, вернувшись к пещере с добычей, давно заметил тигра. Подкравшись с той стороны, с которой тигр ничего не видит из-за отсутствия одного глаза, он спрятался сбоку от входа в пещеру и ждал темноты, чтобы нанести удар. Как и много раз до этого Он знал, что у него в запасе всего лишь один удар. Только один-единственный удар, – тигр не даст ему второго шанса. И Он использовал этот единственный шанс. Молниеносно бросившись на тигра, Он вонзил свое оружие прямо в единственный глаз хищника и тут же отпрыгнул назад, за камни. Дело было сделано – тигр был повержен. Он долго метался, но ничего изменить было уже нельзя – он был обречён.

Ночь продолжалась, – короткая летняя ночь, а сколько всего произошло за эту ночь! Они долго стояли обнявшись, потом пошли к выходу из пещеры – ведь нужно было снова насобирать сучьев для костра и поджарить мясо, которое он принёс с охоты. А то весь вчерашний день и сегодняшнюю ночь они опять ничего не ели. Осторожно ступая, чтобы не наступить на мертвого тигра, лежащего у входа в пещеру, Она наконец-то смогла рассмотреть его в близи. Он был огромен. Одного глаза действительно не было уже давно, а вместо второго зияла свежая рана от копья. Теперь мяса было очень много, хватит надолго. И шкура пригодится, из неё они сошьют новую одежду. Опять зажгли костер и уселись около огня, крепко прижавшись друг к другу. В этот час не было женщины на свете счастливее её. Да и Он радовался как подросток, ведь всё закончилось благополучно. Они оба живы, свирепый тигр повержен, у них есть еда и пещера для ночлега. Что еще нужно для жизни?

Больше ему не нужно было уходить на охоту, и они целыми днями напролёт бездельничали, валяюсь в густой траве. Но не отходя далеко от пещеры. И занимались любовью. Для неё это было совсем не так как раньше с другими мужчинами, ей никогда не было так хорошо как с ним. Они заслужили покой и сытую беззаботную жизнь хотя бы на некоторое время. Ну вот запасы мяса подошли к концу, им надо было думать, что делать дальше. Больше оставаться в этой пещере не имело смысла. Вдвоём они не выживут. Это не поездка супружеской пары в лес с палаткой на выходные, как в наше время. Надо было искать стойбище других людей, чтобы примкнуть к ним. Но в те времена другое племя неохотно принимало к себе чужаков, в каждом незнакомце видя потенциального врага. И всё же они решили рискнуть. И вот, выбрав для своего путешествия ясный солнечный день, они встали пораньше, взяли с собой в дорогу небольшой запас мяса, и, конечно же, копьё, и отправились вдоль гор на поиски другого племени. Им казалось, что безопаснее идти рядом с горами. В крайнем случае, если они не успеют до темноты кого-нибудь найти, то можно опять заночевать в пещере, которых было здесь довольно много. Да и вообще – как-то спокойнее идти, зная, что если появятся вдруг какие-нибудь хищники, то можно будет подняться повыше на скалы, где звери их не достанут. Так они и шли до самого вечера, не встретив ни единого живого существа, – не то что тигра, а даже маленького кабанчика не повстречали. Вдруг из-за кустов на них выскочило непонятное лохматое существо, которое издавало отрывистые резкие звуки и то и дело бросалось на них, но не кусая, а только делая вид, что хочет схватить их своими большими клыками. Он хотел было одним ударом копья убить это странное существо, которое до этого ни Он, ни его спутница никогда не видели. Но вдруг это лохматое чудовище перестало рычать и издавать эти громкие резкие звуки, оно заскулило и, подойдя к девушке, потёрлось об её ногу и лизнуло языком руку. Старый охотник за свою долгую жизнь много чего повидал, но такого Он не видел никогда. Даже, не смотря на хладнокровие, которое никогда его не покидало, он чуть не выронил копьё из рук. Лохматый зверь вел себя очень дружелюбно, и то убегал, то возвращался назад, как бы приглашая следовать за ним. Немного потоптавшись в нерешительности на одном месте, они двинулись вслед за зверем и через несколько минут вышли к большому стойбищу, где они увидели столько людей, сколько никогда не видели сразу в одном месте. Это было поселение людей, которых мы называем кроманьонцами, а страшное лохматое существо – это собака, которых кроманьонцы к тому времени уже научились приручать. Наши герои вышли как раз к одному из таких поселений кроманьонцев, которое было достаточно большим по тем временам, – около восьмидесяти человек.

Кроманьонцы – это и были первые представители человека разумного. Роста они были большого, в среднем 187 см, европейской внешности, обладали идеальной прямой двуногой походкой и большой головой. Кроманьонцы не знали, что такое металл, не занимались ни земледелием, ни скотоводством. Но если бы можно было перенести их в наше время, то они ничем особенным не отличались бы от современного человека – разве только внешностью. А так они были бы не дурнее живущих в наше время людей. У них такой же мозг и такие же руки, как и у нас. Они умели создавать каменные орудия и разные приспособления: иглы, наконечники, крючки для ловли рыбы, ножи и так далее. Они научились приручать диких животных, одомашнили кошек и собак.

Итак, наши герои случайно забрели в поселение кроманьонцев, что очень сильно изменило их дальнейшую жизнь в лучшую сторону. Но они пока ещё не знали, куда они попали, и что это за люди. При их появлении в посёлке раздались крики и шум. Через несколько минут почти все люди, которые были в этот момент в деревне, повыбежали на улицу из своих шатров, сделанных из шкур животных, и окружили их плотным кольцом. Мужчина и девушка стали друг к другу спиной, приготовившись отразить нападение. Но, к их удивлению, никто на них нападать и не собирался, а совсем даже наоборот – с любопытством и интересом рассматривали их с головы до ног, и при этом, поворачиваясь друг другу, произносили какие-то отрывистые наборы звуков, то короткие, то длинные. Кроманьонцы уже обладали членораздельной речью, но наши герои пока разговаривать не могли, поэтому им было непонятно, что это за звуки такие, которые то и дело издают жители деревни, при этом заливаясь громким смехом. Вдруг все притихли и расступились в стороны, давая дорогу какому-то человеку, который, не торопясь, шёл прямо к ним. Это был очень высокий мужчина, немолодой, весь исполосованный шрамами, но в руке у него не было никакого оружия, и вообще никаких признаков агрессивности он не проявлял. Он спросил у мужчины и девушки – кто они и откуда, но быстро понял, что его языка они не понимают и вообще не умеют разговаривать. Поэтому, не тратя больше времени на разговоры и строго сказав своим соплеменникам, чтобы они перестали смеяться над странными гостями, внезапно появившимися у них в посёлке, – рукой показал на костер, горевший посередине деревни, приглашая их подойти к огню и расположиться около него. Наши герои, всё ещё не веря в теплый прием незнакомых людей, которые, вместо того, чтобы немедленно убить их как чужаков, оказывают им всяческие знаки гостеприимства, – немного потоптались в нерешительности, – но вдруг двое маленьких детей взяли их за руки и стали тянуть к костру. Последние сомнения исчезли и, больше не раздумывая, они подошли к огню, сопровождаемые толпой людей, которые не переставали обсуждать их, постоянно заливаясь громким хохотом, и то и дело трогали их руками за разные части тела, удивляясь тому, как они похожи на них самих. Усадив гостей около костра, несколько человек сели рядом с ними и наперебой стали предлагать им еду и воду, задавая при этом кучу вопросов, то и дело похлопывая их по плечу и всячески показывая своё к ним расположение. Подошёл вождь, которому не терпелось пообщаться с гостями, и ему сразу уступили место рядом с мужчиной. Стараясь говорить медленно и внятно, он попробовал ещё раз пообщаться с пришельцами в надежде, что они его всё-таки поймут:

– Меня зовут Острый Зуб. Я – вождь этого племени. Мы не желаем вам зла и не хотим зла от вас. Живите с нами. Охотьтесь с нами. И вся наша добыча отныне будет и вашей добычей. Я вижу, что ты сильный и смелый воин, – глядя на мужчину сказал вождь. – Будь нам всем братом, а твоя спутница – сестрой.

Видя, что его не понимают, он протянул руку мужчине, и тот, сразу поняв что означает этот жест, протянул руку вождю. И они крепко пожали друг другу руки.

– Вот только как вас называть? Надо придумать вам имена, – у каждого в нашем племени есть имя. И у вас тоже должны быть имена. Тебя, воин, мы будем называть Большой Кулак, а твою спутницу – Белая Луна. Уж очень она молодая и красивая. В нашей деревне мало женщин такой красоты. Ну а теперь поешьте с дороги, а мы вам пока соорудим место для ночлега, – с этими словами вождь племени ушёл, а наши герои принялись за еду под внимательными взглядами нескольких сидящих вокруг человек.

С самого утра они мечтали о большом горячем куске мяса; о том, чтобы посидеть возле костра и не прислушиваться ежеминутно к каждому шороху. А самое главное то, что здесь, в деревне, они наконец-то почувствовали себя в безопасности, как не чувствовали уже несколько последних дней.

Сидя у костра и поедая вкусное мясо, Белая Луна вдруг вскрикнула от ужаса. Рядом с ней оказалась живое существо, очень похожее на маленького тигра, – такое же полосатое, с длинным хвостом, только без клыков и размером не более полуметра в длину, которое стало тереться об её ногу и издавать странные звуки. Девушка очень испугалась, подумав, что это детеныш тигра, а к тиграм она в последнее время испытывала только ненависть и страх. На самом деле она ещё не знала, что это был не тигрёнок, а кот. Люди к этому времени, кроме собак, научились приручать и кошек, которые в большом количестве жили в деревне, давно привыкли к людям и никуда не собирались уходить, – так им понравилось жить среди людей, которые их кормили и оберегали. Один из детей, заметив, что девушка испугалась кота, засмеялся и показал ей жестами, что его можно погладить и он не укусит. Ребёнок сам показал пример, погладив кота, а потом взял руку девушки и протянул её руку к животному, а потом и заставил погладить этого маленького ужасного полосатого тигра. Белая Луна зажмурилась от страха и вдруг почувствовала под своей рукой мягкую теплую шерсть и услышала громкое мурлыканье кота. Открыв глаза, она увидела, что кот сидел рядом и, закрыв глаза, мурлыкал от удовольствия. Так Белая Луна подружилась еще с одним живым существом в посёлке.

Как следует подкрепившись мясом и напившись вдоволь холодной воды, Белая Луна и Большой Кулак прилегли на траву, постеленную около костра, и закрыли глаза. Спать совсем не хотелось, несмотря на усталость. Ведь они целый день шли, не зная, что их ждёт впереди. А здесь было так хорошо и так спокойно, несмотря на то, что вокруг так много совершенно незнакомых людей. Но это почему-то их не очень беспокоило. Они поняли, что люди вокруг настроены дружелюбно и ничего плохого им не сделают. К ним подошел молодой воин и жестами показал, что надо идти за ним. Они тут же встали и пошли за молодым по поселку, не переставая удивляться тому, что они видели вокруг. В посёлке было не менее двадцати шатров из шкур, было много людей, которые быстро сновали туда-сюда. Чувствовался запах жаращегося мяса, и дым стоял над всей деревней, потому что ветра не было. Слышались лай собак, крики и смех играющих повсюду детей, – всё это было так не похоже на то, как они жили до этого. И всё увиденное было настолько приятным, что хотелось прыгать и кричать от радости. Молодой наконец привел их к небольшому шатру, показав, что здесь они будут сегодня спать. Пока наши герои ели и пили, для них наспех соорудили временное жилище, чтобы потом сделать для них уже постоянное, размерами побольше. Большой Кулак и Белая Луна зашли внутрь. Радость переполняла их сердца, ведь ещё никогда в жизни ни у него, ни у неё не было отдельного жилища. Да и вообще никакого не было, кроме темных и сырых пещер. А тут шатер, на полу постелена свежая трава. А самое главное – вокруг не слышно рычания тигров. Опустившись на траву, они только сейчас почувствовали, что смертельно устали. И через пару минут уже спали, крепко прижавшись друг другу. Последний дни они только тем и занимались, что воевали с тиграми. И вот страшная усталость дала о себе знать. Они спали так крепко, что даже рычание сотни тигров не смогло бы их сейчас разбудить. Пусть спят спокойно – они это заслужили, как никто другой…

Наступило утро следующего дня. Наши герои спали как убитые, намаявшись за последние несколько дней и ночей. И проспали бы еще пару-тройку часов, если бы не любопытная собака, которая бесцеремонно зашла к ним в жилище и начала их облизывать, тыкаясь носом прямо в лицо. На самом деле это была не совсем собака, а прирученный волк. Люди одними из первых животных приручили волков. Некоторые из волков приходили к стойбищам людей, привлеченные запахами еды, и прикормленные волки постоянно наведывались к жилищу человека. Люди быстро поняли, сколько пользы можно извлечь из этого опасного соседства. Сначала человек начал отлавливать волков или забирать щенят из логова. Но потом догадались разводить волков самим. Конечно, превращение волков в собак заняло не одну сотню, а может и тысячу лет. Но в конце концов собаки стали лучшими друзьями человека, которые помогали ему в те далёкие времена не только охотиться, но и охранять стойбище от диких зверей, предупреждая людей об их приближении громким лаем. Наши герои с такой опаской относились поначалу к этим животным, потому что они были очень похожи на волков. А стая волков в те времена для человека была не менее опасна, чем тигр или пещерный медведь.

Итак, наши герои, которые с легкой руки вождя племени получили имена и стали теперь зваться Большой Кулак и Белая Луна, вышли из своей хижины и отправились к костру, где уже собрались многие из племени, – в основном это были мужчины. Сегодня предстояла большая охота, и они, перед тем, как отправиться на поиски дикого зверя, обсуждали, куда они сегодня пойдут, кто именно пойдёт на охоту, какое оружие брать и другие вопросы. Обсудив будущую охоту, вождь увидел новичков, и ему вдруг пришла в голову мысль, что надо взять с собой нового их соплеменника – Большого Кулака. Охотникам лишние крепкие руки не помешают, и заодно они проверят в деле своего нового собрата. Вождь жестами объяснил, что зовёт Большого Кулака с собой на охоту и дал команду женщинам племени взять к себе Белую Луну, пока мужчины будут охотиться, показать ей жизнь племени, и вообще, дать ей понять, что она здесь не одинока, что ей будет чем заняться и что она теперь полноправная представительница племени, – такая же, как и все остальные. Большой Кулак очень обрадовался, когда узнал, что его берут с собой на охоту. И хотел было взять с собой свое копье, но воины дали ему одно из своих, которое было не в пример крепче и надежнее, чем его неказистое оружие. Подойдя к друг другу, Большой Кулак и Белая Луна обнялись и постояв так минуту, пошли каждый в свою сторону, – девушка пошла за женщинами, которые, без умолку болтая и смеясь, жестами приглашали её следовать за собой, а мужчина, взяв в руки своё новое оружие, пошел вслед за охотниками. Они почти одновременно оглянулись. Если бы они умели говорить, то он сказал бы вслед: " Я вернусь". А она ответила бы ему: " Я буду ждать". Но говорить они не умели, поэтому просто подняли каждый вверх руки и, больше не оглядываясь, пошли каждый в свою сторону.

Очень скоро они научатся говорить на языке своего племени, но это будет не сегодня и не завтра,а пока они понимали друг друга и без слов… .

Так вот и началась их новая жизнь, совсем не похожая на предыдущую, – не менее трудная и опасная, чем была до этого. Но они были живы – и это самое главное.

И вот группа охотников, человек десять, во главе со своим вождем двинулись в степь, надеясь встретить какое-нибудь крупное животное, убить его, потом разрезать на куски и отнести мясо в деревню. В отличие от современных мужчин, от этих напрямую зависела жизнь женщин и детей в племени, потому что если они не добудут мясо, то скоро в деревне начнётся голод и многие из племени просто умрут. Поэтому в те времена мужчина был "добытчиком" в самом полном смысле этого слова, и от него зависела не только жизнь своих соплеменников, но и продолжение рода. Мужчины не имели право вернуться в деревню без добычи. У них хорошие копья, ножи и они уже научились не просто бездумно нападать на зверя, а загонять его, используя совершенно новые приемы тактики охоты. И на этот раз им должно обязательно повезти, потому что сильным, смелым и умным воинам всегда сопутствует удача!

Так шли они довольно долго по бескрайней степи, но вокруг не было ни одной живой души, только высокая трава, в которой они тонули по самую грудь. Охотники негромко переговаривались о чём-то друг с другом. Большой Кулак ничего не понимал из их речи, но ему и не нужно было понимать, ведь охотился он с самых малых лет и всё прекрасно знал и без разговоров. Ему бы только увидеть зверя, а там уж он умрёт, но не подведёт своих новых соплеменников. И вдруг один из воинов негромко сказал пару слов и показал вперёд, где примерно в километре от них замаячило какое-то животное. Но пока невозможно было рассмотреть, – что это за зверь, – до него было слишком далеко. Воины перестали болтать друг с другом, ускорили шаг, предвкушая добычу, и через несколько минут почти перешли на бег. Теперь уже можно было разглядеть, что это за зверь. Это был огромный пещерный медведь. Непонятно почему он так далеко удалился от предгорий и углубился в степь, – наверное тоже, как и люди, искал добычу, и поэтому ушел от мест своей постоянной охоты далеко в степь. И это было его ошибкой, потому что возле гор он мог прижаться к скалам, и нападать на него в этом случае можно было только спереди, – а здесь, на открытой местности, – он был уязвим со всех сторон. Но радоваться было рано, – пещерный медведь – опасный соперник, и взять его будет совсем непросто. Завидев охотников, он страшно зарычал и встал на дыбы, но на воинов это не произвело особого впечатления, – на счету некоторых из них были не только медведи, но и даже саблезубые тигры. Охотники быстро окружили медведя со всех сторон, но напасть первым никто из них не решался. Медведь опять встал на четыре лапы и, продолжая яростно рычать, то отступал немного назад, то внезапно делал небольшой бросок вперед, пытаясь напугать охотников. Охотники, не решаясь подойти близко, держали копья наизготовку, готовые в любую секунду нанести удар. Они то отступали, то приближались к зверю, выбирая момент для атаки. Можно было бы, конечно, уйти и оставить зверя, поискав добычу попроще, например, гигантского оленя. Но наши охотники были не из таких, которые отступают при первых же трудностях и опасностях. Охотничий азарт взял верх над здравым смыслом и воины полностью настроились на борьбу со свирепым хищником. Охотники не уйдут, – они доведут дело до конца. Взять медведя атаками в лоб не получится, и поэтому нужно было действовать по-другому, – как-то обхитрить зверя. Вождь дал команду нескольким воинам напасть на медведя спереди, а остальным охотникам обойти его и попробовать нанести удары сзади. Большой Кулак понял вождя и без слов, и сразу же пошёл назад, приготовившись напасть на медведя с тыла. И вот, охота началась! Несколько человек одновременно нанесли удары копьями в грудь и морду зверя и тут же отскочили назад. Зверь, рассвирепев от боли, бросился на них, но тут же другие воины нанесли удары копьями в спину и загривок медведя. Он развернулся и, злобно рыча, бросился на них. Но стоило ему развернуться, как он тут же получил несколько ударов копьями в спину. Совсем обезумев от боли и ярости, медведь, не зная, с какой стороны ожидать нового нападения, бестолково крутился на месте и пытался бросаться то в одну, то в другую сторону. Но охотники были начеку и моментально отбегали назад, если медведь шёл на них. Нет ничего опаснее, чем раненый пещерный медведь. Поэтому нужно было во что бы то ни стало добить его, – но как это сделать? И вдруг, один из молодых охотников, имя которому было Степной Волк, неожиданно прыгнул медведю на спину, намереваясь вонзить нож в шею зверя, но хищник мгновенно сбросил охотника на землю, едва только почувствовав, что кто-то запрыгнул на него. Время шло, а медведь и не думал сдаваться, и, казалось, ничуть не ослабел от потери крови. Один охотник уже был выведен из строя, – он был жив, но сильно ударился о землю и сражаться больше не мог. И вот пришло время Большому Кулаку взять дело в свои руки и спасти положение. Подойдя к вождю, он жестами показал ему, что все охотники должны выйти перед зверем и нанести удары копьями ему в грудь. Острый Зуб понял, что от них хочет Большой Кулак и, подозвав всех воинов к себе, объяснил им, что нужно делать. Все охотники, кроме Большого Кулака, по команде вождя бросились в обход зверя, который сразу же повернулся к ним мордой, и тут же получил с десяток ударов копьями, потом ещё и ещё. Медведь, окончательно рассвирепев, бросился на воинов. У Большого Кулака было всего лишь несколько секунд, чтобы запрыгнуть на спину огромному зверюге, и, схватив его одной рукой за загривок, чтобы не упасть, другой рукой нанести точный и сильный удар каменным ножом в глаз. После чего он мгновенно скатился со спины на землю и, быстро вскочив на ноги, отбежал подальше в сторону. Медведь от боли зарычал так, что зазвенело в ушах. И, не понимая с какой стороны ожидать нападения, начал беспорядочно крутиться на одном месте. Но силы его от большой потери крови были уже на исходе и он, в конце концов, перестал метаться и, стоя на одном месте, просто рычал, уже даже не предпринимая попыток напасть на охотников. Эту схватку с людьми он проиграл. Одним оставшимся у него глазом он не мог видеть всё вокруг себя, чем тут же воспользовались охотники. Двое воинов отвлекали его, зайдя с левой стороны, где у медведя был глаз, а остальные, зайдя справа, нанесли ему несколько ударов в шею и голову. Медведь продолжал рычать, но отбивался уже еле-еле. Через несколько минут ноги у него подкосились, и он упал на землю, где охотники и добили его всего лишь за несколько минут. Это была тяжёлая охота и победа досталась очень нелегко. И эта победа состоялась во многом благодаря тому, что Большой Кулак нанес свой, как всегда,единственный и точный удар, который и решил исход поединка, чем снискал себе большое уважение вождя и своих новых соплеменников.

Солнце уже клонилось к закату, поэтому идти обратно в деревню не имело смысла, – до ночи они не успеют вернуться домой, тем более с тяжёлой поклажей. А посему вождь принял решение заночевать здесь. А с утра разделать тушу медведя и отправиться обратно в деревню, где ждали их с нетерпением соплеменники. Воины разложили костер, отрезали от медведя небольшой кусок и зажарили его на огне. Сейчас разделывать зверя было нельзя, потому что на запах крови сбегутся все хищники со всей округи. Поэтому они и займутся разделкой медведя с восходом солнца. Охотники, поужинав, расположились вокруг костра и, вспоминая сегодняшнюю охоту, то и дело одобрительно поглядывали на Большого Кулака. Они высказали ему немало хвалебных слов, которые он, конечно, не понимал, но догадался, что его хвалят и восхищаются его смелостью и находчивостью, потому что именно его удар и решил исход поединка. Большой Кулак встал, подошёл к молодому охотнику, имя которому было Степной Волк, – тому самому, который прыгнул медведю на спину, пытаюсь вонзить нож в шею зверя, – и протянул ему руку в знак уважения. В ответ молодой крепко пожал руку Большого Кулака. Молодой воин чувствовал себя уже лучше, мог ходить, хотя сильно ударился об землю. Завтра нужны все, отдохнувшими и здоровыми. Потому что мало убить зверя, – надо его ещё донести до стойбища, а то охота теряет всякий смысл. Все воины, немного посидев и поговорив, очень быстро заснули, – сказалось напряжение сегодняшнего дня. Большой Кулак вызвался остаться в дозоре, чтобы ни один зверь не смог застать охотников врасплох. Один раз такое уже было, когда племя не выставило дозорных, и это очень плохо закончилось. Сегодня спать Большому Кулаку совсем не хотелось, в отличие от прошлой ночи. Тихо потрескивал костёр и он, глядя на языки пламени, наслаждался отдыхом и покоем, вспоминая несколько прошедших дней, так круто изменивших его жизнь. Он нашел себе новый дом, новых друзей, – можно сказать, новую большую семью, – и подругу, которую стали звать Белая Луна. Его смелость и опыт охотника помогли справиться с тигром, а вот теперь и с пещерным медведем, – в общем, пока всё складывалось как нельзя лучше. Только он очень скучал по Белой Луне, вспоминая её гладкую белую кожу, длинные черные волосы, большую грудь и крепкие ноги. И от таких мыслей хотелось вскочить и бежать в деревню прямо сейчас, по ночной степи, ярко освещенной лунным светом. С такими мыслями он и просидел до утра. Но ночью выдалась на удивление спокойной, – никто не потревожил сон воинов, ни один зверь не осмелился подойти к их стоянке. Только где-то далеко слышалось рычание и вой диких зверей, которые бродили по ночной степи в поисках добычи. С самого раннего утра, еще до восхода солнца, все воины проснулись, сняли с медведя шкуру, разрубили его на большие куски (это заняло довольно много времени) и отправились в обратный путь. Дорога домой тоже была на удивление спокойной. И вот к закату дня они добрались до своего посёлка.

Белая Луна весь день не находила себе места, очень переживая за своего мужчину, – это видели другие женщины племени, – с некоторыми из них она уже успела подружиться, – и они всячески успокаивали её, видя, как девушка мается и не находит себе места…

Так незаметно и наступил вечер. И вдруг собаки, до этого тихие и спокойные, начали лаять и все, как одна, побежали в том направлении, в котором ушли вчера охотники. Они почуяли приближение людей. Услышав лай собак, почти все жители деревни вышли на улицу из своих жилищ и приготовились встречать охотников. И вот, наконец, появились и они, – согнувшиеся под тяжестью медвежьего мяса, все живые и здоровые. В деревне раздался такой крик её жителей, который бывает разве что во время игры ЦСК – Спартак, когда кто-то забьёт гол. Радости жителей деревни не было предела! Ещё издали воин, шедший первым, показал знаками, что все живы – это и было причиной такой бурной радости всех жителей деревни, которые вышли встретить возвращающихся охотников. А когда они увидели, что все воины согнулись под тяжестью огромных кусков мяса и теперь никакой голод им не страшен, – это еще больше увеличило радость всех женщин и детей поселка.

Белая Луна еще издали пыталась разглядеть своего возлюбленного, но это было трудно сделать, так как большие куски мяса, которые несли охотники, закрывали их лица и не давали их как следует рассмотреть. Но когда охотники побросали куски мяса в одну кучу, и облегчённо разогнулись в полный рост, она наконец-то увидела его, своего любимого, живого и здорового. Она заплакала опять, – это было уже второй раз в её жизни, когда она плакала, – и, подбежав к нему, бросилась охотнику в объятия. Каждого воина окружили женщины и дети, они обнимали своих воинов-добытчиков, о чём-то оживлённо разговаривали, и в их поведении была видна огромная радость и восхищение, потому что далеко не всегда воины возвращались домой с большой добычей, и не всегда все возвращались живыми. Вокруг стояли крики, шум, гвалт и только Белая Луна и Большой Кулак стояли молча. Они стояли, прижавшись друг к другу, и никакие слова им были не нужны. Может, – это и есть настоящая любовь? Когда люди понимают друг друга без слов?

Охота была завершена. Все разбрелись кто куда, и каждый занялся своими делами, – кто-то начал жарить мясо, кто-то удалился со своей семьёй в свое жилище, а кто-то пошёл к ручью, чтобы смыть с себя кровь и пот последних двух дней. Были и такие, которые сразу упали на траву и уснули, измучившись на охоте, не имея сил дойти до своей хижины.

Как же всё-таки мало надо человеку для счастья! По сравнению с нами, нынешними, они радовались тому, что живы, что они не одни, а с семьей, женой и детьми, которые были счастливы просто от того, что их мужчины вернулись домой; радовались, что у них есть еда и что сегодня ночью они будут ночевать не в степи под открытым небом, слушая рычание диких зверей, а в своей хижине. И от того, что они нужны друг другу как никто другой, ведь оставшийся в одиночестве, они быстро погибнут…

Подходит к концу наша история. Большой Кулак и Белая Луна больше не разлучались. Через несколько месяцев они уже разговаривали не хуже своих соплеменников. Они прожили долгие годы вместе, у них родились дети. И через некоторое время, в поисках новых мест охоты, они двинулись на новые земли, и дошли до моря, которое мы называем Каспийским, и сон Белой Луны наконец-то сбылся. Она своими глазами увидела море и искупалась в нём, так никогда и не поняв, откуда в своих снах она так ясно представляла это море, хотя никогда не видела его раньше…

ЭПИЛОГ.

Берег моря. Наши дни. Жаркий солнечный день. На небе ни облачка, ветра почти нет. Море синее-синее, и маленькие волны то набегают на песчаный берег, то откатываются обратно. На пляже очень много людей, – все они радостные и беззаботные, и ничего не омрачает их лица. Около самого берега расположились трое, – мужчина лет сорока, мускулистый и мужественный на вид и молодая женщина, которой на вид не больше двадцати лет, – она очень красива – у неё длинные чёрные волосы, крепкое натренированное тело, белая кожа, – несмотря на яркое солнце, – высокая грудь и крепкие икры ног, и маленькая девочка лет пяти, – очень веселая и жизнерадостная, – необыкновенно счастливая, что находится на море, на котором до этого ни разу не была, а рядом с ней папа и мама, которых она очень любит.

Мы от них довольно далеко, и поэтому не слышим, о чём они говорят. Вот женщина встала с лежака и что-то сказала двоим своим спутникам. По всей видимости, предложила им пойти искупаться в море. Девочка от радости захлопала в ладоши. А папа сначала не хотел идти, но потом всё-таки нехотя встал и тоже отправился вслед за женой и дочерью к воде. Он так хорошо задремал на лежаке под успокаивающий звук прибоя, а тут его заставляют вставать и куда-то идти. Но стоило ему войти в теплую морскую воду, как он тут же стряхнул с себя остатки сна и начал плескаться и брызгаться как ребёнок. Дочь, в свою очередь, тоже пыталась обрызгать его. К ней сразу же присоединилась молодая женщина, и все весело хохотали, очень довольные и счастливые. Им так хорошо вместе и они не представляют себе, что может быть как-то иначе. Если подойти к ним поближе, то можно разглядеть их лица. На кого-то они очень похожи. Мужчина – вылитый Большой Кулак, а женщина – копия Белой Луны. Но разве такое может быть? Наверное, просто показалось…

Рассказ посвящается нашим далеким предкам, которые жили, воевали, охотились и любили в те давние и очень тяжелые времена, – благодаря их силе, смелости, уму мы и живём сегодня в этом мире.

4 ноября 2018 года

Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.

Content

Судоргин Игорь Вячеславович Один удар