Райт Дилан

Дом на распутье: Нечто [litres самиздат]

Глава первая: Визит

В каждом из нас кроется страх того, чего боятся нет абсолютно никакого смысла. И всякий, у кого есть подобная причина для беспокойств, пытается её спрятать в своей душе как можно глубже. Однако Нат считал, что ничего такого в этом нет. Ведь что плохого в том, что кто-то боится шариковой ручки или длинных огненно-рыжих волос одноклассницы, сидящей за одной партой? И главное, все усиленно скрывают столь непонятные фобии. А Нат не понимал, почему. Ведь никто ему толком не объяснял, каких страхов стоит стесняться, а каких нет. Он спрашивал, но понятного ответа ему так никто и не дал. Почему? В этом Нат тоже пытался разобраться.

* * *

В тёмной молчаливой комнате раздался громкий, оглушительный звон будильника, стоявшего на прикроватной тумбочке у изголовья двухъярусной кровати. Чья-то рука на первом ярусе лениво высунула кисть из-под одеяла, как змея высовывает голову, пробуя языком воздух, и резким ударом выключила звонок. Послышался страдальческий стон, под всё тем же одеялом кто-то зашевелился. Вскоре из-под него показался голова, увенчанная длинными серыми волосами. Рука, уже не напоминавшая змею, нащупала на той же крохотной тумбочке пару прямоугольных очков, и сероволосый нацепил их себе на глаза. Он сел на смятой постели и, немного помедитировав в таком положении, откинул одеяло и встал с кровати. Босые стопы сами собой нашли тапочки, стоявшие на привычном месте.

–Подъём, – сонно сказал Эрне.

На верхнем ярусе его кровати зашевелился кто-то ещё, но после недолгих попыток представить, что всё это просто глупая шутка, Нат Эймон так же лениво, с явно недовольной физиономией, сполз с постели. Точнее, чуть не свалился с неё.

–Напомните, зачем мы встаём так рано? – спросил он, рукой ища полотенце.

Ответа не последовало. Вернее, последовало только ленивое мычание Рикарда Байо на верхнем ярусе соседней кровати. На первом расположился Гейб.

–Встаём, – уже более уверенно и бодро приказал Эрне.

Рик перевернулся на спину.

–Сещас, – не очнувшийся язык заплетался.

В комнате зажегся свет, осветив худое лицо и ярко-рыжие волосы Рика. Прозрев в исчезнувшей темноте, Нат отправился к раковине.

–Будь у меня пистолет под подушкой, я бы тебя сразу пристрелил, – сказал Рик Эрне, стоявшему у выключателя.

–Ты в лампочку для начала попади, – ответил Эрне, протирая глаза. – Что у нас сегодня по плану?

Теперь на спину перевернулся Гейб, в основном отвечавший за планировку дня.

–Как и всегда. Украшение зала, – Гейбу надоело произносить это каждое утро.

–Хохжа мы уше пойшём допшашивашь? – спросил Нат с зубной щёткой во рту.

Гейб резко сел на кровати.

–Да разве вы ещё не поняли? Мы в дерьме! Дело провалено!

–Сказал человек, втянувший нас во всю эту передрягу, – заметил Рик, слезая с яруса. —Чего ты так боишься?

–Вы не понимаете? Если кто-то из свидетелей проболтается о том, что мы их допрашивали, нам каюк!

–Почему-то, когда мы шли на обыск кабинета Джерри, ты об этом не думал, – продолжал наступление Рик на нервы Гейба.

Тот, не придумав ответа, с сердитым видом отвернулся к стене. Нат, со стаканом воды в руках, подошёл к тумбочке, взял баночку с лекарством и, достав две таблетки, быстро проглотил их, обильно запивая водой. В последнее время без ежедневного приёма лекарств было не обойтись.

За окном валил снег. Очередной десант снежинок спускался на и без того захваченные земли. На улице было темно, но толстый слой белой пыли, лежавший на ветках деревьев, отражал свет, лившийся из комнаты. Тени широкими реками разливались по блестящей земле. Последние догнивающие листья после долгой борьбы всё же опали, и теперь ждали своей окончательной и бесповоротной кончины. Когда Нат по утрам смотрел на только просыпающиеся пейзажи, он вспоминал свою прогулку на старую психиатрическую больницу, терявшуюся на фоне чёрного неба. Ночь становилась всё длиннее и длиннее. Глядя на этот пушистый снег, он невольно пытался представить зимние игры. Нат никогда не играл со снегом, лишь видел, как это делают соседские ребята. Они лепили снеговиков, бросались друг в друга снежками, а он лишь наблюдал за всем этим со стороны и надеялся когда-нибудь вылепить самого высокого снеговика, построить самую большую крепость и попасть кому-то в глаз маленьким снежным клубком.

–Нат?

Нат оторвался от стекла и посмотрел на Эрне. Тот уже надевал привычную школьную форму.

–Да, сейчас, – ответил он, нехотя отворачиваясь от безобразного уличного пейзажа.

Дороги так и не стали свободней. Более того, за последние несколько дней не представлялось возможным даже выйти из здания школы. Связь оборвалась. Все, кто находился внутри школы были одни, и их окружали лишь несколько сотен миль в любую сторону, куда только можно отправиться. Но, тем не менее, жизнь в школе продолжалась. Занятия не восстановили, но Рождество, пусть и без особых подарков от родителей и прочих родственников, Джерри организовал, и за это многие ученики его благодарили. Возможно, даже в его холодной душе существовало нечто похожее на тепло.

Нат открыл шкаф и достал уже привычную огромную форму. Сходить к Уоллису он так и не решился, тем более после их ночного дебюта. Да и зачем. Его вполне устраивало то, что есть. Ворот рубашки он, как всегда, подвязал шарфом, с рукавами что-либо сделать не получалось, поэтому Нат оставил всё так, как есть. Туфли были слегка великоваты, но прочная шнуровка решала эту проблему.

* * *

В широком школьном коридоре пока никого особо не было, поэтому друзья без труда смогли выйти из комнаты. Обычно этому препятствовал поток учеников.

Лакированный деревянный пол отдавал слабым блеском – свет горел далеко не везде. На красных стенах тут и там висели окна на акварельные пейзажи природы. Вдоль стен стояли небольшие столики, на которых расположились самые разные предметы: вазы с цветами, книги, лампы с белыми абажурами и прочее.

В актовом зале за большими железными дверьми их уже ждали Мия, Энни и Хёлле.

–Кого я вижу? – с улыбкой на лице спросил Рик при виде Хёлле.

Нат тоже удивился. Неужели после столь долгого промежутка обиды Хёлле наконец-то простил им то, что они чуть не убили его, затащив на обыск? Однако радоваться пришлось не долго. Хёлле был явно не доволен тем, что друзья не стоят перед ним на коленях и не умоляют о прощении. Это выдавал как минимум его холодный, но в тоже время пылающий от гнева взгляд.

–Я надеялся услышать кое-что другое, – намекнул Хёлле, подтверждая мысли Ната.

–Обойдёшься, – ответил Эрне.

–Давайте не будем припираться и начнём, – предложила Мия.

–Давайте, – сказал Рик, чтобы не дать Хёлле высказать всё, что тот о нём думает.

Нат подошёл к отведённой для него коробке, внутри которой лежали разноцветные блестящие шарики, звёздочки, гирлянды и другие Рождественские украшения. Он взял коробку и принялся развешивать игрушки по пушистым лапам огромной ели, стоявшей по середине зала. Ель, правда, была искусственная. Эрне и Рик, стоя на двух высоких раскладных лестницах, как раз "достраивали" её. Хёлле и Мия развешивали гирлянды по синим стенам актового зала. Видимо, Хёлле не хотел работать вместе с друзьями. Энни и Рик о чём-то болтали, отойдя в сторонку, напрочь забыв о поручении: вырезать как можно больше бумажных снежинок и раскрасить их. Гейб что-то записывал в своём блокноте. Как оказалось, у него подобных "детективных" штучек было спрятано в чемодане великое множество.

–Гейб! – окликнул друга Эрне.

Тот оторвал взгляд от блокнота и вопросительно посмотрел на Эрне.

–Ты может быть перестанешь страдать бездельем и поможешь с украшениями?

–Я уже свою часть сделал! – он указал карандашом на сцену. По огромному занавесу были развешаны разнообразные игрушки, плакаты и вырезанные рисунки.

–Тогда принеси ещё шариков! – крикнул Эрне и, вспомнив о вежливости, добавил, – Пожалуйста!

Гейб нехотя закрыл блокнот, убрал карандаш в карман и отправился за кулисы. Нат принялся украшать дальше.

* * *

Прозвенел звонок, оповещавший об обеде. Нат поставил коробку с шариками на стул, стоявший рядом и вместе с друзьями взобрался на сцену, где стояли несколько заранее приготовленных стульев, импровизированный стол из большого перевёрнутого деревянного ящика. На "столе" уже лежали завёрнутые в бумажные салфетки фрукты, бутерброды, чашки с кофе, печенье и другие вкусные вещи. Впервые в жизни Нат попробовал кофе и остался в восторге. Сладкий горячий напиток хорошо бодрил и придавал сил. О таком действии кофе Нат уже слышал от родителей. Единственной непонятной вещью для него по-прежнему оставался школьный запрет на кофе. Уоллис почему-то упорно не хотел, чтобы ученики баловались подобным питьём, поэтому вся компания помощников с украшениями дружно разливала кофе по чашкам тайком.

Не смотря на отсутствие каких-либо свободных путей к школе, продуктов по-прежнему хватало на всех. Друзья сказали Нату, что все эти запасы были сделаны заранее, ещё до начала учебного года и хранятся сейчас где-то в подвалах школы. Единственным ощутимым неудобством после произошедшего было периодическое отключение электричества, но Нат темноты не боялся, а потому его это не особо беспокоило. В конце концов, доза таблеток по утрам от этого не увеличится.

–Ну что у вас там с расследованием? – спросила Энни. – Гейб по-прежнему боится свидетелей?

–Если честно, мне уже надоело постоянно объяснять одно и тоже, – обидчиво ответил Гейб. – Но могу сделать это ещё раз. Если кто-то из свидетелей пробол…

–Да все уже давно поняли! – воскликнул Рик. – Поняли, что ты никому не доверяешь.

–Ты бы лучше помолчал, подозреваемый, – ответил Гейб. —Прежде всего, нужно найти у них мотив. Не от хорошей же жизни они убили Альфреда.

–Тогда можем заняться этим прямо сейчас, – предложил Нат, и, не дожидаясь ответа, спросил, – Рик, когда ты познакомился с Альфредом?

Тот отхлебнул кофе.

–Это было летом. В этом году, когда я только сюда приехал. Тогда я, собственно, и познакомился с остальными. Ну, кроме тебя, конечно, – он отпил ещё. – Об Альфреде я узнал от Эрна. Как, собственно, и о других "известных" личностях школы.

При слове "известных" всех почему-то передёрнуло. Нат этому удивился, но спрашивать не стал.

–У тебя были какие-нибудь конфликты с ним? – продолжал Нат.

–Да. Был один.

–Что за…

–Давай потом расскажу. Ладно?

–Но…

–Ладно?!

Нат понял, что задел Рика.

–Хорошо.

Краем глаза он заметил, как Энни погрустнела.

–Ладно, – Нат решил не отвлекаться от темы. – Эрне. Тебе есть, что сказать.

Когда Эрне задали вопрос, он, почему-то, рассмеялся.

–Ч-что? – спросил непонимающий Нат.

Другие от чего-то тоже заулыбались.

–Да просто, – давясь смехом сказал Эрне, – Если я буду рассказывать о своих конфликтах с Альфредом, то на это уйдёт несколько дней. Давай потом, хорошо?

Нат начал сомневаться.

–Хорошо, – ответил он, не став делать замечание. Тут он вспомнил, что сейчас рядом с ним сидит ещё одна важная персона. – Мия. В ночь, когда убили Альфреда, ты какое-то время была с ним. Расскажи пожалуйста, как всё было.

Мия посидела немного в раздумьях, а потом начала рассказ:

–Я, Энни и Альфред были в нашей комнате. Мы играли в карты. Собрались заранее, чтобы Джерри не заметил.

–Когда вы разошлись?

–Где-то в полночь. Альфред вышел из комнаты, обещав вернуться, но, когда прошло около пятнадцати минут, мы решили больше не ждать и лечь спать. «Утром он не появился», —последнюю фразу Мия произнесла почти шёпотом.

–Кто-то ещё знал об этой встрече? – спросил Нат после некоторой паузы.

–Нет. Только я, Энни и Альфред.

–Хорошо. Спасибо за ответ.

–Это нам не поможет, – внезапно подал голос Гейб. Все посмотрели на него. – Альфред мог спокойно кому-то рассказать. Хотя бы тому, кому он полностью доверяет.

–Но таких людей немного. Мия, Энни и…– Эрне осёкся.

–Кто? – спросил Нат.

–Леджер.

Внезапно раздался характерный щелчок, и в зале полностью погас свет. Подача электроэнергии снова оборвалась.

–Этого ещё не хватало, – сказал Хёлле.

–Спокойно. Без паники, – Рик достал из кармана небольшой фонарик. – Надо сходить к рубильнику и включить резерв.

–Я пойду с тобой, —вызвался Нат.

–Ну и я с вами за компанию, – Гейб поставил чашку на стол и поднялся со стула.

–Отлично. Тогда идёмте.

–А нам что делать? – спросил Хёлле.

–Поищите что-нибудь, чем можно осветить зал, – сказал Рик и открыл большую железную дверь.

* * *

Знакомая картина предстала перед Натом уже в который раз. Тени расползались по стенам словно змеи. Акварельные краски пейзажей уже не были такими яркими и представляли лишь жалкую пародию на былую версию. Сам коридор нисколько не преобразился. Но, возможно, так Нату только казалось. Казалось, от того, что походы п школе в полной темноте стали чем-то обыденным.

–Напомните мне, куда мы идём? – спросил Нат.

–На первом этаже есть рубильник, который включает подачу резервной электроэнергии.

–Ага. То есть мы идём туда?

–Именно.

Спустившись по лестнице, они повернули направо, сделали ещё несколько шагов и оказались возле железного шкафчика, висевшего на стене.

–Стоп, – сказал Рик.

–Что? Что-то не так? —спросил Нат.

Рик не ответил. Вместо этого он подошёл к шкафчику, не прекращая светить на него фонарём и… открыл металлическую дверцу.

–Открыт, – подытожил Рик. – Кто-то специально выключил свет.

–Что? – удивился Нат.

–Смотри. Здесь два рубильника. Один отвечает за основную, другой – за резервную подачу, – Нат посмотрел внутрь шкафчика. Всё было так, как сказал Рик. И оба рубильника были повёрнуты вверх.

Рик взялся за правый рубильник и, не без усилий, дёрнул его вниз. Но ничего не произошло.

–Чёрт. Сломался.

Вдруг дальше по коридору послышались чьи-то медленные шаги. Все трое посмотрели туда, откуда шёл звук. Рик направил луч, но, к сожалению, ничего рассмотреть не удалось.

–Эй! – крикнул Рик. – Кто там?

Нет ответа.

–Помогите! Мы хотели включить свет, но…

Нет ответа.

–Может вы поможете?

И снова молчанье.

–Да что его. Может вы наконец…—Рик собирался пойти навстречу незнакомцу, но рука Гейба, упавшая ему на плечо, остановила его.

–Рик. Постой, – в голосе Гейба Нат отчётливо слышал нотки страха. – Это подстава. Нам надо бежать.

Рик посмотрел Гейбу в глаза.

–Чего?

Рик переспросил толи от того, что не услышал, толи из-за нежелания признавать очевидное, однако Нат уже обо всём догадался. Широкими от ужаса глазами он всматривался во тьму, в которой постепенно начал приобретать очертания чёрный силуэт человека, в руках которого блеснуло что-то большое и металлическое.

–БЕЖАТЬ! – взревел Гейб.

Через мгновение медленный темп превратился в быстрый.

* * *

Альфред вышел из комнаты Мии и Энни и отправился в свою, намереваясь потом вернуться обратно. Дойдя до своей комнаты и зайдя внутрь, он столкнулся с убийцей. Тот посредством вскрытия вен убил Альфреда и по неизвестному пути. Затем он зашёл в кабинет Уоллиса, повесил ключ от комнаты Альфреда на место и оставил ложный след в виде ножа, спрятанного в стол Джерреми. Дальнейшие действия неизвестны.

* * *

На часах полночь. За окном гримёрки непроглядная тьма. У Ната Эймона тяжёлая отдышка и серьёзная паника. В глазах всё ещё блестит тот жуткий отсвет фонаря на ноже. В руках оружие держит невысокий, примерно одного роста с Натом, человек, облачённый в чёрный костюм. Лицо закрывает маска. Дальше в памяти всплывал только момент побега.

Неужели они столкнулись лицом к лицу с убийцей Альфреда? Неужели это преступление совершил кто-то из учеников? И самое главное: неужели он знает о том, что их компания взялась расследовать это дело? Если да, то откуда? Может быть, они где-то оставили след? Или же… Нат помотал головой. Мысль о предательстве одного из них никак не помещалась в голове и вызывала сильную боль. На глаза навернулись слёзы.

Раздался тихий скрип входной двери, и в маленькую комнату, наполненную всякими манекенами и париками, с небольшим окном кто-то вошёл. Нат не видел, кто. Он не смотрел на дверь.

–Нат? Всё в порядке?

Гейб. Нат решил не отвечать. Юный детектив подошёл ближе и тоже присел на большой деревянный сундук, на котором сидел Нат.

–Мда… Не думал, что всё обернётся… вот так, – сказал Гейб.

Нат продолжал молчать. Гейб тоже не спешил продолжать говорить.

–Это уже не забава для ума…

–Агата Кристи.

–Что?

–Ты как-то раз читал нам перед сном. Это из "Восточного экспресса".

Гейб посмотрел удивлённо посмотрел на него.

–Ты запомнил?

–У меня способность запоминать то, что не нужно.

Оба улыбнулись. Потом немного засмеялись.

–Как ты думаешь…– начал вопрос Гейб.

–Я ничего не думаю, – ответил Нат, не дав Гейбу договорить.

Его взгляд устремился на улицу, на падающий снег. Они сидели в полной темноте, совершенно одни, а где-то там в огромном лабиринте коридоров пряталось нечто опасное и неизведанное. Словно какое-то существо, притаившееся во время охоты.

–А если подумать? – решил не отходить от темы Гейб.

Нат задумался.

–Альфред вышел из комнаты Мии и Энни и отправился в свою, намереваясь потом вернуться обратно. Дойдя до своей комнаты и зайдя внутрь, он столкнулся с убийцей. Тот посредством вскрытия вен убил Альфреда и скрылся по неизвестному пути. Затем он зашёл в кабинет Уоллиса, повесил ключ от комнаты Альфреда на место и оставил ложный след в виде ножа, спрятанного в стол Джерреми, – ответил Нат. – Дальнейшие действия неизвестны.

–Пока что самая очевидная версия, – разочарованно сказал Гейб. – Но спасибо за то, что высказал своё мнение.

–Ну а ты что думаешь?

Гейб приложил ладонь ко рту и уставился на золотистый парик, лежавший на голове манекена, что валялся в дальнем углу комнаты за дверью.

–Пока ещё сложно сказать, – ответил Гейб после минуты молчания.

–Ну а первое, что приходит в голову? – Нат не собирался отстать просто так. – Мама говорила, что то, что первым приходит на ум – лучше всего.

–В таком случае Альфред и есть убийца, – улыбнулся Гейб, и они оба захохотали вновь.

–Ну а если серьёзно? – спросил Нат, когда смех более-менее отпустил лёгкие и дыхание стало выравниваться.

–Честно?

–Выкладывай все мысли, какие есть?

–Что ж. В таком случае…– Гейб снял свою старомодную кепку, – Выкладывать… нечего.

Нат был удивлён. Удивлён, но почему-то не слишком. Возможно потому, что он знал —, все находятся в таком же шоке, как и он. А в таком состоянии в голову мало что приходит дельного.

–Ну а если подумать?

Гейб вздохнул.

–Он знает, – театральная пауза, – знает о том, что мы его ищем. Готов спорить на что угодно, это он отключил свет.

–Но тогда откуда он знал, что придём именно мы?

–А он и не знал.

–То есть?

–Он отключил свет для того, чтобы все разошлись по комнатам.

Нат вспомнил о правиле.

–И когда бы все ушли…

–…он бы направился к нам и остался бы не замеченным, – заключил Нат. – Но ведь это же странно.

Гейб помолчал.

–Да всё тут, чёрт возьми, странно.

* * *

Они сидели вокруг нескольких горящих свечек, найденных где-то в закулисами. Двери они заперли изнутри, чтобы никто не мог войти. После того, что случилось, все были страшно напуганы.

Один из больших лоскутов ткани, которыми накрывали ящики с реквизитом, они стащили и укрылись под ним. Получилось импровизированное одеяло. Всё, что можно было съесть, было съедено.

Хёлле и Мия кое-как уснули. Гейб и Нат просто сидели, уставившись на крохотное пламя. И только Рик и Эрне что-то рисовали на планах школы, принесённых Эрне сюда заранее. Он надеялся попытаться более точно сложить паззл событий и, видимо, как раз этим сейчас и занимался, а Рик ему помогал.

–Ну? – спросил Гейб.

–Что? – откликнулся Эрне.

–Нашли что-нибудь?

–Ну-у-у…– протянул Эрне, и стало ясно, что дело – дрянь. – Я не могу понять. Если всё было так, как описала Мия, то убийца уже поджидал Альфреда в его комнате. Зачем он тогда взял ключ? Сомневаюсь, что Альфред запирал комнату. Да и к тому же, ключ всего один. Одно ясно наверняка – нож понадобился для запутывания следов. Скорее всего на ключе были отпечатки пальцев или что-то типа того. И ещё кое-что. Как убийца смог незаметно пропасть в комнату Альфреда, если от комнаты каждого из подозреваемых до неё надо пройти минимум несколько комнат? Не слишком ли огромен риск?

Гейб встал и подошёл к Эрне и Рику. Нату тоже стало интересно и он отправился вслед за Гейбом. Тот уже водил карандашом над чертежами этажей школы.

Внезапно грифель остановился прямо над комнатой Альфреда. Гейб нахмурился и стал задвигать чертежи второго и третьего этажей друг на друга.

–Рик, дай фонарь, – попросил Гейб.

Рик послушно дал ему источник света. Гейб посветил на чертежи. То, что предстало их взору, поражало.

–Боже мой, – прошептал Эрне.

–Комната Альфреда находится прямо под кабинетом Уоллиса, – подытожил Гейб.

–Т-то есть ты хочешь сказать?..

–Да. Он мог спуститься по внешней стене.

–Но зачем? Разве не безопаснее было бы пройти по школе?

–Возможно нет.

–Почему?

Гейб медлил.

–Потому что кто-то мог попасться ему на пути.

–И таким образом…– Эрне не двусмысленно намекнул на то, что Гейб должен закончить размышления.

–Таким образом он мог обойти какое-то препятствие. Скорее всего, кто-то встретился с ним во время того, как он шёл в комнату Альфреда, и чтобы избежать второй встречи, он решил пойти обходным путём.

Нат понял, что он ничего не понял. Но в голову к нему таки закралась одна идея.

–Ребят, – Нат решил немедленно высказаться.

Все повернулись к нему.

–Напомните мне, какова цель нашего расследования?

Все удивлённо переглянулись.

–Н-найти убийцу Альфреда. А что? —спросил Гейб.

–Верно – найти! Но ведь это же не значит, что мы не можем…– Нат не договаривал. Похоже, эта компания заразила его любовью к дешёвым театральным эффектам.

–Что?

–…поймать его.

Эта фраза "убила" всех. Гейб, Рик и Эрне стояли с выпученными глазами. Затылком Нат чувствовал, как Энни, Мия и Хёлле, которые до этого момента тихо посапывали, мигом проснулись и принялись испепелять его.

–Гейб.

–Чего?

–Зачем ты заразил Ната своим безумием? – не отрыва безумного взгляда от Ната спросил Эрне.

–Само получилось, – ответил Гейб.

–Да чего вы? – Нат не понимал, как люди, решившиеся на подобную авантюру, не готовы пойти дальше. – А так мы просидим тут до скончания веков и ничего не добьёмся! Ведь вы же ничего не смыслите в произошедшем! Или скажете, что не так?

–Нам нужно допросить подозреваемых, – ответил Гейб. – Тогда мы сможем начать складывать картину. А пока…

–А пока мы сидим здесь без дела, хотя убийца у нас как на ладони! – воскликнул Нат. – Одну ошибку он уже допустил, если так дело пойдёт и дальше…

–Какую ошибку, Нат?

–Такую. Ставлю что угодно, это он отключил электричество. А для чего он это сделал?

–Чтобы расчистить дорогу.

–Верно! А значит…

–Нат, я знаю, к чему ты клонишь! И пожалуйста, больше не напоминай об этом! И без тебя от этих воспоминаний мурашки по коже, – продолжал спорить Гейб.

–Он попытался нас убить, а значит мы действительно представляем для него угрозу! – чуть ли не крича, говорил Нат. – Он нас боится и не просто так!

Гейб молча стоял и, скрестив руки на груди, рассматривал свои ботинки на закрытой шнуровке. По его недовольному лицу Нат понял, что ещё немного, и всё получится.

–Гейб, – тихо обратился Нат, – мы почти у цели. Нам осталось всего ничего. Что толку от того, что мы узнаем, кто убийца, но он давным-давно от нас уйдёт? Нужно действовать. И сегодняшняя ночь – лучший для этого момент.

Нат подошёл ближе.

–Помоги мне, Гейб.

Тот медленно оторвал свой взгляд от шнуровки и посмотрел на Ната. Юноша ужаснулся. Взгляд друга прожигал его насквозь.

–С самого детства я мечтал стать детективом. Сам знаешь, как я обожаю эту тему. Книги, фильмы, загадки… Это моя жизнь, – речь Гейба была настолько пафосной, что Нату казалось, перед ним стоит не двенадцатилетний ребёнок, а герой какого-нибудь сериала или книги, – И я не позволю, чтобы эта жизнь оборвалась из-за того, к чему я стремился.

Нат потупил взгляд.

–Но я не упущу возможность повеселиться!

Нат вздёрнул голову. Гейб стоял перед ним, широко улыбаясь. Точно в каком-нибудь сериале.

–Вы. Оба. Сумасшедшие, – сказал Эрне.

–Ты с нами, – повернувшись, сказал Гейб.

–Да куда я денусь-то? – пожав плечами, сам себя спросил Эрне.

–Никто никуда не денется.

–Ты так думаешь? А то у нас тут есть одна обидчивая персона, – Рик кивнул в сторону Хёлле.

Тот, понимая, о ком идёт речь, моментально сделал рассерженный вид.

–Хёлле! Хватит дуться! – воскликнул Рик.

–Я из-за вас чуть не погиб! – крикнул Хёлле в ответ.

–Как будто бы в первый раз такое происходит, – тихо, чтобы не услышал мальчик, сказал Эрне.

–Ладно, – внезапно сказал Рик.

–Ты что? – шепнул Нат, но Рик молча поднял указательный палец вверх, призывая к молчанию.

–Если ты хочешь тут дальше сидеть и дуться – пожалуйста. Но знай. Если в самый ответственный момент ты нам понадобишься, и мы погибнем, потому что тебя не было рядом – это будет на твоей совести.

С этими словами он оставил Хёлле сидеть, сгорбившись возле свечей, а сам пошёл за чертежами, не подозревая, что эти слова станут для него роковыми. По крайней мере, так думал Хёлле, когда у него на глазах заблестело что-то крохотное, похожее на каплю воды.

Глава вторая: Книги

Нат сидел в гримёрке за столом и рисовал только ему понятные каракули на планах этажей школы. Его отражение в огромном зеркале, висевшем над столом, делало тоже самое. Свет двух свечек отражался от жёлтой бумаги и слегка бил в глаза. То и дело на листах появлялись новые тонкие линии серого цвета. Карандаш постоянно приходилось подтачивать.

У окна сидел Эрне и изучал старые карты школы. Делал он это по совету Гейба. Тот надеялся найти какие-то старые заколоченные ходы или комнаты, где мог прятаться убийца, но, к сожалению, пока никаких тайных комнат обнаружить не удалось. Как и коридоров.

Тем не менее, Нат был счастлив перейти от теории к делу. По крайней мере это хорошо отвлекало и не давало заскучать. Они до сих пор сидели в актовом зале. Электричество по-прежнему отсутствовало.

За окном шёл снег. Деревья не поменяли свой внешний вид, за исключением того, что ещё больше укутались в белые простыни. Земля совсем исчезла под пуховым одеялом. -

Эрне отложил лупу.

–Нет. Я так больше не могу. Я скоро с ума сойду и как одержимый буду прощупывать каждую стену и каждый уголок, – сказал он и повернулся к Нату. – Ну а у тебя что?

Нат тоже откинул карандаш в сторону.

–Есть несколько вариантов того, как его поймать, но…– Нат сделал несколько неопределённых жестов руками, а на лице у него была непонятная гримаса.

–То есть мы практически на том же месте, что и были, – подытожил Эрне.

Нат не ответил. Он виновато перевёл взгляд на выданные ему бумаги и, оценив свои труды, понял, что потратил время в пустую. Он пробежался взглядом по каждой из линий и остановился на комнате Альфреда. Невольно вспомнился приступ, заставший его врасплох в библиотеке.

Библиотека… Библиотека!

Нат вскочил со своего места и, чуть не выбив входную дверь, открыл её и вылетел на сцену. Оттуда выбежал в пустой зал. Громадная ель всё ещё возвышалась в самом центре. Чуть поодаль сидели остальные вокруг нескольких свеч. Кажется, таких осталось всего ничего. Увидев друзей, Нат тут же кинулся к ним.

–Нат, ты чего? – слегка испуганно спросил Гейб.

–Библиотека! – всё, что смог выкрикнуть Нат. Когда до него дошло, что друзья так ничего и не поняли, стал объяснять, – В тот день, когда мы познакомились с Альфредом, в библиотеке он показал мне карту местности! Так вот вас не удивляет тот факт, что школу построили прямо возле старой психбольницей?!

Нат чуть не перешёл на крик. Гейб сидел с круглыми глазами. То ли от удивления, то ли его голова после долгого перерыва вновь стала работать.

–То есть… ты хочешь сказать?..– слова застревали у Гейба в горле.

Нат уже не мог говорить, а потому просто кивнул. Гейб на секунду задумался.

–Рик!

–Да?

–Нужны фонарики! – Гейб встал. – Мы отправляемся в библиотеку.

–Зачем? – удивлённо спросил Рик.

–Нужно кое-что проверить.

Больше Гейб и Нат ничего не говорили. Вместо этого они быстро, почти что, выхватив, взяли фонарики, которые им протянул Рик. Гейб отправился в гримёрку. Видимо, хотел позвать Эрне. Правда, тот уже сам вышел на сцену.

–Какая библиотека, Нат? – спросила Мия. – Зачем вам туда?

–Давным-давно здесь рядом стояла психиатрическая больница. Когда её закрыли, внезапно, рядом с ней появляется школа. Ты не находишь здесь ничего странного?

Мия покачала головой.

–Возможно школу вовсе и не строили! – Мысли Ната опережали скорость речи. – Возможно это просто отремонтированный корпус больницы!

Гейб на пару с Эрне подбежал к Нату, и все трое, за одно позвав Рика, открыв железную дверь, выбежали в тёмный коридор.

* * *

Родные тёмные стены мрачного туннеля вновь встретили Ната, обнимая его гнетущей тишиной.

Они передвигались странным образом: впереди шли Нат и Гейб, освещая путь, а позади спиной вперёд мелкими шажками продвигались Эрне и Рик, стараясь разглядеть во тьме посторонние движения.

–Напомните мне, на кой чёрт нам понадобилась эта карта? – шепнул Рик Нату. – Что с того, что это старый корпус?

–Коротко объяснить не получится. Это нужно видеть, – ответил Нат.

В каждом углу Нату мерещились чьи-то глаза. Каждая тень являлась в образе тёмного силуэта с белой маской на лице. Но Нат старался не обращать внимания. Главное – не паниковать. Иначе случиться то, чего в данной ситуации допустить нельзя ни коим образом. К тому же, рядом с ним друзья, и от этого становилось легче, хоть Нат и знал, что им также страшно.

До библиотеки дошли без происшествий. За исключением того, что на лестнице, ведущей на третий этаж они услышали непонятный звук, но быстро поняли, что это ветер свистит в щелях на стыке стен. Большая дверь с позолоченной табличкой оказалась на удивление открытой, и это не могло не вызвать подозрений, но тем ни менее, скрепив сердце, Нат нажал на дверную ручку, и свет от фонаря смог просочиться в, на удивление, не очень тёмное помещение. Когда они вошли, в памяти Ната всплыли приятные воспоминания о первом дне. Высокий стол, за которым обычно сидела старая библиотекарша, за ним шёл широкий проход в большую комнату. У самой дальней от входа стены располагались стеллажи с книгами. Рядом располагались столы с лампами, а в самом конце зала были удобные кресла, прямо под двумя огромными окнами. Но, как по дороге объяснил Гейб, им нужно попасть в архив, где хранилось ещё больше книг, а вместе с ними и карты. За одной из них они как раз и пришли.

Вход в архив располагался в самом начале стеллажей, что было им на руку. Во-первых, они, в случае чего, смогут увидеть, что происходит между стеллажами в библиотеке. Во-вторых, в случае опасности это будет самый короткий путь отступления.

Почти бесшумно они прошли к открытой двери в архив. Он оказался ещё больше, чем читательский зал. До противоположной стены было как минимум метров девять. Столько же направо, поскольку вход находился в углу зала.

–Так, здесь достаточно светло, так что фонари гасим, – сказал Гейб.

Свет тут же исчез.

–Значит вот что. Мы заходим, берём карту и тихо мирно уходим. Ясно? – спросил Гейб для точности.

–Проблема в том, что карты хранятся в самом конце зала, дальше всего от входа, – заметил Рик.

Нат почувствовал, как сердце пропустило удар. Если всё так, как сказал Рик, то у них большие проблемы. Ведь, в случае чего, из своих ног придётся выжимать всё, что только можно.

–Без этой карты нам никак! – напомнил Гейб. – Нельзя струсить!

Легче сказать, чем сделать. Но Нат понимал, что так или иначе они должны добыть эту карту.

–На счёт три, – сказал Нат и начал обратный отсчёт, – раз… два… три!

Сердце заколотилось, как только они ступили на окутанный тенью пол. Шли вперёд молча и тихо. Но, к счастью Ната, дошли они быстро. Но это были самые мучительные секунды.

Оказавшись возле нужной полки, Гейб и Эрне принялись осторожно проверять скрученные карты, а Рик и Нат сквозь захламлённые книгами ярусы стеллажей пристально следили за входом. Шорох бумаг пугал Ната больше, чем царящая вокруг темнота. А ведь Гейб сказал, что здесь достаточно светло! Но Нату было не до этого. Его взгляд ни на секунду не отрывался от еле заметного вдалеке дверного проёма. В любую секунду там мог появиться тот, кого они, собственно, и искали. Вот только в данный момент ловили, скорее, их.

–Есть! – воскликнул Гейб и достал с полки достаточно длинный, однако не очень большой свёрток. – Пошли.

Нат облегчённо вздохнул и, привстав с колен, аккуратными шагами стал продвигаться к выходу. Мучительные секунды вновь окружили Ната, но, как и в первый раз, достаточно быстро отпустили. Вход становился всё ближе и ближе. Вот Нат уже у самого дверного косяка, на секунду выглядывает в зал и…

Гейб, Эрне и Рик чуть не упали, когда Нат резко развернулся назад и стал заталкивать их обратно за стеллажи. И как только это ему удалось, он одними жестами заставил их пригнуться как можно ниже.

Как только Нат высунул голову в дверном проёме, между полками он заметил, как что-то тёмное и непонятное смотрит прямо на него двумя огромными светящимися глазами. Это нечто притаилось там будто зная, что в архиве кто-то есть.

–Нат, ты…– начал вопрос Гейб, но быстро смолк.

В дверном проёме показалась высокая тень, одетая в аккуратный чёрный костюм с белой маской на лице. Под тканью были едва заметные очертания лица. Человек стоял в проходе и осматривал зал. Нат задержал дыхание. Человек сделал первый осторожный шаг. Из-за спины он достал длинный нож.

Нат повернулся к друзьям. В его глазах они прочитали тот же вопрос, что был у них на уме: что делать? Каждый слышал, как неизвестный приближается к проходу, в котором они спрятались. Времени становилось всё меньше. Вот его тень уже показалась на полу. Из-за торца стеллажа выступила левая нога, а следом за ней показался и её хозяин. Человек в костюме медленно повернул голову и посмотрел в проход.

Никого.

Только пустота встретила его. Однако уходить он не собирался. Всё в том же медленном темпе он зашёл в проход между стеллажами, совершенно не подозревая, что под стеллажом слева от него сейчас находятся три перепуганных до смерти школьника, каждый из которых мысленно молился о том, чтобы их не нашли.

Нат лежал, едва наполняя лёгкие воздухом и смотря на деревянную полку в сантиметре от кончика его носа. Он скосил глаза и увидел, что начищенные до чёрного блеска туфли неизвестного расположились на расстоянии ладони от его лица. До ушей доносился едва уловимый звук вырывавшегося из-под маски дыхания.

Он закрыл глаза и глубоко вдохнул, а когда открыл…

туфель уже не было.

Нат выдохнул от облегчения и принялся вылезать из-под полок. Тоже самое стали делать и остальные. Поднявшись с холодного пола, Нат стал отряхиваться от пыли. Рядом поднялся Гейб.

–Карта? – спросил Нат.

Гейб поднял свёрток.

–Отлично.

Но как только Нат улыбнулся и уже хотел спокойно пойти к выходу, краем глаза он заметил что-то белое, скрывавшееся за соседним стеллажом.

Не понимая, что он, собственно, делает, Нат резко развернулся и толкнул стеллаж. Каким-то непонятным образом друзья почему-то без вопросов помогли ему в этом. Сотни книг повалились на нечто, преследовавшее их. Оно пыталось выбраться из-под завала, а тем временем друзья уже со всех ног бежали прочь из библиотеки.

Выломав деревянную дверь, они на ходу включили фонари и, не оглядываясь, бежали в сторону актового зала.

* * *

Мия и Энни не находили себе места от волнения. Всё произошло так быстро и внезапно, что они не успели даже толком ничего сказать. Друзья отправились в библиотеку ничего не объяснив и не рассказав, и… даже не попрощавшись. Нет. Энни, в гордом одиночестве водившая хоровод вокруг ели, старалась не думать о том, что где-то по школе бродит нечто, в любую секунду способное напасть. С ними всё будет хорошо. Она была в этом уверенна. Вот только где они? Прошло уже около получаса, до библиотеки не так далеко, а их всё нет. Энни помотала головой, пытаясь отогнать дурные мысли, но они только крепче вцепились в её разум. Это причиняло страшную боль, настолько сильную, что Энни хотелось тут же упасть на колени и разрыдаться. Но с ними всё хорошо. Она это знала. И, почему-то, ей становилось легче.

Хёлле по-прежнему сидел перед четырьмя почти догоревшими свечками. Четыре крохотных пламени совсем скоро исчезнут, и они останутся в полной темноте, ведь света больше нет. За окном ночь, свечей больше нет. Если только по одной сжигать маленькие спички, но такая перспектива не нравилась Хёлле. Всё равно что при смертельной жажде давать человеку по капле воды в надежде на то, что они смогут помочь.

Вдруг откуда-то из-за стены послышалось сильное топанье, постепенно прибавлявшее громкости. Все трое повернулись ко входу, и через мгновение стальная дверь распахнулась, и в зал вбежали Нат, Гейб, Эрне и Рик. Все четверо были запыхавшиеся и, судя по лицам, очень напуганные. Дверь захлопнулась, и четыре искателя приключений, прислонившись к стене, сползли по ней, так как ноги уже не держали. В руках у Гейба Хёлле заметил бумажный свёрток.

Мия и Энни подбежали к "героям".

–Где вы, чёрт возьми, были?!– Нат в первый раз услышал, как Мия ругается.

–В библиотеке, – слабым голосом ответил он.

–Почему ничего не сказали?!

Нат ничего не ответил, а просто показал на Гейба. Тот поднял свёрнутую карту.

–Надеюсь, это того стоило, – устало промолвил Эрне.

Гейб развернул свёрток. Нат взглянул на записи. Смешанные чувства нахлынули на него. С одной стороны, он был рад тому, что его теория подтвердилась. Но с другой…

Мия и Энни тоже посмотрели на карту.

–Боже мой, – сказала Мия и приложила ладонь ко рту от страха.

На карте условно были отмечены здания: одно – старая психиатрическая больница, второе – нынешняя школа. Так думал Нат. Но на карте чёрным по некогда белой, но теперь пожелтевшей от времени, бумаге были отмечены два корпуса больницы, а между ними лежал подземный ход, протяжённостью около двухсот метров.

Нат смотрел на кривую линию, обозначающую туннель.

–Я знаю, как его поймать.

Глава третья: Ключ

Туман. Вокруг сплошной туман. Среди его пелены кое-где проглядывались уже почти привычные пошарпанные обои стен школы, местами протёртый до самого паркета ковёр и потрескавшиеся картины, пристально смотревшие глазами нарисованных людей, которым Нат, почему-то, не доверял. Стоять и караулить процесс вскрытия двери кабинета директора ему пришлось впервые, и уже после минувших пяти минут со старта он, понял, что ему предстоят несчастные семь-восемь кругов ада. Глаза так и норовили закрыться. Нат уже не помнил, когда в последний раз спал. И что самое худшее, Гейб, по всей видимости, со вскрытием не спешил. Во многих фильмах про шпионов, секретных агентов и прочих нереальных героев кинокартин замки открывались как только к ним подносили шпильку, но только тогда, когда её в руках держал опытный профессионал. Сейчас же она находилась у обыкновенного школьника двенадцати лет от роду. Разумеется, при подобном раскладе, это затягивалось больше, чем на одно или два мгновение. Эрне то ли терпеливо, то ли сонно наблюдал за происходящим, прислонившись к стене.

–Как вы думаете, они на нас злятся?

Разумеется, он спросил об Энни, Мию и Хёлле.

–Конечно, – ответил Рик. – Только представь себе. Отправиться ночью зимой в подвал, где полно червей пауков и ото всюду несёт плесенью!

–А ещё чего ни тронь, всюду грязь и сажа, – добавил Гейб.

–Ага.

Нат слушал этот разговор без какого-либо интереса. Он мечтал поскорее найти ключ от туннеля, разобраться с преступником и свалиться в постель, не поднимаясь с неё до самого Рождества. До праздника, к слову, оставалось всего ничего, а они даже ёлку до конца не нарядили. Воспоминание о незаконченном деле несколько расстроило Ната.

Внезапно за спиной раздался победный щелчок, и дверь с лёгкостью открылась.

–Уоллис, похоже, прочухал, что в его кабинете кто-то шарил, и сменил замок. По-другому объяснить то, что…

–Давай приступим к делу, ладно? – прервал размышления Гейба Рик, который, как и Нат, был готов тут же упасть и провалиться в глубокий сон.

Юный детектив был несколько озадачен, но быстро отошёл от непонятного чувства и принялся, как и остальные, в очередной раз крушить кабинет директора.

Первым делом они заглянули в шкаф с ключами, но, как и предполагалось, ничего не нашли. Затем осмотрели всевозможные уголки и закоулки, где могли располагаться тайники, но снова безуспешно. Наконец они решились на отчаянный шаг и попытались открыть сейф, стоявший в комоде с одеждой, но тут Гейб и шпилька были бессильны.

–Да где же он его припрятал? – в отчаянии спросил Гейб, заведомо зная, что не получит ответа.

–А что, если… ключ не у Джерри?

–Что?

–Ведь сами подумайте, – размышлял в слух Нат, – Что, если убийца прячется в старой больнице? По улице он добраться до неё ни мог в любом случае, значит…

Повисла кратковременная тишина.

– Ключ у убийцы.

Все стояли и молчали. Никто не знал, как дальше продолжать разговор. Ни у кого даже не было мыслей о дальнейших действиях.

–Н… ну а попробовать вскрыть дверь можно? – спросил Рик.

–Сомневаюсь, – ответил Гейб. – Даже если замок цел, нельзя быть уверенным в том, что он не заржавел.

–Но тогда получается, что убийца так же не мог открыть дверь, пусть и с ключом.

Гейб не ответил. Он просто стоял несколько секунд смотря на пол, потом окинул взглядом присутствующих, а затем сделал несколько тихих и ровных шагов, уселся в кресло директора и обмяк в нём. Следом на пол опустился Рик. За ним Эрне.

Нат подошёл к окну. Там, за стеклом, не было видно ничего, поэтому он закрыл глаза, и представил, что снова стоит возле тюля своей родной скважины, соединяющей его с жизнью, кипящей на Дабл-стрит. Вот мимо пробежал Оливер, догоняющий своего терьера, чуть поодаль проехал чей-то автомобиль, а из противоположного окна выглянула как всегда угрюмая госпожа, имя которой Нат постоянно забывал. Всё вокруг было настолько реалистичным и правдоподобным, что ему показалось, будто он и впрямь находится дома, в Ноттингеме, одиннадцатом доме по Дабл-стрит.

–Нат!

Нат открыл глаза и обернулся. В дверях его комнаты стояла мама.

–Нат, ты скоро? Мы опаздываем!

–Сейчас!

Он слез с сундука, на который всегда забирался, когда хотел посмотреть на виды улицы, и выбежал в коридор. Кэндис уже давно скрылась на лестнице, ведущий на первый этаж, в гостиную. Нат принялся её догонять. Он добежал до лестницы, спустился на первый этаж и побежал по поляне, полной различных цветов и кустарников. Воздух здесь был невероятно чистый и свежий, скорее всего от дождя, идущего своей размеренной походкой по небу. Капля за каплей стремительно падало на ещё недавно сухую траву. В дали показалось дерево. Нат решил пойти к нему. Странно. Изначально казалось, что дерево находится достаточно далеко, но стоило сделать пару шагов, и вот он уже стоит перед дверью, ведущую в гостиную.

– Нат?

Нат остановился.

Только не это!

Он медленно обернулся. Теперь вместо одного дерева его окружала целая чаща из, кажется, дубов или сосен. Между ними проглядывали чьи-то тени. Нат, уже догадывался, чьи.

–Нат?

Нет. Хватит. С него достаточно!

–На-а-ат?

Между деревьями пробежала чья-то тень.

–Нат?

–Прекратите! – крикнул Нат, зная, что его не услышат.

–Нат? Тебе страшно?

–Нат?

–Нат?

Терпение Ната лопнуло. Он сделал первый маленький неуверенный шаг, за ним другой, по уверенней, а с третьего уже бежал с занесённым кулаком, готовым уничтожить эти надоедливые галлюцинации. Вот он почти вплотную приблизился к тени, замершей в ожидании чего-то между двумя могучими ветвями. Осталось несколько шагов. Нат приготовился к удару и…

* * *

…раздался громкий звон бьющегося стекла. В глазах у Ната потемнело, по голове разлилась невыносимая боль. Правда, он её чувствовал не больше секунды, так как почти сразу потерял сознание от нанесённого Риком ударом бутылью. Из разбитого сосуда сразу вытекла жидкость цвета бронзы и с резким запахом спирта. Обыкновенное виски.

–Чёрт, – выругался Рик, выронив из правой руки то, что осталось от горлышка.

–Какого хрена только что…

–Давайте потом будем задавать вопросы. Сейчас нам надо отнести его в подвал и перебраться в больницу, – не теряя благоразумия, сказал Гейб.

–И как мы это сделаем? Ключа-то у нас нет!

–Узнаете, когда будем на месте, – ответил детектив, поднимая бессознательного Ната за руки.

* * *

–Где. Вы. Были. Мать вашу! – мёртвым как ужас тоном спросила Мия. – Почему Нат без сознания? Что случилось? Почему от вас несёт, как от заядлых алкашей?

–Ты знаешь, я хочу спросить то же самое, – с иронией в голосе ответил Гейб, затаскивая Ната в подвал.

Как они и предполагали, место это было отнюдь не из приятных. Здесь было много старого и не нужного хлама, грязи и непонятных вещей, когда-то служивших школе.

–Так, – сказал Эрне, призывая к тишине и разворачивая карту. – Судя по планам, туннель ведёт сюда.

–Ага. А куда конкретно?

Эрне сделал полуоборот вокруг своей оси, раз в мгновение поглядывая на чертёж, и остановился, пристально смотря на древний платяной шкаф.

–Вот.

Шкаф упорно не поддавался передвижению, но спустя несколько минут и пару потраченных нервов они таки смогли сдвинуть его с места, после чего в стене наконец-то показалась злополучная дверь.

–Ну? – спросил Эрне у Гейба. – И как ты собираешься её открыть?

Тот осмотрелся, отошёл куда-то в угол, порылся в слизи и куче наваленных друг на друга предметах и достал достаточно длинную железную трубу.

–Советую зажать ушки, – сказал он с улыбкой и, не дождавшись, когда друзья приготовятся, с разбегу ударил трубой по двери.

Оглушительный звук, за ним лёгкий скрип, и вот удар, пришедшийся прямо на замок, становится спасительным ключом. Гейб отбросил трубу, потёр руки друг о друга и посмотрел на друзей. Те дали одобрительный кивок. Гейб осторожно взялся за дверную ручку, нажал на неё и двинул от себя. Дверь тихонько открылась. За ней их встретил длинный, наполненный тьмой, проход, из которого доносился лёгкий шум летнего ветерка.

– Вперёд, – шепнул Гейб.

Глава четвёртая: Снег

Одиннадцатый дом по Дабл стрит был довольно знаменит на этой улице. Хоть он и не отличался какими-то внешними особенностями, все, кто жил рядом, старались обходить его стороной. В особенности последнее время. Дело в том, что та странность и таинственность этого дома, в частности, его обитателей, совершенно неожиданно испарилась.

Мистер Эймон стал более приветливым и открытым, он перестал с подозрительностью относиться к соседям, от чего те немало удивились. Миссис Эймон возымела привычку чаще появляться на улице. Обычно её можно было встретить на крыльце своего дома с чашкой чая в руках.

Но все эти изменения меркли по сравнению с самым главным – Натан Эймон, центральная «звезда», приковывавшая к себе несчётное количество излишнего внимания, в один прекрасный день просто исчез. Крики из окон прекратились, а сам Нат больше никак не показывался. Это не только насторожило, но и даже в какой-то степени напугало обывателей улицы. Ведь ни родители, ни полиция не подавали виду и притворялись, что всё хорошо.

Особенно это вызывало неподдельный интерес у господина Стенлона, большого любителя следить за теми, кто населяет улицу. Господин Стенлон представлял из себя пожилого мужчину шестидесяти трёх лет, со всегда выпученными глазами и горбатым носом, из-за чего все предполагали, что он – еврей, что было, от части, правдой. Жил он прямо напротив дома Эймонов, а потому с обзором их, на первый взгляд, нисколько не приглядного домика, не было никаких проблем. Зачастую он наблюдал за «припадками» Ната, которые в определённой мере доставляли ему удовольствие от собственного превосходства над несчастными соседями. Периодически семья в полном составе отправлялась невесть куда, и мистер Стенлон с нетерпением ждал их возвращения. Довольно часто, а точнее всегда, эти походы заканчивались очень скучно по меркам Стенлона, и он каждый раз разочарованно занавешивал своё окно, как только Этимоны скрывались за своей входной дверью.

Однако после исчезновения Ната мистер Стенлон практически не отходил от единственного в своём доме более-мнее чистого окна и непрерывно наблюдал за происходящим снаружи. Жизнь текла своим чередом и ничего подозрительного не случалось. В прочем, старик был уверен: однажды эта сладкая сказка превратиться в ширму, закрывающую реальность, и что в один момент эта ширма наконец спадёт, обнажая все самые грязные тайны, скрывающиеся за ней. И такой момент настал.

Был холодный зимний вечер. За окном неспеша падали снежинки. На соседних домах сияли рождественские гирлянды. Мистер Стенлон сидел в своём привычном кресле с чашкой горячего глинтвейна в руках и, как обычно, наблюдал за тем, что творится в доме Эймонов. Миссис Эймон, или просто Кэндис, сидела на кухне и, по всей видимости, что-то вязала. Стенлон отпил глинтвейна. Миссис Эймон ему всегда казалась какой-то странноватой, но он никак не мог понять почему. На вид это была самая обычная женщина, чей возраст уже вот-вот приближался к, что называется, кризису средних лет, однако мужчина чувствовал он, что кроется в ней какая-то непонятная чертовщина. К дому подъехал чёрный автомобиль. Марку Стенлон никак не мог разглядеть. Из машины, как и всегда, вышел мистер Эймон, но сделал он это не как всегда. Почти бегом он подошёл к двери и, трясущимися руками, открыл её. Дверь захлопнулась, оставив после себя в прохладной тишине громкий след. Стенлон почувствовал, как внутри него разогревается неподдельный интерес, он отпил ещё глинтвейна, чтобы любопытство уж точно не погасло. Кэндис сначала в своей привычной неторопливой манере встала из-за стола и уже, как думал Стенлон, собиралась спросить мужа о прошедшем дне. Но, увидев его беспокойство, спросила о чём-то совершенно другом. Дальше их разговор стал неразборчивым, так как супруги исчезли из виду. Однако через пару минут снова стали мелькать в окнах, теперь уже всего дома, кажется, что-то собирая. Стенлон с нетерпением ждал продолжения. Спустя несколько минут, молодая пара вышла из дома. Оба были, кажется, напуганы. Не желая оставлять всё как есть, мистер Стенлон взял свою трость, встал из кресла и, не надевая ничего тёплого, вышел из дома.

Эймоны сновали вокруг автомобиля, то ли что-то укладывая, то ли упаковывая. Мистер Стенлон хромой походкой медленно подошёл к ним.

– Что-то вы поздновато собрались! Вы хоть на часы-то смотрели? – крикнул он.

– Ох! Ну конечно! Добрый вечер, мистер Стенлон! – ответил мистер Эймон. – Вы, как всегда, за нами следили! Много увидели?

– Достаточно, чтобы сходить узнать подробности!

Мистер Эймон захлопнул багаж.

– Что ж. Если вы хотите знать подробности, то это не к нам!

– Да? Интересный вы господин, мистер Эймон! К кому же мне обращаться как не к…

Он не успел договорить, так как мистер Эймон схватил его за ворот домашнего свитера и прижал к крыше автомобиля. Кэндис хотела вскрикнуть, но решила не наводить панику и просто ахнула.

– Запомни раз и навсегда! Ты – старый, мерзкий, вонючий слизняк! Если я узнаю, что ты хоть раз с этого момента сунул свой паршивый нос не в своё дело, я буду первым, кто сделает всё, чтобы ты понёс наказание! Ты это понял?! – всю эту угрозу Эймон произносил сквозь стиснутые зубы.

Мистер Стенлон хоть и стонал от боли, но всё же смог из себя кое-как выдавить положительный ответ. Услышав его, мистер Эймон отпустил старика, жестом приказал супруге садиться в машину, а сам сел за руль. Кэндис быстро повиновалась. Пока машина отъезжала и весьма быстро скрывалась из виду, мистер Стенлон стоял в одних тапочках на толстом слою снега и держался одной рукой за горло. Вторую занимала трость.

Хоть Эймоны и уехали достаточно быстро, старик всё же успел сделать то, что планировал достаточно давно, но всё забывал исполнить при удобном случае. А именно уточнил марку их семейного автомобиля.

Мистер Эймон ездил на…

* * *

Кэндис сидела на переднем кресле авто и не могла сосредоточиться на каком-нибудь предмете от волнения. Страшные, даже ужасные мысли одолевали её. Стен так и не успел ей всё рассказать, а во время пути, да и тем более в таком стрессовом состоянии она не рискнула расспросить мужа. Сердце сдавливало все внутренности.

Пейзажи за стеклом промелькивали быстро, но чувство приближения к цели так и не появлялось. До места назначения было прилично, и Кэндис радовалась, что Стен выжимает из скорости всё, что можно.

– Так… что там было? – спросила она осторожно.

Стен вздохнул. Кэндис поняла, что он не хочет ни о чём говорить. Женщина собиралась снова отвернуться к стремительно утекающим куда-то за спину заснеженным деревьям, как вдруг…

– Кэндис…

Она посмотрела на него. Стен называл её по полному имени только когда был крайне серьёзен.

– Да?

Он набрал воздуху.

– Скорее всего, когда мы приедем… нас будут ждать… плохие новости. Очень… плохие.

Стен говорил чётко и тихо.

– Я говорю это к тому, чтобы…

– Да?

Пауза.

– …чтобы ты была готова ко всему.

Он посмотрел на неё. Долго он, конечно, удерживать взгляд на Кэндис не смог, так как дорога требовала к себе большего внимания, а потому он отвернулся. Она обняла его ладонь двумя своими.

– Я постараюсь, – сказала она. – Обещ…

– Тшш, – он её прервал. – Не надо… обещать.

Она сначала насторожилась, но потом поняла.

– Хорошо.

До конца поездки они молча держались за руки.

К месту назначения пара добралась поздно ночью, и, если бы не зима, возможно бы начало светать. Остановиться пришлось в метрах ста от ворот школы, так как всё было заметено снегом. Кроме них у школы расположились несколько карет скорой помощи, что немало насторожило Кэндис. Гостей встретил как всегда холодный нрав Джерри Уоллиса.

– Стен, – Уоллис протянул руку для приветствия.

– Джерри, – мистер Эймон быстро ответил на рукопожатие. – Надеюсь, у вас тут ничего не случилось.

– Если бы ничего не случилось, я бы не вызвал тебя так поздно.

– Да, – Стен понял свою оплошность. – Конечно.

– Идёмте.

Но Кэндис не двигалась с места. Её взгляд поймал носилки, на которых везли мальчика лет девяти. Как поняла Кэндис, мальчик был без сознания. Рядом с ним шли врачи и родители. По крайней мере, это были люди, которые больше всего подходили на роль родителей бедняги.

– Кэндис, идём! – позвал Стен.

Женщина нашла в себе силы справиться с миллисекундной паникой и пойти в след за Джерри.

Шли долго. Пробираться сквозь рыхлый снег было тяжко. Всю дорогу молчали, супруги даже боялись спросить о произошедшем. Ведь была велика вероятность того, что их страхи оправдаются. Особенно их страх усилился, когда Джерри повёл их не к школе, а куда-то в сторону. Эймонов это насторожило, но спросить они так и не решились. Наконец все трое пришли к тёмному, мрачному месту, которое только и освещалось фонарями спасателей. Это было огромное заброшенное здание, которое, кажется, претерпело недавний пожар, судя по обуглившимся каменным стенам и деревьям, росшим неподалёку.

Завидев «главного», один из членов спасательной группы подошёл к Джерри.

– Нашли? – спросил Уоллис.

Молодой парень, одетый в форму спасателя, согласно кивнул.

– И-и-и… как?

После этих слов спасатель почему-то косо посмотрел на Эймонов, затем снова на Джерри и легонько кивнул в сторону прибывших. Джерри сразу превратился из бесчувственного и холодного в… сочувствующего?

– Хорошо.

Парень ушёл, а Джерри посмотрел на Эймонов.

– Идёмте.

Стен сильно запаниковал, когда отчётливо услышал в голосе друга нотки неуверенности.

Кэндис рассматривала окружавших здание людей. Здесь было множество врачей, спасателей и других служителей безопасности. Но кроме них также присутствовали и обычные граждане. Они-то и настораживали её.

К ним подкатили носилки, на которых явно кто-то лежал. Он или она был невысокого роста и, что самое ужасное, накрыт белоснежной простынёй. Джерри взялся за край покрывала у изголовья.

– Примите… мои…

Терпение иссякло. Стен не дал ему договорить. Он выхватил белую ткань из руки Уоллиса и сорвал с носилок.

В тот миг для семьи Эймонов, наверное, весь смысл жизни прекратил своё существование. Кэндис хотела разрыдаться, но вместо этого в немом отчаянии закрыла рот ладонями. Из глаз полились слёзы. Солёные капли ударялись о землю, создавая пугающую мелодию. В ушах сердце отбивало ритм.

На носилках лежало тело. Холодное, бледное как лёд. Веки опущены, рот слегка приоткрыт, обнажая молочные зубы, а волосы растрёпаны и местами залиты кровью. Стэн и Кэндис Эймоны всячески отказывались принимать увиденное, но, тем не менее, в какой-то момент сдались.

Это был их сын. Их единственный сын. Мёртвый.

Натан Эймон был мёртв.

Глава пятая: Имя

Эрне стоял перед зеркалом и безразлично смотрел в глаза самому себе. На нём был отутюженный пиджак, одетый поверх белоснежной рубашки. Ворот словно виселичной петлёй охватил тёмно-синий галстук. Чёрные брюки были подпоясаны, но полы пиджака пояс закрывали. Из-под классических чёрных туфель выглядывали серые чулки. Серые волосы причёсаны, очки протёрты до блеска линз. Если бы в таком виде Эрне увидели на улице, то приняли бы за прилежного ученика какой-нибудь авторитетной школы. Отчасти это так и было, но до прилежного юному авантюристу, прячущемуся за внешностью, было далеко.

Эрне в последний раз оценивающе на себя посмотрел, понял, что не испытывает ничего, и отошёл от зеркала. До отъезда было ещё долго, поэтому он подошёл к своему любимому креслу и всё так же безразлично осмотрел комнату. Здесь, как всегда, царил полных хаос. Стол давным-давно служил магнитом для вещей, что называется, разделённого мнения. Родители считали, что всё это – бесполезный хлам, а Эрне противился и заявлял о невероятной пользе иногда даже ему самому неизвестных предметов. У стены, под одним из высоких окон, стояла кровать. За ней как раз тот самый письменный стол. Следом – кресло Эрне, так же под чуть ли не всегда открытой форточкой. Свежий воздух всегда вдохновлял мальчика на различные мысли, но сейчас голова, как и сама душа, так болела, что ничего не хотела думать. Да и Эрне сам-то не очень пытался. Он посмотрел на часы, украшавшие правую руку. Половина первого. За окном привычные дома соседей, небо пасмурное, воздух тянет запахом дождя.

В дверь постучали. Мгновение спустя её кто-то открыл. Этим кто-то была мама Эрне.

– Эрне. Пора.

– Да, мам, – тихо ответил мальчик.

Дверь закрылась, и Эрне встал. Перед выходом он ещё раз окинул взглядом комнату. На этот раз с налётом лёгкой печали. Тут его голову посетила одна мысль. Эрне посмотрел на старинный шкаф, стоявший в самом тёмном углу. Открыв его, он моментально нашёл нужную полку и без какого-либо труда смог взять свою самую ценную вещь – тонкий белый квадратный альбом без названия с пластинкой внутри.

Из дома вышли без пятнадцати час. Пасмурность окончательно решила подстроиться под царившее настроение и выпустить лёгкий дождь на свободу. Машина отца стояла прямо перед домом, а потому капли не нанесли ощутимого урона сухости.

Эрне обожал ездить по городу, особенно в дождь, и, надо отметить, сейчас такая долгая и размеренная поездка принесла некоторое успокоение. В машине тихо. Папа не стал включать радио. В голове у всех и так играло печальное пианино. Мама, как и Эрне, смотрела в окно. Родители расположились на передних местах, Эрне отправился на задние. Рядом с ним, на одном сплошном кресле, лежали цветы. Белые. Кажется, хризантемы. Эрне никогда не разбирался в цветах и всегда их путал.

Они проезжали мимо парка, куда Эрне всегда отправлялся на прогулку. В дождь там было очень красиво: до того сухие кроны деревьев теперь выставляли на показ каждый мокрый лист, а земля под ногами становилась мягкой. Сейчас там никого не было, и мальчика так и потянуло вновь пройтись там, вдохнуть этот приятный запах свежести и… Но не сегодня. Не сегодня.

* * *

Кладбище ничем ни отличалось от обычных скверов или парков. По крайней мере, так считал Эрне. Здесь было тихо, уютно и спокойно. Но каждый раз сюда приезжая, Эрне испытывал угрызения совести. Он помнил, как однажды видел здесь мистера и миссис Эймон – родителей Ната. Помниться, тогда, он сделал всё, чтобы те его не нашли. И удалось. В противном случае, Эрне не представлял, как посмотрит в глаза тех, чей сын умер по его вине. Вот и сейчас он шёл осторожно, каждую секунду озираясь по сторонам. К могиле он брёл один. Родители в это время отправлялись куда-то по своим делам. Зимой и весной приезжать сюда было не из приятных ввиду погоды, но ни смотря ни на что, Эрне всегда появлялся здесь каждое шестое число месяца. Сейчас был июнь. Ровно полгода прошло с той страшной ночи.

Среди множества надгробий показалось то, которое он узнает издалека. Эрне подошёл почти в плотную и встал перед могилой. Страшная надпись поприветствовала его.

– Привет, – сказал он, а затем продолжил с усмешкой. – Ты всё здесь? Тебе не надоело?

Осознав, что он делает, он прибавил:

– Прости. Просто тебя всё нет и нет, и мы ждём… когда… когда же ты вернёшься.

В ответ тишина.

– Знаешь… Хоть мы и были знакомы всего ничего, я… скучаю. За то время, что мы учились вместе, я успел привязаться.

Пауза.

– Я помню, Мия как-то сказала… что ты псих. Признаться, я почти в это поверил, но ты… был… – вздох, – Прости. Не знаю, что сказать. Я знаю, что ты злишься и ненавидишь нас всех. И это правильно. В твоей смерти виноваты мы. Боже, что я несу?

Эрне замолчал. Мысли в голове путались, а потому сконцентрироваться на чём-то конкретном было сложно.

– Но у меня есть просьба. Всего одна. Прояви свою фантазию. Будь… пожалуйста… живым.

Слёзы катились по лицу. Эрне вытер их рукавом. Затем положил цветы. Вместе с ними пластинку.

– Не знаю, как ты относишься к музыке, но там, где ты сейчас есть, должно быть, очень скучно. Вот я и подумал, что это скрасит тебе время. – Печальная улыбка, – До встречи, Нат.

Развернувшись, он пошёл в обратную сторону.

* * *

Он наблюдал за процессией погребения от начала и до конца, стоя рядом с одним из надгробий. На похороны пришло достаточно людей. Снег в тот день выдался во истину густым и обильным, что позволяло оставаться незамеченным. Ему было искренне жаль мальчика. Да, они были врагами, но он ни за что не пожелал бы ему смерти. Ни за что.

Гроб опустили. Пришедшие стали расходиться. После похорон у могилы остались только самые преданные друзья Ната, и, к сожалению, самые заклятые враги незваного гостя: Энни, Эрне, Рик, Хёлле и, конечно же, Гейб. Те, из-за кого и случилась эта трагедия. Те, кто по-настоящему должен чувствовать вину. Если бы они не вмешались, то Нат бы не погиб. Но тем не менее, незваный гость испытывал некое отвращение к самому себе. Ведь это же его они хотели поймать в той заброшенной больнице. От этих мыслей ему становилось дурно.

Он осторожно пошёл к выходу с кладбища, оставив плиту, возле которой стоял, на едине с именем, высеченным на ней:

«Альфред Дэвенпорт».

Content

Райт Дилан Дом на распутье: Нечто [litres самиздат]

Глава первая: Визит

Глава вторая: Книги

Глава третья: Ключ

Глава четвёртая: Снег

Глава пятая: Имя