Петр Лопатовский

Стариканы

Олег.

Небольшая квартира на востоке Москвы. Из ванной комнаты, в майке и костюмных брюках, вышел пожилой мужчина. Он все еще вытирал полотенцем только что выбритый подбородок. На вид ему можно было дать лет семьдесят пять. Он открыл холодильник и достал сливочное масло и три яйца. Привычным движением он вбил яйца в сковороду. И пока глазунья, скворча, прожаривалась, мужчина намазал маслом хлеб. На плите засвистел чайник. Звали пожилого человека Олег.

Детство и юность он провел по большей степени в Москве. В период Великой Отечественной Войны он также остался в столице вместе с родителями. Когда война наконец кончилась, Олег смог пойти учиться в школу. Надо сказать, что ему очень повезло с учителями, сумевшими разглядеть способного мальчика, среди сверстников, и поделиться всеми своими знаниями с внимательным учеником. Довольно скоро в Олеге проявились незаурядные способности к точным наукам. А талантливый учитель физики сумел вовремя обратить на это внимание. Потом был Физтех, где он начал свои первые опыты с различными материалами, затем аспирантура. Докторскую степень, Олег защитил через пятнадцать лет после окончания Института. А еще через пять он стал лауреатом государственной премии СССР. Его интересы распространялись на многие сферы, где он мог бы применить свои знания. От геологии до космических полетов. Однако была одна страсть, которая преобладала в нем, это была страсть к новым материалам. К сожалению, возможности вычислительной техники в тот период не позволяли реализовать многие его замыслы, и он складывал свои черновики в тумбу стола на будущее. В конце восьмидесятых Олег понял, что пора просмотреть свои старые бумаги.

Пожилой профессор, сел за стол, и поглядев в окно, улыбнулся. Кроме любимой работы, было всего три вещи, которые могли доставить ему радость. Во-первых, это общение со своим близким другом. Этот друг жил очень далеко от него. Общаться лично получалось не часто, но переписка по электронной почте и телефонные звонки помогали не терять нити, связывающей их. Во-вторых, это были прогулки по центру Москвы, по тем местам, где он вырос и где начинал свою взрослую жизнь. Арбат, Никитская, Столешников, Бульварное кольцо. Все эти названия очень много для него значили. Он отдыхал душой прогуливаясь по этим местам. И, в-третьих, это то, о чем его иногда просила старшая дочь. Когда ей приходилось уезжать по работе на несколько дней, она просила его покормить кота и полить цветы, которых у нее было довольно много. В первый раз, он воспринял это занятие без особого энтузиазма, но уже со второго раза он почувствовал, какое-то внутреннее удовлетворение. Олег с удивлением обнаружил, что очень ждет, когда дочь снова обратиться к нему с просьбой, и сожалеет, когда она приезжает и ему уже не нужно к ней приходить. Сегодня как раз такой день, когда Олегу нужно идти к коту и цветам.

Марк.

Англичанин Марк родился в семье не очень богатого владельца мельницы, ирландского происхождения, который занимался заготовками и продажей зерна. А мать Марка, Хана была из семьи евреев, иммигрировавших из восточной Европы еще до Первой мировой войны. Через пять лет после рождения Марка его мать овдовела, и семейный бизнес оказался в расстройстве. Кроме Марка, которому на тот момент было семь лет, в семье было еще трое дочерей, старшей из которых было всего девять, и Хана была вынуждена работать сестрой и сиделкой в госпитале, чтобы прокормить свое семейство. Но как это иногда бывает, не было бы счастья, да несчастье помогло. Именно, опыт работы в госпитале помог Хане быстро трудоустроиться с началом Второй мировой войны. Марк по большей степени был предоставлен сам себе. Тем не менее, учился он прилежно. Уже в колледже он проявлял необычайные способности к естественным наукам. Он окончил лондонскую Вестминстерскую школу, а затем окончил химический факультет Оксфордского университета. В год окончания университета вышла его первая научная работа. В конце восьмидесятых, он был награждён Королевской медалью в области химии за признание его выдающихся способностей и плодотворного вклада в развитие фундаментальной науки. Уже став профессором, Марк задумался о создании семьи и женился на своей коллеге по научной деятельности Эллис. Он почему-то мечтал о том, что у него будет сын, который продолжит его дело, но родилась дочка, Хелен, а потом у нее появилась маленькая сестренка Анна. Хотя Марк и видел, что у его дочек совсем нет тяги к естественным наукам, он был все равно очень счастлив. Однажды, читая курс лекций в Кембридже, Марк встретил молодого талантливого студента, без гроша за душой Лоренса. Тот стоял перед выбором, бросить учебу и устроиться на какую-нибудь работу или остаться в университете, но отказать в помощи своей больной матери. Профессор, узнав о том, в каком положении находится Лоренс, немедленно принял его под свое покровительство. Он помогал ему деньгами, пока Лоренсу не была назначена хорошая стипендия, за большие успехи в учебе. Спустя некоторое время Марк так привязался к этому скромному и открытому парню, что назначил негласно его своим приемником.

Встреча.

В первый раз они встретились на научном симпозиуме, куда и Марк, и Олег были приглашены для докладов об их последних разработках. Когда, в один из вечеров, после выступлений, они познакомились, то уже через час общения за бокалом пива, поняли, что они родственные души и слеплены, как говорится из одного теста. Олег блестяще говорил на английском, который выучил ещё в школе. Ему очень повезло с учительницей, которая в молодости жила в семье гувернера англичанина. Так что проблем с общением у них не возникало. Материалы, новые материалы, с разными свойствами и применением, вот что особенно захватывало их обоих. Хотя и кроме этого, несомненно важного увлечения, объединяло их очень многое. Это было и детство прошедшее в военные годы, и увлеченность естественными науками и выбор собственного пути без какого-либо внешнего давления. Помимо всего этого, у каждого из них было свое экстремальное увлечение. Олег увлекался альпинизмом и надо сказать далеко не на любительском уровне. Четырежды он поднимался на Эльбрус, а покоренный им пик Ленина на Памире, мог бы стать визитной карточкой любого профессионального альпиниста. Марк, в свою очередь был, как настоящий англичанин, заядлым яхтсменом. Не раз он боролся с пятибалльным штормом на пути к Фарерским островам, идя на собственной небольшой яхте. Однако, они оба не считали эти увлечения чем-то особенным и достойным внимания окружающих. Главным в их жизни была все-таки наука. Много славных дискуссий провели два профессора, отстаивая свою точку зрения, со своими коллегами по научной деятельности. Для окружающих было удивительно, что их взгляды на работу и жизнь чаще всего совпадали. Ведь с первого взгляда они казались очень разными людьми из совсем разных стран, с непохожим укладом жизни и традициями. Это было конечно так, но тем не менее внутренние стержни их были одинаковы. Эти стрежни были сплавом принципов, ценностей и большого жизненного опыта. Совместная работа их началась в начале девяностых и уже не прекращалась. Основатель конференции по новейшим научным разработкам швед Эрик Норман, очень ценил двух этих профессоров, так как их появление на конференции часто приносило с собой сенсацию или как минимум, очень живое обсуждение. Их выступления были яркими и незабываемыми. Для них Норман делал исключение, включая в списки выступающих в последний момент. А иногда интересовался будут ли они присутствовать на следующей конференции, и может ли он ожидать от них каких-то новых работ. Надо добавить, что Норман не отличался благодушным характером, и многие молодые ученые трепетали перед ним опасаясь потерять право присутствовать или выступать на конференции. Только Олег и Марк пользовались эксклюзивным правом всегда быть желанными гостями.

Идея.

Оба профессора сделали много интересных и важных открытий. Несколько новых материалов ими разработанных были внедрены в производство и принесли немалую пользу людям. Будучи по своей природе неугомонными, эти два профессора были готовы творить и творить. Так было и в этот раз.

Был конец две тысячи девятого года. Олег и Марк только закончили большую работу по созданию нового материала. Это была ткань одновременно очень эластичная и очень прочная. На эту совместную разработку они получили авторский патент. А позже одна крупная голландская корпорация приобрела его и запустила в производство эту ткань, для целого ряда изделий космической сферы. Спустя немного времени после презентации этого материала, у одного из друзей возникла новая идея. Это был Олег. Он вспомнил о своих экспериментах, еще в ранние годы работы в институте, с некоторыми синтетическими материалами. И попробовал, хотя бы теоретически, представить себе, что может получится с новой тканью, в результате этих опытов. Сначала он представил, что можно сделать с материалом, если изменить условия, в которых он синтезировался. Например, в условиях близких к невесомости. Поскольку Олег пользовался компьютером не очень умело, впрочем, как и Марк, он сделал первые расчеты на бумаге. Теперь их нужно было проверить и обкатать на программах, которые были в лаборатории Марка. Тогда Олег созвонился со своим другом и поделился с ним своей идеей. Тот, тут же ее подхватил. Со свойственной ему щепетильностью, Марк начал моделировать новый материал в своей лаборатории на данных, полученных от Олега. Через неделю, старший лаборант Лоренс принес распечатки результатов своему учителю. Марк, бегло просмотрев бумаги, поднялся со стула, и потирая руки подошел к телефону. Он набрал рабочий номер своего русского коллеги.

– Приветствую тебя, Олег! Мы провели моделирование. Результаты ошеломляющие, это настоящий прорыв в радиационной защите. Я думаю, тебе лучше прилететь. Нам есть, что обсудить. Так что жду тебя завтра, у нас на островах.

Уже на следующий день, Олег приземлился в аэропорту Хитроу. Не смотря на позднюю осень, сквозь окна аэропорта светило ярое солнце. Он прошел паспортный контроль и на выходе его уже ждал улыбающийся Марк.

– Как долетел, дружище? Надеюсь, хорошо. Ты представляешь, еще вчера весь день шел дождь, и было довольно зябко. Но вот ты прилетел и с утра светит солнце – отрапортовал Марк, не переставая похлопывать Олега по плечу и не дожидаясь ответов на свои вопросы.

Олег, как обычно молчаливый, просто улыбался и иногда кивал головой. Так они дошли до машины Марка.

Между ними определенно было какое-то сходство, кроме того, конечно, что они были двумя пожилыми мужчинами. Детьми они застали самую страшную войну в мировой истории, да и трудились они в одной сфере и над сходными задачами. Всё это их объединяло и делало их дружбу особенной. А война занимала особое место в их мировоззрении. Несмотря на юные годы, каждый из них запомнил многое из этого периода. Марк даже выучил русское слово” бомбежка”. Оно ему чем-то понравилось, в нем чувствовалась некоторая хлесткость и тяжесть. А надо сказать, бомбежек их семьи повидали не мало. Как-то в середине девяностых, Марк с небольшой делегацией приехал в Москву. Визит был по приглашению Института, где заведующим лабораторией был Олег. Это была уже их третья встреча. В программе среди прочего был визит в Парк победы. Когда вся группа собралась у стелы, один молодой англичанин спросил у Марка:

– Что символизирует этот памятник?

– Победу – ответил Марк.

– Над коммунизмом? – выдал парень.

Марк очень сердито на него посмотрел и довольно громко произнес:

– Победу в войне над нацизмом, болван.

И после этого молодой человек больше не задавал никому вопросов. В тот момент, Олег решил, что ему нравится этот сухопарый, немного сутулый человек, чуть похожий на Генри Форда, с умным выражением лица и несколько колючим взглядом. С ним ему есть о чем поговорить. Так началась их долгая и принесшая им обоим славу дружба. Олег довольно щедро поделился с Марком своими разработками, оставшимися еще с конца шестидесятых. В те годы, вычислительная техника и приборы еще были не способны помочь Олегу в его работах, и они мирно пылились в ящиках его рабочего стола, но теперь все было иначе. Марк быстро оценил потенциал, многих пока теоретических выкладок Олега. Он смог договориться о создании и финансировании новой лаборатории в пригороде Лондона. Так же он привлек к работе в ней молодых талантливых людей, в том числе и из России.

Продираясь среди Лондонских пробок и потратив почти два часа на дорогу, они наконец добрались до научного центра, в котором располагалась лаборатория Марка. Марк быстро шагал по коридору, и просто излучал радость и позитивный настрой. Олег, сдержанный в эмоциях, шел за ним, нисколько не отставая. На входе в лабораторию их встретил Лоренс. Это был пухлый, не высокого роста парень лет двадцати пяти. На нем были джинсы, кроссовки и футболка с эмблемой футбольного клуба Манчестер Юнайтед. Пропустив в комнату Марка, так как он уже видел его с утра, Лоренс уважительно поздоровался с Олегом и протянул руку, чтобы взять его довольно габаритный портфель.

– Спасибо Лоренс. Он не очень тяжелый, а я не настолько старый – сказал Олег и подтолкнул молодого лаборанта в комнату.

Марк уже снял пальто и был готов сразу приняться за работу. Потом все же пересилил себя, и набрав на стационарном телефоне несколько цифр, сказал в трубку:

– Хэллен, будьте любезны принесите нам сюда две чашки кофе и бутербродов.

Считая, что теперь, уже можно начинать, Марк накинулся на Лоренса.

– Ну что же мистер Тэйлор, мы готовы продемонстрировать нашему дорогому гостю результаты моделирования? – этот вопрос Марка, прозвучал, как утверждение.

– Конечно, все готово – услужливо сказал Лоренс и жестом пригласил мэтров науки к монитору на своем рабочем столе.

– Моделирование нового материала, построенное на предварительных расчетах, дало удивительные результаты. Новая ткань, способна выдерживать температуры до одной тысячи градусов Цельсия, и не только не пропускать альфа излучение, но бета – и гама лучи. Характеристики прочности на разрыв, тоже впечатляющие. Теоретически в костюме из такой ткани можно заниматься ремонтом реактора атомной станции – закончил презентацию Лоренс.

В комнату вошел мужчина средних лет в очках и с рыжими усами. Он нашел глазами Марка и подошел к нему.

– Марк, я хотел предупредить, в ближайшие два дня ничего не отправляйте по почте и не сохраняйте на компьютер. С утра была мощная ДДоС-атака, и мне сообщили, что ожидают еще одну, так, что пока пользуйтесь бумажными носителями –, произнес хриплым голосом рыжеусый.

– Вот так вот, век высоких технологий, а у нас все тоже, ручка и бумага – развел руками Марк.

– Лоренс распечатайте две копии того, что мы тут сделали.

– Хорошо, но я сделаю максимум одну, вторую отправлю на принтер Хеллен, чтобы она распечатала, у меня картридж нужно менять – ответил Лоренс, и тут же добавил, обращаясь к рыжеусому.

– Кстати, Хокинс, я просил твоих ребят поменять его еще неделю назад.

– Я проверю, если заявка была, сегодня поменяют – деловито ответил Хокинс и вышел из комнаты.

Марк проводил его взглядом, и повернувшись к Олегу, сказал:

– Представляешь, мы недавно взяли заказ на моделирование одного материала от одних ребят из Ирландии. Откровенно говоря, ради халтурки. Расходы у нас растут, а тут хорошие деньги предложили. А через пару дней к нам пришло письмо, от другой компании из Сеула, в котором говорилось, что наш заказчик – это мошенники, и что они украли у них новую разработку. В общем, они настоятельно просили нас не проводить никаких работ по их данным. Честно говоря, я не придал этому особого значения, думал, что это их разборки, нам-то чего. А после выяснилось, что наш заказчик действительно незаконно завладел чужими данными. А еще спустя некоторое время начались эти атаки на нашу сеть. Вот такая у нас жизнь. Ну да ладно, давай лучше поговорим о наших делах.

Тут к ним подошел, Лоренс и сказал:

– Профессор, вот ваша копия, я пропустил все страницы с расчетами, оставил последние с итоговыми результатами. Правда и они пропечатались не очень хорошо, но в целом прочитать можно.

– Спасибо, Лоренс – ответил Олег.

Друзья еще долго общались в кабинете, и уже ближе к полуночи разошлись. Марк вызвал такси Олегу, а сам отправился домой пешком, так как жил не особенно далеко. Утром они встретились снова у Марка в лаборатории. Тут к ним подошла взволнованная Хелен и сказала, что распечатать удалось только первые страницы файла, потом компьютер выключился, а когда она его загрузила, документ уже не находился.

– Ничего, Хеллен, это не страшно, мы восстановим – успокоил ее Марк, и подойдя к Олегу, сказал:

– Ну что же, теперь можно дать заявку на симпозиум! – и отпивая кофе из чашки, добавил:

– Я думаю, для нашей работы они найдут местечко.

– Норманн, вероятно заартачится, хотя если ему сказать, что тогда мы не опубликуем статью в их журнале, то найдет точно – немного подумав, произнес Олег.

– Так и надо ему написать! Ты всегда хорошо разбирался в людях, Олег. Тогда я сегодня ему и напишу – сказал Марк.

Олег простился с другом и на такси уехал в аэропорт. Дорога была на удивление свободной, и профессор добрался до него с большим запасом по времени, так что он ещё успел побродить среди бутиков Дьюти Фри. Правда так ничего и не купив.

Самолет Олега приземлился строго по расписанию в аэропорту Шереметьево. Обычно профессор звонил из аэропорта своей дочери, а она вызывала ему такси. Так было в первый его прилет из Англии, и стало традицией на последующие, за исключением, может пары раз. Пройдя паспортный контроль, Олег прошел в зал встречающих. Там он достал свой старый кнопочный телефон и стал набирать телефон дочки. Неожиданно кто-то тронул его за руку, он поднял глаза и увидел перед собой человека с листком в руках. На листке были написаны его имя и фамилия.

– О! Вы уже здесь. Как хорошо – обрадовался профессор.

– Да я только подошел – с улыбкой ответил человек с листком.

– Давайте ваш портфель, я помогу.

– Ничего, ничего я сам. Спасибо – сказал на ходу Олег.

При этом он подумал, о том какая умница его дочка, что заказала такси к его прилету.

Такси стояло практически у самого выхода. Олег забрался на заднее сиденье. Шофер быстро закрыл за ним дверь, и обойдя автомобиль, сел за руль.

– Я должен сказать адрес? – спросил профессор.

– Нет, нет, вся информация у меня уже есть – услужливо ответил шофер, и машина тронулась.

Через пару дней, Олег получил мейл от Марка. Из него он понял, что не ошибся, и Норманн согласился на их участие в симпозиуме и даже был готов дать им выступить в день открытия. Дело было за малым, получить визы и приехать в Швецию, до даты открытия оставалось чуть больше месяца.

Визит.

Спустя две недели, Олег позвонил Марку.

– Здравствуй дорогой! Послушай, у меня какая-то проблема с визой, видимо мне не удастся поехать.

– Какая неприятность. Ну, тогда и я не поеду, в конце концов, презентацию может сделать Тейлор, если ты согласен – сказал Марк.

– Пожалуй лучше если ты сам поедешь – ответил Олег и добавил:

– Так будет правильно, это важное открытие, и представить его нужно должным образом, Лоренс талантливый парень, но есть нюансы, которые сможешь объяснить только ты.

– Хорошо Олег, я подумаю – ответил Марк.

Следующие два дня прошли для Олега абсолютно обыденно. Он даже как-то перестал думать о проблеме с визой и симпозиуме. Пока на третий день не позвонил Марк.

– Ты наверно удивишься, но я тоже не смог поехать – громко и почти с восторгом сказал Марк

– А у тебя что произошло? – спросил Олег, несколько удивившись.

– Помнишь, я тебе рассказывал об одной халтуре, которую мы взяли на свою голову. Так вот корейцы накатали на меня какую жалобу, в результате со стороны Швеции возникли какие-то вопросы. Впрочем, этим Хелен занималась, так что всех подробностей не знаю.

– Да кстати, ты представляешь, потом позвонил сам Норманн и сказал, что очень сожалеет, что мы не сможем приехать.

– Надо же, старик снизошел до того, что сам звонит – удивился Олег и добавил:

– Хотя он просто так ничего не делает, сорок лет руководит, и вот увидишь, еще сорок просидит, если не помрет, конечно, старый пень.

– Да уж – рассмеялся Марк.

– Так вот он и слышать не захотел, чтобы к ним приезжал Лоренс, только мы с тобой. Он даже снял с повестки наш доклад, и сказал, что будет ждать нас вдвоем.

– Видимо интересно ему стало – ответил Олег.

– Ну что же тогда до связи или до встречи – подытожил Марк.

– Да, до свидания – ответил Олег.

На следующий день, профессор, как обычно отправился в институт. За последнее время, накопилось довольно много рутинной работы, и Олег решил, что запускать уже не прилично. До обеда он методично разгребал текущие задачи пока не почувствовал, что определенно устал. Было около часа дня, когда он спустился в столовую, с тем чтобы немного перекусить. У выхода с лестницы его неожиданно кто-то окликнул. Профессор оглянулся и увидел идущего к нему человека в темном костюме. Свое пальто он перекинул через левую руку, а в правой держал кожаную папку.

– Добрый день, Олег Александрович, меня зовут Сергей Лисков, отдел научно-технических разработок федеральной службы безопасности. Простите за беспокойство, но у нас к Вам, есть несколько вопросов. Вас не затруднит проехать со мной? – все это он проговорил достаточно тихо, так чтобы его не услышали идущие рядом люди, хотя вполне четко.

– А это настолько срочно, я вообще-то иду на обед – с некоторым раздражением произнес Олег.

– Да, все очень срочно и очень серьезно. А помочь нам может только такой специалист, как вы. Не беспокойтесь, это не займет много времени, а я вас отвезу и привезу обратно. И кстати пообедать, вы можете и у нас.

– Ну, раз так. Хорошо, поедемте – смирившись, сказал Олег.

Дорога не заняла много времени, Олег не знал, насколько хорош этот Сергей, как сотрудник отдела научно-технических разработок, но водитель он был классный. Машина остановилась перед главным входом в здании на Лубянской площади. Лисков помог профессору выйти из салона и попросил его подождать, а сам снова сел в машину и отъехал. Но уже через пару минут, он оказался перед Олегом.

– Следуйте за мной – сказал он и направился к проходной.

К удивлению Олега, на посту их никто не остановил. Только дежурный сотрудник отдал Лискову честь и открыл проход через турникет. Потом они довольно долго шли по каким-то коридорам, пока не вышли к лифту. Олег не обратил внимания, на какой именно этаж они поднялись, но почувствовал, что лифт поднимался очень быстро. Выйдя из лифта, Сергей повернул налево и остановился перед дверью с маленькой металлической табличкой. Подождав, когда подойдет профессор, он постучал и сразу же вошел.

Напротив вошедших, за большим столом в кожаном кресле сидел средних лет мужчина. На нем была белая рубашка и сиреневый галстук в серую косую полоску. Его пиджак висел на стоявшей рядом вешалке. На столе, перед мужчиной в кресле, лежали ноутбук, раскрытая бумажная папка и несколько фотографий.

– Андрей Иванович, привез, как просили –, сказал Лисков и пропустил профессора вперед, а сам тотчас вышел, очень тихо закрыв за собой дверь.

– Разрешите представиться. Андрей Иванович Семенов. Научно-техническая служба. Майор – довольно тихо и делая паузы между словами, сказал Андрей Иванович.

– Присаживайтесь, пожалуйста, Олег Александрович – добавил он вежливым тоном и указал на кресло, стоявшее напротив стола.

– Итак, чем могу быть полезен? – невозмутимо сказал профессор.

– Можете, очень даже можете. Речь пойдет об одной вашей разработке – несколько растягивая слова, произнес майор и внимательно посмотрел на профессора.

Олег уже успел рассмотреть своего визави. Это был мужчина средних лет, стройный, довольно крепкого телосложения, с гладко выбритым лицом, и с немного улыбающимся взглядом карих, почти черных глаз. Он, очевидно, еще не выбрал стиль, которым было бы удобно разговаривать с профессором. Возможно поэтому, он несколько раз менял манеру общения.

– Какой разработке? – спросил Олег.

– Синтетическая ткань, отличающаяся необыкновенными свойствами – произнес Семенов и откинулся в кресле.

– Ах, это. Ну, насчет свойств этого нового материала ничего пока сказать не могу – скрывая волнение, ответил профессор.

Он, конечно, удивился осведомленности майора, но все-таки старался держать себя спокойно и добавил:

– Никаких испытаний ещё не проводилось, да и расчеты не закончены, поэтому даже теоретические выводы делать пока рано.

– У меня другое мнение на этот счет. Видимо, причина ваших слов – это ваша скромность. Но не стану спорить, я, конечно, не специалист. Хотя того, что мне известно на данный момент, достаточно чтобы сказать, что этот материал имеет стратегическое значение для обороны нашей страны. Добавлю, что производство такого материала в производственных масштабах, позволит получить серьезное преимущество любой из развитых стран над потенциальными противниками и как следствие, либо привести к новой гонке вооружений, либо серьезно изменить существующий геополитический ландшафт.

– Подождите, я … – хотел что-то вставить Олег.

– Простите, профессор я ещё не закончил. И наконец, возможность попадания данного материала к международным экстремистским и террористическим группам, может иметь катастрофические последствия. Итак, я просил бы вас, о двух вещах, во-первых, дальнейшие исследования нового материала будут проходить только совместно с нашими специалистами, и во-вторых, я просил бы вас передать всю документацию по новому материалу, нам. В целях сохранности конечно – сказав это, Семенов снова откинулся в кресле.

Олег, начал просматривать в этом потоке информации, некоторую логику последних событий, отказ ему в визе, например. В этот момент, он даже не очень понимал, что он должен ответить, но собравшись с мыслями, произнес:

– Что касается первой вашей, просьбы, то сначала мне бы хотелось переговорить с кем-нибудь из ваших специалистов. А что касается второй, то вам Андрей Иванович, должно быть известным, что данная работа является совместной и могут возникнуть вопросы о правах. Но главное – это то, что вся информация по этой разработке у меня здесь – и профессор постучал пальцем себе по лбу – а вот когда она появится в более конкретном виде, я конечно передам вам все, что будет интересным.

Семенов, несколько оторопел, от такой дерзости, но не подав вида, сказал:

– Я рад, что мы друг друга поняли. Сейчас я провожу вас к нашим ученым, чтобы вы с ними поговорили, на одном языке так сказать, поскольку, повторюсь, я не специалист в этой области.

Майор быстро поднялся из кресла и жестом пригласил Олега за собой. Выйдя из кабинета, они спустились по лестнице на один этаж вниз. Затем прошли по коридору и остановились у стеклянных дверей с табличкой, на которой вместо слов были только несколько странных символов. Майор вошел первым и позвал за собой профессора. Навстречу им вышел крупный и очень высокий молодой человек в белом халате. Его румяное лицо было обрамлено густой бородой.

– Знакомьтесь профессор, наш старший научный сотрудник Александр Белов. Он задаст Вам необходимые вопросы по теме, и я надеюсь, вы найдете с ним общий язык. А мне позвольте откланяться, и надеюсь до скорых встреч Олег Александрович – и майор скрылся за стеклянными дверьми.

Гигант немного помялся, а потом, протянув руку, сказал:

– Мне очень приятно познакомиться с вами лично, профессор.

– Мне тоже – устало сказал Олег, и добавил.

– Послушайте коллега, а где у вас здесь столовая, а то меня обещали накормить, да видимо забыли.

– О, конечно, профессор, пойдемте – заулыбался коллега.

Они вышли из стеклянных дверей, и пошли по коридору. По дороге Олег не удержался от вопроса, который его занимал.

– Скажите коллега, а в чем, собственно, вы видите стратегическое применение нового материала?

– Мы считаем, что данный материал, может дать серьезное преимущество в зонах боевых действий. Например, штурмовые группы в костюмах из этого материала в зоне поражения ядерным оружием, могли бы…

– Послушайте, Александр, если не ошибаюсь? – перебил Олег.

– Да – ответил гигант в белом халате.

– А у кого вы учились химии.

– У кандидата химических наук Халилова

– Ильдара Ибрагимовича?!

– Да. А вы его знаете!? – удивился гигант.

– Да, однажды он защищался у меня, но видимо во второй раз ему все-таки удалось. Ну да в прочем это не важно. Так какие ещё выводы вы сделали об этом материале?

– Полагаю, мы изучили еще не все свойства, и надеюсь, вы нам поможете с этим – смущенно сказал Александр.

– Конечно, но только после того, как я проведу все необходимые расчеты, а потом произведем образец и наконец проведем испытания. Так что давайте будем считать, что на данный момент мы поговорили. А пообедаю я все-таки в своем институте – отрезал Олег и направился к выходу.

Правда жизни.

После этой встречи, Олега стали довольно активно тревожить звонки от специалистов майора. Звонил не только Белов, но и другие, имена которых профессор не запоминал. Они задавали какие-то вопросы, но в конце разговора неизменно просили возможности ознакомиться с материалами. Был, момент, когда Олег был готов отдать, свою копию, полученную у Марка. И как раз тогда к нему в лабораторию зашел директор института, академик Юрий Стародубов. Они с Олегом неплохо знали друг друга и одно время много общались, однако со временем их общение снизошло до формальных приветствий, когда они пересекались в институте. Никаких личных обид в этом не было, просто каждый шел своей дорогой. Старый академик, поздоровавшись с находящимися в лаборатории сотрудниками, подошел к профессору.

– Здравствуй Олег, как сам? – поприветствовал он.

– Здравствуй Юра. Да ты знаешь, в общем нормально. Ты видимо о чем-то хотел поговорить? —спросил Олег.

– Да, только давай не здесь.

– Ну, давай – и профессор поднялся из-за стола.

Старый академик был сильно ниже Олега ростом, немного сгорбленный, тем не менее, очень живой и подвижный, особенно его взгляд, пытливый и сверлящий. Он много повидал и много пережил тяжелых моментов в течении своей длинной научной карьеры. И любой из его знакомых совершенно четко мог бы сказать, что Юрий Моисеевич ни за что не захотел бы пережить их снова. Выйдя в коридор, академик достал пачку Винстона, вынул одну сигарету, и немного помяв ее, закурил. Все это время, он смотрел куда-то в сторону и о чем-то думал. Сделав несколько затяжек, академик повернулся к Олегу и произнес:

– Послушай Олег. Мы знаем друг друга давно, и я не стану ходить вокруг да около. Вчера у тебя в лаборатории был обыск. Ну, не совсем, я неправильно выразился. Мне предъявили бумагу о том, что имеют право провести обыск. Я им сказал, что это хамство, и я такого не потерплю. Тем не менее, мне пришлось провести одного из этих типов к вам и отдать под роспись все последние работы за год.

Академик снова затянулся.

– И ты мне вот так просто об этом говоришь – с нескрываемой досадой сказал профессор.

– Послушай, Олег. Я не знаю, что им от тебя нужно. Но поверь мне, лучше отдай им то, что они просят, особенно, если речь о той ткани, о которой ты мне рассказывал –, академик затянулся и посмотрев на собеседника добавил:

– Впрочем, поступай, как считаешь правильным.

– А что же наш куратор, не помню, как его? Он, кажется, был твоим замом – решил немного смягчить разговор Олег.

– Нет, моим замом он не был, но надо тебе сказать, что как только все это началось, он куда-то исчез.

– Видимо не доработал – улыбнулся профессор.

– Видимо, но это еще не значит, что все так просто – серьезным голосом сказал директор института.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Олег.

– А вот послушай. У меня в начале восьмидесятых был один молодой, но очень толковый сотрудник. К тридцати пяти годам уже доктор наук. Он занимался проблемой ядерной зимы. Тема тогда не очень популярная. Однако он смог смоделировать эффект того, что будет в случае, если случится ядерная война. Надо сказать, данные были впечатляющими. Получалось, что в случае войны, шансов на выживание не останется ни у кого, вне зависимости кто победит. Не знаю уж почему, и кто сверху дал команду, но через некоторое время его работу издали за рубежом, а его самого выпустили в поездку в Штаты. И не просто прочитать лекцию в Стэнфорде, а на секундочку, сделать доклад у них в Конгрессе. Доклад произвел сильное впечатление. Хотя в Пентагоне его расценили как очень вредный. Потом у нас было решено, что нужно прочесть его и в Европе. В Риме. И в Штаты и туда наш доктор летал с сопровождением, как сам понимаешь. После доклада в столице Италии, он поехал в гостиницу, а оттуда на такси в аэропорт, но почему-то абсолютно один. До аэропорта он не доехал. Пустое такси, на котором уехал наш молодой ученый, нашли брошенным на пустыре. А его самого так и не нашли. В том, что он не перебежал, теперь можно быть совершенно уверенным.

– Я слышал эту историю, а это ты к чему? – спросил Олег, поняв, что у этой истории, есть особый смысл.

– А к тому, что он этим докладом наступил на хвост очень влиятельным людям. Причем, как здесь, так и за океаном. А в таких случаях решения, которые принимают за закрытыми дверями, могут быть самыми неприятными. Твой английский друг, я так полагаю, тоже упрется и ничего не отдаст своим. Так что подумай, как теперь надо поступить.

Академик ушел, а Олег все еще стоял на месте. Он понял, что дело, гораздо серьёзней, чем он предполагал. А еще он догадался, что те, кто приходил, не нашли что искали, и причина была не в его Олега осторожности, а скорее наоборот. Свою копию он хранил у себя в лаборатории, но так как у него не было жесткой обложки, Олег вложил прошитые материалы в обложку какой-то старой работы. Уже позже он понял, как сильно повлияло это обстоятельство на дальнейший ход событий. Обо всем этом, профессор решил не рассказывать Марку. А на следующий день, случилось нечто такое, к чему мало кто бывает готов, и Олег не был исключением. Ему сообщили о несчастье с его старшей дочерью. Профессор был совершенно потерян и разбит. Уже позже Олег вспомнит, что именно с этого момента прекратились звонки от «специалистов» майора. Он много времени проводил в больнице и поздно возвращаясь домой, иногда забывал даже поужинать. Через два дня, после случившегося, Олегу позвонил майор Семенов. Он выразил свое сочувствие, и спросил, не может ли он чем-нибудь помочь. А в конце разговора, вскользь упомянул о жалобах своих сотрудников, что они не получили всех необходимых сведений от профессора. Олег постарался уверить майора, что все не совсем так и в ближайшее время вопросы будут разрешены. Повесив трубку, Семенов вызвал к себе Лискова.

– Слушай, Сергей – обратился к Лискову майор.

– Расскажи мне во всех подробностях и без фантазий, все равно все узнаю, что там случилось с дочерью профессора?

– А нечего, собственно, рассказывать. Ее сбила Газель, причем виноват не водитель, а она сама перебегала, где не надо.

– Ты хочешь сказать, что мы к этому никакого отношения не имеем, так?

Возникла пауза. Под пристальным, холодным взглядом начальника, Лисков, побледнел. Потерев затылок, он произнес:

– Не совсем. Косвенно мы имеем к этому отношение. За дочкой велось наблюдение. И в этот день ее вел один наш молодой сотрудник. В какой-то момент он увидел, что к ней подошел какой-то мужчина, передал ей что-то напоминающее флэшку, и сразу отошел. Наш сотрудник решил, что это наверняка документы, касающиеся нового материала, и решил проявить инициативу. Он догнал ее и попытался незаметно вытащить флэшку. Дочка испугалась, решила, что ее грабят, или что-то в этом роде и попыталась убежать, ну и прямо перед Газелью и выскочила.

– Что на флэшке, установили? – грозно спросил Семенов.

– Да, там были оцифрованные семейные фотографии, а тот мужчина, знакомый дочки, профессиональный фотограф.

– Значит так! Чтобы об этом болване, который вел профессорскую дочку, я больше не слышал. Тебе строгий выговор! И если ещё один такой прокол, ты вернешься туда, откуда приехал. В Сызрани тоже есть чем заняться.

– Разрешите идти – глядя прямо в пол, сказал Лисков.

– Идите. И наблюдение со всех родственников профессора снять немедленно.

После того, как капитан ушел, Семенов наклонился вперед, поставив локти на стол и обхватил голову руками. Он прекрасно понимал, что теперь от профессора будет почти невозможно что-либо получить. А плана «Б» у него не было. По крайней мере пока.

После разговора с майором профессор совсем замкнулся в себе и до конца дня ни с кем не разговаривал. Когда вечером, побывав у дочери, Олег наконец пришел к себе домой, то понял, что ему нужно кому-то выговориться и решил позвонить Марку. Он набрал его номер, но не со своего домашнего, а с сотового телефона, который ему недавно подарила младшая дочь Аня.

– Алло, Марк, это Олег. Женя, моя старшая, ее сбила машина – очень усталым голосом произнес Олег.

– Да, ты что! Какое несчастье! Она жива!? – воскликнул Марк.

– Да, она жива. Но она в очень тяжелом состоянии. Врач, хирург, который ее оперировал, сказал: её сильно поломало. Будто она из дерева, да он именно так и сказал – ее сильно поломало. Но мне кажется он хороший врач, хороший хирург. Мне кажется, он ей поможет. С ней сейчас моя младшая Аня. Они с мужем, каждый день у нее бывают.

– Это ужасно, я тебе очень сочувствую. Главное не теряй надежды и держись – сочувственно проговорил Марк и спустя короткую паузу добавил.

– Ты знаешь, у меня тоже кое-что случилось. Конечно, это не идет ни в какое сравнение с тем, что случилось у тебя. Я поэтому и не стал тебя беспокоить. Просто несколько дней назад, вернее неделю назад, мне на работу позвонил человек, который представился сотрудником МИ-6. Он сказал, что мне и моей семье угрожает большая опасность и что в целях безопасности они уже переместили мою жену и дочь в надежное место. Что это за место он не сказал, но дал мне возможность переговорить с женой и понять, что с ней все в порядке. Более подробную информацию этот человек пообещал мне предоставить позднее. Я было решил, что это корейцы никак не успокоятся. Однако, вечером он снова мне позвонил и настоятельно просил передать данные по всем новым разработкам его людям, так как хранение их у меня в лаборатории не безопасно, в том числе и для меня. Я сказал, что ничего нового с последней публикации в прошлом году у меня нет. А на следующий день, когда я пришел к себе в лабораторию, то застал там несколько не знакомых мне людей, которые изымали документы у нас в офисе и собирались изъять мой компьютер. Я наорал на них и пригрозил, что обращусь к своему кузену из палаты общин. Это возымело действие, и они ушли с извинениями. Я тогда подумал, что халтура, что мы взяли у Ирландцев тут видимо ни причём. С того момента мне никто не звонил, только жена два раза – последние слова Марк произнес как будто о чем-то задумавшись.

– Послушай Олег, ты ведь не думаешь, что все это связано с этим? Ну, с нашей последней работой – осторожно сказал Марк.

– Знаешь, ко мне тоже недавно приходили на работу, ну только наши. А вот что я думаю, так это что же мы с тобой натворили – ответил профессор.

– В каком смысле, Олег?

– Я думаю, что люди, которые путают семью с работой или вмешиваются в чужую личную жизнь ради своей работы, это не разумные люди. А разумные люди, мы ведь всегда считали себя разумными людьми, прежде чем что-то написать или сказать, а уж тем более сделать, сначала думают, – твердо сказал Олег.

– Ну, послушай, мы же не знали всех возможных последствий. Мы же считали, что делаем очень хорошее дело – оправдывающимся тоном ответил Марк.

– Ты ведь знаешь Марк, куда говорят, благими намерениями вымощена дорога. А мы с тобой должны были перестать быть детьми и считать, что мы можем делать все что захотим. Надо уже повзрослеть, и все наперед продумать, и просчитать. А уже потом трубить на весь свет об этом.

После некоторой паузы Марк сказал:

– Олег, я тебе очень сочувствую, но сейчас уже вряд ли что-то можно поправить.

– Да, я тоже думаю, что поправить будет сложно, но попытаться все-таки стоит. Я перезвоню тебе Марк.

– Хорошо Олег, я буду ждать.

Ошибка.

Прошло два дня. Олег, как заведенный перечитывал листы со своими расчетами. Он был одержим одной мыслью. Хотя по его лицу было видно, что у него ничего не выходило. Наконец он отложил все бумаги в сторону. Ему нужно было пройтись. Олег быстро оделся и вышел на улицу. Он чувствовал себя раздавленным и больным. Каждый день он посещал свою старшую дочь Женю. Эти визиты только ухудшали его состояние. Она не приходила в себя, хотя прогнозы все-таки обнадеживали. Олег, заложив руки за спину, шел знакомым маршрутом, он полностью погрузился в свои мысли. Подойдя к перекрестку, он остановился перед ним, ожидая разрешающего сигнала светофора. И тут он услышал откуда-то сверху колокольный звон. Олег поднял голову. Звон раздавался с колокольни, стоящей на углу рядом с переходом, где остановился Олег. Странно, за многие годы, в течение которых профессор проходил этим маршрутом, он не слышал этого звона. Хотя возможно он никогда не обращал на него внимания.

Олег вернулся домой позже обычного, не раздеваясь, он достал папку с бумагами и надев очки стал читать. Спустя час такой работы, он снял очки, отложил бумаги и откинувшись на стуле, улыбнулся. В первый раз за последнее время. Потом он подошел к телефону снял трубку и набрал длинный номер.

– Здравствуй Марк – сказал Олег.

– Здравствуй Олег, как ты себя чувствуешь?

– Пожалуй, не очень. Хотя, наверное, лучше, чем обычно – ответил Олег, и немного помолчав, добавил:

– Знаешь я сегодня ходил в церковь.

– Послушай Олег, я понимаю, насколько тебе сейчас тяжело. Это вряд ли поможет. Ты ведь не веришь, во все это. Как и я. Думаю, тебе нужно просто, как следует отдохнуть. Хочешь, приезжай ко мне, съездим в Базилдон, можно куда-нибудь еще. Или я к тебе. Можем поехать на Кавказ, помнишь, ты обещал показать мне Эльбрус. Ну конечно залезать на него мы не станем, но посмотреть, очень хочется.

– Послушай Марк – прервал его Олег, говоря уставшим голосом.

– Я, собственно, вот по какому поводу. Если помнишь, я сделал только один расчет и теоретическую выкладку, а модель вы делали на данных этого расчета. Этого определенно было недостаточно. Я проверил, в расчетах есть ошибка, и это фатальная ошибка.

Возникла пауза. Спустя некоторое время заговорил Марк.

– Олег. Я уважаю тебя как человека и как ученого и даже не знаю кого больше, но ошибки не может быть. Мои ребята собаку съели на программировании и моделировании материалов. Ошибки не может быть. Ну, предположим, если и найдется какая-нибудь неточность, это не будет фатальной ошибкой. Олег, я могу только повторить, тебе просто необходимо отдохнуть и привести голову в порядок. Я уверен скоро все это кончится.

– Там ошибка, Марк. Первый абзац, двенадцатая страница – еще раз прервал Олег.

В телефоне Марка послышались гудки. Некоторое время Марк сидел неподвижно, опустив голову. Потом медленно встал и прошелся по комнате. Подойдя к сейфу, он открыл его и достал толстую папку с печатными листами. Марк открыл папку на нужной странице, но быстро ее закрыл. Положив папку на место, он подошел к столу и набрал внутренний номер.

– Алло, Лоренс это вы? Очень хорошо, зайдите ко мне, пожалуйста, нужно срочно кое-что проверить.

Олег не мог заснуть, это была уже третья ночь без сна. Он чувствовал, что сон необходим, но воли перебороть себя и поспать, не было. Одевшись, он вышел на улицу и пошел своим привычным маршрутом, которым часто ходил, когда надо было что-нибудь обдумать. Мыслей не было, Олег просто шел знакомыми улицами, мимо знакомых домов. Через час он опять подошел к своему подъезду. Немного постояв, он поднялся в квартиру. Профессор, разделся и лег на диван, сна по-прежнему не было. Он вспоминал, один день зимы сорок второго. Когда его привезли на вокзал, чтобы отправить в среднюю Азию. Это был шанс выжить, и многих детей отправляли туда в эвакуацию. На вокзале, Олег потерялся, так что его мама долго бегала по перрону и не могла его найти. Наконец, она увидела большую толпу, которая окружила огромную груду чемоданов. Пробравшись через плотно стоявших людей, она увидела стоящего на одном из чемоданов маленького Олега. Он читал стихи. Она обняла его и сказала, что больше никуда его не отпустит, а они все останутся в городе. Сам Олег не помнил, что именно он читал, его мама говорила, что это был Некрасов «Железная дорога». Может, на самом деле он читал что-то другое, но что профессор хорошо запомнил, так это радостные лица, тепло одетых людей, стоявших вокруг него. Потом он вспомнил ещё один момент войны, когда зазвучала воздушная тревога. Все поспешили в бомбоубежище, но по какой-то причине его забыли в квартире. Маленький мальчик остался один в темноте. Олег не испугался, он почувствовал особую ответственность и решил, что, когда мама придет, он скажет ей: вот видишь мама, с домом и со мной все в порядке. Он отодвинул стул от окна в угол кухни, сел на него и стал ждать.

Тут раздался звонок, Олег поднялся с дивана и подойдя к телефону, поднял трубку. Это был его друг.

– Послушай Олег – тихо сказал Марк.

– Прости меня, прости, что я не поверил тебе сразу. Я проверил, в смысле мы с Лоренсом. Мы еще раз прогнали все расчеты. Сомнений нет, там ошибка, и все последующие расчеты можно выкинуть в помойку. Даже не знаю, как мы этого не заметили. Как программа в первый раз пропустила, не понятно?

– Я рад, что ты убедился в этом – спокойно сказал Олег.

– А знаешь, я тоже рад. Да я очень рад, что так вышло. Хотя прости, какая тут радость – поправился Марк

– Ничего, я тоже очень рад – ответил Олег.

– Спокойной ночи Марк, завтра еще поговорим, а сейчас ложимся спать. Ты прав мне надо отдохнуть.

– Спокойной ночи, Олег – ответил Марк и повесил трубку.

На следующее утро эта новость, в виде коротких докладов попала на стол людей, которым из-за нее пришлось отложить все другие дела.

Майор Семенов, старался пользоваться спортзалом не реже двух раз в неделю. Ему не очень нравилось изнурять себя тренировками, но это вполне компенсировалось тем, что он был в гораздо лучшей форме, чем многие его коллеги. Майор встал на беговую дорожку и выставил привычную скорость. Однако побегав, только пять минут, он поставил дорожку на паузу. Быстрым шагом он вышел из зала. Вскоре Семенов вернулся, держа в руках фотографию. Он поставил ее перед собой на экран беговой дорожки и снова побежал. С фотографии на него смотрел хорошо знакомый ему профессор.

В это же время в пригороде Лондона, из фешенебельного дома вышел молодцеватый мужчина в спортивном костюме. Это был глава департамента подготовки разведывательной информации Ми-6 Дениэл О' Брайан. После того, как он переехал в этот дом, он часто делал пробежки перед работой. Каждый раз, когда Дениэл выходил из дома, он поворачивал направо, так было быстрее добираться до парка, где была хорошая дорожка для бега. Так было раньше, но только не сегодня. Сегодня он все будет делать по-другому. Дениэл повернул налево и сразу взял высокий темп.

Семенов увеличил скорость в два раза. Его ноги в отличие от головы не были к этому готовы, и он чуть не свалился с дорожки.

– Ну уж нет – думал Семенов.

– Не получится профессор, не получится. Чтобы ты там не придумал, не изобрел, тебе меня не победить. Понял! Никогда, тебе не обойти меня. Старый дурак, думаешь, я ничего не понял. Я все понял, все.

Капли пота застилали глаза, пульс поднялся до ста шестидесяти, но Семенов и не думал останавливаться. Он прибавил еще скорость на дорожке. Теперь даже думать было сложно. Он просто очень быстро бежал. На тренажере раздался сигнал окончания тренировки. Семенов соскочил с дорожки, и отдышался. Неторопливым размеренным шагом он несколько раз прошелся до двери и обратно к тренажеру, потом взял бутылку воды и с жадностью выпил почти всю.

– М-да, а в сухом остатке, мы имеем… Ничего мы не имеем, как на все это не посмотри. Теперь он может и отдать бумаги, небось уже подготовил, липу свою – Семенов вздохнул.

– Остается последний вариант, рискованно, конечно, но кто не рискует… – майор не договорил, он взял полотенце, вытер им лицо и вышел из зала.

О'Брайан уже заканчивал пробежку. Он вымок насквозь, но не особо обращал на это внимание. Он понял, что ученый с мировым именем, отдавший большую часть своей жизни служению стране и короне, англичанин в конце концов, оказался предателем. Он не на секунду не сомневался, что Марк решил скрыть свою работу от правительства Великобритании и возможно передать все данные третьей стороне. Хотя почему передать, возможно, просто продать. В голове О'Брайана была только одна мысль, только одна. Она как молот била в вески. Ничего, никакие заслуги перед страной не могут быть оправданием предательству. Ничто не может освободить предателя от справедливого возмездия. Последние метры Дениэл повторял про себя только одно слово: – Ничто. Ничто.

Подбегая к мосту, он резко остановился, и немного переведя дух, достал телефон и набрал номер.

– Алло, Джон. Да, это я. Ты спишь там что ли. Значит так, жена и дочь должны пробыть в «безопасном месте» еще три месяца, не меньше. Все, отбой – Дениэл убрал телефон в карман куртки и снова побежал.

Вся королевская рать.

Однако не только этим двоим, потребовалось проветрить мозги и сменить умственный труд на спортивные занятия. В далеком штате Виргиния, в тринадцати километрах от Вашингтона, за несколькими видимыми и не видимыми линиями безопасности, в охлажденный кондиционером зал вошел Клод Моррисон. Клод был старшим сотрудником Национальной тайной службы ЦРУ. Рядом шел его чернокожий помощник Боб. Боб нес две бутылки воды и два полотенца.

– Послушайте, Боб. А какой вывод, можно сделать из этой истории – спросил Моррисон своего помощника, подойдя к тренажеру.

– Ну, я думаю, что теперь можно выдохнуть. Раз нет никакого материала, значит и проблемы тоже нет, и мы можем спокойно переключиться на другие дела – немного подумав, ответил Боб.

– А я думаю, что вывод можно сделать такой. Похоже, в нашей стране, перевелись умные профессоры. А это проблема, Боб, проблема – сказал Клод, усаживаясь за тренажер.

Утром, когда Олег еще завтракал, ему позвонил майор Семенов.

– Доброе утро, профессор – бодро отрапортовал он.

– И вам доброе. У вас ко мне что-то срочное, а то я собираюсь в институт – поинтересовался Олег.

– Я хотел поинтересоваться как обстоят дела с вашей разработкой?

– Да, собственно, никак. Вчера мы обнаружили ошибку в расчетах. И эта ошибка возвращает нас к тому, с чего мы начинали.

– Вы хотите сказать, что новый материал получить не удастся?

– Да, именно.

– Олег Александрович, простите меня, конечно, но позвольте усомниться в ваших словах.

Если бы вы передали нам свои расчеты сразу, и мы совместно нашли ошибку, то и сомнений не было. Однако этого не произошло.

– И вы простите меня майор, но я с самого начала говорил, что идет только теоретическая работа. Вот если бы мы имели результаты, которые были бы опубликованы или о которых я упомянул бы в каких-то официальных выступлениях, было бы, о чем говорить. А сейчас я не вижу повода продолжать этот разговор.

– Ну что же, я вас понял профессор. Да и ещё кое-что. Вопрос с визой, о котором вы меня спрашивали, удалось разрешить положительно. Так что, если вам необходимо куда-то поехать, то никаких препятствий этому нет – по-прежнему бодрым тоном сказал майор.

– Это хорошая новость, спасибо – ответил профессор, хотя не мог вспомнить, когда он спрашивал майора о визе.

– Да не за что, Олег Александрович, не буду дольше задерживать.

– Да, до свидания – быстро проговорил Олег.

После этого разговора, профессор понял, что так просто его и Марка в покое не оставят. Он позвонил Марку и сказал, что очень хотел бы приехать. Договорились, что в следующий понедельник, он встретит Олега в аэропорту. Вечером того же дня, Олег поехал на рынок радиоэлектроники. Он давно обещал своему внуку летающую радио-модель и решил, что пора обещание выполнить. Олег позвонил младшей дочери и сказал, что сегодня купит подарок, а завтра к ним заедет. Про этот рынок он услышал, от одного своего аспиранта, когда тот встретил профессора в аэропорту, чтобы отвезти домой. По дороге они заехали на этот рынок, так как у аспиранта там был мобильный телефон в ремонте и его нужно было забрать. Заодно он рассказал Олегу много интересного, что можно купить в этом месте. Профессор довольно быстро нашел то, что хотел подарить внуку, а потом еще прогулялся по павильонам.

В понедельник, как и договаривались, в лондонском аэропорту, Олега встречал Марк. Друзья обнялись. Марк выглядел постаревшим и был совсем не многословен. Когда они сели в машину, Олег сказал:

– Слушай Марк, давай поедем в наш бар, но сначала прогуляемся немного.

– Конечно, только поставим машину – ответил Марк.

Уже через час они прогуливались по парку Виктория.

– Знаешь Марк, я все не возьму в толк, как мы допустили ошибку. Фатальную ошибку в нашей работе – после этих слов Олег незаметно приложил палец к губам и потер ухо.

Марк недолго, но внимательно посмотрел на русского профессора и ответил:

– Да, это несомненно пятно на репутации. Нужно как-то исправить положение, что ты об этом думаешь?

– Я думал на эту тему, и понял, что нужно реабилитироваться. Знаешь, я вспомнил, еще одну старую свою разработку. Хотя, тут нужно будет, как следует подумать, сейчас я напишу тебе формулу, так будет ясней – сказав это, Олег подошел к скамейке и достал из внутреннего кармана блокнот.

Потом он надел очки, достал ручку и стал писать. Марк, немного постояв рядом, тоже присел рядом.

– Я занимался этим в шестьдесят первом совместно с одним знакомым из Института ядерной физики. Ты посмотри, может не прямо сейчас, а позже – сказал Олег, и вырвав листок из блокнота, передал Марку.

Марк внимательно посмотрел, что написано на листке и одобрительно покачал головой. Потом сложил его и сказал:

– Я вспомнил, ты мне рассказывал об этом. Что же задумка неплохая, давай поработаем, как следует. Впрочем, хватит на сегодня о работе, давай займемся едой, а то я проголодался, да и ты я думаю тоже.

– Да, это правильно. Закажем пару бутылок Шато-Лагранж, фуагра и стейк – не без удовольствия подхватил Олег.

– Точно! Cтейк средней прожарки, профитроли и черной икры конечно. Ведь мой друг из России! – почти прокричал Марк.

Потом они поднялись и не спеша пошли к выходу из парка.

Сидящий в кузове стоящего неподалеку фургона технических служб, человек, снял с головы наушники и сказал своему коллеге, сидящему за рулем:

– Вот ведь у нас работка, икру они жрать пошли, тут за весь день пара бургеров с холодным чаем.

– Это точно – ответил водитель и вдруг немного приподнявшись, сказал:

– Смотри-ка, там на лавочке, как будто белеет что-то, вроде листка.

Мужчина открыл дверь фургона и вышел. Его напарник оставался в машине, хотя он уже передал двух пожилых людей другой бригаде.

А Олег и Марк, ускорив шаг, направлялись не в дорогой французский ресторан, а в хорошо знакомый им паб. Там их ждал любимый темный Гиннес и никаких больше разговоров о работе. По завершении дружеской вечеринки, ученые вышли на свежий воздух. Олег повернулся к Марку и сказал:

– Спасибо тебе, мой друг за этот день. Мне было необыкновенно приятно провести его с тобой.

– Это тебе спасибо, Олег, что ты нашел в себе силы приехать. Я рад был тебя видеть – ответил Марк, протягивая руку.

Олег, крепко ее пожал и похлопал второй по плечу друга. В этот момент, никто не заметил, что в руке Марка остался маленький телефон.

Игра.

Утром следующего дня, Олег отправился в аэропорт. Тем временем, и надо отдать должное лондонским аналитикам, содержимое записки, оставленной на лавочке, расшифровали. Первые три строки содержали действительно формулы, которые могли касаться работы Олега и Марка, а вот четвертая запись, была математическим выражением числа, которое в перевернутом виде могла означать дату, час и минуты, какого-то события. Поскольку сотрудники британской специальной службы могли следить только за одним из действующих лиц и делиться полученной информацией ни с кем не хотели, то все силы были брошены на слежку за Марком. И действительно, на следующий день, в обозначенное время, Марк оказался в очень оживленном месте, где прослушивание, было сильно затруднено. Немного постояв на месте, он сунул руку во внутренний карман и достал телефон. Потом он поднес его к уху и стал, по всей видимости, внимательно слушать. Через девять минут он снова сунул телефон в карман и направился к метро.

Ничего из разговора Марка записать не удалось. О'Брайан был вне себя.

– Ответьте мне, как так получилось! Как! – кричал он в офисе своего отдела.

– Десять, нет, даже двенадцать оперативников непрерывно работают только с одним человеком. И вот, когда происходит, что-то действительно важное и нужен результат, полная катастрофа. У нас ничего нет!

– Мы ничего не могли сделать, записать разговор не успели, а он, собственно, ничего и не сказал, только слушал – оправдывался старший группы Джон Кейси.

– А почему вы не были готовы к этому, почему!? – не унимался О'Брайан.

– Видимо, вам еще рано поручать такие важные задачи.

– Послушайте шеф, но ведь мы знаем, что никакого материала нет. А старики просто заигрались. Зачем нам уделять им столько внимания? – спросил Кейси.

– Ты болван Джон, и таким и останешься, если не поймешь, что вопрос не в том, есть или нет, вопрос в том, кого назовут проигравшим.

За неимением коллег или подчиненных, которым майор Семенов мог достаточно доверять, он приобрел привычку анализировать проблемы, мысленно разговаривая сам с собой.

– Ну, что же. Будем считать, что, от брошенного мной камня пошли круги. И англичане оказались не на высоте. Только так можно объяснить, что они вышли по одному из открытых каналов с информацией, что был телефонный контакт между объектами А и Б. О чем они говорили англичане видимо не знают, но можно предположить следующий сценарий. Наш прилетал в Лондон, чтобы предложить свой план действий, а вот детали они проговорили уже по телефону. Причем сделали это на высоком техническом уровне. Из этого может следовать, что им помогают. Вопрос кто? Это не мы и не англичане. И не американцы, так как недавно они почти в открытую вышли на нашего и пытались его переманить, но получили от ворот поворот. Хотя совсем этот вариант я бы пока не отбрасывал.

Боб постучал в стеклянную дверь своего босса.

– Можно? – спросил он, сунув голову в кабинет.

– Да, Боб, заходи. Что у тебя? – не оборачиваясь, сказал Моррисон, стоя лицом к окну. Одной рукой он бросал на пол каучуковый мячик и снова его ловил.

– Хорошая новость и не очень, сэр – негромко проговорил Боб.

– Давай с не очень.

– Переманить русского не получилось. Хотя подключили одного его знакомого технаря из силиконовой долины. Это некий профессор Рудник, эмигрировал из СССР в девяностом году, но связи со старыми коллегами не прерывал. Однако без результатов.

– А вторая? – несколько раздраженно спросил Моррисон, перестав бросать мячик.

– У этих ученых, появилась новая идея, какая-то старая разработка. И они крепко за нее взялись. Между ними был телефонный разговор, но о чем говорили, ни наши английские коллеги, ни русские не смогли узнать. Помимо этого, русский профессор улетел не домой, а в Берлин и там связывался с посольством Ирана. Англичане планируют операцию, чтобы перехватить ученых, как только прилетит второй, но до того, как они попадут в иранское посольство. Русские я думаю тоже в стороне не останутся.

– Это хорошо, и что ты думаешь предпринять, в связи с этим? – спросил уже более добрым тоном Дениэл, и тут же запустил мячик в стену прямо над головой Боба.

Боб вжал голову в плечи, но взгляда с босса не отвел. Потом он подошел к Клоду, сел в стоящее рядом со столом кресло и сказал:

– Я думаю, можно сделать так, что это будет головная боль Израиля. Они же понимают, как Иран может воспользоваться знаниями профессоров. Пусть подключаются и поработают. А если им повезет, то с нами результатами поделятся. Если нет, то англичане тоже жадничать не станут.

– Поздравляю Боб, вижу, мои уроки не прошли для тебя даром.

Боб засиял и даже немного откинулся в кресле.

– Впрочем, тебе ещё многому нужно научиться. Проведение операции силами Моссада в Берлине, вряд ли будет согласовано, а без этого может вызвать неадекватную реакцию немцев. А в наших английских партнерах я бы тоже не был столь уверен. Я разговаривал с Моррисоном и предлагал помощь, но он вежливо отказал. Возможно, они хотят договориться с русскими – после этих слов Дениэл немного задумался и добавил:

– Помимо этого, мы не должны упускать возможность того, что новая разработка лишь прикрытие, а речь идет по-прежнему о первоначальном материале.

Боб перестал улыбаться и вернулся в исходное положение в кресле.

– Мы не можем облажаться в этом деле Боб. Если материал попадет в Иран, и они смогут его изготавливать в промышленном масштабе, мало никому не покажется – постукивая мячиком об пол, сказал Моррисон.

– Тогда надо подстраховаться. Только как? У нас в Берлине довольно скромные ресурсы.

– Значит, их надо усилить. Так что собирайся Боб, пора тебе стряхнуть с себя офисную пыль. И вот ещё что. Немцы не будут мешать, это я беру на себя. Однако, если всё затянется, то начнут задавать никому не нужные вопросы. Так что времени у тебя будет, не больше суток.

– Хорошо, я съезжу домой, соберусь и вечером вылечу – ответил Боб.

Уже у двери он обернулся и сказал:

– Можно вопрос, сэр.

– Конечно – садясь в кресло, ответил Моррисон.

– А почему мы отказались от помощи АНБ, они могли бы помочь?

– Это наше дело Боб. А для того, чтобы отследить двух пенсионеров не нужны все их примочки и прочие высокие технологии. Всё ясно?

– Да сэр – ответил Боб и вышел из кабинета.

Когда помощник Моррисона, был уже на улице, и шел к стоянке, к нему подошел один из знакомых ему сотрудников безопасности и показывая на стоящий не далеко автомобиль сказал:

– Прошу вас, сэр.

В этот самый момент зазвонил телефон Боба. Это был его начальник.

– Слушай, Боб. Я думаю, важно опередить наших коллег и встретиться с профессорами первыми. Я позаботился, чтобы ты немедленно вылетел в Берлин. Когда прилетишь, не задерживайся там нигде. Сразу в работу. Ок?

– Ок, Сэр. – ответил Боб и отключил вызов.

Он ещё некоторое время держал телефон перед глазами и как заклинания произносил не самые лестные слова в адрес своего босса. Не в слух, конечно.

Марк вылетел в Берлин на следующий день, вслед за Олегом. Они встретились в зале прилетов аэропорта.

– Рад снова тебя видеть. Я не усидел в гостинице и приехал сюда на такси – заулыбался Олег.

– Спасибо дружище, мне это очень приятно. Знаешь, я кое-что узнал, но не мог тебе сказать в Лондоне. Представляешь, сотрудник моей лаборатории работал на Ми-6! Кто бы мог подумать? – начал разговор Марк.

– Кто? Хеллен? – несколько равнодушно ответил Олег.

– Да. Да это Хелен, об этом мне сказали наши новые друзья. Не знаю, как ты догадался, но просто скажи мне, что не знал этого раньше.

– Конечно не знал, просто ты сейчас сказал, а я почему-то сразу подумал о ней. Да еще и литературы специфической читал много – слегка улыбнувшись, успокоил Олег.

– А потом, помнишь, когда она сделала тебе только часть копии, то очень расстроилась. Теперь я думаю, потому что не успела сохранить файл. А из-за этого, ознакомиться со всей рукописью ваши не могли, однако уже представляли, о чем речь. А наши имели еще меньше информации, меня потому и не выпустили, что не знали, с чем имеют дело, а у тебя уже получили информацию.

– Как твоя дочь? – поменяв тон, на очень серьезный, спросил Марк

– Спасибо, она пришла в себя. Врач, говорит теперь пойдет на поправку – смотря себе под ноги, сказал Олег.

– Ты знаешь Марк, я тут подумал, а если бы мы распечатали данные полностью или они были бы доступны, то что? Нас просто попросили бы помалкивать и заняться чем-нибудь другим? Получается, что нам, ученым, в этом мире ничто не принадлежит и ничто не подвластно. Мы винтики в каком-то огромном механизме, а как он работает и кем управляется не известно.

– Я понимаю, тебя. Знаешь, мне кажется, я стал понимать их логику. Для них это игра, ну не футбол конечно, но все равно игра. Можешь выиграть, а можешь проиграть, вот и все – сказал Марк.

– Ничего, мы теперь тоже будем игроками. Я уже договорился с теми журналистами, о которых тебе говорил. Да, и передай мою признательность Лоренсу, если, конечно, приведется. Он очень помог – произнес Олег.

– Да, эти ребята не подведут. Антиглобалисты – это страшная сила – торжественным тоном ответил Марк.

После этого профессоры поймали такси и поехали в отель. Через полчаса они были на месте. Марк вошел в холл гостиницы первым за ним вошел Олег. Оформившись, они поднялись в номер. Перед дверью стоял молодой человек одетый как портье. Он приложил палец к губам и пригласил профессоров войти. Потом, посмотрев по сторонам, тоже вошел в номер и запер дверь. Чемоданы Марка и Олега остались стоять в коридоре.

– Ну, и что ты выяснил? – спросил Семенов только вошедшего к нему Белова.

– Да, собственно, только то, что нас водят за нос. Я говорил с коллегой профессора, из института ядерной физики, который занимался с ним в шестидесятых упомянутой проблемой.

– И что, что он сказал? – уже с раздражением спросил Семенов

– Он сказал, что они делали кое-что по заказу института, но на текущий момент, эта работа потеряла всякую актуальность. Технологии ушли далеко вперед и …

– Ушли далеко вперед – в задумчивости повторил Семенов, не дав договорить Белову, и продолжил рассуждать:

– Значит, все-таки у них все получилось, просто старики решили хорошо заработать на старость. Ну и нашли покупателя в лице Ирана. Хотя мотивы могут быть и другими.

Семенов подошел к столу и поднял трубку телефона.

– Капитан, зайдите ко мне.

Через некоторое время в кабинете Семенова появился его помощник.

– Слушай Лисков, мне срочно нужна команда, человека четыре, надежных. Все понял. Я лечу в Берлин – сурово сказал Семенов.

– Простите, но я думаю, что я сам мог бы слетать – вставил капитан.

Майор задумался на некоторое время, потом встал из-за стола и сказал:

– Ничего, отдохни пока, а в этот раз я хочу точно во всем разобраться.

Берлинская операция.

В Берлин, майор прилетел сильно уставшим, организм требовал хотя бы чашку кофе, но времени на отдых не было, поэтому он сразу отправился к выходу. Его встретили, двое сотрудников посольства и один человек, который прилетел немного раньше. Неожиданно от группы людей, стоящих недалеко отделился, цивильно одетый молодой человек и направился прямо к майору.

– О, мистер Семенов! Очень рад встречи! —сказал он по-английски.

– Разве мы знакомы?

– Конечно! Вы приезжали в Женеву в составе экспертов от России по поводу одного чемоданчика. Я тоже там был. Меня зовут Джон Кейси.

– А! Да, теперь вспомнил – сказал Семенов и добавил:

– А где же ваш начальник, мистер О'Брайан кажется?

– У вас хорошая память. Он очень занят делами в Лондоне. А вы, какими судьбами в Берлине?

– Да теми же что и вы.

– Что же раз так, может поедем на одном автомобиле? Мой как раз ждет у выхода.

– Можно. Только пусть пара ваших ребят пересядет к моим, и поедут следом ответил Семенов.

– Хорошо – с улыбкой сказал англичанин.

Семенов проинструктировал двух своих сотрудников, то же сделал Кейси, и они оба пошли вслед за подошедшим к Джону водителем. Когда их машины выехали из аэропорта, Кейси сказал Семенову, что профессоры уже выехали из гостиницы.

– Тогда будем перехватывать их в дороге, и если с этим нужна помощь, то мы подскажем – сказал майор.

– Спасибо, но у нас все в порядке – улыбнулся Джон.

В этот момент водитель повернулся к Кейси и сказал, что впереди полицейская машина преградила им путь. Когда они подъехали к патрульной машине, полицейский дал знак, чтобы они остановились и подойдя к водителю постучал в окно. Водитель подчинился и опустил стекло.

– Прошу прощенья, но мне нужно проверить ваши документы – сказал страж порядка.

Водитель протянул документы полицейскому. Тот небрежно их взял и почти засунув голову в салон произнес:

– И ваши тоже.

– На каком основании, мы спешим – раздраженно сказал Кейси.

– Ещё раз прошу прощенья, но у меня приказ.

Джон протянул удостоверение полицейскому.

– Некоторое время тот смотрел в него, потом вернул и отдав честь сказал:

– Всё в порядке, можете ехать. Ещё раз прошу прощенья.

– Мы не потеряли их – спросил Кейси водителя, когда они тронулись.

– Нет, всё в порядке, вижу их.

– Не переживайте если потеряете, я помогу – вставил Семенов.

– Кейси обернулся и внимательно посмотрел на майора, потом сказал:

– Немцы поняли, что затевается что-то большое, и хотят участвовать. В противном случае обещали собрать к Иранскому посольству всех полицейских города.

Боб прилетел в Берлин немного раньше Кейси и Семенова. Пройдя к выходу, в сопровождении целого эскорта, он увидел быстро идущего к нему человека в очень неплохом кашемировом пальто, такие вещи Боб замечал всегда. Этим человеком был агент Джонсон, представитель их ведомства в Берлине.

– Ну, все в порядке? Где они сейчас? —спросил Боб.

– В гостинице. Мы установили жучки на чемоданах обоих ученых. На всякий случай на улице ещё наш человек.

– Отлично. Что же поедемте и мы в гостиницу. Думаю, принять душ – сказал Боб.

– Почему бы нам не взять их сейчас? – спросил, идя рядом Джонсон.

– Да потому что при них может и не быть ничего, и они не американские граждане. Если мы не получим всю документацию, то по крайней мере возьмем их с поличным при контакте с иранцами, это уже другое дело.

Гостиницу для Боба и его свиты заказали заранее недалеко от аэропорта. Приняв душ, высокопоставленный сотрудник спецслужб спустился в кафе, находившееся на первом этаже отеля. Боб уселся за столик и погрузился в чтение своего планшета. Охранник принес кофе и поставил его перед шефом. Боб отложил планшет и отпил из чашки. В этот момент к его столику подошла молодая женщина. Это была блондинка в коротком красном платье с шикарными ногами. Ее пальто было перекинуто через руку.

– Можно? – спросила она Боба указывая на стул напротив него, хотя свободных мест в кафе было достаточно.

Боб внимательно посмотрел на нее и как очнувшись, улыбнулся и сказал:

– Конечно!

Блондинка тоже улыбнулась и присела. В этот момент охранник сделал пару шагов в сторону Боба, но тот незаметным жестом остановил его. Незнакомка сделала заказ подошедшему официанту, и когда тот отошел, вынула из сумочки пачку Vogue и достала одну сигарету. В этот момент Боб как настоящий ковбой ловким движением достал из кармана зажигалку и поднес ее к лицу блондинки. Она закурила и глазами поблагодарила Боба.

– В гости? – спросил Боб.

– Простите? – не поняла незнакомка.

– Ну, вы явно не немка, видимо приехали в гости.

– А, понятно. Да я приехала к подруге.

– А вы наверно по делам? – спросила блондинка, элегантно стряхнув пепел сигареты в пепельницу.

В этот момент к Бобу подошел Джонсон.

– Сэр, сигнал пропал, мы пока не можем его поймать.

– Ну так свяжитесь с этим своим, который там уже – очень раздраженно произнес Боб

– Хорошо сэр.

– Как видите, к сожалению, по делам – развел руками Боб.

– Что же тогда простите, я не хотела вас отвлекать. Я пересяду – немного расстроено ответила блондинка и встала, собираясь уходить.

– Это вы меня простите, я наверно очень невежлив. Я занятой человек, но для такой восхитительной женщины, как вы, всегда готов найти время. Вот и сейчас, я отложу дела ради пары минут общения с вами. Ну прошу вас, не уходите – последнюю фразу Боб прогнусавил, примерно так, как ребенок просит купить ему мороженное.

Блондинка улыбнулась и села на стул:

– Грета – сказала она, протягивая руку Бобу.

Боб так резко протянул на встречу свою, что опрокинул почти допитую чашку кофе на себя. Привычное всем американское ругательство чуть было не слетело с его губ, но в этот момент блондинка так очаровательно засмеялась, прикрывая рот рукой, что Боб невольно тоже заулыбался, а потом и просто захохотал. Снова подошел Джонсон

– Сэр, ученые выехали из гостиницы, что будем делать?

– Как же ты мне надоел Джонсон. Иди садись в машину, я подойду скоро – раздраженно ответил Боб.

Джонсон пожал плечами и вышел из кафе. Он прошел джип сопровождения, стоящий напортив входа и сел в припаркованный рядом Мерседес. Водитель, увидев, что это не Боб, повернулся и сказал, указывая через лобовое стекло на стоящего неподалеку дорожного полицейского:

– Видишь его? Он достал меня как не знаю кто. Три раза подходил. Здесь стоянка запрещена и все такое. Я ему уже все объяснил и документы показал, а он все равно не отстает, зараза.

В этот момент из кафе вышел Боб под руку с блондинкой, которая оказалась выше его на целую голову. Они ещё поговорили некоторое время. И Боб раздувшийся как петух зашагал к машине. Бухнувшись на заднее сиденье рядом с Джонсоном, он спросил:

– Есть сигнал?

Фиаско.

В кармане Семенова что-то издало мелодичный звук. Это был его второй телефон, для экстренной связи. Он был хорошо защищен от прослушивания и взлома. Майор достал его и включил экран. Сообщение, которое он получил, мягко говоря, его ошеломило. В нем говорилось, что на открывшейся конференции по новейшим технологиям выступают оба профессора. Проблема была еще и в том, что все это происходило в Стокгольме. Семенов сунул телефон себе во внутренний карман и откинулся в кресле. Он почему-то точно знал, что вот сейчас Кейси обернется и улыбаясь скажет, что игра окончена или что-нибудь в этом роде. Однако Джон хранил молчание. Мысли роились в голове Семенова:

– Вероятнее всего то, что у британцев есть доступ к документации и они в курсе конференции. Поэтому-то О'Брайан не поехал, а послал этого Кейси, но зачем тогда продолжать этот цирк, не понятно.

Семёнов решил не торопить события. Так они проехали пару кварталов. На одном из светофоров Кейси быстро поднял руку и прижал ладонь к левому уху. Еще слушая, что ему говорят, он показал водителю, что надо остановиться. Выслушав сообщение, Кейси разразился громкими ругательствами, при этом ударяя кулаком по приборной панели. Впрочем, он довольно быстро взял себя в руки. Джон медленно повернулся к Семенову и вопросительно на него посмотрел.

– Я уже в курсе и тоже не понимаю, что происходит, мистер Кейси – спокойно сказал майор.

–И что теперь делать? – как будто у себя самого спросил англичанин.

–Думаю, надо понять кто в той машине, для начала – ответил Семенов.

– Согласен – уже спокойно сказал Кейси.

– Поехали уже – добавил он, обращаясь к водителю.

Через несколько минут, двигаясь за сигналом маячка, они въехали в индустриальный квартал Берлина.

В этот момент Боб, сидя в машине, отчитывал своего агента, за то, что тот потерял сигнал машины профессоров.

– Я знать ничего не желаю Джонсон, делай что хочешь, но найди мне этих пенсионеров!

– Мы не упустим их, я просто жду подтверждения от своего человека – сухо ответил Джонсон.

– Он достал телефон и набрал номер.

– Ганс, ну сколько ждать ещё. Нашел? Что? А, понял. Я знаю где это. Хорошо, спасибо Ганс, ты меня никогда не подводишь.

Джонсон убрал телефон в карман и повернувшись к шефу сказал:

– Всё, есть координаты. Они не далеко.

– Чудно. Так давайте уже поедем – нетерпеливо сказал Боб.

– О! Вот и маяк появился – радостно отрапортовал Джонсон.

– Ну, отлегло просто. Гони уже! – и Боб, пнул спинку водительского сиденья.

– А вы ребята будьте готовы, сказал он по рации морпехам которые сидели в джипе следующем за ними.

Следуя за маячком, Кейси и Семенов проехали примерно квартал по прямой, а потом повернули направо. Вот-вот должна была появиться машина с маячком, как вдруг прямо перед ними со встречной полосы повернул автомобиль и резко затормозил. За ним остановился джип, из которого тут же выскочили вооруженные штурмовыми винтовками М4 бойцы, одетые в черную форму и бронежилеты. Из следующей за Семеновым и Кейси машины также сразу выбежали агенты двух разведок и направили свое оружие на черных. Некоторое время казалось, что кровавой развязки не избежать, но ситуацию разрядил майор. Он быстро вылез из машины и громко и четко сказал своим:

– Это американцы! Успокойтесь.

– Кто у вас главный? – спросил он у ближайшего к нему бойца в черном бронежилете.

Тот, не опуская оружия, кивнул в сторону легкового автомобиля. Из него уже вылезал Боб. Оправив на себе одежду, высокопоставленный агент ЦРУ представился и сказал:

– Я не знаю, кто вы такие, но хочу заявить, что люди, находящиеся в вашей машине, представляют угрозу национальной безопасности США и будут задержаны для дальнейшей экстрадиции в нашу страну.

– Да что ты говоришь! И кого ты тут собрался задерживать? Мистер Кейси, покажитесь уже. Вам как-то сподручней будет объяснить всё своим союзникам – с ухмылкой произнес майор.

– Из автомобиля нехотя вылез Кейси, он уже понял в какую лужу все они сели и мысленно был на ковре у шефа в Лондоне.

– Я начальник оперативного отдела Ми-6 Джон Кейси. Это наши русские коллеги. Да опустите все уже оружие – последние слова он произнес с нескрываемым раздражением.

И когда до Боба стало доходить то, что было уже ясно его русскому и английскому коллеге, из-за поворота появилась машина с надписью «Die Welt».

– Нам только журналистов здесь не хватало – произнес, посерев Семенов.

Для Боба появились, наконец перспективы проявить себя в деле. Он повернулся к Кейси и Семёнову и сказал:

– Этих я возьму на себя.

Он быстро подошёл к машине журналистов и долго о чем-то говорил c одним из них, высоким парнем в джинсах и ветровке. Видимо не добившись особых результатов, он достал телефон и кому-то позвонил. Все это время два морпеха держали за руки оператора, не давая ему расчехлить камеру. Ещё некоторое время спустя Боб дал телефон своему собеседнику. Тот внимательно выслушал, что ему сказали, потом молча вернул телефон и знаком показал своим сесть в машину. Затем что-то грубо сказал по-немецки и тоже сел в автомобиль. Боб, не сразу среагировав на последнюю реплику, повернулся и спросил одного из своих людей:

– А что он там сказал?

– Сказал, что в Германии скоро не останется немцев.

– Боб хотел видимо что-нибудь ответить, и повернулся, но машина журналистов уже скрылась за поворотом.

– Ну что же, теперь работы у нас будет много, а здесь мне делать нечего. Всего хорошего, коллеги – сказал Семёнов и быстро направился к своему автомобилю. Сев на заднее сиденье он позвонил Лискову.

– Ну что, они сказали что-нибудь?

– Да, они сказали, что изобрели новую ткань с высокой степенью радиационной защиты, которая может спасти много людских жизней. И хотят подарить ее всему миру. Поэтому выложили в сеть всю документацию по этому материалу.

– Они что, действительно выложили?

– Да. Мы проверили.

– Скачали?

– Вообще-то нет. Я хотел после трансляции.

– Быстро, все сделать! Вернусь всех уволю – прорычал Семёнов и сунул телефон в карман.

– Едем в аэропорт – сказал он водителю.

Откинувшись на сиденье, Семенов закрыл глаза и улыбнулся:

– А все-таки они молодцы. Ничего не скажешь – тихо произнес майор.

Триумф.

Уже в коридоре на пути в кабинет Семенова встретил Лисков.

– Я узнал, иранцы понятия не имеют о материале. Они подтвердили, что профессора предлагали им участие в каких-то проектах, и готовы были встретиться, вот и все.

– Какая теперь разница – бросил в ответ Семенов – теперь уже не важно.

Раскинувшись в кресле О ‘Брайан, слушал доклад одного из своих сотрудников о выступлении профессоров:

– Мы знали, что если этот материал попадет к военным, то вся документация будет засекречена. И люди не смогут воспользоваться им в своих целях. Теперь же этот материал стал достоянием всего мира. А значит, потерял свою привлекательность для военных. Что же мы и так много сделали для обороноспособности наших стран. Пора подумать и о людях – закончил цитатой из выступления Олега и Марка докладчик.

– А мне нравятся эти старики. Хотя к делу это не имеет никакого отношения. Нужно будет собрать пресс-конференцию завтра и дать всем понять, что этот материал с самого начала предложили военным, но никакого интереса у них он не вызвал. Тогда и была кем-то придумана эта история про «пора подумать о людях» возможно этими авторами были инвесторы проекта. А в результате два уважаемых ученых были выставлены в не самом лучшем свете. Как-то так, отредактируй и передай пресс-службе – Дениэл встал и быстро вышел из комнаты.

Спустя полгода после конференции, от какого-то тяжелого недуга скончалась жена Марка. Узнав, печальную новость, Олег поспешил навестить своего друга, чтобы поддержать его. Как только все вопросы с поездкой были решены, он отправился в Лондон. Марк, как обычно встретил его в аэропорту. Выглядел он, совсем, неважно.

– Я очень тебе сочувствую, дружище, поскольку испытал подобное – сказал Олег, обняв друга.

– Спасибо. Спасибо что прилетел, для меня это очень важно – тихо сказал Марк.

– Знаешь я бы хотел ненадолго заехать в лабораторию, если ты не возражаешь.

– О чем речь, конечно – с готовностью ответил Олег.

В логове Марка все было по-прежнему, как в последний визит Олега, только вместо Хелен за ее столом сидела женщина средних лет в очках и сосредоточенно что-то набирала на клавиатуре. Друзья прошли рабочий кабинет Марка и пошли дальше, где в конце коридора была железная дверь. Марк открыл ее и позвал за собой Олега. Здесь русский профессор еще не бывал. За дверью была маленькая комната с несколькими стульями, столом и сейфом. За столом сидел Лоренс.

– Здравствуйте профессор – обратился он к Олегу.

– Привет Лоренс, давно не виделись.

– Да, давненько – с улыбкой ответил молодой ученый.

Марк подошел к двери, закрыл ее и запер на ключ.

– Я специально откладывал мой разговор с Лоренсом до твоего приезда, думаю тебе тоже будет интересно узнать, как ему удалось все это провернуть. Эту комнату я попросил сделать после моего возвращения. Здесь никто нас не услышит. Итак, мистер Тэйлор, мы все во внимании. Лоренс подождал пока два пожилых мэтра науки усядутся на стульях и откашлявшись сказал:

– Когда Марк рассказал мне как обстоят дела на самом деле, я был поражен. Я и не догадывался что такое, может быть. Марк посвятил меня в ваш план обратиться к иранцам о покупке материала, и в момент встречи дать пресс-конференцию. Я сказал, что это слишком опасно. Зато я вспомнил о своих друзьях по студенческим временам, и кое с кем из них встретился. Тогда и появился тот сценарий, который и удалось воплотить в жизнь. Мои друзья очень точно угадали как будут действовать наши противники. Кстати, вас двоих на пути из аэропорта Берлина в гостиницу сыграли два профессиональных актера. Мой друг сказал, что американцев они не ждали, и не знали поставили ли они маячки, поэтому пришлось импровизировать. Забрать не только ваши чемоданы, но и верхнюю одежду, а к их главному направили ещё двух человек. Парня переодетого полицейским и девушку-модель. Чтобы наверняка. Тем временем, наши друзья нашли четыре маячка: три на чемоданах и один на пальто Марка. Определить какой из них американский было не сложно.

– Надо сказать, что с технической стороной дела помогли ирландцы. Помнишь я тебе рассказывал об одной халтурке, из-за которой у нас возникли некоторые проблемы? Так вот эти ребята оказались совестливыми, к тому же когда они узнали, что среди наших недругов и сама МИ-6, то помогли бесплатно –, вставил Марк.

– Совершенно верно – подтвердил Лоренс и продолжил:

– В аэропорту выяснилось, что русские едут вместе с англичанами. Тогда и решили свести их с американцами. На машину англичан поставили маячок американцев. Просто остановили их как бы ради проверки документов и прикрепили. Американцев удалось продержать, чтобы они по времени могли встретиться. Дальше все пошло как нельзя лучше. Англичане с русскими ехали за нашим автомобилем с вашими чемоданами, а американцы за русскими с англичанами. Так и встретились. Шоу с журналистами, к сожалению, не удалось, но это ничего. Ну вот, собственно, и все, про ваше триумфальное выступление я рассказывать не стану.

– Спасибо тебе Лоренс, я очень тебе благодарен. Ты хороший парень – сказал Олег и встав, пожал Тейлору руку.

– Скажи, но ведь все это стоило огромных денег наверно? – спросил он, не садясь уже в кресло.

– Мои знакомые работали за идею, ирландцы, как я сказал, видимо тоже. Цена для них была не важна – ответил Лоренс.

Эпилог.

Попрощавшись, с сотрудниками лаборатории, профессора вышли из здания и сели к Марку в машину. Потом они поехали на побережье, к одному небольшому причалу, в то место, где Олег не раз уже бывал. У Марка была не большая яхта, под названием «Sacrifice», на которой он несколько раз брал Олега на прогулки. Чаще всего они ходили по Ламаншу. Однако в этот раз Марк предложил отправиться в Испанию. Олег не возражал, последнее время он не очень много работал, в основном читал лекции студентам нескольких вузов. А так как была середина лета, он мог себе позволить довольно длительный отпуск. День ушел на сборы к плаванию и только поздно вечером друзья смогли позволить себе передохнуть и поужинать. На следующий день, как только рассвело, они отправились в путь. Последний раз Марк выходил на связь, когда они покидали территориальные воды Великобритании. К месту назначения яхта не прибыла. Поиски, которые начались через несколько дней после отплытия профессоров, не дали никаких результатов. Стало известно, что примерно в том районе откуда Марк выходил на связь прошел очень сильный шторм, который чуть не потопил рыболовецкий корабль. Так что от дальнейших поисков решили отказаться. Через некоторое время, по инициативе родственников, поиски были продолжены. И в этот раз они дали результаты, был найден спасательный плот, сильно поврежденный и державшийся на небольшом пузыре воздуха. В нем обнаружили некоторые предметы, которые были опознаны родственниками Марка и Олега, как принадлежавшие им.

Content

Петр Лопатовский
Стариканы