Виктор Бурый

Антропогенез

Пролог

Почему человек, когда смотрит на звезды, задаётся вопросами: «Откуда мы?», «Для чего мы здесь?». Ведь такая тяга к звездам и бескрайнему космосу не случайна, также, как и желание узнать наше предназначение, не случайность – вера в богов, которые сотворили этот мир.

Что, если отбросить теорию естественной эволюции и уверовать в создателя, всемогущего и всезнающего, что если пустить создателю немного крови, желая узнать ответ на вопрос, кто создал его?

Глава I

Более года назад над ключевыми городами мира появились корабли, огромные, загадочные и манящие. Сквозь защитное поле кораблей были видны совершенно правильные, большие ромбообразные сочленения, образующие корпус кораблей, а навесное оборудование выделялось ровными круглыми формами без стыков и резких линий, напоминающими идеальные шары, размещенные на корпусе. Неизвестные письмена, похожие на древние руны, покрывали торцевые стороны кораблей. Многие корабли имели повреждения внешнего слоя обшивки.

Телевидение, радио и газеты взрывались сенсациями и ложными предположениями о целях визита кораблей. Участились случаи массовой истерии, и люди все больше слушали лжепророков и искусных ораторов, которые сеяли панику и расширяли свою аудиторию. Правительство скрывало результаты первых контактов, не желая давать огласку полученной информации. Для всех остальных радиолюбителей и авантюристов всех родов корабли были непреступны и не реагировали на попытки связаться на всех известных диапазонах. Информационные каналы целыми днями крутили видеоролики о попытках пройти через защитное поле зондов, снарядов и невезучих авиалюбителей, которые сгорали в считанные секунды. Ученым удалось определить радиус защитного поля, составляющий двести метров. Блогеры надрывали глотки, стараясь предсказать будущее земли. Многие страны отнеслись к инопланетным кораблям, как к розыгрышу и не участвовали в попытках наладить контакт, а лишь игнорировали их присутствие, стараясь насильно сдержать увеличивающуюся панику. Так продолжалось недолго, в один день корабли раскрыли полости и оттуда вылетело множество круглых объектов диаметром от 3 до 5 метров. «Сборщиков», как потом прозвали их в народе, пытались сбить системы ПВО, простые охотники и даже мальчишки с рогатками, но технологии маневрирования и скорость, с которыми «сборщики» летали, были на порядок выше известных нам самых быстрых машин на земле. Ракеты системы «земля-воздух» не захватывали цели, а при ручном наведении ракет, объекты быстро меняли траекторию.

«Сборщики» тащили внутрь корабля в основном биологические виды. Правительство, дабы избежать паники, объявило ЧС, ввели в города войска и заперли людей по домам. После начала массовой истерии, попыток переворота, участившихся грабежей и появления всевозможных психов-фанатиков, призывавших от ритуальных самоубийств до ухода из городов, был организован комендантский час. Треть населения успела покинуть города, а остальные, сдерживаемые страхами и военными, поддерживали ключевые градообразующие производства еще целых два месяца, за это и поплатились. Надо было уходить от скопления людей. Возвращенные «сборщиками» животные, люди, птицы умерли, но не все…

Старый Миг-29 вращало словно штопор, приборная панель мигала неисправностями, закрылки не полностью приходили в исходное положение, не давая возможности выровнять машину. Словно предчувствуя конец, приборная панель моргнула всеми кнопками и подала характерный сигнал об эвакуации.

– Соком, всё по инструкции! – отдал приказ Принц второму пилоту. Принц вспомнил слова из учебки: «При катапультировании в самолёте срабатывает специальный сигнал. Его перехватывает поисково-спасательная группа, которая вылетает на место согласно полученным координатам. Приземлившись, пилоты с помощью специальной аппаратуры передают спасателям свои точные координаты». Сработала автоматика действий, отчеканенная сотнями часов в авиасимуляторе, и вот они уже парят над краем разведываемой территории.

Задачи были провалены, и лётчики были скомпрометированы, по протоколу им следовало выбраться дальше от места приземления и активировать маячки для спасателей, которые в лучшем случае будут через 6 часов. После обнаружения сигналов от пропавшей группы необходимо было сбросить оборудование и маячки над определенным квадратом. Сигнал от пропавшей группы они засекли в центре поселка, и только они заходили на второй круг для сброса маячков, как что-то из оборудования отказало.

На брифинге поставили задачу пометить маячками вероятный квадрат местонахождения «ретранслятора». По данным разведки тут находился один из первых очагов распространения мутаций. Ретрансляторы – это люди, подвергшиеся заражению паразитом в период начавшихся мутаций и обладающие способностью управлять другими зараженными, при этом выделяющиеся высоким уровнем интеллекта и возможностью получать приказы с кораблей.

– Принц, – сказал Соком, – предлагаю маяк оставить на намеченной точке приземления согласно протоколу. Далее найдем транспорт и продвинемся к точке наблюдения за поселком, поищем следы пропавшей группы, а потом уедем в чистый квадрат и активируем второй маяк для точного обнаружения нашего текущего местоположения. Думаю, за три часа успеем вернуться. Да и враг будет искать нас на территории ближе к падению.

Артем Викторович Лазарев по позывному Принц, кивнул и добавил:

– Хорошо, но давай без транспорта. Меньше вероятность, что нас обнаружат зараженные.

Кличку свою штурман Сергей Чирков, а фактически второй пилот, по позывному «Соком», получил еще будучи курсантом лётного училища практикующего пилотирования за случай, стоивший обоим денег, повторной сдачи нормативов, публичной порки, а также бесконечной волокиты с различными объяснительными. Так вот, попытка догнать Артема в двери с бутылкой литрового вишневого сока закончилась сломанным носом, подмоченной репутацией лектора Сергея Петровича и дурацкая улыбка на лице Сергея при объяснении, что соком он сломал нос лектору, входившему в аудиторию в этот момент, а также намеренное акцентирование на второй слог, вызывало повторные вопросы, на что Сергей ухмыляясь повторял … – Соком, соком.

Добравшись до границы нужного поселка, летчики-разведчики отметили, что в некоторых местах появлялось чувство тревоги и стороннего наблюдателя, когда Соком обратил внимание на то, что некоторые птицы, смотрели чуть дольше, а животные, не испытывая страха изучали их. Принца начала преследовать мысль, что их ведут куда-то. Да и Миг вышел из строя странно, видимых попаданий или повреждений они не зафиксировали, хотя могло быть и совпадение, что они упали именно тут, но он не верил в это. За последние трое суток две из трех разведывательных групп потеряли половину личного состава, при том, что были избирательно отпущены некоторые разведчики. Пара человек были изолированы с подозрением на паразитов, в общем ситуация везде одинаково была хреновой и Принц, понимая, что текущая ситуация не лучше, старался внутренним чутьем не упустить момент. Для себя же он уже понял, что правительство сдает позиции, а враг очертил невидимые и только ему известные границы, которые неуклонно растут в геометрической прогрессии, при этом были случаи, когда сверху они видели эти условные границы, выверенные до метра, состоящие из зараженных особей. Сложнее всего было представить логику, двигающую этим странным захватчиком, с одной стороны никакого вмешательства высокотехнологичного оружия с кораблей, а оно явно там присутствовало, с другой стороны сложные социальные эксперименты с заражением, мутациями и ментальной вербовкой в свои ряды.

– Нас ведут! – еще раз подтвердив догадку, сказал Соком.

– Есть смысл рисковать? – спросил Принц.

– Наверно нет, надо уходить обратно и менять точку захода в деревню…

Но не успел досказать свою мысль Соком, как из деревни вышли три фигуры и направились в их сторону, приветственно размахивая руками.

– Уходим, как-то у меня нет желания выяснять цель такой радостной встречи, и какого черта они так идут.

– Может они не к нам? – удивленно пожав плечами сказал Соком.

– Ты дурак? Смотри, там еще и еще идут. Черт, черт, черт. Бежим, пока они нас не окружили.

Перед заданием летчикам провели экскурс по основным типам зараженных, объяснили основные принципы подчинения зараженных ретранслятору. Подчинение при заражении паразитом основывалось на сильном отравлении организма ядом, аналогом которого в природе был яд иглобрюха. Яд вызывал временный паралич, а потом зомбирование объекта. Тетродотоксин, находящийся в яде, нарушал процесс электрохимической коммуникации нейронов, что и приводило к манипуляции над жертвой. Токсины, впрыскиваемые паразитом, подбирались индивидуально под разные типы организмов, в случае попыток сопротивления, паразит увеличивал дозы токсина до полного отказа от сопротивления или смерти заражаемого. В случае гибели зараженного паразит начинал поиск другой жертвы или уходил в спячку. Были случаи удачного извлечения паразита на ранних этапах, в этом случае зомбирование продолжалось до полного выведения токсина из организма. Первый этап контроля над жертвой был направлен на вывод из строя системы связи нейронов. На втором этапе происходило заражение организма вирусом, запускающим процесс мутации, паразит при этом продолжал впрыскивать токсин до полного видоизменения организма и усиления тотального контроля. На третьем этапе паразит занимался перепрограммированием сознания, добавлением новых базовых принципов и привычек.

Видео, которое демонстрировали на брифингах, на котором зараженные передвигались на четвереньках, неуклюже заваливаясь с перекорёженными лицами, отражало поведение первых дней. Сейчас же их поведение было ближе к человеческому, лишь грубое управление кукловодом и иногда резкие движения выдавали в них зараженных. При этом бесконтрольные особи на расстоянии выглядели почти нормальными.

Сейчас Принц уже наблюдал налаженный процесс контроля и выстроенную матрицу поведения подконтрольных заражённых. Понимая, что это еще люди, Принц отказывался стрелять в них, возможно он стрелял бы по ним, если они передвигались на четвереньках. Соком не видел в них людей и при слишком близком приближении открывал огонь на поражение без чувства вины, отдаваясь полностью инстинктам самосохранения. Не зная, что ожидать от такого поведения, летчики прорывались, не давая взять себя в кольцо, но болванчики были неагрессивны, а лишь пытались окружить, обездвижить, при этом зараженные действовали, как показалось Принцу, аккуратно. Принц решил прекратить убийства и жестко сказал:

– Экономь боеприпасы, просто будем избегать ввязывания в ближний бой, они возможно еще люди, пусть не мы, но кто-нибудь их спасёт.

Соком убрал пистолет и, проигнорировав слова о ближнем бое, продолжал отправлять к праотцам болванчиков, используя нож.

Принц знал о страсти Сокома к ножам, о его постоянной практике, занятиях и тренировках. Соком часто говорил о неожиданном применении ножа, как о средстве, позволяющем получить абсолютное преимущество в бою и не оставить противнику ни одного шанса на победу, а иногда и на выживание. Соком ножи любил больше, чем просто оружие, так как видел в них эффективное и безотказное средство убийства, всегда готовое к бою, а самое главное, как он говорил: «Ножам не нужны пули и их легко прятать, они иногда лучше воздействуют психологически чем пистолет, однако без надлежащих умений все желания и стремления могут оказаться бесполезными и бессмысленными».

Было видно, как Соком вошел в раж, вонзая нож то в одного зараженного, то в другого. Принц же просто их грубо расталкивал и не заметил, что кольцо уже почти сомкнулось. И когда, прорвавшись через очередную группу, Принц почувствовал, что пара рук уже крепко ухватилась за его одежду, он проорал:

– Стоять, бляха муха. Убрали руки! Что вам надо?

– Грам хам двар, – произнес зараженный.

– Да, кажется ты ему челюсть свернул, Соком.

– Простите, – откуда-то из далека раздался детский тонкий голос, кажется маленькой девочки, и в подтверждение своих догадок Принц увидел протискивающуюся среди толпы девочку, неловко подволакивающую правую ногу в мятой школьной форме и съехавшим бантиком на голове.

– Простите, я не хотел вас напугать. Мой облик не вызывает у вас желания калечить мою армию? – раздалось уже со всех сторон от зараженных и мурашки прокатились по спине от синхронности сказанного.

Кольцо из зараженных, которое уже почти сжалось, пропустило маленькую девочку, которая спокойно встала напротив и уставилась на Принца стеклянными глазами, не моргая.

– Мы думаем, что вам мало известно о том, что тут происходит. Мы бы ни за что не пустили вас к себе. Мы думали, что вы серьезные агенты по спецоперациям. Мы, наверное, ошибались. Мы вас не тронем, и вы узнаете куда пропала группа, приходившая неделю назад. Взамен вы передадите послание. Пройдемте.

И лётчики пошли, повинуясь десяткам рук, тянущих их за маленькой девочкой.

Принцу было больше всего неприятно не бормотание зараженных, не руки, удерживающие его, а сотня чужих взглядов. Ведомый Принц не знал, что думает Соком, но ему вспомнились передачи о возвращенных «сборщиками» обратно на землю животных, людях, и других существах. Перед глазами мелькали кадры из фильма, где люди, которые остались живы, за две недели сильно исхудали, а на головах у большинства появись странные выпуклости и наросты, кожа изменила цвет на бледно-синий. Не внушали прогнозы ученых по этому вопросу. Птицам же была посвящена отдельная передача, где только вскрытие показывало видимые изменения. Новости о мутациях животных появлялись каждый день, в какой-то передаче были проведены аналогии с людьми. А интернет пестрил съемками фермеров-любителей, которые первыми заметили пугающие изменения в коровах. В одном из видео показали, как корова превратилась во что-то совсем омерзительное и непонятное, брюшная полость превратилась во второй рот с двумя рядами зубов, из которого вылезли паразиты, на спине выросли наросты в виде шипов и бронепластин. Оператора, заснявшего это, долго трясло от увиденного и ролик закончился демонстрацией отрубленной головы твари с двумя рогами, что обычно рисуют на картинках компьютерных игр, показывая страшных бесов, эта была та самая корова, что родила первых паразитов. Лошадкам повезло, никто из них не переродился, некоторые ученые связывали это с секретом, кроющимся в их геноме. Каждый день появлялись новые виды и общественность уже перестала удивляться, были так же и фейковые видео. После массовой мутации коров, правительство заблокировало весь контент, а на официальных сайтах правительство призывало фермеров уничтожить зараженных животных и не употреблять мясо мутировавших коров. Были организованы группы для зачистки и помощи фермерам, состоявшие из добровольцев и военных. Некоторым животным удалось убежать, их старались отловить и уничтожить, но ситуация ухудшалась с каждым днем.

Принц и Соком тоже участвовали в зачистке скотоферм до момента, пока противник не перешел на следующий этап заражения. Водоемы и другие источники неохраняемой пресной воды были заражены новыми микроорганизмами и спровоцировали эпидемии и новый процесс возникновения мутаций. Начались массовые бомбёжки по наиболее зараженным районам. Разделение районов по условной концентрации зараженных перестало существовать, а правительство спряталось по бункерам и военным базам стараясь избирательно вытащить оборудование и нужных специалистов, а население было вынуждено выживать самостоятельно. Возможно, в новом мире с точки зрения правительства нет места агрономам, юристам, бухгалтерам, рекрутерам и торговцам, но их с удовольствием взял себе на вооружение враг, подчинив своей воле.

Летчиков запихнули в один из коровников. Из-за неприятного смрада Принц не хотел знать, что будет впереди, но Соком тактично толкнул его вперед, не желая больше быть в плену чужих рук. Оба увидели сросшиеся тела двух ребят из группы пропавших разведчиков. По маячкам, которые были идентифицированы, здесь были бойцы разведывательной группы с позывным «Хома». Ребят срастили с мутирующей коровой, которая дергалась и тихо рычала. Присутствовало еще одно существо, но оно скрывалось в глубине ангара и лишь длинные отростки, иногда шевелившиеся в такт с подрагиванием коровы, намекали и о его участии в процессе сращения. Ребят кажется звали Дима и Алексей, их лица врезались ему в память на брифинге. Безмолвно шевеля лишь губами, на их лицах застыла гримаса боли, страха и ужаса. Глаза открывались и закрывались, взгляд был замутнённый, но они старались смотреть в сторону ребят. Принца вывернуло прям там же, Соком вытащил пистолет и раздалось два хлопка… Ожидая такую реакцию, лицо девочки даже не дернулось.

– Вы готовы слушать? – спросило маленькое чудовище, еще больше пугающее Принца. – Мы сами все узнаем, если вы станете частью нас, и секретов, поверьте, не будет. Нам не нужны ваши люди- тонны ненужной накопленной ментальной и генетической информации. Уйдет много времени на структуризацию, хотя мне любопытно до какой формы можно изменять ваши организмы. Поразительно, насколько они пластичные и гибкие, лишь стоит их подтолкнуть к небольшой эволюции. Есть пару задумок, хотите увидеть?

И как в подтверждение, девочка шагнула к раскрывшейся пасти бывшей коровы, Принц рефлекторно схватил девочку за руку и отдернул ее обратно к себе.

– Мы уже насмотрелись, не надо, – сказал Принц, борясь с дрожью в руках и сглатывая тягучую слюну. Соком убрал пистолет, не понимая сам в кого хотел стрелять, в корову или в «ребенка».

Девочку затрясло, на голове зашевелись волосы, и оттуда появился небольшой паразит с длинными шипастыми наростами. Паразит был очень похож на дождевого червя, но был гораздо больше и имел множественные лапки, как у сколопендры. Паразит сначала переполз на шею, потом вытащил острые длинные шипы из позвоночника девочки и сбежал по одежде вниз, девочка тут же обмякла. Принц молниеносным движением успел подхватить ребенка.

– Можете забрать раненого ребенка, он нам не нужен, слишком хрупкое тело, – заговорил ретранслятор, входя в коровник. Им была молодая девушка с клочками рыжих волос и веснушками, бледное лицо когда-то было симпатичным. На ней не видно было паразита, лишь большой уродливый нарост. Нарост в затылочной части пульсировал, и казалось там идет какое-то слабое свечение.

«Что же ты за тварь?» подумал Принц, мысленно отдав себе команду перестать сжимать рукоятку пистолета, и выпалил:

– Откуда вы и что вам нужно?

– Вы не в том положении, чтобы задавать вопросы. – ответил ретранслятор, при этом на лице девушки не дернулся ни один мускул.

– Шире открой рот, детка! – сказал Соком и направил пистолет на ретранслятор.

– Как по-человечески предсказуемо! Или это отчаянное геройство?

– Заткни свою пасть, а то падла вышибу суку через затылок!

Соком отлетел к стене от удара конечностью притаившейся на балке твари, разглядеть тварь не удалось, так как она быстро спряталась на ферме, и лишь иногда блестели глаза под потолком в ожидании очередной команды.

Соком, поднявшись и посмотрев куда-то вверх, сказал:

– Я тебя еще достану, падла.

– Так вот, требования были выдвинуты еще до рождения ваших прапрадедушек, – продолжил ретранслятор. – Вы все будете уничтожены и заново выведены как покорная раса, с новой историей, новыми целями, мы сохраним ваше наследие в вашем потомстве с частичной передачей знаний, накопленных вашим видом. Если это мне не удастся, вы будете полностью аннигилированы, это вопрос времени. В любом случае, по нашим данным вы бы изжили себя через триста лет. Мы лишь чуть-чуть ускорили развитие событий своим присутствием. Когда вы шагнули во вселенную, вы должны были понять, что межзвёздные путешествия требуют от вас необходимости смотреть дальше пределов отведённой одной человеческой жизни. И отправляя сообщения в сумрак вечной тьмы, было глупо ожидать ответа дружественной расы не как индивидуумам, но как биологическому виду с пригодным для жизни миром.

Соком сделал шаг, обводя руками окружающее и гневно рассмеявшись заявил:

– Вы пришли к нам домой и решаете, что с нами будет, а не много ли взяли вы на себя? Скажу от всего биологического вида планеты земля, идите на хер! – Соком, заканчивая фразу, на всякий случай резко отступил, готовясь к очередному удару, но удара не последовало. Принц, пораженный до глубины души, чуть не выронил ребенка от этих слов. Ретранслятор пропустил колкие слова, брошенные Сокомом и спокойно, продолжил:

– Работа с вашими лидерами ведется во всех странах мира на разных уровнях. Ваше исчезновение как вида неизбежно, вы лишь тяните время. Мы не будем применять ультимативные меры до истечения срока, передайте Генералу Дёминову, объект под кодовым названием «Ковчег» из вашего региона должен быть сдан без боя. А образцы, полученные в ходе изучения, должны быть предоставлены на место падения вашего истребителя по заданным координатам ровно по истечении трех недель.

– Если мы вам передадим искомый объект, вы покинете планету земля? – спросил Принц.

– Мы будем щедры и дадим разрешение на выживание группе из 5000 мужчин и женщин, отобранных вами. Идите.

Глава II

Поисково-спасательная группа забрала лётчиков и девочку через час, объяснив, что идет передислокация частей и новое место назначения засекречено. Им предложили наслаждаться поездкой, а родных и близких уведомят позже. Девочка, когда пришла в себя, вспомнила, что ее зовут Маша и заявила всем, что расскажет папе, если они с ней будут плохо обращаться, а папа у нее военный. Машу бережно осмотрели, вкололи пару препаратов. Соком передал все полученные данные, кратко изложив суть происходящего. Ребят с Машей поместили в специально оборудованную камеру в борте шишиги. Маша изредка просыпалась на короткие промежутки, за которые они узнали, где она живет, как зовут ее папу, что у нее болит ножка, что она хочет к маме и она видела странные, странные сны. «Соком» даже заставил рассмеяться наших конвоиров, спев для девочки детскую песенку, старательно изображая волка из «Ну погоди»:

– Наконец сбываются все мечты.

– Лучший мой подарочек – это ты!

Далее ученые забрали Машу. Летчиков забрали на Процедуру опознания «свой – чужой». Идентификация из-за близкого контакта растянулась на долгие часы. Полиграф они прошли три раза, облучили так, что они должны были после всех процедур светиться, как новогодние елки в темноте, обкололи множественными препаратами и только потом отпустили на следующие процедуры. Сделали несколько клизм и доставили на странный, не совсем по-военному в современном стиле построенный объект, находящийся где-то глубоко под землей. Ориентируясь по табличкам, ребята прошли грязные, серые зоны и попали в чистую зону, стены которых были выполнены из пластика, светильники были встроены и нигде не было выступающих частей. У дверей не было ручек, зато было много закрытых ниш с разъёмами под оборудование, где были размещены различные индикаторы. Вдоль длинного коридора располагались огромные смотровые окна на высоте примерно двадцати метров от уровня пола, где через стекло можно было увидеть, как роботы-автоматы выполняли сложные манипуляции на конвейерных лентах. По цеху шли различные передвижения людей и автоматов, операторов было мало. Вот на одном из станков вышла полудеталь, которая прошла половину сборочного цеха, где к ней прикрепили еще части и уже в следующий цех отправилась составная часть детали, напоминающей внутреннюю часть компьютера с блоком питания и частью рамы. Никто из конвоиров на вопрос, что здесь, как и долго ли еще идти, не отвечал. Один, возможно главный из конвоиров, указал жестом на ОЦ-14 «Гроза» у него в руках, потом приложил палец к шлему, намекая на молчание. Демонстрация оружия говорила, что ребятам тут не доверяют, а через забрало шлема Ops-Core Fast с пулезащитным углеволокном трудно было разобрать выражение лица конвоира.

Все впечатляло: масштаб, автоматизация, система безопасности и многие мелочи, которые не находили у летчиков аналога. Покидая очередные герметичные воздушные шлюзы, на ребят уже смотрели автоматические спаренные пулеметы, при этом, судя по минутной паузе, конвоиры вели диалог по внутренней связи о возможности доступа к следующей зоне. Следующая группа встречающих конвоиров не отличалась многословностью. Соком, улыбнувшись, нарушил паузу и не громко сказал Принцу:

– Раздельные зоны контроля, где за неприкосновенностью границы следит система контроля доступа в реальном времени, то есть даже для своих шаг влево, прыжок на месте будут считаться действием, не вписанным в протокол – расстрел на месте, Бурый что-то такое рассказывал. Вообще тут могут быть множественные ловушки, и я не думаю, что они наскоро сделали этот объект, везде виден отработанный годами порядок, а степень вооружения и выправка солдат вызывают только восхищение. Аэродром с боевой техникой вот уже два года, как починить не могут, а тут словно в аптеке.

Принц уже расслабился и размышлял о времени, проведенном в дороге, на идентификации и на объекте, по грубому расчету выходило чуть больше двух суток.

Аскетичный кабинет Генерала Дёминова не радовал входящих уютом: один белый шкаф, простой крепкий стол, пару стульев, защищённый ноутбук iROBO-7000, набор ручек, картина, где герой на коне убивает змея. В одном месте на полу была видна впитавшаяся кровь, черным овалом набежавшая по-видимому во время пыток. Запаха в помещении не было совсем.

С двумя конвоирами за спинами, в одних портках, летчики сидели перед мужчиной лет за семьдесят, ожидая, когда тот отвлечется от чтения документа. Дёминов был среднего роста, стройный, тонкий стан его и широкие плечи говорили многое о его прошлом. На левой руке не хватало двух пальцев, на правой брови был неглубокий шрам. Дёминов, потрогав седую бороду, доверительно надвинул очки на переносицу и отложив документ на стол, начал негромко вещать:

– Здравствуйте, лётчики! Тут отчитываться по форме не надо, вольно. Так вот, вам нужно понять одно: для Сергея – это удачное стечение обстоятельств, так как жену Марину и дочку Ксюшу мы можем перебросить в более защищённое место для сотрудников объекта «Немезида», где есть все условия для нормальной жизни, правда в ограниченном форме. С Вами, Артем, все сложнее: дисциплинарные нарушения, школа, военная академия, приводы к участковому, драки в барах. Судя по личного делу, Ваш отчим, прикрываясь министерскими связями, был очень заинтересован держать вас на расстоянии от своей семьи и прикрывал Вас, толкая по карьерной лестнице. С матерью, я так понимаю, у Вас напряженные отношения из-за брата. Да, в бункер к ним Вы не попали, глупо думать, что кто-то отсидится. Ну не важно. В общем Артем, Сергей, используя ваш временный пропуск в стан врага, ваш биоматериал, мы можем вас использовать. Да, вы не ослышались, этот феномен мы хотим изучить в полевых испытаниях, нам нужно больше информации по механизму опознания зараженными своих и чужих.

– Что бы было сразу все ясно, Маша и вы – это троянский конь с вшитыми ментальными программами по обнаружению подземных объектов или скопления людей. А, чтобы вы успешно реализовали свою миссию, враг поставил на вас биологический маркер, так что заражённые вас не трогают. Сейчас мы заинтересованы в том, чтобы передать эту способность другим отрядам. К слову, самолет упал неделю назад, на этой базе вы уже третий день. Раз вы еще не поняли, что есть нестыковки во времени с момента начала вашей миссии, позвольте я вам кое-что покажу?

Артем и Сергей лишь удивлённо переглянулись.

Генерал развернул ноутбук, и ребята увидели нарезку из различных фрагментов видео, где Соком, привязанный к кровати что-то орет, а Принц неестественно выгнулся и пытается выдернуть руку из пластиковых фиксаторов.

– Далее будет интересней, – сказал Константин Сергеевич Дёминов.

Маша пытается с нечеловеческой силой вырвать решетку системы вентиляции, ничего не происходит, а чуть позже она пытается разодрать горло и падает, забегают медики в масках, и уже связанную Машу подключают к какой-то системе, долгое время ничего не происходит, позднее из ее рта сгустками выползают паразиты, похожие на того который был у нее на теле.

– Да, горло у нас у обоих саднит, а я думал, ангина началась, лучше уж ангина, – сказал Сергей, а Артем немного виновато убрал руку с горла, понимая, что это фантомная боль, о которой напомнил видеофайл.

Генерал развернул монитор к себе и продолжил:

– Выбор вы уже сделали, когда приняли присягу, вызвались добровольцами на задание, активно участвовали в зачистке, так?

– Да, так-то оно так, но выбора как такого у нас не было, или мы одни из них, или нас свои расстреляют? Это понятно, что человек вашего уровня не просто так тратит время на двух ребят, которые даже не понимают куда попали. Ради семьи я готов доказать свою полезность! – сказал Соком и, улыбнувшись и подмигнув Артему, добавил: – Мне их главный задолжал, хочу его научить хорошим манерам.

– Артем, а вы что скажите?

– Служить бы рад. Прислуживать тошно. Да и в темную нас используют в последнее время, не хотелось бы погибнуть, воруя фекалии врага.

Генерал слегка улыбнулся и сказал:

– Мы не можем допустить, чтобы враг завладел информацией о строении бункеров, баз, таких как эта, о коде запуска ракет и другой информацией, о системах защиты и наших методах борьбы с заражением. В ином случае никто не может себя чувствовать в безопасности, так как в любой момент одна из автономных шахт с ракетами может открыться и выпустить боезапас по местам скопления людей. Да, особо важные люди не выходят на поверхность, мы стараемся исключить человеческий фактор, но пока не будет разработана эффективная система защиты от взлома мозга и извлечения информации, лучшая ваша защита – это незнание, но если хотите могу предложить микробомбы, которые вшили некоторым сотрудникам, включая меня. Но в вашем случае, я считаю лучшей защитой от извлечения дезинформацию или отсутствие полной картины. Думаю, что группа Хомы пострадала из-за наличия множественной секретной информации. Враг добивается того, чтобы знать наши ходы наперед, значит в его защите есть брешь и мы ее должны найти.

– Возможно Вы и правы, Генерал! Для того, чтобы твёрдо держать курс к своей цели, необходимо внушать и врагу и нам заведомую ложь и одновременно с этим верить в нее, ставить интересы человечества выше человеческих принципов, причём ложь должна быть всегда на шаг впереди истины, дабы враг не разгадал ваши карты. А лозунгом этому всему будет слоган: «Незнание – сила», очень удобно во всех смыслах, снимаю шляпу. Раз с нами ведет лекции настоящий Генерал, значит дело действительно важное, готов приступить к несению службы!

Генерал перевел взгляд на Сергея, тот приосанившись начал в уставном порядке тараторить!

– Генерал, под вашим личным командованием готовы пить ослиную мочу, если Вы скажите, что это апельсиновый сок! – сказал Сергей.

– Думаю, мы договорились. Вы поступаете в распоряжение начальнику групп внешних операций Алексею Петровичу «Сумраку», далее он вас определит в один из отрядов, возможно отправит на переподготовку и обучение. Памятки по базе получите у секретаря. В Лабораторию к Марине Львовне зайдите завтра на 13 этаж после обеда, на ваш счет я дам ей особые указания, техническая поддержка на десятом этаже. Покажите, что вы достойны находиться тут! Через две недели ваш испытательный срок закончится, и мы поймем, будет ли от нашего сотрудничества результат. Вопросы?

– Можно увидеть Машу? – спросил Артем.

– Пойми Артем, детей, таких как Маша, сюда уже попало больше тысячи. Большинство из них проявляют сейчас боязнь контактов, стремятся к одиночеству. Они не участвуют в играх сверстников, у них наблюдаются трудности в соблюдении дисциплины и многое другое. В Вашем же случае резкая привязанность может быть вызвана ментальным воздействием на психику.

– Это мой выбор, я сам должен в этом убедиться! – жестко сказал Артем.

– Хорошо, я отдам распоряжение, у вас будет доступ к медицинскому отсеку, думаю, что Вы сможете там поговорить.

– Генерал, можно еще пару вопрос?

Генерал кивнул, не сводя сурового взгляд с Сергея.

– Наша машина не случайно упала в том районе? Мы должны были попасть в плен? Можно узнать цель? – спросил Соком.

– Что выдало нашу причастность? – спросил Генерал.

– Присутствовали новые лица, и Александр Дмитриевич тестировал машину в два раза дольше, как будто предчувствовал что-то.

– Ну что же, думаю начнем с небольшого лимита доверия к Вам: наши люди одновременно попали к противнику в нескольких местах и разными способами, все было подстроено, как случайные ошибки: где-то отказ оборудования, где-то неудачный десант, в общем легенды у вас были отличные, тем же, кого противник раскрыл, не повезло. Группа Хомы пыталась взять ретранслятора живым, для этого имелось специальное оборудование, а что с ними стало мне известно из вашего отчета. Поймите, что мы сдаем позиции, враг умен и опасен, такие ошибки постоянно стоят кому-то жизни. Каждый день тысячи солдат погибают, выполняя заведомо нереализуемые задачи, только от того, что мы не можем прогнозировать поведение врага, при этом понимание наших стратегий и поведения дают ему преимущество. Некоторым стратегиям он научился у нас, скажем, с вас были взяты биометрические данные, введены в организм специальные радиоактивные биомаркеры, вживлены чипы, взят анализ ДНК и вашей целью была разведка, маркировка и сбор данных с маячков, оставленных другой группой. Ваш плен тоже был спланирован, а вот идея транспортировки живых паразитов внутри вас – новая. Повертев, мы были удивлены не меньше вашего, а ведь там, где нет такого оборудования, ситуация с большей вероятностью будет не в пользу людей. А ментальным кодировкам позавидуют лучшие гипнотизеры, не способные программировать сквозь естественные защитные функции мозга. Каждая страница этой войны написана кровью всех живых существ планеты земля, при этом о враге мы знаем немного. Мы готовим ответные удары, но пока для проверки различных теорий нам нужны такие, как вы.

– Лучшее понимание кодировки сигнала с корабля и управления марионетками, которые еще не переродились, позволит нам создать собственные сигналы. Пока мы можем глушить их только частично. В этом бы нам помог живой ретранслятор, но попытки взять его живым не увенчались успехом. При захвате и пленении ретранслятора, паразит, который уже является частью его организма, как глаз или ухо, убивает носителя, при попытке усыпить ретранслятора, паразит мгновенно реагирует на внешнее вмешательство и убивает носителя. Подконтрольные зараженные получают специальный сигнал, который прекращает их процесс мутации, при этом носитель паразита погибает, а его биологическое составляющее перерабатывается в инкубатор для создания новых паразитов. Инкубатор тоже имеет свою защиту в виде зараженных, которые начинают поглощать себе подобных и превращаются в более сильных мутантов, но это не все. Инкубатор защищён спорами нейротоксина, попав под действие которых, жертва замедляется или полностью парализуется, становясь легкой добычей для молодой колонии паразитов. Зараженные паразитом жертвы могу стать, как рядовыми зараженными, так и ретрансляторами. Принцип перерождения нам не понятен, есть теория о количественном ограничении ретрансляторов, пока это лучшее, что у нас есть. Преимущественно на первых этапах ретрансляторами становились целые семьи, где внутренняя связь была крепкой и представляла собой подобие коллективного разума, но и тут мы видели исключения. Скажем, в стае собак или кошек, в случае нахождения двух равных по силе существ, между ними происходила грызня и выбирался более сильный лидер, инстинкты частично перешли к зараженным.

Сергей задал вопрос, терзавший его весь монолог генерала:

– Можно узнать, для чего такой подборный рассказ, раньше нам не приходилось так плотно работать с зараженными на земле?

Генерал пристально посмотрел на Сергея и сдержанно продолжил:

– Наши аналитики считают, что, чтобы не потерять всю авиацию, которую мы не в силах оборонять на земле, лучше ее законсервировать, а пилотов сохранить, найдя им занятия в других областях. Враг не склонен уничтожать инфраструктуру, если там нет живых организмов.

Артем, вспоминая слова ретранслятора, спросил:

– Враг сказал, что он уже давно ведет диалог с правительствами, и нам известны его условия? Является ли объект «Ковчег» оружием?

– Вы же понимаете, что, если озвучить информацию о пяти тысячах счастливцев, то это подорвет все очаги сопротивления и начнётся внутренняя грызня. Аналогично многие из его требований направлены на подрывание устоев общества и разжигания межнациональной борьбы. Почти всеми странами мира было принято решение игнорировать требования захватчика. «Ковчег» – очень важный стратегический объект, имеющий высокий гриф секретности. Все, работайте.

Генерал демонстративно начал изучать материал на ноутбуке, а ребят уже вежливо просили выйти вооруженные бойцы.

Секретарь выдала одноразовый халат и интерактивные браслеты с гибким экраном, почти принявшим форму запястья, размером с ладонь, на которых сразу же всплыла система приветствия «Personal Digital Assistant, PDA, синхронизация с новым пользователем».

Далее началась регистрация, появились маршруты движения, загорелся таймер и появилось уведомление, что текущий баланс и рейтинг равны нулю. Помимо этого, система провела экспресс-диагностику, выдав уведомление о незначительном увеличении пульса, предложив настроить всплывающие окна под себя и определить приоритет появления информации. Пошарив по интерактивному меню, нашлись вкладки с краткими характеристиками: биография, военный опыт, полезные навыки, специальные навыки, матрица личности, статус, дневник, текущие цели и главная, сразу бросающаяся в глаза неактивная вкладка – база данных.

Из текущих целей стало понятно, что на приведение себя в порядок, прохождения медицинского блока и лаборатории отведено два часа личного времени, также всплыло уведомление, что к новым участникам предъявляются особые требования и действуют многие ограничения, к примеру небольшой план показывал зоны ответственности и возможные маршруты движения для участников Г (minimum) категории, после чего стали понятны разноцветные линии со стрелками на полу. Скажем, Лаборатория на карте была помечена для нас доступом F13L2 по F13L7, где первая цифра означала этаж, а вторая номер помещения. Из этого стало ясно, что летчикам доступны пока Казармы, медицинский блок, блок реабилитации, блок общаги, общие зоны рекреации, тестовый полигон, центр обучения, тренировочный полигон, стрельбище, ангары и т.д. Информация по общему количеству помещений, зон и ранее увиденному нами отсутствовала, и часто запросы на коммуникаторе подтверждали догадку об ограничениях. Имелись также неактивные вкладки: рейтинг групп, снаряжение, доступный арсенал, прошения, обратная связь и KPI (Key Performance Indicator) – показатели достижения успеха или показатель достижения определенных целей.

Сергею полагалась семейная общага размером в девять квадратных метров. Принц стал обладателем хором в два с половиной квадрата. Там была кровать-трансформер, она же стол-коммуникатор, в полости шкаф, два регулятора воздушного потока на потолке с маркировкой интенсивности, решетка воздухозаборника снизу, все молочно-серого цвета. Душевая в зоне D7 порадовала количеством свободных ячеек, брезгливость к таким заведениям у него присутствовала еще с университета, но тут же отпала, когда он увидел, что душевые выполнены в современном стиле. Надписи радовали информацией о наличии нескольких бассейнов, бань, чистые и свежие полотенца намекали на нормальную жизнь. Новая форма легла как по заказу, Сергей же пытался понять, новая она или стиранная, Артем не придал этому значения.

Артем и Сергей не пошли в столовую перед медицинскими процедурами. Посещение медицинского блока не заняло много времени и являлось лишь формальностью, так как работники уже имели полную медицинскую карту летчиков, они лишь задали пару стандартных вопросов и отпустили. По дороге в лабораторию Артем подкалывал Сергея, предлагая испить его мочи, вдруг она на вкус лучше генеральской, каждый раз вспоминая тот разговор, они смеялись, таким образом снимая напряжение последних дней. По коридорам они часто видели людей в форме, похожей на их форму, удивлённо разглядывающих проходящих мимо, наверно и по их лицам плыла идиотская улыбка. Стоило замедлить шаг, как индикатор напоминал о свободном окне, выделенном для них. Очередной пинок от системы и желание нагнать время привел к резко сменившемуся состоянию тела Артема с вертикального на горизонтальное и подмятый Сергей выругался:

– Бля ха муха, Артем, ты охренел? Баб не видел в форме, что ли? Фонарик свой спрячь пока, а то в приличное общество не возьмут!

Бородатый улыбчивый парень протянул Артему руку и выпалил

– Арзу – артист, строитель, грузчик, певец! Мой дальний родственник, брат Фарух, Мавлет, Камаль, Рассим, Каюм и Малик. Сергей, поднимаясь с не менее удивленным лицом смотрел на Арзу и его копии, которые были чуть помоложе и, тряхнув головой, спросил:

– Клоны?

Арзу, притворно нахмурил брови, сказал:

– Почему клоуны? Мы строители, да, ну если нужно Каюм может пару анекдотов на таджикском рассказать, я переведу. Да, Каюм?

На что Каюм, тряся головой резко протараторил:

– Все могу сделать: кладку, ламинат, сантехнику, электрику. Куда копать?

У Артема накатились слезы от смеха и, еле сдерживая себя, он в порыве нахлынувших чувств и несказанного блаженства от такой разрядки, резко обнял Арзу, от чего даже тот опешил. Выдохнув, он почти шепотом сказал:

– Скорей бы в бар, я тут точно останусь!

Появившиеся пару бронированных ребят произнесли с легким смешком через динамик на костюме на обратном пути:

– Этих тоже накрыло, нужно попросить их вместе так не ходить. Отбой.

Арзу и братья, прям как местная ОПГ, удивляла и пугала неподготовленных. Все вместе пришли в лабораторию. Ожидая у окна Марины Львовны, Артем узнал, что Арзу считает братьев дальними родственниками, только потому, что он был первым, а они пятым, седьмым, восьмым, девятым, двенадцатым, тринадцатым. Он рассказал, что несет ответственность за весь свой великий род. На базу пустили более сорока строителей с семьями, Артем также узнал, что перед каждым выходом наружу у них берут анализы, делают множество прививок, и сейчас они работают в двух направлениях. Строят новые туннели и создают новые помещения, а также строят непонятные объекты на поверхности. Разместили их куда хуже, в новый недостроенный блок, где все было как в шахте и из удобств был только свет и воздух. Арзу обещал, что как только закончатся вопросы с обязательными заданиями и приоритетными вопросами от системы, он наведет там порядок: сделает ремонт, поставит мебель и т.д. А пока здесь лучше, чем на поверхности. Из всего разговора выходило, что ценной информацией они не обладали, а при попытках рассказать о происходящем, о том, что случилась в мире, он категорически отказывался слушать, боясь, что он нарушит один из запретов и его вместе с родственниками выгонят с «Немезиды». В глубине души он чувствовал обиду из-за царящего неравенства, готов был сделать все, чтобы быть полезным и считал, что бог не зря указал ему путь на это место.

История Арзу и семей вахтовиков-строителей началась в тот момент, когда в обещанный срок их не заменили, не привезли топливо и еду, неделя на вахте без связи с координаторами испугала их. Он и еще пару человек, взяв КамАЗ 20-тонник и машину с топливом, направились в ближайший поселок. До ближайшего поселка было двести км по рыхлому грунту. Другие же городки двигались вместе со стройкой и была высокая вероятность того, что их нет на прежних местах, поэтому они не стали тратить остатки топлива. Временные дороги вокруг подземных объектов были длинные и вели на закрытые территории, где их не ждали. Кроме того, подрядчик, взявший объем, не старался показывать исполнителей, ограничивая их общение с одним инженером и техническим надзором. Отчеты и журналы велись где-то удаленно и поставлялись на объект вместе с провиантом и топливом. Им был привычен такой образ жизни, романтика кочевания с объекта на объект. Их руками строились самые красивые и сложные объекты, за которые никто не брался, они чувствовали истинную гордость за свой труд. Но порой неуважение и пренебрежение из-за незнания языка, заставляло их выбирать между действительно хорошим заработком и отсутствием сторонних людей на объекте, например, слишком нервных заказчиков. Наверно поэтому они все чаще брали объекты вдали от людей.

Шок, который они испытали, столкнувшись с тварями был настолько сильным, что первых тварей они связывали, стараясь не нанести увечий и не веря в происходящее. Сложнее было с агрессивно настроенными людьми, у которых от увиденного поехала крыша. Но после того, как пара человек пострадала от таких людей, они перестали жалеть и уже со всем рвением зачистили небольшой поселок строительными инструментами. После удачного мародёрства и отсутствия видимого сопротивления, группа Арзу уже вооружилась доработанным инвентарем и последующие посёлки уже зачищали по выработанным заранее планам. Получилось разжиться и первым огнестрельным оружием, и легкими бронежилетами с охраны одного объекта. Рейдерство по близлежащим поселкам и объектам принесло свои плоды, но и появились первые зараженные, пару человек потеряли при попытках снять паразитов. Никто не хотел рисковать, охваченные паникой семьи начали разбегаться, кто куда.

Когда беглецы вернулись, поняв, что легче выживать вместе, одна семья рассказала, что случайно увидела группу военных сопровождавших фуры из какого-то крупного супермаркета. После разного рода попыток найти спокойное место с достаточным количеством ресурсов для выживания появился план примкнуть к военным. Рейды военных продолжались и появилось понимание, что где-то рядом есть несколько замаскированных объектов и на них находятся живые люди. Открытые поиски не привели к результату, рейдов военных они отследить не могли, ночные передвижения техники сложно было предугадать. Кроме того, погоня за военными привела к небольшому столкновению, где военные в целях предупреждения расстреляли резину на автомобилях группы Арзу. Не имея грандиозного, плана группа забрала технику с ремонтной базы и, вооружившись чертежами инженерных сетей, стали искать скрытые и неотмеченные сети, обследуя квадрат за квадратом, только лишь строительный опыт помогал подмечать незначительные изменения рельефа, временные дороги, поросшие травой, грунт, уплотнённый от прохождения техники. И скоро они нашли один из входов на военный объект, замаскированный под небольшую скалу. Собрав весь имеющийся провиант, технику и топливо, они пригнали все туда и начали сначала аккуратно стучать, пробовали выломать дверь, потом взрывать и делать подкоп, но увы, все было сделано по уму. После недели неудачных попыток они осели возле входа и просто ждали, иногда предпринимая отчаянные попытки, чтобы дать о себе знать, догадываясь при этом, что за ними пристально следят. Через некоторое время они нашли другой вход на базу, но и туда их не пустили. Лишь очередная вылазка за топливом и продуктами за сто пятьдесят км от входа в базу столкнула их с группой бандитов, напавших на военный конвой, бандиты их отпустили, не найдя ничего ценного, да и грузовая техника им была не нужна. Но самым ценным оказалось спасение пары раненых военных и учёного. После передачи раненых, группе в целом оказали медицинскую помощь из бункера, сделали какие-то прививки, выдали минимальный боезапас и начали сотрудничество на условиях внешней группы. После ряда внешних успешных рейдов доверие к строителям возросло, внутрь комплекса под защиту взяли детей и двух раненных. Группе Арзу предложили перебраться в один из военных гарнизонов, военным как раз нужно было построить оборонительные сооружения, так как у них была не доукомплектация. Как оказалось, база уже давно была захвачена, враг искал повод подобраться ближе. А группа Арзу была лишь приманкой для идентификации врага. Так они, в суровом бою сражаясь плечо к плечу с военными, смогли выжить и вынести много раненых бойцов. На базе один из командиров долгое время хлопотал за них, и они получили свой пропуск в еще необустроенную часть базы.

Марина Львовна была крупной пожилой женщиной с седыми кудрявыми волосами возрастом далеко за шестьдесят лет, сразу бросались в глаза ее сильные мускулистые руки, широкие плечи, крепкая шея. На ней не было ни одной атрибутики женщин ее возраста: ни колец, ни укладки, ни мягкой обуви. Грубые черты лица, густые брови, суровый взгляд, защитный костюм ESP-10 «Simple Protection» поверх военной формы вкупе разрушил представление о леди из лаборатории в белом халате и тонкими аристократическими чертами. Такая могла в одиночку расчленить и убить любую из тварей, которых видели Артем и Сергей. Отложив планшет, Марина Львовна сурово посмотрела на Артема и сказала:

– Артем, детей в ближайшее время планируете заводить?

– Нет, – растерянно сказал Артем.

– Вы, Сергей?

– Есть дочка, пока все не утрясется, не планировал.

– Прямо скажу, мальчики, что по количеству модификаций, которые хочет установить на вас Дёминов, вы должны попасть в пекло и выжить там. С вашего согласия будем постепенно заниматься модификацией ваших организмов, встроим простые импланты: Нейро Сеть, второй шанс, кибердоктор и это не полный перечень. Модификация организма, скажем до 5 уровня, займет очень много времени и будет стоить большого труда. Модификация должна проходить под пристальным вниманием медиков. Скажу сразу, что модификанты начиная с третьего уровня не могут иметь детей.

– Им удаляют яички? – с ухмылкой произнес Сергей.

– Нет, Сергей, из-за подстегнутых обменных процессов в организме, модификантам проводят пениальную инъекционную терапию, то есть снижают потенцию. Иначе большинство мужчин из-за гормональной перестройки…, ну вы думаю догадались, в общем это обязательная процедура.

–Не, доктор, мне без члена не жить, – уже серьезно сказал Сергей.

Львовна улыбнулась, и сказала:

– Ну если вы настаиваете, то удалять вам мы ничего не будем, хотя в принципе этого нет в программе, а вот пришить можем! Не отвлекайтесь, хорошо?!

И опять посерьезнев, она продолжила:

– Еще из минусов модификантов – это потребность в большом количестве калорий. Кроме обычной еды вы так же едите специальные батончики, нет возможности в поле вам борща ведро отварить, да и обратный процесс никто не отменял.

– Нам же не обязательно до пятого уровня модифицироваться, и что из себя приставляет процесс модификации?

– Нужны материалы, определенные для формирования сырьевой базы и большое количество нанороботов, если нанороботов мы сами тут производим, то с биоматериалом сложнее. А модификанты уже четвертой стадии частично кибернизированы в неподдающихся модификации частях и на текущий момент резерв деталей на них ограничен, а каких-то образцов нет совсем. На первом уровне нанороботы усиливают скелет нановолкном, пуля 7.61 x 54 выпущенная из СВД в голову вязнет в черепе, вот заброневой удар, так ваш череп уже сравним с броней пятого класса, приводит к сильному сотрясению, потери сознания и долгому восстановительному процессу. Так же проходит процесс усиления метаболизма и укрепления мышечных тканей. Сможете переносить более 50 кг дополнительного груза бегом, раны будут быстрее затягиваться.

Артем как ребенок, обрадованный, словно ему уже вручили новую игрушку, приплясывал на стуле, думая о каких-то киношных плюшках спросил:

– А конечности будут отрастать? И стены кулаком прошибать сможем?

– За все надо платить, молодой человек, вот и узнаете. В общем, вводим мы сейчас нанороботов, они следят, чтобы перекосов не было от вашей глупости. Скажем, захотите вы пробить кирпичную стену кулаком, а вы вместо этого получаете разрывы тканей, так как силы не можете рассчитать, а еще суставы и сумки суставные вылетают и так далее, так как их процесс модификации идет не от нанороботов, а естественным путем за счет внутренних ресурсов организма, рекомендую начать тренироваться усиленно в первые сутки процедур, – отчеканила Марина Львовна.

– Что насчет невидимости перед врагом? – спросил Артем.

– Мы имеем только общие представления, как это работает. Биологические маркеры примитивным зараженным показывают, что вы свои, а вот уже с ретрансляторами и особями поумнее это не работает. Полевые испытания частично прошла группа Хомы. – ответила Марина Львовна.

Улыбка сошла с лица Сергея, и он зло сказал:

– Вы уже смотрели в глаза родственникам и сказали, что испытания перед врагом частично прошли успешно? А? ТЫ ПОНИМАЕШЬ, что их к херам прилепили к мутировавшей корове, так что одними губами ребята просили кончить их там, и смерть их на твоих руках, сука лабораторная, я глаза закрываю и вижу их лица и эту тварь, что посмела нам указывать!

Сломав пополам стол один ударом кулака, Марина Львовна по-звериному прорычал.

– ПОШЛИ ВОН НА МОДИФИКАЦИЮ, Юля забери их. Каждый платит как может! – резко сказала Марина Львовна.

Юля уже на процедурах, узнав суть разговора рассказала, что тут много солдат обязаны ее шефине жизнью, многие семьи получили второй шанс на нормальную жизнь, у нее куча патентов и большинство своих уникальных технологий она опробовала на себе, а Генерал выполняет ее любые запросы. Как оказалось, первые модификации Марина Львовна проводила на себе будучи истинным ученым с большой буквы, не понимая последствий для будущих поколений. У нее родилась нормальная дочка. В возрасте 7 лет организм Ангелины начал перестраиваться, еще до совершеннолетия ей сделали более 100 операций.

Процедуры оказались не столь болезненными, парням установили второй шанс и кибердоктор в ПДА, где оказались еще два пустых разъема, показав режимы включения и выключения, замены картриджей, условные обозначения и ручную активацию.

Установка нейросети заняла более 30 минут и уже казалось не такой безобидной, как первые две. Сначала их связали, затем под углом в шестьдесят градусов, зафиксировав голову, вставили катетер в нос. Обезболив лицевые нервы и сам нос, ввели устройство, напоминающее длинную пишущую ручку с вращающимся шарообразным наконечником, и раздался сводящий зубы тонкий писк, мир затрясло, и лавина боли обрушилась со всех сторон, запульсировало в голове, потом на гране сознания появилось окошко похожее на чат и мир рассыпался на пиксели, а потом сознание вернулось обратно. Во рту появился привкус крови и какой-то вязкой субстанции, в нейросети было прописано «Не глотать! Если все ок – моргнуть два раза, если нет больше возможности терпеть – моргнуть один раз». Артем не удержался и хотел уже сглотнуть подступивший комок к горлу, как трубка во врут сама начала отсасывать кровь, нос опять обожгло болью, появился вкус горелого мяса, заставив спазмировать живот, но Артем сдержался. Появилась надпись: «Процедура закончена, ближайшее время старайтесь высмаркиваться несильно, раны обработаны, рубцы свежие могут еще кровоточить и вызывать неприятные ощущения». После прочтения этой надписи мир опять завертелся.

В сознание Артем пришел после того, как кибердоктор вколол какой-то стимулятор, появилось новое системное сообщение, что нужно перейти в следующий блок и лечь в медицинскую капсулу. Пройдя на ватных ногах и удобно устроившись в капсуле медицинского назначения, он отправил сообщение по нейросети Сергею:

«Ты уже освоился с новыми девайсами?»

Пришел ответ от Сергея:

«Кто меня заставил эту хрень ставить, она мысли в текст, да бляха муха, переделывает, а еще ошибки показывает, словно я мыслю с ошибками, ненавидел урок русского и литературы со школы. Сука, еще чихать хочется, а нейродоктор мне вколол успокоительного, даже разозлиться не могу по-человечески. Отправляй, отправляй, а вот. Ушло?»

«Мда, техника в руках дикаря груда металлолома, уведомления отключи и все будет норм», – написал Артем. «Ты видео по обучению досмотри до конца, ясно сразу все станет, доктора можно настроить, чтобы без твоего разрешения не проводил инъекции, только если ты в бессознательном состоянии, у него будет полный контроль, я тоже еще копаюсь в настройках.»

Появилась развернутая Сеть контактов всей базы, некоторые были серые, некоторые по группам, только СОКОМ, так он там именовалcя, был онлайн и активен. А в статусе красовалась надпись: «Очень занятой человек!!!» Артем улыбнулся, и тоже ввел «Принц», строку заполнить статус проигнорировал. Появилось входящее сообщение от Сумрака «Срочный сбор», всплыл таймер с индикацией в четыре часа на PDA, маршрут движения, разрешение на получение снаряжения, брифинг предстоящей операции через три часа.

– Юля, – крикнул Сергей, стукнув по корпусу капсулы. – Нам нужно ускориться. Нас срочно вызывают, можно ускорить процесс ввода нанороботов?

Пришло сообщение о принятии соглашения об ускоренном процессе ввода, они нажали кнопку о согласии.

Мир для Артема поплыл, потом резкая боль, беспамятство, картинки как черви едят его изнутри, ему казалось, что его голова стала в два раза больше и ее проткнули большой швейной иголкой, оттуда вдруг полезли черви, белые жирные, и стала вытекать желтая жидкость. Ему стало казаться, что к нему приближается Марина Львовна, что-то говорит на неизвестном ему языке, а потом срывает с себя комбинезон, обнажая белое тело похожее на червя, она опять что-то говорит, Артем понимает, что она радуется, а из слов он смог разобрать следующее: «Какие у нас дети, красивые». Черная бездна и где-то далеко маленькая планетка под названием Земля. Фракталы. Артем вздрагивает, его кто-то пытается разбудить и успокоить, узнает Юлю. Она помогла Артему встать и протянула энергетический напиток.

Сергей явно себя чувствовал лучше, так как его уже гоняли на тренажёрах, а Артем завистливо допивал напиток, разминая кости, чувствуя, как прилично потяжелел.

– Артем, смотрите на меня, проверка рефлексов, я буду по вашему телу водить острым предметом, скажите, где менее чувствительно.

– Больно, – сказал Артем только через пять минут, когда стало действительно больно.

– Мы закончили, все хорошо, присоединяйтесь к Сергею на тренажеры.

Далее были физические тесты, они создали иллюзию неподготовленности мышц к потяжелевшим костям, оставалось только над этим работать, развивать новые мышцы и улучшать реакцию. Вывод из организма отработанных нанороботов завершится естественным путем, как объяснили Сергею. Но он настаивал, что хочет проверить, что точно никто из них не решил поселится у него в организме.

Врач лишь ухмыльнулся и объяснил, что его экскременты изучать никто не будет.

Заглянув в соседний процедурный кабинет Принц увидел в аквариуме множество паразитов, невольно он отшатнулся от прохода представляя, как они вырвались и стараются разместиться у него на теле.

– Для чего это? – произнес Артем, поймав руку Юли, старающейся скорее закрыть дверь.

– Отпустите меня. Теперь останется синяк, что я мужу скажу? Вас это не касается, идите к Львовне расспрашивайте, я лишь ассистент.

Артем для себя отметил резкое изменение девушки и это ему не понравилось, идти же с расспросами к Львовне он не стал, понимая, что правдой могут быть сотни ответов, до которых и он мог додуматься.

Потом был душ, бодрящий коктейль от кибердоктора, новый индикатор с надписью «модификация завершится через семьдесят два часа», столовая, этаж технической поддержки, затем ребята отправились в оружейную и на стрельбище.

Глава III

Выставочный зал и одновременно вход в оружейную напоминал музей в миниатюре. Там были представлено вооружение из различных стран, некоторые комплектующие, наиболее удачные сборки, различные типы бронежилетов, разные типы патронов, рядом с некоторыми стендами демонстрировались преимущества и испытания образцов на экранах.

В конце зала висело электронное табло и было более пятидесяти посадочных мест, все из которых были заняты, так же было две группы отдельно стоящих крепких ребят и девушек, выделявшихся массивными спинами, думаю некоторые были модификантами. Кто-то, увидев Артема и Сергея, еще не сменивших медицинские рубашки, зло выкрикнул: «Прибыло свежее мясо!». Раздались смешки и только потом парни поняли, что за ними тянулись такие же ребята в медицинских рубашках. Судя по тому, как сменялись цифры на табло и, как ребята уходили в направлении кабинок, было понятно, что прошло уже несколько сотен бойцов.

Через десять минут бородатый парень лет тридцати пяти, с татуировками на руках и ножными протезами, ждал их в одной из кабинок перед длинным столом полным оружия и какого-то оборудования. Кабинка оказалась куда больше чем снаружи: шкафчики, пара столов с разложенным снаряжением, инструменты для чистки, шкаф с батончиками, шкафы с холодным оружием, имелось также два интерактивных стенда, где можно было сделать какие-то манипуляции и пара передаточных окон, вроде как для сообщения с соседним помещением, где осуществлялась сборка.

–Чего изволите? – спросил Бородач.

Соком не потерявшись начал перечислять:

– Ааа, АК 105 с обвесами со стенда номер восемь можно, патроны 5,45×39 с маркировкой БС, шесть магазинов по шестьдесят патронов и россыпью патронов шестьсот, пистолет Грач, три магазина и россыпью сто патронов, бронежилет Гжель, шлем Ястреб, у вас на стенде видел, с ночным прибором, фонарем и еще какой-то приблудой, разгрузочный жилет…

Бородач рассмеялся и сказал сквозь смех:

– Нееее, гжель не дадим, дадим новейшую разработку, суперстойкий бронежилет, выдерживает четыреста выстрелов в упор из СВД, механическая прочность сто условных единиц, надежнее танковой брони. Вон на столе лежит, берите!

– А он еще и невидимый? – пробубнил Соком.

– Да, бля, руками только его не порви, а то другим нечего будет носить!!! И начали ржать уже все вместе.

Просмеявшись он продолжил:

– Извините, мужики, у вас такие лица были, я не смог удержаться. – сказал Бородач.

– Нормально, все! Без обид.

– Все уважают бойцов Грешника, к нему многие хотят попасть. Так что вам повезло. Если что, в личном кабинете можно подборку модификаций своего снаряжения по типам задания корректировать, но особо разгуляться вам не дадут, пока у вас низкий рейтинг и у вас не индивидуальное задание. Вообще-то я должен провести технику безопасности, рассказать о последствиях неправильного обращения с оружием, но это скукота. Начнем с главного, ваше снаряжение имеет много научных и не столь броских названий, но по сути это улучшенные версии знакомого вам обмундирования. Знакомьтесь:

Автомат АС «ВАЛ» модифицированный x47, рожки на шестьдесят патронов, коробка уже из специального сплава, боковой коллиматорный прицел, приклад, целеуказатель, фонарик. Патроны у вас бронебойные СП-6 с увеличенным сердечником из закалённой стали, они способны вывести из строя автомобиль и даже легкобронированную технику, пробивает восьмимиллиметровый стальной лист на дальности сто метров, а пятимиллиметровый стальной лист или бронежилеты третьего класса – на всём расстоянии прицельной стрельбы. СП-7, а это уже по крупным тварям, бейте по слабозащищённым местам и вам повезет. Так, дальше продолжим наши танцы, а вот основной электронно-вычислительный прицел «Нордено», местная разработка, имеет несколько режимов, обычный с переменной кратностью и вычислитель дальности, все данные уже забиты под ваш патрон, тепловизионный и ночной режимы.

Бронежилет Бр5 модифицированный, разгрузка, припасы, вода, россыпь патронов, Ф-1 и ргд -5 по две штуки, вещмешок, шлем баллистический, модифицированный Ronin, чем-то напоминает Генерала Гривуса из звёздных войн, в остальном сами разберётесь.

Попрыгайте, побегайте, лямки подтяните!

– А пристрелка оружия? – спросил Принц

– «Нордено» скорректирует после первых выстрелов. Все, девочки, собрались, одели лучшие свои блядские платья, цацки и бегом на танцпол, пока женихов лучших не съели! Брифинг уже в транспорте услышите! – прорычал Бородач. И уже спокойнее произнес: – С Богом, возвращайтесь!

Соком и Принц в унисон сказали: -И тебе не сдохнуть, Борода.

– Прикольный малый, – сказал Соком уже в транспорте. – Надо еще к нему заглянуть, мысли у меня есть интересные, может поможет, да и впарил нам это все за милую душу, хорошо денег не попросил, а то я бы отдал.

– Так, новенькие заткнулись! – сказал боец в похожем снаряжении.

Развернулась нейросеть и мы увидели позывные рядом с каждым бойцом.

Брифинг начался с данных разведки, пары фотографий указанного района высадки, текущего нашего местоположения, срока прибытия до точки высадки, схематической карты движения других единиц техники.

Сумрак, облачённый полностью в защитный костюм и скрывавший лицо через внешние динамики, начал говорить, дублируя информацию на PDA:

– Одна из военных надземных лабораторий была в осаде более трех месяцев, было принято решение эвакуировать оставшийся научный персонал, опытные образцы, часть оборудования была посажена на конвой, усилена рейдерами и наемниками. Мы должны были их встретить и сопроводить, но они не дотянули сто пятьдесят километров до точки встречи. Сейчас конвой спрятался в торговом центре «Мирный» на минус втором уровне паркинга, думаю конвой уже погиб, а если не погиб, то у него осталось не больше суток. В общем, ваша задача узнать судьбу конвоя, спасти выживших, если они есть, определить наиболее безопасный маршрут для группы поддержки, действуйте по обстоятельствам. Беспилотники уже вылетели с базы и будут обеспечивать воздушное прикрытие. Мы синхронизировали нашу операцию с рейдерским набегом на военную базу на другом конце города с задержкой в два часа, так что шума будет много и часть зараженных оттянутся на шум. После того, как техники заблокируют наш район от всех сигналов на три часа, как наших, так и вражеских, саперы начнут минировать подходы и оставят три прохода, которые мы уже контролируем и следим, чтобы враг не пересек условную черту радиоблокировки. Внутренняя радиосвязь по нейросети будет доступна. В случае подмоги и необходимости забрать раненых, вы, Магадан, выпускаете вверх две сигнальные ракеты, зайдет еще два отряда, последний оставшийся выпускает вверх одну сигнальную ракету, после этого останется всего четыре минуты до того, как мы сравняем это место с землей. В случае успеха отправьте дрон с видеоподтверждением, что все «ОК», остальное сделает группа поддержки. Информацию по имеющимся тварям скинул новичкам. Прошу внимательно изучить. Так что никаких отступлений, и другого пути нет, либо вас ждет успех, либо вы там останетесь!

***

Торговый центр смотрел на группу пустыми мёртвыми глазницами, ветер завывал и приносил смрад. Кто-то написал красной краской на входе, «Бог умер, его убили мы, покайтесь», где-то виднелись следы от перестрелок, валялись стреляные гильзы, все стены были расклеены объявлениями о пропавших людях. Основные входы были заблокированы, и отряд двинулся через погрузочные доки, где красовалась надпись: «Продуктов нет», и чуть ниже «Выживших нет». Магадан остался возле здания котельной и начал оборудовать себе лежку сверху, как оказалось он был техником, который таскал пулемет неизвестной марки и, кроме всего прочего, два дрона с вооружениями и трофейный кольт 1911. Парковка к погрузочным докам была усеяна останками человеческих трупов, разбитых авто, ветошью. Артем невольно отвлекался на привычку подмечать лежащие на земле деньги, хотя у них уже не было такой цены, но привычка осталась, он дал себе установку перестать обращать внимание на деньги.

Группа из семи человек зашла внутрь одного из доков, распределение ролей было следующее: Грешник – командир группы, Пастырь – инженер, Алагон – сапер, Соком, Принц – рядовые бойцы и Мелкая – отвечает за медицину в отряде. Внутри все выглядело не лучше, полупустой склад, кассы, магазины с разграбленной и сломанной утварью, стекло разбитых витрин иногда хрустело под ногами. Попадались трупы, разорванные и растерзанные. Один мумифицированный труп в разорванном камуфляже сидел, прислонившись спиной к витрине, с разорванной грудью и вывернутыми ребрами наружу, лицо его отражало боль, словно он видел свою смерть собственными глазами, понимая, что сделать уже больше ничего не может.

Для себя Артем отметил, что часть мертвых людей были мародёры, пришедшие поживиться. Некоторые проходы и магазины были забаррикадированы, более или менее ценное было вынесено подчистую. Было даже видно, что кто-то зарился на совершенно бесполезные для выживания вещи, такие как косметика, сумочки, парфюмерия. Группа увидела первых зараженных и перешла на тихий шаг.

Зараженных было немного, раскиданные там и тут, они не выглядели очень жутко, и их даже можно было принять за людей, взгляд не всегда был расфокусированным, иногда они увлеченно смотрели на какие-то вещи из прошлой жизни. Кто-то стоял и перебирал подобранные с пола монетки, кто-то стоял и рассматривал билборд с акциями и скидками, некоторые могли медленно жевать непонятные куски плоти или передвигаться по залу в поисках понятных только им вещей. Жутко было, когда кто-то из них начинал бросать несвязные фразы: «Домой, страшно, здравствуйте, хорошо, кино и т.д.» и остальные, словно заряженные болванчики, быстро находили источник звука и быстро перемещались туда, уже на расстоянии трех-четырех метров теряли интерес, уходили обратно или находили новое занятие. При этом некоторые из них потеряли всякие навыки, а кто-то, прежде чем испражниться, снимал штаны. На некоторых были следы крови и клочками висели куски одежды, видны были свежие рубцы от затянувшихся ран. На одном видны были следы пулевых попаданий, при этом он не показывал дискомфорт или недомогание и был почти не отличим в общей куче. Один экземпляр припадал на неправильно сросшуюся ногу, выгибавшуюся каждый раз под неправильным углом при ходьбе, но он довольно живо передвигался, не обращая внимания на неудобства.

– Командир, я готов ближе подойти к заражённым и убедиться, что они нас не тронут, – сказал Принц, выглядывая из-за укрытия.

– Тут зараженные нескольких типов, свежаки и уже матерые, мутантов среди них пока нет. Смотри вон тот, что перебирает монетки, свежак. К нему медленно и без резких движений подойдешь на расстоянии двух метров, ствол не опускай. Потом к уже матерому зараженному, тот здоровый бугай, уже где-то отожрался, и паразит из бледно розового превратился в телесный цвет с прочным хитином и небольшими отростками. Остальных игнорируй, они в основном свежаки, такие и на нас только при зрительном контакте могут напасть.

– А в чем отличия мутантов и зараженных? – спросил Принц.

– По сути на зараженных действуют два процесса, первый -мутация, а второй – ментальное воздействие. При этом, если извлечь паразита, мутация не всегда, но чаще всего продолжается, а вот ментальное воздействие прекращается. Мутант же – это уже новое сильное существо, паразит которого полностью убил хозяина и переписал личность. Среди зараженных встречали частично мутировавших людей, там вообще сложно разобраться, так как могут быть полные признаки мутанта, при этом личность не стерта. Таких нам приказано мочить или доставлять на базу для трепанации. Они часто встречаются среди низших зараженных, могут собирать свиту, запомни – увидишь такого, лучше сразу мочи или беги. Все, давай иди!

– Хорошо, я пошел.

– Смотри, левую руку держишь в кулаке, правой, управляешь автоматом. В случае любой опасности раскрываешь ладонь, и мы зачищаем оставшихся. Основные жесты ты понял, все пошел.

Подойдя к первому зараженному на дистанцию вытянутой руки, Артем вздрогнул и чуть не разжал кулак, когда тот посмотрел ему в лицо и сказал тихо, как будто только для него «Пить», а потом начал отворачиваться, так как во все стороны разлетелись ошметки головы, словно воздушный шарик. Артем вздрогнул и отступил назад, забрызганный ошмётками чужих мозгов и не понимая, что происходит, он какое-то время пятился, не сводя глаз с фонтанирующего тела. Твари сорвались с места и ринулись к рухнувшему. В чат тут же прилетело «Замри». Только матерый не дернулся и лишь наблюдал за картиной с неподдельным интересом, подойдя уже не столь быстро два зараженных начали поедать собрата, Артем еле сдержался от рвотного позыва и сделал еще два шага назад. Мимо него уполз паразит в какую-то кучу ветоши. Для своих не больших габаритов он двигался достаточно резво и у Артема не возникло желания узнать, что он там делает. Он брезгливо осмотрел руки и бронежилет, и выругался в Сеть за очевидную подставу. Соком набросал пару строк извинений, ссылаясь, что перетрухнул и среагировал на движение головой, он также признался, что всадил пулю в броник Артема. Пришло сообщение по Сети от Грешника: «Продолжай, потом решим, как Соком ответит за проступок. Второго зараженного убьёшь сам».

Матерый зараженный при приближении Артема старался отойти и наблюдал за оружием, словно что-то припоминая. Артем медленно продолжал сокращать дистанцию, пытаясь загнать того в угол. Сработала чуйка и Артем понял, что пересек невидимую границу, правильно отреагировал на резкий рывок мутанта, пару пуль попали ему в тело и одна разворотила голову. Мутант по инерции прошел еще пару шагов, а потом завалился. Все это сопровождалось тихими хлопками «Валов», падением других мутантов с простреленными головами. Артем, который отходил от адреналинового всплеска, стоял чуть в стороне с разжатой ладонью, наблюдая за падающей очередью желающих поесть свежее мясо.

Выйдя из оцепенения, Артем ни нашёл ничего лучше, как отправить группе сообщение: «У матерых зараженных есть инстинкты, не знаю, что одного из них спровоцировало, но он в последний момент кинулся».

Грешник показал руками основные жесты и, определив парочку простых стратегий, группа выдвинулась вперед. Пользуясь преимуществом, Принц с Сокомом шли впереди, зачищая медленно, но аккуратно безразлично блуждающих зараженных, остальная группа двигалась на заметном удалении, зачищая магазин за магазином, проход за проходом. Входе движения выработалась стратегия смены впередиидущего, замена происходила после зачистки каждого помещения, на большие открытые пространства старались не выходить. Так, напряжение впередиидущего немного компенсировалось. Соком сильнее занервничал, особенно после столкновения лоб в лоб с тварью, желающей тоже заглянуть за угол. Возможно, на такой ход зараженного вынудил шум или хруст стекла, и все бы ничего, но все произошло практически одновременно, повезло только в том, что Соком, нервно расстреляв обойму в зараженного, не попал в другие поверхности, например, в витрины, осыпающиеся с характерным звуком. Что-то похожее произошло в другой части магазина и туда ринулись сориентированные на звук зараженные. Принц решил идти впереди через пару помещений, видя нерешительность и нервную дрожь в руках Сокома. Зайдя в один из телемагазинов, Артем жестом указал на висящие на стенде разделочные ножи, топоры, различные инструменты для приготовления. Подобрав один из топориков внушительного вида, Принц тут же опробовал его на парочке зараженных, чем вызвал одобрение всей группы. Соком подобрал острый керамический нож для разделки рыбы, но все же нервничал и не решался подходить слишком близко, старался обходить со спины и вонзать лезвие ножа в шею. Принц же быстро свыкся с новой ролью и уже не реагировал на брызги, на взгляд зараженных, удивляющихся резкому замаху и тупому удару. В какой-то момент Принц увлекся своей безнаказанностью, и при попытке ударить матерого зараженного спереди получил хороший пинок в живот. Тогда он осознал, что их мнимое безразличие – всего лишь алгоритм поведения, когда отсутствует источник агрессии или включен механизм энергосбережения организма. Пришлось отступить и потратить пару пуль. Соком лишь пожал плечами, типа намекая, что уже один раз спас и получил за это, и вообще тот зараженный не выглядел настолько опасным. Изредка группа, крадущаяся намного тише и опытнее, давала корректировки по направлению. Пару раз оглянувшись назад, Принц был удивлен тем, что не увидел своих напарников и, только увидев ругательства в чате, понял, что они все-таки сзади, прячутся в естественных тенях и лишний раз не хотят светиться. Через частично остеклённую крышу проникал тусклый свет, фонарики включать не стали, лишь иногда подсвечивая совсем уже темные повороты и закутки. Принц и Соком, хоть и старались никого не упустить, но все же одного притаившегося в примерочной и одного валяющегося под вещами они пропустили, за что были неласково выруганы в чате. Грешник среагировал правильно и без лишнего шума устранил угрозу, хотя ближе к заражённым был Алагон, умудрившийся споткнуться в самый неподходящий момент. Сложнее было в одном из бутиков, где пол был усыпан кучей трупов мертвых рейдеров, которым не повезло. Аккуратно ступая между телами, Принц заметил шевеления среди горы тел, поднял руку и перехватив удобнее автомат, ждал развития событий. Шли минуты, но ничего не происходило. В какой-то момент Принц уже думал, что ему показалось, как куча шевельнулась и, подойдя ближе, он выругался, увидев парочку зараженных, заваленных своими собратьями в очень плохом состоянии. Один из них повернул на Принца голову, обнажив часть головы с висящим куском отрезанного скальпа. Сплюнув, Принц добил обоих быстрыми ударами и, повернувшись, в углу заметил еще двух зараженных и жестом указал на них Сокому, вытирая оружие о рядом лежащее тело.

Соком размахивал руками, вполголоса ругался, а потом выдал в чат:

«Прикиньте, эти зараженные спят совсем как люди, подошел к толстому мужчине в растянутых трениках, а он падла, рычит, приблизился, нет, он храпит как один из моих сослуживцев, не буду показывать пальцем, пришлось убить его за храп. Зараженную женщину рядом в модной тунике тоже убил, спала походу, заглянул в гардероб, а там с десяток таких зараженных спит, пойду перебью, пока не проснулись». Принц тут же в чат кинул ответ «Стой, помогу». Принц неожиданно обнаружил мертвых ретрансляторов в небольшом техническом помещении, в конце гардеробной, все были выпотрошены, черепные коробки были вскрыты, рядом стояли непонятные емкости с жидкостью, спиртовки, в углу лежала куча использованных перчаток. Один из ретрансляторов лежал, привязанный к крюкам вбитыми в пол, рядом был разбросан хирургический набор. Судя по незаконченному вскрытию, пациент скончался от вскрытия, а место неизвестные покидали в спешке.

Твари же почувствовали запах крови, но лишь поцарапали дверь, не догадавшись покрутить ручку, наверно тут и уснули в ожидании.

Заходя в мебельный магазин и пройдя его почти насквозь, он увидел, как с одного из диванов резко соскочил ретранслятор, бормоча что-то, и вдруг его голова взорвалась как переспелый арбуз, забрызгав пару диванов и кресло в кожаной обивке.

– Готов, – сказал Соком вполголоса.

Принц лишь кивнул и наступил на труп, облепленный какой-то дрянью, с прожилками внеземной плесени белого цвета, с маленькими красными пятнышками на концах.

«Стой, не шевелись», – прокричал кто-то сзади и в чат прилетело сообщение от Грешника: «Ты материалы по миссии не изучал, что ли? Смотри – это инкубатор, ногу очень аккуратно поднимай, не распыляй токсины, а то кибердоктор потом тебя так напичкает противоядием, пару дней спать не сможешь, а еще глюки периодически будешь ловить первые сутки. Редко попадаются инкубаторы так, обычно по подвалам и чердакам, смотри под ноги».

Принц аккуратно убрал ногу, медленно, стараясь не пошевелить ни один кусочек плесени, как вдруг заметил на груди расширяющуюся дырочку, из которой роем выползла куча маленьких паразитов и, быстро забравшись по ноге, начали бегать по Принцу, так быстро, что он начал отступать и махать руками, пытаясь их всех стряхнуть. Ему казалось, что они уже залезли под броник, везде и сразу все начало чесаться, он истерично начал бить себя по груди, пока они разом все не спрыгнули с него и не уползли обратно. Принц, стараясь залезть под броник, сел на диван и стал чесать все, до чего он мог дотянуться. На затылке выступил пот, кибердоктор что-то писал, но ему было не до этого. Он не заметил, как к нему вдруг подошла Мелкая, всадив в плечо укол, впрыснув содержимое и удерживая его в сидячем положении, она прошептала:

– Не дергайся, сейчас отпустит, они все уползли, кибердоктор мало тебе вколол, тебя еще глючит. Пока совсем не отпустит, оружие не поднимай, а то своих можешь положить на глюках. Кивни, если понял.

Принц кивнул и попытался встать, но Мелкая придавила его к дивану, снова шепнув:

– Пять минут посиди, а потом иди вперед. Лучше ты первым пойдешь, так точно своих не завалишь.

Принц выждал время, чесаться все перестало, он проверил оружие, встал, осмотревшись и уже внимательно наступая, пошел к выходу из магазина, где на корточках сидел, Соком, аккуратно выглядывая по сторонам. Стараясь покинуть быстрее неприятное Принцу место, он резко выскочил из магазина и получил увесистый подарок, который прилетел ему в грудь, раздалось еще пару выстрелов откуда-то со стороны, устоять у него не получилось, и он завалился на пол, чертыхаясь и перехватывая ртом воздух. В голове пронеслась мысль: «Глючит что ли? -Хотя боль вроде реальная».

Соком жестом показал группе, что их атаковали и ушел с линии огня, подтаскивая Принца обратно в магазин, веером выпуская пули из автомата по направлению предполагаемого противника. Принц скинул в чат, что все в порядке и Соком рванул на подмогу к основной группе. Алагон и Грешник сработали быстро и уже через пару минут обошли с флангов магазин, взяли небольшую группу в кольцо и затолкали троих в ближайший бутик. Заражённые бежали на шум еще пару минут, но оружие с тихими хлопками быстро всех успокаивало и Принц, изредка помогая из своего ствола, насчитал около пятнадцати зараженных. Когда все кончилось и снова воцарилась тишина, Соком, вернувшись, помог Принцу дойти до следующего магазина. Алагон остался за часового, жестом показав, что все проверит и присоединится. Когда Принц подошел, ребят уже разоружили, связали и усадили на колени. Мелкая осматривала рюкзаки, вытряхивала все содержимое прямо на пол, Соком же занял позицию в другом конце бутика.

Грешник, сорвав с одного маску, не громко спросил:

– Кто такие? Сколько вас? Где остальные? На кого засаду устраиваете?

На него смотрел парень лет двадцати пяти. Он, испуганно озираясь и запинаясь, начал тараторить:

– Так, мы тут часто собираем припасы, с Михайловки мы! Батя охранником работал. Нас тут семеро всего.

– Тише говори! – Грешник несильно толкнул парня еще раз и спросил: – Где остальные? Почему стреляли?

– Где-то на окраине грохотать стало, вот решили зачистить ТЦ, пока зараженные массово туда ушли. Остальные потрошат фуру на подземной парковке. Мы думали, что вы инопланетяне, вас то они не трогают. Вот и решили уложить и посмотреть, что под масками.

– Почему зараженные на вас не напали и выстрелов не было. Как собирались уходить? – подав раненному набор первой помощи из аптечки, задал очередной вопрос Грешник.

– Так, мы убиваем зараженных с большой головой, по-тихому, и из внутренностей мазь делаем, она, вроде как, против простых тварей помогает. Не реагируют они, если не делать резких движений. Можно попить, в горле пересохло?

Пастырь передал воду и держа в руке странную банку с какой-то бурой жидкостью спросил: – Эта мазь?

Парень, жадно глотая воду, махнул головой.

– Заразиться не боитесь, мазавшись всякой дрянью?

Другой парень, как бы пытаясь снять маску, через нее сказал:

– Я – Миша, раненый – Сергей, а это Андрей. Нет, Химик вытяжку делает, проверял на животных. Все было ок. Так вы нас убьёте?

Грешник снял маску и с этого парня. На него смотрел белобрысый пацан лет 17 с ярко-голубыми глазами.

– Мелкая, вколи им блокатор мутагенов и раненому противоболевой, а то он кажется сейчас поплывет. Дальше до парковки идем вместе, если там подтвердится ваша информация, будем думать. Идете тихо, руки я вам освобождать не буду, кто дернется, пристрелю на месте, не так будете смотреть в нашу сторону, кончу всех на месте, все понятно?

Все разом махнули головой.

Грудь у Принца уже не болела, кибердоктор справлялся на ура, пуля двенадцатого калибра – это все-таки не шутки. Мелкая взяла образцы с убитого ретранслятора и выругавшись в Сеть, написала Сокому сменить магазин на сп-5 патроны, а то собирать нечего для лаборатории.

Продвинувшись вперед, группа услышала игру на пианино, переглянувшись и по мере приближения к источнику звука, стало понятно, что это не запись. По ощущениям группа уже должна была пересечься с источником звука, но эхо в абсолютно тихих помещениях словно ветер играло злую шутку, отражая музыку от разных поверхностей. Приближаясь все ближе и ближе, становилось не по себе и казалось, мелодия была словно из другой жизни, но очень знакомой.

Впереди был огромный холл. Лестница, ведущая на парковку через технический этаж, должна была быть справа при входе, в теории группа должна была миновать открытый участок и нырнуть сразу на лестницу, но лестница была заблокирована каким-то мусором, быстро и тихо ее отрыть не получилось бы. Ища другой проход, Принц выглянул в холл и увидел толпу раскачивающихся зараженных с поднятыми руками. По первым прикидкам их было около сотни, они образовали правильное кольцо вокруг пианиста. Выйдя из-за угла, Принц, подражая такту зараженных встал на стоящую скамейку, и мельком разглядев увеличенную голову пианиста, кинул сообщение в чат: «Ретранслятор!».

Отступив назад и дождавшись Грешника, коротко доложив, стало понятно, что концерт по заявкам начался недавно и Михайловские ребята такого тоже здесь не видели. По всем прикидкам стрелять по прямой не выйдет, слишком много зараженных и ретранслятор сидит. Изучив план эвакуации, Соком с Пастырем решили снять тварь со второго этажа. Когда они вышли на место, в чат получили сообщение «о готовности стрелять». Ретранслятором была молодая, фигуристая девушка, в шикарном черном платье, с глубоким вырезом на спине, и нелепым париком, скрывавшим только часть ее увеличившейся головы.

Раздалось два сдвоенных хлопка и ретранслятор завалился, как в ту же секунду вся толпа зараженных взревела и все поняли, что совершили ошибку. Магадан тоже отписался об изменившемся поведении тварей, которые начали стягиваться внутрь ТЦ. Как молния пронеслась мысль, «а действительно, как она играла и управляла толпой одновременно?» Грешник указал жестом отступать. Зараженные рассредоточились и начали искать в разных направлениях. Потом, найдя группу, начали целенаправленно увеличивать натиск, стараясь поймать беглецов. Зараженные, словно поднятые по тревоге, стали лезть со всех сторон, даже оказалось, что остались недобитые и притаившиеся в уже пройденных помещениях.

Наскоро закрыв один проход, решили отступить к докам и складам, наспех забаррикадировав дверь и оттянувшись в глубь склада, завалили парочку стеллажей и стали ждать. Ор толпы зараженных сначала доносился откуда-то издалека, шли минуты и твари шептали и кричали на разные голоса одни и те же слова, сглатываемые грохотом и топотом, пока в забаррикадированные двери не заколотили десятки рук и зараженные синхронно сказали подрагивающими голосами:

– Вы все тут умрете, блохи, вы убили ее, вы убили мою любимую!

– Лунная соната, – разрывая уже поднадоевшие угрозы, произнес Соком, и все переглянулись.

Грешник, поиграв желваками и стиснув зубы, скомандовал:

– Мелкая, прикрываешь спину, Соком с Принцем держат центральный коридор, боеприпасы экономить, бейте через смотровые окна, они сами скоро мешать будут друг другу, стоит парочке тварей завалить проход трупами. Алагон, ребят освободи и их карамультуки отдай, правый проход баррикадируй и минируй, как закончишь, присоединись к Сокому и Принцу.

– Да, парни, в бой не вмешивайтесь до моей команды, наведете на меня или ребят ствол, пристрелю, – сказал Грешник, обращаясь к Михайловским.

А Пастырю адресовал:

– Пастырь самое время прочесть что-то.

И Пастырь начал:

– Господи! Спаси и сохрани, помилуй нас, осени во тьме ночной воинов и Россию всю и огради их Крестом твоим от вражьих сил, и праведный ниспошли нам путь.

Соком не выдержал и, гоготнув, съязвил:

– Извини, Падрэ, конец света уже наступил, остались только мы, бесы, твой бог тебя не слышит!!!

И твари повалили, заполнив весь коридор, не в силах пробиться через баррикады и, увязая в других зараженных, продолжали глупо идти на пролом, сначала были одиночные хлопки только Принца и Сокома, потом уже были сдвоенные выстрелы, подключался Пастырь и Грешник. Изредка стреляла Мелкая, видно и там появлялись зараженные. Вот уже к Мелкой подсел Пастырь и поливал тварей, Алагон же продолжал лазить под стеллажами и раскидывать сюрпризы. Магадан также не скучал, лишь изредка докладывая о ситуации и обновляя статус о необходимости подмоги. Как бы невзначай он сообщил, что положил уже более ста зараженных, место оказалось удачным, и после второй сотни приглашает всех на пиво.

Раздался звук сминаемых перегородок, потом еще и еще, как я понял, что-то большое и сильное искало путь сюда. Волна монстров снаружи усилилась, и Грешник скомандовал:

– Пастырь, Мелкая, уходите по пожарной лестнице вверх и зачищайте улицу. Чтобы через пять минут в радиусе двести метров не было ни одной твари. Магадан, запускай дрон с ракетами и жди, когда мы друзей приведем. А мы пока организуем горячую встречу. Михайловские, смещайтесь ближе к приемным докам, стреляйте на то, что первым покажется здесь, а потом на пожарную лестницу и крышу. На парковку уже пойдем через шахту лифта с крыши здания.

Сэндвич панель порвало рядом у заминированного входа словно кусок картона, горизонтальные профили в местах болтового крепления вырвало с мясом. Тварь размером с пикап влетела в стеллажи и тут хлопнуло так, что нагруженные стеллажи со строительными материалами рухнули и погребли под собой особь x16, не дав ей вылезти из завала. Михайловские разрядили свои карамультуки, окончательно успокоив мутировавшую корову или бычка.

В чате появилось сообщение от Грешника, Алагону: «Твой сюрприз порадовал, еще какие ряды заминированы?». Пришел тут же ответ «1, 3, 6 и 8».

Бабахнуло еще и еще, а особи х16 не заканчивались. И тут Соком, меняя магазин, крикнул:

– Коровозавры и у нас прут, надо уходить!!!

В подтверждение этого, рядом с заваленным проходом образовалась новая дыра, в которую, уже освоившись, лезли уже две твари.

Алагон достал многозарядный гранатомет с ручной перезарядкой ГМ-94, который он считал не заменимым в различных адресных операциях, в том числе в закрытых помещениях. Особенно полюбился этот гранатомет из-за незначительного веса в 4,8 килограмм и ёмкости магазина в четыре выстрела, просто сказка с термоборической начинкой. Отправил два снаряда по направлению к тварям, высокая температура и ударная волна сделали свое дело, разворотив проход еще больше. Тут же вместо погибших тварей вылезли новые и, уже стараясь сбить стойки стеллажей, Алагон направил к их основанию две гранаты. Упавшие стеллажи завалили центральный проход, твари уже не рвались по прямой, а старались обежать завалы или лезли сквозь стеллажи, на что Алагон перезарядив оружие и отправив в полет еще две гранты, прокричал:

– В шайтан машинке две последние гранаты фугасные, у меня в разгрузке остались свето-шумовые, осколочные и дымовые гранаты, стеллажи тут их задержат, но ненадолго, что делаем дальше, босс?

Вынув из разгрузочного кармана, две гранаты ф-1, Грешник скомандовал:

– Все на выход, прикрываем друг друга и отходим на пожарную лестницу. Алагон, дымовые гранаты отстреляй, нам нужно прикрыть отступление. Что там с коридором для нас, Мелкая, тут совсем жарко становиться?

Ответ от Мелкой порадовал, и он бросил сразу две гранаты по направлению в противника, сам вышел из дока. Осколки пробили сэндвич и посекли Сергея из Михайловских, не успевшего далеко уйти. Грешник чертыхнулся, подхватил парня, закинул на себя и полез по пожарной лестнице вверх на крышу. Уйдя из зоны предполагаемого поражения, почти на четыреста метров от входа на крышу, он скомандовал Магадану выпустить ракету в доки, из которых на улицу лезли сотни тварей. Через пару секунд ТЦ тряхнуло, сэндвич пошел волнами, слышно было как скрепят и рвутся металлоконструкции, в стороны разлетались куски прогонов, натянутые до этого словно струны, и уже не удерживаемая крыша обрушилась, сметая все стойки и перегородки, на всегда запечатывая: склады, торговые залы, бутики и магазины. Медленно начинался пожар. Разлом конструкции прошелся ровно по термошвам, и Грешник в душе обрадовался, что они успели так далеко отойти.

Грешник скомандовал:

– Набить рожки Соком и Принц, оказать помощь раненому. Пастырь, Алагон, провести разведку, надо убираться с крыши, скоро огонь и сюда доберется.

Пока Принц с Сокомом забили все рожки, Мелкая уже оказала раненому первую помощь, положила шину и дала обезболивающее. Осмотрев остальных, сообщила, что раненых больше нет, а этот идти не сможет, лучше тут бросить или добить, но как убедить ребят из его группы. На что Грешник покачал головой. Принц про себя подумал: «О, женщины, вам имя – вероломство!», интересно посмотреть на Мелкую без обмундирования, пластиковых сумок, каких-то контейнеров и приборов, а еще огромный скарб сзади не давал понимания, какая у нее фигура и, вообще, девушка она или уже может наполовину киборг. Соком тихо проговорил:

– Доктор спаситель или Ангел смерти…

– Судишь по человеку поверхностно? Не можешь ты спокойно? Нельзя выходить в бой, если не доверяешь спину напарнику и судя по твоему досье, держаться долго в этой группе за тебя не будут. Есть что возразить? – сказал Грешник.

– Везение – твое второе имя? – парировал Соком и, уже чуть остыв, сказал:

– Не хотел никого обидеть, но немного несправедливо, что вы о нас все знаете, а мы ничего о вас!

Грешник сбросил часть досье Мелкой. И мы начали читать.

«Анна Николаевна Глуховская.

33 года, детей нет, мужа нет, дочь бизнесмена и фотомодели, выросшая в элитных районах Москвы и Рублевки, она бросила школу ради модельного бизнеса, изучала звукорежиссуру и работала ди-джеем, посещала актерские курсы, а потом плюнула на шоу-бизнес после смерти родителей. Пошла в МВД РФ, занялась поимкой преступников и преуспела в этом деле больше, чем в любом другом.

Далее шел перечень боевых операций, внедрения в органы, два года в разведке. После боевого ранения попала в группу «Патриот», прошла стажировку медиком. Была списана с очередным ранением. В проект «Немезида» попала в качестве добровольца для реабилитации и восстановления по протекции МВД РФ.

Награды: Нагрудный знак «Почётный сотрудник МВД», Нагрудный знак «За отличие в службе в особых условиях» и Благодарность Министра МВД России.»

Принц лишь отправил сообщение Сокому по Сети «Героиня поневоле, когда не собственное желание, а обстоятельства вынуждают её быть сильнее, крепче, тверже всех вокруг».

Грохот по разным направлениям начал затихать и, не имея общей картины военных действий, сложно было понять, что происходит. Уже успели проверить вооружение и забить рожки не только себе, но и всей группе, как где-то рядом произошла целая канонада из серии взрывов. В провалах крыши были видны облачка белой пыли, которые появились от срабатывания порошковой пожарной системы, не справляющейся под завалами. Михайловские держались особняком, но после очередной канонады решили подойти ближе к команде и уже старались проявлять участие. Раненый не приходил в себя.

Вернулась разведка и доложила:

– Через зенитные фонари рассмотрели основной холл, зараженных на третьем этаже ТЦ в зоне центрального купола не видно, вскрыли сэндвич над лифтовой шахтой, закрепили трос на балке, бросили трос на шахту лифта, там около восьми метров, плюс пожарная разводка и вентиляционные коробы, а еще новогодние гирлянды висят, но это не страшно, лифт застрял на втором этаже так, что по лифтовой шахте мы сможем только опуститься до третьего этажа, там уже придется искать лестницу в паркинг. Пожар в эту сторону не пошел, система порошкового пожаротушения успела сработать, также конструкции были покрыты огнезащитной краской, что мешало дальнейшему разрушению и продвижению огня. Небольшие очаги пожара были изолированы по огневым отсечкам, заранее предусмотренными проектом, в стороне бутиков таких мероприятий не было предусмотрено, там горели и плавились конструкции и пожар потихонечку усиливался.

– Магадан сделал облет на дроне, бригаду техников хорошо потрепало, есть выбывшие из строя машины, но основная масса уже в строю, минные поля установлены и активированы. Рейд на военную базу закончился раньше времени и войска отходят по направлению к базе, продолжая отбиваться от зараженных собак и особей x16. Дроны с базы на подходе к нам завалили пару Жнецов, их сейчас в сборщики грузят. Есть массовые движения зараженных, туда выдвинулась наша подмога и там оборудует пара огневых точек.

– Все, двигаемся, Андрей с раненым остаётся, заберем на обратном пути, Миша с нами, вдруг ваших по дороге встретим, в случае чего точка сбора будет у котельной.

Спуск прошел по плану, зараженных было мало, за тридцать минут удалось спуститься до входа в паркинг с электромагнитным замком, хотя он уже не держал двери, с другой стороны дверь была закрыта на «антипанику». Дверь вскрывать не стали, решили попытать счастье с другого входа, расположенного в двухстах метрах по плану. В коридоре мерцал свет авариных фонарей, иногда потрескивали люминесцентные лампы, резко вспыхивая и потухая, фильтры шлема справлялись на ура. Пришлось пройти еще двести метров по заваленными останками людей, пока не нашли открытую дверь, в которой застряла еще пара скелетов, не дав двери заблокироваться. Судя по всему, люди загнали себя в угол и зараженные просто их порвали тут. Проход прямо частично был завален и виднелись тела инкубаторов, покрытые белесой плесенью, так что выбор был очевиден и Соком, убрав труп и изрядно нашумев, приоткрыл дверь, попытался протиснуться туда. Оглядевшись, жестом показал остальным, что путь свободен, как вдруг все услышали из коридора «помогите», а потом еще через пять секунд, «помогите» и еще и еще.

Пастырь проговорил:

– Услышав зов или мольбу о помощи, пройти мимо я не могу. Если надо, сам облегчу страдания просящего о помощи, хотя больше похоже на что-то другое…

– Это капкан, – сказал жестко Миха. – Пару дней назад мы потеряли троих, двое нескоро в строй встанут, ту тварь, что там сидит мы назвали «Пересмешником или подражателем». Она сначала ранила одного, заставила мучиться, звать на помощь, а когда остальные решили помочь, оказалось раненый был мертв, а тварь повторяла имена ребят из группы и продолжала звать на помощь, потом – напала и убила пришедших, парни не стали долго разбираться и забросали помещение гранатами, там тоже кажется много было инкубаторов, может охраняет их, а может зазывает к ним. Скажу вам честно, даже мёртвая она выглядит жутко. Химик ее препарировал, к сожалению, я не успел узнать, от кого она произошла.

– Есть вероятность, что обратно этим путем пойдем, можем просто проход заминировать, вылезет – нарвется, можем попытаться выманить, подожжем инкубаторы, – сказал Алагон.

– Мне конечно, нужны ее образцы, но не думаю, что защита ребят на нее подействует, да и стоит ли рисковать ради нового мутанта. Двигаемся дальше, минируем! – сказал Грешник.

Группа вышла на паркинг, основную его часть составляли двухъярусные парковки, выполненные в виде несущих рам с перемещающимся по ней подъемно-транспортным устройством портального типа. Большая часть парковки была забита автомобилями граждан, которые не успели покинуть ТЦ, часть машин уже была разграблена, часть застряла на подъемниках, где-то были лужи от сработавшей системы автоматического пожаротушения. Проходы между машинами были маленькие, приходилось протискиваться между ними и поднимать клубы пыли, а еще то и дело вглядываться в салоны автомобилей на предмет притаившихся тварей. Тонированные машины, не сговариваясь, проходили стороной. Там и тут встречались люфтованные УАЗы, патролы, прадики, вызывая детские страхи о том, что кто-то схватит тебя за ноги. Наверное, это было связано больше с разыгравшимся воображением. Плотность затора иссякла, и Грешник жестом приказал рассредоточиться и продолжать движение к месту предполагаемого нахождения Михайловских. Сзади раздалось жалобное «Помогите», Артем вздрогнул и все разом развернулись.

Миша не выдержал и крикнул:

– Покажись тварь, иди сюда! – в ответ раздалось опять жалобное, но уже ближе – «Помогите».

Алагон скинул по Сети: «Это его игра и его правила, для чего оно с нами так играет непонятно, но ясно одно, попытаемся уйти сразу- нападёт, надо сделать вид, что мы уходим или прячемся. На самом деле займем оборону, так будет легче накрыть ее перекрестным огнем. Нужна наживка.»

Сам не поняв почему, Принц написал «Я готов рискнуть».

Грешник дал указания: – Используем открытый участок и поворот налево, Принц идет сначала на тварь, потом бежит, что есть мочи в обратном направлении, тебе надо пробежать двести метров, это где-то двадцать пять секунд, Алагон будет сидеть слева на двести двадцатом метре, Пастырь с другой стороны, Мелкая с Мишей держат направление, куда мы идем, центр за поворотом держу я и Соком. Проверили оружие и поехали.

Шаг, еще шаг. «Помогите» – раздалось еще ближе, шаг, ещё шаг, «Помогите», глупо конечно прозвучало, но Артем не выдержал и спросил:

– А ты где? – и вместо ожидаемого «Помогите», раздалось «Я тут». Принца аж обдало холодным потом и в глазах потемнело, но он на ватных ногах уже бежал как мог в сторону своих и к черту, что прошел только двадцать шагов вместо пятидесяти метров, больше на это он не согласится, ни под каким предлогом. Было настолько страшно, что гулкое эхо его топота, казалось ему бегом исполинской твари и вот уже впереди Принца, как в замедленном кино, спасительный поворот и в эти секунды он слышал каждый удар своего сердца, а влетая в поворот на полной скорости и понимая, что не может погасить инерцию, накопленную ускорением, секундный полет, звон лязгающего оружия и шлема об бетонное основание паркинга. Пару секунд он кувыркался, как мячик, потом остановился, приложившись последний раз головой об бетон, пошатываясь, резко соскочил и рухнул, не удержав равновесие. Горло пересохло, хотелось пить, сердце билось бешено, как будто хотело вырваться из груди, пот застилал глаза, но ничего не происходило. У Принца пробежала шальная мысль: «Может его бросили или тварь уже прикончила его, а это все бред разума, боящегося признаться самому себе, что все». Принц отбросил эти мыли, аккуратно встал и, прихрамывая на правую ногу, пошел дальше, отдав команду кибердоктору вколоть обезболивающее. На голове, судя по пульсирующей боли, появится хорошая шишка. Стараясь меньше думать, Принц шагает вперед, ощущая действие обезболивающего, ему даже на миг показалось, что боль и головокружение отступили, нога перестала саднить, весь адреналин начал улетучиваться, наполняя мышцы свинцом.

Где-то впереди слева раздаётся хлопок, потом еще и еще. Артем чувствует, как пули попадают в бронежилет, его начинает разворачивать, еще попадание и еще, он, ожидая самое худшее, оборачивает голову назад – но там все тот же пустой паркинг. Попадает еще пуля и еще. Принц ведет Сокома, он меняет магазин и опять нажимает на спуск, Артем инстинктивно начинает менять траекторию, но Соком ведет стволом за ним, продолжая стрелять, попадает в ногу, и Артем заваливается как подкошенный, чертыхаясь, падает на одно колено. Грешник, уже не скрываясь, встает и, пытаясь донести до Сокома, кричит: – Прекрати сука! Что по-твоему не дает развалиться этому миру? Волшебство? А ни хрена… Правила и четкое выполнение инструкций, еще раз что-то такое выкинешь, здесь оставлю, летчик хренов!

Но Соком не слышит и достает еще магазин, заряжает и начинает стрелять и раздается звонкий писк, а потом уже искаженно, словно это говорит робот: «я тут», и опять слышен звонкий писк. Артема схватило что-то, словно он тряпичная кукла, подтянуло под самый потолок и на огромной скорости начало утаскивать в обратном направлении, пред ним уже рядом пронеслись пару балок, как он закричал, забившись истерически:

– Сука стреляйте, стреляйте в меня, она меня сейчас утащит!

Его больно приложило на повороте об угол, и тварь уже не таясь скакала посередине, поливаемая пулями со всех сторон. Подключилось еще два автомата и тварь попыталась опять уйти вверх, как рядом громыхнуло так, что даже звуковые фильтры не смогли полностью погасить грохот попадания осколочной гранты, выпущенной из подствольного гранатомёта, далее были росчерки трассерных пуль, грохот и Принц провалился в небытие…

– Не будь картонным, давай уже вставай, долго еще тебя ждать? – произнесла Мелкая. – Ты везучий сукин сын, тебя уже списать хотели. В основном царапины и пулевые на вылет. Так, ничего серьезного. Пять минут, и ты опять в строю, а вот бронник и автомат в утиль. Шлем еще норм. Да, хорошо, что нанороботы еще с тобой, они тебя и подлатали, я лишь влила тебе в кровь материалов для восстановления. Вон, полюбуйся, смесь сколопендры и богомола, вся в хитине, конечности с одной стороны острые как бритва, с другой стороны покрыты мелкими крючками, пара длинных задних конечностей, три-пять метров в длину в вытянутом виде, а если соберется в кучу не больше метра. Когда попали снарядом в нее, маленькую голову почти оторвало. Центр же ее, как я поняла, три узла возле позвоночника, так что ей голова больше нужна для питания. Резвости, как ты уже понял, не занимать. При этом текущее освещение маскирует ее полностью, куда уж хуже.

– Сколько я в отрубе провалялся?

– Минут десять, не больше. Батя Андрея тоже под конец подтянулся, он один остался, тварь его всех ребят покрошила. А он спрятался в машине, почти рядом тут.

– Соком, как ты ее увидел, она же прошла через двух наших бойцов, что ее выдало?

Все резко посмотрели на Сокома, никто не задал ему этот очевидный вопрос, а он даже немного стушевался, перебирая остатки разгрузки Артема.

– Не знаю, парни, верите вы мне или нет, просто знал, что где-то там смерть, и стрелял, и стрелял, так как она все приближалась и приближалась.

– Так зачем ты и в меня стрелял, мог же поранить?

–Так, я глаза закрывал и стрелял по ощущениям, вот и достал все-таки эту тварь.

Батя Андрея только развел руками от услышанного и сказал:

–Химик наш что-то о таком говорил. Люди, спасенные от паразита, имеют какую-то связь с зараженными. Сняли мы с одного парня паразита, матерым паразит стал, можно сказать с мясом вырвали. Так вот он и рассказывал, что иногда вскакивал во сне и зов слышал и какие-то команды, шепотки, образы шли, корабль ему тот виделся, а посередине корабля, что-то страшное, вернее он говорил корабль и есть «оно». Мы смеялись, ссылаясь на фантомные боли. А вот он ходил уверенный, мол его не трогают, за своего принимают, в общем в одном из рейдов, какая-то хитрая тварь его просто порвала.

– Соблюдение правды и правосудия более угодно Господу, нежели жертва, – сказал Пастырь.

– Все послушали, нам пора. Считаем патроны, заряжаемся прямо сейчас, патроны надо беречь. Выдвигаемся через пять минут. Держи, спящая красавица, кедр ПП -99, моя доработка, патроны бронебойные и пару рожков, все лучше, чем твой пистолет.

Соком, сам от себя не ожидая, сказал: – Вот опять это чувство.

Все как по команде вскинули стволы, ощетинившись во все стороны, но было уже поздно, тело Бати уже фонтанировало кровью, разрубленное пополам, а тварь уже скрылась в тени нависших вентиляционных коробов и где-то уже далеко произнесла «Жертва».

– Уходим перебежками на лестничный проем, быстрее, я замыкаю, – скомандовал Грешник.

– Сука ты тварь! – слетевший с катушек Миха кричал ей, подхваченный Сокомом.

Уже на лестничной площадке Мишу полоскало и трясло, Мелкая вколола ему что-то, Артему было тоже плохо. Когда Артем увидел две половинки тела бати Андрея, которые тащил Алагон, стало невыносимо, и он еле сдержался от рвотных позывов, благо остальные проверяли лестницу сверху и снизу. Алагон же присел рядом с половинками тела, аккуратно снял рюкзак и начал напевать песенку:

Меня не пугают ни волны, ни ветер,

Плыву я к единственной маме на свете,

Плыву я сквозь волны и ветер

К единственной маме на свете.

Артем не выдержал и спустился на площадку ниже, которую крыл Пастырь. Миша сидел в углу неподалеку и всхлипывал, трясясь и вздрагивая. Пастырь протянул Артему Акс -74У и один рожок, сказав:

– Так себе оружие против мутантов, но все же патроны бронебойно трассирующие, понятия не имею, где их Батя взял. Слегка затрясло, послышались взрывы неподалеку, значит враг идет по минным полям. Магадан отправил сообщение по Сети: «В общем со стороны первого въезда уже начали растаскивать технику, Сумрак прислал с техникой группу Мексикоза, у нас нет полутора часов, дали тридцать минут, потом приказ всем отступать, парней с крыши забрали. Парковку полностью зачистили, три БМП и два Т-90 подошли и заняли оборону, автокран и экскаваторы приступили к работе, но тут становится жарко, мутанты вроде собак прорываться стали. Мне оставаться на своей позиции или продвигаться с поддержкой?»

«Будь пока на позиции, техника – это хорошо, но пока у них численный перевес и твари, твои танки нам в открытом бою и пять минут не помогут выстоять. Короче, я сам скину Мексикозу расклад о новой твари, поднимай дрон и следуй за поддержкой, не думаю, что все здесь так просто.»

Когда группа продвинулась в глубь парковки, создалось впечатление, что комплекс уже давно был заброшен. Инопланетная флора и фауна развивалась и захватывала новые территории с поразительной скоростью. По ощущениям группа уже находилась не в ТЦ на нижнем ярусе парковки, а где-то в ботаническом саду с обилием растительности. Представленные экземпляры внеземной флоры росли прямо из остатков живых существ, окутав часть стен и потолков длинными лианами, вросшими в конструкции и немного свисающими и от того давившими на окружающих. Создалось четкое понимание, что кто-то специально стаскивал биологические формы сюда, в основном людей и животных, вот они как раз и стали дерном для этой растительности. Было также видно, что часть растительности своими толстыми отростками пробила бетонные полы и ушла в глубь фундамента. Растительность больше походила на листостебельные мхи с помесью лиан. Даже систему пожаротушения растительность хищно захватила и, местами порвав трубы, добралась до нужной ей влаги.

Подъемники и машины были смяты и в середине был организован проход, некоторые машины были смяты в лепешку особо жестоким способом, думаю это была реакция на сигнализацию того, кто это все сделал. Мишу на себе мы не стали тащить, он проявил безучастие даже в тот момент, когда мы его закрыли в комнате уборочного инвентаря рядом с пылесосом для полов и стеллажом с химией.

Найдя выпотрошенную машину сопровождения из конвоя, стали продвигаться медленней и уже через пару десятков метров нам открылась картина боя: БМП старой модели были вскрыты, как консервные банки, трупов людей и тварей видно не было, но рядом с техникой были лужи крови, и только в одном танке застряла мощная конечность какой-то твари. Разное оборудование было обшито металлическим листами и стояло на тралах, также там стояли пару контейнеров, всего на ходу было четыре машины, остальная часть парковки была окутана мраком, а ночной прицел отсвечивал на свету.

Сзади что-то бабахнуло и довольный своей задумкой Алагон скинул: «Любопытную тваринку порвали на половинки. Сделал мину из Бати, надеюсь, что тварь там же сдохла, а если нет, то к нам ближайшее время не полезет».

Все промолчали, а Артему опять комок подошел к горлу, хорошо он всего не видел. Ничего не происходило, где-то с другой стороны уже была слышна стрельба и работа техники, Соком подал жест рукой, и все вскинули автоматы. Но ничего не было видно, и Грешник тут же отправил сообщение Мексикозу и Магадану: «Нужно все проверить с помощью дрона, там есть затаившаяся тварь, отведи технику, дай Магадану в случае обнаружения тварей взорвать дрон».

Группа нашла себе укрытие и заняла оборону. Соком написал в Сеть: «Почему нам так не везет? Их там кажется больше одной».

Дрон влетел уже через две минуты, прошел резкий спуск на первый уровень паркинга, нашел спуск вниз на паркинг второго уровня, беспрепятственно долетел до конвоя и начал кружить вокруг. Артем почувствовал, как капли пота скатываются по спине, и мысленно дал себе команду перестать сжимать приклад автомата. Все ждали, что притаившаяся тварь выскочит из-за угла и нападет на дрон, и все начнут радостно стрелять, но этого не произошло и через пять минут. А дрон продолжал носиться по паркингу, стараясь осветить все темные углы. Когда перестали слышать жужжание вентилятора, Магадан сообщил: «Дальше теряется сигнал, дрон сам возвращается на прежнюю траекторию при потере сигнала, в новой недостроенной части парковки есть странные коконы, предположительно с людьми из экспедиции, облететь ее всю нет возможности».

Грешник выругался: «Мог же он не найти этих несчастных, а то сегодня нехороший день, чтобы умирать».

Группа объединилась с группой Мексикоза, техники бегали, грузили оборудование, охрана была выставлена по уму, все чаще и чаще слышали подрывы снарядов уже возле стен ТЦ. Одна мутировавшая собака умудрилась проскочить мимо блокпоста и создала столько шума, что уж лучше бы она до нас добралась, чем гонять ее по парковке. Тут бы ее точно встретили.

– Мексикоз, ты здесь сам уже справишься, мы двигаемся за людьми, и без нас не уходите, мы попробуем вытащить выживших, если они не будут кусаться. Мне нужно еще два твоих бойца и из вооружения три пулемета, один бронник, пару дымовых гранат и вон у твоего бойца ручной гранатомет РГ-6, и десятка два к нему снарядов. Спасенного тоже забери, в комнате вон там закрыли, чуть про него не забыл.

– Может тебе еще и все дерьмо с костюма убрать?

– Я готов умереть за выживших, а ты? – сказал Грешник.

Мексикоз стоял, не меняя позы, но слышно было, как щелкают в его голове шестеренки от нервного напряжения. Как оказалось, они были командой, даже эффективной командой. Мелкая крутила роман с обоими, но она так и не выбрала, проводя ночи то с одним, то с другим. Они поспорили на нее, и их вражда дошла до абсурда. В одной совместной операции между парнями возник конфликт и только случай спас всех от серьезных последствий, после этого она бросила обоих. И парень по кличке Прапор стал Грешником.

Вмешалась Мелкая и сказала:

– Ловите момент, мальчики, так что умрите оба или спасите хоть еще одну жизнь, я иду туда.

Мексикоз отошел от ступора и уже без злости в голосе сказал:

– Я боец на прикрытии, не могу рисковать своими людьми, не знаю, как ты можешь жить так. Советую тебе, меньше эту ведьму слушай, у нее по этому вопросу мозги набекрень. Я свою миссию выполнил. Без обид, ждать будем пятнадцать минут, дальше оставляем один БМП на входе, среди моих добровольцев нет желающих идти на смерть. Берегите себя и удачи вам.

Получив снаряжение, группа Грешника быстро добралась до указанного участка, заняли обору и Алагон рассказал принцип охоты с приманкой: «Для охоты на лисицу можно взять обычную домашнюю кошку, лучше хорошо напоить ее свежим молоком, также лучше вести кошку на поводке, чтобы в лесу оставалось больше следов. Вероятность прихода лисы будет выше, если кошка обоссыт от страха дерево, где ее привяжут, это хороший знак. Для меня лично до сих пор загадка, откуда у них такая вражда. Да, если будете так охотиться, чуть не забыл, лучше лису близко к кошке не подпускать, а то падет «смертью храбрых» милый котик.»

Соком спросил: «И много кошек у тебя было? Предлагаешь мяукать и писаться в штаны, идя туда, вообще не факт, что тварь на это среагирует.»

– Просите и воздастся вам, ищите и найдете. Стучитесь и дверь отворится перед вами. Кто просит – получит; кто ищет – всегда найдет; и откроется дверь перед тем, кто стучится. Я не один пойду, я с верой! – сказал Пастырь, встал и пошел громко, оглашая парковку молитвой:

– Господи, помоги мне быть твердым и мужественным. Дай мне смелость встретить опасность лицом к лицу и победить мои собственные страхи. Дай мне мужество идти туда, куда другие не смогут или не захотят пойти. Храни меня в стане врага.

Грешник жестом показал «вперед», и все начали потихоньку продвигаться перебежками. Было пройдено уже полпути к коконам, где пока еще двигались люди, подергиваясь и вздрагивая словно во сне. А на душе Артема скреблись все кошки, которых похоронил Грешник на охоте. Приблизившись ближе, Артем узнал отростки, похожие на те, что он видел в амбаре с ретранслятором. Соком вздернул руку в верх и Грешник, прокричал:

– Пастырь, бегом назад! – и как бы предугадывая место появления противника, дал пару выстрелов из ручного гранатомета по дуге перед Пастырем. Две гранаты ушли в молоко, но одна пущенная дальше остальных нашла адресата, и огромная скалоподобная тварь рванулась вперед. Вся в костяных наростах, с несколькими парами передних конечностей, напоминающими лапы насекомого, а также с парой почти человеческих рук с раздутыми мышцами, ороговелыми пластинами и ногтями размером с ладонь, она вырывала куски бетона, кроша его и оставляя заметные трещины, помогая себе отталкиваться и набирать скорость. Тварь ревела от получаемого урона, но продолжала сближение с Пастырем, догнать одним прыжком ей не давали строительные леса, лишь на доли секунд задерживая ее на пути. Группа отступала перебежками, лишь на секунды замирая и меняя магазины, сначала заглох один пулемет, потом второй и тварь начала набирать прыть, ушло лишь три секунды на смену лент, но твари хватило этого, чтобы сократить расстояние вдвое. Тварь опустилась на передние конечности и, уже не боясь зацепить бетонные балки, начала передвигаться прыжками, меняя траекторию и пытаясь уходить от снарядов гранатомета. Там и тут вздымались фонтанчики крови, часть костяных пластин были разбиты и через них сочилась густая красная кровь. Голова же твари была единым костяным наростом неправильной формы, и выделить маленькие глазные впадины не получалось. Пастырь на полном ходу нырнул в помещение, где располагались резервуарные баки системы автоматического пожаротушения. Тварь, кусаемая словно пчелами, поняла, что жертва недоступна, развернулась и помчалась к нам. Пастырь уже стоял у прохода и кричал очередную молитву, выпуская очередь за очередью в тварь.

– Жнец, иди ко мне, давай, иди ко мне! – кричал, словно берсерк, Грешник, уводя ее в сторону. Грешник понимал, что всем не уйти, скомандовал полную капитуляцию в чат и жестом показал, что он остается, сам сел за остов одной машины и снаряд за снарядом выпускал в тварь пытаясь нащупать уязвимое место или зацепить голову. Хотя тварь, поняв его задумку, уже закрыла лапой морду и, немного потеряв прыть, все равно продвигалась вперед. Из пробитых костяных пластин брызгала кровь, одну из конечностей удалось перебить, и она висела плетью, пальцы с огромными ногтями на ноге срезало одним взрывом. Соком и Принц проигнорировали приказ командира и продолжали поливать тварь из оружия, понимая, что следующие на очереди Мелкая и Алагон. Вот тварь с огромной силой махнула лапой и Грешник, успевая почти в упор всадить ей снаряд, вместе с остовом машины улетел куда-то в сторону. Ноги сами начали подкашиваться, страх захлестнул полностью, никогда еще не смотрел в глаза смерти Артем, понимая, что ничего изменить не может. Руки дрогнули, и он не смог попасть последним магазином в приемное отверстие, опустил лишь на секунду глаза, чтобы найти магазин и увидел вторую тварь не меньше первой, несущуюся сзади той. Теперь точно конец, пронеслась обидная мысль. Сначала перестал стрелять один пулемет, потом второй. Артем решил вырвать чеку из гранаты и ждать, когда тварь решит отведать его белого вялого мяса. Вытянув гранату перед собой и ища глазами тварей, ожидая удара, кольнула больно мысль, что вот так умирать не хочется, а, чтобы бежать, надо иметь много сил перебороть страх, которых у него кажется нет. Он не герой, это он понял, наверное, герой кинулся бы на тварей, а не стоял с зажатой гранатой в руках. Похожее чувство к нему уже приходило, когда на учениях при испытаниях капсулы катапультирования не раскрыл парашют, имитируя заклинивание системы замков. Тогда все обошлось, и он отделался сломанными ребрами и парочкой серьезных ушибов, зато все экзамены сдали за него инструкторы летной школы, боясь судебных процессов и его отчима.

Моргнув и открыв глаза, он увидел картину, где Жнец, так по крайней мере его назвал Грешник, рвал своего собрата на мелкие части. Артем сразу не понял, что его руки пытается разжать Алагон и тянет с собой, а он не мог поверить в это везение, и страх, и любопытство одновременно закружились у него в голове. По шлему прилетело кулаком, и Артем дернулся, поддаваясь механическим действиям и увлекаемый за Алагоном, и отдал гранату. До него позже донеслись слова, словно из бочки: – Бежим, не тормози, бежим это наш шанс.

Что-то щёлкнуло в голове Артема, и он бежал, как не бежал никогда в жизни, так по крайней мере ему казалось, а по факту он еле передвигал ногами или лишь делал отчаянные рывки, страх его не отпускал.

Алагон успел отправить сообщение Мексикозу, что у них тут Жнецы, пусть разворачивают орудия на вход, иначе они нам не дадут уйти. Соком тащил Мелкую на руках, кажется ей прилетело. Время перестало казаться медленным, и сквозь шум выстрелов снаружи все услышали звериный рык похожий на слова, до Артема как через кисель позже всех дошел смысл слов:

– Туда вам нельзя, стойте, стойте, это еще одна ловушка.

Они бежали какое-то время, пока не пришло сообщение по Сети от Пастыря: «Времени мало, мой крестник Хома жив, нужно оказать помощь Грешнику, Мелкая как?» Мелкая словно притворялась, она вдруг вколола себе шприц в плечо и спрыгнула с рук Сокома, и как ни в чем не бывало помчалась обратно. Все-таки дурная баба пронеслась мысль в голове Сокома. Сзади бежал Пастырь. Мелкая, схватив его за руку, рванула по указанному направлению. Она успела кинуть в чат: «Нужно Грешника в медицинский бокс, я сделаю сейчас то, что смогу, но одна я его не дотащу. Принц, ты мне будешь нужен через пару минут».

– А твари где? Херня какая-то! Вообще ничего не понятно? – тряся головой говорил Соком.

– Пастырь, ты что тварей в одиночку уработал? – спросил Принц, сбрасывая оцепенение и разрешив кибердоктору вколоть противошоковое.

Пастырь развел руками и кратко рассказал о бое между подранком и другим Жнецом, поведал, что вторая тварь – это Хома – крестник Пастыря или то, что с ним стало после чудовищных экспериментов.

Пастырь положил руку на автомат Принца и сказал:

– Не дергайтесь, сами все услышите.

Из глубины паркинга вынырнул Жнец, проскакал мимо Мелкой и, остановившись возле Пастыря, через небольшие щели на грудной клетке начал, рычать:

– Мы ждали вас, задача была не убить, а захватить. Приманка сработала как надо. Первый Жнец не такой умный, его сделали не из одного человека, а из многих, там почти разума нет, тупой исполнитель, он должен был собрать максимальное количество повреждений, разоружить вас. Снаружи тоже ждет засада, так что вас бы оттеснили на парковку и как в бутылочное горлышко заперли.

– Пастырь, если бы не твоя молитва, я бы, наверное, продолжал бы спать в своем же разуме. А так вновь вспомнил, кто я, после всего сотворенного мной зла было невыносимо больно осознать себя как личность.

– После того, как появился новый шум в голове, который заглушил его команды, все марионетки расслабились и перешли на примитивные команды. Я думаю многие из перерождённых хотели бы вам помочь. Но они бояться ослушаться его!

– Как-то мы этого не заметили!!! Больше казалось обратное!!! – раздраженно дернув рукой сказал Соком.

Монстр стукнул о нависающую балку лапами и громко рыча, словно возмущаясь и уставившись на Сокома, оголив большие клыки, начал, рыча, говорить:

– Я был разведчиком, меня когда-то в другой жизни учили терпеть боль, преодолевать страх, не жалеть себя. Для меня честь – не пустой звук. У меня была семья. Эти твари когда-то были просто людьми, слабыми, беззащитными и богобоязненными со своими страхами и тараканами. Может им надо было больше времени, чтобы осознать себя. Думаю, не все жаждут себя осознавать или вспоминать, кто они. Ведь этот внеземной разум, кем бы он не был, заходит тебе в голову, извлекает нужную информацию, оставляя простые команды, которые важнее, чем твоя жизнь. Он наполняет твой разум болью тысячи смертей, словно ты сам там умер тысячу раз, и делает это пока твоя воля не даст трещину, и ты не перестанешь сопротивляться. Я пытался сопротивляться его «зову», его воле, это невыносимо больно, а лавина его мыслей обрушивается стеной, и ты забываешь, кто ты, где ты, есть только он и ты, запертый среди пустоты, вечно падающий вниз, обжигаемый холодом пустого космоса. В какой-то момент ты это он, у тебя нет своих мыслей, тебя нет, ты заперт со своим разумом на глубине десяти метров под землей, тебя просто уже нет. Иногда он тебя отпускает с поводка, переставая давить и наблюдать, но ты все равно остаешься пассажиром в своем разуме, не позволяющим отключиться внутренним органам. Сейчас же его зов – словно шёпоток в дальнем углу сознания, который ищет путь обратно. Первый Жнец произошел из смеси животного и человека, при этом его человеческая сущность проиграла, но, умирая, он пришел на мгновение в себя и сказал спасибо за избавление.

Ему нравится играться с разумными, ломать их волю, заставлять служить себе. Ему не всегда важен результат, иногда просто непонятная игра важнее. Я пытался убить себя несколько раз, но каждый раз он меня возвращал к жизни, мучил, а потом убивал сам, а потом опять возвращал к жизни, наращивал броню и конечности, заставлял есть людей, заставлял ненавидеть незараженных людей, внушил ненависть лютую к вам и все время наблюдал и ждал, следя как за подопытными кроликами.

Я помогу вам выбраться отсюда и убью столько тварей, сколько смогу, но вы окажете мне услугу – вы убьёте меня окончательной смертью.

– Может мы сможем тебя вылечить? – спросил Принц.

– Меня не спасти, я уже принял свой выбор.

– Как тебя убить? – спросил Пастырь.

– Ооо, Алагон, ты сможешь, я видел, как ты сделал мину, живую мину из того несчастного, это было прекрасно. Не пойми неправильно, мне нужна мина, мина, но побольше. Когда моя воля иссякнет, пусть Монстр умрет человеком. А если кто-то тронет то, что от меня останется, пусть умрет еще раз со мной.

Алагон уже монтировал заряд на шее у монстра, цеплял дополнительные заряды прям на шипы и за броневые пластины, монстра затрясло, Алагон лишь раздосадовано спрыгнул, держа в руках еще пару гранат, как Хома, тряся головой, словно смахивая наваждение, прорычал:

– Зов усиливается, мне суждено умереть, пойду продам свою жизнь подороже и выиграю вам время! Пастырь передай моим, если есть что в другой жизни, я их найду и уже никогда не отпущу!

– Передам, покойся с миром! – Пастырь крестил монстра и читал молитву.

Тут же в Сети появилось сообщение, которое продублировали и остальные. Ушло пару минут, на подтверждение и когда пришло последнее одобрение, Пастырь легко кивнул, и Хома начал вставать, как Принц закричал, переживая, что момент будет упущен:

– Кто они, ты знаешь, что им нужно?

– Создатели стремились достичь совершенства сущности. Они намеренно лишили индивидуального сознания их творение и для управления потоком сознаний создали «Высший Разум», полностью контролировавшей всех с помощью психической связи. «Высший разум» ушел из-под контроля создателей и захватил их.

Монстр уже скрылся за поворотом, но этот громоподобный голос все еще был слышен:

– Забери своих Пастырь, они уже близко, спасибо, что это был ты.

Магадан, хранивший молчание все это время, начал докладывать о множественных целях, нескольких Жнецах и целой орде из множественных тварей, так же он наблюдал выход Хомы. Просьба Пастыря не дошла до всех, некоторые отряды пытались атаковать Хому, но он ловко уходил от дружественного огня.

Грешника и всех живых подняли на верх. Существо, которое связывало коконы, сбежало, искать его там не было времени. Понятно, что за счет модификации Грешник был жив, думаю и кибердоктор сыграл свою роль, вопрос был только в том, сколько может выдержать модифицированный организм. Лягушка, выпущенная из рогатки в лобовое стекло автомобиля, выглядела бы лучше. Мелкая колдовала над ним, не обращая внимания на окружающих, надеясь, что он доживет до медицинской капсулы.

– Мы не боги, – глядя на отбивную в виде Грешника произнес Соком.

Хома долго бился со своими сородичами, сразу не отреагировавших на его поведение. Как докладывали операторы дронов, ожидая изменения в его поведении, он побеждал. Одного Жнеца он порвал наверняка, остальных только замедлил, мелочь всякую он убивал пачками, головы и конечности не успевали падать на землю, как поднимались следующие, все-таки около пяти тонн ярости, заключенных в костяную броню. На момент последнего доклада его уже изрядно подранили, оторвали левую лапу, и основная стая держалась от него в стороне, продолжая погоню, и при попытке хоть как-то еще задержать поток, его снесли…

Мы же, заняв боевые места в технике, продолжали стрелять из бойниц, несясь то по ухабам, то по дорогам. Мишеней было много, пулемет наверху не затыкался ни на секунду, спаренные пулеметы плавились, но продолжали изрыгать смерть. Через пару часов мы оторвались и, уже кружа по районам возле базы, смогли немного расслабиться. Соком долго всех расспрашивал, почему такого монстра назвали Жнецом. Лишь подъезжая к базе, Алагон, сидевший все это время задумчивый, рассказал, что генетически существо ближе к зерноядным муравьям-жнецам, строящим гнёзда в почве, чем к людям, вот оттуда и название. Потом Алагон достал бутылку виски и произнес:

– Хома пал монстром, но остался человеком. Оставшуюся дорогу все просто пили, передавая бутылку по кругу, каждый обдумывал пережитый день, лишь Пастырь молился до самой базы.

Глава IV

Возвращавшихся бойцов встречали медики в специальных костюмах и там же их поливали какой-то вонючей химией, технику отправили в другое место, где также проводили обработку. Оружие и одежду погружали в пластиковые боксы и на конвейерной ленте отправляли на чистку и подготовку к новой операции. Таких бойцов как они собирали по два десятка и уже полностью голых гнали в душевые. Механизм обработки был следующий: группа заходила в помещение, которое было разделено специальной невысокой скамьей, по инструкции опытные бойцы, уже проходившие эту процедуру, помогали новичкам и подталкивали, что бы они не тупили. Необходимо было снять свою обувь, поместить в контейнер и отправить в приемное отверстие, при этом взять резиновую обувь и уже на другой половине, перекинув ноги через эту скамью, надеть ее, далее был душ, одевание в легкую, почти прозрачную одежду, воздушный шлюз, где происходил процесс многократной смены воздуха и бактериологической обработки. Конечно веселый человечек демонстрировал все на экране: и одевание, и мытье, и обработку, но сил на это честно говоря не было, конечно там и тут возмущались, но все знали, что там семьи, дети. Медицинский осмотр и распределение на виды операции и графика, посещение медицинского блока не было столь утомительным. А вот длительная беседа с сотрудниками СБ и краткий отчет измотали Артема полностью, так, что он упал на кровать в своей жалкой коморке и выключился на четыре часа. Проснулся же он уже глубокой ночью, терзаемый микроснами, где он то в бою, то готовится к бою, то его жрут монстры. Система, продолжавшая отслеживать его состояние, предложила ему вколоть успокоительное и обеспечить спокойный сон на пару часов, он снял ПДА и опять провалился в сон.

Когда он проснулся, то решил прогуляться в столовую. Еще на подходе Артем почувствовал приятный аромат жареного мяса, живот предательски заурчал, и он лишь убедился в правильности сделанного выбора. Столовая была огромная, представляющая из себя зал торжеств с интерактивными досками на стенах с демонстрацией блюд и кодовыми номерами. Для заказа необходимо было набрать номер соответствующего комплекса и положить на поднос выбитый чек и уже через пару мину принять желаемое, при этом время и готовность блюда, а также предполагаемый баланс белков, углеродов и калорий тоже падал на ПДА, обратным же процессом было списание очков опыта, базовые блюда в виде каш стояли со стоимостью практически 0. Здесь смело можно было организовать свадьбу на пятьсот человек, подумал Артем, еще кажется места остались бы, но гостям бы очень не понравилось, если бы система ограничивала их в случае чрезмерного налегания на одно блюдо. Получив двойной стейк с запечённой картошкой по-домашнему и литром апельсинового сока со специальным батончиком, Артем, капая слюной, смотрел на свободные столики и пытался вглядываться в лица, но увы знакомых он не увидел, вглядываться в позывные, услужливо демонстрируемые системой, он тоже долго не стал. Сел и накинулся на стейк, и уйдя в процесс поглощения пищи, вздрогнул, когда потрепанный мужчина лет сорока ударил его по плечу и сел рядом. Грустные глаза, брови домиком, волосы, аккуратно зачесанные назад, скрывавшие хорошего размера лысину. Артем, ожидая брутального мачо, был удивлен увидев без маски и снаряжения убийцу вчерашнего «подражателя», который с легкостью мог бы расправиться со всем отрядом. Вчера разгадывать своих напарников в масках возможности не было, а по приезду всех разделили, так-то он Сергея тоже потерял.

– Будешь самогон, оружейник гонит один?

– А разве можно? – спросил Артем.

– Ты дурачок? Кто же пьяного пустит в бой, да еще доверит жизни других.

– Надо просто иметь хорошего друга, кто прошьёт кибердоктора и даст нужный картридж, чтобы утром был как стёклышко.

– И кто этот добряк?

– Ну конечно я.

– Согласен тогда. Не знаю, ты всех вчера удивил или только меня, когда сделал бомбу из половинок, но меня больше напугало, когда ты сидел и напевал песенку с таким отрешенным видом, я не выдержал и ушел в низ.

– Когда появятся дети, все детские песни выучишь, особенно те, при которых твои дети засыпают или успокаиваются. Помогает мне сконцентрироваться! Так ты пить будешь или нет?

Он протянул Артему тетра пакет с довольной улыбкой, намекая что самогон там. Артем понял, что Алагон пьяный, но отказываться не стал, желая узнать его получше, он, попеременно прикладываясь к самогону и запивая соком, слушал историю «доктора» Алагона и мистера Хайда, которым Алагон стал после череды событий в жизни.

– Работы было много, приходилось работать и по ночам. Инженерно-саперный отдел ГУ МВД не спит круглые сутки, так как чаще всего задумки террористов приходятся на раннее утро, когда наибольшая концентрация людей на улице. На тот момент было несколько громких терактов и, чтобы не разводить панику, СМИ обыграла эти случаи, как взрывы бытового газа. Устройства мы, как ложные, так и реальные, находили по всему городу, носясь как сумасшедшие уже более двух недель, собирая и вывозя на полигон бомбы и параллельно вычисляя террористические ячейки, мы умудрялись во время пауз заскакивать домой и принимать душ, забирать котомки с едой, что наши жены участливо нам готовили. Все пренебрегали инструкциями, мешали работу, дом, секретность, открытые разговоры по незащищённым каналам. Нам повезло и одну террористическую ячейку удалось обнаружить и после вдумчивых расспросов один из террористов сдал своих и места закладки бомб. Как оказалось, бомбы доставляли одни люди, а другие уже их собирали и определяли время и место детонации. Мы буквально жили на работе из-за нависшей угрозы, террористы угрожали заложить бомбу в одной из больниц, руководство махало шашкой, но при этом реальных действий не предпринимало. Тогда и возникла шальная идея напарника в закладку с деталями от бомб спрятать устройство слежения, а также изменить программу для подрыва, выставив таймер на срабатывание при подключении. Идея сработала, по крайней мере, нам так показалось, базу накрыли, часть боевиков были уничтожены взрывом, все опять тянулось размерено. Были грамоты, увольнительные и премии, но где-то мы облажались, а может кто-то сдал нас, нас вычислили и встречным ходом подкинули бомбу на день рождения дочки коллеги.

Алагон сильно присосался к бутылке с самогоном, жадно глотая огненную жидкость, бесы опять заплясали у него в глазах, и он продолжил:

– В общем один подарок взорвался во время веселья, то ли курьер принес, то ли аниматоры подкинули… Потеряли мы все. Друзей, знакомых, службу, репутацию, насрать, одним словом, на службу. Детей ведь жалко. Дочку мою оставили инвалидом, жена ушла, боясь за свою жизнь. Коллегу с детьми, пару друзей – всех сразу взрывом убило, они ближе к подарку были.

Сменялись люди, кружилось все вокруг, а Артем, как заговоренный, со слезами на глазах, слушал и слушал Алагона. А он задумавшись продолжил:

– Потянулись служебные расследования, таскали и прессовали. Толком даже на похоронах не был, долго восстанавливался морально. Через год восстановили на службе, не смогли найти состав, связали с поисками другой террористической ячейки. Но я знал причину: там, где взорвалась наша бомба, тоже были дети и семьи, кто их сейчас разберет, участвовали они в акциях, были ширмой, просто были случайные свидетели, я не знал. Стал часто выпивать, пил, работал, но пил больше. Выпивший, я стал разделять себя на до и после и в шутку назвал своего оппонента Хайдом, время шло и эти долгие беседы с самим собой дали мне сил совершать месть, и чтобы как-то себя не истязать потом, я всю вину за завершаемые действия приписывал Хайду. Нашел одних ублюдков и взорвал, а потом еще одних, а потом были просто фигуранты других дел. Я долго вершил самосуд, крепли мысли моих праведных деяний. Когда вскрылось пару дел, где я участвовал в эпизодах, лишь заслуги перед родиной и пара знакомых смогли спасти от тюрьмы, да и дело не хотели придавать огласке. Да и мрази там были последние.

Артем молчал и кивал, ожидая продолжения исповеди, понимая, что он рассказывает больше огласке, а для себя, переживая раз за разом эти события.

– Глупо это все было: войны, религиозные походы, гонения, лагеря. Как говорится, общему врагу подыграли, который нас не разделяет. Те же друзья, что спасли от тюрьмы, порекомендовали ради дочки сюда в программу войти. Врачи тут лучше правда оказалась. Только мне нельзя было обращаться к ним, а иначе бы списали и выгнали из программы, приходилось жить с покойниками и разговаривать с ними. Пробовал лечить самостоятельно, завязывал пить, пил травки и успокоительное, а потом опять очередной стресс и обострение. Покойники чаще стали приходить. Альтер эго, названное Хайдом, просил новой крови, морочил голову о нашей избранности, и чтобы все заглушить, опять стал пить, мне и позывной дали «Алкагон» или «Алкаш». Держали только за профессиональные навыки, командир был из понимающих, закрывал глаза на это, но и не всегда я был пьян при руководстве. Командир толковый у меня, с умом опыт мой использовал, часто новичков страховал при сложных операциях, контролировал мои запои и тоже старался вытащить из этой ямы.

Один раз на минные поля вышли, твари нас загнали. Не было времени разбираться с разминированием, карт тоже не могли найти. Ни локаторов, ни хрена с собой не было, убегали налегке, можно сказать прям бежали. А сапер только я, командир выгнал меня на поля и говорит: ищи дорогу. На пузе я там пролез метров десять и нашел «Ведьму», самая гадкая среди нашего вооружения. «Ведьма» или ОЗМ-72 относится к типу так называемых прыгающих мин, а срабатывание мины происходит при задевании растяжки, после чего снаряд подбрасывает стартовым зарядом вертикально вверх, где и происходит взрыв. Радиус сплошного поражения такой мины составляет до 25 метров, хрен пройдешь называется. Выполз с поля обратно, поймал командира, тот стоит расчеты выставляет, людей в оборону организовывает. Я им доложился, что технику бросать придется, тяжёлое все тоже, рассказал про мины, и как сейчас помню, взялся готовить добровольцев, что пойдут после меня, если подорвусь. Взял компас, ленту и штырьки и пошел с одним молодым сапером путь провешивать по полю, отмечая опасные участки, повезло, что при установке мин выдержали и направление, и сторону света. На зараженных ставили скорее всего. Все сделали по инструкции, как учили. Не раз приходилось возвращаться обратно, менять направление и искать новый проход, бой уже кипел, как молодой, ища альтернативный проход, подорвался, можно сказать благодаря этому я нашел коридор и спас часть ребят, а так бы все полегли, часть там и осталась, обороняясь на огневых. Через пару часов остатки группы забрали, там было еще много погибших, но уже от прорвавшихся зараженных. Командир, знаешь, кто был? -Грешник, его правда по-другому звали. Пастырь всех перекрестил.

– Ну ничего себе, ну понятно, давай за удачу еще и навык, который не пропьешь!

Артем выпил и, довольно икнув, спросил:

– А Пастыря вы как встретили и как он в отряд попал?

– А, у Пастыря своя история, он личность легендарная. Ты бы еще знал, из чего этот эликсир вечной молодости и хорошего настроения состоит, – взболтав тетра пакет пробубнил Алагон. – Не парься, не из говна сделал, как многие спирты, его как полагается сделали из сусла, которое настояли из батончиков для модификантов, крепкая штука. Если кибердоктора не подключать, любого самого раскаченного модификанта срубит с полбутылки.

Артем сам уже еле сидел, понимая, что и его ветер мыслей несет по кочкам странной жизни, и он сам вот-вот болтать будет что попало, но собравшись он спросил, запинаясь:

– Так Пастыря ты где встретил?

– Так, о чем я говорил, а, в общем, встретил я Пастыря на одной из операций, и он меня увидел, глубоко посмотрел словно в душу и сказал, шуткой я тогда подумал, что нарекает Алагоном, почти как Арагорном по Толкину. Много раз смотрел просто «Властелин колец», дочка заставляла и говорила, что похож только бородой. Хорошо, хоть не Легаласом, а то у меня нехорошие ассоциации. Ну да, ну да, тогда я тоже был пьян, но держался и вида не подавал, правда смеяться стал, когда он молитву прочитал и сказал: пьёшь ровно сутки после операции, а потом не сможешь, демоны твои тебя оставят. В общем, покойники ко мне больше не приходили, Хайд тоже не приходил. В той операции он еще пару напутствий разным парням дал, но они его не послушали, один только вернулся, до сих пор обходит стороной Пастыря.

***

Артем не помнил, как добрался, как нашел свою конуру, но проснулся Артем от противного звука ПДА и немаленького перечня задач, а короной всего стала жуткая головная боль. Нащупав в кармане картридж, он вставил его и понеслась серия инъекции и системных уведомлений. Приняв душ и убрав картридж в карман, оделся и помчался в тестовый полигон, в лифте удалось разобрать некоторые системные уведомления. Информации было много и, изучив только важное, Артем решил посветить чтению свободное время, так как его мутило от чтения на ходу. Его продолжало мутить, кроме основных симптомов, добавился побочный эффект от бодрящего коктейля Алагона. Участившееся дыхание и прилив крови к паховой области заставили Артема прислушаться к себе, и он понял, что всему виной было острое желание заняться с кем-нибудь грубым сексом. Гормональный взрыв, происходивший с ним в школьные годы перед выпускным, постегивал его. Стараясь загасить в себе желание, он думал о вчерашних событиях, но предательское чувство заставляло смотреть на девушек, казавшихся ему головокружительно красивыми и жаждущими любви. Предательски выпирал «фонарик» из штанов, это не добавляло уверенности в себе, а проходящие мимо люди смотрели на него, словно всё понимали и его одолевало смущение. Система поздравила Артема повышением статуса доступа до уровня Г, начислением рейтинга опасности и получением двенадцати тысяч очков за выполнение миссии. Много это или мало, разбираться было некогда, и он влетел на тестовый полигон, где уже шла отработка маневров, показательные спарринги, также присутствовали симуляторы различной боевой техники и капсулы для отработки тактических действий, все это услужливо подсказала система при осмотре помещения.

Подбежав к месту сбора, оказалось, что первую часть физических упражнений и различные нагрузки он пропустил, за что был оштрафован на два часа личного времени и выполнение специальных упражнений самостоятельно.

Заняв свое место, он увидел и членов своего отряда: Мелкую, Пастыря, Магадана и Алагона. И еще с десятка два незнакомых ему бойцов. Магадан выделялся на фоне всего отряда, его огромные плечи и крупная голова с уложенной аккуратно прической была настолько не вписывающейся в средние рамки высокого человека, что проходящие бойцы невольно заглядывались на него. Он возвышался словно голиаф над всеми, но его доброе лицо плюшевого мишки вызывало улыбку. Магадан обладал поистине богатырской силой от природы, свое дело конечно сделали и модификаторы, превратив его в Геракла, наверно он в нынешнем состоянии убил бы Минотавра одним ударом.

Перед нами вышагивал и всматривался в лица командир Ганц, напоминавший какого-то известного комедийного актёра. Невысокий ростом, но с завидной мускулатурой, выглядел он очень серьезно, не смотря на сходство с комиком.

– Бойцы, разыгрываем сценарий обороны. Бойцы отряда Грешника занимают точку А, главный Пастырь, командир Бастион с отрядом из двадцати бойцов в нападении. Разрешен рукопашный бой, патроны резиновые, пистолет и ружья. Без членовредительства. Попадание в голову – и боец выходит с поднятыми руками, три в грудь – боец считается убитым. На подготовку вооружения и проработку стратегии даю пятнадцать минут. Пастырь, можете изучать строения. Но без твоих шуточек, ну ты понял, а то бойцы тебя побаиваются.

Пастырь не был похож на Пастыря, на шее были какие-то иероглифы, руки и спина были все в тату, одна нога была протезирована, и она выделялась на фоне всего его тела отсутствием тату и загара. Аккуратно подстриженная бородка пестрила сединками, хотя ему нельзя было дать и сорока пяти лет. В целом, он был среднего роста, коренастый и очень крепкий.

Тактический полигон, выглядевший раньше, как просто пустое место, после манипуляций командира Ганца с ПДА начал принимать на глазах форму нескольких трехэтажных зданий, объединенных переходами, которые окружали руины, сделанные из того же материала. Материал, из которого было сделано все окружение, представлял собой квадратные кубики размером десять на десять сантиметров, которые, переливаясь различными цветами, обретали текстуры и при помощи быстрых манипуляторов, расположенных сверху, приобретали формы объектов, занимали позиции, заданные проектом. Емкости с кубиками двигались за манипуляторами на рельсовой основе, крепившейся к потолку. Емкости размером с полконтейнера с противным визгом уезжали в соседнее помещение и на смену появлялись новые, полные кубиков. Проектор подсвечивал контуры будущих объектов трехмерной картинкой, которую постепенно заполняли кубики. Конечно это были не полноценные объекты, и где-то это выглядело топорно, но в целом пропорции и цветовые решения выглядели почти реалистичными. Скорость же, с которой поднимались здания, удивляла, не прошло и пятнадцати минут, как можно было уже эксплуатировать руины.

– Жеееесть! – только и смог сказать Артем, наблюдая за построением объектов.

Заняв третий этаж административного здания, Пастырь начал раздавать свои команды:

– Рад вас видеть парни, Мелкая, как там Грешник, как нога?

– Грешника не будет еще две недельки, час назад он пришел в себя, так что жить будет. Бегать буду, хотя больно. Так какой план?

– Мне тоже не улыбается скакать под командованием Ганца. Но работа есть работа, так что прошу выкладываться, как в боевой обстановке. Бостионовцев большинство, на это они сделают упор, в лобовое нападение сразу всех он не кинет, сделает пару ложных маневров с наступлениями и разделит на три группы, постарается ударить с трех направлений.

Первый отряд берем мы с Алагоном, они ударят первыми, поэтому мы их поймаем на перебежке к основному зданию. Думаю, там будет не более трех бойцов. Мелкой занять переход с той стороны и при появлении противника пробежать и спрятаться, они в тебя не станут стрелять, захотят в рукопашном бою показать свое превосходство, там на перебежке и накроет Магадан, ну и отработает оставшихся. Далее вы отступаете к лестнице и добиваете оставшихся, за вами южный проход.

– А Соком где, только сейчас я обратил внимание, что его нет с нами, – спросил Принц.

– У Львовны, его тестируют на новые способности, он же отписался.

– Я не успел весь чат перечитать.

– Алагон, может тебя перекрестить? – сказал Пастырь.

Алагон виновато посмотрел на Пастыря и сказал:

– Мы все тут взрослые люди, и надо нам иногда сбросить напряжение. Сам же помнишь, как под смертью ходили вчера.

– Ну смотри первый косяк, что ты споил Принца, он сейчас слабый боец, второй косяк, что запустил механизм быстрой регенерации, не подавив в нем животные потребности, ну ты понял, о чем я.

И все посмотрели на предательски выпиравшего друга Принца, и ему как в школе стало стыдно, щеки стали багровыми.

Мелкая не сдержалась и сквозь слезы от смеха сказала:

– Так он сейчас всех затрахает, притом насмерть. Чем не оружие для устрашения врага, – и уже не сдержались все, оглашая пространство диким смехом.

– Принц, поставь себе противошоковое пока, оно немного снизит пыл. Так вот, третья группа твоя, займешь другое крыло, просто держи противника на расстоянии, мы как закончим, поддержим тебя с флангов. Все понятно? Ну, понеслась.

Все было разыграно как по сценарию, бойцы перли и падали. Группа меняла позиции и отстреливалась. Алагон, как всегда, отличился проницательностью и взял одну учебную гранату, на чем подловил троих бойцов, обиженно ругавшихся, что этого не было в сценарии. Действительно, в Пастыря боялись стрелять и предпочитали поддаваться, но остальных не жалели. Задумка с коридором удалась на славу, а проскочившие бойцы сошлись в рукопашном бою с горой Магаданом. С силой геркулеса он кинул одного бойца в другого, а потом добил. Третьего приятеля он напугал так, что тот выскочил в текстурированную дверь, уходя от погони горы мышц. Артема же окружили трое бойцов вместе с Бастионом, и они заплясали в танце боя. Так как у них почти не осталось патронов, они пошли в рукопашную. Артем отбивался, пока Бастион не решился преподать ему урок и зло бросил:

– Ну тебя-то мы сделаем, новичок, куда тебе тягаться с модификантом третьего уровня. Так даже неинтересно, хорошо, научу тебя паре фокусов.

– Улыбайся шире, детка! – Принц навел ствол Бастиону в лоб и выстрелил, последней пулей, понятно, что модификанту третьего уровня резиновая пуля не причинит значительного вреда, даже если она попадет в лоб.

– Сукааааа!!! Сука, я тебя потом достану!!! – кричал он, потирая лоб, где уже образовалась гематома.

Оставшихся ошалелых ребят повалили Алагон и Магадан.

Артем ожидал подвоха от Бастиона, когда им уже ставили следующие задачи. Но нет, в его сторону он уже не смотрел, целиком уйдя в свои тренировки. Потом Ганц разбил нас на группы по пять человек и поставил командирами отрядов: Пастыря, Алагона, Магадана, Бостиона, Мелкую и Принца. Меняя ландшафт, он не давал выработать определенный стиль игры, заставлял то обороняться, то защищаться, меняя вид вооружения, определяя дополнительные задачи: как вынести одного раненного или перенести ценный груз из точки А в точку Б. Бойцы под управлением Мелкой, долго не могли смириться с тем, что ими управляет красотка, а еще их подстегивало желание как-то показать себя перед ней. Пару раз она уложила на лопатки больно резвых бойцов, восстанавливая дисциплину. Ее шрамы от ранее проведенных операций были замаскированы под татуировку большого дракона, обвивавшего все тело девушки, вкупе с подтянутой фигурой, телосложением «песочные часы» и с сексуальными изгибами заставляли мужчин делать глупости. На такую попался отряд Принца. Обнажившись до нижнего белья, она деморализовала Артема и бойцов его отряда, вырвав победу и получив одобрение от Ганца. Честно говоря, сложно было стрелять и думать логически, когда перед тобой прыгает полуобнажённая красотка. Были и те, кто готов был сдаться в плен. Лицо же циничной стервы не отражало эмоций и лишь на доли секунд можно было различить, что она что-то шепчет одними губами, укладывая на лопатки очередного соперника.

Попытки одолеть Магадана в схватках без оружия даже для модификантов третьего уровня не увенчались успехом и там, где сражение решала физическая сила, ему не было равных. Так же один раз он всех удивил, сделав непредсказуемый ход и во время штурма трехэтажного объекта просто закинул бойцов на крышу, синхронизировав наступления одновременно снизу и сверху, проявляя тактические способности высокого уровня.

Алагон оказался изворотливым и хитрым, наверное, богатый жизненный опыт подсказывал ему, как выходить из тупиковых ситуаций. При штурме он умудрился заставить думать Бастиона, что вражеского отряда просто нет на полигоне и он гоняется за собственным хвостом. Мелкая же, наблюдая за развернувшейся трагикомедией через демонстрацию всем не участвующим по ПДА, предложила зайти третьему отряду, а то так игры в кошки-мышки могли затянуться на долго. Алагон же за этот раунд одержал победу, ни сделав ни единого выстрела.

Когда отряды бросили всех против всех, за демонстрацией уже следили более двух сотен зевак и появились неофициальные ставки. Как и положено, ставка была на то, что Пастырь одержит первое место, Алагон второе, Мелкая третье, Магадан и Бастион поборются за следующее. На Принца ставку никто не делал. Он, ничего не понимая в тотализаторе, поставил на себя половину своего оклада, полученного за недавний рейд, любит он острые ощущение и надеялся, что потеря столь значимой суммы заставит в стрессовой ситуации найти гениальное решение и пробиться хотя бы до третьего места.

Все ушли в свои части полигона. Принц, окруженный своими бойцами, предложил высказать каждому свою стратегию. Группа Принца втянулась в дискуссию, не замечая, что старт уже близко, кто-то предлагал занять глухую оборону, кто-то предложил попробовать атаковать Бастиона, как наиболее близкого и, по мнению остальных, наиболее уязвимого командующего. Прозвучал старт и разочарованный в себе, Принц прорычал, не обращая ни на кого внимания:

– Мне нужно быть первым, я должен победить. Мне нужно победить!

Никогда не испытывая такого чувства раньше, его словно обдало на секунду абсолютным спокойствием и он, сам себя программируя, стал говорить бойцам зная заранее мысли остальных и сложив их в единую картину:

– Мы пойдем по краю полигона на место старта Пастыря и будем там ждать, пока Пастырь разобьёт отряд Мелкой. Бастион и Магадан уже договорились, они выступают единым фронтом и после гибели всех они планируют выяснить кто лучше. Они, потеряв половину своих бойцов, разобьют Алагона, зажав его в углу полигона, и потом перейдут на рукопашный бой. Далее они нападут на Пастыря, мы вернемся на исходную позицию и зажмем их между Пастырем и нами, враг моего врага – мой друг. Останемся мы и отряд Пастыря, то сходясь, то расходясь, практически без потерь. Пастырь будет с легкостью отражать любые наши попытки его зажать. Потом Пастырь отправит отряд в ловушку Алагона, бойцы все останутся там. Мы окружим Пастыря, потом он что-то скажет.

И словно во сне шаг за шагом все получалось так, как он рассказал, бойцы, переглядываясь и перешептываясь, выполняли все поставленные им команды, уже не сомневаясь в победе группы.

Окруженный Пастырь, словно зная этот сценарий, ждал и смотрел удивленно на Принца. Бойцы же, заняв вокруг позиции, ждали приказа и не решались напасть на него. Принц тоже смотрел на Пастыря, ожидая, что он начнет говорить. И он начал:

– Запомни, знать и пройти путь – это совершенно разные вещи, я тоже когда-то думал, что избранность – это дар с рождения, нет, это упорная работа над собой, когда все уже сдаются, ты понимаешь, что ты дойдёшь до конца. Я сдаюсь, сделай из этого правильные выводы.

Ганц, не веря в происходящее, решил переспросить на всякий случай, и увидев кивок Пастыря, понял, что все так. Он собрал бойцов на построении и сказал:

– Не забывайте, мы как наши отцы, сражавшиеся за родину должны помнить ради чего это все. Не жалейте себя на тренировках, от ваших навыков будет зависеть жизнь ваших напарников. Честь и слава бойцам, что также слаженно работают в команде, как бойцы отряда Грешника. Учитесь и совершенствуйтесь, за вами наблюдают ваши отцы и ваш путь становится только сильнее! Продолжаем тренировки на свободных симуляторах. Следующие отряды прошу на полигон.

От такой отеческой речи, пренебрежение к Ганцу сразу куда-то улетучилось. Артему стало немного стыдно за мысли на его счет.

Было очень приятно, когда бойцы Бастиона искренне поздравили с победой и пожелали повторной встречи на полигоне. Артем же по изменившемуся счету стал обладателем двадцати четырех тысяч очков и еще пары приятных плюшек, понятия не имея, что с ними делать.

Садясь за симулятор рядом, Мелкая сказала:

– Победу надо отметить в баре. Пастыря еще никто не окружал. Завтра на полигон с отрядом «Дизелей», ну или что руководство придумает, так что не надо расслабляться и эйфорию от победы не лови. Это тебе не домашние котики Бастиона, на прикрытии которые.

– Кто это такие? – спросил Артем.

– Эх, Артем, меня еще Мелкой назвали, смотри как бы тебя послезавтра в «Малого» не перекрестили. Слабости и страхи им главное не показывай. В общем, дизелями тут называют отдельный дисциплинарный батальон, сброд в общем, в котором отбывают наказание осуждённые за уголовные преступления в период прохождения службы. Там есть ребята, которые попали ни за что, но их там мало. Почему не выкинули их или не расстреляли? Да потому-то кто-то тоже должен делать грязную работу, да и первые модификации на них опробовали, денег вложили не мало. Под них выделено целое крыло, не дай бог туда попасть, можно сказать местная клоака. Если что, там и бордель у них есть, тебе как раз кажется туда надо. Законы у них волчьи, куда бы их не кидали, рвут они на своем пути всех и вся и своих тоже не жалеют. К ним особое уважение, они нам нужнее, чем мы им.

– Работа она есть работа, так что у них за грязная работа? – спросил Артем.

– Вот во время общей зачистки и первой волны зараженных, вы что чистили?

– Мы с Сокомом чистили коровники, ну и фермы там всякие.

– Ну, понятно, Принц. Ладно. Главный у них там Мясник, чистили на тот момент детдома, ясли и родильные отделения. И я им благодарна, что это делали не мы. А знаешь какие страшные твари из маленьких деток получаются? Думаю, лучше не знать, а то мне повезло познакомиться с одной такой и ночью я до сих слышу детский плач и, просыпаясь, ожидаю, что мне кто-то в лицо бросится и мурашки бегают по коже, пока не успокоюсь.

– Так вот, я была на тот момент в отряде Дока, собирали раненых, по бункерам размещали, можно сказать лазарет на колесах, бойцов если надо латали, листовки и консультации всякие, также раздавали таблетки, тем кто изменялся – для легкой смерти, это еще до момента, когда существовали периметры и было разделение на условно чистые и грязные зоны. Спасли мы тогда одну мать с семимесячным ребёнком. Два дня она с нами ходила по районам, ожидая своей очереди на распределение, ну жалко нам ее было, а у нас и питание, тепло, оружие, лучшие ночлежки. Да и помогать она пыталась, была по образованию фельдшером, ребенка усыпит и к нам, перебинтовывать, швы накладывать и в другом помогала. Перебинтовывала она солдата одного контуженного, попал под обстрел своих, а до этого твари их прижали, так вот ее малыш расплакался, да не утихал, долго не мог утихнуть, может зубы, может животик, не до него было в общем. Парень и не выдержал, хотел ребенка выбросить из окна, кричал что это не ребенок уже, еле успокоили его. Ну и чтобы обезопасить положили мать и ребенка в нашей комнате. Мы тогда в одной из школ лазарет организовали. В одном помещении взрослые, в другом дети, а в третьем военные и медики. Работали в три смены, просто падали и вырубались, как раз была тяжелая смена с ранеными. Проснулась я от беспорядочной стрельбы Дока и двух солдат, которые стреляли в угол помещения, а там, извиваясь от боли, корчился один из медиков, брызгая кровью и тряся оторванной кистью. Мне стало жутко, когда я разглядела, что по нему бегало существо с головой ребенка, потом оно спрыгнуло с медика на подоконник и в уже разбитое окно убежало наружу. В ту ночь никто не спал, тварь с матерью убила еще четверых в палате, пока все спали, а потом на поиски отправили четверых, из которых вернулся один.

Док рассказал, что он вернулся с операции и увидел мать, у которой халат ходил ходуном, под кожей шли тоже какие-то волны, но он сначала мысленно подумал о переутомлении и плохом освещении, но, когда тварь полностью развернулась к нему, он заорал, рот у твари раскрылся на четыре части и оттуда торчали зубы и непонятные отростки. Заснувший на посту солдат соскочил, выпуская очередь в тварь. Тварь не испугалась и, лишь схватив свою жертву, одним скачком ушла в угол. Забежал второй солдат и тоже начал стрелять, пытаясь не зацепить раненого медика. Как оказалось, медик был технически уже мертв, но еще бился в конвульсиях. Старшая тварь, которая была матерью, впрыскивала в жертву токсин, снижая болевой порог, какой-то наркотик, наверное. Это уже Док, на вскрытии рассказал. Младшая же старалась залезть вовнутрь или выгрызала внутренние органы, сложно было понять ее цель в той каше. Нас эвакуировали на следующую ночь, уже под вечер, почти перед самым подходом группы зачистки, мы слышали детский плач, тварь не стали искать ни мы, ни группа зачистки, взорвали всю школу. Док окрестил тварей такого типа «Мимиками» от греческого слова мимикоз, что означает подражателя или маскировщика, объясняя способность к выживанию животных в борьбе за существование. В нашем мире это явление возникло в результате естественного отбора, хищники маскировались под других животных, а тут хитрая уловка. Ведь не просто так ведь тварь под мать и ребенка косила, хотя я слышала и о как будто раненом солдате, который звал на помощь, а потом нападал на своих спасителей.

– Ты умеешь поднять настроение, я тут должен девочку одну посетить, мы ее с Сокомом во время одной операции спасли, как мне теперь думать о ней после твоей истории?

– Так ты боишься, что в тебе проснулись отцовские чувства? – спросила Мелкая.

– Я честно сам еще не понял, просто пока как будто должен.

– Ну ты даешь, я тебя каким-то другим сейчас увидела, смотри у Скупщика местного можешь велодок купить, ну или другой какой вещи, он кстати находится рядом с оружейной. Здесь есть рекреационная зона, где дети там на них гоняют, думаю ей понравится. Лучше не привязывайся к ребенку, работа у нас опасная, ты уже сам понял.

– Может к ней вместе сходим, заодно Грешника увидим, она кажется еще в медицинском блоке, только в детском отделении, я думаю, что она тебе понравится?

– Нетушки, у меня другие планы, так уж и быть я тебе с организацией вашей прописки помогу, ну и победу в баре отметим, все равно еще у вас завязок нету, будь в баре в 21:00, наших я тоже предупрежу.

Работа в симуляторе напомнила игры в виртуальной реальности с пиксельной графикой и датчики, которые передавали движения и захват эмоций с лица. При очередном вылете из имитационной миссии и ругани нашего отряда, подошел техник и объяснил, что в следующий раз мы уже будем погружаться в вирт посредством нейросети. Весь спектр ощущений будет передаваться в виде электрических импульсов прямо в мозг, недостатки и угловатость графики компенсировать будет наша память, пока ищут механизм защиты пользователей от болевых ощущений и система находится в тестовом режиме. Конечно, было интересно его слушать, и он много еще чего поведал, что, наверное, было важно, но Артем уже мысленно прокручивал диалоги с Машей и сам себе придумывал вероятные сценарии развития событий.

Отдав долги за опоздания, наскоро перекусив, Артем уже занял свое место в очереди к Скупщику. Удручало, что до 21:00 оставалось еще два часа, а очередь была из двадцати человек. Кто-то пытался продать или заложить старые антикварные вещи, кто-то принес сервиз, кто-то в руках держал несколько новых планшетов, дети в руках держали приставку PS5 и несколько дисков к ней, молодая девушка перебирала в руках украшения. Когда прошло тридцать минут и отпустили только пять человек из очереди, я не выдержал и громко обратился к парню, который по моему пониманию, был помощник Скупщика.

– Даю тысячу очков за велодок!

Парень сначала опешил, а потом нырнул в помещение к Скупщику. Теперь же мной интересовались все, предлагая почти за копейки весь хлам, что был у них на руках, я лишь качал головой, а особо настойчивого парня пришлось послать подальше. Парень вынырнул из комнаты и чуть ли не втащил меня в помещение к Скупщику.

– Рафаэль, – представился лысоватый мужчина в пиджаке тройке.

– Артем!

– У вас очень щедрое предложение, я сказал бы – королевское! Мы вас узнали, я бы поставил сегодня на вас, но увы мне запрещено играть в азартные игры или делать ставки через других.

– Так что насчет велодока!

– Конечно, конечно, его уже готовят и ставят последнее программное обеспечение, также помощник поднимет заряд хотя бы до двадцати процентов. Займет минут пятнадцать от силы. Я смотрю на Вас, а вы- сама неотвратимость, прямой и настойчивый как истинный воин. Вы мне однозначно нравитесь.

– Я честно говоря не ожидал, что тут будет такое заведение, тут это не запрещено?

– Руководство не запрещает. – Рафаэль встал, показав два ножных протеза. – А еще оно мне сильно задолжало на одну полноценную жизнь. Может в другой раз я вам расскажу одну интересную историю.

– Могу я узнать, какие услуги вы предлагаете и действительно ли скупка хлама помогает вам тут просуществовать?

– Не стали ходить вокруг да около, похвально, если вы еще не поняли, мы не замкнутые только на себе. Мы также помогаем тем, кто остался снаружи и ведем с ними полноценный диалог, обеспечивая боеприпасами, медикаментами, информацией. Всех на борт к себе мы принять не можем, но иногда забираем особо нуждающихся, конечно к ним отношение не такое, как к внутреннему персоналу, но они в праве выбирать, а мы нет. Именно приказы нашего руководства сделали меня таким убогим, как я сейчас есть, так что иногда я завидую свободным группировкам, находящимся снаружи. Среди наших рейдеров и внешних идет тесная взаимосвязь, они делятся информацией о скоплении, миграциях и появлении новых видов тварей, дают наводки на не разграбленное продовольствие и остатки военного оборудования. Иногда внешники находят ценных выживших, особо важных персон им поручают найти командующие базой, но иногда и простые гражданские имеющие что-то ценное, просят искать без вести пропавших родственников, оставить в условной квартире, воду и питание. Люди реорганизовываются, ищут друг друга.

– А внешники с базы что берут? Всегда есть товар, который продается из-под полы.

– В основном боевые стимуляторы, мутаген-блокаторы, бронебойные патроны и информацию. Но бронебойные мы мало им продаем, а то могут этими же патронами по нашим и отработать, а там, знаешь, не всякий броник выдержит. Тебе, Артем, за тысячу сто предлагаю стимуляторы, ваши тоже иногда заходят и берут для экстренных случаев. Ты конечно можешь и официально запрос подать, только учти, дадут тебе один такой и то через месяц, а тебе он может и завтра пригодиться, никогда не знаешь, что было бы, если бы ты был в экстренной ситуации на пределе своих возможностей. Я, наверное, мог бы сохранить свои ноги.

– Ты явно что-то темнишь, позволь мне в счет наших добрых отношений в будущем заплатить бонусом за велодок тысячу очков сверху.

– Ты мне нравишься, молодой человек, приятно, что есть щедрые ребята, скажу сразу ваши очки перейдут тем, кто нуждается, но по моему усмотрению. Знаешь, тут доброта очень ценится. Наш вклад во внешние группы очень прагматичен, наши ресурсы не безграничные и, если это противостояние затянется, лучше, чем внешние рейдеры, к тому миру никто не приспособлен, так будущее за ними. К примеру, вчера внешники притащили живого «подражателя», ну, скажем, без пары конечностей и немного потрепанного. Так им руководство пару дронов с полным боекомплектом вручило и отправило на другую миссию. Есть группировка «Народный фронт», так они только на научный отдел пашут. Они уже почти все модификанты третьего уровня, тоже улучшают себя, чтобы выживать легче было. Еще есть барахольщики, те вообще всякую дрянь тащат, но бывают интересные вещи. Часто научный отдел набирает для испытаний и исследований добровольцев, желающих подправить здоровье и улучшить себя.

– А самому во внешний рейд выйти можно?

– Пока желающих выйти в одиночку не было, наверное, и потребности не было. Ты смотри, человеческого сброда наружи тоже хватает, работала со мной одна группа выживальщиков, так их бандосы потрепали сильно, вот хочу пару задач им подкинуть, жду, кто к ним на базу сгонять согласится.

– Скинь координаты, я у своих спрошу. Сколько платишь?

– Десять тысяч очков. Но учти, пару раз засады на наши конвои устраивали одни бандиты, так вот рейдеры «дети апокалипсиса» услужливо их выследили, доказательства собрали и подержали целеуказатель для ракет, а наши технари уже сами отработали по всем целям.

– А не опасно то, что все знают, как нас найти?

– Хххм, ты в Московском метро был?

– Ну да.

– А в Китае или Японии, люди на поверхность не выходят, вся жизнь протекает между станциями. Рождение, детский сад, школа, свадьба и смерть. Тут ложных входов и выходов как у муравейника. Захотят, взорвут станцию, рядом новую выкопают, место не случайное выбрано. Ладно, захочешь что-нибудь редкое, обращайся, весточку кому передать тоже помогу. Вот держи свой велодок, с тебя сто очков.

Ожидая увидеть обычный велосипед, Артем присвистнул, когда ему в руки передали летающий велосипед. Конструкция оказалась складной, похожей на дугу со складной рамой и сложенными в четверо колёсами, представляющими собой мощные магниты, питаемые энергией, вырабатывающейся при езде велосипеда. По словам Скупщика, управляющий механизм делает так, чтобы гравитация и сопротивление воздуха как можно меньше мешали велосипедисту при езде, позволяя детям делать небольшие финты на вертикальных стенах. Изменение положений этих магнитов по отношению к колесам также является аналогом переключения передач на обычном велосипеде. При этом скупщик акцентировал внимание на том, что существует военный аналог, который отличается системой переключения, и зависит от угла движения велосипеда, при общем весе в четыре килограмма он абсолютно компактен и не прихотлив к любому виду. После чего Скупщик предложил еще за двести очков приобрести образец уже для Артема, а за еще двести готов информировать об интересных происшествиях и задания.

Глава V

Ожидая увидеть детское отделение серым и жутким, чем-то напоминающим сиротский дом, где голодные и грязные дети жалобно смотрят в глаза, Артем был приятно удивлен, когда его встретили уже на входе стены, разноцветно раскрашенные с животными родом из саванны. Слоны, панды, жирафы, львы хоть и были мультяшными, зато интерактивными. То подмигивая, то издавая характерные звуки, то гоняясь друг за другом, они невольно заставляли улыбнуться. Пройдя чуть глубже, Артем ощутил весь радостный переполох разного возраста детворы, стоял шум и гам, звонкие детские голоса излучали радость. Хотя среди них были и дети с ограниченными возможностями, они тоже участвовали во всей чехарде, что творилась в коридорах. Наблюдая за медсестрами, которые тоже частично принимали во всем участие, Артем заметил, что они смущаются. Один наглый рыжий мальчик неожиданно вырвал у Принца велодок и, радостно смеясь и убегая, прокричал: «Он – сифа, к кому этот дяденька прикоснётся, тот ел из мусорного ведра белых червей, жирных белых червей и зеленые сопли!». И дети радостно до этого толкавшиеся рядом, как рой мух, начали разбегаться в разные стороны, показывая на меня пальцем и крича «Сифа, сифа». Артем заулыбался и решил передать неприятное звание одной девочке, но та увернулась и уже другой мальчик продолжал эту эстафету, на всякий случай, не придумав ничего умного, он громко прокричал: «Я в домике на пять минут, обратно передавать нельзя!». Подошла молодая воспитательница, на ее форме было вышито «Нина, младшая воспитательница». Кажется, ей не было еще восемнадцати лет, и она, немного картавя, спросила:

– Вы к кому? Бронь ставили на посещение?

– Нина, я честно не знаю полные данные ребенка, знаю только, что зовут Маша, поступила дней пять тому назад, были специальные процедуры по извлечению паразитов изнутри, правая нога была ранена.

Девушка начала искать информацию на своем ПДА и уже через три минуты, радостно воскликнула:

– Все нашла, инфекционный уровень, палата 108, врач туда подойдет в течении тридцати минут, дальше вас там сами скоординируют.

– Спасибо, Нина. Да, можно еще попросить, рыжий мальчик ростом где-то сто двадцать сантиметров утащил у меня велодок.

– Да, это Артемка, он тут на выписке столько дел натворил. Я заканчиваю сейчас, как найду, передам в ординаторскую.

В палату к Маше Артема сразу не пустили, пришлось заполнить кучу бумажек, заставили одеть специальный костюм. Пока не подошел доктор, он решил сам переговорить с Машей. Она была бледной, но увидев Артема сразу заулыбалась.

– Привет, Машулька, как дела?

– Добрый день, дядя Артем, у меня все хорошо, а дядя волк пришел?

– Нет, дядя волк сейчас тоже у врача.

– А у него все хорошо?

– Да, его изучают, кажется, что у него растет второй хвост.

– А зачем ему нужен второй хвост?

– Да он одним устает махать, теперь, как устанет махать первым хвостом, вторым начнет.

– А может он двумя сразу?

– Ну попросим его потом, а когда тебя выписывают, Машулька?

– Я пока не знаю, когда меня выпишут. Я много сплю, ем тут всякое невкусное, потом усатый дядя приходит и делает мне уколы. Усы он под маску прячет, наверное, стесняется.

– Я тебе велодок принес, попрошу тебе его передать, ты уже как, нормально ходишь?

– Позавчера ходила, сегодня мне не хочется ходить. А мой папа и мама, когда придут?

Артема бросило в жар, потом в холод, вопрос, который он не хотел услышать, прозвучал. Даже маленькая надежда, что она забыла их, ему казалась радостней. Хоть у него и были родители, технически он всегда был один. Артем взял Машу на колени и, обняв, сказал:

– Мама умерла, ее больше нет. Папы тоже.

Потом была долгая пауза. Маша не шевелилась и потом, заплакав, спросила:

– А на мой день рождения они не придут? А где они сейчас?

– На твой день рождения они не придут. Они сейчас на небесах, –глаза Артема стали блестеть от слез, но он сдержался, пережив эту новость, как собственную.

– А ты тоже умрешь? – почти неразличимо спросила Маша.

– Когда ты будешь большой-большой, когда у тебя в жизни появится еще много людей, которые будут тебя любить и которых будешь любить ты… тогда я тоже умру!

Неожиданно для себя он сказал:

– Я тебя люблю, ты мне нужна. Мне нужно многому тебя научить.

И Маша немного успокоившись, заинтересованно спросила:

– Чему научить?

– Кататься на велодоке, ты ведь не умеешь? – не растерявшись выпалили Артем.

– Не умеееею, – обиженно протянула она.

Постучался доктор, в руках которого был тот самый велодок. Передав велодок Маше, Артем с доктором вышли в коридор. Дверь не успела закрыться, как Артем сразу спросил:

– Доктор, что-то не так? Она лучше выглядела, когда я ее привез. Разве нормально, что она спит все время?

– Вы ее отец?

– Да! – ни секунды не мешкая, сказал Артем.

– Когда вы ее привезли, мы работали с бактериофагом ФН2000 – вирусом, заражающим носителя паразита. Бактериофаг состоит из белковой оболочки и молекулы ДНК внутри нее. Оболочка содержит атомы серы, а ДНК аккумулирует 99% фосфора. Так вот, бактериофагов мы кормили радиоактивными изотопами фосфора и серы, чтобы меченые атомы включились в состав оболочки и ДНК, а радиоактивными фагами заражали бактерий и изучали вирусное потомство.

– Док, поймите, я только что сказал девочке, что ее мама умерла. Можете рассказать для тупых, что делать, какое лекарство нужно.

– Процесс, о котором я вам хочу рассказать, действительно сложный, поэтому дослушайте до конца. Так вот, дочерние фаги наследуют 30% меченого фосфора и менее одного процента серы. При заражении белковая оболочка вируса остается прикрепленной к мембране клетки, а внутрь нее попадает только ДНК. Так вот, вирус передал неполную цепочку настроечных или скажем наследственных данных для изменений.

– То есть все чудовищные мутации, которые мы видели, это следствие вируса?

– Не совсем так, вирус как ключ, открывающий доступ к ДНК, а за настройку отвечает организм паразита. У нее процесс был не завершен, ее цепочки ДНК разрушаются и организм, настроенный под неправильные клетки, убивает сам себя. Мы лишь замедляем процесс, с такими отклонениями люди поступают периодически, кто-то живет пару месяцев, кто-то и до конца недели не доживает.

Лучший, худший день в жизни Принца, он шел к себе разбитый, проговаривая как мантру слова доктора: «кто-то живет пару месяцев, кто-то и до конца недели не доживает». Плохо, когда сам начинаешь сражаться с собой, придумывая глупые отмазки, когда пока нет в голове нормального плана. Зайдя в комнату и сев за рабочий стол, который был до это услужливо кроватью, вспомнил совет, который ему дали как установку: «сменить концентрацию или зацикленность на задаче, отбросить все страхи и неверие, перейти к процессу действий, и начать просто действовать». Артем начал формировать запросы:

Отправил письмо Марине Львовне, кратко описав ситуацию.

Закинул запрос Скупщику о любой информации по восстановлению зараженных при не полной трансформации, определив цену в пять тысяч очков.

Оставил запрос в общую Сеть.

Жалкие попытки не успокоили его, и он вышел по направлению к бару в надежде найти ответ у Пастыря.

На входе в бар находился электронный сканер и система закрытых ячеек, предлагавшая поместить в ячейки все лишние вещи на сохранение. Система услужливо попросила подтвердить бронь, согласиться с правилами посещения данного заведения и уже внесенном авансе. После зажегся индикатор, указывающий место в общем зале под номером 37. Когда он зашел в коридор бара, его словно выдернуло из реальности. Каждый кусочек бара был сделан по задумкам современной динамической архитектуры и при изменении угла обзора изменялись формы некоторых объектов, словно протестуя или отрицая прежние формы, эта идея оказалась неожиданной для Артема. Обтекаемые формы и яркие цвета на входе сменялись шестигранными звездами, плавно перетекавшими в параметрические стены, демонстрирующие игру света и тени. Грубые, словно вытесанные из камня, коридоры соединяли реальный мир с виртуальным. Одну сторону помещения сделали доминирующей, и интерактивные окна с другой стороны демонстрировали прекрасные залы с изображениями красивых мест нашей планеты. Моря и океаны, заброшенные пляжи, замки и бесконечные маковые поля, которые окружали зал, при этом песок и бунгало с деревянными столами в зоне пляжа были настоящими. Воздух в каждой зоне отражал климатические условия места, давая в полной мере ощутить бриз и соленый воздух, который обжигал губы. Кабинок было много, по крайней мере, было представлено два континента и двенадцать месяцев, а также пара космических тем, изображавших глухой космос или кольца марса. По дороге в общий зал он встречал в основном девушек, приветливо улыбавшихся, сам бар выглядел, как зал из ледникового периода, на стенах были развешены головы мамонтов с огромными бивнями, шкурами и мордами волков были украшены исполинские двери, намекая на больших обитателей зала. И множество, множество видов каменного, бронзового и железного оружия, арбалетов и луков.

Артем сел за столик, вокруг носились официантки, одетые в строгую форму, но при этом, как бы специально они подчеркивали свои фигуры поясками и различными утяжками. Барная стойка была тоже украшена всевозможными рогами. Бармен в шкуре неандертальца разливал холодное пенное пиво.

– Ты куда опять делся-то, я тебя тут долго жду! – присаживаясь напротив, проговорил странного вид мужчина.

– Что значит «опять», мы с вами не знакомы!

– Не думаю, что ты меня знаешь, но я тебя знаю, пески времени сковали твое сердце, так, да? – произнес странного вида мужчина.

– Я бы попросил Вас отсесть, мне до прихода коллег хотелось бы побыть одному, – сказал Артем.

– Из мрака выходят на свет, из-за любви уходят во тьму, выбор ты уже сделал, но не знаешь почему, и пытаешься противостоять ему.

– Кому ему, я уже сказал, вы несете какой-то бред, и мне меньше всего хочется его слушать! Знаете, я могу вам предложить немного выпить, если вы оставите меня.

Артем уже начал закипать, как кто-то крепко положил руку на его плечо и сказал:

– Выслушай его, он редко с кем говорит, некоторые просят, что бы он им что-нибудь сказал, – это была Мелкая, продолжая смотреть на странного вида мужчину, продолжила. – Он был один из первых, захваченных врагом и зараженных, каким-то образом, когда с него хотели снять паразита, оказалось, что тот был видоизменен. Никто на это не обратил внимание, на тот момент, много непонятного было. С ним бы никто не стал возиться, если бы не один институт… нашли похожие отклонения у Пастыря и еще парочки людей. Они, кстати, почти одновременно попали сюда. Так вот, мы Вас слушаем. – Мелкая дала понять мужчине, что ждет продолжения разговора.

– Боги обещают тебе великое будущее, я вижу это, ты будешь близок к своей звезде, но расположение богов так изменчиво… Ты должен убедить богов изменить твою судьбу в свою пользу. Но у людей нет законов и человеческие жизни, которые хочешь ты принести им в жертву, стоят намного ниже, чем решения и замыслы богов. Да, я вижу. Я вижу орла. Этот орёл парит над тобой, но я также вижу, что этот орёл – ты сам. Ты должен изучить их сердца, их внутренности и все остальные органы. Но, в любом случае, это ничего не даст. Ты дурачишь сам себя, думая, что выбор делать тебе.

Артем, спросил единственно волновавший его вопрос:

– Как спасти ее?

И в этот момент свет замерцал, интерактивные экраны зависли и некоторые отдыхающие прекратили разговоры. Почувствовалась легкая вибрация, а потом все восстановилось, и Оракул продолжил:

– Мы лишь иллюзия, знания наши иллюзорны, нужен третий родитель.

Сказав это, он встал и ушел, оставив глупо улыбаться Мелкую, остальные же стоявшие все это время сзади Артема сели за столик. Артем еще глубже погрузился в свои мысли, не обращая внимания на диалог, который закрутился между коллегами.

Миша из Михайловских спросил:

– Он на меня как-то странно посмотрел, словно меня просканировали, до сих пор чувствую, что кто-то у меня в голове. А я к нему могу подойти, есть у меня пару вопросов?

Мелкая, нахмурив брови, сказала:

– Большинство тут суеверные и верят в разные приметы, ставшие источником традиционных действий, одна из которых это то, что за наш столик сегодня уже никто не сядет, а то мы его удачу перетянем к себе. А тебе лучше уже отсюда не вставать, к кому подойдет Оракул, помечен смертью и твои передвижения по залу создадут массу ненужных конфликтов. Могут и морду просто набить. На определенные темы тут вообще лучше не разговаривать, по крайней мере, сегодня с посторонними.

Алагон, разливая всем пиво и сглотнув жадно слюну, добавил:

– Артем, плохого же ничего не сказали, так что не бойся. Мой отряд, когда был в Афгане, за день до операции не мылся, не брился и новые вещи не надевал, каждый боец, уходя, брал с собой камень, а если приходилось возвращаться, все смотрели в зеркало. Да, вообще много чего было, так что тут много суеверных. К одной группе Оракул подходил, много чего наговорил, а в конце сказал, что им крест красный, как знамя нужен. В общем обсмеяли его тогда, но не все, двое парней кресты красные на шлемах нарисовали, а один на спине. Так вот совпадение или нет, но выжила та троица. До сих пор кресты рисуют на броне или шлемах. Тут они в баре в основном магазины и склады потрошат, новичков обычно прикрывают.

Побледневший Миха уже испуганно сказал:

– Нахуй, нахуй я с ними в рейд ходил, бля что теперь делать? – и начал руки вытирать словно в чем-то испачкался.

Все громко рассмеялись, кроме Артема и Магадана. Выпивший молча уже третью кружку пива, прорычал на отрыжке:

– Пива еще налей и можешь не бояться, моя твоя прикрывать, твоя становиться могучим воином и стрелять из огненной палки.

Все разом грохнули смехом.

Мелкая, смотря в ту сторону, куда ушел странного вида мужичек, проговорила:

– А мне Оракул как-то сказал, что меня спасет… и я влюблюсь. Ладно, не важно. Лучше Миха в голову не вбивай себе лишнего, там у «крестоносцев» все тихо, все-таки новичков они вывозят и рейдерствуют, там разведка по пятьсот раз всю местность сканирует, в общем не ссы!

– А может мне у Пастыря спросить, что делать? – как-то виновато продолжил Миха.

– Не можешь успокоиться, Миха? – проговорил подошедший Пастырь, все соскочили с мест и радостно его поприветствовали. Артем лишь нашел в себе силы кивнуть головой, так как волна паники, так удачно им преодоленная, нахлынула еще раз, погрузив на дно мыслей.

– Запомни, все умирают рано или поздно, и даже, если я скажу тебе как этого избежать, твое мышление загоняет тебя в рамки кризиса жизни, который в твоем случае связан с переживанием смерти родителей, друзей, коллег, ну и всех окружающих тебя. Это дает неограниченную энергию твоему страху смерти. Даже участвуя в экстремальных операциях, мы заигрываем не со смертью, а со своим страхом смерти.

Алагон подвинувшись пригласил Пастыря за стол и добавил:

– К сожалению, мы уже зависимы от этого чувства, которое нас пьянит больше, чем любой алкоголь, наркотик и женщины. И чтобы наслаждаться страхом чуть дольше, ты должен овладеть своими эмоциями и заставить организм делать то, что ты научился лучше всего. Выживать.

Магадан подхватил инициативу и продолжил, радостно икнув:

– Интересно, куда попадают Анархисты после смерти: в рай или в ад? Ты знаешь Пастырь?

– Может хватит о смерти? – зло бросил Артём, выйдя из состояния задумчивости. – Я сейчас немного озадачен вопросом, как спасти маленькую девочку от смерти из-за вируса, который паразит ей ввел в ДНК, и чертовски рад был бы нырнуть куда-нибудь под пули или заморочиться какой другой хренью, лишь бы не ввязываться в бой, который я заведомо проигрываю, так как ни хрена не понимаю, что делать.

И Артем пересказал всю историю, что с ним приключилась за пару дней, какие действия он предпринял, и что хоть времени прошло немного, действовать ему нужно иначе, и он точно свихнется от вдруг навалившейся на него ответственности.

Веселье сразу куда-то улетучилось, Магадан отодвинул кружку и задумчиво стал разглядывать шелуху от фисташки, даже показалось, что здоровяк немного стал меньше, Миха весь поджался, Алагон нахмурил лоб и тоже задумался, Пастырь лишь продолжал перебирать свои четки, что-то про себя шепча.

Прошло пару минут в гробовом молчании и Пастырь, оглядев все вокруг, произнес:

– Артем, нам твои чувства понятны, тут все потеряли кого-то, тут все ради своих целей живут, но у нас всех есть задачи важнее жизни каждого из нас, важнее жизни одного ребенка, может даже важнее жизни тысячи детей, мы все должны выполнять свою работу, поставленные задачи, прикрывать ребят, с которыми мы идем на выполнение задач. Ты же понимаешь, что тебе лучше самому сейчас разобраться с горячей головой, а мы все услышанное обдумаем, и каждый тоже поищет решение.

– Да, пошел ты, Пастырь! Похожую агитацию гестапо, наверное, делало, еще во времена Третьего рейха, когда заставляло мирных жителей расстреливать.

И Артем начал вставать, как вдруг Мелкая залепила ему хорошую оплеуху и сказала:

– Еще раз пошлешь Пастыря, я тебе кадык вырву, он не раз вытаскивал всех из полной жопы. И если он сказал, что подумаем, не считай, пожалуйста, что это просто слова!

Пастырь, решив не увеличивать накал между бойцами, продолжил:

– Ладно, Артем, некоторым, чтобы поверить в чудо, надо его увидеть, некоторым достаточно просто верить. Я тебе расскажу немного своей истории, выводы делай сам.

– В какой-то момент мне уже хотели делать лоботомию, так как я сам и остальные считали, что у меня началась тяжелая форма шизофрении, таблетки не помогали, я уже не отличал, когда происходят реальные события, а когда в моей голове. Врачи бессильно пожимали плечами. От управления штабом меня тоже отстранили. Жена ушла. Прогнозы были неутешительные, как раз все это началось перед самым вторжением. Я слышал голоса, они мне шептали разное, а еще были галлюцинации такие, что фантасты позавидуют. Впору было считать, что у меня началась деменция с неврологическими нарушениями, пока кто-то из института не выяснил, что я был одним из первых, кого похищали, есть следы присутствия паразита, хотя никто его из меня не извлекал. И меня направили для реабилитации и изучения в другое секретное место, там я и встретил похожие случаи в разной степени тяжести. Со мной делали какие-то тесты, часто брали анализы, пока не стали подключать в виртуал, как потом оказалось, Григорий, а ныне Оракул тоже был в этом центре. Мы там случайно познакомились, ну и в свободное время играли в шахматы и болтали обо всем, пока он не рассказал, что его подключают в капсуле симулятора виртуальной реальности для визуализации его видений, к искусственному интеллекту, который вгоняет его в определённое состояние, структурируя и расшифровывая его видеоряд. По его словам, он начал угадывать загаданные карты, видеть спрятанные предметы, описывать эмоции людей, угадывать простые планы, этим его возможности и ограничились. Для раскрытия его потенциала начали добавлять различную химию, постепенно увеличивая его радиус охвата добавили вышки и антенны. Так вот, при очередном сеансе он дал полный расклад движения заражённых, планы и маневры, даже смог назвать людей, возглавлявших операцию среди зараженных. Меня тоже подключили к этому эксперименту, пообещав научиться контролировать бессознательные галлюцинации и вернуть в улучшенном виде в строй. Задачи увеличивались, радиусы поиска как людей, так и предметов тоже, порой мы не понимали, что или кого ищем, но при этом всегда находили требуемое. Пока меня не подключили к экспериментам с Григорием, там я лишь выполнял функцию усилителя и однажды, доведя медикаментозную составляющую препаратов до запредельного уровня, нас попросили через ретранслятор и военный спутник влезть в голову основного захватчика, а не его марионеток, чтобы узнать его планы, страхи, место дислокации родной планеты, возможные сценарии развития.

Сначала ничего не происходило, мы не могли пробиться через ментальную защиту, нам добавляли и добавляли спутники и различные системы, пока враг сам не обратил на нас внимание и не вычислил нахождение лаборатории. В один из сеансов я почувствовал неладное и меня отключили, как оказалось потом, враг полностью захватил сознание Григория, переписав полностью его личность и лишь выжидал удобного момента. Произошло внешнее нападение, и спящий агент проснулся в Григории во время эвакуации базы и убил тех, до кого дотянулся. Потом он устроил попытку прорыва в научном центре, где был схвачен. А далее твари довершили то, что не смог Григорий и изрядно поредевший персонал, эвакуировали уже на эту базу.

– Так что, Вы, получается, можете видеть будущее? – спросил Артем.

– Для непонимающего человека магия происходит тогда, когда компьютер делает прогнозы, а для программиста это больше похоже на выполнение алгоритмов при обработке заданных данных. Так вот, в твоем случае можно сказать, что шанс есть и его надо искать.

– А здесь есть похожий центр, если Вас подключить опять, Вы смогли бы найти ответ? – спросил Артем.

Пастырь нахмурился и усталым взглядом произнес:

– Проект «Орлиный глаз» планируют возродить, но пока он похоронен там в институте, да и людей со схожими способностями очень мало. Я бы не хотел закончить, как Оракул.

– Вы думали когда-нибудь, что это враг посылает вам эти видения? – Миха не удержался и по-детски наивно уставился на Пастыря.

– Хххм, мда могу точно сказать, что способности связаны с появлением кораблей, а вот видения или прогнозирование не могут быть получены целенаправленно от врага, не думаю, что его волнует жизнь одного индивидуума с его маленькими запросами.

Пришло сообщение от Сумрака, что завтра срочный сбор всех отрядов на полигоне в 5.30.

Артем, не желая вести разговор дальше, ушел, попрощавшись со всеми, чувствуя, что вот-вот отключится от перенапряжения.

Уже у себя лежа на кровати и просматривая сообщения, которые ему пришли, удивленно начал вчитываться в письмо, которое ему прислал пользователь «dark angel» из общей Сети. Темный Ангел писал:

«Уважаемый, Принц!

Для модификантов, желающих заиметь здоровое потомство, в планах имеется разработка программы «Ребенок от трех родителей». Аналогичная процедура была опробована в Мексике в апреле 2017 года, где эмбрион был выращен из спермы отца, ядра клетки матери и яйца третьего донора, у которого было удалено ядро. Ученые полагают, что это позволяет избежать влияния мутаций со стороны матери, которые приводят к мутациям детей. Если бы сейчас все модули не были задействованы под военные программы, мы могли бы применить это для зачатия Вашего второго ребенка, а вот для больного ребенка могла бы помочь процедура геномного редактирования CRISPR/Cas9 китайского ученого Цзянькуй Хэ, которую он испытал на шестнадцати эмбрионах для устранения возможности дальнейшего заражения ВИЧ. К сожалению, Хэ пропал, прежде заявив, что не будет продолжать свои опыты, поскольку ему нужно убедиться в безопасности экспериментов.

Я постараюсь найти больше зацепок.»

Артем поблагодарил Темного Ангела, и написал, что любого отблагодарит за информацию и отправил ей тысячу очков опыта.

Не успев отложить ПДА, пришел возврат средств и сообщение.

«Мне это самой интересно, так что, если будет дополнительная информация, прошу скинуть. Сообщу, если накопаю что-то, по возможности нужно получить данные из центрального Института репродуктивной медицины, при нем есть дата-центр, где хранилась и обрабатывалась вся информация, связанная с наработками отечественных специалистов, возможно, что там есть информация о ранних трудах учёного Хэ».

«Может, стоит поискать кого-то из этих специалистов?»

«Я Вам направлю координаты предполагаемого места проживания или места дислокации согласно последними данным, если они еще живы.»

В общем, с Ангелом они чатились до утра, нашлись и общие интересы, и любимые фильмы, концерты, которые обоим нравились, Артем рассказал больше о Машульке, для себя же отметил, что просто так вести с незнакомым человеком беседу и понемногу раскрываться, стало непозволительной роскошью.

Он еще раз поблагодарил Ангела перед самым выходом из Сети и бросил ей стих Дилана Томаса, для себя сделав пометку, что надо дальше искать информацию. Засыпая, Артем пару раз прочитал этот стих для себя, как будто в нем был ответ на все вопросы.

Не уходи безропотно во тьму,

Будь яростней пред ночью всех ночей,

Не дай погаснуть свету своему!

Хоть мудрый знает – не осилишь тьму,

Во мгле словами не зажжешь лучей —

Не уходи безропотно во тьму.

Глава VI

На построении чувствовал себя бодро, не смотря на ночную переписку, тешила мысль к вечеру заскочить к Маше. После подтверждения все отряды заняли свои места и на огромном экране одновременно возникло три фигуры: Сумрак и две женщины. Потом появилась карта с пометками, кругами и цветовым обозначением районов. Первым брифинг начал Сумрак:

– Вчера была завершена совместная операция многих стран мира «Икар», идеей для ее реализации стала легенда об Икаре и его отце Дедале, которые сделали крылья из перьев и воска и улетели с острова заточения Крит. Но желание подняться выше убило Икара, так как солнце растопило воск, крылья рассыпались, и юноша, упав с огромной высоты в море, разбился. Как вы поняли данный миф является метафорой: существует предел, который человеку не под силу преодолеть, наш предел – технологическая пропасть между нами. Так вот, если без научных подробностей максимально кратко отчет на тысячу страниц можно объяснить так: часть вражеских кораблей ушла на подзарядку к солнцу, мы использовали две трети ядерного потенциала всех стран мира, чтобы нанести удар по кораблям. Во время подзарядки, используя прикрытия для основной операции, параллельно ударили атомной бомбой, состоявшей из сжатой темной материи по солнцу. Взрыв на солнце привел к миллиардному выбросу нейтрино и других частиц, которые проходили через защиту корабля, тем самым отключив электронику и сделав бреши в их защите. Остальную работу доделали атомные бомбы, к сожалению, не все корабли удалось так сбить, враг быстро сориентировался и увел оставшиеся.

Зал взорвался овациями, все почувствовали радость за первую хоть маленькую, но победу. Некоторые вспомнили тех, за кого они готовы били умирать каждый день.

Сумрак в успокаивающем жесте поднял руку и продолжил:

– После таких действий мы ожидаем ужесточение режима на поверхности в ответ на наши действия. Для реализации следующего этапа необходима поддержка мирных жителей и групп, действующих самостоятельно на поверхности. Ближайшие две недели все группы начинают зачистку заражённых по заданным секторам, районы, где будет работать авиация, будут отмечены. Так же точечно будет проводиться бомбардировка по скоплению зараженных и мутантов по городам. Некоторые группы отдельно получат задачи по зачистке ТЭС, ГЭС и атомных станций, некоторые объекты придется остановить или перевести в автономную работу, также будут задействованы группы техников. Будет организована поддержка с воздуха. Часть техники будет переоборудована под небольшие группы. Механики переоборудуют пикапы и шишиги, можно также будет во время рейдов пополнить автопарк для переоборудования. Правительство Китая выделило нам пару своих новых разработок в обмен на информацию, среди них три боевых механических робота, отряд техников совместно с китайцами уже адаптируют роботов для испытаний в наших условиях. Возможно вы увидите их в деле во время операции «зачистка», также, как и последние образцы стрелкового оружия, и с десятка два экзоскелетов для наших бойцов запаса, которые сейчас проходят реабилитацию.

Слово взяла женщина в медицинском халате с явным акцентом и продолжила:

– Меня зовут Кристин Маер, я возглавляю отдел кибернизации и я категорически не поддерживаю процесс модификации человека путем вмешательства в генетический материал. Мои страхи обосновываются тем, что наш враг делает то же самое, и уже многие бойцы не могут иметь здорового поколения. На текущий момент более двухсот бойцов участвует в программе кибернизации, кто-то знаком со мною лично, при этом при выходе из программы мы предоставим возможность получить утерянные или замененные части тела путем конструирования их на биологическом принтере, и вы сможете продолжить нормальную жизнь.

Радость и одобрительные хлопки пронеслись по залу, и она продолжила.

– В отличие от других существ, мы бросаем вызов биологии и совершенствуем свои тела быстрее, чем эволюция. Хотя у человеческого тела много слабостей, мы успешно дополняем и восполняем функции с помощью высокотехнологичных инструментов. Например, усиливаем интеллектуальный потенциал благодаря электронно-вычислительной технике, а утраченные органы «достраиваем» при помощи бионических протезов. Но есть механизмы, способные «апгрейдить» не только отдельные органы, но и тело человека целиком – увеличить силу в несколько раз или подарить радость движения почти парализованному человеку. Это – экзоскелеты. Экзоскелет – мобильный механизм, функционирующий при помощи системы электродвигателей, рычагов, гидравлики и других технологических решений. Экзоскелеты предназначены для восполнения утраченных функций, увеличения силы мышц и расширения амплитуды движений за счёт внешнего каркаса и приводящих частей. Боец, облаченный в экзоскелет уже на уровне тяжело бронированной техники может переносить вооружение, быть бойцом-одиночкой, объединяющим в себе функционал целого отряда, переносить запредельные грузы. Экзоскелет может вынести раненого бойца с поля боя, выполнять функции кибердоктора, а также выполнять функции снабжения.

Потом слово взяла третья женщина, которая оказалась биологом. Она показала новые виды и формы мутантов, объясняла случаи экстренной эвакуации раненых бойцов и наиболее уязвимые места известных тварей. Рассказала о награде отряду, что сможет взять живым ранее не изученных особей, таких как «Мимики» и «Ретрансляторы». Показала примеры агрессивных растений под кодовым названием «Мухоловки», которые выстреливают опасным токсином. Много времени уделила простым зараженным, большинство которых прошли первую стадию эволюции и уже представляют опасность из-за численного преимущества и усиленных организмов. Потом каждому на ПДА пришел обновленный лист наиболее востребованных специалистов с поверхности, а также перечень людей, которые отнесены к особо важным персонам. Кроме того, был проведен брифинг по вооружению, элементам защиты и модификациям.

– Более подробную информацию вам предоставят командиры отрядов.

Мы окружили Пастыря, который ковырялся у себя в ПДА.

– Так какой план, командир? – спросил Магадан.

– Ну начнем с простых вопросов: Принц, мы вчера с ребятами покумекали, как мы можем тебе помочь, видим следующие решения: во-первых, девочку отправили в искусственную кому, нужные указания уже дали, с ребятами мы оплатим ее содержание на пару месяцев и все необходимые процедуры, так что у нас есть немного времени. Во-вторых, найдем Михайловского Химика, чуйка мне говорит, что неспроста мы на этих ребят нарвались. Надеюсь ты голову вчера очистил, судя по твоему виду ты сейчас уснешь, по этому вопросу все понятно?

– Да, все понятно, спасибо парни за поддержку, есть зацепки.

Принц рассказал про метод лечения и необходимые данные с серверов, а также о том, что ждет получения сведений об оставшихся в живых ученых, есть пара громких фамилий, за которые еще можно и бонусы получить. Пастырь задумался и продолжил:

– Хорошо, обдумаю, как сделать запрос на выполнение этих задач.

– Так это ты же все видишь наперед, скажешь, что там ценная информация, тебе поверят, – решил проявить участие Магадан.

И все улыбнулись бредовой идеи Магадана.

– Так, у нас пополнение отряда будет, берем Михайловских, Миху и Андрея. Миху я окрестил Маус за проявленную смелость в прошлом бою, Андрея пока не знаю, как окрестить.

– Пусть проявит себя, а то тут каждый из новичков, кто себе позывной придумал, то греческий бог, то еще какое божество, а на деле гниль, тьфу на них… – сказал Алагон.

– Также будет Марксман, пока до полноценного снайпера не дотягивает, позывной «Косой».

– Вот сразу видно, если бы сам себе позывной давал, был бы «Меткий стрелок», «Орлиный глаз» или «Сокол», – засмеявшись выдал Алагон.

– Да, нормальный стрелок, сказал Магадан. Знаю я его.

– А нам получится выбить пару экзоскелетов в отряд? А то я как представлю мощь модификанта в экзоселете, так у меня аж мурашки по спине бегут. – сказал Магадан.

– Пусть другие на себе тестируют, там, куда мы идем, нет необходимости так наряжаться, да и первые версии могут быть с какими-нибудь детскими болячками, типа торсионные валы на танках Т-43. Дед рассказывал, что на тот момент должного контроля на производстве не было, а новое производство во время войны не организуешь, так как большая часть точных станков была импортная, а торсионные валы выпускались только на Челябинском и Кировском заводе. Это была частая поломка на этих танках, даже Т-44 заимел эту болячку. А ты хочешь супер-пупер экзоскелет на себя напялить, где миллион деталей, сделанных в Китае по дешевке, – выпалил Алагон и грозно посмотрел наМагадана с вызовом.

– Сдаюсь, сдаюсь, да я, наверное, в него не влезу, китайцы-то маленькие, а я вон какой большой, просто с детства хотелось что-то эдакое, а уже в юношестве ни в танкисты, ни в моряки из-за роста не взяли.

Мелкая ущипнула Магадана и развернулась в сторону Пастыря, который уже развернул ПДА, так что бы все видели и начал указывать точки движения и маршруты:

– Нашему отряду дают три едины техники: два пикапа «Патриот», оснащенные пулеметом «Корд» и один «Шахидмобиль» с автоматическим гранатометом АГС-40. Водители Принц, Маус, и Андрей. На кузове Магадан, Алагон и Косой. Три машины, чтобы если две выйдут из строя, одна вытащила остальных, да и снаряжение и провизию везти легче. Порядок движения такой же. Вообще мы туда на неделю как минимум, день дороги до точки, развертывание и зачистка, далее механическая работа по поддержанию порядка, далее работает группа прикрытия. Наша цель – сопровождение группы техников и водителей, которые должны с нескольких карьеров забрать всю технику, вот отсюда и доставить ее в точку Б. Группа Бастиона охраняет непосредственно техников. Мы на зачистке маршрута и разведке. Поддержка с дронов будет в течении 45 минут. В двух часах езды от нас два танковых подразделения ведут зачистку и выманивают больших тварей на себя. Еще надо как-то втиснуть в наши планы параллельные задачи, а тут километров двести до Химика и сто пятьдесят километров до дата центра. Ладно, война план покажет, есть вопросы?

– Я конечно не специалист в планировании таких операций, – сказал Принц, – но вам не кажется странным то, что рядом с нашей точкой доставки техники одна точка обстрела, где вроде бы и нет скопления больших городов, поселков и вообще людей. Горы, да леса, какие-то поля. С остальными точками обстрела все ясно, а вот эта конкретно – и опять у Принца возникла мысль, что им надо туда попасть.

– Точка, как точка, может там просто какая-то была военная база, а сейчас зараженные все, а может еще чего другое было. – предположила Мелкая. – Вот и решили взорвать. Я как-то искала в одном доме схрон с деньгами, была сумма внушительная. Банду одну накрыть хотели, маячок на машине точно до этого дома довез, так вот три дня дом ломали, почти все стены и крышу с полами разобрали, а ничего нет. Соседей всех опросили, уже бросили эту задачу, везде прошлись ультразвуком и тепловизором, нет и все. В дело вмешался случай и простой прораб. Посмотрев чертежи дома, он нашел небольшое отклонение от проекта, которое заключалось в наличии скрытой полости, находившейся в погребе дома, вход в которую скрывал электрический щиток, не подключенный к основной системе дома. Там и нашлись деньги, оружие и много чего другого, что позволило надолго посадить бандитов. Так что я думаю, если что-то хотели бы скрыть, скрыли бы у всех на виду, а не просто местом возможного авиаудара.

– Пастырь, а ты что думаешь? – все почти разом спросили.

Пастырь, слегка улыбнувшись, прочитал:

– Всевышний, облегчи путешествие наше и сократи дальность его. Ты – руководитель путешествия и гарант спокойствия моих бойцов. Я прошу защиты у тебя от трудностей пути и уныния, которое может постигнуть от увиденного.

Глава VII

Время подготовки пролетело незаметно, словно муравейник, база приобрела нездоровый темп сборов, а собирали всех и вся, вооружали даже тех, кто по идее должен был как минимум хотя бы протий курс молодого бойца. Увы, времени оказалось куда меньше, чем все предполагали. Враг брал одно за другим места укрепления, от людей со всех точек шли экстренные сигналы о помощи, даже некоторые рейдерские группы передвинулись к выходам у бункера, стараясь тем самым переждать нахлынувшую атаку противника. Строительные службы усиленно возводили оборонительные кордоны и поток беженцев навалился на базу рекой, число которых уже перевалило за несколько тысяч.

До карьера добрались почти без происшествий. Не встречались крупные группы и зараженные, лишь изредка мутировавшие стаи собак бросались из-за кустов на автомашины, но тут же получали по морде. В одной деревне пришлось пару часов задержаться. Там местные жители, увидев технику и солдат, выбежали на дороги и просили забрать с собой детей, женщины бросались на автомашины, грустные местные мужики лишь завистливо смотрели на новые автоматы, сжимая в руках охотничьи винтовки и еще дедовские мосинки. Отгрузили часть провианта и дали заявку в штаб для эвакуации мирных жителей, предложили также добраться своим ходом, показав направление лагерей, которые местные строители клепали на скорую руку. Второй острой проблемой становились топливо и еда, уже сейчас все понимали, что такое количество людей нужно кормить и лечить, а близлежащие склады уже показывали дно. По звукам, доносившихся от городов, бомбежка действительно была массированная, другие отряды, брошенные на мобилизацию и зачистки, уже поломали зубы от орд зараженных, и лишь авиация как-то справлялась, некоторые минометные расчеты в спешке покидали точки, бросая снаряжение и боеприпасы. Группа Мексикоза попала в осаду и, оставшись без снаряжения, вынуждена была бросить эвакуированных. О случившейся мясорубке все шептались недобро, хотя крайним умом понимали, что, если бы выбор стоял перед командой своих бойцов и группой неорганизованных гражданских, возможно он и правильно поступил. Бойцы на руках не смогли бы вынести всех тех, кто сам не смог за себя постоять или у кого не хватило бы здоровья добраться до точки поддержки. Обиднее было тем, кто через пару часов вышел к точке эвакуации, а колонна автотранспорта уже выдвинулась к следующей точке, так как квадрат к тому времени уже считался небезопасным и малой группой сдержать натиск было невозможно.

На вторые сутки группа заняла первый карьер, снайпера переоборудовали под свои нужды автовышки, которая идеально позволяла отслеживать ситуацию в большом радиусе действия. После закрепления и зачистки территории техники начали ремонт и обслуживание карьерной техники. Работы у них было выше крыши, аккумуляторы сели, часть техники была не в лучшем состоянии. Но ребята усердно делали все, что могли. Бастион взял периметр на себя, организовав сигнальные ленты и посты. Определили несколько направлений эвакуации в случае нападения.

За организацию полевой кухни взялась Мелкая и отряд за это был ей несказанно благодарен, так как все остальные давились сухпайками. Косой подстрелил живность, а на заброшенной карьерной кухне получилось приготовить мясо в казане, так что аромат шел одуряющий. Бастион, отведав приготовленное блюдо, отрядил раненого бойца на помощь Мелкой, ожидая вечерний ужин для всей группы. Мелкая же чётко обозначила границу ее кулинарных возможностей, напомнила, что лучше, если бойцы не будут есть от пуза. А то в случае нападения врага все будут заняты другим чем-то. В общем, на один ужин она согласилась.

Собравшись вместе на импровизированном столе, собранном из поддонов, все не сговариваясь, начали уплетать жареное мясо.

– Всё-таки, Мелкая, ты молодец, эх дали бы тебе еще лук и картошку, получился бы шедевр, – накладывая очередную порцию сказал Магадан.

– Хочешь сам приготовить шедевры? – сказала Мелкая.

– Я бы с радостью, там откуда я родом пища не разнообразная, но по-другому там не выжить: плотная пища должна согревать едоков в морозную погоду. Природа на Колыме красива по-своему, но не балует разнообразием гастрономических изысков. Но если захочешь, я могу тебя местными деликатесами побаловать, – добродушно ответил Магадан. Немного погрустнев, продолжил, – если там что-то осталось. С детства большего деликатеса, чем «Кульни», я не пробовал, это напоминает варенье из брусники с красной икрой. Бабушка иногда готовила «Нимын» или по-другому кровяная каша. А еще «Уман» и «Гиннэ».

– Стой, стой, хватит Магадан, все поняли, что твои гастрономические интересы кардинально отличаются, и вкус к ним привит тебе через родовые корни. А еще он лежит далеко за пределами нашего восприятия, – улыбнувшись сказала Мелкая. – А вот теперь сложилась картинка: когда ты ел бутерброд с красной икрой и сверху вареньем полил, я списала на то, что ты был пьян. Как ты сказал «Кульки»?

– Не Кульки, а «Кульни», – насупился Магадан. – Да, я тоже уже современный вариант пробовал, хранившийся у нас в стеклянных банках, а по идее должен был храниться в оленьем желудке, обмазанном жиром.

– Ну фуууу, прекрати! – чуть не затопав от отвращения, произнесла Мелкая. – Жрите молча!!!

– Может рыбки глушануть в карьере? – решил перевести разговор Маус.

– На карьере рыба есть, но есть ее не стоит, а то козленочком станешь с еще парой рук и ног, – съязвила Мелкая.

– Шутишь? – Маус посмотрел на нее с сомнением.

– Да, боюсь такая рыбка может сама кем хочешь пообедать. Техник местную систему водоснабжения решил восстанавливать, бросил водяную помпу по-быстрому в искусственный водоем. Помпа перестала работать через полчаса, решил понять причину, стоя по колено в воде, так местная рыбка ему пару пальцев отхватила, но не оторвала, а просто кости раздробила, я ему повязку накладывала. Щука кажется мутировавшая, но вообще сложно понять, лучше потом у научников спроси, если будет интересно. Думаю, если пищи не будет, и она себе ноги не отрастит, сама в изоляции сдохнет.

– Мда, жесть, однако. Была мысль в такую жару пару раз после смены на посте искупнуться, сейчас уже как-то не хочется.

– Ты вообще на брифинге был? Слышал про множественные мутации и новые растения, а ты тут купаться? – сказал Магадан.

Маус смутился и потом как ни в чем не бывало посмотрел на Магадана и спросил:

– Так ты Якут или Чукча?

Все дружно заржали, а Магадан показалось стал каким-то маленьким и как-то по-детски произнес:

– Ни то, другое, я на половину эвенк, на половину русский, отец нефтяником был, мать из местного племени. История у них была красивая. Расскажу может быть к случаю. Отец после двенадцати лет к себе забрал, так что я познал обе жизни.

Подошел Пастырь и, присев за импровизированный стол, сказал:

– Гогот ваш тут на всю округу слышно, а еще у меня предчувствие, что из леса на нас кто-то смотрит, холодок аж по спине пробегает, тоже мне сказал Косой. Словно кто-то нас изучает, дроны тепловых сигналов не отслеживают, так что заканчивайте тут гоготать.

– Как у остальных с ощущениями?

– Похожее что-то было, но направление каждый раз разное, да я на усталость грешил и паранойю, один раз казалось, что с чем-то глазами встретился, но не смог найти объяснения, решил оставить эту мысль, – сказал Принц.

– Ну и хорошо, что у тебя есть предчувствие, места тут дикие, лесов много, больших групп, состоящих из зараженных, априори должно быть мало, так как нет скопления ни людей, ни зверья. Ремонт техники займёт еще двое-трое суток, с Бастионом я уже переговорил, так что троих я могу отправить на патрулирование и разведку. Вы должны понимать, что всякое может произойти при встрече с неизвестным противником. Я конечно не могу разрешить покинуть боевую позицию в погоне за мифическим Хищником, даже, если он и опасен.

Все переглянулись, поняв на что намекает Пастырь и посмотрели на Принца. Тот сообразив, что что-то упустил, глупо улыбнулся и сказал:

– Готов начать патрулирование и разведку района!

– Маус, мне любопытно, а до Михайловки можно доехать, минуя крупные трассы и города?

– Да, я уже маршрут спланировал, я тоже готов пробежаться по лезвию бритвы.

Андрей же потупил глаза и сказал: – После смерти Бати я не чувствую, что смогу обратно вернуться и взглянуть матери в глаза, она ведь до сих пор не знает, что там произошло и о нашей судьбе тоже, а связисты так и не смогли связь установить, хотя, когда мы уходили, связь была. Я боюсь, если я туда вернусь, меня раздавит груз ответственности, а еще хуже, если я и там уже опоздал.

– А в чем твоя вина или ответственность? – спросила Мелкая.

– Если бы у меня была еще хоть одна возможность пообщаться с родными, – сказал Маус, – я бы не раздумывал.

– Чувство любви к близким должно со временем победить боль разочарования, но второго такого шанса увидеть родных может не быть, а тем более рассказать о том, что наболело. Решай здесь и сейчас. – сказал Принц. – Я тоже не знаю, во что это может обернуться.

– Я понимаю, что вы правы, я готов рискнуть, можно я хоть как-то помогу местным с едой и вооружением?

– Хорошо, резервы для поддержки местных Бастион передаст, это я уже тоже решил.

Андрей хмуро посмотрел на Пастыря и спросил:

– Ты как всегда все заранее знал или мне верить в совпадения?

– Там в лаборатории я задавался тем же вопросом, не помню уже кто, но мне рассказали на тот момент частично теорию Хартла-Хокинга, хотя любопытно было немного другое. Вообще теория была посвящена большому взрыву и тому, что Большой взрыв вероятнее всего создал не одну вселенную, а бесконечное их количество. В соответствии с этой теорией некоторые из параллельных вселенных похожи на нашу, в них существуют похожие на Землю планеты, общества и даже схожие с нами люди. Другие вселенные могут быть немного другими – это может быть планета, похожая на Землю, но сохранившая популяцию динозавров. В-третьих, все может быть совсем по-другому: без Земли, возможно даже без звезд и галактик, с другими законами физики.

– Может быть это звучит как фантастика, но я думаю это возможно, – задумчиво сказал Маус.

– Ты не ответил на вопрос! – сказал Принц.

Все шумно выдохнули, ожидая какой-то вселенной мудрости или истины. Пастырь лишь оглядел всех недобрым взглядом и без эмоций сказал:

– Правильно, вам уже пора выдвигаться. Коды доступа и частоты для связи возьмёте у связистов.

– Ты хоть знаешь, кто там смотрит на вас, лично я ничего не чувствую, – сказал Маус.

– Не знаю!!! – ответил Пастырь.

«Патриот» делал круги вокруг карьера, то и дело останавливаясь и словно принюхиваясь к окружающем пространству. Двое в кабине и один на пулемете были напряжены, не понимая откуда может прийти угроза. Мотор то ревел, то на холостых оборотах стоял напротив гущи леса, водя из стороны в сторону пулеметом, ища грозными дулами невидимого противника.

– «Железный домик»-, говорят – «Три поросенка», «Волка» не видим, хотим увеличить радиус еще на десять километров.

– Принято, «Три поросенка», глубоко в лес не уходить, «Сова» вас там уже не увидит.

Маус, как бы ни к кому не обращаясь, сказал:

– Так все-таки может нет тут никого, а это все ваша паранойя, нет следов, даже намеков на них нет, может уже двинемся в Михайловку, туда еще надо постараться добраться засветло.

Принц молчал какое-то время, потом выдал:

– Ты в шахматы играешь?

– В шашки могу сыграть партейку, но больше в преферанс или в сто одно, в дурака мы вечерами дома играли.

– Ладно, объясню по-другому. Было ли у тебя такое ощущение, что при просмотре фильма ты словно его видел, но вспоминаешь его уже в момент просмотра.

– Ну, если только давно смотрел. А причем тут это?

– Я сейчас также ощущаю наше передвижение- сказал Принц. – Перед нами коридор по одной комнате с каждой стороны, мы знаем, что они пусты, но все равно заглядываем туда в надежде увидеть там хоть что-то. Неизвестное существо или человек, судя по нашим мотаниям, тут уже пару часов, знает последовательность наших движений, так как коридор прямой и оканчивается дверью в такой же коридор, где также две двери. Так вот, в шахматах выигрывает тот, кто может увидеть всю картину передвижения и развития событий более чем за шесть шагов всеми фигурами своего оппонента. За это время, что мы прошли, скажем, шесть таких комнат, ничего не произошло, и пройдя еще столько же, тоже ничего не произойдет, пока не изменятся условия. Или количество комнат в коридоре, или мы быстрее их проходить будем, а то, зачем мы гоняемся, либо решит пойти в другую сторону, либо будет медленней проходить коридор.

– Ну ты и залечил, ты у Пастыря, нахватался, – Маус бросил короткий взгляд на Принца, притормаживая машину на очередном повороте.

Андрей, все время молчавший до этого момента, вдруг сказал:

– Я в детстве на змееголова охотился, часто он заплывал в норы и, чтобы его достать, мы брали плотные рукавицы и засовывали руку в нору, рыба часто атаковала и ее извлекали, иногда норы были глубже, а иногда перчатки слабее, чем челюсти или там обитала другая тварь. Но чувство ожидания укуса и даже попытки укуса вызывали испуг, радость и такой мощный выброс адреналина, что вкупе с пойманным хищником было абсолютной наградой. Были травмы и ночные кошмары, а однажды напротив десять таких нор я ушел в трясину, да так, что попытки вылезти привели к еще худшей ситуации. В общем, мог я шевелить только одной рукой, а второй держался за какую-то корягу. Сама мысль, что десяток таких тварей вылезут и будут меня жрать медленно и мучительно, пугала так явственно, что я сильнее ухватился за корягу и вытащил наполовину обглоданный труп ребенка, такого же охотника.

– Стой! – скомандовал, Принц. Машину протащило еще пару метров.

– Давай полный назад, быстрее, Андрей, не зевай. Не спи, Андрей! – и Принц с силой ударил по корпусу. – Давай, Маус, топи, быстрее, еще быстрее.

Принц тоже высунул в окно автомат и под рев мотора почти в паре метров от машины на дорогу выскочила огромная тварь размером с добротного носорога, вся в броневых пластинах, перевитая мышцами словно канатами, с кусочками бурой шерсти и большой явно увеличившейся челюстью, напоминавшей пасть динозавра. Загрохотал пулемет корд, вырывая куски мяса и дробя пластины, тварь взревела и скрылась обратно в кустарник, густо поливаемый градом пуль.

Используя замешательство твари, развернули машину и начали разрывать дистанцию с тем местом, где произошла встреча. И выехав на большой открытый участок по направлению к стоянке и под контрольный участок бойцов Бастиона, Принц сообщил в эфир:

– Докладывают «Три поросенка», были атакованы тварью размерами с хороший пикап, короткая очередь из корда нанесла твари лишь незначительные повреждения. Тварь не похожа на те формы, которые мы встречали ранее, у нее правильные формы. Предполагаем, что снайперский огонь по цели не даст результата. Тварь обладает интеллектом и на расстоянии считывает эмоции. Триггером для атаки стал выброс адреналина одного из «поросенков». Стоило нам углубиться в лес, роли охотника и жертвы поменялись. О количестве похожих особей нет информации. Раненых среди «поросят» нет, ждем приказа для дальнейших действий.

– Говорит «Железный домик», принял информацию. «Трем поросятам» двигаться по плану Б, в бой с тварью не вступать, в случае обнаружения преследования и опасности для «поросят» вернуться в «Железный домик», нам есть тут чем ее встретить, удачи.

Пришлось сделать еще пару кругов вокруг карьера, прислушиваясь к своим ощущениям, но так и ничего не почувствовав, и когда уже окончательно стемнело, все нацепили очки ночного видения и начали движение по направлению к Михайловке.

Глава VIII

Темные грунтовые дороги по сравнению с основательными асфальтовыми дорогами, уже успели порасти растительностью, природа снова забирала свою территорию, лишь места сражений и разрывов снарядов пока оставались относительно пустыми. Скопления автомобилей встречались лишь ближе к крупным поселкам и городам, но эти дороги группа старалась объезжать, хотя такие спонтанные скопления автомобилей встречались часто и говорили о нелегкой судьбе их владельцев. Проезжая очередное такое место, сложно было не смотреть на останки людей, наверное, все искали в них знакомых, а возможно ответ на один вопрос, где сейчас находятся уцелевшие. Пару раз видели группы людей, которые собирали остатки полезных вещей, топливо и продукты питания, но, услышав приглушенный шум двигателя, прятались в свое укрытие. Ожидала группа агрессивно настроенных людей и были даже засады на транспорт. Все группы рассказывали о мародёрах и бандитах, которые в момент распада всего человечества, решили пожить последние деньки как короли или решить сиюминутные потребности. Были и случаи, когда бандиты притворялись спасителями, забирая последнее у наивных, да много чего было, но так, наверное, происходит всегда: отчаяние порождает или лучшие качества, или самое гадкое в человеке, уже не сдерживаемое буквой закона.

Андрей, решив, что молчание – это слишком, решил покрутить радио, ища другие радиопередачи, по радио постоянно шли важные переговоры, иногда салон автомобиля разрывали крики о помощи. Андрей преследовал цель узнать ситуацию вокруг, в прямом эфире был слышен живой мир со своими проблемами и шифрованными посланиями, иногда проскальзывали крайне интересные перехваты вроде диалога

– «Каа», это «Мартышки», мы готовы пройти через ущелье.

– Говорит «Каа», «Мишки Гамми» на хвосте не маячили?

– «Каа», «Мартышки» несут бананы, «Мишки Гамии» отстали!

– Это «Каа», ущелье проходите через пару часов после фейерверков, пока там много «котят»! До связи «Мартышки»!

Через пару минут бесполезного подслушивания радиопереговоров, он переключился на прием по условленной волне.

Вынырнув из своих мыслей, Артем обратился к его «Поросятам», так они условились насмешливо обзывать группу:

– Андрей, Маус времени на вашу подготовку было мало, слова порядок и дисциплина вам мало знакомы, а боевой приказ – термин размытый, и не думаю, что он вызывает у вас обострение всех чувств и желание полностью отдаться задаче. Это все появляется с годами, впитывается плотью и кровью, повторением и муштрой, доведенными до автоматизма. Поэтому я думаю Пастырь и хотел Вас проверить боем или, как говорят, посмотреть, кто выплывет, тот выплывет. Но у меня есть четкий план спасения одной маленькой девочки, которой я дал обещание вернуться живым и ничто не должно мне помешать, особенно ваши нерешительные действия. Так что, если вы замешкаетесь и не выполните приказ, я вас пристрелю без всякого зазрения совести, а если вы верующие и боитесь ответственности, как главный в этой группе я беру всю ответственность на себя.

Конечно он лукавил, стрелять в мирное население их не учили, владение оружием было на порядок хуже, чем у бойцов Бастиона, у летчиков этот навык был менее востребован. После создавшейся паузы и видимого напряжения со стороны ребят, Принц предложил:

– Как поняли? Есть ли вопросы?

Маус спросил первым:

– Как определить цель, по которой следует открывать огонь? Как ее идентифицировать?

– Мы – не спасательная миссия, для этого существуют отряды другого назначения, любой человек, пытающийся воспрепятствовать нашему дальнейшему продвижению, будет являться противником. Огонь открывать без промедления по любым лицам, приближающимся к автотранспорту, наш путь послужит более важной цели. Есть листовки по местам сбора выживших и отправки их во временные лагеря, пока это все, чем мы можем помочь, довести всех мы не можем, подставить Пастыря и себя угробить – это мы можем.

Андрей не уверенно произнес:

– Может я сяду за руль?

– Останови машину, Маус, вон там, – сказал Принц.

– Ты должен выполнять приказы, высшего руководства- это первое. Второе – мы не убийцы ради забавы, ради развлечения, ради поддержания формы, а ради жизни. Воспримите это как один из принципов в природе, где считается что отнятие жизни у другого продиктовано необходимостью выжить самому и выкормить своих детей.

Дрожащим от напряжения голосом и пересохшими губами Маус произнес:

– Мы все понимаем, что ты говоришь, но люди охотятся по правилам, и мы не животные, хоть от них и произошли, я боюсь, что я не смогу убивать всех без разбора, понимая, что они несут всего лишь скрытую угрозу.

Принц понимал, что в парнях нет стержня и они могут сломиться в любой момент, и хуже всего, что ему приходилось гнать мысли о совести, о морали, договариваясь со своей совестью о том, что он за все заплатит сполна, но позже, когда отпадет необходимость в чрезмерной жестокости.

– Почему с вами обоими нужно возиться, уговаривать, разговаривать? – строго сказал Принц. – Может вас оставить в Михайловке, я как-нибудь доберусь или найду добровольцев, – не дождавшись ответа, Принц продолжил. – Молчите? Так вот, не ты ли просил оказать помощь Михайловским, может сами отдадим бандитам все. Поймите одно, хорошие люди уже все умерли, здесь может выжить только отребье, которое живет за счет других и не важно, будет ли стоять у дороги зовущий маму ребенок или симпатичная девушка, или бабушка, которая просит добросить ее куда-либо. Если эти невинные жертвы работают с мародерами или бандитами – они косвенно причастны, и участь их такая же, как и у бандитов.

Андрей, немного подавленный, нашел в себе силы и произнес:

– А еще это могут быть Мимики, да?

– Да хоть что это может быть. Солдаты, вам главное долго не думать, прислушиваться к интуиции и внимательно смотреть по сторонам! Вам, как летчик, скажу: при работе радиолокационной станции используют искусственный интеллект для обнаружения скрытых объектов и засад, физика процесса – эффект Доплера, или «умное эхо», но это лишь 90% объектов, которые обнаружит техника, а вот 10% объектов, которые могут сбить самолет, должен вычислить пилот. Принцип ловушек чаще всего достаточно прост, и только интуиция и понимание процессов размещения средств ПВО спасают летчика при попадании в ловушку.

Андрей хмыкнул и сказал:

– Как для тараканов ловушки, где они заползают в безопасное убежище с аппетитной приманкой, а потом отравленное вещество несут в норы, отравляя всю колонию?

– Не думаю, что для тараканов эти ловушки кажутся простыми, вот для нас, исходя из нашего развития, конечно все просто!

– Ладно, парни, этот разговор я затеял, чтобы привлечь ваше внимание, но кажется вы не уловили посыла. Странного ничего не находите в ранее встреченных колоннах автомобилей?

– Нет, нет, – хором ответили парни.

– Так вот, я заметил две странности – первая, головная машина по нашему направлению в обоих колоннах была расстреляна и замыкающая тоже, а по направлению их движения можно сказать, что они шли в зону эвакуации, возможно по радио услышали или как-то еще узнали точки сбора. Я бы не обратил внимания на тех людей, что были возле машин на дороге, если бы не случайное совпадение, брошенная колонна, вроде подготовленных для дальних переездов машин и пробитые передние колеса большинства. Да, лес там на повороте к дороге хорошо подходит, в общем хорошее место для засады. И не думаю, что в той колонне, простые люди ехали, те тоже долгое время в неидеальных условиях выживали. Значит, что-то их заставило остановиться, а две машины, точно были с пулеметами переделанными.

Принц вытащил флягу, аккуратно переданную ему Алагоном, как тот сказал «для поднятия морального духа и избавления от плохих мыслей».

– На, вот, глотните, правильно мне Пастырь сказал, что вас надо обстрелять, чтобы хоть как-то на солдат походили. Благо я уже придумал один способ. Так вы со мной дальше едете, готовы стрелять без зазрения совести?

– Да, капитан, готовы, – в унисон произнесли парни.

– Хорошо, – сказал Принц. – Я за руль, а вам стрелять, чувствую, что до утра мы не успеем к Михайловке.

– Так может, другой путь выберем или крюк сделаем?

– Да, все уже, думаю о нас уже вперед передали, да и не факт, что одну дорогу держат, и хочется расквитаться с этими упырями, а то еще много бед они причинят.

Изучив подробно карту и примерно прикинув места засад, группа двинулась в обратную сторону, проехав с полкилометра, загнали машину в кусты и закидали наскоро нарубленными ветками, снарядились по полному и выдвинулись. Два километра они прошли быстрым шагом. Принц раздал парням гарнитуру, показал, как пользоваться, отправил в «Железный домик» координаты машины на всякий случай. Проверил снаряжение каждого, и все пошли тихо медленно по направлению к первой колонне. Приблизившись близко, можно было различить суету четырех человек, которые наскоро перебрасывали вещи из одной машины в другую, подсвечивающая себе дорогу налобными фонариками. Один прислонил АКС – 74у к борту автомобиля, у другого болталась на ремне Сайга, третий не выпускал из рук охотничье-промысловый СКС, заняв позицию в одном из грузовиков.

Принц жестом показал остановиться, после того, как все собрались, он скомандовал:

– Так, Маус, ты со мной, Андрей нас отсюда прикрывает, действуем следующим образом, подойдя ближе, я брошу пару свето-шумовых гранат, очки ночного видения отключать пока надо будет, если кто-то не попадет в зону действия, Андрей, его тоже надо убить. Иначе можем пострадать мы, понял? Далее мы их крутим и пробуем разговорить. Маус, твоя задача прикрыть меня во время броска с боку.

Конечно, опыта в таких операциях у Принца не было, возможно на его месте Алагон и Грешник сначала провели бы полноценную разведку, обошли все кругом и лишь только после этого приняли бы решение по тактике нападения. Для себя он понял, что, если вернется, то неделю точно не будет с парнями выходить с полигона, пока не доведет все навыки до автоматизма.

Гранаты пришлись аккурат по целям и все бы хорошо, но парней было не четверо, еще двое спали в соседнем автомобиле, они успели соскочить и схватить автоматы. На позиции заработал практически бесшумно автомат Андрея, высекая искры из автомобиля, повалил длинной очередью первого и заглох, второй же уже занял удобною позицию за газелью и начал поливать короткими очередями Артема, он же в ответ ему отправил еще пару гранат, но не рассчитав силу, бросил чуть дальше, что над нападающим эффекта не возымело. Пару пуль ударили Артема больно в броник и плечо вскользь обожгло резкой болью, и тут раздалась еще приглушенная автоматная очередь, и нападающий упал. Маус обошел его с боку и расстрелял практически в упор.

Пришлось быстро оббежать колонну вокруг в поисках скрывшихся бойцов, но не найдя никого, вернулись к корчившимся на земле бандитам, покрывающим бранью на чем свет стоит, пришлось раздать пинки под бока и наскоро связать.

Осмотрев быстро ранение, Артем удовлетворенно сам себе кивнул, эх модификация – это сильный стимул для организма восстанавливаться и регенерировать. Кибердоктор предложил вколоть легкое успокоительное для нормализации сердцебиения, он отменил команду. Нечего баловаться, адреналин полезен в таких ситуациях.

Андрей без команды решил добить оставшегося бандита, но очередь в скользь пришлась ему, и парень был еще жив, хотя угрозы не представлял. Маус усаживал полукругом бандитов. Пришлось наскоро вколоть обоим антишоковое, ждать полночи пока придут в себя они не могли.

– Я буду краток, выживет только один, который будет максимально честен, остальные останутся навсегда тут, – сказал Принц. – Будете отвечать на вопросы и не дай Бог, я усомнюсь в ваших ответах. Сколько вас в группе?

– Да, пошел ты! Ты уже труп, сука.

Раздался приглушенный выстрел, и бандит завалился на бок. Корчась от боли в простреленном колене, сквозь стон проклинал нас.

Второй все правильно понял и сразу начал тараторить:

– Нас около шестидесяти мужчин и десяти женщин, меня Михалычем зовут. Я буду полезен, я недавно с ними, я все расскажу. – мужик начал ощупывать землю, чтобы поудобней сесть. – Можно пока так, ноги затекли.

– Ладно, – бросил Принц, – где люди с колонны?

– А вы точно меня отпустите?

– Да, но можем передумать, если ты дальше начнешь время тянуть.

Заговорил еще один мужик:

– Да они нас все равно положат, а так хоть у наших шанс будет. Не говори им ничего, – но тут же был отправлен в нокаут Маусом.

– Говори! – прорычал Принц.

– Они в усадьбе в лесу, база у нас там. Часть тут лежит, они наших положили троих. Работают они у нас, лес валят, строят укрепление, канавы роют.

– Пошли посмотрим, кого вы положили, – сказал Принц, таща за собой Михалыча. – Маус, если кто-то дернется – вали сразу.

– Почему нас не атаковали? – на ходу спрашивал Принц.

– Решили дальше пропустить, там на пять километров ниже засада. Рация у нас у бригадира, у того, что вы привалили возле пикапа.

– Андрей, посмотри рацию, тут тебя подождем.

Андрей убежал, а Принц достал ПДА и, раскрыв карту, сказал:

– Покажи, где засада и где база? Есть ли условные знаки, стуки там, метки?

Михалыч задумался, и сказал:

– Есть, но я их не знаю, звеньевой сам там шептался, да они вместе к нам пришли, давно видно знают друг друга. Как первые мутации появились и твари первые, так и они тоже появились, из города кореша вроде у них в нашей деревне тусовались, все знали и участковый, дурь они там варили и в город отправляли. Наши же у них как рабсила вечно работали, да базу их строили в лесу. А как деревню накрыло, сами мы к ним пришли, так они вот тут и промышляют.

Андрей вернулся, Принц, коротко пересказал и забрал рацию, поставив ее на прием.

– Через сколько Вас искать будут? – спросил Принц.

– Да не будут они быстро искать, самогона они наварили, две облавы у них удачные, пьют они сейчас, да девушек в последней колонне много было, простите, мужики, я все рассказал, может отпустите меня.

– Ага, сейчас! – сквозь зубы сказал Андрей.

Даже в очках ночного видения картина была жуткой. Андрей, ухватившийся за ближайшее дерево, судорогами выталкивал из себя остатки сухпайка. Михайлыч упал на землю и начал тихонько скулить.

Принц тоже не ожидал столь дикой картины и на предложение кибердоктора вколоть инъекцию, не отказался. Когда полегчало и эмоции словно кто-то выключил, он рассмотрел двух мужчин в форме ракетчиков, в изломанных формах с обилием пулевых ранений, трех мужчин в гражданской форме, женщину с развороченной грудью и пробитой головой и три маленькие детские тела, один был мальчик в кофте с Микки-Маусом на груди. На месте ранения у него стояла машинка пластмассового трактора, девочка во взрослой кофте сжимала в ручке оторванную кисть, рассмотреть третью девочку не хватило сил, а рядом лежала гора детских игрушек, измазанных кровью. Не сразу Артем понял, что стоит и смотрит на эту картину уже пару минут, а сообщения от кибердоктора зашкаливают пиктограммами, захотелось просто сесть, все отключить, но усилием воли он развернулся к Андрею, там было явно еще хуже. Достав флягу, сделал сразу три жадных глотка. И протянул Андрею, тот стоя на коленях, шептал одну фразу:

– Жалко детей, они такие маленькие.

Пришлось влепить Андрею пару оплеух, тот встал и присосался к фляге.

– Рассказывай, давай, как так вышло?! – глухо произнес Принц.

– Седой и Колчан – главные на базе, они и придумали это, в общем они сажали детей в машину, давали им кучу игрушек, поили их каким-то наркотиком, дети тогда становилась радостными и долго могли находиться в машине, а вечером возвращали их родителям. Все хорошо шло, одиночные машины проносились на скорости, кто-то останавливался, оставлял детям еду, предлагал уехать с ними, дети иногда сами просили у проезжающих еду, пока Седой не сказал, что этих крох мало и решил устраивать грабеж. Уговор был вооруженные колонны пропускать, мы и пропускали, тех кто останавливался, мы брали с двух сторон в клещи, дорогу вперед им перегораживала Шишига с пулеметом. Забирали большую часть провианта и все оружие и отпускали. Два дня нам везло, пока не попались эти военные.

Андрей не сдержался, пнул Михалыча в лицо и дрожащим голосом спросил:

– На засаде ниже тоже дети?

– Нет, там засаду сделали – бревно повалили, а трактор рядом спрятали, объехать по обочине только можно, вот и лезут туда, а мы уже встречаем. Вы меня отпустите, я тоже не хочу в этом участвовать, у военных тоже дети есть, поэтому Седой военных заставит плясать по его правилам.

Раздалась приглушенная очередь, подбежав к Маусу, все уже было кончено.

Маус стоял ошарашенный и водил из стороны в сторону автоматом, бандиты лежали мертвые.

Он как-то виновато посмотрел на ребят и сказал.

– Он дернулся в мою сторону, я испугался и вот как-то так.

– Так этим сукам и надо! – подходя ближе и волоча за импровизированный поводок бандита, сказал Андрей.

– Я уже думал это самому сделать по приходу! – жестко продолжил захмелевший Андрей, и бросил пустую флягу. – В общем, Принц, Маус пройти мимо я не могу, выезжайте дальше, давайте только без лекций, выгорит, выгорит, я все уже решил.

– Ты считаешь, что уже не вернешься, это читается у тебя в глазах. – сказал Принц. – Давай так, ты нам нужен живой, я не меньше твоего хочу порвать этих ублюдков. Но ты остаешься тут и проведешь разведку, мы вернемся сюда через двое суток, надеюсь у тебя будет план к этому времени. Так же уберем следующую засаду, поэтому у бандитов не будет вопросов, куда мы уехали. Не вернемся, будешь действовать на свое усмотрение, транспорт чтобы вернуться тут есть. Снаряжение и провизию возьмешь в транспорте. Рацию береги, на связь будем выходить каждые два часа. Все понятно?

– Да, парни спасибо, что поняли. Постараюсь выжить. Маус, маму мою обними. – сказал Андрей и повел пленника за собой.

Засаду получилось обезвредить намного проще и быстрее, бандиты так и не поняли, что сборщиков трофеев мы ликвидировали. «Железному домику» передали о засадах на дорогах, чтобы в эфир пустили для эвакуируемых. Думаю, эти бандиты не единственные паразиты. Аккуратно за пару километров до указанной точки высадились, провели разведку и как в тире перестреляли бандитов по кустам, одного подранка решили допросить. Экспресс допрос со стороны Артема не дал большого расхождения по информации, так что они его подвесили на дереве, выпустили кишки и выкололи один глаз. Думаю, послание мы передали. Психологическую атаку никто не отменял, может часть деморализуется. Пару часов по еще темным дорогам мы ехали молча, как только рассвело, измазанные кровью, мы напоминали работников убойного цеха.

– Надо привести себя в порядок, твари я думаю чувствуют запах крови, тем более свежей. – сказал Принц.

– В десяти километрах отсюда есть детский лагерь, можно там найти воду и чистую одежду, думаю, там можно привести себя в порядок и поесть.

Так и сделали, лагерь оказался намного больше, чем Принц ожидал и выглядел, куда лучше, чем многие объекты, которые им попадались по дороге, так как был еще и советской постройки и все что должно и могло отвалиться – отвалилось, все что выгореть – выгорело. Так что Принц проникся ностальгией к детству.

На территории лагеря они обнаружили зараженных, матерых, но явно уже изголодавшихся. Поначалу они на ребят реагировали, но стоило Артему приблизиться, теряли всякий интерес, видно свежая кровь все-таки мешала процессу определения свой – чужой, а вот на Мауса проявляли полную активность. Маус уже успел уложить парочку, пока Артем не остановил его и предложил по-тихому убрать их, не тратя патроны. Подойдя по ближе и уже замахнувшись, разглядел аккуратно замаскированную веревку, которая была обвита вокруг талии зараженного, второй был в медвежьем капкане, а третьего намеренно лишили рук.

Вскинув руку в заранее оговоренном жесте, начал отходить назад и уперся в ствол оружия.

Тихо, почти шепотом кто-то произнес.

– Не двигайся, а то умрешь. Руки вверх и без лишних движений.

– Развернуться можно? Хочу смерть увидеть в глаза.

– Сначала положи все свое оружие на пол, сделай два шага вперед и можешь медленно разворачиваться, своему напарнику скажи сделать тоже самое, а то у него в организме будет пару лишних дырок.

– Хорошо, может мы просто уйдем? И так исчерпаем весь инцидент? – начал переговоры Принц.

– Сначала выполни, что тебе сказали. Потом поговорим. – сказал неизвестный.

– Маус, как ты там? Меня тут взяли на мушку.

– Принц, меня тоже взяли на мушку, какой-то дед в противогазе. Но, я его держу тоже. Что делать?

– Маус, ничего предпринимай пока.

– Прошу прошения, ситуация, кажется патовая, – сказал Принц, – но я выполню ваши условия при сохранении моего человека при оружии, без моей команды он не станет стрелять или если он услышит стрельбу здесь, я не могу за него ручаться. Думаю, если вы хотели меня пристрелили, вы бы уже это сделали еще на подходе.

Говоря все это, Артем медленно разоружался и выискивал место, куда можно было бы нырнуть в случае атаки, оценивая свои шансы не получить повреждения, надеясь, что модифицированный бронежилет пятого класса выдержит любую пулю, что заряжена в стволе дула, которое ему аккуратно нацелено промеж лопаток.

Развернувшись, он был удивлен, на него смотрел ТОЗ-34, любимый ствол отчима Артема, который каждый раз на охоте говорил, что лучшие инженеры страны работают на Тульском оружейном заводе. А еще он увидел два огромных глаза, которые бегали из стороны в сторону, но при этом источали уверенность и роскошные волосы, аккуратно сложенные в косу, на лице был строительный респиратор 3м.

– Кто вы? Где остальные? – спросила девушка.

– Может отойдем от зараженных подальше и уже все вместе поговорим, не будем лишать удовольствия моего коллегу.

И они медленно вышли из ворот и встали друг напротив друга, а стариков оказалось двое. И уже на них смотрело пару тозов. Артем снял маску и балаклаву и, улыбнувшись, спокойно произнес:

– Артем Викторович, группа разведки, передовой дозор секретной базы с длинным и скучным названием, если мы не выйдем на связь, сюда через какое-то время пришлют поисковый отряд, думаю вряд ли вам повезет, да и вы на бандитов не сильно похожи.

Старик седой и с усами, как у Якубовича из программы «Поле чудес», сквозь смех проговорил:

– Вот такие горе – разведчики, как вы, всю войну и просрали, чем докажите? Да и этот доходяга тоже разведчик, более путевого не нашлось, да он с виду раз десять не отожмётся?

Другой мужчина, явно пенсионного возраста, с отвисшим пивным животиком, нацелив ствол в голову Маусу, произнес:

– Да, бандюки это, валить их надо, вон форму с кого-то стянули, даже вымыть поленились. Я свое прожил, а сволоту эту надо искоренять, мародеры хреновы. Искали тут в детском лагере базу шпионскую, наверное, да?

Артем перестал улыбаться, уже всерьез воспринимая возможность выхода из-под огня «Якубовича», мысленно так он его окрестил, а вот Маус явно не успеет, как Маус до этого робко державший оружие, вдруг жёстче взял его и, глядя прямо в глаза второму старику, произнес:

– У меня четкий приказ командования, лица, препятствующие продвижению группы и выполнению цели, а также мешающие эвакуации людей будут расстреляны, даю две минуты на принятие решения и открываю огонь, в рюкзаке брошюры по выживанию в местах временного сбора для эвакуации, можете проверить.

Все это время девушка, наблюдавшая изредка, переводя взгляд то с одного, то с другого парня, шумно выдохнув, произнесла:

– Может оно так и есть, я проверю. Прошу не дергаться.

Расстегнув рюкзак и вытащив брошюры, она первая, опуская оружие, произнесла:

– Я ему почему-то верю. А вот второй какой-то странный, фильмов что ли американских насмотрелся про вечно улыбающихся героев, так там все брехня, герои нынче первые умирают.

– Врать тебе не буду, но не с того ты начал разговор, Артем. – сказал Якубович, не убирая оружия.

– А тебя кажется Миша зовут, из Михайловки ты, свиней породистых с отцом продавал, так?

Маус, лишь смущенно кивнул головой.

– Я даже поверю в свинопаса, притворяющегося разведчиком, думаю, если Ханс Андресон был бы вашим современником, так бы позавидовал вашей истории, но у нас маленькая дилемма, верить вам или нет. Но смотрите сами, в ваше направление вчера вышла наша колона и вот по времени уже как пару часов должна была вернуться, а тут прямо к нам вы приехали, в крови, в странном обмундировании, рассказать ничего не хочешь?

Артем коротко пересказал события ночи, опустив некоторые подробности своего задания и дальнейшего маршрута движения, так же подтвердив мысль, что помощи не будет. Как оказалось, Якубовича звали Афанасий – бывший аналитик, девушку Арина, его племянница, а второго пенсионера звали Борис. Они вместе с остатками Новосибирского ракетного соединения двигались к зоне эвакуации, по дороге автобус, на котором они передвигались, вышел из строя, и кончилось топливо, автобус подлатали, а вот топливо не нашли. Вот и отправилась колонна на поиски транспорта или горючего. Тут же осталось продовольствие, две машины с барахлом, пару стариков и женщины.

– Ну и огорошил ты и чего делать будем, Артем? – спросил Афанасий. – Надо их вытаскивать, сам говоришь бандиты там отмороженные, что детей под пули подставляют.

– Якубович, эээфф, Афанасий, ты сначала бы ствол опустил, знаешь мы как бы уже тут полчаса, уже можно сказать штаны сняли и все продемонстрировали, с твоей стороны не хорошо стволом в нас тыкать!

Афанасий картинно нахмурил брови и сказал:

– Не доверяю я людям, везде вижу подвох, знаешь, как сложно отличить истинное предчувствие от навязчивой мысли?

– Если вы везде ищете подвох, я предполагаю, что для этого есть определенные причины. Я бы начал именно с причин.

– Именно причины и следствия заставляют меня идти на крайние меры, нам нужен ваш транспорт, добровольно вы не отдадите, адекватного доверия к вам у меня нет.

Принц, чувствуя, что ситуация начинает накаляться, решил сломить ход разговора жесткими мерами и, просчитав на пару ходов вперед будущую развязку приказал кибердоктору сделать инъекцию боевого стимулятора. Дождавшись эффекта, быстрым рывком направил два оружия вверх и раздался сдвоенный выстрел. Арина только начала поднимать ствол, но Артем уже в два быстрых шага оказался возле нее и подсечкой сбил девушку. Борис, не понимая ничего, пытался достать нож, но боль пронзила его руку и нож сам вывалился. Афанасий судорожно пытался перезарядить ствол, но Артем ударил его в нос, брызнула кровь, оружие выпало, и старик завалился на землю, прошло пару секунд, прежде чем Афанасий, стирая кровь с разбитого носа, попытался сесть, что-то шепча себе под нос, но Артем уже перезарядил оружие и наставил на старика.

– Говори!! – прокричал Принц, и глазами, налитыми кровью, посмотрел на Афанасия. – У тебя тридцать секунд, и веришь ты нам или нет, я запишу тебя в покойники и остальных тоже.

Ошарашенный Маус, испуганно смотрел на Принца и произнёс:

– Лучше его не злите и начните говорить, он на все пойдет ради своей цели.

К Афанасию подползла Арина, и начала вытирать кровь с лица, и стараясь сдержать дрожь в голосе, начала говорить:

– Мы заметили странное передвижение мутантов, оно соответствовало нашему движению и вызвало панику и страх в наших рядах, часть машин ушла на запад, часть в противоположную сторону. Но в целом мутанты идут в этом направлении, так что времени не так много. Мы вас не хотели убивать, хотели только выбраться и спасти наших, нам нужна поддержка или ваш транспорт!

Невидимый для глаза бросок двух метательных дротиков не заставил Артема стоять на месте. Один он просто поймал, а вот второй был вне зоны его перехвата и попал аккурат в шею Маусу. Маус стоял, ничего не подозревая, как вдруг произнес:

– Артем, я тут посплю немного, – сел на пол и уснул.

Артем в следующем рывке нанес несколько ударов, обездвиживая девушку и потом гневно произнес:

– Что с ним? Еще фокус и я тебя скормлю тем мутантам у лагеря.

– Я поняла, что мне с тобой не потягаться. Это батрахотоксин – органическое вещество, сильнейший яд небелковой природы из группы стероидных алкалоидов, тебе это что-то говорит? Собрала сама с одной лягушки-древолаза. Пару часов поспит и будет все с ним ок.

– А если бы я тебя пристрелил? – сказал Артем.

Арина с грацией кошки встала, потирая ушибленный бок и разминая онемевшую руку, посмотрев кокетливо Артему прямо в глаза, сказала:

– Ну не пристрелил же. Знаешь, я не доверяю мужчинам, да и у меня свои планы. Так что теперь я еду с вами и нам нужна техника.

Принц снова улыбался, все начали тоже улыбаться и потом произнес:

– Хорошо, ты едешь с нами. Все начинает приобретать интересный поворот. Ну и напугали вы меня, я уже думал, буду соскребать мозги Мауса, а теперь ты его потащишь на себе и пока он не придет в себя, ты будешь следить за его состоянием. Со мной такой фокус не пройдет, заранее тебя предупреждаю. В общем так, у вас «старики-разбойники» сутки на подготовку, топливо и оружие мы вам дадим, присоединитесь к нашему парню и проведете разведку, мы вам поможем, как вернемся. Если не вернемся, значит так тому и быть… Да, надеюсь у вас хватит ума больше на нас оружие не наводить и фокусы разные использовать?

Афанасий встал и все, не сговариваясь, кивнули. Потом он что-то нашарил в сумке и протянул карту с пометками Артему:

– Тут отмечены места скопления стаи мутантов, они идут по лесам, стараясь не привлекать внимание, у них есть какая-то цель. Береги Арину, она все что у меня есть, но запретить ехать я ей не могу.

– Хорошо, принято, – сказал Артем. – Есть вопросы?

– Скажи еще, как ты увернулся от выстрела? Ты двигался, как размытая тень, я даже не успевала отслеживать твои движения глазами, ты мутант? – спросила Арина.

– Я человек, это все что Вам надо знать. Сможешь Мауса поднять побыстрее, чувствую нет у нас пары часов. – сказал Артем.

– Твоему коллеге я дам антидот, полчаса и он придет в норму. – сказала Арина.

Артем пристегнул Арину к пулемету, пообещав после пробуждения Мауса, заменить ее на посту. Она не возражала, лишь попросила дважды проверить работоспособность пулемета, вдруг ей придется его использовать. Проведя инструктаж и наскоро перекусив, группа двинулась дальше, Маус пришел в себя и временно занял место на заднем сидении, так как его мутило и сложно было его заткнуть, он прибывал в эйфорийном состоянии.

Уже на полном ходу мчались к заветной цели, как пришел сигнал «Железного домика», что группа экстренно была брошена на поддержку группам, организовывающим оборону, часть техники успели восстановить, часть бросили. Там разгорались нешуточные бои и зоны эвакуации были смещены дальше на сто пятьдесят километров вглубь незанятых территорий испытательного полигона какой-то базы по запуску баллистических ракет.

Где-то через час пути Маус оклемался и, нацепив гарнитуру с ушами, занял свое место на пулемете. Арину посадил на переднее место и уже не стали приковывать ее.

Через какое-то время Маус перестал постреливать в подозрительные места и участков со скоплением мутантов стало на много меньше, но те, как и раньше не проявляли агрессию, а лишь стояли и раскачивались. Когда лес закончился и пошли поля, Маус немного расслабился и спросил через гарнитуру, рассчитывая, что Арина его не услышит без специальных наушников:

– Может узнаешь, почему она поехала с нами, и кто она такая?

Артем, подумав и оценив ситуацию, задал пару вопросов и понятно, что девушка с им свойственной природной болтливостью, рассказала о себе ту историю, которую она о себе хотела поведать незнакомым людям.

Стало понятно, что ей сейчас тридцать шесть лет. Вышла замуж в семнадцать лет. Двое дочерей, одна погибла при первой волне заражения, о судьбе второй она ничего не знает. Из родни еще остался дядя. В браке была несчастлива, муж был алкоголик – тунеядец, ушла от него сама. Не общается до сих пор. Создала страничку в соцсети, чтобы просто рассказывать о своей жизни, о своих мыслях. Выкладывала посты о своих отпусках-путешествиях. В 29 лет взяла себя в руки и похудела на сорок килограмм. Занимается спортом каждый день, придерживается правильного питания. Прошла полный курс гипноза в Московском институте Гипноза. Изучила несколько боевых искусств, примкнула к движению Сурвивализм или выживальщикам, которые готовились каждый год к разным катастрофическим событиям: таким, как ядерная война, столкновение крупного небесного тела с Землей, извержение супервулкана и последующая многолетняя вулканическая зима. Делала пластику лица и тела. Также долгое время работала репетитором иностранных языков, очень востребованным и успешным, и денег брала неприлично много, очереди выстраивались на несколько лет вперед. А потом решила все разом изменить. Оповестила всех учеников, что уходит на год в отпуск, благо была материальная подушка безопасности, и в тридцать лет стала путешествовать и вести свой блог! До вторжения был свой онлайн проект по выживанию в разных условиях.

– Ты все услышал, Маус, есть у тебя еще вопросы? – спросил Артем.

– Так зачем ее в Михайловку? И кого она там знает? – спросил Маус, на что был любезно послан на три буквы, нечего нос совать не в свои планы.

Подъезжая к деревне, было уже понятно, что там живых нет, виднелись пепелища пожаров, покосившиеся домики и море трупов мутантов, которых поедали ослабевшие или раненые сородичи, бывшими людьми их сложно уже было назвать. После увиденного внутри все опустилось, тело налилось свинцовой тяжестью, все просто остановились, пока еще не замеченные мутантами.

– Надо проверить промышленную зону, там готовили резервную базу на бывшем заводе ЖБИ. – сказал Маус.

– Показывай путь.

Доехали быстро, и увиденная картина внушала надежду увидеть выживших. Наскоро снятые бетонные заборы в несколько рядов окружали бывший ЖБИ, создавая лабиринт для движения потоков мутантов. Немаленький ров был полностью заполнен телами мутантов, даже там кто-то копошился. Пики и колья, сваренные из арматуры разных диаметров, изображали шестокол, где гроздьями висели как на шашлыке мертвые мутанты. Стена выглядела внушительно, собранная из блоков ФБС в два или даже три ряда, она возвышалась на высоту более пяти метров, но и в ней видны были проломы, и сваренная наскоро арматура пыталась удержать конструкцию от обвала. На встречу нам проехало пару КАМАЗов, переделанных под нынешние реалии, увешанные разными арматурными крюками и пиками, кабины были обшиты внушительными листами железа, а в кузове размещались огнеметные и автоматные гнезда. Импровизированный ковш был хорошо наточен, прикрывая радиатор и закрывая колеса. Вокруг колес также были сделаны защитные мероприятия.

Подъехав ближе, было видно, что порядка пятнадцати похожих машин были уничтожены и валялись бесформенными кучами железа недалеко от укрепления. Парочка горела, казалось бой тут только кончился и нам повезло проскочить в относительно спокойное время.

Пост встретил нас недружелюбно, но не препятствовал проходу внутрь, лишь забрав автоматическое оружие, оставив нам только пистолеты, пропустили нас через вольеры с собаками. После нас осмотрели трое гражданских с АКС-74у с готовностью в любой момент открыть огонь. Пришлось снять и одеть всю броню и все разгрузки заново. Хоть Маус долго и громко ругался, когда его не узнали, скорости осмотра личных вещей и транспорта это нам не добавило, но позже подтянулась еще парочка охранников поглазеть на любопытную броню и оружие, и вот тогда нам повезло и нашлась парочка общих знакомых, которые оперативно пропустили нас во внутрь. Внутри Арина, бросив фразу, что найдет ребят, сама скрылась в цеху с надписью: «Арматурный цех». Артем с Маусом лишь пожали плечами и пошли по указателям в администрацию.

Внутри кипела подготовка не только к обороне, в то же время готовили транспорт к выезду за пределы, это было понятно по множественным баулам, наваленным вокруг и кипучей деятельности окружающих.

Чуть дальше мы увидели места, где уже прошли сражения внутри защитного барьера. Проходя залитые кровью бетонные полы завода и наблюдая импровизированный госпиталь в бывшем цеху по подготовке плит перекрытий, настроение падало с ужасающей скоростью, ведь эта картина, наверное, была не везде, не все так фанатично готовились к обороне. Кто-то и на авось русский надеялся, а кто-то просто пока умудрялся сбегать. Во рту чувствовался привкус крови и голову поневоле немного мутило. Стоны и плач добавляли этой картине мрачных красок, но больше всего пугала аккуратно сложенная гора тел, оборонявшихся и рядом наскоро собранные в еще большую кучу тела нападавших. Мы постарались пройти побыстрее это место и перешли в заготовительные цеха, где полным ходом шел процесс подготовки к следующей обороне. Кто-то резал арматуру, кто-то чистил оружие, блестела сварка, варили какие-то смолы, в общем более двухсот человек что-то делали и делали это с таким рвением, что людей просто не надо было подгонять, все и так все понимали. Лишь изредка проносились маты, но это было очень редко. Занятые делом люди на нас периодически бросали взгляды и невольно прерывали процесс, но быстро приходили в себя и снова продолжали свою работу, не смотря в нашу сторону.

Со стороны непосвящённого человека вид у нас конечно еще тот был, можно сказать, где-то футуристический, где-то ультрасовременный, но особенно их взор привлекали шлемы, которые висели на разгрузке. Кто-то проникался уважением, кто-то завистью – это читалось в глазах. Но один вопрос был у всех «что мы тут потеряли?». Покинув заготовительный цех, нас сначала боясь, а потом уже откровенно сопровождая, вдруг окружила толпа ребятни. Чумазые и шумные, что цыгане начали кружить вокруг нас хороводы, трогать, гладить и даже толкать, так уж им понравилось наше снаряжение. Взяв всё-таки в плотное кольцо и заставив нас замедлить шаг, писклявыми голосами они начали, требовать каждый свое создавая, ужасный гомон вокруг нас. Пока среди них не нарисовался вожак, смелый и самый взрослый, который уже со свойственной напористостью уличной шпаны начал клянчить:

– Дяденьки, а дяденьки, мы кушать хотим, у меня в животике урчит, мы уже давно не ели, можете нас покормить. Брат у меня ушел давно и не возвращается, у Алины папа пропал, у Даши мама болеет, нечем ее кормить.

Маус, радостно, почти по-детски произнес:

– Артем – они хорошие, клянчат у всех, но не ради потех, а тащат все по домам, тут у них ровная дележка, у Сережика братьев нету, только сестра и вон она стоит, да Сережик?

– Ну да, – удивлённо вглядываясь в Мауса проговорил мальчуган, а потом радостно воскликнул. – Ух ты, это же Мишка- шишка.

– Уррра! – хором дети завизжали, – Они живые!!!

Даже часовые на секунду обратили внимания, а кто-то из детей убежал в непонятном направлении.

– А ты нам расскажешь, куда вы пропали, а то ваши имена уже нацарапали там на стене плача. А, Андрей и его Батя вернулись, они нам всегда сладкое приносили.

– Андрей выжил, а Батя его нет, держи сладкое, он передал.

Пацан принял небольшой мешочек и, погрустнев, сказал:

– Очень жалко, мне он нравился, а еще по ночам тут комендантский час, а вы знали?

Миша лишь помахал головой и Сережик продолжил:

– Тут страшно нам, ночью иногда пробираются «подражатели» и зовут на помощь именами близких, нам всем страшно, еще тут обитают духи. А еще вчера одна группа хотела сбежать, так их Мутанты подрали прям у входа, вы, наверное, их видели.

Миша, оглядев еще раз всех детей, спросил:

– У тебя вижу пополнение твоего отряда? Откуда эти дети?

Сережик уверенно сказал:

– Из Рудного, Мирного и Даниловки, это те, кто сюда успел добраться, когда начался «гон».

– А что ты знаешь про «гон»? – спросил Принц.

– Да, ничего. Мутанты куда-то все идут, вот и все, так в штабе говорят, что они определенными маршрутами идут.

– А еще что ты знаешь? – продолжал спрашивать Принц.

– Знаю, что без тяжелой техники и вооружения мы умрем.

– Кто тебе сказал? – спросил Принц.

– Я у штаба услышал. Глава говорил, а еще я много не понял, а еще, что всех эвакуировать техники не хватит. Слышал, что уже списки тех, кто уйдет, составляют. Вы тоже нас бросите?

Принц и Маус, не хотели давать ложных обещаний и вот уже Маус вспомнил красивую мысль о надежде, как подошли два человека и разорвали безмолвную паузу словами:

– Дети, никогда, ни в каких случаях не надо отчаиваться. Надеяться и действовать вместе – наша обязанность в несчастии. Мы не поддадимся бездеятельному отчаянию, мы будем действовать. Идите по домам и скажите- пусть собирают вещи, но только то, что влезет в один чемодан.

Один был худой и высокий, почти в два раза выше Артема, он первый протянул руку и произнес:

– Глава Мирного – Аркадий.

– Артем, Михаил из местных.

Второй мужчина в капюшоне и в черных очках, не снимая капюшона, развернулся и бросил фразу:

– Химиком можете меня называть. Артем, идемте в штаб, Миша я думаю, у вас найдутся здесь незаконченные вопросы.

– Мы привезли немного оружия и провианта. – сказал Михаил.

– Да, да спасибо, я отдам указание.

Дети еще какое-то время сопровождали нас, а потом увидели новую цель для вопросов и тут же испарились.

Слово штаб в понимании Артема все-таки ассоциируется не просто с наскоро переоборудованным помещением бывшего кабинета Директора ЖБИ завода, а единый центр чуть ли не напоминал центр авиаперелетов, ну по крайней мере диспетчерскую автовокзала. Тут ничего из этой атрибутики не было, лишь пара старых компьютеров, чертежи нескольких объектов, пара бумажных карт с условными обозначениями.

– Чаю или чего погорячее вам налить? – предложил Аркадий.

– Просто холодный воды. – сказал Артем.

– Думаю играть в игры не зачем, есть косвенные доказательства, что времени мало, вы, наверное, уже сами догадались. Ваше руководство, Артем, все сильнее настаивает на эвакуации, значит дело дрянь, да и разрывы бомбежек слышны все ближе и ближе. Боюсь, что вы, как и мы сейчас попали в западню.

– Не грузи его, пусть скажет, за чем пришел и уходит, он тут не причем, – не смотря на Артема, прорычал Химик.

– Как я понял доктора, наблюдающего моего ребенка, инопланетный вирус взломал ДНК, но паразит не закончил процесс перестройки генома, так как он покинул организм немного раньше. Цепочки ДНК ребенка разрушаются и организм, настроенный под неправильные цепочки, убивает сам себя.

– Ты правда решил, что я смогу это исправить? – уже спокойней сказал Химик.

– Мы встретили ваших ребят, идея с составом для маскировки от мутировавших тварей была очень нужной, мы спасли много жизней, на базе ваш состав доработали и сделали спрей, сейчас он помогает маскировать некоторые важные объекты. – сказал Артем.

– Хммм, мда, это ярчайший пример безграмотности ваших кураторов, если бы они хоть чуть – чуть заглянули в будущее и понимали в поведении животных (этологии), то знали, что животные оставляют на предметах метки с целью коммуникации. Метка может быть запаховой, так метят свою территорию собаки – мочой, медведи – экскрементами, пчелы и муравьи также оставляют разнообразные метки и так далее, или же визуальной – так олени обдирают рогами кору с деревьев на видных местах.

– Скажите, наша маскировка не работает? Пока провалов не было. С чего вдруг такие мысли? – спросил Артем.

– Вот представьте, что будет если обмазаться дерьмом Тираннозавра, да конечно, менее опасные хищники, избегали его стоянок и мест пребывания, но сам Тираннозавр, легко отличит подделку и как результат будет смерть.

– Мы своими руками отметили себя, притом думали, что идея наша. Артем, вы тоже имеете специфическую метку. Пока не понимаю, почему она отличается от других. Я не встречал таких, как вы… Я готов поделиться с Вами информацией, но прежде от вас нужно получить содействие в одном вопросе.

– Все зависит от ценности вашей информации. – сказал Артем.

Химик снял очки и скинул капюшон. На Артема словно смотрел двуликий из бэтмана, ну или тот, кого рисуют в комиксах, но еще более уродливый. Присмотревшись повнимательней, он понял, что сходство заканчивалось на том, что это были половинки одного человека. Тут же второй половиной головы и частью лица была часть другого существа, которая жила своей жизнью. Глаз как бешенный вращался, иногда останавливался и пристально впивался взглядом, а потом начинал какое-то замысловатое движение, на инопланетной части головы были небольшие конечности длиной с палец в виде небольших клешней рака, которые тоже иногда приходили в движение. У Артема побежали мурашки по спине, ему вдруг стало жутко, и понимание того, что на него сейчас смотрят два существа заставило его соскочит со стула, его замутило. А потом в затылочной части появилась пронизывающая боль, словно кто-то пытался отключить его волю или загнать ее в темный угол. Артем выхватил пистолет и, держась одной рукой за голову, а другой стараясь целиться в Химика, проорал:

– Прекрати это или сейчас мозги будешь собирать по стенке!

Все прекратилось, головная боль ушла. Аркадий упал и вокруг образовалась лужа чая опрокинутым чайником, безмолвным мешком, живым, но без сознания, он продолжал держать голову двумя руками, словно боль его отпустила позже, чем он потерял сознание. Химик надел капюшон и нацепил очки.

– Сука, ааа, голова болит, ну ты и урод, знаешь, падла, как кувалдой по голове, – простонал Артем и разрешил кибердоктору вколоть обезболивающее, тут же полегчало. Распрямившись, Артем продолжил:

– Что ты такое? – спросил Артем, убирая пистолет.

– Я успел немного покопаться у тебя в голове, тебе кажется задавали похожий вопрос недавно, иронично. Всего лишь чуть – чуть новых технологий и тебя уже боятся и считают не человеком. Технологии, обогнавшие будущее, кажутся магией, не так ли? – развалившись в кресле, сказал Химик.

– Ты конечно извини, до меня еще туго доходят твои метафоры, а ты тут о новых технологиях говоришь. Ты сам понял, что у тебя из головы какая-то тварь растет. Может это совсем не ты, а эта тварь со мной говорит? – и Артем сплюнул, вспоминая увиденное.

– Ох, что я про тебя только не нарыл, но ты молодец, сопротивляешься, даже остаешься в сознании, хочешь Аркадий после моих манипуляции тебе в любви признается и скажет, что он Кеннеди убил? – сказал Химик.

– Знаешь, что Химик, если я вдруг усомнюсь, что мысли не мои, я, не успев разобраться в сути вопроса, могу отреагировать дыркой в твоей уродливой голове, ты меня понял? – прорычал Артём.

– Ладно, это не цель моих выкрутасов, будет забавно поговорить втроем, – сказал Химик уже договаривая фразу в голове у Артема.

Артем опять поднял пистолет и навел его на Химика, тот даже не дернулся. И уже незнакомый, но приятный женский голос произнес:

– Я Вас напугала?

Артем крутанул головой вокруг, не понимая, кто говорит, и еще раз проверил нервно, есть ли патрон в патроннике, шумно выдохнул и, уже сев напротив Химика, упер руку в подлокотник, продолжил?

– Я больше привык к молчаливому разговору «с самим собой», в поиске и анализе какой-либо информации или идеи. Говори лучше голосом за двоих, Химик. Да, вы меня напугали. А еще хуже представлять ее симпатичной девушкой, вы же мне такой образ подкинули. Увы, Афродита или лучше Венера, кажется, в модельное агентство Вас не возьмут!

– Ты сам не лучше, пока просто этого не знаешь. – с улыбкой произнес Химик. – Ее зовут Нэя и кажется ты ее обидел.

– А ты забавный, скажем это была часть испытания, расскажешь потом, как ты получил свое прозвище, а то эту информацию я не смогла увидеть, – сказала Нэя устами Химика, немного изменив его голос.

– Ну хоть понятно, что вряд ли это ты, Химик, меня забавным назвал. – сказал Артем, нахмурившись.

– Относись к ней правильно, Артем. Она в какой-то мере еще ребенок. Если бы не ее способность создавать зов, атаку мутантов мы бы не отбили. Один жнец пробил ограду и ворвался в импровизированный роддом, когда я прибежал, пару малышей, не успевшие еще увидеть этот мир, были уже мертвы, а их матери от горя срывали глотки. От увиденного я сам долго не мог прийти в себя, вокруг тел пепел и запах смерти. Поверь, я знаю, как выглядит истинное отчаянье.

– Так она за нас? – спросил Артем.

– А ты как думаешь, что происходит с человеком, когда в нем идет борьба двух душ? Поверь, исход борьбы не зависит от свободного выбора человека, а от природы этих двух душ в нем и от соотношения их сил. Но учти, эти две души разные субстанции. Пока мы держим нейтралитет, но равновесие может измениться.

– Ага, теперь все яснее стало прям, я так все это и представлял. Это как на пороховой бомбе. – Артем сделал небольшую паузу, сдерживая эмоции и продолжил. – Ладно, извини, Нэя, за гадости – это нервное, ты сильно по мозгам ударила.

А в голове Артема звучали сотни мыслей похожих на гул, как в пустом сосуде, в котором эхом разносятся голоса на чужом языке.

– Ну, пришел в себя, Принцесса, хватит мечтать. – сказал Химик и продолжил. – Я знаю, куда мы теперь двигаемся вместе, да, извини, что ты стал частью плана по спасению моих людей, но и ты требуешь много.

– Я не ослышался, вместе куда-то едим? Ты сможешь излечить Машу?

– Так девочку зовут Маша? Не совсем так, но выбора у тебя нет! Собирайся, выезжаем в четыре утра, не переживай я сам тебя найду.

– Ты уверен, что мы едем вместе? – спросил Артем.

– Конечно, план расскажу по дороге, ты разве не понял, что мы тут в мышеловке, да, если я не сдержу свое обещание помочь Маше, можешь нас пристрелить.

Химик, радостно соскочил и отнюдь не нежно разбудил Аркадия, воткнув ему шприц в шею, после чего тот открыл глаза.

– Аркадий, готовь эвакуацию по плану, да еще свяжись с этими по рации, чтобы наш хвост прикрыли артобстрелом, думаю, мы на себя много монстров вытянем, ребятам скажи «отбой», мы с Артемом, думаю, сами справимся.

– Химик, раз у тебя парочка бойцов освободилась, там есть банда одна, нужно зачистить ее и еще на борт пассажиров взять, там есть один наш боец и пару стариков разбойников ждут сигнала к атаке.

– Лады, ты еще не знаешь, что ты у меня будешь вишенкой на торте. На вкусном таком торте, а с бандитами мы и сами хотели разобраться. – опять улыбаясь говорил Химик.

– Странный у меня день сегодня, все хотят меня использовать, но я не помню, чтобы я когда-нибудь хотел умереть «вишенкой». Наоборот, я обещал вернуться, если по какой-либо причине, Химик, ты заведешь нас в ловушку. Я буду тебя убивать очень долго, лучше не сомневайся! Я готов поучаствовать в твоей авантюре! – сказал Артем.

– Можете сходить в Бар отужинать и в четыре утра будь готов, выдвигаемся пока только мы с тобой. Места отдельного нет разместиться, могу в общие казармы предложить, а у нас с Аркадием куча вопросов, которые нужно решить до отъезда.

– Нет уж, буду в машине, там задние раскладываются сиденья, так что почти трехзвездочный отель на колесах.

Прежде чем искать бар, Артем пошел к машине, связался с «Железным домиком», обновил информацию о своем местоположении, так же узнал статус общей операции. Как выяснилось, активизация мутантов шла не только в данном регионе, но и еще в парочке районов, при том что не во всех проводились какие-то военные действия. Одну из точек эвакуации потеряли глупым образом, можно сказать собрали выживших с близлежащих районов для перераспределения, но не успели с тяжелой поддержкой, в общем накрыли стол для мутантов. Когда подошла поддержка, спасать уже было некого, почти в чистом поле оборонявшиеся продержались не долго, при этом враг взял колонну в клешни. «Железный домик» недвусмысленно намекнул, что время в разведке уже кончается и уже необходимо возвращаться.

Бар представлял переоборудованную столовую при ЖБИ заводе, наверное, еще с советских времен рассчитанную на прием одновременно, как минимум пятисот работников. Деревянные столы, сбитые из поддонов, повсюду пепельницы из консервных банок, и как минимум пятьдесят человек, стоявшие в очереди за рационом. Я встал в очередь, не имея сил проталкиваться и ускорять процесс. Вовремя нашелся Маус, который любезно усадил меня за столик и сам запорхал над столом, за пять минут организовав более или менее приличный ужин. Разлив по граненым стаканам сто пятьдесят грамм водки, Артем тут же, не чокаясь, одним залпом опрокинул содержимое стакана в себя, внутри тут же приятно потеплело, и стал, просто не ощущая вкуса, закидывать внутрь гречку с мясными консервами, обжаренными с луком и какими-то травами. Маус предложил и свою порцию алкоголя, Артем отказался, после чего обратил внимание на то, что тот не ест, а лишь загадочно смотрит на него, как будто что-то хочет спросить, но нарешается. Не выдержав такого молчания, Артем, подтягивая уже вторую тарелку со стряпней к себе сказал:

– Есть что передать Андрею?

– Да, я Галина Петровну видел, она немного воспрянула духом, мы с ней поговорили, она до сих пор не верит, что их бати нет. Но рада, что Андрей жив и что он у нас. Теперь она надеется его увидеть в скором времени, ее тут кроме работы ничего не держит, хотела сорваться сначала, но у нее много тут пациентов и раненых сейчас. Она медсестра с богатым опытом.

– Что говорят тут, есть полезная информация?

– Да, все напуганы, говорят, что мутантов по всем направлениям много, рядом еще какая-то кучка из них тусуется, никого далеко за пределы не выпускают. Мы-то вообще проскочили и практически их не видели.

– Слушай, Маус, Химик меня в какую-то авантюру втягивает, пока подробностей нет, что ты знаешь о нем?

– Артем, честно, я мало что про него знаю, как-то он появился в поселке и остался, при том сначала его воспринимали очень негативно, но он вроде как умеет людей располагать к себе, с ним я

пересекался, но как-то не приглядывался. В науке мужик хорошо шарит, средства всякие на еду и патроны менял, его часто в рейды брали, говорили, он находит спокойные тропки, да к нему всякую новую нечисть тащили, он в ней шарит, детей с мутациями ему показывали. Администрация поселка враз его одним из главным сделала, что странно, всегда и везде продвигает. Вообще, слышал о нем разное, но это женщины болтают.

Артем закончил вторую чашку и достал энергетический батончик, чувствуя, что насыщение так и не приходит, решил на всякий случай Мауса предупредить:

– Знаешь, его лучше опасаться, он мутант-телепат, может легко навязать тебе любые цели и желания, по какой-то причине я мог ему сопротивляться, но все равно мне это очень тяжело далось. Завтра выдвигаемся, от наших поддержки не будет, наши отступают, боюсь, если план Химика будет пустышкой, нам очень сложно будет выбраться от сюда. Связь будем держать каждые два часа, не будем садить батареи сильно, я постараюсь что-нибудь придумать. Я пошел в машину спать, если что там место еще есть.

– Ээээ, тут такое дело сказал Маус, ты знаешь у меня уже давно нет дома нигде, ни тут, ни там, а говорят если тебя нигде не ждут, то и у судьбы на тебя нет планов. В общем, мне Арина очень понравилась, я всегда мечтал такую встретить.

Не дав продолжить Маусу, Артем грозно посмотрел на него, сказал:

– Ты охренел что ли? Из-за твоих блядских дел я на улице и на общей койке спать не буду. Нашел момент для утех!

Маус пошел розовыми пятнами и чуть ли не умоляющим голосом начал просить говорить потише, озираясь по сторонам, он продолжил:

– Ты неправильно все понял, я спать буду с тобой, а Галина Петровна разрешила у себя в общаге разместиться, так я Арине предложу там переночевать.

– Ну понятно с тобой все, Маус. Поверь опытному ловеласу, она циничная тварь, чернее смолы ее сердце, душа ледяная, а голос, как сталь, глаза ее тебя заманили – невинный младенец!

Маус же пошел еще большими пятнами, то бледнея, то краснея, найдя в себе силы, разочарованно продолжил:

– Я думал, что ты меня, как мужик мужика поймешь, а ты смеёшься надо мной, а до войны у меня была только одна девушка и она работала на местном рынке, мясо свежее продавала, мы ей с отцом часто поставляли наш скот. Так я и познакомился. Хотел даже жениться, но она была простой и однобокой. Не о чем мне с ней было поговорить, а я много читал и мне хотелось, как мне казалось, делиться полезной информацией. Слава богу не женился. Мне хочется, как у классиков, эмоциональный, интеллектуальный и сексуальный союз, союз двух душ, которые признают друг друга личностями, готовые разделять свои самые сокровенные и высшие ценности, надежды и желания. Вот как-то так.

– Миша, ладно, понимаю я тебя, я часто таких встречал, как Арина, огонь бабы, но максимум на что их хватает, так это на пару горячих встреч, а тебе, как я понял, нужны отношения, при том, что больше хочешь сделать для этих отношений ты. Забудь об этом всем, мой совет. Война сейчас, война.

Маус смущаясь спросил:

– Можно один личный вопрос?

– Ну задавай! Совет про первую ночь хочешь?

– Нет, о другом, только не пойми неправильно, в отряде болтали, что твое желание помочь связано как-то с промывкой тебе мозгов на задании «ретранслятором».

– Вот оно как, говорят, ну да ладно, собаки лают, а караван идет. Мы с Серегой летчики резерва, не лучшие выпускники, не самые дисциплинированные, по протекции моего отчима, лётчик второго сорта, тоже летчик. Нас бы с удовольствием взяли в гражданскую авиацию, мы как раз перед тем, как все началось, туда и хотели. А тут самая заварушка началась, многие из летчиков с семьями сбежали, как пошли первые мутации, тогда все мы видели распавшиеся семьи, депрессии, самоубийства. Был даже случай, один из наших на таран пытался взять корабль, хотя знал, что защиту не пробить. Кто-то в семье переродился у него. Были погибшие по вине оборудования, там возле кораблей техника иногда гнать начинала, а авиапарк был потрепанный, что тоже мешало нормально летать. Не знаю, как в других похожих частях, наши, как попали в очаги заражения, сразу летать отказались, тем более их эвакуировать было очень сложно. А мне некуда бежать, дома на меня насрать, Серега тут, он-то как раз во всем этом и увидел наш шанс ближе к авиации держаться. Ну так нас везде и на задания и таскать стали, а там мы бомбили коровники, очаги заражения, ну к слову все, на что нам указывали.

Артем сделал паузу, сглотнул, поиграв желваками, продолжил:

– Мы летали в небесах, нам было далеко до дел земных, начальство нас стимулировало различными лозунгами и патриотическими настроениями. Не второго уровня пилоты, а прям элита, пока мы не узнали случайно от одного доброжелателя, что по случайности нами разбомблены были пару сараев с гражданскими, более десяти семей были убиты. Руководство же спокойно отреагировало на обвинение, мол идет война и бывают несчастные случаи, нашей вины в этом нет. Было острое желание разбежаться и головой об стенку, да так, что все мозги по ней размазать. Все навалилось разом и, когда человеку собственно незачем жить для себя, он ищет способ свести счеты с жизнью. Вот и подписались на то задание, где спасли Машу. У меня дочка могла быть ее возраста, я ее мать предал, когда не пришел ни на годик ребенку, а лишь исправно платил, ведь для меня гулянки важнее были. А когда осознал все, кинулся искать уже было поздно, мать ее меня не приняла, а потом все это дерьмо случилось. Я по спискам проверял, нет их в живых. Для себя я не сразу решил, зачем это все мне, а потом понял, можно жить и ради других. Это и стало моим спасением, так я глушу муки совести и искупаю свою вину!

И не желая продолжать этот слюнявый разговор, Артем встал, бросив фразу:

– Ночь твоя, делай, что хочешь, но утром чтобы был как штык.

Жалкое подобие полноценной кровати в машине для измотанного Артема стали мягче пухового одеяла, погрузив его в глубокий сон. Где-то далеко слышалась бомбежка, раздавалась приглушенная стрельба, на стоянке автомобилей стояла тишина, лишь далеко в углу кто-то копошился и в окно смотрела Арина. Пришлось встать, открыть дверь и спросить:

– Что-то случилось?

На часах было около двух ночи, будильник был поставлен на четыре утра, конечно это раздражало, что такой хороший сон был прерван.

– Артем, вы меня с вопросом опередили, на самом деле я хотела спросить, можно тут переночевать?

Еще находясь под влиянием сна, удивленный Артем еще раз посмотрел на время и сказал:

– Там вроде у Мауса, то есть у Михаила был получше вариант, а я тут транспорт охраняю, можно сказать на боевом дежурстве. Так Вы к Михаилу подойдите, я его сейчас вызову по рации.

– Нет, нет я его уже видела, ему спасибо за душ и возможность постирать вещи, просто с вами мне спокойней. Да и он подсказал, где вас найти.

– Ладно, вы девочка уже взрослая, даже опасная я бы сказал, занимайте задние сидения, мне в рейд через два часа, теперь я точно не засну, ожидая от вас какую-нибудь пакость.

Забираясь назад, Арина смущенно произнесла:

– А вы правда меня боитесь, я просто уже убедилась, что вы реально из военных. Да и пообщавшись с местными, они серьезно готовятся к завтрашней операции, по слухам из-за вас они все планы меняют.

Развернувшись спиной к Арине, Артем произнес:

– Спокойной ночи!

– И вам правда не интересно узнать, зачем я поехала с вами?

– На этом и закончим, не хочу перегружать память.

– Мне нравиться тут полумрак, лицо лежащего рядом становится размытым и таким, как мы хотим, улыбчивым и интересным, приветливым.

– Я к вам спиной лег, вряд ли вы видите мое лицо.

– Вы так и будете упражняться в остроумии, вы удивили меня, не скрою, а тот разговор по дороге сюда…

– Я лишь хотел скрасить дорогу и узнать, что за спутник со мной, также я придерживаюсь мнения, что пока человек говорит, он не может планировать атаку, что-то его все равно выдаст. – сказал Артем, думая, что поспать ему не удастся и вспоминая свою переписку с «Темным ангелом». Лучше бы она была рядом, хотя он ее пока не видел.

В этот момент в него неожиданно что-то прилетело, резко развернулся и в мерцании звёзд увидел обнаженный силуэт Арины, которая пылала жаром в его сторону, по крайней мере, он так это почувствовал. Для полной эротичности она провела рукой по своему обнаженному телу и немного приблизилась к Артему. А там было на что посмотреть, любой другой потерял бы самообладание и, наверное, все бы отдал за ночь с столь очаровательной девушкой. Артем почувствовал прилив адреналина и сердце гулко стало звучать в ушах, он посмотрел на свои руки, сжимающие женский бюстгальтер. Силой воли он бросил его к Арине.

– Вы не хотите меня слушать теперь? – взволновано и томно произнесла Арина, ожидая, что вот железная воля падет перед ней и Артем запоет соловьём, так она была уверена, как и, наверное, во многих мужчинах до него.

Безумная мысль пронеслась в его голове, а пошло оно все, давно у него не было ни сиюминутных утех, ни распутных женщин, ни других радостей, лишь эта гребанная цель. Да, цель- это что-то светлое и чистое, как звезды на ясном небе, только дети в этом мире могут оставаться такими чистыми, поэтому нет ничего важнее целей, как молнией поразила его мысль и вся страсть и неудовлетворение его отпустило. Как бы утешая себя, он мысленно представил весь спектр удовольствий, все мысли и желания, а также все то, что он бы совершил над Ариной, так как чувствовал, что она в этот краткий миг принадлежит ему полностью и, удовлетворенно набирая силы и твердости в голосе, произнес:

– Мне вас слушать, а с какой радости скажите? Вы пытались нас обокрасть, потом отравить с той же целью, вывели из строя Мауса, чуть по глупости я вас не убил, потратил важный стимулятор. В общем, я Вас не слушаю и не вижу, так что прекратите это соблазнение, вы мне ни капельки не интересны. Если хотите, вы можете говорить, но я буду спать.

Шах и мат, униженная и обиженная женщина хуже атомной бомбы, как он и ожидал, раздался громкий хлопок дверью и уже удаляющаяся Арина оглашала окрестности витиеватыми ругательствами, судорожно одеваясь на ходу. Артему было жаль, что ругательства было не разобрать, «конечно было бы весело послушать»– проскочила мысль у Артема, прежде чем он дал себе задачу хотя бы прикрыть глаза, ожидая сигнал будильника.

Глава IX

После возвращения из рейда и анализа подробного рапорта Сергея, им нешуточно заинтересовался научный отдел Марины Львовны, которая тут же забрала Сергея для подробного исследования. За Сергеем прикрепили человека, который более детально изучил его биографию и составлял подробную карту болезней, начиная еще с детства, записывая и сохраняя все исторически важные события в его жизни. Когда подробный рапорт лег на стол Львовне, она пригласила Сергея к себе.

В этот раз она выглядела куда приветливей, и Сергей чувствовал, что его хотят заманить в какую-то авантюра, поэтому так хорошо стелют перед ним. Он хорошо помнил последний разговор и тот крик, который Львовна подняла на его обвинения.

– Знаете Сергей, возможно мы с вами начали не так, а сейчас для взаимовыгодного сотрудничества у нас открываются большие перспективы.

– Вы правда считаете, что я стану вашей белой подопытной крысой, бляха муха, а? – решил Сергей в лоб спросить волнующий больше всего его вопрос. – И препарировать, как жабу, тоже не дамся, да еще мне сказали, что все нанороботы ваши выйдут через фекалии.

Наверно Львовна вытащила самую обаятельную из своих улыбок и продолжила:

– Ну, что вы так сразу, все будет гуд. Я договорилась напрямую с Сумраком, у вас будет свой отряд, заточенный только под одну цель, хотелось сразу бы уточнить, что это не для распространения. – Марина Львовна сделала паузу и вытащила альбом с фотографиями мутантов и бросила Сергею. Сергей аккуратно взял альбом и, листая фотографии, наткнулся на фото мутанта и рядом человека, под фото было много медицинского описания, но глаза Сергея округлились, когда он прочитал позывной и, не сдержавшись, произнес:

– Так это Хома, он там же пал и его бомбой взорвало, он нам помог выбраться, ничего не понимаю, зачем он тут?

– Видите ли, Сергей, война идет по нескольким направлениям, и будьте уверены, что даже, если инопланетяне нас покинут, а все зараженные и мутировавшие люди исчезнут, это не решит вопрос восстановления природы в ее первозданном виде, не решит вопрос эволюции других видов, не сделает территории опять безопасными. Мы сейчас даже простую пшеницу и рис боимся выращивать на зараженных землях, а новые урожаи могут нести неизвестные мутации. Пока мы только обрабатываем и частично применяем полученные данные с мутировавших организмов для улучшения наших солдат, таких, как вы. Стараемся разработать препараты для безопасной адаптации человека к новой окружающей среде.

– Вы хотите сказать, что модифицированные солдаты – это частично мутировавшие люди?

– Скажем, есть схожие алгоритмы улучшения, и да, и нет, – сказала Львовна.

Сергей представил, что скоро его модернизируют, как Хому, и отправят убивать монстров и он, выдохнув, спросил:

– Так Хома – это ваша работа? Он же тоже был модификантом.

– Вы как-то сюда свои страхи примешиваете, а на самом деле все можно представить намного проще. Могут существовать многие виды модернизации, например, органическая и неорганическая. Мы, как человеческий вид, успешно осваиваем неорганическую модернизацию, явным примером являются современные компьютерные технологии, которые в свою очередь продвигают машиностроение, робототехнику, кибернизацию и другие области. А вот в органической сфере по модернизации мы пока сидим на простейших процессах. Вырастить орган, конечность и так далее, мы еще можем. Но в живом организме сформировать процесс роста еще одного глаза или руки мы уже не можем. Прогресс в данной области, который нам нужен, напрямую сейчас зависит от мутантов, которых мы изучим.

– И что вы предлагаете, бегать и искать мутантов, такой, как наш друг, но они не все такие. Так, стоп, я летчик, когда соглашался на задания, мне другие задачи ставили.

Марна Львовна устало посмотрела на Сергея, поправила халат, достала свой блокнот из ящика и произнесла:

– Я не хочу на вас давить, ну и не хотела вам это рассказывать, но лучше вы будете понимать, зачем лично вам это нужно. Так вот, исследования первых заразившихся пациентов в популяции эпидемиологического исследования показали, что заразившиеся или носители паразита после извлечения или лечения продолжают видоизменяться, ну или мутировать. Небольшому проценту пациентов в данном случае везет и процесс уходит в спячку вместе с инопланетными генами, еще небольшой процент пациентов постепенно умирают, в вашем же случае с Артемом процесс, как показывают анализы, продолжается, при том у вас быстрее, чем у Артема.

– Такого не может быть!!! Я Вам не верю, выпустите меня отсюда, Вы все врете, вам просто нужно заставить меня делать грязную работу! Сергей кричал и размахивал руками, пока не вбежали два здоровых санитара и из пистолета со снотворным, как понял потом Сергей, его не уложили. Кажется, Львовна была готова к такому поведению Сергея и заранее готовилась к негативной реакции. Лежа на больничной койке, уже спокойно обдумывал Сергей свое поведение. Раньше он был обладателем взбалмошного характера, но сейчас он чувствовал приливы злости все чаще и чаще. Как в той ситуации, что произошла недавно. Ветераны, к которым он иногда заходил, рассказывали разные любопытные истории, но часто они вспоминали своих сослуживцев, которые страдали посттравматическим синдромом и многие плохо закончили. Вспомнился разговор на кухне у одного ветерана, который так и сказал: «Серега, если немотивированная агрессия в отношении случайных людей, в отношении родных и близких у тебя проявляется часто, то бей тревогу и бросай все, чем бы ты не занимался, поднимай жизненный тонус, больше спи, лучше завяжи с алкоголем, это чувство вины, а это именно вина тебя потихоньку сожрет, от могзоправов тоже толку мало, пока сам не разберешься, никто тебе не поможет.»

– Вы уже пришли в себя? – спросила Юля.

– У меня посттравматический синдром, мне нужно отдыхать. – абсолютно серьезно сказал Сергей. – А еще чувство, будто голова скоро взорвётся, чем вы меня накачали?

– Ничего необычного, обычное успокоительное, давайте проведем тесты и все станет понятней! – сказал Юля, беря пробу крови у Сергея. – Я чуть позже зайду, вы пока отдыхайте. Марина Львовна сказала, что тоже зайдет после того, как анализ будет готов, а пока я вам сделаю еще капельницу с витаминами, обещаю вам скоро полегчает.

После того, как все ушли, Сергей погрузился в самокопание и начал прислушиваться к своим чувствам, посему выходило, что ему хочется пить. Хотя стакан с водой он уже в себя опрокинул, решил выпить еще, но чувство жажды не пропало, также чувствовал легкий озноб и чувство тревоги, поймал себя на мысли, что надо было и об этих чувствах рассказать, хотя кажется они вот только появились. Может в ПДА есть данные о закономерных признаках начала процесса мутирования.

Данные, конечно, были, и Сергей жадно читал статьи, примечания и рекомендации, нашел данные мутаций самих вирусов, хотя многое из этого он не понимал, но в целом чтение его отвлекало от дурных мыслей. Особо его привлекла информация о мутации организма при запечатанном вирусе в ДНК, как оказалось, мутация записывала ретровирусом или вирусом свой генетический код в ДНК. – Потомки этого организма рождаются с вирусом, навечно запечатанным в их ДНК, – прочитал он уже вслух, чтобы смысл лучше был понятен. Перед ним уже стояла Львовна и словно в продолжении статьи сказала:

– Разумеется, Сергей, чаще всего, как это происходит со всеми мутациями, при рождении потомков с измененной ретровирусом в зародышевых клетках одного из родителей ДНК, внесенное изменение оказывается вредоносным, и оно не задерживается в генофонде. Но если вирус не приносит никакого вреда, а то и вовсе повышает шансы потомков выжить и размножиться, то он может в конечном счете навсегда прописаться в генофонде. Раскрывая две стороны медали, мы стоим на пороге великих открытий, жалко, что это все сейчас не вовремя. Прежде, чем мы продолжим, позвольте я узнаю про ваше состояние?

Сергей повертел головой, пошевелил руками и удовлетворенно произнес:

– Да лучше, после витаминной капельницы прям отпустило. Надо мне чаще к вам заглядывать. Я вас слушаю.

– В общем, чтобы начать клинические исследования над людьми, нужно несколько лет подготовительной работы, исследований на биологических моделях и лабораторных животных, одобрение этического комитета, куча разрешений от уполномоченного органа здравоохранения и т.д. Все это конечно правильно, когда у вас вагон времени и нет нависшей угрозы тотального вымирания, так, сейчас не до этого. Вы как согласны с этим суждением?

– Историю пишут победители, поэтому в ней не упоминаются проигравшие, вы хотите сделать биологическое оружие? – Сергей сел на кровать и жестким взглядом впился в Львовну.

– Мне нужно сделать из Вас это биологическое оружие, и первые шаги я уже предприняла, так как у Вас нет другого выхода, я хочу максимально комфортно сделать наше общение и обозначить цели, которые мы преследуем.

В появившейся тишине и переваривании услышанного у Сергея возникло желание ударить эту тетку по лицу, но он сдержал себя и лишь побелевшие костяшки пальцев выдали его желание, это не ускользнуло от ее взгляда, но она не подала вида и продолжила.

– В общем, прямо сейчас через капельницу вам вводятся гены инопланетного происхождения, коротко мы называем «мутаген». Конкретно текущая доза направлена на восстановление вашей трудоспособности. Напомню, не мы вас таким сделали, а враг, поэтому скажу максимально прямо и честно- нам нужно ускорить процесс мутации вашего организма введением новых доз мутагена, расширить возможности вашего дара и увеличить сбор «мутагена». Как я заметила, вам свойственны приливы хандры и агрессии, это связано с перестройкой организма, старайтесь контролировать себя, не позволяйте гормонам взять над вами вверх.

Сергей сжался, словно ежик, и произнес:

– Моей семье ничего не угрожает, я могу их заразить?

– Думаю, нет. Если, конечно, не захотите стать донором.

– Вы сказали, что будете максимально честны, так что, если я откажусь, что будет дальше? И могу я отказаться от «мутагена» полностью?

– Вы относитесь к первому типу, поэтому отказываться от «мутагена» категорически не рекомендуется! Так как при первом типе имеется абсолютная (100%) недостаточность в выработке «мутагена». И отказ от введения «мутагена» извне может привести к быстрому развитию сначала общих нарушений, которые вы почувствовали, потом просто будет кома и смерть! Вы можете не участвовать в поиске «мутантов», на текущий момент этим занимались все внешние группы, за это мы щедро отдавали новые технологии, оружие и лечили тех, кого они оберегают, некоторым повезло получить место тут. На базе данного сырья построены многие процессы, скажем, некоторые модификации, механизмы лечения и восстановления, даже разработка оружия, ну в целом подготовка к новому миру.

И пока вы тут без сознания валялись, многие события произошли, сейчас там наверху очень жарко и пока о свободной добыче «мутагена» не идет речи. Почитайте последние сводки. В общем, предугадывая ваш вопрос, мы его ни синтезировать, ни искусственно вырастить не можем. А запас его на базе ограничен, это будет вопрос времени, когда он кончится.

– Так вы что тут всех на него посадили?

– Молодой человек, я трачу на вас столько бесценного времени… Хорошо, я еще займусь немного ликбезом. «Мутаген» так же стимулирует регенерацию в бешенных темпах в организме, как протеин бодибилдера, его можно применять во многих сферах не только в военных целях, им можно лечить безнадежно больных, можно применять в косметологии, можно продлевать жизнь, можно получить определенные способности. У таких, как вы, есть связь с мутантами, это можно использовать, а если мы разгадаем механизм появления таких способностей, думаю сможем это внедрять. Похожее мы уже видели у одного сотрудника, к сожалению, он погиб от дружественного огня, а механизм проявляется в непосредственной близости к кораблям и большим скоплениям мутантов. Завтра в 7.00 группа «Дизелей» отправляется на сборы «мутагена», с вами или без вас.

Марина Львовна уже собиралась уходить, но Сергей одернул ее за рукав. Встав с кровати и глядя ей в глаза, он устало произнес:

– С кого мы будем добывать «мутаген»?

Львовна развернулась и устала произнесла:

– Правильный вопрос для кого, когда будете отсюда выходить, пройдитесь по палатам и поймете, за чьи жизни вы будете бороться.

Сергей стоял и обдумывал все сказанное, а потом взял капельницу в руки и пошел по коридору, пока не вышел в большой холл, где было много раненых штатских, военных, женщин и детей, были даже старики. Народ все прибывал и прибывал, и скоро его вежливо попросили уйти, так он брел по второму коридору, пока его не окликнули и, развернувшись, он просиял в улыбке.

В инвалидной коляске к нему медленно греб Грешник и улыбался, оттянув его в какой закуток, он радостно сжал его руку и произнес:

– Живой, это хорошо, все остальное потом, держись дружище, все наши живы!

Сергею стало не по себе, потому что человек на инвалидной коляске его ободрял, он быстро проанализировал последние события и, не найдя причин для хандры, произнес:

– Я тебя рад видеть, Грешник, насколько мне известно, я тут по другому вопросу попал, тип первой мутации, плотно сижу на мутагене теперь, вот как бы так!

Грешник похлопал его по плечу и произнес:

– Бывает, главное ты живой и можешь этим тварям поддать еще сильней, теперь главное эмоционально не выгореть и связь с миром не терять, а у тебя жена и дочка, как я помню. А «мутаген» сейчас ценнее золота, его мне ставят тоже, но его, увы, дефицит, а там за пределами бункера, за него многие голову любому оторвут. Так что не хандрить боец, живут же люди на инсулине! А знаешь, что такое «смерть внутри жизни»?

Сергей, неловко произнес:

– Нет, наверное, не знаю.

– Так вот, тут рядом, в моей палате, командир один из отряда помощи пострадавшим лежит, ни царапины и ни единой болячки, группа попала к сектантам, его ребят при нем пару недель резали на мелкие части и живым мутантам скармливали, а потом тем, кто сломался, паразита цепляли и делали из них живую ферму. Про ферму сам не знаю, как это работает, от научника услышал. Наши случайно их нашли, вот рассказали, что видели. Мужик видно сам в себе остался, молчит в основном, ночью имена ребят, как молитву, читает, а иногда орет, так вот он жив, но внутри уже мертв, просто тело об этом еще не знает. Так ребят тех, кто выжил, в научный отдел отправили, поверь, я там в это время был на процедурах, в жизни страшней вещей не видел. Научных там полоскало при мне не меньше, а они еще живые все. Так что я тут пока в кресле ищу знакомых, новости собираю, ну реабилитацию местным провожу.

Сергей облегченно выдохнул:

– Знаешь, а действительно тебя увидел и легче стало. Умеешь ты, Грешник, людей поднимать. Как ты там говорил, работа есть работа, тоже пойду собираться, скоро на задание. Реально полегчало, наших увидишь, продолжай в том же духе. Я так понял, если будет мутаген, ты быстрее встанешь на ноги!

– Правильно ты все понял, и тебе Сергей, твердой внутренней опоры! Все, покатился!

Ровно в назначенное время Соком был уже в ангаре, прошел оружейную, получил снаряжение, рассматривал его, поджидая сигнала или позывного старшего. Позывные, услужливо подсвеченные отрядов «Дизелей», откровенно были немного бандитскими и даже некоторые повторялись с припиской года, чаще всего встречались Артисты, Бананы, Баклажаны, Бродяги. Для себя же, Соком отметил, что публика была разношёрстная и были бандитские лица, но и военных тоже хватало, как эта вся братия вместе уживалась, он не представлял, вооружение же было простое, АК-74н с обвесами, да «ксюхи», правда были и исключения, новенькие экзоскелеты на нескольких бойцах с оружием, которое Соком не мог идентифицировать. Женщин практически не было. Долго разглядывать ему не дали, подошли двое мужчин крепкого телосложения с короткими ежиками на головах и в унисон, словно тренировались, произнесли:

– День сюрпризов начался, о-па-на, кто тут пожаловал, Соком значит! Нас Сиплым и Хмурым кличут. С такими, как ты, за руку не здороваемся! – озадачили сходу они Сокома.

– Объяснить не хотите?

– Ты тут что раскомандовался? Не будем и все, примета плохая, а мы жутко какие суеверные! – сказал Сиплый.

– Слушайте, мужики, давайте уже по нормальному, мне это нужно, как и вам, будем работать сообща, все выживут, и поставленные задачи будут выполнены. – Соком произнёс, ожидая изменения уже поднадоевшей манеры общения.

– Слышь ты, баклан, не гони волну, фраерок, на честных бродягах по жизни, которые не по одной ходке сделали, там сейчас такой замес идет! Так что слушай меня сюда, Соком, не знаю, кто ты там по жизни, но нам нужны все твари, у которых есть «Мутаген», будешь ли ты раскладывать карты, палочки, камешки, ракушки, руны, астрологические прогнозы читать, мне глубоко на это насрать, ты там нужен с одной единственной целью – узнать, где эти твари сидят и у кого из них есть мутаген и главное не пори быка. – сказал Хмурый.

– Да он шутит насчет карт, не дури голову ему, Сиплый, прошлый «сенсор» … себя экстрасенсом возомнил, вот и таскал карты, всякую хрень с собой, но, увы, по глупости его кто-то из своих положил, вообще история странная получилась.

– Так, как он умер? – спросил Соком.

– Да, он мутаген с наркотиками мешал, на одной из вылазок дроны нашли большое скопление мутантов, мы к ним приблизились, потом он говорит, есть там мутагенные, провели зачистку по правилам, засады, аккуратные обстрелы, поддержка дронов и т.д. Так вот, он решил прям там ритуал сатанинский замутить, пока мутаген собирали, круг нарисовал, кровью мутантов обмазался и давай там по кругу бегать и орать что-то непонятное, так мы в охране стояли, страшно нам стало, ни хрена же не понятно, отошли от него подальше, периметр держим, смотрим, а нашего сенсора тварь недобитая пытается съесть, кто-то из бойцов аккуратно тварь из подствольного положил, в общем никто не понял, а «сенсора» пополам разорвало. Так что, ты не дури, а то мы тебя лучше тут кончим, чем там из-за тебя подставляться.

Разочарованный будущими спутниками, после минутной паузы Соком все-таки решил еще задать пару вопросов:

– Главный по задачам кто? Как идет распределение по отрядам, какие частоты, есть ли жесты определённые, как мутаген добывать?

– Мы тут гугл что ли тебе все пояснять? Главный придет и расскажет, а так можем сказать балериной тебя там никто не заставит быть.

Нахмурившийся Соком все же решил уточнить:

– Балериной?

– Ну отмычкой не будешь короче, в общем в самую жопу ты не полезешь. Главное не тырь там по карманам ничего и наводки точные говори, вот вся твоя работа. – сказал Хмурый.

– Ну смотри, Хмурый. Я только опасность чувствовал, вот и все. – сказал Соком.

– Не ссы, мы тебя раскачаем, ментальный синтез совершим, главное ты тонкую свою настройку сам соверши, наш прошлый «сенсор», мать его, так говорил, что формируется все в деятельности. Топливом для раскачки является сам «мутаген» и адреналин, запомни, способность активируется вместе с деятельностью ментальным позывом или сильным желанием. Он не может точно описать, как начинается процесс, но это схоже с радио, чем ближе к цели, тем громче, если мутант или тварь тоже активно сканируют пространство или мутаген активно расходуется. – Хмурый задумчиво почесал голову и добавил с умным видом. – Короче, сейчас лучше меня записывайте, а то потом не повторю, в общем способности не только проявляются в деятельности, они в ней и создаются, вот как!

Соком чувствовал, что нервы уже начали натягиваться струнами от этих ребят и, сжимая покрепче ствол автомата, мысленно он уже представил, что Сиплому он вырвал кадык, а Хмурому выстрелил в глаз, так уж сильно неприятна ему была эта парочка. Краем глаза увидел уже, что народ, стоявший ранее поодаль, приблизился и уже внимательно слушает их разговор, то и дело там и тут слышны одобрительные смешки.

– Так, это ты братишка нас, что за клоунов тут держишь, мы тебе тут жизни учим, а ты тут мечтать вздумал. А за это братан с тебя косяк, но мы-то пацаны правильные, так что помоги Сиплому семье передачку сделать, скинь очки, а за это мы тебе благодарны будем, да и слово будем за тебя говорить.

Вокруг раздался одобрительный смешок, что добавило уверенности и злости Сокому, а от количества выплеснутого в кровь адреналина у него сильнее сжались зубы и в голове запульсировало и ранее опущенный ствол автомата, висевший на лямке, уперся Хмурому в живот и уже озлобившийся, сам не понимая, как слетел с катушек, Соком произнес:

– Слушайте меня сюда, суки!!! – облизав пересохшие губы, он продолжил. – Если вы сейчас не уйдете туда, откуда пришли, буду вас кормить свинцом!!! И посмотрим кто потом кому что должен!!! Я на таких, как вы, насмотрелся, думаю парочку таких положу и мне особо ничего не будет, у Вас тридцать секунд на обдумывание!!!

– Да, сука, тебе сейчас секель порву, опусти ствол, пока живой еще! – сказал громко Хмурый, и толпа взорвалась одобрительным гоготом.

– Готовь лохматый сейф под кипятильник, гнида! – сказал Сиплый.

И оба парня подняли стволы на Сокома, Соком же, не теряя времени, начал отсчет. Уже слышны были ставки, но Соком для себя решил, Сиплого потом Хмурого.

Толпа расступилась и гогот утих, седого мужчину, с наколотыми руками и с парой пистолетами в кобурах, в каком-то полувоенном камуфляже окликами из толпы называли Академиком. Его колючий взгляд быстро угомонил толпу и, подойдя ближе, бархатным голосом телеведущего он сказал:

– Осадите назад фраерки, он вам не по масти! А, ты, братишка, ствол отпусти, пока глупостей не наделал, будем все решать без кипиша, по закону!

– Слышь, Академик, к тебе претензий нет, но ты же тут не с сначала разговора, мы ему со всей душой, а он нам стволом угрожать, так что с него косяк!

– ДА, С НЕГО КОСЯК!!! – поддержала толпа окриками.

– Ну и что, кто вам разрешил с первоклашкой восьмерить? Вы ему на уши присели, так что чей косяк вообще не разобрать, честным пацаном он масть держал, быковал зря, правда, и плеткой тыкал. Короче, братва не будем порожняк гонять, за него Главный любому лоб зеленкой намажет, все ясно!

Хмурый, опустив ствол и как-то не весело смотря прямо в глаза Сокому, произнес:

– Братишка, ладно без обид, шутканули мы тут черезчур, да и масть ты держал, хотели тебя на сладость раскачать, а ты вон какой!

Сиплый тоже важно кинул и ушел за Хмурым:

– Да нечего тут кусалово среди своих устраивать, у меня претензий тоже нет, в спину нож загонять не будем!

Академик, проводив взглядами уходящих, произнес:

– Шоу окончено, всем продолжать подготовку, через полчаса выдвигаемся, военные уже жало на меня точат, что тут задержки идут.

Толпа мигом разбежалась и, уже отвлекшись от своего ПДА, Академик, увлек Сокома, в свой БТР и там закончил тираду указаний, которых Соком в принципе не мог понять из-за присутствующей терминологии.

Долгое время ехали молча, лишь изредка что-то по рации командовал Академик, слышно было, как приближались выстрелы и мата становилось куда больше. БТР шел то ровно, то рывками уходил куда, то слышалась брань водителей, иногда подкидывало так, что, ударившись пару раз головой о борт, приходилось наскоро крепить вылетевшие из пазов коробки.

Академик то шептал ругательства, то орал благим матом, отвлекаясь от рации только, чтобы быстро обновить данные в планшете текущей ситуации боя.

После небольшой паузы транспорт остановился, Академик выдохнул и сказал совсем по-простому, что даже смутило Сокома, который уже ожидал опять витиеватого разговора:

– Пока в этой операции я главный, скоро твой выход, Соком. Надеюсь Братишки тебе объяснили, что мы ищем и как это искать. Боюсь лучше них тебе вряд ли кто-то больше объяснит, они ближе всех были к «сенсору», который по глупости погиб.

Академик еще раз глянул в планшет и гневно выругался:

– Твари прут со всех щелей! Кровь и Смрад! Чтоб этих ублюдков! Вот я сейчас доберусь до них!

Взяв в руки рацию, нажал тангенту и прокричал:

– Придурки! Строй и периметр держите, мы еще трофеи не подобрали!

– На Соком, съешь это, мультики сейчас пойдут, так что говори, что увидишь, – и он протянул ему розовую таблетку и виноградину золотистого цвета, та кажется еще пульсировала ровным, едва заметным цветом.

Соком, подчинившись неведомому чувству, завороженный пульсацией виноградины, сам не понял, как поместил ее и таблетку себе в рот и проглотил. Сначала ничего не происходило, потом его обдало жаром, выступил пот со лба, руки слабо затряслись, а в желудке словно произошёл взрыв атомной бомбы, разливалось огненное тепло, ранее невиданная лавина чувств обрушилась на него, и он уставился себе под ноги. Точнее туда, где они должны были быть. Все вокруг плавно плыло, а где-то далеко он слышал голос Академика, который просил расслабиться и просто отдаться потоку видений и комментировать, что видит. Губы и язык он старательно заставлял шевелиться, но голоса своего не слышал, он уже не был в кабине БТР, он висел над полем боя, не чувствуя ни боли, ни страха. Он вообще ничего не ощущал, лишь нити, связывающие его и всех тех мертвых тварей, которые продолжали еще подавать признаки жизни, а после он почувствовал их всех одновременно и боль пронзила его грудь. Время словно текло неправильно, дергаясь то вперед, то назад, словно в старом кинофильме. Все становилось размытым и лишь при усилии взгляд фокусировался, заставляя картинку приобретать четкие линии, тонкие детали было сложно разглядеть и их дорисовывало сознание. Потом он увидел Сеть между всеми мутантами и различные крупные светлые участки, которые были более яркими в головах у мутантов, иногда между ними пробегали импульсы, иногда словно разряды молний, это было чарующим зрелищем, ни на что не похожее, оно завораживало. Сеть жила своей жизнью, он захотел дотронуться до одного сгустка энергии, но его тут же обожгло в районе затылка, и он не стал дальше пробовать, а лишь стал озвучивать, что видит, стараясь громче говорить, но голоса своего он все равно не слышал, лишь каким-то неведомым чувством понимал, что где-то там внизу лежит его тело и повторяет его движения.

За то время, что он был в небесах, он увидел, как внизу над бывшим полем боя орудовали «падальщики», так он мысленно окрестил отряды «Дизелей». В нескольких местах он увидел сгустки энергии, не связанные с общим потоком, которые по его ощущению умирали, на них он хотел показать пальцем, понимая, что это мутаген не дает им умереть окончательно. Он бросил ориентиры об их местоположении и почувствовал, как его похлопали по плечу. Он поднял взгляд дальше, где еще кипели сражения, видел, как работает артиллерия, а мутанты вовсе не беспорядочное стадо, оно управляется невидимыми кукловодами и двигается ордами к обороняющимся позициям. В них усматривался порядок.

Первыми атакуют самые слабые зараженные, их успешно отбивает легкая техника и огневые точки – завязывается драка и уже пехота связана боем. Далее он видит коровозавров, которые врываются в ряды слабых зараженных и, сминая часть из них, прорываются сквозь оборонительный огонь, чтоб посеять панику в рядах обороняющихся, но попадают под обстрел минометов. Спешно, в панике, отступают огневые точки, бросая пулеметы и запасы снарядов для РПГ и в бой больше не возвращаются, ибо царит паника и дезорганизация, а также понимание безуспешности своих действий. Из леса выдвигается еще орда зараженных. Как только они входят в зону поражения, беспилотные летательные средства начинают стрелять по правому флангу наступающих. Тварям правого фланга это не нравится, и часть из них возвращается в лес. Там их встречают ковровой бомбардировкой и уже горит лес, не давая укрытия всем тем, кто решил там дождаться лучшего момента для следующей волны атаки, и шустрая кавалерия из порождения мутировавших собак и волков пытается дать хороший крюк и зайти обороняющимся в тыл. Но уже переоборудованные КАМАЗы и другая строительная техника, снабжённая стрелковыми пулеметами, стараясь их просто задавить, гасит первую волную кавалерии. Грейдеры насаживают на импровизированные шипы из заточенной арматуры остатки тварей и тащат уже приличные комы мяса за собой, завязая в кровавых ямах.

Отряд из механизированных солдат в экзоскелетах под прикрытием маскировочных полей ушли с левого фланга, бок у строя огневых точек оказался открытым. Поэтому остатки кавалерии, не желаемые быть смятыми грейдерами, пытаются ударить по ним, идут по дуге, но тут их залпами сметают уже перезарядившиеся беспилотные летательные средства. Из леса тут же поступает подкрепление в еще большем количестве, спрятавшиеся в лесу идут на штурм, не считаясь с потерями. Это вроде глупо и бессмысленно, но враг знает, что ресурсы ограничены у людей и надо просто давить количеством. Следующую волну тоже встречают с распростертыми объятиями и мешают их в груду с грязью, кровью и землей.

Соком возвращает свой взгляд в центр, там готовится серьезный прорыв, пару жнецов вынырнули словно из ниоткуда, добрались до границы сражения и, минуя трупы павших собратьев, не обращая внимания на пули стрелков, начинают зигзагами быстро сокращать расстояние до стоявших ранее без действия танков. Соком орет, что есть мочи, что им нужно отступать или их сомнут и оборона тут ослабнет. Неведомый командир, словно услышав его команду, начинает уводить танки по узкому перешейку, враг и Соком знают, что там минные поля. Враг пускает туда новую группу кавалерии и лишь единицы сквозь огонь прорываются, но ничего не происходит. Мины не реагируют на мелких тварей, а танки уже успели разорвать дистанцию и дают неприцельные залпы по Жнецам и враг, мешая ряды коровозавров с другими тварями, бросает их на минные поля. Огоньки жнецов гаснут один за другим. Соком видит, что враг начинает какой-то более сложный манёвр и копит силы, откуда в его сознании появляется жуткая обжигающая ненависть к людям, он чувствует, что он их готов рвать голыми руками, его пронзает какая-то боль и злость, он видит тех кукловодов, что всегда были тут. Вот один верхом на мутировавшей корове на границе леса, прикрытый от всех взоров густыми кронами деревьев, отдает невидимые приказы, другой уже среди падших собратьев ползет обратно, видимо он тоже был в той мясорубке и ему навстречу несётся Жнец, чтобы унести его с поля боя, третий смотрит прямо на него и медленно поднимает одну руку в его сторону. Он чувствует, что-то желает его уничтожить, он его видит, и следующая атака собирается клином для прорыва обороны, только что бы убить его. Разум Сокома переполняется вдруг стонами и болью тысячей людей, и он огненным шаром летит вниз, куда-то в бездну, лишь краем глаза отмечая, что враг собрал следующую орду для атаки. Бездна греет своим теплом, все вокруг перестало быть значимым, мысли, словно река, несут создание Сергея по детским воспоминаниям, по школьным годам, по учебке, по первой любви, слезы матери, он видит смерть отца, первое звание, рождение дочери.

Потом было долгое ничто, непонятно сколько времени прошло и лишь узкий пучок света заставил вынырнуть из неги Сергея и ласковый голос матери, повторявший одну лишь фразу «Сережка, сынок, не буди зверя, не надо тебе это», сделал мир реальным, а фразу повторял уже он как заклинание.

И мир ворвался всеми шумами, болью и звуками. И человек, склонившийся над ним, облегченно вздохнул:

– Фух, бля, ну и напугал же ты нас, придурок, я чуть сам тут не обоссался, пока возился с тобой. Ну ты и выдал нам! Кажись, даже с «витаминок» и «гарика» так не прет.

– Академик, готов клиент! – крикнул второй парень, в полувоенной форме, помог сесть в уже оборудованном на скорую руку лежаке, все в том же БТР, сменил капельницу и принялся убирать блевотину в пола, запах стоял отвратительный, смесь пота, блевотины и мочи.

Сергею опять стало плохо и уже еле сдерживаемый новый позыв был подхвачен ведром. Парниша выругался и полез открывать люк для вентиляции. Академик все так же безучастно раздавал команды, по его уже изможденному виду и сорванному голосу было понятно, что он тоже уже на пределе. Парень услужливо дал чай, и Соком стал медленно глотать горячий сладкий чай, получая просто удовольствие. Тем временем Академик продолжал хрипеть в рацию, сыпля очередную порцию угроз:

– Кто мне этих недомерков подсунул? Если еще одна сука сбежит с поста, передай, я лично буду на лоскуты рвать. Едва наскребли солдат для боя, а возомнили себя непобедимыми, долбоебы! Ну и что, что их механическое сражение отказало, надо было тщательней проверять на базе. Ну и что, что твари нас продолжают преследовать. Это им не поможет! Да! Орду тварей не остановить, знаю, что все по грани ходят! Нас в самое пекло сунули не просто так, каждый должен свой хлеб отрабатывать! Вот сейчас военные тварям хвосты отрубят баллистическими ракетами, там на базе колёсной шасси «Тополя» вроде тоже развернулись, так что, держитесь, ракеты уже в воздухе! – и, уже положив рацию, произнес как бы про себя, – Отправим этих сук, откуда они вылезли, лишь бы эти ракетчики не подвели!

Академик надел свою самую милую улыбку и произнес:

– Давай, давай, чай гоняй, витамины надо восполнять, ты все в цвет сделал, Братишка! К тебе претензий нет. Я тоже пока погоняю чай, да и расскажу, чем мы тут занимаемся!

И абсолютно нормальным языком академик вещал:

– Вообще, на самом деле никто не понимает, чем мы тут занимаемся, но тебе часть расскажу, пока передышка есть. У каждого есть своя работа, отгремело сражение, твари преследуют отступающих военных, где-то перегруппировываются и стараются нагнать отступающих, при этом военные показывают полную свою дезорганизованность, скармливая тварям обманки. Ракетными залпами делают бреши в ордах мутантов. Наши же честные пацаны в это время продвигаются максимально скрыто к полям боя, там и разделочные цеха, и похоронные бригады, и медицинские бригады. Помимо мертвых тварей на поле боя могут быть и раненые наши, и просто те, кто в беспамятстве, а также недобитые твари, которые были ранены не сильно, таких мы стараемся в плен взять, а остальных добиваем на месте. С нашей стороны- это акт милосердия, в котором мы объединяем посвящение молодых бойцов и испытание их воли. Пока еще на испытательном сроке бойцы всякие бывают, там и трактористы бывшие и охотники, да разный народ, брать таких в реальный бой, где уже все команды слажены, опасно. У многих из них прям там от увиденного «кукуха» едет, а некоторые уже пришли на вольтах, так вот мы и проводим, так сказать, естественный отбор, если замечаем опасные странности там же прикапываем на всякий случай. Да, пробовали и разговаривать, и отпаивать, толку мало, кто там же на месте пулю в лоб пускает сам себе, кто-то пытался угнать технику и сбежать, кто-то пришел с целью нас угробить, а кто-то сам себе командир, мотивы у всех разные и зачастую они являются основой для этих людей. Так что тут всем мерило наступает!

И, уже обращаясь к Баклану, Академик продолжил:

– Кому тут альма-матер, учим молодых бойцов врагов добивать, вырабатываем жестокость, непоколебимость и правила выживания прививаем, да и боевой опыт, умение обращаться с оружием, работать в команде. Дерьмо же человеческое, что всплывает с пеной, тоже чистим! Поверь, мы умеем видеть людей насквозь! А уже готовых и проверенных бойцов у нас с радостью разбирают научники, разведчики и другие. А многие не проходят проверку и остаются здесь.

– А, те кому ваши законы не нравятся, вы тоже там же прикапываете? – спросил Соком, стараясь найти более уверенную позу.

Заданному вопросу Академик не смутился, а даже с каким-то энтузиазмом начал объяснять:

– Поверь, новый мир только для тех, кто готов выживать и бороться, те среди нас, у кого зона в голове осталась или «разговоры хотят про жили-были порожняком гонять», тут уже не выживают. Так что запомни, для таких, как ты, у нас одно правило – «Западло в жопу ебаться и голодным остаться».

И Баклан начал в такт сказанных слов головой мотать, Академик же прихлебнул чай и, уже обождав пару секунд и посерьезнев, сказал:

– Да, Братишка это еще не все. Самое главное действо и почти священное для наших отрядов – это сбор остатков вооружения и добыча мутагена. После боя у нас не так много времени, чтобы переработать такое количество мутантов, тем более, что мутанты тоже поедают своих собратьев, чтобы быстрее развиваться, также стремятся в первую очередь съесть главных тварей. Часто внешние рейдеры тоже поспевают к трофеям, но тут кто раньше успеет, тоже мародёрствуют, сдают в основном нам же, хотя многие уже поняли, как мутаген использовать.

– Академик, скажи, чем я хоть помог? Сколько я уже тут валяюсь?

– Сегодня уже идут третьи сутки, Братишка. А все в цвет, там шепнул, что нападают, там сказал, что убегает ретранслятор, там одну засаду раскрыл, да в конце ты вообще огонь как помог, на тебя вся орда тварей, как на манок, пошла, вояки даже повизгивать от радости стали, когда твари потеряли строй и, просто не считаясь с потерями, на наш маленький отряд буром пошли, вообще стреляли все, как в тире, почти сутки, да наших не так много погибло, только по глупости, так что твоя официальная доля от вояк будет еще с нашей стороны не слабо так подогрета. Все спи, Братишка, если что надо, вон Баклану говори.

Соком еще пытался задать пару вопросов Академику, но тот неуклонно не отпускал рацию, и то и дело кому-то прилетало по шапке. Откровенно чувствуя себя словно его переехал каток, Соком уснул глубоким сном. Изредка просыпаясь, чтобы глотнуть воды и что-то в рот закинуть, потом опять засыпал.

В одном из таких снов ему приснилось огромное поле с мертвыми людьми, которые стояли в доспехах, кто пеший, кто на коне под солнцем и просто гнил, ожидая приказа от невидимого командира. Он стоял вместе с ними и просто ждал, понимая, что команды не будет и весь ужас пережитых дней разом навалился на него осознанием, что тот самый командир – он сам, ни дыхания, ни горла, ни легких уже нет и нечем издать ни один звук.

Глава X

К вечеру добрались до импровизированного лагеря с парой мобильных контейнеров полевой кухни, с еще несколькими контейнерами под штаб и остальными необходимые объектами, палатками, душевыми и туалетами. Некоторые места были отсыпаны щебенкой и укатаны на скорую руку, видно, что место было выбрано заранее, даже септики умудрились вырыть основательные. Периметр с хорошим радиусом контролируют Дроны и пару часовых поставили по разным направлениям, по удалению от лагеря видны надписи: «Минные поля». Так же внушала доверие брошенная егоза и другие сюрпризы по периметру. Место было подобранно правильное, практически на пару километров все простреливается как на ладони, скрытно сложно подойти. Разделочный цех был в полукилометре от базы и видно, как подъезжали фуры, их разгружали, и они уезжали обратно. Туда была заранее брошена временная дорога и транспорт не застревал в рыхлой земле. Какие процессы там шли видно не было, от восьми сложенных вместе контейнеров шли разного цвета столбы дыма, мобильные генераторы тоже коптили воздух прилично, а их там было около десяти… Отработанный материал, по крайней мере так Сокому показалось, сбрасывал погрузчик в яму, где уже видно было скопление ворон, жадных до чего-нибудь съестного. Также по периметру частично была выжжена трава, дабы исключить заражение через новые виды растений.

Соком, не ограниченный в обязанностях и по заданию Академика, просто набирался сил и решил прогуляться к цеху и понять принцип добычи мутагена, так как ответ на этот вопрос не многие знали и делиться явно не хотели.

Его жестко остановил один из охранников, вдруг появившийся из неоткуда, и скомандовал:

– Топай обратно, без приказа туда ты не войдешь! Не зли меня!

Соком хотел проявить грубость, но потом передумал, никак не отреагировав на жесткие действия и пошел к ближайшему костру, где расположились водители с БТР.

Водила, до этого что-то яростно рассказывавший, признал Сокома, остановился и сказал:

– Соком, держи пиво, еще холодное, перекус можешь вон там взять, но рекомендую горячее поесть, в 6 утра опять выдвигаемся. Соком взял пиво и присел на бревно. А водитель продолжил:

– Зять мой рассказывал, там у ракетчиков совсем не сладко. Ракеты, запускаемые из шахтных пусковых установок РС-18, еще не успев долететь до места, идентифицируются противником, и он начинает рассредоточивать зараженных, но сбить не пытается, что странно. А если выпускать ракеты по кораблям, то они взрываются еще на подлете. Вот саму шахту и базу сразу твари начинают атаковать, одну шахту твари по горлышко завалили, так прям хотели внутрь залезть, зять рассказывал механизм заел, кажется. И некоторые базы уже в осаде по пару месяцев сидят, там питаются только военными сухпайками. Слышал, что в штабе по консервации баз с уже расстрелянным боезапасом готовят операцию, наверно после полной эвакуации мирного населения приступят, а как по-другому, ракетчики нам очень нужны.

– Да это фигня все, – сказал еще один водитель, – места куда эвакуировать нету, я тут уже неделе две, как маршруткой местной подрабатываю, платы жалко не беру. Так, везде народу полно, а еще не эвакуировали толком никого.

– Я там видел сборы техники, кажется новую базу будут строить. – сказал еще один водитель.

– Нет, я слышал, что там раскопки ведутся.

Но Соком, уже немного опьяненный пивом, не слушал, мысли его потянули к увиденному им ранее. Они путались и скакали, не зная, как связать все в единую цепочку, все казавшееся ему было не правильным, пришла простая мысль – найти Сиплого и Хмурого и расспросить про дары. Потом перевел взгляд на стоявшего перед ним водилу и услышал:

– Соком, лучше не пей больше пиво, вон как оно тебя разморило, походу ты еще не оклемался. Сводить тебя в столовку?

– Да, нет спасибо, мужики, я сам. Потом спать, наверное, пойду. Спасибо еще раз за пиво.

В столовой было много людей и народ старался протиснуться, возникали легкие стычки, но быстро мирно разрешались в ожидании получения еды. Он уже хотел было встать в общую очередь, как вдруг его подхватил за руку Баклан, и сказал:

– Вам со мной, там в штабе, если что, принесут еды. Гришка водила сказал, вам плохо стало?

– Да пойдет все, – сказал Соком, – не переживай, просто давно не пил алкоголя. – и сам, немного качаясь, ухватился за плечо Баклана.

– О, Соком, я тебя лучше сейчас хорошо покормлю, за тобой и так всю дорогу убирал.

И Баклан быстро освободил столик, посадил Сокома и убегая произнес:

– Сиди тут, сейчас я буду!

Со стороны разогнанных слышна была какая-то брань. Что, мол, они только сели, но Сокому было глубоко наплевать, он чувствовал, что сил у него все меньше и меньше, и крутит его не по-детски. Потом прибежал Баклан и начал вталкивать в него еду, Соком, полностью обессилив, перестал сопротивляться и под неободрительные возгласы окружающих, что такого бы в медицинскую часть, и пусть там с ним возятся, нечего тут аппетит всем портить, он просто глотал все, что ему давали. Потом вдруг понял, что ему нереально плохо, соскочил не слыша никого, отбежав на пару метров, начал громко и с чавкающими звуками блевать. Это продолжалось где-то с минуту, пока все содержимое не вышло полностью, сплюнув и вытерев тягучую слюну об рукав, он окинул взглядом окружающую толпу.

Баклан уже подавал стакан воды, как Сокома начало полоскать еще раз.

Послышались недобрые крики толпы, что может он заразился чем-то и надо его изолировать. Мнительные из толпы тоже присоединились к Сокому и дружно по разным местам разбежались, издавая характерные рвотные звуки.

Подбежали пара медиков и, положив его на каталку, унесли в медицинскую часть. По дороге Баклан просил Сокома только об одном, что бы тот «не сдох», а то его укапают рядом с ним, хотя в чем была его вина непонятно. Медики, проведя осмотр и опросив Баклана, развели руками, ссылаясь на непонимание его состояния, вкололи пару лекарств, но результатов не было. Соком лежал на каталке в коридоре импровизированного госпиталя, вокруг ходили легко раненые пациенты и бегали куда-то врачи, наскоро оборудованный госпиталь не радовал добротностью и запахи в нем стояли еще те. Баклан все это время, крутившийся где-то рядом и контролируя процесс, куда-то убежал. Делать было нечего и Соком, дабы узнать, что будет с ним дальше, поймал пробегавшего мимо врача и спросил:

– Доктор, что вообще со мной? Может вы мне вколите что-нибудь, я хоть посплю, а то измотался спазмы эти в желудке ловить.

– Слушай, сейчас ведут переговоры с базой, там и решат, смогут ли вас эвакуировать или здесь на месте какое лечение назначат, сейчас пока вам мутаген в капельнице поставят и ждите. Все мне некогда!

Доктор убежал, и пока Соком переваривал, что врач ему сказал, доктор умудрился пробежать мимо него еще несколько раз. Очнулся он, когда его уже транспортировали на носилках два крупных бойца куда-то по направлению в разделочный цех, и минуя пост охраны, Соком заподозрил что-то неладное. Судорожно начал прикидывать план и, когда уже его почти поднесли к входному шлюзу разделочного цеха, который напоминал стыковочный шлюз для космических станций. Импровизируя, Соком произнес, хлопая одного из парней по руке:

– Братан, мне очень надо прям сейчас блевануть, можешь помочь подняться, а то вас обоих заляпаю, а сил нет самому встать.

И хмурые бойцы, переглянувшись без слов, положили носилки на пол, один протянул руку Сокому, второй жестом, как у глухонемых, что-то показал первому и уже поднятый с пола Соком поковылял к углу здания с одним из бойцов. Зайдя за угол, Соком не церемонясь врезал бойцу под дых и добавил несколько раз по печени, завершив это действие хорошим опер кодом. Подхватив завалившееся тело, он быстро обыскал бойца, нашел пистолет и снял с него разгрузку, еле держась на ногах нацепил ее на себя, побрел ко второму бойцу. Выглянув из-за угла, он обнаружил неприятную картину, боец уже стоял не один, а в сопровождении двух парней, одетых в защитные комбинезоны, как раз в этот самый момент посмотревших в его сторону. Обдумав все и понимая, что пока он держится на характере, вот-вот его накроет, не скрываясь он вышел из-за угла, держа перед собой пистолет в подрагивающих руках, и картинно произнес:

– Руки вверх, кто шелохнется, буду стрелять! Что суки уже списали, решили тут по-тихому на эксперименты пустить? Зачем вы меня сюда притащили?

Все разом подняли руки, но никто не произнес ни звука. Прошло полминуты, Соком повторил свой вопрос и для устрашения пришлось пальнуть в пол, заставив заволноваться конвоиров, продолжавших соблюдать молчание. Раздался звук открывающегося шлюза и оттуда вышел Академик. Снимая маску, он удивленно уставился на Сокома и произнес:

– Батюшки, а мы оказывается ходим, а мне сказали, что вам совсем плохо, вот-вот копыта откинете! Где еще один боец? Может поговорим с опущенными стволами?

Соком, опершись о край шлюза, медленно обвел глазами окружающих и сказал:

– Ствол опускать мне не к лицу, боец там лежит, пока жив. Думал, я не догадаюсь?

Академик опять улыбнулся, и сказал:

– Ты бы все равно догадался, просто еще ты был не готов, а твое состояние кажется требовало экстренных мер, не так ли?

– Так ты, сука, меня заставил ту виноградину съесть, а теперь я сдохнуть хочу, но сначала таких, как ты, как можно больше хочу с собой забрать.

– Успокойся, в тебе сейчас говорит недостаток мутагена, и да, может быть ошибочно было давать именно ту виноградину. Давай я отпущу всех, и мы спокойно вдвоем прогуляемся по этому месту, и я тебе расскажу, как тут все устроено?

– А что нам разве лишняя публика помешает для откровений? – сказал саркастично Соком.

– Они тебе вряд ли что-то расскажут, у них нет для этого повода, да лишнего знать не хотят!

В этот момент один из бойцов открыл рот и показал Сокому обрубок языка.

Соком, поняв все, кивнул Академику.

– Ну что, начнем, – сказал Академик, передав Сокому защитную маску и пригласил его в шлюз.

– Прямо перед вами находится символ наших технологических успехов – разделочный цех, которых мы успели организовать немало! Зайдя во внутрь, вы видите крючья для фиксации людей с начальными стадиями мутаций и просто фиксаторы для мутантов, эта часть называется «приемный бокс» с одним приемочным доком! Пока он пустует, ждем следующую партию, но думаю к концу нашего рассказа вы все сами увидите. Здесь несколько тысяч жестоко истязали по вине одного ученого – Марины Львовны! Ее вам представили не иначе, как ярчайший пример медицинского светила с ордой поклонников и спасенных, а также кучей патентов, как генератора новых идей. Вам подсунули ложного идола, чтобы помешать вам видеть все то зло, что совершается нашими же руками в погоне за новыми идеалами! Пройдемте в следующий блок, там идет подготовка к основной операции, отсортировка ну и отбраковка, главное, чтобы жертва оставалась живой и в сознании, тогда можно получить чистый мутаген, а если жертва уже умерла или сильно ранена, то и мутагена у нее уже может не быть или она его весь израсходовала на закрытие ран. Раненные или мертвые идут в правое крыло, и части больших мутантов идут туда же, там процедура изъятия мутагена.

Сергей пытался представить, каких мутантов сюда привозят, но видя желтые следы мочи и кала на полу, и остатки тряпья в углу, уговаривал себя, что это уже глубоко мутировавшие твари, те, что уже изменились сильно и лишь только чуть-чуть похожи на людей.

– Пройдемте дальше в основной цех. – сказал Академик и, снимая маску с лица, вошел через шлюз в следующий цех.

По глазам больно ударили лампы дневного света, чувствовалось, что в помещении избыточное давление и воздух быстро меняется, тому подтверждение было отсутствие любых запахов. Над каждым операционным столом висели различные механизмы и аппараты неизвестного медицинского назначения, так же были оборудованы подвесными мониторами рабочие места, всего было шесть операционных столов. При входе в углу висел сенсорный экран, на котором происходил контроль за температурой воздуха и влажностью, также отдельным символом отображалась кратность воздухообмена. Кроме того, имелись столы для медицинских инструментов и операционные светильники. Были механизмы с зажимами для перекладывания и различных манипуляций над зафиксированным мутантом.

В противоположной стороне виднелся вход в помещение для хранения инвентаря и даже помещение отдыха персонала. Персонал, увидев нас, перестал проводить уборку на местах и просто замер, а пару охранников, стоявших без участия в углу, подняли свои автоматы в нашу сторону, но Академик жестом показал, что все в порядке и они опустили стволы, но следить за нашим шествием не перестали, так как Соком своего оружия не опускал.

– Ну так вот, позвольте мне рассказать всю правду о Марине Львовне глазами каторжанина, что стал мужчиной в первый раз в местах лишения свободы и, не найдя смысла жить на свободе, впитал в себя всю культуру и быт тюремной жизни. Я был близок к народу потому, что во главе всего стоит у меня Братство, Равенство и только потом – Свобода… и народ у нас криминален, а криминал, а точнее арестантское сообщество народен. Так что народ у меня в крови, но я восхвалял эту женщину, пока нас под угрозой смерти не заставили убивать детей в роддомах и молодых матерей, зачищать детские сады, сжигать целые школы, так как они подверглись первой волне мутаций, дабы их родители и родные не мучились, видя изменения в их родных чадах, дабы остановить порождения новых тварей. Все во благо!

Академик достал платок и обтер пот со лба, явно это ему тяжело давалось, Соком не стал задавать вопросов, дождавшись пока он сам не предложит. Академик, немного сгорбившись и как-то нелепо разведя руками в стороны, произнес:

– Вся эта ёбаная медицина, со всеми этими ёбаными учеными не стоит ни единой детской капли крови, что пролилась от наших рук, зная тогда то, что знаю я сейчас, я бы долго лил ее кровь и всех тех, что сидят там в бункере на безопасных креслах, жрут от пуза и не думаю, как жить завтра. Я бы их всех собрал вместе и отправил в этот холодный жестокий мир, пусть попробуют выжить, а я бы им советы давал, как лучше это делать! Не стоит победа таких жертв и даже то, что часть идет на спасение людей, еще большее зло! Она, подсадив всех на мутаген, будет угнетать целые поколения и кормить нас мифами о небывалых возможностях этого средства, обретая целые армии своих сторонников.

Но пути обратно нет, знаешь, что делают с заключенными, которые пришли по неправильным статьям? В общем, тех кто обижал женщин и детей на зоне, ждет долгий и мучительный срок, с целым парком извращенных издевательств.

Академик щелкнул пальцами, и медики ушли и привезли в манипуляторе пацана лет девяти, рот которого был заткнут кляпом. Даже издалека видно было, что пацан изрядно изголодал, и драная одежда свисала лохмотьями, пацан извивался, но жесткие скобы не давали ему возможности освободить конечности. На одной ноге была обувь, на другой была сделана самодельная галоша из пластиковой бутылки, обвязанная вокруг ноги изолентой. Под глазом парня отливал синим огромный для его головы синяк, глаз был налит кровью и подергивался немного хаотично.

Академик жестом пригласил ближе к операционному столу и продолжил:

– Попробуй не застрелить меня, увидев это, давайте, действуйте!

Завороженный и не верящий в происходящее, Соком смотрел, как врачи начинают подготовку к операции, сначала они сбрили машинкой остатки волос у парня, потом, обработав голову раствором, сделали пару уколов парню в шею и тот обмяк, после чего развернули его голову на левый бок и Соком увидел инородное тело, вросшее в голову ребенка – паразит, который уже был частью его головы. Сокому стало опять плохо от пульсаций и неестественных подергиваний инородного существа, тошнота подкати к горлу, маркие наросты, выросшие из детской кожи, выгляди неприятно. Один из медиков ткнул острием ножа ту часть, которая была инородной и это место, словно живое, втянулось, появились складки, другой медик методично начал обкалывать вокруг места стыковки тканей, детской и инопланетной. Ребенок, не открывая глаза, начал биться, хотя вроде до этого он был уже без сознания. И найдя уступ, один из медиков сделал надрез, из которого хлынула желтого цвета густая жидкость с резким неприятным запахом. Соком уже пытался сделать шаг назад, пытаясь удержаться в сознании, как вдруг Академик, до этого стоявший абсолютно спокойно, резким движением перехватил руку с пистолетом и невидимым движением вывернул его. Соком лишь отчаянно пытался нанести удар, пытаясь выбить оружие, но промахнулся, завалившись на бок. Его уже подняли двое охранников, заломив руки и стянув пластиковой стяжкой, они ждали команды.

Академик спокойно произнес:

– Ты досмотришь все до конца, хоть обрыгаешь все тут, будешь знать, как людям даются витамины.

Сокома подтащили ближе и два медика начали делать еще более глубокие надрезы, оголяя неправильного вида ткани, разрезая какие-то сумки и лишь спустя время добрались до защищённого панциря, похожего на хитин. Взяв небольшое сверло, начали высверливать три аккуратных отверстия. Соком не слышал мерзкого звука высокооборотного миниатюрного сверла, не слышал дробящих кости звуков вскрываемого хитина, он вырубился и, уже получив пару оплеух и почувствовав запах нашатыря, пришел в себя и наблюдал, как аккуратно медики вытаскивают мешочек, явно нервничая и переживая за его содержимое.

– Если неправильно вскрыть, то все тут отравятся нейротоксином из-за концентрированного яда паразита, может и сердце не выдержать передозировки. Но стоит его опустить в стакан с разведенной содой и там вскрыть – уже никто не отравится, должна быть защита от извлечения, да и дырки нужно правильные сделать. – сказал Академик. – Ну что ты там, Док, тянешь кота за яйца!

Медик извлек из стакана небольшую пористую структуру со снятой оболочкой и серебристыми нитями, которые сначала висели, а потом, словно выгорая на концах, стали светиться бледно-красным огоньком и втягиваться в поры. Меняя форму с вытянутого овала, структура приобретала сначала форму приплюснутой виноградины, а чуть позже, наливаясь красным цветом, стала больше походить на приплюснутый шарик. Когда процесс окончательно завершился, доктор положил шарик рядом на операционный стол с мальчиком и, словно проверяя пальцем шарик на прочность, пару раз на него несильно надавил, тот поддался давлению и, немного изменив форму, опять стал приобретать более круглую форму, словно живой.

Академик аккуратно взял в руки шарик и произнёс:

– Еще теплый! Жалко, что из этих детей один из пяти выживает, но тоже может ненадолго. А знаешь, что только в детях мутаген имеет красную окраску, а в мутантах эта лотерея, в крупных почаще, но иди и попробуй убить Жнеца или кого пострашнее. Так что, вот тебе цена за прогресс, за умения, за лечение, за победу!

– Ну ты и выродок! – единственное, что смог из себя выдавить Соком.

– Я лишь паромщик, что берет плату за пересечение реки Стикс. Ты мне нужен, иначе бы я так долго с тобой не возился, но и на эту жертву я готов пойти. Выбор у тебя не велик, стать одним из нас или одним из них!

И Академик прострелил голову пацана, напугав еще капающегося в ней медика.

– Ты этого не сделаешь! – не зная, чем парировать сказал Соком.

– Отрицание – самая любимая из человеческих реакций. Вы всему не верите, что бы вам на блюдечке не подавали, не верите в бога, не верите в инопланетян, не верите в чужую жестокость. Такие, как ты, продолжаете упрямо верить в то, что Земля принадлежит им. Не только нам, нет, она принадлежит немножко людям, мутантам и полностью СОЗДАТЕЛЮ! Поверь, я абсолютно верю в создателя, и он мою руку не зря направляет.

– Так ты еще и фанатик, отпусти меня, давай все решим по-мужски, если твоя возьмёт, буду делать, что говорит тебе СОЗДАТЕЛЬ. Нет, отпустишь и забудем, что мы тут видели. – сказал Соком собирая последние силы.

– О, как интересно, ты правда решил, стоя еле на ногах, завалить меня в кулачном бою? Ну, я согласен прилюдно тебя наказать, чтобы впредь думал, прежде чем на меня ствол наставлять и оспаривать мои приказы, да и другим потеха и урок. Биться будем по мои правилам, ничего сверхъестественного, дам тебе бонус, пистолет с одной пулей и нож. Ну, скажем, пощекотать нервы, а то ты и так плохо выглядишь.

– Пойдет, я готов! – сказал Соком.

– Развяжите ему руки, эй Док, убери уже ребенка и вколи ему мутагена бычью дозу и что-нибудь еще, чтобы ему хотя бы на полчаса хватило, а то неправильно, вдруг кто скажет, что я с трупом ходячим сражаюсь. Да, Соком, если я выиграю, и после этого ты ослушаешься хоть один мой приказ или будешь болтать слишком много, я у тебя на глазах скормлю мутантам одного из твоих родных и заставлю тебя смотреть, а потом отрежу язык и заставлю делать самую грязную работу, все понял?

Соком устало кивнул головой.

Прошло чуть больше получаса, но Сокому действительно стало лучше, медик не зря с ним возился и, когда он уже почувствовал, что может стоять на ногах и, проделав пару не сложных упражнений, удовлетворительно кивнул сам себе. Покидая комнату отдыха персонала, он еще раз бросил взгляд на операционный стол, где недавно медики боролись за жизнь пацана и лишь демонстрация силы Академика окончательно убила ни в чем не виноватого парня. «Всегда есть выбор» заученная фраза одного киногероя пришла ему на ум, и Соком, копя всю свою злость, выдвинулся к ярким огонькам импровизированного ринга возле штаба, где толпа людей, наскоро бросившая освещение вокруг небольшого открытого пяточка, с нетерпением ожидала боя. Толпа, увидев приближение Сокома, сразу же оживилась и, хотя стояла глубокая ночь, народу поглазеть на бой собралось прилично. Виднелся наскоро прибитый кусок дсп, где черным фломастером были уже прописаны ставки. По всему выходило, что соотношения были один к десяти, так же были сделаны ставки, что Соком упадет в первые пять минут. Статистика не радовала, но у Сокома были козыри в рукаве, тем более что его задиристый характер постоянно заставлял его тренироваться, и на военной службе он часто давал в морду кому не надо и был участником неофициальных боев среди военных, выступал в свое время за свою академию и, если шел в бар, то обязательно старался спровоцировать конфликт. Конечно, с появлением ребенка он сдерживал свой нрав, но тренировок не бросал.

Вышел с другой стороны Академик, демонстративно снял бронежилет, верхнюю разгрузку и камуфляж и, оголившись по пояс, произнёс:

– Многоуважаемая братва и честные пацаны, сегодня будем крестить нового, съехавшего с катушек фраера или вольного бродягу со своими правилами. По нашему кодексу чести бьемся до полной победы или капитуляции одного бойца. Бить в буркалы и по аппарату нельзя! Стимуляторы боевые перед боем принимать нельзя!

Положив на пол пистолет с одной пулей и отдав Баклану обойму, добавил:

– Разрешено пользоваться жалом и дырокол с одной маслиной будет ждать тут нашего гостя!

Толпа заревела, и кто-то из толпы выкрикнул:

– Академик, дай мне честь тьму в его голове просветить! Я ему бестолковку отремонтирую, такому честному вору, как ты, не по масти это!

Академик одобрительно наклонил голову и, улыбнувшись, спокойно произнес:

– Молодежь без понятий может только Академик натаскать. Все, хватит бодягу разводить! Начнем!

Сблизившись, Соком сделал пару ложных выпадов, чтобы оценить подготовку и сноровку противника! Академик же на ложные выпады не повелся, продолжая двигаться плавно и синхронно. Соком пробует нанести удар ногой, но Академик плавно уходит с линии атаки, разорвав немного дистанцию. Соком чувствует, что его заманивают в свою игру и смещается в сторону пистолета, откровенно уже провоцируя Академика на действия.

Мгновенно Академик выбрасывает руку вверх в ударе, и из носа Сокома вырывается поток крови. Он делает выпад ногой, но Соком, быстро сориентировавшись, уходит от разрушительной силы удара лишь слабо получив по ребрам, но и этого хватает понять, что противник не по-человечески силен и быстр. Наскоро размазав кровь по лицу и немного попятившись к пистолету, ставит съехавший нос на место и уже ожидает следующего выпада противника. Академик атакует еще раз, как по шаблону, и Соком хуком снизу бьёт в челюсть. Академик упал. Люди взрываются эмоциями. В глазах Академика читается неподдельное удивление, и улыбка, сопровождавшая все его действия, превращается в лицо расчетливого убийцы. Соком ощущает всем телом волну холода, исходящего от Академика.

– Сделай его!!! Давай, давай, ты его только разозлил, черт возьми, не дай ему опомниться! – скандирует толпа.

Академик поднимается и, резко сократив дистанцию, неуловимым движением ноги бьет Сокома в грудь, и он, обмякнув, отлетает на два метра назад, чувствуя, что, если кости были бы как у обычного человека, в том месте была бы мясная каша из костей и легких. Сделав еще два рывка, Соком хватает пистолет и под неодобрительные крики толпы направляет ствол на Академика, задыхаясь кричит:

– А ну, иди сюда, ублюдок!

Опираясь одной рукой о землю, медленно встает и, уже почти полностью встав, замечает неуловимое движение, раздается выстрел, и резкая боль обжигает его правку руку, пистолет падает и, пятясь назад, Соком видит в руке торчащий нож.

Академик, сократив опять дистанцию, наносит пару быстрых ударов по голове Сокома, жалящая боль и жалкие взмахи другой рукой – это все, что он успел противопоставить. Рассечена бровь и разбита скула, кровь из носа пошла вновь и теперь капает еще из брови, заливая глаза, даже сложно дышать ртом, во рту шатаются зубы и рот полон крови от прокушенной щеки.

Толпа скандирует:

– Кончай уже с ним, хватит играться! Не мучай парня, он уже понял урок!

Но Соком на остатках воли вытаскивает нож свободной рукой из ножен и, стараясь держать Академика слева, проводит серию простых колющих атак. Академик, играючи, уходит от них, стараясь полностью измотать противника, и вот молниеносной атакой перехватывает его руку с ножом, и Соком с силой наносит удар второй рукой с торчащим ножом, стараясь угодить острием Академику в шею, желая просто убить эту тварь.

Ошеломленный Академик, не ожидавший такого маневра, легко оцарапанный неудавшейся атакой Сокома, в ярости бросается на Сокома, проводя серию сокрушительных ударов по печени, голове, вкладывая всю его бычью силу, и в завершение резким нырком отработанного до совершенства удара перехватывает руку Сокома и с хрустом бросает его через себя, как легкий мешок в стоящий рядом контейнер. Оглушительный грохот и Соком словно блин сползает вниз, оставив за собой приличного размера кровавый след.

Толпа уже ничего не скандировала, ей откровенно жалко Сокома, и вид кровавого мешка с костями или во что превратился смелый парень вызывало сожаление, потому что, несмотря на свое убогое состояние, он пробовал встать и не слушавшимся ртом, теряя некоторые буквы и шипя, произнес:

– Это еще не конеееццц, мы ещщще не законннчили!

Академик выровнялся и, подойдя ближе, спокойно произнес:

– Разумеется, урок еще не закончился, похвально, что ты еще держишься! – и уже заканчивая фразу резким движением, вырвал нож из руки Сокома и начал его тычками и рывками полосовать, Соком лишь закрыл лицо руками и тут же получил по ребрам, снова раскрывшись, а Академик уже водрузил на его грудь ногу, прежде пару раз еще заехав ему пяткой в лицо. Это продолжалось недолго, пока булькающие хрипы не сменились стонами и Академик, внимательно вглядевшись в булькающую перед ним отбивную из крови и костей, спокойно произнес:

– Ну скажи теперь, кто твой бог? Крещу тебя Шрамом! Вот тебе от меня подарок, носи с гордостью! – и Академик полоснул ножом Сокома, послышался слабый стон, и он стал вести ножом от лба до края губ, стараясь оставить глубокий след, а потом, вынув нож и обтерев о штанину, стал разглядывать свое творение. Удовлетворенный увиденным, приблизившись к уху стонущего Сокома, почти шёпотом произнес: – Пока живи, помни уговор!!! – и, резко выровнявшись, крикнул: – Медик, если он умрет, похороню тебя вместе с ним в безымянной могиле.

Глава XI

Сказать, что Сокому, а ныне Шраму было больно, тоже самое, что сказать, что на поверхности солнца жарко, но боль телесная обжигала лишь только его оболочку, глубокая внутренняя боль жгла его изнутри палящим драконом и злость на себя, на обстоятельства не давала его сознанию полностью провалиться в небытие. Он раз за разом проживал каждую секунду боя, виня себя в глупости и хитрой манипуляции с пистолетом, который так заманчиво лежал на полу, но честно, он видел ошибку не только в этом. Противник был опытный боец, но сила его заключалась в модификациях и дарах, которыми наделил его мутаген, поглощаемый в неограниченном количестве со слов Дока, который старался его вытащить и даже быстрее поставить на ноги.

Док зашел к нему ранним утром и произнес:

– Лагерь сегодня опять будет переезжать, может сегодня выйдешь на воздух, там чудесная погода! Я уже не могу скрывать, что ты уже можешь прилично говорить и ходить. Но рука еще будет с недельку заживать! Тебе повезло, что ты прошел первую модификацию, а то бы уже никто тебя не поднял с этой кровати.

Шрам, с трудом сев на край кровати и оглядев руку, сухо произнес:

– Как скажешь, Док. Знаешь, чем больше я поглощаю мутагена, тем больше слышу смерть и мучения вокруг, я ощущаю леденящий холод вокруг, физические и психические мучения мутантов, что попадают к нам…

Док, поправив очки, вынул очередной шприц с мутагеном, приготовленного по его собственному рецепту, воткнул в плечо Шраму и сказал:

– Знаешь, я действительность воспринимаю проще и сложнее, все окружающее, страх ощущаю жгучим до ужаса, а физические мучения других довели меня до усталого безразличия, полного отупения… – вынув иглу и убрав шприц, Док продолжил. – Мне на себя наплевать, лишь бы сын жил хорошо, давно я его правда не видел. А тебе уже в сотый раз говорю, не задирай Академика, я многих таких, как ты, похоронил. Каждый, кто пытался с ним сражаться или умер, или калекой остался. Да и раскачался он нереально, никто, даже, думаю, он сам, не понимает предела своих возможностей. Я у него как-то хотел пробу крови взять, все приготовил, стерилизовал, так иголки три сломал, а он, спокойно посмотрев на это, ушел, ничего не сказав. До сих пор его колючий взгляд вспоминаю и мурашки по коже идут. Смотрю ты опять загрузился, брось о нем думать, у него звериное чутье, не испытывай судьбу.

Шрам встал и, напялив сверху халат направился к выходу, и у двери произнес:

– Да, ты о сыне начал говорить, я тебя дальше и не слушал. О Ксюшке думал, она у меня классная, маленькая, но озорная, последний раз мы с ней морской бой не доиграли, не знаю, как ей на глаза показаться таким!

И шрам, не желая слушать Дока, захлопнул дверь палаты, вышел в общий коридор и быстро заковылял к выходу из лазарета для того, чтобы разобраться, куда же их в этот раз занесло. Проходя мимо, незнакомые люди бросали сначала беглый взгляд, а потом смотрели на него более внимательно, что бесило Шрама. Себя же пока он сам не узнавал в зеркале и каждый раз старался привыкнуть к новым чертам.

Вот пара охранников уставились на него, но не стали препятствовать выходу из здания, покинув которое, он потерял дух от открывшейся картины пылающего города и вида на море, в воздухе почувствовался запах морской соли и даже копоть пожаров не могла скрыть красоту этого места. Чарующим зрелищем был вид боя, который уже затихал и был явно не в пользу людей. Прислушиваясь и вглядываясь в даль еще минут десять, завороженный Шрам стоял до тех пор, пока последние заполошные очереди автоматных выстрелов не захлебнулись и не затихли. Там, где только что шел бой, уже через пять минут расцветали алые цветки взрывов Артиллерии. Город был частично разрушен, некоторые здания выгорели, у некоторых остался только каркас, панельные здания на периферии стояли с выбитыми окнами. Леса и растительность вокруг была выжжена, дороги были забиты брошенными автомобилями, виднелись горы мусора и выгоревший частный сектор. На некоторых зданиях были расписаны лозунги, висели плакаты, призывавшие соблюдать человечность и дававшие краткие инструкции о реагировании при первых признаках мутаций. Брошенные блокпосты с разбитыми автомашинами выглядели разграбленными и заброшенными, на одном были видны следы боя, но не с мутантами, а с людьми, первые мутировавшие быстро объединялись в группы и, желая получить помощь, старались сбежать из города. При поддержке своих родных они совершали такие отчаянные меры, а потом, полностью переродившись убивали своих спасителей.

Лагерь занял туристическую базу с разбросанными рядом элитными домиками, находившуюся на возвышенности от основного города. Были ли тут хозяева или они уже давно покинули это место, определить по внешнему виду было сложно. Техники разной было много, гражданской и военной, так же присутствовали и три самоходные артиллерийские установки (САУ), характеризующиеся использованием миномёта системы «тюльпан»240 мм в качестве основного вооружения боевой машины, шесть БТРов, три танка Т-90, машины связистов, десятка два патриотов с пулеметами, установленными на рамы, и пару заправщиков и тягачей. Из зданий стояли: лазарет, штаб и мобильные казармы. Судя по огневым точкам, окопались тут основательно и явно ожидали скорых действий, это читалось в напряженных лицах и окружающей подготовке. Военные вперемешку с «дизелями» проверяли оружие, пару бойцов проверяли индивидуальную подготовку каждого бойца, связисты собирали сборную вышку, от которой тянулись толстые кабеля в штаб. Пару отрядов пехоты получали инструктаж и на импровизированных картах объясняли боевую задачу, техники наскоро проверяли техническое состояние машин. Отряды «дизелей» держались ближе к патриотам, но и там видно было, что идут какие-то сборы. Все были на столько загружены подготовкой, что на Шрама в белом халате практически никто не обращал внимания, он недолго слонялся, пока не увидел странного вида дедка, явно забалтывающего одного из военных. За этой картиной хотелось немного понаблюдать, и Шрам решил приблизиться и послушать, о чем они говорят.

Молодой солдат с шевроном связиста пытался тщетно вырвать руку у дедка, и все бы выглядело комично, если бы парень не торопился, а старичок не видел в нем последнюю надежду, и тут парень увидел Шрама и, радостно приняв стойку и отдав ему честь, произнес:

– Генерал-лейтенант, с выздоровлением, рад вас видеть в здравии, разрешите известить командование штаба о вашем появлении.

Пять баллов парню за находчивость, но Шрам за секунду все понял и, довольно расплывшись в подобии улыбки, только и смог, что сказать:

– Разрешаю!!! – и на душе стразу стало как-то тепло и легко, словно Шрам был на месте этого парня, который незамедлительно воспользовался открывшемся ртом старичка и, выдернув руку, скрылся в направлении связистов. А старичок, увидев новую жертву и слегка припрыгнув от радости, хромая, пошел к Шраму. Дедок, не вписывающийся в местное окружение, своим изрядно потрепанным костюмом-тройкой и потертым саквояжем, в котором явно хранились вещи на черный день, рад был своей улыбнувшейся удачи и сразу решил взять быка за рога, начал привычно тараторить, явно докучая окружающим своими рассказами:

– Абрам Исаевич Халла, археолог, академик, автор более ста пятидесяти научных статей, неоднократный лауреат государственной премии, являюсь разработчиком теории развития Севера, хорошо знаком с культурой каменного периода финно-угорской народности.

Шрам, опешивший от такого напора, решил сразу прояснить ситуацию:

– Прошу прощения, Абрам Исаевич, я совсем не Генерал. Я летчик, по стечению сложных обстоятельств, сам себе пока не могу помочь, приятно было познакомиться.

И Шрам постарался быстро развернуться и уйти, но Абрам Исаевич, не растерялся и резво зашагал рядом:

– Эта не ваша вина, что вы себе не можете помочь, уделите мне пару минут и я вас больше не побеспокою.

Шрам молча шагал еще минуту и, остановившись, выдал:

– А, черт побери. Времени у меня полно и изображать занятого человека нет желания, почему бы нет, ладно, давай вон там присядем на ящики и поговорим. Я весь внимание.

И, не обращая внимания на подготовительную деятельность, Шрам и Абрам Исаевич, усевшись напротив друг друга, начали неспешный диалог, из которого Шрам узнал, что археолог получил от государства огромную стипендию для изучения расселения современных и древних финно-угорских народов на территории России, ранее никому не интересных. Что ему запретили публиковать труды и взяли расписку о неразглашении. По находкам он составил атлас древних предметов финно-угорского Севера. Данный Атлас содержал более трех тысяч рисунков древних предметов от Северного моря до Средней Волги и от Балтийского моря до Монголии, которые систематизированы по трем доисторическим периодам и согласно этнографическим принципам классификации, но попадались и предметы, выбивавшиеся из понимания современной науки, которые тщательно скрывались от общественности и являлись артефактами того времени.

Много находок представляли рунические надписи, которые находились в могилах непростых людей, отмеченных символом «Уробораса» или змея, пожирающего собственный хвост, тамже находились и артефакты, представляющие золотые и серебряные инструменты для тонкой работы. Кроме драгоценностей, у многих из которых нет аналогов, в последнем кургане нашли коллекцию оружия внеземного происхождения, обломки древнего механизма, предметы быта и останки инопланетного боевого костюма. Только благодаря этой находке и организовали экспедицию по вызволению Абрама Исаевича. По его мнению, находки из царского кургана, который был частично разграблен еще в древности, имеют более значимую ценность сейчас и скорее всего сам курган расположен в этом месте неслучайно и располагается на более древнем захоронении или скрывает более ценный артефакт намного глубже, чем они копали. Так вот с помощью карты и был найден курган. И все более или менее ценное Абрам Исаевич уже передал военным.

– Очень занятный рассказ, так Вы уже на полпути к эвакуации, ваши труды и экспонаты тоже забрали, так чего вы еще хотите? – спросил Шрам.

– Знаете, я всю жизнь посвятил науке, так и не создал семью, родных мне заменили друзья и коллеги, они меня оберегали все это время, кормили и защищали, морально поддерживали, а вот пришли в город ваши, и я голову потерял. Знал бы, что у вас эвакуация не в приоритете, пешком бы до своих друзей дошел, а так я даже не успел их предупредить, – смешно жестикулируя, говорил Абрам Исаевич.

Шрам, посерьезнев, проговорил:

– Вы им предлагали самим добраться сюда на любом виде техники, а отсюда уже эвакуироваться попутным транспортом, разве они не думали уйти?

– Вы там не были, молодой человек!!! – произнес Абрам Исаевич, и пустил слезу, которую быстро смахнул рукавом и продолжил. – Когда-то нас было много, целый институт, и жили мы почти все рядом. После долгой осады Института и невозможности выживания там мы собрались на наших экспедиционных автобусах, да и поехали на пролом. Мелкие твари пытались лезть под колеса, мы им этого не давали, убивали по возможности, но в какой-то момент с крыши одного здания, прямо на впереди идущий автобус свалилась тварь размером с КамАЗ и сразу же куда-то скрылась, все по тормозам и в обратный путь, а тварь уже там, и кромсает задний внедорожник, одной лапой зашвырнула его на крышу рядом стоящего трехэтажного здания. Все из транспорта в рассыпную кинулись, побросали вещи и оружие, кто-то пытался стрелять, кто-то убежать, в общем жуткая неразбериха началась. На шум сбежались и другие твари, я до сих пор слышу отчаянные крики своих коллег. Сами представьте, везде шум гам, выстрелы, тела летают, машины тварь, как консервные банки, рвет, я только помню, как будто во сне, меня двое коллег утащили за собой в люк канализационный, по нему мы вышли в соседнее здание и уже оттуда осторожно посмотрели на все сверху.

Абрам Исаевич, промокнув лоб носовым платком, вытащил на свет флакончик с валерьянкой, ловким движением откупорил и высыпал на руку пару таблеток, которые тут же ушли в рот и продолжил:

– Хорошо, я валидола и валерьянки перед дорогой так напился, хватило бы роте солдат успокоиться. Не думаю, что кто-то уцелел, по крайней мере, когда мы уже были сверху на чердаке здания, все уже было кончено, мелкие твари, вроде собак, еще пировали пару дней. А большая тварь сразу ушла, описать ее не могу, было настолько страшно, что казалось, если на нее долго смотреть, то она начинает чувствовать твой взгляд. Зараженные позже на шум ушли, видел я каких-то странных людей со страшным существом, один в балахоне и в маске был здоровее тебя в двое, в капюшоне и военной разгрузке, один старше всех, вроде, прихрамывал, толком тоже не разглядел. Тварь с ним быстрая была, вот и боялись лишний раз туда смотреть. Вытащили меня из того автобуса Галина, Галочка, молодой лингвист древних языков и ее муж Роман. Сутки мы сидели как мыши, а потом, решили за своим добром сходить. Здание, в котором мы сидели, уже подчистили мародеры. На стенах и перед квартирами надписи только остались, сколько людей было, сколько выжило. Ну шифровки какие-то. Были и закрытые квартиры, но инструмента не было, да и шуметь не хотелось. День выждали и уже тем же путем через люк за пару дней они перетаскали все, что уцелело. Пока таскали, живых больше из наших не видели, я там на чердаке сидел и сигналы по рации подавал, когда видел опасность, но и мне было страшно оставаться одному и им выходить туда было страшно, переворачивать остатки трупов, лазить в разбитые машины, будившие воспоминания. Мы же, как семья, институтом жили. Так и выжили, потому что всегда были готовы к долгим путешествиям и стесненным условиям, да и все сами могли. Думаю, тебе полезно будет узнать, что твари периодически после вылазок появлялись, чуяли, что кто-то там ходит, но люк-то мы закрывали за собой, вот и, не найдя пищи, теряли интерес и опять уходили.

Пока не пришла она- женщина красивая и молодая. Хотел ей Роман сигнал подать, что мы тут, но она сама начала звать кого-то по имени, ну мы и решили посмотреть еще чуть-чуть, а другие твари вроде и не появлялись, пока она там была. Эта была первая странность. Вот смотрим на нее полчаса, час, а она мимо оружия ходит, продовольствие не пытается искать, даже не заглядывает в разбитые машины и при ней вроде оружия не было.

Ну как же, человек в беде, может под воздействием шока, мало ли какая ситуация. Роман и Галина собрались ей помочь. Решили правда не через люк выйти, а с другой стороны, вдруг она из мародеров, такие нам упыри тоже попадались. Вылезли, обошли здание и выходят, на нее ствол наставив, говорят, чтобы руки подняла и остановилась. Смотрю, она не реагирует и идет в их сторону, что-то говорит, шаг, еще шаг. Я краем глаза где-то вдали движение увидел и сигнал опасности подал по рации. Галина меня не поняла и пальнула ей в живот. Я сам испугался, что наделал, как потом объяснить, что мне там показалось. Та упала, но, резко соскочив, уже не по-человечески быстро начала в их строну на четвереньках передвигаться. Мне жутко стало, а ребята не растерялись и всадили в нее все, что было, но этого оказалось мало, и Роман решил ее на себя отвлечь, начал вокруг машин бегать, а потом в люк ее заманил, там она его и убила, женщина, окровавленная со сдвинутой челюстью набок, выскочила оттуда через пару минут. Галя уже перезарядилась и ждала Романа, как увидела, что эта тварь из люка лезет, все поняла и бросилась бежать. Добежала почти до конца улицы.

– Так почему она не вернулась к вам и почему так далеко убежала? – спросил Шрам.

– Думаю, она решила увести тварь подальше, а потом вернуться, по крайней мере был такой план. Да и тварь не стала за ней гнаться, а вернулась обратно в колодец, иногда выходила и продолжала звать кого-то. Думаю, тварь там осталась, доедала потихоньку Романа.

Абрам Исаевич заплакал, Шрам спокойно положил руку на его плечо и произнес:

– Успокойтесь, это мешает делу, почему вы решили, что она еще жива и где ее искать?

– Невский проспект, перед дворцовой площадью, там была разбита колонна, мы находились в здании рядом с государственным Эрмитажем, а двигались мы в новый порт, там на пристани нас ждали друзья. Я отсюда с ними связывался, они говорят, что она выходила с ними на связь.

– А ваши друзья ее спасти не могут? – наивно спросил Шрам.

– Да, если бы все обладали смелостью, они даже к берегу боятся близко подойти, хотя я лучше бы с ссыкунами на сухогрузе отправился к неизученным берегам подальше от всякой пакости, чем с такими отморозками, как ваши.

– А как Вас спасли? – спросил Шрам.

– Да, что тут по всем частотам передавали маршрут движения военной колонны, предлагали эвакуироваться. Только захлебнулись ваши у моста, пройдя еще с километр. Не знаю, почему Галя не вышла. Не по зубам им местные твари, а город бомбить бесполезно, твари там умные уже, не лезут на рожон и перемещаются все время. Может ими кто-то грамотно управляет, может инстинкты работают. Народу к вашим немного вышло, не лучше вы бандитов. Кто мог сам выбраться, давно уже покинул эти опасные места. Не знаю, как вас зовут молодой человек, если вы спасете Галю, я Вам очень буду благодарен.

– Знают меня тут как Шрама. Чем смогу, дед, помогу. А пока я пойду на процедуры. – сказал Шрам, встал и пошел по направлению лазарета.

Проходя мимо бойцов, видна была уже готовность и чувствовалось напряжение перед отправкой. У лазарета стоял Док, и увидев Шрама, активно замахал руками. Подойдя ближе, Док сказал:

– Я тут тебя потерял и пришлось сказать, что ты сам ушел. Думаю, тебе надо в штаб сходить, там сейчас разберутся с этой белибердой и тебя точно начнут искать, они уже интересовались твоим состояние, а я ответил, как есть.

– Да, лады, Док. Спина уже квадратная стала от ваших процедур. – сказал Шрам и заковылял в штаб.

Штаб представлял собой здание, наскоро собранное из мобильных контейнеров, перекрашенное в камуфляжный цвет, сквозь который пробивалась надпись компании по изготовлению модульных домов со слоганом «соберите сами свою мечту из нескольких модулей заводского изготовления». Пара военных посмотрели на внешний вид Шрама и, преградив дорогу, поинтересовались, куда и с какой целью он идет. Спасло ситуацию появление Баклана, он, быстро разрулив ситуацию, из которой Шрам понял, что балом тут правят военные, затащил его внутрь одного открытого кабинета и, прикрыв дверь, произнес:

– Слушай, братан, может тебе пару дней поваляться, скажи Доку, он тебе устроит это, я твое состояние уже узнавал, могу поменять мнение Дока.

– Что опять возиться не хочешь со мной? – спросил Шрам.

– Да не в этом дело, ты слишком горячий, опасно тебя под боком держать, за тебя мне Пастырь шепнул, так что не хочу я хорошего человека подводить.

– Так у тебя связь с ним есть, ты знаешь, как там дела? – спросил Шрам.

– Да ни хрена я не знаю, там через одного мне шепнули про должок, так я и смекнул от кого идет информация. Если ты себя хочешь погубить, можешь прямо сейчас сцену устроить, как ты умеешь, или просто пока услышь меня, – бегая глазками, сказал Баклан, выглянув в коридор и закрыв плотно дверь.

– Хотят тебя опять в разведку в виде живого сканера отправить, да только там ты и остаешься. С прошлой вылазки здоровых половина вернулась, так что на своих ты явно не убежишь. А если ты на Академика будешь опять рыпаться, то тут я думаю тебя прикопают, он нынче много народу здесь положил. Где-то местами он правильный, ты просто его плохо знаешь, характер, конечно, полное дерьмо. Предлагаю тебе просто зайти и сказать спокойно, мол, хочешь помочь, урок понял, без обид, ну и в рейд готов, только чуть-чуть надо тебя подлатать, а иначе сгинешь, а я Пастыря подведу.

Шрам, стиснув зубы, вспомнил всю ненависть, которую скопил, пока раз за разом переживал ту схватку, валяясь на койке, и резким рывком схватил за шиворот Баклана, произнес:

– Не буду я перед всякой швальню лебезить и прогибаться.

И Баклан, весь зашипел от испуга и умоляя, произнес:

– Тише, тут и так стенки сука тонкие, все хорошо слышно, вот о чем я тебе и говорил, думай о семье, раз тебе так повезло, что они спасены и в убежище. Хочешь, могу им от тебя, через ребят передать что-нибудь?

Шрам с силой отпустил Баклана и жестом показал на дверь.

Как оказалось, в штабе Академик не сидел, да и приходил он сюда на согласование каких-то действий, он же выбрал самый шикарный особняк и со своими верными ребятами разместился там. Когда они зашли во двор, Шрам был удивлен творившейся там пьянке, кто-то жарил шашлык, кто-то разливал беленькую, некоторые сидели обособленно, говоря о чем-то за жизнь. Шрам жестом показал на происходящее, которое не укладывалось в его сознании, ведь идет масштабная подготовка к продвижению в город, военные чуть ли ни землю грызут, а тут идет пьянка в самом черном виде.

Баклан наклонился над ухом Шрама и быстро протараторил:

– Те, что пьют стоя, вернулись вчера, и пить они еще день будут, а те, что пьют, сидя по углам, разведкой первыми поедут, так что Академик разрешил пить всем, кроме водил.

Шрам, осознав печальность момента, отметил для себя отсутствие у них надежды на возращение, это читалось в лицах. Пройдя в глубь дома через длинный зигзагообразный коридор и насмотревшись на пьяных, он был сильно удивлен, когда они вышли в основной зал, бывшая гостевая была оборудован компьютерами, интерактивными досками и там одновременно трудилось порядка пятнадцати человек. На большом интерактивном стенде была карта всей РФ, где разными цветами были отмечены зоны с наивысшей степенью заражения и меньшей, также была нанесена информация по последним ракетным ударам и текущим операциям, часть территории была отмечена: «новые территории». Некоторые города были помечены как уничтоженные, и рядом красовались данные по степени радиации и примерному радиусу распространения, были отмечены новые крупные поселения и просто большие группы выживших с примерной численностью и вооружением, такие как Анархия 13 возле Ростова-на-Дону с численностью 2500 человек, Содом где-то в ста км от того, что осталось от Москвы с численностью десять тысяч человек, Пекло 16, Новый Тартар, Царство, Дионис, Мирград, Инферно и Новый Эдем.

– Вон там смотри, видишь три средних поселения, – шепнул и показал пальцем Баклан, Шрам прочитал два раза, а потом слегка улыбнулся и тихо произнёс:

– Так и назвали Залутный, Лопетовка и Утопка?

Баклан захихикал и повторил:

– Залупный, Лохопетовка и Уебки, да, когда задачу поставили организовать, рабочее название переросло в постоянное, правда потом решили немного приукрасить. А так наши смеются, да и сразу фраеров по мастям делим.

Так же была информация о местах крупных столкновений и обнаружении новых мутантов. Шрам решил приблизиться к карте, так как там было много мелких обозначений и надписей, но его в этот момент заметили и начался гомон вокруг, карту тут же отключили. Академик, все это время молча смотревший, абсолютно спокойно жестом пригласил Шрама и Баклана к себе. Шрам, прихрамывая, зашел в кабинет, где Академик сел в богатое кресло за письменный стол и указал на стул, стоявший напротив.

Шрам сел и, не желая говорить первым, уставился на Академика, вынырнувший из второго помещения Баклан, нес уже поднос с чаем. Два взгляда встретились, один испепеляющий взгляд и второй мертвенно холодный, напряжение нарастало и тишину разорвал Академик:

– Вот мы и встретились опять! Начнем с того, на чем мы закончили, – и Академик достал из ящика спичечный коробок и протянул его Шраму. Шрам взял коробок, открыл и на ладонь упал красный шарик. Академик, кивнув, пристально посмотрел на Шрама и произнёс:

– Глотай, это тот самый!

Шрам взял его двумя пальцами и лишь губами и без единого звука начал себе шептать:

– Я не твоя марионетка! Я порву тебя! Я выпущу тебе кишки на хрен! Да пошёл ты! Не заставишь меня плясать под свою дудку! Старый хер! Тебе конец! Я тебе того пацана не прощу, сука!

Медленно он успокаивался, раз за разом сыпля проклятия и уговаривая себя без глупостей, так он смотрел на мутаген, который он хотел съесть все больше и больше. Сдавшись, он устало поместил мутаген в рот и проглотил, ожидая начала шоу, но к его удивлению «мультики» не начались, он лишь почувствовал разливающееся по всему телу тепло и прилив энергии, даже настроение улучшилось.

– Вот и молодец, ты меня пока не разочаровываешь, сколько ненависти в глазах, какая ярость, все это читается у тебя в глазах, а это подергивание губ, прям слышатся проклятья! Я признаюсь, гадал, что сломается первым, твой дух или твое тело, пока все в цвет!

Шрам, чувствуя, что злость, копившаяся эти дни, стала подходить к горлу, и, чтобы не впасть в пустую перебранку, просто прорычал:

– Я готов помогать в поиске мутантов и мутагена, куда теперь отправляемся?!

Академик слегка улыбнулся, взял со стола один из метательных ножей, повертев его в пальцах, произнес:

– Признаться, я ожидал глупых отмазок о твоем состоянии и не готовности идти в рейд и уже думал, в случае такого развития событий нафаршировать тебя оставшимся мутагеном, как идейку, на рождество, привязать к борту машины и отправить в город. Может тот трюк с мутантами проканает еще раз, ты не знаешь?

Шрам со злостью сжал кулаки и, только мысленно дав команду расслабиться, немного протяжно, по слогам произнес:

– Не – зна – ю!

– Ну, конечно, ты не знаешь, думаю это знак, твой путь лежит иначе!

– Хватит тут кудахтать, как … – и Шрам не успев договорить, почувствовал кольнувшую боль в ухе и пальцами нащупал источник, им оказался небольшой порез от метательного ножа, выпущенного молниеносно Академиком. Кровь уже остановилась, а Академик в руках снова крутил похожий нож, но с другой рукояткой, и с каменным лицом произнес:

– Решено. Всю операцию я передвину на три часа, думаю, военные идею поддержат. Ровно три часа у Вас есть на подготовку, можете брать всех не участвующих в операции моих бойцов и гражданских, даю вам свой БТР и еще два на поддержку, пикапы, оружие, всё, что нужно. В порту лежат пару очень важных для нас контейнеров, наша задача их безопасно забрать. Прорыв готовят с трех сторон, маршруты вам знать необязательно. На прикрытие останется небольшое количество бойцов для обеспечения безопасности артиллерии и гражданских. Вы должны зайти в город и хоть из жопы пламя пускать, а из глаз шаровые молнии, но постараться выманить крупных тварей на себя, а там действуйте по обстоятельствам. Хотите, сражайтесь, хотите там оборону займите, но увижу, что ваш отряд деру раньше времени дал, прикажу артиллерии вас накрыть.

Шрам, забыв про ухо, бросил взгляд на Баклана, стоявшего с подносом чая, он был явно удивлен и тоже пытался прикинуть, что к чему.

Вдруг, что-то сообразив, резко поставил поднос и, немного заикаясь, уточнил:

– В натуре, Академик, я не по этой теме, нас там раскатают, ты тут главный, это без базара, нам что пьяных поднимать, что ли? Торпеды и танкистов вы всех забрали, а тут кто остался- тихушники, центровские, да блатные, так тем вообще не по масти с нами идти. А вчерашние все бойцы морально подавлены и в жутком угаре.

Академик бросил ледяной взгляд на Баклана и спокойно сказал:

– Ты знаешь, что будет с теми, кто откажется подчиниться, так что исполняй! Всем передай, такова моя воля и слово в слово скажи, поле уже взошло, пора отделять пшеницу от плевел, жатва началась!

Шрам встал и, замерев, бросил:

– Там будет мясорубка, нам с этими пьяными и пару минут не простоять, Академик! Может стоит подкрепление подождать и уже серьезными силами идти в порт, авиацию там подтянуть, дроны, на здания снайперов посадить, огневые точки организовать, ведь если дойдём туда, это еще не гарантирует, что мы обратно вернемся?

Академик вытащил из стола пластиковую коробочку, из которой извлек небольшой мешочек, развязал и на ладонь посыпались шарики разного цвета и размера, отобрав в руку три красных шарика, протянул их Баклану, тот взяв в ладонь и ссыпал в нагрудный карман.

– Разочарую вас, братишки, мы и есть подмога, а основную ударную группу уже волки доели и ждут свежего мяса. Ни Дронов, ни авиации нет уже ни хрена. Со всех сторон вилка тебе Шрам, мутагена нету, бойцов мало, времени на раскачу тоже, разведка сообщает, что через пару дней тут тварей будет, что блох у бродячей собаки, бежать я вам не дам, база сейчас тоже еле там отбивается и готова всеми пожертвовать ради того груза. Нам просто не повезло оказаться ближе всех к этому порту, так что сражаются все и свою уникальность можешь себе засунуть в жопу, в которой мы все будем, если не достанем этот груз! Все, валите! Я перед боем расслабиться хочу и подумать.

Дверь закрылась, и парни услышали, как Академик напевает песню:

Цыганка с картами, дорога дальняя, дорога дальняя, казенный дом.

Быть может, старая тюрьма центральная меня, парнишечку, по новой ждет.

Быть может, старая тюрьма центральная меня, парнишечку, по новой ждет.

Баклан погрустнел, прохаживаясь взад и вперед по коридору, нервно размахивая руками, потом подошел к Шраму близко-близко и сказал шепотом:

– Дело, видно, совсем дрянь, я его хорошо знаю, ну говори, что будем делать?

Шрам аккуратно взял за грудки Баклана подтянул его к себе и тихо ему произнес:

– Мой единственный друг всегда, когда мы влипали куда-то, говорил, что те, кто падает раньше временем духом, гибнет раньше срока. Так что, давай бери жопу в кулак и показывай, что у вас есть! Я, кстати, одной тварине давно еще задолжал, хочу верить в то, что мы ей через родственников привет передадим!

Глава XII

Раздался сильный рев тысячи слонов, и Артем подскочил в машине, так резво, что даже не почувствовал, как головой ударил обшивку и на крыше появилась небольшая, но заметная выпуклость. Руками растерев глаза и уже окончательно проснувшись, он увидел стоящего рядом железного монстра, против которого его «Патриот» казался маленьким терьерчиком перед хорошим ротвейлером. Сбоку была закрашена черной краской надпись заводского изготовления «Защитник» и номер павильона. На машине большого броневика было много разного рода модификаций явно незаводского изготовления, но в целом все казалось надежным и внушающим доверие.

Артем вылез из машины, взглянул на часы, которые отчетливо говорили, что он проспал. Сам он не помнил, как отключил будильник, а еще считал себя пунктуальным до этого момента. В броневике отрылось сразу две двери и на него уставились Химик за рулем, в очках и капюшоне и Маус, улыбающийся и довольный. Раздался довольный гогот, но Артем ни капельки не обиделся. Отсмеявшись, Химик сказал:

– С добрым утром тебя, надеюсь не разбудили? Собирай все, что тебе надо и прыгай в салон, завтрак тебе Арина любезно приготовила, и так уже задержались. Не сильно надеюсь стукнулся, ты мой день сделал сегодня, я давно так не смеялся, давай только без обид!

Артем, быстро переодевшись, попрыгав на месте, подтянув лямки разгрузки, проверил оружие и начал подавать Маусу снарягу и дополнительные вещмешки. Когда уже все было уложено, Артем разорвал молчание словами:

– Обиды нету, тем более, что я проспал, но в следующий раз, если захотите разбудить таким образом, лучше уж пните, а то штаны стирать будете сами!

Ребята вместе засмеялись еще раз, и Артем взобрался в салон. Арина волчицей смотрела на Артема, но подала ему в руки бутерброд, аккуратно завернутый в полиэтилен и термос с ароматным кофе. В углу сидел Аркадий, Артем ему жестом махнул рукой, а Маус уже размещался на позицию стрелка, была и вторая позиция, которая пока пустовала. Пока он жевал, Химик с гордостью рассказывал, что эту машину он доработал практически сам и нет, нет выезжает на ней по районам, и как заправский автолюбитель начал перечислять все достоинства своего автомобиля. Из-за этого Артем хмурился, явно не понимая термины и определения. Арина безучастно слушала, но не задавала вопросы, и только Маус, не расслышав, переспрашивал и каждый раз искренне восхищался.

Из всего сказанного выходило, что машина была собрана на базе колесной техники с броней, защищающей от обстрела и подрыва мин. В основе лежит полноприводное шасси грузовика МАЗ с колесной формулой 6×6. Кузов отвечает четвертому классу защиты, но на него наварили еще листы и шипы из арматуры, чтобы мутанты не могли вскарабкаться на кузов, стекла были тоже бронированными. Автомобилю не страшны обстрелы из автомата АК-74 (5,45 мм) или АКМ (7,62 мм) с расстояния десяти метров, а стекла выдержат выстрел из 7,62-мм винтовки СВД. Работает он на дизеле, четыреста лошадиных сил под капотом. В салоне машины могли раньше разместиться четырнадцать человек, включая водителя, но сейчас только десять, так как отдали места для оператора с боевым модулем 30 – мм пушки 2А42 на четыреста выстрелов, и второму оператору под спаренные два 7,62-мм ПКТМ на две тысячи выстрелов с вооружением и комплектом запасных частей и боезапасом. Полная масса сейчас достигает около двадцати пяти тонн, что выше заводского веса, в скорости авто потерял немного при разгоне, и масса перевозимого груза тоже снизилась, на крутых поворотах автомобиль немного кидает. Но в целом, по своей надежности машина не уступала бронированному транспортному средству "Кайман", а также модернизованной БТР-70, и БМП.

– Жалко только, что уступает уже довольно старому танку Т-72. – прозвучала окончательная мысль Химика. И Артем, доедая протеиновый батончик, выдохнул и сказал:

– Фууу, наелся, этот метаболизм меня и радует и удивляет. А тебя до этого рассказа после вчерашнего разговора немного другим видел, как я ошибался. Наверное, машина женщин заменяет, любишь ты ее очень.

«Издевайся, издевайся». – раздался голос Химика в голове у Артема. А вслух Химик произнес:

– Данное авто нам даст проехать в зараженный город, а не проползти на четвереньках по канализационным трубам и, заметь, без должной гордости я тебе скажу, что не броня и оружие тут главное, а члены нашей команды.

– Так какой план для нашей честной компании? – произнес Артем вслух и про себя проговорил: «наверное, ты успел уже всем мозги промыть, так да?»

И в голове пронеслись слова Химика:

«Я видел мутантов куда более могущественных, чем я, у них есть уже даже свои мини-города, так вот такие, как я, наделенные могуществом, используют всех как рабов и неважно, зараженный тот паразитом или свободный: одни приносят им пользу, охраняют, кормят, одевают, а другие доставляют удовольствие, но едва ли одни и те же, ты чувствуешь, что относишься к первым или ко вторым? Можешь не отвечать, это риторический вопрос.»

Химик, проезжая блок пост и выруливая на основную трассу, уже голосом сказал:

– Ну план у нас простой, едим за моими детьми, туда заглянем, а потом на трассу. Если нужно что-то в дороге, не стесняйтесь, там канистра есть, остановок по просьбе не будет.

Артем, запутавшись окончательно, куда они едут и зачем, смотря на происходящий фарс, решил спросить у всех сразу:

– Только мне кажется странным ехать за детьми Химика, когда тут орда мутантов ждет пополнения и раздавит ваше импровизированное укрепление, ваш форт, как надоевшего комара. Разве вам не надо находиться там, Аркадий, и людей готовить к предстоящим событиям?

Аркадий спокойно произнес:

– Там есть Роман, Игорь и много кого еще, я лишь представляю небольшую группу выживших из Мирного, пару семей, думаю они и без моих подсказок уже сделали ноги!

Артем кипел и, не зная куда вылить подступивший гнев, начал буравить глазами Арину, а когда окончательно его достал вид абсолютно спокойно сидящей девушки, явно знающей больше него, он не выдержал и выпалил:

– Арина, а вы не могли бы рассказать, что вы тут с нами делаете, вам не кажется, что так вы своим не поможете, а еще дальше уезжаете от их местонахождения в глубь зараженных районов?

Арина спокойно ответила:

– Пускай заберет своих детей, он мне обещал помочь с машиной. Я все задокументирую для выживших, какая вокруг обстановка, может хороший сюжет выйти. У меня периодически отснятый материал покупают, и даже дисками и флешками распространяют, мой материал, думаю, не одной тысяче людей помог выжить. Так что, нашлась и для меня работа в этом мире, и все наперебой просят отснять то охоту, то информацию по выживанию. Может повезет и техника попадется, оставленная военными, так я своим быстрее помогу. Если хотите, покажу информацию, что уже отсняла с вами.

Артем слушал и не понимал, что вообще происходит, его подсознание отчетливо ему подсказывало нереальность происходящего, ком подошёл к горлу и сердце стало бешено колотиться, появились дурные мысли о взломе его мозга и он положил руку на пистолет, как в голове опять Химик проговорил:

«Все успокойся, руку убери с пистолета, а то я и машину веду и на вас отвлекаюсь, знаешь, сложно ехать с людьми, которым полностью не доверяешь, а ты еще и масло в огонь подливаешь своими сомнениями о реальности происходящего, мне трудно наблюдать за тобой, да и небезопасно, вдруг Нэя тварь какую пропустит, их еще нужно обмануть и перенаправить.»

Артем мысленно сказал Химику:

«Думаешь, меня каждый день под контроль берут, может это и есть часть твоего плана по контролю чужого сознания, но они мне кажутся неадекватными, все какие-то возбужденные и радостные, словно мы с детьми на пикник едем, глаза спокойные и стеклянные. Вон Арину вчера к пулемету пристегивал, так она после еще часа два ерзала, нервничала, а потом сбежала, а сегодня сама спокойствие. Маус твои команды выполняет, словно знает давно тебя, и каждой твоей шутке или слову поддакивает, как болванчик. Почему они вдруг так изменились и как я могу после этого всем доверять?»

Химик сбавил газ на очередном повороте, задумчиво посмотрел куда-то вдаль удаляющемуся форту и мысленно сказал Артему:

«Слушай внимательно, они нормальные, просто, когда я говорю, они всё считают за правду, видя во мне высший авторитет, остальные вопросы, не связанные со мной они решают по старинке, эффект от моего присутствия в их головах пропадет, стоит мне уйти хотя бы на сто метров. Если тебя можно было бы незаметно взять под контроль, я бы так и сделал. У тебя много вопросов. Последние события изменили твое сознание и тело, ты уже не совсем человек. Следовательно, многие ответы ты найдешь, а многие нет.»

«Говори дальше, зачем тут Арина, ты уже со своими фокусами задрал, зачем на хер нам нужен детский сад?» – мысленно произнес Артем.

«Блогер она, твои подозрения необоснованные, информацию на заказ записывает, для меня тоже кое-что отснять надо. Если не веришь, обрати внимание на аккуратно прикрепленную экшн камеру в утолщении лямки рюкзака, а в рюкзаке переносные жесткие диски, зарядка и другая аппаратура. Думаю, там есть что посмотреть, ты ей, кстати, очень интересен, хотя она на тебя и обижена, не хочешь воспользоваться подсказкой, а? Дети мои лучше к этому миру приспособлены чем ты, просто они все равно дети и ими рисковать мне не хочется, а ты сам пришел за помощью, я помогу тебе, вот сиди и жди, скоро все сам увидишь.»

Артем сместился чуть левее от входа и, обведя всю группу глазами, сказал:

– Химик, давай уже по делу, места скоро неспокойные пойдут, каждому задачу не хочешь рассказать!

– Сразу для тебя и всех еще раз задачу объясняю. В общем так, Принц, ты садись за второй ствол, 30 – мм пушка твоя, джойстики как в играх компьютерных настроены, ловишь тварь в перекрестие и стреляешь, в левом углу монитора схема машины и ваше направление ствола, твой номер второй. Маус – первый номер, говорю по направлению часов – вы разворачиваете ствол и стреляете, очень экономно, боезапас на стволы Мауса 7,62 мм можно найти, на твои только на военных базах, если договариваться. Есть мертвые сектора, у Мауса хорошо отстреливать все, что впереди чуть выше бампера, но ниже самой машины он может брать сектора с 9.00 до 15.00. Ты можешь вертеть ствол во все стороны, но ближе чем пятнадцать метров из-за высоты машины низких тварей не увидишь. Через амбразуры левый борт берет Арина, правый Аркадий, им стрелять в последнюю очередь, амбразу мы сами уже добавили, шума много будет и гари, будем задыхаться. Так что, Аркадий и Арина, слушайте внимательно и сморите в оба, ваша цель- средние твари, мелкие и слаборазвитые не страшны, а крупных ваши автоматы не возьмут.

– Так, все на позиции первый номер на час, второй на одиннадцать часов. Дать одиночный выстрел.

Грохнуло знатно, особенно от 30-мм пушки уши немного заложило. В голове появился звон, и Принц не успел обдумать идею, что нужны наушники как у танкистов, услышал ответ Химика, что было бы хорошо, но нету, а шумоизоляция при амбразурах не поможет. Так что, лучше пока уши заткнуть и так команды получать. Остальным он тоже самое ментально сказал, но они не удивились, что его слышат, как он объяснил, они думают, что он через мегафон с ними говорит.

Броневик резво набирал скорость, и группа уже через полчаса выехала на одну из трасс, проехав по ней с десятка два километров, начались первые пробки и Химик, практически не сбавляя скорости, начал маневрировать среди брошенных авто. Следы присутствия мутантов были, но пока встречались одиноко стоявшие мутировавшие собаки, которые при виде броневика какое-то время сопровождали его, а потом, потеряв интерес, бросали эту затею. Где-то вдалеке слышалась стрельба и Химик, определив направление, добавил газа, в кабине приходилось уже держаться одной рукой за поручни, заранее предусмотренные на этот случай. Миновав очередной поворот, открылась картина Жнеца, кружившегося вокруг одной заправки. Жнец ревел, мотал головой из стороны в сторону, прыжками уходил с линии огня, но не приближался к заправке, хотя одним прыжком он мог ее просто сломать, так как она не выглядела особо надежной и была сделана из легких алюминиевых конструкций, обшитых разноцветным вентилируемым фасадом.

По фонтанчикам крови, периодически вырывавшихся из его головы, стало понятно, что его обстреливают с разных сторон, но пока безуспешно. Вдали маячило стадо мутантов, образовавшее полукруг и старающееся зайти на территорию заправки, но натыкающееся на невидимую стену. Когда осталось до заправки метров четыреста, Химик замедлил ход, спокойно наблюдая за картиной происходящего и выжидая развитие событий.

Принц уже давно водивший ствол за тварью, не выдержал и решил более точнее взять тварь на прицел, чтобы уже полностью быть готовым, как вдруг Химик произнес:

– Смотри, он закончил игру, сейчас будет финальная сцена!!!

И после этих слов, словно тень пронеслось быстрое и ловкое существо, кувырком забралось на спину твари и двумя острыми клинками начало наносить колющие удары, тварь начала крутиться на месте, но существо, которое оказалось человеком, было невысокого роста, и он стоял, как приклеенный, на спине мутанта, пока одна из верхних бронепластин не отошла, мгновенно раздался рев и один клинок утонул по рукоятку в шее у мутанта. Мутант, решив скинуть надоедливого наездника, сделал кувырок вперед, но человек, ожидая, что будет сальто в воздухе, ушел влево и уже вскарабкивался на поднимающуюся тварь, вынув клинок, он продолжал наносить множественные удары. Тварь ревела и металась, но это ей не сильно помогало, так как река крови разливалась вокруг под ней, ослабляя ее. Тварь уже немного качалась при повороте, казалось, она начинает терять равновесие, и наездник, спрыгнув, принялся наносить множественные удары в предполагаемое место, напоминавшее коленную чашечку, защищённую роговыми пластинами со всех сторон. Вот наметилась щель и клинок опять зашел в нужное место и тварь, как подкошенная, завалилась на бок. Пытаясь встать, она опять рухнула. Ревя словно тепловоз и кусая вокруг воздух огромными челюстями, как у аллигатора, тварь пыталась ухватить танцующего в смертельном танце перед ней мальчика, тот сделал резкий выпад и клинок вонзился твари в единственный уцелевший глаз, но не убил ее. Тварь соскочила и тут же упала с грохотом, а пацан уже наносил удары по второй ноге, ища места между пластинами и, не уследив за одной лапой, получил приличный удар по телу. Мальчика пару раз подбросило в воздухе, но он как кошка приземлился на ноги, подхватил лежавший кусок арматуры и, разогнавшись в прыжке, вытянулся и засунул арматурину в соединение бронепластин предплечья твари. Расстояние между нами сократилась почти до ста пятидесяти метров, как Химик скомандовал:

– Второй номер, в шею дать два выстрела, голову не зацепи.

И Принц, поймав в прицел шею, дал два выстрела ровно туда, куда ему показалось нужно, но несмотря на его ожидания, тварь не умерла, а лишь оживилась от боли разбитых броневых пластин, но пацан не медлил и уже двумя клинками орудовал в образовавшейся рану, словно муха машет крыльями, так быстры и ловки были его движения. Потом, вынув оба клинка, отскочил на пару метров и стал просто ждать. В это время стая мутантов уже окружила кольцом заправку и машину тоже, но не делала никаких попыток напасть.

Химик заглушил мотор, все еще с минуту молча наблюдали, как густыми толчками выплёскивается кровь из раны Жнеца. Потом Химик скомандовал:

– Все к боевой готовности, Арина займи место Принца. Принц, со мной на выход! Если какая-нибудь тварь нарушит периметр, огонь на поражение по ней.

Когда Химик и Принц вылезли из машины, целая толпа детворы, выскочившая из заправки с электрическими болгарками и дрелями, начали разделку туши твари. Всего детей было шестеро, грязные и перемазанные кровью мутанта, с оружием за спинами и радостно визжа, отрезали твари голову. Рядом валялись их небольшие рюкзачки. Принцу было любопытно, что детвора будет делать с добытыми трофеями и он не заметил, как к ним подошел пацан лет четырнадцати-шестнадцати, вытирая клинки о кусок ткани и сказал:

– Жнецу габелла уже была, Химик, зачем патроны тратили. Че мы на этом корыте дальше поедем?

Принц протянул руку и сказал:

– Здравствуй, меня Принцем кличут. Хорошая реакция.

Пацан в черной бандане, с черепом на голове и круглыми очками на резинке небрежным рукопожатием ответил:

– Здрасьте, забор покрасьте. Геймер, так меня Химик назвал.

Химик же, до этого стоявший безучастно, вертел по сторонам головой, а потом сказал:

– А если не пришли, долго ты еще прыгал бы. Не смог пробить череп через глаз, да? Почему в глаз не выстрелил, как я тебя учил, тебе надо было попозерничать?

Геймер, изображая крутого парня, стал в стойку и сказал:

– Да, я уже слоупок старый, все пропускаю, сейчас мне инъекцию гидроебанита и можно дальше наказывать мутантов. Хочу стать еще сильнее, а так ствол баланс нарушает в прыжках, да и долго его перезаряжать. Ты же умный, Химик, придумай арбалет какой-нибудь чтобы череп на расстоянии пробивал. Химик мне же нужны тренировки, а если я ее сразу завалил бы, то не узнал, что можно ей ноги так подрубить, что она не встанет, прошлые разы так не получалось.

– Почему раньше времени сюда ушли, мы же договаривались, что вы в укрытии меня будете ждать.

Геймер, сплюнув жвачку и пнув ее носком ботинка, смущенно произнес:

– Там страшно нам стало, много мимиков и хрен, сука, какой-то здоровый ходил, больше этого. Ну мы и так неплохо поохотились, и решили сюда сместиться, пока не так много тварей тут, мелкие еще в футбол хотели поиграть.

Геймер полез в карман и достал кулек, развернув который, протянул Химику пять шариков золотистого цвета.

Подбежали перемазанные детишки, кромсавшие до этого мертвого Жнеца, один из них сделал шаг и протянул еще один золотистый шарик. Химик повертел его в руках и отдал Принцу.

– Держи, скажем это тебе аванс, который ты еще должен отработать.

Остальные шарики он сгрёб в подсумок и извлек оттуда две бутылки с прозрачной жидкостью. Маленькую он вручил Геймеру, а двухлитровую отдал тому пацану, что принес горошину. Тварь уже разделали и какие-то части поместили в контейнер размерами двадцать на двадцать сантиметров.

Геймер тут же присосался к бутылке и, жадно глотая жидкость, сказал:

– Состав немного поменял, горло что-то дерет. Имбиря с корицей кажется много добавил?

Химик кивнул и, посмотрев на Принца, сказал:

– Мутагеном не стоит злоупотреблять, можно развить зависимость, я стараюсь сдерживать потенциал моих детей и равномерно развивать, а то может произойти кое-что нехорошее.

Геймер закрутил крышку, примостив бутылку в карман сумки, и сказал:

– Я еще скучаю по Андрэ, жалко, что он не с нами. И жестом указав на Принца, спросил у Химика:

– А он что еще не открыл свой дар? Ты ему гидроебанит еще не давал?

– Какой дар? Химик, он имеет ввиду скорость и силу?

Химик задумался, и сказал:

– Дар то у него уже есть, мы с Нэей его почувствовали, но как его активировать, пока не знаем. Смотри, Принц, у Геймера дары: скорость, регенерация и реакция, он может мухе крылья срезать на лету, но долго в таком состоянии он не может находиться, хорошо восстанавливается, есть откат по времени, а если не рассчитать нагрузку, можно погибнуть. Запомни, ты не можешь потратить резервы организма больше, чем они у тебя есть. Вообще откаты разные бывают, скажем еще минута, другая и Геймер бы стал медленнее черепахи, тогда бы тварь его и сожрала. Продолжим в машине, дети, вещи собирайте и поехали.

– Хорошо, допустим я вам верю насчет дара. Что такое мутаген? И какой дар у тебя, Химик? Мне Львовна говорила, что мутанты меня своим считают, может это тоже дар.

Химик огляделся и сказал:

– Старая ведьма значит еще жива, ладно, вот смотри, у тебя не дар есть, а метка или маркер, тебя пометили с командой «не трогать», как будто тебя нельзя есть низшим тварям. У меня много даров, но все они завязаны на Нэе. Сейчас мои дети держат периметр, это пассивный дар одного из них, но это не действует на высших тварей. Низшие твари это все, что мутировало от зараженного паразитом человека и еще не завершило свой процесс перерождения. Перерождение – это момент подключения мутанта к Сети инопланетян. Нэя приобрела личность раньше, чем подключилась к Сети, так что на короткие моменты мы можем мониторить Сеть, но это очень опасно, если оно нас в Сети найдет, может полностью подчинить Нэю своей воли, так что мы не рискуем. Высшие твари – это все остальные. Вообще мутировавшие низшие твари и зараженные не трогают полумутантов вроде меня и моих детей, если им не дадут команду это сделать.

– Все садимся, остальное по дороге, долго мы уже тут. Все загрузились? Геймер вторым номером на пулемет, Принц вперед садись.

Машина заурчала двигателями и броневик покатился дальше по дороге, твари разбегались по лесополосе и в отдельно стоящие домики, пока никто не пытался атаковать. Выехав с грунтовой дороги на основательную трассу и протопив по направлению к городу, Химик продолжил ликбез:

– Смотри, Принц, твой дар как-то связан с прогнозированием ситуаций, это не ясновидение, а именно анализ, ты подключаешься к информационному полю и просчитываешь лучшие варианты, но я думаю, что нет сто процентной гарантии.

– Как ты это понял? Вообще, ты не рассказал, как связан мутаген с даром?

– Я анализировал твои воспоминания и наткнулся на твой тренировочный бой, там была первая активация, потом с бандитами на дороге, потом с Ариной.

В голове запульсировало и начало немного плющить, Химик надавил на газ и голос Нэи произнес в голове всех сразу:

«Первый, второй расчет оружие на тринадцать часов, Жнец оторвался от своей группы и приближается к нам, расстояние 300 метров… 250 метров… 200 метров, стрелять сразу, как увидите тварь, тварь на двенадцать часов.

И огромная тварь выскочила на дорогу и мчалась на броневик, все стало вдруг как в замедленном кино. Скачек, еще скачек и вот застучал автомат Мауса, высекая искры из-под ног твари, подключился Геймер и стрелял твари в грудь.

Сам не ожидая, Принц закричал:

– Химик, рули вправо, Геймер в голову стреляй, хватит думать о трофеях.

Несколько попаданий разворотило морду Жнеца, и он закувыркался, тем временем машина резко ушла вправо, и лишь пару сантиметров разделили броневик от страшного удара.

Еще минуту все переводили дыхание, машина также продолжала мчаться. Прошло пару минут и застучал то один автомат, то другой, Химик отдавал команды напрямую стрелкам, те находили цели и одиночными выстрелами убивали тварей. Так прошло полчаса, и они миновали окраину какого-то города по объездной трассе, опять потянулись леса, брошенные автомобили и заправки, выстрелы смолкли.

– Молодец Принц, не зря ты тут с нами. Еще сорок минут, и мы у цели. Смотри, могу тебе по-простому объяснить или по-научному изложить свою теорию. Как тебе лучше?

– Давай по-научному, но без глубоких терминов, а то сейчас как-то не время учить незнакомую терминологию. Не люблю, когда мне на пальцах объясняют работу атомного реактора.

Химик достал флягу и протянул ее Принцу. Тот, жадно глотнув, вернул флягу, и Химик начал свой монолог:

– Работа над изучением первого инопланетного мутагена началась еще давно, место, куда мы едем, является одним из центров по изучению возможностей генной инженерии. Первые образцы инопланетного материала добыли археологи еще шестьдесят лет тому назад, сами не понимая какой прорыв был сделан.

Лаборатории во всем мире, как бешенные, начали покупать синтетические гены для вживления в растения и животных, для тестирования новых методик лечения болезней и выведения гибридных растений. Некоторые ученые даже без согласия международных комиссий начали экспериментировать над людьми. Первыми ничего не подозревающими добровольцами стали родители детей, родившихся методом искусственного оплодотворения. ДНК у этих детей сшивали из нескольких отдельно созданных частей, словно Франкенштейна, что занимало много времени и часто приводило к негативным результатам. Некоторые части сшитого ДНК могли быть вообще неактивны всю жизнь, и это уже была вторая задача, заставить их активироваться.

Принц недобро взглянул на Химика, почувствовал, что к горлу подошел комок, и подумал, что он тоже своего рода подопытная крыса, сглотнул слюну и мысленно попросил продолжать. А в это время на очень близком расстоянии проносилась очередная тварь без признаков интереса к их бронемобилю.

– За этими детьми наблюдали в течении их жизни, выбирали лучшие комбинации, но данный метод заставлял ждать слишком долго, и результат достигался не всегда. Так что, мы ушли к другому методу ДНК 3Д принтингу. Это все равно, что напечатать дом, еду или одежду. Хороший метод, но с большим изъяном, фермент для строительства и связей, из которого мог брать принтер, являлись клетками иммунной системы, их не так много, во-вторых их тоже надо восполнять. Короче, приходилось строить новые клетки из клеток, которые на вес золота в организме, да и установка была размером с дом. Ну, скажем, при борьбе с раком неплохой метод.

Геймер не выдержал и спросил:

– Химик, ты ему сразу по голове лопатой дашь, ну чтоб не мучился, давай уже про гидроебанит наш, а то у тебя и способ синтеза еще впереди, и метод гибридизации молекул ДНК, в общем хрень полная.

Химик немного улыбнулся и сказал:

– Ты там следи по сторонам и уши не развешивай, да еще свои матюки из речи убирай, а то до ушей не дотягиваюсь, чтобы надрать, как следует.

Геймер развернул пушку на пятнадцать часов и сказал:

– Там тварь одна на Брюса Уиллиса похожа, давно аккуратно бежит в стороне, но не приближается, может я ее в самую сраку пальну.

Химик, что-то обдумав, спросил:

– А почему на Брюса Уиллиса похожа, вообще не нахожу сходства, первый номер на девять часов, второй на пятнадцать, сейчас будет ровный участок, по готовности одиночным по тварям огонь!

Через пару секунд раздался сдвоенный выстрел, и Геймер, радуясь своему попаданию, воскликнул:

– Ебать, его расколошматило. Прощай Брюс.

Какое-то время ехали молча, потом Геймер сказал:

– Вон он, хрен какой-то вместо Брюса теперь бежит.

Маус, все это время молчавший, сказал:

– С моей стороны парочка уже собралась, но далеко, что делать?

Химик задумался, а потом сказал:

– Пока не приближаются, пусть бегут, вам веселее, может у них марафон. Принц, на чем я остановился?

– На гидроебаните.

– Ммм, значит гидроебанит… тфу. Привязалось слово, мутаген- эта новая высокоразвитая технология. Каждая единица представляет собой целый завод.

– Можно сразу вопрос, но только не смейся, я в этом меньше тебя шарю. – сказал Принц и вытащил шарик из кармана. – Этот шарик и есть скопление нанороботов, а зачем им в шарик собираться?

Химик, немного сам себе покивав, ответил:

– Тут как бы у нас только теоретическое понимание. Так вот, в шарик собрались для зарядки и совместного ремонта, а также для обмена непонятными нам структурами, информацией. Скажем, они, как вахтеры, часть в организме работают, часть в вахтовом городке на базе. Потом размеры шариков разные бывают, скажем колония может принять другой тип биомеханических нанороботов. Тот, что у вас, среднего размера. Принципиально их там несколько типов, но мы мало об этом знаем. Так понятно?

– Ну более или менее. Ну смотри, я два вида их видел, первый в жидкости, а второй в виде шарика.

– А еще можно из плазмы тварей их извлечь, путем химических реакций часть выделить, но их там будет совсем мало и, если их будет меньше, чем нужное количество, то и эффект от них тоже будет слабый. А потом смотри, в воде или растворе шарик если ты растворишь, то нанороботы сбросят настройки, если по-простому, и, уже попадая в организм, работают на восстановление и ускоренную регенерацию клеток. Один наноробот из поврежденных клеток организма может создать тысячи здоровых клеток буквально за минуту. Первичные тесты демонстрировали эффективность в 98%.

Теперь, что касается употребления их в чистом виде, это уже лотерея, что может получится на выходе. Может получится сверхсильный организм с дарами или сверхспособностями, а может быть пшик и человек умрет. В этой области я мало знаю, есть ребята, кто экспериментировал, они больше могут объяснить. Есть вопросы?

– Если я сейчас его проглочу, то они встроятся и сделают меня лучшей версией меня?

В разговор влез Геймер, желая дать совет от себя:

– Ссыкатно как-то, но у меня есть одно правило, видишь новичка, если есть гидроебанит – поделись, если выживет, то к карме плюсом пойдет, если нет, значит нет ему в новом мире места. Глотай гидроебанит и молись, что бы еще две руки не выросли. А может тебе плюшек так отсыпет, что твари рядом ссаться будут при виде тебя.

Машину начало подкидывать на разбитом участке дороги, сзади поднималась пыль, редкие твари не старались атаковать, а лишь провожали взглядом и Принц, обдумав, все же положил шарик в нагрудный карман.

Геймер не удержался и совсем как расстроенный ребенок сказал:

– Знаешь почему Сопливый выжил?

Химик улыбнулся и сказал:

– Давай я лучше твою историю сам расскажу, ты не против?

– Я не против, но комментарии буду свои вставлять. Да, Химик, твари перестали рядом бежать, что это может значить?

– Думаю, есть другой способ наблюдать, вот и перестали следить.

Так вот одни рейдеры Геймера Сопливым окрестили, у него реально сопли зеленые шли из носа, не знаю, может особенность его организма, но в общем забаррикадировался он знатно в одной аптеке, мужики его целый день уговаривали выйти, пока на штурм не пошли. Взломали дверь, а там пацан в шарфе, шапке и носках бабушкиных шмыгает носом и угрожает им.

– Не в шапке я был, а в кепке, а нос я только промыл, вот они падлы зеленые и побежали. Не угрожал я им, так хотел напугать, что заразный.

Маус не выдержал и начал как одержимый смеяться, а потом добавил:

– Так и представил, не продолжай дальше, а то пупок развяжется, он мне все шептал какой он крутой, а сам сопли на кулак наматывал.

Всех немного отпустило напряжение, и легкая улыбка появилась на лицах и Химик, кашлянув пару раз, продолжил:

– В общем, все брезгуют подойти к нему, а вдруг заразный какой, но ребенок же все равно, бросить не могут. Вроде уговорили идти с ними, а сами идут и меж собой руки постоянно обеззараживающим промывают.

– Да, я на тот момент уже месяц в этой аптеке жил, жрать нормальную еду хотелось, да и пообщаться с людьми, а то как свет дадут, так там реклама про препараты всякие, я их наизусть все выучил.

– Ну так вот, покормили они его вечером у костра, посуду выкинули, на всякий случай, а он все шмыгает и шмыгает, носом даже кто-то убить его хотел за это. Байки потравили, рассказали ему какие тут мутанты уже бегают. А он все про игры им втирал, какой он крутой игрок, как он пачками монстров уложил, что сейчас придет на базу, стволом обживется и начнет прокачиваться, монстров гасить и его Сопливым не будут звать.

Ну, мужики поржали вдоволь, да спать легли, а этот носочки, вязаные одел, двойным одеялом укутался и шмыгает, шмыгает.

– Да ну тебя, Химик, двойным я не укрывался, там в колодце холодно было, я там-то был, а не ты.

– Ну вот вспомнил он, что есть леденцы с аптеки прихваченные, вообще половину аптеки они тогда принесли, ну и вот решил сладкое на ночь погрызть.

– Да, не сладкое я хотел, а мятные найти, чтобы нос перестал бежать, иногда помогало, знаешь, как утром после ночи погано, а так пососёшь мятную, и вроде утром не кошки срали, и нос не так саднит.

Все улыбнулись, а Маус простонал, сдерживая смех:

– Продолжай, жги Химик.

– Нашел он конфетки и грызть начал, съел одну, да и уснул. Мужики утром разбор полетов между собой устроили, в сумках кто-то шарился, да и один шарик пропал, а этот спит, его разбудили, и он спросонья признался, что съел один.

– Да, я им так сказал, говном шарик был, я-то сразу не смог учуять, только когда уже раскусил понял.

– Мужики в шоке на него смотрят и один говорит, что он уже не жилец, так Сопливый давай там рыдать и проситься к доктору, а мужики ни в какую. Сказали, нету тут рядом докторов и начали его вещи переворачивать, а один за руку держал крепко. Ну наш Сопливый начал дергаться и вырываться, кепка и сползла, а там полным ходом мутация на голове, волос мало и вообще жуткий вид. Дружно, не сговариваясь, схватились за стволы и давай в Сопливого стрелять, тот вырвался и, как в матрице, от пуль уклоняться начал, хрен попадешь. Скакал с полминуты, а потом мешком рухнул, его для верности еще лопатой по голове ударили пару раз. Сморят, а нет ранений. Связали и ко мне. Долго торговались со мной, а как услышали, что я его буду изучать и на органы резать, так решили просто обменять на шарик, ну я и согласился. Плакал Сопливый целый день!!!

– Не плакал я, просто очень грустно от твоих слов стало, живьем резать собрался. Страшно до сих пор, вот такому попасть на стол.

Химик, хмыкнув, сказал:

– Да вшил ему я пару катетеров, немного попугал, хотел узнать, когда его способность активируется. Жалко стало, когда он просил, чтобы в носочках его бабушкиных похоронили.

– Вряд ли тебе жалко было, сам же говорил, что ноги на части порежешь, там уже и хоронить нечего будет.

Принц что-то почувствовал и резко закричал:

– Стой, машину останавливай и задний ход, быстрее Химик, что ты копаешься, просто верь!!!

Нэя тут же заговорила с Принцем внутри его головы:

«Я ничего не чувствую, Принц, можно я посмотрю, что ты почувствовал?»

«Хорошо, смотри.» Принца немного скрючило, а потом отпустило, словно раскалённым прутком орудовали в голове. Химик уже сдавал назад на полном ходу, ища место для разворота, протянул флягу Принцу и приказал:

– Пей быстрей!

Принц выпил. И уже когда машину развернуло на сто восемьдесят градусов, на расстоянии около пятьсот метров из-за поворота выбежало три Жнеца, а за ними еще парочка разных тварей.

Химик, все время сидевший спокойно, прокричал громко для всех:

– Второй, ствол на шесть часов, долбить по всем тварям, что будут приближаться на расстоянии двухсот метров. Первый расчет, Маус, твою мать, не спи, на двенадцать часов стреляй во всех тварей. Нас хотят взять в клешни, к амбразурам Арина и Аркадий, не зевать, боезапас не экономить.

– Ааа! – закричал Геймер, – их очень много, я стараюсь Химик, стараюсь.

– Быстрее Геймер, быстрее! Давай, не зевай, только ты тут можешь ускоряться!

Грохотало так, что уши заложило напрочь. Принц вжался в кресло и лишь просто наблюдал, как машина проносилась через толпу тварей, а спаренный пулемет не умолкал и засыпал дорогу трупами, на которые залетала машина и что-то с хрустом чавкало под колесами. Одна тварь влетела в лобовое стекло и оставила лишь кровавый след. Дворники не справлялись с брызгами крови на лобовом, а еще одна тварь влетела в кенгурятник, зацепилась на нем и начала махать лапами, стараясь пробить окно, но машину подкинуло на теле собрата, и она, оторвавшись, упала под колеса.

– Маус, твою мать, быстрее реагируй, еще одна такая тварь и сам полезешь со стекла сгребать кишки!

Химик выругался и попросил Принца плеснуть воды на лобовое, тот на скорости высунулся и быстро из бутылки полил стекло насколько смог дотянуться. Этого явно не хватало для обзора, а монитор, встроенный в панель, давал размытую картинку, другие камеры тоже забрызгало.

Принц, взявшись за автомат, предложил высунуться из машины и вперед тоже зачищать дорогу по возможности, на что услышал мат на очередные кочки от Химика, и что твари его за эту руку и выдернут наружу.

Маус обеспокоенный закричал под грохот выстрелов, правда его услышал только Химик, о том, что индикатор показывает повышение нагрева спаренных автоматов и что будет, когда они совсем нагреются, он не знает.

Химик бросил взгляд на Принца и закричал:

– Ты что молчишь, я жду от тебя указаний куда сворачивать, там тварей еще больше впереди, давай, давай, родной, на тебя вся надежда!

Сквозь грохот он услышал плач детей, и злые морды тварей были все ближе и ближе, и спаренные автоматы Мауса заглохли. Одна мысль в голове: куда нырнуть и стать маленьким и невидимым. Он сказал, что первое пришло в голову:

– Через триста метров будет деривационный канал, ныряем туда, там плавный бетонный съезд, воды в нем нет и будем двигаться по нему.

Химик, притормаживая перед каналом, плавно съехал в него, по пути собрав парочку незваных пассажиров, которые просились во внутрь, стуча по корпусу. Подключился автомат Арины, и две твари сорвались с кузова, но одна, особо прыткая, уже не человек, а что-то совсем иное умудрилась забраться на крышу, сразу принялась стучать по выпирающим частям, пытаясь сломать навесное оборудование, мешая тридцатимиллиметровой пушке вести прицельный огонь. Деривационный канал снизу был залит бетоном и более шести метров ровной бетонки с небольшими бугорками из нанесенного песка, а боковые грани были сделаны из плит и блоков, крепленных вместе, позволяя подняться в любом месте. Химик увеличил скорость и пытался, бросая машину то влево, то вправо, сбросить тварь, но та сидела крепко. Заезжая в туннель под дорогами, была надежда, что тварь сорвется, но она замолкала и потом опять продолжала колотить.

Геймер не выдержал и сказал:

– Там по туннелю за нами твари бегут, среди них есть вроде мутировавшие коровы, а они хорошо скорость могут в рывке развить, спаренным пулеметам, кажется, кратны вперед не могут стрелять, так что на мне и зад и перед, давай я через люк уберу тварь, а то она меня без главного калибра оставит скоро.

Химик скомандовал:

– Принц, через окно попробуй отвлечь тварь на себя, Геймер пошел. Остальным держаться крепко сейчас, будет мотать сильно.

Машину замотало. Принц начал постреливать в тварь, иногда появлявшуюся в его поле зрения, тварь, зацепленная случайным выстрелом, решила полностью сосредоточиться на Принце. Шея, перевитая жгутами мышц, кисти рук с костяными наростами и мощными когтями, пасть полная зубов, и ничем уже не напоминающий человеческий, бешенный взгляд. Этих пару секунд хватило, чтобы Геймер ловким движением киногероя выбрался на крышу и резким ударами оторвал твари голову. Затем Геймер, осмотревшись нырнул в люк, присвистывая и напевая песенку с непонятными словами, уже внутри уселся за стрелка, подтянул к себе манипуляторы и удовлетворенно пробежал по кнопкам, проводя проверочные манипуляции.

– Фуу, подкрался к ней на расстоянии вытянутого соска и так рубанул, чуть сам не отлетел и под себя не сходил. Все – главный калибр готов, спаренные повело от перегрева и тварь их погнула, твари продолжают преследование, но только крупные, мелочь отстала! Что делаем, босс?

Аркадий, стоявший у амбразуры, обернулся на пару секунд и, не отрывая глаз, проговорил:

– Там впереди в километрах двадцати есть шлюз водосборника, он перенаправляет поток воды в другой канал, можно разрушить шлюз, вода станет хорошей преградой, да и тех, кто сзади смоет. Я там вверху просто работал инженером на ГЭС, выше платина, рядом с которой ГЭС, все еще помню.

Принц спросил:

– А если платину разрушить, что будет?

– Ну снесет пару деревень, уровень воды в районе ста километров повысится на метр, город затопит. Ну, наверное, большим тварям ничего не будет, а мелочь топить есть ли смысл, тут еще выжившие могут быть, им потом тоже выбраться только на лодках можно будет.

– Топить мы ничего не будем, Принц, шлюз взорвем, там в ящиках РПГ есть, Геймер, помоги Принцу залезть наверх и передай одну трубу.

– Я сам могу, Химик, доверь мне!

– Нет ты легкий слишком, тебя струей с машины может снести, а останавливаться мы надолго не будем.

Сказано- сделано, когда машина добралась до шлюза, Принц выстрелил, но воды в канале было мало, лишь жалкий ручеёк по каналу, тогда решили еще к следующему проехать, там уже вокруг все затопило и машина, завязая потихоньку приближалась к шлюзу, в котором, явно была вода, и рядом канал не справлялся с двойным напором воды. Точный выстрел и уже сам бушующий поток доделал все остальное, вырвав остатки шлюза, унеся его с собой. Принц видел, как твари начали бежать из шлюза в рассыпную, некоторых поток утащил с собой, некоторые пытались вскарабкаться, но лишь бултыхались. План сработал и была небольшая передышка. Химик вдавил в педаль газа, понимая, что времени не очень много, да и не факт, что твари не организуются впереди.

Химик ехал и о чем-то размышлял, Принц смотрел на дорогу, стараясь запомнить маршрут, Геймер присел на уши Маусу и рассказывал какие-то истории про свои вылазки, Аркадий, глава Мирного, капался в инструментах и что-то там прикидывал, Арина вытащила из амбразуры пару камер и начала скидывать информацию через планшет. Дети сидели смирно и тихонечко перешептывались между собой, пока самый маленький из них не сказал:

– Папа Химик, а можно мы покушаем и по-маленькому сходить надо.

Арина правильно отреагировала на ситуацию и принялась делать бутерброды, бросив через плечо: – Кому еще сделать бутерброд? – никто не отказался, и Химик сказал:

– Дети, терпите еще с минут двадцать, там на парковке сделаете свои дела, если не в терпёж там фляга есть, можете туда. На сладкое не налегать, я отсюда вижу, что вам Арина дает, – на самом деле Химик не видел, а просто это знал. Принца мучал вопрос, и он его решил мысленно задать:

«Химик, мне интересно, а только я вижу у того мальчика еще одни конечности в хитиновом панцире и рот немного странной формы, а у той девочки лицо, как у тебя, с искажением от мутаций?»

«А я думал, когда же ты задашь этот вопрос, это видишь ты, я, Геймер и дети, остальным я подправил восприятие, так лучше для них. Раз уж не удержался и прочитал все твои мысли, отвечу на все вопросы. И да, на видео они увидят и ужаснутся, Арина вообще в истерике будет биться и руку себе захочет отрезать, когда пересмотрит видео, что отсняла. Глянь, как она нежно их гладит по их изуродованным головам, а они тоже хотят тепла и ласки, притом искренней и не без жалости, жалость они ненавидят. Себя уже такими они приняли, детская психика, поверь, очень уникальная, они даже отчасти рады, что уникальны. Пока способности у них слабые, я их защищаю, кормлю и оберегаю, как самостоятельными станут, отпущу выживать в новом мире. У них шансов больше, чем у нас, твари их за своих часто принимают, даже могут защищать. Про тебя я ничего не знаю, откуда у тебя способность и будешь ли ты мутировать или нет. Ты что-то другое.»

Глава XIII

Выехав на асфальтную дорогу, впереди они увидели огромных размеров объект с массивным забором, проезжая рядом с которым, были видны лишь крыши купольных ангаров, смотровые вышки, разного рода здания, много огромных спутниковых антенн, свое взлетное поле и, заскочив через один пролом в стене, стало понятно, что на территории объекта велся долгий и основательный бой, где люди проиграли. В близи уже здания не казались таким целыми и блестящими, везде виднелись проломы и следы крови, часть вышек были повалены на территории, БТР и пару танков, выглядевших с виду целыми, кто-то просто перевернул вверх ногами. Вокруг валялись автоматы и пистолеты, разорванные разгрузки, пробитые каски и бронежилеты. Химик резко повернул к одному зданию и на скорости влетел на пандус, ведущий по указателю в подземную парковку. Подъехав к воротам, нажал пару кнопок на пульте, ничего не произошло, постучал по пульту, ворота остались закрытыми.

– Батарейки может сели, поменяй их, – кто-то сказал сзади.

И вправду батарейки сели и все вздохнули с облегчением, когда въехали на парковку и массивная дверь закрылась. Парковка оказался трехуровневая, на ней было небольшое количество брошенных гражданских авто, пару раз одно из орудий задело бетонную балку при проезде под ней, и Химик стал аккуратней выбирать маршрут движения, пока не подъехал к стене с кодовым замком и надписью: «Только для сотрудников института ядерной физики и генной инженерии».

Химик вылез из машины и, немного размявшись, жестом пригласил всех поближе и начал ставить боевые задачи:

– Самому главному боевому звену – дети: взять под контроль периметр, от транспорта не уходить далеко, тварей не привлекать и не убивать по возможности.

– Аркадий за вас транспорт заправит, все что надо проверит, оружие отремонтирует, боезапас в лентах пополнит. Если не вернемся в течение пары часов, увози детей на старый наш схрон. Мы заходим внутрь комплекса, остальные получат всю информацию внутри.

Химик достал электронную ключ-карту и, набрав многозначный код, приложил карту к замку, и дверь ушла в нишу, открылся гараж специальной техники. Были машины, похожие на броневик, но без орудий, различные лаборатории на колесах с пометкой на борту о количестве инструментария и виде оборудования, пожарные машины, на прицепах, а также стояла разная измерительная аппаратура.

Указав на один из броневиков, Химик произнес:

– Ваша оплата, Арина, за материал, ключи в машине. Заправщик в конце парковки есть. Материал я у вас заберу по возращении. Будете осматривать технику или вы с нами пойдете дальше?

Арину видно задушила жаба и глазки ее заметались, но она сказала:

– Думаю, я там увижу много еще чего любопытного, а технику мне завести помогут мальчики?

И Маус, как ошалелый, замахал головой.

Все двинулись дальше, пройдя пару брошенных кпп, ремонтных мастерских, они добрались до лестницы. Химик опять приложил карту и набрал код, дверь отворилась, и они попали на лестницу, глубоко уходящую вниз. Стены были сделаны из полимерных материалов без швов, с приятным молочно-кофейным цветом, везде была чистота и воздух был не спёртым. Был слышен какой-то шум вдалеке, но разобрать что-то конкретное было сложно.

Лампочки кое-где помаргивали, и топот, отражавшийся от стен, создавал иллюзию присутствия кого-то еще, создавалось неприятное ощущение на душе. Спустившись до уровня 11Е, Химик открыл очередную дверь, провёл всех через дезинфекцию, всякие странные помещения, через несколько шлюзов, но чувство чего-то страшного накрывало все больше и больше. Принц начал потеть и уже стал отставать от колонны, постоянно озираясь, пока они не вошли в комнату охраны с множеством мониторов и Химик, усевшись за одни из пультов, начал рассказывать, щелкая кнопками и всматриваясь в картинку:

– Нашли артефакт наши доблестные археологи с рунами и письменами возле известной расщелины костей – Сима де лос Уэсос. Возможно события, которые произошли в расщелине костей, связаны с данным артефактом, но я этого не знаю. Там же в письменах были разные проклятия и предостережения с информацией о каком-то неуязвимом существе, которого боги отправили на спасение рабам своим, но существо возгордилось, и боги убили его, а прах заточили в сосуд, когда придет время, боги явятся сюда еще раз. Нам, честно, была неинтересна вся эта мифологическая хрень, у нас своей работы много, да и текст был переведен не полностью. Заинтересовал аналитиков источник надписей, его они отслеживали по генетическому коду, являвшийся визитной карточкой каждого послания, но присутствовали зашифрованные письмена в виде генетического кода, болтали, что эта как инструкция к чему-то нам еще не известному. Я хочу скинуть его в общую Сеть, может есть в нем смысл, кто знает, что нас может спасти, а может это пустышка вроде приготовления какого-нибудь бабушкиного деликатеса, передаваемого прямым наследникам.

В общем, немецкий институт выделил для нас из древних костей развалившуюся митохондриальную ДНК и восстановил ее последовательность. Как известно, митохондриальную ДНК анализировать проще, чем хромосомную, поскольку митохондрии присутствуют в клетках во множестве копий, а митохондрии – это первые одноклеточные с очень простой ДНК, которая заметно не изменилась до сих пор, что позволило сделать много прорывов, благодаря этой константе.

Геймер улыбнулся и сказал:

– Если дальше будет так же увлекательно, то я пошел, Химик у меня от этого места ноги мёрзнут, я бы сейчас с удовольствием бабушкины носки напялил, у тебя тут таких случайно не завалялось?

Маус виновато посмотрел в пол:

– А мне стыдно спрашивать, хотя вы очень интересно рассказываете, вот, например, как выглядели митохондрии?

Химик улыбнулся и, вспомнив времена, когда преподавал студентам продолжил:

– Все потом, мелкие детали не важны. Собрали немцы нам из цепочки ДНК одну клетку, передали. Ну, скажем человеческую собирать пару часов, а эту заняло порядка недели. Привезли нам ее, мы эту клетку и так стимулировали и так, нет реакции и среду благоприятную создали, все перепробовали. Прошли две недели в попытках, уже решили на хранение передать, смотрим, а она живая и активно делится. Позже мы поняли, клетка пришла к нам не одна, в ее структуре уже был вирус. Он был непохож на наши земные, вот и пропустили, наверное. Обычно пошаговая стратегия у вируса такая: проникновение, размножение и захват новой клетки, в редких случаях активно размножающийся вирус оставляет клетку-хозяина живой. Тут же вирус не только активно размножался, но и усиливал структуру плазматической мембраны, защищая клетку от других вирусов, словно броню вокруг клетки формировал. Поврежденные клетки вирус восстанавливал, жертвуя частью своей структуры, а при воздействии противовирусных средств погибала часть вирусных клеток до момента, пока вирус не взламывал структуру антибиотика, и уже через какое-то время был абсолютно к нему устойчив. Много раз вирус мутировал при атаке других вирусов, становясь сильнее и лучше, защищая клетку хозяина. Он просто был идеален.

Принц улыбнулся и сказал:

– Химик, ты так рассказываешь все подробно, как о любимой женщине, я раньше думал, ты машины любишь, а вот нет. Я, кстати, правильно понял, что вы потом решили применить вирус на человеческих клетках?

– Да, ты прав, человеческие клетки он убивал, пока мы не решили его обмануть и заменили часть ДНК вируса на наш земной прототип. – Химик потрогал нос и продолжил. – Мы праздновали победу, предвещая прорыв в медицине, избавление от многих болезней, увеличение срока жизни человека. Уникальный вирус работал на нас, человеческие клетки вирус не просто защищал, он еще вносил свои корректировки, старался улучшить носителя.

– А этап с белыми и серыми мышками вы пропустили? – спросила Арина.

Химик развернул экран стационарного компьютера, где помещение напоминало выставочный зал, на стеллаж было выставлено множество стеклянных сосудов с разными образцами, увеличение камеры не давало четкой картинки, но и по увиденному можно было, сказать в сосудах были мумифицированы эмбрионы.

– Мы выращивали эмбрионы и заражали их вирусом, пробовали вырастить инопланетное существо, заменяя многие цепочки ДНК, на инопланетные. Опыты не дали результатов, или мы делали не то, или все-таки инопланетная ДНК слишком чужеродна нашему пониманию. Еще одной особенностью вируса был избирательный симбиоз только с разумными существами, то есть с человеческой особью, другие формы жизни он просто убивал. Ну мы его уже не стали модифицировать, боясь извратить окончательно.

– Можешь картинку поменять на мониторе, а то как-то не хочется представлять, что я там могу увидеть ближе. Я не любил врачей, а теперь еще и ученых перестал, может ускорим нашу экскурсию, а то у меня уже паранойя начинается, слышь Геймер, найдешь носочки, поделись! – сказал Принц и нервно почесался.

Химик, грустный, смотря куда-то в стену, продолжил:

– Сто двенадцать заключенных приговоренных к смерти стали нашими белыми мышками, выжил «сто одиннадцатый» и «сто двенадцатый». У них не стало имен, вирус сжег их память, в период перестройки организмов поднял температуру их тел до 65 градусов. Поразительно, но это не убило их, а даже сделало с научной точки зрения чище. Они быстро восстановили потерянные навыки, стали быстрее, сильнее и умнее. После небольшого обучения, они стали жить и работать среди нас. Новых экспериментов пока решили не проводить, им создали легенды, дали рабочие места и круглосуточно наблюдали, делая анализы и собирая информацию. Они выходили на поверхность, участвовали в операциях, вели уже полноценную жизнь, но для нашего руководства они остались все теми же подопытными мышами и во время первой волны мутаций после сотни тестов было принято решение заразить их вирусом, что провоцировал мутации. После излечения «сто двенадцатого» и «сто одиннадцатого» планировалось использовать их иммунную систему, так как их иммунная система должна была научиться бороться с инфекцией и выработать антитела – специальные белки, нейтрализующие вирус мутации. Мы бы их потом постоянно заражали и собирали антитела, сделав живыми донорами для борьбы с этой заразой. Возможно даже одного бы разобрали по частям.

В теории все выглядело классно, если забрать плазму наших доноров и ввести больному пациенту, то антитела должны точно так же бороться с вирусом в организме нового хозяина и прогнозировалось также излечение от других болезней.

Вирус под кодовым названием «Прародитель» у «сто одиннадцатого» одержал победу, убив мутагенные клетки, а «сто двенадцатому» не повезло, мутация пошла с такой скоростью, что мы его списали и решили облегчить страдания, только убил уже он всех сначала в лаборатории, а потом уже на этаже.

Геймер, радостный, вытащил клинки и гордо заявил:

– Сыкатно конечно, но ему габелла, если он со мной встретится, да меня Принц если что прикроет, ну пошли Химик, наваляем кому-то.

Химик зло посмотрел на Геймера, и продолжил:

– Надо было слушать внимательней, «сто двенадцатый» не предсказуемо опасный, пределов его возможностей по выживанию мы не знаем. Он поглотил всех охранников, колющим и режущим его не взять, наши автоматы доставляют ему лишь незначительную боль, но убить вряд ли убьют, предусмотренная на такой случай система газов и ядов, лишь ослабила и замедлила его.

Принц, надев респиратор, на лицо произнес:

– Давай просто этаж или комплекс взорвем, вообще не понимаю, зачем ты сюда вернулся? Хватит играть в бедного ученого, с вдруг обострившимся чувством вины.

– Вирус «Прародитель» нужен тебе для дочки и мне, чтобы выжить. Да, я умираю, мутация убивает мою человеческую суть.

Химик щелкнул тумблерами и вывел на экран картинку коридора, сделал манипуляции с пультом, разблокировал и открыл двери:

– Пускаю кислород в одно помещение, «сто двенадцатый» обязательно это почувствует, он голодный уже как два месяца, инстинкты могут подсказать, там, где кислород там и еда.

Минут двадцать ничего не происходило. Все пялились в монитор, появилось ощущение, что он сдох давно, а они боятся тени. На всех одновременно накатила волна ужаса, воздух стал плотным, сердце заколотилось, Арина схватила за руку Мауса и начала ее сильно сжимать, как вдруг Нэя устами Химика заговорила взволнованным голосом:

– Мне страшно, оно потеряло свою человеческую сущность, оно очень голодное и очень любит человеческую плоть. Оно чувствует всех нас.

Химик отодвинулся от монитора, щелкнул пару тумблеров и своим прежним голосом проговорил:

– Эта ментальная атака, кто ее остро ощущает, тому лучше дальше не идти, близко к «сто двенадцатому» нельзя приближаться, может сильно накрыть. Так он перебил всю охрану, они просто бросали оружие и бежали, квинтэссенция чистого ужаса. Я «сто двенадцатому» открыл дверь в лабораторию, хочу его дохлыми мышками покормить, заодно увидеть изменения. В последний раз он был чуть больше человека, а его полупрозрачные отростки тверже, чем сталь, и боялся он только огня.

Арина, разжав побелевшие пальцы, сказала:

– Я могу отсюда поснимать, приближаться я точно не хочу, так что мальчики я вам там все равно не помощник.

Маус потупил взгляд и, посмотрел на Принца абсолютно уверенным взглядом, сказал:

– Я тебе обещал, мне правда пиздец как страшно, я с вами.

Химик из нагрудного кармана вытащил три красных шарика и протянул в открытой ладони:

– Съешь свой гидроебанит, Геймер. Принц, не заставляй тебя уговаривать, ты нам нужен на все двести процентов, другого пути нет.

Все проглотили шарики, Принц сразу почувствовал прилив сил и тепло, которое начало разливаться по телу, мысли закружились веером, страх пропал и появилась четкая уверенность, что все получится и он стал говорить первое, что приходило ему на ум:

– Маус, ты за пультом остаешься, узнаешь, как закрывать двери, и твоя задача нас только туда пустить и выпустить. Давай, Химик, веди в оружейную и план свой рассказывай, знаю ты бы без плана сюда не сунулся, у меня хорошее настроение, я кажется сегодня не умру!

Принц тыкнул в крайний монитор пальцем и все как завороженные уставились туда, а там что-то большое бесформенное посмотрело прямо на всех присутствующих через монитор, так что опять обдало всех ужасом и молниеносной реакцией, оно переместилось в противоположную сторону. Принц лишь успевал пальцем показывать на следующий монитор, пока оно не заскочило в лабораторию на десять секунд, сердца присутствующих отстучали двойными ударами, тварь выскочила и ушла в зону недосягаемости камер, как все одновременно задышали часто, ощущение было, словно летишь вниз на горке, жадно глотая воздух.

Геймер до этого излучавший уверенность, затараторил, как мантру, скорее для себя самого:

– Сейчас гидроебанит подействует, оденем бабушкины носочки и порвем этой твари сраку. Идем, пока не передумал. Хватит тут пялиться, мне не страшно, мне не страшно, я супербыстрый, я быстрее пули, я быстрее молнии, я быстрее света, я всех быстрее, все я настроился.

Покинув комнату охраны и зайдя в соседнюю оружейную комнату, все уставились на план этажа, который представлял центральный зал, где располагались отделенные на зоны помещения, две лестницы, сообщающиеся с разными этажами, грузопассажирские лифты были вынесены за пределы центрального ядра комплекса. Вокруг зала кольцевой коридор с разными техническими помещениями.

– Вот что, парни, тут два входа: один – для персонала, второй – для приема биологического материала для исследований. Второй вход заблокирован системой защиты от распространения заражения, там имеется пропускник, который в случае заражения представлен камерой высокотемпературного уничтожения биологических проб и форм, то есть при отборе проб может случиться ЧП или будет необходимость сжечь образцы, там имеются передаточные окна для сжигания, но в них мы его заползти не заставим, да и они размером с два на два метра. С нашей же стороны только шлюзы и система биологического обеззараживания – душевые, камеры изоляции по подозрению на инфицирование, санитарный пропускник, пока только антитеррористические шлюзы держат его от проникновения на другие уровни. Между этажами перекрытие толщиной в восемьдесят сантиметров густо армированного железобетона, технические отверстия под воздуховоды маленькие, там и решетки, и камеры обеззараживания, фильтров куча, в общем там и муха не пролетит. Санитарные пропускники добротно организованы на случай попытки проникновения из вне, скажем, желающие взорвать тут все застряли бы в пропускнике. Производственные помещения лаборатории разделяют на «заразную» и «чистую» зоны коридором, выполненным из легких стальных конструкций, обшитым пластиковыми бактерицидными панелями, это не преграды для него. В «заразной» зоне выполняют любые виды работ с микроорганизмами и биологическим материалом, там уже добротные бетонные стены, но вход и выход один, я попытался его заманить на завтрак, но двери там не мгновенно блокируются, «сто двенадцатый» успел выйти. Мне нужно попасть в помещение хранения вирусов, на входе электронный замок, секунд пять уйдет на его разблокировку, там тоже все капитальное, система защиты и контроля, камера сгорания биологических форм и дезинфекции, контроль доступа через специальные шлюзы и возможность уничтожения всех образцов. Вентиляция собственная, система замкнутая. Можно его заманить за мной туда, закрыть снаружи дверь, и уже когда «сто двенадцатый» заползет в камеру дезинфекции, сжечь его там, а там я буду в безопасности в помещении хранения вирусов и смогу заблокировать эту часть. Что скажете?

Принц, осмотрев комнату охраны, прошелся еще раз по помещению и сказал:

– Я так понимаю, вы не были готовы к такой ситуации, оружие больше направлено для защиты от внешних источников заражения, пистолеты, калаши и дробовики, да по идее с учетом техники и казарм на поверхности, что мы видели отсюда, сложно было проникнуть. Может на верхних этажах что-то есть похожее на вооружение?

Химик устало сел на стул, откинулся на нем и сказал:

– Там уровни для персонала, спортзалы, бассейны, мастерские, кинотеатры, жилые модули, столовые, склады и всякая бытовая хрень, люди отсюда никуда не ездили, вся жизнь и интриги проходили внутри. Так что там оружия точно нет. Комплекс был эвакуирован, военные сделали две попытки зачистить этаж изнутри. Газ ядовитый и дронов запустили внутрь. Готовили группу для зачистки, но не успели, зараженные уже сверху поперли и все сразу забыли про это место. Да, вентиляцию я запустил, газ скоро полностью откачает вытяжная вентиляция. Ну, что думаешь, Принц, есть лучше идеи?

– Химик, ты быстро бегаешь? Можешь не отвечать, сейчас проверим. Связь разбирайте, я рации настроил. Честно, чувствую, что дрянная затея. Ну, поехали. Все по местам, Геймер, твоя задача закрыть дверь и спрятаться в соседнем помещении, я зайду со второго входа и привлеку тварь к себе. Химик, ты по своему плану. Жалко с нами нет Пастыря, он бы прочитал молитву и мне точно бы стало легче.

Маус, до этого следивший за мониторами, заглянул в оружейную и сказал:

– Тварь стала двигаться, она двигается по помещениям ищет кажется что-то.

Все разошлись по позициям, Принц проверил все свое снаряжение, обежал и спустился по второй лестнице, активировал вход в шлюз. Аккуратно заглянул туда, выставив перед собой ствол автомата и зашел внутрь, чувство тревоги усиливалось с каждой секундой, липкий холодный пот стекал по спине и, пройдя еще шагов пять, он остановился, выглядывая через смотровое окно антитеррористического шлюза. Слева были помещения дезинфекции и душевые с раздевалками, передаточный бокс, о котором говорил Химик. Легкое движение картой по считывателю, и дверь медленно открылась, на довольно серьезных внутренних петлях она выглядела солидно и надежно, а вот чувство собственной безопасности кричало, что нужно срочно ее закрыть. Нащупав рукой кнопку закрытия двери и не желая сделать еще шаг, он всмотрелся в глубину коридора, увидел в конце коридора пару человеческих костей, отполированных до идеальной белизны, разломанный пополам череп, разорванный комбинезон биологической защиты, следы от пуль на соседней стене, выдранную с корнем дверь, которая лежала там же и не маленьких размеров дырку в стене основного коридора с вывернутыми наружу элементами конструкций. Справа были большие витражи, напоминавшие аквариум, наверное, чтобы следить за какими-то процессам из коридора. Сделав шаг внутрь, Принц заглянул в смотровое окно кабинета, который находился ближе всего, там царил разгром, часть явно дорогостоящего оборудования была на полу. Что бы пересилить себя и выглянуть во второй коридор, ушло пару минут на концентрацию внутренних чувств. Принц это сделал и уже со шлюзом его разделяло чуть меньше шести метров. Второй коридор был в еще худшем состоянии, чем первый, он был короче и местами лампы накаливания неприятно помаргивали, на секунду оставляя большие участки в полной темноте. Сердце колотилось бешено, но ничего не происходило. Принц нажал на тангенту рации и спросил тихо:

– Прием. Маус, есть движение?

– Прием. Ничего не вижу. Тебя вижу в коридоре.

– Увидишь что-то странное, предупреждай.

– Принято.

– Химик, вы готовы?

– Да, Принц, ждем от тебя сигнала.

– Хорошо, я иду глубже.

Выбор был очевиден, темный коридор с моргающими лампами пугал больше, чем мысль что «сто двенадцатый» придет именно с него и отрежет от выхода. Принц, сделав пару шагов вперед и подобрав в руки кусок обшивки стены, бросил его максимально далеко. Грохот в абсолютно тихом коридоре казался взрывом вулкана, но ничего не произошло, ни движений, ни обратной реакции. Принц сделал еще шаг и, заглянув в пролом в стене, обнаружил, что абсолютно похожий был напротив, словно гигантский трамвай прошел через пару помещений и вышел в общий зал, на полу у входа лежала карточка синего цвета со следами крови и фотографией девушки, показавшейся ему знакомой, он нагнулся и рывком забрал карточку, сунув ее в карман. Когда он выровнялся и бросил взгляд в конец коридора, сердце чуть не вырвалось из груди, а тело все разом сковал страх и посыпались уведомления от кибердоктора о крайне испуганном состоянии. Оно, прижавшись к потолку рядом с одной из видеокамер, смотрело на него, бесформенное пятно с кучей белесых щупалец, извивающихся в каком-то страшном ритме. Страх ударил волной Принца, не давая пошевелиться не единому мускулу, мысленно он приказал кибердоктору сделать инъекцию противошокового, потом еще одну, начало отпускать, и он приказал сделать инъекцию боевого стимулятора. Принц почувствовал, как воздух набирает плотность, шум в ушах- это стук его сердца, который очень медленно пропадает и возникает вновь, как огромные часы на центральной площади. Картинка стала четкой и зрение, как у орла, позволило разглядеть каждую складку существа, изучающего его боевой костюм, движение белых отростков перестало походить на хаотичный танец, а стало видно, что тварь старается нащупать в поверхности потолка твёрдое основание и вот прыжок, кусками разлетелись элементы подшивного потолка, и вся она, грациозная, медленно вращаясь, уже достигает поверхности пола, Принц медленно, словно в воде, начинает шагать назад. Пальцы нащупали курок, и он силой вдавливает его, легкие толчки автомата и веер пуль летит навстречу уже изготавливающейся к новому прыжку твари. На секунду тварь замирает и по ее телу идет медленная рябь, не прицельная стрельба накрывает ее в нескольких местах, и Принц видит, как пули вязнут в ее твердом теле, как в жидкой броне, он даже видит, куда летят следующие. Три шага назад и прицел уже у лица, глаза мечутся, выискивая слабые места, и, не найдя ничего подходящего, отстреливает оставшуюся часть обоймы точно в центр огромной твари. Три шага назад и в глазах появилась красная пелена, приходит понимание, что он до сих пор не сделал и вдоха, как увидел тварь. С усилием вталкивает в себя колючий воздух, делает еще шаг назад и выверенным движением, доведенным до автоматизма, меняет магазин, а тварь опять уже в прыжке. Щелкает механизм патроноприемника, лязгает затвор, оживает рация с запозданием предупредить об опасности, до слуха доносится отраженное эхо выстрелов и лязгающих о бетонное основание гильз, еще три шага и вдавленный курок отдает приятной вибрацией выталкиваемых «маленьких злых пчел кусать злого медведя», задерживая его на доли секунды от следующего прыжка. Тварь уже совсем близко, автомат брызгает последними трассирующими пулями, давая знать хозяину, что пора уже заменить рожок и Принц видит с десяток маленьких жутких глаз на небольшом наросте в том месте, где могла быть голова, замечая, что пару пуль угодили туда, разорвав оболочки, бессмысленно направляет туда автомат, и делает очередной вздох. Тварь, не понимая, что автомат уже пустой, делает прыжок не на сближение, а в дыру в стене, уходя с линии огня, три шага и смена рожка, два метра до двери и вторая рука уже тянется к механизму закрытия двери. Принц стреляет на ходу туда, ища углубление в стене, как тварь уже пробивает себе проход через смотровое окно, брызги стекла летят в Принца и тварь уже рассчитывает догнать свою жертву, не обращая внимания на пули, брызги от пробитых глаз и тварь, не долетев два метра, уходит к стене слева, часть щупалец она перемещает перед собой, готовая принять новую порцию свинца, как замечает, что жертва такая близкая и желанная, начинает скрываться за толстой дверью с маленьким окошком. Бросок отростков и Принц ощущает удар по левой ноге, падает и, теряя равновесие, понимает, что его тащит к себе тварь. Рывок и автомат опять начинает выплевывать пули в совсем близкую тварь. Раздается громкий хруст и тварь остается зажатой дверью, замки которой почти сошлись. Принц встает, освободившись от обмякшего отростка, и нажимает рацию, встретившись глазами с множественными глазами за стеклом, и говорит: – Начали!

Тварь злобно стучит по массивной металлической двери, не отрывая взгляда от Принца. В голове проносится пара мыслей, что даже хорошо, что ее тут зажало, Принц меняет магазин и в упор разглядывая уродливую тварь, не видя в ней уже ничего человеческого, взглянув ей в глаза, ощущает даже стоя за железной дверью первобытный страх и, чтобы успокоить себя, спрашивает:

– На свободу хочешь, да?

Тварь замирает и перестает стучать по двери, как вдруг что-то ее насторожило, и она резким движением обрубает застрявшие конечности острыми, как лезвия, костяными шипами на конце самых толстых щупалец и рывком уходит в коридор.

– Она ушла к Вам, да пребудет с вами Бог! – говорит Принц в рацию, понимая, что свою часть он выполнил.

Ничего не происходит с две минуты, Принц дышит глубоко и разворачивается уже идти в комнату охраны, как оживает рация и Маус сбивчиво кричит:

– Она его поймала, он не смог закрыть дверь! Сейчас она ползет в твою сторону, Принц сделай что-нибудь, ему больно!!!

Все внутри умерло, боль и отчаянье, поймала обоих или кого-то одного, пронеслись мысли в голове у Принца, а Маус что-то продолжал говорить и говорить. Но Принц его не слушал, а лишь отчаянно стучал по двери, как вдруг до него недонесся крик, приглушенный железной дверью, и он чуть позже даже увидел в середине коридора подвешенную, как куклу, фигуру Геймера, которому видно было очень больно и тварь обвилась вокруг него растопырив во все стороны отростки щупалец.

Принц отворил дверь и прокричал, что было сил:

– Сука, отпусти его, я тебя отпущу из этой клетки, слышишь, отпущу.

И тварь расслабила обхват, и Геймер, весь походивший на отбивную, с вывернутыми неестественно руками и сломанными ногами, с перепачканным кровью лицом, рухнул вниз. Пару секунд, показавшихся вечностью ничего не происходило, пока Геймер не пришел в себя и не начал ползти в сторону Принца. На его попытки ползти было жалко смотреть, тварь практически не шевелилась, а Геймер захлебывался слезами и одними губами просил помочь ему, оставляя за собой кровавый след. Геймер, сглотнув кровавую слюну и часто задышав, стал просить, периодически захлебываясь кровью:

– Принц, ах аха, пожалуйста, помоги мне, ахх аххх, мне очень больно, ах ах, подойди ко мне, дай подняться ах ахх, мне нужны мои вязанные бабушкины носочки, ах!

Голова Принца готова была взорваться, и он решил, будь что будет, и сделал шаг в сторону Геймера, не сводя взгляда с твари.

«Стой» – прокричала Нэя у него в разуме, резкая головная боль ударила Принца, и он замер. – «Там целый автобус детей, Маус, Арина, Аркадий, «сто двенадцатый» никого из них не пощадит, закрой дверь, этот выбор я возьму на себя. Если ты еще сделаешь шаг, то я и тебя там закрою, ты понял, Принц!»

Из глаз брызнули слезы, Нэя начала ментально ломать Принца, но он старался не потерять сознание. Тварь, заподозрив что-то, метнулась в его сторону, и рука сама нажала кнопку. Принц не знал, он нажал кнопку закрытия двери или это была Нэя, успевшая частично подчинить его своей воле. Тварь всё-таки успела его ударить в грудь, прежде чем дверь захлопнулась, бронежилет выдержал, а вот ребра гудели, но он встал посмотреть в смотровое окошко, чтобы увидеть, чем все кончится. Тварь уже была у Геймера и медленно тащила его к двери, а потом подняла в воздух, и Геймер издал громкий стон, что даже дверь передала всю боль и отчаянье. Какое-то время ничего не происходило и тварь, сильнее сжав Геймера, подняла его в воздух, Принц мог поклясться, что слышал, как хрустнули ребра парня, заставив Геймера взвыть. Принц уже прилип к окошку, как тварь швырнула Геймера в дверь, раздался громкий удар ломаемых костей, по стеклу побежали брызги крови. Принц закрыл глаза, подкатил ком к горлу и, еле найдя силы развернуться, он пошел в обратную сторону, чувствуя чужую боль, как свою, а потом раздался еще удар. Принц вздрогнул, так как удар сопровождался стонами, а потом еще удар, и еще, и еще. Принц каждый раз вздрагивал, пока его ватные ноги не дотащили до следующего этажа, там уже он не слышал удары, но конструкции хорошо передавали вибрации, а фантазия дорисовывала всю картину. На душе было гадко, от того, что сделать он ничего не может, а парень еще мог быть долгое время жив.

Зайдя в комнату охраны, все уставились на Принца, через шлем не видно было, но по его лицу бежали слезы, парня он знал мало, но успел сблизиться и шутил он весело, придавая всей команде какую-то легкость.

Арина сжалась в углу, Маус прижал девушку к себе. Химик отчаянно стучал по клавиатуре, набирая какие-то коды по инструкции, которую он притащил с собой.

– Я суку эту сожгу, а потом утоплю. Для уничтожения лаборатории предусмотрена система заполнения всех помещений кислородом и подрыв, а потом затопление по уровням. Посмотрим, как он выживет сейчас, еще пару минут, еще вот код, блокировка, вот еще подготовка.

– Не надо этого делать, – сам не ожидая произнес Принц. – Ты мне кое-что обещал, Химик. Рассказывай теперь все, ты говорил, что тварь неразумная, как видишь она вполне разумная и про яды ты меня обманул, ты знал, что у Геймера не будет шансов, сука!

И быстро сократив расстояние, Принц резко ударил Химика головой об клавиатуру.

– А, до меня дошло, ты же меня хотел твари отдать, а не Геймера! – и взяв на излом руку Химика, Принц вывернул ее до хруста и прокричал ему в ухо. – Ты план мне, сука, сам подсунул, ждал, когда тварь меня схватит внутри коридора, только я сломал твою игру, гандон, когда успел закрыть дверь.

– Не дергайся! – произнес Маус и представил к голове Принца пистолет, и Принц понял, что совершил вторую ошибку, забыв про ментальные способности Химика.

Химик, не стараясь вывернуть руку, произнес:

– Не думаю, что у тебя есть еще боевой стимулятор, предполагая, что шлем Маус не прострелит с первого раза, но у него команда, если я умру сейчас, то он должен убить тебя и Арину. Сломав мне руку, ты ничего не добьёшься. И да, я успею ударить тебя ментальным ударом. Убив меня, ты не выйдешь с комплекса, я сменил только что коды. Мне жаль, что умер Геймер, а не ты. Я его готовил к этому бою, а он сдулся сразу же, как только увидел тварь. А еще дверь не мог закрыть, а я на него кучу сил потратил.

Принц быстрым рывком надавил на руку Химика, раздался хруст и одновременно выстрел. Шлем выдержал пулю, но в голове сильно загудело. Химик застонал, схватившись за руку, а Принц, уже перехватив пистолет, подсечкой повалил Мауса на пол, ударив ногой в основание черепа и вырубил парня. Следующим ударом он сломал нос Арине, которая тоже бросилась, а потом вторым ударом, стараясь не убить девушку, отправил ее в нокаут.

Резко поставив стул на Химика, так что бы он был зафиксирован и зажат среди ножек, Принц посмотрел на Арину и Мауса и удовлетворенный тем, что те не шевелились, но были живы, ударил пару раз пистолетом Химика в то место, где прорастала инопланетная тварь, разбив очки.

– Ну, давай поговорим, не корчись так от боли Химик, ты же быстро регенерируешься, мне кажется, если я тебя отдам «сто двенадцатому», он долго тебя будет убивать.

– Чего ты хочешь? Ты победил! – спросил Химик.

– Правда, только правда, ну и доверительный разговор!

– Хорошо, спрашивай!

– Я уже какой раз хочу тебе доверять, и ты мне даже уже симпатичен, может Нэя тебе говорила, наверное. Ну начнем, пароль от входа!

Ответил не Химик, а Нэя в голове у Принца:

«9861117, можешь проверить. Да, ты нам тоже нравишься.»

Принц подтянул к себе остатки клавиатуры, и ввел команду на открытие двери, дверь открылась, Принц удовлетворенно посмотрел на Химика и сказал:

– Хорошо, почему такая честность именно сейчас?

Ответил Химик: – Мы знаем, что ты готов уже убить нас и твое состояние нестабильно, поэтому решили не играть с тобой.

– Тебе виднее, Химик. А как ты планировал спасти людей у вас на блокпосте?

– Мы не планировали, они нас ненавидели и хотели пару раз убить, поэтому я общался с ними уже через Аркадия.

Принц, протянув руку к небольшому защищённому контейнеру, открыл его т увидел два тюбика с розовой жидкостью. Взяв один аккуратно в руку, произнес:

– Ты же не умираешь, а это тебя убьёт насколько я понял, так зачем тебе «Прародитель»?

– Хотел его испытать на Геймере, у него был шанс, а потом довести его до ума, тут, для себя!

– Что-то похожее я и ожидал от тебя услышать, хорошо, ты меня пока не разочаровал. Насчет меня тоже план появился, когда я выжил?

– Да, хотел тебя нейротоксином одурманить, потом залезть и себе в команду взять, вычистив полностью твои воспоминания о Маше или внушив, что один из моих детей- это она.

– Ну это радует, я уж начал думать, ты меня просто хотел убить. Так что будет с Машей после приема «Прародителя»?

– Если она выживет, то ее надо будет всему учить заново, если нет, то станет как «сто двенадцатый», я честно не знаю, как это может сработать.

– Зачем тебе дети, я не верю в то что ты альтруист по жизни, давай покайся и тебе может легче будет.

Нея опять влезла в голову Принца и сказала: «Мы все мутанты связаны, даже ты уже часть нас, а военные, бандиты и просто рейдеры убивают их или охотятся, чтобы пустить на органы ради мутагена, уничтожают их. А они просто дети, им страшно, им хочется тепла и защиты.»

Химик продолжил:

– Раньше тут работало более 1500 человек, трудились на благо общества искали лекарства, а сейчас благодаря мне и моему эгоизму, все тут мертво. Я сам дал рапорт руководству о перспективах лечения с помощью доноров. Теперь вот ищу детей, учу, делаю сильней, готовлю выживать в новом мире, так хоть у меня есть какая-то цель.

– Про инопланетян, что устроили это, и «ковчег», который они ищут, что знаешь?

– Ничего не знаю, только общие слухи, да и это все домыслы, скажу, что у меня был роман с одной археологичкой, так мы сошлись только потому, что я мог часами молчать, вдумчиво кивая головой, а она могла болтать про свою работу. Красивая, умная, сейчас, наверное, я ей буду неприятен. Думал, как сделать ей предложение, даже кольцо уже смотрел по интернету, тут можно было в комплексе и свадьбу сыграть.

– Химик, ну ты даешь, может еще по рюмочке выпьем за такие дела, я тебе расскажу про первую свою любовь, а?

– Там у охранников чекушка коньяка есть. Будешь, если нет, можешь мне дать?

– Тебе я думаю из такого положения пить будет неудобно!! Продолжай, голову не морочь.

– В общем, она изучала процесс антропогенеза человека, ну если проще, по ее мнению, человеческому типу помогли стать доминирующим существом на земле и над своими сородичами, да именно, человеческий тип своего рода эксперимент, а его неудачные варианты или виды, которые мы знаем это – человекоподобные австралопитеки, эректусы и неандертальцы. Схожая мутация под воздействием вируса подстегнула биологическую эволюцию человека, которая привела к появлению человека разумного. Все это неважно, если нет ответа на один простой вопрос, зачем нам помогли стать доминирующим видом? Они искали ответ на этот вопрос, возможно он бы противоречил библейскому принципу возникновения жизни.

– Хорошо, как это сейчас нам может помочь, этот твой антропо…мм хенез?

– Антропогенез, будет правильней. Нам ничем, думаю, не поможет, а вот если бы были образцы того вируса, что сделал человека разумного, возможно помог бы остановить мутации, но для этого нужны хотя бы остатки одного из первых разумных людей.

– А что вам сейчас мешает найти тот вирус?

– О, ты не представляешь какое количество их сейчас, по последним данным существует миллионы различных типов вирусов, но только примерно пять тысяч из них были детально описаны, и все они постоянно мутируют, а нас разделяют сейчас миллионы лет. Это похоже на желание запрыгнуть в форточку поезда, едущего со скоростью сто километров в час с закрытыми глазами.

Принц вытащил синюю карточку, показав ее и поднеся ближе к лицу Химика, спросил:

– Почему мне показалась эта девушка знакомой и что отпирает этот ключ?

Химик повернулся на бок и из его здорового глаза потекла слеза. Очухался Маус, потирая голову, сел и подтянув к себе Арину, растирая той щеки и вытирая кровь с разбитого носа. Арина со стоном тоже очнулась. Принц бросил быстрый взгляд на ребят и спросил:

– Маус, Арина хотите меня убить?

Маус испуганно отрицательно замахал головой, смутно вспоминая, что случилось, смотря на всю картину со стороны и не веря в происходящее.

– Так кто она, Химик?

– Я не верил, что она умерла, это моя возлюбленная, я попросил ментально лишь заглянуть в ту комнату, когда ты еще был здесь, но не ожидал, что ты увидишь там ее следы присутствия. У нее там была мини-лаборатория, кровь на карте я думаю ее, она не должна была быть там.

И Химик здоровой рукой стал вытирать слезы, а потом уставился обоими глазами на Принца и сказал:

– Все, отпускай меня, я хочу выпить! Две смерти близких людей за один день много для меня. Если хочешь, прогуляйся на следующий уровень, узнаешь об археологии много нового, я сам тайны этого места не знаю, своих девать некуда.

Принц аккуратно встал, пистолет не стал далеко убирать, лишь опустил ствол в пол. Химик откупорил чекушку и залпом выпил полбутылки, закашлялся и сел в угол.

Маус растирал ушибленное место, которое уже налилось кровью, и приобрело синеватый оттенок размером с ладонь, помог подняться Арине и, усадив ее на стол, спросил:

– А, Геймер все, да?

Химик протянул ему бутылку со словами «за Геймера, его бой окончен». Все, кроме Арины, выпили с горла из бутылки, и Принц, отложив пустую бутылку, бросил взгляд на Химика.

– Людей надо спасти, там тоже дети есть, говори Химик, если сможешь помочь, то мы в расчете и без обид.

Арина развернулась на столе к Принцу и резко влепила ему смачную пощечину, да так, что Принц, не ожидавший такой реакции, чуть не пристрелил Химика, ожидая очередную пакость с его стороны.

– Еще раз пальцем меня тронешь, и я тебе сама нос сломаю!

– Принц лишь пожал плечами, мол так надо было, в чем проблемы, и на всякий случай одел опять защитную маску, скрывая улыбку.

– Ты все-таки правильный, Принц, есть у меня одна идея, я ее на черный случай готовил, кажется он наступил, расскажешь почему тебя назвали Принцем? – спросил Химик.

Принц нахмурился и сказал:

– В другой раз, времени нет, если еще свидимся, то расскажу! Говори!

– Ну дай Бог, дай Бог. Арине, я так понимаю, нужно своих эвакуировать, так вы возьмете мой бронемобиль, оружия много осталось сверху, рекомендую заглянуть, дети прикроют. Аркадий, думаю, здесь что-то лучше даже соберет, есть уже у него задумки, так что вам транспорта вполне одного хватит. Отсюда я твоим научникам по Сети пару файлов скину секретных, они оценят, и передам послание, что материал весь за эвакуацию блокпоста возле Михайловки передаст один человек по имени Роман. Привет ему передавайте и скажите ему, что Ад пуст и все черти уже здесь, он поймет.

– Арина, выложите в общую Сеть материалы о детях, что уже отсняли, ваши ощущения от встречи, вырезки из общей хронологии, да там еще сверху доснимете, как они в футбол играют, думаю маленький ролик о каждом будет только плюсом. И мы с вами в расчете. Я надеюсь, на них после этого меньше охотиться будут, да и просто убивать и бояться. А, если это не проймет людей, то снимем второй ролик, после чего их просто будут бояться.

Принц, сняв шлем, спросил:

– Ты правда считаешь, что мы тот ад, что проехали с тобой, проскочим сами? Ведь на нас самые простые твари будут кидаться. – спросил Принц, сделав серьезный вид.

– Тут есть пара прототипов глушилок, не сильно прям эффективных, но хотя бы что-то, пару часов и они будут стоять на вашем транспорте, я попрошу Аркадия установить их, и можете мне транспорт не возвращать. Лады?

Принц кивнул Химику, одел шлем и сказал:

– Все, давайте займёмся каждый своей работой. Маус, давай руки в ноги и пошли на поверхность, посмотрим, что там сверху завалялось.

Глава XIV

Когда они вышли к броневику, дети радостно кричали, играя в футбол в одни ворота. Те, кто по старше и ловчее, забирали мячик у младших. Вроде обычные дети, но вглядишься в их измененные лица и дополнительные конечности у некоторых и понимаешь, что, наверное, мамы не разрешили бы с таким играть.

Они долго смотрели на картину молча, не привлекая к себе внимание, Арина уже обработала нос и наложила крестообразную повязку из двух пластырей и, поймав одного из ребятишек, расспрашивала о чем-то.

– Маус, возьми два рюкзака нам из машины!

Маус ловко запрыгнул в Броневик, а Принц стоял и смотрел на ребят, пока его за рукав не потянул какой-то мальчуган.

– Лемурчик меня зовут! Меня папа Химик попросил вас охранять и сопроводить.

Принц был ошеломлен, увидев пацана лет семи с «ксюхой», болтающейся чуть ли не до пола и небольшим рюкзаком за спиной.

– Тебе помочь автомат на лямке подтянуть, что бы не болтался, а то зацепишься где-нибудь.

– Так надо! – и пацан ловко поставил автомат, прикладом уперев на землю, и всем весом передернул затвор, радостно вскинув его.

– Вуаля, дядя Принц!

Принц лишь заботливо поправил кепку парнишке и сказал:

– Вон видишь дядю Мауса, хватайте его там, начинайте проводить разведку, я буду через пару минут, – пацан радостный побежал к Маусу и, ухватившись за его руку, потащил к лестнице.

Принц еще стоял с минуту, а потом словно кошка подошел к Арине тихо и громко произнёс, заставив ее вздрогнуть:

– К ТЕБЕ БУДЕТ ЗАДАНИЕ, можешь сделать копию видеоматериалов, что происходило до эвакуации сотрудников, а еще мне жутко интересно посмотреть, кого еще Химик приводил сюда, да камеру не выключай, все с этого момента записывай.

– Слышь ты, с какого момента, я что-то не поняла, ты вдруг стал командовать?

– А, все просто, будешь фокусы показывать, я тебя с автомобиля прямо в кучу мутантов вышвырну. Да, я хотел извиняться, что пришлось тебя вырубить, а теперь жалею, что мне такая глупая мысль пришла.

Арина замахнулась рукой на Принца, но тот ожидавший такую предсказуемую реакцию, перехватив ее руку, резким рывком вывернул на излом и хорошим шлепком по попе девушки, отпустил ее.

Арина стояла, потирая пятую точку и выкрикивала ругательства, но Принц уже бежал в ту сторону, где должны били ждать его Маус и странный парнишка по имени Лемурчик. Подбежав к самому выходу, Принц нашел ребят.

– Что стоим, почему еще не вышли на поверхность?

Задумчивый Маус стоял у кнопки открывания ворот и, проведя карточкой, произнес:

– Лучше тебе это самому увидеть!

Едва ворота поползли вверх, как Принц услышал, а потом увидел может сотни, а может тысячи зараженных паразитом людей, которые создали живую стену такой плотности, что, протискиваясь мимо зараженных, придется толкаться локтями и встречаться с ними лицом к лицу.

– Принц, знаешь, видеть их всех через прицел это одно, а вот так близко я их еще не видел.

Лемурчик, державший до этого руку Мауса, озорно засмеялся, а потом сказал:

– Да он боится, а они хорошие, даже иногда говорят, а я к одной семье зараженных ходил часто, они хорошо пели, правда не всегда до конца, но было весело. Я сними играю иногда, когда мне скучно. А, Маус, трусишка.

Принц, посерьезнев, спросил:

– Лемурчик, ты проведешь дядю Мауса, через них, что ему надо делать?

И Лемурчик, схватив жестко руку Мауса, потянул его наверх, но Маус делал очень медленные шаги и, дойдя до зараженных на расстоянии вытянутой руки, шепотом произнес:

– Принц, застрели меня лучше, я не могу туда идти!

Принц подошел и свободной рукой начал тоже толкать Мауса в кучу зараженных, думая про себя «хорошо, есть кто-то, кому страшнее чем мне», а сам произнес:

– Успокойся, Маус! Сейчас не время боятся. Оно наступит позже.

И чуть ли не пинком протолкнул Мауса через толпу зараженных, которые что-то говорили, щелкали зубами, подергивались, смотрели пустыми глазами, но были еще пока живыми людьми.

Пройдя пару метров, зараженных стало намного меньше и Принц заметил, что у Мауса закрыты глаза, а он что-то шепчет.

– Все, прошли, открывай глаза! – и Принц показал на постройки, похожие на стандартные склады. – Туда идем!

Они бодро шагали по базе, зараженные занимались только им ведомыми делами, и, уже дойдя до строений, Лемурчик показал пальцем на рот и тихонечко сказал:

– Дядя, который сюда их привел, рядом, они мне сказали!

– Ретранслятор? – переспросил Принц и мальчик кивнул, показав на рот.

Лемурчик, схватив обоих за руки, потащил за здание, где нашлась дверь, в которую они нырнули. Свет горел, коридор был пуст, лишь запекшиеся следы крови и ямки от взрыва граны и заполошной стрельбы говорили о том, что это место сдалось боем. А парень, сидевший за пулеметом в укреплении из мешков с песком, после отстрела всего боевого запаса просто застрелился. Пройдя длинными коридорами и заглянув в открытые кабинеты, стало ясно, что люди покидали свои рабочие места в спешке. Стояла тишина, в которой слышны были шаги трех человек и хруст костей, которые иногда попадались под ноги. Запах глушили воздушные фильтры, но судя по остаткам окровавленного тряпья, зловонная трупная вонь вывернула бы любого. Даже Лемурчик достал респиратор, который был ему великоват, и шел, разглядывая все вокруг, периодически поправляя его и стараясь прижать его плотнее к лицу.

Иногда попадались помещения, представлявшие собой мини-оружейные, закрытые на массивные железные двери, в специальных гнездах были закреплены образцы Калашникова-74 модели, в стандартных военных упаковках лежали еще запечатанные патроны, рядом были автоматные магазины, некоторые приспособления для точной стрельбы, углы помещений занимали большие ящики, но возможности заглянуть в них не представлялось и навряд ли туда бы стали прятать образцы нового вооружения. Нашлись и стандартные СВД с оптическим прицелом ПСО-1, но их было не так много, видимо рассчитанные на людей на вышках.

Закончив с административной частью здания и не найдя ничего интересного, они зашли на склад, на полках которого стоял идеальный порядок, и куча всего начиная от каких-то шлангов, заканчивая полками, занятыми элементами запасного оборудования лаборатории. Стеллажи были установлены в четыре уровня и, выйдя в центральный коридор, они увидели электрический погрузчик, стоявший на зарядке. Перейдя в соседний склад, картина повторилась, административная часть, кпп, сам склад с кучей непонятного оборудования и инструментария, хотя в этот раз одна из оружеек оказалась отрытой, и они набили рюкзаки патронами, вскрыв один ящик, набрали гранат серии РГД-5.

Лемурчик попытался сменить АКС-74У на более длинный АК-74, но сразу же отказался от этой идеи, зацепившись мушкой за стеллаж с оружием и чуть не повалив его.

Пройдя еще административную часть здания и выйдя в склад, сердце заиграло и застучало радостно, увидев крупнокалиберные пулеметы, лежавшие на полках. Маусу, радостному, хотелось один из них поцеловать, как Лемурчик, дернул всех за руки, да с такой силой, что вся радость улетучилась. Маус было хотел возмутиться, но Принц показал кулак. Лемурчик что-то шептал одними губами, потом, прижав палец ко рту, потянул ребят обратно, делая спокойные и плавные движения. Не понимая, что происходит, но доверившись ребенку, парни ощетинились автоматами и начали делать шаги назад. Дойдя уже до двери в административную часть, Лемурчик с испуганным видом поднял палец и, таращась, указал на большие короба с решетками, висящими почти под потолком. Система вентиляции, осветительные приборы, которые кое-где не работали, создавали вместе с фермами темный лабиринт коммуникаций, где могло спрятаться все что угодно. Отойдя еще на пару шагов, он сказал почти одними губами:

– Оно нас увидело, идет за нами, бежать не надо, а то бросится на всех сразу.

– Что это за тварь? – спросил Принц, приблизившись к Лемурчику.

– Потом расскажу, а сейчас выходим обратно, спокойно, только не торопитесь!

Где-то скрипнуло внутри воздуховода, а разнесшееся эхо не дало точно определить источник, и Принц с Маусом сильнее сжали автоматы, переключив режим стрельбы на автоматический. Молча все шли до оружейки с открытой дверью, Лемурчик жестом показал зайти туда и прошептал:

– Вы туда заходите и закрывайтесь, я тут поговорю с ним, оно все понимает.

Принц, пожав плечами, закрыл дверь и уставился на пацана, который положил автомат на пол и достал из сумки тот странный контейнер, в который они сложили трофеи с убитого Жнеца, открыл его и, сделав пару шагов вперед, положил его на пол. А сам заглянул в оружейку и сказал:

– Я пошел в конец коридора, если сожрет то, что я принес и пойдет дальше, стреляйте из всех сил и сидите очень …

Пацан, как будто вспоминал слово, и Маус, поняв его мысль, сказал:

– Тихо.

Тот кивнул головой и пошел в конец коридора в дальний кабинет, взведя своим методом автомат.

В конце коридора раздались тихий шелест и звук, донесшийся оттуда, заставил вздрогнуть Мауса, и все услышали:

– Пять «двухсотых», семь «трехсотых» …– и потом снова. – Пять «двухсотых», семь «трехсотых».

Принц вспомнил, что это могло быть, и его обдало холодом, и, не решаясь сказать или нет Маусу, недолго думая, решил все-таки сказать, почти не слышно и медленно произнес, выделяя каждый слог:

– Оно – это по-дра-жа-тель и оно тихонечко продвигается вперед, не стрельни раньше времени, пацаненка угробишь.

Маус зажал рот рукой, а потом сильнее ухватился за автомат, танцующий в его руке.

Тянулись секунды и звук приближался, пока передние конечности твари не появились перед решетчатой дверью, сердце еще сильнее заколотилось, а тварь, стоя почти в пару метрах, произнесла коронное свое «пять «двухсотых», семь «трехсотых»». В этот момент они забыли, как дышать, надеясь, что железные прутья выдержат нападение твари и молясь, что они ее смогут остановить. Потом конечности пропали, и тварь начала также тихо отступать.

Выступил холодный пот, и Принц шепнул:

– Я же говорил, будет страшно, – и улыбнулся.

В углу проема сначала чуть – чуть потом полностью показалось лицо Лемурчика. Маус смотрел на него с полминуты и спросил:

– А что ты подражателю дал?

– Да, не знаю, как это называется, возле горла находится, Геймер показывал, как вырезать надо.

Принц и Маус поднялись, окрыли дверь и увидели, как Лемурчик шмыгает носом из-за воспоминаний о Геймере.

– А почему ты назвался Лемурчиком, это от Лемуров? Тебе нравится это животное?

Он еще сильнее насупился, но продолжал вести группу до входа, откуда они пришли, до двери со знаком антипаники с антивандальным покрытием. Лемурчик присел и сказал:

– Глупый ты, зачем ты меня все спрашиваешь, я же не узнаю, почему тебя назвали Маус. Человек, который меня так называл, улетел в небеса.

Принц потрогал парня за плечо и сказал:

– Я не смог спасти его, извини, мне тоже за это обидно, я вернусь и отмщу этой твари, когда будет достаточно сил.

Лемурчик словно впал в небольшой транс, а потом сказал:

– Паразит ее захватил после того, как я стал изменяться, она меня от всех прятала, обещала, что меня вылечат и не будет этого уродливого нароста на голове, а потом сама заболела и уже я о ней заботился, кормил ее, не выпускал из дома, когда все друг друга убивали. Но пришел он и они, и все другие пошли за ним, я умолял ее не ходить, я держал ее за ноги, но она вылезла через окно и больше я ее не видел. Мама меня всегда дразнила Тимурчик – Лемурчик. Я пообещал себе – буду убивать их. Если вы мне поможете, то я когда-нибудь помогу вам.

Принц жестко взял парня за плечо и сказал:

– Конечно поможем, ты его чувствуешь, кто это и где оно сейчас?

– Оно управляет зараженными, как куклами, и сидит сейчас прям на крыше над нами.

– Оно там одно? – спросил Маус.

– Они обычно в группе, остальные, я думаю, далеко, я их не чувствую.

– Тебя они трогают?

– Вроде не трогают, один хотел меня накормить, я ему в голову нож воткнул, и он убежал.

– Давай попробуем по-тихому его убрать, смотри делаем так, мелкий. Ты его зовешь сюда, говори, что хочешь, а когда оно зайдет в дверь, мы его убьем, если не зайдет в дверь, высунусь в окошко и попробую попасть в голову, ты главное говори что-то, не замолкай, что бы он на тебя смотрел.

Так и сделали, Маус встал наизготовку у двери, Артем открыл окно и аккуратно высунулся наружу, Лемурчик оказался прирожденным актером, начал просить и есть и пить и всего, что только ему надо было. Подошли сначала пара зараженных, на которых Лемурчик не обратил внимания и уже удостоверившись, что рядом никого нет, ретранслятор прыжками по пожарной лестнице спустился к парню. Диалога их не было слышно, но ретранслятор пытался что-то говорить, а Принц не мог стрелять так как парень был на линии огня, и он мог зацепить его. Тянулись минуты, пока Лемурчик не решил проделать опять свой трюк с ножом, но тварь была быстрее или чего-то подобного ждала, но вред он ей не успел нанести, видно только, как она погрозила ему пальцем, а потом сработал Принц и она упала. А в следующие пару минут завертелась карусель, зараженные потеряв ретранслятора, резко обратили внимание на Лемурчика, который уже дал первые очереди по тварям, что стояли рядом. Принц на бегу достал две гранаты и, выдернув чеки, бросил по направлению к воротам в паркинг. Маус повторил тоже самое, но не рассчитав силы, чуть не кинул одну гранату себе под ноги, вовремя сориентировавшись пинком отправил ее в другую сторону. Не жалея патронов, стреляя неприцельными очередями, троица добралась до двери, где Маус от волнения обронил карточку от входа, но все обошлось и дверь открылась изнутри, где их ждал Аркадий, который помог отстрелять зараженных, наваливающихся в паркинг.

– Во время меня Химик к вам отправил, как знал чертяга, я его интуиции иногда удивляюсь. Машина готова, глушилка стоит, кнопку вывел на панель, проверил по-быстрому, вроде работает, автоматы готовы оба, патроны пополнил, так скажу лучше его не перегревать, в красную зону не заводить, бензин тоже под горлышко.

– Спасибо, Аркадий, Химика где можно найти?

– Да он там же с детьми играет.

Спустившись до броневика, Принц не ожидал такой семейной картины, был приятно удивлен: Химик стоял на воротах, а дети по очереди в них били, увидев нас, он махнул рукой, предлагая тоже сыграть, Маус было хотел подорваться, но Принц его остановил рукой, Лемурчик скинул рюкзак и автомат и побежал к воротам, бросив на прощанье обещание помощь в будущем.

– Вот материалы, – Химик протянул флешку. – Твой контейнер там же лежит в оружейной, свой образец я забрал. Можете на втором этаже принять душ в жилом отсеке, там есть горячая вода и отправляйтесь, думаю к утру будете на месте. Ночью ездить безопасней, чем днем, главное фары не включать, у мутантов тоже выработан график предыдущими их хозяевами. И не шумите попросту.

– Сам что будешь делать?

Химик задумчиво посмотрел на Принца, просверлив взглядом, и сказал:

– Поеду дальше, искать детей. Может еще сюда вернусь, пока здесь хорошо, но об этом месте много кто знает. Мы его не удержим таким количеством бойцов, и он указал на детей. Так что, поищем себе жилище поскромнее.

Глава XV

Ровно в два ночи вся честная компания уже выехала из паркинга, Принц даже разрешил все три часа поспать перед дорогой, чистые и сытые, первые километры дороги дались легко, ближе к пяти часам Принц начал клевать носом и за руль сел Маус, а Принц уселся за пульт управления автоматом, который выводил ночную картинку на экран.

Как и сказал Химик, немногие твари были ночью активны, редкие из них проявляли желание напасть или преследовать. Пару раз пришлось стрелять только ради перестраховки, выскочив из-за поворота на небольшое скопление, твари, оценив опасность, частично успели уйти с линии огня.

Заехав на блок пост, их тщательно обыскали и пригласили к главе Михайловки, так как слышали об акции военных по зачистке близлежащих районов и помощи в эвакуации. Другой новостью стало отсутствие какой-либо информации о Химике и Аркадии, главе Мирного, словно их тут и не было. Принц не удивился, зная способности Химика о манипуляции чужим сознание, и ему оставалось верить только в то, что в остальном он был честен.

Арина, сопоставив видео и свои воспоминания, впала в такую ярость, что влетело всем окружающим, только Маус старалась ее успокоить. Маус же отнесся к происходящим событиям спокойно, так как только в паре моментах уличил себя в подмене воспоминаний.

Глава по имени Роман занимал тот же кабинет, в котором недавно Принц встречался с Химиком, выслушав предложение об эвакуации, сказал, что сутки назад велась активная подготовка к передвижению к военным, но сейчас поток тварей ушел с этого направления и они справляются, желающих перейти он не держит, многие уже уехали, но в случае появления новой угрозы, готовы будут принять любую помощь. Флешку тот принял радостно, видимо при переговорах, пока этого инструмента у него не было в руках, он считал, что все это какая-то игра.

– Артем, как вы понимаете, ситуация меняется тут с каждым днем. Конечно, остаткам правительства легче нас оборонять в одном месте, но боюсь, что в ваши лагеря для спасенных мало кто пойдет из тех, кто может держать оружие. Тем более по нашим данным, вы разоружаете вновь прибывших. – сказал Роман.

– Роман, я вижу в вас некоего Царька, который радуется обретенной власти. Поверьте, вы не готовы тут обороняться неделями. Наши глубокие вылазки в места скопления зараженных и мутантов показали полную нашу неготовность военных на удержание и очистку зараженных участков, а также оголили вопрос численного перевеса противника. – сказал Принц.

– У тех, кто уже у вас находится, по слухам нет своей собственности, и, скажем, собранное и привезенное к вам добро проходит сортировку, попадая в общее пользование. Прям начальный этап коммунизма. – улыбаясь добавил Роман.

Маус, стоявший весь диалог в стороне, подошел ближе к Роману и гладя в глаза произнес:

– Дядя Рома, вы же помните мою семью, отец до конца не хотел покидать ферму, а как он цеплялся за нажитые годами технику, земли, дом. Мать его на коленях умоляла, бросить все и присоединиться к какой-нибудь из групп. А отец заладил, что мародеры все растащат, испоганят и сожгут, что он жизнь тут на своей ферме положил и просил, если что, похоронить его там.

– Ну и что в этом такого?

– Ночью одна из коров начала мутировать, сначала приболела, а потом слегла, он ее всю ночь караулил, ухаживал, свежей воды носил, не захотел убивать, как все ему советовали, веря, что она его знает и придать друга он не может. Утром следующего дня эта тварь убила мать, та пришла проведать отца и завтрак ему принести. Мы с отцом взяли мелкашку и восемь пуль всади ей в голову, а ей хоть бы что, тогда отец взял кувалду и дедовским методом решил убить корову. Дед наш, с одного удара мог любую скотину положить и приглашать никого не надо было. Так вот, ударил он ее одни раз, второй раз, а она открыла вторую пасть на животе и схватила отца. А я там один, никого нет, вытянуть отца из пасти не смог. Пару раз пытался стрелять в нее из мелкашки, да ей кажется это, как слону дробинка. Сжег я ферму всю, не смог туда больше зайти.

Маус стер слезы с глаз, ударил по столу кулаком и продолжил:

– Лучше бы он нас с матерью послушал! Ты, дядя Рома, с этими людьми следующий, думаешь это жалкое оружие и стены вас тут спасут? А хрен там, там столько всякой мерзости, тебе даже и не снилось. Тут много моих знакомых, подумай хоть о тех, кто сам себя не сможет защитить.

– Молодые люди, разговор на такой ноте мы закончили, не знаю, кем вы себя возомнили, но тут порядок не вы поддерживаете, а если будете пугать население своими рассказами, я вас вышвырну отсюда. Мы уже договорились с военными из «Немезиды», они подкинут нам оружие и патроны и медицину. Как-нибудь без вас обойдемся.

Принц почесал голову и, вспомнив слова Химика, произнес:

– Ад пуст и все черти уже здесь!

Роман пошел красными пятнами, руки его затряслись, а голос сорвался на тонкий крик:

– ВОН ОТСЮДА, ПСИХОПАТЫ. ОХРАНА, ВЫВЕДИТЕ ИХ, ВЫВЕДИТЕ ИХ. ПРИВЕДИ КО МНЕ ЭРИКСОНА.

Вошли здоровые парни и, Маус, обиженно посмотрев на Принца, сказал:

– Почему ты не поддержал меня, ты же мог его в порошок стереть, ты мог тут всех… Ты же хотел спасти этих людей.

Принц взял Маус за локоть и сказал:

– Пошли, там погорим, хватит одной тут истерики. Может я не слово в слово, буква в букву сказал? Ну и хрен с этим!

Парни проводили их до выхода, и на парковке Принц долго ходил, пока не остановился и сказал:

– Маус, за нами никто не пойдет, я там все понял уже по его наглой роже, люди ему верят, он тут закон и порядок. Организовывать саботажи и смену власти я не умею, так что давай Арину попросим часть отснятого материала скинуть в общий доступ с призывом об эвакуации и посмотрим, может кто-то и решится, тем более военные сюда уже едут. Мы дали людям шанс, Маус. А ходить, всех усаживать на транспорт и уговаривать с листовками не буду. Хочешь активных действий – вперед, но не разочаруйся в людях. Вот если жареным запахнет, тогда сами приползут. Запомни, нас тут вообще не было.

На парковке стояло два грозных автомобиля, патриот и защитник. По сравнению с остальным похожим транспортом, эти две машины отличались хорошей заводской подготовленностью, остальной же автопарк, был сделан на коленке и не внушал доверия. Мимо проходили люди и кидали завистливые взгляды.

Принц залез в патриот, вытащил рацию и, проведя пару манипуляций, заговорил:

– «Железный домик», «Поросята» на месте, посылка с нами. Какие наши действия, мы подберем одного из «Поросят» и готовы выдвинуться на точку. Да, что делать, если будет пополнение в «Поросятах»?

– «Железный домик» «Поросятам». Как же приятно слышать этот голос снова, рады слышать, что все хорошо. «Поросят» берите с собой. Новые координаты скидываю. Об изменении ситуации будем сообщать. Ждем вас.

– Слышал, Маус, не вешай нос, матери Андрея предложи с нами поехать, ок?

Подошла Арина с лысоватым мужичком, в хорошей разгрузке, кобура с пистолетом, который явно в нее вцепился, как пиявка в жертву. Арина, возмущенно указывая на мужичка, громко произнесла:

– Вот, что ко мне прицепилось. И говорит все одно и тоже, «я настройщик, нужен ключ». Он кажется обдолбанный.

И мужчина посмотрел на всех и повторил заученную фразу:

– Я настройщик, нужен ключ.

Маус тут же вскипевший и желающий выпустить пар на бедного человека, который кажется сам не понимал, что делает, замахнулся, но Принц, перехватив его руку, сказал:

– Будет сейчас, кажется, глупо и, надеюсь, вы ржать не будете потом надо мной. Химик, где бы ты ни был, я тебя достану, если это сейчас не сработает, – и Принц с сомнением сказал. – Ад пуст, все черти уже здесь.

Мужчина заулыбался, взгляд его стал осмысленный, и он словно Принца лет двадцать не видел, дружески, без каких-либо признаков помешательства произнес:

– Фуу, отпустило, не случалось вам недавно встречаться с одним мутантом, который мозги умеет выкручивать, а?

Все, не сговариваясь, хором сказали:

– Химик, мать твою!

– Все верно, так по крайней мере я его запомнил. Меня Эриксоном кличут, не смотрите на меня так, как на психа, все просто, услуга за услугу. – сказал Эриксон. – Долго грузить Вас не буду, слушаю. Чем могу помочь?

Принц еще не успел что-либо сказать, как Арина, поймав удачу за хвост, начала тараторить:

– Нужно у местных бандитов людей одних отбить и транспорт починить, топливом эти две машины заправить и до точки этот патриот отогнать. Все надо организовать за пару часов.

Парни лишь развели руками, все верно, добавить нечего.

– А, не охренели ли… Ааааа, сука! – и мужик схватился, за голову, словно кто-то невидимый начал ее сдавливать в тисках. – Часть сделаю. Успокойся! – прокричал Эриксон. Арина в это время высвободила руку и отпрыгнув, уставилась на картину, происходящую перед собой.

А Эриксон извивался, держась за голову, а перед тем, как вырубиться, простонал:

– Все сделаю, как попросили!!!

С минуту все смотрели на мужчину на полу, потом Маус нырнул в машину и достал канистру с водой, сначала аккуратно, а потом, не жалея, вылил почти полканистры, пока не заметил признаков шевеления.

– Я подумал, может у него горячка, так по крайней мере мы пьяниц от галюников спасали. – сказал виновато Маус и, на всякий случай забрав его пистолет, добавил. – Вдруг захочет в меня пальнуть, если я ошибся!

– Не его ли звал глава Роман?

– Да, точно его!

Эриксон в этот момент очухался и сел.

– Наверное, только Химик сможет ответить на хитросплетения своих идей. Ладно, парни, я вас нашел, вы сказали пароль. Вы спросите, почему вы должны верить мне? А может я вас кинуть хочу? –сказал Эриксон.

Принц протянул ему пистолет и удивленно сказал:

– Дааа, ну и почему мы должны тебе верить?! Раз сам задал себе вопрос, ответь! Удиви.

Эриксон сидел на пыльном полу, вокруг него кружились пыльные вихри, и он рукой ударив себя по лицу, произнес:

– С дьяволом лучше не шутить, когда душу продаешь. Так, о чем это я, а да, все высокие побуждения, идеи, замыслы и чувства человека не стоят и ломаного гроша, если мужчина не отдает долги. Как технику заправят на въезде, ждите меня за периметром, через час-два. Все организую в лучшем виде. На заправке скажите, я дал указание залить под крышку и, если будут кочевряжиться, передайте, что мой сапог найдет их жопу в противном случае.

Эриксон встал, отряхнулся и зашагал прочь, ребята переглянулись, и Арина произнесла:

– Я там бутерброды сообразила в баре, только этот пидарас меня схватил, когда я уже кофе просила в термос набрать. И там все оставила.

– Маус, садись за рацию, давай Андрея вызывай, место встречи планируй ближе ко второй засаде, там ориентир – билборд. Я сам в бар схожу, бутерброды заберу. Мне нужно кое-что проверить. Да, Арине наш план по агитации эвакуации продемонстрируй. В технике закройтесь и будьте на готове. Не нравится мне этот человек.

– Артем, с тех пор, как я с вами познакомилась, чувствую бессмысленность любого моего действия. Я чувствую себя как яйца, участвую, но не вхожу. Можете не избегать меня и обращаться как к члену своей команды? – сказала Арина, сделав притворно обиженное лицо.

– Я не согласен с тем, что вы говорите, но буду до последней капли крови защищать ваше право высказать вашу собственную точку зрения. Прошу проявить активное участие как член команды и не проигнорировать наше желание помочь другим, подробнее вам все расскажет Маус. – Принц развернулся и ушел по направлению в бар.

Найдя бар, Принц зашел в него, сразу стал в центре внимания. Вооруженных и одетых в камуфляжную форму парней хватало, но у все была форма с военных складов и устаревшие аналоги вооружения, карабины, дробовики и парочку АКСу. Наверное, снаряжение Артема было слишком современное и явно выделялось на фоне остатков разграбленных военных складов и полицейских участков. Сам же бар представлял наскоро переоборудованное помещение одного из производств, где так и остались висеть на стенах чертежи и макеты деталей какого-то оборудования, вся остальная же утварь была сделана из паллет. Барная стойка представляла собой целый штабель сложенных и сбитых вместе паллет, а вот стулья были барные и все остальное тоже было высокого качества.

Усевшись прям за барную стойку, Принц три раза постучал ладонью по барной стойке, привлекая к себе внимание. И тут же из подсобки вынырнул бармен, нарисовав на лице улыбку, приветливо спросил:

– Приятно видеть новые лица, издалека?

– Да, далеко забрался.

– Держи кружку пива за счет заведения, откуда ты и где такую форму раздобыл?

– Сам уже не помню откуда, где раздобыл, там уже нету, – не стал уточнять Принц. Форму снял с одного жмура, вот и ношу ее, знаешь вторая кожа, даже сплю в ней сейчас.

Бармен, продолжая натиск и желая все-таки разговорить, поинтересовался заискивающе:

– Так как к вам обращаться, сударь?

– Можешь просто Артем. Тут бургеры оставили и кофе вроде, можешь с собой завернуть?

Бармен шумно выдохнул воздух, нахмурил брови, но сдержавшись, все-таки продолжил игру в усидчивого бармена.

– Будет сделано. Так значит, Артем, вы с Ариной издалека, может во время вашего долгого путешествия вы нашли места более тихие и спокойные, а то хочется уже куда-то перебраться отсюда.

– Мы не с Ариной, она с нами, а так везде одно и тоже. Ближе к городам мутантов много, там, где ничего нет и мутантов нет, бандитов и всякой гнили везде хватает, люди сбились в группы и теперь самостоятельные государства, часть армии не подчиняется никому, закрылись у себя на объектах, а остальные пусть горят синим пламенем.

Бармен взял кружку из-под пива, но Принц, его опередив, сказал:

– Мне лучше чашечку кофе, да и перекусить можно что-то по-быстрому?

– Могу яичницу, ну и каши полно, есть манная и овсяная, только подогреть надо.

– Давай, три яйца и почем нынче тут завтрак?

– Тебе четыре патрона 5.45 x 39 или два патрона 7.62x39.

Принц вытащил с разгрузки магазин и отстегнул четыре патрона, оставив на прилавке.

Бармен внимательно рассмотрел патрон и довольно произнес:

– Склад недавно обчистили? Так те только у военных, бронебойный, да еще и трассирующий, прям мечта. Таких только два надо.

И бармен забрал два патрона, оставил лежать два. Принц выстегнул еще тринадцать патронов и посмотрел на бармена. Бармен молча сгреб патроны и понимающе приблизился к нему.

– Расскажи, кто такой Эриксон? Чем местные живут? Что в цене, кто за что платит? И встречал ли ты тут Химика, что за него скажешь?

Играла неизвестная музыка, люди уже почти перестали бросать удивленные взгляды на камуфляж и оружие Принца, Бармен принес яичницу, добавив к ней пару нарезанных огурцов и помидоров, рядом положил пакет с бутербродами и кофе в термосе. Засервировал стол перед Принцем и начал рассказывать.

– Был тут такой тип, кличал себя Химиком, в бар пару раз заходил, мутаген толкал, ну и всякие консультации предлагал, дурь иногда толкал, она тоже сейчас в цене. Общался он в основном с рейдерами и то только с теми, что в дальние вылазки ездят, часто к залетным садился. Мутные у него дела были постоянно, мужики разное про него говаривали, он вроде в мутациях хорошо разбирался, где-то вроде даже у него то ли лаборатория была, то ли операционная. Больше не могу ничего сказать, толком его даже описать не могу. Он всегда неизменно в капюшоне и в очках ходил.

А, да тип еще с ним постоянно ходил, тихий такой, не помню в общем. Тип мог весь день просидеть, ничего не заказывая, а когда появлялись интересные ребята, приходил и Химик. Руководство с ним что-то мутило. В баре же они обычно наемников вербовал на разные задания. Бывало, подкидывал местным интересную инфу, пару раз с рейдов ребята с ним довольные возвращались. Недавно одна группа вроде как ушла с ним, а потом по слухам пропала. Да, после этого я его не видел, вроде.

– Понятно, а что про Эриксона скажешь?

– Эриксон – наемник бывший из спецназа, у него раньше большая группа была, много бойцов вроде, где-то в городе их мутанты зажали, выбралось их то ли трое, то ли четверо. Так, вроде сам нормальный, следит за языком, у местных он в почете, пьяными его ребята не шатаются, сам вроде тут сильно не накидывался. Группу новую сколотил и живет хорошо.

По работе тут сложнее, пару дней назад думали, что всех орда мутантов сметет, пока еще все бухают, много кого потеряли. Можешь зайти к старому Эльбрусу он тут барыга местный, если жив, там и спросишь. А ты вроде круто прикинут по местным меркам, скажи ты случайно не на вояк за место в бункере под землей работаешь? Больно у тебя выправка военная.

– Мы – проезжие, двигаемся к месту эвакуации. Есть одна работенка, вот ищем местных на нее, – слукавил Принц. – А что про бункер слышал с научниками и военными, кажется «Немезида» называют? – спросил Принц, немного уводя разговор в сторону.

– Зачем тебе это все, ты же сам оттуда, тебя уже давно по видосам срисовали? – задал встречный вопрос бармен, увидев, как зашла группа в бар.

В бар зашла группа вооружённых бойцов и сразу направилась к Принцу. «Вот оно какое гостеприимство у вас тут», – пронеслась мысль в его голове, наверное, что-то подобное надо было ожидать. Включив рацию на передачу, Принц сообщил Маусу:

– Маус, быстро на броневике к бару подъезжай, встань так, чтобы к тебе не подошли, возьми вход на прицел. Слушай рацию и поймёшь всю ситуацию, кажется местные братки нарисовались, хотят права качать!

– Кому мы, Принц, тут успели переехать дорогу интересно?

– Сейчас узнаем! – сказал Принц и встал.

Решив сразу не обострять ситуацию, Принц аккуратно расстегнул кобуру пистолета на бедре и положил на него руку. Хотя вошедшие ребята не выглядели грозно и одеты были, в чем пришли, в том и воюют, об вооружении лучше не говорить, но они просто могли задавить количеством. Да и бармен тоже уже нащупал оружие и держал руки за прилавком наготове, явно направляя ствол на Принца. Принц в голове прикидывал различные расклады, но по-плохому выходило, что он не успеет выйти из боя быстро, да и потом, как вообще сможет покинуть потом это место.

Заговорил бородатый мужик в байкерской куртке и черной бандане:

– Охренеть, парни, а мужик этот герой, а ты утверждаешь, Синий, что это не он. Шлема его не хватает, точно он. Ладно, расслабься, мужик, а то напрягся, ты просто звезда сегодня, мы тут видосики одни посмотрели. Так что, та тварь реальная? Там все без подстановы было?

Принца отпустило, но руку он не убрал, постарался, как можно спокойней ответить:

– Тварь реальная, убить ее не смог ни яд, ни голод, ни пули. Заперта она там же.

– Вот видали мужики, ствол то у него козырный, я сразу приметил его, да и форма эта броская слишком для этих мест. Мы что к тебе подошли, если там такая тварь есть, то, наверное, там и поживиться есть чем?

– Тварей там разных хватает, не всех мы там увидеть успели, сами еле удрали, поживиться особо не успели, были обстоятельства.

– А я что мужики говорю, вряд ли они все там подчистили! И последний вопрос, где Химик и почему ты на тачке Скифа? – все одновременно достали стволы и направили на Принца. Принц тоже достал ствол и направил его на бородатого, после чего Принц продолжил:

– Скифа не знаю, Химик нам машину сам отдал. А тут нет ни Скифа, ни Химика, и вы решили ее изъять с самыми благими намерениями. А если я добровольно отдам, вы меня и моих друзей отпустите, такой расклад, да?

– Хорошо, что это ты сам сказал, я и не рассчитывал на такую удачу, что догадливый попадется. Скиф – мой брат и я так просто вас не отпущу. Значит и техника моя, прав то у вас на нее нету, будет обмен, технику на тебя. Пойдем прогуляемся!

– Стоять, я тут еще не доел, и с вами я не куда не пойду, мама запрещает ходить с незнакомыми дядями!

Прошло с полминуты, как все услышали приближение к бару мощной техники, и рев моторов перед входом сигнализировал, что она тут. Все оглянулись и не успел бородатый байкер продолжить речь, как заработал мегафон, и Маус взволнованным голосом выпалил на одном дыхании:

– Заткитесь все и слушайте, если мой друг не выйдет из этой двери через шестьдесят секунд, я начну поливать этот бар из крупнокалиберного пулемета, время пошло. Пятьдесят пять секунд.

Бородатый, взяв себя в руки, побагровел и проговорил:

– Ты же меня слышишь сосунок, Миша, я твой голос сразу узнал, да я знаю, кто вы такие, мы тут все бродяги и нам нечего терять, когда с твоим другом будет все закончено, я забью тебя до смерти и напьюсь твоей крови из твоего же ботинка. Живо выходи сюда и мы забудем, что ты нам угрожал.

– Сорок пять секунд. -продолжил считать Маус.

Принц уже прикидывал, что убьёт бородатого первого и перемахнет через стойку. Бармен с поднятыми руками пошел к подсобке, но Бородатый жестом ему показал вернуться.

– Тридцать пять секунд.

А бородатый, оглядевшись, сказал:

– Ты блефуешь, сосунок, тут много невинных людей, хочешь взять этот грех на себя? Ты боялся крови, когда мы у твоего отца резали свиней, всегда уходил, трус, если бы ты не был тряпкой, он был бы жив. Мне рассказали какую ты истерику у Романа закатил. Твой отец тоже был чистоплюем и трусом.

– Двадцать пять секунд.

Люди начали волноваться, все достали оружие, пара бойцов, сидевших все это время тихо, наставили на окруживших Принца ребят оружие, приблизившись к Принцу, громко прокричали:

– Парень – это тебе не Голливуд, жизнь причудливей вымысла, злой не всегда должен умереть, а хорошие живут долго и счастливо, тут у всех семьи, мы тут случайные зрители вашего беспредела, позволь разобраться всем вместе, меня зовут Андрей Андреевич.

– Пятнадцать секунд, выходите все вместе на улицу, если хотите разобраться, иначе я стреляю на поражение всех.

Все, не сговариваясь, держа друг на друга на мушке, вывалили на улицу, где ощетинившийся броневик, водя стволами из стороны в сторону, старался внимательно отслеживать одновременно всех. Когда вышли все, броневик отъехал на метров десять и остановился. Принца держали таким плотным кольцом, что Маус знал, что, не зацепив его, он не сможет расстрелять остальных. Бородатый же спрятался за Принца и уже из-за него так же нагло продолжал:

– Эти люди в сговоре с Химиком, убили группу Скифа, забрали его транспорт, а теперь явились сюда и ждут эвакуации от военных. Они чувствуют свое превосходство над нами и не имеют ни страха, ни совести перед честными людьми. Он был моим братом, вы, ублюдки, должны заплатить за его смерть. Народ, вы же меня знаете, я тут никого не обидел, стоял вместе со всеми на стене и отражал атаки мутантов, мои люди, держа оборону, жертвовали собой, отбивая это место. И что вы просто хотите их так отпустить, потому что у них больше оружия, а как же месть за моего брата?

Андрей Андреевич сделал пару шагов от Принца и, обратившись к стрелку в броневике, произнес:

– Парень, если вам нечего сказать и нечем доказать вашу непричастность, гарантирую вам, что вы уедите на вашем патриоте, пальцем вас никто не тронет. Так вас устроит? А за периметром делайте друг с другом, что хотите.

Потянулись минуты ожидания, кто-то закурил. Все мялись на одном месте, пару людей ушли на безопасное расстояние, Артем стоял и улыбался. Маленькая щель открылась в двери броневика и в нее выбросили сумку, пара бойцов упала на пол, но ничего не произошло и стрелок проговорил:

– Андрей Андреевич, в сумке планшет и в планшете доказательства, возьмите и смотрите.

Андрей Андреевич взял сумку и достал планшет, запустил видео, Принц тоже всмотрелся в картинки и в начале видео узнал лабораторию и увидел группу бойцов, которые аккуратно с огнеметами на изготовку зашли в до боли знакомый шлюз, а дальше все произошло очень быстро, так что пришлось просмотреть видео второй раз, запустилось второе видео, где в той же оружейной комнате стоит Химик и рассказывает план группе из десяти человек, а в конце Химик говорит «Если что, Скиф, я вам оба броневика подгоню после операции», был и третий ролик, где Принц бьет Химика об клавиатуру. Но Принц уже не смотрит, он понял, что Химик использовал группу Скифа, но тварь оказалась сильнее и все члены группы полегли там, и он просто ждал реакции окружающих.

Андрей Андреевич несколько раз пересмотрел видео, подошел к Бороде и громко для всех сказал:

– К парню и его группе претензий нет, Борода, отпускай его. Ты сам видел, как он его лупашил, тоже мог там сдохнуть. Техника пусть не их, но и не твоя, вряд ли ты сможешь доказать, что Скиф ее тебе оставил, из видео явно, что технику Химик подогнал, не знаю, что ты себе там надумал, ребят лучше отпусти. Хочешь, там в диких местах решай свои вопросы, но, если здесь устроишь пальбу, выгоним несмотря на все заслуги. Эти ребята нам военных на помощь вытянули, так что мы поддержкой рисковать тоже не хотим.

Борода показал жестом своим ребятам идти за ними, не последовало ни обвинений, ни угроз, что сильно удивило Принца, готового уже прыгать под пулями. Принц внутренне даже расстроился, когда не произошло перевоплощения Бороды в слюнтяя, кричащего пустые угрозы вдогонку. Наверное, пережитое за последние сутки его волновало больше и на все происходящее он смотрел, как на сон, веря в счастливый конец. Принц решил задержался на секунду, пожать Андрей Андреевичу руку, но тот не стал, сославшись, что не жмет руки, боясь мутантов и попросил убраться побыстрее отсюда, чтобы у других не возникало желания отнять их имущество.

Влезая в броневик, на грудь Артему бросилась Арина, в слезах и умоляя его не винить ее за проданную информацию, она не желала ему зла и очень сильно испугалась, когда она услышала разговор по рации. Артем, убирая ее руки, лишь ехидно бросил:

– Не думал, что буду рад тебя видеть, но кажется твоя вина только отчасти, что мы попали в такую ситуацию, но спасибо, что среагировала быстро, ладно, без обид.

Арина лишь слегка улыбнулась, растерла слезы и села на место оператора, Артем сел на заднее место, достал на половину выпотрошенный рожок и стал набивать патронами, сбрасывая напряжение простым механическим действием.

***

Уже на месте, указанном Эриксоном, стояли две машины- защитник и патриот, за патриот уговорили сесть временно Арину, пока не доедут до Андрея. Прождав с полчаса на исходной точке, Принц, занявший место водителя и молчавший все это время, лишь изредка выдавая команды в виде двух слов, сказал, обернувшись к Маусу:

– Твой отец был героем, Михаил. Он отстаивал свои идеалы до конца! Ну, так вот это уже достаточное доказательство его героизма. Ты достоин своего отца, мне приятно, что сейчас со мной именно ты.

Маус, заерзав на месте, сказал:

– Спасибо, мне не хватает его, он всегда делился со мной своими мыслями, не хватает его советов, надеюсь он сейчас смотрит на меня и верит, что мы идем к какой-то высшей цели, – помолчав пару минут, он добавил. – Хотел, чтобы ты знал, я Бороду очень хотел расстрелять и даже, когда ты сел к нам, я продолжал искать его в прицел, надеялся, что он сделает глупость и выйдет к нам, я бы расстрелял его просто так, он можно сказать и в той жизни был говнюком, его отец недолюбливал за чрезмерную жестокость к животным. Отец не любил выращенных животных убивать сам, чувствовал какую-то близость, можно сказать как к домашним животным. Бороду мы приглашали как мясника, на помощь к отцу. Постараюсь в следующий раз лучше контролировать свои эмоции.

Приехал Газ-66, над кабиной которого красовался парень с печенегом в руках, борта машины были зашиты железными листами и укреплены различного рода хламом. Эриксон высунулся из кузова и жестом показал, чтобы группа двигалась за ними. Он выехал на трассу с броневиком, Принц, приоткрыв окно, услышал:

– Вы что там в городе учинили, я же Вам сказал, где ждать. Куда едим?

Пришлось все-таки притормозить, и Принц рассказал про стычку в баре и где должны подобрать еще часть команды, а там уже по месту план придется сообразить.

К месту встречи добрались без происшествий, за полкилометра до нужного места колонна остановилась на пригорке и, убедившись, что засад нет, не меняя строя, проехали дальше. Перед самым местом выскочил Андрей и через пару минут подтянулись «старики разбойники». Старики сели к Арине, а Андрей радостно запрыгнув в броневик, быстро сориентировался и направил всех в овраг, который он предусмотрел заранее. По дороге в овраг Андрей рассказал о своих приключениях и моменте, когда его отпустил адреналин, и, оказавшись наедине с собой, он на многое как-то по-другому посмотрел, а особенно на всю сложившуюся ситуацию. Оставив Мауса на пулемете, Андрей и Принц уже встречали Афанасия и Бориса. Арина последовала примеру Мауса и осталась на пулемете.

– Ты кого нам подсунул, Ирод, мы-то думали, тут нормальный разведчик, а твой парень с маниакальными наклонностями, нас чертовски напугал, не знаю, как ты ему спину доверяешь после того, что мы увидели.

Принц, удивленный заявлением в адрес Андрея, посмотрел на него и, видя нежелание самого Андрея прояснять ситуацию, решил спросить у стариков:

– Может сначала о деле? А потом будем выяснять, почему он вам не понравился. Андрей, доложи обстановку.

Андрей, вытянувшись, произнес:

– В двух километрах от этой точки, есть лесная база бандитов, сейчас их там осталось около пятнадцати – двадцати человек. Три постовых, один по двору прохаживается, вокруг есть ямы и хороший ров с частоколом. С базы они не выходят, каждый день кого-то убивают, режут и насилуют. За периметр заключенных перестали выпускать. Пленных в трех бараках держат, вокруг бараков уложены канистры, может есть взрывчатка, думаю, это их страховка на случай, если кто-то бежать вздумает. За участком братская могила, там человек пятьдесят уже лежит. Детей они держат в отдельном доме.

Принц посмотрел на Эриксона, тот, оказывается, уже давно стоял за спинами и тихо слушал:

– Так какой план будет, Эриксон?

– На карте покажите место базы, ну и займите на всякий случай место возле дороги, если кто-то решит прорваться. Наших сигналов вы не знаете, мешать больше будете, а так у вас тут своих проблем, я смотрю, хватает, мы сами аккуратно все сделаем.

Принц, засомневавшись, решил все-таки переспросить:

– Заложники нам живые нужны, а то вдруг у Вас мысль просто всех сжечь и расстрелять все, что движется.

Эриксон улыбнулся и, загадочно прищурясь, произнес:

– Можно быть художником в любом деле, виртуозным кулинаром, а мой ручной мутант виртуозно сеет смерть. Потом я вас приглашу оценить шедевр. Да и ребята мои раньше кто, где служил, опыт в похожем есть, не ссы!

Эриксон подошел к Андрею с картой, что-то уточнил, а в это время «старики-разбойники» начали свои рассказ, перебивая друг друга. Из чего стало понятно, что для Андрея характерно чередование маниакальных и депрессивных эпизодов с периодами нормальной жизни. Маниакальные эпизоды включали возбужденное или раздраженное настроение, где он истязал убитых бандитов и отрезал им конечности, потом вешал части по деревьям, а потом бегал вокруг, крича, что он бессмертный и что поглотив чужую жизнь, он становиться сильнее, при этом он практически не спал и смастерил чучело из отпиленных ног.

Борис тихо произнес:

– Чучело он ночью таскал вокруг базы, пугая бандитов, те же боялись смотреть в эту сторону, а потом устраивал шествие с головами убитых, ведя какие-то непонятные беседы с ними. Пару раз видел, как он плачет, баюкая голову одного бандита.

Афанасий добавил:

– Не, ну временами он бывал нормальный!

Борис возмущенно всплеснул руками:

– Ага, когда под утро накормил тебя супом из глаз, что забыл, как тебя полоскало?

Афанасий, сплюнув, сказал:

– Ну, у парня стресс, с кем не бывает, ему бы просто отдохнуть, да может что попить от нервов. Еще у него странные укусы на ноге, там видно идет какой-то нехороший процесс.

Принц задумался, и спросил:

– Ну и как здоровых мужиков чучелом напугать, ну пускай даже ночью и из ног?

Борис опять перешел на шепот и сказал:

– Ты сам думай, мы лишнего не наговариваем, только мы тоже не спали ночью и под утро тоже слышали жуткий рев, меня от него в мурашки бросало, а еще хуже становилось, когда я понимал, что это просто Андрейка ходит там с отрезанными ногами трясет и кричит, бандитов пугает. Вот все оттуда и сбежали, он еще вроде отряд разведчиков ночью убил и расчленил, хвастался, что много деталей осталось. Вот тебе крест. Только я к твоему Андрейке подходить боюсь, до сих пор в дрожь бросает.

Андрей же пытался отмыться водой из канистры, но, кажется, безуспешно, так как его форма была полностью залита кровью, а слипшиеся волосы торчали колом на голове, и даже на расстоянии от него веяло смертью и смрадом.

Принц скомандовал:

– Так, Андрей, форму снять и убрать, возьми там вещи гражданские в броневике, поешь и отдыхай, через три часа тебе за руль. Раны обработай, если есть такие. Вам, «старики-разбойники», готовиться к отправке, нам еще нужно транспорт для всех проверить. – и тихо добавил. – Вам, агентура, продолжать наблюдение, обо всех странностях докладывать.

Не успели машины выехать на условленное место, как Эриксон скомандовал заехать на базу бандитов.

База бандитов встречала их с открытыми воротам, людей уже выпустили из бараков, двое связанных бандитов стояли на коленях перед большим деревянным домом. Принц, вышедший из машины, огляделся и, удивленный отсутствием следов боя, заглянул в открытую дверь и увидел мертвых, сидящих за столом и валяющихся вокруг. Несомненно, все были мертвы, с закатившимися глазами и открытыми ртами в неестественных позах. Люди, выпущенные из заточения, не верили происходящему и старались разжиться любым видом хлама, чтобы как-то одеться и вооружиться на всякий случай. Ситуацию спасли «старики-разбойники», которые многих знали и быстро объяснили, что все тут свои, пара человек все-таки убежали, не дождавшись объяснений, увы, наверное, в этой ситуации многие бы поступили так же. Выживших оказалось не так уж много, многие скончались от голода и холода, кто-то от побоев, в общем, с нами осталось десятка два взрослых и трое детей. Вчерашние ракетчики выглядели на общем фоне лучше, но виднелись свежие следы от побоев. Не все могли передвигаться самостоятельно, без помощи, и решено было не задерживаться. Эриксон щедро разрешил забрать свои вещи, но все оружие оставить, считая это трофеями, Принц не стал возражать, тем более приличного он ничего не увидел. Замаскированная буханка и два армейский уазика нашлись быстро. Решено было ракетчиков посадить к нам, Арина вызвалась управлять патриотом. Пока все обменивались информацией и приводили себя в порядок, особо тяжелым оказывали первую медицинскую помощь. Оставив за главного Мауса, Принц пошел по лесу искать следы, подтверждающие психическое расстройство у Андрея. Поиски продлились полчаса, нашел он только новые растения, которые показывали на брифинге, но вспомнить их опасность не смог, также, как и названия. От разглядывания полуживого растения его отвлекла просьба по рации вернуться обратно. У ворот стоял улыбающийся Эриксон, приглашая подойти ближе, его парни заняли вышки и следили за периметром. На стене одного барака висели два бандита, распятые в позе Христа, намертво приколоченные металлическими скобами к деревянным доскам.

Эриксон, улыбаясь, сказал:

– Мы так их чуть-чуть потрепали, они нам нычки свои слили, а это уже твои тут творят, злость вымещают.

Избитые до полусмерти главари, брызгали кровавой слюной и проклятьями. Андрей же проявлял самое активное участие, подзадоривая толпу со словами:

– Одному мы выколем глаза, другому отрубим руку и зашьем рот, предварительно вырезав язык, – и Андрей двумя пальцами впился в глаза одному бандиту, тот стал извиваться и кричать, как резаный, пока не брызнула кровь под руками Андрея и бандюк обмяк. Вылез из машины Маус, и стал рядом с машиной заливать землю свежим завтраком. Второй же бандит начал рассказывать где у них, что еще спрятано, на что Эриксон одобрительно хмыкнул и добавил:

– Ну он дает, молоток, парень. Я бы в жизнь их так не разговорил.

Андрей сжал горло второго бандита и воскликнул:

– Наконец-то змея перестанет шипеть! -и второй рукой начал толкать кусок доски в рот бандиту так, чтобы рот не закрывался и можно было язык схватить и отрезать.

Раздался выстрел, и все обернулись, сам не похожий на себя Принц орал, срывая горло, опуская оружие:

– Какого рожна тут происходит? Кто приказал казнить? Тут всем что нечем заняться?! Убрать за собой, твари! Полчаса на сборы, кто не успеет собраться, оставлю здесь! Маус, за пулемет садись, хватит тут уже блевать. Кто откажется выполнять команды или станет устраивать самосуд или посмотрит в нашу строну косо, того расстреляем на месте. Все вопросы решать лично со мной, колонна отправляется через полчаса.

Принц подошел к Андрею и, посмотрев ему в глаза, жестко сказал:

– Можешь остаться тут с этими бандитами и дальше изгаляться, как хочешь или поехать с нами, если выкинешь еще раз такой фокус, сам догадайся, что я с тобой сделаю. Сядешь за руль патриота, выполнять.

Подошел Эриксон и, протянув руку, спросил:

– Мы в расчете командир, я долг выплатил?

– Да, оплатил, дай нам только выехать отсюда без фокусов. Расскажешь, как вы так все тут провернули?

Эриксон радостно пожал Принцу руку.

– А ты расскажешь, где такой транспорт взять? Нет же, я думаю. Пусть останется сюрпризом, вдруг где-то в ненужных местах узнают про такого мутанта и захотят под себя подмять всю группу.

Принц сжал руку Эриксона сильнее, показывая всю мощь модифицированного организма. Хрустнули костяшки и тот спешно протараторил, вцепившись второй рукой и стараясь ослабить хватку.

– Не бойся, против Вас сегодня применять ничего не буду. Да, успокойся уже, отпусти руку, сломать можешь.

И, вырвав руку, облегченно вздохнув произнес, кивая в сторону Андрея:

– Бывают бойцы палку перегибают, но им же нужно, как-то пар выпустить, лучше пусть на такой швали отрывается, чем на своих.

Эриксон еще что-то хотел сказать, но его уже не слушали. Принц развернулся и пошел в броневик. Оказавшись внутри, прислушался к себе, стараясь успокоить выплеснутый адреналин, с чувством тупой звериной ярости направленный внутрь себя. Для успокоения он набрал воды в рот и не стал глотать. Это когда-то ему посоветовал его инструктор, что гнев можно охладить через рот, метод оказался действенным и он, сглотнув, набрал еще воды в рот, чувствуя, что гнев отпускает. Как вдруг все стало безразлично и Принц, закрыв глаза, откинулся на сидении. Маус сидел тихо, вертя башней пулемета из стороны в сторону. Под звук легкого металлического вращения шестеренок Принц сам не заметил, как уснул.

Разбудил Принца Маус:

– Тут с нами ехать хотят: Арина, старики и пару еще человек, я их пущу?

Принц поднялся и растер глаза:

– Сколько я спал?

– Минут сорок, я не стал тебя будить, все готово к отправке, пусть с маленькой задержкой. Все машины в строю, Андрей за рулем патриота, на пулемете доброволец из ракетчиков, связь между машинами есть, думаю, все готово.

Принц встал и, открыв дверь, сам перебрался за руль, устроившись поудобней, в мегафон проговорил:

– Броневик идет первым, уазики и буханка по центру, колонну замыкает патриот. Обо всем странном докладывать, расстояние между машинами держать сто пятьдесят метров, сильно не сближаться и не растягиваться. Буханке быть готовым иногда проезжать на разведку вперед.

Заговорили рации, все подтвердили готовность, и колонна двинулась. Арина заняла место второго стрелка, провела проверку и, довольная, нырнула вперед со словами:

– Не ожидала от тебя такой жесткости к людям, даже в какой-то момент я тебя стала бояться, люди сильно пострадали от этих бандюков, сам рассказывал про их засады с детьми, нужно было же поквитаться с ними за все. А тут пожалел парочку бандитов.

Принц, не поворачивая головы, скомандовал:

– Займи свое место, стрелок, и не отвлекай водителя по пустякам!

Арина хмыкнула, села на свое место и занялась разглядыванием окрестностей через экран монитора.

Вокруг проносились разбитые машины, заброшенные заправки, закусочные и разграбленные придорожные магазинчики. Пару раз натыкались на блокпосты, устроенные зараженными и мелкими мутантами, с легким боем прорывали небольшие заслоны. Вокруг все было тихо, иногда лишь доносились издалека разрывы артиллерии. «Железный домик» пару раз выходил на связь, фиксируя продвижение колонны и обновляя информацию по ситуации. По всему выходило, что они отражали небольшие группы мутантов, которые словно пробовали на прорыв разные участки заградительного периметра. На одном участке один из водителей уазиков заметил тень, движущуюся параллельным курсом, больше никто этого не подтвердил, что сильно давило на всех. Больше всего люди боятся того, что не видят и не понимают. Внутренне чутье Принца молчало, а между водителей начинался треп, то ли усталость давала знать, то ли напряжение хотели сбросить. Вспомнились моменты из фильма, где киногерой для того, чтобы совсем не было страшно, разговаривал сам с собой, если бы фильм не был комедией, для него все кончилось бы скверно в реальной жизни. Чтобы как-то разрядить ситуацию и немного заставить всех взбодрится, Принц начал периодически вперед отправлять то уазик, то буханку, заставив водителей прекратить бесполезный треп. И, отправив очередной раз уазик на пол километра вперед, погрузился в воспоминания из детства. Сказывался стресс и недосып, никогда в жизни он так не хотел оказаться в любом другом месте, но никак не здесь, тем более неся большую ответственность за этих людей. Вспомнился момент, когда ему подарили первый велосипед, и после недели катания на трех колесах, он гордо заявил матери, что он взрослый и открутил третье колесо, предложив купить все необходимые продукты для дома. Слегка улыбнувшись, Артем вспомнил, как дразнил уличную детвору неудачниками, как пытался уехать от них на велосипеде, как упал и разбил голову. Смешно было вспоминать, что он так и не доехал до продуктового магазина. Интересно, а что с ними стало, живы ли они сейчас и как их зовут. Принц не успел обдумать эту мысль, как небо озарилось яркой вспышкой. Небольшой предмет вошел в атмосферу, по ушам ударило оглушительным взрывом, по рации заорали перепуганные водители, что это бомба и, не сговариваясь, съехали на обочину. Принц же продолжал движение, не в силах оторвать глаза от летательного средства с мигающим куполом бледно-зеленого цвета. Объект был точно пилотируемый, и его догоняли ракеты земля-воздух, Принц хорошо это знал, так как неоднократно сам уходил от таких в симуляторе, но тут, словно разозленное осиное гнездо, их было больше, чем три десятка. И периодически они попадали по защитному полю корабля, но сдетонировали только три, насколько мог видеть Принц. Скорости и реакции летчика можно было позавидовать, кувырки и нырки были просто невообразимыми. Словно летчик был сам частью машины, каждый раз, когда его догоняла ракета, он уходил в резкий кувырок, стараясь пропустить ее вперед. Поистине, грациозные и филигранные движения машины заставляли биться сердце Принца быстрее, вспоминая чувство, когда небо принадлежит ему и немного Сокому.

Отвлекшись, Принц передал, что ы все выдвигались, прямой угрозы попасть под ракеты земля-воздух нет. И через пару минут в экране заднего вида он увидел приближающиеся автомобили и продолжил наблюдать за развернувшейся картинной, поддав газ.

Тип двигателя и назначение транспортного средства сложно было определить, но ясно было две вещи, первая- летчик старался выровнять машину, и вторая- этот неземной летательный аппарат вот-вот должен развалиться в воздухе, купола защитного уже нет. Видно было, что и корпус начал от трения в атмосфере нагреваться. Принц хорошо запомнил момент, когда летательный аппарат начало бросать, и за ним потянулся шлейф из огня и дыма, а потом он рухнул. Вся колонна наблюдала вдалеке разгорающийся пожар от загоревшихся деревьев, по которым был понятен весь маршрут падения. Внутри Принца что-то встрепенулось, наверно в этот момент он в первые был так близко к звездам, для него сейчас не существовало войны, заражения, мутантов и тех событий, которые бы он забыл с удовольствием. Лишь только детский неподдельный интерес. Он вспомнил, как изучал Метродора, ученика Эпикура, который не верил в нашу уникальность. Ведь со времен греческой античности люди размышляли о внеземной жизни, как о чем-то далеком, представляя себе первую встречу, обмен знаниями, обогащение цивилизаций. Да, глупо было считать землю единственным населенным миром в бесконечном космосе, просто глупо. Даже в летчики Принц пошел, мечтая когда-нибудь увидеть другие миры и прикоснуться к далеким звездам. Его раздумья прервал голос Афанасия, который уже сидел почти рядом и, стараясь разглядеть столб дыма, декламировал:

– Была когда-то теория «Великого молчания», где человеческая раса считалась в космосе не более чем зоопарком, где инопланетяне, зная о нашем существовании, относятся к нам не более чем, как к животным в зоопарке, рассматривая нас издалека. Как же они были неправы, скорее люди похожи на огромную ферму, которая сама разрасталась долгое время. И вот фермер пришел, обнаружив у себя на краю участка сорта человека подобных обезьянам, разросшихся на целую планету, а может, наоборот, фермер увидел неготовность урожая к сбору и щедро решил удобрить все пестицидами, желая ускорить процесс. В самом деле, не возвращаться же обратно. Или решил засеять все новой культурой, которая более покорная и не старается кусать фермера за руки. Да, как же смешны наши первые открытия о микроскопических формах жизни на Марсе, Юпитере и Европе. А многотомные доклады ученых, что разумная жизнь появилась на земле поздно, после миллиардов лет эволюции, сейчас даже не годятся на туалетную бумагу.

Принц задумчиво бросил взгляд на пятно дыма, которое было уже близко и потихоньку смещалось левее, а потом спросил:

– Афанасий, к чему вы клоните?

– Артем, возможно я так и умру где-нибудь в лагере для беженцев, но я бы хотел посмотреть той твари в глаза, что устроила это все или хотя бы отомстить одной из них за миллионы погибших.

– Афанасий, извини, но я не могу рисковать всей группой, думаю туда уже едут военные, скоро мы все узнаем.

Арина громко проговорила:

– Принц, я тоже готова рискнуть, не думаю, что их там много, и после такого падения он вообще может не выжил, а военные, если что и найдут, так мы об этом и не узнаем. Ты тут главный, тебе и решать.

Принц молчал с полминуты, его тоже начало распирать любопытство, но он сказал:

– Пусть этот выбор будет общим, я не хочу брать на себя ответственность за это. Если хотя бы один не согласится подъехать и посмотреть на расстоянии, едем дальше.

Начались бурные обсуждения, Принц старался не вмешиваться, предполагая, каким будет общее решение. Прошло полчаса, и Арина радостно воскликнула:

– Ты хитер, старый лис, ой, хитер, но я хитрее. В броневике все согласны, из уазиков все согласны на операцию, но никто не пойдет, остальные из машин не будут выходить. Буханка согласилась, что мы сходим и расскажем.

Принц на всякий случай связался с «Железным домиком», получил одобрение на разведывательную операцию и скорректировал план, дал необходимые команды, определив вектор для захода каждой машины. Когда до места падения оставалось с полкилометра, пришлось спешиться. Лес был густой и возможности проехать не было. Так что решили идти только вчетвером, остальным Арина пообещала показать видео, в этом и заключалась ее хитрость. Все знали, что идти проверять никто не захочет, а так они ничем не рисковали и могли к тому же посмотреть интересный видеофайл.

Афанасий бодро шагал вперед, стараясь то и дело обогнать Принца, за что пару раз чуть не был оставлен на маршруте для организации прикрытия. Маус остался за главного на броневике и в случае не возращения группы должен был довести всех обратно. Арина шла последней, пару раз споткнувшись и упав в заросли крапивы, шла и чесалась, ругаясь про себя, каждый раз задевая волдыри веточками. Борис тоже вызвался добровольцем, взяв в руки автомат Мауса, и подтвердив, что владеет им прекрасно, сказал, что несмотря на возраст даст фору любому молодому.

Выйдя на глубокую борозду, оставленную кораблем, Принц перешел на тихий шаг, разделив группу на два звена, которые шли друг другу параллельно, подбираясь все ближе к блюдцеобразному короблю. По-видимому, после возгорания деревьев и удара корабля был еще взрыв, который потушил часть пожара и выворотил часть деревьев вокруг корабля, и лишь местами пламя набирало силу, создавая дымовые клубы. Когда подошли к границе круга, образованного взрывом, развернулась картина зеленых луж с кипящей в ней жидкостью. Инопланетный корабль частично был погружен в грунт, наружу торчали пробитые элементы обшивки, сделанные из материала похожего на композит с включениями фиолетовых крапинок. Периодически из щелей корабля вырывались фонтанчики газа. Один образец обшивки Принц подобрал и попробовал поцарапать, затем убрал в карман. Все заняли позиции, Принц жестом показал- внимание и решил понаблюдать. Тянулись минуты, но ничего не происходило, пожар разгорелся сильнее и дым, иногда сменявший направление, заставлял кашлять стариков, не взявших индивидуальные маски.

Афанасий, как и говорил, жестом показал, что хочет подойти вперед, Арина вцепилась в руку Принца и постаралась в маску заглянуть, так что бы он увидел ее умоляющие глаза не пускать туда старика. Принц показал жестом отбой, и решившись обойти корабль со стороны, увидел дыру в корпусе, откуда вытекала белесая жидкость и застывала, образуя белую корочку. Видна была переборка, создающая каркас, которая создавала в корабле вторую капсулу. Привычных элементов он не заметил, увидел только пару различных символов, которые слабо мигали. Принц сделал еще пару шагов и почти возле разлома в груде обломков увидел знакомые прозрачные щупальца, которые заставили его ощутить весь ужас, который он испытал в лаборатории. Парализованный от страха, он рывком сорвался с места и схватив под локоть Арину, жестом показал старикам отходить. Когда все отошли от корабля, Принц стянул маску. По лицу Принца ручьями бежал пот, глаза бегали, он представил весь ужас того, как «сто двенадцатый» гоняется за ними по лесу. Выдохнув и отбросив дурные мысли, он сказал:

– Возвращаемся, инопланетянин там в обломках корабля, щупальца лишь торчат, похожи на ту тварь в лаборатории.

Арина тоже вздрогнула, но ничего не сказала.

Афанасий скривил лицо в недовольной ухмылке.

– А вдруг ты ошибаешься? Ты же не видел существо полностью, я хочу посмотреть, чего бы это мне не стоило!

И Афанасий сделал шаг обратно в сторону корабля, но Принц ухватился за его руку.

– Сдохнуть хочешь, остальных не подставляй, если это то, что я думаю, всем тут писец.

И бросив взгляд в сторону инопланетного корабля, увидел мелькнувшую фигурку существа, похожего по размеру на обезьяну, прыгающую с ветки на ветку по направлению к ним. Сначала удивление, потом осознание, а потом опять ужас накатил, как он прокричал на ходу: – Бежим, твою мать!!!

Все рванули с запозданием, Арина не сразу смогла выровняться по бегу с Артемом. А вот «старики-разбойники» отставали. Когда до машины оставалось метров триста по открытой местности, Принц обернулся, отметив, что старики отстают на пятьдесят метров, и вытащив из разгрузки гранату, сорвав чеку, бросил по направлению в лес. Загрохотал спаренный пулемет, разрывая мелкие деревья и скашивая кустарник. И Принц, не видя существа, сделал рывок вперед, но, оступившись, растянулся, загребая за шиворот куски листвы и земли. Громыхнули два взрыва. Резко повернувшись на спину, Артем попытался встать, но почувствовал в ноге острую боль, пробежала мысль, что это перелом. И он бросил взгляд на ногу и замер, вокруг ноги обвилось белесое существо. Оно сжимало ногу с такой силой, что если бы не модификация, то явно нога бы лопнула. Как в замедленном кино он потянулся к ножу на поясе, вытащив его, он рывком постарался воткнуть нож в существо. Нож словно встретился со сталью и лишь легко оцарапал поверхность шкуры твари, состоящей из тонких белесых волосков, меняющих цвет на солнце. Второй раз проделать тот же трюк существо не дало и схватило его за руку, прижав к ноге с нечеловеческой силой, что нож пришлось бросить, чувствуя, как гигантские домкраты стискивают его руку. Тварь отпустила ногу и плотно обвилась вокруг руки. Пару секунд потребовалось на то, чтобы Артем заставил себя не махать рукой в попытке стряхнуть существо, вторая рука уже нащупала пистолет, но не слушавшиеся пальцы не могли расстегнуть кобуру, пока он с силой не рванул за рукоятку, отведя на секунду взгляд. Рука не слушалась и висела плетью, настолько сильно ее пережала тварь. Принц выронил пистолет, уже стоя на коленях. Спаренный пулемет продолжал косить лес. Существо залезло на лицо Принцу, стянув шею, так что он не смог вздохнуть и, потеряв равновесие, упал в траву, ища второй рукой нож. В висках застучало, голова стала наполняться свинцом, сердце стало работать вдвое чаще, когда Принц понял, что тварь хочет ему раскрыть рот, просовывая тонкие щупальца и разжимая челюсти. Последняя мысль пронеслась у него голове, он не хочет умирать вот так, поглощенным инопланетной тварью. Как будто кто-то услышал его мысль и выстрел обжог щеку, по груди, отраженные бронежилетом, посыпались колкие удары завязших пуль, с запозданием до слуха донесся грохот автомата. Наверное, так будет лучше в угасающем разуме пронеслась мысль. «Прости, Маша!»

Глава XVI

– Шрам, проснись, сделай что-нибудь, они скоро придут опять, давай уже просыпайся! – вопил голос рядом.

Шрам мутным взглядом обвел окружающую комнату и, увидев на столе хирургические инструменты, измазанные человеческой кровью, вздрогнул и попробовал пошевелиться. Руки были крепко связаны над головой и уже чувствовалось онемение в кистях. Пальцы плохо шевелились, а голова болела, словно ее использовали вместо барабана. Потрепыхавшись еще пару секунд, Шрам начал ощушать чувство неправильности происходящего и с нарастающим чувством тревоги с трудом развернул голову в сторону говорившего. Говорившим был Баклан, вид у него был плохой, бледное лицо, впалые щеки, на одной руке было только три пальца, остальные были закрыты грязной тряпкой со следами свежей крови.

– Ну наконец-то Шрам, ты пришел в себя, я уж думал ты все! Да, у тебя всегда есть план! Дружище, ты не представляешь, как я рад тебя видеть живым.

Шрам облизал обсохшие губы и сказал:

– Как мы сюда попали? Я помню сборы, как мы собирались в город, а дальше что было? И кто нас привязал?

– Попить бы сейчас. Тут торчим два дня, Шрам. Тебя приложило в БРДМ о переборку, в городе из РПГ по нам дали. А чуть раньше собрали мы всех уголовников, помахали автоматами перед их лицами, даже кого-то пытались в чувство привести, ты там поколотить даже пытался одного, если честно смешно вышло. Он пьяный, а ты с больнички, пытаешься в чувство привести его. Так ты привел его в чувство, а он взял, все уделал там, пришлось даже на улицу выйти. Зря ты его все-таки по животу пинал.

– Баклан, давай уже к делу, башка просто раскалывается.

– Дезертирство началось еще до отправки, хоть мы там махали автоматами с боевыми лозунгами, не сильно это помогло и человек двадцать просто на технике из города сбежали. Академик хотел нас развернуть, но ты настоял, план у тебя был простой, глушилку мы у ракетчиков забрали, там какой-то молодой нам ее сообразил, вроде она спасала первое время. Или может второй отряд нарвался на какую-то тварь и всех на себя оттянул. Шума там было много, а мы доехали почти до площади, ждали первый отряд на присоединение. Вспоминаешь?

– Да, продолжай, как скажешь, я сразу все вспоминаю, а дальше думать сложно, кипит голова. А почему мы так глубоко в город поехали? Мы же должны были только отвлекать на окраине.

– Так два отряда погибли, остался отряд Академика и наш, и нас заставили двигаться дальше.

– Понятно.

– Ну, слушай дальше. В общем, еле собрали экипажи на два БТРа, это те, кто реально поехал с нами, а шахидмобили и еще один БТР сбежали в городе. Ну дальше, там вроде ты своим даром люк один указал, вроде возле разбитой техники какой-то, туда сказал гранат накидать, накидали и вытащили просто нечто. Лицо человеческое, а под ошметками кожи словно хитиновый панцирь торчит с острыми шипами, ты ее заставил на капот привязать. Пока привязывали, она хоть и раненая, одному умудрилась кисть оторвать.

– А те, кто свалил, с ними что?

– Ну мы доложили Академику, тот сам выводы сделал, и у нас тоже веселуха началась. Ты ракетчикам на карте отметки давать начал вокруг нас, они давай долбить по точкам, сначала, конечно, отказывались, но как Академик, ливер им пообещал вырвать, так те пробные три положили и попросили подтверждение дать. Ну делать нечего, за углом в метрах трехсот, накрыли стаю мутантов, по улице к нам шли. Ну и началось все.

Баклан облизнул губы, попытался сплюнуть, но не смог и продолжил рассказывать:

– Час они долбили по координатам, мелочь всякая лезла, так мы ее легко раскидывали, пока не появились три огромных Жнеца, а не, не так. Ты вроде их заранее почувствовал и артиллерией их пытался за пару кварталов накрыть, пришли они уже хорошие, изодранные, бронепластины висят, один вообще провалился и застрял в магазине, там его артиллерия достала. Так тут второй БТР решил свалить и газу дал на обратный путь, мы с тобой одни остались с тварью наедине, вторая за уезжающими рванула. Все, кто мог двигаться, спешились, а вы начали по площади круги наворачивать, обстреливая тварей и сминая толпы зараженных. Пока не нырнули на какую-то улицу и, уже появившись с другой стороны площади, через десять минут, скоординировав удар с артиллерией, накрыли тварь из всех орудий. Ей хорошо досталось, мы-то тоже помогли с бойцами со здания. В общем, она, получив, сбежала или затаилась.

– Так мы не дождались Академика там?

– Да, на них мутанты разумные накинулись, сожгли две коробочки, Академик уже к нам на Т-90 вышел, остальное там все осталось гореть, еще вроде пару тягачей выехало. В общем, поговорили вы там немного и оставил он нас возле моста артиллерию направлять. Ты там долго отжигал, пока не отрубился. На обратный путь мы уже встали, контейнеры вроде взяли и начали колонну с тылу прикрывать, а что прикрывать, патронов БТР не осталось, а из бойниц много не настреляешь, повезло, что больших тварей не было, да и к нам вообще не все подходили, баба та, мимикрирущая тварь или мимик, пришла в себя и давай орать. Так она орала странные звуки, представь гортанные словно горн, мурашки до сих пор, как вспомню. Мелкие мутанты старались обходить стороной, несколько матерых вроде даже пытались что-то сделать, но их быстро сняли с тягача. Потом кто-то по нам залепил из РПГ, потом я уже тут очухался.

– Пальцы ты там потерял? – спросил Шрам, стараясь хоть как-то рассмотреть что-то еще кроме инструментов, на которые он периодически поглядывал.

– Нет, тут одна сука из мутантов отхватила. – Баклан погрустнел и глаза стали стеклянными. – Я ей про ее уродливую морду сказал, а она сказала, есть меня будет потихоньку, тщательно смакуя каждый кусочек. В общем, они скоро придут, там слева что-то вроде холодильника, перед входом мешки с солью, они всех наших уже сюда притащили, и тут солью обработав, в холодильник бросают. Еще наши в соседней комнате вроде вчера орали. Твари общительные, так что скоро все увидишь глазами. А ты там их не можешь своим даром подчинить, а Шрам?

– Не думаю, что я смогу как-то на них воздействовать. Как они нас сюда притащили? Ты помнишь? – почувствовав подходящий ком в горле, спросил Шрам.

– Не помню, по мозгам тоже как будто приложило.

Шрам осмотрел внимательней цокольный этаж с расположенными под самым потолком окнами. Захламленные углы, непонятные шкафы, крепления для удержания людей, ванные и инструменты, генератор в углу. Пыль и грязь не так пугала, нежели следы крови, мочи и кала под самодельными крючьями и зажимами, даже не так пугали инструменты, как одна ванна почти до краев наполненная какой-то жидкостью с розовым оттенком, в которой плавала чья-то нога. Только сейчас Шрам вспомнил этот странный запах, который он однажды почувствовал в морге. Жена одного сослуживца, который сильно пил, затащила Сергея туда с просьбой сопроводить, а сама хотела какие-то шаманские штучки над мужем провести. Так вот, поймала она там одного патологоанатома, да и взяла водички с трупа, чтобы в борщ и алкоголь мужу добавить. Шрама передернуло при этих воспоминаниях.

Чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, он услышал шаги и в подвал зашли трое в защитных масках и, стащив их на подбородок, один сказал:

– Позволь мне этого болтливого попортить, а то мне обидно до сих пор.

– Успеешь, сын!

Обратив внимание Шрама, самый старый с уродливым наростом на голове, прикрытым капюшоном, подошел ближе. Начал разглядывать Шрама, касаясь его лица грязными руками в перчатках с длинными черными ногтями.

Шрам молча также разглядывал уродливые выросты на голове, обратив внимание на ножной протез. Тот, разглядев что-то свое, воздел руки в воздух и радостно воскликнул, обдавая неприятным запахом Шрама.

– Возможно ли это, наш новый друг пришел в себя! Какой удивительный экземпляр!

Шрам смотрел с осторожностью, пока не было плана, глупо было проявлять геройство, как это сделал Баклан и поплатился. Глаза искали, но ответа как оттуда выбраться, он не видел.

Мутант же с протезом что-то почувствовал, насторожившись, возвел руки вверх:

– Господь, ты благословил нас на самом деле. В нашей семье будет пополнение, у меня скоро родится сын!

Злой ухмылкой оскалился Баклан и, облизав высохшие губы, произнес:

– Поздравляем, но кажется у вас дочка! Кхе, кхэ, можно что-то попить?

– Молчать, пока говорит Отец! – проревел здоровяк и кулаком ударил Баклана в грудь, так сильно, что тот с полминуты не мог вздохнуть, а когда вздохнул, прокричал: – Эй ты, падаль, что можешь только связанного бить? Отпусти меня, и ты узнаешь, как бьют настоящие мужики!

Стоявший поодаль, худой и длинный, в хоккейной маске расчехлил мачете, убрал за спину винтовку Симонова с голографическим прицелом, спокойно подошел к Баклану и, уже замахнувшись, был остановлен рукой Отца.

– Позволь новому гостю представить мою семью! Старший сын Сэт, младший- молчаливый, но не менее опасный Анубис.

Баклана разорвало от смеха, он смеялся так сильно, что пропустил молниеносное движение мачете, лишь перестал смеяться, когда увидел лежащие на полу пальцы левой руки.

Шрам же прикусил губу до крови, но сдержал улыбку.

Старший скрипящим голосом сквозь зубы прорычал:

– Можно я убью его, папа, но сначала отрежу уши и выбью все зубы!

Побледневший Баклан обмочился и упал в обморок, а Шрам продолжал кусать губу, бегая глазами то на одного, то на другого, а потом, когда почувствовала запах свежей крови, произнес:

– Если не думаете нас убивать, остановите ему кровь. И мы поговорим.

– Пусть так будет, можешь меня просто называть, Отец.

Младший наложил повязку на руку Баклана, и он от боли вздрогнул и пришел в себя, стиснув зубы, хотел прокричать что-то обидное, но Шрам его опередил.

– Много болтаешь, Баклан. Заткните ему рот, чтобы он не мешал приличным людям говорить.

Отец улыбнулся и оголил кривые, но белые зубы. Он быстро засунул какую-то тряпку Баклану в рот, тот лишь успел зло зыкнуть на Шрама.

– Не смотри на нас так зло сынок, ты не представишься братьям?

– Шрам меня зовут.

Все мы тут немного телепаты, сынок, знаю твою боль и гнев, и кажется, тот человек, который оставил тебе эти следы, был здесь, но ушел. Он очень силен, но странный, я прав?

– Да, прав.

– Как приятен и интересен этот новый мир, и самое приятное, ты его ненавидишь больше, чем нас, думаю- это хорошее начало для сотрудничества, не находишь?

– Не думаю, что это тут уместно. Что с нами будет?

Сэт улыбнулся и тыкнул в бок Баклана здоровым кулаком.

– Съедим или сделаем приманку. Да, папа?

– Тише, сынок, наш новый гость, еще не осознал свою роль в этом мире! Не думай о нас как о каннибалах, мы уже другой вид, сильные поедают слабых, это закон эволюции, сынок!

Шрам стиснул зубы до хруста в челюсти, проверил еще раз веревки, почувствовал, что закипает, дернулся на встречу.

– Меня, как главное блюдо, съедите, зачем столько почестей, твари, я сам съем вас?

И тут получил по и так болевшей голове кулаком Сэта. В голове поплыло, появились красные пятна и звездочки, на какое-то время пропал слух. Когда сознание смогло расшифровать буквы и превратить в слова, до него дошло, что лучше больше не ругаться в присутствии Отца или ему что-то отрежут, но что он не понял, так как звон в ушах, то усиливался, то угасал. Пока ему не всунули в горло флягу, пройдясь зло по зубам и, лишь напившись, он вроде смог сфокусироваться на всех одновременно. Младший что-то еще говорил, но Шрам не стал его слушать, а лишь закрыл глаза, стараясь унять головную боль, которая пульсировала в глазах красными кругами.

Глава XVII

Очнулся он уже глубокой ночью, было холодно и сыро, желудок ныл, требуя хоть что-то положить в рот. Баклан бледный, но живой был там же. Тени отбрасывали причудливые силуэты, делая помещение еще более зловещим. Наверное, от еды он бы не отказался и даже согласился бы есть тут. Тут до него донесся аромат жареного мяса, вкусный и сочный, заставивший рот наполниться слюной. Он представил, как он жарит стейки на барбекю, но тут же испугавшись увидел перед собой хоккейную маску, и все внутри заскреблось.

Анубис, не снимая маски, все это время стоял в темноте, наблюдая за ним, только когда он приблизился, Шрам понял, что он сидел в дальнем углу. Анубис, связав ноги, перекинул Шрама, как пушинку на плечо, сняв с крюка, и спокойным шагом пошел к выходу. Со спины донесся нервный смех Баклана и слова:

– Не дай себя съесть просто так!

Шрам попытался дернуться, но Анубис его резко приложил об угол дверного косяка, так что Шрам сразу понял, что ему не выстоять против такой силы и тем более в таком состоянии. Подняв из подвала, Шрама бросили на стул, потом его развернули, усаживая ровно.

В помещении, походившем на фитнес-зал, горело несколько свечек, раскиданных тут и там. Они бросали тени на зараженных, прибитых и связанных по всему залу, даже парочка были подвешены и дергались больше, чем остальные. У всех были выколоты глаза и из ушных раковин была видна запекшаяся кровь. В углу над вертелом висели два шмата мяса, за которыми следил сам Отец. Зеркала отбрасывали свет, а пустующие тренажеры были нагромождены друг на друга, лишь только штанга, навешанная блинами до предела, сиротливо стояла на своем упоре в углу. Окон не было, два стола с нагроможденным оружием расположились в правом углу, коробки с соками, кашами, консервы занимали прилично места в углу и заполняли квадратов сорок по полу до потолка. Имелась пара непонятных станков и хлам, вроде бытой техники, в новых коробках. Даже ароматный запах мяса не мог перебить запаха крови и оружейной смазки, витавших в воздухе.

Младший привязал к стулу ноги Шрама, развязал руки и пододвинул тарелку с куском мяса и консервированным зеленым горошком. Рядом был графин с яблочным соком. Шрам мысленно боролся с голодом, понимая, что испытывает сильное желание съесть все предложенное. Голод и усталость мешали ему сосредоточиться и понять главное, как сбежать и что от него хотят. Мысль, что его будут есть, отпустила, а это сейчас главное. Отец, дожарив мясо, переместил часть на поднос, часть оставил висеть рядом с огнем. Запах стоял обалденный, ни одна шашлычка у кавказцев или даже приготовленные мясные блюда в ресторане не были аппетитны, как эти сочные и зажаристые куски с красиво запеченными прожилками жира. Работала внутренняя вентиляция с угольным фильтром, наскоро прибитая над импровизированным камином, генератор стоял рядом и тарахтел монотонно.

Да, все это были его недавние коллеги по несчастью, подумал Шрам, кое-где, остались куски краски от татуировок. Он их ненавидел так же сильно, как и Академика. Но желание съесть никогда не возникало. Солидный кусок мяса Отец положил в миску для собак и Шрам с любопытством повертел головой вокруг, высматривая собаку, но не нашел, а лишь уставился, сглатывая слюну.

– Чувствуешь голод и желание поглощать человеческую плоть? Ты уже один из нас, нежели один из них, а дальше ты сможешь общаться без слов и эти глупые слова покажутся лишними.

Что-то изменилось вокруг, Шрам почувствовал легкое дуновение ветра, хотя ни окон, ни вентиляции он не заметил. Лишь только посмотрел на собачью миску, как понял, что-то очень быстрое и почти бесшумное успело утащить кусок мяса.

– А ты ее тоже почувствовал? Она пока не хочет с тобой знакомиться, она стеснительная.

Шрам дрогнувшим голосом произнес:

– Не знаю, кто тут стеснительный, но мне неприятно, когда это находиться у меня за спиной.

Возле головы Шрама что-то заклокотало, дыхание смерти обдало его смрадом, не в силах увидеть, что стояло за спиной, Шрам словно маленький мальчик на миг закрыл глаза, а когда открыл, его разглядывало тараканоподобное существо с множественными щупальцами вокруг рта.

Шрам, сам не ожидая, закричал от ужаса, словно его кто-то подстерег в темной комнате и выскочил в самый неожиданный момент. Ноги и руки схватила паническая судорога, а лицо исказилось страхом. Если монстры существовали, то сейчас один из них находился рядом с ним. С ужасом он схватил вилку и со всей ярости, без замаха, попытался ударить в лицо тварь. Но тварь, быстро перехватив инициативу, аккуратно поймала руку Шрама, который, словно зависший компьютер, продолжал кричать первую букву алфавита. Когда воздух кончился, его застрясло мелкой дрожью, и он часто задышал, но существо продолжало смотреть практически ему в глаза.

Отец и его сыновья засмеялись, а существо быстро, словно смутившись, уползло скачками в угол.

Сэт, закинув кусок мяса в свой большой рот, произнес:

– Кажется, у вас любовь! – и борясь с хохотом, стал стучать себя по груди.

– Давно такого испуга не видел, а ты оказывается герой, хочешь ешь, хочешь нет, хочешь она тебя поцелует? – сказал серьезно Отец.

Шрам нервно замахал головой, старясь не думать о страшном существе.

– Что это за существо? – подавленный своим бессилием пробормотал Шрам, стараясь трясущимися руками взять горошины вилкой, но они назло падали обратно в тарелку.

– Твоя будущая невеста! – старший давясь и смеясь одновременно, пытался запихнуть еще кусок. Отец вроде бы хотел сказать что-то, но старший его перебил. – Нам нужно здоровое потомство, так что ты ешь! Запомни, чем мягче лежать, тем слаще вставлять.

Старший засмеялся, а Отец заулыбался звериным оскалом.

Младший лишь нервно трясся, но ничего не произносил, хоккейная маска с него немного отодвигалась. Лишь только Шрам на миг взглянул на него, в тот самый момент он сдвинул ее, чтобы двойной ряд белесых зубов за пару секунд перемолол огромный кусок мяса. Хотя лица не видно было, желание увидеть все лицо у Шрама отпало.

Отец, доев кусок мяса, налил себе сока и отрезав приличный кусок от мяса на вертеле, бросил его в темноту:

– Ешь, ты мое золотце, не слушай этих дураков. Ты очень прекрасна и грациозна, просто не все пока могут оценить твою красоту.

Шрам опять постарался заглянуть за плечо, но увидел рядом с ним жуткие насекомоподобные глаза, которые ушли с его обзора. Его бросило в жар и липкий пот выступил на затылке. Все немного заулыбались, видя, как исказилось лицо Шрама. Отец привлек внимание всех, взял стакан и начал говорить:

– Опасные изменения человеческого генома и неготовность человеческой расы противостоять Богам сходятся в одной точке одновременного завершения и начала новой эпохи в процессе эволюции человека. Мы – венец человеческой эволюции! Весь мир принадлежит нам!

– Бред это все! Не венец рода человеческого – тварь, что у меня за спиной, которая лишь ждет команды оторвать мне голову. Не венец мальчик, который боится своего отражения в зеркале и прячет лицо под хоккейной маской, даже лютый зверь не ест себе подобных лишь ради того, чтобы удовлетворить чувство голода, я презираю это все и себя за это проклятье, – швырнув тарелку в сторону, прокричал Шрам.

Словно зверь прорычал Сэт и обрушился грозными ударами на Шрама. Шрам только смог закрыть голову руками и чувствуя, как руки превращаются в фарш, а на лицо брызнула кровь. Тварь, что была за спиной, отшвырнула Сэта и залезла на Шрама сверху, тараканоподобная, похожая на ту, что они видели в подвалах супермаркета. Тварь оголила острые, как бритва, конечности с небольшими зазубринами, раскрыла пасть полную клешнеобразных щупалец, тонких, с клыками на конце, и лишь две странного вида косички, торчавшие сбоку, заставили Шрама вздрогнуть и попытаться встать, но тварь припечатала его к стулу и полным скрежета голосом прорычала:

– Он прав, мы все тут мерзкие твари, нам нужна достойная смерть, я хочу сразиться с тем, кто сотворил это со мной. Я хочу высосать у него всю кровь, за ту боль, что он причинил нам. Я хочу отрывать от него мелкие части, пока они не издохнут.

Младший снял с лица маску, и приблизился к Шраму, давая тому возможность разглядеть все изменения своего лица, большую часть которого занимал рот с двумя рядами зубов – тонких, прозрачных и острых, глаза, маленькие и злые, в глубоких надбровных дугах светились холодным огоньком, нос превратился в небольшой бугорок с тремя длинными расщелинами. На одной стороне виднелся уродливый нарост, который немного пульсировал и был обрамлен небольшими отростками. Получив нужный эффект, словно не слушавшимся языком проговорил, отрывисто глотая последние буквы:

– Я не боюсь своего отражения в зеркале, боятся они, чьи портки становятся полными перед смертью. А кто сразу не умирает продолжают гадить, в ужасе уползая от меня. Уйди сестра, разве ты не видишь, что он плюет на нас, видит кучку уродов, а мы для этого гребанного города сделали больше, чем кто-либо.

Старший Сэт уселся обратно, взял кусок мяса себе и, жадно оторвав зубами, произнес:

– Отец, рассуди нас. Почему ты молчишь?

– Садись дочка, садись сын обратно, мы его не тронем. Развяжите ему ноги, дайте чем обработать раны, он ничего не понял. Дух его не сломлен, он горит огнем, давай мы потом объясним, зачем мы здесь, и наши великие цели.

Шрам, дергающийся под тяжелым телом сестры, у которой нет даже имени, старался не смотреть в ее сторону, боясь до конца жизни видеть такое перед собой.

Отец сделал жест рукой, и сестра слезла с него, а он продолжил говорить:

– Шрам, ты лишь увидел, что хотел, а твои страхи сыграли злую шутку с торбой, ты думаешь, что ты все понял. Мы не едим человечину, это мясо мутантов, нам нужен мутаген, тебе он тоже нужен, пускай мутации тебя оставили внешне прежним, ты с каждым днем и с каждой дозой все дальше от людей, а жажда мутагена тебя терзает больше, чем даже нас. Это читается у тебя в глазах.

– Зачем тогда вы напали на колонну, зачем держите наших людей тут? – спросил Шрам.

– Мы почувствовали тебя, когда ты вошел в город. Не думаю, что ты без боя согласился бы с нами поговорить, а еще больше поверить нам.

Перед Шрамом опять положили тарелку и на ней уже был только зеленый горошек и мясные консервы, дали ложку и набор первой помощи.

– Зализывай раны и ешь, не стесняйся, знаешь, мы тоже помогли вам добраться до центра, думаешь просто так мутанты аккуратно попадали под артиллерию? Нет, это наша работа. Так что хрен тебе пополам, ты не так крут, как думаешь!

– Я вам не верю, вы продолжаете удерживать в подвале людей без воды и еды.

Отец улыбнулся и указав рукой на проход продолжил:

– Тех, что ты называешь людьми, не считали людьми еще во времена до, они сидели по лагерям, грабили и терроризировали мирное население, трясли всех и вся. Из-за таких, как они, детей было страшно отпускать в школу, из-за таких, как они, ночью было страшно гулять, такие, как они хуже, зверей. Эти уголовники после всего этого, думаешь, люди. Я каждого вижу насквозь, от меня не скрыть даже самые глубокие страхи. Если их закрыть вместе, они друг друга съедят. А ты говоришь люди о них.

Отец поднял руку вверх и грозно сказал:

– Замерли все, ни звука, ты не шевелись лучше и вообще не думай ни о чем!

Все зараженные разом прекратили барахтаться, а потом вообще стали синхронно двигаться, в воздухе чувствовалось напряжение, а потом все опять начали вразнобой шевелиться.

– Выдохнули. Нас сейчас прощупали, продолжай, мы тебя все слушаем?

– У нас была миссия, мы должны были получить груз, пусть даже такое отрепье могло послужить важному делу.

– Миссия, – заулыбался Отец. – Ваша миссия тут искать таких, как мы, а потом потрошить, тут один все рассказал и даже мутаген весь отдал.

– Да, это лучшее, что с вами могло произойти, – ковыряясь в зубах сказал, Сэт.

– Потеряв груз, вы спасли часть людей, которые смогли уйти налегке, мы же им и помогли выйти из этого кольца, там, знаешь, тварей стало больше в два раза, чем было, нам теперь тоже выживать сложнее будет, – сказал Отец, раскладывая, какие-то документы на столе. – Если бы мы тебя не нашли, ты бы потерял себя или сломался. Думаю, ты даже не в курсе, что за груз вас заставили вытаскивать!

– Шрам, вы чуть не угробили ситуацию, мы-то там были! – Сэт важно махнул рукой.

Шрам, закончил бинтовать руки, вопросительно посмотрел на Отца с вызовом, отправив мысленную команду: «Ну, что молчишь, продолжай», тот, словно сверившись с бумагами и поняв Шрама, начал говорить иногда, заглядывая в бумаги:

– Помнишь, наверное, фильм «Назад в будущее», там была идея превращать мусор в топливо для термоядерного реактора, машина называлась «ДеЛориан», в общем там показали не совсем бред, можно сказать фильм был немного пророчащим.

Шрам, почесав голову, спросил:

– С помощью данной машины можно нырнуть в прошлое перед прилетом инопланетян?

– Нет, там идея выработки энергии на основе «обратного деления», основанная на разности масс. Я увлекался физикой много лет назад, вот что-то из этого помню. Знаешь, как я помню, проблемой первых термоядерных реакторов была высокая температура плазмы, гораздо выше температуры солнца. Так вот, разогретый газ нужно было удержать мощными магнитами и пока, на тот момент, тогда я был моложе тебя, ни один из материалов, не мог выдержать даже короткое время такую температуру, а самый прочный сплав, созданный в секретных военных лабораториях, деформировался и превращался в пыль, если плазму чуть-чуть перегреть.

Шрам удивленно посмотрел на Отца, можно было прочитать эмоции уважения у него в глазах и, как бы опережая события, он спросил:

– Ну хорошо, мы вроде в одной из операций треть ядерного оружия потратили ради дорогого пшика, краску там немного поцарапали.

– Верно, ты прав, ядерное оружие бесполезно, их купола выдерживают такую атаку, а вот если рядом с кораблями создать молодую звезду, в сотни раз горячее солнца, я не думаю, что их силовые поля удержат нагрев плазмы, и на весь объем заряда они смогут создать концентрированный поток магнитной энергии с необходимой силой вибрации по принципу динамического фузора, и к тому же все это удержать в контуре.

– Да, хотел бы я им поглубже в задницу засунуть такую бомбу!!! – воскликнул Сэт. На что Отец, отложив бумажки и посмотрев выше головы Шрама, стал читать стихи:

Когда болвана учат мудрецы,

Они посев бросают в солонцы,

И как ни штопай – шире, чем вчера,

Назавтра будет глупости дыра.

Джалаледдин Руми – выдающийся персидский поэт, сын, прочтешь его произведения после тренировок, плоть слаба, если слаб дух.

– Слушаюсь Отец! -покорно произнес Сэт. И вновь Отец бросил взгляд на Шрама, который тоже что-то прикидывал и продолжил:

– Позволь мне утешить свое любопытство, но мне действительно интересно знать, почему ты не сбежал, как таких, как вы, допустили до такой ответственной миссии, или много ли у вас термоядерных реакторов?

Шрам сомневался, говорить или нет, он доверял своему чутью, но глаза тоже не могли обманывать, вот если глаза закрыть, можно представить, что перед ним обычные люди, но этого делать было категорически нельзя и он, вынырнув из раздумий, решил сказать, как есть, тем более знал он немного, благо об этом позаботилось его командование. С глубоким вздохом он сказал:

– Про термоядерный реактор я услышал от вас. Думаю, не хотели привлекать внимания, вот и решили обыграть все как эвакуацию гражданских, зачистку стратегического района, судя по следам боя и количеству техники, у них был шанс добраться и выйти из города живыми, мой отряд вообще должен был отвлекать внимание и далеко в город не заходить, но все изменилось, когда один из отрядов не вышел на точку. Я тут ради своей семьи и бежать мне некуда, слово – долг, это не пустой звук для меня, где-то там льют кровь мои истинные друзья.

– Как ты уже заметил, не всегда грубая сила может решить исход миссии. Но ведь нам уже известно, как поступило ваше руководство, бросив своих умирать ради прикрытия своих коварных планов. Пройдет немного времени, и опять за этим грузом бросят мышек на съедение удаву.

– Там вроде еще орда тварей идет сюда, подкрепление не успело бы.

– Чушь! Ваши не первый отряд засылают сюда, они просто хотели одним выстрелом убить двух зайцев. Второй отряд вышел на улей, место, где подчиненных мутантов модифицируют, ты думаешь Жнецы просто так отъедаются?

– Ничего я не думаю, мы были в одном торговом центре на парковке, там были странные наросты и коконы, а еще я лично видел, как мутировавшая корова и некая тварь сращивает людей и животных. Я много чего видел, чему у меня нет логического объяснения.

– Чувства, мешают тебе увидеть простую и очевидную истину: человечество проиграло этот бой, и ты никак не сможешь этому воспрепятствовать такими методами. Пойми, собирая семьи, таких как твоя там, это лишь ширма для сильных мира, они, прикрывшись такими, как ты, сидят в безопасности в своих бункерах и ждут, что ситуация сама решится собой, бросая каждый день идиотов с мотивацией в мясорубку.

– Хорошо, расскажите, какие у меня есть варианты?!

Отец улыбнулся, ожидая такого рода вопроса и смотря на Шрама не моргая, сказал:

– Как получилось так, что ты родился в таком заурядном мире? Как ты вообще выжил? Ну да ладно, будем считать, что Бог тебя сохранил для этого момента. Слушай внимательно, ничего не упусти, вариант первый – ты остаешься с нами, мы тебя тренируем, учим выживать, когда ты будешь готов, ты-то заряженный, здоровый и быстрый, помогаешь нам реализовать один маленький пустячок. За это мы делаем в глазах остальных из тебя жертву, ну ладно хочешь героя, который попал в плен, но спас всех и выполнил задачу, вывезя груз, но случайным образом испарился…

– А, если я сбегу во время реализации плана вместе с грузом?

– Не сбежишь, не переживай. Маршрут эвакуации и движение колонны мы тебе передадим заранее, мутантов уведём подальше, есть на этот счет у нас опыт. Но не обольщайся, крупных уведём, простых мутантов после выстрелов станет много, ты же не думаешь, что ради этой затеи мы будем чистить каждый подвал.

– Так что будем делать с побегом и с моей прилюдной кончиной?

– Ну он жарит, Отец. – сказал Сэт, подавившись соком и откашлявшись, с насмешкой бросил. – Мы тут думаешь фокусники, сможем сначала оторвать тебе голову, а потом пришить, да еще ровно!! Хотя первое точно можем!

Младший молчавший все это время произнес:

– Все просто, притащим сюда мертвых мутантов, ты их расстреляешь и освободишь своих, выведешь к технике, но сядешь сверху, так, чтобы тебя было видно, а внутрь кабины не лезь, а то я могу посчитать, что ты хочешь сбежать и нечаянно с РПГ в тебя пальну.

Сестра своим странным скрипучим голосом где-то под потолком прошипела:

– Охотиться на людей проще простого. Все они убегают, как испуганные маленькие кролики, как тебя с брони стащить – мое дело, там все еще успеют наложить, когда я к вам спрыгну. Так что беги, кролик, беги и лучше не оглядывайся!

– Молодцы дети, люблю их спонтанность. – сказал Отец и сделав серьезное лицо, продолжил. – Домой вернешь после того, как реализуешь наш план.

Шрам задумался, решился всё-таки спросить:

– Есть ли второй вариант?

– А, ну да, тебе же выбор нужен, принять сразу, что дают не можешь. Ну, дети, если он не согласится, делайте с ним все, что вам хочется. Законов тут нет. В ад вам идти не надо! Вы уже в аду!

Сестра снова прошипела:

– Я ненавижу этих всех тварей, я ненавижу себя, так как помню какой я была хорошей и доброй, но больше я ненавижу их, – и она посмотрела тараканьими глазами в потолок, и словно, видя сквозь стены, продолжила. – В порыве отчаянья, боли и зова, я зацепилась за брюхо одной коровы, молясь, что бы именно эту корову забрал «собиратель» и о, чудо, Бог услышал мои молитвы и нас забрали на этот корабль. Я видела, как я рву на части человекоподобных существ с большими черными глазами, и они бросаются от меня в панике, прося о пощаде, думала, буду отрывать конечности и заставлять мучиться. На деле, по прилету шар выгрузил нас на площадке, похожей на большой корабельный порт, как корова, всю дорогу нервно мычавшая, упала в бессознательном состоянии, а я почувствовала газ, но на меня он не подействовал. Ко мне потянулись длинные канатообразные отростки, которые резко схватили меня, скорость и реакция, что были на земле, пропали, тело болело и не слушалось, мышцы все налились свинцом, даже дышать стало тяжело, но я вывернулась из железных захватов. Нашла щель и забилась туда, наблюдая, как сотня таких же кораблей, в которые доставляли разного рода существ, животных, в том числе, работают как конвейер, принимая существ. Абсолютная темнота, стоны и рев различных существ – вот что меня окружало, смесь ароматов фекалий и крови. Стены, пол и даже щель были частью живого корабля. Меня быстро нашли щупальца и попытались вновь схватить, жаля острыми иглами и впрыскивая яд. Боль и падение я сразу не ощутила, успела только переползти в кишащее паразитами углубление и там уже отрубиться. Это меня и спасло. Обратно я вернулась с другим существом. Пока возвращалась, пришла четкая картинка, что эта тварь и есть корабль, сверху живого существа сделана оболочка со всеми механизмами, видела стыковки живой ткани и твари, сращенные в единый каркас, так что если там есть плоть, должен быть мозг! Я хочу его увидеть, а потом поедать очень медленно, за каждый день, проведенный вот так, отрывать по кусочку и наслаждаться. Ты когда-нибудь представлял Богов такими, думаю нет!

Сестра быстро приблизилась к Шраму и, словно обнюхивая, произнесла:

– Я вижу у тебя начало химических реакций, ну что скажешь, будешь членом нашей странной семейки?

От новых знаний у Шрама запульсировало в голове, и обреченность сменилась надеждой. А потом появилось ощущение, что он заключает сделку с дьяволом, но все равно чувство надежды в нем крепло с каждой секундой, и он произнес:

– Отец учил меня проверять честность сделки, поменяв стороны местами, и таким образом оценить равноценность сделки. Но от моего сентиментального восприятия нет никакой пользы в новом мире. Я должен вырваться из этого механизма психологической защиты, основанной на надежде жертвы, что мир проявит снисхождение при условии безоговорочного выполнения всех его выкрутасов. Я хочу сбросить толстый слой ржавчины, покрывшей мою жизнь, я хочу бросить вызов этому ложному Богу.

Отец встал из-за стола и возвел руки к верху.

– Братья и сестры, мутанты и нелюди! Детишки всех возрастов! Вы стоите на пороге мира, который принадлежит нам, где жизнь и смерть ничего не стоят, а боль – это Бог, которого мы все заслужили. Раньше мы смотрели в небо и мечтали дотянуться до звезд, а теперь смотрим под ноги и пытаемся выжить в этой грязи… Этот новый полный чудес мир прекрасен, но сейчас он говорит нам, что пора человечеству, как виду, умереть или приспособиться и вопреки всему выжить. Да, мы родились здесь, но мы не обязаны умирать здесь. Добро пожаловать в нашу семью, сынок!

Эпилог

Прошла пара недель с момента крушения инопланетного корабля, Маус успешно довёз выживших до лагеря и передал технику в пользование отряда. Артема не бросили и с инопланетной тварью отдали научным сотрудникам базы, сейчас его местонахождение неизвестно. Грешник вышел с больничного и возглавил отряд Марскмана, по позывному Косой, в тот же вечер, как Принц отправился в рейд, порвала тварь, кружившая вокруг лагеря. Тварь периодически еще появлялась и разными способами убивала неаккуратных бойцов. Ее так и не смогли идентифицировать и убить. Арина со «стариками-разбойниками» обосновалась в лагере беженцев, стараясь поближе держаться к новым друзьям. Маус продолжает ей выказывать знаки внимания, но пока их взаимоотношения непонятны. Академик успешно выполнил миссию. Шрама утащила молниеносная тварь, и по отчетам его считают без вести пропавшим. Баклан выжил и нашел жену Сергея Чиркова, Марину и дочку Ксюшу, рассказал им как Шрам спас отряд и пообещал поддержать их первое время, перечислив крупную сумму очков на их счет. О нестабильной психике Андрея никто не узнал, Маус не стал поднимать этот разговор. Андрей нашел удовлетворение в изучении новых культов и поклонении новой религии – «летальный геном». Под городами и в заброшенных станциях метро мутанты начали обустраивать «ульи», новые очаги появления высших мутантов. По теории ученых, нечто, известное под именем «Высший Разум», контролирует всех мутантов, зараженных и ретрансляторов с помощью психической связи до появления третьей силы. После операции «Икар» захватчик вступил в противостояние третьей силе. По предварительным данным на земле осталось менее 50 млн. человек, количество мутантов более 1 млрд. особей и продолжает расти. Человечество стало страдать от заболеваний, которые уже давно считались побежденными. Отсутствие доступной пищи, медикаментов и ограниченные запасы воды вынудило многие правительственные организации и частные военные компании, выйти из-под контроля государства и превратиться в саморегулирующиеся частные организации, между которыми началась борьба за оставшиеся ресурсы.

Где-то на границе обороны лагерей беженцев группа Грешника собралась на брифинг по новым задачам. Пастырь сидел задумчивый, перебирая четки, на конце которых висел крест. Маус показывал Мелкой, как проводить тонкую настройку в броневике спаренными автоматами, над ними сгрудился Магадан. Грешник залез в броневик, бросив раздраженно планшет, и сказал:

– Сумрак от высшего командования получил приказ об организации на территории лагерей групп самообороны за две недели. Наша задача обучить и передать определённые типы вооружения и сформировать из них выездные группы, группы охраны и группы последней обороны.

Магадан, развернувшись, выругался:

– Это невозможно! Сделать из них профессиональных военных так быстро не получится!

Пастырь, не поднимая головы, произнес:

– Они так поступают, потому что считают их уже обреченными. Завтра встанет вопрос, как прокормить такую орду голодных людей, а план по зачистке территорий провалился, мутантов стало ненамного меньше, теперь они не сбиваются в большие группы.

Мелкая, отложив автомат, вопросительно посмотрела на Грешника и спросила:

– А с нами что хотят сделать?

– Нас они хотят отправить на изоляцию, увеличить объем тренировок и тупо закрыть по бункерам.

– Хорошо, Грешник, я буду каждый день одеваться как шалава, крутить буду перед тобой жопой и наполнять твою жизнь извращенными фантазиями, а когда это тебе надоест, ты прострелишь себе голову.

Маус, хохотнув, бросил взгляд на Мелкую, которая показал ему язык, и спросил:

– Думаю, что эти люди скоро начнут пополнять ряды мутантов, те, кто мог за себя постоять, сюда не пришел, а тут кто – старики, женщины, дети и калеки в большей своей массе. Я конечно верю, что инстинкт самосохранения заставит их вдохновиться и начать поиски нового места выживания, только тогда нам не стоит ждать от них лояльности.

Пастырь развел руками и сказал:

– Я вижу, что они погибнут, потому что наше руководство в своем паскудном высокомерии решило, что у них нет будущего.

– Закон Мёрфи в его реализации, – сказал Маус.

Пастырь лишь улыбнулся и сказал:

– Закон Мёрфи не утверждает, что произойдет что-то плохое. Он гласит: что может произойти, то произойдет. Это не связано с их очевидным для меня будущим.

Грешник опустился устало на одно из кресел, потер еще болевшие суставы, отложил оружие и спросил:

– Пастырь ты уже весь день тут колдуешь, ты же видишь наше замешательство, еще на базе нам Оракул сказал и, как всегда, ушел: «Короткий путь к богу!» Сложно после его предсказаний быть спокойным. Ты же знаешь, что лучше сделать нам?

– Все куда сложнее, чем просто выбрать цель и идти к ней. Судьба нам дает множество вариаций того, что может произойти, а что нет. Но могу сказать одно: судьба этих людей, наши жизни и многое другое связано с Артемом и Сергеем. Не спрашивайте, как, я сам еще не понимаю. Многое скоро измениться, пока не могу сказать, что произойдет. Парням скоро понадобится наша помощь и выбирать нам, помогать или нет! Выбор есть, но проблема в самом выборе.

Планшет Грешника провибрировал и Маус, передав его Грешнику сказал:

– Алагон отписался, как раз вовремя, я думал о нем.

Грешник взял планшет и стал оттуда читать сообщение:

– Командир, взломал ПДА Принца, синхронизовал его, получив последние сообщения, не удержался и прочитал, там пару интересных сообщений. Далее шифрую сообщение от непредусмотренного прочтения, код: 308 страница, 2 абзац. – Грешник достал старую книгу и, открыв нужную страницу, стал вбивать текст с абзаца, все ждали и, когда текст превратился в буквы, он продолжил:

– Одно сообщение от Арзу-строителя, основная переписка Командира ни о чем, просто текущий ход стройки с информацией о том, куда бросают ребят на поднятие защитных сооружений, но вот несколько последних сообщений говорят о раскопках древнего артефакта, какой-то древней конструкции, погребенной под толщами земли, по описанию, квадрат, куда мы свозили технику. Так вот, он рассказывает, что за недели две они переместили более 500 000 тонн земли, дошли до исторического артефакта, больше похожего на корабль, когда они откопали проход к кораблю, их отправили на рытье траншеи и ям, а потом забрали часть техники. И их привлекли к погрузке найденных вещей с того корабля. Там много чего было интересного и непонятного, часть корабля тоже разобрали. Самой интересной находкой стали ящики, похожие на гробы, их погрузили на тралы и отправили куда-то на «Ковчег».

Пастырь посмотрел на Грешника и сказал:

– Эх, лучше бы нам не лезть туда, это не игрушки, лезть в чужие тайны, это выживание и выживут не все при полной информированности! Ладно, не буду ворчать как старый дед, продолжай дальше!

Пользователь «dark angel» прислала часть информации, расшифрованной с корабля: «Древняя и высокоразвитая раса, колонизировавшая не одну солнечную систему, создает «Высший Разум», призванный охранять ее границы, обогащать и увеличивать влияние в галактике. Прошла не одна сотня лет и опьяненная своим доминированием раса разослала корабли во все самые темные уголки галактики, желая поглощать и порабощать новые миры, там корабли столкнулись с очень древним и опасным существом, названным другими павшими цивилизациями «Пожирателем материи». Проиграл свою битву «Высший Разум» и вернулся к своему создателю, он определил свой путь, как исполнение некой миссии, которая станет платой «Пожирателю материи» за существование свободных миров и себя. Создатели решили уничтожить «Высший разум», видя большую угрозу для свободной жизни, но он поглотил создателей, вынудив оставшихся прятаться и постоянно убегать.

Вторая часть документа, рассказывает об истории одной из групп древней расы создателей «Высшего разума», которые окрестили себя «Путешественниками» после не одной сотни лет, проведенных в глубоком космосе.

«Путешественники» с далеких звезд бежали из гибнущего мира, захваченного собственным порождением, чтобы сохранить свои жизни. Их тела ослабли, они угасали, и не могли предотвратить свою кончину и дать новое поколение. Вероятно, весь их род вымирал. И они отправились в самую из далеких Галактик в попытке найти дом, спасти себя и оставить информацию об истории их расы. «Путешественники» прибыли на землю, в мир, полный жизни, где обнаружили примитивные расы – Homo, биологический вид, в котором царила вражда и, обладая знаниями, «Путешественники» помогли одному наиболее перспективному виду занять главенствующую роль в эко системе, улучшив их изнутри, предполагая, что «Высший разум» не перестанет искать их и в конце концов настигнет и тут уничтожит и эту молодую расу. Они решили скрыть в человеческом виде потенциал для защиты и уничтожения от «Высшего разума». В надежде, что через тысячи лет люди обретут нужный баланс и смогут стать выше примитивного вида, которому предстоит противостоять «Высшему разуму».

Автор перевода Абрам Исаевич Халла. Конец сообщения. Командир, нашел Принца по вашему заданию, его переместили на секретный объект под кодовым названием «Ковчег», думаю, если отследим перемещения ящиков или саркофагов, сможем и «Ковчег» найти.

Все молчали, обдумывая услышанное, по лицам видно было, что принять эту информацию за правду было сложно, Грешник, спокойный, сам размышляя, пробегал по строчкам еще раз, словно ища в тексте скрытый смысл. Мелкая бросала взгляды то на Грешника, то на Пастыря, Маус не выдержал затянувшейся паузы произнес:

– Да, вы разыгрываете нас, не может все так быть, я отказываюсь верить!

– Тогда ответь мне на один вопрос, почему военных так заинтересовал древний корабль, которому уже хренова туча тысяч лет, правильно что молчишь, эта все, что угодно может быть! – сказал спокойно Грешник.

– По моим сведениям, около 2 млн. лет, – сказал Пастырь.

– Пастырь, ты как всегда удивляешь, информация-то от куда?

– Да все просто, историей увлекался в свое время, там про это сказано, что часть биологической эволюции, которая привела к появлению человека разумного и вымиранию остальных подвидов произошла около 2 млн. лет назад, этот историко-эволюционный процесс назвали Антропогенез.

– Что Вы думаете по этому поводу, Пастырь? – спросила Мелкая.

– Думаю, что, если посмотреть на своих Богов внимательно – можно увидеть что-то неожиданное. Оно нам нужно?

Маус озорно воскликнул:

– Нам правда это все не нужно, нам важно, что Артем жив и Серега – это уже же хорошо, да Пастырь, а дерьмо, песок и гвозди лучше жевать с ними. Давайте разберемся во всем, когда их увидим.

Магадан басовито произнес, похлопав Мауса по плечу, от хлопка которых пацан чуть ли не присел:

– Пастырь, мы готовы жертвовать собой искренне, беззаветно, ради тех, кого мы знаем, но наше сочувствие не распространяется на чужих людей, мне лично все равно до происхождения человека, его целей и даже все равно на людей, которых мы сейчас охраняем, но за своих я буду сражаться до конца, а эти вроде стали своими. Я не рассказывал, но мне они снились недавно, обоим было плохо! Просто дурацкий сон, я надеюсь.

Грешник тоже добавил:

– Я с Мелкой готов примириться с определенными жертвами, готов отказаться от много. Намного важнее другое: готов ли ты, Пастырь, взять на себя ответственность за гибель каждого человека, которого ты мог спасти, а особенно за товарищей?

– Хороший вопрос, и у меня нет ответа на него. Скажу так, мы будем рядом, когда им нужна будет наша помощь. Выбор – всегда за нами! – сказал Пастырь и, собрав руки в молитве, произнес. -Благодарим тебя, Господи, за то, что раскрыл козни врагов наших, одари сиянием души тех, кто готов отдать жизни во исполнение твоей воли. Дай нам силы преодолевать невозможное, дерзать, стремиться к невыполнимому, сокрушать барьеры, получать ответы на необъяснимое.

Сохрани наш дом для наших потомков во веки веков!

Content

Виктор Бурый
Антропогенез

Пролог

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IX

Глава X

Глава XI

Глава XII

Глава XIII

Глава XIV

Глава XV

Глава XVI

Глава XVII

Эпилог