Светлана Лисенкова

Нина

Глава 1. День Знаний

Это было обычное серое утро, как и десять предыдущих таких же дождливых и унылых первых дней учебы. Причем грусть наводила вообще не погода. Дождь как раз я очень люблю, ведь есть в этих слезах неба грустная и загадочная романтика. Мне кажется, что я могу часами сидеть и смотреть в окно, на стекле которого миллионы рассыпанных брызг. Они, как кристаллы бриллиантов, застывают на мгновение, а потом быстро-быстро стекают ручьями вниз. Их жизнь коротка и стремительна, почти как и наша. Но что-то я ушла в философию, а ведь рассуждала про сегодняшний абсолютно не романтичный день. Первое сентября мне кажется унылым, потому что это прощание с летом: моей маленькой, но такой счастливой жизнью.

Вот всегда было интересно, кто назвал День Знаний праздником? Праздник – это когда все веселятся, ждут его, готовятся. Новый год, например. У людей радостное, замечательное настроение и улыбки. А тут по дороге в школу как насмотришься на испуганные лица первоклашек да на сонные моськи старшеклассников, ненавидящих весь мир, так и идти никуда не захочется.

Но, пожалуй, хватит о грустном! Конечно же, и в этом дне есть свои плюсы. Например, встреча с одноклассниками. Особенно с моей лучшей подругой Ниной. Мы не виделись все лето, и мне очень много ей нужно рассказать! При мысли об этом у меня резко улучшилось настроение, и я пошла на свой последний школьный День Знаний.

Глава 2. Письмо с угрозой

Школьный двор был заполнен детворой. Малышня носилась друг за другом с таким визгом, что уши сворачивались в трубочку. Да, узнаю свою школу. Теперь я даже не понимаю, как жила без всего этого целых три месяца. Пройдя двор, я зашла в школу и направилась прямиком в кабинет нашего класса. Проходя по длинным и витиеватым коридорам, я стала вспоминать все, что происходило здесь со мной за последние десять лет, и от грусти защемило сердце. А вот и дверь в класс, из которого до меня доносился звонкий смех одноклассников и голос нашего местного заводилы – Макса Лихоимова. Распахнув дверь, я увидела, что все уже в сборе, столпились вокруг Максима, который, как обычно, травил байки про свое отпадное лето. Я искала глазами подругу и никак не могла найти, но вдруг взгляд упал на самую дальнюю парту. Там сидела Ниной спиной ко всем. И это моя подруга? Которая всегда была первая во всех тусовках класса? Тут явно что-то не так, и я, бросив всем короткое «привет, ребят», направилась к ней. Нина пребывала словно в какой-то прострации, теребя уже и без того изрядно потрепанный лист бумаги. Повернулась она только тогда, когда я в третий раз позвала ее, и на мой голос повернулся весь класс. Нина подскочила, схватила меня за руку и потащила в каморку нашей классной руководительницы. Подруга явно была то ли испугана, то ли очень взволнована чем-то.

– Что случилось, Нин? Ну куда ты меня притащила? Нам же влетит сейчас от нашей Клавочки! – возмутилась я.

– Агаш, это катастрофа! Мне сейчас вообще плевать, что скажет классная, – дрожащим голосом ответила Нина.

– Да что случилось?! Ты можешь мне нормально объяснить? – я начала уже выходить из себя, потому что терпеть не могла, когда Нина впадала в панику, так как становилась совершенно неадекватной и от нее нельзя было добиться ровном счетом ничего.

– Прости, Агаш, я просто никак не могу прийти в себя. В общем, этим летом со мной кое-что произошло. Мне стали приходить письма от очень навязчивого поклонника. Сначала я не придала этому никакого значения, думала, что это кто-то из друзей моего брата Витьки, но теперь мне кажется, что все намного серьезнее, – Нина просто дрожала от страха.

– Так, погоди, ты уверена, что не знакома с ним? Может быть, ты просто со страху накручиваешь себя?

Нина и правда из тех людей, которые могут надумать больше, чем есть на самом деле, чересчур уж мнительна. Мне часто приходилось охлаждать пыл ее горячей фантазии.

– Аглая, ты не понимаешь! Все намного серьезнее, чем ты можешь себе представить. Он бросает письма в мой почтовый ящик, он будто следит за мной, знает, где и с кем живу. Иногда у меня складывается ощущение, что этот человек проник в мою голову и читает мысли! Я уже целый месяц живу в страхе! Когда возвращаюсь домой, то постоянно оглядываюсь по сторонам… – тут Нина не выдержала и заплакала. Эти рыдания вырвались наружу, обрушившись как лава: резко, бурно и неудержимо.

– О, Боже, Нина! – воскликнула я, кинувшись обнимать подругу. – Ну почему же ты сразу мне не рассказала? Зачем держала в себе столько времени? Так же и с ума сойти недолго.

Как же мне было жаль бедную Нину…

– Я не хотела обсуждать эту тему по телефону, не исключено, что он прослушивает мои звонки. Он даже начал угрожать мне. Вот, прочитай его последнее письмо, – дрожащей рукой она протянула мне тот самый потрепанный лист бумаги. Только я его взяла, как тут же над нами прогремел голос классухи Клавдии Николаевны, по прозвищу Клавочка. Это довольно грузная, тучная женщина, которой абсолютно чуждо чувство стиля, и вообще, кажется, у нее была аллергия на все красивое. Но самое страшное в ней не внешний вид, а характер. Он, мягко сказать, был скверный. Собственно, поэтому ее и прозвали Клавочкой, чтобы хоть что-то в ней было ласковым.

– Я не поняла, что здесь происходит? Зубарева, Золотарева, вы что себе позволяете? – проревела Клавочка.

– П-простите, Клавдия Николаевна, – заикаясь от испуга, проблеяла Нина, – мы уже уходим, мы не нарочно, и-извините! – и, стремглав выскочив из ее каморки, мы сами не заметили, как очутились на заднем дворе школы. До начала линейки оставалось пять минут, и нам пришлось идти в актовый зал.

После торжественной линейки мы с Ниной пошли в наше тайное место. В конце коридора на первом этаже под лестницей находился маленький закуток – здесь мы еще с первого класса прятались от всех, чтобы посекретничать. Расстелив кофты на полу, мы уселись, и Нина снова протянула мне письмо. То, что там было написано, поистине заставило волосы на моей голове танцевать танго: «Милая Ни, я не хочу больше ни с кем делить тебя. Знай, с этого момента каждый, кто слишком сближается с тобой, будет мертв».

– Ну что, прочла? Теперь ты понимаешь, почему мне так страшно? – затараторила Нина. – До этого были просто какие-то глупые записки, а теперь я понимаю, что этот псих по-настоящему опасен!

– У меня нет слов! Ну слушай, мы же можем пойти в полицию с этим письмом, и пускай разбираются. Но мне почему-то кажется, что это чья-то глупая шутка. У тебя же всегда было много поклонников, они от твоей красоты все просто теряют голову.

– Кстати, хорошая идея! Мой дядя работает в полиции, правда, сейчас он в отпуске за границей, очень жаль, но мы можем и без него написать заявление.

Наверное, стоит сказать несколько слов и о Нине. Это была самая красивая девушка нашей школы. Каждый год она брала первые места в школьных конкурсах красоты. Ее голова была увенчана густой копной огненно-рыжих волос, вьющихся идеально ровными кудрями, зеленые глаза, обрамленные густыми черными ресницами, и лицо с идеальными чертами и аккуратным, слегка вздернутым носиком, который придавал ее выражению лица милейшую изюминку. В общем, было от чего терять парням рассудок. Но эта ситуация с поклонником явно выходила из-под контроля и уже не была похожа на невинное увлечение.

Я как могла пыталась успокоить подругу, но мои попытки не увенчались успехом. Нина профессионально занималась вокалом, готовилась поступать в Гнесинку, и на носу у нее был всероссийский конкурс юных вокалистов, а на почве переживаний она совсем потеряла голос. Дела были плохи, и мы решили обратиться в полицию.

Глава 3. Участок

В отделе было очень зябко. Дуло, похоже, абсолютно из всех щелей, а их, по всей видимости, было много. На посту дежурного сидел, а точнее расплылся по стулу, толстый полицейский, у которого изо рта торчала сигарета.

«Интересно, это он смелый такой или просто глупый?» – подумала я, ведь весь его внешний вид противоречил уставу, но, начав разговор с ним, поняла, что второе. Только прежде, чем я перескажу наш с ним диалог, я бы хотела продолжить описание этого человека для полной ясности происходящего. Одет он был по форме, но весьма небрежно: китель был застегнут не на все пуговицы, рукава закатаны. Как его еще не уволили? На голове сальные волосы, которые скатались, как дреды, в косички. В общем, зрелище было пренеприятное, но разговор начинать пришлось. Нина, как всегда, испугалась, и говорить стала я:

– Добрый день, товарищ полицейский. У нас тут такое дело… – начала было я.

– У нас тут у всех дела! Ха-ха-ха! – рассмеялся на весь коридор дежурный, даже не дослушав меня.

– Но у нас серьезная проблема – мою подругу преследует какой-то неизвестный. Пишет ей письма с угрозами, одно из них у нас с собой, показать?

– Письма? И это все? Девочки, угомоните свою фантазию! В детективов поиграть захотелось? Идите-ка лучше уроки учить! Какой-нибудь ухажер пошутил, а вы туда же! Не отвлекайте меня, пожалуйста, от работы своими глупостями, – он еще глубже провалился в стул, достал книжку и принялся читать.

– Нина, пошли отсюда, товарищ полицейский явно не компетентен. Будьте уверены, – обратилась я к дежурному, – мы пожалуемся вашему начальству на это хамство и бездействие. И вообще, вы обязаны принять наше заявление, – уже закричала я на весь коридор.

– Ой, напугала! И не надо тут кричать! Я вам ничем не обязан. Идите подобру-поздорову, а то оформлю сейчас быстро за хулиганство, разорались тут, – начал уже вставать и размахивать руками полицейский.

– Пошли, Нин, дурдом какой-то, – я схватила оторопевшую подругу за руку, и мы выбежали из участка.

– Вот же гад! – наконец-то заговорила Нина. – Почему он не принял наше заявление?

– Да он же неадекватный, ты разве не заметила? Забудь, мы все равно добьемся справедливости. Пошли по домам?

– Да-да, пошли, конечно, – закивала Нинка.

Дальше всю дорогу мы шли молча. Я думала о том, что же нам делать с этой ситуацией. На полицию, похоже, рассчитывать было нечего, только разве что на Нинкиного дядю, но и он неизвестно когда теперь вернется из отпуска. Нина была очень бледна, выглядела ужасно уставшей и осунувшейся. Я, честно говоря, совершенно не знала, что делать и как ей помочь, и от этого на душе становилось совсем паршиво. Бедная моя подруга, понимая и чувствуя свою беззащитность, совсем упала духом. Я решила проводить ее до дома, и, когда мы подошли к ее подъезду, она сказала, что больше не будет читать эти письма – надоело жить в страхе. Кто знает, возможно, это и правда выход. Мы попрощались и разошлись. По дороге домой моя голова была занята мыслями только о том, как бы помочь Нине хотя бы не сойти с ума от происходящего.

Глава 5. Происшествие

С этого дня мы везде были только втроем: я, Нина и Миша. В классе нас прозвали «великолепная троица». Я была счастлива, казалось, что земля уходит из-под ног, когда Миша был рядом. Пока Нина на неделю уезжала на свой конкурс, мы с ним проводили очень много времени вдвоем. Ходили в кино, гуляли в парке, болтали вечерами напролет по телефону. В общем, было полное ощущение, что он отвечает мне взаимностью. Потом приехала Нина, и мы опять стали проводить больше времени вместе, меня это немного задевало, но я старалась не обращать внимания, с другой стороны, он мне ничего и не обещал – мы просто дружим. Все еще больше омрачилось новым письмом Нине от ее странного тайного воздыхателя. С конкурса она вернулась счастливой и окрыленной. Ну еще бы, ведь она заняла первое место! Но ее восторг продолжался ровно до того момента, пока она не заглянула в почтовый ящик. Содержание письма было следующим: «Моя дорогая Ни, куда же ты пропала? Неужели собралась сбежать от меня? Настоятельно прошу тебя больше не делать так, иначе это может очень плохо обернуться для твоей семьи».

Прочитав это послание, я подумала о том, что мы до сих пор не рассказали Мише об этом. Может быть, он помог бы разобраться в этой истории. Я предложила эту идею Нине, и она, конечно же, согласилась.

Миша был очень ошеломлен услышанным и стал расспрашивать Нину о ее знакомых. Но ей действительно не на кого было подумать. Ситуация накалялась, и Нина снова замкнулась. Она перестала ходить в школу, ей было страшно выходить из дома. Она больше не подходила к почтовому ящику.

Письма забирали мы с Мишей. Нина попросила нас не рассказывать ей их содержимое. Я рассказала все ее маме и попросила, чтобы она сходила в полицию, ведь ее-то уж не выгонят и выслушают. Она хоть и переживала за дочь, но была уверена, что поход в отдел будет бесполезен, пока ее брат, дядя Нины, в отпуске. По крайней мере, пока они не могут до него дозвониться. Мы с Мишей очень переживали за подругу, но совершенно не знали, чем ей помочь. Меня еще очень пугал тот факт, что этот ненормальный мог и правда что-то с нами сделать, ведь если он следит за Ниной, то знает, что мы пытаемся ей помочь. Жизнь в постоянном страхе меня очень угнетала, и по улице я старалась ходить только в людных местах. И вот пришло очередное письмо с угрозой: «Моя милая Ни, я, кажется, просил тебя больше не пропадать. И уж тем более недопустимо, чтобы мои письма читали посторонние. Знай, что это мое последнее предупреждение…»

Вопреки всем уговорам Нины не читать ей все эти письма, об этом умолчать я не смогла, ведь ей нельзя больше было оставаться дома! Но она не послушалась, и случилось нечто ужасное…

Этот кошмарный день начинался как обычные будни. Дождливое октябрьское утро, желто-красные деревья по дороге в школу и скучные длинные уроки. Я и так не особо любила позднюю осень, а сегодня просто возненавидела.

Уроки тянулись целую вечность, Миша почему-то не пришел в школу, даже не предупредив, а Нина так и оставалась дома. Только вот на перемене перед последним уроком мне она позвонила и разрыдалась в трубку. Нина так ничего и не смогла мне объяснить, поэтому я не придумала ничего лучше, чем сбежать с урока прямиком к ней.

Застала я ее сидящую на полу в коридоре всю в слезах, дверь в квартиру была нараспашку. Несколько минут я пыталась добиться от нее вразумительного ответа на вопрос, что случилось, но это было бесполезно. Она могла только издавать какие-то невнятные звуки и рыдать. Тогда я решила просто подождать, пока она хоть немного успокоится. Перестав рыдать, Нина посмотрела на меня и тихим прерывистым голосом произнесла:

– Сегодня утром, когда Витя… Витька… – она запнулась и снова заплакала. Я принесла ей воды, и она продолжила. – Когда он шел на тренировку, сзади на него кто-то напал. Оглушили чем-то тупым и тяжелым. Сейчас он в реанимации, в очень тяжелом состоянии. Мы с мамой ездили, но к нему никого не пускают. Агаш, ты думаешь, это тот псих, что мне пишет? Он где-то нашел мое мыло и стал писать туда. Я бы придушила его собственными руками! – она снова разрыдалась.

– Я пока ни на кого не думаю, в этом пусть разбирается полиция, а ты сейчас, главное, успокойся. Витя – спортсмен, он сильный и здоровый парень и обязательно выкарабкается.

На самом деле я была почти уверена в виновности таинственного преследователя. Но кто же он?

Глава 4. Любовь с первого взгляда

Весь вечер Нина не выходила на связь в соцсетях и не брала трубку. Я просто извелась: а что если в подъезде ее поджидал этот безумец? Ну какая же я дура, почему не догадалась проводить ее до квартиры! В таких раздумьях я провела всю ночь, заснув только под утро. И приснилось мне, что я слышу громкий, полный ужаса крик Нины и мольбы о помощи. Проснулась я в холодном поту и, не став даже завтракать, помчалась к Нине домой. Дверь мне открыла ее мама, стройная и очень красивая женщина с весьма тяжелой судьбой. Она была известной моделью, забеременела и родила от своего продюсера, который бросил ее с детьми-близнецами: Ниной и Витей. Теперь же она растит детей, сводит концы с концами, работая на нескольких работах.

– Здравствуй, Агашенька, что-то случилось?

– Доброе утро. Теть Лен, Нина дома? – выпалила я.

– Да, дома, ты чего такая взволнованная? И чего не в школе? – забеспокоилась она.

– Не одна я! Можно пройти? – я быстро сменила тему.

– Да, конечно, Нина у себя, только осторожнее, она заболела – не заразись! – крикнула тетя Лена мне вслед.

В комнате подруги пахло лекарствами. Окна были зашторены, а сама она лежала, завернувшись в одеяло.

– Нин, ну как ты? Чего не берешь трубку? – обеспокоенно спросила я.

– Прости, пожалуйста, я вчера просто не хотела ни с кем разговаривать, рано легла спать, а проснулась уже с температурой. В глазах рябит так, что телефон даже в руки не могу взять.

– Ну, я рада, что ты дома, а то мне такой кошмар про тебя приснился… Письмо не смотрела вчера?

– Все-таки я проверила почтовый ящик, но письма не было! Даже не знаю, радоваться или бояться еще больше. Мало ли что он задумал.

– В любом случае, в ближайшее время ты будешь дома, отдохнешь. Предлагаю пока не поднимать больше эту тему, может быть, он теперь исчезнет из твоей жизни, как страшный сон!

Следующие две недели писем не было. Нина выздоровела, снова стала ходить в школу, и наша жизнь вернулась в прежнее русло.

На следующий день я проснулась необычайно счастливой. В окно светило теплое утреннее солнце. Все кошмары были позади, и сегодня должно состояться прослушивание Нины на конкурс юных вокалистов, на которое я была приглашена ее поддержать. Она отошла от стресса, и к ней наконец-то вернулся голос. По дороге в школу я наслаждалась свежестью сентябрьского утра и теплыми лучами солнца. Мне бы стоило запомнить этот день, перевернувший всю мою жизнь.

Я зашла в класс, где еще никого не было. У меня была привычка приходить первой потому, что нравилось посидеть в тишине уютного кабинета, пока он не наполнился голосами шумных одноклассников. Но мое уединение в этот раз продлилось недолго. Замерла не только я, но и время. Я встретилась взглядом с НИМ и моментально утонула в омуте этих синих глаз.

«Боже, кто это?» – промелькнуло у меня в голове. Я не видела себя со стороны, но вполне возможно, что сидела я с испуганным лицом, потому что он сказал:

– Все в порядке, не бойся, я – Миша Новоселов, теперь буду учиться в вашем классе.

– Да я и не боюсь, просто не ожидала так рано кого-то увидеть, – я старалась держаться как можно более непринужденно, но у меня уже начали трястись колени.

– Я люблю приходить пораньше и посидеть в тишине, – улыбнулся Миша такой улыбкой, что я точно пропала.

– Какое совпадение, ведь я тоже именно поэтому прихожу рано, – мой голос переставал меня слушаться, со мной никогда не происходило ничего подобного. Неужели я влюбилась? Если Нинка влюблялась чуть ли не каждую неделю: то в парня в магазине, то в актера из популярного сериала, то я ждала того единственного и, кажется, дождалась.

– Вот и хорошо, я бы даже сказал очень удачно. У меня уже как минимум есть один единомышленник в этом классе, – снова улыбнулся Миша. Он даже разговаривал не как другие мои одноклассники, а как очень образованный и начитанный человек.

– Если ты не против, я могу провести тебе экскурсию по школе, показать, что тут у нас и где, – не растерялась я.

– Спасибо, я буду очень признателен, – учтиво ответил Миша, – погоди, я совсем забыл спросить твое имя, – растерянно и будто извиняясь, добавил он.

– Аглая, но все зовут Агашей – мне так больше нравится.

– Ух ты! Какое красивое и редкое имя! В «Идиоте» Достоевского, по-моему, так звали одну из героинь.

– Да! Это, кстати, одно из моих любимых произведений, – восхищенно ответила я, меня поразила его эрудиция. Как сейчас редко можно встретить такого умного и воспитанного парня.

– Я тоже очень люблю творчество Достоевского, прочитал практически все его произведения, – Миша отвернулся и стал копаться в сумке, а я просто млела, понимая, что встретила человека, который идеально мне подходит по всем параметрам. Дальше я с нетерпением ждала прихода Нины, чтобы поделиться с ней впечатлениями от встречи с новеньким. Она не заставила себя долго ждать и вскоре пришла. Войдя в класс, Нина тоже познакомилась с Мишей и, усевшись рядом со мной, подмигнула и прошептала: «Смотри, не съешь его глазами». Я ударила ее по плечу, и мы рассмеялись.

Глава 6. Ложь

Стоило бы несколько слов сказать о несчастном брате Нины – Вите. Это был крепкий и мускулистый парень – мечта всех девчонок, но его единственной страстью было плаванье, которым он занимался с самого детства. Каждое утро и каждый вечер он ходил на тренировки.

С Ниной они были как две капли воды, не считая того, что в отличие от Вити Нина была хрупкой и миниатюрной. Но огненно-рыжие волосы, глаза и все черты лица говорили об их абсолютном сходстве. У них даже была та неразрывная связь, которая может быть только у близнецов.

Маньяк, преследовавший Нину, прекрасно понимал, где у нее больное место и куда нужно бить. Без своего брата она становилась незащищенной и безвольной. Будто в коме не он, а она сама. Они с самого детства всегда были вместе. И всю начальную и среднюю школу мы дружили втроем: я, Нина и Витя, пока не подросли и не изменились интересы. Он больше времени стал проводить с друзьями и, конечно же, на тренировках, так как у него была мечта попасть в олимпийский резерв. А теперь врачи говорят, что если случится вдруг чудо и он очнется, то, скорее всего, он будет овощем. Какой там спорт… Как же страшно осознавать, что из-за какого-то неуравновешенного человека загубилась жизнь и мечта еще совсем молодого парня. Я решила, что этого я уж точно не смогу оставить просто так и обязательно узнаю, кто же он?

Оставить Нину одну в таком состоянии я не могла и, воспользовавшись тем, что ее мама работала сегодня в ночную смену, пригласила подругу к себе с ночевкой. Она сразу согласилась, и мы направились ко мне домой. К слову сказать, Миша так и не объявился до сих пор, что было очень странно.

Придя домой, мы узнали, что классуха уже нажаловалась отцу на то, что я сбежала с урока, и он уже было хотел устроить скандал, но, увидев заплаканную Нину и узнав, что случилось, тут же сменил гнев на милость. Ей разрешили остаться у нас до утра, и всю ночь напролет мы проболтали о случившемся. Где-то уже под утро нас все же сморил сон, а когда проснулись, то увидели, что Нине пришло новое сообщение уже на электронную почту. Да, это было письмо от преследователя, и вот что было написано: «Моя непослушная девочка, а я ведь предупреждал тебя. Прими мои соболезнования по поводу несчастья с братом. Теперь ты точно будешь меня слушаться».

Нина снова бросилась рыдать, а я утешать ее. Ситуация полностью вышла из-под контроля, и страх захлестывал нас еще большей волной ужаса.

Следующий день прошел как в тумане. Перед школой я отвела Нину домой. У ее мамы выходной, и они собрались навестить Витю. Когда я зашла в класс, Миша уже сидел на своем месте. Первым делом я подошла к нему, мне было очень интересно, куда же он пропал на целые сутки. В тот момент, когда я с ним заговорила, он спокойно сидел и читал книгу, но, увидев меня, тут же улыбнулся и произнес:

– Привет, как дела? Где Нина? Она придет сегодня?

– Привет, ты сначала объясни, куда ты пропал? Мы звонили тебе, оборвали телефон! Вчера напали и избили Нинкиного брата, мы и за тебя тоже переживали! – возмущенно спрашивала я, абсолютно не понимая его поведение.

– Со мной все нормально, я просто плохо чувствовал себя, и мама разрешила мне остаться дома. Она даже звонила классной, чтобы отпросить меня. А не отвечал на звонки, потому что правда очень болела голова, и я хотел сегодня в школе все вам объяснить, какая разница? Лучше скажи, что с братом Нины теперь? Как он?

– Все плохо. Он в коме, и прогнозы врачей самые печальные. Кто-то напал на него, когда он шел утром на тренировку. Нина убита горем. Все это так ужасно…

– Какой кошмар, надо позвонить ей и поддержать! – Миша выглядел растерянным и будто даже напуганным, видимо, сильно переживал за подругу и ее брата, и поэтому я решила предложить ему вариант получше.

– Миш, я после уроков собираюсь к Нине как раз, пойдем вместе?

– Нет, извини, обещал помочь маме сегодня, я позвоню ей вечером обязательно.

– Ну как знаешь, я пошла тогда готовиться к уроку.

С Мишей явно было что-то не так, и я это чувствовала. У меня в голове образовалась такая каша, что я решила сосредоточиться на уроках и не думать пока об этих нескончаемых проблемах, которые обрушились на наши юные головы. Но меня все равно не покидало навязчивое чувство того, что я схожу с ума. После уроков Миша попрощался со мной и ушел домой. Я медленно собрала сумку, и не то чтобы я не спешила к Нине, просто хотелось обдумать все и побыть немного наедине с собственными мыслями. Меня беспокоили состояние подруги, угроза, нависшая над всеми нами и, конечно же, поведение Миши. Мои мысли прервались внезапно раздавшимся надо мной голосом классной руководительницы:

– Аглая, объясни мне, что позволяет себе твой друг Михаил? Прогуливать целый школьный учебный день накануне школьной аккредитации – это неслыханная наглость! И даже не подошел сегодня ко мне объясниться! Я позвоню сегодня его родителям – так ему и передай, – она почти кричала. Да, она всегда кричит, даже объясняя новую тему на уроке. Интересно, со своими домашними она тоже разговаривает на повышенных тонах?

– Подождите, Клавдия Николаевна, не надо никому звонить, Миша просто приболел, а сегодня ему стало лучше, и видите – он пришел! – как бы то ни было, я считала своим долгом выгородить друга.

– Когда болеют, то приносят справку! Ну все, мне некогда, передай ему, чтобы это было в последний раз.

Я поняла, что окончательно запуталась. Миша мне сказал, что его мама отпросила вчера с уроков. Однозначно, что он меня обманул и что-то скрывает. Только что? Загадок и вопросов становится все больше, а ответов все меньше. И пока я даже не знаю, мне больше любопытно или обидно. Погрузившись в эти раздумья, я направлялась к Нине. Голова уже просто пухла от всего этого. А ведь Клавдия Николаевна права – скоро аккредитация, и, по-хорошему, надо готовиться к тестам, но какая учеба, когда вокруг нас такая заваруха? Я шла и оглядывалась, было очень страшно, вдруг я на очереди после Вити? Но, к счастью, дошла я благополучно, и весь вечер мы с Ниной снова проболтали обо всем случившемся.

Глава 7. Кошмарное видение

Всю ночь я снова проплакала, потому что не переставала думать о том, что случилось с моим бедным братом, который вот уже несколько дней как не приходит в себя. У всех близнецов есть связь между собой, и мы с Витей не были исключением, но сейчас я ее не чувствую, как будто наша связь резко оборвалась. Не знаю, что это означает, и вряд ли кто-то сможет мне это объяснить.

Примерно с такими мыслями я погрузилась в сон, но через какое-то время проснулась от очень странного ощущения. Мне казалось, что на меня кто-то смотрит, я прямо ощущала на себе чей-то пристальный взгляд. Это было тяжелое и неприятное чувство. Я села на кровати, было очень темно, тени от деревьев на стене словно вырисовывали непонятные иероглифы. Стоп! А вот это уже не от дерева тень! Я в ужасе посмотрела на окно, в котором четко увидела человеческий силуэт. Оцепенев от ужаса, я не могла пошевелиться, меня как будто парализовало до кончиков пальцев, а волосы встали дыбом. Я хотела закричать, но не могла, голос, как и тело, отказывался меня слушать. Я и силуэт смотрели друг на друга, казалось, целую вечность. Но наконец-то я взяла себя в руки и выбежала из комнаты, направляясь прямиком в спальню мамы. Она еще не спала и была крайне удивлена моим появлением.

– Нинуль, ты чего? Что случилось? Ты бледная и вся дрожишь!

– Ничего, мамуль, просто приснился кошмар, можно я сегодня посплю с тобой?

– Конечно, дорогая, ложись!

Я с трудом уснула, ведь закрывая глаза, видела, как передо мной снова появлялся этот ужасный силуэт. Как бы я хотела, чтобы это и правда был просто кошмарный сон… На следующий день после школы ко мне пришла Агаша, и я рассказала ей увиденное этой ночью, чем ужасно ее шокировала.

– Нина, что за страсти?! Силуэт в окне седьмого этажа? Это же просто сюжет для фильма ужасов! Как такое вообще возможно?

– Ну я клянусь тебе, что это чистая правда, и мне не показалось! Я теперь не то что спать – заходить в свою комнату боюсь!

– А давай я сегодня переночую у тебя?

– Давай, Агаш, конечно! Только прошу тебя, не говори своим родителям настоящую причину, моя мама тоже не знает, ей и так очень тяжело, и я не хочу нагружать ее еще больше.

– Конечно, без проблем, не переживай, я просто скажу, что хочу поддержать тебя в этой непростой для вашей семьи ситуации. Предки у меня крутые – они поймут.

Я смотрела на Агашу и думала о том, как же мне повезло с подругой. Я, правда, не знаю, что бы делала сейчас совсем одна. Она всегда была моей соломинкой в беде. Ее сильный характер и нескончаемый позитив часто спасали меня. Как бы я хотела хоть немного быть на нее похожей!

– Слушай, Агаш, совсем забыла спросить, где Миша? Как у вас с ним?

Я заметила, как она тут же изменилась в лице.

– Нин, я не могу понять, что с ним происходит. Мне, правда, нечего тебе рассказать. Ты мне скажи лучше, как там Витя? Что слышно?

Она умело соскочила с темы, как могла только она – лаконично и деликатно.

– Пока в коме, никаких изменений… Состояние стабильно тяжелое.

– Нин, я помню его сильным и жизнерадостным парнем. Он обязательно выкарабкается! Мы обязаны в это верить! Главное, чтобы полиция нашла этого негодяя, который избил Витю.

– Да, очень на это надеюсь. Кстати, мой дядя вернулся из отпуска и пообещал взять дело брата под свой контроль, и завтра придут сверять почерки в школу. Следователь пришил к делу все письма от этого ненормального.

– Ну наконец-то полиция зашевелилась! – Агаша даже захлопала в ладоши от радости. – Погоди, а помнишь, он писал тебе на электронную почту? Полицейские же могут пробить его ай-пи адрес.

– Пытались уже, но он не так глуп, как кажется. Заходил не со своего компьютера, а через компьютерный салон.

– Так, все, хватит о грустном! Я принесла тебе твои любимые печенья, пойдем пить чай?

Мы с Агашей провели самый лучший вечер за последний месяц, который выдался, надо сказать, очень тяжелым. Давно мы так не смеялись, как в старые добрые времена. Я даже забыла на время обо всем плохом, что произошло с нами.

Глава 8. Хорошие новости

Я проснулась в отличном расположении духа, и на это было три причины: суббота – официальный выходной, замечательная погода, а третья заключалась в том, что я очень люблю, когда Агаша оставалась у нас с ночевкой. Всю ночь мы болтали о всяком. Но, как ни странно, все равно чувствовали себя так, будто проспали всю ночь без задних ног. Мне не хватало этих посиделок, мне казалось, что я просто заново родилась. Только кое-что, помимо моих собственных проблем, все же беспокоило меня. Агаша, конечно, старалась изо всех сил быть веселой и жизнерадостной, но я видела, как ее словно съедает что-то изнутри. И вполне понятное «что-то»: ее мучила непонятная ситуация с Мишей, с его обманом, и говорить она об этом категорически не хотела, но я все же решила дать ей совет:

– Поговори с ним, что ты мучаешься?

– С кем, Нин? – Аглая сделала вид, что абсолютно не понимает, о ком я.

– Ты прекрасно знаешь с кем! Я просто уже не могу смотреть, как ты изводишь себя!

Вдруг в мою комнату заглянула мама и заговорщически нам подмигнула.

– Девочки, вы проснулись? Идите скорее завтракать, у меня хорошие новости! – сказав это, она моментально скрылась за дверью.

– Агаш, это, наверное, что-то про Витю, пойдем скорее!

Забыв обо всем, мы сломя голову ринулись на кухню. Честно говоря, я давно почуяла вкусный запах моих любимых сырников. У мамы редко удавалось готовить нам завтрак, но если утро все же было свободно, то она не упускала такую возможность. Как же я люблю ее сырники! Но сегодня даже думать о них не могла, потому что безумно было интересно, что же за новость была у мамы. Когда мы подошли к столу, мама торжественно заявила:

– Нина, Витя ночью пришел в себя! – она засветилась от счастья, и на ее глазах выступили слезы.

– О, Боже, наконец-то! – воскликнула я. – Какое счастье! Нам можно к нему? Когда поедем? – мне ужасно не терпелось увидеть любимого брата.

– Врач сказал, что пока его не стоит беспокоить, он еще слишком слаб, но, возможно, завтра разрешат его навестить.

– Как же я соскучилась по нему! Агаша, а давай сегодня немного развеемся и съездим на наше озеро? У меня такое отличное настроение, и хочется провести этот замечательный день как-то необыкновенно хорошо.

– Конечно, давай! Я только за! Тем более погода просто шепчет, – Агаша заметно оживилась, эта поездка явно то, что ей нужно. Мы быстро поели, собрались и пошли на электричку.

Глава 9. Озеро

С самого детства я была неравнодушна к поездкам. Причем мне неважно, какой вид транспорта для этого использовать: машину, велосипед или электричку. Сегодня это была электричка, и я наслаждалась музыкой мерно выстукивающих ритм колес. Слушая эту музыку, я погружаюсь в целую историю, целую жизнь, которую проживаю в поездке.

Я люблю фантазировать, и сейчас мне представляется, будто это самый первый поезд, а я человек, который его изобрел, и испытываю свое творение. Но моя самая большая мечта – путешествовать. Хочу побывать во всех самых отдаленных местах нашей планеты. Мои мечты прервались голосом Нины, которая сообщила о прибытии на нашу станцию. Здесь, на этом озере, куда и направляемся, мы познакомились с ней еще до школы.

Как-то раз летом мы с родителями и папиным другом поехали купаться и должны были ехать в другое место, но этот самый друг папы затащил нас сюда, на это озеро. В это же время тут отдыхала и Нина с мамой и братом. С тех пор мы неразлучны, и мамы наши тоже дружат. На берегу этого озера родилась наша дружба, и нам оно особенно дорого. В моменты особой печали или, наоборот, радости мы с Ниной приезжаем сюда, на наше место.

Выйдя из вагона, мы направились в сторону леса по ухабистой проселочной дороге. Дул легкий теплый ветерок – погода на редкость выдалась просто божественная и абсолютно не октябрьская, складывалось впечатление, что к нам снова вернулось лето. На небе не было ни облачка, солнце светило вовсю, и выдавали присутствие осени только яркие окрасы деревьев. Лес впереди пестрил и сиял разнообразием цветовой гаммы. Казалось, что впереди картина очень талантливого художника, нарисованная маслом на холсте, потому что лес словно застыл: ни единого шороха и ни единого звука. Это завораживало настолько, что мы на мгновение застыли, любуясь видом, который открылся нашим глазам.

– Так красиво здесь еще не было, правда, Агаш? – первой нарушила молчание Нина, посмотрев на меня глазами, полными восхищения.

– О, да! Я тоже только об этом подумала! Просто как в сказке, – согласилась я.

Дальше мы шли молча, наслаждаясь прекрасным пейзажем и чистейшим воздухом. И вот наконец мы вошли в лес, и, чем больше погружались в чащу, тем яснее и четче ощущалась свежесть воды.

Через несколько минут мы оказались на берегу озера. Вид здесь был еще прекраснее, чем осенний лес. Безграничная гладь воды, в которой отражалось небо, казалась, скорее, его продолжением, и небесная синева словно была у наших ног. Мы сели на расстеленный плед и молча смотрели на переливающуюся под солнечными лучами всеми цветами радуги воду, и каждая думала о чем-то своем. Лично я думала о Мише. С самого начала нашего знакомства я мечтала сюда с ним приехать. Но он пропал и совсем мне не звонит и не пишет. От этих мыслей мое настроение вмиг ухудшилось. Я еще сильнее впилась взглядом в озеро, пытаясь найти утешение в этой холодной и прекрасной безмятежности вод, но не находила. Впервые я не находила здесь успокоения и впервые влюбилась.

– Нин, о чем ты думаешь? – я попыталась отвлечь себя разговором с подругой.

– Обо всем: о брате, о том, как хорошо, что все обошлось, а также о вас с Мишей. Я переживаю за тебя. Ты из-за него такая задумчивая? – Нина участливо положила руку мне на плечо.

– Нин, я влюбилась, похоже. В первый раз в жизни, – я тяжело вздохнула, потому что не так представляла себе разговор с подругой о моей первой любви.

– Наконец-то наша Снежная Королева растаяла, – звонко рассмеялась Нинка, и ее смех, казалось, слышала вся округа.

– Да, пришла пора, она влюбилась, – процитировала я Пушкина. – Но что мне делать? Очевидно же, что это не взаимно. Он то общается, то пропадает. Это самая настоящая френдзона.

– Ну, в первую очередь, тебе не стоит делать поспешных выводов, не разобравшись. Мы его плохо знаем, и неизвестно, почему он так себя ведет. Может быть, у него какие-то проблемы! – бросилась его защищать Нина. Я всегда говорила, что у нее все шансы стать отличным адвокатом, потому что так искусно защищать всех вокруг могла только она. Нинка и своему преследователю нашла бы оправдание, если б захотела.

– Нин, пусть будет, как будет. И лучше сразу ожидать худшего, чтобы не было еще больнее. Выключай защитника всех униженных и оскорбленных, и давай просто помолчим.

– А ты философа отключай! – опять рассмеялась Нина, и от ее звонкого и задорного смеха мне вдруг стало легко и хорошо на душе. Она легла, закрыла глаза, а я продолжила сидеть и любоваться величием природы.

Не знаю даже, сколько прошло времени, может быть, около часа, увидев, что Нина благополучно уснула, я решила немного прогуляться, но вдруг услышала небольшой треск веток сзади. Обернувшись, я увидела промелькнувшую еле заметную чью-то тень среди деревьев. Было непонятно, правда ли там кто-то был или мне просто померещилось, но стало как-то не по себе, и я подумала, что будет правильнее отложить прогулку и разбудить Нину. Вот только говорить ей или нет о том, что я, возможно, видела кого-то следящего за нами, я не знала. С одной стороны, очень хотелось поделиться, а с другой, она же сразу начнет паниковать, и нет, конечно, я ничего не скажу. Разбудив Нину, я сказала, что очень хочу есть, и мы пошли обратно на станцию.

Глава 10. Убийство

В понедельник мы все пришли в школу: я, Нина и даже Миша. На уроки не пришел только заводила и душа нашего класса – Макс Лихоимов. И вроде бы ничего необычного, ведь он часто прогуливал школу, если бы не печальное известие о его смерти. Вместо первого урока был разговор со следователем. Тело Максима нашли на берегу того самого озера, где мы отдыхали с Ниной, всего в километре от нас в тот же день. Время смерти – время нашего нахождения там! У меня свело скулы… Макс приехал туда один, чтобы порыбачить. Это происшествие повергло всех в шок, особенно меня и Нину. Я тут же вспомнила ту промелькнувшую тень среди деревьев и поняла, что мне не показалось, там кто-то был, и, возможно, если бы я не повернулась, мы тоже были бы мертвы. Я не стала скрывать это от следствия и рассказала следователю обо всем, что видела в тот день на озере. Нина смотрела на меня, округлив глаза, и после урока набросилась на меня.

– Ты почему мне не рассказала, что видела кого-то? – озадаченно спросила меня подруга.

– Нин, прости, я тогда подумала, что мне показалось, и не стала лишний раз тебя пугать.

– Ничего себе показалось! Боже, бедный Макс! Кому он помешал? – Нина была бледная как смерть от ужаса.

– Я сама в шоке. И еще от того, что мы были рядом и ничего не слышали! Было так тихо… Неужели он не звал на помощь?! – я была в полной растерянности.

– И мне это совершенно непонятно… – задумчиво произнесла Нина.

Но на этом происшествия не кончились, чуть позже пришли полицейские по делу Нины, сверяли у всех почерки. Видимо, все же дали ход заявлению ее мамы – дядя постарался. Уроки были сорваны, классуха просто рвала и метала. Но это все такие мелочи по сравнению с тем, что произошло с Максом. Да, я не рассказала про Мишу. За весь день он к нам так ни разу и не подошел. И для себя я выводы сделала. Надо срочно забыть об этом человеке. Осталось понять, как это сделать, учитывая тот факт, что мы учимся в одном классе и видимся каждый день.

Глава 11. Предательство

Я снова решила уйти с головой в учебу и забыться. Через два дня у нас в школе состоится аккредитация – вот куда я должна сейчас бросить все свои силы, а не на постоянные мысли о Мише.

Нина была полностью поглощена радостью выздоровления брата, наконец-то я снова вижу ее счастливой и веселой, как раньше. Если бы не смерть Макса, я бы сказала, что у нас все вернулось на круги своя, но нет, теперь уже все будет по-другому. У меня были разные мысли на этот счет, я даже подозревала, что убийца Максима – это Нинкин преследователь. Слишком уж много совпадений. Мы находились там же в день убийства, но самое главное – это то, что Макс был другом Вити, часто бывал у них в гостях и однажды даже признался Нине в любви, часто провожал до дома, в общем, всячески пытался ухаживать, а этот псих же предупреждал, что будет убивать всех, кто к ней приблизится. Осталось только понять: кто он? Тут я даже представить себе не могла, ведь в нашем окружении все вполне себе адекватные люди. Хотя мама мне как-то говорила, что преступник всегда тот, на кого меньше всего думаешь. Ну а что, если я ни на кого не могу подумать?

От этих мыслей голова вспухала, и казалось, что она вот-вот взорвется. Я подумала, что было бы неплохо немного развеяться за прослушиванием музыки. Включив свою самую любимую песню, я села на мягкий диван в школьном коридоре, запрокинула голову на спинку и стала вслушиваться в ровные и спокойные ноты мелодии, как вдруг кто-то резко дернул меня за руку. Я тут же вскочила от неожиданности. Это была Нинка, и она явно была чем-то очень взволнована.

– Агаш, я тут такое узнала! Ты лучше сядь, – она опять была в состоянии ошалелой паники, когда ничего не могла нормально объяснить.

– Так, Нин, сядь, успокойся. Выдохни и расскажи, что стряслось? Что ты такого узнала?

– Да-да, все, я спокойна. Сейчас в раздевалке я столкнулась с Аленой из параллельного, ее мама была классной руководительницей Миши в прошлой школе, – Нина сделала многозначительную паузу и затем продолжила. – Вот скажи, Миша говорил тебе, почему ушел из той школы? – Нину уже просто трясло от волнения.

– Сказал, что по семейным обстоятельствам пришлось перейти в школу, которая ближе к дому. А что? – я насторожилась.

– Так вот, оказывается, не по семейным, а по, можно сказать, уголовным обстоятельствам! Он зверски избил своего одноклассника, к счастью, все обошлось, но потерпевший лежал в реанимации, – Нина выдохнула, но я чувствовала, что это еще не все.

– Какой ужас! – эта новость, конечно, меня чрезвычайно повергла в шок. – Но мы же не знаем причины драки, может быть, Мишу просто-напросто спровоцировали, – попыталась я защитить друга. – Алена не рассказала, в чем была причина их ссоры?

– Нет, она сказала, что следователь от Миши не добился ни словечка, а вот потерпевший сказала, что тот напал на него ни с того ни сего.

– Очень мутная история! Разве Миша похож на психа? Почему тогда его не привлекли к ответственности? – я не могла поверить в то, что он мог быть способен на такое.

– Алена говорит, что у него кто-то из знакомых в полиции, вот его и отмазали.

– Ну согласись, Нин, что история, и правда, какая-то очень странная. Может быть, он просто покрывает кого-то, – я была просто уверена в его непричастности.

– Агаша, я понимаю, что тебе тяжело все это слушать и воспринимать, но это тоже еще не все. И я вообще не знаю, как тебе это все сказать… – ее волнение сменилось на растерянную беспомощность.

– Нин, выкладывай уже все, раз начала, – мне не терпелось узнать все до конца, – лучше горькая правда, ну ты сама знаешь!

– Сразу же после моего разговора с Аленой позвонила мама и сообщила, что на месте, где избили Витю, нашли часы, которые принадлежат Мише, – во взгляде Нины будто появились нотки вины. – Его личность уже установили.

– И что? Он что, не мог их просто обронить не в то время и не в том месте? – я просто негодовала от того, как Нина быстро поверила в то, что Миша, наш друг, – преступник!

– Но он уже избивал человека! Слишком много совпадений, а ты в них сама не особо-то веришь.

– Так, погоди, из писем было понятно, что Витю избил твой преследователь. По-твоему, это Миша? Как такое вообще возможно? Ты познакомилась с ним гораздо позже появления угроз!

– Агашенька, вот сейчас выслушай, пожалуйста, до конца и не перебивай, ладно? Мы с ним до этого всего еще были знакомы, – она сделала паузу и тяжело вздохнула.

– А почему ты мне раньше не рассказала? Почему, когда он появился в нашем классе, вы познакомились заново? Я ничего не понимаю! – я была обескуражена и выходила из себя от происходящего.

– Мы с Мишей познакомились этим летом в Интернете. Пару раз даже гуляли, но мне он не особо понравился, и дальше на все его предложения встретиться я отнекивалась и находила тысячу отмазок. А потом начались эти все анонимные письма с угрозами, но тогда я никак не связала это с Мишей. Наше общение просто постепенно сошло на нет, и все. Я была очень удивлена, увидев его в нашем классе, а, увидев, как ты на него смотришь, я растерялась и сделала вид, что не знаю его, и он подыграл мне, – Нина виновато смотрела на меня, и на ее глазах выступили слезы. – Прости меня, я должна была сразу тебе все рассказать, но я была так напугана письмами и угрозами, что, правда, было не до того! – она разрыдалась.

– Сам факт того, что вы оба меня обманули, отвратителен, – мне действительно стало очень противно от их поступка.

– Прости меня, я, правда, не хотела, чтобы так вышло. Я не хотела тебя обидеть! – она заломила руки, а слезы градом стекали по ее щекам. – Да и с Мишей у меня ничего не было и никогда не будет!

– Да причем тут Миша! Меня поразило твое поведение! Ведь это с тобой я дружу с самого детства! Это тебе я доверяла больше, чем себе, и думала, что это взаимно! Я была уверена, что мы говорим друг другу только правду… – мое сердце было разбито, и я чувствовала каждый его несчастный осколок.

– Умоляю, прости меня! Я поступила как полная дура, но пойми, что я была вне себя от страха, – Нина так умоляюще смотрела на меня, что на секунду мне даже стало ее жаль, но обидно было еще больше, и я поняла, что просто не могу ее видеть.

– Нина, я хочу побыть одна, – не попрощавшись с ней, я развернулась и пошла в сторону выхода. Весь вечер я прорыдала от обиды на друзей и от страха за Мишу. Неужели все сказанное Ниной правда и маньяк – это он?

Глава 12. Примирение

Всю ночь я не сомкнула глаз. Эта история с Мишей и его поступком в прошлой школе и подозрения, которые на него упали, не давали покоя. Я не могла понять, зачем ему нужно было избивать Витю? В это было невозможно поверить. Вот только разбитые часы Миши на месте преступления красноречиво убеждали в обратном. Карусель навязчивых мыслей прервал голос мамы, и я была этому рада. Она очень громко разговаривала с кем-то по телефону, услышав имя Миши, я тут же выскочила из комнаты. Мама кивнула мне и, закончив разговор, сообщила, что звонила мама Нины, рассказала об аресте Миши. По дороге в ванную я думала о том, как же Нина могла предать друга, который так сильно ее поддерживал. Сейчас она готова даже убийство Макса на него повесить. Я и не заметила, как слезы ручьем потекли по щекам, оставляя соленые следы. Мне было очень жаль, что я так и не успела поговорить с ним.

Неохотно собравшись в школу, я вышла на улицу. Погода полностью соответствовала моему душевному состоянию, от чего становилось еще тоскливее и хотелось просто выть как волк на луну. На город навалилось холодное серое небо с тяжелыми черными тучами, которые вот-вот прольют тонны вод на наш мир. Мне так захотелось стать такой тучей и пролить всю свою боль на землю, а затем стать легким белым облачком и улететь далеко-далеко. Но я здесь, под спудом проблем и неудач. Вот в этот самый момент я точно для себя решила, что виновен Миша или нет – я должна ему помочь. Где-то в глубине души я все еще сомневалась в правильности своих мыслей, но ведь если я его люблю, то обязана верить. Только если он сам мне признается в содеянном, тогда я отступлю. От этих рассуждений стало чуточку легче, и в школу я зашла уже бодрая и полная решимости.

После уроков ко мне подошла Нина:

– Агаш, я понимаю, что ты обижаешься и имеешь на это полное право! Но я тоже хочу разобраться во всем прежде, чем обвинить Мишу. Предлагаю вместе распутать этот клубок.

– Нин, не поверишь, но я сама хотела тебе это предложить. Я уверена, что Мишу подставили, и мы это докажем! – мне стало намного легче на душе от того, что подруга все же на моей стороне.

– Не исключено. Кстати, я разговаривала с дядей, и он разрешил тебе одно свидание с Мишей.

Я потеряла дар речи от счастья и не знала, какими словами благодарить Нину. Она рассмеялась и сказала:

– Очень рада, что ты счастлива! Такую реакцию я и ожидала!

– Нин, вот мы, кстати, и посмотрим теперь, будут ли приходить письма? Если да, то тогда их пишет точно не Миша.

– Да, ведь в последнем письме неизвестный написал, что моя подруга проводит слишком много времени со мной и ему это не нравится. А это же он про тебя, Агаш. Я переживаю теперь, может, нам сейчас лучше ограничить пока общение?

Слова Нины про угрозу в письме испугали меня не на шутку, и на секунду я замялась, но тут же кое-что вспомнила:

– Так у нас же каникулы через три дня, на время которых я уеду в деревню к бабушке. А до моего отъезда вне школы будем общаться исключительно по телефону. Как тебе такая идея?

Тучи над нами сгущались все больше, и это я чувствовала каждой клеточкой своего тела.

– Давай так и сделаем, потому что это единственный правильный вариант. Ну все, значит, теперь мы затихаем и ждем, будут ли еще письма.

– Ты не забудешь про мое свидание с Мишей?

– Нет, я сегодня же позвоню дяде! Ну что, по домам?

– До завтра!

Как же я радовалось тому, что уезжаю из города, потому что, честно говоря, мне стало страшно от новой угрозы. Меньше всего на свете мне хотелось становиться новой жертвой.

Глава 13. Любовь и синие перчатки

Я была неописуемо рада нашему перемирию с Агашей и спешила поделиться радостью с мамой. Я прекрасно понимала, что ужасно поступила с Агашей, обманув ее, и была уверена, что она не простит. Но как же хорошо, что все обернулось иначе! Но где же мама? С нетерпением ожидая ее возвращения с работы, я то и дело поглядывала на часы, и казалось, что время остановилось. Мои мысли прервал звонок Витьки, который сообщил, что завтра его уже выписывают. Вот это да! Еще одна замечательная новость, скорее бы вернулась мама! И тут я услышала, как кто-то вставляет ключ в замочную скважину.

– Мама! – крикнула я и бросилась ее встречать. На пороге я столкнулась с бледной и взволнованной мамой.

– Что случилось? – меня здорово напугало ее выражение лица.

– Нина, присядь, пожалуйста, и постарайся спокойно меня выслушать. Сейчас я виделась с твоим… с вашим отцом, и пришло время рассказать тебе кое-что важное.

– Мама, погоди, ты встретила папу? Где? Это он тебя так напугал?

Я никогда не видела своего отца, и мне всегда почему-то казалось, что он опасен для нашей семьи.

– Пошли попьем чайку, и я тебе все расскажу, – мама нежно улыбнулась и погладила меня по голове – от этого стало очень тепло и уютно на душе, словно я вернулась в детство.

– Хорошо, мамочка, я как раз купила твои любимые пирожные. Кстати, совсем забыла! Витю же выписывают завтра, – мне не терпелось поделиться с ней этой прекрасной новостью.

– Да, мне звонил врач, я очень рада, что мы наконец-то будем снова все вместе. Но то, что я тебе сейчас расскажу, пусть пока останется между нами.

– Хорошо, мамуль, я слушаю тебя внимательно, – меня просто распирало от любопытства. Мама налила мне чай, села и, укутавшись в мягкий клетчатый плед, начала свой рассказ.

Ваш папа, Сергей Юрьевич, вообще-то неплохой человек. У нас была очень красивая история любви, хоть и короткая. Он стал моим настоящим рыцарем.

В Москву я приехала из далекого города Мариинска молоденькой наивной девчонкой. В это время в столице в одном из домов мод проходил кастинг в престижное модельное агентство. С самого детства я мечтала стать моделью с мировым именем и не могла упустить такой шанс. К счастью, природа наградила меня подходящими внешними данными и уверенностью в себе, так что в собственном успехе я даже не сомневалась. Составить мне конкуренцию могла только одна девушка, и она приехала со мной – моя сестра-близнец. Ее звали Валя, и характер ее, пожалуй, куда больше подходил для модельного бизнеса: наглая, пробивная и беспринципная. Про таких обычно говорят «далеко пойдет». Так как у нас с Валей была абсолютно одинаковая внешность, естественно, я представляла для нее угрозу, как и она мне. И, похоже, тогда у сестры возник план подставить меня, подговорив нескольких участниц.

Перед началом кастинга одна из девушек подошла ко мне и, указав на самого молодого члена жюри, сказала, что случайно подслушала его разговор с товарищем. Сутью разговора был очень мерзкий и отвратительный спор, как в самых пошлых фильмах. По словам этой девушки, молодой человек из жюри утверждал, что соблазнит меня, а его товарищ убеждал в обратном, и поэтому они решили поспорить. Тогда я была очень глупой и отчаянной девушкой, потому что не только поверила, но и пошла задать ему хорошую трепку. Молодой человек, конечно, ошалел, но почти сразу рассмеялся и начал меня уверять, что это какая-то нелепая ошибка и его точно с кем-то перепутали. А Валя отлично меня знала и просчитала, что я пойду разбираться, но она не учла того, что этот парень может оказаться добрым и порядочным. Так неловко я себя никогда еще не чувствовала. В качестве извинения мне пришлось согласиться пойти с ним на ужин. Так я и познакомилась с вашим отцом.

Валя и ее подруги слетели с кастинга, а мне Сережа помог сделать головокружительную карьеру. Правда, сестру мне было жаль, и я помогла ей устроиться в неплохое модельное агентство.

Моя жизнь стала похожа на сказку. Сергей очень красиво за мной ухаживал, каждый день были рестораны, кино или театр. Но, как правило, сказки длятся недолго, и наша не стала исключением. Через пару месяцев умерла наша мама, и мы с Валей поехали на похороны. Сережа не мог вырваться в Мариинск со мной, но поехал провожать на вокзал. На улице была зима, и стоял дикий мороз. Перед самым отправлением поезда Сергей подарил мне шикарные синие перчатки со словами, которые я помню по сей день: «Отправляю тебя одну в холодный северный город и хочу, чтобы наша любовь грела тебя изнутри, а эти перчатки снаружи». Прощаясь, мы оба очень долго плакали, будто знали, что расстаемся навсегда…

После похорон Валя сразу же уехала в столицу, а я решила еще немного побыть в мамином доме, слишком сильной для меня была эта потеря…

Через какое-то время после отъезда сестры я не обнаружила своих синих перчаток, подумала, что, наверное, во время похорон обронила где-то. Вернувшись домой, в Москву, я застала Сережу с Валей в нашей постели. Увидев меня, он будто даже не испугался, а удивился. Я выбежала из комнаты, Сережа кричал мне вслед что-то вроде: «Лена, прости меня, я думал – это ты! У нее же твои перчатки, и она представилась тобой». Такая глупая ситуация и такая пошлая отмазка. Тогда мне казалось, что я взорвусь от обиды. Он каждый день приходил с букетом и просил прощения. И так продолжалось около месяца. Потом, не дождавшись моего прощения, он стал жить с моей сестрой. Из ревности Валя попросила Сережу уволить меня с работы и перекрыть мне кислород в модельном бизнесе, а он, как слепой котенок, слушал ее и делал, как она скажет.

Прошло полгода. Все это время я безуспешно пыталась найти работу в разных сферах и уже собиралась уезжать в родной город, как мне позвонил Сергей и сообщил о смерти сестры. У нее были преждевременные и очень тяжелые роды, во время которых не выдержало сердце, а дети, то есть ты и Витя, – выжили. Он предложил забрать вас к себе, так как сейчас у него проблемы на работе, самому не на что жить, и если я не возьму детей, то он сдаст в детский дом. Ну как же я могла такое допустить? Ты прости, что я врала вам столько лет. Я просто не знала, как вывалить на ваши хрупкие детские плечи эту тяжелую историю о том, как я лишилась любви и семьи, а вы обоих родителей. Больше всего на свете я хотела, чтобы вы были счастливы. Теперь ты знаешь правду и вправе меня возненавидеть, – рассказав это, она заплакала.

– Ты что, мамочка, ну как же я могу тебя ненавидеть? – вскрикнула я, смахивая слезы со своего лица. – Неважно, кто нас родил! Ты все равно самая лучшая мама на свете, – после этих слов я бросилась обнимать мать и целовать ее соленые от слез щеки.

– Постой, Нин, – она с тревогой посмотрела на меня, – я еще не успела сказать самого главного. Сергей хочет забрать тебя у меня.

– Только меня? – удивилась я.

– Да, он, видимо, не знает, что вас двое, или забыл. Разговор был только о тебе.

Глава 14. Фотоснимки

Я была до глубины души ошарашена рассказом мамы. Но с другой стороны еще маленькой девочкой мечтала познакомиться с отцом, мне всегда его очень не хватало. Я смотрела на полную семью Агаши и мечтала, что когда-то у нас тоже будет такая. А что если папа одумался? Родную мать уже не вернуть, но отец-то жив. Вот бы хоть одним глазком взглянуть на него…

– У тебя есть фото папы? – спросила я маму, зайдя к ней в комнату перед сном.

– Да, у меня где-то журнал с его фотографией на обложке был. Все совместные с ним я сожгла.

Она полезла в какой-то очень древний сундук со старыми вещами и вытащила со дна потертый и очень помятый глянцевый журнал.

– Вот, здесь он незадолго до нашего знакомства: молодой, красивый и успешный.

С выцветшей страницы журнала на меня смотрел загорелый блондин с большими голубыми глазами.

– Действительно, очень красивый, но мы с Витей ни капли на него не похожи, – удивленно сказала я маме.

– Угу, вы копия матери, ну и меня, – улыбнулась она. – Зато мимика у тебя точно, как у отца. А вот у Вити ничего общего с ним не наблюдаю, он точно в нашу с Валей породу, – с гордостью заявила мама.

– А у тебя есть с Валей… – тут я запнулась и смущенно посмотрела на мать, – с нашей мамой совместные фото?

– Ну конечно, полно! – она снова полезла в свой древний сундук и достала старый фотоальбом в кожаном переплете. Он был настолько полон, что фотографии вываливались из него стопками, и почти на всех снимках были две одинаковые девочки с озорными глазами разных возрастов.

– В детстве мы с сестрой были неразлучны, – мама задумчиво улыбнулась, – а после пятнадцати ее как будто подменили. Валя связалась с дурной компанией, стала пить, курить, ругаться матом и поздно возвращаться домой. А после смерти папы так вообще с катушек слетела. Мы с мамой просто не знали, что с ней делать. Нин, мне так ее не хватает, я так сильно ее любила, – мама вздохнула, а в ее глазах блеснули слезы.

– Даже после того, что она сделала? – округлив глаза от удивления, спросила я.

– Да, ведь я тоже не так чиста перед ней. Однажды в школе ей понравился один мальчик, и они начали встречаться. Это был новенький Саша, который пришел к нам в школу, когда я загремела в больницу на полгода со сложным переломом ноги. Валя приходила ко мне в больницу каждый день и рассказывала о том, какой ее Саша замечательный, выглядела она очень счастливой и даже перестала общаться со своей ужасной компанией. Но когда я вернулась в школу, получилось так, что мы с ним влюбились друг в друга с первого взгляда. Это было какое-то наваждение. Я до сих пор виню себя в том, что мы разбили ей сердце. Саша бросил Валю и начал встречаться уже со мной. Тогда я не видела в этом ничего плохого, ведь я не уводила его специально. Бедная моя сестра, я ужасно виновата перед ней, – мама заплакала, ее слезы в такт секундной стрелке капали на фотографию двух смеющихся рыжих сестричек.

– Вот это история! Получается, она тебе отомстила, отбив у тебя нашего отца? Но разве можно сравнить твой детский проступок и ее осознанную взрослую месть за него? – у меня в голове не укладывалась жестокость моей родной матери.

– Я простила ее, дорогая. Надеюсь, что и она меня простила. Ты тоже не держи на мать зла и не думай о ней плохо. Никто не знал ее лучше меня – она была замечательным и очень чутким человеком, – после этих слов мама расплакалась еще сильнее прежнего.

– Не сомневаюсь, мамочка! И ты даже не сомневайся в том, что сестра тебя простила! – я старалась поддержать ее как могла.

– Да, мне кажется, она простила хотя бы ради вас.

Мы обнялись и немного поплакали вместе.

– Милая, пора спать! Доброй тебе ночи!

– Спокойной ночи, мамочка! Люблю тебя! – я поцеловала ее и, вернувшись в свою комнату, долго не могла уснуть. Под утро мне то ли приснилась, то ли привиделась мама Валя. Она стояла на облаке в очень красивом изумрудном платье и махала мне рукой.

Глава 15. Неожиданная встреча

Проснулась я вне себя от счастья, а спонсором моего классного настроения была долгожданная выписка Вити. Невозможно описать словами, как же я по нему соскучилась. Позавтракав в темпе вальса, мы с мамой поехали в больницу. Мне было разрешено даже не идти в школу – просто сплошной праздник какой-то! Погода тоже не подвела – на улице было очень тепло и солнечно. Когда мы подъехали к больнице, мама пошла за Витей, а я осталась ждать в такси, сгорая от нетерпения, ведь мне столько всего надо с ним обсудить! И вдруг я вспомнила историю про отца и обещание не рассказывать ничего брату. Мои мысли прервал громкий смех Вити. Мы крепко обнялись и поехали домой.

После уроков к нам в гости пришла Агаша, мы немного посидели с ней и Витей, но пришла мама и забрала его отдыхать. Когда мы с подругой остались одни, я рассказала ей про отца и настоящую мать.

– Вот это да! Ну и история, хоть садись и пиши сценарий для фильма, я думала, такого в жизни не бывает, – Агаша всплеснула руками от удивления. – А мама… ну которая тетя – настоящий герой! Не так уж легко одной растить двух детей. Я восхищена ее поступком, а что с отцом, ты не хочешь с ним встретиться? – спросила Агаша.

– С одной стороны, очень хочу, а с другой – не хочу обидеть маму, потому что не знаю, как она к этому отнесется, – ее вопрос заставил меня задуматься.

– Нин, она у вас такая мудрая и все поймет! – убеждала меня Агаша.

– Ну, в любом случае, я даже не знаю, как с ним связаться. Кстати, звонил дядя, у тебя завтра свидание с Мишей в 13:00, – я чуть не забыла о самом главном для подруги.

– Ух ты, здорово, спасибо! А у ваших мам, получается, еще и брат есть? – удивилась Агаша.

– Да, но не родной, а двоюродный. Хотя, может быть, и еще чего-то не знаю, – рассмеялась я.

– Ладно, Нин, завтра аккредитация, надо идти готовиться, до завтра! – она обняла меня на прощание и пошла домой. Агаша была права, завтра важный тест, и я тоже села заниматься.

На следующий день я чуть не проспала. В связи с последними событиями меня стала мучать ужасная бессонница. На лету закинув бутерброд в школьную сумку, я побежала на учебу. В тот момент, когда я уже потянулась к ручке входной двери в школу, откуда-то из-за спины меня окликнул незнакомый мужской голос. Обернувшись, я увидела высокого мужчину средних лет с до боли знакомыми глазами.

– Простите, вы меня звали? – я была очень удивлена, но еще больше напугана.

– Да, Нина, можно вас на секунду? – спросил незнакомец. В моей голове крутилась только одна мысль: «Откуда он знает мое имя? Неужели это…»

– Прошу прощения, я очень спешу, – но любопытство все же взяло верх. – Хотя погодите, откуда вы знаете мое имя? – вдруг мне почему-то стало стыдно за саму себя за то, что вообще начала с ним разговор.

– Я твой отец, Нина, – мужчина улыбнулся и сделал шаг вперед.

Так и думала! Мои опасения подтвердились, я замешкалась и зачем-то переспросила:

– Вы мой папа?

– Да, ты очень похожа на свою мать. Ты похожа на них обеих, такая же красавица. Прости, я очень виноват перед тобой! – он тяжело вздохнул, и его глаза наполнились слезами.

– Не только передо мной, – перебила его я. – Вы, видимо, не знаете, что мама родила близнецов, и у меня есть брат Витя – ваш сын.

– Нет, сына у меня нет, когда вы родились, я сделал тест ДНК, потому что у вашей мамы была связь с моим другом. Результаты показали, что ты от меня, а Витя – нет.

– Как? Такого не может быть! Это же явно какая-то ошибка! – вскрикнула я, наверное, на всю улицу.

– Бывает, дочка. В жизни еще и не такое может быть. Это явление в генетике называется суперфекундация.

– Боже мой, ну зачем вы вообще мне все это рассказали? – мне хотелось закричать от обиды и злости на весь мир.

– Я просто хотел, чтобы ты знала правду, прости меня, пожалуйста, если сможешь… – поникшим голосом сказал отец.

– Вы, правда, хотите забрать меня у мамы? – не спросила, а, скорее, прокричала я.

– Нет, ты ведь уже большая и имеешь право сама решать, где жить. Я не надеюсь, конечно, что ты захочешь сейчас переехать ко мне, но хотя бы будешь приходить в гости? – он умоляюще посмотрел на меня глазами, полными отчаянья.

– Я спрошу у мамы, – растерянно бросила я, – а теперь простите, но мне, правда, пора на занятия.

Так неловко, как сейчас, я еще никогда себя не чувствовала. Мне хотелось испариться отсюда.

– Запиши хотя бы мой номер, чтобы сообщить о своем решении, – он снова посмотрел на меня умоляюще.

– Хорошо, диктуйте, – трясущимися руками я достала телефон и, набрав номер, быстро попрощалась и пошла в сторону школьной двери.

– Если что, то в воскресенье в 12! – крикнул мне вслед отец. Я, не оборачиваясь, вошла в здание.

Вечером я рассказала маме о встрече с отцом и о его желании иногда видеться со мной. Она спросила, хочу ли я сама этого? Если да, то, конечно же, она не будет препятствовать.

Всю ночь я не сомкнула глаз, пытаясь понять, хочется мне общаться с папой или нет. Думала, плакала, потом опять думала… Утром в зеркале я встретила взъерошенную девушку с опухшими от слез и красными от бессонницы глазами. Взяла телефон и написала СМС: «Хорошо, давай в воскресенье в 12. Нина». Ответа долго ждать не пришлось: «Спасибо, доченька, напиши адрес, заеду за тобой. Целую, папа».

Почему-то стало так легко на душе, что захотелось петь, и не что-нибудь, а именно «Джингл белз», хотя до Нового года еще больше двух месяцев. Напевая, я пошла собираться в школу.

Глава 16. Свидание

Настал день моего свидания с Мишей. Как же я благодарна Нине и ее дяде, что помогли мне с ним встретиться! Всю ночь я не спала, представляя нашу встречу. Наверное, я даже перед экзаменами в девятом классе так не волновалась, как сейчас перед нашим свиданием.

И вот я сижу за холодным тюремным столом. Помещение, надо сказать, здесь мрачноватое и неприятное, которое не особо располагает к задушевным беседам, но мне все равно. Я была готова с ним встретиться даже в аду. Открылась тяжелая дверь, и Миша зашел в комнату свиданий. Еле сдерживая рыдания, я поздоровалась с ним. Он улыбнулся, кивнул и сел напротив.

– Рад, что ты пришла, – его голос дрожал, но было видно, что он очень старался держаться уверенно.

– Как ты? – еле выдавила я из себя, слезы душили, мне было сложно разговаривать.

– Сносно. Как в школе? – Миша явно растерялся и не знал, что сказать.

– Все нормально. Скажи мне, ты виновен? – наконец-то я взяла себя в руки и решила перейти к сути.

– Нет, – твердо ответил парень, и его лицо будто окаменело.

– В таком случае у тебя же должно быть алиби! Почему ты не докажешь, что не ты избил Витьку? – удивленно спросила я, переходя на повышенные тона.

– Агаш, у меня нет такого алиби, которое я мог бы озвучить следствию, – его губы и голос снова задрожали, а в глазах блеснули слезы.

– Окей, но мне ты же можешь сказать? Я верю тебе и все сделаю, чтобы помочь, – я умоляюще смотрела на него, сдерживая рыдания, разрывающие мою грудь.

– Агаш, дорогая, прости меня, но в этих стенах я не могу ничего тебе рассказать, потому что это не только моя тайна, но и близкого мне человека. Как только я сюда попал, сразу же написал тебе письмо, но не знал, как его передать. Сейчас я тебе его отдам, спрячь его как можно дальше и прочти только дома. И еще, прошу тебя, не рассказывай никому, кроме Нины, разумеется, ей я доверяю, – резким движением он протянул смятую бумажку, я дотронулась до кончиков его пальцев, и меня словно ударило током и зачесалось где-то под коленками.

– Клянусь, что это останется только между нами тремя.

В этот момент в комнату вошел конвойный и сообщил, что наше свидание окончено.

– Агаша, я люблю тебя! – сказал Миша, и его тут же увели из комнаты. Я даже не успела отреагировать. В руке я сжимала маленький скомканный кусочек бумаги, еще хранившей тепло его рук…

Глава 17. Косвенные доказательства

Когда я вернулась домой, то первым же делом принялась читать письмо Миши. Вот что там было написано:

«Милая Агаша!

Я понимаю, как сейчас выгляжу в твоих глазах и что ты, возможно, думаешь обо мне. Прости, что игнорировал тебя, что выпал из общения. Я просто не знал, как все рассказать.

Все дело в том, что моя мама тяжело больна, а на лечение нужна космическая сумма. Нам с ней таких денег никогда не заработать. Мой отец – наркоторговец, по этой причине моя мать и развелась с ним. Втайне от нее я попросил у папы денег на операцию, он согласился, но с условием, что помогу ему сбыть товар. В то утро, когда напали на Витю, я как раз проходил в том месте незадолго до нападения и вполне мог выронить свои часы. Теперь ты знаешь правду. Пожалуйста, не говори никому, иначе моего отца посадят в тюрьму, и я никогда не вылечу маму. Предвосхищаю твой вопрос: Нине рассказать можно.

Люблю, целую. Твой Миша».

Час от часу не легче. Теперь я вообще не знаю, как ему помочь. Трясущимися руками я набрала Нину и попросила срочно приехать. Через пятнадцать минут она уже была у меня и читала это письмо.

– Это какой-то тупик, Агаш, – обреченно вздохнула Нина, – может, подключить дядю все-таки?

– Ты понимаешь, что от нашего молчания зависит жизнь Мишиной мамы?! – нервно закричала я.

– Тогда нам нужно что-то придумать, чтобы доказать его невиновность! – сказала Нина и тут же добавила. – Для этого нам нужно найти настоящего преступника, только как?

– Почерк, Нина! – воскликнула я. – Надо сравнить почерк Миши с тем, что в письмах с угрозами!

– Но у меня изъял все письма следователь, я уверена, что он даже не придал им значения.

– Срочно звони дяде, возможно, он поможет нам!

Я была сказочно рада, что наконец-то мы сможем восстановить справедливость, да еще так просто! Нина позвонила дяде, который пообещал уладить этот вопрос. Весь вечер мы весело проболтали с Ниной, обсуждая планы на каникулы, ведь уже закончилась первая четверть, и завтра я уезжаю в деревню. Туда, где я отдохну от этих проблем…

Глава 18. Покушение

Наступил день моего отъезда в деревню. Я быстро собрала вещи и ждала папу, который должен был меня отвезти. С деревенскими друзьями мы уже спланировали пикник, и я всеми мыслями была уже там: на природе, под лучами последних осенних дней.

Приехав в деревню, я кинула вещи в свою комнату, мельком поздоровалась с бабушкой и тут же помчалась к друзьям. Здесь, в этом маленьком глухом селе, был мой небольшой отдельный мир, в котором я отдыхала от шумного города с его вечными проблемами.

Прибежав на противоположный от нашего дома берег реки, где меня уже ждали ребята: Катя, Пашка и Димка, я первым делом бросилась их обнимать. С этими веселыми и беззаботными людьми я познакомилась еще совсем ребенком. Они тоже живут в городе, но у нас уговор общаться только здесь, в деревне. Мы были ужасно рады друг другу. Димка уже развел костер, Паша играл на гитаре и пел. О, какой же это красивый парень с замечательным голосом. Он влюблен в меня с детства, но, к сожалению, я не могу воспринимать его иначе как друга. Правда он, по всей видимости, не теряет надежды, даже песню сочинил с моим именем… Песня прекрасная, но, похоже, мне снова придется разбить ему сердце.

Катька, полная девчонка, с непослушными черными кудрями на голове, очень милая и спокойная, мечтает стать актрисой и выйти замуж за Киану Ривза. Любит английские романы, и сама она, словно героиня печального образа, вечно в кого-то безответно влюблена.

Дима – обычный хулиган и задира, с отменным чувством юмора, но без него в нашей компании было бы скучно. Он, как искорка, всегда добавляет огня в костер дружбы.

С ребятами мы просидели до поздней ночи, рассказывая разные истории. Пора было уже расходиться, и Паша вызвался меня проводить. Я отказалась, мне не хотелось давать ему никаких шансов, тем более деревня у нас тихая и бояться нечего. Попрощавшись с друзьями, я пошла в сторону дома, рассматривая, как же красиво отражаются фонари и звезды в реке… Тут всегда по ночам особенно таинственно. Как только я вышла на дорогу, тут же услышала звук приближающегося автомобиля, и почему-то стало не по себе. Очень скоро машина обогнала меня, сбавив скорость, и я отчетливо увидела, как из окна высовывается рука с пистолетом, а затем последовал выстрел, сама тачка поехала дальше. Я остановилась как вкопанная. Пуля в нескольких шагах от меня выбила искры от асфальта. Мне показалось, что это были не маленькие огонечки, а огромные прожекторы, ослепившие меня на пару секунд. За это время в голове пролетел миллион мыслей. Прекрасно понимая, что сейчас они вернутся убедиться, что меня убили, я стала озираться в поисках укрытия. Слева был обрыв, а справа река. Только я подумала идти прыгать в воду, как из кустов вылетел Паша и потащил меня за собой.

– Я услышал выстрел и очень за тебя испугался. Агашенька, нам ничего не остается, как тихонечко спрятаться в речке.

– Угу, – все, что я смогла ответить, так как челюсть свело от страха.

Мы спрятались в речке под рыбацким мостиком, просидели там час, но никто так и не вернулся за мной. Паша уже не стал предлагать, просто молча проводил меня домой. Все остальные дни я просидела дома, мне было страшно выходить на улицу, потому что постоянно мерещились выстрелы.

В город я вернулась в разбитом состоянии и с ужасной слабостью во всем теле. А известие о пропаже Нины добило меня окончательно.

Глава 19. Исчезновение

Вот и наступило воскресенье – день моей встречи с отцом. Я очень волновалась, дрожали руки и коленки. За завтраком я совсем не притронулась к еде, и мама забеспокоилась о моем здоровье, предложив остаться дома. Но я твердо решила ехать. Ровно в двенадцать заехал папа, и мы поехали к нему.

Дом у него, конечно, шикарный. Я такие только в кино видела. Трехэтажный, полностью белоснежный, с огромными колоннами. Не дом, а настоящий дворец! Двор у него был выложен очень красивой резной плиткой, а в центре красовалась альпийская горка.

– Весной и летом здесь у меня много цветов, сейчас вид, конечно, весьма унылый, – сказал папа, указывая на клумбы. – Ты, наверное, сейчас думаешь, как человек, который имеет такой особняк, отказался от ребенка? Так вот, на момент твоего рождения я был полный банкрот – мне и себя-то кормить было нечем. Твоя родная мать с другом предали меня, подставили и отжали бизнес. Но сейчас понимаю, как же я сглупил. Простишь меня когда-нибудь? – он закрыл лицо руками.

– Я не держу зла, что было, то прошло. Каждый имеет право на ошибку, – я положила руку ему на плечо, отец убрал руки с лица и улыбнулся.

– Такая молодая, а какие мудрые слова говоришь.

Мы вместе рассмеялись.

– Теперь все будет по-другому, дочка, – папа улыбнулся, взял меня за руку и повел дальше осматривать владения…

* * *

В этот день Нина домой не вернулась.

Как только я узнала о пропаже подруги, тут же помчалась к ней домой. Ее мама сказала, что звонила своему брату и тот уже ищет отца Нины. Тетя Лена плакала и корила себя за то, что отпустила дочь к этому, по сути, абсолютно чужому человеку. Я успокаивала ее как могла, но меня саму трясло от рыданий и страха за подругу. Нина, где же ты? Как нам тебя спасти?!

О пропаже подруги знала уже вся школа, и от этого становилось еще тяжелее. Каждый второй считал своим долгом посмаковать эту тему, да еще и приукрасив на свой вкус. В итоге я просто не выдержала и ушла с двух последних уроков. В голове гудело, а в душе остался неприятный осадок от мерзких сплетен.

Прошло три дня. Три долгих дня. Я чуть ли не жила у Нины дома в ожидании каких-либо новостей, совсем забросив школу. Как могла поддерживала мать Нины и помогала ей ухаживать за Витей, который был еще очень слаб.

Однажды вечером мы с тетей Леной и Витей пили чай, как вдруг позвонили в дверь. Нинина мама бросилась открывать и очень долго с кем-то разговаривала. Вернулась к нам она вся в слезах и, успокоившись, рассказала, что приходил отец Нины, обеспокоенный тем, что дочь совсем пропала и не отвечает на звонки и СМС. Оказывается, после их встречи она вышла от него и пошла домой, получается, пропала она по дороге. История получается еще более запутанной, чем мы предполагали. Тетя Лена пошла звонить брату, а я вернулась домой.

Глава 20. На волоске от смерти

Я очнулась с жуткой болью в голове в каком-то заброшенном старом доме. Воняло мышами и старыми тряпками. Ужасно хотелось пить. Я стала озираться по сторонам и пытаться встать, но поняла, что мои руки прикованы наручниками к очень ржавой батарее. Конечности настолько онемели, что я вообще не ощущала рук и ног. Вдруг послышались шаги и скрип половиц, дверь в комнату открылась, и в дверном проеме появился дядя. Я очень обрадовалась:

– Дядя, что со мной? Где я? Вытащи меня отсюда, – от бессилия голос меня практически не слушался, по щекам градом текли слезы.

– Ну, здравствуй, племяшка! – дядя ухмыльнулся. – Нет, не вытащу. Как тебе здесь? Освоилась?

– Так это ты меня похитил? Зачем? – от шока у меня спутались все мысли, я не понимала, что мне думать и делать.

– Послушай одну историю о том, как твоя мама убила мою дочь, – он искривился в лице, а глаза налились кровью.

– Что ты такое говоришь? Она погибла в автокатастрофе уже очень давно, причем тут мама?! – воскликнула я в полном недоумении.

– Очень просто. Лена была за рулем, и по ее вине погибла моя девочка… Все эти годы я вынашивал план мести. Благо, в моей профессиональной практике много вариантов развития самых ужасных событий. Как тебе письма? Пощекотали нервишки? – он рассмеялся так, что из окон вывалились остатки стекол. Я с ужасом поняла, что он настоящий психопат.

– И теперь, – продолжал он, – я поступлю так же с тобой. Знаешь, как умерла моя дочь? Она заживо сгорела в машине, ее не успели спасти, а Лена осталась жить!!! А я сожгу тебя! – сказав это, дядя начал довольно потирать руки.

Я не могла поверить, что этот кошмар происходит со мной. Его слова прервал телефонный звонок. Когда он взял трубку, я начала неистово кричать, не знаю, как это пришло мне в голову. У него, видимо, спросили, кто кричит, потому что он, кинув на меня свирепый взгляд, стремительно вышел из комнаты. Дяди не было минут десять. Это были самые длинные десять минут в моей жизни. Вернувшись, он сказал, что скоро приедет и закончит со мной.

Меня трясло от страха, и я не знала, куда мне деться. От голода и жажды голова отказывалась соображать, и я отключилась…

Очнулась я уже у себя дома.

Глава 21. Happy end

Вокруг меня суетились мама и Агаша. Голова ужасно кружилась, я не понимала, что со мной происходит. Может, я умерла?

– Нет, Ниночка, ты жива, слава Богу, ты с нами, – мама наклонилась надо мной и поцеловала. Оказывается, я спросила это вслух.

– А как я тут оказалась? – удивленно спросила я, жадно всматриваясь в лица родных в страхе, что они исчезнут и я снова окажусь в том страшном месте на волоске от смерти.

– Чудом, Нинка! – воскликнула Аглая. – Теть Лене позвонила какая-то женщина, у нее там дача неподалеку. Ей показалось странным, что к заброшенному дому подъезжала машина, и, почуяв неладное, она решила посмотреть, что там происходит. Когда нашла там тебя, она дала тебе воды и телефон, чтобы ты позвонила маме. А мы уже, узнав твое местонахождение, вызвали наряд, освободили тебя. Часть полицейских остались караулить твоего чокнутого дядюшку. Ты, правда, ничего не помнишь? – Агаша участливо погладила меня по плечу.

– Нет, как будто ты совсем не про меня рассказываешь. Дядю уже поймали? – с надеждой спросила я.

– Да, ты проспала целые сутки, за это время многое успело произойти. Мишу выпустили, а настоящего преступника арестовали, – торжественно объявила Агаша.

Прошло несколько дней, я уже почти отошла от этих чудовищных событий. Я по-прежнему оставалась дома, потому что нужно было время прийти в себя. Каждый день ко мне приходили Агаша с Мишей.

Как-то вечером мы сидели на кухне и пили чай.

– Нин, что-то еще известно по делу твоего дяди? Зачем он убил Макса? Зачем покушался на меня? – спросила Агаша.

– Следователь сказал, что, задумав покушение на Витю, мой чокнутый родственник изначально придумал подставить Мишу. Он знал все про каждого моего одноклассника. Макса он подкупил, чтобы тот вытащил Мишины часы и подбросил в нужном месте, а потом просто устранил его как свидетеля. Ты постоянно находилась рядом со мной и представляла реальную угрозу его плану. На самом деле все очень гениально продумано: Миша в тюрьме, ты мертва или в больнице, и даже время похищения выбрал идеальное – день встречи с отцом, чтобы запутать следы.

– И письма писал тоже он? – поинтересовался Миша.

– Да. – ответила Нина.

Мы еще очень долго сидели и болтали обо всем на свете. Про эту историю было решено забыть раз и навсегда.

Эпилог

Эти события еще больше сплотили нашу дружбу. «Великолепная троица» отлично окончила школу, и по сей день мы не разлей вода. И пусть Нина попросила забыть обо всем, все равно эта история навсегда останется в моем сердце, так как многому меня научила.

Content

Светлана Лисенкова
Нина

Глава 1. День Знаний

Глава 2. Письмо с угрозой

Глава 3. Участок

Глава 5. Происшествие

Глава 4. Любовь с первого взгляда

Глава 6. Ложь

Глава 7. Кошмарное видение

Глава 8. Хорошие новости

Глава 9. Озеро

Глава 10. Убийство

Глава 11. Предательство

Глава 12. Примирение

Глава 13. Любовь и синие перчатки

Глава 14. Фотоснимки

Глава 15. Неожиданная встреча

Глава 16. Свидание

Глава 17. Косвенные доказательства

Глава 18. Покушение

Глава 19. Исчезновение

Глава 20. На волоске от смерти

Глава 21. Happy end

Эпилог