Стожкова Нина

Интуиция Кикиморы

Эта история случилась лет десять назад. С тех пор несколько раз поменялись компьютерные программы, значительно выросла мощность самих компьютеров, вместо дискет давно уже используются флешки и другие современные носители. Правила бухгалтерской отчетности тоже серьезно изменились, контакт между клиентом и фирмой давно происходит в режиме он-лайн, а «серые» зарплаты, к счастью, выдаются все реже и реже. Однако человеческая природа и характеры людей в целом остались прежними. Человечество за последние десятки тысяч лет вообще изменилось мало и, похоже, меняться не собирается.

Странный человек появился в фирме «Баланс Надежды» в пятницу вечером. Черное кашемировое пальто с поднятым воротником и чёрная шляпа, глубоко надвинутая на лоб, выглядели слегка театрально, а странное узкое лицо, такое бледное, словно его намазали клоунским гримом, довершало демонический облик незнакомца.

– Готов ли мой отчёт, Надежда Петровна? – спросил вошедший с порога низким глухим голосом.

«Ой, к Моцарту незадолго до смерти тоже приходил «Черный человек»! Реквием заказал. Композитор не успел его закончить и умер…

Надежда вспомнила рассказ училки по музлитературе, поразивший в детстве ее воображение, и невольно поежилась. – Да что это я! – усилием воли женщина стряхнула наваждение. – Очередной отчет в налоговую – это не музыка гения, божественная и неповторимая. Кому нужны скромные цифры в отчете этого красавчика… кроме разве что налогового инспектора?».

– Извините, господин Кадо, – улыбнулась она, украдкой заглядывая в документы и уточняя фамилию незнакомца. – Вам не стоило утруждать себя. С недавних пор мы общается с клиентами по электронной почте. Я обещала подготовить ваш отчет к понедельнику, и, разумеется, слово сдержу. Сегодня, если не ошибаюсь, только пятница.

– Пятница, – подтвердил незнакомец. – Но я… Прошу вас, мне необходимо получить документы именно в субботу. Естественно, особые условия – срочность заказа и работа ваших сотрудников в выходные дни – будут оплачены дополнительно. Кстати, я уже перечислил аванс – это 75 процентов от стоимости заказа. Вот платежка…

– Сейчас проверим, пришли ли деньги, – сказала хозяйка фирмы и позвонила помощнице.

– Да, деньги поступили, – уже по-другому, не дежурно, а лучезарно улыбнулась Надежда клиенту через несколько секунд. – Что ж, ваши особые условия мы выполним. В порядке исключения.

– Значит, до завтра.

Господин в черном торопливо и несколько старомодно поклонился и вышел из кабинета…

– Да, Надежда Петровна, хорошо, Надежда Петровна, до свиданья, Надежда Петровна.

Даша бросила трубку на рычаг и всхлипнула. Дрожащими пальцами она нашарила в сумочке пачку сигарет, вызвонила в курилку подругу Люсю и выбежала из приемной.

–Люсь, представляешь, опять в субботу выходить! Кикимора сказала, что приедет серьезный клиент…Вечно эта стерва найдет предлог, чтобы припахать в выходной, – шептала подруге Даша, с трудом прикуривая от ее зажигалки. – А что? – продолжала она со слезами в голосе. – Хозяин – барин. Вернее, барыня. Помощница для Кикиморы вообще не человек. Раньше хоть профсоюзы были. Представляешь, тогда за работу в выходные и праздничные дни платили в двойном размере! Теперь же чуть что – всего хорошего. Мол, за дверью очередь стоит из тех, кто готов вообще без выходных пахать. А моя зарплата, дескать, и не снилась университетскому профессору. Да хоть бы и так! Профессор-то свое давно отгулял. А когда я буду личную жизнь устраивать? На пенсии? До нее здесь вряд ли дотянешь. Еще парочка таких «черных» суббот, и Гарик меня «уволит». Мужик всю неделю пашет с девяти до восьми, имеет право хотя бы в выходные расслабиться, поесть чего-нибудь вкусненького, домашнего и не вникать в мои трудности.

– Вот-вот, а все из-за того, что законные места деловых мужиков в последнее время заняли дамочки вроде нашей Кикиморы, – поддакнула Люся. – Тоже мне «бизнес-леди»! Замашки обычной торговки с рынка. Носится с утра до ночи на джипе, орет по мобильнику, сотрудники ее ненавидят, муж боится, а дети стараются вообще на глаза не попадаться, впрочем, они уже большие, сами справляются. Понятное дело, нашей грымзе в субботу в офис притащиться не в лом: водитель привезет. Не говоря о том, что дома помощница все и приготовит, и подаст, и приберет…

– Ясное дело, – с готовностью подхватила Даша. – А вдуматься – чем она лучше нас? Тощая, нескладная, нос утюжком… Могла бы и укоротить при таких-то деньжищах. Говорят, на заре перестройки она на рынке торговала. Кофточками, которые сама же и шила. Эти ее самопальные блузки зрительно увеличивали женскую грудь, поэтому шли нарасхват. Еще говорят, что квартиру какой-то своей дальней родственницы, доставшуюся ей в наследство, сразу же продала, а на эти деньги нашу фирму и еще парочку других открыла. С тех пор за каждую копейку дерется, чтобы вложенные денежки отбить. А нас, словно фрукты на сок, отжимает на все сто процентов!

Фирма «Баланс Надежды», которой владела Надежда Петровна Перова, оказывала срочную бухгалтерскую помощь частным компаниям. Например, если у кого-то заболел или внезапно уволился главбух, а через неделю надо сдавать годовой баланс или очередной отчет в налоговую. Или вдруг налоговая инспекция в ходе камеральной проверки велела уточнить какие-то цифры в отчете. Что греха таить, изредка заказчики просили и о более деликатных вещах, поскольку в то время зарплату во многих фирмах выдавали в конвертах, и баланс надо было сводить без учета этих левых «гонораров». Бухгалтерские «зубры», перекупленные Перовой в других организациях, рьяно вгрызались в бумаги. Как говорится. ничего личного, только работа. Деньги Надежда им платила немалые, но и требовала от спецов по полной программе. Им вменялось в обязанность укладываться в жесткие сроки, оговоренные с клиентами, и держать язык за зубами. Тех, кто не успевал сдать работу вовремя, хозяйка фирмы увольняла без сожаления. В «Балансе Надежды» работа в выходные и в праздники считалась обычным делом. Не удивительно, что почти все сотрудники тайно мечтали о более спокойном местечке (разумеется, за такие же деньги) и за глаза обзывали хозяйку Кикиморой.

Справедливости ради надо заметить, что это прозвище Надежде Петровне совсем не шло. В свои тридцать с хвостиком Перова была дамой весьма эффектной. Хрупкая, сероглазая, с длинными волосами, искусно подкрашенными в несколько золотистых тонов… Разве что нос слегка великоват, но этот недостаток даже придавал даме своеобразие, отличая ее от одинаковых, словно близняшки, героинь глянцевых женских изданий. Многие клиенты при первом знакомстве жестоко обманывались, решив, что к внешности Барби автоматически прилагаются наивность и мягкость. Кое-кто даже поначалу надеялся, что хозяйка фирмы – чисто декоративная фигура, жена или любовница истинного владельца предприятия, что с ней легко сторговаться и сбить цену за эксклюзивные услуги. Вскоре такой простодушный заказчик понимал, как жестоко он ошибся. Внутри «белого и пушистого» создания внезапно проступал несгибаемый стержень. За свои деньги Надежда билась до последней копейки. Многочисленные сотрудники разных ведомств, проводившие проверки фирмы с регулярностью дождя и снега, давно убедились в том, что белокурую хозяйку «Баланса Надежды» невозможно ни запугать, ни поставить в тупик. Она была профессионалом высшей пробы. Предпринимательница хоть и впрямь когда-то торговала самопальными блузками, ухитрилась параллельно получить бухгалтерское образование и разговаривала с алчными чиновниками всех мастей на языке законов и цифр.

В девяностые годы Перова одной из первых поняла: за право одеваться модно и эффектно российские женщины готовы платить любую, даже явно завышенную цену. В то время как раз начался бум индивидуальной трудовой деятельности. Куртки шились из бязи, которую в прежние времена дозволялось пускать лишь на наволочки, ночные рубашки – из батистовых платков с каймой, молодежные «хипповые» юбки – из грубых мешков для сахарного песка. Предприимчивые инженеры и завлабы открывали на своих предприятиях цехи по пошиву малиновых пиджаков, модных среди нарождавшейся буржуазии. А у старшего конструктора Перовой никаких связей «наверху» не было. Зато был муж – младший научный сотрудник, не получавший уже три месяца зарплату, дети – дошкольники и мать-пенсионерка. В общем, однажды вечером Надежда, пыхтя и чертыхаясь, вытащила из чулана гэдээровскую швейную машинку «Веритас»…

Кофточки от Перовой, зрительно увеличивавшие даже самую скромную грудь, продавались бойко. Казалось, Надежде прямая дорога в хозяйки небольшой швейной фабрики. Однако новоявленная предпринимательница соображала быстро и через год поняла: нет смысла заниматься домашней кустарщиной в эпоху, когда весь остальной мир буквально завален барахлом. Влилась в железные ряды челночниц, стала летать за шмотками в Китай и Турцию, вскоре открыла на рынке свою палатку. Взяла на работу мужа, перевела детей в хорошую школу… И однажды утром пришла на пепелище. Такое нередко случалось в то время в самостийных палаточных «шанхаях».

Склад с товаром фирмы «Надежда» и многих других частников выгорел дотла. Растерянные торговцы шептались: дирекция повздорила с «крышей», вот братки и подожгли рынок. Перова вновь села за швейную машинку и за год покрыла все кредиты, взятые на закупку товара в банке. Она днем и ночью кроила, строчила, порола, утюжила… И так ей это осточертело, что однажды, проснувшись утром и взглянув на швейную машинку, Надежда решила: все, баста! На тряпках далеко не продвинешься. Пора менять бизнес. Торгуя на рынке, она успела убедиться: сколько бы ни писали в газетах о поддержке малого бизнеса, главной фигурой у нас в государстве надолго, если не навсегда, останется чиновник. Значит, надо придумать нечто, что помогло бы предпринимателям бороться и с чиновниками, с их глупыми предписаниями, и с замшелыми правилами, и с устаревшими законами. Словом, надо создать бизнес. который не зависит ни от сырья, ни от гримас рынка, ни от цен на нефть, ни от скачков доллара. Перова пошла учиться на бухгалтера, а тут и квартира от усопшей родственницы как нельзя кстати досталась по завещанию.

В общем, как только появился первоначальный капитал для инвестиции в новый бизнес, Надежда принялась потихоньку подыскивать опытных бухгалтеров. Она предлагала им такие условия, от которых те не могли отказаться. Вскоре через знакомых предпринимателей, которыми она обзавелась за годы плавания в океане рынка, Надежда стала находить солидных клиентов. И хотя они появлялись крайне неравномерно, как правило, накануне сдачи балансов и отчетов объявлялись выгодные заказчики. Такие, например, как этот «Черный человек». Подобные клиенты всегда приходили лично к Перовой по серьезной рекомендации надежных людей. Ясное дело, кто пустит в святая святых – свою бухгалтерию! – человека с улицы. Вот и вчерашний «Черный человек» с порога назвал пароль, а точнее – имя хорошей знакомой, не вызвавший у Перовой никаких вопросов.

В субботу таинственный клиент появился точно в назначенный срок. Вместо пальто теперь на нем был черный плащ, из-под которого выглядывал толстый черный свитер. Черную шляпу он держал в руке, слегка заслоняя ей лицо.

– Я пришел за моим отчетом, – сказал он и серьезно, без улыбки взглянул на Надежду. – Надеюсь, он готов?

– Конечно, готов, я же обещала! – Хозяйка фирмы с достоинством протянула заказчику бумаги в фирменной папке «Баланс Надежды».

Человек, бегло просмотрев документы, удовлетворенно хмыкнул, а затем спросил:

– А можно мне скачать копию? На мою дискету.

– Разумеется. Даша, срочно отнеси дискету Петру Иванову, – распорядилась Надежда. – А вы, пока будете ждать копию, может быть, выпьете чаю или кофе?

– Благодарю вас, я очень тороплюсь, – сказал клиент без тени улыбки. – Лучше я пройду вместе с Дашей к принтеру, чтобы ускорить процесс.

Церемонно и старомодно откланявшись, «Черный человек» вышел из кабинета.

Оставшись одна, Надежда неожиданно для себя вдруг тихонько запела тему из финала «Реквиема» Моцарта.

– Надежда Петровна, я могу идти домой? – выдержав пятиминутную паузу после ухода гостя, Даша заглянула в кабинет начальницы.

– Да, конечно, – растерянно сказала Надежда и вдруг попросила не начальственным, а каким-то даже домашним тоном: – Даша, задержись, пожалуйста, всего на одну минуту. Скажи, тебе не показался странным этот заказчик?

– Вообще-то показался, – согласилась Даша. – Не кокетничал с вами, как другие мужчины, не совал мне шоколадку и не пялился на мои коленки. Было заметно, что он нервничает и что ему не до флирта с женщинами. Похоже, у этого господина большие проблемы.

– Странно… – вздохнула Надежда, – Мне почему-то кажется, что теперь проблемы не только у него…Ладно, иди, отдыхай, – спохватилась Перова и, дождавшись, когда за Дашей закрылась дверь, набрала номер в мобильнике.

– Семен, зайди, пожалуйста. Это срочно.

Через минуту в ее кабинете сидел молодой человек с лицом актера Депардье и фигурой борца Карелина. Начальник службы безопасности Семен Тараканов напряженно ждал. Он знал, что начальница зря его вызывать не станет.

– Срочно наведи справки о сегодняшнем клиенте, – распорядилась Надежда, – к утру понедельника я должна знать о нем все. И о том человеке, на которого он ссылался, когда в первый раз звонил. Да, еще разыщи мне, пожалуйста, к понедельнику все данные на фирму «Икар». А теперь пусть Иванов зайдет.

Петр Иванов, молодой человек с характерными для системщиков, работающих по ночам, синяками под глазами и с бледным, как у лунатика, лицом был начальником компьютерного центра.

– Петр, ты только что скачал отчет клиенту…– начала Надежда, смутно догадываясь, что интуитивно нащупывает что-то важное.

– Мы что-то перепутали? – разволновался Иванов. – Скачали чужие документы?

– Хуже, Петр.

– Не понимаю, Надежда Михайловна, – Иванов снял очки, рассеянно потрогал переносицу, однако по глазам было видно: он усиленно соображает. – Постойте, электронной почты от него не было, клиент пришел, как самый настоящий чайник, со своей дискетой…Стоп! На всякий случай проверю. Извините, Надежда Михайловна… – и Петр пулей выскочил из кабинета.

Надежда сидела и ждала звонка. Она почему-то знала, что Иванов именно позвонит, а не придет. И все же, услышав долгожданный звонок, вздрогнула.

«Спокойно, Перова, что за трепетность, ты же бизнесом рулишь, а не играешь на арфе», – она так разозлилась на себя, что сломала скрепку, которую нервно теребила пальцами.

– Надежда Петровна! Этот мерзавец запустил в нашу сеть вирус нового поколения!

Иванов, когда волновался, говорил не громко, как большинство людей, а, напротив, очень тихо, так что первые слова Надежда расслышала с трудом.

– Представляете, его флешка, на первый взгляд, новая и чистая, оказалась с «сюрпризом». К счастью, вирус съел только десять процентов нашей базы данных. Я успел поставить защиту, так называемую, «стену огня». Жаль только, что с опозданием. Это моя вина, извините. Будем надеяться, что враг дальше не пройдет. Понятное дело, этот мерзавец действовал по заказу более серьезных людей. Он всего лишь пешка, курьер, компьютерный киллер. Уверен, что Кадо – его псевдоним. Этот тип так странно выглядел и вел себя, чтобы отвлечь нас на его «похоронный» прикид и усыпить нашу бдительность. Надеюсь, большую часть нашей базы удастся сохранить…

Иванов помолчал, похрустел длинными пальцами и вдруг спросил:

– Надежда Петровна, а как вы догадались, что его дискета с сюрпризом?

– Интуиция, – вздохнула бизнес леди Перова. – После пожара на рынке я поняла: рано или поздно твой успех начинает кого-то раздражать. Особенно если бизнесом рулит женщина. Месяца два назад я случайно услышала, что в районе появилась фирма, подобная нашей. Дела у них шли ни шатко, ни валко… Сам понимаешь, клиенты такого деликатного бизнеса, как наш, по улице не шляются, объявлений на столбах не вешают. Тогда-то я и подумала: мы для этой фирмы как кость в горле. Тем более что ей рулит мужчина, а они играют по другим правилам. Вернее, вообще без правил. Я тогда еще подумала, что тупо убрать меня они вряд ли решатся, все-таки бухгалтерские отчеты – это не наркотики или торговля оружием, даже не нефть… У нас небольшой, по меркам крупного бизнеса, оборот. Значит, рано или поздно появится какой-нибудь человек… «Черный человек». И вот он пришел. Явился, чтобы за несколько минут уничтожить все. Чтобы на месте успешной фирмы осталась выжженная пустыня, я разорилась, а вы все потеряли работу и хорошую зарплату. Так просто, правда? В общем, обычная женская логика. Но не на ту напали. Мы-то выживем, а вот за них я теперь поручиться не могу.

– Вы так уверенно об этом говорите… – удивился Петр.

Надежда озорно взглянула на Иванова и улыбнулась:

– Интуиция, молодой человек! Интуиция Кикиморы.

Content

Стожкова Нина Интуиция Кикиморы