Катрина Фрай

Cмертельный узел

Глава 1

Убийство – это самовыражение вашей личности. Оно бывает спонтанным или спланированным. Специфику убийства можно разделить на дерзкое, агрессивное и хладнокровное.

Не важно, что толкает нас совершить его. Главным, остается то, как мы себя проявляем в этом. Абсолютно каждый способен переступить за определенную черту, когда он готов убивать! Мы делаем это сознательно или бессознательно, защищая себя или своего ребенка, близкого нам человека или случайного прохожего. Совершая преступление, будь мы в агонии или доведя самих себя до этого состояния, не важно, в эти секунды мы не контролируем свое поведение.

Отношение общества к убийству весьма неоднозначно. Нас могут моментально осудить или наоборот, сделать героем! Как говорят в народе, все зависит от обстоятельств преступления.

Так, кто же сможет ответить на вопрос, убийство – это хорошо или нет? Конечно, первое, что приходит в голову ответ отрицательный. Нас с детства учат что хорошо, а что плохо. Но тогда что же случается с нами, когда нас погружают в экстренную ситуацию выживания?

Например, скажем, вас похитили и пытаются изнасиловать. Первое, что сделает наш мозг, даст сигнал защищаться. И мы уже не раздумывая, хорошо поступим или плохо, будь то самооборона или непредумышленное убийство, в ярости, агонии мы убиваем человека.

Затем, в суде, мы скажем примерно следующее: « Я защищал свою жизнь, он хотел убить меня, у меня был только один выход защищаться, это была самооборона». И тогда безусловно мы предстанем в глазах общества -абсолютным героем. Все выглядит именно так, в реальной жизни, просто человек крайне редко задумываемся над такими вещами.

Мы рождены убийцами, этот навык нельзя приобрести как какое-то умение или навык. Генетика, только и всего. Именно ген, отвечает за самосохранение нашей жизни, убеждая сознание в угрожающей для жизни ситуации принять решение о самозащите.

Конечно, это не значит, что нужно оправдать всех заключенных за убийство и дать им полную свободу действий. Я всего лишь хочу донести мысль о том, как мы любим осуждать тех, о ком ничего не знаем, мы очень быстро любим навешивать ярлыки, подхватывая мнение общества.

Человек, в принципе, редко задумывается за всю свою жизнь о таких вещах как убийство. «Лучше спрятать такие мысли подальше, ведь это никогда не коснется нас» – думаем мы.

Но когда оно все-таки приходит в нашу жизнь, мы первым делом пытаемся самостоятельно вершить самосуд, дать выход своей ярости, а она как правило и погружает нас в кризисное состояние, при котором мы, можем совершать ужасные вещи.

Специфика моей работы заключается в том, чтобы ловить убийц. Не важно кто он, серийный маньяк или это просто человек в состоянии аффекта совершивший хладнокровное убийство.

Работая уже много лет и раскрыв массу преступлений связанных с разного рода убийствами, я пришла к выводу, что нет определенной аксиомы преступления. Доли секунды определяют все то, что вы совершите. И именно в этот момент вас мало интересует, какое вы понесете за это наказание. Ведь ваша главная цель – убить, наказать, отомстить, уничтожить и стереть с лица земли того человека, который стоит перед вами.

Это был не самый плохой день. Я стояла возле окна своего небольшого рабочего кабинета и смотрела на улицу. Там не происходило ровном счетом ничего нового, что происходило в другие дни, которые я была вынуждена проводить на своём рабочем месте. За окном все тот же город Манхэттен –  историческое ядро города  Нью- Йорка. Для тех кто, может быть не знает, поясню. Это один из самых маленьких и самый густонаселённый из округов США. В Манхэттене расположены высочайшие небоскрёбы и разные архитектурные достопримечательности. Вообщем – это лучшее местечко на земле, для людей любящих суету, жизнь, движение и свою работу.

Я смотрела на улицу сквозь стекло и ощущала себя крупицей в целом море песка. Движение в этом городе не прекращалось никогда, ни на долю секунды. Все люди куда-то спешили, бежали, машины создавая пробки, уличные торговцы пытались быстрее обслужить как можно больше клиентов, продать им что-то похожее на кофе, вкусный бургер, или хот-дог. Фас-фуд процветал как никогда. Но большинство из нас, вынуждено питаться именно на улицах, так как это самый простой и быстрый способ перекусить.

Мысли мои были совсем не о вечном движении человека во вселенной, а о пределе человеческого терпения. И если его надломить, то происходят самые жестокие, зверские, душу леденящие трагедии, происшествия и беды.

Мы – само зло! И пора бы, по моему мнению – это принять человечеству. Но нет, каждый читающий сейчас думает, «Нет, это не про меня! Я совсем не такой! Что за бред тут несут? Я вообще не имею к этому отношения, и я смогу привести кучу доводов и опровержений». Просто иногда мы закрываем глаза на очевидное, чтобы наше настоящее не начало разрушаться, разолгаться от всего того зла и агрессии, которое окружает нас ежедневно. Не важно, на какой точке земного шара вы находитесь, где работаете и кем.

С одной стороны это ужасно осознавать. Да, порой нам совсем некогда, у каждого течет своя жизнь, создаются семьи, рождаются дети, начитается бытовая, рутинная жизнь. И тогда, мы придумываем черные и белые полосы, потому что мы хотим верить в чудеса, волшебство, магию и экстрасенсов – это необходимо для нас, как для самооправдания.

«Позитивное мышление и эмоциональный настрой!» – средства массовой информации постоянно зомбирует нас на эту тему, а психологи доказывают, что это положительно влияет на нашу психику. И можно об этом говорить до бесконечности, погружаясь в философию.

Но возвращаясь к преступлениям нужно отметить, что без убийств, народ просто не может и не сможет существовать.

Я забежала немного вперед мой читатель, ну обо всем по порядку. Нужно начать свою историю с самого начала, чтобы вы могли понять, как вообще мне пришло в голову все то, в чём я пытаюсь вас убедить, отняв несколько драгоценных минут вашего времени.

Меня зовут Глория Берч, мне 36 лет и я детектив первого класса в департаменте полиции Нью-Йорка. Всю свою сознательную жизнь я мечтала стать тем, кем я стала. Путь был не легкий, но все – таки, преодолев все преграды и препятствия после долгих лет службы, два года назад я получила звание – детектива первого класса.

Не знаю, стоило этого того или нет, работы в двое больше, а на зарплате это мало отразилось. Здесь только одно оправдывает все мои усилия – я фанат своей работы. Работа – это мой дом и моё всё. В крови у меня, ловить плохих парней и сажать их за решетки. Отсюда вытекают определенные последствия; у меня нет ни семьи, ни детей, меня на это не хватает. Многие конечно упрекнут меня, что все работают и у всех семьи, дети, это святое и бла, бла, женщину произвели на свет для продолжения рода и вся эта муть.

Я не все! Вот и мой вам ответ. Изначально я не котировалась под категорию типичной девчонки, которая должна удачно выйти замуж, нарожать детей и сидеть до скончания веков дома, выпекать пироги и прислуживать мужу. А ещё по праздникам запекать рождественскую индейку и собирать всех родственников до десятого колена у себя дома. Сочувствую миллионам женщин, у которых дела обстоят именно так, ну конечно, исключая тех, кто получает от этого истинное удовольствие.

С детства я была довольно активная, достаточно общительная, много любила читать, увлекалась уличными погонями на районе между соседскими детьми, играла в шахматы и активно занималась плаваньем. Меня всегда привлекали полицейские патрулирующие улицы и проезжающие на машинах с сиренами.

К окончанию школы я точно знала кем хочу стать, трудностей в выборе профессии не было никакого. Сейчас, моя жизнь течет стремительно и красочно. Я с головой в работе. Конечно, безусловно, у меня бывают минуты расслабления как и всех живых существ, иначе бы я просто съехала с катушек. Я не завожу себе никаких постоянных ухажеров и прочих любителей плотских утех, так как любые отношения перетекли бы в нечто большее, а это уже другая ответственность и другая история. Порой я не знаю, спасу ли свою шкуру, когда мне к голове приставлено дуло пистолета какого-нибудь психа. Все это специфика моей профессии, её девиз – опасность! Это риск каждый день во блага очищения мира от всякой «нечисти» – я бы сформулировала именно так.

Я отлично сложена и наверное, даже симпатична, по крайне мере если судить об отзывах среди мужского населения. У меня стройная потянутая фигура, стильная стрижка каскадом до плеч, светлые волосы с перламутрово-пепельным оттенком. Мои глаза изумрудно зеленого цвета, поэтому контраст цвета волос и глаз мало какого мужчину оставляет равнодушным. Иногда этим иногда можно пользоваться для своей выгоды, все-таки я не перестаю быть девушкой, не смотря на то, что я детектив.

Конечно, как и у любого детектива у меня есть напарник – имя его Брайн Уэйн.

Его внешность, может вы подумаете и банальна, но описываю её, так как она есть. Он настоящий красавчик! Это высокий, атлетического телосложения мужчина, ему 35 лет, с карими глазами, точеными чертами лица, очень харизматичный парень, преданный друг и закоренелый холостяк, так как он работает там же где и я, а это значит – он женат на своей работе. Почему то именно этими словами мне захотелось его вам описать. Просто я всегда ему говорю, что он по ошибке попал не в ту дверь, когда сдавал экзамены в полицейскую академию, дверь модельного агентства наверное, была рядом.

Но надо признать, что не смотря на его славную мордашку, он хороший коп, отличный друг и напарник. При его соблазнительной внешности у него нет проблем с женщинами. Я даже не пытаюсь запоминать их всех, потому что их целая вереница и в этом просто не смысла. С тем же успехом можно посчитать, сколько на песчаном берегу лежит песчинок. Впрочем, сам Брайн не парится по этому поводу нисколько.

Он из категории людей, которым всегда по жизни всё удается легко или это просто везение, не знаю, называйте, как хотите. Наверняка среди ваших знакомых есть такие люди. Детство своё он провел в престижной частной школе, затем поступил в полицейскую академию, закончив её достаточно успешно. Брайн выбрал специализацию близкую ему по духу и пошел служить в отдел, по борьбе с наркотиками. За время службы там, он достаточно перспективно себя проявил и заметив в нём потенциал, нынешний мой начальник майор Тед Броуди, как то предложил ему должность детектива в убойном отделе. Конечно, для этого нужно было пройти аккредитацию и получить звание, но это не составило особого труда для Брайна.

Я к тому времени, уже получила повышение и присматривала себе напарника. За хорошую службу у меня были особые привилегии и я могла сама себе выбрать достойного кандидата. Я внимательно изучала каждого, кто был у меня на примете. Брайна я знала заочно, еще по академии, затем мы как то пару раз сталкивались по работе в управлении. Сначала я даже не рассматривала его кандидатуру всерьёз, зная, какие слухи по отделу о его любовных похождениях.

Но однажды, мы выпивали в баре по случаю повышения одного из наших общих коллег и Брайн решил подкатить ко мне, мне пришлось его быстро осадить, отбив в дальнейшем всякое желание.

В то время я работала над делом «висельника» – парень вешал свои жертвы, имитируя это все под самоубийство. Вот тогда то, я решила, а почему бы не посмотреть этого парня в деле? Насколько он хорош?

Мы быстро нашли общий язык и совместными усилиями быстро раскрыли это дело. С тех пор мы работаем вместе и считаемся одной из лучших команд на своем участке. Стараемся работать быстро, оперативно и слажено, каждый из нас знает, кому за что отвечать, от этого у нас не возникает лишних

проблем.

Как я и сказала – это был не самый плохой день. Моё утро тогда началось в шесть утра.

Я живу в небольшой уютной студии, для личного пространства в самый раз. Каждое утро после сна я выхожу на пробежку, при этом всегда слушаю музыку, это помогает мне расслабляться не смотря на то, что я бегу и даю организму физическую нагрузку. Бег поддерживает физическую подготовку, держа меня в форме, так как на день иногда приходиться побегать за преступниками не один раз. Рядом с моим домом располагается огромный парк, маршрут один и тот же каждый день. Иногда, я не хочу даже останавливаться, наверное, я бежала бы вечно, порой мне кажется, что этот бег от самой себя. Я стараюсь ни о чем не думать, так как предстоящий день принесет мне массу интересного, едва я переступлю порог своего кабинета. И весь остаток дня мне придется думать, предполагать и знать наверняка. Порой мне кажется, что мой мозг однажды отключится или я просто впаду в кому, и пока извилины не отдохнут, я не приду в свое прежнее состояние.

После пробежки я наспех принимаю душ, перекусываю и вылетаю на работу. Сажусь в свою любимую тачку Mercedes-Benz – «А» класса, хечбек, черного цвета. Кстати, это подарок одного из бывших поклонников, он отказался забирать его обратно когда я решила с ним распрощаться, машина была классная, и я решила её оставить.

Сев и захлопнув дверцу машины, вспоминаю, что нужно позвонить Брайну. В трубке слышаться длинные гудки, а это означает, что либо он после бурной ночи отсыпается, либо поставил телефон на «вибро» зная, что я ему буду звонить в семь часов утра.

Наш рабочий день начинается в восемь, а то и того раньше, если есть полный завал с бумагами. Сегодня как раз этот самый день, когда у нас полный бардак на столах, потому что за текущую неделю набралось много нераскрытых преступлений, а мы просто иногда физически не успеваем все это оформлять в бесконечные отчеты и рапорты.

Время шло, гудки бесконечно тянулись и наконец, в трубке послышался сонный голос:

– Глория, это опять ты? Да, да кто же еще может трезвонить в семь утра, – промычал он в трубку.

– Брайн, и тебе доброго утра! – с усмешкой в голосе сказала я. – Заеду за тобой минут через десять и заберу твое никчемное тело. И постарайся уложиться в это время. Приведи себя в порядок. Сегодня куча бумажной работы, которую нужно выполнить, иначе майор с нас шкуру спустит! – послышались короткие гудки в трубке.

Не дослушав, он отключился. Это в стиле Брайна такое поведение. Отложив телефон, я нажала педаль газа и двинулась в сторону его дома. Приходится нянчиться с этим негодником, будь он неладен! Но мне нужны на работе его голова и руки как никогда.

Не знаю, каким чудом он так быстро собрался, но подъехав к его дому, Брайн уже ожидал меня, как ни в чём не бывало.

Он снимает небольшой дом. Ему нравится жить на просторе, чтобы была лужайка с газоном и всё такое, но одно оставалось для меня не понятным, когда он успевал всем этим любоваться? Мы все время торчим на работе. Кто и наслаждается видом его газона и всей широтой пространства особняка – так это его горничная, которая приходит два раза в неделю убираться.

Открыв переднюю дверцу машины и плюхнувшись рядом со мной на сиденье, Брайн с улыбкой сказал:

– Хелло, Глория, как спалось?

– Как младенец, – выпалила я. – Я выпила снотворное, чтобы лучше выспаться, иначе не могу расслабиться и не думать о делах, которые остались у меня на столе. Я одержима охотой на убийц, ты же знаешь!

– Сегодня у нас тяжелый день!? – с усмешкой пробормотал он. – Если память мне не изменяет, нужно подчистить все хвосты к двенадцати утра, затем явиться к майору Броуди, предоставив все отчеты и отчитаться по положению текущих дел, верно?

– Да, Казанова! Оказывается ты не пропил ещё все мозги в своих барах! Это меня в тебе всегда удивляет. Как по утрам ты можешь находиться уже в трезвой памяти, вливая в себя ночью то гадкое пойло, которое ты употребляешь, намешивая все, что только там предлагают!? Хотя, именно поэтому, ты едешь сегодня в моей машине, под моим контролем, иначе ты бы притащил свой зад не раньше, чем к обеду.

Брайн закатил глаза как подросток и стал корчить гримасы, передразнивая меня.

– Ой, не читай мне нотации мамочка! Я уже взрослый мальчик, к тому же, там было полно привлекательных девушек, которые так и норовили затащить меня к себе в постель и заняться с ними сексом! Что тебе рассказывать? Ты и так знаешь, что я не могу отказать, когда меня просят соблазнительные красотки.

Всю оставшуюся дорогу мы болтали о его ночных похождениях и подвигах. Всегда задумываюсь о том, а кто эти девушки? И почему себя так ведут? Вернее, что их заставляет это делать? Да, философствовать можно бесконечно на эту тему, но все же? Порой прихожу к выводу, что только меркантильные цели. Наверняка вы замечали, что они не считают себя проститутками. Их ответ всегда прост «Что в этом такого? Пошли с подругой отдохнуть, нас угостили выпивкой и затем мы поехали к ним домой для продолжения вечера». Конечно, каждой девушки хочется, чтобы продолжение было после утра. И чтобы этот самый «мачо» увозивший к себе её домой сказал, как она прекрасна, что всю жизнь он ждал только её, посадил бы в шикарную «золотую клетку» и осыпал деньгами весь остаток жизни. Но, к сожалению в большинстве случаев, так не бывает. Обычно, по сценарию, на утро как правило девушки чувствуют себя униженными, а мужчина кидает дежурную фразу – «Я перезвоню!». Дальше вы знаете.

В моей профессии чего и кого мы только не встречаем. Порой я думаю, что мир просто сошел с ума и мы живем среди психов и больных людей. Помниться, однажды где – то я прочитала следующую фразу; «Нет здоровых людей, есть недообследованные!» – это так точно подмечено.

Сотни ученных пытаются на протяжении долгого времени понять психику серийных убийц, маньяков, педофилов, но я с уверенностью могу констатировать тот факт, что меньше их на земле не становится. Ещё не вывели аксиому их излавливать, до совершения преступления. Единственное, к чему пришли врачи – ставить людей с подозрительным поведением на учет к психиатрам.

До управления мы добрались вовремя, даже со всеми вытекающими ужасными пробками, в которых нам пришлось поторчать. Мы зашли в холл, поднялись на седьмой этаж и перед нами, как всегда, открылась панорама из кучи полицейских, сидящих каждый за своим столом. Кто-то пил кофе, кто-то жевал пончики, некоторые носились как на пожаре с бумагами туда – обратно, и впрочем, это напоминало скорее кухню какого-нибудь ресторана, но никак не полицейский участок убойного отдела. Хотя, все присутствующие были разного ранга, чина и должности, нужно признать, что все они в общем не плохие люди, по крайне мере, некоторые из них могли протянуть руку помощи когда она была необходима.

Мы благополучно добрались до своих кабинетов и принялись за бесконечную бумажную работу. Мне нравится мой кабинет; он небольшой, с отделкой в современной стиле, с одним окном – видом выходившем на главную улицу. В нём находится все мне необходимое – стол, стул, офисная техника, компьютер и шкаф с многочисленными архивами дел.

Я люблю небольшие помещения, не привыкла к роскоши и помпезности. Здесь, в своем кабинете я чувствую себя комфортно, как улитка в своём панцире. Только тут я могу сосредоточиться над делами, подумать о стратегии, решать наболевшие проблемы и так далее – это мой второй дом.

Все ребята знают, если моя дверь закрыта, значит, я работаю не покладая рук и лучше не трогать меня в этот момент. Не нравится мне, когда я занята работой, чтобы кто-то нарушал моё личное пространство. Возможно, именно по этой причине у меня и не складывается личная жизнь. Никого я не могу переносить долго в своем пространстве.

Именно сейчас прибывая в этом состоянии, внезапно, мою идиллию нарушил молодой офицер, ворвавшийся ко мне в кабинет:

–Детектив Берч, вас срочно вызывает майор Броуди – доложил он по уставу.

Пока он говорил, я про себя отметила, что его немного потряхивало или он сильно нервничал. Парень был хорошо сложен, подтянут и очень молод. Видно, что он недавно закончил академию. Новенький, судя по всему – раз ворвался так в мой кабинет.

Так как дверь была теперь открыта настежь, в холле виднелись лица моих сослуживцев и они явно ждали, чтобы я задала юнцу взбучку, все сидящие по ту сторону кабинета уже прочувствовали это на своей шкуре, и знали мой вспыльчивый характер.

– Представьтесь лейтенант, – сказала я непроницаемым взглядом отрывая взгляд от бумаг.

– Лейтенант Рей Макларен! – отрапортовал он.

– Хорошо лейтенант Макларен, доложите майору Броуди, я сейчас поднимусь. И так как я вижу, что вы новенький, впредь не врывайтесь ко мне без моего разрешения. Это ясно? – Я встала из – за стола и подошла к нему так близко, что слышала как стучит его сердце и мне казалось, что с он готов был упасть в обморок.

Сидевшие на своих местах полицейские покатались со смеху и пытались, выкрикивать издевательские шути в сторону новенького.

– Так точно! – еле выдавил из себя Макларен и пулей выбежал из кабинета.

Я взяла необходимые бумаги, вышла и закрывая дверь, услышав за своей спиной:

– Круто ты его Берч осадила, будет теперь знать, как лезть в логово дракона! – послышался многозначительный смех всех присутствующих.

Я резко развернулась на каблуках к ним лицом.

– А вы все такие же кретины, какими были когда пришли сюда служить, так же как и он? Только одна разница между вами, сейчас многие из вас детективы, а мозгов от этого не прибавилось! Через час я спущусь от майора Броуди с совещания и тот кто должен сдать мне свои отчеты уж постарайтесь не облажаться! Они должны лежать к этому времени на моём столе. Пришло моё время посмеяться над вами! – произнеся это с лицом разгневанного дьявола, готового разорвать каждого кто встанет на моем пути, я последовала в кабинет к майору.

С майором Тедом Броуди у нас были особые отношения. Мы много лет служили вместе, вот уже десять лет я трудилось под его началом, он часто прикрывал меня и давал полную волю мои действиям, когда это касалось распутывания преступлений. Все потому, что он знал, я буду рыть носом землю и упеку любого придурка за решетку совершившего преступление. У меня было семьдесят процентов раскрываемости всех дел, за исключением конечно, тех, кому удалось ускользнуть из моих лап, или тех, кто залег глубоко на дно и ждал своего часа проявиться.

Майор Броуди был афроамериканцем, рост его был где – то сто восемьдесят сантиметров, темные как угли глаза, которые жгли тебя насквозь, и казалось выворачивают тебя на изнанку. При таком взгляде мало кто мог скрыть нужную информацию на допросах. Но меня это не брало, я и сама была не хуже него, все – таки он был моим наставником, когда я пришла после академии служить. Славные были времена, хотя тогда мне казалось, что я не продержусь и дня на этой чертовой работе. То, кем я на данный момент была, это заслуга от части майора Броуди. И он гордится мной, в глубине души я это знала.

Всю свою жизнь майор посвятил полиции и долгу защищать свою страну. Ему не нравилось вся эта бюрократия, он любил улицы и погони за преступником. Но служебный долг, обязал его заниматься бумажками, политикой дел, урегулированием всех проблем возникающих в нашем отделе. А над ним, как и полагается, тоже было начальство требующее как всегда невозможного. Он справлялся со своей должностью блестяще и был моим кумиром, примером образцового детектива. У него за плечами огромный опыт и стаж.

Зайдя к нему в кабинет, я обнаружила его сидевшим за столом, уткнувшись в кучу бумаг разбросанных на столе. Он поднял взгляд на меня и я поняла, что ничего хорошего от последующего диалога ждать не придется. За столько лет службы, поневоле выучишь повадки, мимику и жесты своего начальника и зайдя к нему в кабинет достаточно одного взгляда, чтобы определить, что тебя ждет.

Брайн, к моему удивлению, уже сидел в кресле напротив него, закинув ногу на ногу, и мне стало очевидно, все ждали видимо только меня.

– Проходи Глория, – начал майор Броуди. – У меня для тебя и Брайна не особо приятное дельце. Я хочу, а вернее на меня давят сверху, чтобы я этого хотел, – он усмехнулся. – Хочу, чтобы вы с детективом Брайном Уэйном взяли новое дело, – он многозначительно замолчал, выдержав небольшую паузу. – Преступление произошло сегодня утром. Вернулся наш старый приятель, Глория. Когда – то много лет назад, я сам лично занимался этим делом и думаю тебе хорошо известно, о чем я сейчас говорю, – он вытащил сигару из шкафчика своего стола и не спеша закурил.

Я начинала потихоньку догадываться, что это за дело, потому что так небезразлично и с тяжелым сердцем как реагировал на него майор, можно было реагировать только на дело №567888. За этими цифрами скрывался никто иной как, серийный убийца – прозвавший себя «Пикассо».

Этим делом занимался тогда майор Броуди и его напарник. Я тогда только закончила академию и была стажером под руководством майора. Конечно, я была введена в курсе дела, но майор старался в то время меня не подпускать близко к этому, чтобы моя психика ещё не привыкшая и неокрепшая к таким зрелищам, не пострадала в первые дни стажировки. Майор Броуди продолжил:

– Глория ты понимаешь, о каком деле идет речь? – он сдвинул свои брови и нахмурившись посмотрел на меня.

– Да сэр. Это дело «Пикассо» – уверенно ответила я.

– Глория! – он посмотрел прямо мне в глаза. – Он вернулся! – Майор сказал это с таким отчаяньем, что на какое-то мгновение мне показалось, что он готов был разрыдаться.

Знаете, мы много лет работаем в полиции и каждый день видим трупы, к этому начинаешь через определенное время привыкать, так как мы просто выполняем свою работу. Мы стараемся абстрагироваться от всего лишнего, от эмоций, чувств, у нас нет времени на размышления, нам нужно быстро раскрывать по горячим следам дело, когда это возможно. Но, не смотря на все вышеперечисленное, у каждого детектива есть особое дело, которое западает в душу так глубоко, что ты начинаешь его пропускать через себя. И если ты его не раскрыл, то это будет съедать тебя до конца дней твоих.

Многие конечно находят отдушину в спиртном, иначе просто не могут снять с себя этот груз. И это дело о «Пикассо» было именно тем единственным и особенным для майора Броуди, которое не было им раскрыто, в котором жертвами стали молодые девушки в возрасте 18-19 лет и их количество достигло семи человек.

Броуди продолжал смотреть на меня и сверлить испепеляющим взглядом и в этом взгляде, было столько отчаянья и мольбы о помощи, что мне стало не по себе.

– Что произошло на этот раз? – едва смогла я выдавить из себя. – На несколько минут я впала в какое то оцепенение, потому что мозг начал лихорадочно работать, поневоле вспоминая, что мне известно? И я так же понимала, с чем в ближайшее время мне предстоит работать.

Не знаю, как и сказать, но на тот момент мне казалось, что я морально готова к этому делу. Мы все проживаем разную жизнь и она нас кидает из стороны в сторону, учит выбираться из жизненных ситуаций ежедневно, какими бы они не были. Те, кто не стравляются с этим потоком бесконечных преград – либо погибаю, либо остаток своей жизни проводят взаперти со своим подсознанием, злясь на весь мир и обвиняя во всем окружающую среду.

Это всё наболевшие вопросы бытия и на их тему можно долго рассуждать, мой дорогой читатель, но я лишь хочу сказать о том, что чем больше нам становиться лет, тем больше опыта мы приобретаем. А чем старшее, тем какие-то вещи кажутся не такими сложными и страшными как много лет назад. Мы уже умеем анализировать, размышлять, включать мудрость того возраста в которым мы прибываем. С чем-то мы самостоятельно справляемся в одиночку, но иногда наступают моменты, где нужна опора, поддержка, без неё никак не справиться самостоятельно, а так как наш мозг умеет обрабатывать колоссальное количество информации за секунды, мне успела придти в голову мысль. «А справлюсь ли я сама с этим делом? На мне будет большая ответственность!».

Как собственно моей заинтересованности раскрыть это дело, так ещё я понимала насколько это важно для майора, раз он именно мне хочет это доверить, а самое главное – это значит, дать шанс тем семьям, которые потеряли своих детей. Убийца их детей должен быть пойман и наказан по всей строгости.

Майор Броуди встал из-за стола, подошел к окну повернувшись к нам спиной и тихо заговорил:

– Что мы знаем о нём? Ничего! Только совершенные им преступления, его прозвище «Пикассо» и горы трупов. У него свой стиль, свой метод и он не уловим. Его работа методична, между совершенными преступлениями временной порог разный, от месяца до нескольких лет. Семь жертв за десять лет. Теперь прошло ещё столько же и плюс ещё одна жертва. Он ждал десять лет Глория, понимаешь? – он резко развернулся и в его глазах пылала дикая ярость. Казалось, он готов был наброситься и убить сейчас кого угодно. Глубоко вздохнув, он продолжил. – У нас нет ничего на этого парня! Он не оставляет ни улик, ни следов, ничего! Даже тел. Его жертвы исключительно девушки возрасте 18-19 лет, не имеющие ничего связующего между собой, кроме возраста. Девушки просто однажды исчезали. Как выяснилось в ходе следствия; он их похищал, затем спускал всю кровь, пока жертва ещё была в сознании. Затем расчленял тело на составные части, удалял кожу с участков тела, аккуратно снимал её и из этих лоскутков плоти составлял картины Пабло Пикассо. Данные полотна он оставлял нам в самых разных местах. Поэтому, точную дату смерти всех семи жертв до сих пор кроме него, никто не знает. Мы знаем только даты размещения картин на месте преступления. На всех его так называемых «шедеврах» стоит дата и его инициалы в виде двух букв П.П.. Картины, которые он копирует, он тоже выбирает абсолютно в хаотичном порядке. Как предположили тогда мы, может со своей стороны они естественно, что-то значат для него. Для нас же нет, никакой хронологии, ни по годам, ни по алфавиту. За время ведения его дела он произвел такие картины как : « Девушка за глажкой», «Майя с куклой», «Дора Маар с кошкой», «Чтение», «Селестина», «Голова женщины», «Женщина со скрещенными руками». Названия так же ужасны, как и сами картины. Увидев раз, ты уже ничем их не сотрешь из своей памяти.

Пока майор вводил нас в курс дела, я всё время держала в поле зрении Брайна, следя за его реакцией. Казалось, он прибывал в неком любопытстве. Видимо инстинкт охотника начал включаться.

– Брайн, – обратился майор Броуди к нему. – Тебе придется через все это пройти, а это сродни тому, как добровольно пропустись свой мозг через мясорубку! Так что если ты не готов к такому, ещё не поздно отказаться. У Глории я даже спрашивать не буду, она назначена ведущим детективом на это дело.

– Майор, сэр, я никогда не оставлю детектива Глорию Берч на растерзание всему отделу, работающему над этим делом. И для меня будет честь поймать этого ублюдка вместе с командой! – Брайн повернулся ко мне и улыбнулся.

Броуди удовлетворительно кивнул головой. Думаю, он хотел, чтобы всё сложилось именно так. Брайн ему был нужен в этой команде, он отличный коп.

– Теперь я введу вас в курс дела, которое произошло сегодня, – тяжело вздохнув продолжил майор. – Преступление совершено сегодня ночью, наши ребята уже всё оцепили и ждут нашего приезда. Раньше я не мог приступить к расследованию, были бюрократичные проволочки, пока я ставил сенатора Нила Хэриса в известность. Теперь идите быстро собирайтесь, сейчас поедем все вместе посмотрим на место преступление, что на этот раз нам приготовил наш так называемый художник. С этого момент как вы выйдите за дверь предупреждаю, от прессы вам не будем прохода, нужно быть во все оружии, и не допускать утечки информации по возможности. Все равно они пронюхают рано или поздно, но лучше позже, так у нас будет хоть какая- то фора в расследовании, пока они не обольют нас грязью с ног до головы. И еще, обо всем докладывать мне лично, держите меня в курсе. Глория есть вопросы?

– Нет, сэр. Встретимся на месте. – Я поспешила выйти из душного кабинета.

Мы вышли вместе с Брайном и я на миг почувствовала себя «супер» героем. Как будто мне доверили некую миссию, а я капитан корабля, который нужно посадить на неизвестной планете, откопать золотое руно и вернуться домой целой и невредимой, чтобы все были довольны, и команда вернулась в полном составе без потерь. Казалось, всё это не выполнимым и полным безумием. Но смотря сейчас на Брайна, я заметила, как его глаза загорелись, он был полон энтузиазма и решительности, раскрыть это дело.

Спускаясь по лестнице, мы обсудили с Брайном услышанное и решили встретиться через несколько минут на парковке. В офисе на нашем этаже происходила суматоха. Здесь находилось много людей; детективы, новички, стажеры, наркоманы, подозреваемые и проститутки, вообщем полный комплект и всё это больше напоминало жужжащий улей.

Я пронеслась мигом в свой кабинет и закрыв дверь, прошла и села за рабочий стол . Мне нужна была минутка тишины, провести мысли в порядок, принять то, что сейчас на меня навалилось. Предстояла большая, огромная работа и майор Броуди возлагал на меня надежды. В такие моменты можно гордиться самой собой, но работа будет адская и не самая приятная. Здесь будет требоваться вся наша смекалка и нестандартный подход к расследованию, так как стандартный как мы видим, не принес никаких плодов. Лучшие полицейские корпели в течении многих лет над убийствами «Пикассо» но тщетно, видимо преступнику льстило, что за ним тогда гонялся весь город. И вот после долгого перерыва, он решил вновь поиграть. Этот «Пикассо» был ничуть не лучше чем Джек Потрошитель, все знают кого убивают, но не знают кто? В этом то и заключается весь парадокс.

Закрыв глаза, я попыталась заставить себя расслабиться, представить себя пятилетним ребенком бегущей по полю за целой вереницей разноцветных бабочек.

Да, да, я тоже человек и я должна расслабляться, а не бесконечно ловить психов и быть «железной леди». Брайн как то предлагал заняться мне йогой или походить на курсы кулинаров, но понял через пару минут, что это были не самые лучшие идеи вырвавшиеся наружу из его головы. Наверное, надо научиться медитировать. Говорят, от этого становится спокойно на душе.

Погрузившись глубоко в свои мысли, я слышала, как ритмично стучит моё сердце, но мой мозг отказывался отдыхать. Он начал выстраивать разные вариации, версии и в первый раз в жизни мне стало страшно, что вдруг я не справлюсь со всем этим? Возникло ощущение, что не будет все так просто складываться, как хотелось бы. За десять лет тишины, убийца мог отточить мастерство до совершенства, а мне предстояло с этим работать. В эту минуту в кабинет влетел Брайн:

– Глория, детка, тебя долго еще ждать? – Увидев меня в расслабленном состоянии медитации, сидящей в кресле с закрытыми глазами, он не упустил шанса подшутить. – Почему ты делаешь это в одиночестве? Могла позвать меня, мы бы вместе расслабились!

– Заткнись, Брайн! Нас ждет тяжелая неделя, когда скорее всего все твои дни будут заканчиваться в баре за стаканом виски. Я набираюсь сил и привожу мысли в порядок. Ладно, пошли, нет мне от вас покоя! Идем, посмотрим, что нам оставили в качестве приза на этот раз.

– Как скажешь «мамасита», лично я готов пахать двадцать четыре часа в сутки, до достижения результата. Теперь ты босс, я в твоем полном распоряжении. Если мы раскроем это дело, нам дадут по звезде на погоны и неплохую прибавку, а это уже кое-что. – Выталкивая меня за дверь без умолку болтал он.

Я что-то фыркнула ему в ответ.

Собравшись, мы спустились на парковку.

– Глория, все будет в шоколаде! Я рядом, мы справимся, – подбодрил он меня.

Садясь за руль я подумала, что наверное мне нужны были эти слова, в них было что-то теплое, надежное, это придавало сил и уверенности в себе. Брайн всегда со мной рядом, он преданный напарник до гробовой доски.

Он уселся рядом открывая пакетик чипсов, который судя по всему успел купить в автомате по дороге и начал их жевать. Надев солнечные очки, он сказал:

– Трогай детка, Чип и Дейл спешат на помощь! – кладя чипсу себе в рот сказал он, выглядывая поверх очков.

– Это точно! Не забудь поделиться своими чипсами со мной, – погрузив руку в пакетик, побормотала я.

Прибыв на место преступления мы прошли за огороженную ленту и оказались возле картинной галереи. И именно с этого дня я забыла, что такое нормальный сон.

Здание находилось в центре города, в людном месте, это была частная картинная галерея одного любителя изобразительного искусства, японца по имени Нашими Гоарчи. Как я заметила, с ним уже работали наши ребята, он давал показания, что-то усердно доказывая и жестикулируя руками. «Побеседуем с ним попозже, когда немного угомонится» -подумала я.

Сама галерея представляла из себя одноэтажное строение выкрашенное и выдержанное в черно- белых тонах. Первый зал хорошо был виден с улицы, так как окна были панорамные, видимо это задумка дизайнеров или самого владельца для большего привлечения клиентов. Хотя мне как человеку далекому от живописи всё это больше напоминало аквариум, в который периодически запускали рыбок и они начинали метаться и плавать, разинув свои рты.

На место уже прибыли «пираньи» – в виде репортеров, многочисленные журналисты «стервятники», которые вечно усложняют нам жизнь, со своими версиями и гипотезами. Также стояла машина скорой помощи, криминалистов и прибыл наш судебный медицинский эксперт Эдриан Курт. Я увидела, как он подъехал и пытался припарковаться в этом водовороте людей и машин, поэтому поспешила зайти вовнутрь осмотреться до него.

– Брайн пошли, осмотримся! – крикнула я ему через плечо.

Он по дороге остановился разговаривая с патрульными, а так же перекидываясь словами с кем то из наших криминалистов.

Брайн меня нагнал и мы вошли в помещение. Первое, что я ощутила – это запах нарисованных полотен. Почему то сильно пахло красками, будто картины только написали и выставили в зал. Это был приятный запах соответствующий месту нашего пребывания. Возможно, художник писал и трудился где-то в подсобке этого помещения. Сама обстановка внутри была холодной. Здесь висели полотна в стиле кубизм, это не мои глубокие познания искусства, а так я прочитала, входя в зал. На постерах висевших на стенах были указаны; даты выставки, время работы, имя художника и стиль его творчества. Ни черта не понимая в этих мазках, мне казалось, что я попала на выставку чокнутого. Бросив взгляд на Брайна, я пришла к выводу, что судя по всему он был аналогичного мнения.

– Глория, как ты думаешь, я могу так же нарисовать?– вглядываясь внимательно в холсты висящие на стенах, произнес он.

– Брайн, нужно иметь талант, коем ты явно не обладаешь..

Мы двинулись дальше, из коридора был переход в следующий зал и там были другие произведения, видимо как- то они подразделялись на серии. Так же в зале повсюду присутствовали скульптуры разнообразных форм и фактур.

Пол был выложен из белого мрамора, плитки лежали определенным узором, поочередно сменяясь белым и черным цветом. Мне показалось, что это придавало дополнительный холод и мрачность этой галереи. Я поежилась, было прохладно и в воздухе витало какое-то энергетическое напряжение.

Каждое место преступление пахло всегда по особенному, но я уже привыкла не обращать на это внимание, так как годы работы заставляют абстрагироваться от любых эмоций, по мере возможности. Иначе, прощай жетон и здравствуй психиатрическая клиника.

Пройдя в следующее помещение, это был малый зал, мы резко остановилась как вкопанные от увиденного. Перед нами на чисто белой стене висело одно единственное полотно. Его размер составлял на вскидку около метра в длину и сантиметров шестьдесят в ширину. Перед нами висела чудовищная, безобразная картина.

Как я позже выяснила, одна из знаменитой серии Пабло Пикассо «Плачущая женщина». Весь холст был в ярких красках, мазках и бог пойми в чём еще. На нем была изображена плачущая девушка, которая как бы прикусывает носовой платок. На голове была красная шляпка. Как выяснилось позднее, у настоящего художника Пикассо это считается шедевром! Его серия картин «Плачущая женщина» посвящены своей возлюбленной Доре Маар, музе с которой он их и писал.

Наш же убийца пошел дальше и воссоздал все это из живой плоти своих убитых жертв! Вы и представить себе не можете весь это ужас висевший на стене, который смотрел на нас. Я впала на несколько секунд в оцепенение от увиденного. Что вы понимали, это был не просто холст, а воссозданный портрет! Просто нарисован он у «нашего» художника был в виде фрагментов разных геометрических форм и цветов.

На нас смотрело лицо собранное из лоскутков человеческой кожи. К картине были прикреплены глаза и ресницы жертвы, видимо ему не удалось прикрепить челюсть жертвы, (как оно должно быть сюжету из оригинала). Конечно, это было бы не просто сделать, поэтому убийца её прорисовал, а сверху наложил кожу, с губ жертвы.

Увидев через какое-то время оригинал этого полотна, надо признать, что ему удалось полностью воссоздать картину, в мельчайших подробностях. Поверх кожи он наложил разные краски, таким образом, пытаясь воспроизвести точную копию холста. Жутчайшее зрелище смотрело со стены прямо на нас. Когда ты понимаешь, что на тебя смотрят глаза реальной девушки, которую расчленили и бог знает, что еще делали это приводит тебя в парализующее состояние вперемешку со страхом. Зрелище леденящее душу.

Я не однократно видела первые работы убийцы в архиве, они весьма отличались от этой. Тогда убийца только начинал воспроизводить свои замыслы на холстах и они были выполнены весьма небрежно, неаккуратно и в большой спешке. Эта же, была сделана с большим трудом и упорством и по своему конечно, была выполнена идеально – если можно так выразиться для полноты и ясности. Он добился колоссально мастерства и сходства, холст был сделан безупречно, со стороны воспроизведения.

Мы стояли с Брайном так несколько минут, но немного придя в себя, решили подошли ближе и внимательнее рассмотреть все детали. Приблизившись мы одновременно увидели надпись на картине. В правом углу стояла дата шестое марта и инициалы в виде буквы «П», дальше внизу шла строчка; «Детективу Глории Берч. Надеюсь, вы найдете этот шедевр прекрасным». А вот это уже было, что-то новенькое! Раньше он никогда не оставлял послания. Только дату и инициалы.

– Какого черта ему надо от тебя? – уставившись удивленно на меня, сказал Брайн.

– Сейчас, минутку Брайн. Я только достану свой магический шар и дам тебе все ответы на интересующие тебя вопросы, а так же, укажу путь и месторасположение преступника! Откуда я знаю Брайн!? Я вижу, сейчас все тоже, что и ты в первый раз. Видимо он вздумал поиграть с нами.

В этот момент в зал вошли майор Броуди и Эдриан Курт. Мы все обменялись друг другом рукопожатиями.

– Детектив Берч, что вы думаете об увиденном вами? Есть какие то версии, соображения? – майор Броуди начал буравить меня взглядом.

–Нет сэр, я только как пять минут назад увидела все это, теперь наш парень ещё оставляет послания и это что-то уже новое. Мне нужно время, чтобы дать вам какие – то заключения.

– Признаюсь, я не смог здесь оставаться дольше пары минут, не могу смотреть на это чудовищное зрелище! – За дверью толпа репортеров детектив и все ждут от меня заявления по этому поводу. Надо кинуть им какую кость, – майор явно начинал злился и выходить из себя.

– Скажите, что следствие пока не готово делать никакие заявления, – вступился Брайн.

Эдриан Курт все это время стоял рядом с майором Броуди, внимательно слушая и изучая все проходящее вокруг. Затем он неожиданно произнес:

– Господа, если вы поторопитесь, я надеюсь приступить немедленно к своей работе. Так как тела у нас нет, о чём можно говорить до выяснения ДНК? Удастся ли нам его получить, я не знаю!

Мы все резко устремили свои взгляды на него.

– Ладно, начинайте работать, отчет утром ко мне на стол Берч! – майор Броуди развернулся и стремительно вышел из зала, была бы тяжелая дверь, он наверное бы хлопнул ей со всей силы. Видимо он стареет и не может уже как прежде сдерживать себя как прежде.

Хотя пресса теперь не отвяжется от нас и будет ходить по пятам выуживая информацию по крохам, так ещё и сенатор взял на контроль это дело, так как оно давно требовало своего финального завершения. И если мы сумеем поймать преступника, сенатор получит дополнительные бонусы от общества на предстоящих выборах. Цепочка одна и у каждого в ней свой интерес.

– Не успели еще приступить к расследованию, уже готовь ему бумаги! Чертова бюрократия! Будь она проклята! – выругалась я, засунув руки в карманы брюк.

– Первые вопросы, который у меня возникают, – повернувшись к Брайну и Курту продолжала я. – Откуда убийца знал, что именно меня поставят на это дело ведущим следователем? Что этим вообще буду заниматься я? И почему послание адресовано мне? Он что, затеял какую-то игру или я следующая жертва? Если последнее, тогда он черта с два угадал!

Курт молча прошёл между нами с Брайном и начал осматривать полотно.

– Первый раз у меня на столе не будет тела, а только его кусочки в таком виде. Я работал много лет назад над этим делом, но в должности лаборанта, тогда его расследовал майор Броуди. Скажу вам ребята как врач, этот парень – мастер своего дела уже на первый взгляд. Сложно дать полотну описание одним словом, верно? – Он развернулся и внимательно посмотрел на нас. – Оно заставляет кровь леденеть в жилах, в ней есть и страх, и ужас, и восхищение. Делаю ставку на то, что он медик, либо рожден им. Чтобы так искусно снять кожу и её сохранить, требуется ювелирная работа. Но он пошел дальше и как-то сумел обработать кожу, из чего я рискну предположить, мы не сможем обнаружить следы ДНК на образцах.

Эдриан Курт был прекрасный специалист, лучший судебный медицинский эксперт в нашем департаменте. Его ценили и потакали ему во всех научных прихотях, потому что квалифицированные работники в этой области навес золота. В большинстве случаев, это половина дела, когда коронер выносит своё заключение.

Курт был чуть выше среднего роста, худощавого телосложения, с карими глазами и русыми коротко стрижеными волосами, аккуратно уложенными набок. Он был довольно привлекателен и харизматичен. У него была обаятельная улыбка и доброе сердце. Хотя не знаю, плюс это или минус при его то работе. Не могу наверняка знать, что твориться с его сердцем вскрывая трупы день за днем без перерыва. Вот кто – кто, а уж он точно, никогда не останется без работы. Мне импонировало в нем то, что не смотря на свою мрачную профессию Курт всегда был в отличном настроении и приятном расположении духа. Он как и все мы просто человек. Единственное, он работает без определенного графика, так как люди гибнут когда захотят, а не по расписанию. Он был одинок и холост. Какая девушка согласиться жить в вечном ожидании? Конечно, у него были пассии, женщины пользовались им настолько, насколько он позволял им это делать. А затем, когда они ему наскучивали, он в один прекрасный момент прекращал с ними всякое общение. Типичный холостой мужчина. Порой без женщин куда спокойней, потому что любая из нас может стать назойливым насекомым и будет докучать вам ежедневно.

Я не видела Курта около недели наверное, с того самого дня как мы переспали с ним. Это было на вечеринке по случаю дня рождения нашего майора. Чем могу себя оправдать? А стоит ли это делать, искать оправдание для самой себя? Я была слегка выпившей и мне захотелось расслабиться. Как-то всё само собой получилось, хотя изначально и не планировалось. Классика жанра, после вечеринки мы оказались у него дома, нам было весело. Мы смотрели фильмы, спорили, потом мы выпили ещё, чёрт знает сколько спиртного, ну и какое должно было быть продолжение у двух одиноких красивых людей? Секс! Конечно, он родимый. Наутро, мы решили с Куртом оставить то, что произошло между нами, легким прекрасным воспоминанием. Нам совсем ни к чему было портить свою репутацию как профессионалам, а слухами земля полнится и обязательно, когда-нибудь всё это разнесется по отделу. Поэтому, я давала до этого раза себе зарок, ни с кем из коллег не спать, но раз так уж случилось, нужно поскорее об этом забыть и похоронить этот случай в своём воспоминании. Курт был полностью солидарен с моими доводами. Хотя мы прекрасно провели ночь вместе, насколько мы могли об этом потом наутро вспомнить. Надо признать, иногда в минуты одиночества мне иногда хотелось повторить всё ещё раз, чтобы получить физическую разрядку. Но, к сожалению, я не могла пойти на этот шаг, потому что я понимала, что визиты станут регулярными, потому что в постели Курт был весьма хорош. Нельзя смешивать работу и личные отношения, тем более когда ты детектив убойного отдела, а он патологоанатом. Это гремучая смесь с одной стороны, но с другой стороны, зато будет, о чём за ужином поговорить.

Курт подошел к нам ближе, скрестив свои руки на груди.

– Есть какие то соображения на этот счет? Это вернулся наш старый убийца? Или у него появился подражатель?! – произнес он своим бархатным голосом. – Полотно весьма занимательное. Какие мысли у вас детективы по этому поводу?

– Мысль одна, – начал Брайн. – Он полный псих! Как такое ему вообще могло придти в голову? Вот в чём нам предстоит для начала разобраться. – Посмотри внимательно, сколько он вкладывает сил в это, какой надо обладать подготовкой, выдержкой и терпением? У нас новая головная боль, он изменил свой стиль, вернее внёс новшество, прямая угроза детективу Берч.

Услышав об угрозе, которая мне была адресована, Курт развернулся и пошел обратно к полотну и перечитал вслух написанное послание, несколько раз.

Я присоединилась к нему и встав рядом. Текст был высечен на металлической табличке с гравировкой.

– Зачем он так заморочился с этой табличкой? – спросила я. – Хотя нам это дает возможность поискать гравировщика, но что – то интуиция мне подсказывает, это время будет потрачено впустую. Ставлю сто баксов, что он сделал её сам.

Курт стоявший рядом со мной, развернулся и поднял одну бровь вверх. Всегда удивлялась, как люди так могут делать? Сколько бы я не пыталась у меня никогда не выходит её так изгибать, ни одну ни две!

– Мне кажется, – продолжила я, – этим самым он любуется собой, демонстрируя нам своё мастерство. Хочет заиметь свою публику и по видимому я, как никто должна оценить качество его работы.

– В твоих словах, – заговорил Курт, – есть здравый смысл! Нужно изучить детально его гравировку и понять для чего это послание? И главное, почему именно эта экспозиция адресована тебе? – Есть у тебя соображения на этот счет Глория? – он смотрел мне прямо в глаза и взгляд был на столько наполнен глубиной, что мне показалось, что он хочет заглянуть мне душу в этот момент.

Я понимала, Курт всеми силами хотел меня уберечь как друг, и теперь, после проведенной с ним ночи, чувство тревоги едва уловимое в его взгляде, мне всё – таки удалось увидеть.

«Вот черт!» – выругалась я про себя. «Нельзя вступать в одноразовые отношения даже в алкогольном опьянении в интимную связь с коллегами».

– Версий миллион! – ответила задумчиво я. – Нет времени проверять все. Для начала нужен будет специалист, психолог – криминалист, чтобы разобраться со всем этим. У меня будет к тебе просьба Эдриан, вытащи и выжми всё возможное из образцов, которые тебе удастся извлечь с этой картины. Мы должны его прижать и положить этому безумию конец, а для этого нам всем придется очень много и тщательно поработать. Он усовершенствовал свое мастерство и мы не должны отставать!

К нам подошел Брайн и мы все вступили в обсуждение деталей и проработке последовательных действий на первых этапах расследования.

– Интересно чем он обрабатывает кожу, чтобы она не пахла разложившейся плотью? – произнес заинтересованно Брайн. – Глаза на картине – это конечно отдельный эпизод, наверное, я теперь не усну долгие ночи, это на всю жизнь запомнится.

– Именно такой эффект он и пытается достичь – ответила я. – Он ликует сейчас, потому что знает, что загнал нас в ловушку. Трупа нет, есть фрагменты кожи и глаза. Не знаю, что из этого получиться. Давайте начнем искать ответы! За работу! Брайн, пойди позови ребят, чтобы начинали работать. Пускай снимут отпечатки пальцев только в этом зале, а затем пускай аккуратно начнут всё упаковывать, и потом пускай отвезут все в лабораторию к Курту. Я догоню тебя через несколько минут.

Брайн развернулся и быстрым шагом зашагал в сторону выхода.

Мы остались с Куртом наедине, я впервые видела его так близко после той вечеринки. До сегодняшнего дня, как то все стерлось из моей памяти. Пауза повисшая между нами затянулась, он понимал, что я изучаю его и прервав мои размышления первым нарушал тишину:

– Глория, я готов приступить к своим обязательствам, как только ты отпустишь меня – он смущенно улыбнулся. – Обещаю сделаю всё, что в моих силах и даже больше. Неожиданно для меня он протянул свою руку и заправил локон моего волоса за ухо. – Как ты?

Прежде чем ответить ему я задумалась, «Действительно, хм.. Как я?». Чувствую себя как пятнадцатилетняя девчонка на первом свидании. Его вопрос разлился теплым эликсиром в моей душе. Да что со мной? Банальный вопрос, который вызвал у меня на долю секунды смятение, но взяв себя в руки я быстро ответила:

– Все хорошо, не считая того, что мы стоим в картинной галереи и смотрим на чьи то частички тела, – я не успела закончить фразу, он делает шаг и целует меня. Очень нежно в щеку, совсем близко к губам. В голове, сразу, возникает несколько вариантов возможных действий. Можно дать ему пощечину, врятли ведь я не актриса. Можно схватить его, прижав к себе и поцеловать в губы по настоящему, помчаться затем вместе в отель, где мы не сможем оторваться друг от друга. Но на мой взгляд, мы не настолько хорошо друг друга знаем, чтобы я могла быть настолько прямолинейной, хотя какой мужчина откажется? Поцелуй был мягким и ласковым, нежным и трепетным. Честно сказать, мне больше ничего не остается, как сбежать со скоростью света на какую я способна, но в этом случае я окажусь трусихой. Хотя бегство – это мысль, которая пульсировала в моей голове. Прямо прямиком из этой чертовой галереи и вон из его жизни, не оставив позади ничего похожего на хрустальную туфельку. Но вопреки всем версиям пролетевших за мили секунды в моей голове – я осталась стоять на месте. Слова сами слетели с моих губ:

– Больше так не делай! Это была всего одна ночь и она ровным счетом ничего для меня не значит! – выпалила я и моё лицо залилось при этом пунцовой краской.

Произнося все это, я заведомо понимала, как это сильно обидит его, но лучше сразу отрезать, чем отпиливать по маленькому кусочку. Курт, это возможно образ собранный моим воображением: чувства к нему эфемерны и возможность трансформировать их во что – нибудь реальное столь же эфемерна.

Вопреки моей ожидаемой ответной от него реакции, Курт вновь коснулся теперь уже моих губ и замер. Видимо он решил проверить мою реакцию и всю осознанность сказанных слов. Я снова перед выбором, продолжить этот поцелуй или нет? Несмотря на то, что я детектив, я не перестаю быть женщиной, как бы я не пыталась огородить себя от романтических отношений. Курт застал меня врасплох. «Нельзя Глория поддаваться на провокации, у тебя расследование века, потом – всякие любовные утехи» – твердило мне мое подсознание. И пока шла моя борьба с самой с собой, он пытался прочесть в моих глазах немой ответ.

В следующую секунду я решительно его оттолкнула и в этом жесте нам обоим понятно, что эта моя злость скорее на сложившуюся ситуацию, на саму себя! Сейчас не место и не время, много внешних факторов влияющих на эту ситуацию не положительно, но раз я уж решила быть неприступной леди, о чём наверное потом сто раз пожалею, то нужно идти до конца. Так мы странно устроены – женщины. Вечные жертвы и заложники самих себя. Мне ничего не оставалось, поэтому, я сделала шаг назад и помотала отрицательно головой, дав понять ему тем самым, что отношения между нами закончены раз и навсегда и на продолжение рассчитывать не стоит.

Курт молча посмотрел на меня, постоял растерянно ещё минуту и просто ушел. Напряжение в воздухе достигло своего апогея, мне казалось, что воздух и кислород для меня закончился. Нужно выбрасывать всё это срочно из головы и переключатся на дело.

Все во время разрешились, в тот момент когда Брайн с целой командой специалистов вошли в зал. Люди, которые появились тут, мы называем их «чистильщики» – их работа заключается в том, чтобы собирать все улики, отпечатки, всё, что нам в дальнейшем может пригодиться и помочь в расследовании.

– Куда так стремительно понесся Курт? – вырвалось у Брайна, разведя руками в разные стороны.

– Вышел подышать воздухом, – буркнула я. – Брайн, давай сосредоточимся на работе. Нужно проверить камеры наблюдения с улиц. Напротив галереи находится отель, у них наверняка найдется подходящий нам ракурс с камер наблюдения, пойдем прогуляемся до них.

– Согласен! Тогда не будем мешать ребятам, делать свою работу.

Мы направились к выходу. Выйдя на улицу, Брайн начал задавать сотни вопросов в минуту как маленький ребенок «Сто тысяч почему»?

– У тебя все нормально, Глория? Мне показалось? Или что-то происходит между тобой и Куртом? Если да, как давно всё началось? Что и когда я пропустил? – он шел рядом, засунув руки в карманы пальто и не унимался.

– С чего такая любопытность к моей личной жизни? Хотя я польщена, что ты хороший коп от которого ничего не утаить. Все остальное скажу тебе только потому, чтобы ты отвалил от меня с этими разговорами раз и навсегда. Это было опрометчивое недоразумение, между нами был просто секс, вот и всё.

– Что – что? – заорал почти на всю улицу Брайн, округлив свои глаза. – У тебя был секс с докторишкой и ты мне не сказала? Какого чёрта, Глория? Где, когда, как он в постели? – Брайн казалось сейчас запрыгает от радости, потому что эмоции били ключом.

– Ты что думал, что я не занимаюсь сексом? Или ты так удивлен, что это Курт? Ладно, рассказываю, только отвали. Это было на вечеринке у майора Броуди, когда ты свалил домой с какой-то сексуальной брюнеткой из отдела бухгалтерии, раньше всех. Мы по – видимому тоже здорово перебрали лишнего с Куртом. Поэтому после вечеринки поехали к нему домой, а дальше все по сценарию. Просто видимо он рассчитывал на продолжение, а я нет.

– Господи Глория, а как же твоя клятва, что с коллегами ты не спишь? – не унимался он.

– Брайн, не надо орать на всю улицу о моей сексуальной жизни! С этой чертовой работой всем нужна разрядка. Из нас с Куртом не может быть никакой нормальной пары. Я ловлю ежедневно психов, он вскрывает трупы! Ну, как тебе парочка? Секс был потрясающим, насколько я тогда могла его оценить, но всё! С этим покончено. И да, предотвращая заранее твой следующий вопрос, у тебя нет шансов!

– Вот всегда ты так! – нахмурился недовольно Брайн. – Хотя, шансы есть всегда! Это всего лишь вопрос времени и желания, – он усмехнулся и потрепал меня за щеку. – Просто на будущее, вдруг случится вселенский армагеддон, а из выживших останемся только ты и я, тогда милости прошу…

Мы рассмеялись в голос.

– Ты неисправим. Хорошо, если такое случиться – я обязательно подумаю. Пока мы шли к отелю и беспечно трепались, нас нагнал майор Броуди.

– Брайн, Берч! – окликнул о нас. – Жду завтра от вас отчет о проделанной работе к восьми часам утра! Сенатор будет поджаривать меня с утра на чём только хочет и как хочет. Так что работаем быстро, слаженно и максимально успешно. Я надеюсь на вас. Все что необходимо запрашивайте в письменной форме, я постараюсь предоставить вам все ресурсы, только поймайте это кретина!!!

– Сделаем все что в наших силах сэр, – кивнула головой я. – Сейчас мы идем в отель, – я указала рукой на впереди стоящее нас здание. – Хотим посмотреть камеры наружного наблюдения, посмотрим, что удастся увидеть. Ребята криминалисты пока собирают улик. После того как мы закончим тут, мы с Брайном вернем в отдел, поднимем все документы из архива и начнем копать с самого начала. Что-то же заставило «Пикассо» вернуться и на этот раз он хорошо подготовился!

– Отлично, приступайте! Прессе пока не слова, докладывать лично мне обо всём. Предупредите всех, кто работает над этим делом, пускай держат рот на замке, чем дольше, тем лучше. Не хватало, чтобы ещё нас по миру пустили. Мы обменялись рукопожатиями и разошлись.

Мы уже дошли до роскошного отеля стоявшего прямо в центре города, среди шикарных магазинов и элитных заведений. Здесь на каждом клочке земли стоят банки, магазины, клубы, салоны красоты и так можно перечислять до бесконечности. Мы подошли к центральному входу с большими стеклянными дверями.

– Так, что тут у нас? – я сосредоточенно посмотрела на вывеску отеля. –Хм.., тематическое название ты не находишь Брайн? Отель «Rembrandt». Если мне не изменяет память, был такой художник, – потерла подбородок я, пытаясь выцепить из своей памяти данную информацию.

– Похоже, приключения начинаются! Пойдем посмотрим, что у нас есть. – Брайн взял меня под руку и потащил в отель.

Зайдя в холл, меня окутало ощущение, что мы попали в сказку или другое измерение. Как Алиса в стране чудес, упали в кроличью нору. Свет был тусклый, а завораживающая полутьма царившая в этом помещении наводила на таинственную загадку. На стенах висели разнообразные полотна и холсты с изображением мужчин и женщин. Художник был явно мастером своего дела – это надо признать, произведения вышедшие из под его кисти, действительно были прекрасны.

Повсюду в холле стояли колоны, в соседние помещения коридоры обрамлялись великолепными резными арками, повсюду стояла потрясающая мебель из антиквариата. Стоя здесь, ощущаешь себя в другой эпохе.

Мы направились к стойке регистрации, за ней стоял молодой человек, надпись на бейдже гласила, Джефф.

– Чем могу быть полезен, молодые люди? Хотите снять номер? -промурлыкал он, словно чеширский кот.

Глядя на него я подумала, наверное, не просто было получить это место работы. Отель явно был премиум – класса, соответственно как и всё здесь, включая по всей видимости, персонал.

Чтобы вы понимали мой читатель, внешность этого парня была как у греческого бога, будто его высекал сам Микелянжело. Такие парни обычно позируют в журналах моды или «Сosmopolitan», рекламируя нижнее белье или парфюм.

Мне всегда было интересно, где же живут такие «милахи»? Почему в обычной жизни они встречаются крайне редко. Или мы не обращаем на них внимания?

Наверняка, как показывает практика, наверняка – он гей. Не подумайте, я абсолютно не имею ничего против, я спокойно отношусь к однополым отношениям, но просто даже красивые парни достаются не женщинам, а мужчинам.

Выглядел он изумительно. Темно синий костюм, сидевший на нем как влитой, оттенял его смуглую кожу и ярко голубые глаза. Знаете, в такие моменты не по своей воли, а по велению твоего подсознания, твое воображение начинает рисовать в голове разные картинки. Например, как он вышел из душа, как он плавает в бассейне и всё в таком духе.

Брайн, стоявший рядом со мной почувствовал, что я рассматриваю его слишком долго и пауза явно затянулась.

– Здравствуйте, – начал Брайн. – Нет, комната нам не нужна. Мы детективы Брайн Уэйн и Глория Берч из департамента полиции. Расследуем инцидент произошедший сегодня утром, в картинной галереи в здании напротив вашего отеля. Ничего серьезного, нам просто нужно посмотреть ваши камеры наблюдения, выходящие на улицу где находится галерея. Можем мы получить доступ с вашего разрешения или потребуется ордер?

Джефф всё это время стоял неподвижно, внимательно слушая и не снимая с себя роль приветливого администратора. Дослушав ,он очень мило улыбнулся нам.

– Не нужно столько сложностей детективы, это не проблема, мы всегда сотрудничаем с властями нашего города. Покажите мне ваши удостоверения и прошу пройдите за мной. Я отведу вас в комнату технического персонала, там вам предоставят все необходимое по вашему требованию. – Его голос был достаточно механичен и звучал так четко и слаженно, что было ощущение, что он пытается вколотить каждое произнесенное им слово как гвоздь.

Он вышел из-за стойки и повел нас через большой холл. «Господи, да я бы на край света пошла за такой попкой!» – пронеслось в моей голове. Дойдя до лифта, мы спустились на нулевой этаж. Затем выйдя мы попали в длинный коридор с массой дверей. Наш «красавчик» вел нас достаточно быстро и уверенно. В коридоре располагались служебные помещения, комнаты для персонала, комната клининга, гардеробная, душевая, наконец-то мы дошли до отдела технической службы.

– Мы пришли детективы, могу я быть вам еще чем-то полезен? – развернувшись к нам и держа руки за спиной спросил он нас, оставаясь при этом невозмутимо милым.

И как это у компаний так получается программировать свой персонал?

– Да Джефф, у меня есть пару формальных вопросов, после чего мы вас отпустим, – быстро сказала я глядя на него.

Я достала свой блокнот для записей, в котором я обычно помечаю нужную информацию.

–Скажите, во сколько вы заступаете на смену?

– В восемь утра, детектив Берч.

– Вы заметили что – нибудь подозрительное сегодня, или необычное?

– Нет, – он отвечал довольно сухо, но милая улыбка не сходила с его лица.

– Что вам известно что-то случившимся?

– Ровным счетом ничего, как я уже и сказал. Моя смена закончится завтра в восемь утра, тогда возможно, я что – то и узнаю – его взгляд задержался на мне на несколько секунд.

– Спасибо Джефф, за уделенное время. Если нам понадобиться список всех вселявшихся и выселявшихся за неделю ваших посетителей, сможете предоставить?

– Можете попросить у ребят из технического отдела, они всё сделают. Все данные у них есть в базе данных, – он широко улыбнулся и я увидела, что его терпение начинает истекать. Никто не любит копов.

– Спасибо за сотрудничество, – протянула свою руку и мы обменялись рукопожатием. Джефф спешно покинул нас оставив возле двери IT.

Войдя вовнутрь, мы удивили оснащенную кучей техники, небольшую комнату. Больше походило на штаб квартиру ФБР. Мониторов было просто огромное количество, а это означало одно, в каждом номере стояла скрытая камера. Вообще-то это запрещено законом, но видимо политика этого отеля имела определенные связи с нужными структурами, а это отрывало им все двери. В помещении было довольно мрачно, в воздухе стоял запах колы, пиццы и чипсов.

Парни, сидевшие в наушниках за мониторами, были типичные раздолбаи – хакеры. Такие ребята обычно с высоким уровнем интеллекта, но их личная жизнь как правило полный крах, поэтому, их мир – это куча энергетиков, видео игры и порно. Я их не осуждаю, у каждого своя жизнь, видимо это их зона комфорта, зато с ними всегда можно найти общий язык.

Внешний вид этих раздолбаев кардинально разнился с этикой отеля. На первый взгляд показалось, что они просто зашли сюда поесть. На столах валялась просто огромная куча бумаг, среди которых были коробки из под тайской еды, коробки с пиццей, открытый пакет чипсов и стаканы с колы.

– Эй парни! – громко окликнул их Брайн.

В это момент думаю, они наложили в штаны или были очень близки к этому. Один из них соскочил как ошпаренный со своего места и развернулся к нам, другой так и остался сидеть на стуле, развернувшись к нам и сдвинув один наушник в сторону.

– Детективы Брайн и Берч, – Брайн достал удостоверение и показал им. – Нам нужна информация с камер наружного наблюдения выходящих на картинную галерею на противоположной улице. А так же список всех посетителей за неделю, ваш парень Джефф сказал, что вы нам сможете помочь? – Брайн изогнул одну бровь как всегда и засунул руки в карманы брюк.

– Да, конечно детективы. Проходите, садитесь, если найдете себе место – запинаясь, произнес парнишка.

–Извините, я не слышал как вы вошли. Меня зовут Крейг, а это Ник – указал он на второго парня.

Их внешний вид смахивал слегка на психов.

Крейг был высокий, худощавый, стрижка ежиком, на нём были зеленые джинсы и ярко оранжевая рубашка с кучей нарисованных попугаев на ней, на руке была надета куча браслетов. Он больше походил на наркомана, у которого куча травки и бесконечный запас героина. Хотя, может так оно и было, не знаю, откуда уж они берут вдохновение. В данный момент мне было плевать, даже если бы он при мне забил косяк с травкой.

Второй был небольшого роста, с рыжей копной кудрявых волос, даже думать не хочу с рождения они у него такие или он специально делал химическую завивку. Черты его лица были слишком остры. Одет он был; в джинсы и футболку с «Дафи Даком» (персонаж из мультика) и почему – то на правой руке у него было одето три пары часов. Можно строить кучу гипотез, что это значит, но времени на это у нас не было.

Крейг уселся на свое место и активно начал бегать по клавиатуре своими пальцами. На мониторе перед нами появлялась масса символов, файлов, в общем он профессионально делал свою работу.

Ник, просто забил на нас, он не проронил ни слова, надвинув обратно наушники, он уткнулся дальше в монитор компьютера, отпивая колу из большого стакана.

– Какой вас интересует временной отрезок? – пробормотал Крейг.

– С полночи, до семи утра, – уточнил Брайн.

– Давайте теперь смотрите всё в оба! – скомандовала резко я.

Мы начали внимательно просматривать пленку.

Вся сложность заключалась в том, что на улице где располагалась картинная галерея было огромное количество народа. И днем и ночью здесь всегда так, бесконечный поток людей. Ночью все идут в клубы, это по большей степени туристы, но есть так же и местные. Огромный поток машин и такси усложнял поиск, надо было смотреть в оба, в такой толпе любой мог слиться с толпой. Нам повезло, что ракурс камеры охватывал центральный вход галереи, но машины, то и дело загораживали его. Сердце начало стучать громче, хотя интуиция кричала мне, что шансы наши равны нулю. Наверняка убийца просчитал всё это, не мог он такое упустить не взяв во внимание камеру наблюдения на отеле и так преподнести нам себя на блюдечке.

– Глория, – сказал Брайн. – Как ты думаешь? Он зашел с центрального входа или с черного? Там наверняка есть запасной выход, мы только теряем время на просмотр. Подумай, картина весьма объёмна, её нужно было привезти либо на машине, а ещё лучше на фургоне для маскировки. Я бы сделал именно так. Иначе в толпе кто-то бы заметил наверно его с такой штуковиной!?

– И что? Будь ты хоть с ядерной бомбой, ночью всем плевать на тебя! Хоть ты голом бегай по тротуару. Может, он хозяин этой галереи? Кто его будет спрашивать? Люди пришли в соседний клуб напиться и отдохнуть, врятли они заострили бы своё внимание на парне с картиной. Если он зашел с черного входа, то мы пропустим все шоу. Он наверняка продумал все наши действия и прекрасно знает, что мы будем смотреть камеры наблюдения. Раз он вернулся, как он считает так грандиозно, то он не откажет нам у удовольствии зайти с центрально входа и лишний раз показать свое превосходство над нами.

– Да, никогда не знаешь, что у таких парней на уме, ты права.

– Мне нужно кофе, – сказала я. Эй, Крейг, есть у вас тут какое-нибудь пойло, похожее на кофе? Мне нужна подзарядка и перезагрузка мозга, надо взбодрится, работа нам предстоит долгая.

– Нет у нас кофе, – помотал он отрицательно головой. – Пейте колу, в ней много кофеина, она тоже вас должна привезти в тонус. Хотя если желаете что-то покрепче, можете взять энергетик, там в столе, – он указал жестом руки в центр комнаты.

Я подошла и заглянула под стол, на котором валялась куча бумаг и увидела, что под ним стоит много банок с энергетиками и колой.

– А вы неплохо тут устроились ребята! – присвистнула я.

Ник, которой все это время сидел как тень, повернулся и недовольно посмотрел на меня. Мне было все равно, что он думает. Я взяла банку кока – колы, открыла, отхлебнула глоток, показав ему fuk про себя подумав «чтоб ты провалился, чертов задрот!».

– Глория, – возбужденно прокричал Брайн, махая интенсивно руками.– Кажется, что-то есть!

Я подошла к монитору поближе и всмотрелась в экран.

Время на пленке было 03:45, возле центрально входа в галерею остановился черный фургон «Ford», без номерных знаков. К нашему всеобщему удивлению из него вышла девушка, на ней была одета форма ФБР, бейсболка и тёмные очки, не смотря на позднее время суток. Она открыла дверцы фургона и достав предмет прямоугольной формы, замотанный в темный непрозрачный полиэтилен, направилась к центрально входу галереи.

На спине её куртки была надпись: «Привет, детектив Берч».

Вход было не разглядеть, она умышлено закрыла его фургоном. Спустя пару минут она вернулась и не торопясь уехала помахав нам рукой в объектив камеры. Все было разыграно по нотам. Он насмехается над нами, я понимала, что девушка это всего лишь исполнитель. Ком страха подступил к моему горлу, игра началась.

– Брайн, надо сделать копию видео, у нас есть первая зацепка. Теперь нужно попытаться найти эту девушку! Заканчивай пока здесь, а мне необходимо выйти, доложить всё майору.

Если честно, то мне нужен был глоток свежего воздуха, этот сукин сын знал, что я буду смотреть! Как вам описать те чувства, когда понимаешь, что ты мишень для серийного убийцы, который из твоей плоти может ваять картины.

Почти бегом я направилась к выходу, поднялась на лифте, пронеслась мимо Джеффа и вырвалась на улицу, жадно глотая воздух. Я первый раз сталкиваюсь с реальной угрозой моей жизни. За долгие года службы я всякого повидала, я ловила маньяков, педофилов, наркоманов, но ни для кого из них я не была никогда мишенью.

У меня убойный отдел, так что если мы ловим и сажаем преступников – это как правило пожизненный срок, электрический стул или смертельная инъекция, из тюрьмы они уже живыми не возвращаются. Я старалась вбирать как можно больше воздуха в свои легкие и подавить нарастающую во мне панику. Не знаю, что со мной произошло, но я с трудом справлялась с собой. Какие-то прохожие предложили помощь, вызвать скорую, но я отказалась.

Да, может вы удивлены, что это никак в детективном фильме, где все сделаны из стали и ничего не боясь, идут под огонь пуль. Это всего лишь кино, чтобы завладеть вашим вниманием. В реальной жизни, всё совсем по-другому, каждый дорожит своей жизнью, и до последнего, ваш инстинкт самосохранения будет бороться за неё. Через несколько минут я стала приходить понемногу в норму, я позвонила майору Броуди и доложила обстоятельства дела.

За спиной я услышала быстрые шаги приближающегося Брайна.

– Эй, ты в норме? – он обнял и прижал меня к себе.

– Поехали в отдел Глория. Всё что нужно, мы на сегодняшний день узнали, у нас и так куча работы и писанины, – он открыл дверцу машины и поддерживая своей рукой меня под локоть, помог мне сесть. – Если ты не возражаешь, поведу я. Собственно я была и не против.

Сев в машину, откинув голову назад и закрыв глаза, я немного расслабилась. Пытаясь собрать все мысли и информацию в голове, я попыталась выстроить всё последовательно. Прежде всего сейчас необходимо подключить электронный отдел, наших ребят хакеров, чтобы отследить фургон по камерам со всех близ лежащих улиц до конечного пункта. Нужно во чтобы то не стало найти эту дамочку, попытаться расколоть её и может быть тогда, у нас появится ниточка. Сама займусь архивом, теперь предстоит начать с самого начала, может где-то, что-то найдем, что упустили тогда ведущие следователи. Свежий взгляд никогда не повредит. Надо попытаться предугадать последующие действия преступника, а лучше их предотвратить. Я знала, что в деле Пикассо, мы даже не знаем кто он. Не было ни биографии, ни имени, ровным счётом ничего! Одни преступления, без трупов. Где- то он должен был начать практиковаться? Может это другие штаты? Нужно будет запросить информацию. О господи, сколько всего! Пока мы будем копаться в бумажках он нанесет нам новый удар, в этом то уж я не сомневалась.

– Глория, – Брайн прервал мои мысли. – Нужно представить к тебе охрану возле дома, не скидывай со счетов, что ты можешь стать следующей жертвой, – он говорил и следил за моей реакцией, зная заранее ответ.

Я молчала. Он продолжил:

– Знаю, ты сейчас ты найдешь тысячу доводов, чтобы избежать этого, конечно, ты сама первоклассный детектив и умеешь постоять за себя, но мы не знаем какую игру он затеял и что ему от тебя нужно!? Если хочешь, я могу пожить пока у тебя, как все уляжется, тогда переберусь к себе.

– Ни за что Брайн! Ни охрана, ни ты, мне не нужны дома. Мне вас на работе хватает. Он только начал свою игру, для меня ещё не время, он будет наслаждаться своей победой над нами, оставляя нам свои трофеи. Думаю, что у него есть уже следующая картина для нас. Теперь он выждет время, даст нам немного поразмыслить, накопать на него что- то. Наш Пикассо скрывается от полиции двадцать лет, а мы даже имени его не знаем, кто это вообще такой? Он, она, они? Вариаций бесконечное множество. Где – то есть трупы девушек на которых он набивал руку, это может быть другой штат, страна, все что угодно. Он знает, как работает полиция и ему все сходит с рук – это безусловно его преимущество. Нет тела – нет дела, вот и всё! Именно так и работает наша система правосудия. К нему нужен нестандартный подход, он хочет реванша, хочет разыграть партию по своему, а полиция до сих пор действовала по протоколу, для него это скучно и предсказуемо. Я не случайная его жертва, он следил за мной, наверняка не один год и тщательно подготовился, наблюдая за моей работой. И вот что страшно, у него на меня материала, больше чем у меня на него. Поэтому он до сих пор на свободе, да так осмелел, что шлет мне послания на куртке ФБР.

– Ты что, задумала стать приманкой? – Брайн слегка повысил голос и увеличил скорость. – Я знаю тебя много лет Глория, знаю все твои нестандартные подходы, но это огромный риск, ты ставишь на карту свою жизнь, это самоубийство. Скажи, что ты об этом не думаешь и это всё мои бредовые мысли?

– Ты не плохо меня знаешь, – ухмыльнулась я. – Это было самой моей первой мыслью, когда я увидела послание на картине. Знаю, знаю, майор никогда не подпишется на это, он не будет рисковать своей карьерой ради моей идеи, если только и подпишется на это, то только под мою собственную инициативу и ответственность.

Я потерла глаза и увидела, что мы уже почти доехали до участка. Остановились как всегда в небольшой дорожной пробке.

– Брайн, это всего лишь версия, её надо проработать. И прекрати так гнать, я не хочу умереть раньше времени не узнав, что мне приготовил Пикассо, сначала мы должны очисть город от это придурка. Займись электронным отделом и камерами, хорошо?

Он кивнул головой.

– Завтра к десяти часам нужно будет организовать команду и ввести всех в курс дела.

– Хорошо, но сегодня я ночую у тебя! Хочешь ты этого или нет, закажу тайской еды, перекусим и по кроватям.

– Ладно уговорил, только ты чур спишь на диване.

Мы добрались до офиса и разойдясь каждый по своим кабинетам принялись, как пчелки усердно работать.

В архиве оказалось больше коробок с бумажками, чем я ожидала. Я прикатила к себе в кабинет специальную доску и начала прикреплять все нужные файлы, картинки, фото на неё. Так мне лучше думается, я вижу факты, улики, может это звучит и выглядит банально, но я так привыкла. Входе такого процесса выстраивается логичная последовательная цепочка событий. Напоминает постройку дома, кирпичик за кирпичиком пока не выстоишь все целиком.

Я начала просматривать файлы, погрузилась на несколько часов в детальное изучение всего материала.

Все жертвы Пикассо были девушки в возрасте 18-19 лет, в основном ученицы колледжей. Все жертвы были из благополучных, полных семей. Значит, ему нравится красота и невинность, он не убивал проституток, бездомных, это характеризует его характер. Его метод убийства весьма изощренный.

Он похищал девушек, мучил их несколько часов или дней тем, что потихоньку спускал всю кровь, при этом девушка была в сознании, он не давал им не еды, не воды, просто медленно убивал их, поддерживая из жизни, пока ему это не надоедало. Убийца, подвешивал свою жертву в вертикальном положении к потолку на ремнях, которые продевались подмышками и сжимали грудь жертвы, затем на ступнях делал глубокие надрезы и оставлял так девушку медленно истекать кровью. Затем он расчленял их, нужные части тела и плоти использовал для воссоздания образов на картинах, остальные останки до сих пор не найдены. Всё это свидетельствовало из одного засекреченного файла, к которому я получила доступ по личной инициативе майора Броуди. Одна жертва не была введена в список жертв, так как эта девочка была дочерью одного из нашего коллеги, близкого друга майора. В то время он тоже работал детективом, когда случилась эта страшная трагедия. Но тогда, Пикассо оставил труп девочки в парке, вследствие чего, врачами патологоанатомами и был сделан весь это вывод. Полиция не хотела огласки, так же, как и сам пострадавший, поэтому это все тщательно замяли и засекретили, не отразив нигде в дальнейших отчетах. Количество жертв за десять лет его преступлений – значилось семь. На своих полотнах, он оставлял инициалы и дату, что скорее всего символизировало дате смерти девушки или дата окончании работы над данной картиной. Ни тел, ни останков всех остальных девушек до сих пор не были найдены.

Произведения из коллекции Пабло Пикассо он выбирает в хаотичном порядке, возможно, они символизируют какой- то определенный отрезок в его жизни. Фото картин с предыдущих мест преступления были ужасающими, но поразительным оставалось одно, как нашему убийце удавалось их скопировать, по средствам человеческой плоти? Он был действительно гениален. Не могу вам передать весь кошмар и отвращение, увиденных всех семи картин. Это мало поддается описанию простыми словами, такое запоминаешь на всю жизнь.

Ведущим следователем тогда по этому делу был наш ещё тогда в должности капитана, майор Броуди. Они отработали всем отделом массу версий, но все тщетно. В определенный момент, круг замкнулся, и все дела остались так и не раскрытыми.

Я отмечала на карте места обнаружения картин, и даже в этом убийца был непревзойден, когда я отметила все точки и отошла на пару шагов осмотреть районы, в которых он оставлял полотна, с карты на меня смотрела буква «п». Убийца буквально был одержим художником Пабло Пикассо. Но почему именно он? Что так привлекает его в творчестве, именно этого художника? Вопросы, вопросы, их масса!!! А ответов не намечается. Пока мы гоняемся за призраком. Я провозилась с документами до поздней ночи, как и Брайн.

В начале двенадцатого ночи он зашел за мной, мы заехали по пути ко мне домой в ресторанчик, накупили тайской еды. По дороге мы обсудили кому какую информацию удалось раздобыть, а затем болтали на отвлеченные темы и никто не касался больше работы. Добравшись до моей квартиры, мы наспех перекусили, и без сил рухнули спать.

Глава 2

Крутясь перед зеркалом, Элен Фармер смотрела на себя и завершала последние штрихи макияжа. Сегодня у неё свидание, все лишние эмоции были отброшены, гормоны гуляли по телу, адреналин от предстоящего заставлял сердце биться чаще.

Все произошло как в романе её мечты и от этого невероятного события кружилась голова. Подруги как всегда ворчали и советовали быть осторожней, но пускай себе щебечут, это всего лишь их зависть. Если бы они увидели его в живую, то ни одна бы из них не устояла и не осталась равнодушной.

Ровно неделю назад как обычно после работы Элен забежала в свой любимый книжный магазин, прикупить очередную книжку из серии романов о любви. В реальной жизни ей так не хватало романтики и тепла. А Элен была мечтательницей. Пускай подруги считают её старомодной, но так уж она устроена. Секс должен быть по любви, а в отношениях должна царить гармония и понимание, да весьма банально, но не невозможно.

Забежав в книжную лавку она пробралась в свой любимый отдел серии романтики, выбрала заинтересовавший её роман и изучая его содержимое направилась к кассе. Народ как всегда толкался и суетился, куча детишек сновали туда-сюда перелистывая книжки и рассматривая в них картинки. И вот подходя уже к кассе, она внезапно столкнулась с ним, просто нелепо налетела, зачитавшись первые страницы книги.

– О простите, я не хотела, – пролепетала она немного растерявшись.

Подняв глаза на своего оппонента, Элен поняла, что никогда не видела раньше таких красивых, глубоких, таинственных глаз, от которых сложно было оторвать свой взгляд. Повисла долгая неловкая пауза, затем, незнакомец улыбнулся.

Миллионы мыслей стремительно начали проноситься в голове Элен, «Как я выгляжу? В порядке ли прическа? Что на мне одето?» Нет не то, чтобы она была в себе не уверенна, просто это типичное поведение женщины, когда она хочет выглядеть идеально, если понимает за долю секунды, что перед ней мужчина её мечты.

И даже не осознав до конца, наперед не зная, тот ли он на самом деле, кто ей нужен? Ведь она совсем не знает его, просто гормоны так начинают шалить видя привлекательного «самца», что она готова отдаться ему здесь, сею же секунду.

Желательно чтобы все вокруг замерло, он сорвал с неё одежду и они занялись бы любовью прямо на ближайшем столе или возле книжных стеллажей, это уже не так и важно. Потому что страсть будет быть ключом, одежда лететь в разные стороны, а безудержный секс будет окутывать их двоих.

«Фух… Элен приди в себя!» – сказала она самой себе, не отрывая глаз от него. «Да я весьма привлекательна, по крайне мере мужчины обращают на меня внимание» – подсознание пыталось подбодрить ее.

Это действительно было так. Элен была высокой, стройной, привлекательной девушкой с кукольным личиком, у неё были рыжие слегка вьющиеся волосы, которые достигали самой поясницы, светло-зеленые глаза, это всегда сманивает противоположный пол. Слегка пухлые губы, острый носик, милая улыбка. Её кожа была светлая, а изгибы тела очень изящными.

Когда она училась в университете, то постоянно выигрывала конкурс, мисс красоты. Можно ей конечно было пойти по пути модельного бизнеса, но Элен выбрала банковское дело и стала финансовым аналитиком. В своем деле она была хороша, но круг общения на работе её изрядно утомлял, тем более мужчины.

Это как правило, самовлюбленные эгоисты, достигнувшие определенной цели в карьере и пытающиеся заманить её своими деньгами и роскошью. Были конечно и более приятные молодые люди, но связывать свою личную жизнь с кем-то из коллег, Элен не очень то и спешила. Макет выйти замуж за банкира и сажать розы в саду, это точно не про неё. Поэтому в свои тридцать, она была полна энтузиазма встретить мужчину своей мечты и веселиться, прожигая жизнь. Если все же ей не удаться найти свое счастье тогда, ей придется до конца своих дней быть одной, заводя нелепые романы и использовать мужчин хотя бы для физической разгрузки.

Незнакомец, стоявший напротив, загадочно молчал. Она видела как он изучает её. Элен показалось, что его взгляд был настолько проникновенен и глубок, что ей стало не по себе.

У него было узкое лицо с правильными чертами, слегка выступающие скулы, темные волосы, стрижка была модельно выполнена и чертовски ему шла. Глаза были ярко – зеленого изумрудного цвета, такой оттенок глаз она видела впервые. Глаза действительно светились как изумрудные камни, производя какой-то магический эффект, а черные ресницы оттеняли их.

Вообщем, выглядело это очень, очень сексуально и весьма привлекательно. Наверное, они бы стояли так вечно, если бы он не нарушил тишину первым:

– Куда же вы торопитесь так, что готовы снести все на своем пути?

Элен потребовалась вся сила воли, чтобы собраться и ответить.

«Господи да что с тобой!? Ты как пятнадцатилетняя девчонка, которая встретила самого классного парня из школы! Давай соберись же! О нет, за что все это? Этот красавчик ещё и говорить умеет?» – кричала её душа, прибывая в растерянности.

– Извините меня, – запинаясь начала лепетать она. – Видимо к вечеру после рабочей смены я становлюсь слишком рассеянной.

Элен не знала куда себя деть, незнакомец напротив смотрел, не отводя своего магического взгляда. «Какой наверно она выглядит сейчас идиоткой в его глазах?» – подумала она. Люди обходили их и что там бурчали. Но ей было плевать, может быть, именно в этот момент, решается её судьба. «Элен, о чём ты только думаешь? Ты явно начиталась кучу всяких романов, надо сбавить обороты!» – твердила она в этот момент сама себе.

– Можно посмотреть, что вы выбрали в качестве чтения на вечер? – он протянул свою руку.

Элен почувствовала себя кроликом загнанным в угол, почему то ей стало стыдно за то, что он увидит, что её книга это бульварный, любовный роман, а не классика жанра вроде «Анной Карениной».

Она была готова провалиться сквозь землю. «Лучше бы, прямо сейчас, случилась всемирная катастрофа, например разлом земли или что там происходит в фильмах катастрофах!?» – подумала она протягивая ему книгу.

Повертев её в руках и наспех быстро пробежав глазами её содержание, он поднял взгляд на неё и сказал;

– Интересный выбор для такой леди. Вы любите романы?

– Я люблю разные жанры, просто сегодня настроение почитать что-то о любви, только и всего, – выпуталась Элен, заправляя смущенно волосы за ухо.

– Извините, я не представился – доктор Гейб, – он протянул ей свою руку для приветствия.

– Элен Фармер, финансовый аналитик.

Она пожала его руку и ей показалось, что по телу прошел электрический разряд, с ней такое происходило впервые.

– Прекрасное имя, Элен. Может быть, мы рассчитаемся за покупку и я угощу вас кофе?

– О, было бы хорошо, я не против выпить кофе в приятном обществе доктора.

«Что я делаю? Иду на свидание с человеком, которого знаю всего минуту? Элен ты спятила! Ладно, попробовать стоит» – оправдывая себя размышляла она, такие мужчины встречаются не каждый день и даже просто знакомство или дружба с таким человеком, тем более доктором, никогда не повредит.

Он рассчитался за её книгу, чем ещё больше поразил её воображение и они вышли на улицу. Свежий воздух слегка взбодрил Элен.

Погода была прохладная, она была в рыжего цвета пальто, подходящим под ее цвет волос. Они остановились возле небольшой торговой лавочки.

– Какой кофе вы предпочитаете? – спросил он.

– Латте, если можно, – неуверенно сказала она.

Он взял две порции и они пошли вдоль по улице.

– Если вы замерзли, мы могли бы сесть ко мне в машину или предпочитаете прогуляться? Впереди есть прекрасный парк, можем там попить кофе.

– Да, давайте прогуляемся, это прекрасная мысль.

– Итак, Элен, чем планируете сегодня занять свой вечер? – спросил он своим томным, бархатным голосом.

– Вероятнее всего чтением книги, с бокалом мартини. Нужно отвлечься от работы, настроиться на позитивные эмоции, которые можно почерпнуть из дамского романа, сегодня у меня именно такое настроение, – она неторопясь отпила свой кофе. – А каким доктором вы являетесь? В какой области?

Они дошли до парка и сели на скамейку.

– Давайте отложим разговоры о работе на сегодня, как нибудь я вам обязательно поведаю о своей профессии, она весьма интересна. Думаю, сегодня мне нужно последовать вашему совету, отложить свои планы на вечер и посвятить вечер себе.

– Да? И чем же вы планируете заняться? – изумленно спросила она.

– Возможно, последую вашему совету и проведу вечер один, за чтением какой нибудь интересной книги, – он повернулся к Элен и одарил её своей улыбкой.

– Это довольно необычно для мужчины. Вы больше похожи на человека, который придя домой, снимет со службы эскорта девицу.

Он так начал заразительно смеяться, что ей поначалу стало неловко за сказанное, но видя, что все это перешло в шутку, она тоже рассмеялась.

– Вы забавная! Чем же я заслужил такое мнение? Подозреваете, что вы сорвали мне сегодня секс? Не спорю, я люблю красивых женщин и обожаю проводить время с пользой для души и тела, но услугами эскорта никогда не пользуюсь. Во – первых, я не вижу необходимости платить за секс, его достаточно в моей жизни и он в свободном доступе. Во – вторых, не привык пользоваться тем, что находиться в общем пользовании. Я очень педантичен.

Элен понимала, что она сама загоняет себя в ловушку. «Какая же она дура, что сморозила такую глупость человеку, которого совсем не знает. Может он вообще женат? С чего ты взяла, что он одинок? А может он вообще не тот за кого себя выдает? Не знаю, он настолько мил и красив, что хочется ему верить и слушать бесконечно, как его бархатный голос льется». Бесконечная беседа со своим подсознанием мешала Элен. Сидящий рядом мужчина уже её дико возбуждал.

– Это наверное не самый удачный пример, извините, я не хотела вас обидеть! Я даже не спросила, женаты вы? – застенчиво спросила она.

– Нет, не женат. Не нужно извиняться Элен, это ваша точка зрения и я рад, что вы не боитесь ее озвучивать, – он сделал глоток кофе из своего стакана.

Повисла пауза.

– Мне нужно идти доктор Гейб, – внезапно ,Элен вскочила со скамьи. – Спасибо за необычное знакомство и кофе, но мне и вправду пора.

– Уже? Так быстро уходите с бала? – он рассмеялся. – Не смею вас больше задерживать, прекрасная леди. Если хотите я вас подвезу? Обещаю, что не буду приставать и насиловать вас, – он встал и протянул ей свой локоть, чтобы она ухватилась за него.

Они посмотрели друг другу в глаза и вместе стали хохотать в голос.

– Если вас это не затруднит, было бы здорово. Простите, просто всё это немного необычно для меня, такая забавная встреча сегодня произошла у нас с вами.

– Ну тогда идемте, моя машина припаркована рядом с книжным магазином. Если вы не против, я бы хотел вам завтра позвонить? Узнать, как прошел ваш вечер? И о чем была книга? Которую вы будете сегодня читать.

«Да как у него получается так сексуально все это произносить?» – подумала Элен. Наверное, после этого вечера она и сама была готова написать роман.

– Я не против, вот мой номер телефона. – Она наспех продиктовала его, пока он записывал его в свой мобильник.

Потом она не помнила как они доехали до ее квартиры и попрощались, потому что была так им увлечена всей дорогой.

Как и обещал, он позвонил на следующий день.

Весь день до его звонка, Элен была как на иголках и ждала, не могла ни работать сосредоточено, ни думать не о чем больше, только как о нем. Она снова и снова, прокручивала вчерашний день, а потом пыталась в своей голове построить дальнейшее развитие событий.

Когда он позвонил, то пригласил её составить ему пару и завтра сходить в картинную галерею на благотворительный вечер, а от туда заехать в ресторан поужинать и поболтать.

Поэтому на следующий день, весь вечер Элен готовилась к этому событию, не подозревая, что ее ждет.

Глава 3

Ровно в восемь утра майор Броуди оторвал взгляд от моего рапорта. Не смотря на то, что он занимал этот пост уже довольно давно, у него был зоркий, наметанный взгляд.

– Я еще раз хочу тебя спросить Глория, я могу снять тебя с этого дела, если ты скажешь мне что тебе сложно. Ты стала приманкой для него, это меняет ход дела, такого прецедента ещё не было.

– Спасибо сэр, но все в порядке.

– Твоя квартира должна охраняться! – повысив немного тон, нахмурившись сказал он. – Хочешь ты этого или нет, я отдам сегодня распоряжение патрульным. Есть хоть какие – то наметки, кто бы это мог быть? Понимаю, что требую невозможного, так как мы несколько лет назад потратили столько времени и не нашли ничего существенного, но все же обязан спросить.

– Пока нет, сэр. Я только вчера начала заниматься этим делом, как вам известно, мне жаль, что в сутках двадцать четыре часа, мы с Брайном работаем на износ. Убийца отлично умеет заметать следы, у нас нет особо улик за что можно зацепиться, только плоть очередной жертвы и то, он обрабатывает её так идеально, что едва можно взять образец для установления личности. Нам нужно время.

– Время, – одно из ключевых проблем в этом деле, детектив! Не забывайте у нас уже восемь трупов на руках, неофициально. Какие есть предположения в каком направлении искать?

– Безусловно, будут ещё трупы. Ему нравится не только убивать, но и находиться в центре внимания, – я перевела дух. – Конечно, это пока что не полный его психологический портрет, не могу ручаться, что следующее преступление не заставит себя долго ждать. Ему довольно скоро понадобиться следующая жертва. Хотя это может быть и через десятки лет, а может уже сегодня. В любом случае мы должны быть начеку.

Броуди удовлетворительно кивнул головой.

– Не забывай, тебе предстоит иметь дело с профессиональным хитрым убийцей, который не перед чем не остановится.

– Я готова к этому, спасибо за предупреждение, сэр.

– Да, вот еще что… Глория, ты готова к политическим играм? – Броуди скривился в натянутой улыбке. – Скоро ты предстанешь перед сенатором Нилом Хэрисом, вчера он уже интересовался данными.

– В этом я плохо разбираюсь, сэр, но постараюсь подготовиться достойно, – переминаясь с ноги на ногу, ответила я.

– Он хочет побеседовать с ведущим следователем по этому делу, мы обязаны сотрудничать и оказывать всякое содействие если того требует сенат.

– Расследование проводиться в засекреченном формате – парировала я. – Мне все равно кто приказывает, хоть сам господь Бог! Я не собираюсь сообщать конфиденциальные данные каждому гражданскому лицу! –возмущенно произнесла я.

Майор Броуди рассмеялся.

– Будем считать, что я этого не слышал. А ты не слышала совета, которой я сейчас тебе дам: ограничься при докладе с сенатором только теми фактами, которыми сочтешь, поверхностно. Скажем так, не все кретины которые наделены властью, должны получать то, что они захотят.

– Слушаюсь, сэр.

Броуди посмотрел на часы и убрал мой рапорт в сейф.

– Можешь быть свободна, -он жестом руки указал на выход.

Распрощавшись с майором, я спустилась к себе, по дороге заглянув к Брайну, в его «берлогу».

– Есть что новое? – садясь на край его рабочего стола, спросила я.

– Пока нет. Ребята из электронного отдела пытаются вытащить картинку и распознать личность нашей девицы. – Как прошло у майора? – Брайн положил обе ноги на стол.

– Все в рабочем режиме. Только одна заноза у меня теперь в заднице – это сенатор Хэрисон, который будет давить своим авторитетом. Можно подумать от этого быстрее раскроется дело. Хотя если раскроется, то нам прибавят звезд на погонах. Кто занимается в электронном отделе нашим расследованием? Не у всех же есть допуск!?

– Дейв Левински, все как ты любишь.

– Лучшие из лучших, я знала, что можно на тебя положиться.

– Так, что ты там говорила о звездах на погонах? Да, это совсем нам не помешает. Справишься сама или тебе помочь подготовить рапорт сенатору?

– Можешь внести последние изменения, если они появятся, ничего лишнего, все общими фразами.

– Как скажешь босс! – Брайн убрал ноги со стола и резко встал напротив меня, засунув руки в карманы.

– Вся во внимании? – я лукаво посмотрела на него.

– Я посмотрел вчерашнюю твою работу на доске. Можно заключить однозначно, что это точно делает не женщина, вряд ли бы она могла все это провернуть.

– Согласна с тобой, хотя нельзя не до оценивать женский пол, но все же, здесь чувствуется почерк мужчины.

– Меня беспокоит, что мы не знаем до сих пор, что он делает с останками тел. Закапывает? Сжигает? Утилизирует? Кремирует? Съедает? Где это всё? – сдвинув брови спросил он. – На данный момент мы обладаем только воздухом.

– В этом нам и предстоит разобраться. Части тел не составит труда спрятать, нам нужно выйти на эти тела, а вот как это сделать? Пока понятия не имею.

Я спрыгнула со стола и направилась к двери.

– Поехали, навестим Курта в его холодном и ледяном царстве мертвых. Может он подкинет нам какие – то идеи. Встретимся через двадцать минут на парковке.

Выйдя от Брайна я направилась в свой кабинет, я решила побольше поискать информацию в интернете о жизни настоящего художника Пабло Пикассо.

Я так же была рада услышать, что в нашу команду вошел Дейв Левински. Он был гуру электроники. Ему было где- то около сорока лет, среднего роста, с карими глазами, глубоко посаженными вовнутрь. У него были светлые волосы слегка опущенные до ушей, как некая «шапочка». Он носил очки в черной роговой оправе, что крайне выделялось на его светлой коже лица. Мне всегда кажется, что они ему слегка великоваты, потому что он их все время поправляет указательным пальцем, так как они съезжают на кончик носа.

Дейв был веселым, позитивным, с ним любой мог найти общий язык. На левой руке он всегда носил часы, на которые всё время поглядывал, это была его привычка, все делать по времени, по минутам. Так он вырабатывал у своих подчиненных самодисциплину. В его отделе под его началом трудится много талантливых сотрудников, но на особые задания, повышенной секретности, привлекают самого Дейва. Я обожаю с ним работать, он надежная опора и тыл. Как и у многих из нас, у него не было второй половины в его жизни, кроме конечно, его компьютера. Как он сам говорит – «У меня нет времени на всякие женские заморочки».

Одно время я даже стала подумывать, а не сменил ли он ориентацию? Но однажды, идя домой, я увидела его в баре с девушкой, с которой он очень пылко целовался, так что я успокоилась и поняла что глубоко заблуждалась. Дейв всегда был предан своему делу, он даже отказался от отдельного кабинета, когда его повысили до начальника отдела, не хотел выделяться из общей массы своих сотрудников, и работал со всеми наравне в общем зале. За это получил особое уважение среди своих коллег.

Сев за рабочий стол, я стала изучать интересующую меня информацию. Преступник копирует холсты Пикассо, должен быть в этом хоть какой смыл и мотив! Возможно, он копирует его жизнь. Погрузившись в детальное изучение биографии, я совсем забыла о назначенном времени на парковке, пока Брайн не позвонил мне на мобильный.

Прибежав на парковку, я была приятно удивлена, что он уже купил хот-дог, пончики и кофе, мой любимый «комбо-набор».

– О да, обожаю запах этих булочек с сосиской. – Ммм…– Когда ты все успел купить? Я хотела по дороге заехать перекусить, – откусывая булку с сосиской, спросила я.

– Я слишком долго с тобой работаю Глория, чтобы не знать все твои причуды, поэтому заранее решил сэкономить нам время. Что удалось познать в мире искусства? Есть какие-то совпадения с нашим подражателем? – Брайн откусил пончик и отхлебнув кофе поставил стакан на крышку багажника.

Я с аппетитом поглощала хот-дог.

– Пабло Пикассо был большой любитель женщин, творческой, гениальной натурой, и естественно каждая новая муза вдохновляла его на очередное творение, как и нашего подражателя. В источниках сказано, что с каждой новой влюбленностью он переживал разные чувства к женщинам, что и пытался отобразить на своём холсте. Его самый знаменитый шедевр «Герника», над ним он трудился со своей возлюбленной Дорой Маар, она была фотографом. С ней он прожил десять лет. А наш подражатель десять лет не творил.

– Ты думаешь здесь есть связь? – потягивая кофе, спросил Брайн.

– Это гипотеза. Скорее от отчаянья. Через десять лет Пабло и Дора расстались, он нашел другую, его вдохновителем стала молодая студентка, ничего не попишешь, классика жанра.

– Хочешь предположить, что наш художник запечатлел свою возлюбленную на одной из своих картин? И вообще, такие люди как он способны на чувства?

– Придется проверять все возникающие рабочие версии и молиться, чтобы нам повезло!

Наспех перекусив, я почувствовала себя значительно лучше, прилив энергии придал мне свежих сил.

– Знаешь что ещё любопытно, Брайн? Вся серия Пабло «плачущие женщины» были посвящены Доре Маар, именно она явилась тогда его единственным вдохновителем. Она обожала его творчество, не говоря уже о нём самом, Дора просто растворись в Пабло, отдав себя без остатка. Он в свою очередь пытался запечатлеть её в разных образа и настроениях. Изначально в это серии он рисовал её изображая портрет без шляпок, но затем стал пририсовывать этот интересный элемент. Оказывается, в то время это считалось признаком психоза, поэтому его возлюбленная не особо была в восторге от этого, но в виду своей большой любви к гению, всё ему прощала. Все-таки творчество – мир тонкой материи. – Я открыла дверцу машины и села за руль. Брайн уселся рядом, надев при этом темные очки.

– Ты настолько досконально погрузилась в мир искусства, здесь можно много параллелей провести, мы только начали разгадывать его шарады, -подвел итог Брайн.

Мы выехали с парковки, погружаясь в бесконечную вереницу ползущих машин. Я перестроилась в соседний ряд и мы медленно тащились.

Внезапно хлынул дождь, небо заволокло темными тучами и началась гроза. Капли дождя застучали по стеклам с такой силой, что казалось, стекла вот-вот треснут.

– Эта погодка нам в тему дня! Мы едем как раз в морг, где все серо и мрачно, – глядя в окно произнес Брайн.

– Хват тебе! Завязывай с этим! Во всем ты видишь, какие- то веянья судьбы. Просто пошел дождь то-то и всего, – я включила дворники на полную мощность, чтобы хоть немного видеть впереди идущие машины.

– Ну ладно, ладно, поговорим на другую тему, ты сейчас встретишь Курта, ты готова к этому?

– Готова. Потому что все в прошлом, я устала уже это тебе повторять. Мы взрослые люди, было и прошло, я не против, если даже не перестала быть симпатична ему, но только и всего.

Не знаю почему, но мне конечно, было не настолько безразлично отношение Курта ко мне. Просто я не хотела, чтобы это заметил Брайн. Возможно, когда мы закончим расследование я сама наберу Курту и предложу выпить, по крайне мере секс с ним был потрясающий, и я была бы не против его повторить.

Через пятнадцать минут мы наконец-то добрались до пункта назначения. Выбежав из машины, мы бегом побежали под навес. На дворе стоял месяц март, было промозгло и ветрено.

На мне было одето пальто, но все равно я чувствовала, как холодный ветер проникает под одежду. Может все потому, что я не любила застегивать верхнюю одежду. В такое время года я носила всегда пальто. Не то что бы я была фанатом Шерлока и копировала его стиль, типа детектив в пальто, нет! Просто в нем было удобно, комфортно, оно не стесняло движения, поэтому я одевала его, чтобы не простыть. Если уж было совсем холодно, то наматывала шарф на шею. Мне должно быть максимально удобно работать.

Специфика нашей работы находиться все время в движении. Нам некогда носить модные шмотки и заботиться о своем гардеробе. Одежда должна быть удобной и практичной. Единственное чему я уделяю особое внимание – это нижнее белье и обувь. На этом я никогда не экономлю, мне нравится ощущать на своем теле дорогое кружево, а на ногах дорогую кожаную обувь.

Здание морга состояло из двух этажей, цвет стен был слонвой кости, и от этого места всегда вело невольно холодом. Не перестаю восхищаться людьми работавшими здесь.

Первый этаж был отведен непосредственно под сам морг, здесь находились так же учебные комнаты для студентов, а на втором располагалась лаборатория и специалисты по криминологии.

Мы с Брайном забежали вовнутрь, интенсивно отряхивая с себя воду, которая попала нам на одежу. В нос сразу же ударил запах формальдегида и смерти. Этот запах не возможно описать точнее, те кто хоть раз сталкивался с ним в своей жизни, никогда его ни с чем не перепутают.

Мы двинулись по коридору к прозекторской, где обычно трудился Курт. Пока мы шли, я поймала себя на мысли, что если бы и хотела здесь оказаться то только в том виде, в котором сюда привозят всех остальных. Конечно, за долгие годы службы я не раз здесь бывала, но каждый раз это вызывало у меня не самые положительные чувства.

Мы дошли до прозекторской, и увидели за стеклом Курта, который склонившись над телом записывал свои наблюдения на диктофон.

Я постучала по стеклу, он обернулся и предложил нам жестом зайти. Он быстро накрыл тело простыней, снял с лица защитную прозрачную маску и поприветствовал нас.

– Как поживаете детективы? – с иронией спросил он, садясь за свой рабочий стол. – Не хочу вам портить настроение на остаток дня, телом изувеченной молодой девушки.

– Очень любезно с твоей стороны, – сказала я. – Извини, что заранее не предупредили о визите, хотя я думаю, что ты привык к нашим неожиданным приходам.

– Да Курт, у тебя здесь не соскучишься, – протянул Брайн. – Все вокруг тебя металлическое и гробовая тишина, как ты еще не съехал с катушек, приятель? – он подошел с столу с инструментами и начал внимательно изучать, будто видел их в первый раз.

– Как видишь, я вполне вменяем и никто лицензию у меня не отобрал, – Курт что-то начал набирать на клавиатуре компьютера.

– Глория, зачем ты его приволокла с собой? – усмехнулся он.

– Нет серьезно, док, как ты спишь по ночам? Как занимаешься сексом после тяжелого рабочего дня? Когда только и работаешь над тем, что разрезаешь трупы? – Брайн подошел к столу, где сидел Курт и облокотился, оперившись руками на стол.

– Господи, да что ты как ребенок!? – начал злиться Курт.

– Я могу задать тебе аналогичные вопросы. Но я знаю, что с женщинами у тебя полный порядок, равно как и у меня. Вы так же как и я выезжаете на место преступления, видите все эти трупы. Просто я потом работаю с телом и органами, чтобы кстати вам достать полезные сведения и от меня в целом зависит исход вашего успешного расследования и твое повышение дружок! – с самодовольной улыбкой заключил Курт. – И вот что я тебе скажу мой друг, страшны не тела у меня на столе, а злость человека, его глупость, которая приводят к этим последствиям. Самое тяжелое – это маленькие дети, с увечьями или сексуальными извращениями. Вот тогда то и нужно проветрить мозги или просто выпить бутылку виски. В морге, я здесь вижу всю изнанку человека. Работая уже много лет, я не перестаю думать о том, что разочаровался в людях, я знаю на что способен человек и поэтому, начал относиться к окружающим подозрительно, потому что чужая душа потемки, но кому как не вам это знать?

– Полегче, остынь Курт ладно!? Давай переедем к делу. Есть что нибудь для нас? – я положила свою руку на его ладонь, чтобы он пришел в себя.

Я понимала что его работа действительно не из легких, не важно, мужчина ты или женщина патологоанатом. Каждый из них пропускает через себя, каждый поступивший к ним на стол труп. Да, это их работа, к ней можно привыкнуть, но выключить чувства насовсем как бы они не старались, не получится.

– Я как раз смотрю анализы. Сейчас посмотрим в базе данных, что-то удалось раскопать моим труженикам из лаборатории. Пришлось мне изрядно попотеть, чтобы достать чистый кусочек кожи. Я не спал уже сутки пытаясь найти для вас хоть что-то. Ваш парень все делает с ювелирной точностью и обрабатывает кожу специальным раствором, перед тем как её расположить на холсте, делает это для того, чтобы обезличить личность. Надо разбираться как минимум в химии, чтобы сделать такой состав. Помню много лет назад когда я работал ещё в лаборатории, мы долго корпели над первыми его работами, пытаясь раздобыть микрочастицу с помощью которой нам бы удалось установить личность жертвы. Но мы раз за разом терпели фиаско. Хот нужно признать, тогда у лаборатории и не было и половины того оборудования что есть сейчас. Не могу вам конкретно сказать про орудие убийства, ни про характер нанесения увечий. Не знаю, удаться ли нам на этот раз определить ДНК. Он вывел на монитор данные. – Бинго! – Курт поднял руки вверх и сложил ладони в жесте молитвы. – Спасибо тебе, Господи! Нам сегодня повезло, нам удалось установить ДНК! – заорал он, радуясь. – Оно совпадает на 99,7 % процента с некто по имени Паула Нортон.

– О Господи Курт, ты гений! – Я кинулась в его объятия и крепко прижалась к нему. Для нас это был действительно важно и радостно! Лучшей новости за последние пару дней, не могло и быть.

– Ребята, это же первый серьезный прорыв в деле двадцатилетней давности! – беря себя за голову руками эмоционально тараторила я, ещё до конца не верив в случившееся. – Наконец то, через столько лет, у нас есть первое имя жертвы.

– Спасибо Курт, это действительно большая твоя заслуга – похлопав его по плечу сказал Брайн.

– Брайн, у нас есть имя! Быстро звони в электронный отдел Дейву, пускай скинет все данные, что найдет на Паулу Нортон. – Всё пошли, нужно убираться от сюда поскорей, больше не будем отрывать Курта от его работы. А то когда он не в себе и злиться мне кажется, он готов вскрыть нас двоих здесь и сейчас.

– Тебя бы Глория, я вскрыл с особой нежностью, – ответил он улыбаясь и развернувшись немного пританцовывая направился к металлическому столу на котором лежал под простыней труп.

Что-то на миг заставило меня в его словах насторожиться, но я не хотела давать мыслям почву для размышления на этот счет, возможно, это просто переутомление, когда в каждом начинаешь видеть подозреваемого. Нет, нет, такого просто не может быть, я явно переутомилась.

Мы вышли из морга, мне нужно было позвонить майору Броуди и доложить, за столько лет это была первая небольшая победа. Внутри меня все ликовало и бурлило от счастья. На улице перестал лить дождь, но тучи так и весели темной пеленой над городом.

– Брайн, езжай в офис и займись девушкой камеры. Попытайтесь с Левински установить её личность . Я поеду навещу родных Паулы Нортон, адрес скинь мне на телефон, садить я по дороге докину тебя в офис.

– Как это мило с твоей стороны, я думал мне придется идти пешком, – пробормотал садясь в машину Брайн.

Высадив через несколько минут его возле управления и узнав точный адрес семьи Нортон, я двинусь в их сторону. Доехав по навигатору до указанного адреса, я попала в элитный, благоустроенный район Манхэтона.

В таком как правило живут люди с двумя детьми, большой собакой, они жарят по выходным барбекю, а соседи тебе приносят печенье и пироги. Образцовые семьи – кажется, это так это называется в народе.

На улицах было довольно пустынно, несмотря то, что сейчас было шесть часов вечера. Какой-то мужчина гулял с собакой, кто-то стриг газон, а неподалеку семья заезжала в новый дом, занося из грузовика вещи. Я сбавила скорость, ища номер нужного мне дома. Все стоящие в линию однотипные дома были ухоженными, лужайка подстрижена, почтовый ящик и множество декоративных фигурок украшали газоны и центральную входную лестницу. В таких районах все живут по своим правилам и уж отсюда, очень непросто кого-то похитить, так как соседи напротив, всегда незаметно наблюдают за тобой из-за занавески своей комнаты. Наконец-то я нашла нужный мне дом и припарковалась. Он мало чем отличался от всех остальных, дом был типовой.

Выйдя из машины я огляделась по сторонам. Затем не обнаружив ничего подозрительного я подошла к двери и громко постучала. Через несколько секунд дверь широко распахнулась и предо мной предстала женщина.

Она была небольшого роста, с седыми волосами туго заплетенным в косу свисавшую с плеча. Трудно было определить её точный возраст, на первый взгляд, женщина не была стара по – своему возрасту, скорее просто превратила себя в такую. Она мне показалась совершенно опустошенный и безжизненной.

– Добрый день, – начала я приветливо говорить, стараясь сделать тон более мягким. – Мне необходимо поговорить с семьёй Нортон, не подскажите, я правильно попала по адресу?

Она молча кивнула.

– Я детектив Глория Берч из департамента полиции, убойный отдел, – я достала своё удостоверение и открыв показала ей его.

– Входите, – тихо произнесла она.

Я зашла в дом. Здесь было тепло и комфортно. В нем царила чистота и порядок, все было четко расставлено на своих местах. На диване лежали мягкие, маленькие подушки, их было достаточно большое количество, плед который лежал на диване, был выполнен в виде лоскутного одеяла. Повсюду на стенах висели разнообразные картины, на окнах занавески из рюшек и бахромы. Вся обстановка в доме больше напоминала кукольный, игрушечный домик. На камине стояло множество семейных фото, я подошла поближе взглянуть на них и сразу же увидела фото молодой девушки, про себя отметив, что это наверняка и есть – Паула Нортон.

С фотографии на меня смотрела красивая, молодая, скорее даже юная девушка с обаятельной улыбкой, рыжими вьющимися волосами, зелеными озорными глазами, она стояла в обнимку с лохматым, большим псом. Все то время пока я осматривалась, миссис Нортон стояла молча позади меня, не проронив не слова.

– Извините, мы можем присесть? – предложила я.

– Да, конечно детектив, – сдержанно ответила она.

– Как ваше имя миссис Нортон?

– Лиза.

– С кем вы проживаете в этом доме?

– Одна. Мой муж умер год назад, – она отвечала очень сдержано, не поднимая на меня свой взгляд.

– Примите мои соболезнования. Мой визит связан с гибелью вашей дочерью, миссис Нортон.

– Её нашли? – подняв резко взгляд на меня, спросила она. На секунду мне показалось, что её глаза загорелись надеждой.

– Мы нашли её. И смогли опознать, лишь по частичке коже, но самих останков тела к сожалению, у нас нет, – с сожалением ответила я.

– Моя дочь на картине, которую нашли в галереи вечера утром? – она едва пыталась сдерживаться, чтобы не расплакаться.

– Извините, я не могу раскрывать подробности дела. Но да, на ней именно она, думаю вы имеете полное право знать. Не могли бы вы мне рассказать подробности исчезновения вашей дочери? Это бы помогло ходу расследования.

– Хотите чаю, детектив? – вдруг спросила она. Потом она встала и направилась на кухню.

Я решила согласиться, чтобы как то разрядить сложившуюся натянутую обстановку, и дать ей собраться с мыслями, придти в себя от услышанного, потому что сейчас, мне, предстояло все переворошить заново.

Миссис Нортон заварила чай, поставила кунжутное печенье на стол от которого исходил запах корицы и шоколада, и сев напротив меня, стала помешивать ложкой в своем стакане.

Через какое-то время, она заговорила тихо, едва слышно, я вытащила из кармана пиджака диктофон и поставила его на запись, пододвинув его ближе, чтобы можно было, потом её расслышать.

– Паула, была единственным нашим ребенком. У вас есть дети, детектив?

– Нет к сожалению. С моей работой их нужно заводить как можно позже или вовсе не заводить.

– Дети – это смысл жизни каждого родителя, каждой матери. Паула была моей маленькой девочкой, моей отдушиной, – миссис Нортон сделала глубокий вдох, чтобы взять себя в руки.

Она держалась очень стойко, затем набрав воздух в легкие, она продолжила;

– Пауле было всего 19 лет, она была веселой, отзывчивой, была волонтером в домашнем приюте, занималась плаваньем, даже попала в сборную команду в колледже. На выходных приезжала всегда к нам домой, бывало, что и мы к ней ездили. Она только начинала жить, детектив Берч.

– Расскажите про тот день, когда она пропала, попытайтесь вспомнить все в мельчайших подробностях, насколько это возможно. – Я отпила из чашки чай, он был невероятно вкусным заваренный из трав и цедры мандарина.

– Я не знаю никаких подробностей, детектив. Это было два года назад. Знаю только то, что они всем курсом собирались в поход вместе с куратором. Паула решила купить новую палатку, так как они шли на три дня в поход, по дороге она должна была заехать за подругой и вместе с ней поехать в магазин выбирать палатку. Но она так и не заехала за подругой. Тогда та не дождавшись её, через какое-то время подняла тревогу, её начали искать, но все было безрезультатно. Через сутки позвонили нам и сообщили, что наша девочка пропала. Детективы, которые тогда расследовали это дело, после долгих поисков и безуспешных розысков, сказали, что скорее всего её уже нет в живых. Но конечно, мы не теряли долгое время надежду, хотя в душе я давно похоронила её, так как понимаю, что чудес не бывает. Сердце мужа не выдержало, год назад он умер.

– Было ли еще что-то необычное? Может вы замечали, как она в последнее время изменилась в поведении? Или у неё появился новый парень? – я заметила, как она на несколько минут растерялась подбирая слова, как будто решая сказать или нет.

– Нет, ничего необычного не происходило, парня у неё не было на тот момент, ну или по крайней мере я нём не знала. Наверное, вам нужно поговорить в её близкой подругой по колледжу, Ханой.

Миссис Нортон заметно начала нервничать, не зная, куда отвести свой взгляд.

– Хорошо, я обязательно поговорю с ней. Пожалуйста, миссис Нортон, я вижу, что вы не договариваете что-то, можете мне рассказать это останется между нами, уверяю вас. Сейчас любая деталь и мелочь сказанная вами, может нам серьезно помочь. Вы ведь сразу решили, когда я пришла к вам, что мы обнаружили тело Паулы?

– Да. Это материнский инстинкт. Если бы она была жива, мне бы сразу позвонили, детектив из убойного отдела на пороге никогда не приносит добрых вестей, – она укоризненно сердито на меня взглянула. – То преступление, которое совершил этот человек убив мою девочку – это чудовищно! Он отобрал у меня всё, понимаете!? – с отчаяньем выпалила она. Тут уже больше не выдержав она разрыдалась во весь голос, скорее это был вопль раненого животного, а не человека.

Я подошла к миссис Нортон, обняла её и стала успокаивать как маленького ребенка, гладя по голове.

– Вам надо держаться миссис Нортон, я постараюсь найти его, не могу обещать, но я очень постараюсь, – пыталась подбодрить я её.

– Спасибо детектив, – чуть успокоившись, сказала она. – Садитесь, я должна кое в чем признаться полиции. В семнадцать лет, Паула, стала жертвой изнасилования. Однажды летом, к нам приехал мой брат, он решил перебраться из своей деревушки сюда на заработки в Манхэтон. Сразу жилье было не найти, да и к чему, когда у нас такой огромный дом. Он поселился у нас и жил какое – то время. Уехав как-то с мужем на выходных на уик-энд, мы оставили Паулу дома одну с ним. Она как раз готовилась к вступительным экзаменам в колледж. В этот день и случилась эта трагедия. Он изнасиловал её и пригрозил, что если она нам расскажет, то убьет её, когда она будет спать. После нашего возвращения, я сразу почувствовала, что, что-то случилось. Тогда после долгих уговоров, Паула рассказала нам всё. И тогда, мой муж решил вершить самосуд и пристрелить моего брата. Но кинувшись в его комнату мы увидели, что он сбежал, собрав все свои вещи. По сей день я не знаю, где он находиться. – Миссис Нортон облегчено вздохнула и вытерла глаза от слез которые не переставали течь по её щекам.

– Вы большая молодец, что решили это рассказать – это очень важная информация для полиции. Повторюсь ещё раз, всё что вы сейчас сказали, останется между нами, я расследую другое дело и чтобы на самом деле не совершил ваш муж, на вас это никак не отразиться. – Я видела, что она не договаривает какие – то детали, на это у меня глаз был намётан. – Мне нужно будет проверить всю информацию, поэтому я хочу уточнить, если ваш муж все – таки совершил самосуд – это одно дело, но если ваш брат в бегах, он может быть подозреваемым в нашем деле, а так же продолжать насиловать в других штатах невинных девочек. Если вы нас пустите по ложному следу, тогда я не могу гарантировать вам, что вы не предстанете перед судом за дачу ложных показаний.

– Вы хороший детектив, Глория, – шмыгнула она носом. – Да мой муж совершил самосуд, самолично убив моего брата. Он нашел его в сарае, за колкой дров для камина. Самое страшное было то, что брат никуда и не собирался бежать. Он вел себя, как ни в чем не бывало. Муж ударил его прикладом оружия по голове и в бессознательном состоянии, вывез в лес, после чего пристрелил его и закопал там же, где точно, я даже не знаю. Скажу одно, после этого мы спали спокойно, зная, как вы и сказали, что больше он не сможет причинить другим невинным детям той боли, что испытала наша Паула.

– Хорошо миссис Нортон, спасибо, что доверились, это крайне важно. Что было дальше? Как Паула и вы справилась с этой травмой?

– Так как вы понимаете уже, что в полицию мы не стали обращаться, чтобы не придавать этому огласки. У Паулы и так начались сильные нервные срывы и панические атаки. Первые дни она сидела в своей комнате в шкафу и не выходила от туда, ни ела ни пила, просто сидела подперев колени подбородком и смотрела в одну точку. Она не позволяла себя касаться и дотрагиваться даже мне, не говоря уже про отца. Так не могло долго продолжаться, наш ребенок страдал, поэтому мы решили обратиться за помощью к специалисту. Поискав информацию в интернете и посмотрев рекомендации и отзывы других пострадавших, мы обратились к лучшему в области психотерапии и психологии доктору Эндрю Гейбу. До поступления в колледж оставалось ещё пару месяцев, мы не знали, успеет ли она поправится и начать учиться? Или нам придется пропустить год из-за реабилитации и восстановления. Но Доктор Гейб оказался профессионалом своего дела, у него своя клиника для таких пострадавших как Паула. Её сначала положили в клинику на неделю для физического и морального выставления и доктор Гейб начал с ней сразу работать. Через месяц она уже пошла на поправку и постепенно стала возвращаться к прежней, нормально жизни. Терапию с доктором Гейбом она не хотела прекращать, так как нашла в нём отдушину и понимающего человека. Она так ему доверяла, что была сама этому рада.

Мой пульс заметно участился, а сердце начало бешено стучать, меня резко бросило в жар. Это как охотник, который не видя свою добычу чувствует её за много миль и притаившись ждет, когда можно нанести удар. Неужели мы напали на след? Ничего конечно не подтверждено, но появилась ниточка, за которую стоит потянуть.

– Скажите миссис Нортон, а доктор Гейб бывал у вас дома?

– Был однажды, подвозил Паулу домой. Он обещал ей, как только она поправится, он прокатит её на своей спортивной машине по Манхэтону.

– Знаю, может это не этично со стороны доктора, но у каждого свои методы лечения. Моя девочка вернулась к нормальной жизни и я до конца своих дней буду ему благодарна.

– Спасибо, что решили поговорить со мной и все рассказать, мне уже пора ехать в офис, работы предстоит много. Я буду держать вас в курсе.

– А можно её увидеть на этой картине? – внезапно спросила миссис Нортон.

– Нет, извините, пока идет расследование, не могу вас допустить. Вам не нужно видеть то, что на картине. Как только найдутся останки вашей девочки, вы сможете забрать их и похоронить. Но сейчас то, что обнаружено видеть не нужно, извините.

Я оставила её так сидеть за столом и вышла на улицу, закрыв за собой дверь. А теперь, нужно быстро добрать до офиса и начать собирать материал на доктора Эндрю Гейба.

Я отрыла дверцу машины, села за руль, включила музыку и тронулась с места размышляя и переваривая услышанную информацию.

Быть психотерапевтом достаточно удобно для убийцы, никто не заподозрит, тем более, если ты имеешь уважение и определенный завоеванный статус в обществе. Жертвы сами к тебе приходят, да ещё и делятся сокровенным. Если у него своя клиника, значит, есть большие денежные средства на её содержание, а это позволяет уже иметь больше ресурсов и связей для совершения преступления. Нужно наведаться к нему, на сегодняшний день я была удовлетворена результатом, хотя бы мы сдвинулись с мертвой точки. И пускай это всего лишь версии, но проверить и удостовериться, я должна во всем лично. Благодаря своей интуиции я немалого достигла в своей работе. По дороге я сделала несколько звонков, доложив так же майору о сегодняшних движениях в деле, чему он был рад больше меня. Зазвонил мобильный, это был Брайн.

– Как обстоят дела? – послышался его уставший голос.

Я вкратце пересказала ему весь разговор с миссис Нортон.

– У меня для тебя тоже хорошие новости, мы установили личность подозреваемой из фургона, зовут Лаура Харди. Сегодня явно наш день, звезды на нашей стороне. Она отбывала срок в колонии за наркотики восемь лет, есть ещё небольшие приводы. Освободилась год назад, в данный момент работает в закусочной официанткой.

– Отличная работа Брайн. Выезжай на задержание и привези мне её на допрос. Арестуй за незаконное проникновение на территорию частной собственности. Через минут десять я буду уже в офисе, пока соберу информацию на Гейба, завтра наведаюсь к подружке Паулы Нортон. Надо будет выяснить в колледже её домашний адрес. Может она, расскажет нам много интересного про доктора, у девчонок всегда есть секреты от родителей.

– Ок, я поехал на задержание, привезу нам эту курочку и поджарим её на вертеле. Он отключился.

Глава 4

На дворе было третье марта, в восемь часов вечера возле входа стоял белый лимузин. Элен до сих пор не могла поверить, что все это происходит с ней наяву. Сейчас она с самым красивым мужчиной, на дорогой машине, поедет на аукционный благотворительный вечер. Это море новых впечатлений, эмоций и новых знакомств.

Водитель, встретив её открыл дверцу лимузина и жестом пригласил сесть внутрь. Там уже её ждал он.

– Потрясающе выглядите Элен! – прошептал он своим бархатным, томным голосом. Он и сам выглядел утонченно и со вкусом. Костюм был черного цвета, рубашка кипельно белая, черная бабочка, золотые запонки на манжетах, часы «Rolex» , все было стильно и изящно.

В салоне играла не громко музыка, Элен узнала эту мелодию, играл саундтрек (Celine Dion – All By Myself).

– Спасибо, вы тоже ведь не дурно выглядите, – она села рядом и ощутила его тепло. Элен выбрала черное, струящееся платье с открытой спиной, платиновые сережки капли, которые доставали до её оголенных плеч и такой же широкий браслет на левой руке, который гармонично дополнял её наряд. Туфли, которые она подобрала специально для этого вечера, были классические черные лодочки на высокой тонкой шпильке. «Они смотрелись красивой парой, как и в одежде у Гейба был вкус в выборе женщин» – подумала она.

По дороге они болтали на разные темы, Элен смотрела в отражение стекла машины и не узнавала саму себя. Она нравилась себе, сегодня она выглядела просто шикарно. Вот они подъехали к месту, Гейб вышел из машины первым, обошел и открыл дверцу со стороны Элен и подал ей руку. Они поднялись по широким ступеням и вошли в огромный зал. Гейб сразу положил руку ей на талию.

– Все хорошо, не волнуйся, будь со мной и доверься мне – прошептал он ей на ухо.

В зале была масса людей, все женщины были в вечерних платьях, мужчины в костюмах и смокингах. Официанты разносили закуски и шампанское, где- то слышались звуки джаза, народу было так много, что не разглядеть всех сразу. В дальнем конце зала стояли столики только для приглашенных VIP персон.

Пройдя немного вперед, Элен увидела выставленные лоты для сегодняшнего аукциона, деньги с которого пойдут на благотворительность фонда. Они постоянно останавливались, когда Гейб здоровался с очередными гостями и представлял им свою спутницу. Элен лишь в ответ улыбалась и благодарила за теплые слова, отпущенные в ее адрес.

Она сегодня прочитала в интернете об этом аукционе, чтобы хоть немного быть в курсе дела. Здесь были выставлены предметы искусства, естественно все подлинники. «Боже, что я здесь делаю? Может, стоит сбежать с маскарада, всё равно, наверное, завтра всё для меня закончится. Хотя никто, конечно, не знает исход сегодняшнего вечера» – про себя подумала Элен. После этого вечера они должны ещё заехать в галерею картин, Гейб хотел показать ей шедевры молодых художников и классику абстрактного искусства, а затем легкий ужин в ресторане, на первый взгляд перспектива потрясающая.

– Ты прекрасно держишься, – будто читая её мысли, сказал Гейб и улыбнулся прижав её крепче к себе.

Столько внимания Элен никогда на себе не испытывала. «Да и вообще, она едва знает этого человека и решила пойти с ним на такой шикарный вечер, вот что делают мужские чары с женщинами»– не унималась она, про себя ругаясь.

– О, Эндрю Гейб собственной персоной, – прозвучало откуда – то со стороны.

– Здравствуйте, сенатор Ник Хэрис, – с улыбкой произнес Гейб.

– Замечательный вечер, как ваша работа? Кто ваша очаровательная спутница?

– Познакомитесь, это Элен Фармер – представил меня он. – Работа протекает в усиленном режиме, спасибо, что спросили сенатор.

– Приятно познакомится Элен – целуя ей руку, сказал Хэрис. Вам очень к лицу это платье, выглядите очаровательно. Он хотел продолжить, когда голос ведущего раздался с трибуны.

– Мы рады всех приветствовать на очередном ежегодном благотворительном вечере, дамы и господа пройдите в зал и займите свои места. Мы начинаем аукцион, все собранные средства пойдут в клинику на новое оборудование.

Зал заполнился аплодисментами, и все начали рассаживать на места. Гейб мягко взял Элен за локоть и повел за собой, они приблизились к своему столику, на карточке значились два имени Эндрю Гейб и Элен Фармер. Это были не большие круглые столики с номерами табличек. Рядом за соседними столиками, сидели пары.

– Здравствуйте Макс, Элиза, ты выглядишь как всегда превосходно! – произнес Гейб. – Николс, Анна – рад приветствовать вас – здоровался он.

– Гейб мы уже заждались, представишь нам свою спутницу? – ухмыляясь, произнес Макс.

– Это Элен, она сегодня любезно согласилась скрасить мое пребывание здесь и составить нам компанию – сказал Гейб и отодвинул для неё стул.

– Приятно познакомится – мило улыбаясь, и кивая всем в знак приветствия, произнесла Элен.

– И нам милая, – сказала Элиза, но Элен как-то не особо поверила её словам.

Они расселись и Гейб взял Элен за руку.

– Все хорошо, Элен? Тебе нравиться здесь? Если нет, давай уйдем отсюда.

– Все нормально Эдриан, давай останемся.

Элен тонула в его взгляде, нежном и манящем, он смотрел на нее так проникновенно, а электрическое напряжение между ними росло настолько, что Элен почувствовала «бабочек» в животе и поймала себя на мысли, что она его физически хочет. От её мыслей, отвлек голос ведущего.

– Дамы и господа, приступаем –сказал он в микрофон, зайдя за небольшую высокую тумбу.

Начались торги, Элен наблюдала за всем действием впервые, с разных столиков поднимались таблички, на которых был написан номер. Она с удовольствием и любопытством рассматривала все эти предметы искусства, стоившие целого состояния. Гейб приобрел потрясающую мраморную скульптуру, выполненную из мрамора высоко качества. Произведением искусства была знаменитая скульптура Огюста Родена «Поцелуй» 1882г. На ней изображены обнаженные женщина и мужчина, сидящие на камне и слившиеся в поцелуе. Как поведал ведущий, изначально она носила название «Франческа да Римини», в честь изображённой на ней знатной итальянской дамы XIII века, чьё имя обессмертила Божественная комедия Данте (Круг второй, Пятая песнь). По легенде, дама полюбила младшего брата своего мужа Джованни Малатеста, Паоло. Когда они читали историю Ланселота и Гвиневры, их обнаружил, а затем убил её муж. На скульптуре можно видеть, как Паоло держит в руке книгу. Но на самом деле любовники не касаются друг друга губами, как бы намекая на то, что они были убиты, не совершив греха.

Борьба за этот лот выдалась не шуточная и Элен вошла уже в этот азарт, Гейб предложил колоссальную сумму денег, так что у конкурентов не осталось шансов.

Все это время он наблюдал за ней и восхищался её искренностью.

– Миллион долларов, – произнес Гейб поднимая табличку.

В зале повисла тишина.

– Я поздравляю вас мистер Гейб. Сегодня вы приобрели одни из самых дорогих лотов нашей коллекции.

– Спасибо, – сдержано ответил он.

После этого были ещё проданы пару известных предметов, но Элен и так не могла придти в себя от потраченной суммы на шедевр искусства. «Миллион долларов!? Наверное, он сказочно богат, раз может себе позвонить такие покупки!» – подумала она.

После окончания аукциона, всех пригласили в танцевальный зал, где звучала живая музыка.

Элен и Гейб решили сначала глотнуть немного свежего воздуха, и вышли на балкон. Элен облокотилась на перила, всматриваясь в ночной город. На улице было достаточно прохладно и холодный ветер бегал по коже, но это ей сейчас было необходимо, чтобы снять напряжение от всего происходящего вокруг.

Она ощутила как мужские руки с сзади обвили её талию и руки Гейба нежно заскользили по ее коже.

– Ты совсем замерзла? – его шепот отзывался теплом в её теле, так нежно и сладко, его губы находились так рядом с ее шей, она почувствовала его горячее дыхание, это будоражило кровь, и было лишком сексуально все это выдерживать. Она была готова отдаться ему прямо здесь и сейчас, если бы не столько народу окружавшие их. У неё слегка начала кружиться голова он него приятно пахло и это будоражило мысли. Она чуть наклонилась и посмотрела через плечо, они встретились взглядами. Глаза, да, именно они заставляли её так робеть и сходить с ума, темные, глубокие. Он наклонился и слегка коснулся ее губ, как бы дразня её. Знающая и победная улыбка играла на его губах, но не дал ей времени подумать об этом и накрыл своим поцелуем, страстно и безжалостно. Он развернул её к себе не выпуская из объятия. Ее губы поддались ему на встречу, она отвечала ему так же страстно и яростно, желая, чтобы это длилось как можно подольше.

Она не слышала как кто-то подошел, и не сразу поняла, почему Гейб так резко отпустил её. Лишь когда услышала голос, то смущено покраснела и отвернулась.

– Прошу прощения мистер Гейб, но ваша машина подана как вы и просили в девять часов, – сказал юноша, видя всю неловкую ситуацию. Но не стоит на него злиться, он всего лишь выполнял свою работу.

– Хорошо спасибо, мы сейчас спустимся. Гейб повернулся к Элен.

–Извини, поехали отсюда, нас уже ждут в галереи, продолжим в машине то, что я не завершил.

У нее пылали щеки и кожа вся горела огнем, казалось, что ноги стали ватными от сексуального напряжения и совсем не слушались ее. Он взял ее за руку и увлек за собой. Она с трудом помнила, как они добрались до машины, бесконечно со всеми прощаясь на своем пути. Ей хотелось одного, побыстрее остаться с ним наедине, неважно где, лишь бы они остались они.

Через несколько минут они оказались в лимузине на заднем сиденье. Он повернулся к ней, поцеловал, его рука скользнула по ее бедру, их губы сомкнулись, языки жадно переплелись обжигая друг друга, руки стали изучали тела друг друга через одежду. Ему нравились ее стройные, упругие, бедра. Ее изящная горячая спина и аккуратная грудь. А она сходила с ума от его сильных рук, его осторожности и деликатности. Он никуда не торопился, дразня ее этим и искушая. Секс наверняка был бы быстрым и страстным чтобы сбросить это первое напряжение, но Гейб отстранился от Элен.

– Давай подождем вечера, когда мы приедем ко мне. Я хочу тебя всю, насладиться каждой клеточкой твоего ароматного тела и никуда не торопиться, вбирая тебя всю целиком и полностью.

– Хорошо, давай так и сделаем, – пролепетала, немного приходя в себя Элен. – Извини, не знаю, что на меня нашло, – поправляя платье, и прическу прошептала она.

– Тебе не за что извиняться, мы оба хотим этого и отрицать это бессмысленно. Просто я люблю когда все красиво, конечно я мог затащить тебя еще на благотворительном вечере в туалет и заняться с тобой безудержным сексом, но это не в моем стиле – он открыл шампанское, налил в бокал и протянул ей.

– Ущипни меня, Гейб! Все это как в сказке, я веду себя как малолетняя девчонка! – она отхлебнула из бокала шампанского достаточно много, чтобы хоть немного снять стресс.

– Прекрати, ты потрясающая девушка и заслуживаешь всего этого.

– Ладно, будь, по-твоему. Пока мне надо отвлечься, расскажи мне о своей профессии. Я едва знаю тебя. Я посмотрела кое-какую информацию во всемирной паутине, там сказано, что ты психотерапевт – психолог. Все верно? – Элен взглянула на него.

– Да это так. Уже много лет я практикующий специалист, у меня есть своя клиника и я довольно преуспел в этой области, – он откинулся назад на спинку сиденья и закинул ногу на ногу.

– Этого то я и боялась, что ты начнешь ковыряться у меня мозгах и составлять мой психологический портрет.

Он рассмеялся во весь голос.

– Ты такая забавная Элен! Нет, без твоего ведома я этого сделать не могу. Психологический портрет я составляю впервые минуты общения с человеком, такая вот профессиональная привычка. Скажем, это основные критерии, а вся остальная картина дополняется уже по ходу общения. Мне нравится моя работа, я получаю от нее колоссальное удовольствие, – он взял Элен за руку и поцеловал.

Машина остановилась, и шофер оповестил, что они прибыли к месту назначения.

Они вышли из авто и вошли в большое стеклянное здание сделанное в современном стиле. Перед Элен открылся удивительный мир картин и творений. Ей показалось, что она уже видела где-то это место, вот только где, никак не могла вспомнить.

Коридоры перетекали из одного в другой, на стенах с каждой стороны висели творения художников. Организаторы сделали выставку в формате кубизм, сюрреализм, экспрессионизм, идея была в том, что вначале зала висели картины молодых художников, которые успели прославиться и завоевать свой кусочек славы и гениальности среди ценителей их творчества. А глубже, были уже расположены творения мировых мастеров работавших в этом же направлении. Здесь были представлены такие гении как Джексон Полок, Василий Кадинский, Фернан Леже, Грис Хуан и Пабло Пикассо. У Гейба были глубокие познания в мире искусства и живописи, поэтому он был для Элен экскурсоводом в мир художества. Внезапно её озарило.

– Гейб, это не та самая галерея, где произошло пару назад преступление с чудовищной картиной?

– Да, я что-то слышал об этом. Поэтому эта выставка была на грани срыва из-за этого происшествия – он подошел к картинам Пикассо.

– Я припоминаю, в новостях все время говорят об этом, что какой то псих, начал копировать картины художников из женской плоти. Боже мой, кровь в жилах стынет, ну каким это надо быть чудовищем? – она подошла, встала рядом и вглядывалась в картину, висевшую пред ней.

– Пускай с этим разбирается полиция, там есть ведущий следователь. Департамент кинул свои лучшие силы на это дело, сама Глория Берч расследует данное преступление, – он решил сменить тему. – Разве это не прекрасно? – Пикассо был редчайший гений, найдя новое свое уникальное виденье этого мира.

– Я надеюсь, здесь ты ничего не будешь сейчас покупать?

– Нет, на сегодня хватит затрат, я проголодался, поехали от сюда нас ждет ужин в ресторане.

– С удовольствием, я уже тоже проголодалась, а перед долгой бессонной ночью мне нужно набраться сил и как следует подкрепиться, – сказала она, беря его под руку и направившись к выходу. Честно говоря, у нее голова шла кругом от всех этих геометрических фигур, разнообразия цветов и бессмысленных символов в ком надо было уловить смысл наивысшего. « Видимо это все для меня, высокий мир искусства» – подумала Элен.

Остаток вечера они провели поужинав в шикарном ресторане, они отведали лобстера, пили розовое шампанское, и познавали друг друга рассказывая разные истории каждый из своей жизни. Затем они направились домой к Гейбу. После такого потрясающего вчера, самого лучшего в её жизни, она ждала долгожданного финала, как вишенку на торт. Все дорогу она ехала в его объятиях, и разве могла она знать, что её жизнь так скоро и внезапно измениться.

Глава 5

Брайн с оперативным отделом, выехал на задержание подозреваемой Лаурой Харди. Как установили, она работала в придорожной закусочной официанткой. Прибыв на место, Брайн обнаружил ее стоящий на улице, облокотившейся к стенке здания, неспешно затягивающейся сигаретой. Она была небольшого роста, плотного телосложения, волосы цвета «Блонд» были собраны в конский хвост, макияж был не броский и от этого, ее лицо показалось Брайну бледным. Когда он подошел поближе, то заметил полное ее отрешение от внешнего мира. Казалось, она находится в какой-то прострации. Девушка перевела на него свой взгляд, который был абсолютно пустым и ничего не выражающим, от чего у него сложилось ощущение, будто на него смотрит бездушное существо. Физическое тело есть, а начинки нет.

– Лаура Харди? – начал Брайн. Сегодня был его день, ему очень льстило, что я не поехала с ним, а все операция по задержанию была на его ответственности.

Он любил самостоятельность, инициативность, просто за долгие годы работы со мной он привык к стратегии моей работы. Потому что мои методы иногда выходили за рамки допустимого, но за то, приносили свои плоды. Поначалу у нас из-за этого с Брайном были постоянные конфликты, потом с течением времени все шероховатости сгладились и мы понимали друг друга с полуслова. Напарники это единый организм, когда каждый дополняет его чем -то своим.

–Она самая, вам то, что с того? – затянувшись посильнее сигаретой, спросила Лаура.

– Я детектив Брайн Уэйн, у нас ордер на ваш арест, за незаконное проникновение произошедшее третьего марта в три сорок пять утра, в частной картинной галереи по улице Виладж -Роуд 20.

Лаура выпустила облако дыма в сторону Брайна, бросила окурок рядом с его ботинком и произнесла:

– Вы как раз вовремя детектив, моя смена закончилась десять минут назад. Я ждала вас раньше, он предупредил, что вы придете в ближайшее время по мою душу, – она протянула обе руки, для наручников.

– Отлично, меньше уговоров, я должен сопроводить вас в участок, где вы будете допрошены.

– Сначала зачитай мне мои права, малыш – она мило улыбнулась.

– Я смотрю, ты неплохо подготовилась Лаура.

Брайн спешно зачитал права и проводил её к машине. Она уселась на заднее сиденье, рядом с ней сел офицер, для охраны.

Брайн сев вперед отдал приказ патрульному ехать в участок.

Он начал обдумывать, что кто бы не был этот Пикассо, он все рассчитывает на два хода вперед. Кто он такой? Черт бы его побрал! Эта девица готова ради него принести себя в жертву и сеть за соучастие в тюрьму! Кто он? Это человек ей дороже свободы или он ей хорошо заплатил?

По дороге Лаура запросила адвоката, хотя это тоже было предсказуемо.

Я спешно печатала рапорт, чтобы не упустить никакой детали и решила пока отложить поиск информации по Эндрю Гейбу, к нему я вернусь позже, сейчас нужно было составить рапорт и допросить Лауру Харди как только её доставят в участок. Майор тоже будет присутствовать при допросе по ту сторону стекла, а мы с Брайном будем его проводить.

Через несколько минут в дверь постучали и доложили, что меня ожидают в первой допросной, настало время вытащить нужную информацию, конечно, если она захочет говорить, к тому же как сообщили, там будет еще её адвокат. А я ненавижу этих напыщенных индюков.

В комнате для допросов было мрачно, свет был тусклым и приглушенным, стены были окрашены в темно-серого цвет, что нагнетало обстановку для допрашиваемых. Это была моя территория, где я чувствовала себя комфортно и где я решала, что можно, а что нет.

Лаура с адвокатом уже ожидали нас, сидя в этой комнате на металлических стульях. Брайн предпочел сначала понаблюдать за стеклом, рядом с майором Броуди, так что я вошла в допросную одна и закрыла дверь.

Я положила перед ними снимок с видео камеры, на которой была запечатлена Лаура входившая и выходившая из галереи. Садясь напротив них двоих, я положила перед собой папку с данными и информацией.

–Это все что у вас есть на моего клиента? – начал спешнно адвокат.

Это был молодой парень, в дешевом костюме, который он мог себе позволить купить закончив университет и придя работать штатным сотрудником на полную ставку, при всем этом, начиная делать карьеру юриста. Опыта мало, но дерзости и упрямства таким не занимать. Такие выскочки, пытаются набить здесь для себя практику, часы, а потом уходят в большое плаванье.

– На снимке плохо различается личность, я вижу только на снимке девушку в форме ФБР, кепке и очках. Это может быть кто угодно детектив, это не дает основания для ареста моего клиента, – самодовольно произнес он.

Я наблюдала за Лаурой. Её поведение пока было совершено безразличным, казалось ей все равно, что происходит, экспресс тест на наркотик показал, что она чиста.

Я медленно перевела свой взгляд на адвоката.

– Вы считаете нас полными кретинами?– обратилась я к нему. – Я вам так скажу, вы юристы как пираньи, готовы обглодать любую плоть и получить за это приличный гонорар, и плевать ты хотел на своего клиента, тем более на работу полиции.

Я открыла папку и втащила оттуда увеличенный снимок с распознаванием лица Лауры, которой нашим техникам удалось вытащить и что помогло нам установить личность подозреваемой.

– На это есть, что вам возразить? – буравя его взглядом, спросила я.

Адвокат посмотрел внимательно на снимок, затем повернулся к Лауре и что-то начал шептать ей на ухо.

– Оставьте нас на минуту детектив, мне нужно переговорить с клиентом – попросил вежливо он.

– Нет! – отрезала я.

– Нет? – переспросил удивленно, адвокат.

– Вы не слышались.

– Детектив Берч, при всем уважении, вы нарушаете закон, препятствуя тем самым моему общению с клиентом. Я вынужден подать жалобу и этот допрос будет считаться недействительным – он так старался, что начал краснеть.

– Мне плевать! – ответила я. – Можете начинать составлять жалобу прямо сейчас, ваша клиентка возможно соучастница убийства, а может и убийца, я пока не могу точно сказать. Для этого мы здесь и собрались, чтобы установить, что же она делала третьего марта, ночью, в картинной галереи? А может, пока мы здесь с вами трепимся где-то есть серийный убийца, которого она знает. И возможно, он сейчас кромсает новую жертву и вы мне тут не рассказывайте о законе! – я поддалась вперед и начала сверлить его взглядом.

Повисла пауза. Молчание. Лаура наклонилась и что-то сказала своему адвокату.

– Она готова говорить, – более спокойным тоном сказал адвокат.

– Уже что – то – фыркнула я. – Тогда приступим. Вас зовут Лаура Харди?

– Да, – холодно и безразлично ответила она.

– Что вы делали в ночь на третье марта в три сорок пять ночи в картиной галереи?

– Я явила миру гениальное творение, копию из живой плоти всемирно известного художника Пабло Пикассо. Тот кто создал это, в том виде в котором оно явилось вам в этот мир – гениален! Те люди, кто понимает хоть что – то в искусстве, по достоинству оценят это произведение. Ну а тем кому это не дано понять, то и начитать не стоит, – она вдруг истерично засмеялась. – Как вы все утомляете меня своими вопросами! – вдруг закричала она.

Меня порадовало хоть какое-то проявление чувств с её стороны. Хотя глядя в ее холодные, отрешенные, безликие глаза, я бы ничуть не удивилась, если бы и она сама была преступницей. Такая тихоня как она, считается обычно самой опасной и хладнокровной убийцей.

– Вы подтверждаете, что вы проникли на территорию картиной галереи, доставили, и повесили там данный экспонат? – я достала фото и положила перед ней.

– Да подтверждаю, я только что это сказала минутой ранее.

– Вы убили девушку, части тела которой, находятся на данном холсте?

– Нет не я. Увы, мне не дано обладать таким талантом.

– Вы можете не отвечать Лаура, – вмешался адвокат.

– Заткнись! – развернувшись к нему, крикнула она. – Сиди тихо, от тебя все равно никакого толку. Я отказываюсь от твоих услуг, выметайся отсюда, чертов ублюдок!

Он молча встал, явно не ожидавший такого поворота событий и стремительно вышел за дверь. Весь этот спектакль начинал мне нравиться всё больше и больше, адвокат здесь явно был лишнем.

– Кто это сделал Лаура? – я смотрела на неё, не отрывая взгляд.

– Я не знаю. Кто бы он ни был, он прекрасен, создавая такие шедевры он должен иметь не стандартное мышление, виденье и восприятие этого мира по – своему. Я его поклонница, просто восхищаюсь его творчеством! Я знаю все его семь предыдущих работ, но эта была особенная, – верх его мастерства.

– Как он на вас вышел? – я сидела неподвижно, делая вид, что я не удивлена ничем услышанным, чтобы она не поняла, что может завладеть ситуацией и я куплюсь на все выше сказанное.

– Так получилось, – пожала она плечами. – Для меня была великая честь исполнить любую его просьбу, когда он связался со мной.

– Где вы познакомились с ним?

– Нигде. С чего вы взяли, что я знаю его?

Она начинала действовать мне на нервы. Решила поиграть со мной в «верю, не верю».

– Где вы взяли форму ФБР и саму картину?

– Да нигде, говорю же тебе! Вот пристала легавая сучка. Фургон был припаркован к моему дому, на моем столе, на кухне, лежал конверт с подробной инструкцией. Я просто выполнила свою роль и получила за это приличные деньги, – Лаура начинала закипать от ярости, внезапно охватившей ее.

– Лаура, как вы получили деньги за проделанную работу? – мне охото было треснуть её прямо головой об этот металлический стол стоявший между нами честно говоря, чтобы она пришла в себя и отдавала отчет, что каждую минуту есть опасность новой жертвы. Но она была от этого далека.

– На следующий день, деньги лежали на том же кухонном столе, ровно в том месте, где до этого лежал конверт с инструкцией.

«Вот сукин сын! все предусмотрел» – пронеслось у меня в голове.

– Вы понимаете, где вы в данный момент находитесь и за что вас задержали?

Она утвердительно кивнула в ответ.

– Отвечайте да или нет.

– Да! – выкрикнула она.

– Понимаете, что вы задержаны по подозрению в соучастии преступления?

– Да! – повторила она, смотря при это всем время на пол.

– Лаура, вы можете сесть в тюрьму как соучастница, как вам такой расклад?

– Ради него я готова и умереть. Ты понимаешь детектив, что он был у меня дома, когда оставлял все эти вещи. Значит, он выбрал меня, я нужна ему. Я чувствовала его запах на своей кухне он чудесно пах, какой-то особый парфюм. И да, если вы пытаетесь меня запугать тюрьмой, я не боюсь в неё вернуться. Я уже мотала срок и к тому же, у вас нет на меня весомых доказательств. Любой адвокат, даже тот которого я послала, сможет вытащить меня под залог. Что у вас на меня есть, кроме фото? – она поддалась, вперед пытаясь дотянуться до меня как можно ближе.

– Ни хрена у вас на меня нет! – рассеялась она мне в лицо. Я всего лишь повесила картину, дверь в галерею была не заперта, ничего ценного оттуда не пропало, в чем мой состав преступления? Вы сейчас, удерживая меня здесь, совершаете его.

Возразить было нечего, она была полностью права, но не могла же ей об этом ей сказать, что мы тонем и цепляемся за каждую соломинку, я не собиралась ее опускать раньше времени.

– Ну хорошо, тогда расскажите мне почему так преданы человеку, которого не знаете?

– Наконец-то сучка, ты стала задавать правильные вопросы. Я думала уже об этом, но толком не могу себе это объяснить. Его таинственность и какая-то сила завораживает меня, он настолько могуч, что поставил всех вас и всю полицию штата в данный момент на колени и имеет вас. У вас ведь ничего нет на него, верно? А его работы? Почему – то они меня возбуждают.

–Думаете он знает, насколько вы им одержимы? – я пыталась сохранять полное хладнокровие и ничем не выдавала ту злость и гнев, который сидел во мне.

– Конечно, поэтому и выбрал именно меня. Нас сотни, у нас есть свой анонимный чат о котором он наверняка знает и возможно, даже состоит в нём. Там мы делимся своими мыслями, впечатлениями, обсуждениями, мы поклоняемся ему, можно так это назвать. Хотите, назовите нас сектой, мне глубоко параллельно на ваше мнение. Я люблю этого человека.

– Он себя как то называет? Общаться с вами в чате? – мое терпение было на исходе, но я держала себя в руках, понимая какой клубок нам предстоит еще размотать.

Наверняка по ту сторону стекла Брайн уже подключил Дейва и тот начал работать над поиском это чата.

– Я не знаю. В чате он может назваться любым именем, и никто никогда не узнает кто он. В этом то и есть смысл анонимного чата, мы все верим, что он среди нас.

– Эти картины понимают только просвещенные? Состоящие в вашем сообществе? Тогда не могли бы вы просветить нас, о чем говорит нам последняя его картина, какое послание она несёт?

– О с удовольствием, детектив! – она так обрадовалась, что в её глазах зажглись яркие огоньки. – Посмотрите на картину внимательно. Он применил не зря такие яркие, броские краски. Он как мастер тонко чувствовал боль жертвы, когда создавал её, и та девушка должна быть довольной, что стала частью такого творения и что именно её плоть побывала в руках такого гениального мастера. Там столько боли отражено на холсте, там же нарисован портрет девушки. Ты невольно начинаешь её чувствовать, думаешь, что же случилось с этой девушкой? Что довело ее до такого отчаянья? Там где холст переходит в темно – серые цвета, именно там запечатлено отчаянье, платок сжат в зубах и текут горькие слезы. Мы не знаем о её истинном горе, это хочет нам сказать он. Каждая женщина найдет в ней свою историю. Загадочный мир женщины и особенности ее логики до сих пор никто не может расшифровать. Но это жизненное творение и просто, может нам не ведомо, как плачу другие в душе? Картина называется у Пабло Пикассо «Плачущая женщина №12». Ну разве все это не вызывает у вас восторг, детектив Берч? – она начала раскачиваться взад, вперед на стуле опять опустив взгляд вниз.

Пока Лаура говорила, я наблюдала за ней и обнаружила, что она резко меняет настроение, эмоции то появляются слишком оживленно, то пропадают до полного безразличия. Она рассказывала эмоционально, восторженно. Он был ее кумиром. Больше всего меня пугало, что где то там, за этой дверью, в городе, есть еще сотня таких же умалишенных! А это не несёт ничего хорошего, так как впоследствии кто-то из них решит, стать его подражателем.

Почему-то мне дико захотелось курить, что происходило со мной крайне редко.

– Спасибо за столько развернутый ответ Лаура, все это очень занимательно. Тогда объясните мне ещё один момент, почему на последней картине, он адресовал мне послание? – я достала из папки фотографию картины, на которой отчетливо читалось гравировка.

И тут она как разъяренная тигрица готовая сожрать меня, началась биться на стуле и кричать.

– Я не знаю! Не знаю, чем ты заслужила это, чертова сучка! Что в тебе он рассмотрел? Возможно, готовит тебя на десерт! – она резко заплакала и начала выть.

Я решила с меня хватит на сегодня театрального представления. Нужен психиатр. Выходя за дверь, я подумала, что мне будет интересно услышать мнение специалиста в области психологии, может быть в разговоре с ней, ему что – то ещё удастся вытащить. Я дошла до своего кабинета и рухнула в кресло, откинув голову назад и закрыв глаза.

Через пару минут влетел Брайн.

– Глория ну как ты? – запыхаясь спросил он.

– У тебя есть курить? – открывая глаза и смотря в потолок ответила я.

– Нет, я не курю. Завязывай с этим Глория. Я попросил ребят из электронного отдела поикать этот сайт и найти и все необходимое, Дейв этим занимается уже – он сел напротив меня сложив ноги на стол.

– Убери чертовы ноги с моего стола, – я подошла к нему и жестом попросила убрать.

Я начала мерить шагами кабинет и рассуждать вслух, пытаясь немного успокоиться.

– Господи, почему же на свете столько психов? Они живут среди нас, несут угрозу обществу, но их никогда не истребить! Вот что Брайн, у нас есть отличная возможность обратиться к психиатру – Эндрю Гейбу. Заодно и проверим его. Так как мне нужен лучший специалист в области психиатрии и психологии, а он таковым и является, а еще он стоит в списке подозреваемых – он нам отлично подходит. Хочу независимое, его мнение по поводу Лауры Харди. Наши ребята сделают конечно анализ на невменяемость, с ней поработает наш штатный психолог, но мне этого мало. Пока она не наняла себе нового адвоката, подержим её. Но время у нас на исходе. У неё явно не всё в порядке на «чердаке» поэтому, нам нужно навести там уборку и может мы обнаружим ещё, что – то ценное. Если придет новый адвокат, представлять её интересы, потяни время, пожалуйста.

– Хорошо, сделаю все возможное. Тебе нужна моя помощь с доктором Гейбом?

– Да. Выясни его адрес и запиши меня к нему на прием.

– Хорошо, будет исполнении босс, – он скривился в улыбке и вышел.

Я решила вернуться к работе и поискать информацию на нашего доктора Эндрю Гейба.

Вбив в поисковую строку его имя, я была немного удивленна, перед моими глазами появилась куча ссылок, статей и фото. В основном его биография и заслуги в области медицины, фото с президентом, сенатором, вечеринки, научные конференции. Надо признать, он вел активный образ жизни.

Я открыла одно из его фото, он находился, где-то видимо на приеме или на вечеринке, в руках держа бокал с мартини. Он был потрясающе хорош собой. Для доктора такого уровня он был очень молод, а значит умен, это вызывает восхищение, чего человек смог достичь за столь небольшой срок. Его внешность была чертовски привлекательна, в нем чувствовалась какая-то гипнотичность, уверенность, статность. Пробив его по базе данных, я ничего не обнаружила, все чисто. Из биографии говорилось, что он закончил медицинскую академию с отличием, защитил докторскую диссертацию, так же является сотрудником «Мейбил Корпорейшен» и имеет свою клинику, где занимается частной практикой. Просто этакая икона стиля, разума и благополучия. Надо нанести визит ему, что-то в его взгляде заставляет холодеть душу. Все это конечно может быть и плод моего воображения, но в современном мире не проходиться, ничему удивляться.

Я подняла трубку телефона на рабочем столе и набрала Брайна. Послышались гудки.

– Да. Детектив Брайн слушает.

– Ты записал меня на прием к доктору Гейбу, Брайн?

– Да, да, я только что разговаривал с его секретарем, у него на месяц вперед все расписано, но преимущества значка детектива делает свое дело. Завтра в десять утра, тебя будут ждать.

– Не хочешь пойти со мной?

– Нет, я не собираюсь идти к мозгоправу, у меня полно бумажной работы и к тому же, я не очень лажу с докторами.

– Возможно, тебе и стоило бы пойти со мной, сначала бы показали доктору тебя с твоими проблемами, – я рассмеялась в трубку.

– Глория, он ковыряется в мозгах, выворачивает всю душу наизнанку – не унимался Брайн.

– Знаешь умник, ковыряются в мозгах – патологоанатомы, а он хотя бы сможет подлечить тебя, – на этом, наш разговор бы окончен и каждый погрузился в свою работу.

Глава 6

Ехав на следующий день к доктору Гейбу я поймала себя на мысли, что ощущаю себя как – то волнительно. Не знаю, чем это можно было бы объяснить. Это мне совсем не свойственно, испытывать волнение перед мужчинами, возможно именно это их и привлекает во мне.

Сегодня солнечный день, город как всегда кипит в своем привычном режиме, а я как и сотни других людей торчу в пробке слушая местное радио.

Сегодня, я дольше обычного выбирала одежду, наверное, мне хотелось выглядеть безупречно перед человеком, который имеет все. Пришлось надеть свой лучший костюм и туфли на тонком каблуке, что я делаю крайне редко, потому что в таких далеко не убежишь, если придется преследовать преступника.

Пробка впереди меня растянулась на несколько метров вперед, и мы, сидящие в машинах, то ползли со скорость черепахи, либо вовсе стояли на месте. На улице было шумно, все гудело и кипело. Нервные водители, что-то выкрикивали из своих машин в открытые окна, доставщики еды проносись со скоростью света между стоящими рядами авто лавируя как сёрфингисты на большой волне.

Я закрыла свое окно, чтобы посидеть в тишине и спокойно послушать музыку. Все что осталось за стеклом, можно было наблюдать как в немом кино. По тротуарам тянулись вереницы людей, поэтому работа у карманников шла полным ходом, продавцы хот – догов пытались не упустить ни одного клиента, да и ещё обставить рядом стоящего конкурента переманив к себе его покупателя.

На перекрестке возле светофора стояла парочка подростков и чтобы не терять время, дожидаясь нужный сигнал светофора, они начали страстно целоваться. Казалось, парень готов уложить её прямо на асфальт. Я оторвала от них взгляд и посмотрела по сторонам, и справа и слева от меня стояли бесконечные ряды машин. Я была зажата как в ловушку. Слева от меня, в пикапе сидел парень и курил одну за одной сигареты не прерываясь, справа от меня, в старенькой легковушке сидели мужчина и женщина, а на заднем сиденье высунув морду в окно, сидел огромный лохматый пес.

Я решила чтобы время так мучительно не тянулось, сделать несколько записей себе в блокнот, чтобы не забыть те моменты, над которыми сегодня нужно поработать.

Открыв бардачок и шаря там рукой в поисках блокнота и ручки, я обнаружила конверт. Достав его, я увидела, что он нежно – фиолетового цвета, достаточно необычного оттенка. По спине пробежал холодок, ощущения сложно назвать приятными. Как он мог попасть сюда? Много вопросов сразу пронеслось в моей голове. Но интуиция кричала, что это не просто конверт с поздравительной открыткой от моей тетушки, или Брайн решил мне сделать сюрприз и это билеты в Диснейленд. Я вертела конверт в руках достав из бардачка бумажный платок, чтобы не оставлять лишних отпечатков пальцев. Может у меня уже была паранойя, но я точно помнила, что не получала такой конверт раньше. Он был квадратной формы, без надписи и подписи, я ощутила руками, что конверт был из качественной бумаги.

Я распечатала его, в нём лежала только одна карточка, на ней было написано следующее;

« Я познания сделал своим ремеслом, я знаком с высшей правдой, с низменным злом. Все тугие узлы я распутал на свете, кроме смерти, завязанной мертвым узлом».

С уважением детективу Глории Берч.21:00 (тик-так, детектив) П.

Я перечитала много раз то, что было написано. Пикассо сделал следующий ход. В девять часов вечера скорее всего будет следующая жертва или он убьют следующую. Как вообще появился конверт в моей машине? Я паркуюсь на стоянке в департаменте полиции, там везде камеры наблюдения. Доступ в мою машину имею только я и Брайн.

«Нет, нет, это уже слишком, Брайн тут не причем». Он играет с нами, хочет столкнуть нас лбами, это даст ему дополнительное время. Нужно проверить конверт на отпечатки и попытаться выяснить, что это за бумага, хотя это полное безумие искать точку продаж с такой бумагой в Манхэтоне, проще найти иглу в стоге сена. Но всё же, проверить надо.

Из раздумий меня вывел сигнал машины стоявший позади меня, я подняла глаза и увидела, что впереди стоящие меня машины начали движение.

Я набрала Брайна и рассказала ему в вкратце суть дела, попросила связаться с майором Броуди и дожить ему.

Наконец-то я добралась до офиса доктора Гейба.

Выйдя из машины, я подняла голову на стоящее передо мной здание. Перед моими глазами возвышался небоскреб. Зайдя вовнутрь, я очутилась в атмосфере помпезности и современного арт – стиля. Клиника доктора Гейба располагалась на пятнадцатом этаже.

Я поднялась на лифте до указанного этажа и вышла в холл. Он был достаточно просторным, повсюду в коридоре стоял белые диваны, стеклянные столы, кофе автомат, плазменный телевизор, где- то тихо играла легкая, ненавязчивая музыка.

На ресепшене меня встретила девушка, видимо, та сама секретарша. Увидев меня, она распахнула свои большие глаза, «надела» свою дежурную улыбку и произнесла вслух, входя в роль:

– Добрый день, мы рады приветствовать вас в клинике доктора Эндрю Гейба. Чем я могу вам быть полезной? – она захлопала своими наращенными ресницами как веерами. Даже не буду тратить время на её описание, она типичная блондинка, «кукла» – секретарша.

– Детектив Глория Берч. У меня рабочий визит к доктору Гейбу, – я засунула руки в карманы брюк, не зная куда мне ещё их деть.

Девушка напротив меня напоминала мне мультяшный персонаж (исполненный Камерон Диез в фильма «Маска»). «Почему именно этих девушек всегда можно увидеть в шикарных заведениях? – подумала я. В роли администратора, секретаря, личного помощника. Наверное, все потому, что их начальники – мужчины. Ну как не взять такую прелесть на работу? Чтобы однажды, холодным вечером после изнуряющего дня, ты попросишь её принести чашку кофе и она так и останется легким утешением в этот прекрасный вечер, ну или вместо шоколадки на десерт.

Не обижайтесь мужчины, но так оно и есть! Вы всегда сколько бы не сопротивлялись своим желанием, не сможете устоять. Женщина, создана очаровывать, трудно не поддаться чарам и не соблазниться хотя бы разочек, когда этого требует сама мать природа. Я не виню вас в этом.

– Ах детектив Берч? Ну конечно, вчера ваш напарник очень настаивал на записи к доктору Гейбу. Подождите минутку, сейчас я уточню, освободился ли он. Утром у него была онлайн-конференция с Токио.

Она вышла из -за стойки и отправилась в кабинет находящийся дальше по коридору, войдя в него, она молниеносно исчезла. Через несколько минут, «кукла» так же внезапно появилась и подойдя ко мне сказала:

– Вы можете пройти детектив Берч. Доктор Гейб ожидает вас, – она кинула оценивающий взгляд на меня и прошла на своё место, как дрессированная собачка.

Эндрю Гейб сидел за столом в центре своего просторного уютного рабочего кабинета, напротив него стоял плазменный монитор, а на стене напротив, располагались ещё три плазменных телевизора. Это по всей видимости была его рабочая зона, для проведения онлайн- конференций.

Справа, располагался небольшой мягкий диван, напротив, темное кожаное кресло, между ними столик на которым были все эти штуки как при сеансах психотерапии. Песочек, грабельки, вечный двигатель. Всё что человек мог взять в руки и это помогло бы ему раскрепоститься и раскрыться полностью, доверившись доктору сидящему напротив. Больше напоминало школу, когда на экзамене начинал щелкать ручкой и этот звук как бы давал тебе концентрацию и уверенность, знаний то уж конечно точно не прибавлял.

Слева от него располагался длинный, открытый дизайнерский шкаф, в котором было очень много книг, видимо как мини-библиотека, а рядом стоял столик с дорогой выпивкой. Не знаю можно ли пить во время работы, это как принято у врачей? Но может это тоже часть какой-то терапии? Вдруг есть особо тяжелые случаи, когда человеку проще выпить и начать говорить, чем чесать грабелькой по песку.

Что до самого доктора, в жизни он был еще привлекательней чем на моем фото с монитора. Правильные черты лица, острые скулы и взгляд, который кажется смотрел, в самое нутро твоей души. Может он научился этому приему за долгие годы своей практики? Не знаю, но это завораживающее действовало на женщин это точно. Видимо я не стала исключением.

– Приветствую вас детектив, – подняв на меня свой взгляд, произнес он.

– Добрый день доктор Гейб. К вам не так легко попасть, вы как звезда шоу- бизнеса неуловимый, недостижимый, – я подошла к его столу.

– Присаживайтесь, – указал он мне на кресло стоящее напротив него. – Чем я могу быть вам полезен? – подняв одну бровь, не отрывая взгляда от меня, лукаво поинтересовался он.

– У меня к вам деликатное дело в рамках расследования которого я веду, доктор Гейб, – закинув одну ногу на другую, пояснила я. Я пыталась держаться как можно строже и спокойнее, заранее зная, что сижу пред врачом психиатром, который так или иначе начнет составлять мой психологический портрет. – Наш департамент расследует серию убийств, скорее всего вы наслышаны уже об этом из средств массовой информации. У нас есть соучастник подозреваемого, и я бы хотела обратиться за помощью к вам, чтобы вы оказали содействие как специалист в своей области. Мне требуется, профессиональное психиатрическое заключение независимого эксперта.

Казалось, он ничуть не удивлен.

– Детектив, мне очень лестно, что ваш выбор пал на мою персону как специалиста в области психиатрии, со своей стороны могу вас уверить, что всё, что от меня потребуется, я готов предоставить департаменту полиции и оказать любую помощь.

– Вот и отлично! – улыбнулась я ему. Можно задать вам вопрос?

– Все что угодно, детектив. Может, хотите выпить чего – нибудь? – Он встал из –за широкого стола и прошел к столику с напитками.

– Апельсиновый сок, если можно – уточнила я.

– Итак, доктор Гейб, можете ли вы сказать, где вы были третьего марта в три сорок пять ночи? – развернувшись в его сторону, прямолинейно спросила я, чтобы видеть его реакцию.

Он спокойно взял графин с соком и налил его в бокал. Ничего не изменилось в его поведении, либо я не уловила. Впоследствии, я не раз давала себе этот вопрос.

– Я подозреваемый? – удивленно спросил он, слегка улыбаясь.

– Как только вы ответите, мы это и узнаем.

Он поставил стакан на подставку прямо передо мной, но отвечать не спешил, пройдя на свое место, он сел за стол и что-то начал набирать на клавиатуре.

– Мне нужно свериться с расписанием детектив, если вы не против, чтобы не быть голословным – он вывел на экран одного из мониторов висевших на стене, расписание на третье марта. – Как видите, с восьми вечера я был на благотворительном вечере, после чего у меня было свободное время, которое я провел в обществе прекрасной женщины, назовем это свиданием.

– Мне нужно знать точное время, когда вы ушли со своей спутницей с вечера? И кем была ваша спутница? Имя, фамилию пожалуйста, конечно если помните? – я делала пометки в своем блокноте.

– Сейчас вспомню, кажется её звали Стефани Вагнер, она редактор журнала. Подождите минутку, где то она оставляла свою визитку – он открыл ящик стола и стал искать. – Ах, вот она – он протянул мне визитную карточку.

«Ну конечно, с кем ты еще мог быть в три сорок пять как не с девушкой журналисткой – подумала я». Почему то мне захотелось врезать ему.

Я взяла визитку и сунула её в карман брюк.

– Вы провели всю ночь вместе? – не унималась я.

– Да детектив, я отвез её на работу около девяти утра. Конечно, можно предположить, что я мог накачать свою спутницу снотворным, ускользнуть ночью совершить преступление, вернуться обратно как ни в чем не бывало и наверное мне бы это служило идеальным алиби.

Он откинулся на спинку своего кресла и внимательно стал изучать меня.

Какие – то силы остановили меня усидеть на месте, а не встать и придушить этого самодовольного докторишку.

– Все верно доктор Гейб, вижу вы хорошо осведомлены в создании правильного алиби. Большинство преступлений именно так и совершаются. Мы проверим ваше алиби.

Больше я не могла уже усидеть на месте, соскочив я начала расхаживать по комнате. Мои щеки горели огнем, а в висках стучало. Он слишком хитер, отвечает уклончиво. Нужно внимательно присмотреться к нему, может даже установить за ним слежку.

– Ещё вопросы будут, детектив? – он встал из-за стола и подошел ко мне.

Его рост был выше моего примерно на голову, он был одет в черные классические брюки, рубашку цвета слоновой кости, которая была не застегнута на первые две пуговицы, на манжетах золотые запонки. Этакий «Лондонский Денди».

– Да. Сможете вы завтра заскочить к нам в участок перед работой? Скажем часиков в восемь? – Я остановилась и посмотрела на него в упор, смотря в его красивые изумрудные глаза.

– Хорошо детектив, а теперь извините, если у вас больше не осталось вопросов касаемо моего участия в совершенном преступлении я удалюсь, так как меня ждет много работы. Все необходимые документы для ознакомления, можете прислать мне по электронной почте – он протянул мне свою визитную карточку, а потом облокотился на стол стоявший позади него.

«Вот же надменный тип, избалованный деньгами и властью!» – было ощущение, что мне дали пощечину или пинок под зад.

Я молча пожала ему руку и вылетев из кабинета направилась к лифту.

По дороге мне попался кофе-автомат и я решила взять себе порцию, потому что уровень злости начал давать о себе знать, нужно было освежить мозги. Забрасывая нервно монетки в отверстие для мелочи, у меня было единственное желание поскорее выбраться от сюда.

Во мне бушевали смешанные чувства, почему он так разозлил меня? И почему поспешно так выпроводил? Может, есть, что скрывать?

Наконец -то мой кофе был готов, взяв стаканчик я прошла к лифту, нажав кнопку вызова, стала ждать, не переставая размышлять. Гейб вызывает у меня подозрение, появилось больше вопросов, чем ответов. Он идеально подходит на роль убийцы, только какой у него мотив?

Мои размышления прервали шаги, обернувшись, я увидела как доктор Гейб уверенным шагом направляется в мою сторону. Дойдя до меня, он произнес:

– Не ожидал, что вы еще здесь детектив.

– Я брала себе кофе, моим мозгам необходим кофеин.

– Не самый лучший кофе из автомата. Может вас угостить настоящим? – он встал рядом, облокотившись на стену рядом с лифтом.

– Нет спасибо, мы копы привычные и к такому. А вы уже уходите?

– Я забыл кое-какие документы в машине.

– Может вы побежали уничтожать улики, доктор Гейб? – наконец-то створки лифта открылись.

– Нельзя быть такой подозрительной детектив? Мы вошли лифт. – Если бы я совершил эти преступления, то продумал все до мелочей. Потому что моя игра, была бы по моим правилам.

Внутри меня все похолодело. Давление в висках начало пульсировать с такой силой, что казалось, сейчас моя голова взорвётся. «Надо присмотреться к нему повнимательней, он не прост, и явно что-то не договаривает, либо ему нравиться вводить меня в заблуждение» -пронеслось у меня в мыслях.

– Не сомневаюсь в ваших способностях доктор Гейб, у вас есть преимущество, вы психиатр. А это дает вам знать подход не только к жертве, но и как правильно запутать следствие.

– Это что обвинение? – сказал он, заглядывая мне в глаза, было ощущение, что его всё это забавляло.

– Нет, гипотетическое предположение – огрызнулась я.

В лифте было душно или мне так казалось.

Он стоял ко мне близко настолько, что я могла почувствовать аромат его парфюма, и я уловила себя на мысли, что где-то уже встречала этот запах. Он был едва уловим, и все же? Где же? Где же? Я точно встречала его уже!

Стоя с ним рядом я подумала, что в докторе Гейбе сочетается всё, что так любит женщина. Сексуальность, брутальность, статность, интеллект, обворожительная улыбка, при таком наборе, ему даже не нужно было быть похитителем, просто назначить свидание с продолжением, женщина сама пойдет на ловца.

Наконец-то мы доехали до первого этажа.

Он проводил меня до машины и мы любезно распрощались до завтра.

Я села в машину и облегченно вздохнула, все это время я была как натянутая струна. Он заставил меня изрядно понервничать, не знаю даже почему, может потому, что некоторые детали вызывали у меня подозрения. И еще он был чертовки симпатичным, но я не хотела ему это показывать, для меня он один из списка подозреваемых. Какого черта меня в последнее время окружают красивые мужчины? Где вы все были раньше? Ладно, пора ехать в офис, конверт лежащий рядом напоминал мне об этом. Я ещё раз решила перечитать карточку лежащею внутри него. Взяв конверт в руки, я ещё раз повертела его, посмотрела на свет и… О нет, нет, нет этого не может быть! Этот аромат!? От конверта исходил точно такой же аромат, как парфюм у доктора Гейба. Какого черта происходит? Запах точно не спутаешь, и мне это не кажется! Или, я начинаю уже сходить с ума. Господи Исуссе! Только этого еще нам не хватало, твою же мать! Слишком много косвенных совпадений, но кроме этого ничего нет. Так, нужно быстрей лететь в офис и все тщательно проверять, поставим пока наблюдение за доктором.

Брайн уже ждал меня в моем кабинете. Я залетала, бросила ключи от машины на стол и налила себе воды, в горле все пересохло, жажда пвсю дорогу преследовала меня.

– Воу, Воу полегче Глория, ты как фурия. Как прошло на встрече с доктором Гейбом?

–Брайн, быстро организуй слежку за ним, я пока проверю его алиби, очень интересная личность и очень скользкая. Я достала из кармана пиджака конверт и положила перед Брайном. – Отвези сам в лабораторию к Курту, пускай попробую хоть что-то отыскать, любая пылинка на нём даст нам неопровержимые доказательства. Тебе что нибудь удалось выяснить ещё?

– Мы с Дейвом сегодня всё утро искали фургон. Когда его пригнали к дому Лауры, в это время отрубили камеры на пять минут. Мы видим картинку улицы, затем пятиминутный пробел и, вуаля, фургон уже стоит. Новый, черный, без номеров. Так что можно сделать вывод, либо очередной сообщник вырубил камеры, либо он сам, имея к ним прямой доступ.

– Доступ он имеет, как мы видим везде! Поручи ещё кому- нибудь, посмотреть за день камеры наблюдения с парковки, наверняка если он такой ловкач в технике, то и в мою машину ему не составило труда залезть и оставить этот конверт. Подумай только Брайн, он был в моей машине! – я села за рабочий стол и ударила ладонями по нему.

Зазвонил телефон.

– Детектив Глория Берч, слушает – ответила я.

– Хорошо, что я застал вас на месте детектив, – это был майор Броуди. Мне сейчас звонил Сенатор Хэрисон, через пару часов нам нужно быть у него в кабинете, лично ему доложить обстановку. Подготовьте все необходимые отчеты.

– Хорошо сэр.

Он отключился. Я швырнула со всей силы трубку.

– Только этого мне сейчас не хватает! – выругалась я.

– Что случилось? – испугано спросил Брайн.

– Сенатор вызывает нас с майором для доклада. Мои документы готовы Брайн?

– Да, я все сделал как ты и просила, ещё пару дней назад. Изменения будешь вносить?

– Нет! Хватит этим пираньям и того что я решу сказать. Спасибо огромное Брайн, не знаю, что бы я без тебя делала. Угощу как нибудь тебя выпивкой в баре. Все иди, теперь мне надо подготовиться и поработать немного. У тебя и так полно дел.

Я встала и проводила его к выходу, засунув руки в карман брюк и обнаружив в одном из них визитку журналистки – Стефани Вагнер, девушка с которой Гейб провел ночь. Ну что же, давайте начнем собирать информацию.

Я набрала её номер, мы мило с ней побеседовали и она подтвердила, что действительно, была с одиннадцати вечера до утра следующего дня в обществе доктора Гейба. Она рассказала все в ярких красках со всеми подробностями, ожидая наверное, что я позавидую ей или похвалю. Так же поведала о своем печальном настроении, что с того дня, Гейб, ей до сих пор не перезвонил и это её очень беспокоит. Но я заверила Стефани, что доктор Гейб в добром здравии. Закончив с ней разговор, я сделала отметки у себя в блокноте и решила в остаток времени подготовиться к приему у сенатора.

Ровно через два часа я стояла в приемной, у двери сенатора Ника Хэриса. Его помощница распахнула её и предложила мне войти, проводив меня до кабинета, где уже в обществе сенатора находился майор Броуди.

Когда я зашла, было видно, что они увлеченно беседовали. В помещении было светло и просторно.

Увидев меня, сенатор встал и подошел поприветствовать, рукопожатием.

– Детектив Глория Берч, рад вас видеть у себя. Проходите, присаживайтесь, майор ввел меня в курс дела, может, теперь вы поведаете мне детали расследования? – он сел напротив и начал испепеляющее сверлить меня своим взглядом.– Насколько я осведомлен, до сегодняшнего дня как мне только что стало известно, вы не особо продвинулись в деле? Маньяк все еще гуляет по нашему городу, общественность давит на меня, понимаете?

– Сенатор Хэрис, – начала я уверенно. – Это довольно сложное и запутанное дело, мы кинули все свои силы и прилагаем все усилия, – я говорила четко и холодно, пытаясь тем самым снизить градус его возмущения. – Этим делом я занимаюсь как ведущий следователь и прилагаю всё возможное в рамках дозволенного. Мы все хотим избежать последствий и следующих жертв в будущем. Но убийца весьма умен и хитёр, тем более на меня легла двойная работа, так как ровно десять лет назад расследование которые вели следователи не выявило ровном счетом ничего!

Майор Броуди сидел рядом со мной не повернув головы. Хотя он прекрасно понимал, что это камень в его огород, потому что теперь все их упущения и недоработки легки грузом на мои плечи.

Сенатор внимательно слушал мою заученную речь и сложив обе руки у себя на груди сделал недовольное лицо. Выслушав до конца, он сказал;

– Детектив, мой опыт запудривания мозгов огромен. Так, что если у вас ничего нет на данный момент, можете смело в этом признаться, а не водить меня за нос!

И тут я не сдержалась, как не пыталась. Я соскочила с места и подойдя к столу положила на него руки наклонившись слегка вперед к нему.

– Если вы тут сидите, сенатор Хэрис – это не значит, что вам позволено орать на детектива убойного отдела, – говорила я очень ровно и сдержанно, как бы вкручивая каждое слово в его бестолковую судя по всему голову. – Мы ведем расследование, оно не ординарное, сложное и запутанное, дело которое открытое в течении десяти лет. Я ещё пешком под стол ходила, когда это ублюдок начал уже убивать. Вся сложность вытекает из характера преступления, поэтому майор Броуди счел необходимым подключить меня к этому расследованию, как лучшую их лучших. Но я не волшебница. Вы, как сенатор имеете полномочия передать это дело другому детективу или отделу ФБР. Но на данный момент, вы отрываете меня от работы, занимаясь своей бюрократией, заставляя отчитываться перед вами! Вы тратите моё драгоценное время, которого у меня нет! Больше сведений у меня для вас нет! – я перевела дух и наклонилась еще ближе к нему, все это время он даже не моргая смотрел на меня, а я понимала, что может последовать после всего сказанного мною. Наверняка, это был мой последний день в роли полицейского детектива, но на тот момент мне было на это глубоко плевать.

К моему удивлению сенатор уступил, он махнул рукой и жестом приказал мне сесть.

– Хорошая речь, детектив. Но может, вы поделитесь какие на сегодня есть факты? Улики? Подозреваемые?

– Я не могу вам всего сказать, у вас нет допуска к секретным документам –четко и лаконично ответила я.

– Я вы смелая штучка скажу я вам, далеко пойдете детектив Берч.

Он откинулся в кресле и замолчал.

– Могу вам сказать одно, сенатор Херис, все версии в проработке – я перевела дух.

– Как вы считаете детектив, он будет продолжать убивать?

– Уверенна в этом! И не исключено, что я одна из следующих жертв.

– Насколько угрозы реальны? – он сдвинул брови и нахмурился.

– Пока это послания, шифры, ничего конкретного. То, что преступления связаны между собой и совершены одним и тем же человеком в этом нет никого сомнения. Я хочу найти преступника не меньше вашего, сенатор.

– Хорошо, спасибо детектив Берч. Он встал и протянул руку. – Можете быть свободны детектив Берч, мы пока ещё потолкуем с майором Броуди. Мы обменялись рукопожатиями и я вышла, оставив на растерзание майора.

Выйдя на свежий воздух, я почувствовала, как меня обдувает холодный ветерок. Надо было перевести дух. Честно признаюсь, не люблю я политику со всеми вытекающими последствиями и людьми, которые работают в этой гнилой системе. Моё дело ловить преступников и сажать их за решетку.

Я достала мобильник и набрала Брайна.

– Брайн слушает! – послышался его голос.– Как все прошло?

– Я надрала зад сенатору, вот как все прошло – довольно ответила я.

Послышался громкий смех Брайна.

– Умеешь ты удивлять Берч. Майор Броуди с тобой?

– Нет, остался на растерзание волку. Брайн мне все не дает покоя эта карточка, что значит девять часов вечера? Когда это, сегодня? Завтра? Есть какие -то соображения на это счет?– я открыла дверцу машины и села.

–Нет. Вариантов у нас не много, только ждать Глория. У нас связаны руки. Я подумал, а что если верить твоей теории, что доктор Гейб может быть к этому причастен? Может буква П на полотнах – это не Пикассо, а психолог?

– Хорошая мысль кстати. Молодец, надо поразмыслить над ней. Девушка, с которой он был, подтвердила его алиби.

– Ну если разобраться он и должен был быть дома, всю грязную работу он сделал до этого, а не сложную, за него сделала в ту ночь Лаура Фармер.

Я завела машину и тронулась с места.

– Я знаю Брайн, но не исключено, что убийца мог контролировать весь это процесс откуда-то издалека, наблюдая за ней. Мы не знаем наверняка, поэтому, я и решила проверить Гейба и всех последующих подозреваемых, тоже не обойдет эта участь.

Дорога была на удивление не загружена машинами и я решила, что на сегодня с меня хватит и поехала домой, чтобы поработать ещё там.

– Ты приедешь в офис? Или поешь домой? Может, отдохнешь на сегодня? – спросил Брайн.

– Я уже еду домой, поработаю ещё у себя немного. Патрульные дежурят, возле моей лужайки?

– Конечно. Если что -то будет новое, я тебе сообщу. Слежку за доктором установят только завтра. Он отключился.

Хлопнув входной дверью своей квартиры, наконец- то я была дома.

По дороге я купила себя пиццы, салат с креветками и бутылку мартини. Я собиралась немного передохнуть, посидеть, посмотреть телик и ни о чем какое-то время не думать.

Я стянула с себя одежду и отправилась первым делом в душ, снять всю усталость, напряжение и немного освежиться. Включив в комнате погромче музыку я отправилась в ванную комнату. Люблю, когда душевая начинает заполняться паром, покрывая своим теплом все тело, я встала под струи горячей воды и позволила воде забрать всё мое напряжение. Напор был сильным и это приятно массировало мою кожу, приводя её в тонус. Я уперлась руками в стену впереди себя и стояла так неподвижно несколько минут, напевая под нос доносившуюся из комнаты мелодию из фильма (Робин Гуд – «All For Love»). Мне нравится шум воды, он успокаивает меня, снимает напряжение после тяжелого дня.

Приняв душ, я одела домашнюю пижаму, налила себе мартини, разогрела пиццу и села за барную стойку ужинать. Идеально. Я одна, музыка приглушенно играет фоном, со мной только пицца и мартини со льдом.

В дверь постучали, и от неожиданности я чуть не выронила кусок пиццы из рук. Кого это могло принести? Я вскинула взгляд на настенные часы, они показывали 23:15. Это мог быть только Брайн, который решил набрать тайской еды и как всегда притащиться ко мне все это употреблять. Так как одному ему дома, часто, бывает скучно. Сейчас, я ему устрою!

Распахнув широко дверь и собираясь обрушить весь свой гнев, я вдруг замерла в оцепенении, передо мной стоял доктор Гейб.

Я выдала первое, что пришло на ум;

– Какого черта тебе здесь надо?

– Вы так гостеприимны детектив Берч.– Можно я войду? – усмехаясь, спросил он.

– Мы договаривались о встрече? – не унималась я, недовольно смотря на него.

– Я решил заехать пожелать вам хорошего вечера, – лукаво сказал он. -Может все таки впустишь меня? Или я так и буду стоять на пороге?

– Раз мы так быстро перешли на ты, да и всё это довольно странно, ну проходи, я вижу ты настроен решительно напроситься ко мне в гости.

Я посторонилась и пропустила его в квартиру. Закрыв дверь, я всё же не унималась:

– Ты время видел? Что есть какое-то неотложное дело, которое не может подождать до завтрашнего утра?

Гейб выглядел как всегда потрясающе, черт бы его побрал!

На нем были одеты темно-синие брюки, рубашка такого цвета, сверху было накинуто пальто, все того же темно-синего цвета.

А что на мне? И я с ужасом вспоминаю, что стою перед ним в одной пижаме.

Он стал снимать пальто.

– Я подумал, что ты еще не спишь, тем более у тебя горел свет в окнах и твои сторожевые псы в полицейской машине меня допросили и обыскали – он повернулся ко мне и улыбнулся. Ты спрашивала, есть что-то такое? Да есть, поэтому я тут. Он прошел к барной стойке, взял фужер и налил себе выпить.

Наконец -то мне удалось оторвать себя от входной двери.

–Ты решил признаться в убийствах? – с иронией спросила я садясь обратно на свое место.

– Я не совершал эти убийства! Прекрати меня подозревать, Глория! – он сказал это так уверенно и твердо, что я промолчала. – Я поработал с твоими документами и набросал примерный психологический портрет убийцы, и подумал, что нужно с тобой обсудить это, чем раньше тем лучше.

– Как ты узнал, где я живу? – я залпом осушила первую мартиницу и закусила оливкой. Это немного расслабило мои мышцы.

– Глория! Это было не трудно.

Он вернулся к дивану куда положил пальто и я увидела, что там стоит пакет, который видимо я сразу не заметила.

– Я принес нам десерт, не думал, что попаду на ужин, но все же. Он достал из него клубнику в шоколаде, фондю из разных фруктов и мороженное, поставив всё на стол.

– Я смотрю ты основательно подготовился. Нам этого хватит на всю ночь, – вырвалось как то у меня, само собой. – Это больше похоже на свидание.

Он распаковывал контейнеры и смотрел на меня своими соблазнительно красивыми глазами.

– А ты этого хочешь? – спросил он.

– Заканчивай со своими приемчиками Гейб! – рассердилась я . – Я не твоя подопытная, чтобы ставить на мне эксперименты. Ты пришел ко мне в дом ночью, с кучей сладостей, я тут такая красивая вся в пижаме поедаю пиццу и ты делаешь вид, что все в порядке вещей. Стоит заметить, что я едва знаю тебя несколько часов. Я налила себе второй бокал мартини.

Он пропустил все мимо ушей, сделав вид, что его это не касается.

– Забавная у тебя пижама, – сев напротив меня и взяв кусок пиццы, заключил он.

Она и действительно была такая, это моя любимая пижама с героями всех мультфильмов «Уолта Диснея». Может детская, но мне нравиться, всё таки у себя дома, я имею носить право, то, что мне хочется.

– Не пудри мне мозги, Гейб. Что у тебя там, вкладывай, мне еще нужно поработать.

– Давай сначала поедим, я жутко голоден – он с жадностью набросился на пиццу и мы стали кушать, болтая на темы, не относящиеся к делу.

Перекусив, мы убрали со стола и он тогда принес свои бумаги.

– Как я уже и говорил, я набросал его психотип, основываясь только на том, какие файлы ты мне прислала на электронную почту. Поэтому, в вашей ситуации лучше хоть что –то, чем ничего. Может завтра, после встречи с Лаурой если удастся ее разговорить, смогу дополнить картину.

– И на этом спасибо, Гейб, это было совсем не обязательно, почему ты это делаешь? У тебя у самого много дел –недоверчиво посмотрела на него я.

– Потому что ты и твоя команда в этом нуждаетесь, я просто хочу помочь вам, ты сама сегодня утром попросила моей помощи, верно? – он накрыл мою руку своей.

– Это очень мило с твоей стороны, но прежде чем мы приступим к обсуждению, должна сообщить тебе, что завтра ты вызываешь к нам в департамент на допрос, чем мы быстрее покончим с этим тем, лучше – я вытащила свою руку из под его и наблюдала за его реакцией.

Он и глазом не моргнул.

– Ты слышал, что я только что сказала?

– Глория, да я прекрасно слышал, после консультации с Лаурой, ты сможешь допрашивать меня сколько тебе угодно – он разложил все документы передо мной и делал какие- то пометки на бумаге.

Странно, что он ничего не уточнял. Почему? Зачем? На каком основании? Он ещё более загадочный, чем я думала. А может, я вообще нахожусь в одной комнате с убийцей!? – внезапно это мысль поразило мое сознание.

Я стала его рассматривать, как бы, наверное, ища для себя какие -то неуловимые подсказки. Но каждый его взгляд на меня, поражал как электрический разряд, я не могла это контролировать, просто так происходило. Я понимала, что есть какая -то между нами влекущая энергия, но я не могла этого допустить. Во первых, я едва его знаю, а во вторых, он подозреваемый в деле о серийном убийстве и это было бы полной не компетентностью с моей стороны вступать с ним хоть в какие отношения.

Он прервал мои размышления.

– Ваш убийца мужчина. Средних лет, скажем 38-40 лет, интеллект выше среднего, образован, с тенденциями к социопатии. Смелый, он считает себя любителем риска, он не безрассуден, педантичен и пунктуален. Все его преступления хорошо продуманы и грамотно спланированы, удовольствие и удовлетворение он получает от выбора жертвы и главная его кульминация, это подготовка жертвы к воспроизведению её на холсте. Он хочет быть доминантном, для него это важно контролировать ситуацию, секс, расчленение, смерть – это необходимые стадии его стратегии. Ему как наркотик необходима власть над человеком. Несомненно, он выбирает жертвы с особой тщательностью и подходом, это точно не случайные жертвы. Безусловно он фанатичен к творчеству Пабло Пикассо и тем самым пытается прожить его жизнь, только в своём извращенном мире. Я рискну предположить, что этот человек может занимать солидный пост, а не отсиживаться где- то в одиночестве. Возможно, это даже часть его игры, быть у всех на виду и вытворять такое, наблюдая, как вы беспомощно ищите его и не замечаете очевидного. Я более чем уверен, что у него нет постоянного сексуально партнера, потому что женщин он ни в грош не ставит, в своих картинах он демонстрирует свое презрение и превосходство над ними. Он замолчал и теперь уставился на меня, ожидая моей ответной реакции.

Вот как вы думаете, мой читатель? Пока он все это озвучивал, что творилось в моей душе? Все что выше описал доктор Гейб, идеально в это всё вписывается он сам! Творилась явно какая-то чертовщина, меня начинало слегка потряхивать и знобить, сначала этот парфюм, затем записка с обозначенным временем, и кстати, он пришел не в девять? Вроде позже, но может это не совпадение? И теперь, такой точный профессиональный, более чем достаточный портрет убийцы, которой он смог составить из обрывков информации? Либо он действительно профи своего дела, либо передо мной убийца, которой решил поиграть со мной и получал удовольствие от моих душевных терзаний.

– Отличная работа доктор Гейб! – выдавила едва я из себя. – Я скажу тебе кое-что, хоть наверное и пожалею потом об этом. Наш убийца угрожает мне.

Он вкинул на меня свой взгляд, и мне показалось, что в нем отразилось какое-то беспокойство.

– Я не удивлен. Ему нужен сильный противник, он совершенствовался десять лет прежде чем сейчас выйти и тени и нанести удар. Ему нужен достойный соперник, это часть его игры. А на данный момент все знают одного из лучших детективов города – это ты. Он сосредоточится на тебе, будет детально изучать тебя, следить, пытаться думать наперёд тебя. Ты его будущий трофей. Гейб встал со своего места и обойдя барную стойку, подошел ко мне очень близко.

– А мой портрет ты тоже успел состряпать? – только и смогла я произнести.

Он наклонился ко мне, слегка нависая надо мной, как коршун над своей добычей.

– Детектив это моя работа – улыбнулся он мне.

Как вам описать мое состояние поточнее. Мне было не смотря на то, что я полицейский дико страшно и дико любопытно. Меня бросало то в жар, то в холод, пульс участился настолько, что вены на моей шее, начали пульсировать как бешеные.

Он смотрел на меня слишком искушающее и соблазнительно, и моя интуиция в тот момент кричала «Остановись Глория, одумайся! Остановите кто нибудь это безумие! Нет, он не может быть убийцей? Или может?» Химия, которая возникла между нами с самого начала, набирала обороты. Я просто не знала, что сейчас мне делать?

Я отодвинула его рукой и встала отойдя подальше.

– Гейб ты совершаешь ошибку, пытаясь соблазнить меня. Все это не правильно понимаешь? Так не должно быть! Мне завтра допрашивать тебя, какого черта тут твориться?

– Глория, твои терзания в душе довольно забавны, тебе не кажется? Что если и предположить по одной из твоих версий, что я убийца? Получается, что я пришел к тебе домой и даю сам о себе психологический портрет? – он опять приблизился ко мне и взял обеими руки меня за плечи.

– Давай ты успокоишься. Видимо ты совсем заработалась или лишком погрузилась в мир своего серийного убийцы, – он нежно прижал меня к себе, обнимая. – И никакую ошибку я не совершаю пытаясь соблазнить тебя, может завтра мой последний день на свободе, когда ты засадишь меня за решетку! К тому же повесишь на меня семь убийств, поэтому, наверное, было бы правильно провести свой последний вечер с красивой женщиной, такой как ты – он взял своей рукой мой подбородок и приподнял его, чтобы видеть мои глаза.

Я яростно вырвалась из его объятий.

– Завязывай с этим Гейб! Ты совсем запутал меня своими умозаключениями. Я не могу разглашать специфику допроса, это работа!

Он нагнал меня и губами вился в мой рот и я почувствовала, что у меня нет больше сил и желания этому сопротивляться. Обхватив его руками и вцепившись в его волосы, я прижалась к нему, дрожа всем телом все сильнее. Его поцелуй был нежным, настойчивым и в тот же момент грубым, столько эмоций перемешалось в одном этом порыве. Он прижал меня к стене и его нетерпеливые руки проникли под мою футболку, заскользив по обнаженному телу. Гейб оторвался от меня на секунду, ловя воздух ртом, его лицо пылало жаром, губы слегка распухли от страстных поцелуев. Волна возбуждения разъедала нас изнутри так, что мы были готовы разорвать друг друга.

– Почему на тебе столько одежды – отрываясь от моих губ, пошутил он.

– В следующий раз исправлюсь, – пообещала я.

Он сбросил с меня майку и моя грудь обнажилась, соски затвердели и жаждали мужской ласки. Он коснулся их своими ладонями и я выгнулась ему навстречу. Вслед за этим, одежда полетела в разные стороны, пока мы перемещались в таком танце в сторону спальни.

– Кажется, ночь обещает быть длинной – прошептала я ему на ухо. – В восемь мне нужно быть на службе.

– Заткнись, детектив, мне тоже надо быть в восемь у тебя в отделе. Он опрокинул меня на кровать и я была готова уже сама уложить его на лопатки и оседлать сверху, но он как будто прочитав мои мысли тихо спросил нависая надо мной:

– Куда -то торопишься? – Гейб продолжал совершать неспешные движения своими руками, изучая все изгибы моего тела. – Я ещё не нагляделся на тебя Глория.

– Я хочу тебя – умоляюще произнесла я.

– Знаю, но я не хочу спешить, – он и сам хотел меня, все его мышцы были натянуты как струна, а вся кровь текущая в жилах, скопилась в одной точке и нагрелась до температуры кипения. – Ты такая гибкая, стройная, грациозная – он слегка сжал в ладони мою грудь и покрыл её поцелуями. – Кто бы мог подумать, что вы детектив так сексуальны и столь желанны?

– Возьми меня, наконец – стонала я, умоляя его.

– Всему свое время, терпите детектив – он лаская мое тело покрывая поцелуями, а я билась в его объятиях борясь с диким желанием, которое жгло меня изнутри. Его губы едва касались меня, а язык ласково дразнил мои участки тела, это была сладостная пытка. Я не очень привыкла к такому обращению со стороны мужчин, обычно все происходило быстро и просто, каждый знал, что хотел, поэтому каждый удовлетворял своё желание и потребность. Но сейчас, с Гейбом, меня швырнуло в водоворот неведомых мне до этого ощущений, покушаясь на мои чувства, не обходя вниманием, ни одного нервного окончания он испытывал меня. Тем временем Гейб сгреб мои обе руки и зафиксировал их у меня над головой.

– Не надо так, – вырвалось у меня.

Он хотел отпустить, но заглянув в мои глаза, увидел там такое неистовое желание вперемешку со страхом что произнес:

– Ты не можешь все время контролировать ситуацию детектив. – Его свободная рука скользнула, по- моему бедру и я задрожала всем телом, он перешел к внутренней стороне бедра.

– Не надо, – умоляюще я стонала

– Ты мне запрещаешь? – покрывая мою шею поцелуями, шептал он, не прекращая поступательных движений своей рукой. – Не находишь, что это как – то немного поздновато, хочешь получать своё? Терпи ласку. Расслабившись, я чувствовала ладонь между своих бедер.

– Мерзавец, ты испытываешь меня!

– Лгунья. Ему нравилось наблюдать за мной, как я, такая сильная таю в его ловких руках.

Вспышка, которая произошла во мне в следующую секунду казалась, разорвала меня на миллионы частиц, когда я рухнула с огромной высоты, окончательно потеряв себя, а мое тело мгновенно превратилось в воск.

Зато Гейб, превратился в буйнопомешанного, он ворвался между моих бедер как ураган. Наши бедра стали работать в бешеном ритме, набирать обороты и когда мои руки скользнули по его влажным плечам, он выпустил в меня свой заряд. Все стихло. Я долго молчала, не находя подходящих слов. Я понимала, что я сделала опрометчивый поступок пойдя на поводу у своего желания, и теперь, скорее всего, мне придется расплачиваться за это, но я не о чём не жалею. Все что сейчас произошло, было потрясающе, а лежащий рядом со мной человек, восхитительный.

Мы лежали тихо, каждый прислушиваясь к своему дыханию и ритму сердца. Была неловкая тишина.

– Тебе лучше уйти, – не поворачиваясь к нему лицом, я села на кровать, в поисках своей одежды.

– Не думаю, – лениво сказал он.

– Ты не на своей территории док, поэтому проваливай! – я сидела к нему спиной, не поворачиваясь. Я не знала как себя вести, мне было стыдно и неловко.

– Я ещё не закончил с тобой детектив, – он резко дернул меня за руку и когда я упала на спину накрыл мой рот поцелуем. И новая волна возбуждения накрыла нас с головой.

Когда страсти улеглись, время на часах показывало 03:40.

Сегодня утром я должна допрашивать человека, с которым покувыркалась всю ночь, это абсурд. Но если хоть одна душа узнает об этой ночи, меня снимут с дела и отнимут значок. Ну и в дерьмо же я вляпалась! Всему виной женская похоть и безрассудство.

Гейб лежал рядом на боку сгребя меня в охапку. Подняв голову я наблюдала как он спит, лишний раз приведя в своей голове кучу доводов, что он не может быть тем, кем я думаю, что все это мое большое воображение и подозрительность.

Внезапно он открыл глаза.

– Детектив?

– Да – ответила я.

– Я не убивал всех этих женщин, прекращай об этом постоянно думать, находясь в моем присутствии. Твой мозг так интенсивно работает, что я слышу его – он притянул меня к себе и чмокнул в макушку.

– Почему ты еще в моей кровати? – возмущено произнесла я.

Его глаза резко вспыхнули яростью. Он моментально соскочил с кровати, быстро, молча оделся не дав мне опомниться, я только услышала как моя входная дверь со всей силы хлопнула.

Какого черта он показывает мне свой характер!? «Я не одна из его потаскух однодневок! – говорила я себе. Или только что ей стала Глория?».

Меня захлестнула волна ярости, я сама во всем виновата, не стоило наверное так бессердечно поступать с ним. Я начала метаться по комнате не находя себе места и швырять одежу в разные углы. Все в голове перемешалось.

Неожиданно мой мобильный подал сигнал оповещения смс. Номер был не определен. Я отрыла сообщение, в нем значилось только имя – Элен Фармер.

Я кинулась к ноутбуку, загрузила программу с базой данных, ввела спешно имя и стала ждать обработку запроса. Через несколько минут мне высветилось короткое досье на Элен Фармер.

Девушка 25 лет сотрудник банка, окончила школу и академию по финансам. Ни приводов, ни судимостей, законопослушный гражданин США. Адрес Баркли-стрит дом 19 квартира – 86.

Я взяла себе пару минут подумать. Почему смс прислали именно сейчас? Неужели это все – таки Гейб? Или убийца наблюдает за мной? Я выглянула в окно, возле дома дежурила только полицейская патрульная машина, хотя, что от неё толку? Если бы это был Гейб, он мог уже сто раз меня убить, расчленить и вынести по кускам, а эти болваны ничего бы и не заметили, поедая очередную порцию бургеров в немереных количествах. Голова немного кружилась, надо было позвонить Брайну, послать по адресу наряд полиции и ехать самой. Все оборачивалось против Гейба, это не моет быть просто совпадением, я чувствовала как тошнота подкатывает к горлу. Если это Гейб, то я сама отдалась убийце поведясь на его соблазн, а он имел меня всю ночь как хотел, лишний раз доказывая, как ничтожна полиция и все кто в ней работает.

Я рванула к туалету, где меня, вывернуло наизнанку.

Слегка обессилевши, я взяла мобильный и решила сначала позвонить Дейву Левински, мне нужно было отследить мобильник, чтобы знать наверняка.

Я нашла мобильник и набрала его номер, часы показывали 04:00. Послышались долги гудки в телефоне, наверное прошло гудков десять, прежде чем трубку сняли.

– Какого лешего Берч, ты звонишь в такое время? – сонно спросил его голос в трубке.

– Дейв, оторви свою задницу от того места где спишь или сидишь и отследи мне срочно номер мобильника, записывай номер.

– Мне что, дадут за это премию работать внеурочно? – буркнул недовольно он.

– Тебе выпишут премию виде пинка под зад, если ты сейчас же не сделаешь, что я тебя попросила! – заорала я в трубку. – Возможно, это номер нашего убийцы, так что пошевеливайся Дейв!

– Диктуй номер и откуда у тебя столько сил, орать с самого утра, Глория!? Все отбой, дай мне пару минут я сам перезвоню тебе.

Я набрала Брайна.

– Чего тебе Глория? – послышался едва слышно его голос.

– Брайн, вставай, у нас новая жертва. Мне только что прислали смс с именем новой жертвы, я через десять минут выезжаю, сброшу тебе адрес, встретимся на месте. Возле меня дежурят патрульные, захвачу их тоже с собой.

– Я понял. Собираюсь уже, жди на месте.

Я начала спешно собираться и решила пока жду ответ от Дейва сварить себе кофе, чтобы сократись долгожданные минуты ожидания. Если это Гейб убийца, возможно что он разозлился на меня и в ярости решил отомстить, совершив очередное убийство? Или заранее все так рассчитал? Ведь я даже не надеюсь найти труп девушки, скорее всего это либо очередная шарада, либо новая картина. Перспективы не радостные.

Зазвонил мобильник, я схватила его.

– Да Дейв, говори.

– Это одноразовый мобильник, Глория, сигнал исходил с вышки недалеко от твоего дома.

– Ты уверен? – чуть ли не задыхаясь, переспросила я.

– Уверен! Почти на сто процентов, распечатку скину сейчас тебе на электронную почту. Больше его отследить не возможно, видимо из него вынули сим-карту и сломали. Сигнала больше нет.

Кажется, в тот момент мне стало совсем не по себе. Нужно все еще раз было осмыслить. Может настоящий убийца отвлекает нас от себя, подставляя Гейба? Пока мы всё свое внимание переключим на него, наш подражатель будет спокойно заниматься своими делами. Что я сейчас делаю, пытаюсь оправдать Гейба из-за того что покувыркалась с ним всю ночь? Меня трясло мелкой дрожью. Я надела на ходу одежду, кобуру и вылетала из дома.

Подбежав к машине с патрульными, я резко открыла заднюю дверь машины и плюхнулась на сиденье.

– Просыпаемся младшие лейтенанты, пора работать! – довольно громко сказала я. И если не хотите лишиться своих рабочих мест, о джентльмене который был у меня до утра, вам стоит забыть, все понятно?

Они оба молча, кивнули головой.

Я назвала адрес и мы поехали. На этих ребят можно было положиться, мы давно знаем друг друга и не раз выручали в передрягах, поэтому лишнего болтать они не будут.

Того кто был за рулем звали Джек Фолиус, ему было около сорока лет, стрижка ежиком, темно карие глаза, слегка широкие скулы, его рост был около 190см и ему явно было тесно в служебной машине. Я знала его ещё с академии, мы учились там вместе, только я потом пошла на повышение, а Джек так и остался в патрульных младших лейтенантах, нравилось ему эта работа, и большей ответственности он не хотел брать на себя. У него была замечательная семья, двое детей, и он изо всех сил старался обеспечить себя и дать детям будущее. Этакий примерный полицейский.

Рядом с ним сидел его напарник Томас Шилетти, молодой начинающий и подающий надежды сотрудник. У него были светлые волосы, голубые глаза, слегка расплющенный нос, пухлые губы он напоминал пупса из магазина игрушек. Хотя Томас не был пухлым, двигался он всегда не спешно. Он работал с Джеком примерно года три и слыл хорошим и надежным напарником. Томас недавно женился и поэтому, обзаведясь женой, квартирой и собакой, только начинал вкушать все прелести жизни . Вот ему уж точно было глубоко плевать, с кем я провела ночь. Так как его место, на ближайшее время до будущей пенсии, будет кормить всю его семью и платить по счетам.

Подъехав к указанному адресу, на улице все было тихо. Был пятый час утра. Все спали ещё. Мы поднялись на шестой этаж и постучали в дверь к Элен Фармер.

Никто не открывал.

– Элен Фармер, откройте это полиция! – сказал стоящий рядом со мной Джек.

Тишина.

– Так ребята, времени на запрос ордера у нас нет. Так что давайте случайно взломаем эту дверь или может среди нас есть взломщик? – окинув взглядом парней, спросила я.

– Детектив Берч, – начал Томас. – Я могу вскрыть, в детстве я не раз хулиганил с мальчишками на старых заброшенных складах, поэтому там меня научили кое- каким приемам. Он достал из кармана набор отмычек и начал открывать замок.

– Отлично Томас, будем считать, что я этого не видела. Хотя на данный момент ты оказываешь огромную услугу всему департаменту полиции.

Пока он возился с замком, я попросила Джека обследовать все оставшиеся этажи и чёрный ход.

Услышав поднимающиеся шаги по ступенькам, я увидел Брайна.

– О, вы уже начали веселье без меня? – подойдя к Томасу, просвистел он.

– Где тебя так долго черти носят? – возмущенно спросила я.

– Вообще – то я спал Глория, поимка убийцы сегодня ночью не входила в наши планы насколько я помню – он подошел и встал рядом со мной.

Мы услышали долгожданный щелчок в замке и дверь открылась.

– Оставайся здесь Томас, мы с Брайном пойдем, осмотрим помещение. Зажав фонарик в одной руке, а оружие в другой, мы зашли в комнату. Проведя лучом фонарика, я увидела выключатель и включила свет. В комнате, в которой мы стояли, никого не было.

Это была просторная не большая комната, довольна уютная, сделанная со вкусом. Мы начали осматривать её. Стены были черного цвета в сочетании с коричневой отделкой под дерево, явно поработал дизайнер, потому что придумка была довольно необычна. Шторы были серого цвета, и материал был сделан из дорогого хлопка. Возле окна стоял диван, рядом какие- то парапеты и на каждом стоял предмет абстрактного искусства. Перед диваном стоял стол прямоугольной формы, выполненный из древесины на черных металлических ножках. Здесь так же находилось несколько шкафов для одежды и обуви. Несколько створок было открыто и рядом с одной стояло несколько пар обуви. Было ощущение, что девушка спешно собиралась, примеряя разные наряды.

Брайн пошел проверить кухню и ванную комнату.

– Глория тебе надо это увидеть – прокричал Брайн из другой комнаты.

Это был не хороший знак, меньше всего мне хотелось увидеть труп Элен Фармер.

Я зашла на кухню и увидела на столике возле окна, небольшую картонную коробку, завернутую в белую бумагу и перевязанную ярко – красно лентой. Подойдя ближе, я увидела, к ленточке привязанную карточку с введенной буквой П.

– Посылка от художника, – заключил Брайн.

– Он ждал меня здесь? Чертов умник знал, что мы придем сюда! Все разыграл как по нотам. Открывай Брайн эту чертову коробку, скорее всего там очередная шарада.

Он поспешно открыл её и на дне коробке мы обнаружили только флешку.

– Это уже что то новенькое, – беря флешку в руки сказала я. Поехали в участок, там посмотрим. Элен Фармер нужно объявить в розыск неспроста это всё. И не думаю, что она осталась где – то ночевать у подруги.

Брайн позвал Джека и Томаса и дал им следующие инструкции: опросить соседей, обзвонить всех знакомых и родственников Элен, съездить на работу к ней, накопать как можно больше информации до обеда. В два часа дня он назначал брифинг в конференц – зале по новым уликам в ходе дела.

– Ребятки, мы пришлем вам сейчас подмогу, не отчаивайтесь, с меня порция пончиков вам, приступайте к работе.

– Ты лучшая начальница Глория и единственная кто поощряет нас едой – усмехнулся Томас.

– Буду лучшей, если поймаю этого ублюдка – добавила я и мы двинусь с Брайном в сторону офиса.

Утром, должен явиться Гейб для работы с задержанной Лаурой, а затем, я сама его буду допрашивать, что сказать, день обещает быть насыщенным и интересным.

Ровно в восемь часов я зашла в кабинет к майору Броуди и чуть не выронила папку с рапортом, напротив майора сидел доктор Гейб.

– А вот и детектив Берч, – уточнил майор протягивая мне руку.

Я кивнула в сторону Гейба приветствуя его.

– Доктор Гейб сказал, что пришел по твоей личной просьбе, провести консультацию с Лаурой Харди и заодно, предоставил мне свой предполагаемый психологический портрет убийцы. Очень детально и профессионально выполненный Глория. Я думаю, тебе нужно ознакомиться с ним, это может помочь его лучше понять.

– Значит вы уже в курсе? – еле выдавила из себя я. – Вчера вечером я имела возможность ознакомиться с этими документами. Я старалась не смотреть в сторону Гейба, но казалось, он и так, полностью игнорировал мое присутствие. – Я так же бы хотела сообщить майор Броуди о том, что сегодня, в десять часов утра я вызываю доктора Гейба на допрос, чтобы избежать всех формальностей и исключить его персону из списка подозреваемых.

Майор Броуди удивленно изогнул бровь и посмотрел на меня сверлящим взглядом.

– Да, я в курсе. Доктор Гейб уже поставил меня в известность, он не против сотрудничества. Мы все конечно понимаем, что это всего лишь формальность и нам конечно неприятно, столь значимую фигуру как доктор Гейб втягивать в столь неприятный процесс, но такова система. – Майор пожал плечами. – Доктор Гейб, детектив Глория Берч проводит вас в комнату к подозреваемой, а затем встретит вас и проведет в допросную где она сама вас лично допросит, чтобы не вызывать резонанс среди всех остальных моих работников. Еще раз спасибо, мы ценам вашу помощь и сотрудничество.

Он встал и протянул руку, чтобы пожать Гейбу. Они обменялись рукопожатиями, я проводила его за дверь.

– Подожди меня здесь минуточку, – прошептала я закрывая дверь перед его носом.

– Что-то еще Глория? – нахмурился майор.

– Да, сэр. Сегодня утром мне поступило на мобильный смс с именем Элен Фармер. Мы с детективом Брайном и двумя патрульными сделали выезд по месту её проживания. Ни девушки, ни её труп, дома обнаружено не было. На данный момент мы занимаемся ее поисками.

Майор начал краснеть.

– Так же, в квартире Элен мы обнаружили коробку, в которой находилась флешка. Я собрала в большом зале Дейва Левински, Брайна для просмотра данных на этом носителе. Вы хотите присутствовать или доложить вам после?

– Доложишь, я сейчас должен встретиться с высокопоставленным человеком, у меня на это нет времени, держи меня в курсе Глория.

– Так точно сэр, разрешите идти?

– Да. И будь осторожна! – по – отцовски добавил он и тяжело вздохнул.

Выйдя за дверь, я наткнулась на ждущего меня Гейба.

Он стоял возле стенки неподвижно и выглядел грустным. Я пыталась всмотреться в его лицо, наши взгляды встретились и тот холод, который был в его глазах, заставил меня похолодеть. Мы ничего не говорили просто смотрели друг на друга. Наверное, слова были лишними и вряд ли он мог подумать, что я всматриваясь в него изучаю его думая, о том, не как мне хорошо с ним было ночью, а мог ли он быть убийцей? А я, конченой дурой, которая могла переспать с ним.

Если Гейб действительно наш парень, то держится он великолепно. Да и у кого он может вызвать подозрение? Уважаемый доктор с отличной репутацией, красив, обаятелен, умен, да и ещё самостоятельно, добровольно, сотрудничает с полицией.

Пауза слишком затянулась, я взяла себя в руки и произнесла официальным тоном, будто вижу его в первый раз:

– Доктор Гейб, Вам разрешено взять адвоката.

– Знаю, – совершенно безразлично сказал он, не сводя своего взгляда с меня. – Меня обвиняют в преступлении?

– Пока вы проходите как подозреваемый, а возможно и в качестве свидетеля, данный допрос расставит все очки над i.

– Неужели? – тихо спросил он, начиная спускаться по лестнице вниз.

– Это всего лишь моя работа – сказала я ему, спускаясь следом. Он ничего не ответил, весь остаток пути мы шли как чужие люди.

Как такое вообще может быть? Мы взрослые странный народ, делаем поступки, в которых потом сами не можем разбираться, верно? Хотя с детства нас учат думать сто раз, потом принимать решения, просчитать все варианты событий которые могут произойти после сделанного тобой действия, потому что последствия, могут печально обернуться для тебя самого.

Меня всегда обременяли эти стереотипы и шаблоны жизни, придуманные обществом. Подумайте сами, общество всегда придумывает свои правила, чтобы как то систематизировать и упорядочить людей и их жизнь.

И вот все соблюдают какие-то рамки, правила, верят в Бога. Но не каждый задает себе на протяжении своей жизни вопрос, кто я есть на самом деле? Не такими, какими тебя хотят видеть мама и папа или окружающие друзья, а кто ты есть по своей сущности, природе? Мы сами ставим себе заслоны, границы, потому что так надо, так нас воспитали. Нам с рождения внушают к примеру верить в Бога, а это всего лишь система управления людьми не более того, и мне грустно от того, что какая то часть людей верит в эту систему! И почему то их, не они сами не называют сектантами. Но все совсем иначе. Ровно настолько, что я могу вам сказать, что вы и есть – сам Бог, если уж на то пошло и вам надо во что то верить. Верьте в себя. Да, да именно так и вы не ослышались! Может быть вам так станет проще жить если вы не верите в науку. Конечно, какая часть людей поддержит мое убеждение, а какая-то так и останется верить в него как в нечто высшее, пока не зададутся вопросом, а кто есть я?

Поэтому идя за Гейбом, я не жалела о своем поступке и наверное будь еще раз в этой ситуации, ничего бы не стала менять, плевать мне на последствия, интуиция моя подсказывала мне что он не убийца, и я была склона ей верить.

Но чтобы развеять на бумаге все сомнения и перед майором, а ему в последствии пред сенатором, я должна допросить доктора Гейба и разобраться во всем, а затем продолжать вести расследование.

Дойдя до допросной, я оставила его наедине с Лаурой Харди, а сама отправилась в зал для просмотра файла на флешке. Зайдя в зал и упав в кресло рядом с Брайном, я кивнула сидящему за ноутбуком Дейву, который уже ждал нас.

Я попросила Дейва;

– Включай!

На большом экране монитора появилась картинка. Изображение было отличное.

На экране появилась девушка, лица не было видно, так как на голове был одет черный мешок. Она была привязана к стулу, руки заведены назад, ноги раздвинуты и привязаны к ножкам стула. Она была полностью обнажена.

– Дейв есть звук? – спросила я.

– Да, звук есть, просто на записи пока тихо.

Девушку держали в кадре в таком положении около минуты.

Помещение, в котором она находилась, было темным, четыре стены обиты оранжевого цвета дерматином или кожей, не знаю точно, что за материал. По периметру освещалось всё неоновым светом, проведенным по всей длиннее. Внезапно появилась музыка, девушка сидела не подвижно.

Я не понимала живая она или нет.

Тошнота начинала подкатывать к моему горлу. Зрелище было не из приятных. Он её полностью обнажил перед нами. Хотел унизить, показывая всё её женское нам, в неприкрытом виде.

Музыка, которая внезапно зазвучала, была мне знакома, я знала её очень хорошо, потому что это была моя любимая мелодия в детстве, которую я слушала, и она меня успокаивала каждый раз, когда я попадала в новую приемную семью. Я давно похоронила свое детство и все что с ним связанно, ничего кроме боли и страдания она мне не принесло. Я вычеркнула навсегда из своей биографии эту часть жизни, и никто о ней не знал. По достижении совершеннолетия я сменила имя и фамилию и стала тем, кем я стала.

Но наш парень где-то раздобыл эту информацию и в данный момент я сидела в неком оцепенении, потому что волна воспоминаний вихрем понеслась по всем страшным уголкам моей души и страхов.

Это запретная тема, я могу сказать только, что воспитывалась я в приемных семьях с самого рождения, так как родная мать отказалась от меня при рождении, родив меня несовершеннолетней. Кто она? Я не знаю по сей день, так как меня это давно уже не интересует. Откуда он смог все это узнать? Надо копать очень глубоко и тщательно, чтобы узнать такие интимные вещи и подробности.

Я обняла себя за плечи и стала едва заметно качаться, медленно, взад- вперед как в детстве, успокаивая себя слушая эту мелодию.

Это музыка Шопена «Nocturne», впервые я её услышала года в четыре, меня взяла приемная семья к себе как это и обычно бывает для наживы пособия, я была там уже пятым ребенком по счету в этой семье.

Помню, мне было очень страшно, а самый старший мальчик в семье, учился тогда играть на скрипке и каждый день он играл эту мелодию для меня.

Камера начала приближать изображение, сначала грудь и я увидела, что девушка дышит, затем кадр снова поменялся, и она опять предстала перед нами целиком. Вдруг за кадром послышался измененный голос:

– Ты готова умереть ради искусства?

Она кивнула головой. И тут, послышался оглушающий выстрел. От грохота я подскочила на месте. Ей выстрели в сердце и она тут же обмякла как игрушечная кукла. Из дырки в её сердце струилась кровь. Послышался второй выстрел, третий, он выпустил в неё всю обойму. Шесть отверстий теперь было на теле девушки. Камера начала движение, со всех сторон демонстрируя нам труп. Когда кадр задержался на спине, то я увидела надпись в виде татуировки сделанной вдоль всей спины « Ты не могла её спасти, детектив» – на этом запись заканчивалась.

Я сделала знак Дейву поставить запись еще раз и мы вновь пересмотрели её, всматриваясь в каждую мелочь. Голос за кадром был изменен с помощью программы и вряд ли можно докопаться до оригинала.

Теперь, он совершил прилюдную казнь и хочет, чтобы я видела это. Самое ужасное, что он знал на несколько шагов вперед развитие событий и знал, что он чертовски умен! Ему явно хотелось похвастаться этим своим хладнокровием, он явно дал мне понять, что знает, где меня искать, что для него нет тайн из моего мира прошлого и, что мне не удастся укрыться от него.

Я повернулась к Брайну;

– Твои мысли? – стараясь не показывать ему своё потрясение от увиденного, спросила я.

– Осмелюсь предположить, что это и есть наша Элен Фармер. Но что произошло в этот раз? Он поменял стиль? Он не убивал до этого из пистолета – Бран соскочил с места и стал расхаживать вправо, влево рассуждая вслух. – Дейв, ты можешь поколдовать над дешифровкой аудиозаписи голоса? Может тебе удастся, что-то сотворить и докопаться до оригинала?

– Ребята не могу ничего обещать, видно, что запись профессиональная, наверняка он продумал это, что мы начнем копать и пытаться зачистить аудиодорожку, но попробовать, конечно, можно. Если я вам больше не нужен, я пойду поработаю, – он забрал флешку и вышел из зала оставив нас одних.

– У тебя сейчас допрос Гейба? – Брайн уставился на меня.

– Да. Шоу начинается. Будь он неладен! Ты можешь, пока я буду на допросе узнать, как там обстоят дела у Джека и Томаса? И я бы хотела, чтобы ты съездил, навесил начальника Элен Фармен, сам лично! Поговори с ним, узнай о ней. Надо так же проследить за прессой и родственникам пока давать только ложную надежду, может мы ошибаемся, и Элен сейчас жива и здорова, потягивает коктейль на Мальдивах. Пока рано ещё делать какие– то выводы, основываясь на одной видеопленке.

– Хорошо, набери мне как закончишь с доктором, ок? – Брайн подошел и заправил прядь волос мне за ухо.

– Хорошо, можно задам вопрос?

Он кивнул.

– Как ты думаешь, Гейб может быть нашим парнем? Проделывать все то, что сейчас мы увидели на экране?

– Нет, не думаю. Он конечно идеально вписывается в портрет убийцы, но я не думаю, что это он. А теперь хватит терзаться, пойди и получи ответы на свои вопросы, – он чмокнул меня в щеку, и когда я уже собиралась уходить, он остановил меня за руку и спросил:

– У тебя все нормально? Помощь нужна?

– Все хорошо Брайн, не переживай, спасибо за поддержку.

– Я рядом, ты знаешь, чтобы не случилось.

Я послала ему воздушный поцелуй и направилась в кабинет готовиться к допросу с Гейбом. У меня еще оставалось немного времени, и я хотела ещё раз пробежаться по подготовленному материалу, заглянуть в список вопросов, чтобы ничего не упустить.

Усевшись за стол, я стала перебирать бумаги и складывать в папку все необходимые документы. Затем, я встала, подошла к доске где находилась вся нужная и особо важная информация по этому делу и ещё раз решила подумать. Его следующий шаг было невозможно предугадать, я могла строить кучу версий и гипотез, теперь у нас есть Элен Фармер. Нужно разматывать этот клубок, рыть носом землю, узнать каждую секунду её жизни в день исчезновения. Я даже рискну предположить, что сам Пикассо дает мне эту подсказку, зная, что я в тупике, а ему так хочется играть дальше.

Мои размышления прервал стук в дверь.

Обернувшись, я увидела входящего Гейба.

– Я закончил детектив. Свой отчет о пациенте я могу предоставить только завтра, конечно если сегодня меня не засадят за решетку, – он казался каким- то подавленным или злым, я не могла точно разобрать.

– Отлично, спасибо док. Идем, покончим с твоим допросом. – Я прошла мимо него, беря папку со стола и мы вышли из кабинета.

Зайдя в свободную допросную, я села за стол и пригласила его сделать тоже.

– Включить запить, – скомандовала я. Она включается автоматически, реагируя на голос. – Следствие ведется под запись, вам ясно? – начала я.

– Да.

–Беседу проводит детектив первого класса Глория Берч, серийный личный номер 64354НО. Допрашиваемый, подозреваемый в деле о серийных убийствах под кодовым названием «Пикассо» – доктор Эндрю Гейб. Сегодня пятое марта время 10:07. Допрашиваемый, отказался от услуг адвоката, вы подтверждаете это? – обратилась я к нему.

– Да, подтверждаю – не сводя с меня испепеляющего взгляда, ответил он.

– Назовите вашу специальность доктор Гейб, – стараясь не смотреть на него, спросила я уткнувшись в бумаги.

– Практикующий психотерапевт – психолог.

– Как давно вы занимаетесь этой практикой?

– Более десяти лет. – Отвечал он быстро и четко.

– У вас своя клиника?

– Да.

– Много у вас клиентов доктор Гейб?

– Около сотни, может больше, все необходимые документы вы можете получить в моем офисе при соответствующем запросе со стороны департамента.

– Хорошо мы сделаем запрос, с вашего разрешения. Вам знакома девушка по имени Паула Нортон? – я достала из папки фото и положила перед ним.

В его глазах вспыхнули на какие-то секунды огоньки и удивление, он не ожидал услышать это имя и был явно, крайне удивлен.

– Я не могу разглашать конфиденциальную информацию о пациентах детектив Берч, – произнес он.

– Если этого требует следствие, можете! Для вас это будет кротчайший путь, но я могу запросить ордер на данные вашего пациента, – я поняла, что выиграла этот раунд.

– Да знакома, это моя бывшая пациентка. Она проходила курс полной реабилитации, в моей клиники.

– Причина?

– Насколько я помню, это было изнасилование.

– Какое время заняло лечение? Сейчас она является вашей пациенткой или реабилитация окончена? – я сложила перед собой руки на столе и поддалась вперед, слегка навалившись на них.

– Нет, она давно уже не является пациенткой моей клиники. Она без вести пропала.

– Откуда у вас это информация доктор Гейб?

– Из средств массовой информации, к тому же, я довольно хорошо знаком с её матерью. После исчезновения девочки я поддерживал её когда это случилось, – он был холоден и тверд как скала.

Пора наносить следующий удар подумала я.

Я достала фото из папки и положила перед ним. На нем была Элен Фармер. На какое-то время его взгляд изменился, он быстро взял себя в руки, но я успела заметить эту перемену. Он был растерян.

– Вам знакома эта девушка, доктор Гейб? – я сложила руки на груди откинулась на спинку стула. Сегодня ночью, я была в объятиях этого человека, сходила с ума от его прикосновений, а теперь, мы сидим в допросной, словно чужие люди. Это как получить пощечину.

– Да, знакома – после небольшой заминки, ответил он.

В этот момент, мне показалось, что на меня только что вылили ведро холодной воды!

– При каких обстоятельствах вы познакомились с ней? – беря себя в руки, спросила я.

– Мы встретились в книжном магазине несколько дней назад, между нами завязался разговор, затем, мы решили пойти попить кофе, так и познакомились – он отвечал слишком сухо и сдержано, обдумывая каждое свое произнесенное слово. Было видно, что именно это фото выбило его из седла.

Наши взгляды встретились. О чем он думает сейчас? Неужели он связан с похищением Элен? Может, ли он чувствовать себя виноватым по отношению ко мне? Или ему безразлично? Если он преступник хладнокровно убивающий девушек, у него вообще отсутствуют чувства и эмоции. Гейб бы не такой. Ещё меня все время смущал возраст. Наш парень должен быть намного старше, если он не начал убивать в детстве. Или, если он не подражатель.

В данный момент я ощутила себя, какой грязной потаскухой, которая не смогла устоять пред соблазном переспать с этим красавчиком, когда пару дней назад под ним была другая. «Будьте вы прокляты женские гормоны!»

Последующие вопросы я не хотела даже задавать или скорее боялась услышать на них ответ.

– Вы вступали в сексуальные отношения с Элен Фармер? – затаившись внутри себя, спросила я.

– Нет. У нас было романтичное свидание, после чего она не перезвонила мне, а я не стал настаивать, просто забыл про нее и все, -пожав плечами ответил он.

«Ну конечно, это в твоем стиле доктор Гейб!. Не можешь пропустить не одной, чертовой юбки!». Надо было держать свои эмоции изо всех сил, не показывать, что это трогает меня, хоть как – то.

– Постарайтесь вспомнить доктор Гейб, какого числа вы видели Элен и в каком часу последний раз? Это крайне важно для нас!

– Это было третьего марта. Мы сходили на благотворительный вечер, затем поехали в картинную галерею на выставку и оттуда заехали поужинать, после чего мы собирались ко мне домой, что продолжить там романтический вечер. Мы уже ехали ко мне, как ей кто-то позвонил на мобильный, и она была обеспокоена и сказала, что не может остаться со мной, так как ей срочно нужно вернуться домой. Я отвез её домой и с тех пор не знаю о ней ничего. Остаток же вечера третьего марта, я провел как вы уже знаете детектив, с Стефани Вагнер. Встретив её в баре, куда я зашел проводя Элен Фармер. Оттуда мы ушли вместе, впрочем, это алиби вы и так уже проверяли. Как я уже сказал, быть назойливым не в моем стиле, поэтому я не стал звонить ей на следующий день и беспокоить.

Я была готова врезать ему прямо сейчас. «А трахать все, что женского рода ты можешь? Это в твоем стиле!» – я так хотела высказать ему это и просто врезать.

Он менял женщин как перчатки, и даже я повелась на это! Господи, нет тебе Глория прощения, чертова кретинка! Я откинулась на стул держать руками за стол. Надо было собраться и не раскисать. Ничего, переживу как нибудь, в конце концов, я сама захотела провести ночь с ним.

– Детектив, а что случилось с Элен? – обеспокоено спросил он.

– Я не могу разглашать материалы следствия, доктор Гейб.

– Она что пострадала?

– Пока мы не знаем. Она пропала. Кажется это его задело до глубины души. Он стал о чем – то думать, погрузившись в свои мысли.

– Каким парфюмом вы пользуетесь, доктор Гейб? – продолжила я.

Он был крайне удивлен этим вопросом.

– «Paco Rabane». Это имеет, какое-то отношение к расследованию?

– Все мои вопросы имеют отношение, доктор Гейб.

Вот же чёрт! На конверте, который был подложен мне в машину, был запах из парфюмерной серии «Paco Rabane». Сегодня утром мне прислали отчет эксперты из лаборатории Курта.

Пришла пора задать главный вопрос.

– Где вы были сегодня ночью доктор Гейб?

Он вскинул взгляд на меня. Наступила пауза. Мы смотрели друг на друга. Затем он сказал:

– Дома, спал – соврал он, даже глазом не моргнув.

– Кто это может подтвердить?

– Никто, я спал один.

Мы продолжали смотреть друг на друга, пытаясь сказать друг другу все то, что было у каждого на душе при помощи взгляда. Я видела в его глазах ярость, злость и непонимание. Его потрясающие красивые глаза были изумрудного цвета, только сегодня они были холодными как лед.

Атмосфера накалилась настолько, что казалось, в комнате невидимый разряд тока, гуляет между нами. Внезапно, дверь распахнулась и в её проеме возник Брайн.

– Извините, что прерываю. Детектив Берч, можно вас на минутку?

– Видимо это срочно!? Раз вы решили вот так ворваться, детектив Брайн, – стукнув по столу обеими ладонями и поднимаясь, сказала я.

Выйдя за дверь, я перевела дух.

– Что произошло Брайн? – на повышенных тонах спросила я.

– Посмотри, только что принес курьер – он сунул мне карточку, точно такую которую я получала в присланном конверте.

На ней была надпись :

«Я очень разочарован Глория, что ты тратишь столько времени на доктора Гейба! Ты ищешь в неправильном направлении. Убийца не он! Мне надоело тебя жать! Сегодня, в 21:00 жди моего звонка. С любовью твой П».

– Пробили курьерскую службу? – тут же поинтересовалась я.

– Да все проверили, письмо в курьерскую службу принес какой-то уличный бездомный паренек, которому заплатили пять долларов. Письмо они приняли и доставили, свою часть работы компания выполнила.

– Он явно начинает выходить из себя, ревнуя меня к доктору Гейбу, это нам на руку. По крайне мере он начал проявлять свой характер, на этом можно будет сыграть. Нужно как следует подготовиться к вечеру, разговор наверняка будет интересным. Впервые за всю мою карьеру, убийца будет напрямую звонить своей жертве, если конечно это не розыгрыш. Хотя, он немного сам просчитался, направив нас по ложному пути выставляя Гейба подозреваемым. Сейчас я закончу, с допросом Гейба и займемся деталями, подожди у меня в кабинете.

– Встретимся через час, я собирался съездить на встречу к начальству Элен Фармер, они уже ждут меня. Так что я быстро допрошу и обратно, – Брайн помчался к лифту, а я вошла обратно в допросную.

Мысли хаотично перебирались в голове.

Может это Гейб так все подстроил? Сейчас мы его отпустим и он скроется, заляжет на дно, с его деньгами и возможностями можно так спрятаться, что никто не найдет вовеки. Ладно, на случай перестраховки поставлю за ним присматривать пару своих ребят.

Я подошла к нему, он оставался сидеть неподвижно.

– Вы можете быть свободны доктор Гейб.

– Прямо так? – повернув голову в мою сторону, произнес удивленно он.– А то бы я мог еще посидеть, поболтать с вами.

– На данный момент появились новые доказательства вашей непричастности, оснований для дальнейшего задержания нет, так что департамент полиции приносит вам искренние извинения за отнятое у вас время и причиненные неудобства. – Я стояла неподвижно напротив него, чеканя каждое слово.

– Неудобства? – Гейб кинулся на меня вскочив из-за стола и я невольно попятилась к стене. Он положил обе руки по обе стороны моих плеч. – Вот это значит как по- твоему называется?

Я не ожидала, что он может так разозлиться и придти в ярость.

– Это моя работа Гейб! Ты должен это понимать. Убиты восемь женщин, мне нужно проверить всё варианты, у меня весь город подозреваемых!

– Выходит я для тебя один из многих вариантов? Ты изначально считала меня подозреваемым и все это так провернула, чтобы затащить меня на допрос? – его глаза пылали ненавистью и он был готов разорвать меня на куски, наверное, он имел на это полное право.

– Выключить запись! – произнесла я.

Запись автоматически выключилась.

Он прижал меня к стене всем своим весом. Я не сопротивлялась.

– Я полицейский, Гейб! Я не могу верить человеку, не проверив его! И как только что выяснилось, это я для тебя один и множества вариантов!

– То есть ты хотела сказать доверять? Ты никому и ничему не доверяешь Глория! Если бы у тебя была на руках хоть одна не косвенная деталь, указывавшая на меня, ты что, засадила бы меня за решетку? – не унимался он.

– Убери руки Гейб! – я сбросила его руки со своей рубашки. Я предупредила, тебя это формальность!

– Да пошла ты, Глория! Он разъяренный вылетел за дверь.

Придя в себя чрез несколько минут, я вышла совершенно разбитая и опустошенная и поплелась к себе в кабинет. Я не знала как себя вести с ним, слова Гейба всё ещё стучали в моей голове. Я не могла не подозревать его только из-за того что переспала с ним, с другой стороны, конечно, я пустила его под «каток», да ещё и прошлой ночью выгнала из дома.

Зайдя к себе в кабинет, я хлопнула дверью и ударила кулаком по столу. Нужно было срочно проветриться. Я решила поехать к подруге Паулы Нортон – Хане, допросить её.

Взяв ключи от машины, я стала спускаться на парковку, нужно было отвлечься и остыть немного. Идя к машине полностью погрузившись в свои мысли и размышления, я только в последний момент увидела, стоявшего облокотившись на капот моей машины, Гейба. Он стоял, небрежно облокотившись. Высокий, стройный, его волосы были хорошо уложены и отливали при дневном свете блестяще черным цветом, он устремил на меня свой взгляд, убийственно зеленых глаз. «Глупо, нелепо, смешно,» – говорю я сама себе, ощущаю, как в груди жжет, а сердце начинает при виде его беспомощно колотиться только из -за одного взгляда.

Поравнявшись с ним, я спросила:

– Ещё есть, что-то не досказанное между нами?

– Какого чёрта ты творишь Глория!? – не вытаскивая руки из пальто, спросил он.

– Я всего лишь делаю свою работу! – огрызнулась я.

– При чём тут твоя работа? Ты всерьез подумала, что я использовал тебя прошлой ночью?

– А что мне думать? Ты трахаешь всё, что выглядит для тебя привлекательно!

– Как ты так можешь судить обо мне, совсем не зная меня? Да, между нами был потрясающий секс, но у нас не было даже нормального первого свидания, потому что ты не оставляешь мне шанса!

Я молчала. У меня не было сил больше спорить с ним и наверное, я уже и не хотела. Признаюсь, меня дико влекло к нему, он был нужен мне и я не хотела больше сопротивляться этому.

Он привлек меня к себе и я уткнулась лбом в его грудь.

– Глория, я не убивал тех женщин, поверь ты наконец-то мне! – он начал гладить меня по голове. – Кто-то явно решил поиграть с тобой, отвлечь твое внимание на меня. Я предупреждал тебя об убийце, он очень хитер и умен. Он как игрок в шахматы, разыгрывает свою парию потрясающе.

– Я знаю, знаю. Извини меня, но я могу снять с тебя подозрения, только проведя тебя через то, что ты прошел сегодня, такова наша система, понимаешь? Я хватаюсь за соломинку, а он продолжает похищать и убивать. Где- то он должен споткнуться и допустить ошибку, я должна положить этому безумию конец.

Гейб поправил мою прядь волос, взял подбородок и нежно поцеловал меня в губы. Его губы оказались мягкими и убеждающими, поцелуй был легким, но волна возбуждения окатила меня волной чувств. Мы погружались друг в друга и каждый готов был сказать в тот момент, как нуждался в другом. Я чувствовала эту взаимность, как Гейба распирало от внутреннего жара. Я прижималась к нему все сильнее, тело было мягкое как пластилин и податливое, казалось, он готов был меня взять здесь и сейчас.

Внезапно в кармане моих брюк завибрировал телефон.

– Детектив Глория Берч слушает – нехотя оторвавшись от жарких губ Гейба, ответила я.

Пока я слушала, Гейб наблюдал за моим лицом.

– Мне надо ехать меня вызывают, нашли тело Элен Фармер, за домом, в мусорном баке.

– Моя помощь нужна?

– Нет, думаю мы сами справимся. Подготовь отчет о допросе Лауры, кстати, не для протокола, удалось что то вытащить из неё?– открывая дверцу машины, уточнила я.

– Она социопатка. Если сказать научным языком то, при зачатии происходит генетическое нарушение, которое не позволяет наследственной памяти формировать в мозге человеческие качества. По этой причине можно сказать, что социопат – это генетически нездоровый человек, который из-за своего заболевания не может социализироваться и включиться в общественную жизнь. Плюс ко всему прочему, она идеализирует нашего подражателя, она поклоняется ему. Но могу с уверенностью сказать, что она никогда его не встречала, Лаура создала его собственный образ, в который сама же и влюбилась, он пошла дальше и создала чат, итд. Наш Пикассо просто воспользовался ей для достижения своей цели, его она как объект не интересует.

– Спасибо тебе большое. Сегодня в девять вечера я хочу, чтобы ты присутствовал в моей команде, когда наш убийца позвонит мне. Твое мнение будет для меня важно, к тому же ты можешь подсказывать мне как вести правильно переговоры с ним. Он бросает мне вызов, раньше он не оставлял трупы, что то изменилось. – закрыв дверцу машины я попрощалась с Гейбом до вечера.

Глава 7

Тело обнаружил младший лейтенант Томас Шилетти. До этого ему редко приходилось видеть трупы, так как основная его задача была: разборки на улицах, наркопритоны и административная работа по бумажкам. Поэтому можно представить, что испытал человек, первый раз столкнувшись с изуродованным трупом молодой девушки. Ничего, если он собирается перебраться в убойный отдел, то через месяцок, другой, он уже перестанет испытывать тошноту, сейчас он конечно был в состоянии шока и готовый к агрессии.

– Томас, – он увидел меня и пытался унять дрожь в руках.– Доложите обстановку.

– Детектив Берч, – как бы задыхаясь, начал он. – Мы осматривали дом, опрашивали соседей Элен Фармер как вы и велели, я решил спуститься и проверить всех. На первом этаже располагается ресторан. Я решил опросить всех сотрудников в нём, но там был только хозяин заведения, который находился в шоковом состоянии. Заметив это, я сразу стал расспрашивать его, он ничего не мог ответить толком и всё время показывал пальцем в сторону мусорных баков. Я рванул к месту, где они стояли и обнаружил тело девушки.

– Видимо, из вас выйдет не плохой полицейский, с чувством интуиции и чуйкой на трупы?

– Так точно! – он перевел дыхание и пытался взять себя в руки, но я видела ужас в его глазах, теперь его ещё долго будет преследовать это видение в виде трупа Элен. Первые дни он даже спать не сможет и начнет глушить эти воспоминания сексом, виски, сигаретами. Но все это будет напрасно, это просто нужно пережить и двигаться дальше.

– Как ты определил, что девушка мертва?

– Я действовал согласно протоколу: оградил место преступления и оповестил вас, признаки жизни отсутствовали из-за множественных ран на теле девушки. Это стало очевидно при визуальном осмотре. До вашего прибытия я оставил место преступления неприкосновенным. – Хорошо лейтенант, вы отлично справились со своей работой. Сейчас приедет бригада специалистов, встретьте их, проводите к месту преступления, а затем езжайте домой.

Перед тем как осмотреть тело, я набрала Брайну, наспех сообщив новость. И попросила его так же доложить майору Броуди о трупе Элен. Времени было в обрез, а мне ещё надо вернуться в офис к девяти часам. Обработав специальном растром обувь, надев перчатки, которые всегда у меня с собой в кармане пиджака, такая уж это профессиональная привычка, я подошла к мусорному баку. Открыв крышку, я увидела тело.

Да, это была без сомнения Элен Фармер. Она лежала на левом боку в позе эмбриона. Моё сердце сжалось от боли, при виде всей этой картины. Элен, лежала в этом баке среди гнилой пищи, объедков еды и прочего мусора. В её теле было шесть отверстий от пуль как мы и видели на видео присланное нам накануне, но я заметила, что раны были чистыми, значит он вытащил все пули из тела. Помимо пулевых отверстий, на теле были нанесены глубокие порезы в виде буквы П их было восемь. Два на запястьях, два на ступнях, два на груди и два на ягодицах. Зрелище я вам скажу отвратительное, хоть Элен лежала абсолютно чистая и невинная, так как он привел её в порядок, омыл и аккуратно положил сюда.

Я осмотрелась вокруг, камер наблюдения нигде не было видно. Он знал, что делал, в проулке стоят только мусорные баки, никто бы даже и не подумал, если бы увидел его, что он тут укладывает труп девушки. Опять нам нужно довольствоваться тем, что есть!

Прибыл суд.мед.эксперт и бригада специалистов. Среди них не было Курта, но я хорошо знала его помощника, которого он прислал вместо себя. Парнишка с ярко рыжими волосами не большого роста, с вытянутым лицом и впалыми глазами. Он и сам выглядел не лучше тех, с кем работал. Его звали Кевин.

Я подошла к нему.

– Передай Курту, что она в приоритете, скажешь код синий от детектива Берч, ясно? – я подошла так близко, что казалось парень того гляди упадет.

Не знаю, в чем держалась его душа, но точно не в том, во что он был одет. Он молча кивнул головой и спешно отошел от меня. Да, они все немного странноватые эти врачи, хотя про полицейских тоже говорят не самые лестные слова, но я смерилась с этим давно уже.

Брайн тем временем сидел в кабинете начальника Элен Фармер. Человека сидящего напротив Брайна, звали как гласила табличка на столе Фернандо Оларио, напыщенный тип лет пятидесяти пяти, разодет весьма пафосно в белый костюм и лилового цвета рубашку. У него были длинные волосы, забранные в конский хвост и изможденное лицо, видимо он часто курил, потому что-то и дело кашлял.

Он протянул Брайну руку и, поприветствовав его пожатием, устремил свой взгляд.

– Чем могу быть вам полезен, детектив Брайн?

– Мне нужна информация об одной из ваших сотрудниц, речь пойдет об Элен Фармер.

– Надеюсь, вы осведомлены, что информация о наших сотрудниках конфиденциальна? Мы дорожим своей репутацией детектив. А что случилось? Мне сказали, что она сегодня не вышла на работу, но раз вы здесь, наверняка, что –то произошло. Видимо нечто плохое?

– Надеюсь, вы понимаете, что я могу явиться с ордером, мистер Оларио? Вам что – нибудь известно о нахождении миссис Фармер?

– Нет, нет, что вы! У меня сотни сотрудников, я не могу быть осведомлен о каждом. Давайте обойдемся без ордера детектив Уэйн. Не могли бы уточнить мотивы расследования?

– Я расследую убийство Элен Фармер. Брайн заметил, что старикашка побледнел ещё больше от неожиданности. – Детали убийства я не могу вам раскрывать.

– Убийство? О господи, святая Дева Мария, наша Элен мертва?! – он закрыл голову руками.

Брайн включил диктофон, положив его на стол.

– Расскажите о Элен.

– О, она была милейшее создание, детектив Уэйн. Потрясающая внешность, отзывчивая, чувственная… Господи, я до сих пор не могу поверить в это! У неё был проницательный ум, она работала у нас в финансовом отделе по ценным бумагам, – он вскину взгляд на Брайна. Я видел её буквально день назад.

– На работе?

– Да, она проводила здесь время больше, чем положено, всегда чуть задерживалась, доделывая необходимую работу. Она была очень ответственная и всегда строго относилась к себе и к работе. У неё никогда не было романов на работе, ну или она очень тщательно это скрывала, хотя при всей её сексуальности, многие были не прочь завести с ней романтические отношения.

– Вы в том числе? – загоняя его в угол, спросил Брайн с нажимом.

Его узкое лицо сморщилось, а губы скривились обиженно.

– Я ее начальник детектив Уэйн! – укоризненно выдал он. У меня есть семья и это было бы не профессионально и неосмотрительно заводить интрижку на работе со своей подчиненной. В кругах влиятельных людей и большого бизнеса, я весьма уважаемый человек.

– Вы не испытывали к ней сексуального влечения? – не унимался Брайн, пытаясь дожать его на признание.

– Я этого не сказал! От неё веяло сексом, она была такая хрупкая и привлекательная, но как и любой мужчина у которого есть семья, я ей только восхищался! Божечки… – он опять закрыл лицо ладонями. – Теперь это уж не имеет значение. Вы сказали детектив, что Элен убита?

– Да.

– Она жила в отдельной квартире насколько я знаю, не в самом престижном районе, но ей почему- то там нравилось. Она как -то не любила роскошь. Обычно, девушки, выбившись в карьере и получая хорошие деньги, спешат перебраться в дорогие апартаменты, но это точно не про Элен. Я знаю её ещё с института, она проходила у нас практику и приглянулась нам и мне в частности, как грамотный специалист в своём деле. После окончания университета, мы пригласи её к себе работать. Надо сказать, что Элен была бесконечно свободной, она не любила стандарты, поэтому, насколько я помню, она не ладила особо с родными.

– Вы слишком хорошо осведомлены о жизни Элен Фармер, сэр, – заметил Брайн. – Вы о каждом своем подчиненном так хорошо информированы? Если мне помниться, вы сказали в начале нашей беседы, что у вас их сотни.

Оларио, слегка заерзал на своём стуле и закинул ногу на ногу, сделал хмурый вид.

– Просто она была ценный сотрудник, который трудился в моей компании более пяти лет. Мы часто устраиваем корпоративы для своих сотрудников и там общаемся.

– Может она говорила вам о своих врагах? Или недовольных клиентах? Может, кто-то угрожал ей?

– Нет. Не припомню такого. У Элен было много друзей, конфликтов на работе у неё не возникало, она наоборот, притягивала людей и привела много влиятельных клиентов.

Он засмеялся.

– Была ли у неё с кем-то связь, скажем из ваших влиятельных клиентов?

– Претенденты наверняка были периодически, как я уже упоминал выше, но она быстро теряла к ним интерес. Элен обожала острый ум, интеллигентность, интеллект – это она ценила в мужчинах. Но, как правило, такие попадаются крайне редко. День назад я уходил домой позже обычного, она еще была на работе, я попрощался с ней, а она пожелала мне в ответ удачи. Это были последние слова, которые я слышал от нее – печально сказал он.

– Спасибо мистер Оларио за ваше содействие, вы очень помогли нам. – Брайн выключил диктофон, пожал руку и вышел прочь из кабинета. Конечно ни на йоту не сомневаясь, что Элен была его любовницей, хотя какое это теперь имело значение.

Я, осмотрев труп Элен Фармер, решила опросить владельца ресторана, именно он первым обнаружил её.

Зайдя в помещение, я почувствовала запах еды. Пахло свежем кофе и сладкими булочками. Меня встретил сам хозяин на пороге, видимо ожидая мой визит. Он провел меня за ближайший столик в угол, где мы могли спокойно поговорить.

– Меня зовут Глория Берч, я являюсь ведущим следователем по этому делу. Вы, хозяин этого заведения?

– Да детектив, меня зовут Хосе.

– Хорошо. Как часто вы бываете в своем заведении?

– Я здесь работаю. Так, что целый день я нахожусь тут.

– Когда вы последний раз пользовались мусорным контейнером?

– Вчера вечером. Я закрыл ресторан где -то около полуночи. Наверное, я никогда не смогу теперь забыть лицо это несчастной девочки.

– Когда вы открыли ресторан?

– Рано утром, было около семи наверное, – он тяжело вздохнул . Я сразу почуял запах от контейнеров. Вчера вечером я забыл вынести мусор, поэтому понес его утром. Я пнул его ногой, боже, она же лежала там, я не знал – он закрыл лицо руками и помотал головой.

– Вы не могли ей уже ничем помочь, Хосе. Что было потом?

– Ничего, я открыл крышку и увидел её. Потом я как то дошел до ресторана, сел на стул и долго не мог придти в себя. Помню, потом прибежал как то сотрудник один из ваших, и что- то расспрашивал, я смутно помню.

– С кем вы живете?

– С женой и детьми. Они сейчас отдыхают на курорте. Видимо бог уберег моих дочерей, одной из них восемнадцать и на месте той девушки могла оказаться моя дочь. О, Господи! – он закрыл лицо руками и разрыдался.

Я дала ему время на выход его эмоциям, он должен был поплакать, в этом не было ничего постыдного. Ему и так долгое время не забыть изуродованное тело Элен.

– Вы знали убитую?

– Не очень хорошо, иногда она заходила утром выпить чашку кофе и скушать завтрак. У неё была чудесная улыбка, она обычно садилась за столик и читала книгу, что сейчас крайне редко увидишь в наше время. Стоило на неё посмотреть и сразу же улучшалось настроение, она была очень милой. Не понимаю, у кого только рука могла подняться, сделать такое?

– Спасибо за предоставленную информацию, если нам что – то ещё потребуется, мы свяжемся с вами.

Выйдя из заведения, я отдала распоряжение местным полицейским за всем проследить, а сама отправилась навестить Хану. Она жила в небольшой комнатке в многоэтажном доме, в восточном районе Манхэтона.

Забравшись на нужный этаж, я нашла необходимы номер квартиры и позвонила. За дверью послышались шаги.

Открыв её, на пороге стояла девушка. Она была очень худая, ближе к анорексии, с впечатляющей гривой розовых волос торчащих в разные стороны. В носу было продето серебряное кольцо, в ушах висели огромные серьги в виде колец. Одна ее рука была полностью покрыта разными татуировками.

– Вы кто? – безразлично спросила она, переминаясь с ноги на ногу.

– Я детектив Глория Берч, хочу поговорить с тобой о твоей давней подруге Пауле.

– Её что нашли? – чуть оживившись, спросила она.

– Да, мертвой. Поэтому я здесь. Ты дружила с ней в колледже, верно?

– Не может быть! Вы наверняка ошибаетесь, она просто пропала, думаю, вы ошиблись.

– Мне очень жаль сообщать тебе эту новость, но ошибки нет. Тебя зовут Хана?

– Да, Хана.

– Как давно ты знала её?

– Заходите в квартиру, нечего нам разговаривать на пороге, извините за беспорядок, не успела прибраться после работы.

В комнате был просто кавардак. На постели которая была полностью разобрана, валялась одежда, сумка, и много ещё какого-то хлама. Во всей остальной части квартиры, было примерно тоже самое. Мне было безразлично, главное что мне было нужно от этой девчонки – информация. Она притащила стул из кухни и села напротив меня на кровать, подогнув под себя обе ноги.

– Хана, мне очень жаль, что Паула мертва, скажи, вы были близкими подругами?

– Я не могу поверить в это! – начала она тереть своё лицо руками. – Да, мы были близки в колледже, жили в оной комнате, иногда ходили вместе куда нибудь.

– У нее был молодой человек?

– Нет. Паула не хотела заводить никаких отношений, она хотела закончить колледж и пойти работать на престижную работу. Поэтому всякие попытки со стороны парней, она жестко отшивала.

– Может быть она говорила тебе, что ее кто-то преследует или домогается? Кто-то из отвергнутых ей парней, кто затаил на неё обиду?

– Был как- то один парень, ещё когда мы учились на первом курсе, мы познакомились с ним в клубе. Паула даже пару раз сходила с ним на свидание, но потом разорвала с ним всякие отношения, сказав, что он слишком много хочет от неё, поэтому она решила порвать с ним. Парень на тот момент видимо по- настоящему влюбился в неё, так как потом, какое -то время не давал ей прохода, забрасывая её бесконечными подарками. Он был намного старшее её и владел гольф клубом.

– Хорошо Хана, ты помнишь его имя?

– Он достаточно публичный человек, детектив Берч, его зовут Дарен Сакс.

– В каком клубе вы познакомились тогда с ним?

– Это не далеко от колледжа, клуб «1/2», на Шестнадцатой авеню на Юнион-сквер. – Паула говорила тогда, что не готова пока переспать с мужчиной старше себя просто ради забавы, ей хотелось настоящей любви. Пожалуйста, детектив Берч, прошу вас, тот кто сделал с ней это, должен понести наказание, найдите его! –девушка умоляюще посмотрела на меня.

– Мы работаем над этим Хана.

– А когда её можно будет увидеть?

– Пока это не возможно, я оставлю контакты ёе мамы, можешь связаться с ней, думаю она будет рада тебя услышать.

– Хорошо, спасибо, а теперь можно мне оплакать свою подругу в одиночестве?

– Да конечно, я уже ухожу.

Выйдя на улицу, я поправила свои волосы и надев темные очки направилась к машине, по дороге набрав номер Брайна.

– Удалось, что-то накопать? – сходу спросил он.

– О да. Брайн, мне нужно чтобы Дейв нашел адрес некого Дарена Сакса владельца гольф клуба, давай наведаемся к нему, на месте все подробно расскажу. Жду адрес.

– Хорошо, будет сделано. Встретимся на месте.

Через полчаса мы стояли с Брайном на пороге дома Дарена Сакса. Брайн постучал в дверь, но никто не ответил. Тогда он постучал понастойчивей. Спустя несколько минут, дверь распахнул мужчина с массой ругательств в нашу сторону.

– В чем дело? – прорычал он. Его светлые глаза, были сонными, на нем были одеты только брюки от пижамы, торс был голым. Смерив меня взглядом, он слегка улыбнулся.

– Мы из полиции мистер Сакс, хотим задать вам несколько вопросов. Будем говорить здесь или внутри?

Он молча отошел в сторону и впустил нас в дом. Входя в квартиру, мы показали ему свои удостоверения.

Он пожал плечами, затем пропуская нас отошел в сторону, приглашая нас пройти в гостиную.

– Я всегда рад видеть у себя на пороге очаровательного детектива Глорию Берч! Вы теперь как кинозвезда не сходите с экранов телевизора, расследуя убийства чокнутого художника. Хотите чего нибудь выпить, детективы?

–Нет, спасибо. Нас интересуют ваши давние отношения, которые были два года назад с девушкой по имени Паула Нортон, на тот момент ученицей колледжа – сказала я, одновременно осматривая комнату. Большая, просторная, теплая и уютная, все было выдержанно в стильных классических тонах.

– Что конкретно вас заинтересовало детективы? – обескуражено спросил Сакс, усаживаясь в кресло.

– Цель ваших отношений? На тот момент ей едва исполнилось восемнадцать – начал Брайн.

– У нас был чудесный, короткий роман, но как только я попытался приблизиться к ней физически, она отказала мне. Заявив, что я должен жениться на ней и принадлежать только ей одной. Я правда тогда без памяти влюбился в неё, она была молода и потрясающе желанная.

– Вы пытались изнасиловать её? Взять грубой силой? – уточнил Брайн.

– Нет, что вы детектив! Я бы никогда не поступил так с Пайлой. Просто… -он замолчал.

– Договаривайте, – настаивал Брайн.

– Понимаете, я публичный человек и был намного старшее неё, поэтому наши свидания были тайными. Однажды, она увидела меня в обществе другой девушки и приревновала, закатив мне сцену ревности. Она хотела, чтобы я принадлежал только ей. Но я люблю женщин и не могу принадлежать всю жизнь одной! Это был полный абсурд для меня, я служу всем женщинам на этой планете – разведя руками в стороны и мило улыбнувшись мне, сказал он.

– И что же вы сделали мистер Сакс? Решили от неё избавиться, убив её? – спросила я.

– Вы что спятили? Нет, вам не удаться повесить это на меня! Это чертова девчонка начала устраивать мне каждый день истерики, подозревая меня в том, чего я не совершал. В итоге, мне всё это порядком надоело и я решил порвать с ней. Но она стала преследовать меня. Являлась ко мне на работу, знала, где я обедаю и приходила туда. Не знаю, чем это все бы закончилось, но она внезапно пропала без вести, – он сел на кресло и обхватил голову руками.

– Сейчас ситуации явно не складывается в вашу пользу, мистер Сакс. И если вам есть что нам сказать, лучшего момента не найти, – пытался дожать его Брайн.

– Вы убили Паулу Нортон? – не унималась я.

– Нет! Говорю же вам нет! Погодите, вы сказали, убили? Она что мертва?

– Да. И вам понадобиться железное алиби в день ее исчезновения. Вы можете вспомнить, где были двадцатого октября два года назад, в промежутке между двумя и тремя часам дня?

– Я что подозреваемый? – он соскочил и начал метаться по комнате. Затем взяв ноутбук со стола он начал, что то активно искать, бегая пальцами по клавиатуре.

– Мистер Сакс, у нас крайне мало времени, если вы сознаетесь в убийстве, это значительно ускорит процесс задержания, – настаивал Брайн.

– Я пытаюсь от искать свое расписание, у меня все расписано по часам детективы. Это сегодня вам крайне повезло застав меня дома, я только пару часов назад прилетел из Лондона и пытался поспать. Ах, вот нашел! Посмотрите сами. – Он развернул свой ноутбук к нам экраном, чтобы нам было его видно. – В интересующую вам дату меня не было в городе, я был далеко от Манхэтона. У меня была бизнес встреча с послом Китая.

Действительно, так и значилось в его графе расписания. Нужно будет проверить его рейс и сел ли он тогда на это самолет. И что бы не терять время, я набрала номер Дейва Левински и попросила проверить данную информацию. Через некоторое время Дейв позвонил и подтвердил всю информацию.

– Он чист, – шепнула я Брайну на ухо. – Пошли от сюда.

– Мистер Сакс ,ваша информация подтвердилась, так что извините за предоставленные неудобства. Пока идет расследование, рекомендуем вам не покидать страну. Спасибо за сотрудничество. Если у вас появится новая информация касаемо Паулы, можете всегда связаться с нами в департаменте – выпалил всё Брайн двигаясь к выходу.

Выйдя спешно из его квартиры, мы оставили его одного в полном недоумении.

В восемь часов вечера подготовка к звонку шла полным ходом, мы все решили обустроиться в конференц-зале. Перетащив туда необходимое оборудование, Дейв возглавил команду электронщиков, которые будет всеми силами пытаться отследить входящий звонок. Приехал Брайн, майор Броуди должен был прибыть к девяти часам, так же как и Гейб.

Я немного волновалась, все- таки не каждый день тебе звонят серийные убийцы.

Я видела, как ко мне спешно приближался Брайн.

– Не дергайся Глория, все готовы, все начеку. Я только что подтвердил информацию, поболтавши с подругой Элен Фармер, её начальник, спал с ней.

– Уверен?

– Точнее и быть не может. Слишком подробно он знал о её жизни, я тут же засомневался, не веря ни одному его слову. И решил позвонить её лучшей подруге, кто как не они знают все секреты. Она подтвердила это. Начальник Элен некто Оларио, весьма подробно пролил свет на её образ жизни, родственников. Ничего сверх естественного, врагов вроде бы нет. Только куча друзей, она была душа компании. Классическая история, а по итогу – труп в мусорном баке.

– Я сказала Курту, чтобы он поторопился с телом Элен, с меня ему билеты на матч по бейсболу в первом ряду, он нынче дорого обходится мне, хотя кроме него я не могу никому так доверять. Знаешь, я решила не задавать вопросов по опроснику, хочу дать нашему психу свободно вести беседу, попытаюсь втереться к нему в доверие, что думаешь? – я посмотрела на Брайна.

– Думаю, ты все делаешь правильно. Расслабься, мы все рядом, надежнее и безопаснее места тебе не найти, – он взял меня за плечи и встряхнул.

– Спасибо.

На пороге появился Гейб, он всех поприветствовал, я тоже успела перекинуться с ним парой слов.

– Народ, у меня к вам предложение – вдруг сказал громко он, тем самым привлекая к себе внимание всех, кто был в зале. – Я решил, что у каждого из нас должен быть планшетник, на котором мы можем писать и подсказывать во время разговора детективу Берч свои идеи, давать подсказки. А она уже по ходу дела будет ориентироваться, что из этого ей может пригодиться. – Он окинул всех взглядом, ожидая одобрения. Не долго думая, все с энтузиазмом поддержали эту идею.

Я пошла к нему.

– Потрясающая идея Гейб, это поможет мне не терять равновесия в том случае, если он загонит меня в тупик. Когда рядом столько умов мне намного проще, спасибо что позаботился об этом – я улыбнулась и отошла от него одевая гарнитуру из наушников и микрофона себе на голову.

Тем временем подоспел майор Броуди, время было без пяти минут девять. Все присутствующие заняли свои места за стеклянным овальным столом, кроме меня, я не могла сидеть на месте и ходила по кругу.

Ровно в девять часов раздался звонок на мой мобильный.

Дейв приказал жестом, ждать три гудка, потом брать.

Выждав, я нажала кнопку принять вызов, и поставила телефон на громкую связь.

– Добрый вечер, детектив – послышался довольно приятный голос. Он говорил ровно и спокойно.

– Здравствуй.

– Жаль, что приходиться знакомится при таких обстоятельствах. Ах, вас наверное собралось не мало, чтобы меня услышать? Значит, по правилам этикета я должен представиться всем. Моё имя, Маркус.

– Очень приятно, наконец – то узнать твое имя Маркус, – я поймала волну решительности и вступила в игру.

– Вы умеете поддержать разговор детектив Берч, значит, я в тебе не ошибся и мы найдем общий язык и взаимопонимание. Получили ли вы сегодня от меня сувенир?

– Если ты о теле Элен Фармер, то да.

– Я решил, что тебе понравится, захотелось побаловать тебя, а то ты бедная все издергалась в поисках меня – он громко засмеялся, в смехе были леденящие душу металлические нотки.

– Зачем ты звонишь Маркус? – я задавала вопросы, а сама наблюдала, как ребята из IT бегали по клавишам с бешеной скоростью, перебирая кнопки, пытаясь отследить входящий звонок.

На мониторах пред ними были бесконечно закодированные слова, графики, файлы, они больше напоминали виртуозных пианистов.

Я посмотрела в сторону Дейва, он пока отрицательно покачал головой. Да собственно, я мало надеялась на успех.

Маркус. Теперь мы знаем его имя, он отлично знает, что мы будем пытаться отследить его, поэтому я не сомневалась, что он побеспокоился о своей безопасности. Интересно, Маркус его настоящее имя или вымышленное?

– Я захотел услышать твой голос Глория и подумал, что ты наверное захочешь поблагодарить меня за сувенир – он заговорил очень спокойно и размеренно.

– Нет, тут ты ошибся. Я не благодарю за трупы, Маркус! Чего ты хочешь?

– Детектив, здесь я решаю, какие вопросы задавать и на какие мне отвечать, это ясно?

Я посмотрела на Гейба, он заметив мое смятение написал на своем пленшетнике «Отдай власть в его руки, не задавай лишних вопросов, пока, стань его жертвой и просто отвечай». Я утвердительно кинула головой.

– Хорошо Маркус, как скажешь. Задавай свои вопросы, я постараюсь на них ответить.

– Сколько вас там собралось, детектив? Хотелось бы знать, масштаб моей аудитории.

– У нас команда из семи человек.

– Можешь отозвать своих электронных ищеек Глория, им все равно не отследить меня. Мой сигнал идет через весь земной шар, пора начать уважать мой интеллект, детективы! – казалось, он начинает злиться.

– Я делаю свою работу, ты убиваешь, я тебя ловлю. Приди, сдайся, я посажу тебя на электрический стул и покончим с этим.

Он снова громко засмеялся в трубку.

– Ты забавная Глория. Скажи, а доктор Гейб с вами?

– Да, он присутствует.

– Оценивает мой уровень психоза?

– Можно и так сказать.

– Тебе было хорошо с ним в постели?

В этот момент мне показалось, что вся земля уходит у меня из под ног. Маркус в прямом смысле этого слова «уложил меня на лопатки», мой взгляд метнулся в сторону Гейба. Помимо него, все сидящие за столом смотрели во все глаза на меня, хотелось бросить всё и бежать со всех ног. Маркус тонко уловил мою растерянность, почувствовав моё замешательство.

– Ой, прости Глория, я забыл, ты же не одна меня слышишь? Доктор Гейб действительно чертовски хорош собой, надо это признать, знаешь, мало какой женщине удается устоять перед его чарами и обаянием. Он умен, хорошо образован, начитан. Я был у него как -то на приеме, хотел поближе изучить его личность и познакомиться с ним, вряд ли конечно он вспомнит меня, ведь у него сотни клиентов. Думаю, теперь ваше начальство снимет тебя с дела детектив! Ты же переспала с подозреваемым, на кануне допроса. А-ха-ха, – послышалось в трубке.

Я посмотрела в сторону майора Броуди, и мне показалось, что своим взглядом он прожжет на мне дыру. Бессмысленно было отрицать слова Маркуса, я была готова нести наказание за содеянное, только не ожидала, что правда всплывет таким образом. Откуда он знает, что у Гейба сегодня был допрос? Это информация в закрытом доступе, у нас что завелся «крот» в отделе? И все же, я решила попробовать вывести его из себя.

– Я не спала с доктором Гейбом, ты ошибаешься – огрызнулась я.

– Ложь, не самое приятное качество в женщине, я знал, что ты будешь отпираться Глория! Ты все никак не можешь оценить уровень моего IQ! – я чувствовала, что он начинал злиться и заводиться, тон его стал чуть выше.

– Я очень ценю твой острый ум Маркус, но в этот раз ты ошибся, – я решила пойти во банк и разузнать, что у него есть на меня и Гейба? Или он блефует?

Я стояла спиной к столу, смотря на мониторы Дейва.

Краем глаза повернув голову, я заметила замешательство Брайна и майора Броуди, они вообще не понимали, что происходит.

Гейб себя ничем не выдавал, он оставался абсолютно невозмутимым и ровным. Тем самым он дал мне фору попытаться смой разрулить ситуацию.

– Нет! Ты решила скрыть правду!? Ты спала с доктором Гейбом и я требую, чтобы ты признала это!

– Я уже ответила на этот вопрос. И даже если бы это было и правдой, моя личная жизнь тебя не должна касаться, – я стойко стояла на своем.

– Глория, я последний раз тебе даю шанс реабилитироваться, потому что дитя сидящие напротив меня, не очень -то хочет умирать так быстро, а от твоего вранья, я буду вынужден отрезать по одной части её тела, пока ты не скажешь правду. Всё! С этой секунды, я меняю свои правила! – он явно был разозлен и бушевал от гнева. Маркус орал в трубку как ненормальный.

Такого никто не ожидал, мы не знали, блефует он сейчас или нет.

– Что за девушка перед тобой, Маркус? Как её имя? – нервно спросила я.

– Нет, нет, чертова сучка! Тебе так просто теперь не разговорить меня, ты считаешь меня идиотом, которого можно провести? Сначала, ты расскажешь мне все как было, затем я решу, что с этим делать дальше! – послышалось его дыхание, он явно был возбужден и агрессивен.

– Дай мне минуту подумать, это не так- то просто рассказать о таком интимном.

– От твоего решения зависит жизнь девушки, Глория. Как твое имя дорогуша?

На дальнем плане послышался голос совсем юной девушки:

– Мишель, – ответила она.

– Этого достаточно детектив, чтобы тебе было ясно, что я не блефую? –снова его истеричный смех.

Я развернулась к сидящем за столом, все активно писали на своих планшетниках, майор Броуди первым поднял свой : «Продолжай работать! твоя личная жизнь не касается работы, я ничего не слышал!» – это немного воодушевило меня, хотя я понимала, что потом он ещё устроит мне выволочку за это. Брайн написал : «Дай ему то, что он хочет».

Гейб поднял свой: «Расскажи ему».

Я набрала в легкие побольше воздуха и сосредоточилась.

– Я здесь Маркус, признаю, что я соврала. Да, я переспала с доктором Гейбом.

– Ну вот, совсем другой разговор детектив. Теперь я хочу, чтобы ты подробно мне рассказала об этом. Как он тебя имел? Где? Когда? Сколько раз? Я хочу знать все.

– Прежде чем я начну говорить, давай заключим сделку, мой рассказ в обмен на жизнь Мишель, – засунув руки в карманы, я начала ходить по комнате.

– Опять ты ставишь мне условия? Здесь я решаю! – сорвался он. – Я пока оставлю её живой, всё что я могу пока сделать для тебя, так это оставить ей пока лицо, не снимать его на живую, но все зависит от твоего рассказа, начинай говорить Глория!

И я начала говорить, во имя спасения девушки, подробно описывая сцену за сценой. Было чувство, что мне накинули на шею удавку, Маркус добился моего унижения перед всеми важными для меня людьми, это было мерзко и унизительно.

– Знаешь детектив, от твоих рассказов у меня встал член, не каждая способна завести меня словами, для этого женщине нужно обладать мозгами и хорошим воображением, чтобы так красочно описывать все происходящее. Продолжай детектив, я тут подумал, что пока ты будешь рассказывать, я буду трахать Мишель.

– Мы так не договаривались Маркус! – не сдержалась я, меня всю трясло от злости. Выброс адреналина в моей крови наверняка уже превысил норму допустимого.

– О, извини, я так не постоянен Глория. Ладно, ладно, я ей введу снотворное, чтобы она не сильно сопротивлялась, пока я буду иметь её. Ты знаешь Глория, я сейчас буду представлять тебя на месте Мишель, продолжай!

– Да пошел ты к черту, чертов псих! – это было уже выше моих сил, больше я не могла уже выносить это, я сорвала гарнитуру с головы и швырнула её в стену со всей силы.

– Не правильный ответ детектив! Я предупреждал, что бывает за неправильные ответы.

На заднем фоне мы услышали как Мишель умоляюще простонала :

– Нет, не делайте этого, прошу вас! – видимо снотворное уже начало действовать и больше у нее, не было сил кричать.

Затем послышался сдавленный крик.

Запиликал мой телефон, он прислал фото файл, выведя на большой монитор висевший в конференц -зале картинку, мы увидели, как он отрезал ей ухо.

Ком тошноты подкатил к горлу, я понимала, что на том конце провода монстр, которого ничто не остановит.

– Ты еще там детектив? – тяжело дышал он.

– Ты чертов ублюдок Маркус! Я доберусь до тебя и лично выпотрошу тебя! – моя ярость росла во мне, но руки у меня были связаны, он был хозяином положения.

– Мне продолжать детектив? Или ты продолжишь свой рассказ дальше? – ему явно импонировала главная роль.

Гейб сделал мне жест продолжать.

Я продолжила рассказывать, в трубке было тихо. Мне даже не хотелось представлять, чем он там занимался с Мишель, которой только что, минуту назад, отрезал ухо. Я пыталась не думать об этом, хотя образы сами лезли в голову. Я закончила говорить.

Повисла долгая пауза. Время медленно шло, но Маркус не подавал голоса.

В это время Дейв поднял палец вверх, это означало, что они засекли его. Брайн ринулся на указанный адрес, команда штурма была уже наготове, ожидая сигнала. Началась суматоха и беготня.

В это время, послышался голос Маркуса.

– Я закончил, детектив.

– Где Мишель?

– Как и обещал, она жива.

– За что ты поступаешь так с ними?

– Ты слишком любопытна Глория, знаешь, обычно я обезличиваю своих жертв, снимаю с них лицо прежде чем, насилую их. Я не хочу видеть их лица, для меня они все эти девушки безлики. Как тебе такое откровение?

– Почему, почему ты так поступаешь? – я старалась сделать голос как можно мягче и попытать расположить его к себе.

– Я не хочу привязываться и испытывать хоть какие-то эмоции по отношению к ним. Я гений, я творитель, художник, я словно Пикассо современного мира. Часть людей до сих пор не понимают картин Пабло и считают его чокнутым. Я создаю свои шедевры и мне плевать, что думают окружающие, у меня тоже есть свои поклонники и фанаты. Доктор Гейб начал уже копаться в моей голове?

–Нет.

– Ну, у него еще будет время. На сегодня хватит разговоров, я устал – он оборвал связь.

Я рухнула на стул и уронила голову на стол, подставив ладони.

– Глория, – окликнул меня Гейб.

Я не реагировала.

–Глория, – повторил он.

– Гейб, оставь меня в покое на пару минут, мне нужно придти в себя.

И плевать мне было, что по другую сторону стола сидел майор Броуди.

Нужно было собрать все мысли в кучу, решения я сейчас никакие не могла принять, так как информации в голове был много, мысли хаотично бегали и метались. Наши жизни были в руках психопата убийцы. Что сейчас он делает с Мишель? Вряд ли Брайн обнаружит его, скорее он позволил его обнаружить, оставит там очередную задачку.

Голос Гейба заставил меня поднять голову и слушать он заговорил со своего места.

–Итак, перед нами серийный убийца – психопат. Они чрезвычайно самовлюбленны и надменны, поразительно эгоцентричны и претенциозны. Они считают себя центром Вселенной, высшими созданиями, которым позволено жить по собственным правилам. Психопаты демонстрируют ошеломляющее безразличие к разрушительным последствиям своих поступков, не скрывая своих подлинных чувств, они спокойно заявляют, что не испытывают чувства вины и не сожалеют о причиненной ими боли. Они считают, что у них нет причин для беспокойства. Такие люди страдают скудостью чувств, т. е. им доступна только сильно ограниченная гамма эмоций. Несмотря на иногда кажущуюся холодность и бесчувственность, психопаты склонны проявлять свои эмоции в драматичной, хотя и кратковременной форме. У внимательных наблюдателей создается впечатление, что они просто играют роль. Психопаты могут утверждать, что их иногда переполняют сильные чувства, однако при этом они не в состоянии описать тонкости различных эмоциональных состояний. Так они, например, приравнивают сексуальное влечение к любви, разочарование к грусти, раздраженность к гневу. И именно такого человека вами предстоит поймать.

Я вздрогнула, когда меня кто-то похлопал по плечу. Обернувшись, я увидела майора Броуди. Соскочив со стула, встала пред ним.

– Извините сэр.

– Отдохни Глория, ты все сделала правильно. Я десять лет гонялся за ним и не знал даже как его зовут, не говоря уже об удачном расследовании. Держи меня в курсе, думаю он ещё не раз выйдет с тобой на связь, усиль охрану возле своего дома и работай дальше.

– Спасибо сэр.

Он похлопал меня по плечу и вышел.

– Гейб! – позвала я.

Он сидел уткнувшись в своем планшете, как ни в чем не бывало.

– Как думаешь, он пустил всех по ложному следу?

– Конечно. Думаю и Брайн это знает, но проверить все равно необходимо.

– Что думаешь по поводу Мишель, она жива? – я подошла и села рядом с ним в кресло.

– Он оставил свою жертву не в завершенном варианте, изнасиловал её не снимая лица. Маркус отклонился по твоей просьбе от своего привычного стереотипа, а так как он перфекционист, ставлю на то, что он позвонит еще сегодня. – Гейб взял меня за руку и его тепло успокаивающе начало действовать на меня.

– Как врач, я могу охарактеризовал его вам по его поведению, наверняка ты и сама уже много поняла из своего опыта работы.

– Говори, мне важно всё слышать и знать, лишнем твое мнение не будет.

– Могу дополнить только, что перед нами типичный серийный убийца. Услышав о серийных убийствах, мы обычно восклицаем: «Такое мог сделать только сумасшедший!». Скорее всего, так оно и есть, но только не в юридическом и не в психиатрическом смыслах слова. Для большинства из нас сдерживающим фактором служит уже предполагаемая вероятность осуждения. Нас ни на миг не отпускают мысли о самооценке. Как следствие, мы постоянно пытаемся доказать себе и окружающим свою нормальность, надежность и компетентность. Раз речь идет о серийных убийствах и то, что сейчас нам продемонстрировал Маркус, можно смело назвать психопатией. Он оценивая ситуацию (что он получит и какой ценой), не испытывает тревог, сомнений и переживаний о том, что он будет скомпрометирован, или причинит кому-то боль, или нарушит намеченные планы. Другими словами, обдумывая возможное действие, он не учитывает того бесконечного количества вариантов, которые всегда встают перед людьми с нормальной совестью. Тем из нас, кто прошел социализацию на «пятерку», представить, как воспринимает мир психопат, невозможно. У большинства из нас замешательство вызывает уже одно только слово психопатия. Буквально оно значит«умопомешательство» такое описание все еще встречается в некоторых словарях. Неразбериха со значением усиливается из-за того, что в средствах массовой информации оно часто употребляется в качестве синонима слов«душевнобольной» и «сумасшедший»: «Полицейские заявляют, что психопат оказался на свободе» или «Парень, который убил ее, должно быть, псих». Большинство врачей и ученых не употребляют термин психопат в таком контексте. Они знают, что психопатию нельзя рассматривать с позиции традиционных взглядов на психические расстройства. Психопаты не дезориентированы, не лишены чувства реальности и не страдают от бредовых идей, галлюцинаций и выраженного дистресса ,которые характеризуют большинство других психических расстройств. В отличие от психотических личностей психопаты мыслят рационально и осознают, что и почему делают. Их поступки – результат осмысленного выбора. Итак, если шизофреник нарушает закон (скажем, совершает убийство по приказу марсианина), мы не считаем его виновным ввиду «невменяемости». Если тот же поступок совершает психопат, его признают психически здоровым и сажают в тюрьму. Формально это выглядит так: является ли психопат душевнобольным человеком, или он просто нарушитель правил, отдающий себе отчет в своих действиях? Это далеко не умозрительный вопрос. Он имеет огромное практическое значение. Кто должен заниматься лечением и надзором за психопатами: учреждения здравоохранения или исправительные органы? Ответ нужен каждому судье, социальному работнику, адвокату, школьному учителю, психиатру, врачу, служащему исправительных учреждений и гражданину вообще, независимо от того, в каком уголке мира он живет – Гейб не успел закончить, как мой мобильный начал звонить, номер был не определен.

Мы с Гейбом переглянулись, ответ был очевиден, это Маркус, я надела гарнитуру и ответила.

Я сделала знак Дейву, он сел за компьютер.

– Снова ты Маркус?

– Как ты догадлива детектив.

– Ты уже распрощался на сегодня, чего тебе ещё от меня надо?

Послышался выстрел, затем последовал ещё один. Они прогремели как гром. Казалось, что потолок обвалился прямо на меня, все произошло так быстро и молниеносное, на доли секунды я впала в оцепенение и поняла, что он только что убил Мишель.

Гейб подлетел ко мне и схватил за плечи, в руках у него был планшетник. На нем было написано: «Не давай ему сломать тебя, сохраняй безразличие, он пытается выбить тебя из равновесия».

«Вот спасибо доктор, а то я сама не догадываюсь!». Надо признать, у Маркуса это не плохо получается делать.

– Это на твоей совести Глория, в мои планы не входило сегодня совершать убийство Мишель, но ты нарушила мои правила! Ты сука такая попросила сохранить ей жизнь! Сохранить ей лицо! – он перешел на дикий крик.

– Я трахнул её, не снимая лица! Я послушал тебя! Ты дрянь! На её месте должна быть ты! – у него началась истерика. – Ты, ты, будешь моим шедевром! – Он замолчал, потом уже совершенно спокойным тоном добавил. – У меня большие планы на тебя детектив.

Я молчала, Гейб показывал мне жестом, когда молчать, когда говорить.

– Слышишь? Глория? Я знаю ты там и слышишь меня, – он совсем успокоился и заговорил размеренно.

– Да Маркус, я тут.

– Когда ты не подчиняешься Глория, это выводит меня из себя. Я записал для тебя послание, ещё одно видео, на нем Мишель. Я хочу, чтобы ты посмотрела и сказала в чем мне себя усовершенствовать, ты поняла?

– Катись к черту ублюдок! – вырвалось у меня. – Ты чертов псих, Маркус, я в твои игры больше не играю, можешь поймать меня и искромсать на куски, но гори ты в аду!

– Ты так мило злишься детектив, я знал, что тебя не просто будет укротить словами.

Послышался выстрел, за ним еще один.

– Прекрати, прекрати, – закричала я скинув гарнитуру и заткнув уши руками, меня начало трясти.

Я схватила первый попавшийся стул и швырнула его в стену.

– Что это за выстрелы? Что это за выстрелы? Отвечай, Маркус! – орала я.

– К сожалению Глория, я не знаю как ее зовут. Наверное, надо поискать документы в её сумочке, они с Мишель вероятнее всего были подругами. Тебе обязательно знать её имя детектив? Я могу поискать, сделать это для тебя.

– Сколько их у тебя?

–Ну, ну, не все сразу Глория, тебе нужно её имя?

– Да, – совершенно обессилено ответила я.

– Тогда я перезвоню тогда, когда ты посмотришь видео. Он отключился.

Мобильный запищал, пришел очередной видео – файл.

–Дейв можешь пока не включать? – попросила я.

– Конечно, как будешь готова, дашь знать – сказал он, стараясь подбодрить меня.

–Наверное, я не скоро буду готова! Давайте ребята сделаем перерыв хотя бы на пол часа. Как там Брайн? Кто нибудь знает?

– Они уже едут обратно, Маркус дал нам ложный след! Не знаю что у него за мозги и техника, но он профессионал высокого класса, – Дейв накинул куртку на себя и поспешил вышел из зала.

Гейб подошел ко мне и обнял.

– Пойдем в твой кабинет, передохнешь, я принесу нам кофе, – он взял меня за руку и повел за собой.

Затолкав меня в кабинет, он закрыл дверь и произнес:

– Теперь, можешь дать волю эмоциям, я буду рядом.

Это подействовало на меня незамедлительно, я уткнулась ему в грудь и начала громко рыдать. Наверное, мне было это необходимо, это рвалось наружу. За час переговоров у нас было два трупа на руках, итого уже одиннадцать жертв. Скорее всего, я плакала от собственного бессилия, я не могла помочь этим невинным девочкам ничем. Хотя давала клятву под присягой, защищать народ от таких, как Маркус. Гейб прижимал меня к себе как маленького ребенка. Он усадил меня на диван и дал мне выплакаться. Затем, подал мне салфетки, чтобы я вытерла слезы, пододвинул стул поближе сев напротив меня и взял мои руки в свои. Теперь, я была его пациент – это бессмысленно отрицать, может я им и хотела стать?

– Мы совсем справимся. Я помогу тебе, можешь рассчитывать на меня, я буду рядом, хочешь ты этого или нет – он взял мой подбородок и поднял, чтобы видеть мои заплаканные глаза.

– Извини, я совсем расклеилась – вытирая платком слезы, сказала я.

– Тебе не за что извиняться. Храбрым полицейским тоже бывает иногда страшно, вы сделаны из крови и плоти. Все нормально, не вини себя. Ты ничем не могла помочь тем девушкам.

Наверное, он в чем-то прав, ему виднее, ведь это он здесь – мозгоправ.

– Тебе страшно Глория?

– Страшно, что гибнут невинные люди, а мы никак не можем поймать его.

– Давай я принесу нам кофе, тебе нужно немного прийти в себя и идти работать дальше. У нас еще одно не просмотренное видео, которое нужно посмотреть. Раскисать некогда, ты для него ключевая фигура, нужно искать его болевую точку.

Гейб оставил меня одну, выйдя за кофе.

Через несколько минут вошел уставший и злой Брайн.

– Глория ты как? – он уселся рядом со мной на диван, видя моё состояние, крепко обнял меня. – Мы только вернулись, след был ложный. Это был заброшенный склад, мы обшарили каждый клочок, но все напрасно.

– Есть видео. Он прислал еще одно, нужно его посмотреть, Гейб ушел за кофе. Сейчас немного передохнем, ещё минут пятнадцать и пойдем работать дальше –я откинулась на спинку дивана и закрыла глаза.

– Дейв рассказал мне вкратце что я пропустил, он курит уже третью сигарету подряд не останавливаясь.

– Я хочу, чтобы сегодняшний день уже закончился, а желательно вообще его стереть из памяти. Попытаюсь выведать у Маркуса имена семерых неизвестных нам жертв, посмотрим, удастся ли мне его так разговорить.

Вернулся Гейб, неся два больших стакана.

– Это очень мило с твоей стороны принести мне кофе, – беря стакан из рук Гейба, сказал Брайн.

– Всегда пожалуйста детектив Уэйн, уверен это приведет тебя в тонус.

– Видео, которое прислал Маркус, сейчас всех приведет в тонус! – отпивая из стакана сказал Брайн.

– Думаю, пора стать его реальной мишенью – неожиданно для себя сказала я.

– Я так и знал, что это придет ей в голову! – чуть не подавившись возмутился Брайн.

– Он не может контролировать свою эмоции, когда я ему не подчиняюсь. Нужно сыграть на этом, выманить его у нас точно не получится, а вот встретиться с ним? Есть шанс, что он клюнет!

– Ты окончательно спятила Глория!? – развел руками Брайн непонимающе.

Гейб молчал.

– У нас нет другого выхода, иначе он заляжет на дно, а если я буду дальше продолжать его выводить из себя, одному только Маркусу известно сколько еще он может убить невинных.

– Гейб, повлияй на нее. Скажи, что это полное безумие ставить на карту свою жизнь, – Брайн поставил руки в боки, и уставился на Гейба, ожидая его реакции.

– Она права, Брайн. У вас нет другого выхода, его можно выманить на «живца» его цель Глория, так дайте ему то, что он хочет, разработайте план операции, никто не отпустит её одну в логово к дракону. В следующий раз когда он позвонит, надо подать ему эту идею, посеять так сказать семя и увидите, оно скоро врастет и даст свои плоды. Мысль о том, что он может заполучить её, так его и манит, но пока, он может это контролировать, надо выбить у него эту почву из под ног.

– Где ты нашла себе такого парня Глория? – он повернулся ко мне и мило улыбнулся, показывая в сторону Гейба.

– Хватит трепаться, попробовать стоит, всю ответственность возьму на себя – я встала и направилась к выходу. – Идемте посмотрим видео фаил, уверенна там нас ждет много интересного.

Мы вошли в конференц – зал, там нас ждал уже Дейв с ребятами. Я сделала знак ему вывести видео на экран. Видео появилось. Содержание этого ролика я подробно не могу описывать, так как это было самое отвратительно и мерзкое, что мне приходилось видеть в своей жизни. Жестокое изнасилование Мишель. Она была под действием препарата и явно не понимала что происходит. Для меня это показалось большим облегчением, по крайней мере девушка не чувствовала всю ту боль и унижение, которое он вытворял с ее телом. Её лицо как он и обещал, он не тронул, её правое ухо было заклеено аккуратно пластырем, лица Маркуса видно не было, он надел маску.

Эта была маска из серии «Commedia» обманчиво проста и лаконична. Она была бронзового цвета или скорее всего даже выполнена из это материала. Маска была проста и в тоже время ужасающе отвратительна, казалось в этой простоте, кроются ее восхитительные возможности заворожить, отвести подозрение, осуществить тайные замыслы. Эмоции так явно и ярко выписаны на «лице» и придавали ей эту необычность.

Маркус был полностью обнажен, не считая маски. У него было спортивное телосложение, я бы сказала доведенное до совершенства, видно, что он много работал над своим телом. Скорее всего пытаясь произвести на меня впечатление, как он совершенен.

Волосы были темного цвета, но он с легкостью мог из перекрасить в любой цвет, его руки были ухоженными и это мне бросилось в глаза. Они были слишком холеными, не рабочими. Те извращения, которые он вытворял на экране, были ужасными, отвратительными и вызывали отвращение. В конце видио когда он кончил, он издал звериный стон. Затем он взял нож и отрезал Мишель оба соска, на этом ролик закончился.

Я окинула взглядом присутствующих, многие открыли окна и решили покурить.

– Ты в порядке Глория? – спросил меня Гейб сидевший в дальнем углу стола.

– Да, все нормально. Хотя кофе, которое я пила несколько минут назад, рвётся выйти наружу.

– И ты все еще хочешь стать его приманкой? – начал Брайн.

– Я не собираюсь спать с ним или добровольно позволить расчленить себя, мне нужно выманить его, установить контакт, на это и так потребуется немало времени. Его не так легко и одурачить.

В кармане зазвонил мобильный, все переглянулись. Это был Маркус.

Все заняли свои позиции и места.

– Ты посмотрела видео, детектив? – напористо спросил он.

– Как зовут вторую девушку, которую ты удерживаешь?

– Это не правильный ответ, Глория. Ты уже знаешь чем закончилось в прошлый раз, твоё не повиновение.

Он прав, если там вторая жертва, которая ещё жива, мы не можем рисковать её жизнью. Мне ничего не оставалось как ответить ему:

– Да. Ты как всегда на высоте и безупречен! Надо признать, это и потрясает, и ужасает.

– Хмм.. Не ожидал такого ответа. – Он задумался. – Не знаю, какую игру ты затеяла Глория? Но, к моему великому сожалению, я не верю не одному твоему слову. Ты же коп, а это значит все что ты говоришь, ложь! –выкрикнул он.

– Тебе нужны были зрители для твоего шоу? Ты просил моё мнение? Я сказала тебе его, а веришь ли ты мне или нет мне глубоко, плевать Маркус! – я действовала по строго намеченному плану, который мы накидали с Гейбом.

– Проклятая сучка, ты вздумала играть со мной по своим правилам?

– Заметь, не я это сказала! Вообщем Маркус, я предлагаю тебе сделку, ты называешь мне имена всех семи жертв, которые до сих пор нам не известны и говоришь, где останки тел. Я в свою очередь, предлагаю тебе встретиться. Ты себя позиционируешь как художник, значит, любишь творить! Напиши для начала, меня, на своей картине, будешь писать с натуры – я готова позировать тебе.

Послышался громкий продолжительный смех.

– Ты действительно решила, что я пойду на это? Почему я должен поверить тебе?

– Потому что ты хочешь этого, я сама приду к тебе.

– Ах, Глория, Глория. И что, доктор Гейб не против того, что ты попадешь напрямую в мои лапы? Я не даю тебе гарантии, что ты выберешься живой от меня, ты же должна это понимать!? Наверняка все окружающие тебя люди, против твоей затеи Глория, готов спорить на что угодно! Но нет, ты же отважная, как «Капитан Америка», хочешь доказать что ничего на свете не боишься. Это забавно, ты еще безбашенней, чем кажешься. Я так рад, что я не ошибся в тебе, когда подбирал себе достойного соперника. Когда я начинаю думать о тебе, как ты мне будешь позировать, у меня встает член, как же я хочу тебя поиметь! Пожалуй, я подумаю над твоим предложением, надо хорошенько всё обдумать.

– Как скажешь Маркус, даю тебе два дня. Дальше предложение уже не будет актуально! – я облегченно выдохнула, хотя бы он согласился подумать.

–Фантазия что-то разыгралась у меня, детектив – он начал тяжело дышать в трубку. – Скажи, а доктор сейчас Гейб рядом?

– Да.

– У него есть уже диагноз относительно меня?

– Думаю, что у всех на твой счет есть свои выводы, включая доктора Гейба. – Я посмотрела в сторону где сидел Гейб.

– Мне кажется, ему самому надо было бы подлечиться, он хочет отпустить тебя ко мне, даже после того, как он видел, что я делаю с Мишель. У меня появились кое- какие мыслишки, если ты придешь ко мне, то должна быть готова к тому, что ты будешь полностью обнаженной. Никаких жучков, типа в часах, на цепочках и тому подобного. На тебя будет направлен лазерный прицел моей винтовки. Если я почую хоть малую толику того, что меня твои дружки взяли на мушку, ты мгновенно умрешь. Готова ли ты все время быть под прицелом? – я слышала в его голосе предвкушение. Он не мог себя контролировать, ему так хотелось получить меня к себе, как съесть заветный кусок торта на день рождение.

– Я отвечала уже на этот вопрос, назначай время и место и покончим уже с этим. Но сначала не забудь имена всех жертв и места где ты спрятал их останки. Это честная сделка, не будет имен, не будет меня.

В трубки послышались короткие гудки, он отключился.

Я села в кресло снимая наушники, я только что подписала себе смертный приговор. Но у меня не было другого выхода, я полицейский и давала клятву защищать и оберегать покой граждан. Если даже мне не удастся выбраться живой, умру при исполнении, логическое завершение моей проклятой жизни. Ни детей, ни родственников. Посмотрев на часы, я увидела, что время уже показывало первый час ночи.

С нас на сегодня более чем достаточно, пора убираться отсюда домой.

– На сегодня всем спасибо за проделанную работу. Всё, мальчики идите в бар и как следует выпейте, потом по домам. Сегодня был напряженный день, мы все заслужили хорошую выпивку и отдых.

Брайн, Дейв и остальные ребята быстро собрали свои вещи и через пару минут их и след простыл, я проводила их до лифта, а затем, вернулась в зал где ещё оставался Гейб. Я обнаружила его разговаривающего с кем -то по телефону, облокотившись на стену и засунув руки в карманы брюк, я стала терпеливо дожидаться его. Из обрывков кинутых им фраз, было понятно, что разговор деловой, поэтому я терпеливо ждала, хотя честно говоря, я уже с ног валилась от усталости. Я прижалась к стене, облокотила голову на стену и закрыла глаза.

Мне показалось, что я так целую вечность простояла, прежде чем почувствовала прикосновение его руки.

– Поехали домой детектив, тебе нужно хорошенько расслабиться и отдохнуть. Я приготовлю тебе джакузи, – он легонько поцеловал меня в шею.

– Мне это не сниться? Хоть перед смертью поживу красиво – пробормотала я натягивая улыбку из последних сил.

– Ох уж ваш этот черный юмор детектив! – взяв меня за руку, он повел меня за собой.

Видимо в машине я сразу уснула, открыв глаза, я увидела, как мы подъезжали к дому Гейба, судя по всему. Перед моими глазами был шикарный особняк, сделанный со вкусом и стилем. Он был огромен, ничего лишнего и помпезного.

–Ты что, тут живешь? – вырвалось у меня от полного изумления.

–Тебя так это удивляет? Я должен где -то жить Глория, – засмеялся он.

– Зачем тебе такой огромный дом одному?

– В перспективе я хотел бы иметь полноценную семью, к тому же, у меня много родственников обожающие гостить у меня. И так как я очень гостеприимен, то не редко у меня проходят вечеринки, благотворительные вечера, вообщем как ты смогла уже заметить одни преимущества от такого особняка.

Он припарковал машину возле крыльца, вышел, обошел машину, открыл дверь с моей стороны и подал руку. Поднявшись по ступенькам, он отворил дверь и мы вошли в холл. Помещение оказалось очень большим и просторным, на стенах висели изысканные светильники, пол покрыт мрамором, и он настолько был начищен, что свет от светильников отражался в нем и сверкал. Тихо играла классическая музыка. Больше все это напоминало музей, из холла на второй этаж вела широкая лестница. Я как девочка попавшая в страну зазеркалья. Не знаю, сколько на все это потрачено денег, но явно очень не мало. Наверное, мне надо было бы пересадить пол планеты преступников, чтобы заработать на такой дом.

– Проходи, не стесняйся. Мы сегодня одни, персонал я отпустил, не хотел, чтобы тебя кто-то смущал. Хватит с тебя на сегодня сюрпризов. – Он обнял меня за талию и повел по большому холлу в комнату.

Он провел меня в гостиную, там уже был зажжен камин, огонь медленно горел, обнажая деревянные поленья. Диван и кресла были подобраны со вкусом, в углу стояло кресло – качалка. По ширине всей комнаты много скульптур, ваз, сосудов и прочего антиквариата.

Возле окна с видом на панораму города, был накрыт столик на двоих.

– У нас что свидание? – я изумленно подняла брови.

– Нет, просто ужин. Для начала, поднимись на второй этаж, там тебе ждет горячая джакузи, я сейчас догоню тебя.

Сил спорить у меня не было и я поплелась на второй этаж ища ванную комнату. Обнаружив её, я сбросила одежду в комнате рядом, это была некая гардеробная для ванной комнаты, в одной части ты раздеваешься, в другой, висят халаты, одноразовые тапочки, шапочки, итд.

Обнаженная, я прошла в комнату с джакузи, она была выполнена в современном стиле переливаясь перламутровым мрамором. Комната была просторная, зайдя в нее сразу погружаешься в атмосферу релакса, здесь был слегла приглушенный свет, по периметру комнаты горели арома-свечи и не громко играла лаунж музыка.

Посредине стояло большое, прямоугольной формы джакузи, с одной стороны отгороженное огромным стеклом, темно-коричнево цвета, за которым находилась душевая. Джакузи было огромным, оно было наполнено пеной, запах стоявший в комнате отдавал цитрусами и ванилью.

Внутри него, находились с двух сторон специальные валики для изголовья. Слева от джакузи, располагалась зона раковин и всяких шкафчиков, справа – душевая. Прямо над джакузи располагалось два окна, на которых были рулонные шторы, а на подоконниках стояло много зажженных свеч.

Да, Гейб умеет подготовиться и произвести впечатление.

В добавок ко всему рядом с джакузи стоял поднос, на котором было приготовлено ведерко с шампанским, фрукты и шоколадные конфеты различных конфигураций.

Я стояла несколько минут всё рассматривая не веря, что я попала в эту сказку. Затем нырнула в ванную и погрузилась в эту божественную воду и пушистую пену.

Струи воды в джакузи массировали мое тело и я позволила себе, наконец -то расслабиться. Откинув голову на валик, я закрыла глаза и погрузилась в заполняющую пространство музыку.

Я не слышала когда пришел Гейб, открыв глаза я увидела как он стоял в проеме комнаты. Не знаю долго ли он там стоял, Гейб был по пояс раздет на нём были только джинсы. Руки сложены на груди, судя по всему наблюдал за мной некоторое время.

– Давно стоишь? – повернув голову в его сторону спросила я.

– Не хотел тебя тревожить, хотел полюбоваться тобой в пене.

– Очень мило, с твоей стороны.

– Пользуйтесь детектив, когда вам захочется. Можно к тебе присоединиться? Думаю шампанское уже пора давно отрыть.

Я позвала его жестом.

Пройдя к ведерку с шампанским он открыл его, разлил по фужерам протянув мне один. Затем, сняв с себя джинсы, он остался абсолютно обнаженным, дав мне еще раз, тем самым, насладиться красотой его упругого тела. Погрузившись в воду и взяв свой фужер, он приблизился ко мне.

– Я предлагаю выпить, за конец этого насыщенного дня, знай, ты была великолепна, чтобы ты себе не надумала.

Мы выпили шампанское, начали болтать и хорошо проводить время. Пробыв в джакузи около пары часов, мы перебрались в гостиную, вкусно и сытно поужинали и добравшись уже к рассвету до спальни провалились в сон как в кроличью нору.

Открыв глаза, я увидела пред собой на тумбочке электронные часы, они показывали семь часов утра. Я проспала почти четыре часа, сбрасывая с себя сон, вытирая глаза руками, я поднялась с кровати. Гейба не была рядом. Я вышла в коридор и услышала шум воды доносившийся их ванной комнаты. Скинув на ходу с себя махровый халат, я не раздумывая направилась к нему. Мне хотелось смыть с себя весь сон, переутомление за последние сутки, хотелось, чтобы вода и теплые струи прогнали туман в голове, ну и конечно мне нужен был Гейб. Вчера у нас не было сил предаться плотской любви, так как мы были вымотаны морально, не говоря уже о физическом состоянии. Но сегодня с утра, я чувствовала в себе прилив сил и желания к нему.

Подойдя к просторной, стеклянной душевой кабине я увидела, что он стоит ко мне спиной, упершись обеими руками в стенку, а струи воды покрывали его тело. Длинная спина, крепкие ягодицы, мускулистые руки все это дело его безумно сексуальным, скорее всего он сам недавно проснулся, чувствуя себя не лучше меня. Я проскользнула к нему в душевую кабину, обвила руками его талию, прижавшись всем телом к его спине. Гейб развернулся и обхватил ладоням моё лицо, покрывая поцелуями мой лоб, щеки, губы и шею.

– Я хотел, чтобы ты еще немного поспала, поэтому не стал будить тебя, детектив.

– Все нормально, я почти выспалась – вновь прижавшись к нему и положив голову ему на грудь.

Вода омывала нас обоих со всех сторон. Кабину заполнял пар. Я запрокинула голову. Он впился в меня своими губами, нежным поцелуем, глубже и глубже, его пальцы впились в мои волосы, а губы шептали, что -то нежное. Я стала целовать его шею, чувствуя каждую его пульсирующую жилку, а мои руки тем временем гладили его сильную спину. Руки Гейба, скользили по моей коже, изучая каждый уголок. Он медленно развернул меня к себе спиной и прижался сзади, обхватив мою грудь своими ладонями, его губы ласкали мою шею и плечи.

Я сладостно застонала, обвила его шею одной рукой и задрожала, когда его руки скользнули вниз. Он чувствовал меня, знал, что я готова принять его. Эта моя слабость перед ним, возбуждала его, остатки утренней усталости, сразу растворились в страсти и любви. Он схватил меня за бедра и овладел мной. Вокруг нас клубился пар, вода стекала по стёклам кабинки, и струилась по нашим телам. Это было не просто наслаждение, это нечто невыносимое. Мы тонули друг в друге, давая тем самым, надежду на будущее. Пик наслаждения не заставил себя долго ждать.

Спустя полчаса мы вышли из ванной.

– Я взбодрилась, – сказала я надевая на себя мягкий пушистый халат. – Сон и секс это удачная комбинация для придания себе свежих сил по утрам.

– То что доктор прописал, – засмеялся Гейб. – Пойдем перекусим, я ужасно проголодался.

Мы пошли в гостиную, где уже был накрыт стол с завтраком. Я ни разу ни с кем не пересеклась в его доме, ни с домработницей, ни персоналом по дому. Они были невидимы, все как по взмаху волшебной палочки появлялось в этом доме. На столе была подана яичница с беком, тосты, фрукты, апельсиновый сок, две чашки кофе, в общем не завтрак, а целый пир.

– Скажите доктор Гейб, круассаны случайно, не из самого ли Парижа доставлены?

– Эти нет, но если ты хочешь поесть круассаны из Парижа, то могу заказать билеты на самолет – он лукаво улыбнулся, накидывая салфетку из белого хлопка себе на колени.

– Нет не споит, я не привыкла к такому размаху. И как же ты так сказочно разбогател?

– В силу разных причин – отламывая кусочек круассана, ответил Гейб.

– Назови хотя бы несколько.

– Целеустремленность – сказал он выдержав небольшую паузу.

– Всё? – я взяла чашку с кофе и спокойно встретила его пронзительный взгляд. – Всё человечество стремиться заработать много денег и жить в роскоши и богатстве.

– Значит их желание не настолько велико, возможно на каком-то этапе они сдаются, у них опускаются руки. Не нужно бояться преград, нужно уметь бороться, рисковать.

– А ты не боялся?

– Нет. Я люблю комфорт, поэтому прикладывал максимум усилий, чтобы достичь своей зоны комфорта. Он положил мне на тарелку несколько листиков салата из тарелки с нарезанными овощами. – А знаешь, мне кажется, мы с тобой очень похожи в этом плане, Глория.

– Что ты имеешь в виду?

– Тебе, судя по-всему, с детства охота было быть полицейским, ты готова идти по головам, сражаться, доказывать, рисковать. Ты не выносишь дискомфорт, поэтому ты себя так терзаешь на работе, потому что там постоянно приходиться подчиняться бюрократии и нарушать закон, потому что кому- то так надо сверху. Я делаю деньги, ты борешься за справедливость. Мне кажется, здесь можно провести параллель – он замолчал и сделал глоток кофе из своей чашки.

– Как тонко ты можешь проанализировать натуру человека – усмехнулась я.

– Чтобы составить мнение, не требуется много времени. Не у каждой девушки есть та глубина, самообладание, целеустремленность, какая есть у тебя, Глория.

– Не надо вести обо мне речь! – я вышла из себя, мне совершенно не хотелось, чтобы он переводил разговор в эту плоскость, судя по его взгляду ему было любопытно наблюдать за мной.

– Сейчас я не врач, а мужчина, которому ты не безразлична, только и всего. Как тебе нравится бекон?

– Чудесно! – я была вынуждена признать, что всё вокруг – обстановка, угощение, было превосходным. Это было все равно, что оказаться в другой вселенной, в другом пространстве. – Кто же ты такой, доктор Гейб?

Он лишь улыбнулся и продолжил кушать.

– Ты же у нас детектив, вот и догадайся.

– Ладно умник, сейчас мне нужно будет наведаться в морг к Курту, посмотреть, что ему удалось для нас обнаружить поработав с телом Элен. Надо понять, жертвы Маркуса случайны или он их выбирает по каким-то критериям. Нужны имена неизвестных нам ранее жертв. Ты вчера проверил у себя, Элен Фармер, не была твоей пациенткой?

– Да проверил, в моей базе данных она не числится. И кстати, можешь взять мою машину.

– Ты серьезно? Хотя я могу позвонить Брайну, он может заехать за мной.

– Я просто предложил. Если тебе нужно, пользуйся, я могу сам тебя подкинуть до морга, но мне нужно ещё немного поработать дома кое с какими документами, поэтому я предлагаю тебе самой добраться. И чтобы сразу предугадать ответ на твой следующий вопрос, в гараже у меня есть ещё пару машин, так что за меня не переживай.

– Ну конечно, мне стоило догадаться. Я не против погонять на твоем Bugatti Chiron. Даже не хочу знать, сколько стоит эта тачка, потому что она безупречна, шикарна и наверняка стоит баснословных денег. Ну все, мне пора бежать. Спасибо, кажется, я вполне наелась всеми гастрономическими изысками, а теперь меня ждет служба.

– Это всего лишь машина Глория, в жизни есть вещи по ценней. – Гейб поднялся из за стола и подойдя ко мне протянул свою руку.

– Это очень мило с твоей стороны, уделять мне столько внимания. – Гейб с усмешкой указал на дверь из гостиной и вышел следом за мной.

Он помог мне одеть пальто, затем резко развернув меня к себе, впился мне в губу своим поцелуем.

– Теперь, детектив, можешь идти ловить плохих парней – прошептал он.

– Мне явно нравиться начало этого дня –весело ответило я.

Накинув шарф и выбежав из дома, я оставила его на крыльце наблюдать, как я уезжаю на его шикарной тачке.

Глава 8

Машина была просто изумительна, она является самым быстрым, самым мощным и эксклюзивным серийным супер спортивным автомобилем в истории «Bugatti». Ее сложный дизайн, инновационные технологии и культовая, ориентированная на производительность форма, делали ее уникальным шедевром искусства, формы и техники выходящим за пределы воображения. Каждый элемент «Chiron» представляет собой сочетание воспоминаний о его истории и самых инновационных технологий. Результатом является уникальное создание, захватывающая дух, своей маневренностью, обтекаемостью и конечно же скоростью, не говоря уж о комфорте. Находясь в хорошем расположении духа, я набрала номер Брайна.

– Доброе утро детектив,– послышался его бодрый голос.

–Привет. Я направляюсь к Курту, хочу разузнать, что ему удалось для нас успеть сделать. Тебе удалось связаться с родственниками Элен?

– Я этим сейчас занимаюсь. Её родители живут в Миннесоте, вчера их оповестили о гибели дочери, сегодня они должны приехать на опознание, и потом забрать тело для погребения. Как прошла твоя ночь?

– Отлично.

– Так ты теперь с Гейбом?

– Я не знаю Брайн, ты как никто знаешь меня, серьезные отношения не входили в мои планы. Поэтому, все пока не понятно, для себя я ещё не разобралась.

– Может он прочистит тебе как следует мозги и ты изменишь своё отношение к жизни – засмеялся в трубку Брайн.

– Очень смешно. Майор Броуди не заявлялся?

– Да, хотел тебе сказать, что сегодня в пять часов брифинг для прессы, мы приглашены и догадайся, у кого главная роль?

– О только не это! Черт бы их всех побрал! – я выругалась. – Ладно, я отключаюсь, подъехала к дому с мертвецами, потом приеду в офис, там встретимся.

– До встречи. – Брайн отключился.

Я припарковалась на парковке возле морга, закрыла машину и отправилась прямиком ко входу. Зайдя вовнутрь, я как всегда оказалась среди стен покрытых белым кафелем. И это вызывало во мне удручающие чувства. Я двинулась прямо, и пока я шла по бесконечному коридору эхо от моих шагов, разносилось повсюду. Здесь всегда бывает так тихо, что, кажется можно услышать собственные мысли.

Я дошла и остановилась перед двойными дверями, ведущими в прозекторскую. Надев висевший рядом одноразовый халат и бахилы, я толкнула дверь и решительно вошла вовнутрь.

За своим рабочем столом сидел Курт. Сегодня он был одет в темно -серый спортивный костюм. Наверное, он переодел его недавно, потому что запах порошка от белья ещё был совсем свежим. Он сидел на металлическом стуле и не сразу встал, увидев меня, он пил кофе.

– Привет Глория, кофе будешь?

– Привет, нет спасибо, я позавтракала уже.

– Ну как хочешь, – он отставил стакан в сторону и поднялся. Курт пересек комнату и подошел к компьютеру в дальней части комнаты, на стене висел монитор и видимо он собирался показать мне результаты. Сегодня, судя по всему, Курт был не в самом хорошем расположении духа.

Я молча прошла в дальней конец комнаты и встала с ним рядом. На экране появилось тело Элен.

– Все раны на её теле были промыты дочиста? – первое, что спросила я.

– Чистая работа – ответил Курт стоявший рядом, стремительно повернувшись ко мне. – Да ты права, он очень методичен. Видишь, какие раны на конечностях? Неглубокие, тонкие, длинные. – Скорее всего он сделал это скальпелем.

Я наклонила голову и подошла поближе к экрану, чтобы лучше рассмотреть;

– Они нанесены с большой точностью. Такие на живом теле нельзя сделать, скорее всего, он накачивает их наркотиками, потом уже делает надрезы.

– Я тоже придерживаюсь этой версии – уточнил Курт.

– Наверняка для начала он ее связал. Тогда где весь кайф? Она же не почувствует боли, если он накачает ее сразу наркотиком.

На экране появилось другое фото.

– Смотри, на сгибе локтя я обнаружил следы ожогов, предположу, что они были нанесены лазером. А вот посмотри на внутреннюю поверхность бедра – он переключил снимок. – Здесь следы такие же. – Появился следующий слайд. – Видишь, какие еле заметные дырочки от инъекций?

Я утвердительно кивнула головой.

– Они есть только на шеи, – он вновь вернул снимок всего тела, подошел поближе к экрану и рукой стал показывать зоны на теле. – На груди и под ней более глубокие раны, так же у нее обширные следы ожогов и кровоподтеков. После того как он выпустил в неё всю обойму, он деликатно удалил все пули, затем нанес ей все те увечия, которые представлены. Все раны вымыты и даже следов пороха нет в ранах, всё чисто. Парень явно профессионал и знает своё дело.

– Увеличь пожалуйста, мне её лицо – попросила я.

– Пойдем, посмотришь в живую на неё. Одень очки – микроскопы.

Он подошел к холодильнику, открыв нужный шкаф, выдвинул металлическую полку с телом. Откинув простынь, пред нами предстало изуродованное тело Элен. Она напоминала тряпичную куклу, и от ее былой красоты ничего не осталось, я с трудом представляла, как родители её опознают.

– Что видишь? – спросил Курт, глядя на меня.

– Я хочу поближе взглянуть на её лицо. – Я максимально склонилась над ней, Курт в это время прикатил передвижную лампу с очень ярким светом. У неё нет следов от кляпа. Значит, он не затыкает своим жертвам рты, ну по крайней мере с Элен он точно этого не делал. Нет ничего, чтобы повредило её кожу. Соответственно они могут орать и кричать сколько угодно, их никто их не услышит.

В этот момент на компьютер Курта пришли какие-то сообщения, и сигнал оповещения начал уведомлять о них.

– Прости, это наверное из лаборатория, я пока отойду и оставлю тебя.

Я продолжала размышлять, оглядывая всё тело Элен более детально. Значит, у него есть убежище или частный дом, тихое место, где его никто не потревожит. Может он получает удовольствие от их криков, может его это возбуждает?

– Глория, пришли результаты из лаборатории, – крикнул он со своего места. – В крови найдена большая доза наркотиков, там смертельный коктейль. Так же обнаружены следы воды и протеина, он кормит их через капельницу, поддерживая их жизнь некоторое время в наркотическом состоянии. Странная забота накануне убийства.

– Он с каждой жертвой работает индивидуально, и к каждой свой подход, одни ему нужны для забавы, другие для своих экспериментальных картин. Он держит их в состоянии жизни столько, сколько ему нужно, затем он делает это. – Приподняв ногу убитой, я указала на ступню, на которой были глубокие надрезы. – Да, затем он ждет, когда она истечет кровью.

– Я бы сказал на спускание крови у него уходит около двух часов, максимум три.

– Чем он её мыл есть результаты? – поинтересовалась я.

– Нет ещё, они не готовы.

– Спасибо Курт за оперативность, мне нужно теперь ехать в управление, доложить майору Броуди. Поработайте над образцами, мы должны сцапать этого поддонка. Вознаграждение, как я и обещала ждет тебя, два билета на первый ряд, лучший матч по баскетболу, – я сняла маску и отошла от тела девушки.

– Дорогая, мы и так на пределе возможного работаем, ты же видишь по моему цвету лица. Глория ты как сама? У тебя все в порядке? – Курт подошел ко мне взяв за плечи и заглянув мне прямо в глаза, пытаясь найти в них ответ.

–Все хорошо Курт, не беспокойся, это я в этом городе прикрываю ваши задницы, я со всем справлюсь.

– Хорошо, береги себя. Как что – то будет новое, я сразу тебе сообщу.

Я вышла из прозекторской, помахав ему рукой, стянула с себя халат и выбросила его в урну стоявшую рядом. Теперь нужно ехать в управление впереди меня еще ждал брифинг с прессой.

Глава 9

Добравшись до управления и зайдя к себе, пройдя мимо всей этой шумной толпы полицейских, время пересменки в управлении, я решила сварить себе кофе. В кабинете у меня стоял с кофемашина, но я редко ей пользовалась, так как все время брала кофе из уличных торговых точек или на общей кухни, которая располагалась в конце коридора нашего этажа. Запрограммировав себе кофе эспрессо, я дождалась когда машина сварит его, и выпила не отходя одну чашку, надо было взбодриться.

Затем усевшись за рабочий стол, я быстро просмотрела текущие дела и распределила нагрузку по другим детективам, прекрасно понимая, что они будут очень этим недовольны.

Я налила себе вторую чашку кофе и начала составлять подробный отчет, когда в кабинет вошел Брайн. Он положил передо мной небольшую коробочку. Распечатала её, я вдохнула аромат только что испеченных пончиков.

– Они восхитительно пахнут Брайн, ты решил подкормить меня?

– Да, решил, что порция пончиков тебе не повредит. – Брайн сел напротив в кресло для посетителей, держа в руках еще одну такую же коробочку.

Раз уж коробка стояла передо мной, я решила съесть один пончик.

– Налей себе кофе, там еще осталось для тебя – я указала на столик с кофе аппаратом.

– Пожалуй, я не откажусь, к тому же я себе тоже прихватил порцию пончиков – он указал на коробку. Встав, Брайн подошел и налил себе кофе.

– Ты забронировал нам зал для пресс -конференции с прессой?

– Да, в пять часов начало. Майор Броуди и сенатор Хэрис тоже будут присутствовать, не хотел так тебе быстро портить аппетит, но лучше все сразу сказать, – он достал из всей коробки первый пончик и надкусил его запивая свежее сваренным кофе.

– Ладно! Мне надо оформить еще отчет, сделать несколько важных звонков, а ты пока можешь взять документы и подготовиться тоже к брифингу, одна я туда не пойду, будешь рядом со мной. И еще, попроси пару патрульных, пускай перетащат из зала все коробки с документами, которые там остались после наших вчерашних дел по Маркусу, ко мне в кабинет. Через пару часов я закончу и соберу вас всех здесь, можешь оповестить команду.

– Кто тебе будет нужен? – доедая пончик, спросил он.

– Все кто так или иначе причастен к этому делу, пора задействовать всех, собрать все воедино и перехитрить Маркуса. Мне нужен будет Дейв, пригласи ещё Шилетти и Фолиуса, они теперь тоже участвуют в этом деле. Я перекинула утром им копии дела, так что они как раз успеют ознакомиться с ним. Ещё мне будут нужен детектив Рой Питерсон.

– Ты что серьезно? – чуть не подавившись пончиком, недоумевая спросил Брайн.

– А когда я шутила на работе? Он нужен мне не смотря на то, что он только недавно тут работает, парень поразительно пронырлив, он достанет всё, что хочешь из под земли. Еще пару рядовых возьмешь под свое крыло, я советую тебе взять – Кальвина Верелла и Нэда Локведа. Нагрузи их, я хочу, чтобы они проверили в других штатах похожие преступления, где- то Маркус должен был начинать тренироваться, это должны быть преступления с похищением примерно двадцатилетней давности, до сих пор не закрытые дела. Проконтролируй их, пускай отчитываются пред тобой или присылают мне рапорты на электронную почту – я доела свой пончик, вытерла руки влажной салфеткой, которая лежала в шкафчике моего стола.

– Хорошо, хорошо, я буду нянькой. Что сказал Курт, есть новости?

– Да он изучил тело ещё не до конца, пришли результаты с лаборатории, надеюсь, к обеду их будет больше. Я подробно обо всем расскажу на предстоящем брифинге.

– Всё? – Брайн допивал свой кофе. – Доктора Гейба пригласим на «вечеринку»?

– Набери ему, если он будет не занят, пускай подъедет.

– Он теперь становится нашим штатным специалистом? – он изогнул вопросительно как всегда одну бровь.

– Именно в этом случае, да. Мне нужен он как профессионал своего дела, всеми остальными делами я занимаюсь с ним в не рабочее время.

– Сегодня кто-то решительно настроен, ну ок, все по местам и начинаем усиленно трудиться. – Брайн встал с кресла и вышел за дверь.

Ровно в два часа дня я была готова к брифингу, в коробках которые принесли патрульные было больше файлов чем, наверное во всем архиве. Я копалась в бумагах, когда в дверях замаячил Брайн.

– Ты как раз во время! Где все остальные? – повернувшись к нему, спросила я.

– Сейчас все будут, тебе помочь? –подходя к коробкам с бумаги, уточнил он.

– Да. Давай сначала разместим на доске дополнительные файлы по текущему делу Маркуса, а потом уже погрузимся в более ранее детали этого дела. Я вытащила нужные файлы и разложила их на столе перед доской. Курт прислал распечатки и снимки тела Элен Фармер, развесь их на доске.

– Хорошо.

Я подошла к доске, взяв в руку мел, одна часть доски была свободна и я решила написать в столбик имена тех жертв, которые нам уже были известны, а рядом записывать данные о которых нам известно, только основные факты.

В кабинет вошел Дейв. Он увидел перед собой большую доску с кучей фотографий, файлов с записями и стал внимательно её изучать, сложив руки на груди.

– Я тоже покопался в базе данных как ты просила ранее, связался с знакомым в другом штате, он сказал, посмотрит по своей базе, что у них есть по давним не раскрытым делам. Если будут совпадение, даст сразу знать.

– Отлично! Спасибо Дейв – не отрываясь от доски, сказала я.

Мой кабинет начал потихоньку наполняться приглашенными членами команды, я попросила Брайна раздать всем копии файлов по делу. Закончив писать, я отошла и посмотрела на всю доску целиком, посмотрела на лица тех жертв которые у нас были, и подумала о том, что возможно сейчас он убивает следующую жертву. А мы не знаем, как ее зовут? Где он её похитил? И сколько ей еще осталось жить до кровопускания?

В кабинет вошел майор Броуди и за ним вошел Гейб. Они были такие разные. Высокий широкоплечий майор и утонченный стройный Гейб.

– Детектив, – приветствовал меня Броуди. Я решил зайти к вам на «огонек», думаю, вы не станете возражать?

– Нет конечно, сэр. Вся опергруппа в сборе. Доктор Гейб спасибо, что пришли.

– Всегда рад помочь департаменту полиции, – он мило улыбнулся и занял свое место.

– Детектив Берч, можете приступать – скомандовал с места майор Броуди.

Я кивком дала знак Брайну включить настенный проектор, который я заранее попросила принести в мой кабинет и установить для удобства передачи всей информации. У меня за спиной вспыхнул настенный экран.

– Паула Нортон – начала говорить я. – Возраст жертвы 19 лет. Я хотела, чтоб все еще раз взглянули на этих девушек, нам предстояла большая работа. Мы потратили кучу времени и сил перелопачивая, много данных впустую. На экране появлялись новые кадры, а я продолжала перечислять имена, возраст, снимки. Все присутствующие внимательно смотрели и слушали. – Мы точно знаем, что все жертвы были похищены, изнасилованы и убиты одним и тем же человеком, имя которого Маркус нам известно не доподлинно, а со слов самого убийцы вышедшего на контакт по средствам сотовой связи вчера с 21:00 часа. Своих жертв он обезличивает – кому не понятно поясняю, снимает на живую кожу лица жертвы, что бы не привязываться к ним, затем подвешивает их на ремни и делая надрезы на частях тела спускает с них всю кровь, перед этим давая им коктейль из наркотиков. Так же мы полагаем, что жертв в его списке может быть значительно больше, чем есть, но на данный момент идет следствие и нам ничего о них не известно. Возможно, их тела мы никогда не обнаружим, так же возможно, что сначала его способ убийства был другой, это нам ещё предстоит выяснить, перевернув все архивы близлежащий штатов и городов. Его метод убийства, с каждым разом все безупречнее, он оттачивает мастерство, а для этого ему бы потребовалась не одна жертва. Маркус – серийный убийца. Пока сложно сказать по каким критериям он выбирает свои жертвы, так как у нас нет ни имен семи неизвестных жертв, ни тел. По отчетам, которые нам предоставил наш суд.мед.эксперт Эдриан Курт и по психологическому портрету который составил доктор Эндрю Гейб, можно с уверенностью сказать, что он долгое время выслеживает свою жертву. Изучает её распорядок дня, где она живут, кем работает, что ест, куда ходит итд.

Я перевела дух и продолжила.

– Девушки просто исчезают. Никто их не преследуют. Я предположила, что у него есть убежище или частный дом с хорошо изолированной комнатой, где он продолжительное время может удерживать свои жертвы, пытать, насиловать, резать, их все равно никто не услышит.

Дальше я зачитала сноски отчетов суд.мед.экспертов с первых его преступлений и обнаружения картин, а так же были показаны все видео файлы, которые были присланы самим Маркусом. Таким образом, все присутствующие ощутили и пропустили через себя весь этот процесс пыток извращения.

– Опираясь на данные предоставленные доктором Гейбом, Маркус индивидуально подходит к каждой жертве. Он очень избирателен, терпелив, сосредоточен и методичен. Скорее всего ему около сорока лет или может чуть больше, он обладает высоким интеллектом, живет вероятнее всего один и мы думаем он может занимать какой- то солидный пост, или даже быть публичной личностью. Он любит скрывать своё истинное лицо, что нам, лишний раз доказывает присланное им видео. Мы так же можем проследить во всех этих преступлениях, что он фанатично относиться к работам художника Пабло Пикассо, но это может быть всего лишь очередная маска или игра, это вовсе не характеризует его как личность. В этом то и заключается вся сложность. Кто же он? Маркус стремиться обладать телом и для этого насилует свои жертвы самым извращенным способом, доказывая тем самым превосходство на женщиной как над индивидом, – я взглянула на Гейба в подтверждении всего вышесказанного.

– Да все верно, – согласился он, взяв слово и продолжив вместо меня, встав со своего места.

– Он играет в свою игру, придуманную им самим. Он забавляется с ними, но в тоже время относиться к ним бережно, что доказывает нам омовение жертвы и прочищение всех ран. Он очень педантичен, думаю, это граничит с неким психическим расстройством. Маркус зациклен на деталях и мелочах. Я могу судить, что обезличивание жертвы дает нам право предположить, что катализатором всего это в детве была его мать. Он не хочет видеть её, но хочет мстить и наказывать, может, пытается доказать себе что- то. Возможно допустить, что мать растлила его в детстве нанеся ему огромную травму, теперь, когда он вырос через свои жертвы он делает тоже самое. И я хотел бы выдвинуть эту версию на обсуждение, что на всех этих картинах он пытает воспроизвести именно её. Хотя я даже не сомневаюсь, что именно она и стала его первой жертвой. Ненависть и любовь идут рука об руку, поэтому убивая ее физически и страдая от одиночества, он так или иначе понимает, что кроме неё он никому не нужен. Она живет в его сердце и тем самым в этих портретах он выражает свое виденье.

– Спасибо доктор Гейб, – кивнула утвердительно головой я. – Это очень интересная версия, я думаю что все присутствующие согласятся, что ее можно считать вполне рабочей.

Я посмотрела на реакцию окружающих и все поддержали меня.

– В конце, хотелось бы сказать, что у каждого из вас есть свои задания. Он не должен творить этот беспредел, мы должны остановить его. Поэтому мы все должны постараться что есть силы, чтобы по итогу он заплатил за каждую искалеченную жертву.

Я уже заканчивала говорить, как ко мне встав с места, подошел майор Броуди. Я уступила ему место, а сама села на его.

– Спасибо детектив Берч за столь развернутую подробную пресс-конференцию. Хочу еще раз всем присутствующим напомнить, что у вас в распоряжении не ограниченные ресурсы, которые нам предоставляет департамент нашего штата. Если детектив Глория Берч, как ведущий специалист по этому делу решит, что вам необходимо подкрепление, вам всё будет предоставлено в полном объеме. Все сверхурочные потраченные часы вам будут оплачены. Я уверен, что каждый из вас приложить все силы и сверх этого, чтобы поймать убийцу, посеявший панику в нашем городе. Надеюсь, что детектив проследит за исполнением вашей работы, а если понадобиться, то надерет вам зад.

Он посмотрел на меня многозначительно.

– Да, сэр.

– Пресса сегодня наброситься на вас и будет хотеть разорвать на мелкие кусочки. Народ беспокоится и требует от нас как от полиции защиты, и мы должны предоставить её в полном объеме. Мы должны предупредить людей о нависшей опасности, ответственная сегодня на пресс конференции и представлять нас как департамент полиции будет детектив Глория Берч.

Он вновь взглянул на меня.

– Да, сэр, – тяжело вздыхая, повторила я.

– Всех остальных, попрошу воздержаться от каких либо комментариев, если вас даже спросят. Всех перенаправляйте к детективу Берч, либо детективу Брайну Уэйну. Не одной утечки не должно произойти. Я закончил. За работу дамы и господа.

Он сделал мне знак подойти к нему.

– Конференция с журналистами назначена на пять часов, приедет сам сенатор Хэрис. Сделайте заявление краткое и по делу. Ничего лишнего. Я знаю, что это трудно, но так нужно Глория.

– Я все сделаю, сэр не переживайте.

– Я знаю, поэтому и выбрал тебя, ты справишься лучше меня. Не забывайте докладывать мне о вновь поступившей информации в любое время суток, и так же писать рапорты и отчеты.

– Так точно, сэр. А теперь, позвольте мне пойти готовиться к пресс-конференции.

– Да, конечно, вы свободны детектив.

Я отошла от него и подошла к Гейбу. Я окинула взглядом помещение, рядовые полицейские выносили из моего кабинета, стулья, столы, оборудование.

На нем были одеты, джинсы и кипельно белый полувер, который очень шел ему.

– Мне очень понравилась твоя версия. Извини, что пришлось отвлекать тебя от твоей работы.

– Я работал дома, так что мне не сложно было отложить все свои дела, чтобы вам помочь. Я искал дома в электронных архивах пациента похоже на Маркуса. Он сказал, что был у меня на приеме и я склонен ему верить, так как это бравада. Он видел изначально во мне соперника, зная, что ты рано или поздно выйдешь на меня. Конечно, скорее всего он изменил имя, и даже внешность, возможно перекрасил волосы, вставил линзы другого цвета и придумал историю, с которой он пришел. И все же, я решил проверить каждого и попытаться вспомнить.

– О Гейб, это очень большая работа. Я очень ценю это, шансов мало, но попробовать стоит. Хочешь я дам тебе кого- нибудь их наших спецов хакеров? А как же твои пациенты?

– Нет спасибо, я как нибудь сам справлюсь. Ничего не могу обещать, но все же. Я переложил некоторых из них на другие дни. Ты голодна?

– Нет, – отрицательно помотала я головой.

– Во сколько тебя ждать домой?

– Ты так говоришь как будто мы….

– Женаты? – он усмехнулся, посмотрев на мое озадаченное лицо.

Я ткнула ладонью в грудь.

– Не жди, что я тебя буду на прощанье целовать на глазах у всех.

– И не нужно это сделаю я, – не успела я опомниться, как он подарил мне сладкий поцелуй на моих губах. Меня обдало жаром, и приятное тепло распространилось по моему телу. – Увидимся вечером детектив. Я приготовлю тебе ванную! – с этими словами он развернулся и вышел, закрыв за собой дверь.

Я всей душой ненавижу журналистов и уж тем более пресс-конференции, когда эта стая «стервятников» пытается разорвать тебя на кусочки и принести в свое издательство хоть крошку своей добычи, чтобы получить хороший гонорар и славу.

Время показывало без четверти пять и я решила спустить вниз, конференция должна пройти на улице на крыльце здания департамента. Брайн уже был внизу и встречал сенатора.

Спустившись на лифте и выйдя из него, прямо предо мной за стеклянными дверями открылась, следующая картина. Сотни журналистов с камерами, фотоаппаратами, микрофонами толпились и что-то выкрикивали. Со спины мне было отчетливо видно, как майор Броуди и стоявший рядом сенатор Ник Хэрис общались с прессой. «Прекрасно! – подумала я, они уже из разогрели и сейчас вся эта обезумевшая толпа оторвется на мне!». Одно радовало, что майор предложил провести эту конференцию на улице, дабы не давать лишнего повода журналистам засиживаться, а побыстрее все закончить.

Я толкнула дверь и вышла.

Сотни глаз стразу же устремились на меня, потеряв интерес к моим оппонентам. Я встала за свободную тумбу и подождала когда шум чуть стихнет.

На улице было прохладно, небо все затянулось дождевыми тучами и казалось, что сейчас вот – вот польет дождь, но это никого не останавливало.

Я поприветствовала майора и сенатора рукопожатием, им поаплодировали все стоящие и переключили свое внимание на меня.

– Сначала я сделаю заявление, затем дам пятнадцать минут и отвечу на интересующие вас вопросы. Тело молодой девушки по имени Элен Фармер вчера было найдено в мусорном баке, возле её дома. Как установило следствие, мисс Фармер была убита тем же человеком, что и Паула Нортон, останки которой были обнаружены на картине, которую убийца оставил в центральной галерее, несколько дней назад. Департамент полиции заявляет об орудующем серийном убийце и просит всех граждан, а в особенности девушек от восемнадцати лет и старше быть бдительными и стараться по возможности не ходить по улицам одним. Убийца похищает свои жертвы, насилует и убивает. Он отнял жизнь более чем, у восьми жертв. Имена некоторых из них, до сих пор не удалось установить. Ведущие детективы по этому делу Глория Берч – она перед вами и детектив Брайн Уэйн. У нас сформирована оперативная группа и мы делаем все возможное, чтобы поймать и заключить в тюрьму виновного. Ваши вопросы, господа журналисты? – я окинула всю толпу холодным взглядом.

Вопросы посыпались градом на меня со всех сторон, на помощь мне подоспел Брайн, встав рядом за соседнюю тумбу и взяв на себя некоторую часть журналистов. Мы отвечали быстро, заученными текстами, не раскрывая подробности и детали дела.

Я смотрела на часы лежавшие передо мной, которые я прихватила специально для отслеживания времени, и радовалась, что скоро это все закончиться, так как время отведенное для вопросов истекало стремительно. Один вопрос выкрикивали чаще всего, и я решила его озвучить.

– Как пытали девушек? – повторила я вопрос репортера. Мы не можем раскрыть вам все детали и мелкие подробности в интересах следствия. Нам очень важно сохранить конфиденциальность информации из уважения к близким погибших. Достаточно того, что у всех девочек и так забрали жизнь.

Я закончила и побыстрее удалилась с этого места, скрывшись за дверями управления.

Брайн вбежал за мной и нагнал меня возле лифта.

– Да уж пустили на нас каток. Никогда не ждал так, когда пройдут пятнадцать минут. Ты держалась молодцом, – он похлопал меня по плечу.

– Спасибо. Курт не звонил?

– Нет. Хочешь навестить его?

– Видимо придется, надо пошевелить его лабораторных «крыс», чтобы быстрее работали. Эдриан не любит конечно, что бы я лезла в его работу, но он не оставляет мне выбора. Если его лаборатория раскопает, какими моющими средствами, шампунями, гелями, наш Маркус омывает жертвы, это даст нам дополнительную ниточку.

Мы зашли в лифт и стали подниматься до нужного этажа.

– А ты не думаешь Глория, что Курт просто пошлет нас подальше, если мы опять заявимся? Ты была у него утром, не думаю, что он испытывает большое счастье завидев тебя, ты как заноза в его заднице.

– У нас время поджимает Брайн.

Двери лифта открылись, прибыв на нужный этаж. Выйдя, мы условились поехать к Курту часа через три, дав тем самым себе время на бумажную работу, а Курту для завершения лабораторных анализов.

Ровно в девять часов вечера мы с Брайном вошли в здание морга и поднялись на второй этаж в лабораторию, так как на первом нам не удалось обнаружить его обнаружить.

Добравшись до второго, этажа мы направились по широкому коридору мимо длинных бежевого оттенка прилавков, стеклянных кабинок и прочих кабинетов. В одной из таких с прозрачными стеклами помещении мы увидели Курта. Он сидел в кресле за компьютером, и что-то строчил на клавиатуре перебирая очень быстро пальцами.

Мы вошли.

–Где результаты анализов? И мой отчет? – спросила я сходу.

Курт даже и ухом не повел, делая вид, что нас здесь якобы нет.

– Это снова ты Глория? Слышу твой голос или у меня уже начались слуховые галлюцинации? Наверное, все от того, что кто – то работает сверхурочно, и всё время пытаясь помочь департаменту полиции. Чего тебе надо, быстрее или качественнее?

– Мне надо все вместе!

– Остынь, Глория. Я конечно испытал на своей шкуре какая ты горячая, но в моем царстве, все холодные. Так что, остынь – не отрывая взгляд от монитора, бормотал он.

Но затем, Курт резко повернулся на своем стуле, и его лицо скривилось от злости и ехидства.

– Ты что же думаешь, я смотрю тут фильмы и ем попкорн? Что работаете у нас только вы?

– Бывали и такие случаи.

– Ну и это не твоя первая просьба, верно? – Знаешь, это дело многолетней давности и тянется уже десяток лет. Поэтому, в моей команде работают лучшие, а ты лучший в своей области. Но сейчас этот псих решил выйти снова на охоту, он убивает в прямом эфире по две девочки за раз. И десять лет назад ты не был тут главным.

– Да не был, потому что, именно десять лет назад я сидел в этой лаборатории обрабатывая кожу с первых жертв, черт бы тебя побрал Глория!

– Хватит трепаться Курт – осадила его я. – Мне нужен анализ, дай мне хоть что нибудь! – возмущенно произнесла я. Мы всё уже были на пределе.

– Я делаю все что в моих силах! Я лично, провел исследование, хотя материла для этого было микроскопические частицы.

–Ты хочешь сказать, что ты хорошо делаешь свою работу, а я нет? – спросила я наклонившись к нему так близко, что наши глаза оказались на одном уровне.

– Я прошу прощения ребятки, – вмешался Брайн встав между нами. – Всё что было много лет назад уже прошло и осталось в прошлом.

– А ты то откуда знаешь, как было? – накинулся на него Курт. Десять лет назад ты курил травку и тусил в баре с девчонками.

– Полегче Эдриан, – воскликнул возмущено Брайн.

– Он прав, Курт! – вмешалась я. – Ты возможно перетрудился уже или не спал, что на тебя нашло? Если тебе не хватает времени и ты не настроен нам помогать, то я запрошу другого эксперта.

– Я здесь главный. Это не твоя территория, Глория! – он соскочил со стула и начал размахивать руками и кричать. – Я специально сам взял это исследование, отправив лаборанта домой, потому что могу доверять только себе. Дайте мне несколько минут ещё и я закончу. Черт бы вас всех побрал!

Я не ожидала такой яростной реакции от него. Просто сколько лет знаю его, но никогда не видела в таком состоянии. Я отступила на несколько шагов назад, давая ему возможность сесть за компьютер и доделать то, что нужно. Его пальцы стали быстро перебирать кнопки на клавиатуре.

– Это дело не так легко забыть верно?

Курт тяжело вздохнул и повернувшись, посмотрел прямо на меня. В его глазах была боль и печаль.

– Когда десять лет назад весь этот ужас который твориться сейчас прекратился, мы все подумали, что убийца возможно умер, или его посадили за другое дело. Нам тогда не удалось его поймать и всех это очень злило. Особенно когда Броуди, из нас вытрясал всю душу, но мы не могли ему ничего дать. На частицах кожи, которые были у меня в лаборатории, не было даже следов ДНК. Не за что было зацепиться. Я потом много раз думал, что может я где- то ошибся, – Курт тяжело вздохнул. А оказывается, он жив здоров, и просто залег на дно на целых десять лет. И вот опять, у меня на столе все те же куски кожи, и это здорово бесит меня.

– Мы справимся с этим Курт.

– Я просто перепроверял результаты исследований. Мы уже выяснили, что он использует шампунь. Производитель: итальянская фирма «Oливар», там его делают вручную, поэтому он считается эксклюзивным. Состав шампуня; оливковое масло, кокос, экстракт мандарина и лайма – такая вещь стоит около тысячи баксов за бутылочку.

– Ничего себе не дешевая вещь, – присвистнул Брайн.

– Так и я о чем? Я бы даже не разорился купить себе бутылку виски за такие деньги. Вообщем, я покопался в интернете и нашел, что у нас на Манхэтоне только один магазин работает с этой фирмой.

– Где находится магазин? – спросила я. – И кстати, зачем тебе разоряться на бутылки с выпивкой, когда тебе дают взятки ими.

Он недовольно фыркнул в мою сторону.

– На пересечении сорок второй улицы это в центре города.

– Спасибо огромное Эдриан, завтра же мы отправимся в этот магазин.

Выйдя из лаборатории, я отвезла Брайна домой, а сама поехала к дому Гейба. Будучи не до конца уверенной в правильности своего решения, стоит мне сегодня остаться у него или ехать к себе домой. Во всяком случае, машину я должна была вернуть и подозревала, что просто так Гейб не отпустит меня. Я припарковала машину в гараже и зайдя в дом, увидела спускающегося Гейба по лестнице, мне на встречу.

– Я как раз ждал тебя к ужину, – подойдя ко мне, он чмокнул меня в губы.

– Время уже для позднего ужина, но все равно, я чертовски голодна – снимая свое пальто и обувь, сказала я.

– Идем, все уже накрыто – он взял меня за талию и повел в гостиную.

В гостиной приглушенно горел свет и тихо играл блюз, столик стоял в этот раз не далеко от камина, что придавало особой романтичности.

– Гейб, это все слишком, давай просто закажем пиццу и поедим, когда я вижу всю эту роскошь, мне становиться не по себе. Я обычный полицейский зарабатывающий в год меньше, чем стоит какой – нибудь антиквариат в этой гостиной.

– Прости, я не хотел тебя смущать, ты не должна так реагировать на это Глория, я просто хочу сделать тебе приятно и позаботиться о тебе, пускай тебя ничего не смущает, – с теплом в голосе сказал он.

Он отодвинул стул и усадил меня за стол.

– У меня нет сил спорить с тобой и честно говоря, я не знала, ехать к тебе сегодня или нет? Все как -то развиваться слишком стремительно и быстро, погружая нас в определенные отношения.

Пока он наполнял мой бокал вином, я не торопясь начала ковыряться в тарелке салатом, который стоял передо мной.

Он посмотрел на меня и улыбнулся.

– Что заставило тебя изменить свое мнение?

– Давай только ты не будешь включать доктора, пытаясь залезть мне в голову.

– И не думал, – кладя листья салата себе в рот, парировал он. – И все же, ты не ответила на вопрос.

– Не знаю, что заставило. Наверное, я хотела тебя увидеть и к тому же, надо было вернуть твою машину.

– Не думаю, чтобы бы ты решила её угнать – не сводя с меня свой взгляд, сказал он.

– Прекрати меня соблазнять своим искушающим взглядом, давай я расскажу тебе лучше как прошел мой день.

– Я с удовольствием послушаю – добавил он с появляющимся любопытством в глазах.

Пока я пересказывала ему все события моего насыщенного дня, мы дошли до десерта. Он состоял из нежнейшего штруделя, который был полит шоколадом.

Покончив с ужином и активной дискуссией, Гейб встал из-за стола, взял меня за руку и повел наверх.

– Идём. Хочу тебе кое-что показать.

Поднявшись на второй этаж, мы вошли в его кабинет. Он был достаточно просторным и большим, в нем была библиотека, компьютерная техника, в комнате не было ничего лишнего, я бы сказала это своего рода «берлога». Было видно, что это было детище Гейба, где он чувствовал себя комфортно. Повсюду стояли черные кожаные диваны, на полу лежал паркет темного цвета, его рабочий стол был таким большим, что, наверное на нем можно было бы спать вдвоем. До этого дня, я не видела его кабинет.

Я развела руки в сторону и сделала оборот вокруг себя.

– Да это впечатляет, доктор.

– Глория, я тебе не комнату показываю, иди сюда, – он подозвал меня к себе , а сам уселся в кресло за рабочий стол, на котором стоял монитор.

– Тебе что-то удалось накопать на Маркуса? – мои глаза загорелись.

– Не знаю, поэтому решил тебе показать, – он вывел на экран таблицы, имена даты и диагнозы. – Я взял промежуток того времени когда у вас стали происходить убийства, десять лет назад и наспех пересмотрел всех своих пациентов. Я не пытаюсь найти Маркуса так как всем очевидно, что мы его не обнаружим. Я попытался проанализировать девушек, ища среди своих пациентов их. С психологическими травмами, стрессами, депрессиями, я отсеял только тех, кто из них стал жертвой изнасилования. Так как известно, что Паула Нортон – седьмая жертва, стала жертвой изнасилования, я подумал провести параллель с другими, хотя я не имею право нарушать закон о конфиденциальности, но что не сделаешь ради того, чтобы упрятать этого кретина за решетку. Я ввел все параметры и данные, чтобы отсеять всех остальных.

– Отличная мысль, доктор Гейб. И что, удалось что-нибудь обнаружить? – все уже истомившаяся от нетерпения и возбуждения, спросила я.

– Увидим через какое-то время, я запустил перекрёстную программу соответствия, она должна какое-то время обрабатывать введённые данные – он взял меня за руку, подтянул к себе и усадил на колени лицом к себе.

– И чем ты предлагаешь скрасить ожидание?

В ответ он обрушил на меня волну поцелуев. Страсть и желание овладеть им, тут же поразили мое тело как электрическим разрядом. Он начал сбрасывать с меня верхнюю одежду, сняв пиджак.

– Отстегни эту чертову штуку, – взмолился он, указывая на кобуру.

Быстрыми движением пальцев я её отстегнула и бросила на пол. Теперь была моя очередь. Я расстегнула на нем рубашку, его тело было шикарным, наверное, я никогда не перестану им любоваться и упиваться. Я провела руками по его груди, доставляя тем самым удовольствие себе и ему. Его глаза пылали дикой страстью и горели как маленькие огоньки, он желал меня здесь и сейчас. Наконец-то покончив со всей нашей одеждой, он овладел мной на столе. Он делал это нежно, неспешно, наблюдая как я изгибаюсь, получая удовольствие. Я сильнее обхватила его ногами и откинулась. Гейб прижался своими губами к мои, продолжая совершать толчки, проникая все глубже и вбирая меня целиком.

Наконец мое тело не могло больше устоять, я содрогнулась от накрывшего меня оргазма, а он почувствовал, как по мне пробежала волна восторга. Выкрикнув его имя, я обхватила его шею и забилась в приступе наслаждения. Это придало ему дополнительных сил, он стал двигаться быстрее и вскоре взрыв экстаза настиг и его.

Я чувствовала, что мое тело всё ещё горит и источает жар. То нарастание возбуждения и взрыв, напитали меня новой энергией. Натягивая на себя рубашку, я ощущала, как моя кожа источат запах Гейба.

– Было здорово! Мне хорошо с тобой, – ласково сказала я, погладив его по щеке.

– Я рад, – он провел пальцами по моим губам и подарил мне поцелуй. – Мне тоже хорошо с тобой Глория. А теперь пойдем, наш ждет душ, а потом надо уложить тебя в кровать и дать тебе немного отдохнуть.

– Мне надо узнать данные! – запротестовала я, повернувшись к экрану монитора.

– Непременно, как только мы примем душ, я спущусь и проверю, потом доложу тебе, мой нетерпеливый детектив.

– Хм, уж не хочешь ли ты ко мне в команду?

– Почему бы и нет?

– Я подумаю над твоим предложением – с усмешкой ответила я. А теперь пошли в душ.

– Ты очень сексуально выглядишь в одной рубашке, детектив. Боюсь нам надо поторопиться в ванную.

Потом, лежа уже на кровати и ощущая его присутствие рядом со мной, я размышляла о том, как за столько короткое время, я начинаю привязываться к нему. А может просто влюбилась, не знаю..

То чувство, которое я испытывала к Гейбу было каким то паралитическим, я знала, что оно взаимное. Может именно это заставляло меня каждый терять голову, когда я видела его, и сходить с ума когда он меня касался и мы занимались любовью.

Мы лежим рядом, он гладит мои волосы, так мы наслаждались каждым моментом, каждой минутой проведенной вместе.

– О чем ты думаешь сейчас, Глория? – спросил он едва слышным голосом, уловив мой задумчивый взгляд.

– О нас.

– Я так и предполагал. Хорошо, что не об убийствах и серийных маньяках.

– Иногда я могу отключаться от работы, наверное, это ты на меня так влияешь, положительно! – оторвав голову от подушки, я посмотрела на него.

– Тогда я хочу тебе сказать, что испытываю к тебе все то, о чем ты сейчас думала. Ты нужна мне детектив. – Он провел нежно пальцами по моей щеке.

– Откуда ты такой взялся? Мне кажется, я таю от всей этой романтики. Я никогда не верила, что можно найти человека, с которым может быть так хорошо.

– А я напротив, всегда искал такую, теперь нашел.

Миллионы бабочек забились в моем животе, а сердце стучало так, что мне казалось, что Гейб мог услышать его. Я не подала виду, но меня это признание тронуло до глубины души.

Придвинувшись ко мне, он поцеловал меня в шею.

– Пойду проверю данные, и тут же вернусь к тебе – он встал накинув черный махровый халат и вышел из комнаты.

Я осталась лежать на огромной кровати, в которой можно было тонуть от её мягкости. Все это было словно во сне, потрясающий мужчина которому я безумно нравлюсь, который хочет меня снова и снова. Шикарный дом, его положение в обществе, мне все время казалось, что все это мои иллюзии и скоро это развеется как пепел. А может быть вселенная за все мои старания решила вознаградить меня? Я полицейский работающий в убойном отделе, и моя жизнь висит на волоске каждый день, никто не знает, в какой момент она оборвется. Вот именно поэтому, мне плевать было, что думают обо мне все остальные, я хотела быть с Гейбом. Сколько бы это не продлилось, в любом случаи вспоминать я об этом буду с удовольствием.

Гейб вернулся, держа в руке листок бумаги. Подойдя ко мне он молча протянул его.

– Ты захочешь это увидеть! – торжествующе сказал он.

Взглянув, на протянутый мне документ, я несколько раз прочитала увиденное.

– Неужели мы нашли их? – я убрала листок и соскочив с кровати стала метаться по комнате. – Ты нашел их Гейб! Тебя точно надо брать в команду. Ты помнишь их всех? Расскажи мне про них.

В документе было указаны все семь имен неизвестных нам до этого жертв. Совпадение было 99,9%.

– Сейчас уже поздно, утром я дам тебе все необходимые материалы по каждой из них, и доступ к личным делам. Да Глория, мы нашли их – он подошел и обнял меня как ребенка.

Слезы хлынули из моих глаз самопроизвольно. Столько лет поисков, наконец- то мы можем сообщать родителям о их пропавших детях. Теперь, главное, чтобы Маркус согласился на сделку и сказал нам, где искать останки девочек.

– Спасибо, спасибо, тебе Гейб. Но почему он выбрал именно тебя? Почему твои пациенты?

– Я не знаю. Давай ляжем спать, надо немного отдохнуть, сегодня у нас у всех был тяжелый день, а завтра он будет ещё хлеще. Тебе надо хорошенько выспаться.

– Ты прав.

Мы забрались в кровать и окутавшись объятиями друг друга, погрузились в сон. Я просто приказала себе заснуть. Иначе, я не уснула бы до самого утра. Когда я закрывала глаза, часы показывали начало первого.

Я проснулась от разрывавшегося сигала звонка поступавшего на мой мобильный.

–Черт! – выругалась я, мгновенно выйдя из сна и наощупь ища свой мобильник.

Гейб тоже проснулся и включил лампу стоявшую рядом на прикроватной тумбе. Мобильник был в кармане брюк, поэтому мне пришлось встать и спешно найти его. Кто бы то не был, он получит завтра у меня за столько поздний звонок, конечно, если это не Маркус.

– Слушаю, – сонно произнесла я, потирая глаза.

– Детектив Берч, незамедлительно выезжайте в Ривердсайт парк, Маркус оставил нам очередной сюрприз в виде пары трупов – послышался твердый, взбешенный голос майора Броуди.

– Майор? Слушаюсь, сэр. Детектива Брайна уведомили?

– Не беспокойся об этом, сейчас я наберу ему, въезжай на место преступления Глория, – уже более мягким тоном сказал он. – Доложишь мне, как станет известно что-то более ясное, я буду ждать твоего звонка.

– Хорошо сэр.

Он отключился.

Я взглянула на часы, время показывало три пятнадцать ночи.

– И часто тебя выдергивают посреди ночи? – едва слышным голосом спросил Гейб.

–Посылка от Маркуса. Мне нужно срочно ехать, извини.

Гейб спешно встал с кровати, его сон как рукой снял и стал молча собираться.

– А ты куда?

– Я с тобой, хочешь ты этого или нет Глория. Обещаю, мешать не буду – он сказал это таким тоном, что бессмысленно был оспаривать его. Да и к тому же я была совсем непротив, чтобы он был рядом.

– Согласна.

По прибытии на место, я увидела много полицейских машин, бригаду скорой помощи и экспертов криминалистов, которые уже были на месте преступления. Все видимо ожидали меня и Брайна.

Подъехав поближе, мы заметили толпу репортеров уже слетевшихся как «мухи на мед». Выйдя, мы подошли к ограждению, которое выставили патрульные полицейские.

Я показа значок и нас пропустили.

– Гейб, я пойду вперед, а ты пожалуйста как увидишь Брайна гони его ко мне.

– Хорошо, – кивнул он в знак согласия.

Я огляделась. Это был большой загородный парк. Поднялся ветер и от протекающей рядом реки чувствовался доходивший холод. Сам Риверсайд-парк очень обширен. Протянувшись на 4 мили (8,4 км) от 72-й до 125-й улицы вдоль реки Гудзон, он широко раскинулся на ее берегу. У него довольно давняя история. В 1846 г. была сооружена железная дорога от Нью-Йорка до Олбани (столицы штата). В связи с этим после окончания Гражданской войны в городской муниципалитет поступило предложение преобразовать берег реки в парк. Решение было принято в 1866 г. и началось строительство первой очереди парка. Он должен был воплотить идею известного ландшафтного архитектора, создателя Центрального парка Фредерика Лоу Олмстеда, который предложил создать зону отдыха от городской суеты для людей разного достатка, чтобы они могли расслабиться и пообщаться в спокойной обстановке. Именно он предложил проект парка. С 1875 по 1910 гг. архитекторы и садоводы, разбивали парк в соответствии с планом Олмстеда и по образцам английских пейзажных парков. Парковые ландшафты Риверсайд содержат невысокие скалистые обрывы, лесные лужайки, рощи из деревьев вяза и бука. От дороги Риверсайд-драйв террасы спускаются тремя большими уровнями к береговой линии и набережной. Дизайнеры затем добавили 134 акра к уже существующему парку и сформировали 22 современных зоны отдыха. Они сумели соединить зоны для активного отдыха и живописные части с жизненно важной автомобильной артерией «Север-Юг» и туннелем.

Я прошла мимо патрульных, показывая им свой жетон. Один из них подбежал ко мне.

– Детектив, мне приказано сопроводить вас на место преступления, так как мы патрулировали парк и первыми обнаружили его.

– Хорошо, – я окинула его взглядом. Он был молод, приятной внешности, форма была отглажена, а ботинки начищены. – Показывайте, что он на этот раз нам приготовил.

Не хорошее чувство закралось во мне и холод, то ли от нервов, то ли от промозглой погоды, гулял по моему позвоночнику. По периметру того места к которому мы приближались, были установлены прожектора освещающие место преступления. Я смотрела по сторонам, здесь было много деревьев и разнообразных кустарников. Неожиданно из-за угла длинного ряда кустарников вышел и направлялся ко мне, наш главный судмедэксперт Курт.«Ну, если уж он здесь, дело совсем плохо» – первое, что подумала я. Когда он поравнялся со мной на его лице было все написано, «дело дрянь»!

– Привет, Глория. Мы ждали только тебя, – поёжившись от холода сказал он.

– Ты давно тут уже? Я не знала, что тебя тоже вызвали.

– Я был не далеко, зашел после смены в ночной клуб, чтобы отвлечься немного.

На нем было одето темно-зеленого цвета пальто. Ветер раздувал полы в разные стороны так, что мне было видно, что на нем были одеты джинсы и белый свитер. Никогда не видела его в таком образе, надо было признать, выглядел он отлично.

– Тебе майор Броуди вызвал?

– Да, кто же еще. Я только провел визуальный осмотр, к телу не прикасался, все ждали тебя.

Он взял меня под руку и сделал патрульному знак, что дальше идти не нужно.

Дойдя до места, я увидела на земле два лежащих тела девушек, они были уложены в виде буквы V, касаясь только кончиками больших пальцев на ступнях друг друга. Я посмотрела на Курта, но его взгляд и лицо оставались абсолютно не выражающими ничего. Он протянул мне перчатки, обработав их специальным составом из баллончика с аэрозолем. Подойдя ближе к трупам лежавшие на холодной земле, я включила диктофон и начала визуальный осмотр. Писать было холодно, поэтому я решила, что так будет быстрее и эффективнее.

– Убиты две девушки, одна афроамериканка, вторая белая. Имена пока не идентифицированы, обеим примерно лет двадцать – двадцать три. Девушка белая, я подошла поближе и села на колени, чтобы рассмотреть. Карие глаза, рыжие волосы, кожа с лица удалена, на теле многочисленные увечия и огнестрельные раны. Так же, на ступнях обеих ног имеются глубокие надрезы, вероятна одна из причины наступившей смерти. Я оглянулась и посмотрела на Курта.

– Да, скорее всего, многое идентично как у Элен Фармер, – заключил он.

– Вторая девушка, – продолжала я. Афроамериканка, с темными волосами, карими глазами, кожные покровы чисты, кожа лица на месте, удалено одно ухо, удалены оба соска на груди, кроме этого глубокие надрезы на стопах.

Я посмотрела на Курта и тяжело вздохнула. Я знала точно, что одна из них Мишель, та, которую он пощадил и спас ей лицо, как я и просила.

– Курт, нужно определить дату смерти, хотя мы и так её знаем, но для отчета все равно потребуется, давай попробуем установить их личности. Надо понять, как он их сюда доставил? Можно подъехать на фургоне и тащить каждую через весь парк , но это довольно проблематично, если конечно у тебя нет сообщников. Второй способ по воде на лодке. Хотя ставлю на первое, наверняка, это очередные фанаты из безумного анонимного чата Лауры.

– Даже слышать об это мне хочу Глория, – отмахнулся от меня Курт.

Я обернулась, услышав быстро приближающиеся шаги Брайна.

– Господи ты боже мой, что тут у нас? Привет Курт! – он протянул руку и они обменялись рукопожатием.

Затем Брайн взглянул на тела девушек.

– Он решил оставить нам очередное послание таким способом? Это те самые девушки, которые были на пленке!?

– Они самые. Надо установить их личности Брайн, поручаю это дело тебе, а я пока пойду побеседую с патрульными, которые обнаружили тела девочек.

Спешно пройдя по дорожке, я позвала их.

– Представьтесь, лейтенанты.

– Патрульный Вик Стенбери, номер значка 45269. Мой напарник патрульный Алан Кельвин номер заначка 236587. Он вытянулся как струна и начал докладывать.

– Сегодня вечером, мы с напарником вышли на смену патрулировать окрестности парка. Как всегда, мы делали обязательный обход по территории парка, когда обнаружили не далеко от реки два тела. Так как дело Пикассо сейчас активно ведется в нашем управлении, я решил сразу доложить об этом майору Броуди.

–Почему вы посчитали, что это дело Пикассо? Вам известны, какие-то подробности? – я подошла поближе и сверлила его взглядом.

– Нет детектив, только то, что обсуждается средствами массовой информации и в отделе. Просто у одной девушки нет лица, я решил что это именно дело рук этого психа.

– Хорошо, лейтенанты. Спасибо за информацию.

Я вернулась к Брайну, которой с помощью специального оборудования пытался установить имена девочек.

– Сканер распознал их, темнокожая девочка – Мишель Файфер, проживает в кампусе, медицинского колледжа. Родители живут на двадцать второй улице, восточная сторона, дом семь квартира сто двенадцать. Вторая жертва – Мартина Рознер, была ее однокурсница. Родители живут в верхнем Манхэттене ул. Блаквуд пятьдесят четыре дом 1357.

– Скажешь время смерти, Курт?

– Примерно три дня назад, точно по времени могу сказать когда они окажутся у меня на столе.

Курт начал вести стандартный осмотр, я встала позади него.

– Он снова их дочиста вымыл. Сегодня мы наведаемся в отдел парфюмерии, который ты нам отыскал Курт.

– Глория, если я тебе больше не нужен, позволь мне делать свою работу, так как через пару часов, ты первая, примчишься ко мне в морг за подробными отчетами.

– Я тебе дам время до вечера, так как их две. Мне нужно знать, как он их доставил сюда. Наверняка на теле сохранились частицы, какого-то материала, в чем же он их перевозит?

Брайн обошел тела девушек и встал с другой стороны, разглядывая их.

– Глория, должен же быть смысл в этом всём? Сегодня, Маркус должен быт дать ответ, он нам выкладывает два тела, это что знак согласия?

– Не знаю, я думаю над этим пока.

– Курт посмотри пожалуйста, в ротовом отверстии все чисто?

– Ты серьезно? – он сделал удивленный, ошарашенный взгляд. – Хотя сейчас уже ничему не приходиться удивляться.

Курт склонился над телом Мишель и открыл ей осторожно рот.

– Дайте мне инструмент, здесь, что-то есть – выкрикнул он.

Я подала из его чемоданчика пинцет, чтобы удобней было подцепить.

– Это какой-то прозрачный маленький пакетик – доставая, уточнил он.

Он передал мне. Действительно, это был полиэтиленовый прозрачный пакетик три на три сантиметра, внутри которого, лежала свернутая в несколько раз бумага.

Я аккуратно раскрыла его протянув Брайну, чтобы он его уложил в конверт для улик, а сама развернула клочок бумаги.

Текст был написан печатным шрифтом, набранным на компьютере. Был и только строчки, в которых значились только имена и фамилии; Тереза Холидей, Вилма Липман, Офелия Сивенсон, Паула Нортон, Элен Фармер, Мишель Файфер, Мартина Рознер, Эбби Олсоп, Бренда Аттченсон, Шерри Булман.

Список состоял из десяти имен. Я достала из кармана пальто распечатку, которую, дал мне накануне Гейб, раскрыла её и стала сравнивать. Почти все имена совпадали.

– Посмотри сюда Брайн, – я протянула ему обе бумаги. – Гейб вчера сделал распознавание в своей программе, часть этих девушек были когда-то его пациентками. Маркус решил согласиться на сделку прислав нам имена, но не указал, где их останки?

– Значит, возможно от него сегодня стоит ждать очередного звонка – задумчиво сказал Брайн.

– Ты можешь найти и проводить сюда Гейба? Хочу, чтобы он взглянул на тела.

– Он что приехал с тобой? – изумленно глядя на меня спросил он.

– Да. Я была у него, когда майор позвонил.

– Ты переехала к нему и мне не сказала?

– Нет Брайн, я не переехала, мы просто пока встречаемся, проводим хорошо время, всё хватит разговоров, иди. А я пока пойду на растерзание к репортерам, надо бросить им какую – то «кость».

Выйдя из парка, я направилась к телерепортерам стоящим за ограждением. Завидев меня, они активно оживились и начали все в раз выкрикивать свои вопросы.

Я остановилась за несколько шагов до ограждения и спокойно наблюдала за ними, пока они не поняли, что я не скажу не слова, пота они не заткнуться. Как только шум немного стих я начала говорить:

– Говорю вам один раз и больше не повторяю, я делаю заявление, ни на какие вопросы отвечать не буду, довольствуйтесь тем, что вам сейчас дадут. Это ясно? – я вопросительно осмотрела толпу, в ответ, они молча кивнули головами. – Сегодня, патрульные, находясь на дежурстве, обнаружили в парке Риверсайд тела двух девушек. Причину смерти установит коренер, личности девушек пока не установлены, идет следствие.

После моих слов толпа журналистов обрушила на меня лавину вопросов. Но мне было плевать, краем глаза я заметила, как неподалеку ограждение пересек Гейб и направлялся к машине, за ним шел Брайн.

Поэтому, не долго думая, я решила покинуть надоедливых репортеров и оставить их орущую толпу в одиночестве.

Дойдя до машины я увидела прислонившегося к капоту Гейба и Брайна, стоявшего напротив него. Они пили кофе.

– Где вы раздобыли этот горячительные напиток?

– Нам принесли патрульные, они здесь надолго, так что ребята разбили небольшую кухню с кофе и закусками. Мы взяли и тебе, Гейб протянул мне стакан с кофе, так как на нём была пластиковая крышечка, он ещё был горячим. И это как лекарство подействовало на меня, потому что промозглый ветер давал о себе знать и я, порядком замерзла.

– Что скажешь Гейб? По поводу трупов?

– Так, своеобразно, он выразил свое согласие пойти на твою сделку. А чтобы ты не забывала, на что ты хочешь подписаться, оставил тебе тело Мартины Рознер, без лица. Наверное, придется снарядить армию, чтобы оправить тебя к нему.

– Он дал нам только имена, так не пойдет! Мне нужно знать, где останки тел? Если они, конечно, вообще существуют. Кости, где-то должны ведь остаться?

– У второй девушки никаких записок не было, но он изменил стиль убийства. Почему?

– Да, он перестал сотворять картины! Это уже третий труп, который он оставляет нам целиком.

– Брайн, давай для начала навестим кампус где жили девочки, потом оповестим родителей, а затем заедем в магазин парфюмерии по элитным шампуням. Да, денек обещает быть жарким.

– Ладно ребята, мне тоже пора ехать, утром меня пациенты, а мне ещё надо собраться. – Гейб подошел, чмокнул меня в губы. – Береги себя детектив, и набери мне как будешь свободна, я буду переживать за тебя.

– Я детектив полиции, не нужно переживать. Я позвоню обязательно как только появится свободная минутка. А теперь извините, мне надо позвонить майору, доложить обстановку.

Я отошла на несколько шагов, сделав звонок. Затем, я села к Брайну в машину, Гейб сел в свою, и мы разъехались каждый по своим делам.

Глава 10

У Мишель и Мартины была типичная комната для кампуса. Они были не только однокурсницы, но и как оказалось жили в одной комнате, в своё время они попросили куратора их переселить вместе когда так плотно стали дружить, и кампус пошел им на встречу. Стены были обклеены яркими обоями, повсюду висели плакаты разных музыкальных групп. На кроватях лежали мягкие игрушки, повсюду валялась одежда.

– Брайн, давай заберем всю электронику, пускай наш отдел проверит её. Может Маркус переписывается с ними, прежде чем похищает?

– Хорошо, я пойду тогда соберу все что найду и если обнаружу телефоны, то тоже прихвачу.

– Я пока проверю книжки, учебники, может удастся найти записные книжки или личный дневник.

Я выдвинула ящик письменного стола, но там были только рабочие тетради, на полках, что висели над столом стояли, только учебники.

Брайн стал осматривать шкафы с одеждой.

– Кроме вещей и обуви, здесь тоже ничего нет, – крикнул он мне, роясь в шкафу. – Они не были модницами, одежда довольна скромная, не дорогая. Судя по табелю, которым нам предоставил директор, они учились хорошо, проблем с учебой не возникало.

– Закругляйся Брайн, здесь нет ничего для нас интересного. Сегодня Гейб пришлет все личные дела, девушек. Доступ к ним будем иметь только мы. Дальше моего кабинета информация не должна выйти. Мы и так нарушим закон о разглашении личных данных. Но родители сейчас вряд ли, что смогут внятно рассказать об их изнасиловании .

– Без проблем. Поехали, навестим родителей девочек, давай, чтобы было быстрее, я подброшу тебя до дома, возьмешь свою машину и разделимся.

– Я не против! Умная мысль. Иначе, отчеты нам никогда не написать майору Броуди, а он с нас шкуру спустит, если до вечера, мы их не положим ему на стол.

Мчась по шоссе к дому Мишель Файфер, я заранее настроилась выдержать все то, что посыплется в мой адрес от убитых горем родителей. Полиция всегда виновата в совершенном преступлении и жертвах, так всегда думаю люди, в дом которых приходит эта трагедия. Им нужно найти виновного, нужны те, на которых они могут положить вину, чтобы потом легче было оправдать себя за какие- то свои проступки. Дорога была не близкая, и у меня было время подумать попытаться докопаться до сути, таких жестоких поступков Маркуса.

Возможно, как это распространено, проблема его психики может тянуться из детства. Когда мы задумываемся о детской психопатии, на ум сразу же приходит простой и в то же время основополагающий вопрос: почему? Как я уже отмечала, многие подростки становятся на скользкий путь вследствие неблагоприятного социального окружения: жестокие родители, бедность, безработица, плохая компания, – но психопаты, кажется, идут по этому пути с первого дня жизни. И снова тот же вопрос: почему? К сожалению, истинные причины психопатии пока неизвестны. Но на этот счет у ученых и исследователей в этой области есть несколько теорий, которые стоят того, чтобы принять их во внимание. С одной стороны находятся теории, согласно которым психопатия представляет собой результат воздействия генетических или биологических факторов (природа). С другой – теории, которые развивают идею о том, что психопатия – это продукт воздействия неблагоприятного социального окружения на ранних этапах жизни (воспитание). Как и в большинстве разногласий, истина, несомненно, находится где-то посередине. Весьма вероятно, что причина психопатии – сочетание биологических факторов и особенностей социального окружения.

Маркус конечно, безусловно – психопат. Может быть, как версия – Маркус действительно травмирован своей матерью, это бы многое объясняло, тем более, если она его растлила с малых лет. Сейчас, уже в зрелом возрасте, он мстит ей, доказывая это каждый раз – актом изнасилования новой жертвы.

Ведь сам факт изнасилования – это еще один пример безжалостного, эгоистичного и инструментального применения силы психопатами. Конечно, не все насильники – психопаты. Некоторые из них, например, явно имеют психические отклонения. Некоторые являются продуктом той культуры и общества, в котором к женщинам относятся как к низшим существам. Но мотивы их преступных деяний, сильно противоречащих общественным нормам и ужасно травмирующих здоровье и психику жертв, все же понятнее, чем те мотивы, которыми руководствуются психопаты. Их поступки определяет гремучая смесь, в состав которой входят выражение сексуальных желаний и фантазий, тяга к власти и отношение к жертвам как к объектам получения удовольствия и удовлетворения.

Все это размышления, в любом случае я не собираюсь играть в его игры, мне нужно, чтобы он попался в мою ловушку, а для этого я должна переиграть его. Хорошо, если бы он позвонил.

За размышлениями я добралась до нужного адреса. Найдя нужную квартиру, я позвонила в дверь.

Мне отрыла красивая женщина, с кожей крепкого кофе, в нежно- розовом платье. Ее волосы падали ей на плечи, а глаза были темные, в цвет её кожи.

– Миссис Файфер? – уточнила я.

– Да это я, – она протянула мне свою руку и мило улыбнулась.

– Я детектив Глория Берч, можно войти?

– Да конечно, извините, прошу вас проходите. – В её глазах заметно появилась тревога.

Квартира была небольшой, но весьма уютной. Все было обставлено со вкусом, по – деловому.

– Можно узнать ваше имя?

– Изабелла Файфер.

– Мне жаль миссис Файфер, что приходиться вам сообщать при таких обстоятельствах, но ваша дочь Мишель, мертва.

– Что? Что вы сказали? – она закрыла рот ладонью, от шока.

– Сядьте пожалуйста, миссис Файфер – я взяла её под руку и бережно усадила в кресло. Нужно было пару минут дать ей осознать услышанную информацию.

– Она мертва? Как это случилось? – в глазах заблестели слезы.

– Вы не смотрели сегодня новости по телевизору?

Она отрицательно покачала головой.

– Она была убита, сегодня её нашли вместе с подругой Мартиной Рознер в парке Риверсайд.

– Ошибки быть не может? – она посмотрела с взглядом полным надежд.

– Нет, это она. Она была похищена три дня назад и убита. Вы ничего не знали об исчезновении дочери?

–Нет.

–Вы не связывались с ней эти дни?

–Нет, она обычно звонит в пятницу, среди недели я её не тревожу, так как она загружена учебой.

– Я понимаю, что сейчас не уместно задавать вопросы разного характера, но постарайтесь как можете ответить на них, это важно для следствия.

Она кивнула головой и в этот момент из её глаз градом хлынули слезы. Она начала биться в истерике, кричать, пришлось приложить немало усилий, чтобы хоть как – то успокоить её.

Я сходила на кухню принесла ей стакан воды, и порывшись в шкафчике с аптекой в ванной комнате, нашла успокоительное. Оно сейчас ей было необходимо.

– Изабелла, скажите, у вас есть муж или родные?

– Да, муж в командировке, есть сестра – она дрожащим голосом едва отвечала.

– Давайте позвоним ей и попросим приехать остаться с вами. Где можно взять номер?

Она протянула дрожащей рукой мне мобильный телефон и набрала номер. Сообщив сестре о случившейся трагедии, я вернулась к миссис Файфер.

– Скажите, может у Мишель был друг или парень, вы что-нибудь знаете об этом? – я села напротив на стул и взяла ее за руку.

– Нет, нет, – замотала она головой. – Хотя, я не знаю, конечно, что у них происходит в кампусе. Но когда она приезжала домой на выходные ничего про парней не рассказывала.

– Это странно, ведь ей было девятнадцать лет?

– Да, и что с того?

– Она была девственницей?

Повисла пауза.

– Миссис Файфер, ответьте пожалуйста на вопрос.

Вместо ответа она начала вновь навзрыд плакать, утирая салфетками глаза. Немного погодя она успокоилась, я терпеливо ждала.

– Он изнасиловал мою девочку? – еле выдавила из себя.

– Не могу ничего утверждать, суд.мед.эксперт должен установить это как только сделает вскрытие, но на это потребуется время.

– Когда я могу её увидеть?

– Как вы только сможете это сделать. Я оставлю адрес и телефон коронера, предварительно позвоните, вас будут ждать. Вернемся к моему вопросу миссис Файфер.

– Нет, она не была девственницей, детектив Берч.

– Ваша дочь Мишель, когда- то была жертвой изнасилования? – я встала с места и отошла к окну, повернувшись к ней спиной. Дав тем самым ей время собраться с мыслями и духом, что всё рассказать.

– Думаю, нет смысла скрывать от вас это. – Изабелла начала теребить подол своего платья, зажав его крепко в кулак. – Её изнасиловали, когда ей было четырнадцать лет. Какие-то грабители ворвались к нам в дом с целью ограбления, мы тогда ещё жили в другом районе и изнасиловали её, пока я была прикована к батарее на втором этаже. Их было трое, поэтому можете представить через какой ад, она прошла.

Я пыталась подавить в себе нарастающий гнев, все эти девочки пережили в детстве травму, как и Маркус, вероятнее всего. И именно поэтому он их выбирает, так как они уязвимы. Из-за психологической травмы они невинно чисты, потому что после насилия которому их подвигли, трудно довериться кому-то физически.

– Вы не заявляли об этом?

– Я смогла освободить из оков, только на следующий день. Мишель пролежала без сознания почти сутки, а когда пришла в себя, едва смогла подняться наверх и освободить меня. Её состояние мне вам не передать, да я и не особо хочу вспоминать это ужас, посетивший нашу семью. Я заявила об ограблении, а об изнасиловании умолчала, чтобы не ставить на девочке клеймо на всю жизнь, хотя и понимала, что уже ничего не исправить. В скором времени грабителей нашли и посадили. А Мишель, я отдала в реабилитационный центр доктора Эндрю Гейба, где она проходила курсы восстановления.

Я развернулась к ней лицом и подошла сев напротив нее.

– Держитесь миссис Файфер, все это уже позади, а теперь мы постараемя найти убийцу вашей дочери.

– Этот тот самый убийца, про которого говорят всю неделю? – в её глазах застыл ужас.

– Да. Но ваша дочь цела, он оставил тело целиком. Вы сможете похоронить свою девочку, как только лаборатория возьмет все необходимые анализы и тесты, чтобы помочь нам в раскрытии дела.

Я подождала когда приедет её сестра и оставив их оплакивать Мишель, покинула квартиру Изабеллы Файфер.

Выйдя на улицу, я набрала Брайна.

– Ты освободился?

– Да, совсем недавно. Родители Мартины Розмари, подтвердили факт её изнасилования. Это было на выпускном вечере по поводу окончания школы, учитель математики изнасиловал её в своей машине прямо на парковке, недалеко от школы. Все дело тогда замяли, не заявляя в полицию. Учитель выплатил Розмари моральную компенсацию, продав свой дом, затем он уехал в другой штат, чтобы избежать позора, так как лицензии преподавателя его тоже лишили.

– Они что, отпустили педофила на свободу!? Вот кретины! Девочка проходила реабилитацию у Гейба?

– Да, он был непосредственно её лечащим врачом.

– Пару лет назад, тот самый учитель, скончался от остановки сердца.

– Вот и славно, одним педофилом меньше на этой планете. Отличная работа Брайн. Встречаемся через полчаса, у магазина парфюмерии.

– Договорились. – Он отключился.

Через несколько минут мой мобильник снова зазвонил.

– Детектив Берч, слушает.

– Это Дейв! – позитивным приветливым голосом сказал он.

– Да Дейв, есть новости для нас?

– Мой друг из Техаса, о котором я тебе говорил, нашел кое -какие совпадения у них в штате, надо бы туда съездить поднять архивы.

– Что есть реальные зацепки?

– У них есть дела пятнадцатилетний давности, молодые девушки в возрасте 19 лет исчезали каждый год в течении пяти лет, до сих пор все считаются пропавшими без вести. Это напоминает нашего парня?

– Согласна с тобой, мы с Брайном под завязку заняты, пошли туда Роя Питерсона, у мальчишки есть чутье и нюх, он из-под земли достанет кого угодно, а уж раскопать нужные нам сведения, он создан для этой работы. Дай ему в помощь Томаса Шилетти, рапортуют пускай каждый день мне лично.

– Хорошо, Берч.

– Спасибо Дейв, это хорошие новости. – Я отключилась и двинулась в сторону магазина.

Как только мы вошли в парфюмерный бутик с Брайном, мне показалось, что меня окунули в чан с добавление парфюмерных масел.

Запахов витало столько, что казалось, они могут вызвать приступ астмы, не представляю, как тут можно работать целый день.

Весь персонал был одет в золотистого цвета платья с черной отделкой по краям. Товаров на полках лежало не много, ассортимент не был обширен, но каждое наименование стояло в отдельной стеклянной ячейке как музейный экспонат. И та астрономическая сумма, которая была на ценнике, мне показалось должна не только хорошо мыть тело, но и смывать грехи тем, кто верит в Бога, или кто не верит, стирать их с лица земли.

Надо сказать, что магазин только как несколько минут назад открылся, а в нем были уже свои покупатели. Они всюду бродили, рассматривали флаконы, некоторые нюхали пробники и явно намеревались, что-то приобрести. Кажется, люди сходят с ума или я что-то не понимаю .

К нам с Брайном подошла девушка, с ярко рыжими волосами, на высоких каблуках, туфли были классические, лодочки черного цвета.

– Мы рады приветствовать вас в «Notes Parfume» , чем я могу помочь вам?

– Нам нужна помощь в информации – я достала жетон и показала ей.

– Все что угодно, – ровным тоном ответила она.

– Нам нужен список покупателей на одну из серии шампуня, который представлен в вашем бутике. – Я достала карточку, на которой был перечислен состав шампуня.

– Действительно, в нашей линейке есть такой, это эксклюзивный лот. Его изготавливают вручную, добавляя те необходимые ингредиенты которые вы выберите сами, своего рода это шампунь с вашими феромонами.

– Вот оно! – я повернулась к Брайну.

– Список покупателей к сожалению, мы не разглашаем, это закрытая информация. Клиент платит компании огромные деньги, не только за состав, но и в первую очередь за анонимность.

– Кто тут главный? – я смотрела перед собой, буравя ее взглядом.

– Я перед вами, детективы. Меня зовут Анабель Торесс, – она протянула нам свою худую руку для приветствия.

– Тогда придется быстро решить этот вопрос Анабель, мы можем достать орден в течении часа и тогда ваш магазин закроют на несколько часов или дней, а так же сделают, полное изъятие всех образцов вашей серии парфюмерии. Данное заведение является дистибьютером от компании по производству этого товара?

– Абсолютно верно, – уточнила она, хлопая своими наращенными ресницами и делая вид, что она плохо соображает чего от нее хотят. – Извините детективы, мне нужно позвонить нашему управляющему на фабрику.

– Вот и славно, мы ничего не имеем против и постарайтесь урегулировать этот вопрос. У нас ограничено время, так как в данный момент могут кого то убивать, а мы не успеем схватить преступника. – Я приблизилась к ней почти нос к носу и дежурная улыбка мгновенно сползала с её лица, после чего, она спешно удалилась, нырнув в кабинет за стойкой ресепшена.

Я проводила её взглядом и заметила, как Брайн нюхает пробники, представленные в виде образцов.

– Заканчивай с этим, – подойдя к нему я, дернула его за рукав пальто.

– Глория, когда я ещё смогу понюхать мыло или шампунь за несколько сотен тысяч долларов? Мне даже этикетку от этой продукции не купить на свое жалование. Попроси Гейба, возможно он разориться тебе на такую штуковину.

– Прекращай Брайн эту клоунаду! Я думаю, что наш Маркус добавляет в свои флаконы феромон каждой из убитой девушки, потом её этим же составом и омывает.

– Я тоже об этом подумал. Знаешь, я наверное если бы и заплатил за это целое состояние, то готов был бы это выпить, но не как не мыть этим свое тело или волосы, а потом спускать добровольно деньги в канализацию.

Анабель вернулась неся в руках распечатки с именами.

– Это все что я смогла найти в нашей базе данных, там имена клиентов за пару месяцев, или вам нужны более ранние сроки?

– Нет, пока этого достаточно. – Я быстро пробежала глазами по документу.

– Единственного кого нет в нашей базе, это тех, кто рассчитывается наличными. Там данные только от клиентов рассчитывающими кредитками.

– Спасибо, пока этого достаточно, если у нас возникнут дополнительные вопросы, мы наведаемся к вам еще раз.

Мы вышли на улицу.

– Поехали в управление, посмотрим все дела по жертвам, которые нам предоставил Гейб. Этот список, отдай Дейву как приедем в офис, пускай пробьет каждое имя в базе.

– Послушай Глория, как он их похищает? Он с ними знакомиться заранее или нападает внезапно? Мы знаем, что он их долго изучает, возможно, он входит в контакт с ними заблаговременно. У него уже больше десяти жертв, если ещё они не обнаружиться на ранних сроках о которых мы пока не знаем. Неужели ни одна из жертв, не рассказала своей подруге о нём?

– Этого мы теперь не узнаем, нам её нужно опросить семьи жертв десятилетней давности. Теорий много. Если он вступал в контакт с жертвой до похищения, он мог к ним привязываться, а он их обезличивает, значит, вероятнее всего нападает внезапно, зная распорядок их дня наизусть. Это не сложно. Он работает кристально чисто.

– Думаю, где – то он должен допустить ошибку, он не может быть настолько хорош. Он работает один, ну допустим у него есть армия фанатов, но нас то больше, – Брайн смотрел на меня уверенным взглядом полицейского.

– Все возможно, именно этого мы и ждем, его единственной ошибки.

– Только умоляю тебя Глория, не принимай все на свой счет. Вся ответственность за его содеянные преступления, лежит на нем. Никто кроме него не виноват в этом, не терзай себя за этих девочек, ты делаешь все что можешь. Маркус сам сделал свой выбор.

– Хорошо, я постараюсь – я пожала плечами. – А теперь поехали, у нас мало времени.

Добравшись до управления, Брайн подготавливал папки, распечатывая файлы присланные Гейбом для детального изучения, а я распределила нагрузку между доверенными лицами по этому делу. Некоторых детективов я отправила на опрос близких родственников и родителей Тереза Холидей, Вилма Липман, Офелия Сивенсон. Я накидала им шаблонные вопросы, которые они обязательно должны были задать. Времени на самостоятельный опрос у нас с Брайном катастрофически не хватало.

Затем забежав к майору Броуди, я доложила в устной форме последние наши новости и рассказала о намеченном плане расследования. Выслушав меня и внеся незначительные корректировки, он отпустил меня дальше заниматься делами.

В течении последующих пяти часов мы с Брайном тщательно изучили все материалы дела касательно всех жертв, за исключением Элен Фармер, которая не входила в число изнасилованных и проходившем реабилитацию в клинике Гейба.

– Итак, Брайн, подведем итоги. Мы с тобой однозначно пришли к выводу, что Элен он убил из собственных побуждений. Он боялся, что Гейб который встретил её накануне в книжном магазине, так увлечется ей, а по замыслу Маркуса он должен был клюнуть на меня, как в результате и получилось. Он следил за Гейбом и когда Элен внезапно нарушила все планы Маркуса, он быстро и не задумываясь, убрал её. Убийством Элен, он показал нам свое превосходство, что он может вытворять со своими жертвами, всё что ему вздумается, и никто не сможет остановить его.

– Маркус стремится завершить свою серию картин шедевром, на котором должна находиться я. А что потом? Может, он смертельно болен и ему нечего терять? Всё, что он творит, на всё это – должны быть средства к существованию. Кем – то он работает, но кем? Или ему оставили большое наследство?

– Значит, мы имеем предположительно мотив. Скорее всего по теории вероятности, это месть за его испорченное жестокое детство, – встав из-за стола, я подошла к кофемашине и запрограммировала себе и Брайну капучино. И начала как всегда рассуждать вслух.

– Хотя основная причина его поведения лежит не в плохом воспитании или негативных детских переживаниях, эти факторы могут сыграть большую роль в окончательном формировании заложенных природой особенностей. Именно от социально-бытовых условий и воспитания зависит, как сильно разовьется расстройство и как оно будет выражено в поведении. Поэтому, такой как Маркус, который если бы даже и воспитывается в хорошей семье, имея доступ к положительным социальным и образовательным ресурсам, тоже мог вырасти мошенником или беловоротничковым преступником (грязным бизнесменом, политиком или служащим), в то время как его сущность – психопат, выросший в лишениях и жестокости, может стать бродягой, наемником или убийцей. В обоих случаях социальные факторы и воспитание влияют на форму выражения расстройства. Его неспособность испытывать сожаление или действовать по совести остается неизменной. Никакие меры социализации сами по себе не смогут пробудить в человеке заботу об окружающих и внушить ему, что такое хорошо и что такое плохо. Развивая предыдущую аналогию, скажу тебе Брайн, что психопатическая «глина» намного менее податлива, чем та, с которой чаще всего работают общественные «гончары». Трудно представить отца или мать психопата, который в отчаянии не спрашивал себя: «Что я сделал не так, если мой ребенок стал таким?» Ответ: наверное, ничего. Подытоживая все сказанное, я могу сказать, что мы точно не знаем, почему он или другие люди становятся психопатами. Однако современные данные указывают на то, что в развитии расстройства воспитание играет не единственную и даже не главную роль, как считалось раньше. Конечно, это не значит, что влияние родителей и социального окружения можно снимать со счетов. Поведение родителей никак не сказывается на наличии в ребенке основных составляющих расстройства, но определяет их развитие и проявление. Плохое воспитание и плачевные социально-бытовые условия, вне всякого сомнения, могут обострить существующие проблемы и сформировать негативные поведенческие отклонения у ребенка. Взаимодействие этих факторов помогает объяснить, почему одни психопаты становятся серийными убийцами, а другие, которых абсолютное большинство, – «обычными» преступниками, грязными бизнесменами или политиками. Точнее сказать, психопаты, такие как Маркус довольны собой и своим внутренним миром, каким бы бледным тот ни казался окружающим. Они считают самих себя в полном порядке, переживают лишь минимальный личностный дистресс и полагают, что их поступки разумные, целенаправленные и вполне удовлетворительные. Они никогда не оглядываются на прошлое с сожалением и не заглядывают в будущее с тревогой. Психопаты мнят себя высшими существами во враждебном и беспощадном мире, где все борются за деньги и власть. Они считают, что вправе обманывать и манипулировать окружающими, дабы осуществить свои «права», и их взаимодействие с другими людьми изначально направлено против недоброжелательности, исходящей, по их мнению, из внешнего мира. Поэтому неудивительно, что ни один из психотерапевтических методов не находит отклика в сердцах психопатов.

– Отличная философия Глория. Уровень познания в области психопатов у тебя то, что надо, недаром ты лучшая. С такой напарницей как ты, мы далеко продвинемся по службе. Давай позвоним Гейбу, если он не занят, проведем совместный анализ всех этих дел, хочу услышать его мнение как специалиста работавшего с этими девочками непосредственно.

– Я не против, давай попробуем, – поддержала эту идею я.

Набрав его номер, я поставила на громкую связь. Послышались долгие гудки, но после пятого трубку сняли.

– Детектив, чем я могу вам помочь?

– Гейб, ты можешь уделить нам минут десять? Нам срочно нужно твое экспертное мнение – вежливо попросила я.

– У меня как раз есть час перерыва, что там у вас? Выкладывайте.

– Мы изучили присланные тобой дела всех жертв. Ты наверняка помнишь всех этих девушек, скажи, есть ли что – то объединяющие в их поведении – громко стал спрашивать Брайн со своего места. – Они все были изнасилованы. Какими бывают последствия?

– Самые разные, – начал Гейб. Девочки по-разному воспринимали эту трагедию. Кто-то закапывался в себе, загоняя себя на тему болезней последствия изнасилования, это может быть и онкология и фригидность, так же полная эмоциональная амбивалентность. У каждой из них конечно уровень самооценки падал ниже не куда. Они не верили никому ни во что. Кто-то из них хотел наложить на себя руки. Самое распространенное последствия вообще в любом возрасте последствие изнасилования – это отсутствие полноценной сексуальной жизни. А так же не возможность создать нормальную семью своего формата.

– Значит, эти переживания можно разделить на некие этапы? – подхватила я.

– Да конечно, безусловно. Есть пять стадий «горевания». Они проявляются после того, как у жертвы проходит первый шок.

Первая стадия – отрицание, когда жертва думает, что все что случилось, не могло произойти с ней. Жизнь замирает в душе таких людей, они просто начинают выполнять какие-то вещи рефлекторно. У каждого эта стадия индивидуальна, каждому нужен свой отрезок времени, чтобы принять то, что с ним произошло. И когда девушка принимает то, что она была изнасилована и ей как-то придется с этим справляться, а для этого нужно бороться, то это первый шаг на пути к исцелению.

Вторая стадия – гнев, когда до жертвы доходит, что с ней произошло. Тогда самые распространенные вопросы, которые задает себе она,: почему я? Господи, за что?. Тогда может возникнуть агрессия к окружающим, к мужчинам, к себе. Если жертва преодолевает отрицание и агрессии, то тогда начинается третья стадия.

Третья стадия – торг. Жертва, начинает торговаться со своим подсознанием, с богом, совестью. Например: «я хочу исцелиться, для этого я помогу нескольким людям, и Бог вознаградит меня за это», или «если бы я оделась не так вульгарно, то со мной этого не произошло!» Тогда некоторые девушки пересматривают свой гардероб, нося только длинные платья в пол застегнутые на все пуговицы.

Четвертая стадия – депрессия. Это естественно, ее мир пошатнулся, с ней произошло, то ужасное которое не считается нормой в обществе.

–Пятая последняя стадия – принятие, когда жертва принимает себя вместе с тем, что в ней твориться внутри, с агрессией, обидой, чувством вину итд.

– Спасибо Гейб, это очень развернутый ответ. Мы приходим к выводу, что все жертвы уязвимы после изнасилования. Получается, у него есть доступ, к твоей базе данных? Как он вычислил, что они все твои пациентки? Если только не следил за ними ежедневно .– Брайн соскочил со стула и стал ходить взад вперед.

– Не могу с уверенностью это отрицать, скорее всего, есть или был, хотя раз в год у нас обновляется система безопасности. Я согласен на счет того, что он выжидает длительное время и дает им время на восстановление после их полученной травмы. Это немаловажный аспект. А это значит, он наблюдает за ними очень долгое время.

– Гейб, но почему именно ты? В городе полно клиник и психотерапевтов, занимающихся частной практикой – отпивая из стакана кофе, спросила я.

– Не могу ответить на этот вопрос, так как не знаю ответ, Глория.

– Я предполагаю, что все это тоже не случайность. Маркус в тебе видит соперника. Может ему нравиться таким способом разрушать то, что тебе потом так долго приходиться восстанавливать? Ты красив, успешен, богат, умен, возможно, именно это злит его настолько, что он готов убивать.

– Это вполне убедительная теория. Не забывай, Маркус психопат, конечно, это еще не установленный факт, но как только вы его поймаете и он пройдет освидетельствование у комиссии психиатров, я не сомневаюсь в его диагнозе. И поэтому мы можем даже не на йоту приблизиться к его мышлению. Если придерживаться твоей теории то, это вполне вероятно, так как я уже вам говорил, что создание и подражание жизни художника Пабло Пикассо всего лишь его маска. Он мог все это сотворить для «ярких красок» в расследовании полиции. Маркус очень умен, а если все наши домыслы подтвердятся, когда вы его поймаете, то мы убедимся, что ещё, он очень расчетлив и терпелив.

– Знаешь, я подумала, а почему бы не поискать среди практикующих врачей психиатров, нашего Маркуса? Может это профессиональные неудачи сподвигли его на такие действия? Что явилось катализатором всего? Кроме конечно его несчастного детства, если оно имело место быть. Вспомни, может у тебя были какие-то явные соперники? Или конкуренты? Пока ты взбирался на свой «Олимп».

– Глория, в мире медицины очень много врачей. Мы ездим по семинарам, учавствуем в конференциях, форумах, и у каждого из нас есть свои завистники и конкуренты. Их так много, что всех и не припомнишь. Хотя…– он внезапно замолчал.

Мы с Брайном переглянулись и какая-то маленькая надежда заблестела в глазах каждого из нас.

Брайн склонился над телефоном так низко, что мне казалось, он готов влезь туда целиком если понадобиться, он терпеливо вслушивался в тишину в трубке, но вскоре его терпене иссякло:

–Гейб! – почти закричал он. Ты что -то вспомнил? Не томи нас дружище.

– Я просто пытаюсь сопоставить факты и вспомнить, не кричи Брайн я и так тебя прекрасно слышу.

– Гейб! Что у тебя? Выкладывай, даже если тебе кажется, ничего серьезного мы все равно проверим эту версию – подключилась я к разговору.

– В студенческие годы, на курс старше меня учился один парень. Мы всегда участвовали с ним на разных олимпиадах, старались участвовать в конкурсах, чтобы получить больше бонусов и привилегий к практики, что потом положительно скажется на нашей дальнейшей карьере. Не скажу, что мы были врагами или серьезными противниками, он все-таки был на курс старше меня. Это скорее был профессиональный интерес, у кого больше знаний из нас в той или иной области, а так как наш профиль был психиатрия, то мы выискивали самые интересные случаи в практики. Я просто пытался вспомнить его фамилию, кажется, звали его Мел Гилберт.

Я схватила ручку и записала инициалы.

– Продолжай старина, что ты помнишь еще? Любые подробности, мелочи, нам все важно, даже если окажется, что все наши усилия будут напрасны! – Брайн тараторил как обезумевший.

– С чего вы взяли, что это именно он? – возмущенно просил Гейб.

– Ни с чего! Проверим, потом узнаем наверняка, просто слишком много совпадений, и всё так или иначе завязано на тебе – Брайн не унимался.

– Гейб, мы проверим эту зацепку – начала я. Скорее всего он все продумал, включив меня тем самым в игру, чтобы добраться до тебя. Он рассчитал, что у нас будут отношения, и что ты увлечешься мной и не захочешь терять меня, а если потеряешь, то это принесет тебе массу боли.

– Здесь он не ошибся, – заключил Гейб. – Сейчас, я параллельно пытаюсь отыскать в своей базе его имя, был ли он у меня когда- то? Если да, то в любом случае его внесли в базу данных.

– Но ведь он мог придти к тебе как коллега?

– Именно. Но все кто входит в мою клинику регистрируются, не важно, с визитом ты пришел или просто пожелать мне доброго дня.

– Пока ты производишь поиск, расскажи что было после того как ваши пути разошлись. Как часто ты его встречал?

– Мы небыли закадычными друзьями, просто хорошими знакомыми, как я уже и сказал. Он выпустился на год раньше меня, его пригласили работать в немецкую клинику, но насколько я знаю, он не поехал туда. Мел всегда стремился во всем быть первым и всегда хотел построить свою клинику, это я помню абсолютно точно. Я тогда много читал и изучал материалы разных дел, а он всегда говорил мне, что главное раздобыть побольше денег и открыть своё дело, тогда люди сами понесут тебе прибыль. Он был одержим заработком, большими деньгами, а я пытался просто помочь людям. Вот и вся разница между нами. Поэтому, он всегда мне говорил, что я слишком наивен и с этим качеством мне никогда не достичь высот в профессиональной сфере. На моей памяти, после окончания академии, я может быть встречал его пару раз не более того на благотворительных вечерах. Но тогда я не интересовался, где он работает, а перекидывался с ним парой слов, потому что понимал, что Мел пришел, чтобы завязать нужные знакомства, а не пожертвовать сумму денег.

– Отлично Гейб! Теперь дай нам время, мы проверим его по своей базе, посмотрим, кто он такой – уточнила я.

– Я заеду за тобой через пару часов как только освобожусь, тогда ещё поговорим. Кстати, мне удалось обнаружить, Мел Гилберт был у меня восемь лет назад на лекции, которую я читал как приглашенный гость в университете. Тема лекции была – «Основы поведения серийных убийц».

Чувство ликования, пробежало внутри меня. Я посмотрела на Брайна.

– Спасибо Гейб, скоро увидимся нам надо выследить этого подонка.

Отключив мобильную связь, мы кинулись к компьютеру и ввели в поиск базы данных запрос на имя Мел Гилберт. На это требовалось несколько минут, запрос обрабатывался.

– Брайн, я не могу поверить, что мы выйдем на его след и хотя бы раскроем личность нашего серийника.

– Это будет потрясающе, мы наконец- то засадим за решетку, этого мерзавца! Нам нужно хорошо поработать и все тщательно проверить, Маркус уже не раз нас подставлял и водил за нос, поэтому мы должны быть внимательны.

Запрос обработался и на мониторе появились данные.

Мел Гилберт, практикующий врач-психотерапевт с многолетнем стажем. Живет в Нью-Йорке, практикует в Лондоне. Помогает бедным своими консультациями в клинике «Орхидея», прикрепленной к медицинской академии, в рамках проекта – помощи пострадавшим от изнасилования и домашнего рукоприкладства.

–Бинго, Глория! Это он! Не верится, что мы нашли его. – Брайн бросился обнимать меня.

– Остынь, давай изучим дело до конца, – оттолкнув его, я быстрее промотала файл ниже. Мое сердце так участилось ритмами, что казалось оно выпрыгнет сейчас наружу.

– Ему тридцать шесть лет, не женат и никогда не был. В Лондоне, как специалист он на хорошем счету, у него много наград и заслуг. Живет один, имеет загородный дом на Манхэтоне принадлежавший его прадеду по линии матери, находится на Хелшен-роуд 56.

Его отец был юрист, с матерью развёлся когда Мелу было три года. Отец переехал в Китай. Мать была учительницей начальных классов, умерла, когда Мелу было четырнадцать лет. Похоронена, на местном кладбище. Родных и близких у него не осталось, он воспитывался в приемных семьях. После окончания школы поступил в медицинскую академию. Нареканий со стороны приемных семей никогда не было. Приводов, судимостей тоже. Он абсолютно чист перед законом.

Фото, которое было прикреплено в деле, мы стали внимательно изучать. На нас смотрел с экрана белокурый мужчина потрясающего обаяния, его глаза излучали какой-то совершенный, лучезарный свет.

У него была открытая улыбка, забавные ямочки с двух сторон на щеках. Глаза были светло карими, но их обрамлял ряд пушистых густых ресниц. У него была модная стрижка, уложенная набок.

– Брайн что ты видишь?

– Я вижу потрясающе красивого привлекательного мужчину. И так говорю, не потому что он мне понравился, а потому, что вряд ли найдется девушка способная противостоять этой улыбке.

– Это наш парень, я уверенна Брайн. Он более десяти лет консультирует жертв пострадавших от изнасилования. Большего ему и не надо. Он как сыр в масле, выбирает любую, заранее зная все её слабые места. И что скажешь Брайн? Застанем его в врасплох или будем брать с поличным?

– Я поеду наведаюсь в клинику и разузнаю о нем побольше у заведующего, а ты, пока доложи майору Броуди и надо созвать брифинг обсудить со всеми план дальнейших действия.

– Хорошо, действуй! Только осторожно, если он увидит тебя, то почует запах жареного и заляжет опять на дно, а это нам меньше всего нужно. Лучше назначь встречу в отдаленном месте, чтобы не рисковать. А я тем временем пока позвоню декану медицинской академии.

– Сейчас девять часов вечера Глория, не поздно для звонков? – он изумлено посмотрел на меня.

–Нет, учитывая наше положение – я махнула рукой, указывая на дверь, а сама начала разыскивать номер декана.

Прошло несколько минут, зазвонил мой мобильный. «Черт, кого еще там несет?»– выругалась я про себя.

Посмотрев на дисплей я увидела номер Роя Питерсона.

– Рой привет, говори, что у тебя?

– Здравствуйте, детектив Берч. Мы с Томасом Шилетти прибыли сегодня в штат Техас по вашему распоряжению, хочу доложить, что нам удалось раскопать кое- какие несовпадения в отчетах. Дело было двенадцать лет назад, тела девушек не нашли и дела просто забросили в дальний угол, никому нет до них дела. Нас тут не очень-то радостно встретили, пропавших без вести не так и много, думаю за ночь мы с Томом управимся и отберем тех, кто был изнасилован в детстве или подвергался избиению со стороны родителей. Затем, сделаем выезд к родственникам и попытаемся, что-нибудь поподробнее разузнать. Пока план такой.

– Хорошо детектив Питерсон, действуйте. Если понадобится орден я скину номер телефона, скажите от детектива Берч, в течении часа получите.

– У вас дружеские отношения с судьей? – ухмыльнулся он на том конце провода.

– Да, Рой! Однажды я спасла его дочь из лап похитителей.

– Отлично, тогда доброй ночи.

Чтобы развеяться я вышла в холл и дойдя по коридору до другого конце офиса взяла в автомате себе банку колы и чипсы.

Взглянув на часы висевшие на стене, они показывали уже начало десятого. Некоторые детективы еще сидели за своими столами и корпели над отчетами.

Дежурные, притаскивали в отдел проституток, карманников, и наркоманов оформляя их. А они говорили так громко и шумно, что в холе стоял просто гул. Я хлопнула дверью и отхлебнув из банки глоток живительной колы, набрала номер майора Броуди.

– Глория? Надеюсь, у тебя что-то важное, я на приеме у прокурора, поэтому мне не очень-то хочется пропустить жаркое, которое сейчас нам подадут, – пыхтя в трубку, буркнул он.

– Майор, сэр, это очень срочное! Код синий.

– Тогда, подожди минутку, я отойду в безопасное место.

Чтобы не отнимать время майора, зная как оно дорого, тем более на ужине у прокурора города, я наспех пересказала ему последние новости.

– Это отличные новости Глория! – заключил он. Я очень рад, что мы выходим на финишную прямую.

– Майор Броуди, у меня есть к вам одна просьба, – я сжала кулак, как бы ловя удачу.

– Да ,я слушаю тебя, говори быстрее.

– Я хочу, чтобы вы сами позвонили декану академии, где учился Мел Гилберт. У вас больше власти и влияния, я думаю, что вы можете взять с него слово не распространять пока информацию о деле.

– Хорошо, это правильный ход, Глория. Пришли мне номер, завтра я свяжусь с ним. Доброй ночи. Он отключился.

Сев за компьютер я начала собирать дело воедино.

Мне нужно было больше узнать о жизни Мела Гилберта. Где жил? Какое у него есть хобби? Увлечения? Где обедает? С кем общается? Мне нужно знать всё!

Я проводила поиск всего чего возможно, отследила его банковский счет, посмотрела, куда летал и когда.

Когда в кабинет зашел Гейб, я с трудом смогла задержать на нем взгляд, так как была полностью поглощена работой. Мои глаза сегодня смотрели только в монитор.

– Может, хватит на сегодня работать, детектив?

– У меня в руках серийный убийца, я не могу остановиться, хочу всё о нем знать.

– Поехали домой, там у тебя есть доступ такой же как и на работе, сможешь поработать из дома. Только сначала освежишься и придешь в норму, наверняка ты кроме чипсов и кофе сегодня ничего не употребляла?

Я виновато заморгала глазами.

–Эм….

–Я так и знал, можешь не договаривать. Поэтому, дома нас ждет нормальная пища с мясом и овощами.

Как всегда я не собиралась на тему еды спорить с ним. Сохранив всю нужную информацию на флешку, я спешно оделась, попрощалась заглянув по дороге к лифту с Брайном, и Гейб отвез меня к себе домой.

Аппетитно перекусив, обсудив с Гейбом еще раз все то, что нам удалось раскопать за день я поплелась в ванную. Приняв душ я освежилась и спустившись в кабинет Гейба, села, немного ещё поработать, благо технологии позволяют нам теперь иметь доступ удаленно к своему рабочему компьютеру. Я не следила за временем и когда Гейб вошел, поняв что наверное уже слишком поздно, и не дождавшись меня, он решил сам придти и оттащить меня от компьютера.

– Хватит себя мучить Глория, на сегодня более чем достаточно, – его взгляд был сердитым и он едва сдерживался, чтобы не сорваться, я увидела это по его выражению лица.

– Почему ты так злишься Гейб?

Вместо ответа он подошел ко мне и подняв с кресла, взял меня за плечи.

– Разве ты не понимаешь? Кто бы он не был, Мел? Маркус? Или это один и тот же человек, мне все равно! Он использует меня, потому что я связан с тобой.

– Полегче, док.

– Нет, и даже не подумаю.

Мне ещё не приходилось видеть его в гневе, но сейчас буря эмоций казалось, завладела им.

– Ты нужна ему, чтобы отнять у меня то, что я так долго искал. Мел хочет достать меня, причинить мне боль. Он не остановиться и пойдет на все.

– Остынь немного Гейб, – я убрала его руки с моих плеч и отошла на безопасное расстояние. – Я сама ещё толком не знаю в ком дело, в тебе или во мне? Мы разматываем этот клубок вместе, без тебя мы бы не справились так быстро.

Он развернулся и отошел к окну.

–Понимаешь Гейб, было время, когда я сама всегда принимала решения, я не была обязана сачиться с чьим-то мнением и с чувствами. Ты переживаешь за меня, и я ценю это, но моя работа ловить таких парней как Мел, будем считать, что он и есть Маркус. Даже если иногда и нужно вызвать на себя огонь. Нас этому не обучали конечно, но я такая, мне нужно достичь своей цели, любой ценой. Именно по этой причине я до сих пор не заводила серьезных отношений. Это отнимает много времени и сил.

– Я знаю это и ценю – он говорил уже тихо, видно было, что его гнев и ярость утихла. Ты будешь действовать, так как ты считаешь нужным, не советуясь со мной и не считаясь с моими чувствами.

Я кивнула головой, это было правдой.

Он отошел от окна и подошел ко мне.

– Наверное, это одно из качеств, которое я в тебе люблю, самостоятельность – он погладил меня по щеке и ухмыльнулся.

– Да, другого словечка не нашел, док?

Он взял меня за руку.

–Пойдем, нам нужно немного поспать, это не обсуждается Глория. На работе можешь решать ты, но дома – решаю я. Сейчас, третий час ночи, тебе вставать в шесть, ну и мне нужно немного поспать.

–Ладно, не ворчи, пойдем я сама уже с ног валюсь.

Мы поднимались в спальню.

А я все обдумывала то, что сказал мне Гейб, мне было о чем подумать. Отношения развиваются и перетекают из одной фазы в другую, уплотняя при этом, отношения друг к другу.

– Мы уже не раз говорили на эту тему, чтобы я стала для него живой наживкой, раньше ты не был так против, ты вообще был «за».

–Раньше, это всего лишь была теория, у вас подозреваемого то и не было. Я работаю с вами, и в курсе ваших дел не меньше твоего, и понимаю, сколько информации в твоей голове и как ты пытаешься отсеять, нужную и выбросить весь остальной хлам

Мы вошли в спальню и сбросив с себя халат я скользнула под мягкое одеяло.

– Ну допустим, он захочет сцапать меня. Но как ему это удаться я все время в окружении людей, либо с Брайном. И к тому же я коп и чую опасность. К тому же он не знает, что теперь я видела его лицо и у нас преимущество.

– Да, если он тебя сцапает наверное пожалеет об этом, потому что спорить с копом не легко, а он наверняка захочет поговорить.

– Надо подумать об этом – засмеялась я.

Гейб тоже скинул с себя одежду и нырнул рядом со мной .

–Понимаешь, он может выслеживать тебя, Глория. И напасть может в любой момент там, где ты не ожидаешь. Он играет со мной в шахматную партию, только ценой человеческих жизней.

– Подумай хорошенько, он не может средь бела дня напасть на меня? Если только в его планы не входит еще и Брайн.

– Да тут я может и соглашусь с тобой, повернувшись ко мне лицом и ложась на бок сказал он. – Но ты ведь уже обдумываешь версию играть в поддавки?

– Да, но заметь если такой вариант и будет воплощаться в жизнь, то на мне будет прослушка, куча маячков, опер группа и спецназ поблизости. О своей безопасности я позабочусь, тем более, ты говорил, что у тебя куча родственников, которые часто приезжают у тебе погостить. А это значит, скоро ты захочешь меня познакомить с ними, и вот тут встает выбор..умереть мне лучше? или остаться в живых?– я потрепала его за щеку и чмокнула в лоб.

– Я бы предпочел показать тебя живой Глория, так ты более сексуально выглядишь.

Глава 11

Зайдя в свой кабинет рано утром, я увидела на столе кучу бумаг, конвертов, это означало, что работа опережает меня. Текущие дела не куда не делись и нужно разобраться с ними, не смотря на то, что у меня есть дело поважней. Поэтому, мне нужно распределить нагрузку на тех людей, которым я могу доверять, по крайне мере кто не закинет дело в долгий ящик, а хотя бы оторвет свой зад от стула и сделает выезд и разберется что к чему. На примете у меня уже было пару кандидатур, поэтому я в спешном порядке приступила к разбору почты и бумаг.

Телефон на столе мигал красным огоньком, а значит и голосовая почта тоже забита и её нужно прослушать. Нажав на кнопку на аппарате, я стала слушать.

Брайн оставил сообщение, что у него в девять утра встреча с руководителем клиники, где работает Мел Гилберт.

Следующее было от Эдриана Курта, он не нашел ничего нового на телах девочек Мишель и Мартины, раны были дочиста вымыты, а сами тела омыты шампунем той же серии, что и Элен Фермер, а это означало, что родителям можно дать зеленый свет, чтобы они могли похоронить своих детей.

Затем было сообщение от Роя Питерсона. Им с Томасом удалось вычислить трех пропавших девушек, подходивших под наше дело. Сегодня утром они начнут расследование. Требовались бумаги, чтобы дело перешло в нашу юрисдикцию.

Последнее было от майора Броуди, которой просил меня зайти к нему с рапортом после обеда.

«Прекрасно, я выше головы завалена бумажной работы! Какое уж тут расследование. А ты, Мел Гилберт пока подожди, когда очередь дойдет до тебя, я обязательно тобой займусь!» – подумала я про себя. Усевшись за стол я принялась за работу.

К часу дня я оторвала голову от бумаг и посмотрела на часы. Я решила, что пора проветрить мозги. Сегодня я собираюсь наведаться к директору школы, где работала мать Мела Гилберта. Поспрашиваю про их семью, Как Мел учился в школе? Какие были у них отношения с матерью?

Я нашла в справочнике номер директора школы и набрав номер, записалась у секретарши сегодня на прием. Меня всегда забавляли такие вещи, чем мельче сошка, тем больше уважения, человек должен проявлять. К директору школы нужно записываться, когда сообщаешь, что расследуешь дело об убийстве. Да, это весьма забавно.

Но так устроены люди. Когда человека наделяют малейшей властью, он начинает ей пользоваться на всю катушку, даже когда катушка заканчивается, все равно он не перестает её крутить.

Я собрала все бумаги, которые приготовила для майора Броуди и вышла из кабинета.

Сперва, я решила заглянуть к Брайну.

Войдя к нему в кабинет, я увидела, что он уже был на месте и сосредоточившись на клавиатуре усердно что- то набирает бегая пальцами по ней.

– Брайн, привет. Почему не зашел ко мне после встречи? – я села на край его стола.

– Глория, бумаги сегодня завалили мой стол. Дай мне минуту закончить и я, весь в твоем распоряжении – не отрывая взгляда от своей клавиатуры, произнес он.

– У меня через несколько минут встреча с майором Броуди, мне нужны результаты, так что твоя минута пошла.

Он показал мне указательный палец вверх, тем самым давая мне понять, что в минуту он уложиться. Я сидела на краю стола, покачивая ногами взад вперед, терпеливо ожидая своего времени.

– Я чувствую, как твое тело источает нетерпеливость, это сбивает меня. Ладно, черт бы тебя побрал, Глория! – он выругался и откатился на своем кресле от стола, так чтобы лучше видеть меня.

– Главный врач в клинике «Орхидея» Сидни Бакстер. Основное их направление, оказание психологической и психотерапевтической помощи пострадавшим жертвам от изнасилования и рукоприкладства. Они принимают малообеспеченных людей, тех, кто не может позволить себе страховку. Это может быть любой бродяга с улицы. Так их клиника помогает необеспеченным людям, к тому же студенты учащиеся при академии, имеют возможность там проходить практику. Клинику финансирует государство, но и так же они устраивают благотворительные вечера имея свой фонд. В штате работают около двадцати специалистов, в том числе и Мел Гилберт. Он у них на хорошем счету и является заведующим психотерапевтического отделения, вот уже пять лет.

– Вообщем, на работе он пример для подражания всем студентам верно? Я спрыгнула со стола и засунув руки в карманы брюк начала ходить.

– Да, верно. Бакстер был очень удивлен, что я интересуюсь Гилбертом. Пришлось припугнуть его слегка и взять расписку о неразглашении данных, а то не успел бы я выйти из клиники, он бы разболтал всем. Пока он будет держать язык за зубами. Но его информация нам ничего не дает.

– Мы не ждали ничего особенного. Гилберт имеет доступ к жертвам, этого уже более достаточно. Хорошо Брайн, после того как меня сейчас промаринует майор Броуди я отправлюсь в школу, где учился Гилберт и работала его мать. Хочу потолковать с директором. А ты пока установи слежку за загородным домом Гилберта, только пускай ребята работают в гражданском, он не должен почуять, что мы раскрыли его личность. Моё сердце подсказывает, что именно там и происходит все веселье. Но пока, без ордера, мы не можем туда попасть и всё перевернуть, для ордера нам нужны веские основания, а их пока не очень много в нашей копилке.

– Я только недавно вернулся, так что рапорт о встречи с Сидни Бакстером будет готов позже, пока перескажи в устной форме все майору.

Зайдя в кабинет к майору Броуди, я увидела его сидящем как всегда за своим столом, он эмоционально, жестикулируя руками, разговаривал с кем то по телефону и увидев меня, постарался побыстрее завершить разговор.

– Извини, Глория. Проходи, присаживайся, – он жестом указал мне на кресло стоявшее перед его столом. – Чертовы журналисты, роют землю носом пытаясь найти любые зацепки и новости.

По майору было трудно когда-либо определить в каком он настроении. Казалось, его ничто и никто не может вывести из себя.

Его непроницаемый взгляд всегда оставался холодным, а мимика лица казалось, застыла в одном выражении. Иногда можно было подумать, что на нем восковая маска, потому что, ни один мускул никогда не двигался на его лице, может именно поэтому с его беспристрастностью он так быстро поднялся по карьере до майора. Здесь нужно иметь стальные нервы и железную хватку, руководство свыше все время не забывает о себе напоминать, требуя от департамента эффективной работы и раскрываемости дел чуть ли не сто процентов.

– Майор Броуди, сэр, я пришла доложить о состоянии текущих дел – положив перед ним папки на стол, я села в кресло напротив него и пожила ногу на ногу.

– Прежде чем мы начнем, хочу так же доложить вам детектив Берч, что утром я пообщался с деканом, где учился Мел Гилберт в своё время. Ничего полезного для нашего расследовании я не услышал. Студентов столько за это время выпустилось, что он мне кажется, толком и не понял, о ком я спрашивал. Успеваемость у него была отличная со слов декана, нареканий по учебе не было. Академия прислала на электронную почту копии его табелей за успеваемость, и все прилыгающиеся документы.

– Спасибо, сэр. Позвольте теперь отрапортовать мне, потому что через час у меня встреча с директором школы, в которой обучался Гилберт.

Проторчав чуть больше получала в кабинете майора, я быстро спустилась на парковку и повернув ключ зажигания на высокой скорости поехала в школу.

Сидя в кабинете напротив пожилой женщины, я рассматривала её глубокие морщины и думала о том, что наверное ей бы пора выйти на пенсию. Или выйдя на нее, наверняка, уже много лет тому назад, пора задумать о том, чтобы покинуть пост директора и наслаждаться дома вязанием носков и разведением цветочных клумб возле дома.

Передо мной сидела пожилая женщина с седыми волосами, собранными сзади в пучок и уложенными в «бублик» на затылке. Ее глаза были глубоко посажены, не давая тем самым определить цвет ее глаз. Лицо было худое и вытянутое, складывалось впечатление, что старушка глубоко больна. Её тело все было покрыто глубокими морщинами, хотя выглядела она весьма не дурно, не смотря на свою худобу и болезненный внешний вид. Костюм, одетый на ней был фирменный и дорогой, а то количество побрякушек из золота которыми она была увешана, не сосчитать так сразу. На столе стояла табличка с именем директор Эмма Меллиш.

Я невольно представила себя на месте ребенка, которого наверняка вызывают «на ковер» к директору Меллиш, и меньше всего бы я хотела оказаться на его месте. Её беспристрастный, злющий вид заставлял мурашки бегать по позвоночнику, этакое некое воплощение «снежной королевы» она являла собой.

– Детектив Глория Берч? Что привело вас в нашу школу? Чем могу быть полезна? – довольно энергично произнесла она.

– Да, все верно директор Меллиш, я детектив из убойного отдела. Мы расследуем одно дело, и расследование нас вывело по некоторым данным на вашу школу. Ничего серьезного, не беспокойтесь, дело давно минувших лет. Меня интересует информация об одном ученике и его матери работавшей много лет назад у вас.

– Хорошо, окажу всякое содействие вам, назовите имена и фамилии интересующих вас людей.

– Это семья Гилберт. Марта Гилберт учительница начальных классов и её сын Мел Гилберт.

– Ах да, припоминаю таких. – Что же, старушка на удивление быстро нашла на своем компьютере нужную информацию и продолжила. – Да, действительно, она проработала у нас около восьми лет. Работа учителя достаточно сложна детектив, особенно в начальной школе. Необходимо составлять планы уроков, проверять домашние задания и ставить отметки. К тому же, результативно взаимодействовать с родителями. Ко всему прочему, нужно заниматься самообразованием, посещать специальные семинары и лекции. Марта была предана работе, её сын Мел, не учился в её классе, он был у другого учителя.

– У Марты бывали с кем-то конфликты? Может с коллегами по работе или родителями учеников?

– Нет, что вы. Марта была очень воспитанной женщиной, в своё время она закончила приходскую школу и была очень верующей католичкой. Они с сыном по выходным всегда ходили в нашу церковь, неподалёку здесь на холме, на воскресную службу. Она была со всеми общительна и дружелюбна, дети обожали её. Я считаю, моей школе очень повезло, что она работала у нас.

– Сколько лет вы работаете здесь? Директор Меллиш.

– Я работаю уже более тридцати лет на своём руководящем посту. До этой должности, в молодости я была учителем истории.

– Хорошо , – я делала пометки в своем блокноте, так как не хотела пугать старушку записью диктофона, она видно еще той закалки врятли без ордера разрешила бы. У такого директора кусок хлеба не вынесешь из школы.

– Что вам известно о смерти Марты Гилберт?

– Ровно счетом ничего нового, что и так вам наверняка уже известно. Она умерла от сердечного приступа у себя дома. Сын обнаружил её тело утром. Мальчику тогда была четырнадцать лет и он очень тяжело переживал утрату матери.

– Как это выражалось? –заинтересованно спросила я.

– Он стал много пропускать занятий, но мы всем педсоветом решили к нему относиться лояльно, зная, что он попадет в приемную семью. Понимаете, Мел очень был привязан к своей матери, он старался больше времени проводить с ней. Или постоянно дожидался её после своих уроков. Он шел к ней в класс и сидел с ней пока она не закончит. В своём классе он особо не выделялся успехами. Он держался особняком в старших классах, но его и не трогали. Через какое-то время его определили в приемную семью, и он заметно выправился по учебе. Теперь Мел Гилберт наша гордость. Он стал выдающимся врачом и помогает в клинике бедным совершенно бесплатно, – директор заправила выбившийся локон за ухо.

– Спасибо директор Меллиш за ответы, вы очень помогли нам – я встала и подойдя к ней протянула руку.

– Детектив Берч, я может и стара, но неглупа. Что на самом деле привело вас сюда? Что натворил этот негодник? – она оставалась сидеть неподвижно.

– Я не могу раскрыть вам всех деталей следствия и прошу вас не разглашать информацию дальше этой двери. Если каким то образом произойдет утечка информации и я узнаю об этом, я приложу все усилия чтобы вы потеряли свое рабочее место. Надеюсь, я понятно изъясняюсь? – я одарила ее своим ледяным взглядом.

Ничего не ответив, она молча протянула и пожала мою руку. Этого мне было достаточно с её стороны. Она не создала у меня впечатление болтливой тётки.

Выйдя из школы, я набрала номер Брайна.

– Детектив Брайн слушает, – послышалось в трубке.

– Это я, только что вышла от директора. Слушай Брайн, ты поставил слежку за домом Гилберта?

– Да, как ты и просила, Глория.

– Кто дежурит у загородного дома?

– Чего ты затеяла, Глория? Хочешь провести экскурсию без ордера?

– Ну его же нет в данный момент сейчас там, почему бы и нет. Кто на дежурстве?

– Инспектор Ли Шантао и Карен Денвер. Они разыгрывают влюбленную пару глумящуюся в машине, припарковавшись неподалеку в лесу, на тот случай если объект появиться.

– Отлично, они прикроют меня если что. Отдай им распоряжение, пускай ждут.

– Глория, ты совсем рехнулась! Давай я поеду вместе с тобой? – Брайн начал повышать тон.

–Это всего лишь обычная, стандартная проверка, мы потремся с ребятами возле дома, осмотримся там. Никто не говорит, что нам повезет попасть вовнутрь. Это не законно. Хотя я знаю пару приемов, как открыть дверь. Ладно, Брайн, будь на связи.

– Ты сказала Гейбу, что ты затеяла? Думаю, он бы не одобрил!

–Брайн даже не вздумай ему звонить. Всё, до связи, доложу обстановку как буду на месте.

Я отключилась. Не было сил у меня уже больше ждать. Мне хотелось хоть что-то накопать существенное на Гилберта. Не может все так идеально складываться, чтобы он не наследил. Чутье мне подсказывало, что загородный дом полон сюрпризов. Погода сегодня стояла ясная и теплая, ветер слегка обдувал прохладой. Садясь в машину, я связалась по рации с ребятами, которые следили за Гилбертом на другом участке слежки.

– Говорит детектив Берч, прием? – послышалось шипение, щелчок.

– Да детектив, говорит лейтенант Джонас.

– Доложите обстановку, где находиться объект?

– В своей квартире в центре города, их там несколько человек, видимо у него гости.

– Хорошо, если что – то изменить доложить мне на мобильный, даже если он пойдет в соседний магазин.

–Так точно, сэр.

Двигаясь по трассе, я включила радио и подпевая двигалась в сторону загородного дома Гилберта. Навигатор вел меня коротким маршрутом и чем дальше я отдалялась от города, тем больше понимала, что это идеально место для уединения.

Прибыв к месту назначения, я увидела вдалеке, стоящий большой светлый дом. Он стоял среди небольшого леса, а впереди была огромная поляна газона.

Я подъехала к машине патрульных.

Все вышли из машин. Представившись друг другу, я начала разрабатывать план.

– Вы осматривали территорию возле дома, инспекторы?

– Да, все тихо. За домом есть не большой пруд. Все двери заперты и черный вход тоже, жалюзи опущены так, что внутри ничего не видно – сказал Ли.

Он был небольшого роста, ниже среднего я бы сказала, он очень жилистый и обаятельный. Я не знала его, мне не приходилось работать с ним. Скорее всего он был японец. Хотя я не разбираюсь в этих национальностях, по мне- то, нет различия- японец, китаец, вьетнамец, хотя знаю, что такие люди, очень обижаются если ты не можешь определить их национальность.

Девушка, работавшая его напарником, была плотного телосложения, с веснушками на лице и огромными глазами. Она забавно смотрелась в совокупности с веснушками, что придавало ей, скорее, более детский вид. Встретив где-нибудь её в форме полицейского, не знаю какое она произвела бы впечатление на меня, но сейчас она мне напоминала подростка, сбежавшего со своим парнем. А это как раз то, что нам и нужно для прикрытия.

– Так, я пойду осмотрюсь там, прикройте меня. Если увидите любую приближающуюся машину, докладывайте по рации, я возьму её с собой.

Они отдали честь и мы разошлись.

Я двинулась от трассы, пешком вдоль поля по тропинке.

Вокруг стояла гробовая тишина, только пение птиц откуда то далеко доносилось из леса, стоявшего позади дома. Я решила, что пока иду нужно проверить на всякий случай оружие, полная ли в нем обойма, кто знает, когда он может пригодиться?

Подойдя к дому я неспешно обошла его вокруг. Действительно, с виду он выглядел как не жилой, все двери были заперты, окна не просматривались, как и сказал Ли.

Я решила использовать старый метод, по дороге сюда я купила набор отмычек. И теперь, стоя на крыльце чужого дома, я осуществляла незаконное проникновение. Но меня оправдывало лишь то, что я это делаю на благо страны.

– Я на месте, у парадного входа – доложила я по рации.

– Вас поняли детектив, у нас все чисто.

Несколько минут замок не поддавался, но провозившись с ним ещё какое-то время, он поддался.

Дверь открылась.

–Отлично, Глория! Теперь ты умеешь вскрывать дверные замки – сказала я сама себе вполголоса.

Зайдя во внутрь, я достала пистолет, это был кольт 38 калибра. Шторы в комнате были задернуты, свет вообще не попадал вовнутрь. Я нашла выключатель на стене и щелкнула им. Загорелась тусклая лампочка, света она не прибавила. Из холла шла ещё одна комната в гостиную.

Ощущения, которые меня одолевали в данный момент были не самые приятные, мне показалось, что в доме кто-то есть, я как будто ощущала чье-то присутствие. Я решила доложить по рации, что я вошла в дом, но сигнал пропал и чертова рация все время шипела.

Всё что окружало меня в холе мебель, стены, шторы, все было довольно приятным и уютным, создавая приятную атмосферу. Это мне напоминало дом, когда в детстве приезжаешь к бабушке на ферму.

Я осторожно шагала, стараясь не создавать ни звука, я слышала сама, свое дыхание и мне казалось, в такой тишине, что оно очень громкое. Капельки пота начали скатываться по моей спине, хотя на улице было достаточно прохладно, соответственно в доме, тоже не было жарко, так как он стоял закрытым все это время и отопления в нем не было.

Пройдя через коридор, я попала в гостиную, посреди стоял большой стол он был деревянным из массивного дуба с широкими ножками, а возле него стояли по разным сторонам стулья. Мне это не очень понравилось, хотя, может Мел Гилберт вовсе не убийца? Вдруг мы ошибаемся? Хотим обвинить невинного человека. Возможно, он прикупил себе этот домик, чтобы проводить здесь романтические вечера или жарить барбекю с друзьями по выходным? Размышляла я двигаясь к камину. Камин был в углублении комнаты и пред ним, стояло два кожаных высоких кресла.

И вот тут-то я поняла, что я попала в ловушку! Подходя ближе, я заметила как в камине догорали дрова. Я лихорадочно нашла на стене выключатель, загорелся приглушенный свет, шторы тоже были задернуты.

Подходя ближе к массивным креслам, я увидела вытянутые ноги. Обойдя быстро кресло, держа оружие перед собой, я увидела неподвижно сидящего Мела Гилберта.

– Наконец – то Глория! Я ждал тебя сегодня, – томным голосом заговорил он. – Садись, могу я тебе, что-то предложить? Кофе? Лимонад?

Мне казалось, что меня на несколько секунд парализовало на месте. Я заглянула ему в глаза, наши взгляды встретились и конечно же без сомнения это был он!

– Встать, упасть на пол лицом вниз, угрожая ему свои пистолетом – скомандовала я. – Я не задумавшись спущу курок, если ты только вздумаешь что-то выкинуть.

– Ты такая грозная детектив, это меня и заводит в тебе. Ладно, я подчинюсь тебе, пускай это будет твой легкий арест, самого страшного серийного убийцы – он сполз вниз на пол с кресла и опустился на живот.

Я наклонилась, чтобы завести ему руки за спину и надеть наручники, но Гилберт извернулся, перехватив мою руку и выбив у меня пистолет, я почувствовала укол в шею. Все произошло молниеносно.

– Чтоб тебя ублюдок! – прокричала я.

– Ну что ты Глория, не ругайся, это всего лишь мягкий наркотик, транквилизатор, он выведет тебя из строя ненадолго, пока твои друзья будут тебя искать.

Я почувствовала, как начала падать, но он подхватил меня и усадил в кресло. На нем был одет бежевого цвета костюм, с коричневой рубашкой из хлопка, расстегнутой на первые две пуговицы. Он хорошо выглядел. В реальности, Мел выглядел еще привлекательней. И действительно, когда он улыбнулся мне, улыбка была очаровательна.

Я чувствовала как по телу разливается тепло, это начал движение по крови наркотик, я приказывала себе не отключаться, фокусируясь на лице Гилберта. Я твердила своему мозгу думать, но кажется, это совсем не помогало, потому, что состояния опьянения и дурмана поражало мое сознание и мозг.

– О детектив, вижу вам уже стало хорошо и все ваши мышцы расслабленны, именно этого эффекта я и добивался. Вы будете в сознании, но шевелить не какой частью тела не сможете. Это забавно, правда? – он широко улыбнулся и приблизился ко мне почти вплотную нос носу.

– Ну и где же ваша хваленая армия полицейских болванов? Эти кретины даже не смогли выследить меня, – он рассмеялся во весь голос.

Эго слова уже были, где -то далеко, а я готова была отключиться в любую минуту, но из последних сил я держалась. «По поводу кретинов, вынуждена с ним согласиться, если я выберусь отсюда живой, наваляю всем по первое число, за такую слежку» – подумала я.

Гилберт внезапно подхватил меня на руки, как будто совсем что -то невесомое. Хотя мое тело должно было изрядно потяжелеть, видимо он в хорошей физической подготовке.

Гилберт оказался высокого роста, наверно примерно сто девяносто сантиметров, он не был громилой, его фигура была доведена до совершенства, это я еще на видео заметила. Он был подтянут и строен.

– Вот что детектив, как же я рад, что вы сегодня пришли ко мне в гости! Сколько долгих лет я готовился к этому. Краски, холст, все уже давно готово для тебя, – он шептал это мне все на ухо, так как моя голова оказалась у него на груди.

– О боже, божечьки, как наверное переживает доктор Гейб сейчас, что ты в мои лапках, ну ничего, ничего, он заслужил это!

Гилберт уверенно стал шагать вдоль комнаты, я пыталась запоминать маршрут, так как сознание еще смутно, но работало. Я попыталась пошевелить пальцами рук и к своему удивлению обнаружила, что могу это сделать, главное чтобы он не заметил. Я попыталась вспомнить, по утрам я принимаю пару энергетических коктейлей, чтобы держать себя в тонусе целый день и не расклеиваться, такое я проделываю, когда у нас большое серьезное дело, когда я сплю по пару часов в сутки. По всей вероятности они не давали организму выйти из строя и дать полностью наркотику подействовать, потому что одному богу известно или кто там создает эти напитки, что они туда кладут. Какие вещества и какие элементы? Теперь вся эта смесь вступив в реакцию с наркотиком, как себя поведет, оставалось только гадать.

Вообще пока Гилберт нёс меня на своих сильных руках, я понимала, что во мне часовая бомба. Пока положение вещей такое, что я еще могла шевелиться, а это дает мне небольшое преимущество. Но он забрал у меня пистолет, рацию, телефон. Всё, что мне помогало бы хоть как –то выбраться от сюда, если это будет возможным.

Мы прошли через гостиную, вышли в холл, там была дверь, ведущая в кладовую. Зайдя в неё, он спустился вниз по ступенькам. Я не совсем ясно мыслила, но пыталась все запомнить.

В помещении было темно, он прошел ещё несколько шагов и мне показалось, что он зашел за металлический стеллаж. Пространства между стеной и стеллажом было мало, поэтому ему пришлось поставить меня на ноги облокотив на стену, при этом придерживая меня одной рукой. На стене был встроенный щиток и цифровым кодом, он набрал комбинацию и дверь открылась.

– Ну вот голубушка моя, мы и пришли.. – он это сказал с таким упоение, что казалось, что он растает от счастья.

Вновь подхватив меня на руки, он занес меня в огромное помещение. Через какое-то время он усадил меня в мягкое кресло, и очень заботливо укрыл пледом. Гилберт положил меня в позу эмбриона, так как части тела не слушались и были как у тряпичной куклы.

Я решила насколько возможно тянуть время, чтобы он не задумал. Это даст мне шанс получше окрепнуть, потому что сейчас я была не в состоянии нанести ему такой удар, чтобы хотя бы свалить с ног. К тому же, очевидно, что он имел преимущества роста и мышечной массы.

Я стала осматриваться вокруг, медленно проведя глазами по помещению, я пришла к заключению, что это его мастерская. Мастерская под землей. Это был бункер. Просто так сюда явно не попасть, но раз уж он привел меня сюда, наверняка есть и другой выход, не может же он добровольно сдаться, зная, что рано или поздно сюда нагрянет толпа полицейских и все обыщет здесь. Хотя, это не давало мне сто процентной гарантии, что они найдут щиток на стене за стеллажом. Поэтому, придется рассчитывать только на себя. Впрочем, как и всегда.

Помещение было светлым, так как в нем было много светодиодных ламп и светильников. Стены были выкрашены в серый цвет, структура размещения предметов и как все было расставлено по своим местам, поразила меня. Все было поделено на определенные зоны, здесь располагалось множество стеклянных отсеков, их можно даже назвать боксами, осмелюсь предположить, что они были все со звукоизоляцией. Их было несколько, но они все были разными.

В одном, стоял операционный стол с инструментами, в другом, просто обитая кожей комната где судя по всему была убита Элен Фармер, это я узнала по обивке стен. В третей, висели какие- то цепи, ремни, и бог знает что ещё. В четвертой, находились бесконечные стеклянные банки с непонятной жидкостью, я не могла рассмотреть точно из далека. Там где сидела я, был бокс для рисования и художества. Видимо здесь он творит картины, может просто рисует. Это стеклянный бокс, я отметила про себя, что стекло слишком толстое, наверху в углу была прикреплена камера наблюдения. В самом боксе стояло кресло, столик, напротив меня стоял мольберт и этажерка с красками и многочисленными кистями.

Самого Гилберта нигде не было видно. Но спустя какое-то время, он появился из неоткуда.

–Ну как детектив, вам нравится у меня? – он сел напротив, гладя меня по голове.

– Катись к черту, Мел – смогла едва выдавить я из себя.

– О, так мы еще можем сопротивляться? Это хорошо, я знал, что ты моя особенная. Ты не отключишься, не бойся, я хочу разговаривать с тобой. Посмотри на себя какая ты сейчас жалкая, ты сидишь напротив меня, сложившаяся в клубочек, укрытая пледом и ты такая беззащитная Глория. Никто не придет спасать тебя. Хотя, ты же сама возжелала придти ко мне, я тебя предупреждал. Для начала мне нужно раздеть тебя и омыть, потом я приступлю к работе и сделаю несколько эскизов и портретов, мне столько нужно еще сделать с тобой, и столько тебе рассказать, ну все по порядку, надо держать себя в руках.

Он убрал с меня плед и начал снимать с меня всю одежду. Я заметила, что он возбудился, так как брюки оттопырились настолько, что это было заметно. Мне ничего не оставалось, как дать ему делать то, что он задумал. Нужно хорошенько осмотреться и найти орудие, которым можно нанести удар, да так, чтобы не убить навзничь его, а лишь ранить, он нужен мне живым, чтобы упечь его на электрический стул. Потому что пожизненный срок для него, слишком мала кара за то, что он сделал и намеривается сделать со мной.

Раздев меня догола, он отошел на несколько шагов назад и просто стоя, любовался мной, затем, подойдя близко к креслу на котором я лежала, взял меня на руки и понес в бокс который, мне не был виден до сих пор.

Это была небольшая ванная комната, сама ванна стояла ровно посредине комнаты, которая была отделана полностью светлой плиткой. Комната была не большая, возле одной из стен стоял металлически стол на котором лежало полотенце, а рядом с ним, находился стеклянный шкаф, в котором я заметила разные гели, шампуни, мыла и прочие парфюмерные тюбики и бутылочки.

Гилберт осторожно поднес меня к ванной и погрузил в воду. Не знаю даже, была ли она теплая или холодная, я не ощущала её. Ощущение, как будто я была в пластиковом мешке.

В изголовье был валик для головы, он осторожно положил мою голову на него. В воде была пена, её было очень много, столько, что при моем погружении она стала вытекать за пределы ванны прямо на пол.

Я поймала себя на мысли, что почувствовала тонкий аромат цитрусов, это был апельсин или мандарин.

Гилберт снял пиджак, так как рукава он замочил по локоть, пока занимался моим погружением. Он аккуратно сложил и пожил его на пол, затем снял рубашку и остался в одних брюках. Он хотел обнажить передо мной своё торс, чтобы я им любовалась. Как он все спланировал в своей голове, так все и должно было идти.

Затем он снял обувь, носки, и закатал брючины почти до колен, видимо, чтобы не замочить их. Проделывая все эти телодвижения, Гилберт старался не сводить с меня свой предвкушающий взгляд. Если оценить его в целом как индивид, как мужчину, он был весьма не дурен собой. Он создал сам себя, прикладывая к этому массу сил и времени, наверняка, подражая Гейбу. Скорее всего, он хотел конечно, превзойти его, но почему-то так сложилось, что Мел Гилберт не приобрел такой всенародной славы как Эндрю Гейб.

Он открыл шкафчик и достал оттуда мочалку и взял небольшой кусок мыла. Подойдя к ванной, он сел на колени перед ней и погрузив свои руки в воду, начал медленно водить по моему телу мылом. Я не могла чувствовать прикосновения, хотя шевеля пальцами рук и ног под водой понимала , что ощущения и движения начали возвращаться постепенно ко мне. Нужно начать говорить с ним, язык уже казался пришел в норму и я могу нормально отчетливо говорить, потому что до этого, я ощущала во рту как будто кусок ваты.

– Гилберт, какого хрена ты делаешь? – я медленно перевела свой взгляд на него.

– Детектив, кажется, водичка немного взбодрила тебя. Я всего лишь хочу омыть твое тело, от всей той нечисти, и грязи, в которой ты ежедневно работаешь. Я хочу, чтобы ты была чиста и не порочна в моем доме – он смочил губку и поднес её к моим волосам, стараясь выдавить из неё как можно больше воды.

– Это вряд ли, я полицейский в душе, чтобы ты со мной не делал, я им и останусь! –упрямо заявила я.

– Скажи, Гейб моет тебя, так как я? – в его глазах вдруг вспыхнул огонек ярости на какое-то время, но тут же быстро погас, но я уловила это.

Значит, ты умеешь хорошо контролировать свои эмоции – подумала я.

– Нет, не моет, у нас на это нет времени, если ты понимаешь, о чем я? – у меня не было возможности шевелиться, я только двигала глазами, а мой рот воспроизводил звук.

– Ты хочешь, чтобы я начал тебя ревновать детектив? Все это уже в прошлом, теперь ты досталась мне. Я сегодня был очень тронут, что ты посетила мою бывшую школу.

– Откуда ты знаешь?

– У меня везде свои люди Глория. Твои, следили за мной, а мои, за тобой – он улыбнулся и чмокнул меня в лоб.

Поднявшись с пола, он снова подошел к шкафчику. Вид со спины был красивым, у него была мускулистая прокаченная спина, кожа была хорошо ухожена и это видно было даже из далека, она была слегка смуглой и при свете лампы блестела.

Он вытащил, какой-то тюбик и направился обратно ко мне. Выдавив себе на ладонь какую-то субстанцию розового цвета, Гилберт начал мыть мне голову. Я подумала, может это тот самый шампунь, который стоит целую кучу баксов? Ну хоть по крайней мере перед смертью меня искупают в деньгах.

– Расскажи мне о Пикассо, почему именно этот художник так вдохновляет тебя?

– Да ненавижу я этого чокнутого! – выругался он про себя. Он смыл водой шампунь с моих волос, и отойдя к стене, взял полотенце со стола и накинул себе на шею.

– Ты что такое несешь? Ты больше десяти лет подражаешь его искусству?

Он подошел ко мне и вытащив легким движением меня из ванной, отнес и положил меня на металлический стол. Кончики пальцев рук, почувствовали ледяную сталь, а это был для меня хороший знак, ощущения постепенно возвращались ко мне. Гилберт начал медленно обтирать все участки тела полотенцем, моя голова была повернута к нему и я могла видеть как его плоть все была так же тверда. Он делал это бережно и нежно, будто я хрустальная ваза, которую он боялся расколоть. И это мне совсем уже начинало не нравиться. Он осторожно вытирал мою грудь трогая её руками, затем аккуратно поласкал мои гениталии, и какое счастье, что я этого не чувствовала, но эта картина ещё долго будет в моей голове.

– У тебя идеальное тело Глория, ты моя богиня. Как я и предполагал, у доктора Гейба всегда всё самое лучшее. Теперь, я забрал у него его игрушку – он наклонился и поцеловал мой живот и промежность между ног.

– Какая же ты вкусная. Теперь я намажу твое тело маслом, оно создано и сварено специально для тебя, здесь собраны частицы всех моих девочек, но они ничто, по сравнению с тобой. Ни одна не могла сравниться даже близко с твоей красотой.

– Не делай этого Гилберт, прекрати, я не хочу быть омыта маслом с частицами тех, кого ты выпотрошил.

– О, милый мой детектив, у тебя нет право голоса – он достал пузырек из шкафчика и поливая на меня тонкой струйкой золотисто-карамельного цвета жидкость, стал растирать её по всему телу.

Закончив с этой процедурой, он поднял меня на руки со стола и понес обратно в бокс, где я была изначально. Усадив меня в тоже кресло, он стал совершать разные манипуляции с моим телом, чтобы придать ему нужную позу.

–Брось ты эту затею Гилберт, ты походу перекачал меня своей дрянью, так что я не в форме, чтобы позировать тебе.

– Ничего, все нормально. Он уложил меня на левый бок, положив голову на подлокотник, ноги согнул в коленях, получалась поза «калачика». – Вот, теперь именно то, что мне нужно! – выкликнул он радостно. – Я запечатлею тебя в этой позе на своём холсте и отправлю этот шедевр Гейбу, пускай смотря на неё и понимает, насколько тебе было омерзительно находиться в моей компании и как ты беззащитна.

Он отошел от меня, и стал готовить кисти и краски, крутясь перед мольбертом и напевая потихоньку себе какую-то мелодию под нос.

–Видимо вечерок будет длинным, поэтому, почему бы тебе не рассказать все с самого начала, свою загадочную историю – начала я как бы невзначай.

– Тебе правда интересно узнать обо мне? – на минуту он остановился и посмотрел на меня, леденящим душу взглядом. Признаться честно, я испугалась, я знаю этот взгляд. Когда на вас так смотрят, то никогда не знаешь, набросятся на тебя сейчас через минуту и убьют или оставят терзать дальше.

Я моргнула глазами, в знак согласия.

– Хорошо, я поведаю тебе все, раз ты так настаиваешь. Время пока у нас есть.

Он поставил стул передо мной и сел скрестив вытянутые ноги перед собой, взяв при этом большой белый лист и карандаш.

Выглядело конечно со стороны все иронично, возможно вы подумаете, как в фильме «Титаник». Только мой художник – серийный убийца, мы заперты в бункере под землей, и на мне нет кулона с огромным бриллиантом. Гилберт начал делать наброски и одновременно заговорил:

– Я родился в полноценной семье и до трех лет наверное, мое детство можно назвать счастливым, я плохо конечно помню, так как был слишком маленький и не мог оценить все те радостным моменты, приходившие в мою жизнь. Когда мне было четыре года, отец бросил нас с матерью, сбежав с какой-то шлюхой в Китай. Моя мать очень тяжело переживала этот разрыв, поначалу она впала в депрессию, перестала обращать на себя внимание, полностью запустив себя как женщина. Она старела на моих глазах очень быстро. Однажды, она сказала мне, что ей не для кого жить, я не являюсь для неё смыслом жизни, как отец. Когда -то она боролась за любовь папы очень долго, и когда вышла за него замуж, думала что это навечно. Моя мать стала неким «зомби», тенью самой себя, она ничем не увлекалась, просто тупо ходила на работу, выполняя свои обязательства, а по вечерам запиралась у себя в комнате, налив мне миску с молоком и хлопьями. Через некоторое время она перестала делать и это. И когда мне исполнилось семь лет, к этому времени видимо она окончательно съехала с катушек и начала меня растлить. – Он на минуту замолк, делая движения рукой по листу все активнее и сильней, он заметно начал нервничать. Но взяв себя через несколько минут в руки, продолжил:

– Как бы тебе объяснить, она меня унижала и после каждого акта изнасилования сильно била меня срывая свою злость если я что то делал не так, а потом закрывала в комнате до утра. Я сидел в своей комнате, маленький, голый, избитый и ничего не понимающий. Она говорила, что просто играла с моей «дудочкой» – так она его называла. Я рос, храня её огромную тайну. Конечно, я замкнулся в себе и ударился в учебу. Книги стали моими друзьями. Мальчишки, которые жили с нами во дворе по соседству, хотели дружить со мной, но мать не отпускала меня с ними гулять, напрочь, лишив меня детства. Утром я шел с ней в школу, после уроков я сидел в её классе и ждал, когда она закончит работать. Без её ведома я не мог никуда ходить. Я был её растением, ее собственностью.

Я заметила, как по его щеке потекла слеза. Гилберт не стыдился этого, он просто дал волю своим чувствам. «Значит, Гейб попал в десятку, предположив тогда версию о матери» – мой мозг начал постепенно приходить в норму и возвращаться к реальности.

– Когда мне было тринадцать, в период созревания и становления из ребенка в юношу, я стал задумываться о том, что больше не намерен принадлежать ей. Мне хотелось сбежать, забыть это все как страшный сон. Такая жизнь, которой я жил, стала для меня нормой. Когда я был совсем мальчишкой и в самом начале того как она начала насиловать делая это со мной, я думал, что всех мальчиков мамы так ласкаю по ночам. Но спрашивать у сверстников, мне было категорически запрещено, иначе я бы понес суровое наказание, сидя в подвале неделю без еды. Пережив такое однажды, за то, что я привел домой друга из класса она так и сделала, этого кошмара мне тогда хватило надолго. И вот, мне тринадцать, я полон сил и энтузиазма, все чаще я всерьез задумывался о плане к бегству. Я не знал, куда бежать, просто я больше не хотел трахать свою мать, понимаешь, детектив? – он поднял свои ясные глаза на меня и они были полны слез.

Я кивнула головой.

– Ты приятный собеседник Глория, слушать умеешь. Ну так значит, на чем я закончил? Ах да, я стал чаще заглядываться на одноклассниц и девочек моего возраста, моя мать внушала мне, что все они мне не пара, я достоин лучшей, такой как она. Чем больше я думал о побеге, тем чаще меня посещала мысль, как же я выживу без средств к существованию? Я мог конечно, пойти куда-то работать, он мальчика в тринадцать лет заподозрили бы тут же. И тогда я стал думать, а почему мы мне просто убить её? Это решало все мои проблемы. Но как это сделать так, чтобы я при всем этом остался бедным, несчастным малышом? Долго думая, я нашел выход, его нашел бы любой, будь он в таком отчаянье как я. В день моего четырнадцатилетия съев свой заветный маффин, я добавил в её стакан с вином, хорошую дозу препарата вызывающего от передоза сердечный приступ. Смерть была мгновенной. Она билась какое-то время в конвульсиях, а я, просто стоял и смотрел на нее. Это была моя первая победа. Мать всё время принимала кучу успокоительных и депрессантов, поэтому это не составило особого труда найти нужное лекарство, надо просто знать, что с чем смешать, чтобы получить желаемый эффект. Это был гениальный план, все в нашем городке знали, что она немного не в себе после ухода папы. Поэтому, никого особо не должно было удивить, что она покончила с собой. Меня, как и предполагалось ни в чем не заподозрили, я разыграл горем убитого сына, затем мне назначили опекунов из приемной семьи. С этими отщепенцами я не собирался гнить и проводить свободные дни своей начавшейся жизни, так как им бы этого хотелось. Я был десятым по счету в их семье приемным ребенком. Поэтому, я сразу договориться с ними о том, что они получают за меня деньги, а я живу как хочу, и где хочу. Было не сложно все это провернуть, тем более, пообещав им, что на проверку органов опеки я буду возвращаться и разыгрывать послушного счастливого ребенка.

Здесь Гилберт замолчал встав со своего места и подойдя ко мне. Просунув свои руки под меня, он бережно перевернул меня на спину, голова осталась лежать на подлокотнике повернутая, смотря в сторону, где он сидел, ноги теперь были согнутые в коленках и свисали с противоположного подлокотника. Мои руки он положил вдоль тела, волосы спадали мне на грудь.

Гилберт разбросал мои пряди волос по груди и плечам, затем, явно довольным своей работой, он задержал на мне свой взгляд. Не удержав себя, он впился своими губами в мои губы и стал нежно ласкать их своим языком.

Я лежала неподвижно закрыв глаза, ждала когда это закончиться. Видя, что я не отвечаю ему взаимностью, он не стал настаивать. Взял чистый лист, сев на свое место, он вновь принялся рисовать.

– Почему ты решил стать психиатром? – спросила я, едва услышав свой голос, почему- то силы резко покинули мое тело.

– Наверное, потому, что я решил понять свою мать. Ты должна признаться, раз у нас откровенный разговор не выходящей за границы этих стен и можно делать признания и всё равно ты меня уже не засадишь за решётку. Признай, Глория, я тебя переиграл! -улыбнулся он самодовольно.

– Хрена с два ты угадал, я предлагала тебе встречу без наркоты, а ты струсил и накачал меня, тем самым давая себе карт-бланш. Будь я в своём обычном состоянии, надрала бы тебе зад.

– Хватит трепаться попусту детектив, ты будешь слушать мою исповедь дальше? – искоса посмотрев на меня, спросил он.

Я моргнула глазами в знак согласия.

– Тогда после смерти матери, меня не покидало чувство восхищения и триумфа. Я смотрел, как она умирала и получал от этого истинное удовольствие. А для того, чтобы проверить свои чувства и эмоции, нужно было повторить убийство ещё раз. Следующая жертва была пятнадцатилетняя девчонка, живущая в доме приемных родителей. Она моталась во всю по району и прожигала свою жизнь на всю катушку, стала наркоманкой и проституткой, ну и скажи, на кой ей была нужна такая жизнь? Все равно, она рано или поздно бы сдохла в подворотни от передоза наркотой. Хочу сказать, что тогда, изнасиловав её и нанеся ей много ножевых ранений, я осознал, что именно такого ощущения мне до сих пор не хватало в жизни. Это была эйфория, блаженство, полное ощущение восторга и радости. Будто Санта Клаус мне принес подарок на рождество! После этого случая я уже ясно понял, что захочу убивать, снова и снова, но я не хотел быть как все заурядные убийцы. Я стал увлекаться историями о серийных преступниках и пытаться понять, их логику, мышление, и вот здесь – то я и увлекся психологией. В школе я неплохо учился, закончив её с хорошими отметками, я сам поступил в медицинскую академию. Тогда я решил, что стану врачом – психотерапевтам, мне нужно было изнутри узнать мотивы их деяний, поговорить с ними, понаблюдать за заключенными. А академия предоставляла такую возможность, лучшим студентам давали практику в секретных тюрьмах с самыми отъявленными серийными убийцами – это был мой шанс. Чем больше я углублялся в психологию и психиатрию, тем большее мне становилось понятно, как нужно все преподнести и что для этого сделать. Нас учили думать, уметь стоить стратегии, прорабатывать тысячи версий задав один вопрос. Я знал как обучают полицейских, детективов, я был на их занятиях. Поэтому, я решил с играть с вами копами, и доказать всему миру, что полиция никогда не стоит на страже порядка, она только отмывает грязные деньги, прикрываясь данной работой. И что же? Как видишь, мне не плохо это удалось. Мне нужно было что-то такое необычное, что заставило бы город держать в страхе, да, я хотел признания общественности. На каникулах я ездил в разные штаты, останавливался в грязных мотелях, и отрабатывал мастерство на бездомных и проститутках. Вот тогда-то мне и пришла в голову гениальная идея. Так как я любил рисовать с детства, так почему бы мне не начать создавать картины из плоти? Такого точно до меня никто не делал! Я решил создать образ сумасшедшего художника, подражателя Пабло Пикассо и мне с блеском удалось произвести на всех несгладимое впечатление. Никогда особо не поймал этого чудака Пабло, я просто копировал его картины, не вникая в суть. Но зато полиция, отнеслась к этому с особым интересом, к такой подачи трупов они явно не были готовы. – Гилберт оторвал голову от рисунка и взглянув на меня, ожидал одобрения.

– Как в этой всей истории замешан доктор Гейб? – спросила я.

– Доктор Гейб? Он был совсем юный, когда я с ним познакомился на одной из научных конференций куда съезжались все студенты, получавшие повышенную стипендию, за научные труды и все такое. Он был на своем курсе – лучшим, а от девчонок не было отбоя. Я завидовал ему, Гейб очень коммуникабелен, чего не доставало мне. Я начал нас сравнивать. Это стало моим смыслом жизни, стать лучше него и успешнее. Он был слишком умен и я боялся, что он увидит во мне, то настоящее, что я так тщательно скрывал. На студенческих вечеринках, мы часто пересекались и гуляли вместе, распивая литры пива.

Однажды, я влюбился в девчонку, её звали Бетти. Почему-то впервые, у меня не возникло желания убивать её, она мне была дорога как друг или как кто-то, кто грел мне душу. Она встречалась со мной пару месяцев и сказала, что ей нужен такой как Гейб, её он больше «вставлял», а я был якобы слишком хладнокровен. На следующее утро, уже весь студенческий кампус знал, что она перепала с ним. С этого дня, я поклялся сам себе, что буду мстить ему до конца его дней, и что однажды, настанет тот день, когда я отберу у него самое дорогое, что только будет в его жизни! А дальше, ты знаешь, я все разыграл как в шахматной партии, нужно было только время, терпение, и хороший сценарий.

–Почему ты не убивал десять лет? К чему этот перерыв? Или ты убивал, просто мы об этом не знаем? – мой голос прозвучал уже намного громче и четче.

– Ты никак начинаешь приходить в себя, детектив?

– Ты не ответил, – конечно, я начинала немного уже приходить в себя, и надо было выбираться как -то отсюда, но пока у меня не было пути отступления и плана, как хотя бы ранить Гилберта.

– Я убивал, просто полиция об этом не знала, – ответил он абсолютно равнодушно и спокойно. – Ты наверняка оценила моё высокое мастерство, когда впервые обнаружила картину в галереи. Да, на ней была Паула, неплохая девочка, она мне нравилась. К тому же, у меня был сильный мотиватор – это ты. Я следил за твоей карьерой с тех самых пор как ты начала набирать обороты. Девушка детектив – это всегда необычно и так сексуально.

– Почему ты выбирал тех, кто пострадал от рук насильников? Зачем, ещё раз причинять им эту же боль, понимая их, как никто другой?

– Ну что ты детектив, я прекращал их мучения. Понимаешь? Ты внимательно, меня слушаешь? Они бы стали такими же как я! Маленькими, изнасилованными детьми и это не возможно стереть не из памяти, не из своего сознания. Это пожирает, душит изнутри – это я тебе как врач могу сказать. Я помог этим девочкам обрести душевный покой.

– Поэтому, ты потом просто подкладывал нам тела, не делая из них уже картины? Ты решил показать своё лицо, сбросив маску.

– Верно подмечено, детектив. К тому же, я хотел, чтобы вы подумали по больше, сбились с ног в поисках меня. Я признаться был польщен, что вы так быстро вышли на мой след. Бьюсь об заклад, это доктор Гейб вспомнил меня? А ты, уже сопоставила все пазлы воедино.

– Именно так и было, – ответила я. – Мое тело начинало ощущать температуру в помещении, в нем было достаточно прохладно и зябко. – Где останки тел, Гилберт?

– На этот вопрос я не могу ответить вам детектив, – отрицательно замотал он головой.

– Так не пойдет. Мы договаривались с тобой, что ты скажешь! Я свою часть сделки выполнила, как видишь!

–Глория, не порти мне настроение, не будь занудой, – он отложил листок и карандаш в сторону и двинулся ко мне.

– Просто скажи, где ты спрятал тела? Мне всё равно уже не выбраться отсюда живой, тебе тоже. Меня убьешь ты, тебя убьют мои люди, так что доживать нам эти минуты вместе.

Гилберт склонился надо мной и внимательно изучал мое лицо.

– Ладно, Глория! Твоя взяла. Я не припомню уже и всех, потому что когда я был в Техасе я беспредельничал и хулиганил, моими жертвами были бездомные, их явно никто бы не стал искать и уж тем более хоронить. В том штате тела разбросаны по всему округу, в реках, озерах, закопаны в лесах, некоторые я оставлял просто в тех норах, где они жили, где- то под землей. Все остальные девочки, с которыми я работал в этом городе, лежат на дне моего пруда, позади этого дома.

– Хорошо, скажи, сколько у тебя жертв?

– Говорю же, я не считал! Может двадцать или тридцать, я не пытался их запомнить, я говорил уже. – Он склонился над моим ухом и прошептал. – По моим расчетам твои дружки явятся сюда в ближайшие минуты и будут пытаться взломать код доступа, пускай помучаются, я подготовил им сюрприз, код обновляется каждые две минуты. Поэтому нам нужно торопиться Глория, хочу чтобы ты достойно выглядела, все – таки придёт доктор Гейб.

– Приступай, – тихо сказала я. – Кстати, Гейб поставил тебе диагноз психопат! – Я смотрела, не отрывая взгляда от его глаз. Они были большими и глубокими, в них можно было тонуть, они переливались какими-то разными оттенками, то темнели, когда он начинал злиться, то светлели. Зрачки были чуть расширенны, возможно, он тоже был под наркотиком.

– Я знаю свой диагноз Глория. Доктор Гейб не ошибся .

Он подхватил меня на руки и понес в бокс, где висело множество ремней и каких-то других приспособлений. Не смотря на всю свою храбрость и смелость, мне стало очень страшно, я понимала, что он отнимет мою жизнь, ему не составит это особого труда. Оставалось только попытаться нанести ответный удар, как бы там оно не вышло, но попытаться стоит.

Глава 12

Все это время, вся команда в лице многих детективов, полицейских и тому подобных, включая доктора Гейба, стояла по другую сторону стены, пытаясь взломать код на табло щитового прибора.

Это была комбинация из восьми цифр и подобрать код было не так и просто, даже с современной техникой вариаций было миллионы или даже миллиарды. На это всё требовалось много времени, которых у них не было, и все это понимали. Брайн руководил всей операцией.

Когда патрульные, с которыми я не выходила какое-то время на связь, поняли, что меня нет уже долгое время, они решили пойти за мной. Проверив дом, они поняли, что случилось ужасное. Дальше, инспектор Ли, быстро сообщил в департамент майору Броуди о произошедшем.

Через десять минут была собрана целая армия возле загородного дома Гилберта, включая саперов, спецназ, криминалистов, скорою помощь. Поисковые собаки вывели на след и вот уже минут десять все толпились возле стены, на которой был зашифрованный код.

Этот шифр пытался взломать Дейв Левински. Брайн не находил себе места зная, что я нахожусь внутри. Гейб стоял возле Дейва, твердя ему всё время:

– Ты должен как-то вскрыть, этот чертов замок Дейв! Я не могу её вот так потерять.

– Я прикладываю все силы Гейб и не меньше тебя, хочу вскрыть эту чёртову дверь! Не могу пробить эту замысловатую систему, он запустил «крота» и код обновляется каждые две минуты, я всё уже перепробовал. Пробовал универсальный ключ, пытался расколоть коды, но стоит почти подобрать порядок цифр как, они переключаются на новую последовательность. – Дейв выругался, понимая, что всё в его руках и стоящая за ним армия полицейских, без его расшифровки никак не войдет в эту дверь.

– Должен же быть какой-то выход из всего этого? – не унимался Гейб. – Скажи, может тебе что-то нужно? Я тут же достану тебе это.

– Так заткнитесь всё! – закричал Дейв. Он был явно на пределе, пот катился по телу градом, а цифры не слушались его и плясали сами по себе, перед ним на экране. – Я прошу полной тишины, дайте мне несколько минут тишины, если можно, не дышите даже, мне нужно сосредоточиться, если мы не хотим потерять Глорию.

Брайн стал просить всех отойти на несколько шагов подальше и ждать в стороне, сами они с Гейбом тоже отошли в сторону, чтобы не мешать и все затаились в ожидании. Повисла гробовая тишина.

Гилберт тем временем перенес меня в комнату, где с потолка свисали ремни, цепи, веревки, на стенах были прибиты какие- то приспособления в виде кандалов. Местечко ужасающее, скажу я вам. Именно здесь он делает кровопускание жертвам, не трудно было догадаться.

Он поставил меня на ноги. Я ступнями почувствовала холодный пол кафеля и обратила внимание, что на полу везде были дырочки в виде канализации, туда судя по всему уходит кровь, которая капает с жертвы. Наверняка, он все тщательно вымывает здесь после своих забав, поэтому, все так продумано до мельчайшей мелочей.

«Если не сейчас, то никогда!»– пронеслось в моей голове. Я стояла к нему спиной, одна его рука обхватывала меня вокруг талии, другой он пытался достать ремешок сверху, чтобы закрепить мне обе руки, подвязав меня таким образом к потолку.

И тут я рванула, что было сил, нанеся ему локтем удар в живот. Он согнулся пополам, взяв его за голову, я коленом ударила по ней. Но к моему несчастью, его это не сбило с ног. Гилберт рассвирепел и кинулся на меня всей своей массой, ударив меня по лицу.

Сколько я пробыла в отключке трудно сказать, приходя в себя, я попыталась открыть глаза, ощущение было такое, будто на меня обрушилась бетонная плита.

Пред глазами всё плыло и взгляд никак не мог сфокусироваться. Голова была налита свинцом и страшно раскалывалась. Постепенно, сознание возвращалось ко мне и наконец, я чётко увидела сидящего облокотившегося на спинку стула Мела Гилберта.

Рядом с ним стоял маленький, круглый, металлический столик, на котором лежал мой револьвер тридцать восьмого калибра, скальпель, и большие песочные часы.

Я была подвешена к потолку за руки, скрещенные у меня над головой. Руки мои уже настолько затекли, что я уже их не чувствовала. Меня мучила жуткая жажда, во рту все пересохло и особого желания говорить, у меня не было. Я и так знала весь процесс. Сейчас на моих ступнях он сделает надрез и кровь начнет медленно вытекать из меня. Вообще, было ощущение, как будто я нахожусь на бойне, где забивают животных.

Первый раз за все время, я ни о чем не думала, все силы покинули меня, я была уже почти что труп, или как говорят в народе – одной ногой на том свете. Я хотела только одного, чтобы поскорее всё это закончилось. Да, я сдалась! И плевать мне было, что я детектив, сил бороться моральных и физических у меня не осталось.

– Ты хотела ранить меня? – он спросил холодным ровным тоном.

– Да пошел ты! – выдавила я из себя еле живым голосом.

– Я разочарован в тебе Глория. Но вот как я поступлю, как я тебе и говорил не однократно, я долго готовился к этому дню.

– Давай кончай уже с этим Гилберт, хватит философии. Можешь пристрелить меня, можешь вскрыть вены, мне уже все равно. Всё что я хотела услышать от тебя, я услышала, а значит, дело раскрыто, я свою часть работы выполнила. Можешь завязывать свой последний смертельный узел, на моей жизни.

– Ты даже за шаг до смерти думаешь о работе, детектив. Сейчас, я сделаю на твоих ступнях надрез, он будет не слишком глубокий, чтобы ты могла медленно истекать кровью и осознавать, что жизнь не торопясь покидает тебя. На столе стоят песочные часы если ты заметила, времени в них ровно час, за это время ты полностью уже будешь в отключке и одной ногой в могиле.

– Отлично! Всегда именно так и представляла свой уход из этой жалкой жизни. Зачем тебе пушка Мел? Решил для верности продырявить меня?

– Я смотрю, у тебя еще остались силы шутить, Глория? Это не плохо. Это называется – истерия. У каждого перед смертью она своя. Пистолет мне нужен для самоубийства. Я, через несколько минут как запущу твоё время, продырявлю себе голову, на твоих глазах.

– Ах ты чертов ублюдок! Решил легко отделаться?

– Я не собираюсь сидеть в тюрьме и ждать смертного приговора, детектив. Свою миссию на этой земле, я выполнил. Возможно, учитывая все мои заслуги в области медицины меня бы признали вменяемым и отправили в больницу для душевнобольных. Потому что психопаты – это не излечимая болезнь, она тупо, активно прогрессирует. А я не хочу стареть и быть больным шизофреником.

Я ничего не стала отвечать, мне казалось, что я вот-вот отключусь. Заметив это, Гилберт подошел, взял со стола скальпель.

Подойдя к моим ногам от сел опустившись на колени, и разрезал мне обе ступни! Это была жгучая адская боль, но сил кричать у меня не было, я издала какой-то стон и отключилась на несколько минут от дикой, адской, боли.

Я пришла в себя от ведра ледяной воды, которой Гилберт выплеснул на меня, чтобы привести в чувство.

Моё тело покрылось гусиной кожей, он стоял передо мной слишком близко, в руке у виска был занесен мой револьвер. Он смотрел на меня, не отводя взгляд. А затем нажал на спуск.

Вспышка выстрела ослепила меня, а грохот оглушил.

Тело Гилберта упало набок и с шумом ударилось о кафель, лужа крови начала заполнять комнату и струйки крови потянулись к канализации, тонкой дорожкой стекая в дырочки.

Последнее, что я помню перед тем как отключиться, бесконечный сыпавшийся песок в песочных часах.

Находясь в беспамятстве, мне показалось, что до меня донеся грохот чего-то, или мне почудилось? Или я уже на том свете? Я мало соображала. Видимо это и есть то состояние где-то между жизнью и смертью. Громкие крики, голоса и топот ног, я слышала сквозь какую-то пелену чьи-то слова, которые едва могла разобрать.

– Давайте сюда! Скорее, скорую, она ещё дышит. Притащите сюда что нибудь, перерезать эти чертовы ремни! Держись малышка, я с тобой, я рядом – слышала я голос.

Открыв глаза, первое, что я увидела – склонившегося надо мной, лицо молодого парня. «Наверное, все-таки я в раю» – подумала я, он был очень молод и довольно симпатичный.

– Детектив Берч, вы слышите меня? Вы в скорой помощи, держитесь, всё уже позади.

Я не могла ответить. Но я его слышала. Его лицо исчезло и его сменило лицо Гейба. Почувствовав его теплую ладонь на своей руке, я ощутила знакомый прилив тепла, которое разлилось по всему моему телу.

Он был рядом со мной, а значит, я жива.

Он склонился и поцеловал меня в лоб, тихо сказав на ухо;

– Я люблю тебя, Глория.

Я моргнула газами и заснула…

Content

Катрина Фрай
Cмертельный узел