Миллер Лил

Маяк

Девушка зачарованно смотрела на гладкую поверхность воды. В это время года море по-особому спокойно. Солнце плавно закатывалось за горизонт, становилось прохладнее. Сегодня море было необычайно спокойным – ни единого порыва ветра в воздухе. Казалось, что за многие километры нет ничего живого. Девушка стояла босая и растопыривала пальцы на ногах так, чтобы пропустить через них теплые крупицы песка, всё глубже погружая в него свои ступни. На мгновение всё замерло: либо в её мире, либо на самом деле. Диана всегда была очень загадочной и своё свободное время она предпочитала проводить за чтением книг. И кроме книг у неё была всего одна подруга – Катрин, она же и являлась соседкой по комнате. Катрин всегда поддерживала Диану. Так вышло и в эти выходные. Катрин пригласила подругу с собой погостить у бабушки на небольшом острове неподалёку от города, в котором в основном жили рабочие. Белоснежный домик, с небольшим садом и грядками с томатами, которые росли там круглый год, стоял в живописном месте в пятнадцати минутах от моря. И всего с парой домов по соседству. Здесь была безупречная тишина. Идиллия для отдыха. Катрин приехала с парнем, который не расставался с ней ни на минуту. Девушки часто проводили время вместе. Его это не смущало. Он всё понимал и наоборот, зная Диану, относился к этому с одобрением, так как она была умной, рассудительной и не развратной подругой. Когда девушки были вместе он не беспокоился ни о чём, ведь знал, что Диана никогда не сделает ничего плохого. И то, что порой они выезжали куда-то втроём его совершенно не смущало. Диана не мешала им быть наедине, наслаждаясь теплым морским бризом, лёжа в гамаке, почитывая очередной томик Диккенса.

– Эй, ты чего? – Катрин незаметно подошла сзади к подруге.

Диана продолжала неподвижно стоять, уставившись на воду, не отрывая глаз, будто плененная. Катрин, наклонившись, взяла камень лежащий под ногами и бросила его в воду – по воде прошла рябь. Диана напугалась и дёрнулась назад.

– Ты чего!? – удивленно спросила Катрин, обхватив её что бы она не упала.– Да что с тобой? Ты что заснула? Я разговариваю с тобой, а ты, видимо, не слышишь. Уставилась на воду и всё тут, нет тебя. Хорошая у тебя способность уходить в себя. А как же я? Почему ты совершенно не слышишь меня? И чего ты так напугалась от того, что я бросила камень в воду? Ты, что ли, не слышала, что я была рядом? – Катрин возмущенно размахивала руками, привлекая к себе внимание рассеянной подруги.

Диана продолжала молчать, пытаясь прийти в себя, поправляя на себе легкое шифоновое платье, которое сильно колыхнулось от того, что она так резко дёрнулась.

– Всё хорошо. – проговорила девушка почти шёпотом.

– Что-то не похоже. Ты чем-то озабоченна? Что тебя беспокоит?

– Ничего особого. Просто ночью мне опять снился не очень приятный сон про волны. Я не люблю большие волны. Я же говорила тебе, помнишь? Не то, чтобы я их боялась, а просто что-то в них меня приводит в ужас. Я понимаю, что в таких снах нет ничего страшного, и бояться тут особо и нечего, но всё же, как-то жутко. Тяжело потом заснуть, потому – что думаешь об этом. – Диана поморщилась и пыталась вспомнить о каждой детали увиденной во сне.

– Ничего странного. Ведь по твоим рассказам, это дико огромные волны, которые сметают всё на своем пути. Просто ты очень впечатлительная.

– Возможно, ты права. – тяжело вздохнула Диана.

–Пойдём к дому. Уже поздно и холодает. Пока будем идти, ты мне расскажешь весь сон.

Девушки повернулись спиной к синему, глубокому морю и пошли в сторону дома.

– Ты ведь только вчера лихо плескалась в воде,– начала осторожно Катрин.

– Да. А сегодня мне жутко после того, что мне вновь приснилось такое, – нервно перебирая пальцами, сказала Диана.

– Давай рассказывай. Тебе станет легче.– Катрин смотрела на руки Дианы и понимала её волнение.

– Мне кажется, Макс меня ненавидит.

– Глупости! И чего ты его вспомнила? Сон, говорю, расскажи.

– Просто, ты опять за мной ходишь, нянчишься, а он мечтает побыть с тобой.

– Глупости! Мы живем с ним вместе не первый год. И уж если бы мы хотели побыть вместе, то, поверь мне, я бы за тобой не бегала. Хватит! Рассказывай! Говорю тебе – легче станет. А я голову ломаю, чего ты такая странная весь день!? – Катрин поправила платок на плечах.

– Ну, ничего особого, просто сон. Да и не смогу я тебе это рассказать так, как чувствую.

– Ты начни, потом решим, пойму я или нет.

– Хорошо!

Диана остановилась и повернула подругу лицом к себе. Посмотрела в её глаза и начала прищуриваться – она всегда так делала, когда пыталась что-то вспомнить до малейших подробностей.

– Вот когда ты так делаешь, ты пугаешь меня, – похолодела Катрин,– такое чувство, что ты в транс входишь. Вот, ей-Богу, только ты так можешь.

Катрин стало жутко.

– Прекрати! Сон и в правду глупый, но он меня задел,– начала успокаивать подругу Диана.

– Говори ты уже! Не томи!

Диана вновь проделала свои фокусы с глазами, пугая этим подругу:

– Я прогуливалась по безлюдному пляжу. Но потом появились люди: незнакомые, с десяток человек. Я до сих пор чётко помню их лица, возможно, что видела их где-то. Было тихо: вода спокойная, люди счастливые, птицы поют, такой простой воскресный выходной день. Вдруг, резко стало тихо. Настолько тихо, что, дрожь пробежала по всему телу. Я посмотрела на море и увидела волну, которая надвигалась прямо на нас. Она была небольшая, от неё можно было укрыться, да мы все так и поступили и укрылись в какой-то пещере и стояли и смотрели друг на друга. Пещера-то странная такая: входишь в неё и чуть вправо – коридор, чуть дальше – комната. Ну, как бы, небольшая волна и даже средняя такая ударилась бы о камни и не зашла бы внутрь пещеры. А в ней было светло, потому что вверху была брешь, и под ней стояла лестница, ну я и решила подняться и посмотреть, что там. Смотрела будто в окно. Ты же понимаешь, что это сон, тут всё странно. Мне пещеру-то описать сложно, а там ещё деревянная лестница и окно. Так вот, смотрю, а там огромная волна, мчится прямо на нас- аж сердце замерло. Я начала всем кричать: «Держитесь! Сейчас ударит волна и нас затопит!» Так и случилось. Вода зашла в этот каменный мешок и заполнила его до самого потолка, лестницу снесло и я упала в воду. Кружась в водовороте я наблюдала за людьми, которые как и я были в воде. Но всё прошло быстро. Нас смыло из этой пещеры, и мы оказались на пляже, на котором нас уже ждали спасатели и медики. Какой-то бред, ей Богу.

Катрин слушала её очень внимательно и не перебивала. А Диана продолжала:

– Мужчина, врач, подбежал ко мне и начал осматривать: проверять пульс, трогать. Моя одежда была уже сухая. Все люди были целы. Но, один парень, его почему-то никто не видел, он лежал уткнувшись лицом в песок. Люди проходили мимо, перешагивали, как будто для всех он был невидимкой, кроме меня. Я решила подойти к нему и помочь. Но только я пошла и кто-то меня отвлек, заговорил со мной и вот я вижу его там на песке, а сама говорю с этим мужчиной – молодым парнем тайской внешности, а тот так и лежит на песке и не шевелится.

Диана замолчала и задумавшись закрыла глаза.

– Это всё?– нетерпеливо дергалась Катрин.

– Вроде да, ведь потом я проснулась от твоего крика.

– Я не кричала, я говорила спокойно, что пора вставать и идти на пляж. А что тебя так смутило в этом сне? Все живы, здоровы…

– Вот тебе этого не понять. Помнишь про мои кошмары, когда у меня жар?

– Это с нитками-то?

– Да. Ну вот, ты опять глаза косишь! Чего косишь-то? Ведь правда, очень жутко было. Эта белая ткань, эти огромные катушки ниток. Вроде, ничего страшного. Но, как приснится – не могу заснуть и страшно. – Катрин потирала плечи руками – от воспоминаний у неё пробежались мурашки:– Мне страшно от того, что ты всё это рассказываешь. У меня такое чувство, что ты безумна. Ты меня порой очень пугаешь. Даже сейчас мурашки пробегают по коже. Вроде и говоришь какую-то глупость, а тебе она кажется серьезной, и мне жутко от этого.

– Вот не надо! Мурашки у неё! – Диана потрепала подругу по плечу:– Пойдём уже. А то я что-то совсем разговорилась. А то и ты начнёшь об этом думать.

– Диан, мне кажется, ты слишком большое значение придаешь своим снам.

– Но как же мне не придавать значения снам, если они всегда такие реальные? Приходиться думать, переживать и переваривать в себе всё это. Такое чувство, будто я проживаю две жизни и обе они вполне реальны.

– Меня беспокоит словосочетание «вполне реальны». Как можно говорить «вполне реально», про тот мир, в котором ты находишься на данный момент. Меня это начинает беспокоить. «Вполне реально» – Катрин бормотала себе под нос.

– Ну да, да … возможно, я не правильно выразилась, Катрин, перестань ворчать. Действительно, у меня именно такое впечатление. Я не вижу разницы, – и там и там идёт жизнь. Просто, там не всегда спокойно.

– Ой, всё, хватит! Пойдём. Уже совсем стемнело. Макс начнёт нас искать. Да и бабуля наверно уже испекла шарлотку. Так что, попьёшь молока, поешь шарлотку и в теплую постель. Надеюсь, сегодня тебе приснится крепкий мужчина.

– Да ну тебя, – отмахнулась Диана, не принимая её слова в серьез и они прибавили шаг.

***

Катрин сидела на коленях Макса, и что-то шептала ему на ушко. Бабуля, убедившись, что все сыты и довольны, отправилась спать. Ребята сидели в гостиной. Диана качалась в кресле-качалке и пыталась читать. Но отвлекалась, наблюдая за влюбленной парой. Заметив на столе катушки с нитками, видимо, бабуля оставила, когда что-то шила, она пронзила их своим взглядом. Диана начала их изучать взглядом: посмотрела, как падает тень катушки на стол, как замотана нить, как расположены катушки. Диана начала вспоминать свой сон, тот, что мучает её, как кошмар. Во сне она видит себя в тени огромной катушки. Катушка стоит на белой скатерти, которая будто земной покров, которому нет конца и края. И покров этот идеально чистый и ровный. Внезапно рядом появляется множество катушек, которые начинают своё движение против маленького человечка в тени. Хочется убежать, но скатерть комкается, становится бугристой, путается в ногах …

« Почему меня так пугает этот странный сон? Я как кэрроловская Алиса, когда она впервые выпила зелья и стала совсем крошкой перед всем обыденным. Читая сказку, нет ничего страшного, отнюдь, всё завораживает. А во сне всё такое жуткое! Не понимаю этого! Конечно же, раз я сама не понимаю, кто же меня поймёт? А я ещё и рассказываю этот бред, пытаясь объяснить, что в этом есть что-то странное. Есть! И в этом всём странное – это я! Пора прекращать все эти мысли. А как же тот парень? Кто же он? Почему он там один? А ещё эти волны. Почему у меня к ним страх? Будто я видела когда-то их, но сравнивать то не с чем, кроме как с теми, что были во сне или в каком-нибудь фильме. Такое чувство, будто сны вещие и когда-нибудь точно всё смоет с лица земли. С лица земли … интересное выражение…»

–Диана продолжала медленно качаться в кресле, то закрывая, то открывая глаза.

Катрин поглядывала в её сторону и всё ждала когда же она заснёт. И когда это произошло подруга укрыла её пледом и отправилась в свою комнату. Она надеялась, что если её не будить и оставить так, как есть, то Диана проспит крепко и не проснётся до утра.

– Надеюсь, всё же, это будет крепкий мужчина, – прошептала она, как заклятье.

Кресло медленно покачивалось туда и обратно, туда и обратно, полы слегка скрипели. Нога отрывалась от пола и вновь его касалась.

«Мышь? Откуда здесь мышь? – Диана смотрела на мышь на полу. Мышь собрала лапки у рта и что-то держала. «Зернышко, возможно» – сразу предположила Диана. Она смотрела и продолжала качаться. К одинокой мышке подбежала ещё одна, затем ещё и ещё и, незаметно, весь пол был покрыт мышами, которые, как только заметили девушку в кресле, помчались на неё. Она начала кричать, но вырвался лишь тонкий стон и она проснулась: всё так же, продолжая качаться в кресле, накрытая одеялом и в одиночестве. Она тяжело вздохнула и посмотрела под ноги, пытаясь найти хоть одну мышку, что бы доказать себе, что это был не сон. «Не могу понять, но ведь это было! Я ведь чувствовала лапки, мех этот писк и скрежет.» Диана ещё раз посмотрела вокруг и начала понимать, что это был сон, и только после она успокоилась и направилась в свою комнату.

Приведя себя в порядок, она легла, прихватив книгу, чтобы заснуть поскорее. От чтения она быстро засыпала, стоило лишь начать. Но не в этот раз, так как было слишком тяжело заснуть, после этих мышей.

« О, Боже! Эта Госпожа Бовари! Как же она меня раздражает! Противная женщина!» Диана отложила книгу в сторону, встала с постели, и подошла к окну. И тут она замерла: окно второго этажа открывало удивительно красивый вид: звёздное небо, полная луна и море. Она услышала шум моря и улыбнулась, успокаивая себя, что в нём нет ничего плохого. Тишина и покой. За стеной слышались голоса Катрин и Макса. – «Действительно, мне нужен парень, тогда и спалось бы крепче. Но ведь не всё так легко как кажется». Диана пыталась услышать не то, что происходит в доме, а то, что происходит там вдали. Казалось, что она слышит голоса, откуда-то из глубины. Она замерла на мгновенье, лишь слегка шевелила головой, будто ловила сигналы как телевизионная тарелка.

– Диана. – услышала она.

Она обернулась назад, предположив, что это Катрин.

– Что? Почему… ты не спишь?

Диана осматривала комнату, дверь была по-прежнему заперта и в комнате никого не было. Она вновь повернулась к окну, и теперь ей казалось, что голос был слышен откуда-то оттуда из воды.

– Бредни! Пора спать. – Девушка нервно закрыла шторы и снова легла.

Легкий бриз шевелил её волосы, теплый песок грел её босые ноги, она шла по песчаному берегу и улыбалась отдыхающим. Рассматривая всё вокруг, она заметила пещеру и, направилась к ней. Остановившись у входа, девушка обернулась к воде и посмотрела на море. Решившись, она вошла в пещеру, пройдя по небольшому коридору, а затем свернув направо, она оказалась в большом зале. Здесь никого не было, лишь большая брешь в стене и рядом деревянная лестница. Диана подошла к ней по сырому песку, поднялась на самый верх и выгляну наружу. И удивилась: вдали светил большой очень яркий маяк, он светил в ночи, хотя в пещере и на улице только что был день. Она быстрее спустилась и пошла обратно. Выйдя на пляж, она снова попала в суету. К ней подбежал доктор и начал проверять пульс, осмотрел её, посветил в глаза фонариком и побежал дальше по своим делам. С остальными было так же: люди бродили по пляжу, их осматривали врачи. Было непонятно, что происходит. Диана увидела парня лежащего лицом в песок и пошла к нему, но ей перегородил дорогу парень, заговорив с ней. Оттолкнув его, она двинулась дальше, а он отбежал в сторону. Словно в игре, когда доходишь до кого-то, начинается действие, отходишь и он дальше идёт по своим делам. Девушка подошла к неподвижному парню, и склонилась над ним, но услышала своё имя и обернулась на звук. Там никого было. И тут она почувствовала что кто-то положил руку на её плечо, непроизвольно она снова повернулась к парню.

– Помоги мне! – услышала хриплый голос.

Диана, напугавшись отскочила на несколько шагов, тяжело задышала и широко распахнула глаза.

Только что лежавший парень шёл на неё и просил о помощи. Казалось, что кожа отходит от его тела, чуть ли не отпадая от костей, будто он сварился. Девушка пятилась назад.

– Помоги мне! – повторил он.

Диана резко проснулась и села на постели, пытаясь раскрыть глаза, которые резал утренней свет. Для того, чтобы убедиться, что это был всего лишь сон, Диана решила окончательно проснуться: высунуться в окно, и вдохнуть летнего морского ветра. Катрин на веранде читала книгу:

– Выспалась? – бодро спросила она Диану.

– Да. Вроде, да. – ответила она, пытаясь отдышаться.

–Спускайся, чай попьём, а то мне одной скучно, а тебя будить не хотелось.

После завтрака девушки отправились на пляж. Катрин заметила, что подруга до сих пор находится в подвешенном состоянии, но не хотела придавать этому значения, не хотелось вновь говорить о её проблемах. На пляже никого не было, девушки разложили вещи и лежаки, Катрин сразу же заснула, а Диана, искупавшись, сидела на песке. Вокруг никого, райская тишина, Диана рассматривала мелкие ракушки, подняв голову, она увидела вдалеке маяк, хотя прежде она его там не видела. Остолбенев, она продолжала смотреть на маяк. Ей стало любопытно и Диана решила пройтись до маяка. По пути она никого не встретила, лишь изредка под ногами бегали крабы. Она оборачивалась назад и смотрела на спящую подругу, затем она скрылась из виду, но девушка продолжала идти, думая, что подруга проспит ещё долго. Она не верила своим глазам: всё было настолько знакомым, что она почувствовала, что бывала тут раньше. Пройдя знакомый маршрут, она добрела до пещеры и обернулась, чтоб посмотреть на море, боясь, что появятся волны.

– Угораздило же тебя заснуть прямо на солнце! Ты чего, совсем обгореть решила? Ну-ка, вставай!

Диана проснулась от крика подруги. Катрин стояла над ней, слегка пиная её по ноге.

–Что? – она приподнялась, не понимая что происходит. – Как это? – удивленно проговорила Диана.

– Да что опять не так? – воскликнула Катрин.

–Там пещера! Там маяк! – воскликнула Диана, показывая пальцем вдаль.

– Нет там нечего! Я в детстве в эти места облазила. Ни пещер, ни, уж тем более, маяков тут поблизости нет.

– А я говорю, есть! Я там была! – продолжала настаивать подруга на своём.

– Когда это ты там была? Ты спишь тут, лежишь как бревно! Да что с тобой вообще происходит? Свежий воздух в голову дает, что ли? Ты совсем стала какая-то странная!

– Так я спала? – до сих пор не могла поверить Диана.

– Спала! И я спала! Проснулась, а ты тут. Господи! Хватит! Пойдём уже домой. Прекрати смотреть вдаль, нет там ничего и не появится. Ты меня пугаешь. Я начинаю волноваться, всё ли с тобой в порядке: может у тебя солнечный удар. Точно! Наверняка так и есть! Пойдём домой, бабуля тебя осмотрит.

– Всё у меня в порядке. – начала успокаивать подругу Диана,– Нет никого удара, просто, как приехала сюда, всё так странно. – и она начала собирать вещи.

– Да что тут странного? Спишь по двенадцать часов, свежий воздух, плюс твои фантазии, вот и бредишь с непривычки.

– Ты права. Да, у меня так бывает, это точно, когда я сплю в походах или ещё где, где воздух и природа, так мои сны становятся очень реальными.

– Вот видишь, есть объяснение, всех странностей!

– Наверно. – неуверенно согласилась Диана.

Катрин переживала за подругу, не понимая, что с ней происходит. Она говорила об этом Максу и бабушке, но они не придавали этому значения. Ведь они не были настолько близки с ней, как она. Конечно, Катрин переживала, она вспоминала, как часто они ночевали вместе и что с детства Диане снятся кошмары. Она ворочается, стонет, кричит, когда спит, иногда просит о помощи, иногда даже смеется. Родители Дианы были слишком занятые люди, у них не было времени для того, чтобы часто быть с ней. Устроив её в колледж, они полностью оставили её саму на себя и она справлялась вполне хорошо, но, Катрин знала, что ей не хватает родительского тепла и любви, поэтому, порой вела себя рядом с ней, как мама: постоянно ругала её и поучала.

– Ну, чего ты нос повесила? Всё же хорошо! Неужто тебе хочется вернуться в пыльный город в суету?

– Конечно нет! Тут всё чудесно. Мне всё очень нравится. Твоя бабушка, сколько бы мы к ней не приезжали, всегда так любезна ко мне. Она так добра и трудолюбива. Несмотря на свою руку, она никогда не разрешает помогать ей. Мне так неудобного от этого, хотя я понимаю, что, наверняка, за столько лет, она привыкла ко всему. Мне очень важно то, как она относится ко мне! Спасибо! Может я останусь тут, на пляже? Побуду ещё немного. Поплаваю. А ты иди.

– Ты правда хочешь остаться? Я останусь с тобой!

– Нет, не стоит, просто побуду одна со своими мыслями. Обещаю, что вернусь и слова не скажу лишнего, чтобы не расстраивать тебя. Обещаю!– Диана посмотрела на неё умоляющими глазами.

– Может, всё же, домой? Посидишь у дома на веранде… – пыталась уговорить Катрин Диану.

– Нет! Всё в порядке, иди. Я скоро приду.

Катрин нехотя оставила подругу и пошагала к дому, постоянно оглядываясь назад, надеясь, что Диана передумает, но Диана сидела неподвижно под зонтом, ожидая, когда Катрин скроется из виду. Просидев какое-то время без движения, убедившись, что она ушла, Диана встала, осмотрелась и пошла туда, куда вёл её сон. Она шла долго, позабыв о вещах и времени, но ничего так и не увидела: всё было простым и незнакомым, пещер, и уж тем более маяков по близости точно не было. Она вернулась на место, легла на лежак и закрыла глаза. Она не хотела спать, ей хотелось вспомнить тот последний сон, вспомнить парня. Она лежала с закрытыми глазами и перед глазами проплывали образы, места и действия. Наконец она в точности увидела этого юношу, в нём она узнала друга, который, погиб около четырех месяцев назад в автокатастрофе. То, что изначально ей казалось сваренной кожей, оказалось разложением.

Она ужаснулась от увиденного. На душе стало совсем тошно. «Зачем мой разум так играет со мной? Зачем выдаёт мне такое? Как подсознание может показывать такие вещи? Они словно наяву: он мертв, он разлагается. Но … Господи, какая гадость, как противно и ужасно! Но он просил у меня помощи. И чем же я ему могу помочь? Чем? Зачем он мне снился? Мы не настолько были друзьями, чтобы он вот так вот мне снился. Я ведь и не думала о нём. Что за чертовщина? Действительно, Катрин права, я слишком много внимания уделяю всему этому. Просто я на отдыхе, мне хорошо, свежий воздух и крепкий сон, воспоминания, плюс моя фантазия, вот и всё!» – размышляла Диана пока возвращалась домой.

Диана, как и обещала, ничего не сказала Катрин по возвращении. Ребята провели вечер за настольными играми, а после отправились по своим комнатам. Катрин проходила мимо комнаты Дианы и прислушалась, пытаясь услышать, что там происходит, но всё было тихо: Диана читала книгу, и пыталась прогнать левые мысли прочь. Даже пришла мысль, что спать вовсе и не стоит, чтобы небыло новых снов . «Глупости!» – подумала она, и, положив книжку рядом, заснула .

– Что происходит? Катрина, что за грохот? – Макс пытался разбудить девушку среди ночи.

–А? Что? – Катрин спросонок не могла ничего понять и растирала глаза, пытаясь понять, что от неё хочет Макс. Из соседней комнаты доносились сильные стуки, будто кто-то решил переставить мебель или заколачивает окна.

– По-моему, это у Дианы. – прошептал Макс. – Что вообще происходит с ней? Сходи, разберись. Чего она там удумала ночью?

Катрина взбешённая вылетела из комнаты и дернула за ручку двери комнаты Дианы:

– Диана, открой, что происходит?

Диана открыла дверь, впустила её и опять закрыла. Катрин вошла и наблюдала, как Диана мечется по комнате, сшибая всё на своем пути. Она была в истерике и не могла успокоиться.

– Да что с тобой?! – Катрин схватила её и обняла.– Что с тобой? Плохой сон, да? Не молчи!

В двери уже стучалась бабушка. Катрин попросила её сходить поставить чай, объясняя, что всё хорошо. Бабушка подозрительно посмотрела на внучку, но, всё же, послушала её и ушла вниз.

– Диана приди в себя! – она трясла подругу, а та молчала и не реагировала. – Диана, ты пугаешь меня! – она обняла её и отвела к постели. Посадив, она взяла её за руки и не отпускала, растирала своими теплыми ладонями её холодные руки.– Милая, поговори со мной, обещаю, ругаться не буду, я же знаю, что тебе плохо. Что случилось? Тебе что-то приснилось? Рассказывай! Может, тебе что-нибудь принести? Ты только скажи. Может чай? Бабуля пошла заваривать чай, наверняка, заварит самый ароматный. Ты ведь любишь её чай.

– Посмотри в окно. – проговорила Диана.

–Что? Зачем? – по её спине пробежался холод, её напугала просьба подруги.

– Посмотри. – повторила Диана, -если ты увидишь тоже что и я, то я расскажу тебе, а если нет, то ты пойдёшь спать, а я утром уеду.

Катрин не понимала, что происходит, она не хотела отпускать подругу ни утром, ни вечером, она хотела быть рядом, чтобы помочь ей с её проблемой. Девушка, ничего не ожидая, пошла к окну, понимая, что ничего там странного не должно быть, но сомнения её, все же, терзали. Катрин боялась, что если там ничего нет, то, что же такого страшного видит там Диана? Она сидит на кровати вся бледная и трясётся. Катрин смотрела в окно и ничего особого не видела, стало даже как-то жутко от мысли, что с Дианой что-то не так. Она уже было отвела свой взгляд от просторного вида, как краем глаза заметила луч света который промчался в сторону дома и прошёл обратно – это был свет маяка. Она напугалась, её глаза застыли, она стояла в недоумении, свет вновь прошёл, её руки взмокли, она не верила своим глазам. Как такое может быть? «Это маяк!»– прокричала она.– Это маяк!

– Да, да, это маяк!– Диана вскочила с места, столкнув вазу с цветами с полки.– Это я виновата во всём! Я надеялась, что ты скажешь, что там нет ничего! Чёрт бы меня побрал!

Она кричала во всё горло, продолжая швырять всё на пол. Катрин напугано стояла у окна и не понимала, что происходит. Маяк то и дело светил ей в лицо, а Диана не останавливалась и продолжала истерить. В комнату вошёл Макс и от увиденного он остолбенел, совершенно не понимая, что происходит: девушка вцепилась в подоконник, стояла оцепенев, Диана что-то невнятно кричала. Он не мог решить: к кому подойти, с кого начать?

– Хватит! Что здесь происходит?! Какого чёрта! Чего ты стоишь, как статуя. Не можешь её успокоить?

– Я не- не-не знаю, что происходит, я-я-я-я не понимаю. -дрожащим голосом проговорила Катрин.

Катрин смотрела на Макса почти что плача. Он подошёл к ней и обнял. Диана увидев их успокоилась и молча села. Бабушка стояла за дверью, боялась входить. Катрин заплакала.

– Ну, чего ты? Успокойся! Видишь, что ты наделала!? Какого чёрта тут ты вытворяешь? – нагрубил Макс Диане.

– В том, что она плачет моей вины нет! – огрызнулась Диана.– Она сама скажет, отчего её слёзы.

Но Катрин не могла собраться с духом. Диана подбежала к окну и уставилась вдаль:

– Пока что никого, у нас есть время, нужно бежать, скрыться, спрятаться.

– Что ты несёшь? Так! Обе успокойтесь и объясните немедленно! – Макс начинал нервничать и повышать голос.

Диана налила стакан воды и отнесла его Катрин. Девушка выпила его и стала приходить в себя. Полностью успокоившись она поставила стакан на стол и вытерла слёзы:

– Диана мне уже не первый день говорит про маяк, она его видела во сне. Всё утро она бесила меня этим, а сейчас он стоит там и светит прямо сюда, освещая всё вокруг. Что это вообще такое? Ты что, его построила? Как он, чёрт подери, туда попал? – она говорила и голос её дрожал.

– Какой такой маяк? Тут не было никогда маяка.

– Вот и я говорю что не было, а ты посмотри. – и Катрин ткнула пальцем в окно.

Макс недоверчиво посмотрел в окно и недовольно посмотрел на девушек: ему показалось что они его разыгрывают:

– Вы что издеваетесь? Нет там ничего!

– Как нет? Я его вижу, вон же он! Ну ты чего? Она видит и я, а ты нет, что ли?

Катрин стояла у окна и показывала вдаль. Макс был зол, недовольно, ему хотелось, схватит её и запереть в комнате до утра. Диана продолжала бормотать себе под нос:

– Раз я вижу это не одна, значит я, всё же, не сошла с ума. И делала правильно, что придавала столько значения своим снам. Не я одна, как видите, вижу этот чёртов маяк!

Подслушав за дверью, в комнату вошла пожилая женщина, она молча подошла к окну, и от увиденного она крепко схватила кусок шторины и сжала в руке, затем молча посмотрела на Макса, и поспешила успокоить парня.

– Макс, ложись спать. Я побуду с девочками.

– Бабуль, ну чего с ними? Что они надо мною издеваются-то?

Макс махнул рукой и обиженный ушёл в комнату. Бабушка закрыла за ним дверь, посмотрела на девочек: обе напуганы и заплаканы:

– Кто из вас в ответе за это?

– За что бабуль? Мы его не пугали, и не врём! Вот же он за окном светит!

– Я знаю, я вижу. Я спрашиваю: кто из вас помог им?

–Кому? – Катрин не понимала о чём говорит бабушка.

–Духам. – пронзительно ответила женщина.

Катрин замолкла, лишь всхлипнула и обе девушки уставились на бабулю:

–Вы тоже видите!?

–Вижу! Да получше вас обеих!

– Может, тогда ты объяснишь, что это всё значит?– Катрин пыталась разговорить бабулю.

–Сперва вы скажите мне, кто!– настаивала бабуля на своем.

–Диана, скажи уже! Ты всё утро говорила о каком-то маяке, хотя, я сама точно знаю, что ты спала, когда начала об этом толковать. Ты что, из сна его вытащила?

– Можно и так сказать. – пожимала она плечами, не зная с чего начать и как объяснять. Бабуля стояла у двери в ожидании ответа. Диана успокоилась, но взгляд становился более болезненным, она вытерла рукавом кофты капли пота со лба:

– Хотите верьте, хотите нет, но это правда! Всё то, что я вам расскажу – чистая правда. Стоило мне сегодня заснуть, как вновь нахлынули сновидения, да настолько яркие, что я жила там, всё ощущала! Сама не могу поверить, что я путаюсь в реальности, тем более теперь, когда я знаю точно, что это всё взаправду. Я напугалась и поэтому металась по комнате, не зная что делать, но когда ты, Катрин, сказала, что видишь тоже что и я, то мне стало легче. Ну как легче… просто, я теперь точно знаю, что я не сумасшедшая! Утром на пляже у меня было видение или сон, ну как явь: я шла по берегу, оставив тебя на лежаке, оборачивалась, смотрела как ты спишь, я была уверена, что ты не проснёшься, и не станешь меня искать. Это было! Я чувствовала песок под ногами, трогала ладонями скалы, но я не дошла до маяка – ты меня разбудила, поэтому я и показывала в ту сторону, куда ходила во сне. Когда ты ушла и оставила меня одну, я прошлась и ничего не нашла: песок, море, скалы, ничего интересного, но стоило мне заснуть здесь, на постели, как всё пришло: пляж, волна, пещера, парень. А знаешь, кто был тот парень? Я его узнала! Это наш общий знакомый, который погиб в катастрофе. Мне казалось, что он будто сварился заживо, но на этот раз я поняла, что его тело разлагалось, когда кожа начала отходить от кости. Понимаешь!? Он лежит там, в земле, в своей могиле, а пришёл в мой сон, и я его вижу таким, какой он есть сейчас – в этой могиле: мёртвый, холодный и разлагающийся. Он просил о помощи, я слушала его, он просил зайти с ним в пещеру и я пошла. Страх пропал, хотя я и понимала, что он труп. Но всё же, он провёл меня в эту пещеру, что сниться мне уже несколько дней. Войдя в неё я поняла, что это не пещера – это маяк! Я стала всё разглядывать: краска на стенах облуплялась, всё было настолько старо и пугающе, но он ничего больше не говорил, а повторял одно лишь слово : «Помоги!». Он повёл меня дальше и я шла за ним. Мы поднялись на самый верх маяка и тут он, наконец, остановился и посмотрел вдаль на водную гладь. Он посмотрел на меня и вновь повторил, но на этот раз немного по-другому, он сказал: « Помоги нам!». Я не понимала что делать, и он показал на световую линзу. Я поняла, что нужно её либо наладить, либо что-то ещё, но в общем чтобы она заработала. Я так и сделала – ничего сложного не было и она загорелась! Он сказал «Спасибо!» и исчез. Я проснулась в холодном поту, а сейчас мне совсем дурно, мне кажется, что у меня жар, – и Диана стала тереть свой мокрый лоб. Катрин продолжала молча стоять. Диана продолжила рассказ:

– Я проснулась и стала смотреть в потолок и заметила свет, который падает в окно. Я встала с постели, подошла к окну и увидела откуда идёт свет. Я боюсь его, боюсь этот свет, этот чёртов маяк! Что это? Откуда он? Я понимаю только одну вещь: то, что он сейчас там, виновата лишь я! Я его зажгла и из-за меня он горит, но я не понимаю, к чему это всё? Мне жутко и страшно, кажется, что что-то должно случиться, что кто-то или что-то придёт на этот свет. Мне плохо, мне нужно полежать.

– Может тебе не стоит тогда спать, что бы ты ещё чего не вытащила из своих снов!? – возмущаясь проговорила Катрин, продолжая потирать свои глаза.– Я, конечно, не понимаю, как этот чёртов маяк там оказался, но я уж точно не верю в то, что он из твоего сна. Я предлагаю лечь спать! Мне кажется, мне самой это уже всё сниться! Давайте, просто ляжем и завтра всё будет, как и прежде. Бабуль, ну скажи чего-нибудь, ты-то почему спокойна?

– Не вижу повода для паники. Это, конечно, всё очень плохо, но истериками уж явно не помочь. – спокойно проговорила женщина.

– Ну как на ровном месте за несколько часов появился огромный маяк? Светит тут во все стороны! Для тебя это не повод для паники? -пока Катрин, приставала к бабушке, Диана заснула.

– Вот видишь, она спит, всё хорошо.

– Нет ничего хорошего!

Бабуля промолчала, недолго посмотрев в окно:

– Она не спит, она впала в своеобразный анабиоз. Маяк. Это он виноват. Теперь она может вообще не проснуться.

– О чём ты? -Катрин подошла поближе к бабуле. – Что ты говоришь? – слова бабушки казались ей бессмысленными.

– Маяк будет черпать свои силы от неё, он будет питаться ею.

– Ты что-то знаешь?

Бабуля прошлась по комнате в поисках графина с водой, будто пыталась нагнать жути перед своим рассказом. Молча попив воды прямо из графина, прокашлявшись, она начала говорить хриплым голосом. Голос будто специально охрип для разговора, но всё же пришёл в обычный тембр:

– Я не говорила об этом никому, знала только ваша прабабушка, но её не стало после этих событий. Она спасла меня и погибла сама. Это было шестьдесят шесть лет назад, тогда я была совсем ребенком. Мне часто снились яркие сны. Были и такие, которые пугали, после которых просыпалась в слезах от того, что на меня летел огромный воздушный шар и пытался придавить меня. Это были странные сны, но потом мне начал сниться маяк и волны. С каждой ночью сны становились всё живее. Мать меня порой не могла добудиться, но когда я просыпалась, мне было тяжело осознать где я, и где моя реальность. Там, во снах я чувствовала себя в безопасности. Но однажды ко мне в сон вошёл мертвый рабочий с местной фабрики – он сгорел заживо. Так вот, он приходил ко мне весь обугленный, как головешка и просил о помощи, я бегала от него, пряталась, но потом поняла, что он не желает мне зла и пошла за ним. Я так же оказалась в маяке и так же помогла зажечь свет. Так как он меня просил об этом. Проснувшись, я так же смотрела в окно и в слезах говорила маме о том, что мне страшно, и о том что что-то обязательно случиться, но она меня не слушала. Она назвала маяк чертовщиной, освятила весь дом и заколотила окна, повесив распятье. Я была растеряна, и, как мне рассказывали, через день я впала в кому и мама не знала, что делать. Она пригласила священника, но всё было бесполезно. Затем к маяку начали идти призраки. Да, да, можешь закрыть свой рот. Духи, тысячи заблудших душ, которые не знали покоя, шли на свет маяка. Он был их единственным шансом найти свой путь к спокойствию. Духи шли ото всюду по воде и по суше и мать всё это видела, а я увидела позже, когда она уже лежала умирая, на моих руках.

– Что за бред!? – Катрин возмущенно отошла от неё.

– Это не бред. Я не думала, что это может повториться. Я не знаю, что она сделала и как спасла меня. Тогда ещё был жив священник, он мне всё рассказал, но я и сама всё это помнила, но только во снах. Я лишь знаю точно, что сюда идут заблудшие души и нам от них не спастись.

– Бабуля, ты пугаешь меня.

– Я сама боюсь. Видишь, а он всё ярче и ярче.

– Это всё бред! Давай лучше ляжем спать – утро вечера…-она не успела договорить.

– Если хочешь – иди, но от этого проблема не исчезнет сама собой. Отчего, ты не хочешь верить в то, о чём я тебе говорю?

– Просто, так вообще не бывает!

– А чем тебе маяк не доказательство!? Скоро всё начнется и он призовёт души. Катрин пойми, что это заблудшие души, которые не могут найти покой ни в одном из миров, они все идут сюда, чтобы обрести покой. А те кто не сможет, будут уничтожать всё на своем пути: если умерший коснется тебя, твоё тело начнет погибать, поэтому у меня нет руки: они до меня добрались и успели коснуться меня, а мать поняла, что я начинаю умирать, и чтобы этого не случилось, сделала это!

Седовласая рассказчица на секунду замолчала, и поправила свой протез на руке и продолжила:

– Она отрубила мне руку, пока скверна не добралась до моего сердца. Когда я очнулась, то была уже перевязана, и мама сидела рядом, она чернела, а когда она увидела, что я открыла глаза, она убила себя.

– А как же авария?

– Не было ничего такого, а твоим родителям я рассказала то, что они должны знать, и всё это время они верят только этому. Ты пойми, Катрин, как я могла рассказать такое им? Мне не хочется проживать свои дни в доме для умалишенных. Доказать я ничего бы не смогла. Те, кто умирал на острове, думали, что это болезнь, что-то подобное чуме, они ведь не видали того, что видим мы. А мы это видим, потому что я жила с этим, моя кровь в тебе, а Диана имеет способность быть в мирах, поэтому он выбрал её. Я долгое время искала хоть что-то об этом, но ничего не находила. Из городских газет я поняла, что примерно такое же заболевание было до меня шестьдесят шесть лет назад, и тогда оно длилось пять дней и унесло жизни сотен людей. А когда я помогла им войти, тоже шестьдесят шесть лет назад, тогда умерло около двухсот человек. Остров заселяется из года в год. Ты представляешь сколько сейчас тут людей, и что может случится!? Я это так понимаю: маяк это что-то вроде незаконного портала в другие миры, в рай, и те души, которые входят в него, обретают покой, но те, что не смогут войти, блуждаю тут.

Катрин подошла к окну и раскрыла окно пошире. Свежий ветер пробрался в комнату и начал развевать шторы. Маяк стоял на месте озаряя всё вокруг.

– То есть Макс этого не видит, поэтому он прозвал нас безумными?

– Ну если бы он видел, не назвал бы вас так.

– Но почему?

– Глупая что-ли? Ты чего, как в кино, никак не поймешь ничего!? «Почему ?», « Что делать?» -хватит уже! Не может он видеть, потому что не в силах. Это тоже, видимо, своеобразный дар. Хотя, «дар»– это уж больно красивое слово, скорее проклятье. Ещё раз спросишь почему, пойдёшь на улицу встречать гостей. Сходи лучше за женихом своим пригляди, а можешь его усыпить. Снотворного ему нужно дать и в подвале запереть.

–Что?! Ты так шутишь? – Катрин стояла широко раскрыв рот.

– Какие шутки сейчас? Очнись уже! Он нам мешать будет. Как бы ты реагировала: одна баба спит, другие две бегают по дому и призраков видят, якобы? Он же от испуга сбежит. Иди чай завари и мне принеси, а я ему накапаю кое-чего. – она говорила спокойно и очень серьезно.

– Бабуля!– возмущенно воскликнула девушка.

– Дуй, сказала! Будь взрослее! Твоя подруга может умереть, сотни людей в опасности, а ты всё «бабуля»!

Катрин не моргнув ни разу вышла прочь. Поведение бабушки шокировало её: она никогда не была столь разговорчива и не командовала так, но говорила она убедительно, ей хотелось верить. Катрин сделав всё так, как ей наказала бабушка. Она напоила чаем любимого, заговаривая его, объясняя, что у Дианы, видимо, не всё в порядке с головой. Он выпил, и обняв её, заснул. Девушка ткнула его пальцем, ударила ладошкой по лбу, раскрыла веко и осмотрела его зрачки: Макс настолько крепко спал, что дом бы снесли, а он не шелохнулся бы. Две женщины перенесли с трудом тело молодого мужчины в подвал, уложили его и укутали одеялами и заперли дверь покрепче.

– Дня три точно не проснется.

–Что-о-о-о ?

– Да ничего! Ты что думала? Тащили его сюда из-за двух часов сна? Не переживай, всё с ним будет хорошо. Проснется и не поймет что было.

– Ты чего ему дала?

– Не важно. Вдали уже свет виднеется- они идут. Глянь в окно.

– Может, нам увезти всех и бежать?

– Кого и куда ты увезешь? Диану трогать нельзя, маяк убьет её! И чем дальше она будет от него находиться, тем больше он будет питаться ею, пока не сожрёт до конца!

– Скоро солнце взойдёт.

– Не взойдёт, для нас всё это время будет тьма .

– Что?

– Молчи уже! Вот невозможно с тобой говорить уже! В шестьдесят шестой год, шестого месяца, в демонологии наступает какая-то там ночь, не помню какая, но для нас смертных она будет не заметна, а у них будет идти несколько дней. А так как мы с тобой это видим, то и для нас наступила ночь длиною в несколько дней. Передо мной она была пять ночей, при мне пять, значит и сейчас пять. Пять ночей ада, сто двадцать часов ужаса.

– То есть, ты знала, что так будет?

– Не знала, предполагала. Не могу же я жить с этим всё время, так и свихнуться не долго. – она крепко обняла внучку,– Вы же есть у меня, вы моя радость! Прости, что пугаю, знаю, что не понимаешь, но я так хочу всем помочь, я знаю, как это было тогда и не хочу, чтобы это повторилось.

– Я просто ничего не могу понять. Всё так непонятно и страшно, ты так много говоришь и ничего толком не объясняешь! Я не понимаю что делать!

– У меня есть предположения, как с этим покончить, но тебе они вряд ли понравятся.

Катрин отошла от бабки, но продолжала внимательно слушать.

– Ну, во-первых, возможно, нужно что-то отрубить или сделать как-то больно Диане, чтобы она проснулась.

Катрин в шоке раскрыла рот:

– Ты чего, совсем что ли!?

– Я сказала, возможно! Это одно из моих предположений, ведь раз маяк питается её душой, то если разбудить её, возможно, он перестанет работать и исчезнет.

– Ты сказала, что когда ты проснулась, то была уже перебинтована, это значит, что ты, проснулась не от этого.

– Я предполагаю и высказываю хоть какое-то решение.

– Это всё, что ты придумала за шестьдесят шесть лет?

– За это время, милая моя, я каждый день мечтала забыть то, что успела увидеть в своём юном возрасте. И только благодаря поддержке святого отца и монастыря, в котором я прожила достаточно долго, я обрела надежду и, как мне казалось, защиту. Благодаря ему я здесь, благодаря ему есть вы, потому что я не сошла с ума и смогла создать свою семью. Именно его я считаю своим отцом, а не того пьянчугу, который бросил нас с матерью, когда я была маленькой. Да, именно так, ваш прадед бросил нас с прабабкой, а она померла у меня на руках. Вот как это было на самом деле, а не так, что они попали в аварию и их не стало. Святой отец помог, чтобы все в это поверили. Единственная правда это-то, что твой дед умер от рака десять лет назад, и его тоже съедало изнутри, как этот чертов маяк.

Когда бабушка закончила, Катрин ещё долго смотрела на неё и ей было её жаль, она понимала, что у неё не было прошлого, точнее оно было, но лучше бы его действительно забыть.

– Прости меня!

– Забудем. Пойдём к Диане.

– Но мы не будем ей ничего резать, хорошо? Пожалуйста!

– Хорошо!

Катрин стояла у окна и смотрела на приближающийся свет вдалеке: духи шли и их было море, целое море было покрыто светом.

– Может она не остановила их, может она просто прождала пять дней?

– Нет. Ох, да я же сказала пять! Извини, путаю – три дня они были здесь и она остановила их. Я до сих пор не понимаю как! Как она спасла меня и почему умерла сама. Ведь духов рядом не было.

– Не было в комнате, верно?

– Ну да.

– Но её касались.

– Видимо да, раз она умерла от этого.

– Значит, она выходила из дома.

– Получается так, значит, выходила. Если бы не так, то и я бы умерла. О чём ты думаешь, какие мысли в твоей голове?

– Не знаю, бабуль. Почему тебе священник ничего не рассказал?

– Я не спрашивала, он и не говорил. У меня, конечно, есть ещё одна догадка, что, всё же, она сделала, но я не знаю, как она вообще дошла потом до меня.

– Только давай мы никого в жертву приносить не будем, хорошо?

– Ну как же без этого? Не получается как-то.

– Говори уже, не томи! Что ты думаешь?

– Ещё одним предположением было то, что она пошла туда, в маяк и отключила этот свет. Не знаю, что-то сделала, что всё прошло, она явно его сломала или ещё чего, но я не знаю как, ведь они были повсюду, она бы и шагу не ступила из дому.

– Значит, она сделала именно это! Это логично! Она видела маяк, а священник не видел, он только верил. Значит, только она могла проникнуть туда!

– Думаю, что да, ты права.

– Нет, бабуля, это ты права! Мне нужно бежать, пока они не дошли.

– Но они почти тут. Ещё каких то пол часа и весь остров будет в душах.

– Но я должна! Видимо, это именно мой долг!

– Нет! Я пойду!

– Бабуля, я понимаю, что ты хочешь всё это предотвратить, но я молода и быстрее чем ты, да и руки у меня целы, извини.

– Ты не выживешь, если они коснутся тебя, а я не хочу жертвовать тобой!

– Это моё решение. Если всё, что ты рассказала, правда, и всё будет именно так, как ты говоришь, то моя душа ничто по сравнению с сотней, которые могут пропасть, да и там, в раю, не думаю, что нужны эти эмигранты.

– Прошло уже десять часов, с момента, как маяк засветился. Выгляни в окна вокруг дома, ты увидишь, что они уже повсюду, на этом острове тоже есть души, которые не могут спать спокойно, они почувствуют твою намеренность и остановят тебя, я не хочу, чтобы моя единственная внучка погибла.

– Не бывать этому! Вот увидишь, всё будет хорошо!

Её сердце трусливо билось, но глаза были наполнены уверенностью. Она вышла из комнаты, забежала к себе, надела кроссовки и затянула шнурки потуже. Бабушка стояла у двери и наблюдала за ней:

– Не стоит. Ты не успеешь и десяти метров пройти.

– Я решила! Она смогла и я смогу! И вообще, не зря ведь я лучший бегун в своем университете, так что, пусть ещё поспеют за мной!

На глазах у бабушки появились слезы, она не хотела верить в то, что видит её в последний раз. Она пыталась винить себя в своей немощности, но понимала, что от её помощи толку будет мало.

– Я вернусь! Обещаю! Поверь мне, когда я вернусь, ты будешь улыбаться чаще. Я обещаю тебе.

Они крепко обнялись и она не оглядываясь помчалась к берегу. Пробегая мимо соседнего дома, она не видела в окнах ни души, на улицах было пусто, лишь неподалеку мелькали огоньки, она знала, что это души, ей лишь хотелось верить, что когда они доберутся до неё, это не будет больно и мучительно, но она старалась отбросить эти мысли в сторону. Всё будет хорошо! Пробегая мимо домов, она вышла на берег. Катрин заметила рядом души, она бежала пытаясь огибать их, будто играя в американский футбол. Свет с моря был уже достаточно близок, оставалось совсем небольшое расстояние, и они все будут там, куда идут. Свет был повсюду, а бежать было ещё достаточно далеко. Интересно, думала она, сейчас ведь уже девять часов утра, я бегу, а видят ли меня те, кто сейчас ходит по светлому городу? Подумав об этом, она вспомнила, что по городу уже ходят духи, и что, вероятно, они уже успели забрать к себе невинных. От этой ужасной мысли она стала бежать ещё быстрее. Маяк горел всё ярче. Катрин остановилась, увидев, как на берег вступили души. Она смотрела на них, это было будто огромное войско, вступившее на поле боя, перед ней встала стена. Отдышавшись, решившись, понимая, что другого выхода у неё нет, она побежала прямо в толпу незваных гостей. Она вбежала в них будто в волну, приняв этот холодный бриз. Остановившись она поняла, что проходит сквозь них и они не могут её остановить. Она чувствовала, как её тело покалывало, они касались её, она грустно улыбнулась и побежала вперёд. Она бежала так быстро, как никогда, она чувствовала, что её жалят сотни душ, как медузы в теплом море, она чувствовала, как её тело начинало слабеть. Души разбредались повсюду: они шли к городу, будто они хотели мстить и унести за собой побольше невинных людей. Вероятно, они бы тоже блуждали потом повсюду, не зная покоя. – Хоть бы они не проникли к бабуле, хоть бы я успела и была права! Я права! Иначе быть не может!

Задыхаясь она добежала до маяка, вход был через пещеру, как и рассказывала Диана. Кругом были души они лезли в эту пещеру большим потоком, но не могли проходить все сразу. Она пробралась сквозь этот светлый туман и подошла к пещере. Души поворачиваясь смотрели на неё, в их глазах ничего не было: бельмо, туман, стекло. Они на столько устали, что ей становилось их жаль.– Но не зря же вы тут, верно? -становилось ужасно больно, но она терпела. Войдя в пещеру, она поняла, что вошла в маяк. Она могла проходить сквозь этих несчастных, но они не могли, они терпеливо стояли на лестницах, ожидая очередь. Это её даже обрадовало: как бы она прошла, если бы они были как и она твердыми в теле? Глаза слегка затуманились, она поморгала, растерла, но это не прошло. Поняв, что времени мало, она побежала вперёд по лестнице. Задыхаясь и держась за сердце, она видела, что её руки почернели. До верха она доползла почти на коленях. Тысячи душ травили её своим ядом и она умирала. Она упала на деревянный пол и смотрела на свет который был рядом с ней, оставалось лишь дотянуться, но сил уже не было. Она перевернулась на живот и поползла, глаза её обманывали, ведь она уже почти ничего не видела, ей казалось, что у края стоит Диана и говорит ей что-то улыбаясь. Она сомневалась, но дух Дианы подошёл к ней:

– Помоги мне, помоги нам, освободи нас.

Она не понимала о чём идет речь. Диана умерла или нет? Боль окутала её тело. Мысли покинули её, боль не давала думать больше ни о чём. Мышцы рвало, хотелось лежать неподвижно. Понимая, что ей не выжить, она, всё же, набралась сил и встала. Она дотронулась до стеклянных стенок лампы, которая излучала свой смертельный свет, нащупала небольшое отверстие и просунула руку, обжигаясь об это солнце внутри. Её рука горела от боли, но она сжимала всё крепче и крепче, до тех пор, пока лампа ни дернулась и ни треснула в её руках. Осколки стекла прошли сквозь её ладонь. По острову прошлась волна света, будто молния ударила по земле. Катрин поднесла руку к груди, её глаза наливались бельмом, она что-то продолжала говорить.

Когда Диана и бабуля, нашли её на пляже залитом солнцем, Катрин лежала бездыханно. Бабуля со слезами смотрела на тело внучки.

– Она жива, слышите, она дышит!

Раскрыв свои засохшие губы, Катрин проговорила:

– Скажите мне, что это был сон.

Диана рассмеялась, обняв бабушку.

– Да, милая, это был сон.

Может, пройдет какое-то время и именно ты откроешь дверь в маяк и выпустишь этот свет наружу?! Будь бдителен, не путай реальность…

Content

Миллер Лил Маяк